Степан Хомкин
Убийство вблизи берега

Убийство вблизи берега

Глава I

Начало октября выдалось прохладным. В лучшие сезоны случалось, что солнечная погода сменялась пасмурной лишь к концу месяца, оставляя жителям юго-западной части Англии ещё немного времени насладиться отголосками давно минувшего лета, однако этот год определённо не стал приятным исключением. Ещё с середины сентября ветер прибавил силы, солнце предательски всё чаще и чаще стало прятаться за сизыми облаками, а листья начали желтеть. К середине месяца они остались одним из последних ярких напоминаний о лете в однотипной палитре городов, складывавшейся из бледного неба, потускневших зданий, мокрых дорог и голых деревьев, выцветших газонов и холмов, а также уличных магазинов с красочным ассортиментом, убранным теперь за стеклянные витрины.

Из-за резко упавшей температуры жители небольшого, но отнюдь не бедствовавшего от этого города Хейнвулл в графстве Девоншир, были вынуждены раньше запланированного достать из закромов тёплые вещи. Те же, кто не удосужился обзавестись таковыми заранее, должно быть, знатно озолотили продавьцов, тотчас нашедших в высоком спросе повод повысить цены. На улицах стало на порядок тише. Любое желание говорить исчезло, ведь куда приятнее стало прятаться за тёплым шарфом, а малейшие попытки завести беседу могли быть прерваны порывом ветра, желавшем вставить в диалог свои леденящие душу слова.

В понедельник после обеда моросил дождь. Капли воды лениво стекали по окнам нёсшегося сквозь туманную пелену дневного экспресса «Плимут – Хейнвулл», плетя меланхоличные узоры на стекле. Тусклый салон вагона первого класса с тёмной отделкой и широкими бордовыми креслами был почти пуст.

Возвращаясь из ванной комнаты, в вагоне показалась молодая девушка. Её звали Элен О’Делл. На ней был надет бежевый костюм с накидкой, чёрные перчатки и миниатюрный шарф. Светлые волосы, под которыми блестели выразительные голубые глаза, были убраны в причёску. Девушка была привлекательной, но в ней не было чего-то, что выделяло бы её из общей массы прохожих. На ремешке, перекинутом через шею, висел фотоаппарат. Без него её журналистская работа была просто невозможна.

Шагая по вагону, Элен заметила, что её место, которое она прежде занимала напротив одной очаровательной женщины, теперь было занято улыбчивым молодым мужчиной, оживлённо с ней беседовавшим. Не желая нарушать возможное начало романтической встречи, Элен благородно решила найти другое свободное место.

Она осмотрелась вокруг. Как назло двух свободных кресел, располагавшихся бы напротив, не нашлось. По крайней мере одно из них обязательно было кем-то занято. Похоже, придётся с кем-то сесть. Девушка приметила неподалёку молодого мужчину в шляпе и решила сесть напротив.

Подхватив свой чемодан и подойдя ближе, Элен спросила:

– Извините, могу я здесь сесть?

Мужчина, без особого интереса изучавший журнал, оторвался от чтения и сдержанно кивнул.

– Конечно, мисс.

У него был американский акцент.

Элен села напротив и, стараясь завязать беседу, заметила:

– Какая удручающая погода. Дождь, кажется, не собирается останавливаться.

Мужчина мельком взглянул в окно, затем вернулся к журналу.

– Да, похоже на то, – ответил он. – Но дождь имеет свою мрачную прелесть, не находите?

Элен улыбнулась, наблюдая за каплями на стекле.

– Да, вы правы. В нём есть что-то успокаивающее, даже может немного печальное.

Она перевела взгляд на мужчину. На вид ему было не больше двадцати трёх-двадцати четырёх лет. Он был худощав, его взгляд напряжён. Короткие чёрные волосы почти полностью закрывала шляпа. На мужчине был довольно простой костюм, часы на левой руке также были дешёвыми. На секунду Элен даже поймала себя на мысли, что пассажиры, путешествующие первым классом, обычно не носят такую одежду, но она быстро отогнала её, заключив, что не стоит судить человека только по тому, как он одет.

Подняв глаза, мужчина заметил взгляд Элен, отложил журнал и произнёс:

– Виктор Маршалл. Приятно познакомиться.

– Элен О'Делл, – ответила она. – Почему вы едете в Хейнвулл? Путешествуете по делам или для удовольствия?

Виктор слегка улыбнулся, но Элен прочитала в его глазах скрытое волнение.

– По важному делу, – коротко ответил он. – А что насчёт вас?

«Интересно, если он американец, то что мог забыть в Девоншире?», – подумала Элен, а вслух ответила:

– Я беру интервью у главного инспектора полиции. Как показали опросы, лондонских читателей почему-то интересует, как обстоят дела на юго-западе. А поскольку инспектор – мой знакомый, поехать к нему поручили мне.

Лицо мистера Маршалла прояснилось.

– Так вы журналистка? – осведомился он.

– Всё верно, – кивнула Элен.

И в этот момент она заметила на правой стороне лица мужчины, прежде скрытой в тени шляпы, длинный рубец, пересекавший почти всю его щёку.

Увидев, как Элен задержала свой взгляд на его лице, мужчина прямо спросил:

– Вас интересует мой шрам?

Не сдержав любопытства, Элен ответила:

– Простите за прямоту, однако он и вправду привлёк моё внимание… Но если вы не хотите о нём говорить… – поспешно начала она.

– Нет-нет, – мотнул головой мужчина. – Спрашивайте обо всём, о чём только захотите. Не волнуйтесь, я не обижусь.

На его лице вновь блеснула лёгкая улыбка.

– Откуда у вас этот шрам? – тотчас задалась вопросом Элен. – Он связан с Великой войной¹? – добавила она, прикидывая в уме возраст собеседника и в то же время надеясь подтвердить одну из собственных догадок.

Виктор Маршалл решительно помотал головой, но слегка нахмурился, словно возвращаясь к болезненным воспоминаниям.

– Нет, – наконец произнёс он. – Я не участвовал в войне. Когда США вступили в неё, я был ещё ребёнком. Однако шрам я получил и вправду в то время. Автомобильная авария.

«Значит, он американец, я была права…», – подумала Элен.

– Похоже, вы вдали от дома, – сказала она.

– Мне нужно решить один вопрос, связанный с прошлым, – твёрдо сказал мужчина. – Знаете, иногда прошлое настигает вас в самых неожиданных местах.

Дальше беседа шла на отстраненные темы. Она текла всё медленней и неспешней. К тому времени, как колёса поезда замерли, издав последний стук, они и вовсе молчали, каждый погружённый в свои мысли.

Попрощавшись, Элен и мистер Маршалл сошли на перрон Хейнвулла и смешались с толпой, потеряв друг друга из виду.

Ещё некоторое время после беседы в памяти Элен всплывали далёкие отголоски разговора, но скоро и они отошли на задний план. Она основательно обдумывала дела, которых за эти несколько насыщенных дней в городе предстояло немало.

***

Мистер Герберт Флетчер – приходящий садовник весьма преклонного возраста, нанятый ухаживать за садом «Рейвенвуд Холла» – дома, которым владел мистер Джозеф Мортон, орудуя острыми ножницами старательно подстригал один из садовых кустов, сосредоточенно следя за каждой его веточкой. Ему всегда нравилось, как был устроен сад семейства Мортон.

Он не был слишком огромен, но предоставлял достаточно места для умиротворённых прогулок и размышлений. Прямо за верандой «Рейвенвуд Холла» располагались клумбы, в которых некогда цвели цветы; сейчас они, конечно же, увяли. За клумбами кусты были высажены в строгий порядок, образуя большой и ровный квадрат, граничивший изнутри с несколькими скамейками.

От каждой из сторон квадрата к центральному кусту вели вымощенные булыжником дорожки, окружённые стриженным газоном, на котором блестели мокрые после недавнего дождя жёлтые осенние листья. С внешней стороны квадрат огибала ещё одна дорожка, а за ней, постепенно увеличиваясь в высоту, росли другие кусты и деревца. Они стояли так плотно друг к другу, что создавали полностью уединённое пространство; низкий кирпичный забор за ними виднелся лишь в нескольких местах: слева, где была калитка, и справа, где перед забором была расставлена плетёная мебель, служившая летом отличной зоной отдыха.

Садовник увлечённо занимался своим делом, следуя привычному ритму, когда внезапно заметил появившегося со стороны калитки молодого мужчину с приятной внешностью, ненадолго замедлившего шаг у клумб. У незнакомца были уложенные назад каштановые волосы, ровный нос, острый подбородок и изумрудно-зелёные глаза. Мужчина был одет в дорогое чёрное пальто, похоже, сшитое на заказ. Только вот лицо странного гостя, казалось, было чем-то омрачено: губы сжаты в тонкую линию, брови нахмурены.

Не замечая садовника, мужчина прошёл мимо него по дорожке и обогнул дом. Мистер Флетчер немного поразмыслил, стоит ли остановить незнакомца, но, решив не вмешиваться явно не в своё дело, вернулся к выполнению своих обязанностей по облагораживанию сада.

Мужчина тем временем позвонил в дверь. Дверь открыла экономка миссис Элизабет Ишем, неприметная дама среднего возраста. Она тотчас узнала его и растерянно поприветствовала:

– Добрый день, мистер Мортон. Что-то стряслось?

– Я пришёл увидеть отца, – произнёс молодой человек, и в его голосе прозвучала нотка раздражения.

Он решительно шагнул внутрь.

– Но мистер Мортон не договаривался о встрече… – неуверенно попыталась возразить экономка, но мужчина холодно спросил:

– А разве он сейчас занят?

– Я не знаю, сэр, – замешкалась женщина. – Хотите, я у него спрошу?

– Не нужно, я сам с ним поговорю, – он зашагал по холлу. – Я всю жизнь прожил в этом доме и никто меня так просто отсюда не вышвырнет.

Он заспешил по лестнице и рывком открыл дверь в кабинет, где в это время молодая горничная Мэри Харт убиралась, бережно протирая полки и столы. Сам же Джозеф Мортон сидел за большим столом, перебирая письма. Это был сухой человек лет пятидесяти с угловатым лицом и такими же каштановыми волосами, как и у его сына, только с проблесками седины.

– Мэри, выйдите, пожалуйста, – тотчас настойчиво потребовал мистер Мортон, заметив на пороге незваного посетителя, и горничная, удивлённо взглянув на вошедшего, поспешила к двери, услужливо кивнув напоследок.

– Кого я вижу? – сурово спросил Мортон-старший, как только дверь за горничной закрылась. – Стоило лишь решиться сделать то, что давно следовало, как все тотчас сбежались как на зов вожака, потеряв голову.

– Отец, я недоволен условиями завещания, – начал мужчина.

– Я уже принял решение, Ричард, – резко ответил мистер Мортон.

– И это после всего, что мы для тебя сделали? – голос Ричарда стал громче.

– Всего, что вы для меня сделали? – рассердился мистер Мортон. – Лгали? Обманывали? Шли наперекор с моим мнением? Цеплялись ко мне как паразиты чтобы высасывать из меня мои же деньги? И после всего этого вы ещё надеетесь на снисхождение? Отсутствие содержания послужит тебе хорошим уроком, Ричард!

– Ты, бесчувственный, старый идиот! – в сердцах выкрикнул Ричард Мортон.

Джозеф Мортон выпрямился. Он сурово произнёс:

– Вон отсюда! Знай, тебе здесь больше не рады. Убирайся из моего дома. И я уверяю тебя, я сделаю всё для того, чтобы он никогда не стал твоим.

– Да? – дерзко спросил Ричард Мортон. – Позволь спросить, чей же он будет? Передашь всё своему дружку-шахтёру или, скажем, случайному незнакомцу?

– А это уже не твоё дело, – отрезал мистер Мортон. – Этот человек заслуживает всего больше, чем все вы вместе взятые.

Услышав крики, миссис Ишем поднялась по лестнице, застав Мэри Харт у её края. Она обеспокоено смотрела на дверь кабинета.

– О чём они говорят? – испуганно спросила экономка.

– Я… не знаю, – прошептала Мэри. – Кажется, что-то о завещании…

Они остались стоять у лестницы, одновременно замолчав, стараясь прислушаться к происходящему и уловить суть разговора за дверью, не сколько из любопытства, сколько из опасения, что что-то может случиться. И «что-то» действительно случилось.

Внезапно до их ушей донеслись слова Ричарда Мортона:

– Ты ещё пожалеешь об этом. Может, это буду не я, а кто-то другой, но я тебе обещаю. Ты ещё пожалеешь!

Дверь кабинета распахнулась, и Ричард Мортон в гневе заспешил вниз по лестнице, напоследок бросив полный ярости взгляд на недоумевавших мисс Харт и миссис Ишем.

Садовник Герберт Флетчер, уже закончивший работу в саду, и теперь возвращавший инвентарь на его прежнее место в сарай, заметил силуэт молодого человека, быстрым шагом удалявшегося прочь через главные ворота. Мистер Флетчер на мгновение остановился, глядя молодому человеку вслед.

«Интересно, зачем он приходил?», – подумал он.

Глава II

Утром в среду в центральном офисе полиции кипела жизнь. Трещали печатные машинки, непрерывно выдавая строки официальных документов, раздавался звон телефонов, а посетители и сотрудники вели оживлённые беседы. Пахло чернилами и свежесваренным кофе, который разносили по кабинетам молодые полицейские, стараясь не расплескать драгоценный напиток.

Секретарь главного инспектора Джеймса Коллинза мистер Баллард, всю жизнь мечтавший заниматься поимкой преступников, а не бумажной работой, усердно заполнял бумаги и методично оформлял отчёты. В потоке умственной деятельности он и не заметил, как двери офиса открылись и внутрь вошла молодая девушка. Она подошла к стойке.

– Доброе утро, – вежливо произнесла она.

Мистер Баллард вздрогнул от неожиданности и, оторвавшись от работы, поднял глаза.

– Доброе утро, мисс. Чем могу быть вам полезен? – спросил он, стараясь скрыть своё недовольство тем, что его отвлекли.

– Не могли бы вы мне подсказать, инспектор Коллинз на месте?

Секретарь оценивающе посмотрел на девушку.

– Это личная встреча? – с интересом осведомился он.

– Нет, это по работе, – твёрдо ответила девушка. – У нас назначено интервью. Думаю, я записана у него в расписании. Элен О’Делл, – не дожидаясь вопроса добавила она.

Стоило ей назвать имя, мистер Баллард сразу её узнал. Имя девушки было Хелен О’Делл, хотя больше она, конечно, была известна под именем «Элен». Она работала журналисткой в одной из газет Лондона и писала статьи на разные темы. Чаще всего это были журналистские расследования и всё, что было с ними связано.

Хоть мистер Баллард и не знал мисс О’Делл лично, она ему не очень льстила, как, впрочем, и остальные журналисты. По его мнению, таких людей, как она, в большинстве случаев куда больше интересовали сенсации, а не правда, и ради них они были готовы пренебречь широким спектром общественных норм. К тому же, случись в городе что-то, настырные репортёры, которым не удавалось прорваться к главному инспектору, цеплялись к нему – мистеру Балларду, будто он и вправду знал больше, чем они.

– А-а, журналистка, – с неохотой сказал секретарь. – Понятно… Вот уж не хватало… – добавил он себе под нос, склонив голову.

«И что её сюда принесло? Будто других дел у неё нет… Опять будет что-то про нас писать?», – думал он.

Элен скрестила руки на груди и посмотрела на секретаря в упор. Уж что-что, а слухом она обладала чудесным. Мужчина опомнился и быстро произнёс:

– Нет, мисс, я не имел в виду, что… – замешкался он.

– Так где мистер Коллинз? – сменила тему Элен.

– Его нет. Он… отлучился.

– Отлучился? Куда же он делся? – удивлённо спросила Элен.

– М-м… – замялся секретарь. – Думаю, я не имею права о таком говорить. Но, мисс, я уверен, что мистер Коллинз скоро вернётся! Я могу передать ему ваше сообщение, – он оглядел стол, ища пустой лист.

Элен задумчиво посмотрела на часы. По её воспоминаниям, трудно было представить что-то, что заставило бы Джеймса Коллинза – одного из самых пунктуальных людей, которых она знала, изменить свои планы.

– Это любопытно… – помедлила девушка. – Похоже, раз уж этим делом занялся главный инспектор, событие не совсем буднично? Как вы считаете, мой издатель этим заинтересуется? – как бы невзначай добавила она. – Где здесь у вас телефон?

Никому звонить она конечно же и не собиралась, но на секретаря эта простая уловка подействовала безотказно:

– Нет, – быстро ответил он с деланным безразличием. – Ничего интересного. Просто место, куда его вызвали, не совсем обычно, вот и всё.

– Понятно, – Элен стала быстро перебирать варианты. – Городская библиотека? Вокзал? Или, может, что-нибудь по-экстравагантнее? Мэрия?

– Всё не так, мисс! – остановил её взволнованный секретарь. – Всё куда проще. Его вызвали в городской порт, только и всего.

– Ах, ну да, – театрально выдохнула Элен. – А… в какой?

– Он в городе один…

– Что ж, спасибо, – Элен развернулась, но, сделав пару шагов по направлению к выходу, замерла и оглянулась через плечо, для приличия напоследок бросив:

– Если он вдруг вернётся и спросит про меня, скажите, что я была тут вовремя, и что он сам виноват. До свидания.

Элен поспешила к выходу. На улице она поймала такси и попросила отвезти её к городскому порту. Хоть времени до конца дня у Элен и было предостаточно, сидеть без дела она не собиралась.

Через пятнадцать минут машина затормозила на небольшой парковке неподалёку от края невысокой скалы. Заплатив водителю, Элен вышла из такси. Вблизи береговой линии было ощутимо холоднее, чем в городе. Со стороны залива дул прохладный ветер, пронизывавший лёгкие при каждом вздохе. Элен запахнула пальто и направилась туда, где, как ей казалось, было обозначенное место. Попутно она заметила на парковке полицейский «Уолсли», а также блестящий чёрный «Роллс-Ройс». Элен прошла по тропинке до самого края скалы, а затем спустилась вниз по деревянной лестнице.

Единственный порт города представлял из себя длинную пристань, уставленную бочками и ящиками, обмотанными сетями. От пристани перпендикулярно берегу тянулись несколько причалов с деревянным настилом на сваях, выступавших в воду. Причалы были небольшими и предназначались для стоянки маленьких судов. Элен с интересом разглядывала элегантные лакированные корпуса покачивавшихся на волнах катеров и моторных яхт, лодок с блестящими металлическими уключинами и вытянутые очертания парусных судов с высокими мачтами. Над портом витал запах краски, рыбы и мокрого дерева.

На другой стороне пристани Элен заметила деревянное сооружение, походившее на крохотный домик с окнами. Рядом с постройкой стоял мужчина в тёмно-синей форме. Это был мистер Джеймс Коллинз – плечистый инспектор полиции. Это был мужчина среднего возраста и высокого роста. Его одежда как всегда была безупречна и чиста, каждая пуговица блестела. Светлые усы инспектора были аккуратно уложены, а короткие волосы скрывала синяя кепа, из-под которой выглядывал проницательный взгляд.

Мистера Коллинза и Элен нельзя было назвать друзьями, но их отношения были явно ближе, чем у простых знакомых. Пару раз в прошлом, до того, как мистер Коллинз, устав от шумной жизни, перевёлся из Лондона на службу в центральное управление Хейнвулльской полиции, судьба переплетала их пути. Возможно, именно по этой причине Элен и удалось уговорить мистера Коллинза согласиться на интервью о преступности на юго-западе Англии, которое, по неизвестной пока причине, отложилось на неопределённый срок.

Мистер Коллинз задумчиво смотрел на бескрайние воды Ла-Манша, слегка затянутые пеленой утреннего тумана. Серое небо сливалось с морем, размывая линию горизонта. Глаза главного инспектора, обычно полные уверенности, теперь выражали лёгкое непонимание. Это было не то выражение, которое могло предвещать нечто серьёзное или опасное, скорее, это было мимолётное замешательство, вызванное каким-то мелким, но неприятным обстоятельством.

Внезапно перед Элен непонятно откуда появился молодой сержант. Он браво перегородил ей путь.

– Я сожалею, мисс, но вам нельзя пройти дальше, – сказал он. – Вы владеете одним из судов в порту? – Не сводя глаз с гостьи, сержант быстро кивнул головой в сторону катеров и лодок, покачивавшихся у причалов.

– Нет, – ответила Элен. – Я…

– Что ж, тем более, – тут же продолжил сержант, пытаясь сохранить серьёзный вид. – Что вы в таком случае вообще здесь делаете?

– У меня назначена встреча с мистером Коллинзом, – уверенно ответила Элен.

– Полагаю, этому придётся подождать некоторое время, мистер Коллинз сейчас занят. К тому же он принимает посетителей только в офисе, – смутился мужчина, оценивая взглядом Элен. – Вы можете подождать его там.

Сержант стал настойчиво подталкивать её назад, не касаясь, но уверенно приближаясь, отрезая все пути, кроме как обратно. Элен стала чувствовать, что начинает проигрывать под его натиском. Тогда она решила действовать иначе. Выглянув через плечо сержанта, она громко и настойчиво воскликнула:

– Мистер Коллинз!

Сработало. Инспектор обернулся на звук её голоса и поспешил навстречу.

– Что тут случилось? – с интересом спросил он.

В его голосе звучали спокойные, но властные нотки.

– Всё в порядке, – быстро ответил сержант. – Я попросил мисс покинуть это место.

Мистер Коллинз взглянул на Элен и сразу её узнал.

– Мисс О’Делл, откуда вы здесь?

– Вы её знаете? – удивился сержант.

– Доброе утро, мистер Коллинз, – ответила Элен инспектору, – Если вы помните, у нас было назначено интервью, но вы на него опоздали. Мне просто очень захотелось узнать, куда вы делись. Ваш секретарь любезно поделился со мной информацией, что вы в порту. Мне не осталось ничего другого, кроме как поехать за вами, – она широко улыбнулась.

Инспектор закатил глаза.

– Выходит, он всё вам рассказал… – устало сказал он.

– Не вините его. Мне пришлось приложить немало усилий, – рассудительно объяснила Элен. – Так вы можете рассказать, что всё-таки случилось?

Инспектор вздохнул, его плечи чуть опустились.

– Мы и сами пока не знаем. Но, думаю, ничего страшного. Хотя странная вышла история, – чуть нахмурившись произнёс он.

В этом его жесте отразилась обыденность. Стало ясно, какой бы странной эта история ни была, по мнению главного инспектора Коллинза, она не таила под собой много сюрпризов, обещая вскоре обрести самое лёгкое решение.

– А ей разве… – протестующе начал сержант.

– Спокойно, Райт, – остановил его мистер Коллинз. – Ей можно знать. Уверяю, на мисс О’Делл можно положиться, – добавил он с лёгкой улыбкой.

– Что ж, спасибо, приятно слышать такие слова, но хвалить меня вы будете позже. А сейчас я бы не отказалась перейти к деталям, – нетерпеливо напомнила Элен.

– Пойдёмте, – сказал мистер Коллинз, махнув рукой. – Я расскажу вам всё по пути.

Все трое зашагали по пристани в сторону деревянного сооружения, оказавшегося сторожевой будкой. Лёгкие шторки на больших окнах, давно некрашеные серые доски, висящие на гвоздях спасательные круги и приставленные к стенам вёсла – все атрибуты были на месте.

– Так вот… – начал инспектор. – Утром с нами связался смотритель порта. Он сообщил, что одна из моторных яхт не вернулась в порт. Поздно вечером она, как и обычно, вышла в воды пролива с пассажирами на борту, договорившись вернуться в обозначенное время, однако этого до сих пор не произошло.

– Интересно… – задумчиво начала Элен. – Может, неполадки на борту?

– Погодите, странности на этом не заканчиваются, – оживлённо продолжил мистер Коллинз. – Дело в том, что сама яхта не исчезала. В какой-то момент она просто остановилась на месте и так там до сих пор и стоит. Если приглядеться, её будет видно прямо отсюда.

Инспектор указал в сторону залива. Там, примерно в миле от берега, на воде едва различалось вытянутое судно, скованное туманом.

– С яхтой пытались связаться? – спросила Элен.

– Конечно, мисс. – вмешался сержант Райт, – Смотритель предпринимал попытки сделать это не раз, но безрезультатно. Более того, мы тщательно, насколько возможно, осмотрели палубу из бинокля. Но никакого движения на борту замечено не было.

– Да, уже довольно-таки поздно для того, чтобы ещё спать, – заметила Элен, украдкой взглянув на часы. – А что за пассажиры на борту? Вы знаете их имена?

– Смотритель знает имя только одного человека на борту – Джозеф Мортон – это владелец яхты. Он живёт в «Рейвенвуд Холле». Это в западной части города на холмах.

Элен это имя мало о чём говорило. Кивнув, она вновь взглянула на яхту в проливе.

– Что же вы планируете делать?

– Думаем подплыть к ней, – ответил инспектор. – Сядем на моторный катер, осмотрим судно, проверим, всё ли в порядке, окажем помощь при необходимости. Никто не обязан возвращаться в порт вовремя, но раз уж планы поменялись, об этом стоило сообщить, а не молчать, не подавая никаких сигналов. Кстати… – мистер Коллинз помедлил и повернулся к Элен. – Мисс О’Делл, не хотите составить нам компанию? Может, такая прогулка скрасит задержку с интервью?

– Не откажусь, – с готовностью согласилась Элен.

Все сошли на элегантный лакированный катер, ждущий на воде. Зашумел винт мотора, выбрасывая назад водяные брызги. Катер тронулся с места, плавно отчалил от берега и, набирая скорость, заспешил прочь, рассекая воду за собой.

Глава III

С каждой секундой этого короткого путешествия очертания яхты, стоящей в проливе, прорисовывались всё чётче и чётче. Это было вытянутое судно длиной около шестидесяти футов. Ватерлиния была выкрашена в белый, безупречно сконструированный корпус, плавно переходящий в слегка заострённый нос, был сделан из красного дерева, покрытого лаком, заставляя яхту сверкать на солнце. По всему периметру судно опоясывала тонкая золотая линия, придавая ему изысканный вид, а спереди линия извивалась в замысловатом узоре.

На палубе, окружённой линией серебристых перил, располагались две соединённые между собой деревянные надстройки с рядами окон. Передняя надстройка выделялась за счёт своего размера, а также больших панорамных окон. Задняя же надстройка была значительно ниже, не выше пары футов, а также длиннее. За крышей первой надстройки на небольшом возвышении располагалась капитанская рубка со штурвалом. Благодаря высоким окнам, вмонтированным в её стены, оттуда открывался великолепный вид на морские просторы.

В качестве двигательной силы яхты выступал мотор, оснащённый мощным двигателем, который обеспечивал высокую скорость и манёвренность. Мотор вращал гребные винты, скрытые за кормой под толщей гладкой воды, колыхаемой сейчас лишь лёгкими порывами ветра. Яхта замерла на месте.

Катер приблизился к корме. На ней, утопая в изысканной резьбе и лаке, красовалось название – «Одиссей», написанное золотыми буквами. Мистер Коллинз снизил скорость и достал рупор.

– Кто-то есть? – эхом разнеслось по пустующей палубе.

Ответа не последовало. Ровным счётом не произошло ничего. Только послышался порыв осеннего ветра. Словно подчиняясь неведомой силе, судно едва заметно качнулось на волнах.

– Куда же все подевались? – спросил мистер Коллинз, убрав рупор. – Звук мотора обязательно кто-нибудь да услышал.

Катер обогнул судно с правого борта. Тормозя, он напоследок глухо коснулся яхты и наконец замолчал. Повисла тишина. Мистер Коллинз встал с места и аккуратно подошёл к перилам, располагавшимся вровень с уровнем палубы катера. В перилах виднелась калитка. Оглядев палубу, инспектор протянул руку и отодвинул щеколду. Калитка с лёгким скрипом приоткрылась.

– Мисс О’Делл, подождите нас здесь, мы скоро, – произнёс инспектор. – Райт, – обратился он к сержанту, – вы со мной.

Тот быстро подскочил и догнал инспектора. Вместе они поднялись на палубу и разошлись в разные стороны, исчезнув из поля зрения Элен. Сержант Райт пошёл на корму, инспектор же отправился внутрь яхты.

Прошло несколько минут. Никто так и не вернулся. Что же они нашли? Элен казалось, она может упустить что-то важное. Недолго думая, она также взошла на палубу и поспешила найти полицейских, руководствуясь мыслью, что раз уж её пригласили стать спутником в этом коротком путешествии, пусть демонстрируют всё без урезок. Поколебавшись на распутье, Элен отправилась ко входу в переднюю надстройку.

Дверь, ведущая внутрь, была широко распахнута. Вход закрывала лишь белая портьера, закреплённая на люверсах. Не успела Элен зайти внутрь, как портьера тотчас откинулась и на палубу выбежал сержант Райт. Элен испугалась, что сейчас он её прогонит, но казалось, сержант её и вовсе не заметил. Они разминулись. Сержант, занятый своими мыслями, поспешил в сторону кормы.

Элен наконец зашла внутрь надстройки, оказавшись в достаточно просторном по меркам размеров яхты помещении – салоне, явно оформленном с большим вкусом.

Несмотря на облачную погоду за окном, салон был достаточно освещён естественным светом, льющимся из больших окон с лёгкими белыми шторками. Потолок был отштукатурен и через равные промежутки рассечён деревянными перекрытиями. К нему крепились два небольших светильника полукруглой формы в цоколях из латуни. Стены салона были отделаны резными панелями из ценных пород дерева. Их украшали бледно-розовые бра и картины с морскими пейзажами.

Пол устилал узорчатый ковёр оттенка увядшей розы. Деревянная мебель, наполнявшая помещение, была обита шёлком песочного цвета с узором. Среди мебели насчитывалось несколько кресел, пара стульев, диван и столики. В противоположную от входа стену был встроен декоративный камин. Слева виделась лестница, ведущая на нижнюю палубу.

Но в этот момент ничто из этого великолепия не цепляло взгляд. У левой стены стоял мистер Коллинз. Он снова и снова оглядывал правую сторону, словно не желая верить собственным глазам.

Там стоял мольберт с картиной. Перед ним был стул, на котором, безжизненно откинувшись на спинку, сидел темноволосый мужчина лет пятидесяти. На нём был серый костюм, бежевый джемпер и коричневые ботинки. Правая рука свисала к полу. Голова с каштановыми, местами седыми волосами была запрокинута назад. Глаза закрыты, а над ухом, в правом виске, виднелось пулевое отверстие. Запёкшаяся кровь запачкала щёку и плечо.

– Он… Убит? – глупо спросила Элен.

– Как видите, – ответил инспектор, кажется, совсем не удивившийся её появлению. – Похоже, ему выстрелили в голову. Микрокалиберная пуля. По моим расчётам, смерть наступила несколько часов назад.

Элен медленно подошла к инспектору, стараясь не сводить взгляда с убитого, будто чего-то опасаясь.

– Это мистер Мортон?

– Думаю, да.

– На борту ещё были пассажиры?

– Я послал узнать, – ответил мистер Коллинз, кивнув головой в сторону выхода. – Пойдёмте.

Они вышли из салона на правый борт и последовали к корме. Не успели они добраться до цели, как им навстречу выбежал раскрасневшийся сержант Райт.

– Ну что там? – нетерпеливо спросил инспектор.

– Никого нет, – коротко ответил сержант. – Я обошёл все помещения и верхнюю палубу.

Все возвратились в салон. Мистер Коллинз склонился над телом.

– Может, это самоубийство? – неуверенно спросил мистер Райт.

– А вы нашли орудие убийства? – поднял голову инспектор.

– Нет, его нигде нет, – сержант нервно помотал головой.

– Будь это самоубийство, оружие лежало бы поблизости. К тому же все окна в салоне закрыты. Оно не могло случайно выпасть за борт, – заключил инспектор.

– Получается, мы имеем дело с убийством? – безрадостно спросил сержант.

– Другого варианта я пока не вижу, – сурово ответил инспектор.

Элен, до сих пор молчавшая, внезапно нарушила тишину:

– Кстати, вы заметили свет? Точнее, его отсутствие.

Она подошла к ближайшему выключателю и щёлкнула им несколько раз. Свет был, но выключатель изначально был в положении «выключено».

– Не думаю, что последнее, о чём думают самоубийцы, так это об экономии электричества.

– Да, верно, – задумчиво согласился инспектор, слегка кивая головой. – Но стоит признать, что если это убийство, то его обстоятельства крайне необычны. Тело на яхте, дрейфующей в проливе – не самый надёжный выбор места преступления. Убийце определённо стоило продумывать свои действия наперёд.

– Или же ему могло просто повести, – сказала Элен. – Вы допускаете, что убийство могло быть спонтанным?

– Хотите сказать, мистер Мортон с кем-то повздорил, за что этот «кто-то» достал револьвер и выстрелил ему в голову? Возможно…

– Это ещё предстоит выяснить, – заметила Элен. – Но чем больше версий мы рассмотрим в начале, тем выше шанс, что одна из них и будет истинным объяснением случившегося.

– Да это же какая-то бессмыслица, сэр, – горячо заговорил сержант. – Если в него выстрелили, куда же тогда делся убийца?

Повисла тишина. Все огляделись по сторонам, словно опасаясь, что убийца просто прячется за стеной и вот-вот появится. Но за окнами виднелась только палуба и леера, за которыми простирались безмятежные воды пролива.

– Так, – попытался собраться с мыслями мистер Коллинз, – Райт, – обратился он к сержанту, – нужно всё здесь обыскать. И чем быстрее мы это сделаем, тем лучше. Займитесь палубой и капитанской рубкой, а я осмотрю салон и нижнюю палубу.

– Будет сделано, – ответил сержант и, откинув в сторону портьеру, вышел на палубу.

– Дальше, – инспектор повернулся к Элен и сказал мягко. – Мисс О’Делл, мне очень жаль, что вам пришлось…

– Постойте, – остановила его Элен. – Пожалуйста, ни слова больше. Я хочу помочь вам с расследованием.

– Что? – ошеломлённо воскликнул мистер Коллинз, явно ожидавший от Элен совершенно иной реакции.

– Понимаете, – быстро начала Элен, слегка смущённо, – дело явно принимает интересный и куда более запутанный оборот. Я просто не могу упустить такую возможность. Вы получите мою помощь, а я – материал для отличной статьи об убийстве.

Инспектор молчал, не зная, что сказать. Элен продолжила:

– Уверяю вас, до конца расследования о случившемся здесь не узнает никто, кроме главного редактора в моей газете в Лондоне. У меня нет смысла позволять кому-либо украсть эту статью у меня из под носа! – убеждала она.

– А ваш редактор… – помедлил мистер Коллинз.

– С такой сенсацией, как убийство, да ещё такое… нестандартное, – Элен обвела взглядом салон, – он скорее сам умрёт, чем позволит материалу попасть в чужие руки, – улыбнулась она. – Он также доверяет моим способностям, поэтому в моей газете никто не поведёт и ухом. Об этом будем знать только мы одни.

Инспектор наконец согласился.

– Ну ладно, можете принять участие, – сказал он, впрочем, без особого энтузиазма. – Но мы договорились!

– Вы знаете, я не нарушаю договоров, – уверенно ответила Элен.

– Тогда нам предстоит много работы. Сперва нужно… – начал мистер Коллинз, но тут же осёкся, – О, я же обещал дать вам интервью…

– Не переживайте, – сказала Элен. – С учётом обстоятельств я вас прощаю. Так с чего мы начнём?

– Для начала обыщем здесь всё. После разберёмся с телом и составим отчёт. Этим и займёмся.

Глава IV

Элен и инспектор Коллинз осмотрелись в небольшом салоне, прикидывая объём предстоящей работы. Сперва их внимание привлёк серебристый поднос, стоявший на столике. На нём были расставлены чашки, сахарница, чайник и два блюдца с ложками. Приподняв крышку чайника, Элен обнаружила внутри давно остывший чай. Все предметы на подносе выглядели так, будто их выровняли по линейке, придавая сцене неестественную, почти безупречную аккуратность.

Далее взгляд Элен переместился на мольберт, стоявший перед телом. На холсте был незаконченный ночной пейзаж, написанный масляными красками. На столике у мольберта лежали смятые салфетки, испачканные в краске, и фотография, с которой, по всей видимости, картина и была написана. Единственным привнесённым изменением на холсте стал разноцветный фейерверк, освещавший ночное небо.

– Фейерверк, – сказал мистер Коллинз, внимательно разглядывая пейзаж, – Вчера проходила осенняя ярмарка. Тогда в городе запускали фейерверк.

– Похоже, что так, – ответила Элен, слегка кивая. – Вы не нашли здесь орудия убийства? – спросила она, оглядывая салон. – Может, под одним из столов или кресел?

– Нет, в салоне его точно нет, – уверенно произнёс инспектор.

Он аккуратно обшарил карманы убитого. Найденный бумажник, платок, зажигалка, пачка сигарет, автомобильный ключ с эмблемой «Роллс-Ройса» и паспорт на имя мистера Джозефа Мортона были методично выложены на стол. Элен полистала страницы документа.

– Джозеф Мортон. Как мы и предполагали, – сказала она, бросив быстрый взгляд на фотографию в паспорте.

– Ключ от «Роллс-Ройса», – пробормотал мистер Коллинз, осматривая в это время автомобильный ключ. – Помнится мне, на парковке у порта стоял один «Роллс-Ройс»… чёрный.

– Возможно, это автомобиль мистера Мортона, – предположила Элен.

– Узнать не доставит труда, – с этими словами инспектор убрал ключ в карман.

Элен заметила часы на левой руке мистера Мортона. Они были разбиты. Стрелки замерли, показывая начало десятого.

– Руку могло отбросить к стене выстрелом, – произнёс инспектор, уловив интерес Элен к часам. Он кинул быстрый взгляд на циферблат.

– Около десяти… Это время стоит запомнить…

Элен тем временем уже глядела на правую руку. Её заинтересовали яркие следы на среднем и указательном пальцах. Она поняла, что это была жёлтая краска. Наклонившись, девушка подняла с пола кисточку, покрытую такой же краской.

– Возможно, выстрел произвели в тот момент, когда кисточка была у него в руках, вот она и выпала, – предположила Элен. – Тем более, один из фейерверков на картине жёлтый, – прищурившись заметила она.

Спустившись по лестнице в салоне на палубу ниже, они оказались на небольшом камбузе, где заглянули в каждый ящик. Внутри обнаружились серебряные столовые приборы, немного продуктов долгого хранения и посуды, но ничего важного для расследования.

– Всё выглядит так, будто мистер Мортон и его неизвестный спутник и вправду собирались вскоре вернуться, – сказал инспектор Коллинз. – Иначе, чем бы они всё это время питались? Они бы обязательно взяли с собой свежую еду.

За камбузом их встретила пустая кладовая для багажа, необжитая каюта для экипажа, а также их ванная комната. Элен провела рукой по голому матрасу, затем опустила взгляд в пустой ящик комода.

– Похоже, здесь никто не жил, – заключила она.

Инспектор Коллинз был с нею солидарен. В поисках лестницы, ведущей в другие помещения, они вернулись в салон и вышли на правый борт. Пройдя мимо капитанской рубки, в окнах которых мелькала фигура сержанта, занятого осмотром ящиков стола, они нашли ещё одну лестницу вниз, скрытую за деревянной дверью. Пройдя по ней, их встретила каюта, по всей видимости, принадлежавшая мистеру Мортону. Каюта занимала всю ширину судна. В дневное время свет поступал через прямоугольные окна в нише, достигнутой за счёт поднятия части потолка над уровнем верхней палубы. Именно эта ниша и являла собой длинную невысокую надстройку за салоном.

Следы присутствия человека здесь были заметны невооружённым взглядом: стул за письменным столом сдвинут, покрывало на кровати немного смято, на полочке в ванной стоял набор мужских принадлежностей для бритья, одеколон и лосьон. Однако ничего странного в глаза не бросалось.

За дверью напротив расположилась одна гостевая каюта. Она была рассчитана на двух человек, однако была меньше, чем предыдущая, поскольку располагалась дальше в сторону кормы. Прошерстив каюту, ничего значимого также не обнаружили. За исключением размера и добавленной вместо письменного стола постели, не менее роскошная гостевая каюта мало чем отличалась от каюты хозяина. По чистоте и идеальному порядку сам собой напрашивался вывод, что минувшей ночью там никто не останавливался и не ночевал. В гостевой ванной также не было ничего интересного.

Элен и инспектор Коллинз вернулись в каюту мистера Мортона и вошли в дверь рядом с лестницей наверх. Это был вход в машинное отделение. Войдя внутрь, они оказались в высоком помещении, пропитанном запахом металла и машинного масла. Здесь находилось множество различных механизмов, но больше всего выделялись два больших бензиновых двигателя, вращавших вал винта. Мистер Коллинз порылся в ящике с инструментами. На этом обыск машинного отделения, не принёсший никаких результатов, был окончен.

– Ясно, – сказал инспектор. – Предлагаю вернуться на палубу, может, Райту удалось что-то найти.

Элен и мистер Коллинз поднялись наверх. Сержанта они отыскали на левом борту. Он шёл по направлению к ним, напряжённо вглядываясь в палубный настил.

– Сэр, я осмотрел всё, что вы просили, – произнёс он, заметив инспектора.

– Есть успехи? – твёрдо спросил инспектор у подчинённого.

– Я думаю, что я нашёл орудие убийства, – ответил сержант, его голос звучал чуть торжественно.

– Орудие убийства? – встрепенулся инспектор. – Из чего стреляли?

– Из револьвера.

Сержант поднял руку с платком, в который было завёрнуто что-то металлическое. Это был револьвер. Инспектор Коллинз принял оружие из рук сержанта и внимательно осмотрел. Револьвер был средних размеров, его серебристый корпус поблёскивал, а ручку украшали изящные выгравированные узоры.

– Шестизарядный, двадцать второй калибр, – продекламировал он, открывая барабан револьвера. – И не хватает одной пули…

– Дизайн револьвера не похож на самый заурядный, – отметила своё Элен, глядя на узоры. – Не думаю, что такой можно купить в обычном магазине. Возможно, его изготовили на заказ. В таком случае не исключено, что где-то на нём есть имя владельца.

– Действительно, – согласился инспектор, взявшись платком за ствол и внимательно осматривая ручку. На ней было имя, выведенное размашистым почерком с помощью острого резца: «Чарльз Мортон».

– Фамилия совпадает с фамилией убитого… – задумчиво произнесла Элен. – Этот человек может быть его родственником. Где вы нашли револьвер? – обратилась она к сержанту.

– Он лежал почти у самого края палубы на левом борту, – ответил сержант, указывая рукой в сторону носа. – Его прикрывал трос, поэтому я не заметил его сразу.

– Покажите точное место, – приказал главный инспектор.

Все трое вышли на левый борт. Там, у лееров, небрежно лежала часть швартовочного троса, использовавшегося для закрепления яхты о причал.

– Здесь, – сказал сержант, указывая на трос. – Могу сказать, нам очень повезло, ведь будь револьвер чуть ближе к краю борта, он легко бы соскользнул в воду, и мы бы никогда его не нашли. Сверху он был слегка прикрыт тросом. Я шёл вдоль борта и заметил какой-то тёмный отблеск, затем наклонился, откинул швартовы и нашёл револьвер. Должно быть, убийца спрятал его под тросом и надеялся, что его не найдут.

При этих его словах Элен нахмурилась.

– Зачем преступнику прятать револьвер на яхте, которую обязательно обыщут, если его можно было выбросить за борт? – возразила она. – Револьвер пошёл бы на дно камнем, и кто бы потом его отыскал?

– Возможно, – предположил инспектор Коллинз, – убийца торопился, бежать вдоль борта и бездумно бросил револьвер туда, где, как ему казалось, он бы непременно упал за борт. Но вместо этого он промахнулся, и револьвер зацепился за трос, оставшись на краю.

– Это же каким образом нужно бросать револьвер за борт, чтобы промахнуться? – недоверчиво спросила Элен. – А как же звук падения? – продолжала она с недоумением. – Убийца мог быть неудачлив, раз промахнулся, но сомневаюсь, что он был глухим, раз не смог отличить всплеск от глухого удара металла о деревянную палубу.

– В любом случае, есть тот, с кем бы я хотел поговорить, – сказал мистер Коллинз. – Нужно будет определить, есть ли у этого Чарльза Мортона алиби на вчерашний вечер. Но этим вопросом мы займёмся позже.

– Почему? – вдруг спросила Элен. – Если нам повезёт, мы узнаем прямо сейчас.

– В каком смысле?

Элен объяснила:

– На борту должен быть судовой журнал, разве не так? Перед любым выходом из порта мистер Мортон должен был вносить в него имена пассажиров, находящихся на борту. Остаётся только надеятся, что он не пренебрегал правилами, а убийца не знал о журнале. Мистер Райт, вы не находили судовой журнал?

– Да, мисс, он лежал в ящике в капитанской рубке, – с готовностью ответил сержант.

Все быстрым шагом направились туда. Небольшая капитанская рубка встретила их столом, множество соединённых между собой металлических приборов над которым образовывали аппарат телеграфа. Журнал обнаружился в верхнем ящике стола. Быстро зашелестели страницы, но всех в тот же момент ждало разочарование. Последняя страница была безжалостно вырвана, оставив после себя лишь кривую полосу бумаги, торчащую из корешка.

– Убийца об этом позаботился. Видимо, был настроен серьёзно, – сказал инспектор.

Элен тем временем подошла к столу. По нему были разбросаны документы и листы бумаги, а на краю стояла потушенная керосиновая лампа.

– Тут есть и электрическое освещение… – задумчиво сказала Элен, слегка касаясь лампы. – Для чего кому-то потребовалось зажигать керосиновую?

Она подняла крышку лампы и заметила под ней горку пепла.

– Похоже, лист вырвали, а затем сожгли, увеличив размер пламени. После лампу потушили, – установила девушка.

– Получается, единственная улика, с которой мы пока имеем дело, это револьвер, – сказал мистер Коллинз.

– Мы так и не выяснили, куда делся убийца, – напомнил сержант Райт. – Не мог же он испариться!

Элен медленно подошла к борту. Её взгляд скользнул по водной глади пролива. Она подняла глаза и посмотрела на городской пейзаж в отдалении.

– Если у убийцы был сообщник, который потрудился над тем, чтобы пригнать к борту яхты какой-нибудь транспорт, лодку или катер, то преступник перебрался на берег с его помощью. Если же убийство было спонтанным, либо места помощнику в плане не отводилось, то выходит, у преступника не было другого варианта, кроме как выпрыгнуть за борт и добраться до города вплавь, – Элен прищурилась, прикидывая расстояние от яхты до берега. – Каких-то полчаса-час и вы на твёрдой земле…

Казалось, это предположение никого не воодушевило.

– Хотите сказать, он доплыл? – неуверенно повторил инспектор. – Но вода в октябре ледяная.

– Тем не менее, она не настолько холодная, как зимой, – возразила Элен. – Достаточно иметь среднюю физическую форму и уметь хорошо плавать. А уж если человеком движет желание избежать наказания за убийство, можно пойти и не на такие жертвы. Разве есть другие варианты?

– А это не мог вовсе быть человек извне? Он приплывает на своём катере или лодке, убивает мистера Мортона, выключает на борту свет. Внезапно ему на глаза попадается судовой журнал. Желая сбить следствие с пути, убийца специально намеренно сжигает его страницу, на которой не два имени, а только одно – Джозеф Мортон. После проделанного преступник спокойно возвращается на берег.

– Но, насколько я помню, смотритель сказал вам, что мистер Мортон заявлял о пассажирах на борту, не так ли?

– Что ж, вы правы… – помедлил мистер Коллинз, обдумывая слова Элен.

– К тому же, будь это катер, подобный нашему, или даже лодка, мистер Мортон точно услышал бы звук мотора или вёсел, – продолжила рассуждать Элен. – Но его тело, точнее его поза, говорит о том, что он явно был застигнут врасплох. Присутствие постороннего на борту явно не было для него сюрпризом. Я считаю, убийца был здесь с самого начала. Расправившись с мистером Мортоном, преступник выпрыгнул за борт и доплыл до берега, не забыв предварительно вырвать и сжечь лист из судового журнала, а также, по неясной пока причине, оставить револьвер на палубе.

– Вы забыли о главном, – поспешил сказать инспектор. – На револьвере есть имя – Чарльз Мортон. Этого человека необходимо найти.

– Это безусловно. К слову, вам не кажется это странным? – спросила Элен, пристально глядя на инспектора.

– Что именно?

– Убийца, определённо желавший скрыть все свои следы, вряд ли бы стал брать с собой именной револьвер, – Элен взглянула на платок в руках инспектора.

– Ну, он с большой долей вероятности надеялся на то, что оружие не найдут, – сказал мистер Коллинз.

– Поэтому он оставил револьвер на палубе? – тотчас парировала Элен.

– Возможно, это случилось случайно. Какую роль играет место его обнаружения?

– Если убийца не хотел, чтобы револьвер нашли, – настаивала Элен, – логично предположить, что он бросил бы его в воду. Если револьвер действительно оказался на краю палубы по чистой случайности, и убийца знал об этом, а он непременно бы узнал, ведь всплеск и глухой удар о палубу – звуки совершенно разные, он поднял бы оружие и снова бросил его в воду.

Инспектор задумался над словами Элен. В них определённо был смысл. Пока лишь оставалось неясным, какое объяснение всему этому могло быть.

– Нужно найти всех родственников и знакомых мистера Мортона, а также, если возможно, сообщить его поверенному о смерти. Да, пожалуй, только ему, – на миг задумавшись решила Элен. – И независимо от того, как далеко они живут и есть ли у них алиби, я бы побеседовала с каждым, – добавила она.

– Это непременно будет сделано, не сомневайтесь, – кивнул инспектор Коллинз. – А как у нас обстоят дела с мотивом?

– Его пока только предстоит выяснить, – задумчиво ответила Элен. – Но, как я уже сказала, по моему мнению, мистер Мортон и его убийца всё время были на яхте. Что ж… это влечёт за собой определённый вывод… А пока… – она сделала паузу, в последний раз оглядывая палубу. – Раз мы осмотрели здесь всё, давайте вернёмся в порт. Необходимо провести некоторые формальности, верно?

Мистер Коллинз кивнул.

– Яхту нужно будет отбуксировать обратно в порт и тщательно осмотреть на предмет улик и отпечатков пальцев, включая и орудие убийства, – инспектор взглянул на револьвер, завёрнутый в платок на своей ладони. – Также потребуется присутствие полицейского врача, который констатировал бы смерть. Это я поручаю вам, – он взглянул на сержанта. – Надеюсь, справитесь?

– Конечно, сэр, – с готовностью кивнул сержант Райт.

– Тогда займитесь этим. Отправляйтесь назад в участок и доложите о случившемся. Я останусь ждать вашего возвращения здесь. В свете произошедшего я бы не отказался побеседовать со смотрителем. С учётом новых обстоятельств его показания могут оказаться для нас крайне ценны.

Глава V

Дорога к берегу прошла в тишине. Катер мягко отчалил от борта яхты, оставляя за собой лишь далёкий плеск волн, затихавший в туманной дали. По возвращении сержант Райт, взяв ключ от полицейского автомобиля, отправился в участок. Тем временем инспектор Коллинз и Элен направились к будке смотрителя. Ранее Элен уже успела приметить эту скромную одноэтажную постройку с большими окнами, которые, вероятно, открывали один из лучших видов на пролив. Подойдя к двери, мистер Коллинз постучался внутрь.

– Входите, – коротко отозвалось изнутри.

Инспектор отворил дверь, и они оба вошли внутрь. В нос ударил запах дешёвого табака, а тело окутало тепло, исходившее от радиатора отопления в углу комнаты. Элен огляделась. На удивление, в такой крохотной постройке уместилось немало вещей. Их встретила пара старых кресел, шкаф, вешалка, несколько полок, забитых разнообразными безделушками, комод, стул и рабочий стол с телеграфным ключом и металлическими приборами, очень похожими на те, что были на яхте.

За столом сидел мужчина, читавший газету и куривший, выпуская в воздух клубы сизого дыма. На вид ему было около пятидесяти лет. Худощавый, но подтянутый, с седыми волосами и ухоженной бородой, он был одет в длинное чёрное пальто, бежевый свитер и мятую фуражку, явно повидавшую многое. Когда они вошли, смотритель даже не поднял на них взгляд, ни на секунду не отрываясь от газеты.

– Это снова вы? Что на этот раз? – спросил он, пожёвывая в зубах сигарету. – Вы сделали всё, что собирались?

– Да, мы были на борту, – твёрдо ответил мистер Коллинз, – и… – он помедлил.

– И скоро он собирается возвращаться? – нахмурился смотритель. – Ему следовало бы знать, что моё терпение не безгранично, – добавил он с ноткой раздражения.

– Мистер Барнстейл, нам нужно кое о чём серьёзно с вами поговорить, – сказал инспектор, закрывая дверь.

– Ей тоже? – не слишком лицеприятно отозвался мистер Барнстейл, оторвавшись от газеты и взглянув на Элен.

– Да.

Смотритель потушил сигарету в пепельнице и, наконец, встал.

– Я вас слушаю, – коротко сказал он.

Мистер Коллинз начал без промедлений:

– Мистера Мортона убили. Он был застрелен сегодня ночью. На яхте мы обнаружили его тело.

– Что? – ошеломлённо бросил смотритель. – Но… Как это возможно? – В два движения мистер Барнстейл сначала взглянул через окно на пролив, а затем снова на главного инспектора. – Он же всё время был на яхте. Я видел её всю ночь… А как же другие пассажиры?

– На борту было только тело мистера Мортона, – нахмурившись, ответил мистер Коллинз. – Мы подозреваем, что к убийству может быть причастен кто-то из пассажиров. После он или они покинули яхту и добрались до города, оставив её дрейфовать в проливе.

– Вот чёрт! – коротко выругался смотритель и наклонился, зажигая новую сигарету. – Да что за глупость вы говорите?

– К сожалению, это правда – вмешалась Элен. – Ваша растерянность нам понятна. Но мы бы хотели уточнить у вас некоторые подробности вчерашнего вечера. Они могут значительно помочь нам восстановить картину произошедшего.

Смотритель вздохнул.

– Ладно… Сделаю, как прикажете. Только давайте выйдем на улицу, мне нужно подышать свежим воздухом, – мистер Барнстейл тотчас вышел.

Остановившись на причале, пристальный взгляд смотрителя пал на судно, всё ещё безмятежно стоявшее посреди пролива.

– Что ж, как я понимаю, вы знаете, кому принадлежит яхта, не так ли? – начал инспектор.

– Кто же не знает, – ответил мистер Барнстейл, переводя взгляд на инспектора. – Этому господину из западной части города – Джозефу Мортону.

– Вы были знакомы с ним лично?

Смотритель сдавленно усмехнулся.

– Я? Лично, пожалуй, я его не знал. Я и пересекался-то с ним нечасто, он говорил со мной только по делу.

– И всё же, вы можете рассказать нам о нём побольше? – попросила Элен. – Какое он производил на себя впечатление, когда появлялся в порту? Любая информация может быть нам полезна.

Мистер Барнстейл пожал плечами.

– Я знал мистера Мортона несколько лет, с того самого момента, как он начал ставить свою яхту в этом порту.

– Он хорошо с ней управлялся? – спросил инспектор в продолжение темы.

Смотритель поморщился.

– Не лучше обывателя. Самым общительным человеком его не назовёшь, но я бы не сказал, что он был скрытным или чего-то избегал, скорее, просто не говорил лишнего и чётко разделял то, о чём я имею право знать, и то, что меня не касается. В большинстве случаев наши разговоры сводились к работе или совсем поверхностным темам вроде погоды.

– Вы случайно не знаете, были ли у него враги или, скажем, недоброжелатели? – без особой надежды в голосе спросила Элен.

– Откуда мне было знать? Говорю же, мы этого никогда не обсуждали, – твёрдо ответил мужчина.

– Хорошо, – сказал инспектор. – Тогда расскажите нам о вчерашнем вечере. Всё, начиная с того, что предшествовало выходу яхты мистера Мортона из порта. Что это был за рейс – спонтанный, запланированный?

– Понятия не имею, – покачал головой смотритель. – Мистер Мортон никогда не делился со мной такими вещами. Не только вчера, но и всегда. Думаю, последнее, чего бы он хотел, так это обсуждать подробности своей жизни с первым встречным. Я был птицей не его полёта. Вчера около восьми вечера мистер Мортон зашёл ко мне и сухо сообщил, что собирается выйти в пролив на яхте.

– Как он при этом себя вёл? – спросила Элен. – Может быть, он выглядел напуганным или чем-то обеспокоенным?

– Я не видел, – невозмутимо произнёс смотритель. – Было достаточно темно, да и в его лицо я не особо вглядывался, – сухо добавил он. – Но по тону его голоса, он едва ли был чем-то встревожен. Он изъяснялся с привычной властностью и сдержанностью.

– Понятно. А вы не знаете, кто был с ним на борту яхты? – спросила Элен.

Смотритель нахмурился, явно готовясь сообщить, что такой информацией он также не располагает.

– Вчера на яхте кроме мистера Мортона точно был кто-то ещё… – наконец неуверенно произнёс мистер Барнстейл. – Это всё, что я с уверенностью могу утверждать, мисс.

– Вы даже не знаете, был это один пассажир или несколько? – спросил инспектор.

– Сожалею, – ровно отозвался смотритель, – этого я тоже не знаю. Вероятно, один из этих вариантов верен, инспектор. Помню, я спросил его о пассажирах на борту, и он ответил утвердительно. Но в этом ключе остаётся только гадать, имел ли он в виду одного человека или нескольких. Вы проверяли судовой журнал? Их имена должны быть там записаны.

– Да, но это нам ничего не дало, – сухо сказал инспектор.

Смотритель не стал спорить, а только кивнул.

– Так, ну ладно, – сказала Элен. – А сколько было времени, когда судно вышло з? Этого, надеюсь, мистер Мортон не просил скрывать?

– Было около четверти девятого, мисс, – сообщил смотритель. – Более точное время записано в журнале, соизволите взглянуть?

– Не откажусь, – с готовностью отозвалась Элен.

Толстый портовой журнал в кожаном переплёте лежал на столе в будке смотрителя. Его пожелтевшие страницы были аккуратно расчерчены таблицами.

– Итак… – начал мистер Барнстейл, перелистывая страницы, – яхта вышла из порта… в восемь двадцать.

– А во сколько они должны были вернуться? Позже вечером? – спросила Элен.

– Всё верно, – кивнул мистер Барнстейл, отрываясь от журнала. – Мистер Мортон сказал, что он выйдет в пролив не более чем на два часа, а он никогда не нарушал своих обещаний. Яхта не отходила далеко. Всё это время, выглядывая в окно, я видел её силуэт с ярко освещёнными окнами. Но примерно через час произошло нечто странное – на яхте внезапно погас весь свет.

– У вас есть более точное время, когда это произошло? – спросила Элен, слегка нахмурившись.

– Где-то в десятом часу, – сказал смотритель. – Может, девять двадцать или девять тридцать. Выключение света показалось мне странным, мистер Мортон ведь обещал вернуться. Я решил связаться с яхтой по телеграфу, но ответа не последовало. В тот момент единственным разумным объяснением, которое пришло мне в голову, было то, что он решил переночевать на борту. Я решил подождать и не поднимать шума, время от времени мельком поглядывая на пролив. Но до того, как я лёг спать, судно так и не сдвинулось с места. Так наступило утро.

– И безответное ожидание побудило вас позвонить в полицию? – спросил мистер Коллинз.

– Нет, мне позвонила одна девушка и попросила сделать это.

– Девушка? – заинтересовалась Элен. – Она назвала своё имя?

– Нет, но она представилась горничной мистера Мортона. Она сказала, что переживает, поскольку он так и не вернулся домой.

– Ясно, – сказала Элен. – У меня остался последний вопрос. Если допустить, что человек, убивший мистера Мортона, находился на борту яхты всё это время, как бы он мог добраться до берега? Лодка, катер?

– Не катер, – отрезал смотритель. – Он вызывает слишком много шума. И не лодка. Не считайте это безумием, но я вполне уверен, что убийца выпрыгнул за борт.

– Почему же? – спросил инспектор.

– Плыть на лодке было бы слишком долго и вызвало бы много трудностей. Физически доплыть на ней возможно только из порта или того пляжа, что находится здесь неподалёку. Остальная местность слишком скалиста и не подходит для этого. На то, чтобы добраться из обозначенных мною мест до яхты, я бы дал около полутора часов, если не больше. Обычный человек на лодке без мотора может грести от силы час, а может и меньше. И это я ещё не говорю о том, что нужно было бы преодолеть путь туда и обратно.

– Если их было двое – убийца и его сообщник, – то они могли грести по очереди, – сказал инспектор.

– Двух человек, тащащих лодку по пляжу, пускай ночью, в темноте, трудно было бы не заметить, – усмехнулся мужчина. – Особенно учитывая, что горожане пристально следят за своими лодками, как ведутся и списки их арендаторов. А что насчёт плавания? За час в лёгком темпе вполне возможно догрести до берега. Да, вода прохладная, но закалённому человеку под силу её преодолеть. Он выберется на берег в любом месте, где ему заблагорассудится, и растворится в ночи.

– Да, звучит логично, – кивнул инспектор. – Думаю, это всё, что мы хотели узнать. Вы можете возвращаться к работе, мы займёмся буксировкой яхты. Но, предполагаю, коронеру ещё пригодятся ваши показания.

Элен и мистер Коллинз вышли на пристань и зашагали по деревянному настилу.

– Как я и ожидал. Если бы ему были известны имена тех, кто был на борту, всё было бы слишком просто, – начал инспектор.

– Зато мы располагаем предполагаемым временем убийства, – заметила Элен. – Где-то между девятью и девятью двадцатью. После этого времени на связь никто не вышел, а свет уже был погашен. К тому же, то же самое время показывают и разбитые часы. Кстати, мистер Барнстейл тоже считает, что убийца добрался до города вплавь.

– Возможно, но что это нам даёт? Кажется, всё лишь усложняется. Преступника ничего не обременяло. Стоило ему ступить на берег, как он тотчас испарился.

– По крайней мере, он должен был уметь плавать… – пожала плечами Элен.

Они направились к парковке, где одиноко стоял блестящий чёрный «Роллс-Ройс» мистера Мортона. Подойдя ближе, Элен провела по одному из запотевших за ночь стёкол и с интересом заглянула в пустой салон, обитый коричневой кожей. Ключ, найденный у убитого в кармане, идеально подошёл к двери. Тихий щелчок замка разнёсся по пустой парковке подобно эху. Открыв дверь, они осторожно взглянули внутрь.

Салон автомобиля сиял чистотой и порядком, словно только недавно сошёл с конвейера. Внутри пахло новизной и прохладной свежестью. Но как бы ни манила к себе эта дорогая игрушка, её нутро разочаровало. В одном из подлокотников был оставлен зонтик, остальные оказались пустыми. Элен открыла бардачок, но кроме аккуратно сложенных документов ничего не обнаружила. Ради интереса она пролистала бумаги, но среди них не было ничего, что могло бы вызвать подозрения или стать уликой.

Инспектор тем временем исследовал заднее сиденье, проверяя складки обивки. Никаких признаков скрытых предметов, лишь совершенство отделки, говорившее о безупречности владельца.

– Здесь чисто, – тихо произнёс Коллинз, поднимаясь на ноги. – Салон словно готовили к выставке.

Они синхронно направились к багажнику, надеясь, что хотя бы там они найдут что-то полезное. Открыв его, их взору предстал лишь стандартный набор: аптечка, инструменты, сменное колесо. Всё аккуратно размещено, без намёка на беспорядок.

– Здесь тоже ничего, – сказала Элен, немного разочарованно.

– Похоже, в педантичности по отношению к своим вещам мистеру Мортону было не отказать.

– Но это тоже может быть уликой, – задумчиво произнесла Элен. – Подумайте, возможно, кто-то намеренно убрал за собой следы. Не припомню, чтобы в капитанской рубке на яхте было столь же чисто.

Инспектор вздохнул, прислонившись к машине.

– Да, вы правы. Что ж, так или иначе, машину также нужно будет тщательно проверить на наличие посторонних отпечатков пальцев.

Они заперли автомобиль. В этот же момент на парковке показалось несколько полицейских автомобилей. Из одного из них показался сержант Райт. Он быстро подошёл к мистеру Коллинзу и Элен.

– Сэр, я вызвал подмогу. Они должны помочь.

– Отлично, нужно будет констатировать время смерти, вернуть яхту в порт и сфотографировать на борту всё, – дал указания инспектор. – Это личное поручение для вас. Я отправлюсь в офис. Мне нужно найти знакомых убитого; им требуется сообщить о его смерти.

– Разумеется, сэр, – кивнул сержант и направился к лестнице, ведущей вниз вдоль скалы.

– Думаю, подозреваемых стоит искать среди тех, кто является родственником мистера Мортона, его близким знакомым или сотрудником, – начала о своём Элен. – Наведите справки, свяжитесь с ними, но пока не сообщайте о смерти мистера Мортона, просто договоритесь о личной встрече.

– Обязательно займусь этим, – сказал инспектор. – А вы, мисс О’Делл, вам всё-таки нужно сообщить, что берётесь за расследование. Я вас подвезу.

Глава VI

Как Элен того и ожидала, её редактор, едва услышав о намечавшейся статье, тотчас позабыл об интервью и без лишних уговоров согласился на новое предложение, предоставив Элен карт-бланш на сроки и использование любых ресурсов газеты, какие она только пожелает. Элен вновь успела отметить про себя, что он был одним из тех людей, которым никогда никого не бывает жаль. Через пару часов в номере Элен раздался телефонный звонок.

– Да, это Элен О’Делл, я вас слушаю, – сказала она, подняв трубку.

– Добрый день, это мистер Коллинз, – раздалось в ответ.

– Какие-нибудь новости?

– Да. Я уже направляюсь к вам. Расскажу подробнее при личной встрече, – быстро сказал инспектор.

Через десять минут мистер Коллинз уже ждал в фойе отеля, в котором остановилась Элен. Встретив её, они зашагали по направлению к полицейскому автомобилю.

– Как ваши успехи? – спросила Элен, шагая рядом.

– Яхта отбуксирована, всё на борту уже сфотографировали. Сейчас с места преступления снимают отпечатки пальцев и ищут важные зацепки, – бесстрастно сообщил мистер Коллинз. – Труп доставлен в морг для дальнейшего осмотра. Орудие убийства передано в криминалистическую лабораторию для снятия отпечатков пальцев.

– Отлично, – сказала Элен. – А что насчёт родственников и знакомых мистера Мортона? Вам удалось их найти?

– Да, я связался с несколькими его близкими и договорился о встрече, – кивнул инспектор Коллинз. – Я записал их имена и адреса в блокнот. Я также выяснил ещё кое-что интересное. Мне кажется, в деле появился возможный мотив, – бодро добавил он.

– Мотив? – встрепенулась Элен. – И какой-же он?

– Позвольте вам кое-что показать.

Они сели в полицейский автомобиль. Мистер Коллинз достал блокнот, развернул его на одной из страниц и протянул Элен. На листе чуть торопливым, размашистым почерком были выписаны несколько имён и адресов.

– Что ж, – участливо сказала Элен, – на что вы хотите, чтобы я взглянула первым делом? – выжидающе осведомилась она, бегло пробежавшись глазами по списку.

Инспектор указал на одно из имён.

– Посмотрите сюда.

– «Бенджамин Хед – поверенный и юрист Джозефа Мортона. Юридическая контора "Хед, Кингсли и Литтлшафт", Лондон, Флит-стрит² 164», – прочитала Элен. – Я уже где-то слышала об этой конторе. Насколько я знаю, её услугами пользуются многие состоятельные англичане, – заметила она.

– Всё верно, – кивнул инспектор. – Мистер Хед был юристом мистера Мортона, а также являлся его доверенным лицом по многим делам. Я звонил ему и поставил в известность о смерти клиента.

– Он удивился? – спросила Элен.

– Был просто в шоке. Я пытался расспросить его о подробностях его работы с мистером Мортоном, но он отказался говорить о таких вещах по телефону. Он согласился побеседовать с нами только при личной встрече. Он уже выехал из своего офиса в Лондоне, прибудет в Хейнвулл ближе к вечеру.

– Типичное решение для таких деликатных ситуаций, – заметила Элен, кивнув.

– Тем не менее, мне удалось вытянуть из него кое-что и по телефону.

– Что же он вам сказал?

– На мой вопрос, не изменял ли мистер Мортон недавно своё завещание, мистер Хед нехотя сообщил, что его клиент довольно-таки редко менял его условия, порой внося лишь незначительные изменения. По его словам, последнее засвидетельствованное изменение датируется тремя месяцами назад.

Инспектор сделал небольшую паузу, словно обдумывая, как лучше следует преподнести следующую часть информации.

– Однако, слегка поколебавшись, мистер Хед сказал ещё кое-что. Он не вдавался в детали, но сказал, что несколько дней назад мистер Мортон попросил его внести новое изменение в завещание. Причём, как выразился юрист, требуемая правка показалась ему весьма необычной.

– Весьма необычной? – переспросила Элен.

– Да, но это ещё не всё. Дело в том, что из-за большой занятости новый экземпляр так и не был готов к подписанию до смерти мистера Мортона.

Элен задумалась.

– Значит, на данный момент действительным остаётся то завещание, что было подписано и заверено три месяца назад?

– Если слова юриста достоверно отражают действительность, другого варианта я не вижу, – не без доли скептицизма произнес инспектор.

– Интересно, что бы это могло быть за изменение? – вслух размышляла Элен. – Знаете, убийства обычно совершаются по одной из двух причин: дабы намеренно изменить существующий уклад действительности, либо чтобы предотвратить грядущее изменение. Выходит, мы имеем дело со вторым сценарием…

– Хотите сказать, кто-то был недоволен маячившим впереди изменением завещания? Подходит для мотива.

– Говорить ещё рано, – заметила Элен. – Но осмелюсь заметить, к контурам возможного мотива, этот кусочек пазла, похоже, подходит.

– К контурам мотива?

– Да. Я была уверена, что убийца уже был на борту, когда мистер Мортон вышел в порт. Это, в свою очередь, ясно даёт понять, что они знали друг друга и это была намеченная встреча. А кого мистер Мортон мог знать лучше, чем тех, кто был у него в завещании? Теперь я должна спросить у себя: могло ли новое завещание разозлить кого-то настолько, что он решился на убийство, лишь бы только не дать мистеру Мортону оставить подпись на документе? Из этого вопроса следует ещё один. Какой же? – спросила Элен, смотря в окно.

Инспектор Коллинз не понял, к нему ли она обратилась, поэтому спросил нерешительно:

– Каков был объём ценностей, подлежавших разделению после смерти мистера Мортона? Иными словами, кто получил бы больше?

– Не думаю, что это верный вопрос, – помотала головой Элен. – Вспоминая резные деревянные панели и фарфоровые чашечки на серебряном подносе, что мы видели на новенькой моторной яхте, не сомневаюсь, что мистер Мортон был человеком весьма небедным, – снисходительно заметила она. – Уверена, каждый фигурант завещания получил бы приличное наследство. Вопрос следующий: как кто-то из тех, кто фигурировал в завещании, мог узнать об изменениях?

Элен вновь уставилась в имена в блокноте.

– Ну, а теперь расскажите мне обо всех, кого вам удалось найти.

– Что ж, – начал инспектор, – мистер Мортон жил на юго-западе города в своём особняке «Рейвенвуд Холл». Во-первых, он держал прислугу – трёх человек. Это один приходящий работник: садовник Герберт Флетчер, а также двое, живших в доме на постоянной основе: экономка Элизабет Ишем и горничная Мэри Харт. Именно она звонила в порт сегодня утром. Сейчас она в доме мистера Мортона и готова нас принять.

– Что же касается двух других?

– Их адреса записаны в блокноте. Мистер Флетчер в городе. Миссис Ишем же нет. Мисс Харт дала нам её телефон. Прошлым вечером миссис Ишем уехала в другой город навестить больную сестру. Она до сих пор у неё, и, видимо, не причастна к случившемуся. Она собиралась вернуться сегодня вечером, но я попросил её приехать более ранним поездом.

– А что насчёт родственников и знакомых? – Элен внимательно смотрела на инспектора.

– Есть несколько, – живо последовал ответ. – У мистера Мортона была жена – Маргарет Мортон, в прошлом леди Маргарет Гауэр. Что интересно, в доме, которым владеет мистер Мортон, миссис Мортон, похоже, не проживает. Недавно она уведомила почтовую службу о новом адресе.

Элен кивнула.

– Далее, – мистер Коллинз зашелестел блокнотом, – у мистера Мортона есть двое сыновей. Старший – Чарльз и младший – Ричард.

– Чарльз… Мортон… – то ли спросила, то ли с трепетом проговорила Элен.

– Я подозреваю, что это тот самый Чарльз Мортон, которого мы ищем, – охотно отозвался инспектор.

– Ищете?

– Мы не смогли с ним связаться. Никто из родственников мистера Мортона не знает, где он может быть. Мы звонили в его дом, но трубку никто не поднял. Я связался с соседями, и они сказали, что не видели мистера Мортона с середины вчерашнего дня. Вполне возможно, он где-то скрывается. Подозрительно, не так ли?

– Да, это… наводит на определённые мысли, – задумчиво сказала Элен.

– Что ещё немаловажно, – продолжил инспектор, – серийный номер найденного на месте преступления револьвера и его характеристики полностью совпадают с револьвером, зарегистрированным на Чарльза Мортона. Безо всякого сомнения, револьвер принадлежал ему.

– Хм… А что с остальными?

– Лорейн Уайтхолл – племянница. Конечно, раньше она носила фамилию «Мортон», пока в июле этого года, совсем недавно, как видите, не вышла замуж за Уильяма Уайтхолла и не уехала с ним в Нью-Йорк. Правда, вот уже как неделю они находятся в Англии. Сперва они были в Лондоне, а с недавнего времени живут здесь, в одном из отелей Хейнвулла.

– Что они здесь делают? – поинтересовалась Элен.

– Так или иначе, этот вопрос будет им задан, – с присущей краткостью отозвался инспектор. – На этом с родственниками всё, но в городе также проживает и близкий друг мистера Мортона – Арчибальд Хокли. Возможно, вы читали о нём где-нибудь?

– Нет, но, я так понимаю, он тоже человек небедный? – догадливо спросила Элен.

– Совершенно верно, они с Мортоном вертелись в похожих кругах, да и знают друг друга много лет. Ещё у мистера Хокли есть сын – Винсент Хокли. Мистер Мортон был ему крёстным отцом. Винсент примерно одного возраста с Чарльзом. Учитывая долгое знакомство их отцов, не отрицаю, что в детстве они могли тесно общаться.

– Кто-то ещё? – спросила Элен.

– Нет, это все, кто есть, – уверенно произнёс главный инспектор.

– Ясно, – Элен взяла у инспектора блокнот и, быстро оглядев страницу сверху вниз, посчитала в нём имена. – Итого мы имеем дело с десятью людьми. Пожалуй, первым делом стоит навестить горничную – мисс Харт. Думаю, от неё мы сможем получить немало ценных сведений о вчерашнем дне. В добавок к этому, она находится в доме мистера Мортона. Это значит, мы получим возможность сразу там всё обыскать.

Инспектор кивнул. Машина тронулась с места и свернула на дорогу.

Глава VII

Дом мистера Мортона располагался на юго-западе города на скалистых холмах, резко выступавших из воды у самого побережья. Восточнее холмов раскинулся Хейнвуллский парк, служивший для горожан одним из главных ориентиров в городе.

Припарковавшись у дороги, Элен и мистер Коллинз направились вдоль аккуратно подстриженных газонов, низких каменных и деревянных заборчиков и кустов. Они прошли через низкие распахнутые чёрные ворота, достаточно широкие, чтобы на территорию мог въехать автомобиль. На заборе висела блестящая позолоченная табличка: «Рейвенвуд Холл». Затем они подошли к просторному дому, выполненному в традиционном английском стиле.

Стены и крыша были из оранжевого кирпича, большие окна в толстых чёрных рамах были завешены белыми занавесками, а над крышей возвышались длинные дымоходы. От ворот к дому тянулась круговая подъездная гравийная дорога, обрамлявшая низкую клумбу. На небольшом отдалении по сторонам высился сарай и гараж с опущенными воротами. У фасада здания был высажен потускневший газон, усыпанный жёлтыми листьями, и поредевшие кусты, вместе с погодой только дополнявшие величественность и тяжесть высившегося впереди особняка.

Элен с инспектором поднялись к двери по ступеням. Девушка постучала в дверь. Вскоре та открылась. В проёме показалась хрупкая молодая девушка с блестящими светлыми волосами, убранными в волнистую причёску. Девушка была красива, но не подчёркивала это ни макияжем, который практически отсутствовал, ни одеждой – тёмным платьем ниже колен, белым фартуком и передником, поверх которого был надет серый свитер. На её аккуратном лице сверкали выразительные голубые глаза.

– Добрый день, – притихшим голосом поздоровалась девушка. – Как я могу вам помочь? – вежливо спросила она.

– Здравствуйте, вы мисс Мэри Харт, горничная мистера Джозефа Мортона? – осведомился инспектор.

– Да, это так, – согласилась девушка, всё ещё с интересом глядя на гостей.

– Я инспектор полиции Джеймс Коллинз. Я звонил вам сегодня утром. Мы бы хотели с вами поговорить, – сказал он.

Мисс Харт перевела взгляд на Элен.

– Я Элен О’Делл. Я вместе с инспектором, – поспешила добавить она.

– Мне кажется, я где-то слышала ваше имя, мисс, – призналась горничная, чуть нахмурившись.

– Да, подозреваю, это так. Я работаю в газете. Мы можем войти?

– О да, конечно, – горничная пропустила их внутрь.

Дом мистера Мортона был просторен и имел высокие потолки. Несмотря на устаревший внешний вид, внутри дом был декорирован довольно свежо, в набиравшем популярность минималистичном стиле. Преобладал свет, все шторы с узорчатыми рисунками были раздвинуты, стены и детали мебели украшали элементы из резного дерева и латуни, потолок был эмалирован, чёрно-белую плитку и паркет на полу накрывали красные ковры, всюду были расставлены мелкие акценты вроде столиков со свежими цветами и лампы. В глаза бросалось качество каждой вещи и разумность, с которой она была помещена в интерьер.

Мисс Харт привела Элен и инспектора в гостиную с камином и мягкой мебелью.

– Вы можете сесть здесь. Вы по поводу мистера Мортона? С ним всё в порядке? – обеспокоено спросила она. – Мне звонила миссис Ишем. Она сказала, вы тоже желали её видеть.

– Вам лучше присесть, – осторожно произнёс инспектор Коллинз.

Горничная нерешительно опустилась на ближайший стул. В глазах девушки читалось немое волнение.

– Так… Что случилось? – повторила она.

Мистер Коллинз и Элен переглянулись.

– Мистера Мортона убили, мисс Харт, – сказала Элен. – Его тело обнаружили сегодня утром на борту яхты.

Прикрыв рот ладонью, мисс Харт склонилась вперёд, опустив голову и отстранённо уставившись в пол. Её дыхание стало прерывистым.

– О боже… – только сказала она. – Как… как такое возможно?

– Мы от всей души вам сожалеем, – медленно произнёс инспектор.

– Это просто ужасно, – в смятении проговорила девушка. – Может, это был несчастный случай? – с неясным страхом в голосе предположила она.

– Нет, это было убийство, – стойко сказала Элен. – Его застрелили…

– Простите, – горничная резко поднялась и, пытаясь сохранить самообладание, отвернулась и подошла к окну. В её глазах блестели слёзы.

Мистер Коллинз хотел было ещё что-то сказать, однако Элен остановила его, помотав головой. Немного успокоившись, Мэри Харт нетвёрдой походкой вернулась к своему месту и вновь села.

– Прошу меня простить… – виноватым тоном сказала она. – Я… кажется, я была слишком эмоциональна…

– Всё в порядке, мисс, – успокоил её главный инспектор.

– Вы знаете, кто это сделал? – спросила мисс Харт испуганно.

– Пока нет, – ответила Элен. – Но мы считаем своим долгом это узнать. Я могу понять, что вы чувствуете, но нам придётся задать вам несколько вопросов. Ваши показания могут нам очень помочь.

– Конечно, мисс, я понимаю, – кивнула горничная. – Я думаю, я должна попробовать…

– Хорошо, – сказал инспектор, доставая блокнот. – Как долго вы работали на мистера Мортона?

– С середины июля этого года. Выходит, уже около трёх месяцев.

– А как мистер Мортон на вас вышел?

– Это было в конце июня. Я как раз недавно покинула прежнего хозяина и искала новую работу. Когда мистеру Мортону потребовалась новая горничная на место старой, он дал объявление в газету.

– Почему вы покинули старого хозяина? – спросил инспектор.

– Он переехал в Канаду и больше не нуждался в моих услугах.

– А что случилось со старой горничной? – осведомился мистер Коллинз.

Мисс Харт в сомнении пожала плечами.

– Если честно, я не знаю, сэр. Мне просто сказали, что мистеру Мортону потребуется новый работник.

– Благодарю, – кивнул инспектор. – Расскажите подробнее, что входило в ваши обязанности?

– Ничего из ряда вон выходящего. Я убирала комнаты, мыла посуду, разбиралась с бумагами мистера Мортона: ровно их раскладывала, сортировала, иногда относила и забирала почту. Готовка еды и прочие бытовые заботы по дому лежали на миссис Ишем.

– У мистера Мортона также был садовник, верно?

– Да, сэр, мистер Флетчер. Он приходящий сотрудник.

– Как часто он здесь бывает?

– Мистер Флетчер приходит раз в два-три дня, чтобы ухаживать за растениями в саду. Летом он бывал здесь чаще.

– Понятно. Тогда давайте перейдём к событиям последних дней. Вам известно, что несколько дней назад мистер Мортон писал своему юристу с просьбой изменить завещание?

На лице девушки отразилось удивление. Однако и Элен, и мистер Коллинз заметили, что горничная скорее не столько была изумлена, сколько что-то осознала. Она будто подтвердила какую-то догадку у себя в голове.

– Изменение завещания? Нет, я не знала об этом, – сказала она наконец. – Но, мне кажется, я помню, что мистер Мортон писал письмо своему юристу. На прошлой неделе я относила письма и случайно заметила адрес на конверте: «Флит-стрит». Мне не следовало смотреть, но я правда не намеревалась этого делать… – извиняющимся тоном добавила она. – Простите, я начинаю говорить слишком много, когда волнуюсь, – Она вздохнула, переводя дух. – А что мистер Мортон собирался изменить?

– Мы пока об этом не знаем, – сказал инспектор. – Но у нас есть подозрение, что изменения были серьёзными, если не сказать радикальными.

– Вы имеете в виду, что мистер Мортон хотел оставить кого-то без наследства? – неуверенно спросила горничная, нахмурившись и о чём-то тщательно раздумывая – Элен снова это заметила.

– Это вполне возможно, – сказала Элен. – Я, по-крайней мере, предполагаю, что всё было именно так, – Она сменила тему. – Мисс Харт, говоря о тех, кто мог быть под риском остаться без доли в наследстве, а именно о родственниках мистера Мортона и его друзьях, хотела бы спросить у вас, вы хорошо их знали? Может, у вас имеются подозрения, кто из них дорожил потерянными деньгами больше остальных?

Горничная колебалась.

– Мисс О’Делл, я бы с радостью рассказала вам всё, если бы знала больше, чем почти ничего, – робко сказала она. – Мистер Мортон крайне редко виделся с каждым из них, а уж о том, чтобы делиться со мной всеми своими мыслями и принятыми решениями речи и вовсе идти не могло. Имена его родных – пожалуй, то из немногого, что позволяло мне их различать…

– Крайне редко говорите? – переспросил мистер Коллинз. – А как же его жена – Маргарет Мортон? Они разве не общались?

– Да, последний месяц всё так и было, – собравшись с мыслями ответила Мэри Харт. – До этого времени они и правда жили вместе, а потом в один день миссис Мортон вдруг уехала и больше в этом доме не появлялась. Она будто исчезла.

– Вы не знаете, почему?

– Я не знаю. Не помню, чтобы в последнее время они ссорились или сильно ругались, однако накануне её отъезда мне всё больше стало казаться, что они начали относиться друг к другу холоднее.

– Что же насчёт остальных? Может, кто-то недавно навещал вашего хозяина? – спросила Элен.

Мисс Харт помялась пару секунд, а потом внезапно заговорила с необычайной пылкостью:

– На самом деле у меня есть предположение насчёт того, кто мог это сделать, мисс! Я имею в виду, совершить убийство. И я уверена, что это как-то связано с наследством мистера Мортона.

– Кто же это? – оживился инспектор.

– Младший сын мистера Мортона, сэр, Ричард Мортон, – взволнованно сказала горничная. – Он был здесь вчера днём и спорил со своим отцом, как мне показалось, насчёт завещания.

– Расскажите подробнее, – попросил мистер Коллинз, с усердием ведя запись.

– Это было вчера после обеда, – начала Мэри Харт. – Мистер Мортон был у себя в кабинете, где я убиралась, когда в доме внезапно появился Ричард. На нём лица не было. Кажется, он был ужасно зол на отца и влетел в кабинет подобно зверю. Он сказал, что недоволен условиями завещания. Мистер Мортон попросил меня выйти. Стоило мне закрыть за ними дверь, как оттуда тотчас же послышались крики. Ко мне поднялась миссис Ишем. А потом… – горничная резко замолчала. – А потом… Ричард Мортон кое-что крикнул…

– Что? – внимательно спросил мистер Коллинз.

– «Ты ещё пожалеешь об этом! Может, это буду не я, а кто-то другой, но я тебе обещаю! Ты ещё пожалеешь!», – дрожащим голосом произнесла мисс Харт. – Затем дверь распахнулась, оттуда показался он. Он вышел на лестницу и быстро направился к выходу.

– Вы видели лицо мистера Мортона? Он был недоволен?

– О да, сэр. Он был очень возмущён.

– Хорошо… – помедлил инспектор. – Теперь я попрошу вас как можно подробнее рассказать обо всём, что происходило вчера. С самого начала.

Горничная кивнула. Её тон стал проще, будто она вернулась в свою привычную стезю.

– Конечно. Утро и день ничем не отличались от обычных. Я приняла почту, а после обеда убиралась в доме. За исключением сына, мистер Мортон никого не принимал и территорию дома не покидал. Ближе к вечеру миссис Ишем уехала к сестре. Она договорилась с мистером Мортоном, что вернётся на следующий день поздно вечером. Она уже уехала, когда в доме произошла одна странность… Честно говоря, тогда я и не подумала, что это может быть… но всё же…

– В чём было дело? – спросила Элен.

– Это произошло примерно час спустя, – начала горничная, – в гостиной раздался телефонный звонок, – она оглянулась; её взгляд быстро скользнул по чёрному телефонному аппарату на книжном столике. – Я ответила и успела только сообщить, что позвонили в «Рейвенвуд Холл», как трубку бросили. Сперва я не предала этому событию особого значения, подумала, что кто-то ошибся номером, но затем случилось ещё кое-что, что заставило меня в этом усомниться.

Буквально через несколько минут телефон зазвонил вновь, только на этот раз в кабинете мистера Мортона. На звонки из его кабинета я никогда не отвечала. Я видела, как мистер Мортон вошёл в кабинет и сам поднял трубку. Насколько я могу судить по отголоскам доносившегося до меня голоса, он говорил по телефону достаточно продолжительное время. После разговора он нашёл меня и сказал, что ему необходимо кое с кем встретиться, и что он планирует выйти в пролив на своей яхте ближе к вечеру.

– Вы подозреваете, его собеседником был тот же самый человек, что и звонил на телефон в гостиной? – уточнил инспектор Коллинз.

– Я так думаю, – уверенно согласилась мисс Харт.

– А номер телефона в кабинете отличался от номера телефона, располагавшегося в гостиной? – спросила Элен.

– Да, мисс. В кабинете была проведена отдельная телефонная линия с собственным номером для деловых звонков. Телефон в гостиной же был подключён к основной линии дома.

– А кто знал номер телефона в кабинете?

– Любой человек. Он был в телефонном справочнике, – растерянно пожала плечами горничная.

– Ясно… – задумалась Элен. – А когда мистер Мортон к вам вышел, чтобы сообщить о планах, как он себя вёл? Он был встревожен или, может быть, растерян?

Мисс Харт сосредоточенно предалась воспоминаниям.

– Возможно, мисс… Он был очень напряжён, словно его сильно что-то беспокоило. Я бы даже сказала, что он был чем-то напуган. В тот момент меня посетило странное предчувствие, но я не предала ему особого значения… Мистер Мортон всегда сохранял самообладание, был сдержан. Должно было случиться что-то очень серьёзное, что вывело бы его из равновесия.

– Он часто выходил на своей яхте в пролив? – продолжила Элен.

Мэри Харт кивнула.

– Иногда, мисс, однако он никогда не делал этого так поздно и так спонтанно. Обычно он предупреждал меня о своих планах за пару дней.

– Понятно, – сосредоточенно сказал инспектор. – Мистер Мортон рассказывал вам о своих намерениях подробнее? Он говорил, когда собирается вернуться с этой встречи?

– Он был очень немногословен. Он сказал, что вернётся около одиннадцати часов и посоветовал мне лечь спать, не утруждая себя ожиданием его возвращения. Незадолго до восьми вечера мистер Мортон собрался и ушёл. Я проводила его до автомобиля и попрощалась с ним, – голос девушки слегка дрогнул.

– Что за автомобиль у него был?

– У него было два автомобиля: «Роллс-Ройс» и «Алвис». Если мне не изменяет память, прошлым вечером он уехал на «Роллс-Ройсе».

– Он брал с собой какие-нибудь вещи?

– Ничего крупного. По крайней мере, я не заметила. Но такие вещи, как бумажник или часы, думаю, были при нём.

– Ясно, что было после? – спросила Элен.

– Через час или полтора после того, как мистер Мортон ушёл, я выключила свет во всём доме, закрыла окна и двери и легла спать. На утро я к своему удивлению обнаружила, что мистера Мортона нет дома. Я сразу постаралась найти этому объяснение. Помню, я предположила, что он мог снять номер в отеле и переночевать там. Однако где-то спустя час, когда была уже примерно половина десятого, а мистер Мортон так и не дал о себе знать, я засомневалась и решила на всякий случай позвонить в порт, где обычно стояла его яхта, чтобы уточнить, во сколько он вчера вернулся.

Номер телефона порта мистер Мортон дал мне на всякий случай ещё давно. Смотритель сказал, что его яхта до сих пор не появилась в порту. Тут уж я решила не медлить. Мистер Мортон всегда чётко придерживался расписания и обговоренного времени. Такая задержка была просто не в его духе. Я набрала номер полиции и обо всём рассказала. Где-то через два часа мне позвонили вы, сэр… – обратилась горничная к инспектору, – О господи, мне очень жаль, что это произошло… – Мэри Харт опечалено склонила голову. – Казалось, утром всё было как и всегда. А вот теперь я больше никогда не увижу этого человека.

– Вы нам очень помогли, мисс Харт, – подбодрила её Элен. – Теперь вы не возражаете, если мы осмотрим кабинет мистера Мортона? Там могут быть важные улики.

– Как вам будет угодно, мисс, – тихо сказала мисс Харт.

– Когда вы, говорите, убирались там в последний раз?

– Вчера после обеда.

– Отлично, тогда проведите нас до кабинета. Мы всё осмотрим и вернёмся к вам.

Горничная послушно поднялась с места и повела Элен и мистера Коллинза по дому.

Глава VIII

Все вернулись в просторный холл и поднялись по широкой лестнице. Мэри Харт остановилась у первой двери и, отворив её, пропустила гостей внутрь. Большой кабинет мистера Мортона с высокими окнами предстал перед ними в чистоте и порядке. Каждый предмет этой роскошной комнаты, кажется, соответствовал предназначенному ему месту.

Стены кабинета, на которые крепились жёлтые бра, были отделаны деревом и оклеены обоями глубокого зелёного цвета с тёмно-призмариновыми узорами. Вдоль стен красовались массивные шкафы с книгами и разным антиквариатом на полках, стояли комоды и столики со светильниками. Рядом со входом высилась подставка для зонтиков и тростей с одной стороны и витрина для табака с другой. Мебель в комнате была исключительно резной, обитой тканью. Строгая стеклянная люстра с ввитыми в неё металлическими прутьями, свисала с потолка, а на паркете лежали богато украшенные персидские ковры.

На стене слева от входа расположился большой мраморный камин с золотой решёткой, перед которым стояли два удобных кресла. У окон с раздвинутыми шторами, через которые в кабинет проникал тусклый серый свет осеннего солнца, располагался большой письменный стол с выдвижными ящиками и высоким креслом. Напротив же стояло два низких стула с подушками, будто слуги, склонившиеся перед лицом вожака.

– Пожалуйста, будьте так любезны подождать нас за дверью, – обратилась Элен к мисс Харт.

Кивнув, горничная вышла. Элен прикрыла за ней дверь и повернулась к инспектору.

– Осмотрите книжные шкафы, столики, камин и всё остальное, что стоит у стен, а я займусь столом.

Девушка осторожно, словно боясь ненароком нарушить царившую в этом месте идиллию, подошла к столу. На нём, будто экзотическое зелёное животное в серебристо-чёрном боевом окрасе, стояла печатная машинка с заправленным в неё пустым листом. Рядом с ней лежала пачка именной бумаги. Напротив стояла золотистая лампа на тонкой ножке с широким стеклянным зелёным абажуром. На столе также были баночка чернил, перьевая ручка, пепельница, телефон на подставке, по виду гораздо более дорогой, чем в гостиной, валялся тонкий нож для бумаг, а также визитница.

Ради интереса Элен взяла её и принялась перелистывать карточки. Больница, прачечная, юрист, городской порт, гольф-клуб, отель и…

– Детективное агентство? – от удивления вслух сказала Элен.

– Что? – переспросил у неё инспектор Коллинз, основавшись от своего занятия и оборачиваясь к ней.

– У мистера Мортона есть визитка детективного агентства, – пояснила Элен. – Причём, судя по её близкому расположению к началу, вставили её не так уж и давно. Интересно, зачем она понадобилась мистеру Мортону?

– Может, мисс Харт что-то об этом знает? – предположил инспектор.

– Сомневаюсь. На месте мистера Мортона я бы таким не делилась. Но я спрошу у неё на всякий случай.

– А не проще ли позвонить по номеру? Как бы это ни звучало, но мистер Мортон мёртв. Какая им уже разница?

– Это бессмысленно, нам там ничего не скажут, – отрезала Элен. – «Сохранять все дела клиента в секрете» – девиз всех частных детективов. Агентства дорожат собственной репутацией, и как бы ни была чиста наша, не думаю, что они станут рисковать, пусть даже и для полиции. Представьте мысли нынешних и потенциальных клиентов. Умер мистер Мортон или нет – разницы никакой. Важен будет сам факт, что его тайны стали известны. Нет-нет, столь опрометчиво они не поступят. Я взгляну на документы. Возможно, в них найдётся что-нибудь интересное.

Элен отодвинула кресло и поочерёдно стала выдвигать ящики стола. Среди принадлежностей для письма, мелких безделушек и документов в ящике лежала толстая стопка вскрытых писем. Элен принялась их изучать.

– Нашли что-нибудь? – спросил инспектор.

– Ни намёка на детективное агентство, – покачала головой Элен.

– Значит, он мог так и не воспользоваться их услугами.

– Ну или тщательно это скрывать, – сказала Элен, доставая из кучи писем одно и с интересом изучая его.

– Что там? – спросил инспектор, подходя ближе к столу.

– Письмо от мистера Хеда, получено в прошлую пятницу.

Элен развернула лист бумаги и пробежалась по строчкам, вслух озвучивая некоторые фразы:

– «…Уважаемый мистер Мортон… Мы получили Ваше обращение… Благодарим Вас за то, что… К сожалению, вынуждены будем сообщить Вам, что мистер Хед занят большим количеством работы и в данный момент не может приступить к составлению нового завещания…» – Элен сделала акцент на данной фразе. – «Однако мы обещаем, что ближе к середине следующей недели экземпляр будет готов к внесению Ваших правок… Надеемся на Ваше понимание…» Интересно, – заметила она.

– Получается… – начал инспектор.

– Как мы и предполагали ранее. Новое завещание не было готово, чем убийца и мог воспользоваться. А если учесть ещё и тот факт, что мистер Мортон, возможно, знал своего убийцу, вероятность этой версии значительно возрастает. В таком случае, у преступника было чуть меньше недели… Вы нашли что-нибудь?

– Ничего значительного. Разве что каминная утварь испачкана пеплом. Это показалось мне немного странным…

– Что за утварь? – спросила Элен.

– Кочерга, – поспешил ответить инспектор. – На её кончике пепел. Я счёл это необычным, ведь кабинет, судя по всему, недавно убирали. Всё здесь буквально сияет.

– Выходит, кто-то зажигал камин, – установила Элен.

Она нагнулась и заглянула в мусорную корзину под столом.

– Причём было это после того, как мисс Харт навела тут порядок вчера после обеда. Корзина для мусора пуста. Её опустошили, и она так и осталась пустой.

Элен подошла к камину и поднесла руку к горке серого пепла в нём. Теплом от него не веяло, значит, погашен огонь был вот уже как несколько часов. Взяв чугунную лопатку из набора каминной утвари, Элен принялась рыться ею в пепле. До определённого момента её действия не давали результата, пока она не обнаружила среди золы крохотный обугленный по краям белый кусочек бумаги. Осторожно достав его, Элен прочитала сохранившиеся на нём слова:

– «Ваш Д. Мортон». Это похоже на прощание в письме, – сказала она, глядя на клочок.

– Д. Мортон… Это Джозеф Мортон? – спросил мистер Коллинз. – Выходит, он вёл с кем-то переписку?

– Возможно, – повторила Элен. – Если так, то эту переписку явно нельзя назвать заурядной. Похоже, вчера вечером письма пришлось сжечь. Камин ведь наверняка также чистили после обеда. Может, мистер Мортон не хотел, чтобы письма нашли?

– Откуда ему тогда вообще было знать, что его кабинет будут обыскивать? – возразил инспектор.

– Да, это очень странно, – согласилась Элен. – И кстати, почему текст на клочке выглядит как окончание письма, которое отсылается от имени «Д. Мортон», а не получается? Интересно, было ли оно возвращено его получателем?

Элен передала кусочек бумаги инспектору.

– Это нужно сохранить. А пока закончим осмотр.

Элен вернулась к столу и осмотрела пишущую машинку. За ней последовали остальные вещи. В какой-то момент Элен подняла зелёную лампу. На том месте, где она стояла, взору открылось что-то блестящее. Это был маленький медный ключик.

– Это ещё что за загадки? – удивился мистер Коллинз. – На ключ от двери не похоже – этот слишком маленький.

– А вы не находили здесь никаких шкатулок или, скажем, книг с замком? Может, внутри них полость? Я читала, такое иногда бывает, – предположила Элен.

– Уверяю вас, ничего подобного, – усмехнулся мистер Коллинз. – Абсолютно точно. Такие, как мистер Мортон, предпочитают хранить всё самое ценное в сейфе.

– В сейфе… А сейфа вы не нашли?

Мистер Коллинз помотал головой.

Будто сомневаясь в уверенности инспектора, Элен самолично оглядела кабинет, но её взгляд ничего не зацепило.

– Ладно, с этим можно разобраться позже. Но на всякий случай ключ нужно забрать, – Элен взяла ключ. – А сейчас давайте вернемся к мисс Харт. Она, наверное, нас уже заждалась. Возможно, она что-то вспомнит.

Они вышли в коридор, где их встретила Мэри Харт.

– Вы что-нибудь нашли? – озабоченно спросила девушка.

– Да, однако нужно ещё многое выяснить, – ответила Элен. – Скажите, когда вы вчера убирались в кабинете мистера Мортона, вы чистили камин и каминную утварь?

Мисс Харт выглядела удивлённой.

– К… конечно, мисс, я всегда это делаю, – покивала она.

– А мистер Мортон мог при желании разжечь камин сам?

– Обычно он просил меня об этом, но не сомневаюсь, что при желании он смог бы сделать это самостоятельно, – пожав плечами ответила горничная.

– А вчера после уборки вы ещё заходили к нему в кабинет?

– Да, мисс, я приносила ему кофе.

– Насколько позже уборки это было?

– Точно я не вспомню, но уверена, что пара часов к тому времени уже прошла. Это было до тех двух звонков.

– Звонков… – помедлила Элен. – А камин случайно не горел?

– Нет, не думаю. Я не обратила на камин особого внимания, но если бы он горел, я, наверное, заметила бы. Однако если вы, мисс, клоните к тому, что мистер Мортон его разжигал, к тому времени, как я заходила, он уже мог его потушить. Ну или он разжигал его позже.

– Да, вы очень сообразительны, мисс Харт. И ещё один вопрос, – Элен достала из кармана медный ключик и показала его мисс Харт, – вы видели этот ключ раньше? Не знаете, что он отпирает? Вы убирались у мистера Мортона. Может, вы находили что-то, к чему он может подойти?

Горничной хватило одного взгляда на ключик чтобы тотчас ответить:

– Да, этот ключ всегда лежал у мистера Мортона под настольной лампой. Но не припомню, мисс, чтобы я видела замочные скважины, к которым он бы подошёл. Да и открыть что-то этим ключом я никогда не пыталась. Я даже никогда его не трогала…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Великая Война – распространённое название Первой мировой войны (1914-1918) в период между двумя мировыми войнами

Вернуться

2

Флит-стрит – улица в Лондоне, исторически известная как центр юридической деятельности. На ней располагались многочисленные юридические конторы, адвокатские фирмы и канцелярии.

Вернуться