Ник Винсент
Городские легенды | сборник рассказов

Лес в центре города

Токио – город, который никогда не спит. Мегаполис, где старое и новое переплетаются настолько тесно, что порой сложно отличить одно от другого. Среди блестящих небоскрёбов и бесконечных потоков людей есть уголки, хранящие в себе старые, почти забытые тайны. Один из таких уголков – парк Ёёги в районе Сибуя.

Днём этот парк кажется безобидным: зелёные дорожки, широкие аллеи и укромные места для отдыха. Но с наступлением ночи его облик меняется. Те немногие, кто решается здесь гулять после заката, утверждают, что слышат шёпоты, шаги и даже видят людей, которые бесследно исчезают среди деревьев.

Эрика Ито, 29-летняя журналистка, давно искала истории, которые могли бы шокировать её читателей. У неё был блог, где она писала о городских легендах, мистических происшествиях и исчезновениях. Несмотря на свою работу, она оставалась скептиком. "Всё это мифы", – повторяла она себе каждый раз, сталкиваясь с новым загадочным рассказом. Однако, услышав историю о "Хаяку", мистическом лесу, который будто бы существует только ночью, она почувствовала странное волнение.

Слухи об этом лесном участке возникли недавно, когда начались массовые пропажи людей в районе Ёёги. Полиция предпочитала не связывать их с мистикой, списывая всё на несчастные случаи, но некоторые утверждали, что видели исчезающих людей в глубине парка – будто бы они заходили туда и просто растворялись в тени. Эрика не могла проигнорировать этот феномен.

Она начала своё расследование с интервью с местными жителями, которые неохотно делились своими историями. Одна старушка, жившая неподалёку от парка, вспоминала: "Много лет назад здесь случались странные вещи. Мой муж однажды отправился на вечернюю прогулку и не вернулся. Я ждала его всю ночь, но полиция так и не нашла его тело. А потом начали пропадать другие. Говорят, это место проклято, но никто не верит, пока сам не столкнётся с этим".

Эрика решила провести ночь в парке. Она тщательно подготовилась: взяла с собой диктофон, камеру, фонарик и ноутбук. Вечером, перед выходом, она оставила координаты своего местоположения своим коллегам, на случай, если что-то пойдёт не так. Она чувствовала лёгкую нервозность, но не позволяла страху взять верх.

Парк Ёёги был безмолвным, как будто сам город, со всеми его шумами и движением, оставался за пределами этой зоны. Эрика шла по знакомым тропам, но чем глубже она погружалась в чащу, тем более ей казалось, что окружающее пространство меняется. Деревья становились выше и гуще, воздух холодел, а тени от фонарика вытягивались в причудливые формы.

Около полуночи начало моросить. Капли дождя стучали по листьям, создавая ритмичный, почти гипнотический шум. В этот момент Эрика остановилась и включила диктофон. Она говорила ровным голосом, стараясь не показать своего волнения: "Пока всё выглядит обычным. Лес, тишина, дождь. Но есть что-то в этом месте… что-то, что заставляет меня чувствовать себя на чужой территории". Она прищурилась, глядя вперёд, вглубь леса, и вдруг заметила едва различимый силуэт.

Это было нечто, похожее на фигуру человека, стоявшего на расстоянии. В свете фонаря фигура казалась неподвижной, но Эрика ощущала странную вибрацию в воздухе. Она шагнула ближе, сердце забилось сильнее, когда она осознала, что перед ней стоит женщина. Её одежда была вымокшей, волосы спадали на лицо, но что-то в её позе казалось неестественным.

Эрика остановилась и медленно подняла камеру. В тот момент женщина обернулась. Её лицо было невозможно рассмотреть чётко – как будто черты сливались, размывались в воздухе, словно она была здесь и не здесь одновременно. В этот миг у Эрики дрогнули колени, и холод пробежал по спине. Камера выскользнула из рук и упала на землю.

Женщина сделала шаг к ней, но её движение было искажённым, будто она не шла, а словно медленно протекала сквозь воздух. Страх нарастал в груди, но Эрика, собрав всю свою волю, шагнула назад, пытаясь нащупать фонарик. Свет внезапно погас.

Её окружила тишина. Шёпоты, доносящиеся из тёмных углов, становились всё громче. Эрика слышала голоса, но не могла разобрать слов. Это были не просто шёпоты – это были призывы, зовущие её внутрь, вглубь леса. Она почувствовала давление в груди, как будто лес сам сжимался вокруг неё, не давая ей двигаться.

Пытаясь побороть панику, она вдруг осознала, что стоит посреди пустого пространства. Женщина исчезла, как и тени вокруг неё. Остался лишь шёпот, и он становился всё громче. Не было сил ни двигаться, ни говорить. Казалось, что реальность, привычная и понятная, растворяется вместе с лесом, и она остаётся одна, один на один с этим холодным, недоброжелательным пространством.

Когда Эрика, наконец, нащупала камеру и подняла её, лес был пуст. Никаких силуэтов, никаких голосов. Она судорожно перевела дыхание, осознавая, что стояла на том же месте, откуда начала свой путь. Парк Ёёги снова был обычным, тихим и пустынным, как будто ничего не произошло.

Позже, просматривая записи, она увидела нечто странное: на кадрах, снятых в парке, на заднем плане виднелись расплывчатые тени людей. Но это были не прохожие – их лица, неестественно искажённые, будто исчезали прямо на глазах.

Эта ночь изменила Эрику навсегда. Она больше не могла вернуться к обычной жизни, осознавая, что в самом сердце Токио скрывается место, где грань между реальностью и чем-то неведомым почти незаметна.

Легенда о Пороховой башне

Прага – город мистики и легенд. Её узкие улочки, мосты и готические здания создают ощущение, что время здесь течёт иначе. Среди множества архитектурных памятников особое место занимает Пороховая башня – средневековая крепостная постройка, соединяющая Старый город с Новым. Днём сюда стекаются туристы, любуясь её мощными стенами, но ночью… ночью башня словно оживает, и её мрачная слава даёт о себе знать.

История Пороховой башни насчитывает века. В XV веке, во время строительства, главный архитектор башни Иоганн Мюллер погиб при загадочных обстоятельствах. Говорили, что его смерть была не случайной: он был перфекционистом, доводившим каждый элемент своей работы до идеала, и требовал от своих подчинённых того же. Но однажды он загадочно исчез, оставив позади только недостроенные стены башни. Легенда гласит, что его тело так и не нашли, но многие верят, что его дух остался пленённым в этих камнях.

После его исчезновения начали происходить странные события. Рабочие слышали шёпоты, неясные голоса, доносящиеся из пустых коридоров. По ночам мимо башни доносились глухие шаги, хотя внутри не было ни души. Со временем это место стало приобретать дурную славу, а его мистика только усилилась с годами. Местные избегали приближаться к башне по вечерам, боясь стать жертвами того, что скрывалось в её стенах.

Всё это заинтересовало Марека Новака, 32-летнего историка, который всю жизнь посвятил изучению тайных историй Праги. Прага, по его мнению, была не просто городом, а настоящим театром для мистики и суеверий, и он стремился понять, где правда, а где вымысел. Много лет Марек собирал истории о Пороховой башне, но считал их не более чем городскими мифами, удобными для туристов. Он верил в рациональные объяснения и решил сам провести ночь в башне, чтобы развеять все сомнения.

Поздним осенним вечером Марек отправился к башне. День был серым, небо заволокло облаками, и из-за этого на улицах было заметно меньше людей. Он подготовил всё необходимое: камеры, диктофоны, фонарь и блокнот. Он не испытывал страха, скорее был настроен скептически. Но что-то внутри всё-таки беспокоило его, как будто сам город предупреждал его о предстоящем.

Он вошёл внутрь через старинную дверь, которая скрипнула с глухим эхом. Внутри башни было прохладно и сыро, воздух тяжёлый и затхлый, как в заброшенной пещере. Стены были покрыты мхом, а свет от фонаря едва пробивался через густую тьму. Марек направился вверх по узким винтовым ступеням, ведущим на верхний уровень, где некогда хранились запасы пороха.

Когда он достиг верхнего этажа, его фонарь неожиданно замигал. Он осмотрелся – вокруг не было ничего необычного, только старые каменные стены, окна, ведущие в пустоту ночного города. Но что-то в этой тишине показалось ему неправильным. Он установил камеры в углах помещения и включил диктофон, чтобы записывать всё, что могло бы произойти. "Итак, – пробормотал он в диктофон, – здесь ничего нет. Только старые легенды и влажные камни".

Но как только он произнёс это, в тишине раздался едва слышный шорох. Марек обернулся. Сначала он подумал, что это мог быть звук от его собственных шагов, но затем шорох повторился, более отчётливо. Он подошёл к одному из окон и всмотрелся в темноту улиц. Ничего, кроме тихого ночного города.

Внезапно, как из ниоткуда, раздался громкий звон. Звук колокола эхом разнёсся по башне, хотя колоколов здесь не было уже много лет. Марек застыл. Он включил камеру и направил её на лестницу, ведущую вниз. Звук шагов – тихий, но чёткий – поднимался снизу. Это не были его шаги.

"Кто здесь?" – громко спросил он, но ответа не последовало. Шаги приближались. Его сердце учащённо забилось, но он старался сохранить контроль. "Это всего лишь игра звука, – убеждал он себя. – Стены башни делают эхо обманчивым".

Но затем он увидел. Фигура, расплывчатая и неясная, поднялась по лестнице. Она была одета в старинный плащ, лицо скрывала тень. Марек замер. Фигура двигалась медленно, но уверенно, не издавая звуков. Он шагнул назад, чувствуя, как холод проникает под его кожу. Лицо призрака начало становиться более чётким, и Марек осознал, что смотрит в глаза самому Иоганну Мюллеру.

"Ты не должен был сюда приходить", – голос, глухой и скрипучий, словно шёл из самой глубины башни. Марек пытался отступить, но ноги словно приросли к полу. Призрак архитектора шагнул ближе, и его глаза стали чёрными, как сама ночь за окном.

Марек пытался кричать, но звук застрял у него в горле. В этот момент камеры, установленные в углах, начали записывать непонятные шумы – голоса, шёпоты и тихие призывы, которых Марек не слышал. Его сознание стало угасать. Последнее, что он видел, прежде чем потерять сознание, был холодный мраморный взгляд призрака, который медленно растаял в воздухе.

Марека нашли утром. Он лежал на холодном каменном полу башни, без сознания, но живой. Никто не мог объяснить, как он оказался в таком состоянии. Он ничего не помнил о том, что случилось ночью. Лишь странные звуки на записях его камер напоминали о той ночи: тихие шаги, шёпоты и звон колокола, который не мог прозвенеть в башне без колоколов.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.