Лия Седая
Гром. Тишина твоей измены

Глава 1

– Вот! Вот! Не веришь мне?! На, посмотри!– я швыряла в лицо мужу яркие бумажные прямоугольники.– Здесь ты и твоя сука!

Пачка фотографий ударилась о широкую грудь супруга. С тихим шелестом разлетелась веером на пол.

Уже не пытаясь сдержать рыданий, я растирала слезы по щекам.

Он мне изменил.

С какой-то непонятной блеклой бабой.

Как?

Как это вообще могло произойти?

Почему, мать твою, это произошло со мной?

– Саша, возьми себя в руки,– спокойно произнес Семен. Переступил через фото и хотел взять меня за руку.

– Не трогай меня, сволочь!– отдергивая руки, я отпрыгнула взбешенной кошкой.– Трогай эту свою шалаву, ясно тебе? А я ухожу!

Развернувшись, я бросилась вверх по лестнице. Хотелось исчезнуть отсюда. Исчезнуть из-под его хмурого взгляда.

Скотина! Видеть его не хочу. Слышать его не хочу.

Жить не хочу.

Захлопнув дверь спальни, я заперла замок и рухнула на кровать лицом вниз.

Завыла, зарыдала изо всех сил. Не сдерживая себя совсем.

Грудь разрывалась от боли. Даже дышать было сложно.

Из глаз текли не слезы, а лава.

Я сгорала.

Стук в дверь меня встряхнул. Заставил сжаться от испуга и утереть лицо.

– Саша, открой,– из коридора донесся приглушенный голос мужа.

– Отвали от меня!

Я выкрикнула со злостью, но внутри меня зародился страх.

Я боялась Семена.

Он намного старше меня. Он влиятельнее меня. И он может не простить мне оскорблений.

– Ты понимаешь, что ты говоришь вообще?– голос мужа был каким-то усталым.

Словно он заранее предвидел мою истерику, и сейчас ему было скучно.

Ему скучно, блядь.

– Открой дверь. Просто поговорим.

– Уйди, Семен, пожалуйста,– сдавленно, уже тише, попросила я.– Дай мне полчаса и я уеду из дома. Я, правда, не хочу тебя сейчас видеть и разговаривать с тобой.

Наступила тишина.

Я вслушивалась максимально внимательно. Но из коридора не донеслось ни звука.

Он ушел? Правда, ушел?

Бросил меня одну и ушел? Вот такую, разбитую горем, униженную его изменой?

Слезы снова хлынули ручьем.

Я вытирала их руками, хлюпала носом и продолжала рыдать.

На шелковом халате расплылись рваные мокрые пятна, но мне было все равно. Горечь перерастала в злость. И плакала я уже от злости.

Я ему стала не нужна? Что ж, тогда мне действительно проще уйти. Нужно уважать себя, в конце концов.

Только – куда?

Мы поженились с Семеном пять лет назад. И я еще до свадьбы переехала в его дом. Владелец сети медицинских компаний, он мог себе позволить жить в особняке за городом, а не в душной квартире среди шумных соседей.

А вот я не могла.

Я прекрасно знала, во сколько обходится содержание такого дома. Моя зарплата – слезы… Только на съем двушки в центре города и хватит.

Я застонала от осознания.

Работа.

Я ведь работаю в компании Семена. Мы там и познакомились. Там я в него и влюбилась.

Да и как было не влюбиться?

Высокий, уверенный в себе, сдержанный мужчина. Красивый той мужественной красотой, от которой тают все женщины на километр вокруг. Даже если вначале пугаются немного.

Я увидела его и пропала в ту же секунду.

Именно поэтому мне сейчас так плохо и больно.

И страшно.

С этой пачкой фотографий, неизвестно когда и неизвестно кем подкинутой в сумку, моя жизнь рассыпалась, словно карточный домик.

Мысли метались в голове, пока я запихивала свои вещи в чемодан. Предчувствие кошмара никак не хотело меня покидать. Может, стоило все-таки поговорить с ним?

Да какая разница. Уже слишком поздно.

Я его знаю.

Теперь он не пойдет навстречу. Слишком жесткий и циничный.

Раньше меня это восхищало.

А теперь…

Умыв в ванной лицо, я оделась. Сумочка внизу, в гостиной. Телефон там же.

Я подхватила чемодан и открыла дверь.

Пусто.

Тихо.

Чемодан был тяжелый. Я с трудом катила его по ковру коридора. Лишь бы не опозориться. Уйти с гордо поднятой головой и без слез.

Кое-как стащив ношу по лестнице, я огляделась. Как жутко-то. Словно воровка в собственном доме. Сбегаю в никуда как нашкодившая девчонка.

Из кухни до сих пор пахло ужином. Я почти приготовила его после возвращения домой. Но полезла за телефоном в сумку и увидела фото.

Они до сих пор валялись здесь, на полу гостиной. Семен не стал их поднимать и рассматривать.

Настолько ему все равно?

Под веками снова закипела лава.

Я замотала головой, пытаясь выкинуть из нее горькие мысли. То, что ему наплевать на меня уже ясно.

– Далеко собралась?

Я испуганно подпрыгнула и развернулась.

Его манера подходить беззвучно всегда меня нервировала.

– Что?

– Мне повторить вопрос?– густая темная бровь иронично изогнулась.

– Я же сказала тебе, что ухожу. Ты мне изменил! Это,– я показала на цветные картонные прямоугольники на паркете,– для тебя не доказательство?

– Нет.

Господи, мне бы такое самообладание и равнодушие!

Как он может быть таким бездушным, таким холодным?

– Не стоит этого делать, Саша,– ровно таким же тоном сказал Семен.

Он держал в руках стакан с коньяком. Прозрачные кубики льда сталкивались между собой и весело звенели о хрусталь стакана.

Я испуганно смотрела на сильные мужские пальцы, которые держали этот стакан. Поднять взгляд и встретиться с его – я не могла.

– Ты… Ты мне угрожаешь?– голос дрожал и я ничего не могла с этим поделать.

– Нет. Но уходить от меня для тебя невыгодно. Ты разве этого не понимаешь?

Выгода.

Чертов бизнесмен.

У него везде только выгода.

А как же любовь? Чувства? Преданность человеку и верность?

Горло перехватило.

Я чувствовала тонкий аромат алкоголя. Он смешивался с горьковатым парфюмом Семена и вновь заставлял меня плакать.

Это я подарила ему этот парфюм!

Я!

– Я не смогу, Семен,– я опустила голову и покачала ей.– Я не могу с тобой жить после такого. Не могу, понимаешь?

– Нет,– на мощной шее дернулся кадык.– Но я хочу, чтобы ты осознала. Если ты выйдешь за порог, ты останешься нищей. Жилья своего у тебя нет. Ты имеешь вес в обществе только потому, что ты моя жена. Если ты перестанешь ею быть, ты станешь никем. Ты осознаешь это?– низкий бархатистый голос выделил последнее слово особенно.

– Да,– прошептала я сдавленно.

– Так что же ты сделаешь, Саша, м?

Я по-прежнему смотрела в пол.

На глаза попалась одна из фотографий.

На ней были мужчина и женщина в постели. Мой муж и какая-то мерзкая белобрысая баба. Страшная, лежащая поверх одеяла как бревно и глупо улыбающаяся своему любовнику.

А он довольно хохотал, хлопая ее ладонью по голой заднице.

Обнаженный.

Безумно сексуальный и притягательный. С темными волосами на широкой мощной груди, в которые я так любила запускать пальцы.

Злость захлестнула меня.

Я подняла голову и посмотрела в родные глаза.

Глава 2

Водитель такси поглядывал на меня в зеркало, но мне было все равно.

Ни разу ревущих женщин не видел, что ли?

Пусть смотрит.

Я листала список контактов в телефоне и усиленно думала. Такси довезет меня до отеля. Там я переночую сегодняшнюю ночь.

Как хорошо, что завтра суббота и на работу не нужно!

Хоть какое-то пространство для маневра.

Мне срочно нужно найти жилье.

– Але, Катюнь,– я набрала свою закадычную подружку. Может, она что-то толковое подскажет.– Ты где? Дома? Мне очень нужна твоя помощь.

Катя не подвела.

При таксисте все же было неудобно вываливать все свое грязное бельишко. Но подруга поняла, что дело серьезное, хотя я говорила полунамеками. И потребовала сразу ехать к ней, а не в гостиницу.

Я облегченно выдохнула.

Поддержка мне сейчас была ох как нужна!

Хотя бы просто выговориться.

Поделиться своей болью с кем-то еще.

Да и старше меня Катя. Она уже была замужем и развелась со своим мужем. Может, что-то подскажет, совет даст.

Я убрала телефон в сумочку и попросила водителя изменить маршрут. Он недовольно скривился, но стал перестраиваться в другую полосу.

Плевать.

Еще бы я на какого-то незнакомого мужика внимания не обращала.

У меня тут жизнь развалилась! Идут все к чертям, ясно?

За не очень чистым окошком дешевой машины ползли улицы города. Мою машину Семен мне не отдал.

Даже не ожидала от него такой мелочности.

Сам же подарил.

И от этого моя злость только увеличилась.

Я кусала впервые не накрашенные губы.

Разве настоящие мужчины так поступают?

Хотя, о чем это я?

Это же Семен.

Он предупреждал.

В кошельке осталось тысяч семь наличными и на карте остатки зарплаты. Хорошо, если тысяч двенадцать наберется.

И как я должна жить теперь?

На что?

Я в день трачу больше порой.

До следующей зарплаты еще целая неделя. Хорошо хоть карты с общим счетом есть. Пока они не закончатся – можно будет жить.

А вот потом…

Что ж, Санек, придется вспомнить голодные студенческие годы и затянуть пояс потуже.

На глаза наворачивались слезы. Обида просто разъедала меня изнутри.

Я делала для него все!

Уют? Пожалуйста.

Только домашняя еда, которую он так любит? Пожалуйста! Я научилась нормально готовить, специально ходила на курсы.

Секс? Пожалуйста! Какой хочешь и когда хочешь.

А еще внимание, развлечения, поддержка и все остальное, что должна делать идеальная супруга.

И что я получила взамен?

Мужа, который трахает в какой-то гостинице левую бабу?

Замечательно просто.

Ты дура, Саша.

Идиотка необыкновенная.

Даже денег не накопила на черный день. Теперь вот и сиди с голой задницей от зарплаты до зарплаты. Это если ее еще тебе хватит.

Мне стало страшно.

Я вспомнила разговоры девчонок в отделе, которые были одинокими или чьи мужья мало зарабатывали.

Они рассказывали ужасы.

И, судя по всему, я скоро сама с ними встречусь.

Лицом к лицу.

– Приехали,– таксист припарковался рядом с Катиным домом и вопросительно поглядел на меня в зеркало.– С вас шестьсот рублей.

– Сколько?– возмутилась я.

Я уже давно не ездила на такси, и цена показалась мне огромной.

Особенно в моем положении.

– А что вы хотите? Заказ из пригорода.

Я фыркнула, но спорить с ним было бесполезно.

Достала из кошелька тысячу рублей, на мгновение задержала ее в руке и подала мужчине. Что-то пробурчав про чаевые, он отсчитал мне сдачу.

Прошли времена, когда я оставляю чаевые, простите.

Самой нужнее.

Я вышла, забрала чемодан и усмехнулась на резко отъехавшее такси. Задрала голову и посмотрела на дом, где жила Катя.

Обычная серая пятиэтажка. Я тоже выросла в такой. И вспоминать это время мне совсем не хочется.

Эх, подруга.

Вот я тебя сейчас удивлю.

Катя всегда восхищалась моей хваткой и везением. Заполучить такого мужика, как Семен, считалось удачей.

Богатый, красивый, влиятельный.

С ним я жила как за каменной стеной.

До сегодняшнего дня, да.

Херовая стенка оказалась. С плесенью в швах.

Старый дребезжащий лифт поднял меня на пятый этаж. Я стояла ровно в его центре, чтобы не прикоснуться светлым плащом к грязным стенам.

Чего тут только не было!

Куча наклеек, надписи аэрозолем и маркерами. И из них только треть цензурных. А выжженные сигаретами кнопки? Я нужный этаж нажимала ногтем. Пальцем бы не смогла точно.

Подруга открыла сразу, как только замолкла мелодия звонка.

– Мать твою! Что с лицом, Саш? Вещи? Это из-за Семена?

Домашняя Катя разительно отличалась от Кати служебной.

Растянутая футболка, старые шорты. Рыжие волосы были красиво уложены днем, а сейчас безжалостно скручены в гульку на затылке.

Взгляд подруги был добрым и понимающим.

Материнским.

И я не сдержалась.

Губы задрожали, горло сдавило спазмом.

– Катя-я-а…

Я заревела от души.

Упала в объятия подруги, вздрагивая от рыданий. Оперлась на ее плечи без страха.

Катя не предаст.

Не обманет.

Не подставит.

Мы стояли в тесной полутемной прихожей. Я ревела в голос, шмыгая носом. А она просто гладила меня по спине, давая время.

И я ревела по новому кругу от этой заботы.

Никто и никогда не поддерживал меня так, как она сейчас.

Это дорогого стоило.

– Так, подруга, тормози,– Катя с усилием меня отстранила.– Мы уже минут пятнадцать ревем. Все, хватит. Слышишь?

Я слышала.

И кивала распухшим лицом, не зная, куда девать глаза.

– Давай. Снимай сапоги. Ванная там. Умывайся, а я сейчас винишко открою. Как чувствовала, что надо купить сегодня. Вперед!

Я послушно стала делать, что говорят.

Голова не соображала совершенно. Кто бы знал, что измена Семена настолько выбьет меня из колеи.

Я-то всегда считала себя супер расчетливой и даже холодной!

Ага.

Вот она, настоящая я.

Наружу вылезла.

Я открыла кран и плеснула в лицо холодной водой.

Ничего, Саш.

Ничего.

Ты справишься.

– Саша! Ты там как? Тебе звонят!

Боже мой.

Ну, кто?

У меня уже нет сил.

На пороге ванной возникла подруга. На дисплее моего телефона, что она держала в руках, горела надпись:

«Любимый»

Глава 3

– Держи себя в руках, дорогая,– горячо шептала мне Катя.

А я держала смартфон и понимала, что даже смахнуть бегунок не могу. Пальцы трясутся.

Чего ему надо?

Что еще ему надо? Мало было меня дома унизить?

Сколько еще продлится эта пытка?

– Слушаю,– как я ни старалась, голос все же дрогнул.

– Договаривай,– низкий знакомый голос ударил по нервам как по натянутым гитарным струнам.

– Что договаривать?– я от переживаний вообще ничего не соображала и тупила страшно.

– Раньше ты всегда говорила: «Слушаю, любимый».

Он издевается?

Да пошел он нахрен!

Я испуганно прикрыла рот ладошкой.

Я это что, вслух сказала?

Глядя на испуганную Катю, округлила глаза.

Вот черт…

– Хм. Наше общение вышло на новый уровень,– Семен в трубке усмехнулся.– Еще не нагулялась? Я сегодня настолько добрый, что дам тебе еще час на возвращение домой. Но этот косяк тебе придется отработать, моя любимая,– Семен специально выделил последнее слово тоном.

То есть я еще и должна осталась?

На глазах снова закипели слезы.

Только это были злые слезы.

Что он вообще о себе думает?

Сука!

– Я не вернусь домой, Семен,– я даже поразилась тому, как спокойно у меня получилось ответить.– Если ты готов, то в понедельник, на работе, я выслушаю твои извинения.

Раскатистый его смех не вызвал ничего, кроме раздражения.

Смешно, ага.

Оборжаться можно.

Приблизившись ко мне почти вплотную, Катя напряженно вслушивалась в наш разговор. И меня это немного напрягало.

Все-таки, это мой муж и наши разговоры с ним – это личное.

– Какая ты у меня дерзкая девочка,– похвалил меня он.

– Я уже не твоя девочка!

– Вот как?– Семен хмыкнул.

Ядовитым голосом я пояснила:

– У тебя уже есть новая девочка. Вот ее и называй дерзкой или какой тебе там заблагорассудится, ясно?

– Что ж, Александра,– голос мужа-изменщика снова стал скучающим.– Домой, я так понимаю, ты сейчас не приедешь?

– Конечно, нет!– возмутилась я.– Ты не понимаешь, что ли? Я ушла от тебя, Семен. Ушла! Живи теперь с этой… Мымрой!

– Я тебя услышал. Надеюсь и ты услышала то, что я тебе говорил сегодня.

Звонок прервался.

Гудки отбоя противно запищали мне в ухо.

Он что, меня сбросил?

Охренеть!

Это я вообще-то должна была сделать.

Я раздраженно отбросила телефон на стиральную машину Кати.

– Что? Что он сказал? Что делать-то будешь?– подруга взволнованно смотрела на меня.

– Ничего не буду,– я сжала губы.– Он просто меня запугивает. Хочет, чтобы я одумалась и прибежала обратно к нему. Ну, конечно! Сидит там, наверное, и соображает, что натворил. Идиот!

Что было во взгляде Кати, я не разобралась.

Да и какая разница?

Главное, что я думаю обо всем этом. Это же мой муж и моя жизнь.

Телефон задорно пропиликал сообщением. Не успела я взять его в руки, он запищал вновь.

Я разблокировала экран и обалдела от сообщений.

«Уважаемая Александра Дмитриевна! Карта номер 4391 была заблокирована картодержателем. Теперь использовать ее для покупок невозможно. Если вы не согласны с данным ограничением, обратитесь к картодержателю»

Что?!

Он охренел?

Едва попадая по экрану, я набрала номер Семена.

Гудки…

Гудки…

Гудки…

Да он просто не берет трубку!

Заблокировал мне карты и прячется.

Чертов трус!

– Саня, что?– Катя поняла, что случилось что-то плохое.

Я устало села на край обычной советской ванны. Опустила руки на колени и закрыла глаза.

– Он заблокировал мои карты,– как мертвая ответила я.

– Пиздец.

Я только кивнула на такую ее реакцию. Разговаривать сил уже не было. Этим своим звонком Семен высосал из меня последние их крохи.

– Так, давай-ка, поднимайся,– Катя попыталась поднять меня за руку.– Толку тут сидеть? Проблемы сами собой не решатся. Но сейчас тебе нужно немножко прийти в себя. Вставай, кому говорю!

Мне шевелиться не хотелось.

Но когда тебя тащат насильно, особо и не поспоришь.

Я встала и пошла за ней на кухню. На столе стояла бутылка красного вина. Достать ее подруга успела, а вот открыть нет.

– А водки у тебя нет?– я посмотрела на нее.

– Нихрена ты, Сань,– она оторопела.– Что, прям настолько плохо?

Я молча кивнула.

– Блин, нет. Водки нет,– она развела руками.– Я ее не пью никогда. Да и вообще крепкое не пью.

– Жалко,– равнодушно бросила я.

Опустилась мягко на табуретку у стены. Уставилась в одну точку. В голове было пусто и звонко.

Не хотелось ничего.

Опустошение.

Он меня вначале предал. А теперь делает все, чтобы я стала страдать еще больше. Лишает всего, к чему сам же и приучал.

Я же не дура.

Он специально так делает. Чтобы мне было плохо, чтобы я захотела сама к нему вернуться.

Но зачем?

Если у него есть любовница, начерта ему я теперь?

Почему не развестись как цивилизованные люди?

Катя сунула мне в руку бокал с багровой жидкостью, ярко пахнущей вишневым вареньем.

– Пей! – приказала она. – Я сейчас шоколадку поломаю.

Я выпила.

Сразу все, до конца.

Не чувствуя вкуса. Как воду.

– Н-да, – протянула Катя.

Она еще даже не успела пригубить свой бокал. Посмотрела на меня и отставила его снова на стол.

– Может, в магазин сбегать, а? Правда тебе водки купить. Это ж для тебя сейчас как компот, – она кивнула на бутылку, в которой вина осталось меньше половины.

– Не надо,– я качнула головой в сторону.– Не поможет все равно.

– Блин, Сашка, что с тобой делать-то?– Катя тоже присела на стул.– Ну, ты хоть расскажи, что случилось. Иногда помогает, если делишься своим горем с кем-то.

– Он изменил мне, Катя. Мне фотографии прислали.

– С кем?– она вдруг вцепилась в край стола руками. Взгляд стал таким пронзительным, словно это было чертовски важно для нее.– Ты ее знаешь? Как она выглядела на фотографиях?

– Катя,– я поразилась такой реакции.– Ты что, что-то знаешь об этой женщине?

Глава 4

Задумчиво глядя на светлеющее в окне небо, я лежала без движения.

Уснуть не получилось.

Да и диван в Катиной гостиной не располагал к комфортному сну. Жесткий, с выпирающими швами на подушках. Попробуй на таком усни.

Подруга никак не объяснила свои вопросы.

Пробормотала, что просто очень удивлена и на этом все.

А я не поверила.

Как можно поверить, если ее реакция и взгляд говорили совершенно о другом?

Я прикрыла веки.

Какой-то сюр.

Муж-изменщик. Ведущая себя странно подруга.

Сегодня суббота. У меня есть два дня, чтобы решить вопрос с жильем. Денег – кот наплакал.

Да и не уверена я, что Семен оставит меня в компании. Зачем ему это? Раз уж начал давить по всем фронтам, то и денег лишит окончательно. Даже зарплату отберет. Вышвырнет на улицу без отработки и выходного пособия.

Так что лучше за выходные попробовать подыскать себе новое место работы.

Я устало провела ладонью по лицу.

Надо обзвонить всех знакомых. Может, кто-то из них предложит вакансию. Ниже чем была, меня зарплата точно не устроит. Я элементарно на нее не проживу.

И нужно найти квартиру себе.

Жить у Кати не хотелось.

Я была благодарна подруге за поддержку в трудный момент, но обременять ее своими проблемами еще больше… Зачем?

Я дотянулась до телефона и открыла список контактов.

Пролистала немного и закусила губу.

Вот черт!

Как поступить?

Еще, наверное, никто не знает, что мы с Семеном разошлись. Если я сейчас начну писать с вопросами о работе, то многие удивятся. Начнут вопросы задавать.

А отвечать не хотелось.

Совсем.

И что делать? По старинке брать газету с объявлениями и подчеркивать там нужное?

Я невольно улыбнулась.

Так раньше работу искали, мама рассказывала. Сейчас все в интернете.

Я зарегистрировалась на популярном сайте и сталаискать вакансии.

Черт, серьезно?

Сейчас средняя зарплата по моему профилю всего тридцать-сорок тысяч в месяц? Они издеваются?

Как выжить-то на такую сумму?

В нашей компании даже уборщицы получали больше. Кажется.

Я закрыла вкладку в браузере.

Так. Нужно что-то придумать. Вариантов остается немного. Нужно будет обзванивать приятелей.

Так, Саша!

С чего ты решила, что Семен тебя уволит?

Ну не настолько же он гад? Хотя… Если вспомнить про блокировку карточек, может и настолько.

Да нет.

Карточки были его. А работа – это просто работа. Я работаю – он мне платит. Все честно. Правда ведь?

Мне очень хотелось надеяться, что так оно и будет.

Оставшись в одиночестве, я четко осознала, что слишком привыкла к дорогой жизни. Когда не особо задумываешься о том, сколько ты тратишь и можешь позволить себе очень многое.

Приятное чувство.

Одежда. Косметика. Еда. Поездки.

Все было доступно. Семен никогда не запрещал тратить его деньги на мои удовольствия. Наоборот, даже поощрял. Казалось, ему нравилось доставлять мне эти маленькие удовольствия.

Хотя, скорее, ему нравилось получать благодарности после них.

Я вспомнила наши безумные ночи и закусила губу.

Тело отозвалось истомой.

Семен был шикарным любовником. Разница в возрасте была только на руку. Он был опытнее и точно знал, как надо дарить женщине оргазмы.

И учил меня.

А потом переключился на какую-то ужасную бабу!

Мысль о сопернице выскочила как чертик из табакерки. В душу снова ворвалась злость, а на глаза набежали слезы.

Как он мог?

Наверное, я могу миллион раз задавать вопрос почему так вышло. Толку от этого?

Все равно мне никто не ответит. А сама я не понимала.

Что этим мужикам надо?

Было ведь все хорошо.

Даже прекрасно!

И в один миг все развалить. Неужели он думал, что я не узнаю?

Боже мой…

От нахлынувшего осознания мне захотелось застонать.

А вдруг я действительно просто не знаю? Вдруг мой любимый муж изменял мне постоянно, регулярно? А я просто не знала?

Нарисовала в своей голове картинку идеальной семьи и любовалась на нее в одиночестве?

Слезы сами закапали на подушку.

Жгучие.

Разъедающие душу.

Конечно. У него же были постоянные встречи с партнерами. Поездки куда-то, куда он никогда меня с собой не брал.

Что, если у него не одна любовница? Что, если их несколько?

Или вообще он трахал шлюх? Хотя, такие как он, трахают дорогих эскортниц.

Какая разница, это одно и то же!

Женщины продают себя за деньги.

Пока дура-жена сидит дома и терпеливо ждет супруга. Варит ему борщи и греет постель.

Все то, что делала я до вчерашнего дня.

Я захлюпала носом.

Обидно было до ужаса.

Одновременно хотелось узнать всю правду про мужа и не узнавать ее. Ну, узнаю и что? Высказать ему все, что об этом думаю?

Так я высказала уже.

И сижу теперь здесь. На дешевом диване в крохотной квартире такой же одинокой подруги.

Без планов.

Без перспектив.

Без смысла жизни.

Я впервые задумалась о том, что может быть нужно было промолчать? Просто сжечь эти чертовы фотографии в камине ис делать вид, что ничего не было? Что я по-прежнему ничего не знаю.

Я бы сохранила мужа. Свой дом. Свою семью. Свою жизнь.

Да к черту!

Разве это была бы жизнь?

Разве это была бы семья?

Я бы сгорела изнутри.

Превратилась в бесцветную тень с возрастом. Как тысячи других женщин. Тех, что прощают своих мужей, а потом годами варятся в этом душевном дерьме. Сами губят себя.

Добровольно.

Я села на диване и обхватила голову руками.

Слезы текли уже без остановки. Нос заложило.

Хотелось плакать в голос, но я боялась разбудить Катю.

Пытаясь сдержать всхлипы, зажала рот ладошкой. Меня трясло. Сердце колотилось как сумасшедшее. Порождая еще большие судороги, билось об ребра.

Я проваливалась в пучину жалости к себе.

Но ведь это только начало…

Мы женаты. Он считает меня своей собственностью. А свое Семен никогда и никому не отдает. Рано или поздно, он меня найдет.

Глава 5

Пока Катя еще спала, я умылась и привела себя в порядок.

Вещи в чемодан я скидывала какие попало. И теперь озадаченно смотрела на практически бесполезную груду тряпок.

Из этого даже трех комплектов нормальных не составишь!

В чем на работу-то я пойду в понедельник? Вот в этом купальнике?

И косметику я не взяла.

Как можно было так собираться – не понимаю.

Я посмотрела в зеркало на двери шкафа. Н-да. Не лучший видок после ночи слез. Сейчас замазать все эти синяки и припухлости не помешало бы.

Но нечем, к сожалению.

Я опустила руки и тяжело вздохнула. Денег в обрез. Хватит только на съем дешевой квартиры и кое-какие продукты.

Мне стало жутко обидно. Вот уж никогда бы не подумала, что в моей голове когда-нибудь возникнет мысль о том. Как дожить до зарплаты.

И виноват в этом только Семен!

Только он!

Ладно. К черту Семена.

Нужно попытаться наладить свою жизнь без него. Даже сейчас, когда еще очень больно.

Я закрыла глаза и стала медленно дышать.

Душевная боль стала почти физической. Где-то в желудке свернулся тяжелый ком, пульсирующий тягучими судорогами.

Больно.

Это нервы, Саша.

Просто нервы.

Дыши.

– Ой, а ты уже проснулась?

Я почти подскочила от неожиданности. Когда встала Катя я со своими думами даже не услышала.

– Да. Доброе утро,– я попыталась улыбнуться, но осознала, что выходит откровенно жалко.

– И тебе. Как ты?

Да никак, если честно.

Но расстраивать подругу не хотелось. И так же все видно.

Поэтому я просто пожала плечами и показала рукой на кучу вещей на диване.

– У меня совсем нет нормальных вещей. Собрала какую-то ерунду вчера и теперь даже на работу надеть нечего.

Катя настороженно поглядела на меня.

– Ты что, хочешь домой поехать?

Черт.

Такая мысль мне даже в голову не приходила, если честно. Хотя, это ведь выход! Машину Семен забрал, деньги забрал. Но ведь мои вещи он мне отдаст? В чем-то мне нужно ходить.

– Саня, не думаю, что это хорошая идея,– Катя покачала головой.

– Почему?

– Опять поссоритесь.

– Что значат теперь ссоры, Катюш?– я улыбнулась одними уголками губ.– Жить-то мне как-то надо. Я поищу квартиру за выходные. Не хочу тебя стеснять.

– Да ты что,– запротестовала она. Даже руками замахала для убедительности.– Живи, сколько тебе надо! Мне даже веселее, а то все время одна и одна.

– Нет. Я хочу одна побыть, понимаешь?

Она понимала.

Кивнула согласно. От сочувствующего взгляда мне опять захотелось разреветься, но я сдержалась. Итак опухшая как подушка. Как с таким лицом ехать домой?

Пока Катя принимала утренний душ, я запихала разваленные вещи снова в чемодан. Прикинула, что мне точно нужно забрать и даже записала самое важное в заметки на телефоне. Чтобы уж точно ничего не забыть.

Еще раз пересчитала все деньги, которые у меня были.

Негусто, да.

Вот я дурочка!

У меня же дома остались украшения!

Кольца, цепочки, подвески. Самые дорогие хранились у Семена в сейфе и он вряд ли позволит мне их забрать. Но всякая мелочевка лежала в спальне, в шкатулке.

И я смогу все это продать, если понадобятся деньги. Своеобразная подушка безопасности. Почему нет?

Настроение немного улучшилось.

Вдвоем с Катей мы приготовили простейший завтрак из яичницы и бутербродов с сыром. Попили кофе, болтая обо всякой ерунде.

Я говорить о предстоящей поездке не хотела, а она благоразумно не лезла мне в душу.

Все-таки мне с ней повезло.

Не знаю, как бы я пережила эту ночь в одиночестве.

Вот такое дружеское молчание очень помогало мне восстановить равновесие и успокоиться. Поездка вряд ли выйдет простой.

– Ну что, готова?– Катя отставила кружку с кофейной гущей.– Если что, мне сегодня надо будет съездить к маме, она просила окна помыть в выходные. Не знаю, во сколько вернусь оттуда. Возьмешь ключи? Вдруг ты раньше приедешь.

Видимо, ее мама жила неблизко. Но спрашивать я не стала. Ко мне в душу не лезут и я вопросов задавать не буду.

– Нет, Катюш,– я покачала головой.– Не буду брать. Созвонимся. Если что, подожду тебя где-нибудь. Да и вообще, нужно уже подыскивать себе что-то. Чтобы завтра посмотреть и переехать.

– Ну, смотри сама,– пропела подруга, поднимаясь.– Мое дело предложить. Еще кофе будешь?

Я отказалась.

Помогла убрать со стола и настояла, что посуду помою я. Хоть какой-то мелочью отблагодарить этого чудного человечка. Что я еще могла для нее сделать?

Но, как бы я не оттягивала момент выезда, он все-таки настал.

С обреченным лицом я повернулась к Кате.

– Слушай, ну тебе же не обязательно туда ехать,– возмутилась подруга.– Ты погляди на себя! Зачем издеваться над собой?

– Надо, Катя,– я помотала головой.– У меня ведь действительно даже одеть нечего. И купить новый гардероб я пока не в состоянии.

– Понимаю.

– Созвонимся,– я еще раз вздохнула и вышла за дверь.

Как будто в открытый космос.

Туда, откуда возврата нет.

В лифте я поняла, что постоянно раскатывать на такси для меня сейчас слишком дорого. Начинаем экономить прямо сейчас, Саша!

Я загрузила приложение с картой города и общественным транспортом. Минут десять тыкала в него, чтобы понять как доехать до поселка, в котором мы с Семеном жили.

Наконец, нашла. С мрачной решимостью дошла до остановки и дождалась старенький, скрипящий тормозами автобус.

Полчаса глотания пыли и вот я выхожу возле ворот коттеджного поселка.

Боже, как же мне здесь нравилось жить!

А теперь я здесь…гость?

– Здравствуйте, вы к кому?– равнодушный усатый охранник не перестал ритмично мусолить жвачку.

– Двадцать первый дом. К Муратову,– мой голос слегка дрогнул.

– Набираю, ждите.

Он потыкал в кнопки на своих служебных телефонах:

– Семен Сергеич, к вам посетительница. Ваше имя, девушка?– усач прикрыл трубку ладонью.

– Александра Муратова,– я чувствовала себя идиоткой. Даже ногой стала притоптывать у будки пропускного пункта.

– Александра Муратова, Семен Сергеич. Что? Громкую связь? Щас.

Дядька ткнул куда-то, и я услышала из окошечка голос собственного мужа:

– Возвращение блудной жены, Саша? Что хочешь?

Это я-то блудная?

Ах ты ж, скотина…

– Трусы свои забрать хочу!– громко рявкнула я, игнорируя выпученные глаза охранника.

Глава 6

Меня потряхивало.

Я шла по дороге поселка и отворачивалась от редких проезжающих машин. Стыдно.

Боже, как же стыдно!

Соседи увидят. Сплетни начнутся.

Какой позор.

Внутри все колотилось от предстоящей встречи с мужем. Он же не упустит возможности поиздеваться,

Катя была права.

Ох-хох.

Будет очень сложно.

Может, действительно, стоит все вернуть назад? Если он позволит, конечно. Хотя…

Он позволит.

Но при этом будет унижать еще сильнее. Я останусь проигравшей. Я поддамся.

Стану еще больше зависимой от него. С прежним уровнем жизни, да. С деньгами и без проблем. Но опозоренной. Прежде всего – в своих глазах.

Как потом Кате в глаза смотреть? Как себе в глаза смотреть? Да и поползут потом слухи все равно. Надо мной будут смеяться.

Нет!

Не могу. Не позволю окончательно растоптать свое самолюбие.

Господи, но как же страшно.

Я против Семена никогда не могла выстоять. Он в любом споре побеждал. Он просто сильнее меня.

И умнее. И опытнее.

Все, что у нас есть – создал он, это нельзя оспорить.

Я пыталась медленнее дышать, чтобы хоть как-то восстановить душевное равновесие. Специально смотрела по сторонам, чтобы отвлекаться.

Но помогало плохо.

До дома оставалось метров двести, когда я не выдержала и остановилась у площадки для отдыха. Такие специальные квадратики с урнами и лавочками располагались по обеим сторонам главной дороги поселка. Для отдыха гуляющих вечерами и дворников, в основном.

А сейчас и мне сгодилось это местечко.

Я порылась в сумке, достала сигареты.

Они там всегда валялись. Я очень редко курила. Семену не нравился запах табака.

Но сейчас нужно было успокоиться каким угодно способом. Плевать, что от меня будет пахнуть. Наоборот, даже хорошо. Может, Семен ко мне не будет подходить из-за этого.

Все правильно, Саша.

Стань скунсом, отпугни мужика.

Я иронично усмехнулась сама над собой. Достала дрожащими пальцами тонкую сигарету из пачки, чиркнула зажигалкой и подкурила.

Ароматный дым заполнил легкие. В горле слегка запершило.

Да.

Я очень давно не курила.

Голова закружилась, меня слегка затошнило.

Я раздраженно выкинула тлеющую сигарету в урну. Плохая была идея. Теперь мне плохо не только психологически, но еще и физически.

Круто. Я гений.

Со вчерашнего дня все шло наперекосяк. Даже мои мысли.

Я с тоской посмотрела вперед. Там, за соседним домом, был наш. Вернее, уже не наш, а Семена.

Тот, что я с такой любовью обустраивала.

Тошнота подступила к горлу одновременно со слезами. Под веками зажгло, а щеки стали мокрыми.

Нет, в таком виде я точно туда не пойду.

Я присела на лавочку, бросила сумку рядом. Никогда не замечала, как тут уютно. Все ухожено, газоны всегда пострижены. Нет мусора и беспорядка, как на обычных городских улицах. Почему-то я никогда этого не ценила. После лифта в Катином доме разница была впечатляющей.

Я сидела и смотрела на небо. Дышала свежим, не запыленным воздухом.

Хорошо!

Вроде бы такие мелочи, но в обычной скачке жизни мы их не замечаем. А сколько приятных моментов и радостей вокруг нас происходит ежедневно? Десятки. Сотни. Тысячи. Нужно только уметь их найти и от души почувствовать.

Я глянула на часы.

Ого.

Долго я тут уже сижу.

А смелее так и не стала. И решительнее тоже.

А я-то всегда думала, почему женщины порой так тяжело вздыхают. Вот поэтому.

Когда на них наваливается столько, что унести невозможно. Но при этом есть понимание, что все же придется.

Через силу. Надрывая жилы своей уставшей души.

Просто взять и сделать.

Хотя нет. Это совсем непросто.

Это адски сложно!

Но то самое понимание не дает тебе отступить.

Я снова достала сигареты и опять закурила.

Голова опять закружилась слегка, но тошнота не вернулась. Кончик сигареты тлел. Горячий дымок был почти незаметен, но легкая горечь оседала на языке.

Невольно бодрила.

Давала какое-то подобие спокойствия.

Приземленности.

Докурив почти до фильтра, я выбросила сигарету в урну. Порылась в сумке и нашла там мятные пластинки жвачки. Подержала упаковку в руке и раздраженно бросила ее обратно.

К черту.

Не буду я прятаться. Я теперь свободная женщина.

Одинокая.

Могу делать все, что захочу.

А вот губы подкрасить не мешало бы.

Из зеркальца на меня смотрела молодая женщина. С усталым лицом. Мне снова стало жаль себя.

Что он со мной сделал?

За какие-то сутки я превратилась из блестящей красотки в замученную и блеклую женщину.

Я специально взращивала в себе злость. Только она мне поможет выдержать предстоящий разговор. Иначе я разревусь. А этого совсем не хотелось. Хотелось быть сильной и уверенной в себе.

Как прежде.

На шум мотора я внимания не обратила. За время, что я здесь сижу, проехало несколько машин.

Но вот визг тормозов проигнорировать не смогла.

Как и облако дорожной пыли, долетевшее до меня.

Подняла глаза удивленно, заморгала от неожиданности.

Сердце заколотилось. Вся решимость сразу же испарилась.

Еще бы!

Я готовилась совершенно к другому!

Он выглядел сногсшибательно. Как всегда, впрочем.

Семен из тех мужчин, что смотрятся внушительно и сексуально в любой одежде.

Даже в простых джинсах, как сейчас.

Слегка взлохмачен, с вчерашней щетиной. Белая футболка детально обрисовывала кубики на прессе и накачанные бицепсы.

Я закусила губу.

Как же эти руки умеют сжимать в объятиях…

– О, как! Заблудилась с непривычки, любимая?

Глава 7

Я вздернула подбородок.

Конечно, заблудилась!

А точнее, делала все, только чтобы с тобой не встречаться подольше.

Потому что боюсь я.

Саму себя боюсь. Потому что так хочется вдруг узнать, что все, что я видела на фотографиях – неправда. Что я ошиблась и меня снова, как всегда, прижмут к широкой груди и поцелуют в макушку.

Потому что я за прошедшую ночь замерзла без твоего тепла, Семен!

Но сказать этого я не могу.

Я не могу себя потерять.

– Нет, не заблудилась. Я просто устала и присела отдохнуть.

– Не привыкли ножки пешком ходить, да?– продолжал нагло ухмыляться муж.

Пока еще настоящий муж.

Но это ненадолго. Делить-то нам нечего. Все и так принадлежит ему. А у меня – только оклад и я сама. Растерянная и сгорающая от твоего предательства.

– Семен, давай не будем устраивать сцен?– мне было тяжело не реагировать на его подколки. Да даже делать вид, что я не реагирую тяжело.– Я просто хочу забрать свои вещи. И все.

Он ухмыльнулся.

Не отошел. Ничего не сказал. Просто стоял, перекидывал ключи от машины в пальцах и смотрел на меня.

А я не знала, куда девать взгляд.

Посмотрю ему в глаза – вспомню те фотографии. И снова начну реветь.

Сколько ж можно-то?

– Ты куда-то уезжаешь?– я сглотнула. Сказать что-то уже просто было надо. Пауза слишком затянулась.

– Уезжаю,– кивнул Семен.

– Тогда я, пока тебя нет, соберу свои вещи иуеду. Ключ от дома оставлю на КПП. Заберешь потом.

Я обняла себя одной рукой.

От одного его взгляда зябко.

– Ты не понимаешь, Саша. Я поехал за тобой. Ты сейчас прекращаешь ломать эту комедию и возвращаешься домой, ясно?

Сказать, что я удивилась – не сказать вообще ничего.

– О чем ты говоришь? – я задохнулась от возмущения.– Как я могу к тебе вернуться? О чем ты, Семен?

– Ты меня услышала,– на его скулах заходили желваки.– Хватит заниматься херней. Устроила тут, блядь, испанские страсти. Села в машину!

Он шагнул ко мне и схватил за рукав.

– Семен, отпусти меня!– я дернулась назад.

Боже, да это все равно, что пытаться сдвинуть гору!

Я против него просто букашка.

– Отпусти меня!– я сопротивлялась и верещала, пока он тащил меня к машине.– Я не буду с тобой больше жить! Ты меня предал, подонок! Отпусти, мне больно!

– Эй, что происходит? Отпустите девушку! – возле нашей машины остановилась другая и оттуда вышел какой-то интеллигентный мужчина в очках.

– Помогите!– заверещала я, увидев в этом дядьке хоть какую-то поддержку.– Помогите, пожалуйста!

Семен встряхнул меня как котенка, заставляя замолчать. Открыл дверь машины и запихнул на сиденье.

От обиды и беспомощности я заревела.

Что мне сделать?

Попытаться удрать? Догонит.

И будет только хуже.

Но что он творит – я вообще не понимала. Зачем сиой меня принуждать с ним жить? Это же будет ад.

Я ревела и смотрела, как Семен что-то объясняет остановившемуся мужчине. Они пожали друг другу руки и разошлись.

Ну вот!

Я же говорила, он может решить любой вопрос. На него вообще нет управы.

А значит, у меня нет шансов.

Не глядя на меня, Семен сел в машину и завел ее.

Визг покрышек и наш джип разворачивается практически на месте. Каких-то несколько минут и мы паркуемся возле крыльца.

– Выходи.

Я подчиняюсь резкому приказу и сползаю с сиденья.

Сейчас его точно лучше не злить.

Хуже будет.

Такое состояние я видела у мужа только дважды в жизни. И оба раза последствия были ужасными. Но тогда его злость была направлена не на меня.

А сегодня не повезло.

Я никак не могла понять, что его так вывело из себя.

Мы же даже поругаться не успели. Вчера я на него кричала даже еще сильнее. Может, он так психанул из-за того, что я вышла из себя при охраннике на КПП?

Да ну, бред.

Семену всегда было плевать на мнение окружающих. Он живет по своим правилам. Что ему какой-то там незнакомый мужик в кабинке?

Львы не обращают внимания на мартышек.

Что мне делать я не знала. Вернее, боялась проявить хоть какую-то инициативу. Чтобы не получить новую порцию раздражения. Как оказалось, за его ледяным спокойствием в любой момент может оказаться ураган.

– Заходи в дом.

И снова я подчинилась приказу.

Попыталась открыть своим ключом дверь. Но руки тряслись так, что попасть в замочную скважину оказалось совсем непросто.

Я даже отвлеклась на миг. Потеряла контроль.

И очнулась только тогда, когда на мою талию легки широкие ладони.

Сжали крепко. Резкое движение и я впечаталась спиной в широкую мужскую грудь.

Что он делает?

Зачем он так себя ведет?

Я нервно сглотнула. Вытянула невольно шею, пытаясь хоть как-то отстраниться.

Если бы еще это помогало.

Семен сжал меня почти до боли. Стиснул так, что я подалась обратно. Сделала то, чего он добивался – оказалась максимально близко.

Я почувствовала его дыхание на своих волосах.

Господи, ну зачем?

Зачем ты делаешь все то, о чем я скучала прошедшей ночью?

– Саш-ша…

Голос мужа был хриплым.

Его тембр так понижался только в одном случае.

Но я против!

Это просто невозможно сейчас!

– Открывай дверь.

Легко сказать!

Ты попробуй это сделать, когда перед глазами все плывет, ноги подгибаются от подобной близости, а пальцы не могут удержать ключ.

Одной рукой Семен чуть сдвинул меня в сторону и открыл дверь своим ключом.

Почти приподняв меня над полом одной рукой, он внес меня в затемненную прихожую.

– Семен, что ты… Что ты делаешь?– забормотала я, безвольно болтаясь в сильных руках.

– А ты не поняла еще?– Он развернул меня к себе лицом и уставился потемневшим взглядом мне в глаза.– Собираюсь жену трахнуть.

Глава 8

Жаркие губы смяли мои.

Нагло.

Требовательно.

Как всегда.

Сопротивляться Семену бесполезно, я это знала. Если он хочет секса – он его получит. Уговаривать и о чем-то просить бесполезно. Он – ведущий…

Мужской язык скользнул между моих зубов и надавил на мой.

Вынудил отвечать. Вынудил сплестись с ним в порочных объятиях.

Запустив одну руку в мои волосы, Семен сгреб их пальцами. Не давая ни малейшего шанса отстраниться или отвернуть голову в сторону. Ничего, что могло бы ему помешать.

Все должно быть так, как хочет он и он это возьмет.

Напирая, он заставил меня отступить к стене. Сумка давно упала куда-то, но я и думать о ней забыла.

Такой знакомый вкус.

Вкус собственного мужа.

Его запах.

Кожа и вишневый табак. Едва уловимая горечь на языке. Чуть дымный, чуть душный. Он окутывал, оплетал ароматом.

И удивительно подходил своему обладателю.

– Давай, Саша,– прорычал мне в губы Семен, прервав поцелуй.– Я же знаю, что ты тоже хочешь.

Я хотела.

Божечки, как же я его хотела!

Вот такого, настойчивого, упрямого. Сильного и жадного.

И я сама потянулась за поцелуем.

Теперь я уже не отталкивала его руки. Я сама цеплялась за них.

Ненавижу его!

Ненавижу за ту боль, что он мне причинил!

Но хочу безумно.

Казалось, его жажда только увеличилась. Он набросился на меня с еще большей страстью.

Одежда отлетала как ненужные тряпки. Лямка бюстгалтера порвалась от слишком резкого рывка. Но все это было сейчас неважно.

Важно было то, что происходило между нами.

Его поцелуи. Почти укусы. Он прикусывал мою кожу, а потом сразу же заглаживал это место языком.

Шея, плечи, грудь.

Обнаженные соски сжались в горошины.

Я застонала в голос, когда Семен по очереди облизал их, стал посасывать, сгребая грудь в ладони.

Уже ничего не соображая, запустила пальцы в его волосы. Выгнулась как кошка, подставляя себя под его губы и руки.

Пожар!

Пол качался под ногами. В голове шумело, словно я выпила крепкого алкоголя. Пальцы Семена бродят по моему телу. Сжимают ягодицы, пока еще скрытые под брюками. Широкая ладонь прижимается к лобку и надавливает.

Д-да…

Он прекрасно знает все точки на моем теле. Он знает их и прекрасно умеет пользоваться этим знанием.

Я сжала его руку бедрами. Откинула голову назад, упираясь затылком в стену.

Это какое-то безумие…

Я же пришла забрать свои вещи…

– Семен, прекратиии…

Просьба больше похожа на жаждущий стон о продолжении.

– Почему?– его прерывистое дыхание оказывается на моей шее. Короткие быстрые поцелуи порождают тысячи мурашек на теле.– Ты же хочешь меня. Тебе будет хорошо…

Сильные пальцы одним движением расстегивают пуговицу на моих брюках. Тихий шелест молнии и мужская рука свободна проникает сразу в мои трусики.

Боже, я сейчас сойду с ума от этих ощущений…

Его пальцы скользят по моим мокрым складочкам.

Я в предвкушении. Влага просто течет из киски. А движения пальцев все настойчивее, они проникают все глубже.

И сил на то, чтобы стоять на ногах практически не остается. Колени дрожат, хочется просто раскрыть бедра пошире и утонуть в этом волшебном безумстве.

– Посмотри на меня, маленькая.

Я помню, что его приказы нужно выполнять.

Сразу же.

Поднимаю голову и через силу открываю глаза.

Пьяные, мутные от страсти и желания.

– Д-да,– удовлетворенно рычит он.– Хорошая девочка. Пиздец ты у меня огонек…

Я пытаюсь сдержать стон, когда его пальцы ныряют в мою киску. Заполняют ее, прижимают мокрый клитор. Миллиарды нервных искр рассыпаются по телу, от каждого его движения.

Как же это все ужасно…

Он же изменил мне. Я не должна…

Но любая мысль разлетается вдребезги с каждым поступательным движением его руки. Любое сомнение стекает в никуда как капли моей смазки по пальцам Семена.

Он дышит хрипло. Как зверь, который поймал свою добычу и упивается властью над ней. Упивается своим контролем.

И это заводит еще больше. Каждый его рваный вдох и выдох только добавляет мне возбуждения.

Семен резко вынимает руку из моих трусиков.

Резинка трусиков легко щелкает меня по животу. Боже, невыносимо…

Остаться пустой почти физически больно. Неудовлетворенность бьет по нервам как разряд тока.

Резкий рывок и я ахаю.

Семен разворачивает меня лицом к стене. Схватив за шею, придавливает к стене. Второй рукой сдергивает расстегнутые брюки с бедер одновременно с трусиками.

Одежда скользит по ногам на пол и я слышу приказ:

– Перешагни.

Перешагиваю через брюки, и он пинком отбрасывает их в сторону.

По-прежнему не отпуская мою шею, Семен шлепает меня по ягодицам.

Я вскрикиваю от неожиданной легкой боли. Но я очень хорошо, что это значит. Послушно прогибаюсь в пояснице. Показываю ему попку так, как ему хочется видеть.

– У-умница,– хвалит он меня хрипло.

Оставляя холодок, с моей шеи пропадает его рука.

В ту же секунду в голову впивается мысль: что происходит вообще?

Что я делаю?

А что, если он специально надо мной издевается? Показывает, что я даже дня без него прожить не могу.

И дело не только в деньгах.

Упираясь ладонями, хочу повернуться, но тут же замираю от резкого:

– Не шевелись!

Да какого, собственно, черта?

Тяжелая грудь расплющилась об стену так, что соски ноют от ее шершавой поверхности. По бедру медленно потекла капля смазки…

Я чувствую ее, он чертит влажную дорожку на коже.

И закрываю глаза от стыда.

Как же это порочно…

Я слышу звук молнии на его джинсах. Шуршание одежды, а потом горячие сильные ладони ложатся мне на талию.

Я упираюсь ягодицами в его член и невольно выгибаюсь еще сильнее. Эрекция. Он меня тоже безумно хочет.

Настолько сильно, что мои движения покой вырывают жадный рык из его груди.

Семен сильнее давит мне на поясницу. Чтобы прогунться так, как ему будет удобно, я съезжаю руками по стене вниз. Утыкаюсь лбом в кулаки и закрываю глаза.

Я сошла с ума…

Он раздвигает мои ягодицы и приставляет головку члена. Едва заметные покачивания бедрами и член легко гладит вход в киску.

Не входит в меня полностью, дразнит.

В голове взрывается фейерверк.

И я не выдерживаю. Подаюсь назад, чтобы самой насадиться на член.

– Подожди, моя сладкая… Скажи, что ты принадлежишь мне.

Глава 9

Хочется рычать.

То ли от возбуждения, то ли от бешенства.

Или от всего сразу?

Я понимаю, чего он от меня требует.

Семен снова играет со мной в игры. Ему нужно, чтобы я сдалась. Прямо сейчас. Под ним. Мокрая и разгоряченная. Неспособная к сопротивлению ни физически, ни психологически.

И это сразу охлаждает мой пыл.

Я громко выдыхаю. Пытаюсь хоть как-то привести себя в чувства. Перестать быть текущей сукой, а вновь стать адекватной здравомыслящей женщиной.

Которую не так давно предали.

И которой теперь манипулируют. В том числе с помощью низменной похоти.

Я закусила губу.

Вот же черт!

Ну как я ему поддалась?

– Скажешь?– хрипло спрашивает меня Семен.

– Нет,– выдыхаю так же хрипло и я.

Мы стоим все в той же позе.

И крепкий член все так же дразнит меня. Размазывает головкой смазку по губкам, легко скользит почти на входе в киску. Доводит меня до бешенства этими движениями.

И заставляет течь все сильнее.

– Что ж,– рычит Семен.– Трахать не свою женщину даже интереснее!

Он резко толкается бедрами вперед, врываясь членом внутрь меня.

Я вскрикиваю. Почти ударяюсь головой о стену, но удар смягчают собственные руки.

А Семен словно сходит с ума.

Схватив меня за бедра с бешеной силой, он долбится в меня как отбойный молоток.

Я даже пошевелиться не могу. Его член раз за разом проникает в меня, выходя обратно только до половины.

Я слышу, как хлюпает смазка. Так развратно и пошло, словно ее там натекло целое море.

Дышать нормально невозможно. Да я даже устоять на ногах не могу! Спасает только стена, в которую я упираюсь руками и то, что Семен держит меня за бедра.

Мотаюсь безвольно в его ручищах.

Волосы давно рассыпались, закрыли мне лицо. Так громко я никогда не стонала. Но если уж быть совсем честной, так он меня еще никогда не трахал. В Семена словно демон вселился.

Он не слышал ничего. Не обращал внимания ни на что. Казалось, его внимание сосредоточено только на том, чтобы натягивать меня на себя с максимальной скоростью и глубиной.

Как куклу.

Его слова о чужой женщине просто были выбиты из моей головы. Думать о чем-то сейчас было просто невозможно. Все, что я могла – это держаться за стену.

Цеплялась за дизайнерскую штукатурку. Вдавливала в нее ногти, которые гнулись и грозили сломаться в любой момент.

Но я этого тоже не понимала.

Внутри меня разгорался пожар.

Постепенно легкая боль от дикого вторжения и скорости движений стала размываться. Исчезала под бешеным напором. Сгорала от интенсивного трения наших с Семеном тел.

Смазка текла по моим бедрам тягучими каплями.

Никогда в моей жизни такого еще не было.

Семен так трудится над моим телом, что его дыхание похоже на шум кузнечных мехов. Он дышит громко и хрипло. Когда подает свои бедра вперед, чтобы войти в меня, рычит как хищный зверь.

Это заводит еще сильнее.

Понимать, что мужчина хочет тебя так сильно, бесценно.

Значит – я его возбуждаю.

Значит – я для него привлекательна.

Только почему же он тогда решился на измену? Что его не устроило?

Те же самые вопросы, что и вчера.

И точно так же нет ответов.

Ни единого.

Даже предположений нет. Только заезженное мнение о том, что все мужики козлы.

Семен перехватывает меня за талию. Нажимает еще сильнее, чтобы я прогнулась глубже.

Угол проникновения члена в мою киску меняется совсем немного, но перед глазами рассыпаются искры.

Сдерживать крики я даже не пытаюсь.

Зачем?

Ведь мне так хорошо с мужем.

И его это только подстегивает.

Раз за разом он врезается в меня, входя на всю длину немаленького члена. Хватает меня за волосы и натягивает на себя. Я отцепляюсь от стены, потому что держаться за нее уже не могу.

Запрокидываю голову и издаю хриплый протяжный стон.

Он тянет волосы больно, но это только добавляет наслаждения. Оно где-то на грани страдания и удовольствия. Там, где ты балансируешь на самом краю, и тебя поддерживает умелый партнер.

Ведет тебя туда, куда нужно. Дарит такой кайф, который ты и не испытывал раньше.

Внизу живота закручивается дикое торнадо.

Кажется, что я сейчас вспыхну и сгорю как спичка.

Я чувствую, что моя киска начинает пульсировать. Обхватывает крепкий член все туже и туже. Мышцы внутри начинают сокращаться от приближающейся разрядки.

– Да-а, моя девочка,– Семен вздергивает меня выше и хрипит прямо в ухо.

Он перекидывает одну руку мне на лобок, а второй хватает за шею. Фиксирует, чтобы я не шевелилась.

Теперь он долбит меня снизу. Ощущения становятся другими, но такими же яркими и острыми.

Так сладко.

Так мучительно сладко.

Я уже не могу выносить его дикий напор.

Судороги стягивают живот. Киска начинает пульсировать, сжимая член до предела.

И это не остается незамеченным для Семена.

Он победно хрипит, насаживая меня на себя еще глубже.

– Давай, Саша! Кончи на мне, ты же это любишь!

Он прав.

И я разрешаю себе.

Открываюсь его энергии, отпускаю последние тормоза.

– А-а-а…

Кричать, когда тебе зажимают горло сложно. Не хватает воздуха.

Но я схожу с ума.

Дичайший кайф подбрасывает мое тело. Я кричу и вжимаюсь в мокрую от пота грудь мужа.

Волшебная пульсация скручивает все мое тело. Это невозможно сдержать. Невозможно контролировать.

Это что-то первобытное.

Оргазм на грани боли и унижения.

Вцепляюсь в его бедра ногтями. Прижимаюсь как можно теснее.

И кричу.

Кричу от непередаваемого наслаждения, пока оргазм выкручивает меня наизнанку.

И тут же распахиваю глаза от изумления.

Семен входит в меня настолько глубоко, что мне больно. Просто нанизывает меня, как легкую бабочку.

Его член становится еще толще прямо во мне.

Напрягается и под громкий львиный рык хозяина, выстреливает спермой.

– Бляяя-аадь…

Момент власти.

Когда мужчина кончает, он находится во власти женщины.

Я сжимаю его член внутренними мышцами и мощное тело сотрясается в судорогах от удовольствия.

По ногам течет.

Смазка? Сперма?

Все вместе.

– Ты охуенная,– выдыхает муж мне в ухо.

Я с ним согласна.

Организм начинает потихоньку приходить в себя.

Семен не спешит выходить из меня, обхватив мое тело под грудью. Утыкается в волосы лицом и громко дышит.

Мне уже некомфортно стоять в полуподвешенном состоянии, но отталкивать Семена не хочется.

Но он заговаривает первым:

– Хочешь, познакомлю тебя со своей любовницей? Она сейчас в спальне…

Глава 10

Воздух замерз.

Слова мужа ударили как кувалдой по голове. Познакомиться с его любовницей?

Ну да. Сейчас же самое время.

Почему нет.

Не произнося ни слова, я его оттолкнула.

Ноги дрожали, стоять самостоятельно было еще трудно. Отголоски оргазма будоражили тело. Горячили кровь.

– Саша?

– Ка-тись-к-чер-ту,– почти по слогам выговорила я.

Я не останусь тут ни на минуту. Плевать на вещи. Плевать на деньги.

Меня в очередной раз втоптали в грязь. А чего же не предложил устроить огромную дружную семью? Устраивать тройнички?

Мне было противно.

Противно до тошноты.

Я натягивала на себя одежду, раскиданную по полу. Слезы текли по лицу, но я даже не всхлипывала. Просто молча плакала.

А он, облокотившись о стену, стоял и смотрел на меня.

Так же, без единого звука. Не делая даже никаких попыток остановить меня, поговорить. Хотя бы что-то объяснить. Вряд ли бы я стала слушать эти объяснения, но молчание убивало еще больше.

Еще закурил бы сейчас для полноты эффекта!

Волосы были всклокочены. Я кое-как пригладила их рукой. Резинка куда-то закатилась, и найти я ее не смогла. Глянула по привычке в зеркало в прихожей и тут же скривилась.

Я до сих пор психологически считаю это место своим домом. Я вросла в него.

И в Семена.

В глубине души я, наверное, надеялась, что после секса что-то изменится. Что муж попросит прощения, извинится.

Глупая, наивная дурочка!

Сердце болело. Глаза уже горели от постоянных слез, а в голове царил полный раздрай.

Как так можно?

Насколько нужно быть бесчеловечным, бессердечным, чтобы предложить мне подобное?

Я не понимала.

– Снова сбежишь?– от спокойного голоса Семена я вздрогнула.

Сбегу?

Это не я сбегаю, это ты меня прогоняешь, дорогой. Своими отвратительными поступками, словами и предательством.

– Я думала, ты… захочешь извиниться,– я все же нашла в себе силы выпрямиться и посмотреть ему в глаза.

– Мне не за что извиняться, Саша,– холодно ответил он.– Ты накрутила какой-то херни в своей голове и теперь с увлечением играешь в это. Это твой выбор.

Я.

Накрутила.

Херни.

Ага, понятно.

Что ж, тогда нам точно не о чем разговаривать. Не стану же я навязывать своему супер умному и занятому мужу херню из своей головы. Это ведь мой выбор, моя ответственность.

А ему некогда, его любовница ждет!

От этой мысли я все-таки разревелась.

Подхватила сумку с пола и бросилась к входной двери.

К черту!

Справлюсь и без своих вещей. Как-нибудь выживу. Живут же люди, а я чем хуже?

Теплый ветер на улице освежил мокрое лицо.

Я торопливо шагала по дорожкам к КПП и продолжала стирать слезы со щек. Было больно. Никак я не думала, что моя поездка обернется таким.

Семен перешел все границы в своем цинизме и холодности. Я даже не подозревала, что живу с таким ужасным человеком. Теперь отдельные слова его друзей и партнеров стали для меня понятны. Они говорили, что с ним вообще невозможно договориться. Если он решил что-то, значит, сделка будет проходить на его условиях или не состоится вообще.

Но если бы я только могла вообразить, что это коснется меня!

Я бы ушла от него гораздо раньше!

Я добежала до той самой лавочки, на которой сидела буквально час назад. Упала на нее со всего маху, потому что ноги уже не держала.

Закрыла лиц ладошками и неожиданно даже для самой себя зарыдала навзрыд.

Я себе врала!

Я бы не смогла от него уйти, что бы мне ни говорили.

Каким бы страшным человеком его не выставляли. Я и так знала, что он суровый. Мягкий и податливый не создал бы подобную компанию. За это он мне и нравился, если честно.

Но я бы не смогла уйти от него. До того, что случилось с нами, я даже не помышляла об этом. Расставание с любимым мужем казалось для меня невозможным.

Я судорожно стала рыться в сумочке. Сигареты, как назло, решили завалиться в самый дальний угол и никак не хотели попадаться под руку.

– Да чтоб вас!– прошипела я в бешенстве.

И, о чудо, стоило только выругаться, как заветная пачка нашлась. Вот бы и с Семеном сработало бы так же! Поскандалил – проблема решилась.

Я защелкала кнопкой зажигалки. Огонек появился только с третьего раза. Я закурила, утерла лицо еще раз и подставила его солнцу.

Посидеть. Мне нужно просто посидеть и подумать.

Успокоиться, привести себя в порядок. Я же не могу сейчас сесть в автобус с таким лицом.

За спиной раздался знакомый гул мотора.

Божечки, нет!

Нет-нет-нет! Только не это, я не хочу его снова видеть! Я просто не смогу ему даже в глаза посмотреть.

Становясь все ближе, двигатель автомобиля сначала стал тише, сбавил обороты. Я не выдержала и обернулась. Неужели опять за мной едет?

Но только я это сделала, джип взревел и рванул вперед на бешеной скорости.

Семен.

Только он.

Больше в машине никого не было.

Это я точно увидела, потому что люк на крыше был полностью открыт и салон был ярко освещен солнцем. Даже если бы кто-то сидел на заднем сиденье – я бы заметила.

Почему он один?

Куда он поехал?

Я вдруг прикрыла рот рукой от шока.

Какой ужас…

Он сказал, что его любовница сейчас в спальне. То есть она была в доме. Возможно – слышала, как мы занимались сексом. Крики-то я совсем не сдерживала. Да и он не молчал.

И она спокойно все это вынесла?

Да они оба маньяки какие-то!

Все это никак в моей голове не укладывалось. Никак. Я пыталась найти хоть какую-то логику во всех событиях последних суток, но она никак не хотела выстраиваться.

Театр абсурда.

А теперь Семен еще и уехал. Бросил любовницу, проехал мимо жены.

Стоп.

Может вернуться в дом и выцарапать бесстыжие глазищи этой потаскухе?

Глава 11

Уже когда автобус катил по городским улицам, я окончательно убедилась, что сделала правильно.

Ни на какие разборки с Семеновой шлюхой я не пошла.

Утерла слезы. Покурила.

И пошла на остановку. Охранник на КПП проводил меня удивленным взглядом, но вопросов задавать не стал. Просто открыл калитку пультом, а потом закрыл за моей спиной.

Я проглотила ком в горле.

Лязг железной двери как будто отгородил мой прежний мир от меня. Все. Сюда я больше не хочу возвращаться. Попыталась один раз уже. Только хуже стало.

Вся моя поездка заняла чуть больше трех часов. Лена еще не вернулась от матери, поэтому я отыскала небольшую кофейню рядом с ее домом. Села у окошка и заказала чашку капучино.

Искать съемное жилье оказалось делом непростым. То, что нравилось, стоило слишком дорого. То, на что я могла рассчитывать, было в ужасном состоянии.

– О, ищете квартиру?– звонко спросила меня официантка, заглянув в мой смартфон.

Слишком звонко спросила. На нас даже обернулись несколько посетителей, сидевших за соседними столами.

Мне ее беспардонность не понравилась, но я словно почувствовала, что она может помочь.

– Да,– я приняла у нее чашку кофе.– А почему вы спрашиваете?

– Моя бабушка сейчас сдает квартиру. Однокомнатная. Так себе, конечно, но жить можно. Адрес дать?

Господи, почему ж она такая громкая!

Но девчонка явно говорила все это без умысла. Лицо у нее было простое, открытое, с россыпью рыжих веснушек на щеках и носу. На вид я бы ей дала лет пятнадцать не больше. Может, потому что без косметики?

– Давайте,– автоматически кивнула я.

Она тут же черкнула мне адрес и телефон своей бабушки. Улыбнулась на мое спасибо и убежала работать дальше.

А я задумалась.

Так себе квартира, это какая?

Я слегка пожала плечами. Не узнаю, пока не увижу. Так что, пока пью кофе, можно позвонить и договориться о встрече с этой самой бабулей.

Вдруг этот вариант мне подойдет?

Выбор-то у меня небольшой.

Я набрала номер. Через пару гудков трубку сняла женщина. По голосу было понятно, что она пожилая. Чуть трескуче, чуть с одышкой она согласилась со мной встретиться и показать квартиру через полчаса.

Да и нужный мне дом оказался недалеко. Через два квартала от Ленкиного. Так что далеко идти не придется, добегу быстро и посмотрю, что там за «так себе» квартира.

Я допила напиток, расплатилась с улыбчивой девчонкой и вышла из кофейни. Солнце уже ощутимо припекало и слепило глаза. Жаль. Мои очки остались лежать в доме и в машине.

Придется ходить так.

Чтобы дождаться назначенного времени, я походила кругами вокруг нужного дома. Обычная серая панельная пятиэтажка. Обшарпанная временем и стараниями жителей.

Я поднялась на пятый этаж и позвонила в нужную дверь. Через минуту она открылась и показала мне хозяйку. Женщину лет шестидесяти в обычном домашнем халате.

Я оторопела.

Так она живет здесь? Почему она пришла в халате? Как?

– Простите, я, наверное ошиблась,– я отклонилась и посмотрела на номерок на двери. Да нет, все верно!– Я по поводу сдачи квартиры.

– Да нет, все верно,– женщина внимательно оглядела меня с головы до ног.– А ты чего, себе ищешь или кому?

Меня немного покоробило ее обращение. Мы все-таки не знакомы и не друзья. Но я решила засунуть свою гордость куда подальше. Вот встану на ноги, найду жилье поприличнее. А пока – надо потерпеть.

– Себе.

– А. Ну, заходи,– она повернулась и прошла внутрь темного коридора.

Я заколебалась. В квартире было темно. Не видно вообще ничего.

А вдруг там кто-то есть помимо этой загадочной хозяйки? Да и хозяйка ли она вообще?

Голос вроде бы тот же, но… Мало ли.

Я нахмурилась. Даже нос сморщила.

Ну что я за трусиха такая?

Все равно, не сюда, так в другое место – отныне я буду везде ходить одна. Никто мне помогать не будет, сопровождать тоже.

Я решительно шагнула через порог.

– Дверь захлопни,– донесся до меня голос тетки.– И иди на кухню.

Я послушно захлопнула.

Хотя, нет.

Было мгновение, когда рука дрогнула. Оставить открытой? Чтобы если что, сразу убежать?

Да что ж такое.

Я потерла лоб ладошкой. Саша, тебе же не двадцать лет уже, чтобы бояться всех и вся. Теперь ты сама несешь за себя ответственность. Родители умерли, а последний родной человек, муж, тебя предал.

Привыкай жить самостоятельно.

Выставив руки вперед, я почти наощупь пошла на голос. Неужели так сложно свет включить?

– А почему у вас так темно?– я вошла на обшарпанную кухню, где хотя бы из окна лился солнечный свет.

– Так лампочка как перегорела в прихожей, так вкрутить и некому,– равнодушно сказала хозяйка.

Она сидела на табуретке и спокойно курила. На столе перед ней стояла консервная банка, предназначенная для складывания окурков.

Я огляделась.

Мда уж.

Обычная металлическая эмалированная раковина. Я такие только в общежитии университета последний раз видела, если честно. Грязная и с пятнами сколов по краям.

Серая тумба. Она же шкафчик, она же разделочный стол. Роль фартука на стене выполняли пластиковые панели. Они же были и над газовой плитой.

Пожарная безопасность на уровне, конечно.

Обеденный стол, за которым сидела тетка, тоже был грязным. Каким-то засаленным. Словно его помыли, но при этом тряпка была еще грязнее, чем он сам.

И над всем этим – светло-зеленые обои в веселенький рыженький цветочек.

Мне стало плохо.

А что же в комнате тогда? Мне уже тошно от увиденного.

Видимо, все мои мысли отразились на моем лице, потому что хозяйка хмыкнула. Затушила сигарету в банке-пепельнице.

– Что? Не нравится? Так цена соответствует.

– Сколько вы просите?

Зачем я спросила?

Сколько бы ни стоила эта квартира, как в ней можно жить? Тут, наверное, еще и тараканы имеются.

Да тут уборки на неделю! И мыть все надо хлоркой!

– Пятнадцать тысяч.

– Сколько?!– я даже воздухом подавилась.– За ЭТО? Пятнадцать тысяч?

– А ты дешевле найдешь? Ищи,– женщина равнодушно пожала плечами и вытащила из пачки еще одну сигарету.

Равнодушно прикурила, выпустила струйку дыма и посмотрела на меня.

Ясно.

Человек совершенно без совести. Я бы постеснялась брать у людей столько денег за подобную грязь и разруху. Тут даже холодильника нет.

Но…

Вдруг она права? Я даже в пятнадцать тысяч с трудом помещусь. Вдруг более приличные квартиры стоят еще дороже? Если уж за такой клоповник столько просят.

– Что? Надумала? Деньги вперед за месяц. Залог не беру. Надумаешь съезжать, скажешь. Я в соседней квартире живу.

Ах, вот оно что!

Поэтому она в халате.

Я устало вздохнула. Что мне делать?

Хотелось бы съехать от Ленки уже сегодня. Побыть одной. Ну, или хотя бы с тараканами. Они вопросов не задают.

Я открыла сумку и молча достала кошелек.

Отсчитала пятнадцать купюр и положила на стол перед теткой.

– Вот и ладушки,– она жадно сцапала их. Свернула трубочкой и убрала в карман халата. Достала оттуда ключи и подала мне.– Держи. Если мужиков будешь водить, то пусть себя потише ведут, чтоб соседи не жаловались. А так, делай что хочешь.

Вот так бабуля у девочки-фиалочки!

Посчитав разговор оконченным, хозяйка встала и бочком мимо меня удалилась.

Кошмар. Я даже не знаю, как ее зовут. А она мое имя не спросила.

Сейчас разве такое возможно?

Подсвечивая телефоном, я тщательно заперла за ней дверь ключом. И оставила его в замке на всякий случай. Вдруг явится в гости без предупреждения? Зачем мне такие сюрпризы?

Набралась в грудь побольше воздуха и медленно его выдохнула. Опустила плечи, расслабилась.

Ладно. С этим разобрались. Стены у меня есть.

Правда, чрезвычайно грязные стены.

Со стоном я снова закинула сумку на плечо и потянулась к ключу. Нужно в магазин. Я тут даже дотронуться до чего-то боюсь.

Вдруг грибок подхвачу?

Глава 12

Бродя по хозяйственному супермаркету, я поймала себя на мысли, что мне нравится тут находиться.

Выбирать разные губки, щетки, тряпки. Чистящие средства, мыло. Разглядывать разные приятные женской душе мелочи.

Огромные длинные полки, заставленные посудой, утварью. ОТдел текстиля, в котором можно было найти кучу всего полезного, красивого и конечно, очень нужного в доме.

Единственное, что омрачало мое настроение – все стоило довольно дорого. Сейчас я многое не могла себе позволить. И поэтому приходилось экономить. НЕ покупать хороший комплект постельного белья, а брать отдельно простынь, наволочку из обычной белой бязи. Грубоватой, но плотной.

Вот я дурочка. Даже не посмотрела, на чем мне придется спать в новой квартире. Даже не заглянула в комнату!

Подумав, взяла двуспальную простынь. Больший размер можно заправить, а вот натянуть маленький куда труднее.

Пододеяльник я брать не стала. Сейчас лето и спать под одеялом я не любила. Взяла еще одну простынку и забросила ее в тележку.

В отделе с посудой я взяла себе пластиковую кружку-пиалу и комплект тарелочек. Брезгливо мне будет есть из хозяйской посуды. Если она там вообще есть. Этот момент я тоже упустила из виду.

Порадовавшись, что сейчас можно купить приборы по одной штуке, взяла вилку, ложку чайную и столовую. В раздумьях повертела в руках небольшой нож и тоже забросила его в телегу.

Мне же нужно будет чем-то резать хлеб? Почистить яблоко?

В отделе с бытовой химией я застряла надолго. Рука тянулась к привычным средствам, которые были в нашем с Семеном доме. Но цена кусалась. Вздохнув с горечью, я сняла с полок то, что попроще. Хлор. Главное – это хлор. Нужно все дезинфицировать и вычищать. Иначе я даже присесть на табуретку в этой квартире не смогу.

Товаров в тележке было немало.

Я даже задумалась, не потрачу ли я сейчас слишком много? Может, от чего-то стоит отказаться?

Но нет. Все действительно было очень нужное. Прямо сейчас я не могла обойтись без всех этих вещей.

Мужественно отведя взгляд, я прошла мимо полок с косметикой. Тут вряд ли найдется что-то стоящее, то, к чему я привыкла. Но я не в том положении, чтобы привиредничать. Да и просто повертеть в руках баночки и тюбики всегда приятно. Даже если они тебе не нужны, удержаться от искушения что-то купить очень сложно.

Так уж женщины устроены.

Слава Богу, мне хватило ума забросить в чемодан свой шампунь, мочалку и зубную щетку из ванной. Хотя бы это прямо сейчас покупать не надо.

Экономия.

Я горько улыбнулась.

Жизнь устроена кругами. Когда-то, еще в институте и живя в общежитии, я точно так же считала свои невеликие деньги. Подгадывала, что мне нужно немедленно, а что может подождать.

С другой стороны, это хорошо. Если все циклично, значит за этим периодом придет следующий. Тот, в котором мне не придется делать выбор между качественными вещами и покупкой еды до зарплаты.

Я следила за каждым движением девушки на кассе. Громкий писк сканера вызывал во мне дрожь. Сумма на мониторе все увеличивалась и увеличивалась.

– С вас четыре тысячи двести сорок три рубля,– объявила кассир.

Наверное, она даже не поняла, почему я ей улыбаюсь.

А я просто была рада, что это мучение, наконец, закончилось.

Приложила карточку к терминалу, расплатилась и взяла предложенные пакеты. Вроде бы не много купила, а потратила ого-го.

Да и тащить это все довольно тяжело. Я взяла в каждую руку по пакету и зашагала на выход.

Н-да.

Чувствую, пока дойду обратно, изрежу себе все ладони узкими ручками. И точно. Уже метров через сто держать пакеты стало невыносимо.

Я поставила ношу на край тротуара и подула на ладони. Больно. Красные глубокие борозды расчертили обе руки. И плечи ноют с непривычки.

Плюнув на все, я присела и завязала горловины пакетов в узел. Примерилась – теперь держать стало удобнее. Хотя бы кожу не режет.

А как это выглядит – плевать.

Кому не нравится, пусть не смотрит, верно же?

В квартиру я поднялась кое-как. От тяжести тупой болью налились спина и поясница. Давно у меня такой физической нагрузки не было.

Разбаловалась. Я разозлилась сама на себя. Доставала покупки и раскладывала их на столе.

И ругалась.

Саму себя корила за недальновидность. За изнеженность. За глупость и доверчивость.

Специально это делала. Чтобы злость появилась. Чтобы появилась энергия дальше жить. Потому что сдаваться на радость Семену я точно не стану. Он забрал у меня все в надежде, что я не смогу без его денег?

Обойдется.

Хотелось пить, но пить воду из-под крана я опасалась. Придется теперь идти в продуктовый.

Еще полчаса времени, и я снова занесла в квартиру пакет.

Две бутылки воды, батон хлеба, молоко, по кусочку колбасы и сыра. Четыре яблока и йогурт. И самое ценное – кофе.

Без кофе я прожить не могла. Кофемашины тут нет, поэтому и растворимый сгодится. Лучше, чем ничего.

Отпив воды прямо из бутылки, я распечатала кусочек мыла и тщательно вымыла руки. Натертая кожа горела.

Ленка еще не звонила, и я была этому даже рада.

У меня есть время, чтобы хоть немного тут убраться. Вдруг она захочет помочь мне с вещами и придет сюда? Я же со стыда сгорю!

Я достала губки, порошки и пошла в ванную.

Зажмурилась на секунду. Приготовилась к самому худшему и толкнула деревянную, чуть поведенную от времени дверь.

И облегченно выдохнула.

Тут было не все так плохо. Нет, грязно, конечно. Но плитка над старой чугунной ванной была целая, а сама ее чаша на удивление белой и без сколов.

Ею что, редко пользовались?

Возможно.

Главное, мне будет не так противно.

Главное, мне будет не так противно.

Пришла пора поднимать себя с колен. И убираться мне придется не только в этой дешевой квартире. Но и в своей душе.

Я нахмурилась и открутила крышку с чистящего средства.

Здравствуй, моя новая жизнь!

Я еще утру всякие противные носы…

Глава 13

Чтобы отмыть только ванную, мне потребовалось часа два.

Несколько раз я выходила на кухню. Едкий запах хлорки разъедал глаза и нос. Я даже открыла окно на кухне и в комнате, чтобы он лучше выветривался. Иначе и отравиться можно.

Я терла щеткой ванну, кафель, раковину. Залила пеной все швы и стыки между стенами и сантехникой. Плевать на то, что промокнет. Высохнет. И будет чисто.

А мне это как раз и нужно.

От горячей воды и активной работы стало жарко. Я разделась до белья и повесила всю одежду на крючки в прихожей. Никакой нормальной вешалки или шкафа тут не было.

Что ж, и на том спасибо.

Отмывая все вокруг, я даже немного успокоилась. Вот уж действительно, труд помогает думать разумно.

Сегодня Семен вновь поступил отвратительно. Как он мог склонить меня к сексу? А главное – как я поддалась?

Да обыкновенно поддалась. Рефлекс, наверное. Как у собачки Павлова.

Муж же, как-никак.

Но его предложение познакомить меня со своей любовницей… Это, конечно, ни в какие рамки не лезет. И я все верно сделала, что ушла. Хорошо хоть предупредил, что она там. А если бы я поднялась за вещами сама? И увидела ее?

Не уверена, что смогла бы сохранить достоинство и спокойствие.

Ванная становилась чище метр за метром, а я все продолжала думать и думать.

Если честно, Семена я не понимала.

Зачем ему потребовалась любовница? Я удовлетворяла все его потребности. Ну, если отбросить эмоции и подумать объективно. Все абсолютно потребности. Просто от скуки что ли? Или поднять собственную самооценку?

Так у него с ней всегда было в порядке.

Семен выглядел шикарно. И женщины часто на него засматривались. Хотя по нему уже видно, что он не мальчик. Вполне себе уже состоявшийся мужчина. Может, поэтому и заглядывались?

Я села на край ванны и вздохнула.

А еще говорят с женщинами трудно. Тут попробуй в мужиках разберись для начала.

Только мне оно сейчас зачем?

Я уже почти состоявшаяся разведенка. Для Семена, с его связями и опытными юристами оформить развод быстро не проблема.

Делить нам нечего, он с легкостью докажет, что у меня ничего своего нет. Оно так и было, если честно. Мы поженили, когда я закончила институт. Откуда у студентки ценное имущество?

Хорошо хоть детей у нас нет. Было бы гораздо тяжелее.

Я всегда хотела ребенка, но Семен отговаривал. Убеждал, что пока не время. Какое ему время было надо? Но, наверное, сейчас даже хорошо, что их нет. Если бы он решил забрать еще и ребенка у меня – я бы не пережила.

Я посмотрела на телефон. Скоро Катя вернется, наверное. Нужно будет идти к ней забирать вещи и перевозить сюда. Снова траты на такси.

Я поморщилась.

Деньги нужно экономить, я очень много потратила сегодня.

Ничего. Я успокоюсь. Приведу мысли в порядок. Жизнь снова войдет в колею. Как-нибудь устаканится.

Меня поражало собственное спокойствие. Физическая усталость давала о себе знать. Впервые за день захотелось есть, завтракали мы рано утром вместе с Катей.

На кухне я первым делом отмыла раковину и чайник. Поставила его на плиту почти с закрытыми глазами. Ее вечером помою.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.