Елена Эйхен
Танцующая среди льдов

Глава 1

Пролог

Снегопад не утихал с самого утра. Небо плотно заволокли тучи, а ветер норовил пробраться под ворот моего тонкого пальто. Как же я ненавижу холод! Вместо того чтобы уже сегодня греться под южным солнцем, я застряла в этой мрачной академии. И зачем я только здесь понадобилась?

Ночью меня мучили тревожные сны – неудивительно, ведь здесь за каждым поворотом могут таиться опасности. Проснувшись с чувством тяжести в груди, я сразу побежала на станцию. Продираясь сквозь сугробы, добралась до края горы, спустилась в долину на скрипучем лифте и снова попала в снег. Я обогнула замерзшее озеро и, наконец, добралась. Шагнув на перрон, насторожилась. Гул усиливался, пока из полумрака тоннеля не показался облезлый тепловоз. Птицы испуганно взметнулись в темное небо, оставив меня одну.

Шипя, состав затормозил, ударив в нос запахом масла и топлива. Горькая смесь мороза, страха и раскаленного металла оставила мерзкий привкус во рту. Не отрывая взгляда от вагонов, я сунула руку под пальто и попыталась отлепить от кожи взмокшую футболку, но она тут же прилипла обратно. Двери заскрежетали. Секунды тикали в унисон с сердцебиением, но перрон все еще оставался пуст. До тех пор, пока…

Дорожная сумка вылетела из вагона, с шумом пробороздила замерзший асфальт и замерла у плотного, как бетонное ограждение, сугроба. И вдруг появился он – тот, кого я боялась увидеть больше всего.

Ветер рванул, и он придержал темные волосы голой рукой – никогда не любил беспорядка и перчаток. Половину лица он спрятал под шарфом, который его мать связала ему на день рождения в тот год, когда погибли мои родители. Шарф серый, как мое пальто, и пушистый, как шапка старшенького. Его мать говорила, что братья и сестры должны быть похожи и если не внешне, то хотя бы в одежде. А потом она отвезла меня в приют.

Почему он здесь? Страх смешался с любопытством. Все, от чего я так долго бежала, о чем не хотела вспоминать и боялась забыть, предстало передо мной в эту минуту. Лучший поисковик клана. Гордость семьи. Дэн непременно меня узнает – ненавистную Адалин, виновницу смерти его отца. Он способен раскрыть все мои тайны. И тогда…

Тепловоз тронулся, медленно утягивая обветшалые вагоны, и пустые темные окна замелькали, словно мрачные узоры в калейдоскопе. Дэн осмотрелся. Он меня еще не заметил, и я наслаждалась последними мгновениями иллюзорной безопасности. Колкий взгляд синих глаз скользнул по заснеженным горам, деревянному зданию станции с выбитыми стеклами – всему, что казалось реальным в этой маленькой, вечно холодной долине, недоступной взгляду обычного человека. Дальше – дверь, ведущая в зал ожидания, и… я. Все. Попалась.

Я молча слушала, как в голове насмехалась кукушка: раз, два, три… Сколько мне осталось?

Глава 1

Последний день. Я бездумно водила пальцем по гладкой поверхности стола, наблюдая, как солнечные лучи, пробиваясь сквозь огромные окна аудитории, играли с пылинками в воздухе. Преподаватель что-то говорил, но я уже давно перестала его слушать. Все, что происходило здесь, казалось далеким и ненужным – курсы низшей магии для потомков смешанных кланов подходили к концу.

С завтрашнего дня начнется новая жизнь – та, к которой меня готовили все эти годы. Работа в южных землях. Как и всем нам, смешанным, мне предстояло отправиться в ссылку. Мы были слишком слабыми для того, чтобы продолжить учебу, но достаточно способными, чтобы выполнять грязную работу, от которой настоящие маги отказывались. Правда, так думал кто угодно, но только не я.

Чей-то кашель вырвал меня из размышлений. Я взглянула в окно и задумалась: каково это – жить там, где тепло круглый год, где не опадают желтые листья, и никогда не идет снег? Наверное, здорово. И одежды много не надо. Южные земли казались мне чем-то нереальным, почти мифическим. Там меня, наконец, оставят в покое, и я смогу зажить так, как только возможно для таких, как я. И, может быть, мне даже больше не придется скрывать свои истинные способности так тщательно.

Лекция подходила к концу. Преподаватель, бормоча что-то о правилах использования низшей магии на южных территориях, начал собирать материалы со стола. Шум в аудитории усиливался – кто-то уже поднимался и собирался уйти. Я шумно выдохнула. Вот и все. Конец одной главы моей жизни и начало новой.

Дверь с шумом распахнулась, и я вздрогнула. В аудиторию влетела секретарша с перекошенным от волнения лицом. Она тяжело дышала и держалась за сердце. Глаза ее сияли то ли от страха, то ли от радости.

– Внимание! – Ее голос эхом отразился от каменных стен. – Указ нашего нового правителя! С сегодняшнего дня молодые люди из смешанных семей обязаны учиться в Академиях. – Она перевела дыхание и добавила громче: – Все, без исключения!

Я резко выпрямилась, ощущая, как по спине пробежал холодок. Мысли хаотично метались в голове. Учиться в Академиях? Это не могло быть правдой. Мы, смешанные, никогда там не учились. Вот уже несколько десятилетий, как нас не допускают дальше курсов низшей магии. А после наше место – на низших работах, вдалеке от магического сообщества. Но она продолжала говорить:

– Наш правитель считает, что мир магов должен двигаться в сторону гуманизма и давать шанс любому. Даже таким, как вы – кто не обладает одной полностью развитой способностью.

В аудитории повисла тишина. Тем временем, секретарша осмотрела всех торжествующим взглядом и, будто добивая, снова заговорила:

– Все студенты должны явиться в деканат сразу после занятий. Вам выдадут папки с информацией о том, в какую Академию вы направляетесь, и что вас ждет впереди.

Я словно окаменела. Моя тщательно продуманная жизнь рассыпалась на глазах. Свобода, которая еще мгновение назад казалась такой близкой, вырвалась и улетела прочь как птица. А чувство безопасности, к которому я так стремилась, разбилось вдребезги.

Очередь тянулась от деканата до самой лестницы, но такой притихшей толпы студентов я никогда раньше не видела. Все ожидали приговора, пытаясь угадать свое будущее.

– Что, если нас отправят в разные Академии? – Мелисса посмотрела на меня, и в ее глазах ясно отражалась тревога.

Сколько я себя помню, она всегда была рядом. Сначала в приюте, потом на курсах. Мы даже жили в одной комнате, вместе проводили выходные и каникулы – ведь ни ей, ни мне некуда было пойти.

– Я не хочу об этом думать, – выдохнула я, стараясь не смотреть ей в глаза. – Мы должны были вместе ехать на юг. Мы столько планировали…

– Но ведь нас могут разлучить. – Ее голос дрожал. Она опустила голову.

Я посмотрела на Мелиссу, и сердце сжалось. Я не знаю, кому из нас в жизни больше повезло. Как и у всех смешанных, ее родители – выходцы из разных кланов. Их любовь вспыхнула ярко, но вскоре угасла под давлением непреодолимых преград. Отец уехал, а мать, полная сомнений, решила, что для Мелиссы будет лучше в приюте. Странное решение! Мелисса росла там, не зная тепла настоящей семьи.

Мои родители искренне любили меня и друг друга. Мама, которая родилась в клане Хранителей, и отец, из клана Поисковиков, поженились несмотря на все трудности. Они хотели доказать, что дети из смешанных семей ничем не хуже остальных. Но, к сожалению, их жизнь оказалась слишком короткой. Они погибли, убитые монстрами из параллельной реальности, оставив меня сиротой.

Мелисса первой вошла в деканат, и дверь за ней тихо закрылась. Я стояла, скрестив пальцы, и повторяла про себя как мантру: «Пожалуйста! Пожалуйста! Пожалуйста!» Прошло несколько томительных минут, прежде чем она вернулась. В ее взгляде читалось разочарование. Ее отправляли в Академию в городе, где жил ее отец. Оказалось, что теперь он работал там преподавателем. Мелисса выглядела совершенно разбитой.

Настала моя очередь. Я вошла в кабинет.

– Могу я… не ехать? – спросила я прямо с порога.

– Нет.

Секретарша подняла глаза и холодно произнесла:– А можно поехать с подругой? – Голос предательски дрогнул.

– Будь благодарна за предоставленную возможность. Куда отправят, туда и поедешь. Иначе – тюрьма за непослушание.

Вот так милостивый правитель! Дрожащими пальцами я взяла папку, расписалась за получение и открыла… Сердце замерло.

Академия Шаттенфрост.

– Только не туда! – Слова сорвались с губ, прежде чем я успела их осмыслить.

– Тогда в тюрьму, – отрезала секретарша.

***

Так получилось, что в Академию Шаттенфрост с курсов отправили только меня. Утром нас отвезли на вокзал, и мы с Мелиссой простились, пообещав писать друг другу как можно чаще и встретиться через год. Ведь мы собирались провалить обучение как можно быстрее. Для этого мне нужно было просто продолжать делать то, что раньше – притворяться «дурочкой». Смешанным детям дали всего год, чтобы доказать, что они не хуже остальных. Если получится – продолжишь учебу, если нет – отправишься на низшие работы, как и было задумано с самого начала. Именно этого я и хотела: уехать в безопасное место, подальше от всех, стать невидимой.

Поезд выглядел совершенно обычным, и на первый взгляд ничего особенного не происходило. Однако вагон оказался пустым. Выбирай любое место, наслаждайся поездкой… Но было как-то не по себе. Странное предчувствие не отпускало, и я решила проверить соседние вагоны. Но ничего не вышло – все двери были заперты.

Когда я уже подумала, что больше никто не придет, появился проводник – седой старик в серой униформе.

– Ты должна сойти с поезда ровно в восемь утра, – сухо сказал он.

– А где все?

Но старик как будто меня не слышал.

– Твой телефон перестанет работать, как только мы проедем тоннель, – продолжил он скрипучим голосом. – Так что, начиная с семи тридцати, следи за ним внимательно. Как отключится – первая станция твоя.

Старик развернулся и направился в сторону другого вагона.

– Подождите, а…

Но он уже скрылся в тамбуре.

Конечно, я проспала. Когда открыла глаза, телефон уже не работал, а проводника в вагоне не оказалось. Я сидела, вглядываясь в окно, пытаясь понять, не проехала ли я свою станцию.

Поезд вдруг замедлился и остановился. Я накинула пальто, схватила рюкзак и вышла наружу, пытаясь понять, куда меня занесло. Снег… Много снега… Горы до самого неба, и снова снег. День сейчас или ночь? У перрона расположилась деревянная станция с выбитыми стеклами, мрачная и как будто заброшенная. На вершине горы, упираясь башнями в тучи, виднелось темное здание, похожее на замок. Может, это Академия Шаттенфрост?

Скрипнула дверь зала ожидания, и на перрон вышел смотритель станции. Равнодушно глянув на меня и не дождавшись вопросов, он лениво бросил:

– Что стоишь? Тебе туда.

Он посмотрел наверх.

Глава 2

Я направилась вдоль здания станции к горе, но внезапно услышала за спиной резкий окрик:

– Стой!

Обернувшись, я встретилась с насмешливым взглядом смотрителя.

– Но вы сказали… – начала я, но он перебил меня:

– Проход через зал ожидания, – сказал он. Потом добавил почти шепотом: – Вот же! Кто угодно теперь приезжать будет.

Конечно, он сказал это из-за нового закона о смешанных. Да кто он вообще такой? Подняв подбородок, я уверенно прошла мимо, толкнула дверь и оказалась внутри зала ожидания. Пустые ряды сидений встретили меня молчаливой тишиной. У стены напротив я увидела длинный каменный стол с двумя вазочками – одна с конфетами, другая с печеньем. На этом же столе, ближе к углу, на странном зеленом агрегате мигала тусклая лампочка. Я приблизилась, разглядывая кнопки в виде снеговиков, на которых красовались наклейки с изображениями дымящихся чашек. Кофемашина. Ну и чудеса!

Над столом висел деревянный стенд с примагниченными листами. На одном напечатали: «Будьте вежливы! Не забывайте оставлять чаевые». Я усмехнулась, оглянувшись по сторонам – никого. Ну, значит, можно не беспокоиться, да и чаевых у меня не было. Рядом болтался неровный лист бумаги, на котором написали от руки: «В зале ожидания без надобности не задерживаться».

И еще одно объявление: «На станцию нужен дежурный. Требования: только мужчины. Опыт необязателен. Условия: ночные смены три или четыре раза в неделю. Заработная плата: десять фростинов за смену. Обращаться к смотрителю станции».

Десять фростинов за смену… Я не удержалась и поспешила вытащить из кармана телефон, чтобы сфотографировать объявление. Деньги бы мне сейчас очень пригодились. Работы нет, на что жить – понятия не имею. Если бы поехала на юг, могла бы там хоть как-то зарабатывать. А теперь… Я нажала кнопку сбоку, но ничего не произошло. Еще раз – никакой реакции. И тут меня осенило: телефон-то здесь не работает. Чудесно! Я вздохнула, осознавая всю абсурдность ситуации. Что ж, придется идти сразу к смотрителю.

Но, натянув приветливую улыбку и сделав шаг в направлении выхода на перрон, я внезапно вспомнила главное – только мужчины. Конечно. Еще раз вздохнув, я обреченно пошла к другому выходу и двинулась в сторону академии.

Повсюду снег. Никогда раньше я не видела столько снега. Мягкие хлопья сыпались с неба и, подхваченные ветром, забивались под воротник моего легкого пальто, и лезли в глаза. Капюшон почти не спасал, а варежек и шапки у меня и вовсе не водилось.

Ноги увязали в рыхлых сугробах. Нигде не видно тропинки. Неужели здесь с утра никто не проходил? Холод пробирался под одежду. Вдруг ноги разъехались, и я с глухим звуком рухнула в сугроб.

– Ах ты, снежная ведьма! – выругалась я, пытаясь подняться, но снова упала.

Под ладонями я почувствовала что-то холодное и твердое. Разгребая снег, я обнаружила гладкий, прозрачный слой льда. А под ним… под ним плавали крошечные рыбки, светло-голубые и почти прозрачные. Ледяное озеро! Вот это сюрприз! Здесь я могла бы пополнять свою энергию. Усмехнувшись, я встала, потирая замерзшие ладони, и двинулась дальше.

Наконец, впереди у самой горы показался лифт. Как будто стеклянный. Стоило мне подойти, как двери разъехались. Внутри на панели четыре кнопки: первая – Совет, вторая – Академия, третья – с буквой Х, которую нельзя было нажать, только приложить специальный чип. Последняя кнопка вела в Долину, туда, где я сейчас находилась. Я выбрала Академию, и двери закрылись. Лифт тронулся, мягко поднимаясь. Я инстинктивно прикоснулась к стене, но тут же одернула руку – стены оказались холодными как лед. Нет! Это и был лед! Лифт тоже сделан изо льда. Я усмехнулась.

Лифт остановился, и двери открылись. Я вышла. Все утопало в густом сером тумане. Внезапно с правой стороны дорожки вспыхнули голубым светом невысокие прозрачные стрелки. Я подошла и коснулась одной из них – она оказалась ледяной. Конечно, чему тут еще удивляться?

Я направилась в сторону, куда указывали стрелки. Вскоре увидела массивные черные двери. Они беззвучно распахнулись передо мной, и я замерла на месте. Тревожное предчувствие сдавило грудь, но я все же сделала шаг вглубь мрака, навстречу неизвестности.

***

Внутри царила абсолютная тишина. Колонны, уходящие ввысь, терялись во мраке, создавая ощущение бесконечности, словно потолка в зале вовсе не существовало. Изредка вдоль стен мерцали тусклые лампы, и их слабый свет едва освещал крошечные участки пространства приглушенным, почти мистическим светом. Воздух казался густым и холодным. Впереди в центре зала, виднелась фигура мужчины в униформе. То ли охранник, то ли дворецкий. Его осанка была безупречно прямой, как у статуи, будто он врос в это место, став неотъемлемой частью древней архитектуры.

– Здравствуйте! – сказала я.

Он не шелохнулся. Повторила попытку, громче и с усилием, но вновь – лишь тишина. Я подошла ближе, обходя его с осторожностью. Как только я взглянула ему в лицо, внутри все сжалось. Пустые глазницы безмолвно смотрели в никуда. Я онемела от ужаса.

– Приехала слишком рано, – раздался холодный, пренебрежительный голос, и я резко пришла в себя. – Сразу видно, ты не из тех, кто понимает, где оказался.

Ну вот, еще один. Хоть кто-то здесь может разговаривать вежливо? Голос пустоглазого звучал медленно и тяжело, словно каждое его слово весило тонну. Я с трудом удержалась, чтобы не отступить.

– Куда мне идти?

– К ледяным призракам! – выплюнул он, словно издеваясь. Конечно, другого ответа я и не ожидала.

Какие здесь все… Можно подумать, я сама напросилась. Как будто хоть что-то понимаю в происходящем.

Только я хотела возмутиться, как вдруг во мраке раздался другой голос: резкий, уверенный, от которого кровь застыла в жилах.

– Я сам с ней разберусь.

Этот голос я узнала бы среди тысячи. Все внутри меня сжалось от страха. Я не видела его лица, но отчетливо ощущала присутствие. Эдрик Торн, собственной персоной.

– Иди за мной, Адалин Тенебрис, – прозвучало в темноте.

Я прищурилась, напрягая глаза, чтобы различить фигуру. Передо мной вырисовывался мужской силуэт. Он развернулся и, слегка прихрамывая на левую ногу, стал удаляться. Так и не избавился от боли в колене… с того самого дня, когда эфирид ударил его чешуйчатым хвостом.

Без лишних слов я последовала за ним по широкой каменной лестнице, стараясь унять дрожь в похолодевших пальцах. Каждый шаг отдавался эхом в пустых коридорах, и гулкий, мертвенный звук утопал в вязкой тишине. Тени вокруг словно оживали, зловеще извиваясь на стенах.

Дойдя до поворота, я услышала глухой хлопок – звук магического замка, открывающегося от прикосновения. Приблизившись, я увидела перед собой приоткрытую дверь и табличку на стене с надписью: Ректор. Он уже был внутри. Я последовала за ним, и как только ступила внутрь, за мной с грохотом захлопнулась дверь. Сердце отчаянно забилось в груди, но я быстро взяла себя в руки. Я должна вести себя так, будто в тот день он действительно стер мне память. Никаких подозрений. Никаких ошибок.

Я натянула на лицо милую, обворожительную улыбку и повернулась к ректору, тут же заметив, как сильно он поседел. Наверное, эфириды не дают расслабиться.

– Рад снова видеть тебя, Адалин. – Его голос тенью скользнул по комнате. Он смотрел на меня, не отрывая глаз, словно сканируя. – Рад, что теперь ты будешь учиться здесь, под моим присмотром. – После паузы добавил: – Я позабочусь о тебе, Адалин.

Я улыбнулась еще шире и кокетливо хлопнула ресницами, изображая наивную дурочку, которая, конечно же, ничего не подозревает. Если бы он знал, как мне хотелось вернуться в тот день – не заглядывать в столовую и не сталкиваться с ним и его хвостатым сообщником эфиридом, когда они обсуждали свои планы. Вся жизнь полетела под откос. Если ректор действительно поможет эфиридам прорваться в наш мир, я бы предпочла оказаться где угодно, только подальше от этого места.

– Ты приехала слишком рано, – продолжил ректор. – Студенты еще не вернулись с каникул, да и новые пока не прибыли. – Он склонил голову набок.

Я кивнула.

– Тебя ждет комната в восточном крыле. Номер тринадцать. Остальное объяснит куратор. Можешь идти… Адалин. – Он словно прожевал мое имя.

Не задавая лишних вопросов, я тут же развернулась и выскочила из кабинета. Как только двери за мной закрылись, прижалась спиной к холодной каменной стене, пытаясь отдышаться. Он что-то подозревает или просто держит меня в напряжении?

Когда дыхание стало ровнее, я вдруг осознала, что не имею ни малейшего представления, где находится восточное крыло. Возвращаться в кабинет и снова задавать вопросы? Ни за что. Найду сама.

***

Коридоры извивались и петляли, как змеи, утягивая меня все дальше в каменное чрево академии. На стенах висели картины, изображающие значимые сцены из прошлого: гибель нашего мира в параллельном измерении, переселение предков в мир людей, забытые битвы с захватчиками из иных реальностей, странные существа, погруженные в вечную тьму и лики великих магов. Здесь можно было изучать историю, шаг за шагом. Барельефы на стенах, хоть и изувеченные временем, не потеряли своего значения – каждая деталь оставалась шедевром, намеком на былое величие. Академия, заточенная в холодные камни, хранила знания и тайны, и с каждым шагом я чувствовала, что приближаюсь к чему-то запретному и опасному.

Я пошла наугад, ориентируясь на слабые отблески света, пробивавшиеся через тяжелые занавеси редких окон. Вдоль стен безмолвно возвышались статуи, словно стражи, застывшие в вечной тишине. Иногда мне казалось, что за мной кто-то наблюдает, и по спине пробегал холодок. Но каждый раз, когда я оборачивалась, коридор встречал меня лишь холодной пустотой, и тени растворялись во мраке.

Внезапно я заметила на стенах символы – такие древние, что их едва получалось различить. Их значение оставалось для меня загадкой, но что-то в этих знаках манило. Я последовала за ними. Чем дальше я шла, тем холоднее становилось, и я подняла воротник пальто. Внезапный шепот, донесшийся из бокового прохода, заставил меня вздрогнуть. Там кто-то был? Или это просто ветер, блуждающий по узким коридорам?

Вдруг передо мной, словно выйдя из стены, возник силуэт, закутанный в темную накидку. Его очертания были настолько размыты, что казалось, он сливается с окружающим мраком, и я не могла понять, где заканчивалось его тело и начиналась темнота.

– Что ты здесь делаешь? – спросил он, и его голос оказался таким мягким, что больше походил на шепот ветра, проникающий сквозь каменные стены.

Я отшатнулась, пытаясь разглядеть его лицо, но оно оставалось скрытым.

– Кто ты? – спросила я.

Незнакомец молчал несколько долгих секунд, его внимание было сосредоточено на мне, словно пытался заглянуть прямо в душу. Затем он наклонил голову:

– Неважно, кто я, – наконец произнес он. – Важно, что ты не туда идешь.

– Я ищу восточное крыло, – сказала я, стараясь сохранить самообладание. – Если ты знаешь, где это, скажи.

– Ты слишком поспешна, – он приблизился и прошептал на ухо. – Идти в любое место слишком рано – и оно станет ловушкой. Слишком поздно – и ты упустишь свою судьбу. – Его дыхание касалось кожи ледяным ветром.

Схватившись за ухо, я отпрянула.

– Ты говоришь загадками.

– Таков уж я. – Он снова сделал шаг, и я уперлась в стену, больно ударившись головой о каменный выступ.

Незнакомец не шелохнулся, словно его забавляла моя растерянность.

– Чтобы найти то, что ты ищешь, ищи там, где самые глубокие тени не достигают пола.

– Что ты хочешь этим сказать? – спросила я, пытаясь ухватиться за смысл его слов. Но больше всего я хотела оказаться от него как можно дальше. Мне становилось все холодней. Казалось, еще чуть-чуть, и я заледенею.

– Лучше тебе избегать этих коридоров. Они живут своей жизнью, и не все, кто здесь блуждает, возвращаются такими как были.

Незнакомец отстранился, и я вздохнула с облегчением.

– Да кто ты вообще? – спросила, но он исчез так же бесшумно, как появился. Тишина вновь воцарилась в коридоре, и только мое сердце колотилось так сильно, что я слышала его гул в ушах.

Я снова осталась одна и не знала, радоваться этому или огорчаться. Оглядевшись, заметила, что тени от статуй плотно касались пола. Я продолжила путь в том же направлении, куда шла до встречи с незнакомцем. Постепенно тени начали сползать на пол, словно подчиняясь какой-то невидимой силе. Это насторожило меня, и я развернулась, решив пойти в обратную сторону.

Через несколько минут тени начали сокращаться, и в какой-то момент они вовсе перестали касаться пола. Не это ли имел в виду незнакомец? Я ускорила шаг.

Я продолжала идти, пока тени полностью не исчезли. Как могла раньше не заметить эту странность? Наконец, выбралась из загадочного коридора.

– Кто тут бродит? – Раздался голос, и ко мне приблизился мужчина.

– Я ищу восточное крыло, – ответила я.

– Имя?

– Адалин Тенебрис. Тринадцатая комната.

Он молча протянул мне медальон, и я с недоверием взяла его.

– Это ключ, – пояснил он. – Он откроет все разрешенные для вас двери. Нажмите на желтую стрелку и скажите название нужного места – он покажет вам дорогу. – Мужчина почесал лоб. – Наденьте на шею.

Я последовала его совету.

– Ух ты, – выдохнула, рассматривая медальон. – А вы куратор?

– Да. Найдите свою комнату, заселитесь, потом готовьтесь к учебе и ждите соседей. Постельное белье и все необходимое возьмете в кладовке возле комнаты. Стирать будете сами. Учебники – в библиотеке. Обслуживание вам не положено, считайте, что вам и так повезло сюда попасть.

Ну вот, только я подумала, что встретила нормального человека…

– Все ясно. А где здесь можно подрабатывать?

– Студентам академии запрещено работать.

– Но почему? – я почти закричала.

– Такие правила. Не возмущайтесь.

– Ясно.

Это было разочарование. Денег мне взять совершенно негде. Я уже собиралась уходить, когда он добавил:

– И еще одно. Постарайтесь не отвлекать меня по пустякам. Вам в ту сторону, – он кивнул на восточный коридор. – Дальше ключ поможет.

– Спасибо, – бросила через плечо.

Я направилась в сторону восточного крыла и вскоре заметила вывеску, подтверждающую, что дошла. Чем дальше я продвигалась, тем темнее становилось. Мне пришлось подходить вплотную к каждой двери, чтобы рассмотреть номера. Жутковато. Наконец, я нашла тринадцатую комнату. Она была пуста, как и говорил куратор, но хотя бы немного освещалась светом из окна под самым потолком. Пять старых кроватей, которые, казалось, скоро развалятся. Большой, но перекошенный шкаф. И голая лампочка, которая не загорелась даже после того, как я прикоснулась к ней ключом.

Мысли снова вернулись к вопросу о работе. Без дохода я долго не продержусь, а студентам работать запрещено. Это означало, что никаких вакансий для нас здесь не предусмотрено – весь персонал наверняка набирают где-то за пределами академии. Но я ведь видела объявление на станции: искали дежурного, правда, только мужчину. А что, если использовать свои способности и притвориться? Никто и не заподозрит, ведь я из смешанных.

Эта идея заставила меня улыбнуться.

***

Прежде чем как следует задуматься о работе, я направилась к кладовке. Выйдя в коридор, вскоре оказалась у старой деревянной двери с облупившейся краской. Открыла ее, и меня сразу обдало потоком застоявшегося воздуха. Внутри царил полумрак, повсюду пыль. Единственным источником света был слабый луч, исходивший от моего ключа, который слегка освещал полки, покрытые паутиной и заваленные старыми, никому не нужными вещами. Я пробежала взглядом по кладовке в надежде найти хотя бы лампочку, но вместо этого наткнулась лишь на ворох старого постельного белья.

«Ну и место», – подумала я, вытаскивая тяжелую серую простыню. Выйдя в коридор, я хорошенько встряхнула ее, но тут же закашлялась, когда пыль взвилась густыми клубами в воздух. Пожалуй, это было лучшее, что я могла здесь найти для своей кровати. Величественная снаружи крепость внутри оказалась пустой и холодной. Или такие условия только для смешанных? Когда пыль осела, собрала белье в охапку и направилась обратно в комнату. В животе заурчало, и я осознала, что до сих пор не поела.

Заправила кровать и отправилась на поиски столовой. Ключ, который мне дал куратор, висел на шее, холодным металлом касаясь кожи. Я нажала на желтую стрелку, выгравированную на медальоне, и тихо назвала нужное место. Через несколько мгновений он слегка засиял, и теплый свет показал направление. Путь был ясен.

Чем дольше я шла, тем больше привыкала к полутьме, которая окутывала коридоры. Интересно, здесь всегда так? Или, может, все изменится, когда начнется учебный год? Звук моих шагов эхом разносился по коридорам, а с картин, висящих вдоль стен, на меня словно смотрели десятки глаз.

Наконец, пройдя мимо пустоглазого дворецкого, я добралась до столовой. Вместо оживленного места с шумом и суетой я обнаружила лишь длинные ряды столов – ни одного человека, ни единого звука.

Я огляделась, но вариантов было немного. Пришлось подойти к дворецкому и спросить о еде. Он медленно повернулся и холодно бросил:

– Можешь приготовить себе сама.

И снова замер как статуя.

Поняв, что сегодня я отправлюсь спать голодной, вернулась в комнату. Мысли о работе не оставляли ни на минуту. Это был шанс продержаться. И единственная вакансия – дежурный на станции.

В конце концов, в моих жилах текла кровь Хранителей, и я отлично владела искусством иллюзий. Я могла спрятать что угодно – от предметов до людей, включая себя. Умела менять внешность так, что даже лучшие Поисковики не узнали бы меня. И учитывая, что в моей крови была и их сила, я знала, на что они обращают внимание. Моя магия позволяла полностью измениться, стать непохожей на саму себя. Но никто бы даже проверять меня не стал – смешанные, по общему мнению, ни на что не годятся. Такое предвзятое отношение отлично работало на меня. Пока они смотрели мимо, я могла действовать без страха.

Правда, был один человек, который мог бы разоблачить меня, но он находился далеко отсюда. Хотя бы он мне совершенно не угрожал.

Я прилегла на кровать, закрыла глаза и даже не заметила, как заснула. Проснувшись, не могла сообразить, какое сейчас время суток. Все вокруг казалось таким же – те же полутьма и тишина, застывшая в воздухе. Я потянулась к ключу, который висел на моей шее, – на его поверхности светились дата и время. Удивительно, наступил следующий день. Первое, что пришло в голову: а была ли вообще ночь?

Не желая тратить время на эти странные размышления, вскоре уже стояла в лифте, который медленно спускался с горы. Снаружи все та же тонна снега и льда, но теперь она казалась менее враждебной.

Как только оказалась внизу, я нашла укромное местечко среди ледяных глыб и принялась за любимое дело. Закрыв глаза, сосредоточилась на малейших деталях своей будущей внешности: форма тела, лицо, голос. Словно художник, вырисовывающий каждую линию, стирая лишнее и добавляя новое. Тепло разлилось по пальцам, как будто они касались невидимой ткани, которую я сплетала вокруг себя.

Мой облик начал изменяться. Черты лица становились более резкими, кожа немного загрубела, плечи расширились, а тело обретало мужскую форму. Я сделала глубокий вдох; это было странное ощущение, будто я змея, меняющая кожу. Наконец, иллюзия была создана. Осталось только проверить, насколько она надежна. Я достала зеркальце и взглянула на свое отражение – передо мной стоял молодой худощавый парень с темными волосами до плеч и синими глазами. Цвет глаз я унаследовала от отца и изменить его не в силах. У всех Поисковиков синие глаза. Но все остальное получилось.

И все равно я осталась достаточно хрупкой для мужчины, а значит, стоило провести еще один сеанс. Но я торопилась, опасаясь, что место дежурного займет кто-то другой, и решила, что этого хватит. Закрепила этот образ.

Оставался только один способ меня разоблачить – окатить мощным потоком воды. Но поскольку дождей здесь не бывает, я решила, что этой магии будет достаточно.

– Привет, ммм… Алекс, – сказала я себе и усмехнулась охрипшему голосу.

Теперь я могла пойти на станцию.

Глава 3

Туман рассеялся, обнажая горные вершины и позволяя яснее разглядеть станцию, словно замурованную в объятиях ледяных гигантов. Путь во внешний мир – только два тоннеля, ведущие на запад и восток. Обычный человек не видел станцию – скрытая магией, она существовала лишь для тех, кто владел даром. Станция не только соединяла академию с внешним миром, но и служила перевалочным пунктом для магов. Однако дальше зала ожидания могли пройти лишь студенты и преподаватели.

Когда-то в этой академии учились мои родители. Здесь они встретились и полюбили друг друга. Вместе с ними грыз гранит науки нынешний ректор, Эдрик Торн, которого отец считал своим другом. А еще – Габриэль Вейлард – лучший друг моего папы. После гибели родителей дядя Габриэль хотел удочерить меня, но вскоре погиб сам. Его злобный младший сын, наверное, ликовал, когда мать отправила меня в приют.

Мысль о Дэне Вейларде заставила меня вздрогнуть. Только бы больше никогда его не встретить.

Я продолжила путь, не позволяя воспоминаниям выбить меня из равновесия, и почти добралась до здания станции, как вдруг меня осенило: нельзя просто так появиться из ниоткуда. Смотритель наверняка знал, что никакой Алекс сюда не приезжал. Огляделась. Никого. Решив действовать, я поспешила к восточному тоннелю, до которого тянулись хозяйственные постройки. Сделаю вид, что вышла оттуда. Обогнув перекошенный сарай, направилась по перрону навстречу смотрителю, который только теперь обратил на меня внимание.

Я шла вразвалочку, как и подобает парню-рабочему. Пальцы закоченели, а руки покраснели от холода. С первой зарплаты куплю себе перчатки. Стекла здания станции все еще оставались выбитыми – странно, что никто так и не удосужился вставить новые. Приблизившись к смотрителю, я набрала в легкие побольше холодного воздуха и сделала шаг вперед.

– Кто такой? – спросил он хриплым голосом, грозно сверля меня глазами.

– Меня зовут Алекс, – сказала я, не узнав собственный голос. – Я… сын бывшей поломойки из академии. Слышал, что тут есть работа?

Смотритель смерил меня оценивающим взглядом. Я знала, что выгляжу достаточно убедительно, но все равно не могла избавиться от беспокойства.

– Рекомендации есть?

Вот об этом я не подумала.

– Есть, – выпалила я, даже не осознав, что сказала.

– Давай.

Я картинно пошарила в карманах, округлила глаза и с преувеличенным вздохом хлопнула себя по лбу.

– Забыл.

Смотритель тяжело вздохнул, и я напряглась – неужели все зря?

– Алекс, да? – протянул он прищурившись. – Ну, если тебе десять фростинов достаточно, работа твоя. Никто другой все равно не хочет. Будешь дежурным по станции.

Так просто? Я кивнула, стараясь сохранить равнодушный вид.

– Обязанности простые, – продолжил он. – Проверять периметр, следить, чтобы никто посторонний не прошел дальше зала ожидания, разгружать припасы. Чистить снег, убирать в зале. Платят немного, но ты сам понимаешь…

– Конечно, – пробормотала я, мысленно усмехнувшись. Интересно, а какие обязанности у него? Следить за мной?

– Я понял.

– Твои смены через ночь, иногда через две. Остальное время дежурит другой. Но есть одно условие.

– Какое? – я замерла.

– Пока ты здесь работаешь, ты не можешь покидать долину. Твоя комната – перед сараем у тоннеля. Первая смена сегодня ночью, так что успей отдохнуть.

Смотритель отцепил ключи от связки на поясе и протянул. Получается, мне придется тайно сбегать из академии, чтобы отработать смену, а потом также обратно – чтобы учиться. Но выбора не было.

Я кивнула, заставив себя улыбнуться, взяла ключи и, усмехнувшись, отправилась второй раз за сутки заселяться.

Войдя в комнату, огляделась. Она оказалась совсем крошечной и убогой – узкая кровать, прижатая к стене, старый стол с облупившейся краской и шкаф, который с трудом мог вместить хотя бы самое необходимое. Ни единой лампочки, даже сломанной, не было, а источником тепла служила маленькая печка с чайником на ней. Хоть за это спасибо. Но больше всего привлекли внимание часы на стене. Вместо времени, на циферблате появлялись слова: когда я вошла, там значилось «утро», а теперь – «день».

Я скинула куртку, которая вне иллюзии была моим пальто и небрежно бросила на кровать. Открыла шкаф – постельного белья не оказалось, но я и не собиралась здесь ночевать. Не снимая с себя иллюзий, растопила печь, привела комнату в порядок, вытряхнула пыль из подушки, набрала снега в чайник и поставила на огонь. Заварила чай – на столе осталась старая заварка от предыдущего жильца. Выпив, немного согрелась и прилегла.

Вскоре я задремала, погрузившись в странное, гипнотическое состояние, балансируя на грани сна и реальности. Образы прошлого мелькали перед глазами, как будто кто-то запустил калейдоскоп воспоминаний, перемешивая их в хаотичный узор. Сердце громко билось в висках, возвращая меня к тому, о чем я так долго пыталась забыть.

Моя детская комната. Стены украшены цветочным орнаментом, белые занавески на окнах – это смотрелось так красиво! А потом – смерть родителей. Новый дом, новые люди. Новые братья, старше меня, смотрели холодными глазами. Особенно Дэн, младший, он старался сильнее других показать, что я здесь лишняя. Потом воспоминание, которое до сих пор отзывается болью: тот день, когда меня увезли в приют, за ним последовала долгая, темная пустота.

Внезапно я подскочила, резко вынырнув из этого странного полусна. Кровать подо мной заскрипела, сердце бешено стучало, а голова все еще была тяжелой. Главное – не проспать на работу!

Я подошла к окну. Ледяной туман окутал редкие ели, поглотил хозяйственные постройки и укрыл долину в густом белом покрове. Посмотрела на часы – вечер, хотя на улице по-прежнему не стемнело. Я быстро оделась и вышла на улицу. Смотритель рассказал, что нужно делать и отправился спать.

Сначала я убралась на перроне, затем закинула кофейные зерна в смешную зеленую кофемашину в зале ожидания. Съела конфету и несколько печенек из вазочки – это оказались чаевые для работников станции, которые посетители обязаны оставлять. За ночь прошел поезд, но из него никто не вышел. Интересно, что даже ночью темнота так и не наступила.

Зная, что завтра начнут прибывать студенты, я решила воспользоваться одиночеством и как следует отдохнуть. Ведь неизвестно, чего ожидать, когда академия оживет. Весь день я проспала в комнате номер тринадцать, тайком покинув станцию. От усталости и голода не смогла встать даже вечером. Проснулась с ощущением тяжести в груди и, движимая каким-то странным предчувствием, поспешила на станцию, по пути принимая вид Алекса.

Я уже стояла на перроне. Внезапно раздался протяжный гудок, пронзивший неподвижный воздух долины. Я вздрогнула и посмотрела в сторону тоннеля, из которого медленно показалась голова тепловоза. Сердце сжалось – я знала – что-то произойдет.

В этот день прибыл тот, кто мог отравить мою жизнь – Дэн Вейлард.

Глава 4

Подняв с перрона дорожную сумку, Дэн направился прямо ко мне. Вместо того чтобы бежать, я словно приросла к земле. Если смотрителя удалось легко обмануть, то Дэн раскусит меня в два счета. Если только… Кольцо отца! Я быстро залезла под воротник, нащупала кольцо и сунула в него палец, но теперь цепочка, на которой оно висело, удерживала руку возле шеи. Зато я чувствовала себя в безопасности. По крайней мере, на какое-то время.

– Эй, парень!

Я вздрогнула. Дэн приблизился, прожигая меня взглядом. Какого черта он здесь делает? Я слышала, что он собирался учиться в другом месте. Неужели передумал? Уж повезло, так повезло!

– Чего тебе? – Натянув кепку пониже, я бросила на него быстрый взгляд. Надеялась, что мои синие глаза не привлекут его внимания.

– Кто сейчас здесь? – спросил Дэн, напряженно вглядываясь в мое лицо.

– Я да смотритель.

– Нет, в академии.

– Не знаю.

По спине пробежал холодок.

Свободной рукой я схватила лопату у двери, делая вид, что занята работой.

– Кто-то из студентов уже приехал? – Он понизил голос почти до шепота. Обычная осторожность поисковика – не привлекать внимание, не поднимать шума. У него это явно вошло в привычку.

– Я ничего не знаю. Ты ищешь кого-то?

– Может, ты видел девушку с темными волосами и синими глазами?

Я ухмыльнулась. Не успел приехать, а уже девушку подавай.

– Все мы рано или поздно ищем девушек, – я подмигнула, словно заядлый бабник.

– Так что? Кто-то из девушек уже приехал?

– Не обратил внимания. Я человек неважный. Такого моя квадратная голова точно не удержит. – Дэн посмотрел на меня, будто оценивая, правда ли голова квадратная, а я продолжила: – Только устроился на работу, и вообще сейчас не моя смена.

– Тогда это что? – Дэн указал на лопату в моих руках. – И почему ты все время держишься за шею?

– Ааа… Просто очень поработать хочется и… шарф украли, а на улице холодно.

Ничего умнее я не успела придумать.

– Ты ведь тоже из поисковиков? – спросил Дэн, глядя на меня как на идиота.

Лопата выпала из рук. Я замерла. Конечно, не рассчитывала, что он не заметит синих глаз, но все же.

– Да.

– Низший? – спросил он насмешливо.

– Мне надо уходить.

Пожав плечами, я поежилась то ли от холода, то ли от страха, подняла лопату и поставила ее к стене. Прежде чем успела уйти, Дэн резко схватил меня за воротник.

– Минуту.

Я побледнела. Он грубо развернул меня к себе и сказал:

– Ты будешь смотреть во все глаза, и как только приедет одна особа, сразу мне сообщишь. Плачу сто фростинов.

Сто фростинов! Я столько заработаю за десять смен, а тут разом. Пожалуй, мне несложно выполнить его задание.

– Ладно, – сказала я, и сама не зная зачем, спросила: – Это твоя девушка?

Взгляд Дэна вспыхнул злобой. Он резко отпустил воротник, и я почти упала. На мгновение мне показалось, что он сейчас на меня набросится. Сделала шаг назад.

– Не твое дело, низший, – процедил он сквозь зубы и прикрыл глаза, будто сдерживая гнев. Затем, немного успокоившись, достал из кармана рисунок и протянул мне: – Эта девица. Просто сообщи мне, что она приехала и получишь свои фростины. – немного подумав, Дэн добавил: – Да, и как тебя зовут?

– Алекс, – сказала я, протягивая руку. Затем осторожно взяла рисунок и взглянула… Вдруг дыхание перехватило: на листке была нарисована я. Дэн искал меня.

Дэн

Оставив позади станцию, я шагал к академии, пытаясь разобраться в странных ощущениях после встречи с низшим. Вроде ничего не произошло, но внутри что-то застряло, как кость в горле. Мысли, которым не находилось словесной формы, вызывали раздражение. Давать такое важное задание этому недотепе – риск, и я знал это. Парень со станции, скорее всего, годится лишь для того, чтобы молча жевать свои чаевые, прячась в зале ожидания. Он выглядел жалким как кролик. Меня удивляло, как этот мальчишка вообще получил работу. Как его звали? Я даже не удосужился запомнить. Чего стоит такое пустое имя?

Наивно надеяться на недоумка. Но, черт возьми, если он каким-то чудом справится, я быстрее получу нужную информацию.

Недавно я услышал о новом законе и сразу же занялся проверкой – первым делом собрал информацию об Адалин. Ужасная девица, не иначе. Даже сейчас, думая о ней, я ощущал, как внутри все переворачивается. Еще сильнее задевала мысль, что эта глупая девчонка теперь может выбиться в люди. Раньше меня хоть немного успокаивало то, что ее участь – навечно остаться низшей, затеряться в серой массе. Это была моя единственная слабая отдушина, иллюзия, что мир все же справедлив, и она рано или поздно получит свое. Но теперь? Ее ничто не коснется, никакой кары, никакого наказания. Она выйдет сухой из воды.

Воспоминание об отце ожило во всей своей жестокости. Я никогда не мог простить ее. Конечно, Адалин сама его не убила – она тогда была ребенком. Но если бы не она, если бы эта девчонка не влезла в нашу жизнь, то отец в тот проклятый день не пошел за ее документами. И если бы они с матерью не поругались из-за ее присутствия в доме, он не выбежал бы из дома в таком состоянии. Все это можно было предотвратить. Отец остался бы жив. А мать? Она до сих пор не может избавиться от чувства вины за последнюю ссору, как будто болезнь – это ее способ справиться.

Нет. Я обязан сделать так, чтобы Адалин понесла наказание за все это. Она должна исчезнуть. С позором. Должна отправиться туда, где ей место – к низшим. И я это обеспечу. Не так уж сложно, особенно учитывая слухи, что она глупа. Я невольно улыбнулся, представляя, как все сложится. По крайней мере, это будет проще, чем я ожидал.

Мысль о парне со станции снова вернулась. Он мне не нравился. Что-то в нём не сходилось. Но что? Что-то казалось неправильным, и это стоило бы лучше изучить. Может, я упустил важную деталь? Надо к нему присмотреться.

Глава 5

Уже знакомая дорога вела к подножию горы, где я вновь вернула себе истинный облик. Холодный ветер слегка касался лица, но мороз я не ощущала – адреналин после встречи с Дэном согревал изнутри. Поднимаясь на лифте в академию, я с интересом разглядывала пейзаж за ледяным окном. Теперь, когда воздух стал прозрачнее, долина открывалась во всей своей суровой красоте. Она казалась меньше, чем я представляла раньше, когда ее скрывал густой туман.

Внизу, среди глыб, поблескивало ледяное озеро. Присыпанное снегом, оно почти полностью сливалось с ландшафтом, но его энергия ощущалась даже отсюда, словно зовущее дыхание. Завтра ранним утром я собиралась спуститься туда и проверить, что интересного оно скрывает.

Лифт остановился, и я вышла, вдыхая свежий, холодный воздух. Сейчас я впервые смогла рассмотреть и саму академию. Огромное здание, возвышающееся на пике заснеженной горы, напоминало древний замок, темным силуэтом выделяющееся на фоне серого неба. Острые шпили, как когти, впивались в облака, а массивные каменные стены, обвитые льдом, словно виноградной лозой, казались непробиваемыми.

Узкие дорожки, выложенные из серого камня, пересекались в лабиринте. Ледяные стрелки, торчащие из снега, указывали направления в условиях плохой видимости, а сейчас они потускнели.

По периметру территории располагались ледяные фонари, излучающие тусклый, холодный свет. У входа в академию стояли мрачные статуи: невысокие фигуры странных существ, напоминающие монстров, и более крупные безликие хранители. Их основания скрывались под толстым слоем снега. Каждая, казалось, наблюдала за мной, заставляя тревожиться. Вдалеке виднелись ледяные фонтаны, воды которых не знали покоя даже в такую стужу. Я захотела немедленно изучить все детали, особенно фонтаны, но сейчас это было опасно – Дэн мог обнаружить меня в любой момент.

Сердце колотилось, и я старалась двигаться бесшумно, словно тень, лишь бы не столкнуться с Дэном. Конечно, он рано или поздно заметит меня, но мне нужно было время для Алекса. Завтра он сообщит Дэну, что девушка с рисунка уже в академии, и тогда желанные фростины окажутся в моих карманах. Идеальный план!

Войдя внутрь, я тихо прикрыла двери и осторожно прошмыгнула мимо злобного дворецкого. Добравшись до знакомого поворота, где заблудилась в прошлый раз, я осторожно заглянула в боковой коридор. Сегодня в академию начали прибывать студенты, и свет медленно заполнял пространство, оттесняя тьму. Но здесь все еще царил полумрак. Ключ, висевший у меня на груди, вдруг зашкварчал, словно горячее масло на сковороде, и я заметила предупреждение: на небольшом экране, где обычно появлялись стрелки, теперь сверкало «Запретная зона». Вздохнув, я решила не рисковать.

Вдруг за спиной раздался звук. В мгновение ока я метнулась в сторону восточного крыла, адреналин захлестнул с новой силой. С максимальной скоростью влетела в поворот и… налетела на кого-то. Удар оказался таким сильным, что мы оба повалились на холодный пол. Рука незнакомца обвила меня за талию, а другая оказалась под головой, смягчив удар от падения. Тяжесть его тела навалилась на меня, и я почувствовала, как дыхание перехватило.

Локоны рассыпались по лицу, затеняя взгляд, и я не могла разглядеть, кто это. Вдруг незнакомец резко дернулся и перевернулся, опрокидывая меня на себя. Теперь волосы закрывали его лицо, а мир вокруг словно замер на несколько секунд. Мы лежали неподвижно, будто связанные незримой нитью, прислушиваясь к грохоту сердец. Затем он медленно убрал волосы с лица, и когда я его увидела, задохнулась. Дэн. Он вздрогнул.

Я попыталась вырваться, но его хватка лишь усилилась. Дэн молча изучал мое лицо, сверля взглядом, от которого по спине пробегал холодок. В его синих глазах пылала ярость. Затем, словно хищник, он резким движением перевернулся, и в мгновение ока я снова оказалась под ним. Его рука крепко, до боли в пальцах сжала мою, оставляя ощущение безысходности.

– Это ты, верно? – Голос прозвучал угрожающе тихо, как шипение ядовитого змея. – Адалин Тенебрис.

– Нет! – В панике я замотала головой, и мир вокруг закружился.

– Ты врешь. – Улыбка напоминала злобную маску. Он наклонился ближе, и я ощутила его горячее дыхание на коже, когда он произнес последнее слово: – Ты попала, Адалин.

***

Внезапно раздались громкие шаги, и этот звук эхом отлетал от каменных стен коридора. Они приближались стремительно, звучали решительно. Дэн замер, прислушиваясь, и на мгновение ослабил хватку. Я не стала колебаться: едва его пальцы разжались, вырвалась из-под его руки, вскочила на ноги и, не оглядываясь, бросилась вперед. Сердце грохотало в ушах, дыхание сбилось. Мимо проносились мрачные силуэты статуй, а взгляды с картин, казавшиеся живыми, будто следили за каждым моим движением. Тени на стенах вытягивались, словно жаждали схватить меня за руку, а боковые коридоры тонули в непроглядной темноте. Открытые двери пустых комнат мелькали, как разверстые пасти, готовые поглотить любого, кто осмелится замедлить шаг. Я добежала до восточного крыла, свернула в нужный проход и едва не упала, споткнувшись о выступающий порог. Темнота поглотила меня, как только я переступила черту. Дрожащей рукой я ухватилась за ледяную ручку двери с номером тринадцать, повернула ее и застыла на месте: три пары глаз смотрели на меня из полутьмы комнаты.

Мы молча сверлили друг друга глазами, и эти взгляды не были ни дружелюбными, ни доброжелательными. В воздухе повисло напряжение – густое и тягучее, как едва уловимый запах озона перед грозой. Каждый чего-то выжидал, словно опасаясь сделать неверный шаг. И вдруг, неожиданно даже для самой себя, я выпалила:

– Привет!

Долговязый парень с темными волосами, стянутыми в хвост, впился в меня аристократическим взглядом, как хищник, оценивающий новую добычу. Его губы едва дрогнули в презрительной усмешке, и я напряглась. Он медленно окинул меня взглядом с ног до головы, словно взвешивая, представляю ли я хоть малейшую угрозу. Остальные, стоявшие поодаль, молча наблюдали, их лица оставались бесстрастными. В этом полумраке, где тени сгущались по углам, было невозможно понять, кто здесь друг, а кто враг.

– Это твое? – Вдруг резко бросил он, указав на мою кровать.

– Да, – осторожно протянула я.

– Еще одна девчонка, – фыркнул парень, брезгливо сплюнув на пол.

Мой взгляд скользнул к девушке у окна – миниатюрная красавица с фарфоровой кожей и почти прозрачными голубыми глазами. Ее огненно-рыжие волосы казались нелепым пятном цвета на фоне ее бледности, как будто кто-то прикрепил их неуместно ярко. Но я вернулась к темноволосому, который стоял передо мной.

– Вообще-то, я здесь прибиралась, – парировала я, поставив руки на пояс.

– И что с того?

Внезапно широкоплечий блондин поднял руку, словно призывая к тишине.

– Это не место и не время для глупых стычек, – сказал он твердо. – Мы все здесь новички и все приехали не по своей воле. Давайте не будем обострять ситуацию?

Девушка с холодными глазами недовольно фыркнула, отворачиваясь к окну, где на темном небе мерцала луна. Долговязый парень сжал кулаки, его глаза угрожающе блеснули.

– Это не значит, что мы должны находиться в одной комнате с девицами! – Его голос зазвенел от злости.

– Как будто я мечтала оказаться здесь с тобой! – выпалила я, ощущая, как гнев вскипает внутри.

– Вот и проваливай! – выплюнул он. – И подружку забери. – Его глаза стали черными, как бездонные ямы.

– Сам проваливай! – вспылила я и двинулась на него, еще не понимая, что собираюсь сделать. – Выглядишь воспитанным, а изо рта помои льются.

В этот момент блондин встал между нами, резко разведя руки в стороны.

– Прекратите! – выкрикнул он. – Завтра начинаются занятия, и никто из нас не знает, что нас ждет. Давайте хотя бы попробуем отдохнуть!

– Хоть что-то умное сказал, – буркнула девушка с холодными глазами, оборачиваясь, и блондин метнул на нее презрительный взгляд.

Внезапно с кровати у стены раздался злой голос:

– Все заткнитесь и дайте мне поспать!

Мы разом обернулись. Черноволосый парень, лежавший на кровати, сверкнул глазами, а затем натянул одеяло на голову, давая понять, что разговор окончен.

Злобно посмотрев на долговязого, я медленно направилась к своей кровати. Стараясь не выдать напряжения, сняла пальто и аккуратно повесила его на спинку стула, затем стянула ботинки и отставила их в сторону. Кровать скрипнула, когда я, не спеша, улеглась под одеяло. В комнате повисла тяжелая тишина, казалось, даже воздух стал гуще. Темнота окутала и поглотила звуки и силуэты, и напряжение медленно начало растворяться.

Выжить здесь будет куда сложнее, чем я предполагала. Теперь даже в собственной комнате казалось небезопасно. Я закрыла глаза и попыталась подавить тревогу, но в голове крутились мысли о том, как мне прожить целый год в этом змеином улье. Вокруг находились озлобленные смешанные, а за пределами этой комнаты ректор, не сводящий с меня глаз. Теперь еще и Дэн Вейлард на мою голову, который явно имел на меня планы. В дополнение ко всему этому – тайная работа с перевоплощениями и необходимость подзарядки, которая становилась все более актуальной. Кстати, о подзарядке…

Я завела будильник на ключе, и когда он слегка кольнул в грудь, снова закрыла глаза, погружаясь в полумрак и надеясь, что мои новые милые соседи не убьют меня за ранний подъем. Вскоре я уснула.

Глава 6

Меня разбудили странные ощущения, словно острые соломинки кололи прямо в грудь. Я попробовала повернуться на другой бок, но ничего не изменилось. Сон упорно не возвращался, и я, раздраженно выдохнув, села на постели. Источник моего беспокойства быстро нашелся – это был будильник. В темноте едва заметно мерцал ключ, беззвучно покалывая кожу короткими бледно-зелеными разрядами. Вот как он работает!

Я бросила взгляд на окно, где по-прежнему царила кромешная тьма. Разве к этому часу не должно светать? Тем лучше. Значит, у меня есть еще немного времени незаметно пробраться в темноте. Я быстро осмотрела кровати и убедилась, что все крепко спят. Осторожно, стараясь никого не разбудить, я собрала рюкзак, взяла все необходимое и тихо выбралась из комнаты.

Коридоры были пусты, и я без лишних задержек преодолела знакомый путь, тихо прошмыгнув мимо дворецкого, который, казалось, умел спать даже стоя. Я выскользнула за дверь, и холодный воздух обжег лицо. Все вокруг погрузилось в плотный туман. Так даже лучше – вряд ли кто-то заметит меня через окно. Ориентироваться в такой темноте было непросто, но вдоль моего пути вспыхивали сверкающие стрелки – все-таки хорошая идея пришла в голову тому, кто это придумал. Добравшись до лифта, я скользнула внутрь, и ледяная кабина начала мягкое движение вниз, к тому месту, куда меня тянуло всей душой.

Оказавшись на улице, я быстро добралась до озера. Долину, как и вершину горы, окутывал густой туман, клубящийся над замерзшей поверхностью воды, словно ледяное дыхание древнего спящего зверя. Ветер разгонял снежные хлопья, открывая участки льда, которые блестели, как осколки зеркал, отражая слабое мерцание, исходящее из глубин озера. Это были рыбы – серебристые тени, скользившие под прозрачной ледяной коркой. Подводные обитатели двигались медленно и плавно, словно подчиняясь ритму неведомой мелодии, которую слышали только они. Порой рыбы касались краев льда, и тогда возникали короткие вспышки света, как будто морские жители приветствовали меня – призрачно таинственные, эфемерные и недосягаемые.

Морозный воздух пощипывал кожу, пробираясь ледяными иголками до самых костей, и дрожь волнами прокатывалась вдоль позвоночника. Теперь оставалось найти подходящее место для погружения. Никогда раньше я не пыталась окунуться в ледяную воду, и сердце колотилось от волнения. Я вздохнула, закрыла глаза и сосредоточилась, чувствуя, как во мне начинает нарастать поток защитной магии. Она окутала теплой волной, смягчая ощущение холода и придавая уверенность. Погружение должно пройти спокойно, без страха и боли.

Я шагнула в густую пелену клубящегося тумана, позволив ему окутать меня ледяным плащом. Медленно пробираясь к центру озера, я водила рукой над замерзшей поверхностью, используя магию поисковика, чтобы найти энергетически заряженное место. Вскоре почувствовала вибрацию подо льдом – там, прямо подо мной, исходила искрящаяся энергия. Место светилось, расплываясь всеми цветами радуги. Я остановилась, замерев на месте, и ощутила, как невидимая сила потянула меня к этому свечению.

Сосредоточив всю оставшуюся энергию, я направила ее к точке чуть сбоку. Лед начал медленно поддаваться, трещины пробегали по его поверхности, словно молнии, переплетающиеся в хрупкой паутине. Кусочки льда таяли, и вскоре передо мной образовалось круглое отверстие, похожее на идеально вырезанную прорубь. Холодный воздух резко хлынул из-подо льда, завывая, как ветер в ущелье, и снося меня с ног.

Сделав глубокий вдох, я нырнула и погрузилась в искрящуюся черноту.

Вода обожгла тело, и на мгновение мне показалось, что магия подвела. Но вскоре холод отступил. Сознание успокоилось и прояснилось. Я погрузилась глубже, скользя в чернильном омуте.

Вокруг закружились рыбы – сверкающие серебристые существа, словно ожившие блики лунного света. Они плавали грациозно, обвивая меня прозрачными кольцами, переливающимися, как переломленный в воде солнечный луч. Их гипнотические движения приглашали на танец в этом безмолвном, подводном мире.

Энергия озера заполнила меня до краев, разливаясь теплом по венам, и я почувствовала, как силы восстанавливаются, наполняя каждую клеточку тела. Наконец, я позволила мощному потоку вытолкнуть меня обратно на поверхность, и оказалась на льду, задыхаясь от восторга.

С трудом удержав равновесие, я выпрямилась. Взгляд упал на лед. Там среди крошечных осколков сияло мое отражение.

Впервые за долгое время я увидела свое истинное «я» – облик моего духа, который я скрывала от всех, как и свою силу. Это была моя суть, мое наследие, оставленное бабушкой, о котором никто не знал. Никто и никогда не видел меня такой. В такие мгновения менялся даже цвет моих глаз и волос. Мама открыла мне эту тайну незадолго до своей гибели. И теперь я должна заряжаться энергией озерной воды, чтобы сохранить это наследие и развить способности.

Прежде чем вернуться в академию, оставался сущий пустяк – скинуть излишки энергии, исполнить магический танец равновесия – Танец Серебряного Листа. Следуя ритму, известному только мне, я начала.

Дэн

Я проснулся рано, задолго до начала занятий, специально, чтобы встретиться с дежурным на станции. Я и сам не знал, почему, но интуиция, которая никогда меня не подводила, подсказывала: нужно узнать о нем больше.

Выбравшись из академии, я спустился на лифте с горы и направился к станции. И вдруг заметил что-то странное. Неясное сияние мелькнуло в клубах тумана над озером, словно под поверхностью кто-то зажег десятки крошечных звезд.

Меня, словно магнитом, потянуло к этому свету, и я подошел ближе. Внезапно поток сверкающей воды взметнулся вверх, выбрасывая на поверхность… девушку. Я замер, забыв, куда шел. В магическом свете она казалась неземной.

Прекрасная незнакомка начала двигаться, кружась надо льдом в изящном танце, таком легком, что казалось, ее ноги едва касались поверхности. Белоснежные волосы спадали до пояса, сверкая, как серебряные нити, подхваченные ветром. Даже с этого расстояния ее глаза переливались бирюзовым светом, глубокие, как океан, а бледная кожа мягко светилась в полумраке. Я не мог отвести глаз. Никогда прежде я не видел такой красоты. Я стоял, зачарованный. В тот момент время для меня остановилось.

Когда я, наконец, решился сделать шаг, чтобы подойти ближе, она внезапно исчезла, растворившись в ночной мгле так же неожиданно, как и появилась. Остался только ветер на поверхности озера и пустота, как будто я лишился чего-то важного.

Глава 7

Как только почувствовала чье-то присутствие, я мгновенно покинула озеро. Удалось сбросить почти всю лишнюю энергию, но немного все же осталось. Плохо. Придется внимательно следить, чтобы никто этого не заметил. Прежде чем подняться на лифте, я задержалась у зеркальной кромки льда, проверяя, вернулась ли моя обычная внешность. Все на месте: синие глаза, каштановые волосы. Только кожа бледнее обычного.

Поднявшись на гору, я поспешила к академии. До занятий оставалось всего десять минут. К счастью, рюкзак был при мне, так что возвращаться в комнату не пришлось. Я сразу направилась к расписанию, которое светилось синим светом у входа. Первая лекция – установочная, и ее название за пять минут до начала загорелось алым. Аудитория находилась на первом этаже.

Войдя, я застыла на пороге: десятки любопытных глаз впились в мое лицо, и это так ошеломило, что я растерялась, и все слилось в одно расплывчатое пятно. К кому подсесть? Идти к соседям по комнате не имело смысла: мы даже не узнали имен друг друга, а первая встреча получилась, мягко говоря, натянутой. Держаться одной казалось разумнее – так проще избежать лишних вопросов и недовольных взглядов.

На галерке я заметила полупустой ряд, поднялась по деревянной лестнице и, ощущая непонятную тревогу, осторожно присела на край скамейки. Достав из рюкзака блокнот и перо с магическими чернилами, я аккуратно положила их на стол, но чувство беспокойства не исчезло. Скользнув взглядом через проход, я почувствовала, будто меня ударило током: всего в нескольких метрах сидел Дэн Вейлард. Как я могла не заметить его сразу? Он смотрел прямо на меня, и в его наглом взгляде мелькала искорка, обещавшая что-то недоброе.

Рядом с ним сидела девушка, которая то и дело бросала на меня злобные взгляды. И словно этого было мало, в аудиторию вошел сам Эдрик Торн. Он на мгновение задержал на мне оценивающий взгляд и встал за кафедру.

– Здравствуйте, дорогие студенты, – начал он. Остановился, чтобы выдержать паузу, словно проверяя, все ли его слушают. – Рад объявить о начале учебного года. Как вам известно, к нам временно присоединились молодые люди, попавшие под действие известного закона.

В зале зашептались, и некоторые студенты стали оглядываться, презрительно разглядывая смешанных, в том числе и меня. Ректор больше ничего не сказал о нас, как будто считал недостойными представления. Зато все явно уловили его акцент на слове «временно».

– Как большинство из вас уже знает, – продолжил Торн, – у нас обязательна форма, которую можно получить у своего куратора, трехразовое питание и отбой строго по часам. Даже если темнота за окном не наступает, или рассвет задерживается, вы обязаны следовать режиму. В каждой комнате есть часы, которые указывают время суток.

Я затаила дыхание. Как это – темнота может не наступить? Если вспомнить, все время, что здесь находилась, я пыталась понять, что не так с сутками: иногда вечер не приносил темноты, а утро бесконечно тянулось во мраке. Теперь все встало на свои места. Кажется, здесь день не совпадает со светом, а ночь – с тьмой.

– Итак, – произнес Торн, – у вас будут обязательные предметы: История цивилизации Альрамена, Политическое устройство, Общая магия, Теория времени и пространства, Взаимодействие с параллельными мирами, Сохранение энергетического баланса, Эфириды и борьба с ними.

Когда он произнес название последнего предмета, внутри все похолодело. Ректор говорил об Эфиридах с такой беспристрастностью, будто не участвовал с ними в тайном сговоре несколько лет назад. Я изо всех сил старалась сохранить нейтральное выражение – и не зря, он как будто специально бросил на меня мимолетный взгляд, прежде чем продолжить:

– Каждый факультет, а в этом году их немало: Поисковики, Хранители, Наставники, Эмиссары, маги стихий и, конечно, наши Лекари, – ректор сделал едва заметную паузу, окинув зал взглядом. – Каждый факультет будет проходить специализированные курсы. Так же, как и всегда, предусмотрены практика и волонтерство для тех, кто хочет заработать дополнительные баллы на экзаменах. Кроме того, в этом году мы будем активно заниматься поиском артефактов. И, наконец, появился новый факультатив – Взаимодействие с собственным духом. Вопросы?

Зал зашумел, студенты оживленно перешептывались, обсуждая нововведения.

Внезапно Дэн переместился ближе к проходу, соответственно, и ко мне. Я непроизвольно отодвинулась, и тогда он, будто намеренно, пересел прямо на мой ряд. Я еще чуть-чуть отползла в сторону, стараясь сохранять спокойствие, но он снова последовал за мной, упорно сокращая расстояние.

Замешкавшись, я заметила, как ректор мельком посмотрел в нашу сторону, на миг задержав взгляд. Решив не искушать судьбу и не привлекать лишнего внимания, я сделала вид, что полностью сосредоточена на лекции, и больше не двигалась.

– Почему выбрала место поближе ко мне? – прошептал Дэн у самого уха, и его дыхание коснулось моей щеки. – Неужели на что-то надеешься?

– Извини, тебе места не хватило? – спокойно ответила я, повернувшись к нему и глядя прямо в глаза.

– Какая у тебя цель? – усмехнулся он прищурившись. – Думала подлизаться и снова войти в нашу семью? Не вышло тогда, так теперь хочешь воспользоваться ситуацией?

Я едва приоткрыла рот, собираясь ответить, но он продолжил, не дав мне вставить ни слова:

– Или хочешь задобрить меня, чтобы не мучил слишком сильно? – Он говорил все громче, не замечая, как несколько студентов настороженно переглянулись. – Не выйдет! Ты ответишь за все!

Я глубоко вздохнула, чувствуя, как гнев накрывает меня с головой. Тонкая вибрация напряжения распространилась по аудитории, и несколько человек испуганно оглянулись. Ректор резко повернул голову в мою сторону, удивленно вскинув бровь. В голове пронеслась запоздалая мысль: надо было сбросить всю лишнюю энергию.

***

Когда вопросы студентов иссякли, ректор, аккуратно сложив папки и взяв их в руки, медленно направился к выходу. Но, дойдя до дверей, он вдруг остановился, окинул аудиторию долгим, пристальным взглядом и чуть дольше задержался на мне.

Внутри все оборвалось. Неужели он заметил выброс энергии? Я попыталась улыбнуться, но вышло глупо и натянуто. В этот момент я мысленно проклинала Дэна – все это его вина, будь он неладен!

– Дэн, милый, – пронзительный женский голос прозвучал так резко, что у меня невольно дернулся глаз. – Что ты здесь забыл?

Я обернулась на звук. К нам приближалась высокая, стройная девушка с длинными, золотистыми волосами – та самая, что сидела рядом с Дэном до того, как он соизволил обратить внимание на меня.

– Встретил старую знакомую, – усмехнулся он, лениво приглашая ее сесть рядом.

– Не знала, что у тебя есть такие знакомые! – Ее лицо перекосилось, будто она увидела ящерицу. – Что могло тебя здесь заинтересовать?

– Поверь, Элиза, если бы не старые счеты, то совершенно ничего, – ответил он без тени улыбки.

Неожиданно с другой стороны подошел высокий парень с темными кудрями и самодовольной ухмылкой. Он склонился ко мне, и его вопрос прозвучал нарочито вкрадчиво:

– Дэн, эта смешанная красотка что-то тебе должна? – Его глаза блеснули, он подмигнул мне и, понизив голос до тягучего шепота, добавил, глядя прямо в глаза: – Если хочешь, я могу покрыть все твои долги.

Это стало последней каплей.

– Вижу, вам так не терпится насладиться обществом друг друга, – сказала я холодно, вставая. – Не буду вам мешать.

Я повернулась, чтобы уйти, и двинулась в сторону кудрявого парня. Все лучше, чем встретиться лицом к лицу с Дэном Вейлардом, однако парень заблокировал мне путь.

– Дерзкая, да? – Он не двигался с места.

– Разве я разрешал тебе уходить? – раздался раздраженный голос Дэна. – Себастьян, не выпускай ее.

Я оглянулась. Дэн зло улыбался, а Элиза смотрела на меня с такой ненавистью, будто я позорное бельмо на ее идеальной жизни. Перевела взгляд на Себастьяна – его глаза скользили по мне с откровенной пошлостью. Тогда я оглядела аудиторию: кто-то насмехался, другие делали вид, что ничего не замечают. На мгновение мои глаза остановились на соседке по комнате – она демонстративно смотрела в окно. Кажется, никто не собирался мне помогать. Я могла бы легко справиться с этой веселой компанией, но для этого пришлось бы показать свои силы. А это недопустимо. Вдруг я заметила темноволосого парня из моей комнаты, с которым мы недавно поругались. Он резко махнул рукой, и я ощутила едва уловимую вибрацию темной магии. Себастьян, с удивлением на лице, резко попятился в проход.

– Твою глыбу! – крикнул он.

Не теряя ни секунды, я выскользнула из ряда и направилась вниз по ступеням, бросив через плечо:

– Придурки пустоголовые!

Дэн прищурился, медленно сложив губы в едва уловимое: «Мы скоро встретимся». Но я поняла его без слов.

– Спасибо! – кивнула я темноволосому парню, который нарочито равнодушно уткнулся в свои записи. Я села рядом и повторила, отчетливо и с нажимом: – Я сказала спасибо. Мог бы просто ответить «пожалуйста».

– За что благодаришь? – Он даже не удосужился поднять голову, словно все, что происходило, его не касалось.

– Ты помог мне избавиться от тех идиотов, – ответила я, не скрывая упрека.

– Не понимаю, о чем ты. – Он пожал плечами с таким видом, будто всерьез был в полном неведении.

– Я видела. Ты использовал темную магию, – добавила я, приблизившись и понизив голос до шепота. – Значит, ты владеешь темной магией, так?

Он резко обернулся так, что я от неожиданности подскочила на месте, раздраженно хлопнул тетрадью по столу и прошипел:

– Почему я должен что-то тебе объяснять?

– Каэль Сайленс! – раздался строгий голос преподавателя, входящего в аудиторию, и наша перепалка мгновенно прервалась.

Значит, Каэль. Хорошо, раз не хочешь моей благодарности – не надо. Но я не люблю оставаться в долгу, так что при случае все верну.

– Дэн Вейлард! – теперь преподаватель обратился к Дэну. – Прошу вас, оторвитесь от разглядывания девушек и обратите внимание на занятие! Мы начинаем.

Я обернулась. Дэн вздрогнул, как будто его застукали за чем-то ужасным. Все это время он смотрел на меня. Но я знала, что в его взгляде было куда меньше интереса к «девушке по имени Адалин», чем к смешанной, которую он привык ненавидеть.

***

Следующим было занятие по общей магии, но я почти не слушала, погрузившись в собственные мысли. Время от времени ощущала, как чей-то взгляд прожигает затылок, и знала – это, конечно же, Дэн. А вот Каэль упорно делал вид, что не замечает меня, как будто мое общество ему совсем неинтересно. Когда профессор стал прощаться, я быстро собрала тетради и приготовилась бежать, пока кто-то еще, слишком заинтересованный в том, чтобы надо мной поиздеваться, не успел меня перехватить. Сердце стучало от тревоги, и я хотела поскорее выбраться из аудитории, мечтая оказаться на свободе.

Когда преподаватель взял папку, я уже бежала вниз по лестнице к выходу. Все сложилось бы прекрасно, если бы кто-то не отправил мне вслед сносящую волну. От неожиданности я полетела со ступеней, раздирая колени и ладони, а в тот момент, когда находилась в воздухе, вспомнила, что у меня всего одни теплые колготки, и, если они сейчас порвутся, я останусь без штанов в самом прямом смысле.

– Вы Адалин Тенебрис, не так ли?

Голос раздался совсем близко, и я подняла глаза. Надо мной стоял преподаватель, на его лице отчетливо читалось недоумение.

– Да, это я, – промямлила я озираясь. Мимо к выходу спешили студенты, снисходительно хихикая и крутя пальцем у виска.

– Майнисса Тенебрис, куда же вы так спешили?

Вот привязался! Шел бы по своим делам и не привлекал ко мне лишнее внимание. Пока я, сидя на полу, обдумывала, что ответить профессору, и пыталась вспомнить, как его зовут, подошел Дэн и окинул меня торжествующим взглядом.

– Прежде чем бегать, научись хотя бы ходить, – сказал он с насмешкой.

– Майнорис Вейлард, – профессор обернулся к Дэну, – я прекрасно понял, почему она упала, так что с вами мы еще поговорим.

Потом он снова посмотрел на меня и добавил:

– А вы не бегайте, не ребенок уже.

С этими словами он ушел, и только теперь я заметила, что аудитория опустела.

Дэн ухмыльнулся, и я все поняла. Значит, это он помог мне упасть. Словно в подтверждение, Дэн склонился надо мной и, подмигнув, прошептал:

– Это только начало, дорогая Майнисса.

Затем Дэн выпрямился и, не задумываясь, сломал пополам свое перо и бросил в меня, как в мусорное ведро. Чернила вытекли, окончательно испачкав мои порванные колготки. Теперь у меня точно проблемы!

Дэн вышел из аудитории, а я медленно поднялась, отряхнулась и побрела в сторону восточного крыла. Сегодня ночью мне предстояло дежурить на станции, и нужно спросить у смотрителя, где можно купить на заработанное одежду. Пока же я могла хотя бы создать иллюзию теплых, красивых колготок, хотя от холода она не спасет. Значит, придется тратить энергию с озера на обогрев. Ох уж этот Дэн! Хоть бы его сегодня больше не встретить!

Задумавшись, я не заметила, как снова оказалась в коридоре, где странные тени подчинялись неизвестным мне законам. Поняла это, когда увидела, как тени сползают со стены и ложатся на пол, захватывая все больше территории. Как я здесь оказалась? Но раз уж так вышло, решила немного изучить это загадочное место.

Дойдя до тупика, я огляделась, не понимая, что делать дальше. Вокруг царил полумрак. Коридор сужался до метра, а потолок нависал так низко, что мне приходилось слегка опускать голову. В тупике не было ни статуй, ни чего-то еще, только гнетущее ощущение, что я попала в ловушку. И это мне совсем не нравилось. Оставалось только повернуть назад, но было обидно так просто уйти, не узнав ничего нового.

Я пошарила руками по стенам и в самом темном углу внезапно наткнулась на дверную ручку. Понимая, что искушать судьбу не стоит, все-таки толкнула дверь, и она удивительно легко поддалась. Внутри царила темнота. Я могла бы включить фонарик на своем ключе, но боялась, что это привлечет нежелательное внимание. Поэтому решила действовать наугад. Как только я оказалась внутри, раздался шорох, и сердце неистово заколотилось в груди.

– Разве я тебя звал? – произнес едва уловимый голос, который закружил в воздухе, и от страха я прижалась к стене.

– Кто здесь? – спросила, стараясь говорить спокойно, но мой голос предательски дрожал.

– Уже забыла? – Ледяное дыхание коснулось щеки. – Быстро же ты.

В этот момент я почувствовала, как задрожала барабанная перепонка уже с другой стороны. Я вертела головой, стараясь понять, откуда доносится этот зловещий голос, но он каждый раз опережал меня.

– Я ничего не вижу, – пролепетала я, отчаянно пытаясь справиться с паникой. – Кто ты? Мы ведь уже встречались, правда?

– Конечно, не видишь. Ведь здесь темно, – прозвучал голос, и я почувствовала, что незнакомец теперь сзади, так близко, что затылок покалывало от холода.

Но через мгновение он оказался прямо передо мной и выдохнул мне в лицо:

– Представь, каково мне.

Тогда я увидела его расплывчатый силуэт – тот в черной накидке, которого встретила здесь в прошлый раз.

– Ты… – только и смогла произнести я.

Вдруг сзади заскрипела дверь, и внутрь пробился тусклый луч света. Я обернулась и увидела на пороге… Дэна Вейларда, собственной персоной. Только не это!

– Приходи ко мне еще, – обронил незнакомец и мгновенно скрылся в ближайшем ответвлении.

А вот мне прятаться было негде.

***

Я стояла, прижавшись к холодной стене, напряженная, как струна. Дэн смотрел с таким выражением, что я не могла понять – то ли он злился, то ли недоумевает.

– Смешанная, это что, твое новое хобби? – с усмешкой бросил он, слегка склонив голову. Глаза блеснули в полумраке. – Что ты здесь делаешь?

Сказать что-то острое или отшутиться? Я открыла рот, но слова застряли где-то глубоко внутри. За спиной еще витал холодный след исчезнувшего незнакомца, и я не могла отделаться от мысли, что он до сих пор здесь, где-то рядом, наблюдает.

– А ты что здесь делаешь? – решилась я. Лучший способ защиты – нападение.

Внезапно Дэн отступил на шаг и споткнулся, не удержавшись на ногах. Он повалился назад и глухо ударился о дверь. Послышался щелчок.

– Вот же замороженная селедка! – прорычал он поднимаясь. – Из-за тебя дверь захлопнулась!

– Не выдумывай! – фыркнула я, бросаясь к выходу. – Когда я пришла, тут вообще не было заперто.

– Врешь!

Я дернула за ручку, еще раз, и еще… Но дверь не поддавалась несмотря на все усилия. Я запаниковала: скоро мое дежурство, а мне еще нужно придумать, как незаметно исчезнуть из академии, чтобы не вызвать подозрения соседей по комнате.

– Немедленно открой! – крикнула я, повернувшись к Дэну, который, казалось, немного успокоился. – Это все твои проделки, правда? Очередной план, чтобы мне насолить?

– Слишком много о себе думаешь, – усмехнулся он.

– Тогда что ты здесь делаешь? Только не говори, что пришел прогуляться.

– Хотел бы задать тебе тот же вопрос.

Его голос прозвучал подозрительно спокойно, и я насторожилась. В темноте не было видно его лица, но, судя по шороху, он приближался. Сначала я ощутила его горячее дыхание на щеке. И только потом, сквозь темноту, проступили черты лица. Сердце колотилось, и я поймала себя на том, что почему-то засмотрелась на тени от его ресниц. Должна была бежать, спрятаться в темном углу, но не могла пошевелиться.

Дэн резко схватил меня за плечи, и я мгновенно очнулась. Выставив руки, попыталась его оттолкнуть. Но без магии силы были не равны, а демонстрировать свои возможности я не собиралась. Когда Дэну надоели мои жалкие попытки оттолкнуть его, он схватил меня за руки и сжал запястья, двинул меня к стене и прижал с такой силой, что я почувствовала острый край отколотого камня, впивающийся в спину.

– Я могу убить тебя прямо сейчас, и ты не представляешь, как мне этого хочется, – прошипел он.

– Так давай, чего ты ждешь? – выдохнула я, встречая его взгляд.

– Не так быстро, нет… Ты заслуживаешь самого худшего, и ты получишь его сполна.

Пальцы немели от его хватки. Боль отдавала в запястья, и терпеть становилось все сложнее.

– Отпусти, мне больно! – Я попыталась вырваться, но он лишь сильнее сжал руки.

– Ты думаешь, моей матери не было больно, когда из-за такой, как ты, никому не нужной корыстной твари, погиб отец? Как же я тебя ненавижу!

– Я ничего не сделала! – выкрикнула в отчаянии. – К тому же, я была ребенком! Если бы я могла все вернуть, то сама бы отказалась от этого удочерения. Оно мне тоже ничего хорошего не принесло.

– Какая разница, сколько тебе тогда было? Отец погиб из-за тебя, даже если ты не хотела. Это факт, и изменить его невозможно. – В его голосе слышалась боль и отчаяние.

– Что ты хочешь от меня? – спросила я, чувствуя усталость и холод. Мне хотелось есть, спать и просто выбраться из этой ловушки.

– Дай подумать… – Он сделал вид, будто раздумывает, а затем тихо и четко произнес, чеканя каждое слово: – Я хочу, чтобы ты раскаялась. Чтобы ползала на коленях сначала перед матерью, а потом передо мной, просила прощения и умоляла о пощаде. Возможно, тогда я буду удовлетворен. А если нет, – он приблизился и прошептал: – Тогда я убью тебя.

– Но мне не за что просить прощения, – выдохнула я. – Мне жаль, что это произошло с твоим отцом, особенно потому, что он погиб, занимаясь моими делами. Но на этом все.

На секунду в коридоре повисла тишина, лишь мой прерывистый вздох затерялся в холодной пустоте.

– Понял тебя, Сумрачная Кошка, – тихо сказал Дэн. И я вдруг вспомнила, как он впервые меня так назвал, когда я стояла ночью, заплаканная, на пороге его дома, держа его отца за руку. – Не хочешь по-хорошему, значит, будет…

– Оставь меня в покое, Мракотень! – Я вспомнила и его прозвище, которое когда-то дала ему за хмурый нрав и вечные издевки.

Дэн вздрогнул, сжал мои запястья крепче и собирался что-то сказать, но вдруг тишину разорвал ледяной свист. Дэн резко обернулся, крикнув в пустоту:

– Какого ты здесь делаешь?

Вдруг дверь открылась, и пока Дэн соображал, что происходит, я выскользнула наружу и рванула в сторону восточного крыла, не оглядываясь.

Глава 8

Когда тени от статуй стали едва касаться середины стены, я выскочила в более широкий и светлый коридор. Не сбавляя шаг и стараясь не привлекать внимания проходящих мимо студентов, добежала до восточного крыла и, нырнув в полутемный проход, остановилась, чтобы перевести дыхание перед тем, как войти в комнату номер тринадцать.

Услышав позади странное шуршание, я невольно обернулась. Но, кроме маленькой мышки, которая вильнула хвостиком и скрылась в уголке, никого не увидела. Видимо, случайно оказалась не там, где нужно. Или это место настолько мрачное, что даже мышь не решается тут надолго оставаться.

Времени до работы оставалось немного. Нужно было придумать, как выбраться из комнаты, чтобы никто не заметил. Вдохнув побольше затхлого воздуха, я распахнула дверь и решительно вошла внутрь. Все взгляды тут же устремились на меня.

– Привет! – сказала я, стараясь не выдавать волнения.

В ответ – гробовая тишина. Каэль отвернулся к окну, будто метель за стеклом оказалась намного интереснее. Парень, что в прошлый раз лежал на кровати, и теперь находился там же. Он лениво прикрыл глаза, будто собираясь подремать. Миниатюрная девушка уткнулась в книгу, не желая участвовать в разговоре.

– Привет! – неожиданно сказал блондин, который вчера разнимал нас с Каэлем, и я, по крайней мере, перестала чувствовать себя полной дурой.

– Я Адалин Тенебрис, – сказала я, рассчитывая на его ответ.

– Феликс Блейкфен, – он улыбнулся. – Раз уж мы собираемся жить вместе целый год, неплохо бы немного друг о друге узнать. Я сын светлого мага-заклинателя и ведьмы.

В этот момент стало понятно, откуда у него такие яркие зеленые глаза. Он явно унаследовал их от матери. Простые ведьмы в магическом мире Альрамены считались чуть ли не низшими, причем даже не по распределению на работу, а по рождению, что совсем не престижно. Так что у Феликса не просто смешанная кровь, но еще и совсем не аристократическая. Интересно, как Феликс с этим справляется?

– А ты? – спросил он, выдернув меня из мыслей.

– Я происхожу от Хранителей и Поисковиков.

– М-м-м… – Феликс задумался, и мне показалось, что в его глазах мелькнула зависть. Он подошел ближе, улыбнулся и протянул руку. – Будем знакомы, Адалин Тенебрис.

Я ответила на рукопожатие и огляделась: никто больше не собирался представляться. Будто услышав мои мысли, Феликс тоже посмотрел на остальных.

– Может, все-таки познакомимся?

В комнате повисла напряженная тишина. Я взглянула на Каэля и встретила холодный, колючий взгляд – если бы он мог резать, он бы точно это сделал.

– Что смотришь? – пробурчал он. – Сегодня на лекции из-за тебя все узнали мое имя.

– Каэль Сайленс, – обронила я не удержавшись.

Он мгновенно вскинул голову, в его взгляде сверкнул гнев.

– Кто тебя просил? – рявкнул он, сдвинув брови.

– Извини, но ты сам сказал, что все уже слышали, – парировала я.

Каэль приблизился, и мне пришлось поднять голову, чтобы смотреть на него. Золотисто-карие глаза сузились, в них мелькнуло что-то темное и беспокойное, но меня это почему-то не напугало.

– Слушай, – его голос стал тише, но напряжение от этого только усилилось, – я здесь, чтобы учиться, а не обсуждать свою жизнь со всеми подряд.

Я скрестила руки на груди.

– Феликс прав: если мы живем в одной комнате, нам стоит хотя бы познакомиться.

– Феликс прав, – усмехнулся Каэль.

Феликс осторожно встал между нами, подняв руки, как бы желая нас разнять.

– Эй вы, двое, спокойно. Что вы как кошка с собакой?

– Это он на меня нападает! – возмутилась я, указывая на Каэля.

– Не путайся под ногами и не привлекай ко мне внимание! – не унимался он.

– Если ты так хочешь знать, меня зовут Лира Дрейквуд, – раздался сдержанный голос миниатюрной девушки. Она оторвалась от книги и смотрела Феликса, а мы замолчали. – Надеюсь, это все?

– А кто твои родители? – спросил Феликс, явно заинтересовавшись.

– Мои способности: огонь и лед, – нехотя ответила она. – Теперь достаточно?

Феликс кивнул, немного смутившись под ее ледяным взглядом, но все же улыбнулся:

– Спасибо, Лира.

В углу комнаты что-то тихо скрипнуло, и все взгляды обратились туда. Парень на кровати встретился взглядом с Феликсом, но не произнес ни слова.

Феликс наклонил голову набок:

– А ты? Твое имя?

Парень на кровати выдержал паузу, его голос был глухим и тихим, когда он, наконец, произнес:

– Дариан Старквил.

– И? – протянул Феликс, заинтересованно приподняв бровь.

– Отец – Хранитель, а мать – маг времени.

Все охнули. В наше время магов времени можно пересчитать по пальцам, и сейчас передо мной стоял первый за всю мою жизнь. Но больше всего меня насторожило другое – у Дариана тоже были способности Хранителя, как и у меня. А это значит, что он мог создавать иллюзии. Что, если ему удастся понять, что я иногда не ночую в комнате и работаю на станции? Этот риск был вполне реальным. Но менять свои планы я точно не собиралась.

Оставшееся до вечера время прошло в полной тишине. В положенный час я выждала момент, когда все разошлись по своим углам – кто в кровать, кто умываться, – и вынесла рюкзак в коридор. Затем вернулась в комнату, легла в постель и создала иллюзию себя, спящей, повернувшись лицом к стене. Сердце билось, как у загнанного зверька, но я осторожно поднялась и бесшумно прокралась к двери. Убедившись, что никто не смотрит, я приоткрыла дверь и, стараясь не издать ни звука, выскользнула наружу. Дверь тихо стукнула, но, если кто-то и услышит, наверняка спишет на сквозняк.

Взяв рюкзак, я осторожно направилась к выходу из академии. Внезапно за спиной раздался шорох. Затаив дыхание, я обернулась и всмотрелась в тени у стены. Два маленьких глаза сверкнули магическим светом в углу, а затем мимо пронеслась мышь. Она выглядела обычной, но меня насторожило свечение в ее глазах. Я когда-то видела такое у кота, когда училась на курсах низшей магии. Это произошло после того, как я стала свидетелем сговора Эдрика Торна. Теперь это казалось тревожным знаком – возможно, за мной следили.

***

Когда пушистые тучи сгустились, и легкий, почти невесомый снег посыпался с неба, я вышла на улицу. Задержалась на несколько минут у лестницы, настороженно прислушиваясь и осматриваясь, чтобы убедиться, что за мной никто не следит. Только после этого направилась к лифту и вскоре спустилась вниз. Долина утонула в серой мгле.

Я заступила на смену и, в первую очередь, направилась в зал ожидания за чаевыми. На столе у зеленой кофемашины стояла корзинка с рогаликами, посыпанными сахаром, и несколько ярких леденцов, сверкающих в тусклом свете. Закинув один в рот, я вышла на перрон и с удивлением обнаружила там… Дэна. Хорошо, что я заранее надела папино кольцо.

Дэн поежился, заворачиваясь в теплый шарф и пряча руки в шерстяные перчатки. В голове роились тысячи мыслей, подобно снежным ручейкам, суетливо носившимся по пустым рельсам. Что он здесь делает? Пришел кого-то встретить или по мою душу?

Когда Дэн заметил меня, он подошел ближе, и сердце забилось быстрее.

– Тебя-то я и ищу, парень. Как там тебя? – спросил он, пристально глядя на меня.

– Я Алекс.

– Неважно. Ты уже проворонил свои сто фростинов. – Дэн подмигнул, и я почувствовала, как тяжелеют карманы от пустоты. Лишилась денег по глупости. – Есть еще один шанс заработать, – продолжил он. – Может, знаешь, что за девушка недавно танцевала на озере?

Я вздрогнула. Значит, это он приходил и все-таки меня увидел. Вот же глыба растаявшая! Куда ни повернись – везде этот Дэн. Сделав задумчивое лицо, я решила сказать что-то такое, чтобы сбить его со следа.

– Сколько платишь за информацию, сундук с сокровищами?

Дэн усмехнулся.

– А тебе есть что сказать?

– Может, и есть. Так сколько?

– Скажем, пятьдесят.

– Пфффф… – Я закатила глаза, хотя внутри чувствовала удовлетворение. За меня – Адалин он бы заплатил больше, чем за дух. А вслух сказала: – Сто и не меньше!

– Умерь аппетиты, низший!

– Не хочешь – как хочешь. – Я взяла лопату и стала разгребать снег.

– Я тебя еще не отпускал! – Дэн схватил меня за воротник, и лопата полетела на землю, с шумом ударившись о мерзлый асфальт.

– Деньги! – едва выдавила я из-за сдавленного воротником горла.

– Корыстный поганец! Ладно, дам сто фростинов.

– И отпусти!

Дэн отпустил меня, и я, наконец, вздохнула.

– И лопату подними, – пробурчала я.

– А ты не… – начал он, но я перебила:

– Ну, как знаешь…

– Одноглазый снеговик с тобой! – усмехнулся он, поднимая лопату. – Доволен?

– Деньги вперед! – Я упрямо уперла руки в бока.

Он вынул деньги из внутреннего кармана и сунул мне в руку. Я принялась медленно их пересчитывать, заставляя его нервничать и испытывая внутреннее удовлетворение из-за того, что Дэн делал все, что я хотела. Убрав деньги, я сказала:

– Это была одна сумасшедшая старая ведьма. Она давно закончила академию и теперь приезжает иногда поностальгировать.

– Говори правду, иначе заберу деньги.

– Не дам, – я попятилась, а Дэн шагнул ближе.

– Считаю до трех…

– Дух озера! Да! Это точная информация!

Дэн замер, задумавшись. Он видел на озере мой дух, и совершенно точно понял, что это дух, хоть и не знал, что мой. А значит, должен поверить.

– И как можно увидеть ее снова?

– Тебе зачем?

– Не твое дело, низший.

– Если есть выход из воды на поверхность, она может появиться, – сказала я, точно зная, что на озере все замерзло. – Я видел пару раз, как она это делает.

– Вы разговаривали?

– Она ни с кем не разговаривает. Никогда.

– Пойдем к озеру, – неожиданно сказал Дэн.

– Мы так не договаривались, я на работе.

– Плачу еще пятьдесят, – лукаво улыбнулся Дэн. – Покажешь, где она появлялась.

– Сто!

– Не наглей.

– Ладно.

Конечно, я знала, что на озере никого нет. Но дополнительные пятьдесят фростинов лишними не будут, тем более смотритель сказал, что на следующей неделе в долину приедет ярмарка. Мы пошли к озеру.

Пройдя по перрону мимо выбитых стекол и старых обшарпанных скамеек, мы свернули за здание – самый близкий путь. Подойдя, я подняла ледышку и бросила подальше от берега. Хоть и серо вокруг, но видимость нормальная. Ледышка, позвякивая, отскочила от мерзлой поверхности.

– Видишь, все замерзло. Никто не появится.

– Принеси что-нибудь со станции и разбей лед.

От удивления я чуть не засмеялась. Нашел себе раба! Но вдруг заметила свечение на берегу и торчащие ледяные зубья. Кажется, я такое видела в книгах. Думай, Адалин! Ледяные капканы! Дэну точно понравятся. Отлично! Сам напросился. Сдерживая улыбку, я сказала:

– Ой, смотри-ка! А это что?

– Стой на месте, это капканы, – отрезал Дэн.

Он знал о них, но все же… Шаг. Еще шаг. Щелчок. Попался! Один капкан спрятался под снегом и не светился. Дэн схватился за застрявшую ногу, со всех сторон захваченную льдом.

– Как же так?! – я изобразила удивление. – Кажется, ты попал в капкан! – Хоть совесть немного и мучила. Я не думала, что ему будет так больно. Я просто не хотела делать прорубь.

Достав из рюкзака маленький плоский ледоруб, я подошла ближе и попыталась отколоть лед у основания капкана. Задача оказалась непростой.

– Ты что, всегда эту штуку с собой носишь? – спросил он, скрипя зубами.

– По работе положено. Мало ли, – отозвалась я. – Лучше тебе в академию, ногу лекарю показать.

Сделав еще пару ударов, наконец удалось отделить капкан от основания.

– Доберешься до академии, оставшийся лед там и растает.

– Ты серьезно? Веди меня к себе на станцию, а то отберу деньги.

– Ладно, обопрись на меня, – вздохнула я.

– Совсем хилый. Пополам переломаю.

– Не делай поспешных выводов.

Я подставила ему плечо, и мы отправились к моей комнате на станции.

***

– Живешь один? – Дэн поднял бровь, оглядывая комнату, как только я его впустила.

– А ты против? – отозвалась я, наблюдая, как он стряхивает снег с рукавов и вешает куртку на крючок, словно давно здесь обосновался.

Он бросил еще один оценивающий взгляд на обстановку, прошел вглубь комнаты и пробормотал себе под нос:

– Неплохо… Все по низшему разряду.

– Тебе ведь не навязываю, – парировала я, следя за тем, как он слегка прихрамывал, осторожно ступая на ту самую ногу, что попала в ледяной капкан, который до сих пор не растаял. Найдя газовую горелку, я установила ее на стул и кивнула на кровать:

– Садись.

– Ну и что дальше? Пассажиры чаевых мало оставили, и ты решил меня поджарить, мелкий прохвост? – фыркнул Дэн, усаживаясь.

– Расслабься, – улыбнулась я. – Я не ем ноги. Только печень. Так что давай, поднимай копыто.

Он недовольно поморщился, но поднял ногу над пламенем и стал наблюдать, как лед понемногу тает, превращаясь в тонкие струйки воды, стекающие на прогнивший деревянный пол.

Сама не поняла, как у меня сорвалось с языка:

– А зачем ты искал ту девицу из академии?

Вопрос прозвучал неожиданно даже для меня, и я тут же прикусила язык. К моему удивлению, в этот раз Дэн не разозлился.

– Хочу отправить ее обратно, – ответил он. – Туда, где ей самое место.

– Почему?

– Потому что… она – угроза. – Дэн молча смотрел на лед, теперь уже почти исчезнувший.

– Угроза? – переспросила я, глядя на него. – Но почему?

– Не твое дело, мелочь. – взгляд Дэна похолодел. – Долго еще? – нетерпеливо спросил он.

Мы больше не нуждались в горелке, но почти физическое желание подразнить Дэна заставило меня солгать. Пусть еще немного посидит с задранной ногой.

– Еще подержи, почти готово.

Снаружи поднялся ветер. Снежные вихри, кружась за выбитыми стеклами, не попадали внутрь, хотя комната, по идее, должна была продуваться насквозь. Это казалось странным, и, кивнув в сторону окна, я спросила:

– А как это вообще работает?

Дэн уставился на меня, его взгляд стал колючим:

– Ты здесь живешь, работаешь и до сих пор не знаешь?

Мне стало не по себе. Как я могла так ляпнуть – и кому? Поисковику! Вот голова дырявая! Спохватившись, я пробормотала первое, что пришло в голову:

– Конечно, знаю. Просто… каждый раз удивляюсь, – добавила, почесав затылок. – Ладно, капкан растаял. Давай, снимай ботинок.

Дэн сбросил ботинок, и я увидела на его щиколотке два огромных синяка. Глядя на эти отметины, я ощутила укол совести. Вытащив из рюкзака старую банку мази из приюта, наконец пригодившуюся, я потянулась, чтобы намазать его ногу.

– Не стоит! – резко бросил он, но я только фыркнула:

– Сиди уж спокойно.

Дэн на миг напрягся, но остался на месте, и я аккуратно обработала синяки. Он продолжал смотреть на меня, и это нервировало.

Закончив, я сходила в зал ожидания и собрала сегодняшние чаевые. Вернувшись, протянула Дэну несколько печенек, и он, приподняв бровь, ухмыльнулся:

– Что, вас тут нормально не кормят?

Я только пожала плечами, скрывая раздражение.

– А где мои денежки? – встрепенулась я, вспоминая об обещанной плате. – Мы ведь договаривались.

– Но мы не встретили озерного духа.

– Но ведь не моя вина, что она не явилась.

Дэн насмешливо фыркнул, продолжая перебирать монеты и словно смакуя каждую. Наконец, он протянул мне несколько.

– Корыстный ты, парень. Ладно, держи. Теперь будешь выполнять для меня мелкие поручения.

– Не хочу, – сказала я, сложив руки на груди. – У меня своих дел хватает.

– Придется. – На лице появилась ухмылка великого властителя.

И вдруг он резко поднял руку, призывая меня к тишине. Выражение лица мгновенно стало серьезным. Внизу под полом послышался странный шорох, будто что-то неуклюже билось о доски. Я почувствовала, как холодок пробежал по спине, а из щелей вдруг стало пробиваться бледное мерцающее свечение, пульсирующее и меняющее оттенки. Дэн нахмурился и обернулся ко мне:

– Что это? У вас тут погреб есть?

– Понятия не имею. Я вообще в первый раз такое вижу.

Он чертыхнулся, натянул ботинок и, прихрамывая, принялся ходить по комнате, будто стараясь найти секретный люк или скрытый проход в полу. Я тоже стала осматривать доски, но ничего похожего на вход не обнаружилось. Внезапно свечение исчезло так же неожиданно, как и появилось.

– Пойдем, – тихо сказал он, кивая в сторону выхода.

Я молча подчинилась, и мы вышли на улицу. Дэн быстро нашел боковую дверь в подвал, прямо под моей комнатой. Остановившись на мгновение, он с осторожностью открыл замок магией взлома, едва шевельнув пальцами. Затем, обернувшись ко мне, кивнул, и я последовала за ним.

Глава 9

Внутри было темно. Дэн вытащил ключ, который носил на шее, и слегка осветил пространство. Я впервые видела подвал и никак не ожидала, что здесь скрыта лестница, ведущая еще ниже. Дэн направился именно туда, оставляя позади небольшую кладовую с разбросанной старой мебелью, лопатами и целыми кучами пыльных книг.

– Что это за место? – спросила я, осторожно ступая по ступеням вниз.

– Просто подвал, – Дэн пожал плечами. – Разве ты здесь раньше не бывал?

– Еще не успел. Ой! – Я споткнулась о камень и едва не упала на колени.

– Тише, – буркнул Дэн.

– Почему? – Я уставилась на него, не понимая, что происходит.

– Тсс! – Он резко остановился и прижал палец к губам.

– Но… – начала я, но он быстро шагнул ко мне, хватая за руку, развернул так, что я оказалась спиной к нему, и тут же накрыл мой рот ладонью. Я ощутила, как его крепкое тело прижалось сзади, и замерла – то ли от неожиданности, то ли от страха. Я отлично создавала визуальные иллюзии, но тактильные эффекты еще удавались мне плохо. Если бы он переместил руку ниже, на грудь, точно бы понял, что тут что-то не так.

Я попыталась вырваться, но его вторая рука оказалась на талии, удерживая меня. Он склонился к самому уху и прошептал:

– Заткнись, мелкий.

Мне ничего не оставалось, кроме как подчиниться, и только тогда я уловила едва слышный шорох. Казалось, маленький зверек копошился в опавших листьях. Но в этих местах росли только елки, а осени и вовсе не бывало. Через секунду звук исчез, и Дэн, наконец, отпустил меня.

– Куда ведет этот коридор? – прошептала я, указывая на темный проход впереди.

– Возможно, к хозяйственным помещениям, – ответил он сухо, уставившись вдаль с задумчивым выражением.

Шорох возобновился, и через мгновение из темного коридора вылетела птица. Я вздрогнула и машинально спряталась за Дэна, мысленно ругая себя за это. Хорошо хоть не прыгнула ему на шею. Дэн снова прижал палец к губам, призывая к тишине, и мы замерли у входа в коридор. Птица, хлопая крыльями, приземлилась на старые доски у стены и внимательно смотрела на нас, даже не пытаясь улететь. Я никогда не видела таких птиц: при каждом взмахе ее крыльев отлетали сверкающие перья, медленно кружась в пропахшем сыростью воздухе. На их месте тут же вырастали новые. Даже при слабом освещении было видно, что ее оперение отливало глубоким фиолетовым оттенком.

– Перьелетка, – медленно произнес Дэн. – Почему же ты здесь?

– Кто это такая?

– Ты хоть что-то знаешь, бездарь? Ах да, ты же низший, куда тебе.

Я сжала губы от досады, но, разглядывая необычную птицу, забыла о гневе и просто смотрела, как завороженная. А Дэн, кажется, погрузился в свои мысли.

– Откуда она здесь? – спросила я.

– Хороший вопрос… – Он задумчиво кивнул. – Ладно, уходим.

– А как же… – Я показала в сторону темного коридора, но Дэн резко схватил меня за руку и, отправляя вперед, повел к лестнице, оставаясь позади. – И не вздумай ходить сюда один. В следующий раз я приду с нужным снаряжением, и мы снова попробуем. Понял?

– Ага, – кивнула я, бросая последний взгляд на птицу. Оступившись, я подвернула ногу и, потеряв равновесие, чуть не упала на Дэна. Он успел подхватить меня за талию, и наши лица оказались на одном уровне. Несколько секунд, затаив дыхание, мы смотрели друг другу в глаза. Потом он схватил меня за плечи и резко отодвинул.

– Ненормальный! Одни проблемы с тобой!

– Так оставь меня здесь и катись! – вспыхнула я.

– Иди уже, – смягчился он. – Ты мне еще пригодишься. Все твои долги я записываю, так что легко не отделаешься.

– Я тебе ничего не должен! И, вообще, я твою ногу лечил. – Я усмехнулась, вспоминая недавний случай, который сама же и устроила – хоть Дэну об этом знать вовсе не обязательно. – От моей мази все быстро заживает, как видишь.

– Шевели ногами, мелкий, а не языком.

– Не мелкий я.

– Ну да, – усмехнулся Дэн.

Поднявшись в подвальное помещение, Дэн тщательно опечатал спуск магией, чтобы обеспечить безопасность. Тем временем я заметила в темном углу мерцающие искры, вылетающие из-под старой тряпки. Я осторожно приподняла ткань и замерла: передо мной сидело существо с мордочкой, напоминающей кошачью. Оно изо всех сил пыталось подавить искры, вырывающиеся из глаз, но, когда те все-таки прорывались, пушистый комочек с бирюзовой шерстью досадливо зажмуривался и хлестал себя длинным хвостом по ушкам с кисточками, как у рыси. Заметив меня, существо испуганно уставилось, вжав голову в плечи. Повинуясь первому порыву, я быстро накрыла его тряпкой и оглянулась на Дэна, который как раз закончил ставить защиту.

– Идем, – коротко сказал он.

Дэн

Эти древние коридоры… Пробудившаяся перьелетка… Неужели эфириды пытаются пробить новый тоннель? Пока рано делать выводы, но осознание того, что перьелетки активируются из-за сладковатого аромата, исходящего от шерсти эфиридов, не вселяло надежды. Ни разу не случалось, чтобы перьелетка не предвещала их появление. Нужно исследовать коридоры и как можно скорее сообщить обо всем совету. Но парень со станции не должен знать таких подробностей.

Странный все-таки этот Алекс. Легкий, как пушинка, мягкий, с гладкой кожей. Ароматный как девчонка. Но вот энергия, что исходила от его глаз, когда он оказался так близко… Почему я вздрогнул? Раньше я почти не замечал его взгляд. В этот раз все по-другому: он заставил меня нервничать, сбивая с толку и не давая сосредоточиться. Что со мной? О чем я вообще думаю? Его тоже нужно будет изучить получше.

Адалин

Дождавшись, когда Дэн покинет станцию, я убедилась, что смотритель все еще спит в своей комнате, а поезд прибудет только через два часа. Значит, времени достаточно. Взяв рюкзак, я вернулась к боковой двери, осторожно открыла ее и вошла в подвал. Теперь, когда рядом никого не было, я могла освещать пространство собственным ключом. Перепрыгивая через доски, я метнулась в знакомый угол, сбросила грязную тряпку, прикрыв при этом нос. Как же она воняла! Зажмурившись, существо сидело там, где я его оставила.

– Не бойся меня, – сказала я, протягивая руку.

***

Существо оскалило мелкие зубки и тихо зарычало, заставив меня мгновенно отдернуть руку. Оно по-прежнему сидело в углу, свернувшись в напряженный комок, словно надеясь, что я все-таки уйду и оставлю его в покое. Лапы подрагивали, а настороженные глаза блестели в полумраке. Свет моего ключа падал на его шерсть, отчего та сверкала ледяным блеском, словно воды высокогорных рек на солнце.

Подвал пах пылью и сыростью, холод сочился из стен, пробирая до костей. Я невольно поежилась. Существо уже откровенно дрожало, прижимая ушки с кисточками к бирюзовым щекам. Оно слабым движением махнуло лапкой в мою сторону, будто защищаясь, и я заметила, как из раны сочилась синеватая жидкость.

– Я тебе не враг, – мягко сказала я, протягивая руку. – Давай помогу, хорошо? Вижу же, что ты ранен.

Существо издало низкое рычание – злобное, но скорее предупреждающее, чем угрожающее. Его силы были на исходе, и в каждой реакции читалась усталость. Я медленно приближалась, стараясь не спугнуть его резкими движениями. Каждый раз, когда рука тянулась ему навстречу, оно дергалось назад и начинало рычать громче, а рык отдавался эхом в подвале. Но я не собиралась отступать: в настороженном взгляде этого создания угадывалась не только недоверчивость, но и боль, и я хотела помочь ему, несмотря на отчаянное сопротивление.

– Я понимаю, что тебе страшно, но я не причиню тебе вреда, – прошептала я, медленно опускаясь на сырые доски. – Все, что нужно, – это немного доверия.

Существо некоторое время напряженно разглядывало меня, будто взвешивая опасность, оценивая каждое движение. Наконец, оно с явным недовольством позволило мне обхватить его руками и приподнять. Оно оказалось легче, чем я ожидала, но его тепло, как у котенка, пригревшегося на солнце, приятно удивило. Улыбнувшись, я прижала его крепче и ощутила нежное умиление, несмотря на его явно неприветливую мордочку, похожую на кошачью.

Осторожно опустив его в рюкзак, я приговаривала:

– Потерпи немного, скоро окажемся в моей комнате, и там все уладим. Но сейчас нужно, чтобы тебя никто не заметил. Интересно, кто ты такой?

Существо продолжало урчать. Прижимая рюкзак к груди, я выбралась из подвала и поспешила к своей комнате на станции.

Улица по-прежнему оставалась пустой и холодной. До прибытия поезда – час, а затем мне предстояло отправиться в академию. Войдя внутрь, я заперла дверь, аккуратно положила рюкзак на кровать и, открыв его, осторожно достала существо. Оно сразу попыталось вырваться, но я прижала его к груди и нежно погладила шерстку, ощущая под пальцами мягкость и теплую вибрацию.

Я внимательно осмотрела раненую лапку. На ней уже свернулась синеватая жидкость, похожая на кровь, и пока я изучала рану, из нее выскользнула еще одна густая капля. Наклонившись ближе, я уловила слабый сладковатый аромат. Он был еле заметным, но удивительно приятным, почти завораживающим.

– Все нормально, – прошептала я, прикладывая ладонь к его ране и направляя магию в ткани. Я, конечно, не лекарь, но кое-что умею – в приюте пришлось научиться, иначе не выжить. – Теперь ты со мной, и я помогу тебе. Останься, ладно? Тебе нужно подлечиться.

Существо снова раздраженно зарычало, словно не доверяя моим словам, и я вдруг поняла, что оно чего-то хочет от меня, но что именно – оставалось загадкой. Протянув к нему руку, я не успела и моргнуть, как его лапки обвились вокруг моих пальцев. Глаза вспыхнули ярким алым светом, и между нами внезапно натянулась тонкая, светящаяся нить. И в этот момент он, как голодный зверек, вобрал в себя крохотную частичку моей энергии.

– Так ты голодный? – удивленно прошептала я. – Что ж, если снова проголодаешься – я рядом. Ты ведь не слишком прожорливый, правда?

Существо что-то прорычало, но мне показалось, что в этом рыке больше не было прежней враждебности. Возможно, оно даже немного успокоилось, ощутив, что рана больше не беспокоит. Я закрыла его в комнате и направилась встречать приближающийся поезд.

Холод пробирался под одежду. Снег валил хлопьями, а ветер яростно бросал ледяные порывы в лицо, пока я шла по платформе.

Из состава вышли двое пассажиров, и, проверив их документы, я отправила их в зал ожидания. Появился смотритель, что означало конец моей смены. Я снова направилась в комнату, сердце билось о ребра – ждал ли он меня? Я медленно подошла к двери, открыла ее и вошла. Существо оставалось на месте.

– Ты должен пойти со мной, – негромко сказала я, глядя на его настороженную мордашку. – В академии я смогу тебя подлечить. И если тебе снова понадобится энергия, я обязательно поделюсь. Я знаю, где можно пополнить запас. – Я подмигнула, стараясь его немного успокоить. – Только одно условие: никому не показывайся.

Существо снова недовольно заворчало, но, похоже, поняло, что выбора у него не осталось.

– Я буду называть тебя Ушастик, – сказала я, открывая перед ним рюкзак и приглашающим жестом показывая путь внутрь.

Глава 10

Я заперла комнату и направилась в академию, сняв у горы иллюзию и вновь став Адалин. Лифт неторопливо поднял меня наверх, и, закинув рюкзак с Ушастиком на плечо, я вышла наружу.

Тучи рассеялись, и передо мной снова появились статуи и фонтаны, хотя времени на прогулку все равно не хватало. Я поднялась на крыльцо, быстро прошмыгнула через дверь, помахала удивленному дворецкому и направилась к восточному крылу. Пусть теперь гадает, когда я успела оказаться на улице.

Свернув за угол, я остановилась и аккуратно заглянула в рюкзак. Ушастик, затаившись, оскалил зубки и выставил перед собой лапку.

– Ах ты, чудик, – хихикнула я, закрывая рюкзак.

Дойдя до восточного крыла, я осторожно выглянула из-за угла, проверяя, нет ли в коридоре кого из комнаты номер тринадцать. Убедившись, что путь чист, я быстро подошла к двери. Прислушалась. Внутри стояла тишина.

Я потянула ручку и, стараясь не шуметь, аккуратно приоткрыла дверь. Заглянув внутрь, убедилась, что все еще спят. Облегченно выдохнув, шире распахнула дверь и на носочках пробралась в комнату. Сердце колотилось, будто сумасшедшее. В любую минуту кто-то мог проснуться и поймать меня за руку, и тогда возникнет слишком много вопросов.

Каэль слегка пошевелился, и я так сильно вздрогнула, что чуть не уронила рюкзак. Вот бы Ушастик удивился! Только я добралась до своей постели, как Каэль распахнул глаза. В последнюю секунду мне удалось убрать иллюзию себя, лежащей на подушке.

Каэль посмотрел на меня и ухмыльнулся. Я в ответ вопросительно мотнула головой. Он приподнял бровь, а я закатила глаза. Тогда Каэль вздохнул, а я развела руками, как будто спрашивая: «Что тебе от меня нужно?»

– Вы даже молча ругаетесь, – усмехнулся Феликс, потягиваясь на своей кровати.

Я быстро отвернулась и аккуратно положила рюкзак на кровать, предварительно убедившись, что все молнии надежно застегнуты. Подошла к шкафу и распахнула дверцы. Мой скромный гардероб спокойно умещался на паре вешалок, но теперь у меня имелось достаточно денег, чтобы на ближайшей ярмарке купить все необходимое. Я так ждала эту ярмарку!

Я сняла с вешалки серое платье чуть ниже колен. Какое убожество! Но что еще я могла привезти из приюта? Колготки снова придется создавать с помощью иллюзии. И хотя для красоты этот вариант даже лучше настоящих – я могла сотворить иллюзию самых дорогих и красивых колготок, – от холода они, конечно, не спасут.

– Где мы будем переодеваться? – спросила я, оборачиваясь. В ответ – тишина. Я закрыла шкаф и продолжила: – У нас две девушки: я и Лира. Да и парням, наверное, не хочется перед нами штаны снимать. Никого, кроме меня, не волнует этот вопрос?

– Именно поэтому девчонкам не место в этой комнате, – с презрением бросил Каэль. – И я об этом говорил с самого начала.

– А может, лучше тебе исчезнуть? – спросила я, машинально сделав шаг в его сторону. – Слишком уж ты непримиримый.

– Не все в мире происходит по твоему желанию, – тихо, но с явным вызовом сказал он.

Улыбка Каэля казалась настолько нахальной, что мне едва удалось сдержать желание стереть ее с его лица. Я подходила все ближе, и вот уже оставалось всего пару шагов. В груди клокотала злость. Этот парень вызывал у меня совершенно неадекватную реакцию – будто мне мало ректора и Дэна Вейларда!

– Я задала простой вопрос! Где мы будем переодеваться? Зачем ты меня цепляешь?

– Может, ты сама такая несдержанная, что не можешь нормально с людьми разговаривать? – ответил Каэль с усмешкой.

Когда я подошла совсем близко, не сдержалась, размахнулась и ударила его платьем. Затем еще раз и еще. Каэль округлил глаза, не в силах даже пошевелиться от удивления. В этот момент между нами снова оказался Феликс, отчего совершенно случайно тоже получил платьем.

– Спокойно! – закричал он, прикрываясь рукой. – Ребята, что вы творите? Зачем ты ее задираешь? – спросил он Каэля, а затем повернулся ко мне: – А ты почему ведешься на его провокации? Сейчас придумаем, где переодеваться!

Казалось, из моих глаз летели искры. Тяжело дыша, я взглянула на Каэля. Он пристально меня рассматривал, его глаза горели, а руки подрагивали. Я сжала губы, сузила глаза и отвернулась. Феликс, убедившись, что мы больше не бросимся друг на друга, подошел к шкафу, открыл его и принялся рыться на дальних полках. Через несколько мгновений вытащил из глубины старую простыню.

– Вот, – сказал он, протягивая руку с добычей. – Сейчас все сделаем.

Феликс швырнул находку в угол и бросился в коридор. Я села на кровать и уставилась в окно, стараясь не смотреть на Каэля, который продолжал меня раздражать. В голове бурлили мысли, и я чувствовала, что напряжение не спадает. Через несколько минут Феликс вернулся с молотком и гвоздями. Несколько резких ударов, и вот – уже гвозди держат простынь, натянутую между противоположными стенами. Получился небольшой треугольный закуток, в котором вполне можно спрятаться от чужих взглядов.

– Готово! – весело сказал Феликс, гордо осматривая свое творение.

– Спасибо! – поблагодарила я, уже направляясь к импровизированной примерочной. Я встретилась взглядом с Лирой и, улыбаясь, спросила:

– Ты первая или я?

Лира молча отвернулась к окну.

– Значит, я…

Я быстро переоделась, создала иллюзию новеньких колготок, вынырнула из-за простыни и надменно взглянула на Каэля. Подошла к кровати, достала расческу из бокового кармана рюкзака и привела себя в порядок. Оглянувшись, я заметила суету в комнате – все собирались на занятия. Но взгляд Каэля был все равно направлен на меня. Я сжала губы в тонкую полоску и злобно мотнула головой, как бы говоря ему, чтобы исчез. Он закатил глаза, но, не сказав ни слова, отвернулся.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.