Наталья Мамлеева
Не драконьте короля! Книга 2

Глава 1

– Нет никого любопытнее адептов РАМа, – пробормотал оборотень, увидев за оградой множество студентов, жаждущих услышать подробности произошедшего. Магистр Эверус поморщился и после окинул меня взглядом. – Как ты, Купава?

Его голос звучал неожиданно нежно. В нём действительно чувствовалось участие. Я удивилась. Раньше Дейн был отстранённым сухарём, иногда мог съязвить – заодно протягивая мне очередной лист с наказанием, но именно сейчас оборотень весьма человечен.

Когда мы с магистром Эверусом вернулись в заповедник, здесь уже царила совершенно другая атмосфера. Магполиция и жандармы захватили буквально всё, каждый уголок. С пристрастием допрашивали мадам Ястер, а женщина чуть ли не плача рассказывала, что она понятия не имела обо мне и планах злоумышленника, а пригласить меня на отработку ей подсказал один из новых сотрудников, нанятых в этом году.

Найти его пока не удалось – он скрылся сразу же, едва контрабандист вывел меня отсюда.

– Благодарю, магистр, я в порядке. Моя психика крепче, чем кажется.

– Ничего, РАМ быстро расшатает, – вернулся к своему привычному тону магистр и усмехнулся. – Я до преподавания здесь тоже думал, что у меня всё в порядке, но здесь вечно происходит какое-то сумасшествие.

– Лучшая академия магии во всём Кваруме, как-никак, – иронично произнесла я.

– Райвиме, – поправил меня Дейн. – Кварум говорят на юге, а на севере принято говорить Райвим. Магистр Фаут придирается к этимологии, учти. – Я пожала плечами, мол, вот такая я деревенщина и не стыжусь этого, зато оборотень опять вздохнул. – Тебе нужно отвлечься, а за пределы академии тебя наверняка не выпустят… В библиотеку я тебя лично не пущу – уже за библиотеку страшно, поэтому… Переоденься пока, а я верну твои книги. Может, за чтением ты посидишь тихо.

Тут я едва не подпрыгнула. Книги – это чудесная новость! Магистр зашёл в здание. Я быстро переоделась в подсобке, а после вернулась и подождала на крыльце. Под наблюдением такого количество жандармов за меня можно было не беспокоиться. Интересно, Максимилиан уже уведомил отца о расторжении помолвки? Если нет, то это придётся сделать мне? Мол, здравствуй, папочка, его величество думает, что я связана с оборотнем истинностью, поэтому он расторг помолвку, но это ложь, не переживай.

Или Максимилиан сам объяснит моему отцу причину расставания? О, представляю, как король Хогард обрадуется пополнению нашей необычной родословной.

И вообще… как-то легко его величество сдался. А где же великий характер? А где же тот невероятный Владыка, который ни перед чем не останавливается? Даже как-то оскорбительно. Неужели я не стою того, чтобы за меня бороться? Хотя бы чуть-чуть!

Нет, не то чтобы мне нужен король, совсем-совсем не нужен. Уверена, у него найдётся много других развлечений в столице и прекрасных претенденток на его руку и сердце. А у меня – учёба в академии, поиск чешуек и главное – Тьма, которая вот-вот захватит бриольских фейри.

Вскоре вернулся магистр и передал мне книги.

– Можешь идти, только посиди в общежитии, если соберёшься на прогулку – то только в академическом сквере. Ректор усилил охрану на вход и выход, теперь никто не может покинуть академию без его особого распоряжения до окончания следствия. Лекции будут в обычном режиме, но всё-таки меры предосторожности усилятся. Береги себя, принцесса.

– Я слышу в вашем голосе участие? – удивилась я.

Оборотень ответил улыбкой и ничего не сказал. Я же не стала заострять на этом внимание и побежала в общежитие. Но дойти не успела. Меня буквально окружили Элай, Арк-Вирт, Клаудия и Рами, когда я вышла из заповедника. Расспрашивать на виду у всех они не стали, взяли под руки и сопроводили до моих покоев. А вот здесь уже столпились вокруг и начали закидывать вопросами, а я была так измотана, что не спешила отвечать, переводя взгляд с одного на другого.

– Ты виделась с его величеством? – с воодушевлением спросила Клаудия.

– Правда, что одного из сотрудников заповедника взяли под стражу? – тут же подключился Арк-Вирт.

– Неужели за тебя и правда потребовали выкуп? – последний вопрос от Рами прозвучал с сомнением.

– Вряд ли, – заключила Клаудия, глядя на меня. – Кому нужно отдавать за неё выкуп? Я бы на месте её отца ещё и приплатила злоумышленнику, чтобы подольше держал неугомонную принцессу вдали от королевства. С ней ведь одни проблемы, не говоря уже о характере.

– Вот кто бы говорил о характере, – улыбнулась я, уже не чувствуя от Клаудии угрозы. – Мне до некоторых змеек очень далеко.

– Если я и змея, то королевская, или по крайней мере в будущем точно, ведь его величество Максимилиан до сих пор не женат, – улыбнулась Клаудия и села рядом со мной на диван. Я с подозрением посмотрела на неё, почему-то воображение нарисовало идеальную пару в лице Владыки и Клаудии, но эта идеальность мне совершенно не понравилась. Впрочем, она прекрасно вписывалась в мироустройство Максимилиана – будет сидеть и смиренно рожать детей. – Так что? Кого в итоге заключили под стражу?

Я вздохнула. Мне нельзя было разглашать эту информацию. Интересно, а вот сейчас Максимилиан уже написал отцу о расторжении помолвки? И почему я так жду этого мига, будто бы мне тут же придёт письмо с приглашением на родину и в Бриольскую академию?

Хотя покидать РАМ будет жалко. Мне здесь даже понравилось, несмотря на многочисленные отработки. Да и знания тут давали. Тот же магистр Фаут с его замшелыми взглядами был весьма хорош.

– Отстаньте со своими вопросами, не видите, она испугалась, – запротестовал Элай, а затем взглянул на часы и вздохнул. – Мне придётся идти. Моя неделя рабства у Тимории ещё не прошла и теперь она требует совместные чтения в библиотеке.

– Вы добрались вместе до эротических романов? – тут же подключилась Рами и приложила руку к сердцу. – О, как это мило! Всегда мечтала прочитать историю о жарких принцах с самим принцем.

– А разве после того происшествия в библиотеке не все книги из эротического отдела убрали? – с ужасом уточнил Элай.

Я прыснула от смеха, увидев столько страха в глазах отважного принца, что ни одному каторжнику не снилось. Клаудия пожала плечами.

– Ты правда веришь, что мадам Теодерма не восстановила запасы своих любимых книг?

– Надеюсь, она будет держать их исключительно при себе, – пробормотал Элай, всерьёз задумавшись над тем, каково это будет – читать жаркие книги с русалкой.

– Ради такого случая Тимория может взять что-то из своих собственных запасов, – продолжила подначивать принца Рами.

– Она жестока, – со знанием дела кивнул Элай. – В прошлый раз заставила меня делать с ней маски из водорослей. Вы бы знали, какие они противные на ощупь, а пиявочный пилинг я ещё долго не забуду.

Переглянувшись с остальными, мы громко рассмеялись над кислым выражением лица Элая.

Вскоре Хмилья сделала нам чай, а Клаудия принесла восхитительные меренги из местной кондитерской. Элай ушёл, а ребята просидели у меня до самого вечера – мы делились смешными историями из детства, поэтому я заметно повеселела и невзгоды прошедшего дня отступили. Оказывается, иметь друзей не так плохо, и почему я всё время сторонилась фрейлин?

Ребята уже начали зевать и поглядывать на часы, но оставлять меня одну не спешили. Пришлось брать дело в свои руки, чтобы сбросить с них груз ответственности за моё состояние.

– Я так устала, – произнесла я и потянулась. – Идите-идите, дайте побыть в тишине и спокойствии.

– Мы тебя не оставим, – запротестовал Арк-Вирт.

– Вы и так сделали уже слишком многое для меня, за что я очень благодарна. Так что хватит, вас ждут кровати.

Ребята ещё немного посопротивлялись, уверяя, что могут и на полу выспаться. Рами и Клаудия заявили, что даже плохой сон не способен испортить их красоту. Но я была непреклонна. Вытолкала всех из покоев и, прислонившись спиной к двери, улыбнулась. Пожалуй, Рамания начинает мне нравиться. По-настоящему нравиться.

Всё ещё с улыбкой развернулась и отправилась в спальню. Приоткрыла дверь и заглянула в щёлку. Здесь была картина маслом: бедный, нарочито испуганный Крепыш пил чай из большой кружки и, заботливо укрытый пледиком (читай – носовым платком), рассказывал Хмилье, что он сегодня пережил.

– …а потом я бросаюсь наперерез заклинанию, которое летит в Купаву! Оно отрикошетило от меня, и теперь уже я мчусь со всей своей пыльцой на врага! Раз его ударил, второй! Он пошатнулся, упал навзничь и больше не поднимался – помер, кажись. Купава испуганная плачет, сидит на коленях – что взять с бедняжки? Принцесса, холёная и лелеемая всеми, не то что я – герой, боец! Говорю ей: успокойся, не хнычь, сейчас на помощь позову. И полетел.

– Так кто же в итоге похитил нашу принцессу, если ты его… того? – поинтересовалась Хмилья.

– Так, видимо, не помер, – нашёлся Крепыш. – Но лежал так смирно, как будто помер – вот те крест!

– Какой крест? – нахмурилась девушка.

– Выражение такое, – спесиво отозвался фейри и сделал новый, большой глоток чая. – Это всё не важно. Важно то, что я всех спас. Если бы я не прилетел к магистру Эверусу, не доложил о ситуации, то всем хана была бы. Он бы не доложил выше, не поднял бы на ноги всю полицию, не спасли бы они нашу Купавушку. Ты так его величеству Хогарду и передай, если письмо ему будешь писать.

Хмилья ответственно кивнула. И пока эти двое ещё до чего не добеседовались, я вошла в спальню и упёрла руки в бока, с прищуром взглянув на Крепыша. Тот быстро оценил расстановку сил, положил руку на голову и бухнулся прямо в кружку чая. Только бульканья и слышны.

– Я ему не поверила, ваше высочество, – оповестила меня Хмилья.

Улыбнувшись девушке, я прошла к столу и подтянула добытые в неравном сражении с магистром Эверусом книги. Открыла на нужной странице, запечатанной магией, и постучала пальцами по столу. Надо что-то придумать. Недоучка явно с таким не справится, а портить освещение ещё и в своей комнате не хочется.

К кому бы обратиться?

Взгляд упал на окно. Тимория и Элай возвращались из библиотеки. Тимория ведь с третьего курса, ей должно быть побольше об отпирающих заклинаниях известно. Нужно наведаться к ней.

Решила подождать её у двери. Тимория поднялась на этаж вместе с Элаем, ребята о чём-то спорили и лица у обоих такие непримиримые, а у принцессы ещё и насмешливое выражение перемежалось с кислым. Наконец, они разошлись и русалка приблизилась ко мне.

– Привет! Как ты? Все в академии только и говорят о произошедшем.

– Всё в порядке, меня спасли.

– О да, его величество умеет быть героем, – улыбнулась Тимория. – Как тебе он?

– Кто?

– Максимилиан, – с удивлением протянула девушка. – Он ведь тебя спас, об этом все шепчутся. Мол, наш прославленный монарх и тут предстал героем, спас иноземную принцессу.

Только сначала он эту самую принцессу сюда привёз. Но об этом никто не знает, судя по всему. Хорошо, что они не видели, как я бросилась к нему в объятия прямо из кареты. До сих пор стыдно. Вот и зачем я так сделала?

– А, ты об этом, – произнесла я и отвела взор. – О да, он хорош. Так великолепен.

– Не слышу энтузиазма в твоём голосе, – раскусила меня Тимория и улыбнулась. – Хоть мы с тобой и принцессы, но вряд ли можем рассчитывать на союз с самим Максимилианом Великолепным, – рассмеялась Тимория, добавив шуточное прозвище Максимилиана. – За то, чтобы он стал их зятем, будут бороться сильнейшие короли Райвима. И хоть Бриоль богат, ему больше нечего предложить Рамании, а богатств у Рамании и у самой в избытке.

Я застыла. Тимория не хотела меня задеть и всё-таки… невольно задела. Я сглотнула и опустила глаза. Она права. Максимилиану не нужна бриольская принцесса. Никак. Почему же он тогда предложил помолвку? Почему не отступился даже после отказа?

– Ты ведь меня ждала? – продолжила Тимория, не заметив моего смущения. – Тебе нужна помощь?

– Да, – я тряхнула головой, отбрасывая ненужные мысли. – Тут есть одна книга, позаимствовала из библиотеки. И на ней заклинание сокрытия – поможешь снять?

Тимория зависла от моей просьбы, а потом широко улыбнулась и забрала у меня книгу. Я открыла её на нужной странице и девушка усмехнулась.

– Знаешь, о таком меня ещё никто не просил. Ладно, попробую помочь. Если не смогу – не обессудь.

– Разумеется, – улыбнулась я и сделала шутливый книксен. – Спасибо тебе большое.

Тимория махнула рукой и зашла в комнату, я тоже отправилась к себе. Переоделась и легла спать. День был тяжёлый, длинный, и я думала, что не смогу заснуть, но в итоге просто отключилась.

Но ненадолго. Уже ночью ко мне явились гости.

Резкий, скрежещущий звук выбил меня из сна. Я распахнула веки и подскочила на кровати. Звук повторился и раздавался он от окна. Быстро поднявшись, я поплотнее запахнула халат. На мгновение мелькнула мысль – а что, если его величество?

Ну конечно, вот будет он стоять под окном и кидать в него камушки. Явно не его уровень. Макссимилиан скорее сразу заявится в комнаты, преодолев все защитные заклинания. С него станется.

Звук повторился в третий раз. Я уже подошла вплотную и теперь в темноте ночи кое-как смогла разглядеть незваного гостя.

Зимокрыл?! Быстро открыв раму, я впустила мою «курицу». В углу подоконника, где было уютное спальное местечко, от холодного ветерка, впущенного в комнату, заворочался Крепыш. Я лишь мельком посмотрела на фейри и вновь взглянула на зимокрыла. По его телу по-прежнему пробегали голубые искорки. Зимокрыл осторожно приближался ко мне, а я неосознанно вытягивала руку с татуировкой вперёд…

– Отец мой дракс! А эта курица что здесь делает?! – закричал испуганно Крепыш и схватился за сердце, разыгрывая спектакль «Фейри потерял сознание от страха».

Проверив, что уходить в мир иной он не собирается и его пульс ровный, я всё-таки дотронулась до птичьего хохолка. Татуировка тут же вспыхнула и уже привычно погасла, оставив всего лишь короткий хвостик, но мне показалось, что сейчас этот хвостик немного удлинился, став ближе к центру ладони.

– И что мне с тобой делать? – пробормотала, задумчиво глядя на птицу.

А она смотрела на меня. Причём таким умным, добрым взглядом, что я начинала сомневаться, точно ли она птица. Прилетела ночью, чтобы её никто не заметил, да ещё и купол защитный преодолела – магистр Эверус сказал, что ректор усилил защиту.

– Зажарить и съесть? – внёс свою лепту Крепыш, соизволив очнуться. – Купава, я с этой курицей жить на одной территории не буду!

Воспринимать всерьёз слова фейри я не собиралась, вместо этого задала куда более насущный вопрос:

– Скажи, а ты видишь в ней магию? Распознают ли эту магию другие? Я боюсь, что в нынешних условиях не смогу её защитить.

Крепыш задумался, осторожно подошёл ближе. Зимокрыл клацнул клювом, Крепыш отлетел и, держась за сердце, спрятался в моих волосах. Вновь осторожно выглянул и признался:

– Магии в ней много, но она вспыхивает, только когда ты приближаешься. Вот когда вы соприкоснулись, тогда был сильный скачок, а так… курица как курица.

Это отлично. Значит, смогу устроить так, чтобы она проживала в моей комнате и не привлекала внимания, но держаться от неё нужно подальше. Эх, и почему она выбрала меня? Как будто мне проблем без неё не хватало. И пусть эта птица спасла мне жизнь, но именно из-за неё я в историю с контрабандистами и вляпалась.

– Купава, а чего она на меня так смотрит? – настороженно спросил Крепыш.

Я внимательно посмотрела на зимокрыла. Хищник приготовился к нападению. Даже я отступила на полшага назад, соответственно, и Крепыш, путавшийся в моих волосах.

– Кажется, ей не понравилось, что ты назвал её курицей…

Сразу после этих слов зимокрыл сорвался в атаку. Целился в мою голову. Я увернулась, а вот фейри остался на месте, не поспев за мной. С диким криком он полетел из спальни в гостиную – дверь была приоткрыта для проветривания. Но забаррикадироваться не успел. Зимокрыл был стремителен и проскочил внутрь, бросившись на Крепыша.

Тут я отмерла. Кинулась следом. Хватать Крепыша по прошлому опыту было бесполезно – птица тогда меня клюнула! На этот раз я решила действовать умнее и схватила зимокрыла. Он пытался вырваться, но пока тщетно.

На шум прибежала Хмилья. Увидев птицу, она схватилась за сердце и вытаращила глаза.

– Ваше высочество! Кто это? Что происходит?!

– Наш новый тайный житель, – призналась я, пыхтя как чайник и пытаясь удержать курицу. – Хмилья, у нас есть что-нибудь вроде… клетки?

– Клетки со звукоизоляцией? – уточнила Хмилья, покосившись на входную дверь.

– И с шоковым эффектом, чтобы вырубать её! – крикнул из своего укрытия за диваном Крепыш.

Это было что красная тряпка для быка. Зимокрыл вновь попытался вырваться, но я и на этот раз его удержала. В коридоре раздался звук каблуков. Нам всем конец! Сейчас сюда войдёт комендант Вейсон и мне светит новая отработка, не говоря уже о том, что все узнают о зимокрыле.

Дверь открылась. Птица по-прежнему пыталась вырваться, но я крепко держала её и посмотрела на вошедшего. Моё лицо удлинилось, от удивления я выпустила курицу, она тут же бросилась в укрытие к Крепышу. Я застыла и по-прежнему продолжала смотреть на входную дверь.

– Купавушка, неужели в этой академии совсем не кормят, что приходится самой ночью добывать себе пропитание? – весело спросила…

– Бабуля? – неверяще уточнила я и после этого меня сграбастали в тёплые гномьи объятия.

– Аяй! Ой-ёй! Помоги-и-ите! – кричал Крепыш.

– Тише! Сейчас коменданта привлечёшь, – шикнула я и только потом вспомнила, что ему вообще-то жестокая расправа угрожает.

Бросилась за диван. Зимокрыл и не думал убивать фейри, он лишь схватил его за кофту и вертел на когте, с большим удовольствием наблюдая за этим процессом. Выхватив Крепыша, я спрятала его в ладонях.

– Если хочешь остаться здесь, то помни, что у нас тут уважают друг друга. Не бьют и не обижают, – последнее я уже сказала Крепышу.

Фейри запыхтел, а я развернулась к бабуле и тяжело вздохнула. Хмилья прикрыла дверь и только после глубоко поклонилась её вдовствующему величеству королеве-матери Энштепс.

Увидеть бабулю я никак не ожидала. Последние лет десять она жила в гномьих землях и бывала у нас набегами – у них с отцом совершенно разные взгляды на моё воспитание, поэтому между ними часто вспыхивали скандалы. В итоге отец мягко, но настойчиво посоветовал леди Энштепс заняться многочисленными племянниками, оставшимися в гномьих горах. К тому же гномы жили на десять-двадцать лет дольше людей и выглядели куда бодрее даже в восемьдесят, сколько и было бабуле, поэтому её неугомонности хватало на всех родственников.

И на гномьих, и на нас.

Её вдовствующее величество была как всегда великолепна, с густыми рыжими волосами, заплетёнными в такую высокую причёску, что благодаря ей леди казалась почти моего роста. При этом бабушка ещё носила туфельки на платформе, что и обуславливало её громкую походку. Собственно, эти звуки я и слышала в гостиной.

– Бабулечка, а какими ты судьбами? – спросила я, немного отстранившись и выпутавшись из крепких объятий. – Что-то случилось на родине?

– Случилось? – удивилась она. – Что под моим чутким надзором может случиться? Ничего, мой бриллиантик, а вот за тебя на сердце тревожно. Я уже ехала в Раманию, едва узнав о твоей помолвке, когда меня настигла новость о твоём похищении. Я ускорилась с портальными переходами и вот к ночи оказалась в столице. И здесь – сразу к тебе! Как ты, радость моя?

– Всё в порядке, – уверила я бабулю. – Вот эта птица меня спасла.

– А до меня дошли слухи, что его величество, – нахмурилась бабуля и пристальнее посмотрела на нашу курочку.

– Он тоже имел некоторое отношение, – не стала лукавить я. – Но эта птица замедлила время и дала мне фору. Кстати, знакомься – зимокрыл. Только это большой-большой секрет!

– Зимокрыл, – нервно хохотнула бабуля и поправила свои рыжие волосы. – А что? Меньшего я от тебя и не ожидала! Наша порода! Драгоценность моя!

Я улыбнулась. Бабуля приобняла меня и села на диван, опустив взгляд на мои руки.

– О, вижу, фейри ты тоже с собой прихватила.

– Так получилось, – потупила я взгляд.

– Хранить секреты – это у тебя в отца, – тут же с укоризной произнесла она. – Хогард ничего мне не сказал о твоей помолвке! Не спросил моего согласия. Моего необходимого благословения. Как же я тебя, мою кровинушку, – она обвела овал моего лица пальцами, – отдам неизвестно кому? Пусть он будет хоть королём всего мира, а не только Рамании.

Зимокрыл взлетел на бра и там застыл, сделав вид, что спит. Крепыш на него посматривал с недоверием, но вскоре перешёл на стол, сев рядом с сахарницей, заполненной орешками.

– Возможно, ты зря прибыла, если твоей целью является моя помолвка. Скорее всего, его величество уже написал отцу и отозвал своё предложение. Мы с ним поговорили сегодня и выяснили, что я не самая подходящая невеста.

Бабушка посмотрела на меня с недоверием, а потом даже дотянулась и щёлкнула меня по носу.

– Да кто ж откажется от такого сокровища добровольно, радость моя? Вот и твой королёк не отказался.

Королёк. Я прыснула от смеха. Слышал бы её сейчас его величество, у него бы инфаркт случился от такого обращения.

– Откажется, бабулечка, обязательно откажется. Вот увидишь. Мы с ним часа два назад всё обговорили.

Точнее, я оставила его в безальтернативной ситуации, утаив некоторые факты. Но это ведь мелочи, правда?

– И о чём же вы разговаривали?

Я вздохнула. Объяснения предстояли долгие. Я решила сократить их и отвела взгляд. Он как раз упал на мою ладонь в бабушкиной руке, она тоже заметила след татуировки.

– Это что же… брачная татуировка оборотней?! Вот хвостатых нам точно не надо, Купава! Наша родословная этого не выдержит!

Посмотрев на неё, я всё-таки второй раз прыснула от смеха. С бабушкой по-другому не выходило. Она была так неподражаема в своей уверенности, что это вызывало дикое восхищение.

– Вот и его величество думает так же, – потупила я взгляд. – И я не стала его разуверять. Поэтому он откажется от меня. Вот увидишь!

Оказывается, признаваться в этом было неприятно. Отчего-то быть отвергнутой мне не понравилось. Особенно отвергнутой самим королём Рамании.

– Ты мне ещё расскажешь, что это за татуировка, но после услышанного хочу тебе сказать одно: если за прошедшие сутки сам король Рамании не предпринял никаких действий, то и не предпримет. Точнее, предпримет, но в другом ключе. Он сделает всё, чтобы завоевать тебя, пусть для этого нужно будет горы свернуть, а не то что разорвать какую-то нелепую связь с оборотнем.

– Глупости, – неуверенно протянула я, однако звучало с надежной.

Её почувствовала и бабуля. Улыбнулась.

– Поверь мне, такие мужчины не отступаются, к тому же если ты действительно нужна раманскому величеству. А то, что не сказала – правильно. Вот мы и проверим его истинные мотивы. И вообще – нечего сразу соглашаться. Знаешь, сколько меня твой дед добивался?

– Пять лет, – улыбнулась я.

Это была та ещё семейная история, описанная во всевозможных романах, как гномья принцесса искренне ненавидела бриольского принца и отвергала его тридцать семь раз! И благо, что гномка вовсе не принцесса, а дочь прославленного и богатого ремесленника – история-то красивая!

В итоге бриольский принц обиделся и уехал. Два месяца выдержала бабуля, а потом заявилась в Бриоль на новогодний бал и прилюдно спросила, где её обручальное кольцо и когда будет свадьба? Говорят, радостную улыбку принца нужно было видеть.

Их брак был счастливым и долгим. Дед отошёл от дел двадцать лет назад и ещё через десять лет отправился за грань. Я его помню, но довольно смутно.

– Вот, пять лет, как раз столько ты учишься в академии – фора у нас есть, – кивнула бабуля. – Купавушка, ну что ты за наивный ребёнок? Опровержения Хогарду не поступало – он бы мне сказал. Я ему такую трёпку устроила после того, как он тайком отправил тебя в Раманию, что теперь он будет отчитываться мне ежеминутно обо всём, что происходит. Так что ты не переживай. Королька мы твоего проверим, если будет годным – замуж отдам, а ежели нет – заберу тебя из этого захолустья.

Захолустья. Столица Рамании. Нет, я определённо люблю свою бабушку! Я даже улыбнулась. Приободрилась.

– А можно привести второй план в действие уже сейчас? Согласна вернуться домой!

– Как же вернуться? – округлила глаза бабуля. – А как же сам король Рамании, Владыка Малоземья?

– Ты его только что назвала корольком, – напомнила я.

– Это я так, для красного словца, – тут же нашлась бабуля, и я даже заподозрила её в родстве с фейри. – А в целом он богат и могуществен.

Это бабушка ещё не видела, насколько он красив. Какие у него невероятные глаза и широкие плечи, а ещё – какая улыбка…

Так, стоп, Купава! Что за странные размышления? Отставить!

– А теперь к делу, Купава. Помни, так просто я тебя замуж не отдам. Буду рядом и бдить. А если надо – бить. И не важно, кого. Расскажи-ка мне, что за оборотень-то рядом с тобой вился, что его величество грешным делом подумал о вашей связи?

Я вздохнула. Кажется, пришла пора во всём сознаваться, что тут произошло за последние две недели.

Поняв по моим глазам, что разговор предстоит долгий, бабуля уточнила:

– Купавушка, а чаю у тебя нет?

Максимилиан Раманский

– Есть какие-то известия? – ровно спросил я у капитана жандармерии.

Митлок почтительно поклонился и отчитался:

– Удалось установить личность погибшего контрабандиста – Ульрих Виасток, в кругах контрабандистов больше известен как Неуловимая маска. У него был свой картель, если можно так назвать его банду. Кучер и сообщники, что следили за маршрутом кареты, пойманы, как и тот, кто открыл ворота академии изнутри и навёл Ульриха на её высочество Купаву. Всего пять человек – досье на каждого лежат перед вами. Сейчас они все в допросной, медленно, но раскрывают имена и факты, некоторым мешают магические печати о неразглашении, но и их мы взламываем – я ведь правильно понимаю, что вашему величеству они не нужны живыми и в добром здравии?

– Их будут судить по закону, но если в ходе допроса пострадает их ментальное здоровье – суд учтёт необходимость и правомерность действий следствия, – согласно кивнул я и просмотрел дела. – Что-то ещё удалось узнать?

– У Неуловимой маски был двойник, – кивнул капитан. – Если можно так сказать, правая рука. Вместе они проворачивали дела и уходили от преследования. Ловкие ребята. Весь список их ухищрений в рапорте.

– Вы уже вышли на след двойника?

– Работаем в этом направлении, ваше величество, но… – Капитан Митлок замялся. – Никто из задержанных никогда не видел его лица. Они оба работали в масках, и если Ульрих снимал свою при подчинённых, то второй этого не делал и вообще мало общался с бандой, предпочитая оставаться в тени.

– Проблема, – я постучал по столу пальцами. – Нужно выяснить, кто он, и найти. До тех пор держите РАМ под строгим наблюдением, проверяйте всех вышедших и вошедших.

– К слову, об этом, ваше величество. Пару часов назад в академию прибыла вдовствующая королева Бриоля – леди Энштепс.

Прибыла тяжёлая артиллерия? Я откинулся на спинку кресла и усмехнулся. Кажется, Купава всерьёз решила избавиться от нашей помолвки, раз вызвала родственницу, слухи о которой долетают до самой Рамании. Но если наивная принцесса думает, что я отступлюсь, то зря.

– Если на этом все новости, можешь быть свободен. Я ознакомлюсь с документами.

Капитан с поклоном удалился, а я пробежался взглядом по рапорту. Воспоминания вновь затянули меня в тот миг, когда к горлу Купавы был приставлен нож. Кажется, моё сердце на миг остановилось, словно заледенело. Неужели девчонка стала мне дороже, чем я думал?

Глупости. Купава нужна мне. Нужна дракону. Огонь сжигает меня изнутри и утихомирить его способна только она. Других претенденток мы не нашли. Вот и всё. Больше ничего нас с ней связывать не может. А повышенное давление в момент, когда я узнал о похищении принцессы, можно списать на страх потерять разум и сгореть от переполняющей меня магии.

По коже вновь пробежали всполохи. Мне становится всё труднее контролировать дракона. Купава, Купава… Так просто я тебя не отдам. Пусть даже придётся пойти против истинной связи оборотней.

Вздохнув, я взял с собой документы и направился на выход. Есть только одно место, где я смогу найти ответы на все вопросы. Путь в Малоземье верхом займёт около десяти часов и столько же обратно. Уже в понедельник мне нужно быть в столице. Успею? Возвращаться придётся ночью, а там сразу в академию. Коварно улыбнулся. Ты даже не представляешь, с кем решила поиграть, принцесса.

Огорчает только одно – мне придётся видеть Дейна Эверуса чаще. Как будто полугода проживания под одной крышей мне не хватило. Вспоминать о событиях десятилетней давности было неприятно, поэтому я вновь подумал о Купаве. Думать о ней в разы приятнее.

Она будет моей. В этом я не сомневаюсь.

Глава 2

Купава Даорг

– Значит, у вас преподаёт Дейн Эверус, – задумчиво подвела итог бабуля после моего рассказа и пригубила чай.

– Ты его знаешь? – тут же встрепенулась я.

К чаю у нас были восхитительные бабушкины пирожки с малиновой и вишнёвой начинками. Она впрок напекла дома и привезла с собой, подвергнув их заклинанию стазиса, чтобы пирожки сохранились свежими и ароматными.

Вообще-то есть ночью не очень полезно, но за окном уже забрезжил рассвет, и я посчитала это ранним завтраком.

– Нет, – мгновенно отозвалась бабуля, слишком быстро для той, кто ничего не знает, и я прищурилась. – Просто слышала кое-что от подруг. Видишь ли, пока я добиралась сюда, а заняло это по меньшей мере три дня, я решила не терять времени зря и занялась информационной подготовкой. В карете было скучно, вот я и писала письма своим знакомым, расспрашивая не только об академии, куда тебя отправили, но и о самом Максимилиане Раманском. Хочу тебе сказать, фигура он интересная. Судьба у него необычная и не сказать, что лёгкая. В шестнадцать лет потерял отца! И главное, где? В горах. На него напала стая манкор.

– Манкор? – изумилась я. – Но ведь они одиночки. Редко сбиваются в стаи.

– Редко, но метко, – вздохнула гномка и причмокнула губами. – Не сдюжил король. Хотя шут его знает, как он вообще оказался в горах один – история о том умалчивает. И вот шестнадцатилетний парень восходит на трон. Никто ведь не верил тогда в его величие, – тут она лукаво посмотрела на меня, – но говорят, он хорош. В правлении, я имею в виду, – добавила бабушка, вдоволь насладившись румянцем на моих щеках. – Отогнал орколейцев от границ, заставил их присягнуть на верность, да ещё и Малоземье присоединил к Рамании и стал величаться их Владыкой – прежде никто не носил этого статуса. Племена в Малоземье разрозненные, поэтому каждый и хотел забрать себе кусочек. Максимилиан взял их под своё крылышко и по их же просьбе.

Я кивнула. Это всё я знала. Я жаждала услышать иное, куда более личное.

– А теперь то, что в учебниках истории не пишут, – продолжила бабушка и взяла пирожок, начав его с удовольствием есть. Я вся напряглась, выжидая минуты, пока королева Энштепс вернётся к волнующей меня теме разговора. Она же подтрунивала надо мной, специально растягивая время. – На войне юноша получил травму. Не волнуйся так – он её уже вылечил, но вот как – это уже интереснее. Помогал ему шаман из Малоземья, у которого он и жил полгода после окончания войны. Шамана зовут Кайн, очень уважаемый в среде малоземцев, выдающийся маг, обладающий не свойственной нам магией, а своей особенной. Он смог вылечить короля. Какой у него был недуг, никто не знает, я сама спрашивала, – ответила бабуля, прочитав вопрос по моим глазам. – Заодно обучил некоторым малоземским колдовским премудростям.

– Пока там жил, его величество и подружился с Дейном Эверусом? – догадалась я.

– Подружился? – фыркнула бабуля. – Судя по моим источникам, всё наоборот. Они ровесники и невзлюбили друг друга с первого взгляда. Молодые девятнадцатилетние парни буквально соревновались друг с другом, ведь жили под одной крышей – как тут не соперничать?

– А фамилия того шамана случайно не Эверус? – я вновь проявила чудеса смекалки и на этот раз угадала.

– Да, Дейн – сын того шамана, которому его величество обязан жизнью.

Поэтому Максимилиан терпел панибратское отношение и ещё не отправил Дейна на плаху. Значит, они друг друга недолюбливают, но при этом имеют не просто общее прошлое, но и какую-то тайну?

– Интересно, а почему два парня могли соревноваться? Например, Арк-Вирту и Элаю, моим одногруппникам, нечего делить. Они хорошо общаются.

– Кто знает? Может, там девушка какая-нибудь замешана. Наверняка очень красивая, – поддела меня бабуля, и я вся вспыхнула.

– Его величество не похож на того, кто может испытывать сильную сердечную привязанность, – фыркнула я и отвернулась, нахмурившись. – Он вообще очень… очень…

– Очень?

Что именно он «очень» я сказать не могла. Он просто «очень». Во всём. Очень красив. Очень бесит. Очень одарён. Очень невыносим.

– А Дейн похож? – внезапно спросила бабушка, и я хлопнула ресницами. – Дейн похож на того, кто может испытывать сильную привязанность?

Я задумалась. В итоге уверенно кивнула.

– Вот и ответ, – заключила её вдовствующее величество. – Они разные. И каждый из них лидер по своей сути. Два лидера с разным видением мира не могут ужиться на одной территории. Это аксиома.

Пожалуй, бабушка совершенно права. Но почему-то было забавно представлять двух молодых парней – Максимилиана Раманского и Дейна Эверуса, пытающихся ужиться под одной крышей.

– В общем, суть я поняла. Будем решать. Увидимся завтра.

– А куда ты?

– Как куда? В бриольскую резиденцию, я ведь королева, мне не по статусу ночевать в общежитии. Карета ждёт снаружи.

Энштепс поднялась на ноги и зашагала к выходу. Я подскочила вслед за ней.

– А как ты сама прошла на территорию академии? Когда тебе успели выписать пропуск? – внезапно задумалась я.

– Я заранее написала ректору и потребовала внести меня в список людей, имеющих право посещать академию.

– А такой список есть? – изумилась я.

– Если не было, то теперь точно есть, – сделала вывод бабуля и, развернувшись ко мне, заключила меня в прощальные объятия. – Доброй ночи, драгоценность. Береги себя и помни, какое ты сокровище.

Бабушка покинула меня так же стремительно, как и прибыла. И думается мне, завтра вся столица будет поднята бабушкой – если она успела раздобыть столько информации, пока ехала сюда, то сколько всего узнает, находясь в Энибурге?

Зевнув, я развернулась ко всей своей весёлой компании.

– Её величество сообщит его величеству, что я тут, и всё – пиши-пропало, – вздохнул Крепыш.

– Вот за это точно не переживай, – покачала я головой и прошла к бра, на котором тихо посапывал зимокрыл. – Она ничего не расскажет отцу, более того – ещё и создаст новых тайн, которые придётся хранить от него. И ещё – нам нужно ускориться с поисками чешуек, потому что, если к делу подключилась бабушка, неизвестно, когда нам прикажут паковать вещи. Конечно, она обещала приглядеться к Максимилиану, но чувствую, он не подойдёт под её свободолюбивые требования.

– А мне кажется, он ей понравится, – внезапно подала голос Хмилья и тут же смутилась. – Гномы же очень ценят рост, а его величество Максимилиан высокий.

– И щедрый, – добавила я. – Ты видела, сколько он даров привёз в Бриоль? А это гномы не ценят. Точнее, дары они ценят, но чтобы дарили им, а не они. Так что бабушка не выдаст меня за него замуж, скажет, что муж растратит все семейные богатства.

К слову, надо намекнуть на этот недальновидный поступок Макса леди Энштепс.

– Кстати, как мы его назовём?

– Кого? – недоумённо спросил Крепыш.

– Зимокрыла.

– Кажется, это женская особь. Назовём её Курицей? – предложил Крепыш.

– Так точно не подойдёт, – покачала я головой и задумалась, присев на край стола. – Может, Синеглазка? Сокращённо буду звать её Синькой.

– Хорошо, а я всё равно буду звать её Курицей, – хмуро отозвался Крепыш и ушёл к окошку, забившись в угол подоконника, где уже успел соорудить себе спальное уютное гнёздышко.

Мы с Хмильей переглянулись. Кажется, они не поладят. Решив, что подумаю о грядущих проблемах завтра, отправилась спать.

* * *

Выходные прошли и слава драксу. Я готова восхвалять даже этого пакостника, потому что вымоталась. Началось всё утром в воскресенье, когда явилась бабуля.

– Купава, а это что такое? – изумилась её вдовствующее величество, заглянув в мой шкаф, и развернулась ко мне, уперев руки в бока. – Это что, бриольская мода?

Окинула взглядом свой гардероб. Милые платьица в основном терракотового и болотного оттенков носились с белыми блузами – повседневные, а также выходные наряды с высокой горловиной и длинной пышной юбкой. Меня всё в этом устраивало.

– Что-то не так?

– Драгоценность моя, – проникновенно начала бабушка и сделала осторожный медленный шаг ко мне, словно ласковый хищник, – ты ведь знаешь, что в каждом королевстве своя мода?

Кивнула медленно-медленно, словно обдумывая её слова.

– И раманская мода отличается большей открытостью, наличием золотых нитей в одежде и множеством украшений?

– Какое мне дело до раманской моды? Я тут ненадолго и вообще – учиться приехала.

– Учиться, – буркнула бабуля, – или всё-таки в последующем править?

Я вспыхнула. Вот никогда не рассматривала эту сторону брачного вопроса. Задумывалась о том, каково будет в браке с Максимилианом, но что значит быть супругой короля и нести ответственность за его народ – не представляла.

– Знаешь ли, мода гномов тоже отличается от бриольской и мне пришлось перенять традиции.

Я возмущённо открыла рот.

– Бабуля! Вообще-то наши модные веяния не так сильно отличаются – это раз, а два – всё благодаря тебе. Кто ввёл болотный цвет для повседневных платьев в моду? Это ведь потому что зелёный прекрасно оттеняет твои рыжие волосы.

Бабушка кокетливо поправила шевелюру и клыкасто улыбнулась, совсем не по-королевски, но очень даже по-гномьи.

– Ну вот и ты можешь смешать модные веяния, сразу после того как станешь королевой. А пока не стала ею – попробуй стать раманкой.

– Не собираюсь, – отрезала я.

– Уверена, Максимилиан оценит.

– Тем более не собираюсь, – упрямо заявила я.

– Кажется, тебе нужны были вещи для твоей птички? – пошла на шантаж бабуля, и я вздохнула.

Она единственная, кто может беспрепятственно заходить в академию. Я сейчас в уязвимом положении.

– Два платья, – пробормотала я хмуро.

– Два платья и приталенную форму, а ещё – обязательный выход в этом платье в понедельник.

– Почему это?

– Узнаешь, – подмигнула бабуля и, открыв ридикюль, извлекла из него измерительную ленту. – Раздевайся!

В этот момент в дверь постучали. Я так обрадовалась, что отскочила от бабули.

– Ты купи на глаз, хорошо? – попросила я. – У тебя же зрение гномье, а гномы размер бриллианта, который сделают из алмаза, определяют до сотой доли карата. Ты справишься.

Подмигнув ей, я побежала открывать дверь. Но едва распахнула её, застыла. На пороге стоял высокий мужчина в тёмной форме без знаков отличия. Он тут же прикоснулся двумя пальцами к груди и на кармане проявилась эмблема тайной канцелярии, имя и звание. Капитан Митлок.

– Доброе утро, ваше высочество, – его взгляд метнулся мне за спину, – ваше величество. – Он почтительно поклонился, приподнял коробку с названием местной кондитерской и продолжил: – Вы не хотите выпить чаю за непринуждённой беседой?

Допрос? Конечно, понимаю, после случившегося мои показания имеют большое значение.

– Проходите, капитан Митлок, – кивнула я и отступила в сторону, пропуская мужчину.

Мы разместились на диване. Бабушка поближе ко мне, коршуном глядя на капитана, чтобы и не думал обижать её внучку. Он отвечал ровным взглядом и не тушевался, чем заслужил моё уважение. Впрочем, с чего бы ему тушеваться, если он в полтора раза выше бабули?

Хмилья готовила нам чай и раскладывала пирожные. Выглядели они весьма аппетитно, особенно если учесть, что я ещё не завтракала.

– Вы не против? – спросил капитан и положил на стол артефакт – он поглощал звуки под куполом, чтобы никто нас не подслушал.

Правда, все внешние звуки до нас всё равно доносились.

– Непринуждённая беседа, – весело прокомментировала я, припомнив его предыдущие слова, и капитан виновато улыбнулся.

– Подскажите, принцесса, как вы оказались в заповеднике и что там делали?

– Я зашла к магистру Эверусу, а потом меня пригласила на отработку мадам Ястер. Я подумала, что неплохо поработать в выходной до вечера, тогда засчитаются сразу несколько дней наказания.

– За что именно вам выписывались наказания? Может ли быть такое, что они были намеренно подстроены и вы не имели отношения к происшествиям, за которые вам выписывали листы отработок?

Тут я смутилась.

– Это исключено, – ответила я, опустив голову. – Я несколько… м-м… имела отношение к случившемуся.

Более чем имела. Так и скажем – сама напрашивалась. Влипать в истории я умею. В этот момент из комнаты послышался клёкот, а следом писк фейри. Капитан тут же вытянул шею, посматривая в сторону двери спальни, а я прочистила горло.

– Окно в спальне открыто, – оправдалась я.

В этот момент в спальне что-то упало. Предположительно, ваза. Я бросила взгляд на Хмилью. Горничная, активно улыбаясь капитану и пятясь спиной к двери спальни, прошмыгнула туда. Но звуков меньше не стало. Наоборот. Больше. Теперь птичий клёкот был более различим, а фейри…

– Убива-а-ают! Помоги-и-ите! Спаси-и-ите!

– Ваше высочество? – недоумённо обратился ко мне капитан.

– Фейри, – пришлось ответить мне. – Те ещё затейники, знаете ли. Такие спектакли организовывают. И на птиц любят охотиться. Такие рогатки мастерят – залюбуетесь. А потом эти птицы им мстят.

– Мстят?

– Пытаются поклевать.

– Вы не хотите спасти своего фейри? – уточнил капитан, и тут я широко улыбнулась.

– Сам разберётся.

Спасать его я больше не собиралась, потому что видела, как под утро он проснулся, подлетел к спящему зимокрылу и начал выдёргивать у него едва отросшее оперение. Так что заслужил.

– Кхм, что ж…

– Знаете, я пожалуй, пойду, – прервала его бабушка и поднялась на ноги. Капитан вслед за ней. – Нужно купить большую клетку со звукоизоляцией.

– Для фейри? – уточнил капитан удивлённо.

– Конечно! Чтобы спасти бесценных птичьих особей, – покивала бабуля и тихо добавила: – Они, в отличие от Купавы, защитить себя не могут. – И громче: – Доброго дня, капитан.

– Ваше величество, – поклонился он и, когда бабушка вышла, сел напротив.

Из комнаты всё ещё доносились странные звуки, к которым теперь добавились крики моей служанки. Я непринуждённо взяла кружку, пирожное и обратилась к капитану.

– Продолжайте, я готова.

В общем, когда допрос закончился, капитан покинул мои комнаты хмурый и в крайнем изумлении. Я же сразу бросилась в спальню и, чуть ли не с ноги открыв дверь, окинула её взглядом. Хмилья утешала зимокрыла в одном углу, поглаживая нахохлившуюся птицу, а Крепыш сидел на подоконнике, лелеял раненую руку и тоже хмурился.

– Поскорее бы вернулась бабушка с клеткой.

Обработав всем раны, я решила взяться за уроки. Но мои соседи по палате, то есть по покоям, на этом не остановились. Они продолжали друг друга донимать, но уже тише, чтобы не мешать мне. Я от всего так устала, что едва ли не вприпрыжку бежала к бабуле – она принесла большую клетку с артефактом шумоизоляции, питание, подстилки и коробки с платьями – их помог донести мистер Вейсон. Вскоре комендант с поклоном удалился, недоумевая, зачем фейри такая клетка, а я уточнила:

– А маленькой клетки не было? Чтобы и второго посадить, а то он сможет пролезать через прутья.

– Я поставлю защиту и не сможет, – убедила меня бабушка. – Такую, чтобы скрыть заодно магию твоей птицы. Хотя подозреваю, сегодня капитан просканировал пространство и, возможно, понял, кто сидит рядом с тобой.

– Крепыш уверял, что его магия активируется только рядом со мной, – разочарованно произнесла я.

– Сильный маг видит даже малейшие всполохи, и пусть я бы не смогла вот так определить вид птицы, но то, что она волшебная – поняла бы наверняка. Клетка скроет это.

– Спасибо! – облегчённо произнесла я и обняла бабулю. – А может, ты сделала это бескорыстно и платья не придётся мерить?

– Придётся! – была непреклонна гномка, и я вздохнула.

Зачем же ей нужно, чтобы в понедельник я выглядела обворожительно?

Глава 3

– А курицам учиться не положено, – фыркнул Крепыш, поправляя галстук-бабочку на шее и направляясь на выход из спальни.

Зимокрыл посмотрел на него без удовольствия. Я тоже. Фейри просто излучал радость по поводу учёбы и даже отказался от завтрака – так ему не терпелось приступить к занятиям. В отличие от меня.

Я посмотрела на своё отражение. Светло-зелёное платье было с неглубоким, но всё-таки декольте, поэтому приоткрывало грудь, да и из-за длины хорошо были видны лодыжки – неслыханная дерзость для Бриоля и вполне обыденность для Рамании. Мои волосы Хмилья заплела не в тяжёлую прическу по бриольской моде, а уложила мягкими локонами, как принято в Энибурге, – этому её вчера научила бабуля. Провела ей мастер-класс. И вот теперь я стою перед зеркалом и хмурюсь. Даже чёрная мантия теперь не спасала – она была по фигуре, не закрывала декольте, а подчёркивала его, и подпоясывалась на талии изящным ремешком с золотой пряжкой.

– Она что-то задумала, – сказала я своему отражению. – Определённо.

– Ваше высочество, вы на завтрак не опоздаете? – уточнила Хмилья, и я поняла, что пора выходить.

Элай, Арк-Вирт и Рами с Клаудией ждали меня за столиком. Я поставила поднос, полный еды, и опустилась рядом с ним. Поняла, что ребята застыли и вопросительно приподняла бровь.

– По какому случаю изменения? – спросила Рами. – Выглядишь шикарно. Для кого старания?

– Я, кажется, знаю, – широко улыбнулась Клаудия и наклонилась к столу, понизив голос: – Позавчера её спас сам король, она пала жертвой его чар – дама в беде и принц-спаситель, как троп из романтических книг – поэтому она решила измениться, чтобы претендовать на его руку и сердце.

Мои щёки вспыхнули. Да с чего они взяли, что это я?

– Звучит вполне правдоподобно, – кивнул Элай, – и я даже не сомневаюсь, если Купава захотела выйти за него замуж, то так и будет. Знаете, сколько она женихов отвергла? Меня в том числе.

– Ты не выглядишь расстроенным по этому поводу, – хмыкнула над его ухом Тимория и присела рядом за стол. – Но Купава невероятно красива. Действительно интересно, для кого старания. И тоже склоняюсь к кандидатуре его величества. Максимилиан – мечта!

– Да не нужен мне Максимилиан, – шикнула я. – Прекратите сватать меня за вашего монарха.

– Я слышала, что он недавно наведывался в Бриоль, – неожиданно сообщила Клаудия. – Матушка написала мне и поделилась слухами. – Вздох. – Если это действительно так, то неужели ты отберёшь у нас нашего короля? Я с пяти лет мечтала выйти за него замуж.

– Что-то ты не выглядишь расстроенной, – повторила я слова Тимории и прищурилась, глядя на дочь герцога.

– Так я в любом случае в выигрыше, – хмыкнула она. – Если ты не выйдешь замуж – выйду я, а если выйдешь – буду первой фрейлиной королевы и на всю жизнь останусь подругой. Как ни крути – у меня идеальный расклад.

И так легко это было сказано, что я улыбнулась. У меня не было подруг. И наши отношения с Клаудией с первой встречи не задались, она приревновала Элая, но в итоге расслабилась, поняв, что между нами точно ничего нет.

Или ревновала не она, а Рами? А Клаудия защитила интересы подруги? Я внимательно осмотрела друзей и заметила, с каким неудовольствием смотрит на Тиморию брюнетка.

Закончив с завтраком, мы все вместе отправились в академию. Сегодня здесь было многолюдно и все столпились возле расписания, что-то громко обсуждая. Мы тоже заинтересовались, но я близко не подошла, стоя сбоку.

– Новый факультатив – «Особая магия». И преподаватель не значится!

– Будет кто-то новый, уверена, известный маг, – с энтузиазмом отозвалась одна из студенток.

– Может, шаман из Малоземья? Их магия самая особенная.

– Не скажи, – хмыкнул четвёртый из толпы. – А русалочья?

Спор продолжился, а ко мне вернулся Элай с новостями:

– «Особая магия» значится три раза в неделю, причём только у нас, у первого курса, – поведал он мне с воодушевлением. – Конечно, факультативы могут посещать все, и я услышал от пары третьекурсников, что они тоже собираются сходить.

Я никак не прокомментировала это. Взгляд упал на входную дверь и… я застыла, превратившись в статую.

– Это же его величество! – пискляво воскликнули девушки.

– Максимилиан Раманский! – зашептались парни.

А я даже разговаривать не могла. Повернуться тоже. Я просто внезапно поняла, что именно замыслила бабушка. Максимилиан был невероятно хорош – в тёмно-фиолетовом камзоле с золотой вышивкой на лацканах, с идеально уложенными волосами, со сверкающими артефактами-кольцами и весь такой вальяжный… Ему даже не нужен был венец, чтобы перед ним склонялись.

– Сюрприз, – пробормотал Элай и склонил голову в знак приветствия.

Я всё ещё не могла пошевелиться. Просто взгляд короля упал на меня, и на мгновение Максимилиан замер. Прошёлся по моей фигуре, отмечая и декольте, и открытые лодыжки, а я вся залилась краской. Я не для него старалась, не для него! Но что он сейчас подумал?

Взор монарха упал на Элая. Я думала, что он сейчас подойдёт ко мне, но нет – его величество прошёл мимо, при этом совсем недалеко от нас – я почувствовала запах его парфюма, но вот разглядеть глаза не смогла.

– Что его величество делает здесь? – со всех сторон продолжали сыпаться вопросы.

– Как он хорош! Увидеть его вот так вблизи… даже мечтать не могла!

– Значит, одежда всё-таки для него, – с усмешкой произнёс Элай, наклонившись ко мне и сверкая, как тысячи бриллиантов, будто только что разгадал загадку вселенной.

– Нет! – поспешно воскликнула я. – Мне нужно переодеться…

Договорить не успела. В этот момент раздался усиленный магией и разнесённый по всем коридорам академии голос ректора:

– Всем студентам собраться в главном зале.

– Потом переоденешься, – хмыкнул Элай и осмотрел меня с ног до головы. – Хотя, учитывая, что его величество Максимилиан уже тут, я бы не стал.

Я вновь покраснела, но на этот раз от гнева – просто я чётко поняла, что бабуля знала, кто явится сегодня на собрание, оттого и поставила такое условие. Что ж, условие я выполнила – король меня увидел. А дальше красоваться перед ним не собираюсь.

– Поторо-о-опимся, – подхватила нас обоих под руки Клаудия, – сейчас все самые лучшие места займут! Ну чего вы встали? Нам надо как можно ближе к сцене!

Спорить с ней о том, что нам туда не надо, не стала. Всё равно ведь не удастся занять места впереди – судя по движению потока, мы явно опаздывали. И несмотря на то, что Клаудия старалась лавировать среди студентов, мы никак не успеем.

Когда мы вбежали в зал – а мы и правда вбежали – меня ждал разочаровывающий сюрприз.

– Мы ту-у-ут! – закричала Рами с первого ряда и помахала рукой. Рядом с ней сидел довольный Арк-Вирт, и, когда мы подошли, девушка пояснила, приобнимая за руку орка: – Вирт посадил меня на плечо и начал рассекать волну студентов – они буквально отпрыгивали в стороны перед такой громадиной. Я и опомниться не успела, как мы оказались перед дверями зала одними из первым.

– Правда, я чуть не забыл о Рами…

– Ой да, я почти стукнулась лбом о дверной косяк, – поморщилась девушка. – Просто Вирт забыл, что я у него на плече, но даже если бы ударилась – это такие мелочи! Мне удалось занять почти самые лучшие места.

– Вы молодцы, – радостно сообщила Клаудия и села на свободное место, потянув и нас с Элаем.

– А где Тимория? – спросил принц, оглянувшись.

– На сцене. Она же староста общежития и входит в оргкомитет, – ответила Клаудия.

Мы все посмотрели на сцену. Там суетились старшекурсники, поправляя звукоразносящие артефакты и стулья. Пока остальные рассаживались по местам, они работали. Вскоре со сцены сбежала Тимория и, ловко подвинув меня и Элая, втиснулась между нами, пытаясь усидеть сразу на двух стульях. Мы оба хотели возмутиться, но не решились, да и некогда было. Гомон стих, и на сцену поднялся король. Все встали и поклонились. Максимилиан вновь легко нашёл взглядом меня, и я в который раз почувствовала себя дурой.

Сижу на первом ряду. Оделась по раманской моде. Легко можно подумать, будто я жалею о своей связи якобы с оборотнем и желаю вернуть нашу помолвку. Ну бабуля, удружила. Впрочем, друзья тоже хороши. Но от последнего я хотя бы могла отказаться, но решила, что тогда меня просто высмеют, якобы я пытаюсь отрицать свою влюблённость в Максимилиана – ведь именно это они выдумали за завтраком.

Я даже фыркнула. Вот именно, что вы-дума-ли.

– Что тут интересного? – мне на плечо опустился Крепыш. – По какому поводу собрание?

– Вот сейчас и узнаем, – шепнула я.

На сцену поднялись и преподаватели, в том числе Дейн Эверус – они сели в противоположных углах сцены, причём кресло Максимилиана не было королевским, что я сразу отметила. Не хочет особого отношения?

Последним вышел ректор, и студенты сразу же замолчали, готовые внимать каждому его слову. Ректор осознал, в чью сторону направлено такое любопытство, и не преминул пошутить:

– Судя по заполненности этого зала, вы все очень соскучились по мне.

Студенты посмеялись и огляделись – мест для всех не хватало, поэтому многие стояли у стен и в дверях. Я же вновь почувствовала на себе взгляд короля – он был достаточно отстранённым, словно Максимилиан просто оглядывал зал и случайно споткнулся о моё декольте. А я случайно оглядывала сцену и споткнулась о его широкие плечи.

– Меня прям гордость берёт за свою родину, когда смотрю на Максимилиана, – хихикнула Клаудия.

– Тебя не гордость берёт, а что-то другое, – поддел её Элай.

– У меня для вас три важных новости, – начал ректор. – И нет, к вашему величайшему сожалению начну я не с присутствия здесь его величества, – усмехнулся он, и студенты разочарованно вздохнули. – Для начала я напомню вам о внеучебных занятиях – клубах по интересам. Вступление в них является обязательным. Вы должны уделять внимание не только учёбе, но и общему развитию.

Ах да, РАМ ведь создавали для лучших студентов, для элиты, а элита должна общаться не только с однокурсниками, но и между курсами. И клубы – идеальный вариант для этого. Хитро.

– Список клубов вы можете увидеть в главном холле, там же, где и расписание. У каждого клуба есть время встреч, руководитель и его данные. До конца недели вы должны определиться с клубом и написать заявление на вступление, заверить его в ректорате и отдать кураторам. Надеюсь, с этим вопросов не возникнет.

Он оглядел студентов. Вопрос был только один и раздался он от…

– А фанклуб короля есть? – спросила Клаудия, и я решила сделать вид, что вообще с ней не знакома, посмотрев в противоположную сторону.

– Надеюсь, вы о шахматах, студентка Цурик, – ухмыльнулся ректор и продолжил: – Второй вопрос на повестке дня это, разумеется, традиционный Осенний бал. В этом году ответственной за его проведение назначена Тимория Хейвин. – Русалка поднялась и поприветствовала студентов, после чего вновь втиснулась между нами.

Разумеется, у его величества опять появился повод взглянуть в нашу сторону и на моё… на меня, в общем. Из-за этого желание поскорее снять с себя одежду усилилось. В смысле не совсем снять… ой нет, совсем, но тут же одеться в другую! О боги, ладно, больше ни о чём не буду думать, а то моя фантазия меня, чего доброго, доведёт до неприличных картин с участием его величества.

– Традиционно Осенний бал, который проводится в последний день осени, знаменует начало сессии. У вас есть ровно месяц на то, чтобы сдать все экзамены и отправиться на каникулы, отпраздновать Новый год и вернуться в любимую академию, – последнее было сказано с сарказмом, – чтобы вновь получать бесценные знания от наших прекрасных преподавателей, – тут пас рукой в сторону магистров. – Ну и раз я затронул тему преподавателей, то в этом году вас всех ждёт сюрприз.

Студенты не выдержали и запищали от радости, даже не дослушав ректора. Магистр Ван улыбнулся и переглянулся с королём, который тоже позволил себе улыбку.

– Кажется, в представлении его величество Максимилиан и один из сильнейших магов нашего времени не нуждается, – хмыкнул ректор. Владыка слегка кивнул студентам, тоже приветствуя их, и вновь мне показалось, что взглядом он зацепился за меня. – Его величество в этом году любезно согласился преподавать. Разумеется, экзамены и зачёты он принимать у вас не будет, а вот бесценными знаниями способен поделиться. Многие уже успели увидеть в расписании первого курса факультатив по «Особой магии», который и будет вести сам король. Посещение свободное. Но, – тут ректор сделал паузу и, мне показалось, посмотрел на меня, – студентам первого курса это будет засчитываться за часы общественных работ.

То есть… я могу вместо отработки ходить на лекции Максимилиана? Это что – ловушка специально для меня? И вот как в неё не попасться, если отсидеть два часа на лекции действительно проще, чем работать в птичнике?

– На этом все новости, – сообщил ректор, – можете отправляться на лекции.

Но никто не шелохнулся, и встали лишь тогда, когда поднялся король. Вновь поклонились и дождались, пока Максимилиан выйдет из зала. И только после этого все тоже стремительно потекли в коридор.

– В истории академии было всего несколько таких случаев, – шепнула Рами. – И как же нам повезло, что наш король молод, красив и, главное, холост!

– Не забывайте, что он ещё и маг невероятной силы, – добавил Элай тоже с некоторой долей восхищения. – Я думаю, на его факультативы нужно занимать место как минимум за сутки.

Ребята посмеялись над шуткой, даже я позволила себе улыбку.

В коридоре студенты прильнули к окнам, чтобы видеть, как Владыка Малоземья покидает академию. Я лишь фыркнула и отправилась на лекцию к магистру Фауту – всё равно пока не имеет значения, во что я одета. А вот перед факультативом побегу в комнату, чтобы переодеться в привычную форму. Условия бабушки я выполнила – и это главное.

Только что делать с факультативом? Чувствовалось, что там меня ждёт очередная королевская подстава.

Глава 4

– Какая чудная картина, – протянул магистр Фаэрон и хлопнул своими изящными эльфийскими ладонями. – Студенты-боевики на привале. Так и вижу, как на вас нападает манкора, а у вас нет даже сил, чтобы сбежать.

Мы сидели на траве и с ненавистью глядели на преподавателя. Причём эта ненависть была такой слаженной, что объединяла нас всех. После двадцати кругов мы едва волочили ноги и буквально попадали один за другим на эту прекраснейшую, мягчайшую, ещё даже зелёную травку. Наконец магистр Фаэрон подошёл ближе и сложил руки на груди.

– Те, кто на счёт три не встанет и не поплетётся в сторону турников, побегут ещё двадцать кругов.

Миг – и мы все стоим. Шатаясь, но стоим.

– Реакция есть, – даже похвалил нас эльф. – А вот с мозгами туговато: я сказал к турникам, а вы застыли и смотрите на меня.

Мы ожили и всё-таки пошли дальше истязать свои тела.

– В такие моменты я искренне жалею, что поступила на боевой, – прошептала Рами.

– Путь к достойному жениху тернист и труден, – пробормотала Клаудия и со стоном подтянулась.

К женской душевой мы брели в солидарном молчании и возводили мысленные ругательства в адрес магистра Фаэрона.

– Может, ему слабительное подложить? – внезапно предложила я, и девушки удивлённо уставились на меня.

– Я, конечно, думала об этом, но от тебя не ожидала, – с изумлением прокомментировала Клаудия и разочарованно покачала головой. – А ещё принцесса… Мне жаль ваше королевство.

Я улыбнулась, уже не реагируя на подобные комментарии дочери герцога.

– Я переоденусь и помоюсь у себя, – предупредила я.

– А как же факультатив у его величества? Ты не опоздаешь? – спросила Рами.

– Попробую успеть, – ответила я, сама же искренне надеялась, что к моменту моего прихода передние парты будут заняты, и я смогу сесть где-нибудь позади.

– Тебе занять место?

– Не нужно, – крикнула я уже по пути в общежитие.

Но если я надеялась найти свободное место на факультативе у его величества, то зря. Переодевшись в своё обычное длинное платье с глухим воротом и тёмную бесформенную мантию, предварительно собрав волосы косу с помощью Хмильи и закрепив красивой изумрудной заколкой, я поспешила вернуться в основное здание.

Но едва сунулась в аудиторию, как сразу встала в очередь из студентов. Они были везде – сидели по десять человек за партой, рассчитанной на четверых, сидели на ступеньках между рядами, на подоконниках и стояли у стен. Когда я вошла, лекция уже началась, Максимилиан что-то писал на доске, но его рука с мелом застыла, когда его величество обернулся ко мне.

– Студентка Даорг, – хмыкнул он, – опаздываете.

– Простите, – тут же смутилась я, не зная, куда себя деть.

Видимо, так и придётся стоять у входа – тут действительно не протолкнуться. Но король неожиданно нашёл решение, которое поставило в тупик и меня, и остальных студентов.

– Присаживайтесь, студентка, – предложил Максимилиан и… отодвинул стул за преподавательским столом.

Я приоткрыла рот, как и добрая половина аудитории.

– Быстрее, Даорг, я не буду ждать вечно и задерживать лекцию, – чуть резче произнёс король, что заставило меня ускориться и всё-таки сесть на стул.

Я осмотрела лица студенток напротив. Чудесно, теперь я стану персоной нон-грата. Лишь Рами и Клаудия пытались сдерживать улыбки. А Тимория сидела рядом с Элаем и вообще на меня не смотрела, что-то шепча принцу.

– Итак, как я уже сказал, особой называют магию, что противоречит магическим законам всех народов. Магия, что удивляет и малоземцев, и орколейцев, и русалок, и эльфов, и нимф и… даже драконов. Это тот вид магии, открытия в котором делают вопреки, нежели благодаря. Например, к этой магии относится портальная. Когда-то Велиссир эрг Тион открыл пространственные перемещения вопреки существующим законам, распознал в себе особые умения и смог построить векторы так, что соединил две точки пространства между собой, стабилизировав полученные связи с помощью портальных арок. Сейчас никто не может достичь тех же результатов, поэтому арки больше не создаются – лишь переносятся существующие, если смещаются государственные границы королевств. Заложенные в арках заклинания позволяют увеличивать или уменьшать вектора, соединяющие пространство, поэтому они продолжают работать.

Максимилиан развернулся к доске и начал выводить какие-то формулы. Перед этим он словно невзначай прикоснулся к моему плечу, и я застыла. Но никто ничего не увидел, всё внимание было обращено на доску. Мне тоже пришлось полуобернуться, чтобы хорошо всё видеть. А прикосновение я приняла за случайность – всё-таки на кафедре было не так много места, преподавательский стол и доску разделяли каких-то полтора метра.

– Неужели мы будем рассматривать заклинания внутри арок? – наконец спросил Элай.

– Всё верно, студент Вантегрос, – кивнул Максимилиан. – Эти заклинания никто не может использовать, так как не хватает последнего звена – особой магии носителя, которой обладал сам Велиссир эрг Тион, но вы всё равно можете их знать и даже пробовать применить. Быть может, именно у кого-то из вас и проснётся особая магия?

– Но тут ошибка, – произнесла я. – Эти направления линий не могут быть такими, это противоречит…

– Законам магии? – уточнил Максимилиан с улыбкой. – Именно это и значит «вопреки». Именно поэтому, сколько бы вы ни бились над заклинанием, оно не даст абсолютно никакого эффекта, даже внутренний резерв не задействует, если у вас нет особой магии. А вот если есть – вы почувствуете, как сила из вас вытекает, а сможете ли вы повторить пространственное перемещение – зависит от вас.

Студенты воодушевились. Максимилиан прекрасно понимал, какой эффект он произвёл. Поэтому охотно поддерживал всех, кто проявлял инициативу. Он расписал несколько заклинаний для перемещения на два метра вперёд, с привязкой к определённой точке и для создания арок. Студенты пробовали первый вариант. Но неудачно. Зато всякий раз, когда Максимилиан разворачивался к доске или что-то дополнял, я ощущала, как его пальцы дотрагиваются то до моего плеча, то до спины.

К концу лекции я была настолько на иголках, что не знала, куда себя деть. Поэтому, едва Максимилиан закончил факультатив, поспешила на выход.

– Благодарю за внимание, все свободны. Увидимся послезавтра.

Студенты хотели задержаться, но его величество скрылся в прилегающем к аудитории кабинете, поэтому и им пришлось выйти вслед за мной. Я шла так быстро, что не сразу осознала, как волосы расплелись. Заколки в них больше не было. Оглядевшись, я решила, что потеряла её где-то по пути, поэтому развернулась и направилась обратно. Моё движение затрудняли остальные студенты, спешащие на ужин. Тем более, из той аудитории, к слову, самой большой в РАМе, выходила как минимум треть всех учащихся академии.

Аудитория была пуста. Я прошла к столу и заглянула под него, но заколки так и не нашла. Где же я умудрилась её потерять? На лекции она точно была…

– Не это ищешь? – раздался голос сзади, и я резко обернулась к его величеству.

Максимилиан стоял у двери, соединяющей кабинет и аудиторию, и подпирал спиной косяк, держа в руках мою заколку. Я прошла вперёд, застыв рядом. Максимилиан протянул мне заколку, и я приняла её, помявшись на месте и не зная, что делать.

– Тебе идут распущенные волосы по раманской моде, – заметил его величество. – И твой утренний наряд… для кого ты старалась? Ко мне опять явилась в этом, – он окинул взглядом мою скромную одежду.

Тут я едва не возликовала. Он не понял, что я старалась ради него. Точнее, не я, а подставщица-бабушка.

– Благодарю за комплимент, ваше величество, – ответила я, сделав вид, что не услышала вопроса короля. – И спасибо за заколку. Доброго вечера.

– Уже уходишь? – отлепился он от косяка и сделал шаг ко мне. Я отступила к кафедре. – Как себя чувствуешь?

Его взгляд метнулся к моей ладони с татуировкой, но я быстро спрятала её за спину.

– Всё хорошо, ваше величество, не стоит волноваться, – ответила я и всё-таки не выдержала: – Зачем вам это всё?

– Что именно? – недоумённо спросил король, нахмурившись.

– Преподавание, – хмыкнула я. – Вы ведь пришли в академию ради меня. Чего вы хотите добиться?

Максимилиан застыл, словно не ожидал от меня такой наглости. Я умею удивлять и говорить без обиняков. Думал, что я продолжу играть в дурочку и не пойму, для чего сюда явился сам Владыка?

– С чего ты взяла, что ради тебя?

От такого вопроса я растерялась. А Максимилиан смотрел насмешливо, ожидая моего ответа.

– Вы посадили меня за кафедру.

– Тебе не хватило места, а ты же принцесса.

– Вы периодически дотрагивались до меня во время факультатива, – обличительно заметила я.

– Случайность. Просто здесь тесно.

Конечно! Поэтому спортивный боевой маг не смог аккуратно пройти мимо студентки и доски. Хотя я периодически увеличивала для него это расстояние.

– Вы сняли заколку с моих волос, – привела третий аргумент.

– Ты её потеряла, пока выходила, а я лишь подобрал, – не собирался признаваться Максимилиан.

Я задохнулась от возмущения.

– Чего вы добиваетесь? – прямо спросила я. – Понятно любому, что вы акцентируете внимание на мне.

– Разве? – приподнял брови Макс и подступил ближе, заставив меня прижаться к стене. – Ваше высочество, вы слишком много о себе думаете. Живя в Бриоле, вы привыкли, что вами все восхищаются. Вам так часто сыпались предложения рук и сердец, что это вскружило вам голову и вы решили, что любой готов пасть к вашим ногам. Но вы перепутали. Я – не мальчишка, который будет осыпать дорогу перед вами лепестками роз.

Я не нашлась, что сказать. Мне стало обидно, и сама не понимала, почему. Может, потому что он был прав? Я действительно считала себя несколько выше других, иногда задирала нос, и сейчас он виртуозно щёлкнул меня по этому самому носу.

– Тогда зачем вы решили преподавать в академии?

– Скучно? – предположил Максимилиан и дотронулся до моих волос. – Тем более ректор давно просил. Почему бы и нет?

– И это никак не связано со мной?

– Разумеется. Ты лишь одна из принцесс, что мне предложили в качестве невесты. А ты подумала, что особенная?

– Вы явились в Бриоль за мной, – прошептала я обиженно. Максимилиан всё наклонялся ниже, и я вновь ощутила аромат его парфюма, который неожиданно вскружил голову. – И потом сопровождали в академию. И затем пришли в заповедник на мою отработку, а после…

– Спас? – уточнил Максимилиан и улыбнулся, никак больше не прокомментировав мои слова.

Я сама не понимала, почему отстранённость и насмешливость короля так обижает. А что, если я действительно всё себе надумала? Я пыталась разгадать, почему король выбрал меня, но на самом деле он просто…

Дальше я не додумала. Просто в этот момент раздалось покашливание от двери. А я осознала, что стою прижатой к стене, Максимилиан наклонился ко мне непозволительно близко, и от входа за его широкой спиной может показаться, что мы целуемся.

Драксовый случай! Что о нас подумают?! Какие слухи поползут?!

– Ваше величество, – раздался от двери строгий голос леди Энштепс, и я облегчённо выдохнула, – извольте всё же дождаться официальной помолвки и последующей свадьбы, прежде чем позволять себе в отношении моей внучки подобную близость.

Максимилиан застыл. На мгновение на его лице промелькнуло удивление, что заставило меня злорадно ухмыльнуться. Значит, я ему никто? Значит, не особенная? Ну уж для бабули я точно особенная. И кстати…

– Его величество уже расторг помолвку, не так ли? – спросила я, глядя ему в глаза.

Если я не особенная, то так и должно было произойти. Вот только король медлил с официальным расставанием, пусть о нашей связи и не было объявлено, но с отцом-то договорённость была. Его величество отстранился, кивнул в знак почтения бабуле, а после всё-таки соизволил мне ответить:

– Всё руки не доходят написать его величеству Хогарду, принцесса.

– Буду благодарна, если вы проявите спешность в этом деле, – едко отозвалась я и спустилась с кафедры, направившись к бабушке. – Светлого дня, ваше величество.

– Светлого, дитя моё, – кивнула бабуля. – И вам, Владыка.

Максимилиан ответил кивком, но взаимодействовать с моей бабушкой по-прежнему не спешил. Да он точно шовинист! Вы на него посмотрите. И я на миг о чём-то задумывалась, обижалась на него? Да слава драксу, что он передумал на мне жениться!

Через пять минут мы уже были в моей комнате. Я мерила её шагами и возмущалась:

– Нет, ты представляешь, он сказал, что я – не особенная! Обычная! Как все остальные! Да он знает, кто я?!

– Знает, – кивнула бабуля. – Однозначно, если он был в Бриоле и знакомился с твоим отцом, заодно заключив помолвочный договор.

– Нет, он видимо обознался, раз решил, что со мной вот так можно – то ухаживать за мной, то говорить, что я не особенная! И не улыбайся так, бабушка! Это уязвляет моё самолюбие.

– Понимаю, – кивнула Энштепс.

– Знаешь, я ему ещё покажу, какая я не особенная. Не пропущу ни один факультатив, буду примерной ученицей! Приду раньше всех и займу первую парту – чтобы у него больше не было повода посадить меня за преподавательской стол!

– А он это сделал?

– Да! – возмущённо воскликнула я. – И всё время невзначай дотрагивался до меня во время лекции. А потом сказал, что случайно! Ты ему веришь?! Он воевал на Орколейских островах и прослыл лучшим боевым магом и тут – случайно?! – продолжала возмущаться я, а бабушка улыбалась и кивала. – Я ему ещё устрою, я ему докажу, что я самая-самая особенная.

– Докажешь, – согласилась её величество.

– Нет, ну чего ты улыбаешься?

– Уже представила, как доказывать будешь, ты же у меня боевая, – ласково ответила бабуля. – Только ты скажи мне, родная моя, для чего доказывать будешь? С какой целью?

Я застыла. Что значит, с какой целью?

– А зачем цель? – пожала я плечами. – Если я лучшая, то это должны видеть все, особенно этот… королёк, – использовала я бабушкино слово, а она цокнула.

– Вот так его могу называть я, а ты – принцесса, так что будь добра повежливее.

Я смутилась и кивнула.

– Тем более Максимилиан Раманский заслужил уважение своей политикой.

– Не спорю. Он во всём лучший. Но и я – просто совершенство!

Тут бабушка рассмеялась. Я насупилась и плюхнулась на диван, сложив руки на груди.

– Совершенство обычно как-то грациознее, – заметила бабуля и получила от меня недовольный гневный взгляд. – Ладно-ладно, я тебя поняла. Идём.

– Куда?

– К ректору, моя драгоценность, к ректору.

Глава 5

– Мы будем просить его отстранить короля от факультативов? – с надеждой спросила я и потом покачала головой. – Хотя нет, это невозможно. Даже представить нереально, чтобы какой-то ректор академии отказал самому королю.

– Разумеется, – кивнула бабушка. – Поэтому мы будем действовать более тонко.

– О чём ты?

– Будем возводить мосты.

Зная энергичность бабушки, уверена, она тут не мосты возведёт, а новый город отстроит. Мне уже заранее жалко бедную академию. И весь Энибург.

Когда мы вышли, на лестнице встретились с Клаудией и Рами. Девушки просканировали взглядом мою бабулю, та ответила им не менее цепким взором, но разошлись миром.

– Не опасные, – заключила бабуля. – Держись таких. Видно старую аристократическую кровь – она сильна и не позволит делать глупости.

– О Малике Церг можно сказать так же, но…

– У Цергов было слишком много мезальянсов, – фыркнула бабуля.

– И это мне говорит дочь ремесленника, – я закатила глаза.

– Ювелиры-артефакторы – уважаемая профессия, между прочим, и род мой древний, – ни капли не обиделась бабуля. – А артефакты мой отец производил для самого гномьего царя, здравия ему загробного. Им обоим.

Признаться, хоть бабушка была маленького роста и носила высокие каблуки, я за ней не поспевала, пришлось буквально бежать. Она быстро-быстро перебирала ногами и шла подобно драксу, роющему землю в поисках грибов.

В холле она немного сбавила шаг и замешкалась, не зная, какое направление выбрать. Но в кабинете ректора я уже бывала, поэтому теперь уверенно провела её. На самом деле не хотелось. Надо было отговорить бабулю, но я знала, что это совершенно бесполезно. Гномье упрямство прославлено на все народы.

Ректор уже ждал нас. Даже любезно открыл перед бабушкой дверь и усадил в кресло, галантно подав руку, будто и не она вихрем ворвалась в его академию, потребовав для себя особого отношения.

Или Октавиус Ван был дипломатом, или бабуля очаровала и его. Чувствовалось, что второе.

– Дорогая леди Энштепс, для нас, всего преподавательского состава, честь принимать вас в нашей скромной обители. Подскажите, пожалуйста, когда мы будем иметь честь проводить вас?

Ан нет, всё-таки дипломат. И осклабился так многозначительно, что любая другая смутилась бы. Но только не уважающая себя гномка. Она осклабилась в ответ и подалась вперёд.

– У меня для вас две новости: одна хорошая, а вторая очень хорошая. Могу я начать с первой? – спросила бабуля и после вежливого кивка ректора продолжила: – Меня не нужно провожать. Моё величество весьма самостоятельная особа, поэтому сама решаю, когда и куда приходить, а также когда оттуда уходить. А вторая, ещё более хорошая новость заключается в том, что уходить отсюда я пока не собираюсь. Я остаюсь.

– Это действительно чудесная новость, – словно был готов к такому повороту ректор. – Но по вашим глазам мне кажется, что у вас есть ещё и третья новость?

– Совершенно верно, – кивнула бабуля. – Я успела заметить, что у вас нет такой дисциплины, как ремесло.

– Ремесло? – удивился мужчина. – Позвольте уточнить, какое именно? Ведь нельзя учиться всем ремёслам сразу.

– Почему же нельзя? Как раз можно. Всего понемногу. Узнавать о каждом ремесле на лекциях, например, о токарном, столярном, швейном, в конце концов. Магам очень важно быть разносторонними.

Так и представила магов, которые сами себе штопают одежду. Во-первых, им легче отнести такую одежду портному, а во-вторых, есть же бытовая магия.

Но бабушка была непробиваема и жаждала поделиться своими знаниями с народом.

– Мы, гномы, не слишком одарены магией, поэтому больше полагаемся на невероятное мастерство наших собратьев в различных ремёслах. И именно этим мастерством в разных направлениях я и хочу поделиться со студентами.

– То есть ковать вы тоже будете учить? – хмыкнул ректор.

– А почему бы и нет? Сходим на экскурсию в литейный цех, я обо всём договорюсь с уважаемым лордом Марксоном, – распрямила плечи бабуля. – На мой скромный взгляд, знать, каково это – работать руками, очень важная наука, особенно для элиты.

– Я так не считаю, ваше величество, – упорно сопротивлялся ректор.

Я даже восхитилась им. Не каждый способен противостоять леди Энштепс! Даже мой отец, её сын – упрямый полугном – и то мог проиграть в пикировках своей матери.

Сейчас будет скандал. Ураган по имени леди Энштепс устроит тут маленький конец света. По крайней мере, я так думала. Даже пожалела совершенно спокойного и уверенного в себе ректора, который, к слову, по опыту и по возрасту был примерно ровесником бабули.

Но нет. Леди набрала в грудь побольше воздуха и… предложила другой вариант.

– Хорошо! А что насчёт бухгалтерского учёта? У меня и счёты фамильные имеются – тяжёлые, роскошные, моим прадедом ещё сделанные. Такими если приложишь какого-нибудь короля по голове, который до свадьбы решил к чьей-нибудь внучке приставать, так сразу всё желание приставать и пропадёт, – произнесла бабуля, и я залилась краской. Мы с ректором переглянулись, а она добавила: – Это я так, образно выражаюсь. Метафорами говорю. В общем, бухгалтерский учёт от гномки, которая поднимала состояние одной скромной бриольской казны, вам нужен.

Скромной бриольской казны? Ха-ха! Вот скромной нашу казну не назовёшь, но даже этой фразой бабуля показала, насколько она хороший бухгалтер, потому что не нужно знать всяким посторонним о размерах вашего кошелька.

И прежде чем ректор успел отказаться от такого щедрого предложения, бабуля подвела итог:

– Хорошая новость заключается в том, что я совершенно искренне и за небольшой оклад готова взяться за этот нелёгкий труд – обучить студентов, наставить их на путь истинный и вообще приглядеть за чудесными неоперёнными созданиями.

Ректор открыл рот и посмотрел на меня, всё это время молчаливо стоящую за спиной бабушки. Я просто даже пискнуть боялась, казалось, в любой момент может разразиться скандал, как часто было у леди Энштепс с моим отцом. Но нет, ректор оказался крепким орешком.

А посмотрел он на меня для того, чтобы в очередной раз убедиться, кто именно тут является неоперённым созданием.

– Какая чудесная и совершенно свежая новость. Но, боюсь, бюджет академии не потянет по-гномьи скромный оклад, достойный самой вдовствующей королевы. Поэтому вынужден отказать.

Я ещё больше зауважала ректора. Неплох, неплох. Не каждый день бабушка слышит отказы. Но ничего не поделаешь. С трудом подавив улыбку, я уже собиралась забрать венценосную родственницу, но не тут-то было. Бабушка кашлянула, а затем проникновенно продолжила:

– Ходят слухи, что с этого года у вас произошли невероятные изменения и некоторые факультативы могут вести королевские особы. Именно поэтому я решилась прибыть к вам – всё-таки изменения весьма значительные и требующие моего постоянного надзора.

В глазах ректора что-то вспыхнуло, что-то похожее на восхищение. Да и я посмотрела на бабулю таким же взором. Как легко она поставила ректора в затруднительное положение, намекнув на Максимилиана. Мол, почему ему можно, а мне нет?

Более того, я догадывалась, что ректор знал о наших с Максимилианом отношениях, поэтому осознавал, что раз король решил играть нечестно и заявиться в академию из-за меня (а я уверена, что это так, несмотря на заверения некоторых!), то мне тут нужна родственная (почти родовая) защита.

Желательно, родовыми тяжёлыми счётами.

– Так и знал, что нельзя впускать даже на четверть гномку в академию, ведь однажды она приведёт родственников, – пробормотал ректор, видимо, рассчитывая, что бабуля не услышит.

Но она услышала. Улыбнулась. И пообещала:

– Если нужно будет ввести ещё какие-нибудь дисциплины, я всегда к вашим услугам, особенно если это легко совмещается с защитой невинного зайчика от серого страшного волка.

Ну, Максимилиан не такой уж страшный. Даже наоборот. Но аллегорию ректор понял. Помолчал.

– За факультативы мы меньше платим, – наконец ответил ректор после минутной паузы.

– Я согласна, – со вздохом отозвалась бабуля, будто бы перед этим магистр Ван её как минимум час уговаривал вести эти самые факультативы.

– Видите ли, у факультативов есть интересная особенность: мы их закрываем, если не наберётся достаточное количество посещающих.

– А достаточное – это в каком количественном соотношении?

– Как минимум десять студентов.

– Десять соберём, – кивнула бабуля. – Что ж, полагаю, пора заключать контракт. Купава, деточка, а ты можешь идти. Спасибо, что проводила.

Я внимательно посмотрела на бабушку. Оставлять одну её не хотелось. Мало ли до чего она сейчас может договориться с магистром Ваном? Чего доброго, заболтает совсем и быстро его должность займёт. С неё станется. Он и сам не поймёт, в какой именно момент уступит ей своё место.

– Идите-идите, студентка Даорг, – словно почувствовал мои сомнения и опасения за него ректор. – Мы с леди Энштепс урегулируем все деловые вопросы и после вы сможете вновь пообщаться.

Спорить сразу с двумя было бы как минимум странно, а как максимум – неуважительно, поэтому я с лёгким поклоном удалилась. Пока шла по коридорам, оглядывалась по сторонам – студенты были невероятно оживлены и о чём-то шептались. Видимо, о прошедшем занятии у Максимилиана. А ещё они странно на меня смотрели. Скорее всего, тоже по этой же причине.

Но ведь он прибыл ради меня? Сердцебиение участилось. Глупости! Не может Максимилиан жертвовать своим временем ради встреч со мной. Мы ведь всё обсудили, я с ним всё решила. Разве не так?

И всё же… Несмотря на его отрицания, после факультатива я ещё больше в этом уверилась. Почему я настолько нужна ему? Разумеется, никакими чувствами тут и не пахло, был лишь расчёт. По крайней мере, с его стороны. Ему ведь важна лишь родословная, чтобы она была идеальной для продолжения его славного рода. Во мне это всё есть. Я родилась в нужное время и в нужном месте, вот только…

Принцесс много. А он прибыл в Бриоль для заключения со мной помолвки. В этом что-то есть. Расспрошу бабушку о брачных традициях в семье Раманских. Быть может, разгадка кроется там?

Но оживлённость была вызвана не только Владыкой. В холле развернулась настоящая баталия: представители различных клубов активно зазывали к себе студентов, и особенно выделялись два фанклуба: принца Элая, в который теперь входила и Малика Церг, и его величества Максимилиана.

– Макс лучше всех! Великий воин, непревзойдённый политик и просто привлекательный мужчина! – скандировали максимильянки.

Другого слова, как назвать его фанаток, я не смогла придумать.

– А Элай – молод, – отвечали оппонентки. – Он ещё столького добьётся!

– Даже обидно, что единственным моим плюсом является возраст, – раздалось справа, и я обернулась к застывшим рядом его высочеству и Тимории. Я не стала говорить Элаю, что именно его возраст в качестве аргумента я приводила и Максимилиану, когда сравнивала его с принцем. – Ты уже ужинала?

– Как-то не довелось, другие дела были, – поморщилась я, вспомнив, как в красках изливала своё недовольство на потенциального жениха бабуле. – А вы?

– Возвращались с ужина, – ответила Тимория. – Кстати, я развеяла то заклинание на книге, так что готова отдать тебе её.

– Прекрасно! – искренне обрадовалась я, и мы направились к выходу.

– Максимилиан хуже всех! Перекаченный мужлан и переоценённый ловелас!

Я даже приостановилась. Какое интересное замечание и весьма радикальная позиция. Я бросила взгляд в сторону, там с плакатом «Антифанклуб Максимилиана Раманского» стояла невысокая девушка в очках. Судя по всему, ей тоже ещё не было двадцати одного года и она обладала таким же несовершенным зрением, как и я, но её ситуация была несколько хуже, судя по толстым линзам.

– Ну она хотя бы отметила его превосходную фигуру, – заметила Тимория.

– Странно, что она отметила лишь его физические и моральные данные и ни слова не сказала про политику, – прокомментировала я.

– Если бы она сказала про политику, то это был не антифанклуб, а настоящая оппозиция. – хмыкнул Элай. – Купава, ты ведь не собираешься присоединиться? Ты принцесса Бриоля, твоё вступление в антифанклуб будет рассматриваться как провокация. Хотя… что-то мне подсказывает, что даже это тебе сойдёт с рук. Его величество ведь явился в академию ради тебя?

– С чего ты взял? – поспешно спросила я, а у самой вспыхнули щёки. – Какие глупости. И никуда вступать я не собираюсь. Но неужели она одна в клубе? Я не вижу группу поддержки.

– Я думаю, больше таких сумасшедших не найдётся во всей Рамании. От короля Максимилиана в восторге все! И ты бы слышала, как лестно о нём отзываются в закрытых женских клубах, – подмигнула Тимория.

– Избавь меня от этой информации, – заявила я, испугавшись, потому что ничего знать о личной жизни короля мне действительно не хотелось.

Мы вышли из основного корпуса. Погода портилась с каждым днём, осень вступала в свои права. В Бриоле сейчас было бы ещё жарко, но здесь приходилось кутаться в мантию, и я пожалела, что не надела утром пелерину.

– Жаль, а я бы многое могла рассказать. Я, между прочим, тоже в фанклубе его величества, хотя, – тут она посмотрела на Элая, – готова перейти в фанклуб его высочества. Он новый, созданный лишь в этом году, но уже усиленно набирающий популярность.

– Чтобы ты ещё и меня обсуждала, сравнивая с королём Максимилианом? Избавь! Оставайся фанаткой его величества.

– Одно другому не мешает, – подмигнула Тимория и с интересом посмотрела на меня. – Купава, ходят слухи, что его величество сватался к тебе, поэтому ты поступила в академию, а он внезапно решил заняться преподаванием. Это правда?

– Ложь, – поспешно откликнулась я, и Тимория округлила глаза.

– Не может быть! Так это правда! А я думала, что у таких, как мы, нет и шанса.

Я промолчала, не желая продолжать эту тему. Зато вскоре мы поднялись на шестой этаж и направились к комнате Тимории. Но едва открыли дверь, как прогремел взрыв.

Нас с ног до головы накрыло зелёной отвратительно пахнущей субстанцией, от которой я тут же начала чихать, а кожа зачесалась. Пару секунд мы стояли в изумлении от происходящего, и первым отмер Элай, принюхавшись к странному составу.

– Это сок болотной поганки, он почти у всех вызывает аллергическую реакцию, – произнёс он и поморщился. – Нужно скорее смыть его, иначе к завтрашнему дню всё тело распухнет.

– Я не понимаю, – пробормотала я. – Что это только что было?

– Очередной шутник, – тихо ответила Тимория, и я впервые увидела на лице Тимории глубокое огорчение.

– Шутка неудачная, – тихо произнесла я. – И часто такое происходит?

– Периодически, – тихо ответила девушка.

И тут мы все посмотрели под ноги, где на полу было написано «русалочье отродье». Тимория сглотнула. Мою кожу ужасно жёг странный состав, а Тимория словно не чувствовала дискомфорта, полностью уйдя в себя.

– Почему ты не пожалуешься? Кому вообще нужно так шутить? Тем более… русалочье отродье – явно не те слова, которые можно применять к дочери морского царя.

– Ты ничего не знаешь, Купава, – вздохнула девушка и посмотрела на меня в упор. – Отец признал меня, но… видишь ли, я бастард, причём дефектный. Я не умею управлять своим оборотом и становлюсь русалкой при соприкосновении с большим количеством жидкости, например, под дождём. – На глазах девушки выступили слёзы. – На первом курсе так и случилось. Во время тренировки на стадионе пошёл дождь. Я не успела добежать до раздевалок, меня накрыло ливнем. И я тут же стала русалкой. Лежала в грязи, ползла, а однокурсники надо мной смеялись. С тех пор и зовут… вот так. Я потому и не общаюсь с однокурсниками, занимаюсь общественной работой, чтобы меньше думать о взаимоотношениях в группе.

– Тимория… – прошептала я, не зная, что и сказать. – Неужели в тот момент никто тебе не помог?

– Помог, – кивнула она. – Магистр Фаэрон. Он и донёс меня до моих комнат – в душевые я не хожу, принимаю только ванну, потому что едва я опускаюсь в воду – отрастает хвост, и после пропадает, только когда я открываю слив. Другие русалы управляют оборотом, я же…

– Тимория, – подал голос Элай и взял девушку за запястье, развернув к себе. – Все мы немного дефектные. Ты посмотри на Купаву: мало того, что со зрением проблемы, так ещё и с самооценкой – она у неё зашкаливает.

Это было сказано в шутливом тоне, и Тимория улыбнулась. Я же прищурилась, но в целом была согласна.

– А ещё у меня гномьи гены – и это похуже, чем русалочьи. Правда, бабуле не говори об этом, – шепнула я, наклонившись к третьекурснице. – А на тех, кто не готов оказать помощь в трудную минуту, наплюй. Это не люди.

– Нелюди, – поправил меня Элай и улыбнулся. – В общем, даже не думай расстраиваться из-за такого. Ты – прекрасная, и я уже жажду увидеть твой хвост. Когда у нас там по прогнозу дождик, Купава?

– А мне откуда знать?

– Вот, ещё один её недостаток – вечно не в курсе событий, – подмигнул Элай. – Дождь будет завтра, и мы с тобой, Тимория, обязательно прогуляемся под дождём.

– Ты сумасшедший, – прошептала девушка.

– Мы все сумасшедшие, – хмыкнул его высочество, – потому что стоим с этой дрянью на коже. У меня уже всё горит. И это счастье, что она ещё не проникла через ткань моих брюк.

Мы все застыли. Представили масштаб бедствий в этом случае и… разбежались по комнатам, чтобы наконец принять душ.

Глава 6

Мылась я тщательно, призвала для помощи в этом нелёгком деле Хмилью. Когда вышла из ванной, то вновь застала знакомую картину: Крепыш делал реферат по бытовой магии, а зимокрыл швырялся в него шариками своего корма. Крепыш бесился и отправлял их обратно, но чаще всего они попадали в прутья клетки.

Когда я объявилась, оба сделали вид, что занимаются своими делами. Вздохнув и даже не рассчитывая на дружбу между ними, я переоделась и вышла в гостиную. А там меня уже ждали.

– А вот и ты, – улыбнулась широко Клаудия и, взяв меня под руку, усадила на диван. Там уже сидела Рами, а напротив, в кресле, разместился Арк-Вирт. – Как самочувствие?

– Ты о чём? – спросила я, недоумевая, неужели новости о подставе в комнате Тимории так быстро разлетаются по академии?

– О сердцебиении, любовной лихорадке, бабочках в животе и что там ещё полагается? – подсказала Рами и придвинулась ко мне с другой стороны. – Что-нибудь из этого ощущается?

– Нет, – уверенно произнесла я и сбросила их руки. – Вы чего такие милые и приставучие? Что хотите?

– Всего ничего – стать фрейлинами королевы Рамании, – хмыкнула Клаудия и сложила руки на груди. – Лучших кандидатур, чем мы с Рами, ты не найдёшь. Сама подумай: пять лет будем учиться вместе на самом сложном факультете РАМа, будем вместе влипать в неприятности, есть пирожки… кстати, вон те, они так вкусно пахнут.

Я отвлеклась от её речи и посмотрела на стол, где стояла корзинка со свежеиспечёнными бабулиными пирожками. Надо же, а в запале, когда жаловалась на Максимилиана после факультатива, и не заметила. А они вон, стоят, красивые и аппетитные. И на них с большим интересом посматривал Арк-Вирт. К счастью, корзина была такая, что на всех точно хватит.

– Может, чаю? – увильнула я от темы.

– Ты нам зубы не заговаривай, – хмыкнула Рами.

– Так вы сами о пирожках упомянули, – широко улыбнулась я, не собираясь ни в чём признаваться, и попыталась встать, но девушки схватили меня за локти.

– Сидеть, ваше высочество! И всё-всё в мельчайших подробностях нам рассказывать, – потребовала Рами. – Кто, зачем, почему и главное – когда состоялась помолвка?

– Какая помолвка? – прикинулась поленом.

– Роскошная, – мечтательно протянула Клаудия. – Да вся академия после сегодняшнего факультатива в курсе, что тебя и его величество связывает не просто случайная встреча на лекции. И прибыл он ради тебя. Только слепому не очевидно.

– У меня со зрением проблемы, – нашлась я. – Так что это вы мне лучше расскажите, что же такого выдумали студенты академии?

– Мы расскажем, – кивнула Рами.

– Ты – принцесса Бриоля, крошечного, но богатого королевства, а его величество – король, – продолжила за неё Клаудия. – Ты прибыла в РАМ по протекции – слухи быстро расползаются. И даже привезла с собой герцогскую дочку в качестве фрейлины – от неё-то слухи и ползут, ведь ваши с ней отношения не сложились.

– Не то что наши с тобой, – осклабилась Рами. – Мы-то будем куда лучшими фрейлинами.

– Подожди, Рами, не сейчас, – шикнула на неё дочь герцога. – Так вот, он к тебе неровно дышит – это видно. То, как он смотрел на тебя, а ещё дотрагивался…

Вот так и знала, что не случайно это было! Все видели. А он отрицает. Что за невозможный мужчина?

– Да-да, мы всё видели, – подтвердила мои подозрения Рами. – Но любовная связь между невинной принцессой и королём невозможна, ты бы тоже из далёкого Бриоля в Раманию не приехала без брачного договора, подтверждающего притязания короля на тебя, а значит, дающего тебе защиту. Итог – вы помолвлены.

Я даже рот приоткрыла. Ну как всё ловко вышло!

– Вам бы в детективы, по-моему, магполиция вас с руками и ногами оторвёт.

– Уже не можем, – вздохнула Клаудия, – наше будущее решено – мы станем фрейлинами королевы.

Я закатила глаза, не зная, что и ответить. На самом деле они мне нравились своей искренностью. Даже в тот день, когда одна из них поставила мне подножку и я упала в объятия магистра Эверуса, они не скрывались и сразу дали понять, кто это сделал.

– Может, всё-таки чай? – жалобно попросил Арк-Вирт и тем самым спас меня.

Я побежала звать Хмилью и просить её заварить нам чай, а когда вернулась в гостиную – к нам постучали Тимория и Элай. Тимория держала в руках уже знакомую мне книгу.

– И вы здесь, – ухмыльнулся Элай и окинул нашу компанию взглядом.

– И пирожки здесь, – подтвердил Арк-Вирт. – С вишнёвой начинкой – запах сногсшибательный.

– Проходите, – кивнула я, – будем пить чай. Только пожалуйста – ни слова о его величестве!

Тимория и Элай непонимающе переглянулись, а я поспешила взять книгу. Вернувшись в кресло, открыла её на нужной странице. Хмилья пока расставляла каждому тарелки и чайные пары, ребята о чём-то тихо переговаривались, а я с жадностью читала.

Чешуйки дракона – мощнейшая защита. Да не все были особенными. Многие гасли спустя короткое время, но некоторые впитали очень много драконьей магии, и только тогда эта чешуйка становилась особенной, способной защитить даже от мощнейшего проклятья. Видимо, такую я и нашла в озере. А вот та, что я купила у контрабандистов…

Оставив книгу открытой на столе, я побежала в спальню, игнорируя вопросы друзей. Там нашла чешуйку и проверила её, с сожалением признав – мне продали обычную. Она уже едва сияла. Магии в ней была капля, поэтому она почти бесполезна. И за это я отдала три сотни золотых! Расточительство! Гномьи корни во мне буквально вопили о несправедливости и желании покарать нечестных продавцов и вернуть свои кровные.

Ладно-ладно, кровные были не мои, а отца.

Я вернулась в задумчивости, а Элай уже читал книгу.

– И зачем тебе знать о чешуйках дракона? Это редкие артефакты, у нас в сокровищнице штук десять наберётся, – похвастался принц. – Раньше было больше, но в последнее время отец стал использовать их в качестве амулетов и дарить родственникам.

– Меня интересует тема драконов, – солгала я.

– Особенно их скелетов, судя по всему, – хмыкнула Тимория. – Здесь внизу на странице говорится как раз об одном из них.

– Где? – удивилась я и забрала книгу

Прочитала последний абзац. Там говорилось о том, что в одной из тайных комнат Столичной академии стоит скелет дракона, на котором сохранились чешуйки – их специально воссоздавали, чтобы украсить холл академии тысячу лет назад – как раз после ухода драконов. Скелет использовали необычный, а того дракона, который держал портальный проход, пока его собратья покидали наш мир. Но вскоре студенты начали эти чешуйки отдирать и скелет было решено поместить в тайную охраняемую магией комнату, вместе с вещами, что были переданы академии в качестве музейных экспонатов – личным дневником, парочкой артефактов и фамильным гербом.

Чешуйки. И среди них наверняка есть особенные, раз студенты их отдирали. Но меня заинтересовало не это, а то, что это был тот дракон, что держал портальный проход, и его личные вещи. А что если в дневнике найдется нужная информация?

– А давайте поищем эту тайную комнату, – неожиданно предложила Тимория, у которой даже глаза загорелись.

– Ты авантюристка, – хмыкнула Рами неодобрительно и добавила: – Но мне было бы интересно изучить академию и тем более найти скелет дракона. Мне кажется, мы войдём в историю.

– Мы влипнем в историю, – исправил как всегда самый разумный из нас – Элай. – Даже не думайте об этом. Если такая комната и существует, то её давно разворовали.

– Эта страница была под защитой для того, – улыбнулась Тимория, – чтобы никто из студентов не искал чешуйки. Значит, их и не нашли.

– Думаешь, ты такая уникальная, что расколдовала эту страницу? Другие могли сделать то же самое.

– В библиотеке наложена магия, заглушающая заклинания и искажающая их, как раз чтобы студенты не чудили с книгами и не пытались снять блокаторы, – объяснила Тимория, и я поняла, почему у меня так неловко выходило колдовать в библиотеке. – Я вообще не знаю, как Купава вынесла эту книгу оттуда.

– Выкинула в окно, – призналась я и зачем-то добавила: – На голову Дейну Эверусу. И прыгнула следом сама. А затем нас увидел его величество. Это было ужасно. Не спрашивайте подробности.

– Теперь мне ещё больше хочется спросить о подробностях, – заворожённо протянула Рами. – Вот у кого-то жизнь несётся – только держись!

Я не ответила и села в кресло.

– Элай прав, это глупая затея. Зачем нам это?

Я задумалась, сама ища ответ на свой же вопрос. Я бы могла обратиться к ректору, но он в вою очередь запросит разрешение у короля, а тот откажет мне. Максимилиан чётко дал понять, чтобы я не вмешивалась в это дело. Возможно, если я рискну, он поймёт, что я просто так не остановлюсь, и всё-таки выдаст мне личный дневник того дракона?

Ненавижу манипуляции, но и на положительный исход нашего дела я мало рассчитывала. Уверена, эту тайную комнату хорошенько запрятали.

– Как зачем? – моргнула Рами. – Хочешь, чтобы только твоя студенческая жизнь была наполнена приключениями? Мы тоже хотим повеселиться! Нам надо найти эту тайную комнату, потому что мне действительно не терпится либо войти в историю, либо влипнуть – без разницы.

– Согласна, – кивнула Клаудия. – В конце концов, что нам грозит? В правилах академии не запрещено искать какие-нибудь тайные комнаты, а мы повеселимся. Не только же гранит науки грызть?

– Я с вами, – согласилась Тимория и тут же погрустнела. – Правда, у меня много времени уходит на подготовку Осеннего бала, но я постараюсь принимать активное участие в поисках.

Элай вздохнул. Посмотрел на Вирта, который с удовольствием поглощал вишнёвые пирожки и меньше уделял внимания беседе, и спросил:

– А ты что думаешь?

– Куда Рами – туда и я, – ответил он, и девушка просияла.

– Вы сумасшедшие, – пробормотал Элай. – Но без меня вам не справиться, кто-то должен за вами присмотреть. Но вы ведь в курсе, что поиски придётся начать с библиотеки? Сначала нужно раздобыть всю возможную информацию о тайной комнате и только потом уже приступать к её поискам, иначе мы будем как слепые драксы в тёмном лесу.

– Ура! – воскликнула Рами и хлопнула в ладоши. – Мы идём на поиски сокровищ!

Я не была бы столь оптимистична, но затея мне понравилась. Или мне понравилось то, что я обрела друзей, с которыми можно творить разные шалости?

Во дворце я была единственной проказницей, влипавшей в неприятности. А здесь… нас много. Мы целая банда.

И вот такими счастливыми, что-то замышляющими нас застала бабуля. Мы все встали и поклонились после того, как я представила её величество вдовствующую королеву Энштепс. Бабуля улыбнулась, посмотрела на пустую корзинку, затем – на довольное лицо Арк-Вирта и заключила:

– Завтра у меня первый факультатив по бухгалтерскому учёту и вы все обязаны там быть. И ещё кого-нибудь захватите. С меня – пирожки.

Арк-Вирт просиял. Я была уверена, что если кто-то не захочет идти на факультатив, орк притащит их на себе ради вкусных пирожков с вишнёвой начинкой.

* * *

Утром мы все собрались на завтрак. Настроение было не самое радужное – предстояла лекция у моего нелюбимого магистра Фаута. Впрочем, нелюбимым он был не только у меня – это читалось по лицам однокурсников.

– Я пропущу, – внезапно предупредил Элай, и мы удивлённо на него воззрились. – У Тимории первой парой физическая подготовка, а сегодня обещают дождь.

– И что, что дождь? – не поняла Клаудия, зато я сразу догадалась.

– Ты будешь ждать её у стадиона?

– Да, – кивнул он, – обычно Тимория в такие дни пропускает физическую подготовку и магистр Фаэрон ставит ей зачёты по дополнительным занятиям в спортивном зале, но сегодня я попрошу её прийти.

– Думаешь, её спасение у всех на глазах – хорошая идея?

– Другой не придумал, – пожал плечами Элай.

– Что вообще происходит? – теперь уже не выдержала Рами. – У вас какие-то секреты от нас?

Секреты были не у нас, а у Тимории, и говорить о них прилюдно не хотелось без её согласия. Я уточнила:

– Вы знаете, что говорят о Тимории в академии?

– Естественно, – неожиданно заявила Клаудия. – Мы, когда только заселились в общежитие, сразу собрали все слухи, чтобы быть готовыми и знать, с кем общаться, а с кем – нет. Никто не хочет стать изгоем общества.

– Но ведь с Тиморией вы общаетесь, – заметила я.

– У нас есть два ограждающих блока в виде королевских особ, – хмыкнула Клаудия, выразительно посмотрев на нас с Элаем. – Хотя Тимории признание её коронованного отца не помогло. Она – бастард, но хуже всего то, что не управляет своим оборотом. Даже у оборотней это считается позором, латентной особи намного сложнее найти пару, а уж у русалок… В общем, её недолюбливают, несмотря на то, что она обладает некоторой властью в академических кругах благодаря своей работе старостой общежития.

– Значит, вы в курсе, – подвёл итог Элай. – А раньше сказать не могли?

– Но-но, не путай, – оскорбилась Клаудия, нахмурившись. – Мы собираем слухи, а не распускаем их.

– Именно поэтому мы будем отличными фрейлинами, – добавила Рами, улыбнувшись мне.

– И вы готовы поехать со мной в Бриоль? – уточнила я, всячески отрицая возможный брак с его величеством Максимилианом.

– Конечно! – с наигранной уверенностью произнесла Клаудия и добавила: – Но как жаль, что и не придётся. Рамания всем нам будет чудесным домом.

Ну что за упёртые невозможные леди?

– Так что с Тиморией? Зачем её спасать? – вернулась к изначальной теме Рами.

– Сегодня пойдёт дождь, Тимория превратится под ним в русалку, Элай хочет поднять её на руки и отнести в академию, чтобы все это увидели, тогда, по его мнению, все перестанут над ней смеяться, – ответила я за него.

– Самоуверенно, – ухмыльнулась Рами. – Ты хочешь своей репутацией вытянуть репутацию Тимории? По-моему, план провальный.

– Согласна, – кивнула Клаудия. – Нужно что-то другое. Вот если бы мы могли бы поставить остальных в уязвимое положение, а Тиморию возвысить и представить спасительницей…

– То есть создать водную среду, где у русалки будет преимущество, – заключила я.

Все задумались. А Арк-Вирт неожиданно сказал:

– Стадион обнесён сеткой, если укрепить её заклинанием – то можно создать подобие бассейна. Воды можно налить из водопровода, который проходит под землёй, и как раз под стадионом – трубы ведут от основного здания к душевым и раздевалкам. Мы можем заполнить его.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.