Оксюморонов
Параллель

Личность…выступает как то, что человек делает из себя, утверждая свою человеческую жизнь

Алексей Николаевич Леонтьев

Глава 1

Скачок из сна был резкий и неприятный. Грёзы оборвал нудный телефонный звонок. Боль гудела в затылке. Глаза не открывались, однако по привычке, рука сама потянулась к телефону. Нажав кнопку ответа, хотелось сказать дежурное «алло», но пересохшее горло и каменный язык, от ночного храпа и вчерашнего клуба, смогли произнести только непонятный рык. Из трубки раздался строгий бас дежурного:

– Савелий Иванович, выезжайте, напротив дома 22, по Набережной, у водоканала. Тихон уже там, эксперты выехали. Ваша машина через 15 минут у подъезда, выходите.

Савелий положил трубку, с трудом открыв глаза, распознал цифры на телефоне, 06:01. Спал он сегодня два часа и чуть больше сорока минут.

Умылся и оделся, как ему показалось, достаточно быстро, автопилот работал, а когда спустился, то увидел, что водитель дремал. До Набережной ехать минут сорок, подумал Савелий, потом сел в машину. Водитель проснулся, встряхнул головой и делал вид, что не спал. Савелий скомандовал:

– Едем.

Глава 2

Служебный джип перемахнул через бордюр, спустился на берег канала и остановился. От этой тряски Савелию было дурно, он окончательно проснулся, вышел и огляделся. Утро было хоть и осенним, но очень приятным. По небу медленно плыли облачка, солнышко уже взошло и его свет скользил по увядающей, влажной травке. Ветра не было и день обещал быть неплохим для сентября месяца.

На берегу суетились несколько человек. Среди них Савелий увидел эксперта, сидевшего на раскладной табуретке и что-то писавшего в папке, лежащей на коленях, пару сотрудников ДПС, а рядом ещё двух, каких-то рабочих, одетых в светоотражающие жилеты, с ними беседовал Тихон. Подойдя, Савелий обратился к Тихону:

– Ну, что тут у нас с утра?

Тихон, напарник Савелия, обернулся, посмотрел на босса и понял, что ночь задалась у начальника. Отправил рабочих, попросил их постоять в стороне, подождал пока они отойдут и ответил:

– Доброго утра, Савелий Иванович, значит так, докладываю. Рука человеческая на берегу канала. По словам эксперта – женская, приблизительно лет от двадцати пяти до тридцати. Фаланги пальцев с отпечатками отсутствуют, видимо, отпилены пилой, особых примет нет, кроме трёх родинок, в виде треугольника, расположенных на предплечье. Плавала эта рука в воде и по всей видимости, немало времени, остальное – после заключения эксперта. Рабочие чистили берег и нашли эту руку в куче листвы. За потерянными конечностями к нам не обращались, предположительно – «глухарёк».

Чёрный юморок Тихона не радовал шефа. Савелий нахмурился, его знобило, он злился, хотел спать, но потом ответил:

– Значит всё-таки серия.

– Видимо так, – вздохнул Тихон.

Савелий зевнул, пошёл вдоль берега, смотрел себе под ноги, а Тихон шёл за начальником, смотря на серую воду канала.

– Итого, – начал размышлять вслух Савелий, – мы уже имеем три руки, из них две мужские, две ноги, опять же мужские, часть женского торса и ни одного целого тела. Арифметика на сложение получается. Причём, по заключениям экспертов, части тел принадлежат разным людям. Получаем, что мужчин было двое и одна женщина, итого три – трупа, как минимум. У всех верхних конечностей отсутствуют фаланги с отпечатками пальцев, все тела распилены пилой, и опять-таки, по заключению эксперта, пила была ручная. Что это значит? Что думаешь, Тихон?

– Думаю, – отвечал Тихон, – что тот, кто их пилит, псих редкостный, почему просто не закопать? Почему части бросает в воду? Где их пилит и почему фаланги отрезает? И где всё остальное от них? Вопросов много....

– Да, да. Псих, может быть. Но психи – не наш профиль. Нужна консультация спеца. Ладно, поехали с докладом на «ковры звёздные».

Джип вновь резво прыгнул через бордюр и помчался в управление. Солнышко светило веселее и даже пригревало. Сентябрь сегодня радовал, но только живых.

Глава 3

Выпив две чашки крепкого кофе, Савелий Иванович шагал по коридору в направлении кабинета начальника управления. На удивление, его настроение было неплохим, а ночь короткого сна уже не сказывалась на работе организма. «Привычки-отвычки», почему-то именно эта фраза отца, вспоминалась Савелию, когда приходилось бороться со своей ленью.

В кабинете полковника, за столом, уже сидели Тихон и эксперт Фролов. Полковник ходил вдоль окон и явно нервничал. Войдя в кабинет, Савелий произнёс казённое:

– Здравия желаю.

– Проходи, – ответил полковник и продолжил, – в городе слухи, меня с утра уже дёргают журналисты, а мне ответить нечего. Вторую неделю по городу собираем части тел, а у вас ничего нет, даже предположений. Что творится?

– Разрешите доложить, – начал Тихон, – у нас, по всей видимости, три трупа, два мужских и один женский, все расчленены. Идентифицировать по отпечаткам или по особым приметам, пока не удаётся, все материалы мы объединили в одно производство.

– Значит «глухари»? – сурово спросил полковник.

– Мало материала, – буркнул Савелий.

– Материала тебе мало? – переходя на крик, полковник начал розоветь, а это уже был плохой признак, – по городу валяются куски человеческого мяса. Чьи? Кто? Что? Мы не в курсе. Почему? Откуда и зачем? Мы даже предположить не можем. Отчёты ваши, отписки пустые, народ города в ужасе, уже по улицам боится ходить. Журналисты эти, меня вылавливают и караулят возле дома, на прогулке и весь мозг мой «проклевали». А вам материала мало?

Выпустив пар, полковник обратился к эксперту:

– Что скажешь, Фролов?

Александр Фролов был хорошим спецом и достаточно долго уже работал, а потому, начал свой доклад обстоятельно и с деловитым видом:

– У нас в наличии шесть фрагментов тел, по анализам, это были двое мужчин и женщина, все примерно одного возраста. Группы крови и ДНК установлены. Смерти наступили в разное время. Первым частям тел, по характерным признакам – три недели, женским – две недели. Есть ещё рука и нога, опять же мужские, по признакам разложения – неделя. Пока не называем трупами, возможны ампутации. Ампутации проведены ручной пилой, но весьма «грамотно», т.е. после таких ампутаций, люди могли остаться в живых. Есть одна зацепочка, но она – так себе. У всех на предплечье есть родинки и они образуют, как бы треугольник, но это только мои субъективные домыслы.

– Ясно, – прошептал Савелий

– Что тебе ясно, майор? – с раздражением в голосе спросил полковник.

– Ясно объяснил эксперт, – Савелий смотрел вперёд, перед собой, куда-то в пустоту и отвечал, – но часть женского торса, это точно не просто ампутация. Труп будет, и как минимум один. Заявлений по поводу пропавших частей тела нет, а заявления по пропавшим людям анализируем. Думаю, что у нас псих, серийный, и нам нужна консультация специалиста по психам, а именно – психотерапевта.

– Я это уже понял, – уже спокойнее ответил полковник, – я пригласил Соломона Яковлевича, это доктор, профессор, психотерапевт. Будет он у тебя, Савелий, в три часа дня. Посмотрим, что скажет медицина. Всё. Все свободны, идите работайте.

Глава 4

Обедать Савелий не пошёл, сидел в своём кабинете и наводил порядок в делах. Следователь перевернул лист настольного календаря. Значилось 11 сентября, а в производстве было ещё четыре дела, надо было разобрать экспертизы по папкам, пересмотреть протоколы, разложить акты, всякого рода отчёты и дописать ещё кучу бумаг для этих дел. Рутинная работа напрягала. Тихон ушёл копаться в архиве. Может там будут зацепки, касающиеся текущего дела «о руках», это с подачи Тихона они так стали называть преступления, связанные с найденными конечностями.

Занимаясь делами, Сава ловил себя на мысли, что последнее время, ему как-то стало неуютно возвращаться домой, там было одиночество. Он уже давно был в разводе, более 15 лет, и жил совершенно один в свои 42 года. Жена не стала терпеть его постоянные отсутствия и «эту, его работу». А тут ещё и полковник пригласил его к себе в отдел, тогда он сам был ещё майор и просто друг Савелия, а теперь уже начальник и полковник. Усмехнувшись от этих воспоминаний, Иваныч, так за глаза называли его коллеги, продолжил разбирать бумаги.

От воспоминаний отвлёк стук в дверь. Савелий не отреагировал. Дверь не открылась, когда обычно входят свои, а повторился стук ещё раз. Переведя взгляд на дверь, Сава громко сказал:

– Войдите.

В проёме двери стоял человек лет пятидесяти, в очень приличном костюме, при галстуке и недешёвых ботинках. Он улыбнулся, провёл рукой по седым волосам и произнёс:

– Разрешите представиться, Соломон Яковлевич, психотерапевт. Я по приглашению, от Андрея Владимировича.

Андрей Владимирович, именно так звали полковника и начальника управления.

– Да, да проходите, присаживайтесь, одну секундочку, – закрывая папки ответил Савелий.

– Вы Савелий? – присаживаясь на диван, стоявший у стены, спросил врач и не дожидаясь ответа продолжил, – меня Андрей просил вас проконсультировать, в общих чертах ввёл в курс дела. Но я таки не понимаю, чем я могу быть вам полезен? Почему вы решили, что убийца психически не нормален? Может он или она просто так пытаются скрыть преступление?

– Понимаете, Соломон Яковлевич, —обратился Савелий, – скорее всего этот преступник, он и психопат. Так как, для таких расчленений и перемещений останков нужна физическая сила. Пилит он их пилой, останки различаются по времени, с периодичностью в неделю, выброшены в канал, а не закопаны, ну и нет у нас ни одной зацепки. Совсем ничего. Вот и подумали, может вы что-то можете нам подсказать, – неловко было расписываться в своём бессилии Саве, но куда деваться.

– Молодой человек, извините, что так к вам обращаюсь. Всех, кто моложе меня на двадцать лет, называю – молодые люди, – объяснил Соломон с улыбкой на лице, – вам не больше сорока трёх лет, я так думаю. А мне, сударь, уже шестьдесят пять.

Старичок умеет удивлять, подумал следователь, я ему не дал бы больше пятидесяти, даже при моём то опыте.

– Раз вы предполагаете, что убийца не здоров, то можно рассмотреть его и в такой плоскости, – продолжал врач, – но я, лично, в этом совсем не уверен. Физической силой обладают многие люди, в том числе и женщины. Распиливать тела, могут просто для сокрытия своих деяний. В воду бросают, чтобы смыть и скрыть следы преступления. Разница по времени, применение пилы и даже периодичность преступлений, это не те факты, чтобы делать выводы о психическом заболевании личности. Должно быть что-то, что будет указывать на более ярко выраженные отклонения, например: ярость, особая жестокость, фетиш, выходящий за грани разумного или что-то, что указывает на наличие навязчивых идей у преступника. Есть, какие-либо, подобные особенности?

– Таковых, к сожалению, нет, – произнёс Савелий, – хотя, у всех ампутированных рук, на предплечье есть родинки, образующие, как бы, треугольник. Может это фетиш? Двое из жертв, кроме женщины, могут быть ещё живы, это могли быть какие-то ампутации. Так говорят эксперты. От женщины у нас есть часть торса, что уже противоречит возможности увидеть её живой.

Соломон Яковлевич достал из кармана табачную трубку, покрутил её в руках и произнёс:

– Родинки как треугольник, возможность ампутации, а не просто убийства. Эти факты, конечно, интересные. Но давайте сделаем так, я посмотрю по своим архивам, покопаюсь в архивах больницы. Также посмотрю в нашей клинике все истории болезни у текущих пациентов, почитаю у своих коллег, подумаю, может что-то и появится.

– Хорошо, – ответил Сава, вставая с места и протягивая руку для прощания.

Врач пожал руку, попрощался и вышел из кабинета. Следователь усмехнулся вслед доктору.

Тем временем, день клонился к вечеру, солнце заходило за горизонт и уже веяло холодом осени. Сентябрь знал своё дело. Фонари ещё не зажглись. В наступающих сумерках дня и лёгкой дымке, приятно было наблюдать и пытаться понять красоту увядающей природы.

Савелий закончил разбираться с текущими делами. Тихон, возвратившись из архива доложил, что пока ничего подходящего и интересного для них, он не обнаружил. Скорчил недовольное лицо, пожаловался на усталость, но Сава знал, что Тихон лукавит. В архиве работала Светлана, ради которой, Тихон готов был сидеть в архиве хоть неделями. Учить дела наизусть. Лишь бы лицезреть Свету, которая, как бы, даже отвечала Тихону взаимностью. А в этот раз, ему удалось пригласить её поужинать, от чего самолюбие тридцатилетнего парня «пело и плясало». От этой лирики на лице Савелия появилась ухмылка.

– Ладно, – сказал Сава, – день идёт к вечеру, иди домой. Будь на связи, я к своим «барабанам».

– Успехов, шеф, и прекрасных стуков ритма! – с улыбкой на лице ответил Тихон, он понимал, про что речь. Это значило, что Сава шёл на встречу к своим осведомителям и стукачам. Встречи всегда он назначал в клубе, где много людей, народ, толпа и заодно, можно приятно скоротать вечерок.

Глава 5

Потоки тепла ударили в голову, кровь прилила к мозгу, давление зашкалило, тело было в напряжении. Но вот приступ отступил и организм проснулся. Аккуратно встав – после приступа был короткий упадок сил – включил свет. Расправив плечи и потянувшись, направился в ванную принять душ. Пропищала кофеварка, это значило, что было уже 22:00, таймер работал исправно. Душ, кофе, бутерброд с мясом и сыром, салат и яичница.

– Ночь будет интересной, – крутилось в голове и предвкушение уже опьяняло.

Собравшись, спустился по лестнице, на улице уже стемнело и огромный город ждал. Ждал как обречённый, тихо и смиренно.

– Прекрасно! – губы прошептали в пустоту наступающей ночи.

Пройдя через тёмный переулок, в этой части промышленного сектора никогда не было фонарей, сел в машину. Глухо рыкнул мотор «звёздной тройки» немецкой автопромышленности, авто выкатилось на дорогу, повернув на развилке, в сторону обводной трассы. В салоне зазвучал трек в стиле Дабстеп. За городом, свернув на съезд с моста канала, проехав метров триста по лесопосадке, вдоль воды, авто остановилось. В темноте ночи можно было услышать несколько негромких всплесков воды, хлопок крышки багажника и неповторимый звук немецкого мотора. Машина аккуратно развернулась на узкой бетонной дорожке, вернулась на объездную дорогу и направилась обратно, в сторону города.

Переехав мост, авто прибавило газ и скрылось, оставляя свет затухающих габаритных фонарей в темноте.

К остановке подъехал автобус, из его дверей вышла девушка в светлом плаще. Поправив плащ и повесив сумочку на плечо, девушка засунула руки в карманы, чтобы ладошки не мёрзли, и пошагала вдоль парка, к наземному пешеходному переходу. Она поднялась по лестнице, дошла до середины крытого пешеходного перехода, когда внезапно погас свет. Девушка вскрикнула и судорожно стала искать телефон в сумочке, чтобы включить фонарик. Сквозь полупрозрачные и грязные окна перехода были видны только фары проезжающих машин по трассе. В тишине пустого помещения, ночью, холодной осенью, девушкой завладел животный страх. Она закричала с просьбой о помощи, но в ответ был слышен только гул моторов автомобилей, проезжающих под переходом.

– Наконец-то, нашёлся. Проклятый телефон, – тихо ругалась девушка.

Разблокировка сработала, загорелся экран, и в этот же момент, последовал удар по голове. Глаза девушки застелила кровавая пелена, тело обмякло, но не упало. Незнакомые руки, в темноте, ловко подхватили её и одним движением забросили на плечо.

В переходе зазвучали размеренные и неторопливые шаги. Фигура в тёмном балахоне уносила тело в светлом плаще, в ночь осени и пустоту неизвестности. Где-то под переходом, хлопнул багажником авто, глухо зарычал мотор. Машина удалилась, потерявшись в общем потоке транспорта. В переходе замигал свет и он вновь осветился тусклым сиянием, пустынное пространство всё также было наполнено звуками проезжающих машин, в ожидании новых пешеходов.

Глава 6

Ночной клуб «Овер» находился в другом районе, практически в самом центре. Савелий всегда посещал его, хотя бы, раз в неделю. С хозяином клуба он был знаком лично, и владелец не раз обращался за помощью к майору по различным вопросам, а потому, был обязан Савелию Ивановичу. Это, конечно, льстило самолюбию и было необходимо для дела, но Сава любил и просто отдохнуть после трудовых будней в этом клубе. На входе охранники знали, кто такой Савелий, поэтому его никогда не обыскивали, а когда пищали детекторы на входе, просто отключали их. Пройдя в клуб, Савелий огляделся в полумраке, играл новый навязчивый трек, с неплохим битом. Народу было не очень много, но танцпол не пустовал, выпивали за столиками и отдыхали на диванах, куря кальяны. Савелий направился к барной стойке, взгромоздился на высокий стул, рядом положил пачку сигарет и сделал заказ:

– Абсент с шоколадом, – громко произнёс Сава, при этом махнув бармену.

Бармен приготовил напиток и подошёл к Савелию. Тот спросил:

– Хозяин здесь?

– Его сегодня не будет, – услужливо ответил худой бармен, – и вам ничего не передавал, но вас ждут на балконе в vip.

Следователь выпил абсент. Поднимаясь по лестнице на балкон, Савелий сразу заметил знакомые лица, сидевшие на диванах вокруг столика. Подойдя ближе, он поприветствовал:

– Доброго вечера, – и плюхнулся на свободное место.

– Приветствуем, – ответил Саве мужчина с сигаретой в руках, это был Арчи, один из «решал» в этом городе.

– Арчи, вот объясни мне, по городу бегает какой-то дебил, режет людей, куски бросает в воду, а вы мне ничего не можете сказать об этом? Он же вам мешает, ваш бизнес на улицах идёт плохо, ваши люди не хотят работать по ночам. Ходят слухи о ваших внутренних разборках и неурядицах, разве вам это надо?

– Это так, – хмуро произнёс Арчи, – но пока и у нас нет никакой информации. И если мы его найдём, то накажем, и счёт будет неподъемный для него.

– Всё это ясно и понятно. Но ты лучше мне шепни о нем. Хотя это для вас не по понятиям, – Савелий рассмеялся, встал с дивана и добавил, – ну ты меня понял.

Спустившись вниз и опять устроившись у барной стойки, Сава повторил абсент. В клубе время летело быстро, мужчина собрался уже домой, когда услышал голос за спиной:

– Привет, это вновь ты?

Оглянувшись, Савелий увидел её. Эту девушку он уже видел в клубе несколько раз. А в прошлую их встречу они вместе сильно выпили, и он плохо помнил, как завершилась их встреча, но всё-таки помнил, как её зовут. Она, Элизабет, Лиза, Лиз – всплыло в памяти на уровне профессиональной привычки и памяти следователя.

– Привет, как ты? – с приветливой улыбкой произнёс Сава.

– Я норм, почему-то я была уверена, что именно сегодня тебя здесь встречу. Ты же, Савелий?

– Да, Савелий, а ты – Элизабет, – и он при этом подмигнул.

– Ты запомнил? Я думала, тебе было так «нормально» в прошлый раз, и ты не сможешь вспомнить моего имени, – при этом она засмеялась. Её задорный и звонкий смех, даже чуть, трезвил Саву.

Подошёл бармен, они заказали ещё выпить и продолжили мило болтать обо всём на свете. Он шутил, она смеялась, вечер набирал новые обороты и ночь уже была многообещающей.

Глава 7

Тихон проснулся рано этим утром. Успел сходить на пробежку, сидя на кухне пил турецкий кофе и вспоминал прошедший вечерок. Накануне он пригласил Светлану, работницу архива, на ужин. Купил цветов перед встречей, надел свой лучший костюм и в ресторане выглядел подобающе. Она пришла в прелестном платье, строго по её отличной фигуре и её сияющая улыбка полностью победила Тишу. Света давно приглянулась молодому следователю, они часто встречались в архиве и на мероприятиях в управлении, но он как-то не решался её пригласить. И вот выдался случай, в связи с делом «о руках». Тихон почти целый день копался в архивах, читал похожие дела, а Светлана ему всячески помогала и приносила чай с печеньем. А теперь они уже сидели в ресторане и мило беседовали про всякие весёлые истории и болтали просто так, а не по работе. Тихон многое узнал про девушку, Света после школы поступила в школу полиции, хорошо её закончила, была спортсменкой, увлекалась цветами и любила их выращивать. Тихон рассказал про службу в армии, как попал на работу в полицию и уже дослужился до следователя. Так незаметно пролетело время за ужином.

Воспоминания Тихона, за утренней чашкой кофе, оборвал телефон. Голос дежурного сообщил, что необходимо ехать опять на канал.

– И почему это я не удивлён? – вслух произнёс молодой следователь.

Это был очередной вызов. На канале эксперт Фролов уже опять что-то писал в папке, сидя на своей фирменной табуретке, оцепление было выставлено. К Тихону сразу подбежал местный участковый, они поздоровались.

– В общем, дело такое, – не по форме начал рассказ участковый, – у нас тут по этой лесополосе, вдоль канала места глухие, народу почти не бывает, а дорога тут одна. Вот молодёжь только и гуляет по вечерам. А вчера бомж забрёл, бутылки и банки пособирать после посиделок. Так вот, уже ночью, времени бомж не знает и не следит за ним, в темноте услышал звук машины и, конечно, решил посмотреть, что и как. Спрятался за деревом и наблюдал, как подъехал автомобиль тёмного цвета, утверждает, что тёмно-синий. Из машины вышел мужчина, в темной куртке с капюшоном, достал несколько мешков и забросил в воду, после чего – уехал. Этот «любитель пустой тары» полез смотреть и вытащил один мешок. Развязал, а там расчленённые останки людей. Ну он побежал в опорный пункт полиции, и вот мы здесь.

Тихон махнул головой участковому, подошёл к эксперту:

– Утро доброе экспертизе, что тут у нас, Фролов?

Эксперт, не переставая писать, это был его талант и такая «фишка Юлия Цезаря», отвечал:

– У нас несколько фрагментов. Во-первых, рука женская, думаю подойдёт к ранее найденной, две части мужских торсов, обильно политые рвотой бомжа, бедолагу вырвало, когда он это увидел. Но ещё, сейчас водолазы подъедут, бомж сказал, что мешков было несколько, может и ещё что-то выловят.

– Ладно, заканчивайте здесь, я в управление, потом доложите, – Тихон достал телефон, но вспомнил, что Савелий Иванович на сегодня взял выходной, а потому звонить ему было бесполезно и зашагал к дежурной машине.

Глава 8

В этот день Савелий никуда не спешил. Выходной. Вечер в клубе был отличным. Мужчина вспоминал, как они с Лиз танцевали, отдыхали и смеялись. Она своей энергией его удивляла, а ему с ней было весело и приятно. После того, как они покинули клуб «Оливер» и немного прогулялись пешком, Савелий пригласил её к себе, чтобы выпить крепкого кофе из Бразилии. Елизавета согласилась, а потому, был и кофе, и приятная ночь, и великолепное утро. Проводив девушку с утра на такси и обменявшись номерами телефона, Савелий решил подремать до обеда. Он вспоминал этюды в кровати, которые они вытворяли с Лиз. Она была чудесна. Её стройное тело, шикарные глаза, запах волос, губы, улыбка и её тепло, всё запомнилось и будоражило воображение Савы, даже во сне. Зацепила она его своей красотой, весёлым характером, им было о чём поговорить и посмеяться, а бурный секс восхищал.

Проснувшись в два часа дня, следователь чувствовал себя хорошо отдохнувшим. Привёл себя в порядок, выпил кофе с сэндвичем, посмотрел на тёмный экран телефона, усмехнулся и произнёс вслух:

– Выходной, он только мой.

Но вдруг телефон Савелия засветился, заиграл весёлый рингтон. От вибрации кусок пластика заёрзал по столу, сообщая хозяину о входящем звонке. Мужчина нахмурился.

– Вторая симка? – удивлённо прошептал следователь.

Первую сим-карту он отключил ещё ночью, чтобы его не беспокоили в выходной день, но вторая предназначалась родственникам и только очень близким людям. Номер на телефоне был незнакомый и не из списка контактов.

– Алло, кто это? – жёстко спросил следователь.

– Здравствуйте, Савелий, это Соломон Яковлевич.

– Откуда у вас этот номер? – так же жёстко спросил Сава.

– Его мне дал Андрей Владимирович, – отвечал врач, с извиняющимся тоном в голосе, – появились кое-какие соображения, и я хотел бы их обсудить. Приглашаю вас к себе, приезжайте ко мне на дачу в «Кожевники», улица Соборная, 70.

Савелий прикинул, до посёлка ехать ему не менее часа, желание рулить отсутствовало напрочь. Зачем полковник дал врачу этот номер? Но как отказать?

– Отказа не приму, – как будто прочитав мысли Савы, продолжал доктор, – жду вас к пяти часам, приезжайте.

– Да, хорошо. Буду в пять. – Савелий положил трубку.

Прогуляться за город в выходной – весьма неплохая идея. Может и информация будет полезной. Ну полковник, ну «лисица»! Дал врачу номер второй симки, а сам, как бы и не при делах. А получилось, что Савелий совместит приятное с полезным, съездит за город, а работа просто по пути. А так-то – выходной и отдыхай. От этих умозаключений Сава усмехнулся и стал собираться в гости.

Глава 9

Дорога в посёлок «Кожевники» шла по трассе, ехать было приятно и никаких пробок. Повернув с трассы по указателю, Савелий приоткрыл окошко. Машина ехала по сосновому бору, и запах леса проникал в авто. Места здесь были чудесные, сосны в своём величии, зелёными макушками, как будто доставали до неба. Воздух пьянил своей чистотой и свежестью. Впереди появился шлагбаум с будкой охраны. На КПП Савелий назвал адрес, охранник его машину записал, выдал листок с надписью «временный пропуск» и объяснил, как проехать к дому. Посёлок оказался небольшим, и Сава быстро нашёл дом доктора. Автоматические ворота приветливо открылись. Автомобиль Савелия вкатился на большую стоянку перед домом, мужчина заглушил мотор. Следователь вышел из машины, огляделся вокруг и произнёс:

– Не там я работаю, мама была права, надо было учиться.

Трехэтажный особняк с фонтаном и пихтами во дворе, с большим крыльцом и колоннами, производил впечатление. На крыльце Савелия встретил доктор, они поприветствовали друг друга рукопожатием и прошли в кабинет. Следователь устроился в уютном кресле перед столиком, на котором уже стояли чашки с чаем и конфетами. Соломон Яковлевич присел в кресле напротив.

– Итак, – начал разговор Савелий, – вы говорили, что у вас появились соображения по делу. Я вас внимательно слушаю.

– Я размышлял над той информацией, что вы мне предоставили, – неторопливо начал говорить врач, – посмотрел литературу и архивы. Думаю, что ваши предположения могут быть верными. Ваш преступник может иметь психические отклонения.

– Так правильно, он же людей кромсает, как брёвна пилит, – отвечал Сава.

– Да, верно, но это, само по себе, ещё не является отклонением, – продолжал врач, – я думал и искал причину, почему он это делает? Что объединяет эти преступления? В чём его цель или его фетиш?

– И к каким выводам вы пришли? – с нескрываемым интересом спросил следователь.

– Мне представляется, что ваш «клиент», давайте его так назовём, совсем не опасается быть пойманным, – доктор слегка откинулся в кресле, закинул ногу на ногу и продолжил, – на его уверенность в безнаказанности, указывает тот факт, что части тел убийца не прячет, а просто выкидывает. Также на это указывает и отсутствие каких-либо улик, отпечатков, волокон материала и т.п. Это может свидетельствовать о его подготовленности. Он планирует и знает, что вы будете искать. Я уверен, что отсутствие случайных свидетелей и каких- либо следов, подтверждают мою теорию. Скорее всего, он очень пунктуален и аккуратен, несмотря на то, что он пользуется ручной пилой. По заключению ваших экспертов, пилит он точно и весьма аккуратно, обескровливает, отрезает фаланги пальцев у жертв и, наверное, даже моет части тел, перед тем, как выкинуть. Тем самым, не давая вам ни одного шанса поймать его.

– Да, он умён, возможно имеет подготовку и необходимые знания, —согласился Савелий.

– А ещё я думал про те родинки, на предплечье, в форме треугольника, – продолжал врач, – не зря эти руки от разных тел вы находили в числе первых, а родинки могут связывать их как признак. Я почитал и выяснил, что такие родинки треугольником, в народных приметах считаются признаком мастеров. Причём трактуется, что такой человек может стать мастером и профессионалом в любом деле. А если он выбирает свои жертвы именно по таким трём родинкам? – и Соломон Яковлевич взглянул прямо в глаза Савелия.

Сава ощутил этот пронзительный взгляд врача каждой клеткой своего тела, ему стало даже как-то неуютно.

– В итоге, – продолжал доктор, – мы получаем, что ваш «клиент» аккуратен, пунктуален, со знанием анатомии и особенностей работы правоохранительных органов, возможно имеющий целью, так сказать, определённых «мастеров», ритуал или секту. Также, у него должно быть место, где он находит жертвы. Еще место, где потом он имеет возможность их «обрабатывать», а при необходимости – содержать и скрывать. Интервал между жертвами, примерно неделя, где-то он их прячет. Думаю, есть у него такое логово. При этом, в жизни он может быть вполне обычным человеком и его навязчивые мысли проявляются только в состоянии психозов, плюс – у него возможны припадки и пограничные состояния.

Врач немного помолчал, смотря на конфеты, а потом продолжал;

– Есть у него «нора-логово», есть. Он там и с жертвами расправляется и отлёживается после своих припадков. Ищите, Сава, ищите, – доктор перевёл взгляд на чай, взял фарфоровую чашечку и пригубил уже остывающий напиток.

– Возможно, возможно, – задумался следователь, – где же маньяк может видеть предплечья людей? Возможно, это пляж, бассейн, бани, спортзалы и т.п. С «норой» сложнее, но если есть место, где он скрывает жертвы, то явно должен быть и транспорт, возит же он мешки на канал.

– Именно так, мой друг, – с улыбкой ответил Соломон, – надеюсь, мои выводы будут вам полезны, и я не утомил вас. А сейчас, прошу прощения, у меня будут онлайн- консультации для пациентов. Буду рад вас видеть вновь у себя в гостях.

В ответ Савелий попрощался, и доктор проводил его к выходу.

Глава 10

Девушка попыталась открыть глаза, но у неё не получилось. Широкий пластырь на лице не позволил открыть веки. С сознанием возвращалась и чувствительность. Хотелось снять пластырь с лица и встать, но руки были привязаны, а ремни в районе груди, талии и ног жёстко притягивали тело к столу. Стол отдавал холодом, он был железный. Она ощутила и осознала, что лежит обнажённая, на какой-то простыне. В помещении веяло сыростью и лёгким запахом плесени. Где-то рядом булькнула капельница. Тупая и ноющая боль в затылке напомнила об ударе по голове. Мысли о больнице и о помощи пришли в голову. Попытка спросить и открыть рот не увенчалась успехом, он тоже был залеплен пластырем. Девушку охватила паника. Она задёргала плечами и головой, но вместо крика, было глухое мычание. Ужас накатывался горячей волной. Вдруг, совсем рядом, прозвучал мужской голос, он баритоном спокойно произнёс:

– Ну вот ты и очнулась, прекрасно, сейчас я тебе всё объясню. Мне нужна твоя рука, но добровольно ты её мне не отдашь. Поэтому, ты сейчас отправишься в медикаментозную кому, а я аккуратно её отрежу.

После таких слов, ещё больший ужас овладел девушкой. Она пыталась вырваться из оков ремней и пыталась кричать. Но все попытки были безрезультатны, она ощутила лёгкий укол в область шеи, её тело обмякло, а разум уснул.

На улице прохладный ветер срывал листья с деревьев. На серых стенах брошенного здания, хранящего страшную тайну «о руках», появились точки от влажных капель. Начинался дождик, приятно пьянящий своей свежестью. А вскоре на тропинках появились и маленькие лужицы, осень утверждалась в своих правах.

Глава 11

Утро в управлении было выдающимся. При входе у Савелия пытались взять интервью двое журналистов, дежурный не поприветствовал по уставу, а как только увидел Саву, то махнул рукой в сторону лестницы со словами:

– Срочно к полковнику.

По пути следователь заглянул в кабинет, но Тихона не было на месте. Быстрым шагом прошёл по коридору в приёмную, в ней тоже никого не оказалось, Савелий вошёл в кабинет начальника, за столом сидели Тихон, эксперт, а на стульях у стены – помощник прокурора.

– Расширенное заседание, что-то произошло серьёзное, раз тут надзор,– подумал следователь.

– Разрешите доложить, – хотел отрапортовать Сава, но полковник его перебил на полуслове.

– Присаживайся, начнём, – при этом, лицо начальника было бледным и каменным, он обратился к Тихону, —доложи Савелию Ивановичу и всем нам.

– Вчера, – начал свой доклад Тихон, – по сообщению свидетеля, обнаружили и достали из канала ещё несколько мешков с останками тел, все они были направлены к экспертам, место обнаружения осмотрено, но, к сожалению, никаких значимых улик и следов не обнаружено. Есть свидетель, он утверждает, что видел тёмно-синее авто, иномарку и высокого человека крепкого телосложения, в чёрной куртке с капюшоном, который выгрузил и выбросил мешки из багажника автомобиля в канал. Но показания эти – местного алкоголика без определенного места жительства. Свидетеля временно задержали. Протоколы осмотров и показаний свидетеля содержатся в деле. И ещё, полностью обработаны материалы архива, я установил один подобный случай, похож по характерному почерку. Там, также была применена ручная пила для расчленения, деяние совершено в нулевых годах. Тогда не смогли расследовать должным образом, так как не было достаточно улик, и свидетелей не нашлось, а по истечению сроков следствия, дело сдали в архив. У меня всё.

– Что скажет эксперт? – полковник обратился к Фролову.

– У нас три тела, теперь уже со всей определённостью, – заявил эксперт, – все части присутствуют, двое мужчин и одна женщина, все среднего возраста от 30 до 35 лет. Все останки обескровлены, части тел вымыты и аккуратно сложены в пластиковые мешки. Головы и фаланги пальцев тоже есть, но обработаны серной кислотой, поэтому опознанию и дактилоскопии не подлежат, – Фролов кашлянул и добавил, – но над пальчиками мы ещё поработаем. И ещё, мешки пластиковые, мусорные, но не совсем обычные, пластик толще, «усиленные» они. Такие используют только на производствах. Попытаемся установить, где произведены и, возможно, установим, откуда они.

– Это уже кое-что, – оживился полковник и обратился к Саве, – а у вас что?

– Я побывал у своих осведомителей, дал задание, надеюсь и от них поступит информация, также побывал у Соломона Яковлевича. Доктор поделился своими соображениями, будем прорабатывать. Рапорт приложу к делу, – Савелий посмотрел на «прокурорского», тот всё записывал. Следователь понимал, полковника явно не похвалят, если узнают, что он даёт выходные во время ведения громкого дела. А с таким докладом Савелий Иванович дал понять, что работал и он –молодец.

– Ну вы все понимаете, дело резонансное и уже на контроле, поэтому идите и работайте, о ходе дела докладывать мне лично и постоянно, – уже более расслабленным голосом скомандовал полковник, лицо его порозовело.

После совещания все собрались в кабинете следователей. Тихон, Фролов, ещё подтянули «гения компов и телефонов» – Романа из информационного отдела. Савелий оглядел команду и начал говорить:

– Похоже, что наш «клиент» знает о том, как мы работаем. Он очень осмотрительный и аккуратный чел. Мы вчера с доктором обсудили его, и вывод не утешает. Теперь у нас «карт-бланш» от начальства, мы этого типа обязаны выловить. Ты, Тихон, говорил про архив, поэтому запроси это дело из «нулевых» к нам, я его изучу. Ещё, бери весь отдел оперов, подключайте участковых, напрягайте все источники информации, ищите его «место», он там жертвы удерживает, скрывает их, и его логово точно есть.

– Но, Савелий Иванович, – хотел сказать или возразить Тихон, но Сава не дал ему этой возможности и продолжил.

– Я думаю, надо проверять дачи, частный сектор, промзону и склады. Жилые районы – потом. Там он заметен, но тоже возможно. Фролов, найди, откуда эти мешки, это сейчас единственная наша ниточка, я знаю, ты найдёшь, – при этих словах следователя, эксперт усмехнулся и мотнул головой.

– Роман, – Савелий пристально смотрел на компьютерного гения, – ты запроси все видео с камер наблюдения в том районе, со всех видео-камер канала, моста и трассы, ищи эту иномарку тёмно-синего цвета, может она и «засветилась», всю информацию по ней уточню. Я сам допрошу этого бомжа ещё раз. Ну, а теперь за работу.

Эксперт и Роман ушли в свои кабинеты. Тихон отправился в архив. А Сава вызвал через дежурного, на повторный опрос, свидетеля бомжа.

Глава 12

Напротив следователя, на стуле, сидел свидетель. Человек в спортивном костюме, сильно поношенной куртке, в старых, но ещё «живых» кроссовках, небритый и нечёсанный. Его потряхивало, видимо от похмелья, и немытые руки, самопроизвольно, временами, сжимались в кулаки. У человека было сильно загорелое и обветренное лицо с опухшими глазами, которые неотрывно смотрели на кружку следователя. Глядя на него, Савелий сказал;

– Ты, наш единственный свидетель, но при этом, ты, без определённого места жительства, поэтому, мы тебя и задержали.

– Начальник! – перебил его бомж, —отпусти, похмелье, трясёт меня, я всё уже вашему молодому рассказал, надо мне…

– Слушай сюда, – твёрдым голосом продолжал Сава, не обращая внимания на причитания бомжа, – сейчас, ты мне ещё раз расскажешь, во всех подробностях, что и кого видел этой ночью на канале. Вспоминай все подробности, все мелочи и тогда я тебя «полечу». Как тебя зовут?

– Саня, – чуть расслабившись от таких слов произнёс свидетель.

– Так вот, Саня. Рассказывай, – и Савелий приготовился записывать.

– Ну был я там, бутылки и банки из-под пива собирал, там их бросают, я подбираю. Шарил по лесопосадке, стало темнеть, ну и решил я там заночевать, есть у меня там лёжка из веток и одеяльце там, в пакете, на дереве припасено, летом я там постоянно ночевал. А что? Канал рядом, умыться и постираться можно, пока тепло то. Ну и дремал я там. Услышал мотор, рычит как «баварец» – у них звук особенный, я-то раньше слесарем был – на сто. Гляжу, он по дорожке едет, остановилась около канала машина, тёмно-синяя, и это точно. Диски литые, фирменные, двухдверка, но не хетчбэк, с багажником она, – Саня еще более расслабился, воспоминания отвлекали от похмелья, и продолжил, – из тачки вылез чел. Высокий, на голове тёмно-серый капюшон натянут, «худи» называется, а поверх ещё и куртка кожаная, чёрная, удлинённая, штаны в высокие ботинки заправлены. Открыл он багажник, достал оттуда перчатки и натянул на руки. Потом, по очереди, доставал и зашвыривал мешки в канал. Ну и всё, сел в тачку, развернулся и уехал. Я чуточку подождал, ну и полез доставать, что он там выкидывал, ненужное ему. Ему не надо, может мне и понадобится, а там куски, руки, требуха, я как глянул и побежал в опорный. Ну теперь то, отпусти, начальник!

– Пока у нас посидишь, – отвечал Савелий, не переставая записывать показания, – скажу дежурному, тебя покормят и «полечат», есть у нас спирт.

Следователь перестал писать, посмотрел на бомжа, тот повеселел от слова «спирт» и даже, появилась улыбка у него. Сава пристально посмотрел в лицо свидетеля и спросил:

–Вспомни, может ещё что-нибудь заметил?

Бомж задумчиво смотрел на следователя, а потом произнёс:

– Когда он разворачивался на машине, я увидел, что у тачки одна фара противотуманная горела розовым цветом. Видать в фарах галогены стоят, и скоро перегорит. Все белым горели, а противотуманная фара – розовым цветом. Точно говорю, как бывший слесарь, перегорит она скоро, – Саня вздохнул и уставился взглядом в пол.

Савелий Иванович вызвал конвой и отправил бомжа. Потом позвонил дежурному и дал указания насчёт содержания свидетеля, следователь своё слово держал.

Глава 13

Савелий остался в кабинете один, позвонил Роману, продиктовал приметы автомобиля и добавил:

– Смотри все записи, Ром. Интервал, с момента фиксации заявления свидетеля в ОП, минус четыре часа. Машина должна была «засветиться» и примета есть– розовая фара. Найди. Отследи её, – с надеждой в голосе просил Сава.

В кабинет зашёл Тихон, положил перед Савелием дело из архива. Молча сел за свой стол и стал рыться в бумагах.

– Ты что такой хмурый вернулся? – спросил майор, в надежде съязвить насчёт Светланы, если вдруг они поругались.

Тихон отложил бумаги, глянул в сторону напарника и произнёс:

– Её нет на работе. Светлана пропала, её мама ищет. Говорит, что уже больше суток не объявлялась. Телефон её недоступен, у знакомых тоже нет. Мать всех обзвонила: и больницы и даже морги.

С усмешкой на лице, Савелий решил пошутить:

– Да не переживай, она молодая, красивая, умная девушка. Уехала на Мальдивы, с таким же молодым и богатым. Приедет, объявится, – но глядя на Тихона понял, что шутка не зашла, – ладно, извини.

Тихон ничего не ответил и продолжил рыться в бумагах. А Савелий открыл папку и углубился в изучение архивного дела.

На деле из архива значилась дата – 11 сентября 2005 года. В том году, также как и в текущем деле «о руках», нашли в канале части тела, упакованные в полиэтиленовый мешок. Из заключения следовало, что тело было женским. Установить по отпечаткам и опознать не удалось, так как пальцы были сожжены кислотой, а череп размолот тяжёлым предметом, предположительно кувалдой. Каких-либо особых примет на останках не было. Следствие тогда зашло в тупик. Дело несколько раз передавали разным следователям и в конце концов, отправили в архив. Практически дочитав дело, Савелий увидел справку из психологического диспансера о том, что «подобных случаев в текущей практике и в архивах диспансера не значится», и подпись Шац С. Я. Этот интересный факт заставлял задуматься:

– Послушай, Тихон, – обратился Сава к напарнику, – в этом архивном деле справка из психушки, об отсутствии подобных случаев, выданная Соломоном Яковлевичем.

– Ну? – холодно спросил Тихон, он ещё не простил начальнику шутку.

– Я вот думаю, почему доктор Шац не вспомнил это дело, когда разговаривал со мной? Случай неординарный, и он говорил, что архив смотрел и вспоминал. Но почему-то не припомнил?

– Ну забыл старик и что? Бывает, – парировал Тихон.

– Видимо, придётся с ним ещё раз встретиться, напомнить, – произнёс Савелий, закрывая папку, потом встал и подошёл к столу напарника:

– Не переживай и ещё раз прости за дурацкую шутку. Больше не буду, – следователь улыбнулся и продолжил, – и ещё, я допросил свидетеля, появились кое-какие новые факты в описании авто, я их уже передал Роману. Будем надеяться, помогут в поиске.

– Я ещё план поиска попробую составить, но объём огромный, – бурчал недовольно Тихон, – но может у «гения компов» что-нибудь появится, и сузим круг поисков.

– Если позвонит, мне сообщи, – перебил Сава, – а я, к доктору.

Майор, почему-то похлопал ладонью по столу и направился к выходу.

– Разберёмся и прорвёмся, – ответил Тихон вслед майору и продолжил «рыть» карты города.

Глава 14

Покинув управление и заведя в машину, Савелий вырулил к выезду из города. Он направлялся в посёлок «Кожевники». На трассе набрал номер доктора:

– Соломон Яковлевич? Добрый вечер. Это следователь вас беспокоит. Я хотел бы вас навестить. Вы сейчас дома?

– Да, дома, приезжайте, буду рад вас видеть, – отвечал доктор.

– Отлично, я уже направляюсь к вам, до встречи, – следователь положил трубку.

Машина двигалась по дороге, размеренно отсчитывая километры. В такие моменты Савелий мог предаться воспоминаниям. Он вспоминал армейскую молодость, как служили совместно с его товарищем, теперь уже, начальником-полковником во внутренних войсках. Как добровольно отправились в одну из «горячих точек». Участвовали в специальных операциях, были очень молоды и самонадеянны. А потом ранение, долгое лечение по госпиталям, демобилизация и конец военной романтики. Когда Савелий вернулся, то устроился на службу в милицию и параллельно – на юридический факультет университета. Чуть позже, женился. Была любовь и то прекрасное время, когда во всём уверен. Служба нравилась Саве, появилось много знакомых, интересный круг общения, но работа занимала практически всё его время. Жена постоянно переживала, ревновала, и денег в то время Савелий зарабатывал мало. Начались скандалы в семье, потому уже и не хотелось возвращаться по вечерам домой. Сава больше времени проводил на работе, стал всё чаще посещать клуб «Оливер», тогда он только открылся. В клубе обзавёлся друзьями и познакомился с директором. Клуб его отвлекал. Однажды вернувшись домой, был очередной скандал и решение о разводе. Детей у него с женой не было, и развод был простым походом в ЗАГС. Тогда Савелий даже стал ночевать в служебном кабинете, а как-то раз встретил в управлении своего сослуживца. Это был уже Андрей Владимирович, в звании майора, он набирал новый отдел для раскрытия особо тяжких преступлений и позвал Савелия к себе. На новой службе свободного времени не осталось совсем, мысли полностью были заняты работой, а с тех пор стал следователем «важняком» и впоследствии, майором полиции.

За этими мыслями время пролетело незаметно, и вот уже автомобиль Савелия подъехал к дому врача. В доме Сава прошел в кабинет доктора, где устроился в уютном кресле около столика. На столе, как и в прошлый раз, стоял чайник с чаем и чашечки. Рядом стояла ваза с конфетами. Соломон Яковлевич сидел напротив следователя и с приятной улыбкой на лице спросил:

– Рад вас видеть. Что вас, Савелий, привело ко мне? – спрашивал доктор, одновременно разливая чай в чашечки.

– Мы пересматривали архивы. Обнаружилось дело 2005 года. Там случай, очень похож на наш, тот же почерк, точнее, такой же «чистый» почерк. И в деле я обнаружил справку из клиники, выданную вами, – Савелий взял чашечку с чаем, отпил и хотел продолжить.

– Да, да, да, – произнёс Соломон Яковлевич, перебив следователя, – я помню запрос из вашего отдела, я даже приезжал. Именно тогда я впервые и познакомился с Андреем Владимировичем. В наших архивах клиники действительно нет подобных случаев и до сих пор нет, такого рода пациентов. Тогда мы вместе с вашим начальником анализировали и пытались понять этого преступника. А вы считаете, что эти случаи могут быть связаны? – и врач так пристально посмотрел в глаза следователя, что этот взгляд Савелий ощутил своим позвоночником и накатил непонятный жар по всему телу.

– Думаю да, несмотря на то, что прошло много времени. Возможно, убийца уезжал или даже был в тюрьме, а теперь вернулся и продолжил, – отвечал Сава, —а к каким выводам вы тогда пришли?

– Тогда я подумал, что этот человек просто пытался скрыть преступление, и не было факта психического расстройства, —доктор встал, подошёл к окну и глядя на улицу продолжал, – но видимо я ошибался, и этот рецидив доказывает мой промах. Человек, совершающий эти убийства, страдает не только маниакальным синдромом и психозом, он отягощён шизофреническими проявлениями.

– Соломон Яковлевич, что это значит? Растолкуйте, – Савелий с интересом смотрел на доктора.

– Если не углубляться в терминологию, скажу так, тот, кого мы ищем, не просто убивает ради удовлетворения своих желаний и навязчивых идей. Он убивает в выдуманном мире. Страдая шизофренией, он заменяет реальность на выдуманную. Живёт и действует в ней. Маниакальный синдром у него протекает в виде прилива сил, уверенности и жажды крови, но при этом, он оправдывает свои поступки какой-то необходимостью, или какой-либо сверхидеей и не теряет логичности поступков. Следует определённым алгоритмам, присущим и в реальном мире. А когда проходит психоз, он возвращается в реальность. Но и эта реальность у него искажена, по причине всё той же шизофрении.

– А такое вообще, возможно? – удивлённо спросил Сава.

– Видимо да, – доктор заулыбался и вернувшись в кресло продолжил, – только так, я могу объяснить всю чудовищность его преступлений. Он не совершает ошибок. Он всё точно продумывает и не оставляет улик. При этом, проявляет физическую силу и гибкость ума. Как будто, преступления совершены намеренно и психически здоровым человеком. Такие факты, как частичная ампутация и дальнейшие пытки жертв, жажда крови или мести, фетиш родинок в виде треугольника, выбор жертв из одной возрастной группы и, возможно, были ещё какие-либо общие признаки или обстоятельства у пострадавших, а также, сам способ сокрытия преступлений – все это свидетельствует в пользу моих умозаключений. Но это мы сможем узнать только, когда вы его поймаете.

Савелий задумался, а потом с уверенностью бывалого сыщика произнёс:

– Мы его поймаем.

В ответ врач улыбнулся, выпил чаю, встал и заканчивая разговор, сказал:

– Ищите его место, там один из его миров, и запомните, что психическое заболевание не является признаком глупости. А за сим, разрешите откланяться, мне пора к моим пациентам.

В ответ на прощание, Савелий пожал руку Соломону Яковлевичу. Молча вышел, сел в машину и всю обратную дорогу размышлял над словами доктора.

Глава 15

В помещении слышался звук шагов. Кто-то ходил вдоль стола. К девушке опять вернулось сознание. Она по-прежнему лежала, на холодящей тело поверхности, но холодно не было, ремни притягивали и удерживали её. Глаза и рот были залеплены пластырем, как и в прошлый раз. Вокруг пахло спиртом и ещё какими-то медикаментами. Она пошевелила головой, вздохнула и от безвыходности издала слабое мычание. От непонимания ситуации и полной неясности её положения, вернулся страх, но он уже не был таким острым как в прошлый раз.

– Прекрасно, ты пришла в себя, – звучал всё тот же баритон, – всё прошло замечательно, рука твоя уже обработана, кровопотеря была небольшая.

В этот момент девушка ощутила и поняла, что одна из её рук уже не привязана, а её просто нет. Шевелилась культя. Панический ужас охватил девушку. Она пыталась вырваться, извивалась всем телом, хотелось рыдать и кричать, но ремни крепко сдерживали, а пластырь превращал крик в продолжительный стон.

– Зря расходуешь свои силы, – с издёвкой в голосе продолжал баритон, – ампутация прошла превосходно, у тебя сильное сердце. Это очень хорошо. Значит переживёшь и остальные ампутации, я отрежу тебе и вторую руку. Потом отпилю твои ноги, чуть ниже паха. Помнишь, в детстве были такие куклы из пластмассы? У них можно было выдернуть ноги и руки. Оставалось только пластиковое тельце, с дырками от рук и ног и голова. Вот и твоё тело станет примерно таким же. Разница в том, что кукле можно было ноги и руки вставить обратно, а в твоём случае – нет.

Девушка ясно представила такую картину, ей стало плохо. Страх перешёл из паники в ужас и сковал всё её тело. Сразу стало холодно, и по телу побежали мурашки укалывая иглами боли каждую клеточку организма.

– Ты не бойся, я буду за тобой ухаживать, ставить капельницы и кормить тебя. Больно не будет, просто это станет твоим новым предназначением и существованием. А теперь спи, спи крепко, – голос замолчал, и девушка почувствовала лёгкий укол в область шеи.

Волна тепла и яркие галлюцинации заполнили всё сознание. Они уносили в даль грёз и сна. Тело расслабилось, сердечный ритм замедлился, пропали запахи, потом и слух. «Долина забытья» забирала сознание в темноту медицинской комы.

Девушка не чувствовала уколов, прикосновений и манипуляций над ней. Не слышала звуков медицинских инструментов и новый трек в стиле дабстеп, звучавший в помещении. Тело в халате и в специальном фартуке усердно и аккуратно работало над, привязанным к столу, телом.

Глава 16

Наступил вечер. Савелий, как всегда, сидел в ночном клубе у бара. Потягивая абсент, он всё ещё размышлял над словами Соломона Яковлевича. Дело из архива также крутилось в голове. Найти то место, где прячется и творит свои чёрные дела маньяк, эта задача казалась непосильной. Многомиллионный город, таких мест множество, а если ещё и область рассматривать, то ловить его можно и не один год. Надежда на успех казалась призрачной. Все возможные меры были приняты, патрули усиленные, на постах контроль, камеры просматривает Роман и его команда, эксперты трудятся, «сеть раскинута». Нужна была удача, или ошибка этого «упыря рода человеческого». Эти мысли Савы прервал голос бармена, который как-то незаметно возник за стойкой напротив.

– Вас приглашают на балкон, в vip.

Савелий допил, поднялся по лестнице в зону диванов. Там, как и обычно, сидели завсегдатаи, среди них был и Арчи. Увидев следователя, он махнул рукой, приглашая Савелия присесть на диван. Когда следователь расположился напротив Арчи, на удобном диване, то все остальные обитатели молча покинули их, и они остались один на один.

– Приветствую, как твой вечер, ещё не поймали его? – с ухмылкой, задал вопрос Арчи.

– Если есть что, то говори, я сегодня уже уставший, – ответил Савелий, откинувшись на спинку дивана.

– Прошла информация, что кто-то продаёт органы. Ну там – почки, печень и т.п. Эти органы, так скажем, «неучтённые», – Арчи, еле заметно, поёжился. Было ясно, что ему неприятно говорить об этом, но он продолжил, – ну ты сам же знаешь, эта тема вообще не наша. Мы таким не занимаемся. Но информация точная, и некоторые люди, обеспокоенные появлением нового поставщика. Возможно, он и есть ваш «клиент».

– Я понимаю. И понимаю, что это серьёзно, и деньги там большие. Про своих знакомых, которые тебе об этом сказали, ты, конечно, не расскажешь, – Савелий придвинулся к столу, – но, может намекнёшь про поставщика?

Арчи также придвинулся к столу и стал говорить намного тише:

– Это тоже не ваша юрисдикция. По таким вопросам люди круче тебя расследуют. И я надеюсь, что эта информация не уйдёт, и останется только у тебя, – Арчи достал из нагрудного кармана рубашки флэш-карту для компьютера и, протерев её салфеткой, положил на стол.

Сава молча взял флэшку со стола, покрутил её в руке, затем убрал в карман брюк. Потом добавил:

– Если поможешь мне, то сочтёмся, – следователь развернулся и опять направился к стойке бара внизу.

Там его встретил приветливый бармен и спросил:

– Повторить?

– Да, и лимончику нарежь, – присаживаясь, отвечал Сава.

Он достал телефон и набрал номер Елизаветы. После нескольких гудков в трубке, услышал «алло» и чья-то рука тронула его плечо. Савелий обернулся и встретился взглядом с Лиз. Уже глядя в её смеющиеся глаза, не отрывая трубки от уха спросил:

– Ты сегодня в клубе? – и, при этом, усмехнулся.

Лиза стояла перед ним, широко улыбалась и одновременно говоря в телефон, отвечала:

– Да, тут сегодня весело, я танцевала. А в этот момент смотрю на прекрасного мужчину. И думаю, что потом мы с ним отправимся в мир наслаждений. Ну, если он мне не откажет.

– Тебе не просто отказать. Я даже уверен, что он согласится и тебя не разочарует, – смеясь, отвечал Сава, – ещё посидим или поедем сразу?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.