Ли Кр
Жизнь в воспоминаниях

Глава 1. Саморазрушение

«Так сложно выразить свои чувства, когда ты пуст. Когда в пространстве твоей грудной клетки не умещается ничего, что можешь назвать печалью, радостью, эйфорией, восторгом, унынием, безысходностью. Не чувствуешь боли, хотя, ходишь, улыбаешься… жалкая пародия человека. Ты не можешь быть счастливым, не можешь ощущать трепет от улыбки, не можешь чувствовать главного – себя. Создание, с каменной душой. У тебя и души то нет. Потерял её и не найдешь, чтобы поместить в свое сплетение ребер. Ей там уже нет места. В тебе нет ничего, кроме холода. В голове только страх и сожаление, которое рвет тебя ночью, не давая уснуть. Нет сил плакать. Ты истратил себя. Хочешь сказать, но не можешь, пытаешься понять, но не получается, пытаешься изложить все на листе бумаги, но чернила высыхают на кончике пера. Ты пытаешься выразить чувства, которых нет, потому что они были изгнаны тобой.

Потому что ты пустой и одинокий.

Потому что ты давно уже мертв.»

Леви снова сидит за столом, ведет монолог с собой. Руки трясутся, пальцы нервно подергиваются, словно призрак пытается выдернуть фаланги. Вены в висках пульсируют, он поневоле читает на азбуке морзе: «умри». Таблетки больше не помогают. Превращает ладонь в пистолет, аккуратно касается собственного подбородка.

«Интересно, пока я смотрю в окно, сколько людей погибло от старости?»

Искусно изображает выстрел, виртуозно запрокидывает голову назад. Мужчина встает, роняет табуретку, ругается на неё, продолжает путь. Проходя по комнате, веревка на люстре бьет его по щеке, снова спотыкается об мебель, кричит: «Не сегодня!» Он подошел к зеркалу, провел подушечкой пальцев по линии разбитого осколка. Отражение смеялось надо ним, показывая указательным пальцем на свежие шрамы, ниже локтя. Леви нахмурился, отвернулся. Как это грубо. На противоположной стене висел дартс, а на нем его фото, к сожалению, закиданное дротиками и осколками разбитой бутылки из-под вина. Он начал вспоминать его лучезарную улыбку, ради которой приходилось вставать по утрам. До боли знакомые бирюзовые глаза, они напоминали изумрудный браслет, который носила бабушка. А его заразительный смех? От него у Леви поднималось давление, ведь, он никогда не ощущал себя радостным. Пока не познакомился с ним. Мужчина дотрагивается до губ юноши на фотографии, но осколок врезается в ладонь. Тихо капает кровь на старый паркет. Боль душевная сильнее физической, но он все равно пытается изобразить недовольную гримасу. Смотрит на свежую подвижную кровь, появляется мысль – облизнуть.

«Какая боль на вкус?»

Леви отдергивает ладонь от лица, убирает скорее в рваный карман брюк. После бросает взгляд на бедную веревку под потолком, даже у неё есть предназначение в этом мире. Послышался звук уведомления, зрачки мужчины непременно расширились, а дыхание участилось. Настороженной походкой, он возвращаюсь к столу, проверяет разбитый телефон – сообщение от Ханджи:

«Ты в порядке?»

Аккерман улыбается левым уголком рта. Нет, не от того, что кто-то о нем до сих пор помнит, а от боли внутри, которая так и хочет разорвать плоть на мелкие-мелкие кусочки.

– В порядке ли я, спрашивает она. – Леви начинает истерически смеяться и закрывает руками лицо, забывая, что ладонь запачкана в крови. – В порядке ли я?! – выкрикивает он в пустую комнату, разворачиваясь к нему.

Мужчина забывает принимать таблетки, а юноша продолжает смотреть на него грустным взглядом. Пытается что-то сказать, но Леви не слышит, словно заложило уши, взорвались перепонки.

«Я давно свихнулся, знаю, – в голове мужчины забегали мысли, – но я в порядке… А ты продолжаешь стоять в этом грязном углу, который день! – снова кричит на невинного мальчишку Аккерман, – и никак не покидаешь мой разум! Сколько бы я не пытался на тебя ругаться, сколько бы не умолял, сколько бы не разговаривал – ты продолжаешь стоять и смотреть на меня, как будто это я призрак! Но нет, нет… Не настолько я потерял связь с реальным миром и понимаю, что я – все ещё живой, а ты мертв… Эрен, ты мертв!»

Пальцы рук смешно подергиваются, но еще могут ухватить телефон. Леви набираю текст, попадая мимо букв, но автокоррекция исправляет:

«Что-то нужно?»

Не успел он отойти от стола, как через мгновение пришел ответ:

«Мы можем встретиться?»

Мы можем что угодно сделать, но не воскресить мертвых.

«Да.»

Глава 2. «Все будет хорошо»

Леви стоял на проклятом снегу, ветер бил в лицо, он чувствовал кончиками пальцев каждую ледяную молекулу в воздухе, вдыхал и выдыхал, а после еще и еще, как сумасшедший циркулировал беспрерывно воздух в легких. Мужчина чувствовал иней на ресницах, чувствовал, как он опадает на румяные щеки и не тает. Он оледенел, превратился в те скульптуры из снега под новогодними елками на площадях. И был один. Совсем. Никого не существовало. Волосы развивались в вальсе мокрого снега, длинный черный шарф метался в разные стороны, лишь Леви был неподвижен, так же, как и все внутри него. Эти сугробы топили его, как пески сахары, но он не задыхался, был напоен чувством, будто у него что-то забрали. Безвозвратно, насовсем, даже не спросив разрешения. Кто-то оказался бесшумным грабителем во впадинах клапанов у сердца. Ворвался внутрь и распорол внутренности, так бесстыдно, так неоправданно. Ведь, он никогда не хотелось отдавать Эрена ни одной живой душе во вселенском пространстве.

– Молодой человек, – к Леви обратилась старушка, она щурилась от ледяного ветра, а руки тряслись, – Вы не подскажите время?

Мужчина недовольно опустил взгляд на свои наручные часы, но они не работали, уже как сорок семь дней.

– Извините, мэм, – начал он, – но мои часы перестали работать, я не смогу вам помочь.

В ответ она мило улыбнулась и одобрительно кивнула, после, тяжело вздохнув, взглянула Леви в глаза. Ему показалось, что она хотела увидеть яркую синеву в его зрачках, но они испарились, уже как сорок семь дней назад.

– Вы, наверное, девушку ждете? – спросила она, продолжая трястись от холода.

– Да, подругу.

– У вас нет пары?

– Есть… – Леви зажмурился, потер переносицу кончиками пальцев и поневоле начал грубить. – Послушайте, Вам заняться нечем, как до меня докапываться?

Старушка вздрогнула, а ему стало стыдно, но пытался не подавать виду. Она застенчиво взглянула ещё раз в его безжизненные глаза. Ей было жалко Леви, и он понимал это. Ему самому себя жаль.

– Прошу простить меня… – напоследок она улыбнулась и удалилась в противоположное направление.

Мозг Аккермана начал проигрывать сценку, как он грубит ей снова, и снова, и чувство стыда стало поглощать сильнее, чем чувство боли. Леви сильнее зажмурился, потер лоб, выкрикивая в голове: «Прекрати, забудь, хватит! Эрен учил меня быть вежливым с людьми, так не падай ниже плинтуса… Я и так на предпоследней ступени.» Он присел на ближайшую лавочку, откинул голову к небу. Сегодня погода была не на шутку сурова, казалось, хотела задушить холодом каждого прохожего, а люди бежали скорее спасаться по уютным домам, где их ждали любимые. Леви разглядывал синею чистую небесную высь.

«Интересно, а правда существует Рай и Ад? – начал он в мыслях рассуждать. – Что, если, облака – это личный рай каждого человека, который попадает туда, тогда у Эрена, должно быть, в виде собаки. Он любил их.»

От этих мыслей мужчине стало ещё хуже. В груди что-то сжималось, не мог нормально дышать. Он схватился за куртку и наклонился вперед. Неожиданно, рассудок затуманился тревожностью, страхом… Леви достал сигарету, прикусив её губами и стал искать зажигалку, но её не было, кажется, Эрен её выкинул.

Аккерман бросил взгляд на противоположную кафешку, не мог понять: почему она ему знакома? Люди выходят оттуда веселыми, смеются и улыбаются. На самом деле, Леви счастлив, что они счастливее его и, кажется, он тоже был там счастливым… В голове произошла перестройка мыслей, воспоминаний. Леви начал вспоминать: почему это заведение до боли знакома, ведь, здесь он познакомились с Йегерем. Как он мог забыть самое важное, что происходило в его жизни? От новой порции боли, Леви откусил сигарету, одну часть выплюнул, другую, случайно, съел.

***

– Вы будете заказывать? – официант с бейджиком «Леви» подошел к Эрену, он выглядевший встревоженным.

– Да, чашечку кофе. – юноша потер виски указательными пальцами, поднимая голову к мужчине.

Леви усмехнулся, записывая заказ в блокнот.

– Кофе вредит организму, я бы заказал чай… Что-то ещё будете?

Между ними повисла тишина. Официант ждал, не отрываясь от блокнота, но терпения у него на них уже не хватало. Он с недовольным, но еле заметным «цоканьем», посмотрел на парнишку и, замер.

Замер от восхищения.

Ведь, глаза посетителя были бирюзовые, наполненные жизненной энергией, светились, как фары фургона на темной трассе, словно, вот-вот собьет… а может, даже к лучшему. Губы напоминали бутон тюльпана. Леви потонул, разглядывая изумительные черты лица юноши и посмеялся над собой, потому что романтизировать вещи – не его.

– Да. – он выдал на одном дыхании, с такой же гримасой восхищения, или удивления, или испуга. – Ваш номер.

Теперь, казалось, что во всем кафе повисла огромная, глубокая тишина, утаскивая всё в одну черную дыру. Мужчина почувствовал прилив крови к щекам и, легкое головокружение, после подозрительно отвел взгляд от посетителя, записывая номер телефона на только что вырванном листочке из блокнота. Он не верил, что такой юноша заинтересовался им, в таком месте, на такой работе, в таком костюме.

***

И до сих пор не может поверить. Сколько времени прошло пока он ждет Ханджи? Час? Два часа? Леви посмотрел на свои нерабочие часы. Дурная привычка. Краем глаза заметил, что кто-то подсел рядом на лавочку, а на улице стало намного холоднее. Аккерман уткнулся носом в шарф, руки засунул в карманы, пытаясь согреться. Он чувствовал на себя долгий, наглый взгляд и обернулся узреть незнакомца.

– Тоже ждешь Ханджи? – усмехнулся Леви призраку Эрена. – Она любит опаздывать.

Но Йегер ничего не ответил. Точнее, все также продолжал, как рыба в воде, без слов шевелить губами.

– Из тебя отличный собеседник. – мужчина отвел взгляд от юноши, разглядывая прохожих. – Были бы все люди такие, может, я бы и полюбил человечество.

Леви пытается привыкнуть, что Эрена больше нет в живых. Что шатен больше не будет готовить ему на работу горелую яичницу. Что Аккерман больше не услышит его смех. Что Леви больше не сможет прикоснуться к родинкам любимого человека. Что больше не сможет почитать Йегеру новости. Что он не сможет помочь парню с проектами для учебы. Леви больше не сможет существовать без него. Слезы затуманили светло-голубой взгляд. Он достал руки из кармана и вытер глаза шарфом.

«Все будет нормально. – снова нагло врал себе.»

Мужчина хотел было посмотреть на Эрена, но, когда повернул голову – рядом никого не было. Люди поблизости с дикостью посмотрели на Аккермана, наверное, посчитали за сумасшедшего. Пускай. Из этой толпы вышла Ханджи и, расстроено, наклонив голову влево, разглядывала измученный и растрепанный вид своего друга. Леви глубоко вздохнул, пытаясь держать свой образ «недовольного человека», и поднял взор вверх.

– Леви, – начала девушка, – тебе нужна помощь.

Она действительно права, помощь нужна была. И что-то внутри него кричало об этом, избивало кулаками ребра, кусало сердце… но он не хотел, чтобы ему помогали.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.