Юлия Евдокимова
Повелитель ночи

«Юлия- тонкий знаток и ценитель итальянской кухни и прочих итальянских тем».

Джангуидо Бреддо, почетный консул Италии, член Академии истории итальянской кухни, автора книги «Настоящая итальянская паста».

***

«Аппетитные бестселлеры Юлии Евдокимовой: Италия, которую можно попробовать на вкус».

Газета «Аргументы и факты».

***

«На книжной полке- тайны и туманы».

Журнал «Италия».

Если большинство процессов над ведьмами было связано с любовными приворотами, венецианское колдовство всегда было мрачным и пугающим. История Венеции- это история древних колдовских книг, магии еврейского гетто, черного колдовства.

Не верьте образу красивого города на каналах, за фасадами его дворцов спрятаны мрачные тайны, которых лучше не касаться.

(Флавио Бирри, венецианский профессор истории)

***

Венеция! Пришел последний час.

Прославленная мученица,

ты заблудилась…

(Арнальдо Фузинато. «Последний час Венеции»)

Все совпадения персонажей и событий случайны.

Маттео Томмазин спешил домой, стараясь успеть до темноты. У него целый день не было и крошки хлеба в желудке, откуда деньги у бедного студента! Марта, экономка в доме, где он надеялся прожить, пока не закончит университет, хоть и ворчала и грозилась выгнать на улицу, никогда не отказывала в остатках ужина.

Как же холодно в декабре! Особенно сегодня, это одна из тех венецианских ночей, когда вода из каналов словно смешивается с воздухом и пронизывает насквозь тех несчастных, что решаются высунуть нос на улицу, пропитывает насквозь их одежду и потихоньку подбирается к их душам. А что лучше согреет душу, чем тепло в желудке после горячего ужина!

По дороге он не встретил ни души. Изредка проходил мимо аристократ в развивающемся плаще, торопясь на вечеринку, где он наверняка потеряет деньги. Азартные игры в частных домах были вне закона, магистраты могли арестовать нелегальных игроков. Патриции и проигрывались в пух и прах, их прозвали «барнабȯтти», по имени кампо Сан Барнàба, где цены на жилье были самыми низкими в Венеции. Некоторые до сих пор состояли в Maggior Consiglio, управлявшим городом и сенат вынужден был предоставлять им дешевое жилье за свой счет. Маттео не стеснялся своей бедности, по крайней мере он не проиграл состояние и не продавал свои голоса за нужные эдикты как барнаботти!

Еще несколько часов, и на ночные улицы выйдут подмастерья булочников, посланные хозяевами открыть двери и растопить печи, за ними потянутся первые волны зеленщиков и рыбаков, которые придут согреться глотком вина, прежде чем разгружать лодки вокруг большого рынка Риальто.

– И зачем я согласился выпить с друзьями! – Жалел Маттео, замерзший настолько, что даже начал напевать, чтобы перестать дрожать. До дома оставалась всего пара кварталов. Он миновал портик, освещенный затухающей свечой у статуи Богородицы, сделал еще пару шагов и споткнулся обо что-то тяжелое, лежащее прямо у ступеней.

Молодой человек наклонился, пытаясь разглядеть непонятный предмет в слабом свете свечи и обнаружил, что смотрит на два широко раскрытых глаза и высунутый язык, это лицо, искаженное гримасой ужаса, он не забудет теперь никогда.

– Помогите! – Прошептал Маттео, голос изменил ему. Потом пропищал то же самое тоненьким голоском, и наконец заорал: – Помогите! Здесь мертвец! Кто-нибудь, помогите мне!

***

В Венеции времени не существует и порой на узких улицах-калле ты теряешься, не понимая в каком веке находишься.

Возьмите, например, Рим – не только древний римлянин, но и житель кардинал Эпохи Возрождения не узнает сегодняшнего города. Попади Лоренцо де Медичи в современную Флоренцию – он не найдет дороги домой, ведь той Флоренции давно не существует, вот, разве что, Сиена…

А Венеция осталась неизменной и венецианец из пятнадцатого или семнадцатого века легко пройдет по современным улицам, найдет свой дом, сократит путь, нырнув под какой-нибудь sottoportego- крытый проход и привычно ступит на деревянную поверхность гондолы. Особенно зимней ночью, когда город безлюден.

Отсчет времени здесь всегда велся по-другому: началом следующего дня считался час, когда пробьет вечерний Ангелус, колокол, призывающий к молитве «Ангел Господень», то есть – шесть часов вечера. Половина седьмого вечера в Сочельник с точки зрения венецианцев, – уже Рождество.

Зимнюю Венецию не узнают те, кто побывал здесь летом. Исчезают толпы со всего света; сквозняки пронизывают насквозь, несмотря на теплые куртки и пальто; брызги, которые приносит ветер, не радуют и ты стараешься побыстрее пробежать по мостам, прижаться поближе к стенам старых палаццо, что само по себе опасно, ведь всем известно, что Венеция- город падающих ангелов. Нет-нет, не падших, как вы могли бы подумать! Венецианские ангелы то и дело норовят рухнуть с очередной крыши, ведь куда делись деньги, собираемые многочисленными комитетами на восстановление города- никому не известно.

Но именно зимой, среди ветров, а порой и снежных вьюг, примчавшихся с не слишком далеких гор, Венеция- настоящая, такая, какой ты никогда не увидишь летом.

Глава 1. Венеция, наши дни

Спустившись по мосткам на твердую почву, Саша сразу увидела пожилую женщину, чья улыбка сияла, пробиваясь из-под толстых слоев сразу двух шарфов.

– Предполагаю, что ты – Алессандра.

– Джойя? – Называют же людей именем радость!

– Она самая. Но почему ты едешь этим вапоретто? Это так долго, я объясняла, на какой нужно пересесть!

– Я помню. Просто захотелось проехаться медленно.

– Ты же не первый раз в Венеции?

Саша кивнула.

Лапо в очередной раз подколол ее перед отъездом: – Держись подальше от куполов и церквей, рухнув в зимнюю воду ты точно пневмонию подхватишь! Никак не забудет ее прошлые приключения… Конечно, она не будет рассказывать о них квартирной хозяйке, как и знакомстве с графиней Контарин, хотя так и подмывает! Ведь это сразу поставит Сашу почти на один уровень с местными жителями, а так – очередная понаехавшая…

– Идемте, здесь недалеко. Вы уютно устроитесь и согреетесь.

***

– Вот наша ruga, – Джойя показала на сине-белую вывеску на стене с

облупившейся штукатуркой. – Я живу на первом этаже, ты можешь заходить в любое время

– Руга?

– Это венецианское название пролива между каналами.

Они вошли в двухкомнатную квартиру: крохотная спаленка и такая же кухня-гостиная. Зато маленькая рождественская елка на подоконнике соседствовала с очаровательным presepe- вертепом из муранского стекла. В квартире тепло и уютно как и обещала хозяйка: настольные лампы в мягких абажурах уже включены, рядом с буханкой хлеба на деревянной доске стоит ваза со свежими фруктами, на чистой, но старинной на вид плите – яркая кастрюля.

– Я сварила тебе суп. В холод нет ничего лучше после дороги, правда?

Хозяйка открыла холодильник, достала бутылку просекко, разлила в два бокала. Снова вернулась к плите, вынула из духовки противень с креветками и анчоусами, обжаренными во фритюре. На столе появились маленькие квадратики поленты с соленой треской, запеченной в сливках, пара бутербродов с яйцами и анчоусами и небольшие фрикадельки из тунца.

– Чикѐтти, венецианские антипàсти.

После болтовни ни о чем Джойя распрощалась, чмокнула Сашу в обе щеки и ушла, наказав обращаться по любому поводу, не стесняясь.

***

Так и началась Сашина венецианская жизнь и учеба. И если сначала она решилась на приезд лишь из уважения к графине Контарин, то через пару дней не просто втянулась, а начала получать удовольствие, лекции оказались интереснейшими.

И все же она пожалела, что оказалась здесь в декабре. Но совсем не погода тому виной, а люди, точнее – их отсутствие. Она бы и не поехала, но сколько можно тянуть с сертификатом на курсы по истории Венеции – прощальным даром графини Контарин. Приехала – и расстроилась. Город стал для нее пустым. Нет больше старой графини, и палаццо ее выглядит нежилым. Видимо, благотворительный фонд, получивший его в наследство, так и не решил, что делать с таким богатством. Нет и капитана карабинеров Флавио, он-то, слава Богу, жив и прекрасно живет то ли в Падуе, то ли в Парме со своей темпераментной неаполитанкой Кристиной, но Саше от этого не легче!

Так странно возвращаться в город, где у тебя никого не осталось… Так печально…

Девушка даже прошла пару раз мимо палаццо герцогов де Луна: плотно затворены ставни и человечьим духом не пахнет, видимо, и прекрасного испанского герцога нет в декабрьской Венеции. (О знакомстве с графиней Контарин и прочими венецианцами рассказывается в книге «Темные воды Венеции»).

Ее друг Лапо настаивал оплатить «приличный отель», в его представлении олицетворенный «Даниели» или «Гритти», но отказался составить компанию: Саша, мол, будет весь день учиться, а он там от тоски на стену полезет, да и дел по горло. Избаловался, как пить дать! Кому-то мечта всей жизни, а кому-то тоска и «опять эта Венеция». Наполовину тосканец, наполовину римлянин Лапо относился к Светлейшей весьма прохладно.

Отказавшись от отеля, Саша сняла квартирку. Специально искала такую, чтоб хозяйка жила по соседству и была рада общению. Так ей будет теплее и комфортнее чем в самом распрекрасном отеле.

***

Каждый раз она старалась возвращаться домой из университета разными дорогами. Навигатор был бесполезен, адреса тоже.

Она обнаружила, что в «ее» районе – Сестьѐре Кастѐлло можно купить рыбу прямо у местных рыбаков; «квартальный» овощной магазин был гондолой на углу, на воде узкого канала; мини-маркет спрятался напротив потрепанной пекарни с такой восхитительной выпечкой, что от нее невозможно было отказаться. Пекарня умудрялась так наполнить зимнее утро ароматом свежего хлеба, что не хочешь – а побежишь и купишь.

Зима изменила все. Дворец Дожей казался совсем не каменным, а связанным неизвестной кружевницей с острова Бурàно, базилика Святого Марка сбросила с себя рой надоедливых туристов и показалась во всей красе, напомнив о Константинополе формой своих куполов. И каждый раз, проходя по пьяцца Сан Марко, Саша дотрагивалась до золотой броши, приколотой к свитеру, без подарка кардинала Ридȯльфи, льва Святого Марка, она в Венецию не приезжала.

Прогулки превращались в познание неизведанного. Ведь в Венеции не найти привычных имен на табличках с названиями улиц, разве что, для Гарибальди исключение сделали. Многие названия ничего не скажут непосвященному, тем более, что некоторые написаны на венецианском диалекте.

Например, Calle del Magazen – или складская улица. Это название есть во всех кварталах- сестьери, это имя встречается восемнадцать раз на крохотных улочках, в двух дворах, пяти крытых переходах… ну и так далее.

Объясняется все просто. С давних времен здесь существовали склады-магазинчики, где дешевое вино наливалось даже в долг или в залог, на грубых скамейках местные жители пили вино, закусывая принесенным из дома хлебом, сыром или жареной рыбой.

Название «Stua» также встречаешь по всей Венеции много раз. И опять все просто, если знаешь историю. Стуери – хирурги низшего уровня, работали вместе с брадобеями-парикмахерами. Для работы им всегда нужна была горячая вода и помещения отапливались печью, что и привлекало сюда страждущих погреться промозглыми зимними ночами. В Стуа не только проводили простейшие операции или лечили болезни, здесь еще производили и выдавали всякие микстуры и снадобья.

На калле Фрутарол жили торговцы фруктами, на калле Барретери – изготовители париков и беретов, на улице Пьован (как зовется глава прихода на венецианском диалекте) – настоятель соседней церкви. Только здесь можно найти улицу, названную в честь кондитера, некогда четвертованного на главной площади или трогательную улицу любви между друзьями.

Каждое название улицы – калле, прохода – соттопортего, кампьелло – маленькой площади, корто – двора о чем-то рассказывает, и прогулка по Венеции становится чтением увлекательного исторического романа.

Но это пока вам конкретный адрес не понадобился, тогда уже не до истории! Ведь логику в присвоении номеров проследить сложно, например, рядом могут располагаться номера 257 и 4783. А всё потому что если какой-то дом снесли и на его месте построили новый, то номер у него уже будет новый, присвоенный «по нарастающей». И если в районе-сестьере есть дом №6270, это не значит, что в этом районе 6270 домов, возможно большая половина из них уже давно не существует! Так можно определить, старинный дом или «новодел» – чем меньше номер, тем древнее постройка!

Но Венеция – город маленький, даже заблудившись, ты в конце концов выйдешь на одну из набережных.

Так Саша и устраивала себе ежедневные приключения – квесты.

Вот и сегодня пошла вроде знакомой дорогой, собираясь навестить дом с верблюдом, где однажды жили они с подругой Сонькой, а в итоге уперлась в высокую дверь. Вернее, не совсем дверь, ведь приблизившись, она увидела мраморную арку, выглядящую, как вход куда-то. Только входа не было, за аркой – вода узкого канала и еле освещенные окна домов, до которых отсюда при всем желании не доберешься.

Стих ветер и Саша услышала шепот. Обернулась – в нескольких шагах от нее стоял человек в длинном темном плаще и шляпе, любуясь той же аркой. Мужчина не замечал Александру, он смотрел вдаль, туда, где в арке открывалась другая, недоступная вселенная.

– Когда венецианцы устают от этого города и его властей, они идут в три тайных места и, открыв потаенные двери, отправляются в прекрасные места и другие истории.

Это прозвучало так загадочно, и от всего облика незнакомца веяло тайнами. Сразу захотелось рассмотреть его лицо и Саша затаилась в темноте за колонной, ожидая, когда он обернется.

По воде скользнула длинная темная тень. Хотя, рассказывая об этом вечере, она выбрала слово «материализовалась»: вот только что не было ничего, кроме ночной воды и тусклого света окон, как вот она, гондола и две темных фигуры с веслами.

Что-то блеснуло и девушка отступила назад, прижалась к стене – она готова была поклясться, что в руках одной из темных фигур… совсем не весло, а шпага, сверкнувшая серебром в свете старого фонаря.

Фигура со шпагой склонила голову:

– К вашим услугам, Повелитель ночи.

Незнакомец вошел в арку, легко шагнул в гондолу. Свет фонаря упал на его голову и Саша чуть не вскрикнула… Самая страшная из венецианских масок, маска dottore della peste, чумного доктора с черным клювом и стеклянными глазами закрывала его лицо.

Она зажмурилась. А когда открыла глаза- не было ничего, ни гондолы, ни страшного человека, ни арки. Да, арки тоже не было! Что за иллюзии? Она подошла поближе: вот здесь стоял незнакомец и смотрел в арку, куда смотрела и Саша, и там была вода, и гондола, и темные фигуры… не уснула же она на холодной темной улице!

На самом деле она давно уже ничему не удивлялась в этом невероятном городе. Если трое аристократов назначают себя средневековыми магистратами по делам богохульства, а в темных переулках возникают фигуры с фонарями, освещающими путь, словно старинные венецианские фонарщики- кȯдеги перенеслись в наши дни, что говорить о мужчинах в гондоле со шпагами. Вот только арка… и странное имя, как там назвали незнакомца в маске? Властелин? Нет, Повелитель ночи. Брррр…

Саша передернулась и пошла, потом побежала куда глаза глядят, лишь бы выбраться к людям, к свету, ведь ходят же венецианцы вечером по магазинам!

На длинной улице под названием Мерчерѝя дель Оролȯджио она пришла в себя. Здесь царила привычная суета. Над головой висели многочисленные ряды гирлянд, в витринах наперегонки зазывали покупателей праздничные декорации и подарки; люди сновали по улице, разглядывали украшения, ныряли то в одну, то в другую дверцу. Нормальная жизнь, словно зловещая маска незнакомца просто померещилась.

Через несколько шагов Саша задрала голову, разглядывая барельеф над высоким каменным порталом. Вот и Джустина на прежнем месте, та самая венецианка, что однажды спасла свое правительство от свержения группой мятежных патрициев. Услышав громкие звуки на улице, она выглянула посмотреть, что происходит, выпустила из рук тяжелую ступку, которая приземлилась аккурат на голову лидера мятежников. Остальные заговорщики, решив, что их обнаружили власти, разбежались. Венецианское правительство отблагодарило Джустину: арендная плата за дом никогда не повышалась не только до конца ее жизни, но и для всех будущих поколений ее семьи.

Теперь можно не спешить, странные тени остались позади.

Прошел почти час, когда небольшая улочка вывела на площадь с белой церковью и колокольней. Посередине стоял каменный колодец, и здесь снова было безлюдно. Но теперь бояться нечего, Саша догадалась, куда ведет ее город. С Венецией бесполезно спорить, она либо приведет вас туда, куда вам обязательно надо, даже если вы об этом еще не знаете, или, обидевшись, запутает так, что не выберешься. Обижаться на Сашу Венеции было не за что, так что она с легким сердцем вышла на площадь Художника, настолько крохотную, что даже площадью – кàмпо ее не назвали, а лишь кампьѐлло.

«Самый красивый книжный магазин в мире» – уверяла вывеска на облезлой двери.

Каждый раз Саша зависала здесь надолго. Книги были повсюду. Конечно, именно этого мы все ждем от книжного магазина, но здесь… Большинство книг сложены горизонтально, как будто для того, чтобы максимально использовать все доступное пространство. Стопками заставлен буквально каждый уголок. Нереально огромное количество книг, стопки доставали до потолка.

В середине длинного коридора между книгами стояла настоящая черная гондола, заполненная еще большим количеством книг. Саша подумала, что поднимись àква àльта, высокая вода, и книги будут спасены: гондола всплывет вместе с фолиантами. Наверное, сюда сложили самое ценное!

За поворотом в следующем коридоре стояли две старинные чугунные ванны, покрытые белой эмалью, и они тоже были до краев наполнены книгами. Рядом разместились деревянные тазики разных размеров. Они стояли на полу, а те, что поменьше, на старых стульях. Тазики заполнили десятки книг. А поверх книг вальяжно развалились коты. Ну просто мечта, а не магазинчик!

На одной из стен висела байдарка, открытки на стене рассказывали, какие книги в ней спрятались. Балкон возвышался над каналом, а шутливая табличка гласила: «Пожарный выход», на ней был изображен человек в воде, размахивающий руками. Забавно, потому что в этот самый момент гондола проплыла так близко, что до нее можно было дотронуться рукой, вот так засмотришься на фолианты, и рухнешь в воду.

Возле старого, но такого уютного на вид зеленого кресла лежала стопка книг. Саша тут же удобно устроилась, взяв в руки первую же попавшуюся книгу: это оказалась рукописная тетрадка, судя по первым предложениям – чей-то дневник.

Но полистать дневник ей не удалось.

– Синьора, это мое место и моя книга, – пожилой мужчина в длинном темном пальто и шляпе, скрывающей лицо, выжидательно уставился на Александру.

– Здесь приятно сидеть и читать, – вежливо сказала девушка, вставая.

– Я знаю. Поэтому, когда я пошел за другой книгой, оставил здесь эту, неужели не понятно – место занято.

– Тут повсюду книги. Трудно догадаться, что именно здесь занято, – возмутилась Саша. В конце концов, чего он пристал?

Она вышла из магазинчика, прошла несколько шагов и замерла. Кого-то напомнил ей пожилой синьор. Ну, конечно! Там, возле арки. Но разве такое может быть?

Девушка вернулась в магазин, еще не зная, что скажет незнакомцу. Но на прежнем месте его не было. Зато в потертом зеленом кресле сидел кот. Большой, темный, сразу и не скажешь, черный кот, серый или пепельный. Кот распахнул янтарные глаза, глянул на Сашу, не увидев ничего интересного, повернулся спиной, потоптался на кресле и уснул, свернувшись комочком.

– Чур меня! – Чуть не сказала Саша, уж так похож был кот на незнакомца, такой же… неопределенный.

Она спросила несколько человек по соседству, не видел ли кто синьора в шляпе и длинном пальто, но все лишь разводили руками. Незнакомец исчез, не оставив следа.

Хотя… под креслом валялась оброненная старая книга. Саша наклонилась и подняла ту самую тетрадку, что не успела полистать.

У тетрадки не было обложки, бумага казалась очень старой на вид, кое-где чернила расплывались. У нее не было начала и, похоже, не было конца. Нет, это определенно не книга, это дневник. Неужели антиквариат? Интересно, что дневник написан на итальянском, не венецианском. Круглый женский почерк был почти каллиграфическим.

«Все пять лет, как мы переехали в Венецию, где папà унаследовал палаццо от своего дяди, мне не разрешалось выходить на улицу одной. Здешние нравы отличались от нашей Вероны, здесь женщины могли спокойно гулять по улицам, в первую очередь благодаря маскам.»

Саше очень захотелось почитать дневник незнакомой женщины… интересно, какой это год? И стоит пожалуй, бешеных денег… И все же она пошла на кассу, прижимая к себе ветхую тетрадку.

– Наверное, кто-то обронил это, синьора. – Хозяин магазинчика покачал головой. – Вы же видите, что это рукописная тетрадь. Это не из наших книг. Знаете что, положите вон там, снаружи, на окно. Владелец вернется, увидит и заберет.

Саша вышла из магазинчика, нехотя, прямо от сердца отрывая, положила дневник на окно. И тут же ударили первые капли дождя, ветер зашелестел страницами. Нет, ни в коем случае нельзя оставлять его здесь! Саша вернулась в магазинчик, написала записку со своим телефоном и передала владельцу. А потом запихала дневник в сумку, подальше от дождя и ветра, и отправилась домой.

Глава 2. Венеция, наши дни

Вечером Саша рассказала Лапо по телефону о странной встрече.

– Саша! – Расхохотался винодел. – Тебе скучно без приключений, вот и придумываешь тайны там, где их нет. Венеция маленькая и немудрено, что ты дважды встретила одного и того же человека. И ты плохо знаешь город, там, на канале, он просто повернул в незамеченный тобой проход. А в магазине вышел незамеченным, как множество других людей. Ведь в книжных магазинах посетители листают книги, а не смотрят по сторонам!

– А шпага? И маска?

– Это Венеция! Ты лучше меня знаешь, что балы проходят не только во время карнавала. Похоже, тебе скучно и ты начала создавать таинственные истории из обычных событий.

Он был прав, и когда вечером забежала «на огонек» синьора Джойя, Саша не стала рассказывать ей о своем приключении.

Джойя же была в приподнятом настроении и частила, как пулемет, рассказывая Саше, что, как часто случается в праздничные дни, синьора Марѝн устраивает в своем доме вечер магии. Не, совсем не карнавал, но многие приходят в костюмах. Сама она всегда надевает свое лучшее зимнее платье, настоящая шерсть, между прочим, и воротник из буранских кружев! И Алессандра обязательно должна пойти с ней, не дело молодой женщине сидеть одной по вечерам.

– А fidanzatо, друг сердешный-то имеется? – прищурилась Джойя.

Саша кивнула.

– Пусть не волнуется, тут особо не с кем знакомиться, все с нашего квартала. Но не сидеть же тебе одной, когда вся улица веселится! И в этот раз случится… нечто! Синьора Марин хотела сделать сюрприз, но разве у нас хоть что-то утаишь? Представляешь, придет сам дон Орацио!

– Кто такой дон Орацио? Местный аристократ? Или священник?

– Да ты что! – Ахнула Джойя. – Это известный предсказатель, но уже много лет он отошел от дел, сидит затворником в своем палаццо и никуда не выходит! Как синьоре Манин удалось уговорить его посетить вечеринку- одному Богу известно! Я зайду а тобой завтра в восемь, даже не думай отказываться!

Вместо того, чтобы собираться на вечеринку, Саша залезла с ногами на диван и, предвкушая удовольствие, открыла дневник незнакомки. Как жаль, что она не ставила дат!

***

ИЗ ДНЕВНИКА.

Все пять лет, как мы переехали в Венецию, где папà унаследовал палаццо от своего дяди, мне не разрешалось выходить на улицу одной. Здешние нравы отличались от нашей Вероны, здесь женщины могли спокойно гулять по улицам, в первую очередь благодаря маскам. У меня тоже была элегантная круглая маска «моретта» из черного бархата, здесь ее прозвали «молчаливая служанка», а Марта сказала, что ее зовут еще по простонародному «отрада мужей», так как у маски нет завязок, дама удерживает ее, прикусив крошечный штырек на внутренней поверхности, и потому вынуждена хранить молчание.

Ношение масок здесь обязательно! Все боятся чумы, которая унесла огромное количество городской знати. Говорят что она придет снова, но никто не знает, когда. Поэтому все стараются носить маски там, где много людей. Марта рассказывала, что полгода маски носили все – богатые и бедные, лавочники и священники, судьи и куртизанки. Священника, не надевшего маску, осуждали его же прихожане. Городские сановники в масках участвовали в публичных церемониях и процессиях. Маски запрещалось носить лишь менялам. Некто стал свидетелем того, что мать, лицо которой было скрыто под маской, кормила грудью ребенка в маске. Маски носили даже нищие.

Но папà не позволял мне выходить одной, даже в моретте, даже в сопровождении Марты я могла лишь раз в день прогуляться перед обедом рядом с нашим домом.

Вот уже год, как папà отошел в мир иной, а я все еще завидую венецианкам, свободно идущим по улице по своим делам. Сколько я не говорила Марте, что ничего со мной не случится, и господина ее уже нет и теперь я ее хозяйка – бесполезно. И не поспоришь, Марта грозится, что если я ослушаюсь, она пойдет к нашим важным родственникам, семье Лоредан, и они возьмут меня под свою опеку.

Подумать только, у меня даже не было туфелек – чопин. Я только в окно видела, как венецианки ходят на них, словно на ходулях. ведь высота их подошвы достигала полуметра! Марта сказала, что высота каблуков-котурно регламентировалась специальными эдиктами, и надевали их только тогда, когда поднималась высокая вода, но добропорядочным дамам не пристало ходить в такой обуви!

Но сегодня я придумала способ прогуляться во Венеции дальше, чем «благопристойные» набережные. Я хочу увидеть «будильник ведьмы». Тут уж Марта точно согласиться, ей самой будет любопытно!

***

Это был восхитительный день! Мы прошли полгорода, пока добрались до калле делла Толетта. Будильник и правда там! Он такой маленький, что если бы не Марта, я никогда не разглядела бы его на втором этаже. Марта сказала, что нельзя смотреть на него слишком долго, потому что он связан с magia nerа, а там, где черная магия, может случиться все, что угодно. Этот будильник повесила стрега – ведьма. Он всегда показывает время следующего заклятья. Цирюльник, который держит свою лавку в этом доме, попытался снять будильник, тогда начались всякие ужасные явления, шорохи, даже являлись призраки. Пришлось вернуть будильник на место.

Марта возмущается откуда я все это знаю, если не выхожу из дома. Конечно, она догадывается, что мне рассказал это Маттео студент, которому еще папà сдал комнату на первом этаже нашего дома. Вроде бы его родители оказали папà важную услугу и он предоставил кров Маттео, оказавшемуся в стесненных обстоятельствах. К сожалению папà скончался так быстро, что не успел оставить распоряжений в отношении студента, и Марта все время ворчит, что мы могли бы выгодно сдать эту комнату платежеспособному жильцу. Но ведь это решение папà и я не вправе его отменять. Есть еще одна причина, о которой не знает Марта: благодаря Маттео я узнаю этот город! Он приносит мне самые свежие новости, рассказывает самые интересные сплетни. Марта волнуется, что я могу влюбиться, а Маттео неподходящая партия для девушки из семьи Лоредан. Но он мне как брат, а разве влюбляются в братьев!

Мне так хотелось рассказать Маттео о нашем приключении, но сегодня ночью он не вернулся домой… Раньше такого не случалось! Неужели он нашел себе девушку? Я попросила Марту навести справки, вдруг с ним что-то случилось?

***

Саша никак не могла закрыть дневник, он казался интереснее любого романа, потому что роман- это вымысел, а здесь о своей жизни рассказывала реальная девушка. Теперь и ее фамилия известна – Лоредан. Одна из важнейших венецианских фамилий, из этой семьи вышло несколько дожей. Интересно, как ее звали? И можно ли узнать, когда написан дневник?

Но пришлось оторваться, и Саша не узнала, нашелся ли Маттео, ладно, вернется с вечеринки – дочитает.

Знала бы она, что ждет ее этим вечером – осталась бы на диване.

В этот раз девушка не взяла с собой никаких приличных нарядов, званых вечеров ей точно не светило, а вот, подишь ты! Сподобилась.

И хотя «хозяйка бала» синьора Марин явно была родственницей одного из венецианских дожей, понятно было, что ждет их не приём в высшем свете, а традиционная «квартальная вечеринка». Так что Саша решила отправиться в джинсах и свитере, в конце концов она первый и скорее всего последний раз увидит всех этих людей. Не получится у нее в этот раз представлять bella figura, надев все лучшее сразу – и не надо.

Джойя появилась в темно синем шерстяном платье с красным ажурным воротником. С ней явилась женщина лет шестидесяти, в наброшенном на простенькое платьице ярко красном платке и с золотыми серьгами-гвоздиками в ушах. Джойя представила ее Анджелиной.

– Какой красивый платок! – решила сделать комплимент девушка.

– Сегодня я собираюсь предсказывать судьбу, думаю, такой наряд вполне подходит!

– Предсказывать судьбу?

– Ой, это так весело, сама увидишь.

Последние предсказания судьбы на Сашиной памяти чуть не закончились убийством. Так что она явно не могла разделить энтузиазма, тем более, после короткой прогулки по безлюдным венецианским калле.

Многие итальянцы не любят Венецию, считая её городом ведьм, колдунов и опасаясь её темной мистической стороны. Совсем недавно графиня делла Лантетоже нелестно отозвалась о Венеции, назвав город «дамой легкого поведения с плохой репутацией». Но одно дело обсуждать такие вещи на солнечном балконе тосканской виллы, совсем другое – идти в сумерках по пустому городу, когда рождественская мишура остается где-то далеко на центральных улицах. Саша помнила, как однажды ее накрыл туман, да так, что она боялась исчезнуть в нем навсегда… а чего стоили фигуры в масках с фонарями на плохо освещенных ночных улицах! Интересно, как устроились в тюрьме герои той венецианской истории?

В общем, с чувством облегчения Саша вслед за спутницами нырнула в высокие двери очередного старого палаццо.

– Идем, я познакомлю тебя с хозяйкой. – Джойя привела Сашу в зал. оформленный как чайная комната на востоке: везде распустились пышные папоротники, стены увешаны клетками с чучелами попугаев, столы задрапированы экзотическими тканями. Каждый сходит с ума по-своему! подумала Саша, когда ее представили синьоре Марин, в меру высокомерной высокой и худой даме.

Когда синьора процедила что-то вроде «и зачем вам изучать историю Венеции, милочка, что вы собираетесь с этим делать» девушка не удержалась и сообщила, что не могла оставить без внимания подарок графини Контарин. Годы общения с Аделе делла Ланте научили ее правильному поведению в обществе и Саша, чуть прикрыв веки, протяжно протянула: – Мы же с вами понимаем, что это как минимум неприлично!

Имя графини Контарин и после смерти оказывало магическое действие на окружающих. Саша немедленно была представлена остальным гостям, из которых она запомнила лишь некую Сару, державшую гостевой дом в этом же квартале. И то потому, что на Саре был длинный ярко белый парик и костюм с преувеличенно большим задом.

– «Игра престолов»? – Понимающе прошептала Саша, не сомневаясь. что тетенька решила повторить образ Дейенерис.

Сара расцвела и закивала.

– Я решила, что это самый подходящий костюм для чтения карт Таро.

О боги, и эта туда же! – подумала Саша, а женщина щебетала:

– Я практиковалась, я планирую сказать одобряющие слова тем, кто в них нуждается. Я знаю, как многое в судьбе меняет доброта… И в моей жизни были моменты, когда я чувствовала себя потерянной.

– Надеюсь, они уже позади, – вежливо пробормотала Саша, – Так вы профессиональный таролог?

– Что вы, деточка, это же просто игра! Мне нравится управлять гостевым домом, и мне так повезло, что у меня есть муж, который разделяет мои чувства. Он может быть тихий человек, но вы знаете, как говорят – в тихом омуте черти водятся! – неизвестно что подразумевала под этим Сара, но она довольно хихикнула.

Саша вышла на лестницу, чтобы разглядеть лепнину на потолке, и услышала сердитый голос Анджелины.

Внизу у входа стояли двое, Анджелина в ярко-красном платке и высокий мужчина в темном пальто и шляпе. Он как раз в этот момент расстегивал пуговицы пальто и Саша увидела ярко алую подкладку. Прямо граф Дракула! – подумала девушка и вздрогнула. Мужчина напоминал ей вчерашнего незнакомца из книжного магазина. Да что там напоминал, она была уверена, что это он и есть. Из-под шляпы выбивались пряди седых волос, ну, хоть без маски явился!

– Что вы здесь делаете?

– Дорогая, не нервничайте. Меня пригласили.

Казалось, Анджелина сейчас взорвется, как мыльный пузырь. Мужчина заметил Сашу на лестнице, вежливо поклонился:

– Орàцио Бедѝн, к вашим услугам, синьора…

– Алессандра.

Так вот кем был ее незнакомец! Знаменитым прорицателем-затворником! Хотя, погодите, какой затворник, если вчера он шастал по улицам и даже заглянул в книжный магазин!

Навстречу гостю уже спешила синьора Манин.

– Дон Орацио, какая честь! Боюсь, я не ждала вас, ведь вы дали понять, что не принимаете мое приглашение!

– В жизни однажды наступает момент, когда нужно встретиться со своими демонами и вернуться в общество, невзирая на риск. Мир слишком долго был лишен откровений дона Орацио.

Ну вот, как все напыщенно и банально. Так и развеиваются мистические тайны. Саше стало жаль, что ее таинственный незнакомец оказался таким высокопарным… Хотя… Она понаблюдала за прорицателем со стороны и засомневалась. Он вел себя наигранно, напыщенно, слегка неестественно. В незнакомце же было благородство, которое не сыграешь. Оно считывалось в его движении, даже в позе, в которой он стоял, глядя в арку. Голос… нет, не понятно, тот ли голос. Но облик… совершенно не тот!

Гости зашумели, каждый считал своим долгом подойти и представиться известному прорицателю.

– Вы будете предсказывать будущее? – Этот вопрос волновал всех.

Не отвечая, дон Орацио уставился на Анджелину, которая вернулась за свой столик с картами.

– Давайте обсудим, как нам организовать ваше выступление, – тянула его за рукав хозяйка дома, но прорицатель не двинулся с места.

– Она предсказывает судьбу? – Он ткнул пальцем в Анджелину.

– Ээээ…да, но это всего лишь….

– Я хочу, чтобы она предсказала мне судьбу. Если вы не возражаете, – он поклонился хозяйке дома. – Если только у нее хватит смелости посмотреть мне в глаза.

Анджелина вспыхнула ярче своего платка.

– Сядь. Я расскажу тебе больше, чем ты когда-либо хотел услышать.

Дон Орацио с ухмылкой уселся напротив. Анджелина уставилась в стеклянный шар (Ах, вот оно что, ее инструмент- шар, не карты!) а Саша наконец смогла детально рассмотреть прорицателя. Лет семидесяти, седой, длинноватые волосы спадают на воротник черной рубашки. Обычный, даже слегка неопрятный синьор. Вот только ухмылка его Саше совсем не понравилась.

– Зачем вы пригласили его? – Шепотом спросил кто-то у хозяйки за Сашиной спиной.

– Дона Орацио? Но почему бы не пригласить?

– Он дьявол.

– Простите?

– Нет, не совсем дьявол, но он тот, кто живет там, внизу. Он ужасный человек. Вы же знаете, что он сделал.

А вот это становилось интересным. Не только напыщенный тип, а еще и с историей. Прямо герой викторианского романа!

– Я вижу женщину, – говорила меж тем Анджелина, не отводя глаз от хрустального шара. – У нее могла бы быть долгая и счастливая жизнь, если бы не твои действия.

– В моей жизни было много женщин. Вы не можете сказать конкретнее?

Анджелина побледнела и закусила губу, но не отводила глаз от шара. Присутствующие, явно знавшие то, чего не знала Саша, умолкли и наступила тишина.

И вдруг лицо Анджелины изменилось. На нем появилась растерянность. даже смущение.

– Женщина считает, что влюблена в тебя. Молодая женщина.

Дон Орацио по-прежнему ухмылялся: – Слава – она такая. Много поклонниц, среди них молодые.

Он обернулся и его взгляд встретился с Сашиным. Девушка вздрогнула.

Анджелина зажмурилась, потом открыла глаза и уставилась на своего визави.

– Ты получишь то, что заслужил. Я вижу смерть.

Кажется, что присутствующие забыли, как дышать, так тихо стало в комнате.

И тут дон Орацио расхохотался.

– Как ни прискорбно, но это ждет каждого из нас. У меня получается предсказывать судьбу гораздо лучше!

Все облегченно выдохнули, начались обычные разговоры и смешки, дон Орацио встал и к нему тут же подбежали, начались расспросы. Хозяйка позвала гостей в другую комнату, подавали просекко и закуски. Саша не двигаясь смотрела на Анджелину.

– Зачем я ему позволила… – прошептала женщина. – Алессандра идите к гостям, со мной все в порядке.

В другой комнате дон Орацио что-то шептал на ухо Саре-Дейенерис, та хихикала. Саша поймала взгляд худого, невзрачного мужчины, направленный на парочку. Казалось, он бросится на прорицателя с кулаками. Сара тоже почувствовала взгляд, обернулась и испуганно ойкнула, поспешила к мужчине.

Понятно, муж явился в самый не подходящий момент. Саша не жалела, что пришла на вечеринку, еще бы, такие страсти кипят! Но сейчас ей стало ужасно скучно.

Вниманием прорицателя завладела хозяйка дома. Судя по всему, речь шла о плате за его выступление. Саша услышала слово «наличные», окончательно заскучала. Вот тебе и тайны, и властелины… Да, не бал венецианской знати…

Она собиралась тихонько уйти, единственное, что останавливало – не хотелось идти одной по темным улицам, тем более, что она совершенно не запомнила дорогу, болтая с соседками.

Вдруг раздался истошный женский вопль. Вместе с другими гостями, толкаясь и врезаясь в кого-то, девушка побежала на крик.

Хозяйка дома распахнула двери в маленький кабинет. На полу лежал дон Орацио лицом вниз. С ножом в спине.

– Он с кем-то подрался? – Прошептала синьора Марин.

– Когда дерутся то бьют спереди. Чтобы нанести удар в спину, нужно быть сзади. – ответил мужской голос.

– Звоните в полицию. – Сказал третий голос, Саша не увидела, кто это произнес, она не отрываясь смотрела на маленькую золотую сережку-гвоздик на полу рядом с телом.

***

Среди прибывших карабинеров Саша увидела знакомое лицо. И офицер как-то подозрительно на нее глянул, но ничего не сказал.

Он представился лейтенантом Пизани. Спросил, как положено, кто что трогал, поинтересовался, где можно расположиться, чтобы побеседовать с присутствующими. Саша знала процедуру наизусть.

Выяснилось, что тело обнаружила Сара в костюме Дейенерис. Это она завопила так, что сбежались все остальные. Сара и отправилась первой на беседу с офицерами. Она испуганно озиралась, видимо, боясь снова увидеть труп.

В ожидании своей очереди люди обсуждали происшествие, спрашивали друг у друга, кого убили, правда ли убили, что вообще происходит.

Саша нашла Анджелину в другой комнате, женщина нервно прихлебывала чай из красивой фарфоровой чашки. Сережек в ушах не было.

Увидев девушку, Анджелина криво улыбнулась:

– Как ужасно, правда? Этот человек мне никогда не нравился, но я не желала ему смерти.

Зато напророчила, – подумала Саша. Выражение лица Анджелины явно свидетельствовало об обратном, как же, не желала!

В этот момент дошла очередь Анджелины. Она вспыхнула, засуетилась и наконец отправилась с карабинером.

– Вы следующая, – обернулся в дверях офицер.

***

– Здравствуйте, Алессандра, я ведь не перепутал ваше имя? Вы меня не помните? Я был заместителем капитана Маркона, теперь я руковожу этой станцией карабинеров.

Пока он не поинтересовался, почему там, где Саша, появляются трупы, девушка рассказала, как встретилась с Флавио Марконом в Неаполе, и вообще их знакомство с будущей женой произошло прямо на Сашиных глазах.

– Надеюсь, вы встретились случайно? Или там тоже произошло убийство? – Непонятно, шутит карабинер или это сарказм.

Саша неопределенно пожала плечами.

Она рассказала, что всего третий день в Венеции, пришла на вечеринку с квартирной хозяйкой и на всякий случай снова сослалась на графиню Контарин, но на лейтенанта это не произвело никакого впечатления.

– Вы не венецианец? – Догадалась девушка.

– Я из Вѐнето. То, что моя фамилия Пизани, не означает, что я из Пизы. А то, что меня зовут Лука, не означает, что я из Лукки. – И карабинер сам рассмеялся над своей шуткой. – Та история, когда нам удалось отправить в тюрьму самые сливки венецианского общества, стала легендой, мы вас часто вспоминали. Но давайте перейдем к делу. Вы знакомы с убитым?

– Нет, лично не знакома. Хотя он представился на лестнице, когда пришел… ну, и хозяйка дома его представила, и окружающие называли по имени.

– И как его зовут?

– Орацио Бедѝн. Я так поняла, что он известный прорицатель, которого тут называют дон Орацио. Но я с ним даже не разговаривала. – Саша решила промолчать про встречу в книжном магазине, они же не имеют никакого отношения к происшествию.– Говорят, это сюрприз, что он появился, он много лет не выходил из дома. И хозяйка вечеринки удивилась, она так поняла, что он не придет.

– Он и не приходил.

– Как это?

– Это не Орацио Бедѝн. В его кармане мы нашли документы. Его зовут Джованни Орландини.

– Не может быть! Его же узнали!

– Кто узнал человека, который двадцать лет не выходил из дома? Мужчина в пятьдесят и мужчина в семьдесят выглядят по-разному. Длинные лохматые волосы, седина – многие подумали, что он изменился с возрастом.

– Но Анджелина… – Саша прикусила язык.

– А что такое с Анджелиной? – Лейтенант перелистал свои записи. – Вот, синьора сказала, что не заходила в ту комнату, где устроился для предсказаний «дон Орацио».

– Просто… – Саша рассказала о странной сцене с гаданием на хрустальном шаре. – Я так поняла, что они знакомы.

– Спасибо, мы еще раз переговорим с синьорой, тем более, что уже несколько человек рассказали нам об этой сцене.

– Он говорил… очень пафосно, какими-то высокопарными фразами.

– Он же должен был играть свою роль, видимо решил, что это подойдет образу прорицателя.

– Но зачем он пришел? И как узнал, что прорицателя пригласили, а тот не придет? И как он собирался пророчествовать, если не умеет?

– А вот это те вопросы, на которые мы будем искать ответы. И знаете, Алессандра… я, конечно, далек от того, чтобы связывать случившееся с вашим появлением.

Саша удивленно уставилась на карабинера, этого еще не хватало! А тот продолжил:

– Я прошу вас, хотя вы и оказались в эпицентре событий, не вмешивайтесь в это дело. Но…

– Но?

– Но я оставлю вам свой телефон, услышите, или узнаете что-то полезное от своей квартирной хозяйки – буду рад, если поделитесь.

Саша вернулась в общий зал как раз тогда, когда одна из гостий громко заявила, что не захотела бы оказаться на месте Анджелины после сцены с гаданием.

Все взоры обратились к синьоре с красным платком на плечах. И прозвучал тот вопрос, который так и хотелось задать Саше:

– Анджелина, а где ваши красивые серьги?

Рука женщины потянулась к уху.

– Я где-то уронила одну, поэтому сняла другую. Я нигде не могла ее найти. Вы бы не могли попросить уборщицу отложить сережку, если она ее найдет? – обратилась Анджелина к хозяйке дома.

Вернувшись, Саша схватила тетрадку и погрузилась в чтение.

***

ИЗ ДНЕВНИКА.

Марта прибежала ко мне в комнату, такой взволнованной, какой я никогда ее не видела.

– Синьорина… к вам пришли. Я бы никогда… но я не могу… ему не отказывают.

– О чем ты, Марта? – спросила я экономку. – Кто пришел?

– Синьорина… только не волнуйтесь. К вам пришел Повелитель ночи. – Она смотрела на меня с ужасом.

А я совсем не испугалась. Я столько слышала об этих влиятельных магистратах, что не отказалась бы увидеть одного из них. Мне же нечего скрывать! Я посмотрелась в зеркало и уверенным шагом вышла к гостю.

Наверное, незамужней девушке нельзя писать такие слова, но я до сих пор не могу перестать думать о нем. Это был самый красивый мужчина, которого я видела. Хотя разве я видела много мужчин? Но это не имеет значения. Он был особенным и я поняла это с первого взгляда. В нем была сила. И уверенность. Если бы такой мужчина посмотрел на меня… посмотрел с нежностью… я была бы самой счастливой на свете!

Я порадовалась, что набросила парчовый плащ абрикосового цвета, так идущий к моим синим глазам.

– Простите что беспокою вас, джентилдонна, но не могли бы вы рассказать мне о Маттео, живущем в вашем доме? – ему пришлось повторить эту фразу дважды, потому первый раз я не расслышала, я смотрела на него и не знала, как себя вести. Потом я пришла в себя и рассказала все, что знала о бедном Маттео.

– Ваше превосходительство, – сказала я, – Маттео хороший юноша, он не мог сделать ничего плохого. Я знаю его уже несколько лет.

Услышав, что он арестован по подозрению в убийстве я потеряла дар речи. какой глупой я, должно быть, выглядела перед важным синьором… А он вдруг улыбнулся, и сказал, что тоже уверен, что Маттео невиновен, но вынужден оставить его в тюрьме, чтобы защитить его жизнь, пока не найдутся улики, пока его полностью не оправдают. Я забормотала вежливые слова, такие фразы я читала в книгах и не думала, что однажды мне придется говорить такое самой. Я сказала – о, я горжусь собой! – что поручаю Маттео его благосклонности.

– Прощайте, джентилдонна, – он легко поклонился и покинул наш дом.

А я никак не могла прийти в себя. Теперь я знала, о чем мечтать. Ведь бывает так, что случаются чудеса? Вдруг однажды он пригласит меня на концерт или на бал, который устраивает? Ведь наверняка во дворце благородного синьора дают балы? Неужели я больше никогда его не увижу? А вдруг он женат? Ведь браки в благородных семьях заключаются рано!

Марта смотрела на меня с удивлением, но я ничего не стала объяснять. Я просто закрыла дверь в свою комнату, упала на кровать и снова представляла высокую фигуру, темные волосы, мужественное лицо… Повелитель ночи стал повелителем моего сердца и я ничего не могла с этим поделать.

Глава 3. Венеция, наши дни

Александра не спала всю ночь. Она заставила себя отложить дневник на том самом месте, как… нет, таких совпадений не бывает! Повелитель ночи… Теперь она хотя бы представляла, что это официальное лицо. Но почему такое странное название? И как мог венецианский магистрат мог оказаться в сегодняшней Венеции? Нет, хватить забивать голову чертовщиной. У нее на глазах произошло убийство, а она думает о мистике!

Но сон не шел, а чертовщина из головы не уходила.

На следующий день девушка еле усидела на занятиях, и не успела закончиться последняя лекция, как она бегом рванула на станцию карабинеров.

Лейтенант Пизани как раз пил кофе, Сашин приход его не обрадовал, карабинер скривился, но махнул рукой на стул и попросил сотрудников принести еще одну чашку.

– Я надеюсь, вы пришли с какой-то информацией?

– Я… вы сейчас скажете, что я лезу не в свое дело, но пожалуйста, скажите, вы точно установили, что убитый- не дон Орацио?

– Абсолютно. Даже по отпечаткам пальцев. У него нет судимостей, но было несколько проблем с законом. Ох, Алессандра, знаете пословицу – la curiosità uccise il gatto, любопытство кошку сгубило? Что вам не живется спокойно! – лейтенант отпил кофе и его плечи расслабились. – Сегодня у нас был тяжелый день.

– А вы говорили с настоящим доном Орацио?

– Он не взял трубку и на стук в дверь никто не ответил.

– Тот кто убил фальшивого прорицателя, наверняка хотел убить настоящего! Но зачем фальшивый пришел на вечеринку?

– Это самое простое. Хозяйка дома сказала, что он потребовал наличные. И установил сумму- 50 евро за разговор с ним. Минимум десять человек захотели воспользоваться моментом, а это уже 500 евро. Он наврал бы с три короба и ушел с деньгами.

– Но как он узнал, что дона Орацио пригласили на вечеринку?

– Это тоже простой вопрос. Вы же узнали! В маленьких мирках венецианских кварталов слухи расходятся быстро.

– Но мог прийти настоящий!

– Вы же сказали, что хозяйка удивилась приходу прорицателя. Слух о том, что он отказался, так же быстро дошел до всех ушей.

– Если вы поговорите с прорицателем, пожалуйста, дайте мне знать!

– От вас не отделаешься, да?

Саша помотала головой.

***

Вернувшись домой, она первым делом постучалась в дверь квартирной хозяйки.

– О, Алессандра, заходи! Мы тут как раз… ты присоединяйся, я сейчас сварю кофе.

Саша вошла в комнату и увидела Анджелину в кресле за маленьким столиком. На столе лежала колода карт.

Девушка села в соседнее кресло, присмотрелась к картам и очень удивилась, ведь вместо более-менее знакомых образов на картах были изображены… кошки!

– Как необычно! Почему на картах кошки?

– Ну, как же, это венецианское Таро средневековых кошек.

– Никогда о таком не слышала!

– Эта история уходит корнями в Средневековье, – Джойя вошла в комнату с подносом, на котором пристроилась чашечка кофе для Саши и большая тарелка печенья-бискотти для подруг.

– Венеция всегда была полна кошек, их здесь очень уважали и считали настоящими талисманами на удачу. Во времена торговли между Венецией и Востоком, когда с венецианскими галерами в город явилась черная или чумная мышь, далматинские кошки, жившие в городе, не смогли справиться с разносчиками болезни, оказались недостаточно свирепыми. И тогда в Венецию прибыла галера с кошками из Сирии и Палестины. Это были особые животные, полосатые кошки с характером свирепых охотников. Позднее они скрестились с местными кошками и стали настоящими хозяевами города, бродили, где хотели по улицам, дворам и площадям. Сегодня бродячих кошек в городе почти не встретишь, но они есть, прячутся возле больницы святых Джованни и Паоло.

– А причем здесь Таро?

– По легенде среди кошек, доставленных в Венецию, были потомки египетских котов, тех самых, что связывали мир живых с миром мертвых. Говорят, один из тех котов до сих пор бродит по Венеции, появляется ниоткуда и исчезает в никуда. А колода… она родилась здесь, в гетто. Но ты знаешь, что случилось с евреями Венеции в годы Второй мировой, древние знания утеряны, осталась лишь колода…

– Возьми колоду, – сказала Анджелина.

Саша усмехнулась, уж сколько раз она вытаскивала странные карты, что ж, попробуем еще раз!

– Подержи карты в руках, задай мысленно вопрос, на который хочешь получить ответ.

Саша кивнула.

Анджелина забрала у нее колоду и открыла первую карту. Фигурка кошки в платье с крыльями наливала воду в кувшин.

– Умеренность. Это то, что известно в настоящем.

– В каком смысле?

– Эта карта говорит о балансе. Истинный баланс никогда не случается в жизни, но умея балансировать между приливами и отливами, мы обретаем покой. – Она открыла следующую карту. – Видишь, кот игнорирует предложенную ему чашку? Тебе предложили помощь, но ты была так занята другими мыслями, что этого не заметила.

– По-моему, наоборот, – пробурчала Саша, думая о лейтенанте карабинеров.

– А теперь… – Анджелина открыла следующую карту. – Видишь, кот раздает монеты? Это означает, что ты окажешь неоценимую помощь, но твоя роль – делать это, находясь в тени.

Интересно, ведь Сашин вопрос связан с убийством фальшивого предсказателя! И Анджелина не может об этом знать. Или знает? Наверное все просто – всех сейчас заботит один и тот же вопрос.

Женщина тем временем перевернула еще одну карту.

– Как странно…

– Что странно?

– Эта карта обозначает дьявола. Нет, не пугайтесь, в картах Таро это аллегории. Но эта карта необычна, смотрите – кот в венецианской маске. Маски носят, когда хотят спрятаться, остаться неизвестными. – Она открыла последнюю карту и улыбнулась.

– Что там? – вытянула шею Саша.

– Даже во времена катастроф случается Божественное вмешательство.

– Чем сердце успокоится… – пробормотала Саша. – И откуда же оно придет, интересно?

* * *

Когда Анджелина отправилась домой, Саша поинтересовалась, откуда у женщины эти карты.

– Досталась по наследству. Анджелина выросла в венецианском гетто, хотя сегодня это уже совсем другой квартал…

– А почему она… помните, когда лже… то есть прорицатель попросил погадать, она смотрела на него с такой ненавистью… Они знакомы?

Джойя помолчала потом со вздохом ответила:

– Я думала, его убила Анджелина. Она ему угрожала.

– Пообещав смерть? Ну, это же не настоящая угроза.

– Но потом она сказала: «И я позабочусь, чтобы это произошло скорее раньше, чем позже».

– Вы слышали??? И вы сказали полиции?

– А куда было деваться?

– Но почему? Почему Анджелина так зла на него?

– У Анджелины была младшая сестра, Эльвира. Когда девушка поступила в университет, у нее начались сильные головные боли. Она пошла к врачу, который отправил Эльвиру на обследование. Вместо этого девушки отправились к дону Орацио. Тот сказал, что Эльвира проживет долгую и счастливую жизнь.

– И она не пошла на обследование?

– Нет.

– Боюсь, я догадываюсь, что случилось.

– Когда Эльвиру уговорили обратиться к врачам, опухоль мозга была уже неоперабельной. Она умерла через год.

– И поэтому Анджелина ненавидит прорицателя… Но ведь здесь их вина, да, он мошенник, но это они его послушали!

– Всегда проще обвинять кого-то другого.

– У меня такое ощущение, что вы неплохо относитесь к дону Орацио.

– Дело в том… дело в том, что я на него работала.

– На фокусника?

– О, он называл себя менталист.

– Как в сериале.

– В каком сериале?

– Не важно. И что вы для него делали?

– Привозила еду.

– Как это?

– На него эта история повлияла очень сильно. Именно поэтому двадцать лет назад он спрятался в доме и больше никогда ни с кем не встречался. Но двадцать лет назад не было доставки еды, не было мобильных телефонов с приложениями для заказа. А я тогда собиралась уходит с работы, тяжело было, я же пекарь!

– И что?

– И он узнал об этом, позвонил, предложил зарплату не меньше, чем была у меня. И работа простая- раз в день доставлять еду из ресторанов. Для него и Авроры.

– Кто такая Аврора?

– Его младшая сестра. Намного младше. Она приехала к нему незамужней, беременной, ей некуда было идти.

– Она до сих пор живет с братом?

– Она умерла при родах. Осталась дочка, Теа.

– Что с ней стало?

– Орацио вырастил девочку. Нанял няню, потом гувернанток, девочка никогда не ходила в школу.

– А как же она жила?

– Она немного не в себе. И по-прежнему живет с ним.

– А кто же приносит теперь еду?

– Не знаю. Я проработала у него пять лет, после чего он меня уволил.

– Почему?

– Появилась новая гувернантка, Мартина. Она хорошо готовила. Думаю, она и сейчас живет с ними и все организует.

– Но Венеция маленькая, вы что, никогда не встречали ее в городе?

– Да я никуда и не хожу. Достаточно моего квартала.

– Значит, вам он может открыть дверь?

– Как это? Ты что? Его же убили!

Саша прикусила язык, но было поздно.

– Карабинеры полагают, что это был не он.

– Как не он?

– А вы уверены, что это он?

– Но ведь… но как же это… но кому надо выдавать себя…

– Так уверены?

– Теперь уже и не знаю. Он же представился… я бы и не задумалась…

– Только не говорите никому, ладно? Даже Анджелине.

– А почему ты спросила, откроет ли он мне?

– Потому что карабинеры не смогли попасть в дом. Им не открыли. А вдруг вам откроют?

– Но зачем я туда пойду?

– Вы пойдете со мной. Мы должны убедиться, что он жив. И если кто-то выдал себя за него и был убит, прорицателю по-прежнему угрожает опасность.

– Нет, я не думаю… если его убила Анджелина… это произошло случайно. И, честно говоря, я не могу ее осуждать. Такой шок, увидеть виновника смерти сестры через столько лет.

– А если это не Анджелина?

***

Увидев дом прорицателя, Саша совсем не удивилась. Проходя мимо во время прошлых приездов в Венецию она всегда удивлялась, как сюда, неподалеку от Бьеннале, попал такой дом.

Трехэтажный, с мансардной настройкой на четвертом, зелеными ставнями и типично венецианскими готическими окнами первого этажа, во всем остальном он напоминал классический дом с привидениями где-то на «большой земле». Во-первых дом стоял отдельно от прочих. Во-вторых он скрывался за огромными старыми деревьями, а сад обнесен деревянным забором. Кто в Венеции с их ценами на недвижимость и землю, может себе такое позволить? Неплохо заработал прорицатель, видимо, хорошо получалось предсказывать будущее.

Как же он так прокололся с сестрой Анджелины? Или его финансы не имеют отношения к, так сказать, провидческой деятельности?

Джойя привычно просунула руку в калитку, отодвинула защелку, пробормотала: – Ничего не изменилось за десять лет.

Смысла в современных запорах и домофонах действительно не было, деревянный забор не сложно перелезть. .

На двери не заметно ни камер, ни звонков, ни домофона. Саша восхитилась латунным дверным молотком, выходит, гости здесь стучат, словно в Средневековье, любопытно!

Стоило ей протянуть руку к молотку, как дверь распахнулась. В проеме появилась девушка в белом махровом халате, наброшенном поверх белой же блузки и широких, черных, очень современных брюк-палаццо. Волосы, собранные в пучок, придавали девушке вид секретарши. Но какая шикарная кожа, просто фарфоровая! Вот только на фоне бледного прозрачного лица кроваво-красные губы казались совершенно неуместными. Это она дома так красится?

Девушка мгновение смотрела на гостий, потом лениво процедила:

– Вы кто?

– Ты знаешь, кто я. – Джойя сказала это раздраженно, с неприязнью. – Скажи своему дяде, что мне нужно немедленно его увидеть.

Девушка продолжала смотреть на нее, явно не узнавая. Перевела взгляд на

Сашу: – А ты кто?

– Привет, – защебетала Саша, – Я Алессандра. Очень приятно познакомиться!

Джой ткнула ее острым локтем в бок, Саша ойкнула и сразу перешла к делу:

– Нам нужно срочно увидеть вашего дядю.

Девушка вздохнула, затем повернулась и пошла прочь. Халат волочился за ней по полу и только тут Саша поняла, что это совсем не халат, а роскошная норковая шуба. Дверь она оставила открытой и женщины быстренько юркнули внутрь.

Внутри стены казались такими же холодными и серыми, как снаружи. Саша провела рукой по стене и сразу ее одернула, надо же, внутри необработанный камень. Кем они себя тут возомнили, вампирами?

– Не трогай, – прошептала Джойя.

– Да это черт знает что такое, еще и холод зверский, холоднее, чем на улице. неудивительно, что девушка ходит дома в шубе.

Наконец коридор закончился и они вошли в огромную комнату, где ноги сразу утонули мягких коврах.

Пламя потрескивало в камине, но его было недостаточно, чтобы согреть зал с высоченными потолками, метров пятнадцати, не меньше. Все лампы и бра были включены, но даже они вместе с лучами зимнего солнца в высоких стрельчатых окнах не рассеивали темноту до конца.

Девушка исчезла, словно растворилась.

– Чертовщина, – снова прошептала Саша, но раздался скрип двери и в комнату вплыл персонаж, который никак не вписывался в антураж вампирского замка. Полная румяная женщина в фартуке сияла так, что можно было сразу выключать лампы.

– Джойя! – она поспешила навстречу, черные с сединой кудряшки подпрыгивали, словно пружинки. Казалось, сейчас она задушит в объятиях худенькую квартирную хозяйку.

Они одновременно зачастили, да на диалекте-венециано, и Саша не понимала ни слова. Она дернула Джойю за рукав, женщина опомнилась и представила девушку:

– Алессандра живет у меня. А это Мартина.

О, как! А Саша думала, что в лице гувернантки-домохозяйки, прижившейся в вампирском палаццо, прорицатель обрел любовницу. Но как этот жизнерадостный колобок прижился в таком месте?

– Так зачем вы сюда пришли? Это имеет отношение к Джованни?

– Джованни? – Удивилась Джойя, и Саша не сразу сообразила, о ком говорит Мартина, но тут же спохватилась.

– Джованни Орландини?

– Ну, да. Такой милый человек. Он работал у нас три года и всем нравился. особенно Тее.

– Тее? – Саша поняла, что речь о племяннице, открывшей им дверь. – Но он намного старше!

– Когда у девушки нет общения, ей понравится кто угодно. Если ей не позволять заводить друзей и встречаться с мальчиками, неудивительно.

Так Мартина у нас бунтарка, и ей, видимо это позволено.

– Орацио не нравилось ее отношение? – Спросила Джойя.

– Он признался, что собирается уволить Джованни. Не знаю, почему тянул. Эх, мы тут с вами сплетничаем а хозяин ждет! – Мартина поманила их за собой.

– Кто такой Джованни? – Шепотом спросила Джойя.

– Тот фальшивый Орацио, которого убили.

– Значит все-таки фальшивый…

– Но я вам ничего не говорила!

Пройдя по узкому коридору, а затем поднявшись по лестнице, Саша оказалась в очень необычной комнате. Потолок-купол, невидимый с улицы, был расписан знаками зодиака, соседствующими с золотыми звездами на темно синем фоне.

Оторвав глаза от потолка она увидела человека, стоявшего у небольшого окна. Человек повернулся и направился к ним.

Да уж, Саша сама перепутала бы, кто есть кто, неужели Джованни Орландини специально копировал хозяина? И все же… большая разница во взгляде. Наемный работник Джованни был вальяжен и самоуверен, взгляд человека, встретившего их сейчас, испуган, даже затравлен. От него явственно исходит страх.

И здесь тоже холод, от которого не спасает огонь в камине.

– Рада тебя видеть, Ори, столько лет прошло!

– Ты единственная, кто называет меня так. Полагаю, это не светский визит?

– Боюсь, что нет.

Прорицатель указал на стулья у камина. Но даже протянув озябшие руки к огню, Саша не почувствовала тепла. Как они тут живут?

– Вчера поздно вечером к моим воротам подъехали карабинеры. А Джованни не вернулся домой. Значит, вы пришли поговорить о нем.

– Для этого не надо быть прорицателем, – буркнула Саша.

– И ты, конечно, не открыл, – сказала Джойя.

– Мне нечего сказать карабинерам. Но зачем пришли вы?

– Джованни Орландини убит. Кто-то принял его за вас и убил. Когда он узнает, что ошибся, вы будете в опасности.

Прорицатель фыркнул как большой морж.

– Вы серьезно верите, что здесь, – он обвел помещение рукой, – мне может грозить опасность?

– Опасность может настигнуть где угодно. Ты превратился в агорафоба и изуродовал психику племянницы. – Сказала Джойя.

– Ты смеешь говорить мне, что лучше для моей племянницы?

– Давайте не будем спорить. – Вмешалась Саша. – Почему Джованни пошел вместо вас на вечеринку синьоры Манин?

– Наверное решил погреться в лучах моей славы. А то в доме холодно, – с ухмылкой ответил Орацио. – И заработать денег, конечно.

– Он сказал вам, что пойдет?

– Конечно, нет. Я бы не разрешил. Хотя… возможно и разрешил бы, это могло быть любопытным опытом.

– Он был похож на вас как две капли воды. Он всегда вас копировал?

– Вы шутите? У него короткая стрижка, черные волосы, он моложе меня лет на пятнадцать.

– Но… у него были длинные седые волосы и выглядел он… – Саша осеклась. – Значит он подготовился! Купил парик, загримировался.

– В таком виде он должен был выйти из дома, и никто не заметил?

– Мы не часто пересекаемся, дом большой.

– Вы знали, что у него были проблемы с законом?

Прорицатель кивнул. – Люди заслуживают второго шанса. Даже Джойя. Когда я нанял ее, она чувствовала себя обиженной, использованной и выброшенной на прошлой работе.

– Откуда ты… – ахнула Джойя.

– Я видел тебя насквозь. Но ты была способна простить и забыть.

– Но Джованни совершал преступления, пусть мелкие.

– Вы ошибаетесь, девушка. Источником любого плохого поступка является то, что внутри человека. Гнев, боль, обида, или все вместе. Иногда нужно отрешиться от прошлого, которое преследует тебя, и тогда ты исцеляешься.

– А чем здесь занимался Джованни?

– Он был принят на должность дворецкого. Но поскольку у нас не бывает гостей, он занимался разной работой по дому, помогал Мартине с уборкой, выполнял поручения и тому подобное.

Как ни пытались гостьи убедить хозяина, что ему грозит опасность, прорицатель лишь хмыкал. Саше показалось, что ему с Джойей есть о чем поговорить, и сказала, что подождет женщину на улице.

– Последний вопрос. Зачем кому-то убивать вас?

– Понятия не имею. – Пожал плечами Орацио. Если только…

– Что?

– Если только Анджелина до сих пор не простила меня.

Саша пошла вниз по лестнице, надеясь, что не заблудится.

Скрипнула дверь и в проеме показалась Тея, только в этот раз она была одета в длинное белое платье. Прижала палец к губам, поманила Сашу в комнату.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.