Александра Турабова
Я – Лиса

Глава 1

Часть I.I: Новое старое место

Летнее солнце ласково прокрадывалось сквозь листву, словно искало утешения в свежести зелёной бесконечности, когда Лия Лайтхарт пересекла порог дома, доставшегося по наследству её матери. Этот старинный особняк, окутанный легкой пеленой тумана, таил в себе шёпот забытого прошлого и неясные обещания – он словно ожидал её прихода, как потерянный друг, готовый поделиться накопившимися секретами. Взгляд Лии метался по потрёпанным стенам: обветшавшие доски и, покрытые мхом, каменные углы были пропитаны духом времени, заставляя её ощущать, как в сердце отзываются нотки ностальгии.

Раздутые облака медленно плыли по небосводу, закрывая тепло солнечных лучей, как мрачные мысли, терзавшие её душу. Для четырнадцатилетней Лии этот дом был не простым укрытием от бурь внешнего мира; он оказался острием её одиночества и поиска себя – новым миром, где каждый шорох в тишине становился знаком. Не успев провести в этом доме и двух дней, она уже ощущала, как затаённые страхи и мечты о будущем смешиваются в ярком калейдоскопе эмоций, создавая занавес из невысказанных слов.

Вдали от привычных друзей и каждодневной суеты, Лия вдруг почувствовала себя узником моря воспоминаний, застрявшим на мачте ненадежного корабля. Там, среди слов, полных недосказанности, поникшие улыбки и обманутые мечты – разбивались, как стеклянные осколки, ярко сверкающие на солнце, но коварно острые. Эта встреча оставила глубокие шрамы на её сердце, заставляя его неконтролируемо биться, как хрупкие ветви, гнущиеся под натиском неистового шторма. Каждый удар был напоминанием о невидимой боли, разрывающей её еще не зажившие раны, и каждый раз с новым ужасом подчеркивал: надежда может быть гораздо более разрушительной, чем отчаяние.

Часть I.II: Прощания на морозе

«Я не могу», – её голос дрогнул, словно холодный ветер в душной комнате. Лия не хотела оставлять Титу ни малейшей надежды, ни щелочки для сомнений, поэтому разорвала все связи, как хрупкую нить, готовую распутаться в бесконечность. Он, с его светлой улыбкой и искренними глазами, застыл в немом ужасе, не веря, что это происходит на самом деле. В его взгляде она почувствовала лишь безмерную потерю, подобную холодному покрову утреннего инея.

«Желаю тебе счастья», – прошептал он, и в этом коротком послании скрывалось его сердце. Каждое слово было пропитано горечью и тоской. Лия знала, как сложно ему сейчас прощаться, когда в глубине ещё тлело тепло их отношений. Его слова обжигали её душу, как ледяная буря, лишающая последних лучиков солнца. Надеясь, что это холодное прощание – правильное решение, она сжала в кулаке телефон, а морозное «пока» опустилось на них, заключая тишину в мёртвые объятия.

Несколько дней спустя Лия часто возвращалась к этой сцене, как к любимой, но больной картине, не отпускающей её. Каждое воспоминание о его взгляде и натянутой улыбке, словно готовящей его к утрате, причиняло всё больше боли. Она не могла выбросить из воспоминаний образ Тита – его светлые волосы, мимолётные прикосновения и смех, ставшие такими близкими, а теперь столь далёкими. С каждой новой мыслью о том прощании её сомнения росли, всё внутри наполнялось жалостью к нему, к себе и к их общей утрате.

А он, как будто прочитав её мысли, больше не потревожил.

Всё было понято – разлука оставила его в мире тишины, такой же недоступной, как пустота, охватившее пространство между ними. Лия осознавала, что потеряла не только отношения, но и часть себя; в этом понимании скрывалась нарастающая боль, с которой ей придётся жить дальше.

Часть I.III: На грани срыва

Внутри дома, ставшего их последним укрытием, жизнь родителей бурлила, как котёл, закипающий и выплёскивающий внутренние тревоги наружи. Мама, с длинными каштановыми волосами и молчаливая по натуре, стояла с гарнитурой в ушах и отчитывала покупателей так, словно каждое её слово могло изменить судьбу их семьи.

«Добрый день, ваш заказ готов к отправке», – звучало её вежливое приветствие, отдавая внутри оглушительным эхом отчаяния и необходимости.

«Спасибо! И хорошего вам дня!» – добавляла она с напускной радостью, зная, что за её дверью спальни кроется лишь тягостная тишина неразрешимых проблем.

Отец, высокий и худощавый с аккуратно расчесанными кудрями, погружался в свой мир за столом в кабинете. Его пальцы стремительно пробегали по клавишам, создавая код, который заполнял пространство в мониторе новыми строками, тогда как за пластиковым корпусом этой машины бушевал настоящий ветер тревог. Работая программистом, он сосредотачивался на задачах, казавшихся ему важнее текущих проблем в семье. Очередной щелчок клавиш служил ему крепким напоминанием о том, что он не замечает, как всё вокруг рушится.

С каждым порывом ветра, проникающим через приоткрытое окно, дом наполнялся новыми волнениями. Связь разрывалась, унося с собой надежду на спокойный день. Каждое произнесенное мамой "хорошего дня" звучало для Лии как крик боли, возвращаясь к ней с удвоенной силой, которую она не могла игнорировать. Каждый стук отцовского кулака по столу лишь разжигал стресс, не в силах усмирить бурю.

Родители, погрязшие в своих заботах, не замечали ни слёз, катящихся по щекам дочери, ни её робкого взгляда, искренне ищущего поддержки. Они были так поглощены своей борьбой, что не замечали, как всё рушится прямо перед ними. Лия, словно одинокая звезда на затянутом облаками небе, испытывала безграничную потребность в том, чтобы кто-то услышал её или хотя бы увидел.

Часть I.IV: Воспоминания из детства

Лия вошла в детскую на втором этаже – в тот мир, который когда-то собрала с любовью для себя. Её взгляд задержался на ярких цветочных обоях, которые словно радовались её возвращению, и на ковре с полосками, лежавшем здесь и воспоминавшем беззаботные дни. Стены хранили образы прошлого: на полках пылью покрылись игрушки, давно заброшенные, а в зеркале сверкали медали и грамоты, свидетельствующие о её юных успехах.

Каждый уголок этой комнаты хранил смех и радость, возвращая её к бессонным вечерам, когда бабушка рассказывала истории об озере, где вода отражала звёзды и таила в своей глубине недостижимые смыслы, а также о таинственных сущностях, появлявшихся там в полнолуние. Слушая, Лия чувствовала, что, стоит лишь пожелать, и она с лёгкостью могла бы прикоснуться к этой магии. Но бабушка всегда завершала свои рассказы словами о сладких снах и плотно закрытых окнах и дверях, не оставляя никаких других вариантов.

Среди старых игрушек Лия наткнулась на свои детские рисунки, прятавшиеся в ящике стола, как забытые сокровища. При виде ярких шедевров – домиков с розовыми крышами, улыбающихся солнц и зелёных лужаек с танцующими человечками – её глаза заблестели. Все было таким теплым и знакомым.

Но среди привычных образов внезапно появился странный силуэт, напоминающий большого кота. Его резкие контуры и жёлтые глаза выражали глубокую печаль. Он сидел рядом с озером, закрашенным черными штрихами, словно это было отражением его состояния духа. Вокруг не было ничего больше – ни звёзд, ни волшебства, будто он всё поглотил, оставив лишь пустоту.

Недоумение охватило Лию. Она ощупывала рисунки, как будто искала ключ к разгадке этих забытых сцен. Почему она оставила этот шифр из детства, наполненной тревогой?

Часть II.I: На грани пробуждения

Лия пробудилась в тишине, словно сама ночь призывала её к новой реальности. Резкий и неожиданный толчок из сладкого сновидения заставил её на мгновение усомниться, не продолжается ли всё это ещё в мире грёз. Вокруг царила полная темнота, и каждая тень притягивала к себе, словно скрытая угроза, усиливая нарастающее чувство тревоги. Ощущение одиночества окутывало её, как лёгкое одеяло на холодной постели, оставляя лишь холод в душе.

«Почему бы не прогуляться?» – мелькнула неожиданная мысль. Внутренний голос тихо намекал, что родители даже не заметят её отсутствия. Их повседневная жизнь сосредоточилась на постоянной работе, и, погружённые в свою привычную зону комфорта, они не обращали внимания на её скрытые стремления и решения. В таком безмолвии она чувствовала себя почти незаметной, как тень, растворяющаяся в ночи.

С тихой решимостью Лия поднялась с кровати. Ноги мягко коснулись холодного деревянного пола, и она на мгновение замерла, прислушиваясь к звукам, доносящимся из остальных комнат. Осторожно останавливаясь на каждом шаге, стараясь не произвести ни одного лишнего шума, она покинула свою комнату, отгоняя мысли о потенциальных преградах и возможных последствиях.

Спускаясь по старой скрипучей лестнице, Лия ощущала, как её сердце бьётся в унисон с треском досок под ногами. Внезапно она заметила силуэт отца, сидящего за компьютером за барной стойкой. Девушка замерла, полная предвкушения, словно её поймали на месте преступления. Мягкий свет экрана озарял его усталое лицо, а монотонное клацанье клавиш создавало особую мелодию в тишине ночи. «Снова работает», – проскочила печальная мысль. Он был в наушниках, из которых доносились мощные риффы тяжёлого рока, словно музыка пыталась затопить повседневные заботы. В этот момент ей показалось, что она пронеслась мимо его внимания.

Она бесшумно прошла мимо, словно играя в невидимую игру, где единственным правилом было оставаться незамеченной. Затаив дыхание, Лия чувствовала, что каждый шаг может разрушить хрупкость этого мгновения. Отец, устало вздыхая, погружался в свой виртуальный мир, совершенно не замечая, как его дочь покидает дом.

Ощущая, как холодный воздух обвивает её, Лия открыла дверь и вышла на улицу навстречу ночному вихрю. Небо светилось тысячами звёзд, и этот волшебный фон стал её укрытием, маскирующим побег от повседневной реальности. В этот момент она чувствовала себя свободной, как будто мир за пределами дома ждал её с распростертыми объятиями.

Часть II.II: Переход в другую реальность

На веранде Лия остановила взгляд на неразобранных мешках с вещами, оставшимися после недавнего переезда. На одном из них лежала самодельная маска, выполненная с особым тщанием. Она была из мягкого коричневого фетра с длинными ушами и накладными усами, аккуратно приклеенными к глазам, которые были обведены черной краской, с легким прищуром игривого настроения готового к ночным приключениям. Лия провела немало вечеров, создавая её – вырезая детали, соединяя их нитками и клеем, наполняя каждую частичку этого картона своим вниманием.

Когда её нежные пальцы коснулись маски, внутри неё вспыхнуло странное чувство, словно что-то глубинное отозвалось. В тот же миг Лия осознала: эта маска – её шанс стать лисой. Сегодня. Ночью. Быстро завернувшись в самодельный костюм – тёплую накидку, расшитую мехом, – она обвязалась поясом-хвостом, который весело колыхался при каждом её движении. С натянутой маской Лия ощутила, как невидимые границы между её сущностью и образом лисицы начинают стираться, погружая её в иное измерение. В этот момент мир вокруг преобразился: всё стало ярче и живее, и она поняла, что может быть кем угодно.

Это была не просто детская забава, как могли бы подумать многие. Для неё это был способ самовыражения – эмоциональное обращение к внутренним страхам и желаниям, возможность найти себя сквозь призму непознанного. Каждый мог стать частью большого зооморфного перевоплощения, где границы между обыденностью и фантазией размывались. Достаточно было лишь надеть костюм и позволить своим чувствам быть, ощутив единение с окружающей природой.

Лия обожала это чувство. Погружаясь в образ, столь далекий от её истинной сущности, она начала открывать новые горизонты своих возможностей. Танец в костюме лисы превратился в нечто большее, чем просто игра; это стало её вхождением в мир самовыражения, в новую реальность, где все страхи растворялись под силой ритмичных движений.

Часть II.III: Ночь на берегу

Лия, уверенно и смело шагая по окрестностям, начала имитировать грациозные повадки лисы – её движения становились легкими, словно она парила над землей, а в глазах загоралась искорка хитрости и игривости, как будто весь мир был её игрой. Она хрустела под ногами сухими ветками, подражая изящным прыжкам хищника, наклонялась к земле, словно искала что-то интересное, и иногда останавливалась, прислушиваясь к звукам ночи, как бы проверяя безопасна ли тропа впереди. Рисуя в воображении образы знойных лесов, наполненных шорохами и шутливыми голосами, она осторожно вилась вокруг возможных подстерегающих опасностей, стараясь ловко скрыться от взоров ночных обитателей.

Вскоре взгляд девушки поймал проход, извивающийся и скрытый за деревьями. Она с азартом последовала туда, и эта тропа, будто олицетворяя её стремление исследовать, вскоре привела её к скромной норе, ловко укрытой за густыми кустами. Нора выглядела идеально подходящей – словно созданная специально для её временного приюта: мягкий мох на дне, аккуратно присыпанный листьями, создавал уютную обстановку, а окружающие ветви обрамляли края, как естественный защитный щит. Однако тревога снова закралась в её сознание, когда она заметила, что размеры норы значительно больше, чем для настоящей лисы. Тем не менее Лия отмахнулась от этих мыслей, решив: сейчас она – настоящая лиса, и другие правила не имеют значения.

Пробуждая в себе дух животного, она осторожно начала пробираться через нору, углубляя свои движения, как будто инстинкт подсказывал ей, что там скрывается что-то большее. Вход был узким и неприветливым, и Лия едва могла увернуться от острых веток, которые цеплялись к её костюму. Мягкий мех натирал кожу, но девушку это не останавливало. Она начала копать вглубь, терпеливо прокладывая себе путь.

Когда, наконец, она выбралась наружу, то оказалась на берегу озера, которое выглядело как точная копия тех пейзажей, что она рисовала в своём детстве. В её груди всё замерло – это действительно оно. Дух захватило от обилия эмоций. Яркая луна отражалась в гладкой поверхности воды, словно огромная серебряная монета, свисающая с небес. Легкий ветерок нежно касался её кожи, играя с волосами и колебля поверхность озера, поднимая мелкие волны, которые шептали её имя. Заставляя себя сесть на землю, Лия погрузила свои ноги в прохладные воды, и мгновение стало неподвижным. Это была точка соединения её детских фантазий с реальностью.

Что-то чарующее скользило по зеркальной поверхности озера, привлекая её внимание. Это были светлячки, мерцающие и искрящиеся, словно крошечные звёзды, выходящие на вечерний танец в ночном небе. Лия не удержалась от желания снять маску, чтобы рассмотреть эту красоту поближе, но в этот миг на её лбу возник болезненный жгучий дискомфорт, вызванный натёртой кожей. Она поморщилась, ощущая, как стягивает её лоб. После нескольких попыток, с усилием и терпением, ей всё же удалось освободиться от надоевшего препятствия.

В тот миг, когда маска оказалась в её руках, светлячки куда-то исчезли, оставив после себя лишь пустоту и разочарование. Всё вокруг потонуло в сером полумраке, как тусклое и безрадостное завтра. Вода, когда-то сверкающая, теперь казалась мутной и непривлекательной. Редкие кристаллы влаги, застывшие на поверхности, отражали грязное небо, а воздух наполнился глухими звуками, словно природа сама задыхалась от утраты.

Испугавшись, Лия быстро натянула маску обратно. Тусклые оттенки растворились, и её окружила мелодия природы. Она снова оказалась в обрамлении ярких красок, впитывая эту гармонию, как бархатное одеяло, полностью окутывающее её. Внутри возникло ощущение, будто она проваливается в увлекательный сон, где каждое мгновение наполняется нежностью, и всё вокруг плавно дрейфует в направлении ее мечтаний.

Часть II.IV: Утренние пробуждения

Резкое пробуждение от ощущения реальности заставило её осознать, что маска соскользнула с лица. Утро постепенно окутывало природу, озеро лежало в тишине, а её тело чувствовало себя истощённым и брошенным, как будто пережило что-то странное… Почему она до сих пор здесь? Мысли заметались в голове, но ответов не было.

Присмотревшись внимательнее, она заметила первые лучи солнца, пробивающиеся сквозь облака, окрашивая небо в нежные оттенки розового и золотого, и, ошарашенная, вскочила на ноги. Следовало поспешить домой вспоминая все тропинки, которые привели её к этому загадочному месту. Озеро, хоть и находилось недалеко, не оставило после себя лёгких воспоминаний. Напоследок девушка оглядела окружающий ландшафт, стараясь запомнить каждую деталь, чтобы в будущем было легче найти это место. И понеслась.

Дорога назад оказалась запутанной: Лия пробиралась сквозь густые заросли, ноги её наталкивались на стебли, а чуть дальше едва различимые тропы терялись в лесной зелени. Каждое её движение сопровождалось чувством тревоги, словно невидимое существо следило за ней из тенистых уголков. Каждый шорох кустов звучал как зловещий шёпот, напоминание о тайнах, которые она не осмеливалась раскрыть.

Осторожно, вдыхая воздух, словно это было лакомство, она приближалась к дому, где её ждала привычная обстановка, контрастирующая с теми событиями, с которыми ей пришлось столкнуться этой ночью. Лия старалась сосредоточиться на каждом шаге, опасаясь споткнуться на пути, который, казалось, ускользал из-под её ног.

Дверь слегка приоткрылась на её приход – словно дом дремал, готовясь встретить её. Внутри настойчиво царила тишина, не предвещая ни остроты, ни смятения. Отец, поглощённый глубоким сном, склонил голову прямо за рабочим столом. Его плечи были напряжены, а глаза плотно сомкнулись, словно стараясь укрыться от всего мира. Весь его облик излучал усталость.

Он сладко храпел, звук был глубоким и размеренным, как ритм прибоя, выпуская сны навстречу своим тревогам. Лия заметила, как подчеркнутые морщины на его лбу постепенно разглаживались, а дыхание становилось всё спокойнее, почти безмятежным. В такие моменты он выглядел совсем по-другому – не строгим и уставшим, а обретшим покой, который, казалось, был недостижим в повседневной жизни. Она понимала, что, несмотря на всю тяжесть, с которой он боролся, в его мире всё равно оставалось место для мечты, особенно когда он позволял себе отдохнуть от забот.

Она не стала нарушать его мирное состояние и быстренько направилась в свою комнату наверху, где её ожидали мысли о том, что произошло под ночным небом.

Часть III.I: Тайные встречи с озером

Каждую ночь Лия вновь и вновь возвращалась к озеру, ставшему теперь её тайным убежищем. Это место дарило ей ощущение свободы и покоя, которое так смело ускользало днём. Вечером, когда тьма окутывала мир, она убегала прочь от всего.

Зная, что её родители не поймут, она устанавливала таймер на своих электронных часах, уверяя себя: «Схожу всего на пару часов, никто не заметит». Возможно, она даже немного обманывала себя, ведь эти короткие вылазки давали ей возможность не сталкиваться с ненужными вопросами, а под утро возвращаться с ощущением тайны, которую никто не мог у нее отнять. Когда часы трезвонили и нежно вибрировали, предупреждая, что пора возвращаться домой, Лия всегда испытывала едва сдерживаемое нежелание. Каждое мигание цифр казалось ей ненавязчивым призывом, на который она не хотела откликаться. Эта мелодия, приносила с собой множество эмоций, но самое яркое – грусть от уходящей ночи.

В одну из таких тёплых ночей, когда звёзды сияли, как мелкие огоньки, её внимание привлекла яркая бабочка, расправившая свои пестрые крылья. Она казалась живой радугой, переливающейся всеми оттенками, от тёплого жёлтого до глубокого сине-фиолетового. Увлекшись этой удивительной феей, Лия невольно последовала за ней.

Бабочка вела её в светлую чащу, где цветы, словно драгоценные камни, сверкали на фоне зелени. Лепестки роз, васильков и фиалок переливались в свете луны, создавая чудесный спектакль, от которого захватывало дух. Воздух вокруг был насыщен удивительной музыкой, напоминавшей сладкий напев ветра, который шептал нежные мелодии, как бы призывая Лию следовать дальше.

Ведомая безрассудным влечением, она весело прыгала среди цветов, оставляя за собой лёгкий след. Каждое движение дарило ей прилив радости, и, подбадривая себя, она восклицала: «Прекрасно!» – эффектно перескакивая с одного камня на другой.

Часть III.II: Неожиданное знакомство

Но в одну из ночей всё пошло совершенно иначе, чем она предполагала. Лия ступала по знакомой тропинке, обрамлённой мягким светом звёзд, которые казались вне времени – они светили ярче, нежели когда-либо прежде. Однако даже её привычные шаги вдруг показались странными, словно под ногами из-за чего-то незримого расползлось беспокойство.

Путь, который когда-то наполнял её ощущением покоя и безопасности, теперь предстал перед ней как настоящее испытание. Шорохи леса, которые раньше убаюкивали, внезапно звучали настороженно и зловеще, как будто сами деревья шептались о несмелых тайнах, о которых Лия не знала. Озеро, всегда манящее и сверкающее, в эту ночь утратило свою дружелюбность – его поверхность больше не отражала безмятежное небо, а окуталась дымкой тумана. Ветер завывал через листву, заполняя пространство незнакомыми звуками, а темнота казалась живой, притаившейся вокруг, словно искала момента, чтобы напугать.

Неожиданно Лия столкнулась с черным котом, который оказался точно её роста. Его блестящая шёрстка источала таинственный свет при свете луны, создавая ощущение, будто он пришёл из другого мира. Это открытие повергло её в недоумение: всегда казалось, что лисы в природе должны быть больше.

Сначала она не сразу заметила его, поглощенная собственными размышлениями. Но когда его шёрстка, подобная полированной яшме, и проницательные глаза вдруг ворвались в её поле зрения, словно два светящихся уголька, её сердце забилось быстрее. Кот, смотревший на неё с любопытством, вызывал в её душе больше вопросов, чем ответов. «Наверное, он хочет напугать меня», – мелькнула мысль, и в тот же миг всё её воображение заработало на полную мощность: черные силуэты, угроза в темноте, скрытая опасность. Но как только кот выскочил из-за куста, все её страхи рассеялись, уступив место удивлению.

С этого момента его повадки больше напоминали игру, чем угрозу. У Лии возникло мимолётное впечатление, что он знает о ней больше, чем следует. Его глубокий взгляд словно говорил: «Я понимаю тебя». Он подмигнул, оставляя загадку, которую ей не терпелось разгадать.

«Ты должна уходить?» – тихо спросил кот, когда часы на её запястье начали трезвонить. Лия взглянула на устройство с тоской, ощущая, как воспоминания о ночных странствиях стремительно вытекают из её рук.

«Да, мне пора», – ответила она, не в силах скрыть печаль, заполнившую её сердце.

Кот, поглядев на неё с лёгким сожалением, произнёс:

«Я всегда мечтал о такой замечательной компании».

После этих слов он протянул ей цветок, который она никогда прежде не видела – он был необыкновенно красивым и магнетическим, как самостоятельное воплощение всего окружающего мира в одном единственном бутоне. Его лепестки переливались оттенками, которые менялись в зависимости от угла взгляда, от глубоких карминовых до нежных лавандовых.

В этот момент между ними завязалась невидимая нить, словно звёздная пыль, обещающая череду новых встреч. Лия почувствовала, как в груди разгорается теплая вспышка, и, принимая цветок, она ощутила, как его энергетика проникает в неё, заполняя внутреннюю пустоту странным сиянием и надеждой.

Часть III.III: Тишина, полная потери

Однажды, уставшая после долгого общения с котом, Лия потеряла ощущение времени, погружаясь в увлекательный поток их беседы. Они казались неутомимыми исследователями, обсуждая всё на свете – от мифических существ до тайных уголков леса. Каждая новая тема вспыхивала, как искра в сухом лесу, зажигая ещё одну бесконечную дискуссию, и в этом переплетении слов вечер тек, словно вода, не оставляя ни малейших следов на песке.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.