Татьяна Серганова
Узнай меня

ПРОЛОГ

Райд А`Фэрроу

Они явились на рассвете. Бесшумно проникнув в сонную деревню, что стояла на самом краю обрыва, откуда открывался шикарный вид на бескрайнее море, они обшарили каждый дом, каждый закоулок, разбудили всех жителей, пока не нашли то, что искали.

– Пустите! Пустите меня! – разорвал рассветную тишину громкий вопль, заставив собранных в одном месте жителей испуганно застыть, прижимаясь друг к другу.

Марийка – грузная жена рыбака с рябым лицом и тощей косой неопределенного цвета из последних сил вырывалась, пока два бойца тащили ее на улицу.

Там, на небольшой площадке над обрывом, лицом к морю стоял их командир. Высокий, плечистый, с короткими темными волосами.

– Мы нашли ее, Райд, – сообщил один из воинов, отпустив женщину, которая тут же упала на колени прямо в грязную лужу, оставшуюся после вчерашнего дождя.

Мужчина медленно обернулся, и Марийка застыла, пронзенная внимательным взглядом ярко-голубых глаз с по-звериному вертикальным зрачком, который ровно пополам пересекал радужку.

Василиск.

– Великие Светочи! – едва слышно просипела она.

От внимания Марийки не укрылось, как надежда быстро угасла, стоило василиску рассмотреть ее, уступив место раздражению, от которого внутри все оборвалось от страха.

Даже здесь на краю мира, вдали от цивилизации, люди слышали о василисках. Будучи сильнейшими менталистами, эти монстры одним взглядом могли проникнуть в чужой разум и поработить его. А еще они имели вторую ипостась – огромного змея, хищного, опасного, ядовитого, с чешуей, которую невозможно пробить ни одним кинжалом. И магическим взглядом, который превращал любого несчастного, умудрившегося встать на пути василиска, в мраморную статую.

– Не губите! – прорыдала Марийка, подползла на коленях и судорожно схватилась за край плаща. – Пощадите, господин, у меня дети малые!

– Это ты полгода назад спасла раненного василиска, найдя его после шторма на берегу? – резко спросил мужчина, вырывая край плаща из ее рук и отступая в сторону.

Марийка поняла, что убивать ее не будут и превращать в камень не собираются, а потому рыдать тут же перестала. Вытерла широкой ладонью курносый нос, размазав грязь и слезы по рябым щекам и, заискивающе улыбаясь, закивала:

– Я, господин, я. Это ж вы были? Простите, не признала. Вы же такой слабенький были, думала, не выдюжите. А оно вон как получилося.

Командир отряда шагнул ближе. Его глаза вспыхнули опасным холодом, когда он резко припечатал:

– Врешь.

Марийка снова жалобно всхлипнула и затряслась всем телом.

– Клянусь. То я была, господин. Я спасла и потом вашим передала на корабль.

– На корабль меня передала ты, – слегка наклонившись, согласился мужчина. – Но спасла не ты. Другая. Откуда узнала обо мне?

– Господин…

– Кто тебе рассказал о раненом в пещере? Говори!

– Никто.

Мужчина достал из кармана туго набитый мешочек и взвесил прямо перед ее курносым носом. Монетки слегка зазвенели, нарушая тишину.

Марийка тяжело сглотнула, не в силах отвести от такого богатства мгновенно загоревшихся алчностью глаз.

– Еще раз спрашиваю, кто тебе рассказал обо мне? Кто это был?

Дыхание перехватило от жадности.

– Не знаю, – облизнув тонкие губы, отозвалась Марийка, с трудом оторвавшись от мешочка. – Пришлая… бросила золотой, сказала про пещеру, вас едва живого и попросила помощь позвать.

Василиск подался вперед, как хищник, готовый к прыжку.

– Кто такая?

– Не ведаю, господин. Лицо было капюшоном скрыто. – Марийка запнулась, а потом затараторила: – Она кулон потеряла. С позолотой. Нечаянно. Всякое бывает. А я нашла.

– Где он?

– Так продала, – выдала Марийка и осеклась, поняв, какими неприятностями это может грозить. – Но я помню, что там было изображено. Сейчас!

Подхватив с земли осколок острого камня, она быстро нарисовала на земле корявый круг, в центр которого поместила перевернутый треугольник, а внутри него еще какие-то закорючки.

– Вот такой, господин.

Марийка так осмелела, что рискнула встать с колен, но выпрямиться еще боялась, поэтому стояла сгорбившись и вжав голову в плечи.

– Что еще?

– Волосы! Косу видела. Толщиной с кулак, – завистливо продолжила Марийка, пригладив свой куцый хвостик. – А цвет – чисто золото, аж сияет. И говор у нее странный. Как певучий, не нашенский. И повадки как у госпожи.

– Бери. Заслужила.

Командир бросил ей мешок с монетами и отступил, вновь отворачиваясь к морю и вглядываясь в бескрайний горизонт. Его губы тронула легкая предвкушающая улыбка.

«Она… не сон, не бред, увиденный в горячке, как меня пытались убедить. А живая, настоящая, реальная».

– Райд, что будем делать? – спросил, подходя Тай.

– Ты же видел рисунок. Это эмблема академии Уатерхолл.

Тай некоторое время молчал, а потом тихо заметил:

– Ты собираешься вернуться туда? Без приглашения. Это может быть воспринято как вызов.

– Не воспримут и позволят войти в город. Правитель должен нам за услугу, которую мы оказали ему совсем недавно, – резко ответил Райд. – Кроме того, самое время навестить Бриану. Передай нашим, что мы немедленно отправляемся в Уатерхолл.

– Хорошо, – склонил голову василиск. – Как прикажешь.

«Я найду тебя… обязательно найду!».

ГЛАВА 1

Райд А`Фэрроу

Десять дней спустя

Бриана его неожиданному появлению не обрадовалась.

Увидев, несколько секунд моргала, словно пыталась понять, не приснился ли ей василиск на пороге съемной квартиры, а после нахмурилась и выдала:

– Только не говори, что тебя прислал сюда отец. Он серьезно считает, что я снова сбегу? Или, может, боится, что я затеряюсь на полпути к долине василисков? Я же пообещала, что приеду на каникулы. Приеду вместе с Хантером. Чего еще ему надо?

– И тебе доброе утро, Бриана. Может, впустишь все-таки старшего брата? – усмехнулся Райд, шагнув вперед. – Чаем напоишь, накормишь, а уж потом приступишь к вопросам и обвинениям.

Бриана тут же отступила.

– Прости, – виновато вздохнула она. – Ты прав. Но ты так неожиданно явился. Предупредил бы что ли. Письмо прислал, я бы хоть приготовилась.

– Ничего. Я ненадолго, – проходя на кухню, сообщил Райд.

– Это хорошо. Не думай, что я тебя выгоняю. Просто у меня занятия через час. Последняя лекция перед итоговыми экзаменами. Сам понимаешь, учебный год почти закончился.

– Понимаю. Не переживай, я не задержу тебя надолго.

От внимания Райда не укрылись две кружки на столе и две тарелки, оставшиеся после завтрака. Значит, отношения младшей сестренки и огненного дракона из рода правителей Рубинового острова за эти месяцы стали еще ближе. Принять то, что младшая сестренка стала совсем взрослой, оказалось непросто. Особенно, если учесть, что Райд до сих пор испытывал чувство вины перед ней.

Бриана родилась, когда ему исполнилось пятнадцать. Крохотная, очаровательная малышка без дара древней крови. Для уважаемого семейства василисков это было настоящим позором. Именно поэтому отец решился на невозможное. Когда Бриане исполнилось десять, ее заставили пройти через опасный, крайне болезненный ритуал, призванный пробудить древнюю кровь. Девочка выжила лишь чудом. От пережитого ее темные волосы моментально поседели, став белоснежными, словно лунное серебро, а дар пробудился, став одним из сильнейших за последние годы.

Родители были счастливы и горды, а то, что думает об этом сама Бриана, никого не интересовало. Только вот она не забыла и не простила. А потом и вовсе сбежала, разорвав отношения с семьей. Даже внешность изменила и взяла другое имя. Выяснилось, что сестренка талантливый артефактор, что позволило ей без труда поступить в Уатерхолл.

Они не виделись более трех с половиной лет, пока пять месяцев назад младшая сестренка вместе с рыжим драконом не влипла в неприятности, которые им пришлось разгребать совместно.

И вот сейчас Бриана налила ему чай в кружку, придвинула тарелку с бутербродами и, усевшись напротив, настороженно уставилась на него.

– В чем дело, Райд? Что тебя привело в Уатерхолл снова?

Он в очередной раз поразился тому, насколько сестренка хрупкая, нежная, с россыпью серебристых волос и ярко-голубыми глазами с вертикальным зрачком, который выдавал ее принадлежность к расе наемников. Она лишь недавно продемонстрировала общественности свой истинный облик, что многим в Уатерхолле не понравилось. Именно поэтому Райд и снял для нее квартиру. Правда, в тот момент он не предполагал, что вместе с ней здесь поселится и дракон. Взгляд сам собой скользнул по комнате и остановился на мужской рубашке, которая была небрежно брошена на спинку соседнего стула. Бриана перехватила этот взгляд и моментально вспыхнула.

– Даже не думай! – предупредила она, сверкнув глазами.

– Давно вы вместе?

– Давно. И оправдываться перед тобой не стану.

– А я и не жду твоих оправданий. Я спрошу все с дракона.

– Райд! – с отчаянием прорычала Бриана, еще сильнее краснея.

– А если он тебя обидит, оторву ему голову. Хотя нет… лучше превращу в статую и поставлю у себя в кабинете, – спокойно произнес он и взял с тарелки бутерброд с копченым мясом и сыром.

– Райд, прекрати. Хантер меня не обидит. Мы… мы любим друг друга и у нас все хорошо! – воскликнула она. – И вообще я взрослая девочка и сама знаю, что мне делать.

– Это хорошо. Но предупредить его я должен. Это обязанность любого старшего брата.

Бриана демонстративно закатила глаза, давая понять, что именно думает о его обязанностях.

– Если ты закончил сыпать угрозами, то лучше скажи, зачем так неожиданно приехал в Уатерхолл? Да еще перед самыми экзаменами?

– Может, я решил проверить, не натворили ли вы с Корфом еще каких-нибудь бед? Вдруг вы вновь кого-нибудь украдете, – усмехнулся он, наблюдая за сестрой.

– Мы никогда не крали. Ни тогда, ни сейчас. А Пушистика мы спасли… случайно, – привычно отмахнулась Бриана.

– И так же случайно привязали его к себе, – хмыкнул Райд.

Пять месяцев назад, в конце декабря его с группой наняла королевская семья для поисков песца, что дарил его владельцу невероятную удачу. Именно поэтому животное так ценилось и считалось очень редким. Его выкрали перед самым обрядом посвящения, который планировалось провести с внуком правителя. Каково же было удивление Райда, когда все ниточки привели к его сбежавшей сестренке.

– Давай серьезно. Что тебе нужно?

Райд прожевал бутерброд, запил его чаем и только потом ответил:

– Помощь.

– Тебе? – переспросила Бриана, удивленно распахнув глаза.

– Мне. Мне нужно кое-кого найти.

– И?.. Зачем тебе я? Ты же лучшая ищейка среди василисков. Даже меня с Хантером нашел.

В ее голосе явственно зазвучали нотки досады, стоило вспомнить, как они с драконом глупо попались в ловушку, которую Райд устроил в оранжерее местного профессора.

– Сейчас все иначе. И мне действительно нужна твоя помощь, сестренка.

Бриана откинулась на спинку стула и, скрестив руки на груди, внимательно на него посмотрела.

– И с чего это я должна тебе помогать?

– Ты мне должна, Бри, – сделав очередной глоток теплого чая, напомнил Райд.

– С чего вдруг?

– Ведь именно из-за твоего побега расстроилась моя свадьба. Кларисса бросила меня прямо у алтаря, когда всем стало известно, что моя младшая сестренка сбежала из отчего дома, опозорив всю нашу семью.

Сестренка тут же отвела глаза, признавая поражение.

– Ладно-ладно. Поняла, – раздраженно вздохнула она. – Так что тебе нужно, Райд?

– Я хочу найти одного человека. Девушку.

– И что же натворила эта несчастная, если ее так отчаянно пытается найти глава наемников? Убила кого-то? Или, может, украла что-то особенно ценное?

– Спасла мне жизнь.

Бриана удивленно взглянула на него и, подавшись вперед, встревоженно спросила:

– То есть как? Когда?

– Летом. В конце августа, – коротко отозвался Райд.

Она немного расслабилась.

– Но прошло уже столько времени. Почему ты решил найти ее именно сейчас?

– Раньше не получалось. Я был серьезно ранен.

– Насколько серьезно? – нахмурилась сестренка.

– Бабуля уже готовилась к заупокойной службе, – хмыкнул Райд, стараясь хоть немного разрядить напряженную обстановку. – Цветы заказала, пригласительные карточки распечатала и уже обдумывала меню, когда я очнулся.

Однако Бриана даже не улыбнулась. В ярко-голубых глазах поселилась самая настоящая тревога.

– Но почему мне никто не сообщил? – прошептала она.

– Ты же сама разорвала с нами все связи, – напомнил Райд. – Хотя, думаю, о моей безвременной кончине тебе все-таки сообщили бы… наверное.

– Не смешно, – обиженно произнесла Бриана. – Ты мог бы упомянуть об этом в декабре.

– Зачем? Все же уже прошло.

Бриана неодобрительно на него покосилась, но развивать дальше тему не стала, вместо этого поинтересовалась:

– Так что с тобой случилось?

– Попался в ловушку и едва не погиб. Меня выбросило на берег. Я около недели провалялся в горячке, пока меня не передали нашим.

– И? При чем тут девушка?

– Я точно знаю, что все дни там, на берегу, за мной ухаживала девушка. Именно благодаря ней я все еще жив и сижу сейчас перед тобой. Вот ее я и хочу найти, – пояснил Райд, отставляя в сторону пустую кружку. – И прошу тебя помочь мне.

– Я не отказываюсь. Но не понимаю, – призналась сестренка. – С твоими навыками и способностями это совсем несложно. Зачем тебе я?

– Она из Уатерхолла.

– И? В чем проблема? – все еще не понимала она.

– А выбросило меня на побережье человеческого королевства Арги.

– О-о-о, – выдохнула Бриана, – тогда ясно.

В Арги было запрещено приезжать магам. Лишь по специальному приглашению. Закрытое человеческое королевство не признавало силу Светочей, ненавидело магию и все, что с ней связано, и до одури боялось всех двуликих. Уатерхолл никогда бы не послал туда своих студентов.

– Ты уверен, что она действительно отсюда? Может, какая-то ошибка?

– Она обладает магическими способностями, которые строго запрещены в Арги. Всех магов выселяют и объявляют вне закона. Кроме того, она обронила кулон с эмблемой академии.

Райд нарисовал в воздухе примерную схему.

– Такие кулоны выдают студентам-целителям на последних курсах, – пробормотала Бриана, потирая лоб кончиками пальцев. – Кулон служит своего рода разрешением на практику в лечебницах и обозначает уровни допуска. От металлического до позолоченного.

– Потерян был позолоченный. Вот и выходит, эта девушка нарушила правила академии и отправилась в Арги. Пересекла границу нелегально и случайно нашла меня на берегу. Именно поэтому она никому не сказала обо мне и лечила самостоятельно, – поделился с ней размышлениями Райд.

– Скорее всего, – кивнула она. – Но ты так и не ответил, почему сейчас?

– Я провалялся в постели до декабря месяца. Когда более-менее пришел в себя, хотел тут же отправиться в Арги, но мы получили заказ от вашего правителя на поиск королевского песца. Мать попросила меня взяться и заодно узнать, как ты тут живешь.

– С тех пор прошло уже пять месяцев, – осторожно заметила сестра.

– А ты думаешь так легко получить разрешение на въезд в Арги? – хмыкнул он. – У них там за это время произошел очередной переворот. Пришлось ждать, пока обстановка более-менее устаканится и нам разрешат допуск к побережью. Не хотелось бы развязать межрасовую войну из-за такой мелочи.

Бриана кивнула.

Некоторое время она молчала, задумчиво барабаня пальцами по столу, а потом неожиданно выдала:

– Зачем ты хочешь ее найти, Райд? Ты ведь понимаешь, что твоя спасительница точно этого не жаждет. Твое появление не принесет ей ничего кроме неприятностей. Мало того, что она незаконно жила на территории Арги, так еще укрывала и лечила тебя, хотя как студентка не имела на это никакого права. За подобное нарушение ее могут даже отчислить из академии. Может, стоит оставить ее в покое? Ведь именно этого она и хочет.

– Я не собираюсь выдавать ее, а просто хочу поговорить. Именно поэтому я пришел к тебе, а не к ректору академии. Именно поэтому я не лезу сам, зная, что мой интерес вызовет ненужные вопросы, а прошу о помощи тебя.

– И все? Просто поговорить? Сказать спасибо и уйти? Дело только в этом? – бросив на него проницательный взгляд, поинтересовалась сестренка.

Райд уже достиг возраста, когда от смущения должны остаться лишь воспоминания, но сейчас неожиданно испытал нечто очень похожее на это забытое чувство. Словно он не взрослый, матерый василиск, наводящий ужас на каждого, кто его видел, а обычный мальчишка-подросток, который впервые влюбился.

– Не знаю, – признался он, отводя взгляд. – Просто… она приходит ко мне почти каждую ночь. Я чувствую ее осторожные прикосновения, ощущаю теплую магию, которой она делилась, пытаясь излечить меня. Слышу ее тихое пение. Но не вижу лица. Лишь золотистое свечение волос. Это сводит с ума… как преграда, которую я никак не могу преодолеть. Может, я увижу ее и успокоюсь.

– А если нет?

– Так далеко я не думал. Пока я просто хочу увидеть ее. Ты мне поможешь?

Бриана задумалась на мгновение, а потом кивнула.

– Хорошо. Я попробую что-нибудь узнать. Среди целительниц не так много девушек с высшим уровнем допуска. Только и ты мне пообещай кое-что.

– Что?

– Что не сломаешь девушке жизнь. Она должна сама сделать выбор, каким бы сложным он ни оказался. А ты его примешь. Даже если он будет идти врозь с твоими желаниями.

– Обещаю, – после небольшой паузы отозвался Райд. – Я приму ее выбор. Каким бы он ни был.

Адель Тонье

– Как же я устала! – Фелиция грациозно опустилась на лавку и изящным, хорошо отрепетированным жестом откинула золотистые волосы за спину, не забыв при этом бросить кокетливый взгляд в сторону драконов, которые сидели за соседним столиком.

Один был высоким худощавым блондином с голубыми глазами и вечно скучающим выражением лица. Второй – крепкий, коренастый, с резкими чертами лица и собранными в косу черными волосами с белыми прядями. Его черные глаза смотрели оценивающе, вызывая легкую дрожь.

Фелиции всегда нравилось мужское внимание. Вот и сейчас она послала драконам легкую улыбку, прежде чем повернуться ко мне. Благо, в преддверии выпускных экзаменов высокомерных ящеров совершенно не интересовали девушки, иначе хлопот не оберешься. Все понимали, что ничего серьезного от таких отношений ждать не стоило. Это только в сказке драконы влюблялись в простых девушек без грамма древней крови, в жизни такого быть не могло.

Даже роман Хантера Корфа, который полгода назад наделал столько шума, только подтверждал это правило. Его избранница, несмотря на скандальность происхождения, оказалась представительницей старинной династии и носительницей древней крови.

Мы с Фелицией хоть и обладали магическим даром, но самым обычным. Пусть и с довольно высоким уровнем силы.

Надо признать, кузина была невероятно хороша собой и прекрасно знала об этом. Симпатичное личико в форме сердца, светло-голубые глаза в обрамлении пушистых ресниц, тонкие брови, аккуратный носик и пухлые алые губы, которые всегда были готовы сложиться в улыбку.

На ее фоне я смотрелась нескладным рыжим пугалом. Что, впрочем, меня совершенно не беспокоило. Я стольким в этой жизни была обязана ее семье, что злиться и завидовать просто не могла.

– И что же ты такое делала? – отложив в сторону конспект с описанием зелий высшего магического порядка, поинтересовалась я.

– Добилась того, чтобы мы сдавали последние экзамены на пару. Не правда ли, это чудесно? Декан, конечно, немного повредничал, но мне удалось его убедить. Мы же всегда все делали вместе, поэтому и сдавать экзамены должны вместе. Ты уж постарайся и напиши экзамены на отлично, Адель, не позорь меня.

Я едва успела прикусить язык. Давно уже стоило бы привыкнуть к шуткам кузины. Она отлично знала, почему я не входила в число лучших студентов факультета целительства. Помогая Фелиции и исправляя ее ошибки, я просто не успевала хорошо и вовремя выполнить свои задания, поэтому и считалась стабильным середнячком.

Так уж сложилось с самого начала наших взаимоотношений. В стремлении отблагодарить семью дяди, я взялась за обучение их единственной дочери, и сама не заметила, как взвалила на себя большую часть заданий. Нет, Фелиция не была дурочкой, но и до золотого допуска ей далеко. А теперь уже поздно отказываться. Да и какая разница, кто из нас первый? Семья Эндир спасла мне жизнь. Родители Фелиции приняли в семью, исправили документы, дали кров и предоставили возможность учиться в знаменитой академии Уатерхолл. Так что помощь кузине в учебе – лишь то немногое, чем я могла их отблагодарить.

– Ну что ты опять надулась? – мелодично рассмеялась кузина, заметив мой взгляд. – Я ведь пошутила. Хотя… ты все-таки постарайся, Адель, а то потом сложно будет найти подходящую работу даже со средними баллами по основным дисциплинам. Хотя папочка все равно обещал тебя устроить куда-нибудь.

– Я постараюсь не подвести вас, – заученно повторила я фразу, которую произносила чуть ли не каждый день.

Все эти пятнадцать лет я старалась. Каждый день. Каждый миг.

– Нисколько в тебе не сомневаюсь, Адель. Ты, кстати, разобрала то сложное задание по оборотным зельям? Я обещала профессору предоставить завтра утром доклад и тогда он поставит мне зачет. И останется всего два экзамена перед дипломным проектом. Правда, чудесно?

– Правда, – согласилась я, подумав, что мне-то этот самый зачет придется сдавать самостоятельно, как и все остальные. Причем сдать так, чтобы никто не сомневался в том, что Фелиция лучше меня во всем. Странно будет выйти на первое место по итоговым экзаменам после пяти лет средних результатов. – Да, я почти разобралась, вечером все будет. А ты не забудь все переписать и принести мне на проверку.

В последнее время Фелиция совсем разленилась и даже списывала с ошибками. А после приходила ко мне плакаться и жаловаться на несправедливость. Но несмотря ни на что, я любила кузину и готова была прощать все ее мелкие прегрешения. Идеальных ведь не бывает, а Фелиция всегда относилась ко мне по-доброму, помогала, защищала и никогда не напоминала о том, что я чужая в их семье.

– Адель, ты чудо! Я так тебя люблю! – радостно захлопала в ладоши кузина, широко улыбаясь, от чего на щеках появились очаровательные ямочки.

– И я тебя.

Я собиралась вновь окунуться в изучение зелий, когда Фелиция вдруг пересела поближе и быстро зашептала:

– Смотри-смотри, эта змея идет.

Мне не понадобилось даже поднимать голову, чтобы понять, о ком говорит кузина. Змеей она называла лишь одну студентку – Бриану Уайт.

Серая мышь, заучка с факультета артефакторов, которая в мгновение стала королевой академии и одной из самых обсуждаемых студенток. Мало того, что под личиной пряталась самая настоящая василиска, так она еще умудрилась украсть парня у первой красавицы академии, Ливаны Сайтери.

Хантер Корф все пять лет обучения был звездой академии. Красавец, покоритель пламени Гаргарда, лучший адепт боевого факультета, победитель всевозможных турниров и гордость драконов Пиковых островов оказался еще и незаконнорожденным сыном правителя Рубинового острова.

И этого замечательного во всех смыслах рыжего дракона заполучила какая-то василиска! Именно раса его избранницы возмущала большую часть женской половины академии. Василисков, мягко говоря, не любили. Даже ненавидели. Конечно, в лицо им никто этого не говорил. Василиски считались лучшими наемниками и бойцами нашего мира. Не было ни одного задания, которое бы они не выполнили. Разумеется, за весьма высокую плату. Василиски жили обособленно в своей долине и никого к себе не допускали. Об их уникальных способностях и навыках ходили самые невероятные слухи и легенды, что внушало еще больший страх и зависть к представителям древней расы.

Говорят, что когда эти двое начали встречаться, кто-то даже писал жалобу хранам, в которой обвиняли Бриану Уайт в использовании ментальной магии и подчинении Корфа. Но все это, конечно, глупости.

Фелиция и остальные девушки все еще не смирились, а я видела, как эти двое смотрят друг на друга. Я мало понимала в ментальной магии, но точно знала, что такое отношение невозможно внушить и подделать, какой бы силой ты ни обладал. Нельзя смотреть так, как Хантер Корф смотрел на свою змейку. Нельзя заставить кого-то так мягко и нежно улыбаться, выискивать ее среди других студентов и бережно обнимать.

– Смотри-смотри, она, кажется, идет к нам, – быстро зашептала Фелиция, болезненно толкнув меня локтем в бок. – И что этой змее от нас надо?

– А я откуда знаю? – буркнула я в ответ.

С Уайт я не пересекалась. Даже случайно. Она училась на третьем курсе факультета артефакторики, мы – на последнем факультета целительства. Поэтому ее внимание оказалось более чем неожиданным. Подняв от конспекта глаза, я проследила, как к нашему столу не спеша подходит хрупкая девушка с сияющими серебром волосами, собранными в простую косу, и ярко-голубыми глазами, вертикальный зрачок которых не скрывали смешные очки в круглой оправе.

Судя по решительному взгляду, Уайт не ошиблась и действительно хотела поговорить с кем-то из нас.

– Добрый день, – вежливо поздоровалась она, остановившись у нашего стола.

– Добрый, – отозвалась я, отложив конспект в сторону.

Фелиция демонстративно молчала, изучая свои ногти. А Уайт изучала ее. Как-то уж очень пристально и оценивающе, словно пытаясь что-то найти. Я невольно напрягалась. Уж не успела моя кузина натворить что-то, пока я занималась подготовкой доклада?

– Ты Фелиция Эндир?

– И что? – продолжая изучать свои ногти, раздраженно осведомилась кузина.

Я с трудом сдержалась, чтобы не ткнуть ее локтем в отместку. Да, не нравится тебе василиска, но надо соблюдать хотя бы элементарные правила этикета.

– Я могу с тобой поговорить? – вежливо спросила Уайт, возвышаясь над нами. – Наедине.

– Сомневаюсь, что нам с тобой есть о чем разговаривать, Уайт, – натянуто улыбнулась Фелиция, наконец подняв на нее глаза.

– Думаю, есть, – возразила василиска. – Дело касается твоей летней практики. Возникли кое-какие вопросы, которые нам с тобой стоит обсудить. Поверь, это в твоих же интересах, Эндир.

Новость о практике заставила встревожиться не только Фелицию, но и меня. Я нервно закусила губу, внимательно взглянув на девушку. Хорошо, что она была занята тем, что изучала кузину и не обращала на меня никакого внимания.

«Летняя практика… а вдруг… нет, не может быть…»

Я застыла на своем стуле, чувствуя, как быстро застучало сердце и начало бросать то в холод, то в жар. От перенапряжения пальцы свело судорогой и на мгновение сбилось дыхание.

– Ладно, давай поговорим о практике, – нехотя согласилась Фелиция, медленно поднимаясь и поправляя короткий жакет, полы которого слегка задрались. – Хотя я совершенно не понимаю, что здесь можно обсуждать спустя столько времени. Да еще с тобой.

На едкий тон моей кузины Уайт никак не отреагировала. Словно и не заметила его вовсе.

– Не здесь. Давай отойдем.

– Адель, подожди меня в нашей комнате, – бросила кузина напоследок. – Я скоро вернусь, и мы продолжим заниматься.

– Ладно, – тихо ответила я, даже не думая спорить.

Действительно будет лучше подождать Фелицию в комнате. А когда она придет, хорошенько расспросить. Кузина точно меня не выдаст, это не в ее интересах. Но… кое-что, произошедшее в августе, я от нее все-таки скрыла.

«Нет, все это глупости… никто и никогда не узнает о том, что было тогда… никто не узнает о нем…»

Проводив их взглядом, я некоторое время сидела за столом. Потом, словно опомнившись, вскочила. Перекинув ремень сумки через плечо, схватила конспекты и поспешила прочь из столовой. Прижала тетради к груди и пробежала по широким дорожкам к общежитию, стараясь никого не сбить по пути.

Перевести дыхание смогла лишь в комнате, которую делила с Фелицией. Бросив сумку и тетради на стол, я села на кровать и обхватила себя за плечи.

Тревога нарастала с каждым мгновением. Я внезапно почувствовала себя загнанным в ловушку зверем. И дело было не только в странном интересе Уайт к летней практике. Год назад я совершила ошибку, обратившись за помощью не к тому, кому следовало. Доверилась и теперь пожинала плоды своего поспешного решения.

– Я скучал, мяу, – промурлыкала ручка на нашей двери, выполненная в виде морды улыбчивого и наглого кота.

Это являлось одной из особенностей Уатерхолла. На двери каждой комнаты общежития имелась ручка в форме какого-нибудь животного или существа. Она служила и замком, который не пропускал никого чужого, и напоминалкой для важных событий, и будильником, который своим воем поднимет даже мертвого. А еще с такой ручкой можно было поболтать, если хочется. В данный момент мне не хотелось.

– Не сейчас, – отмахнулась я.

– Мяу, опять зачет не сдала? Не ценишь ты себя, Адель, – промурлыкала ручка. – С таким уровнем знаний и подготовкой тебе надо быть на первом месте.

– Не боишься, что я Фелиции расскажу о твоих подстрекательствах? – хмыкнула я.

– Да говори. Она еще неделю назад обещала меня натереть специальной мазью и забыла, – обиженно выдал кот, сморщив металлическую мордочку. – А я все жду и жду.

– Я ей напомню. Сам понимаешь, итоговые экзамены. Тут про все забудешь.

– Ты-то ничего не забываешь.

– Лучше бы мне кое-что забыть, – вздохнула я, поднимаясь с кровати.

Подойдя к окну, отодвинула тонкую занавеску и выглянула наружу. Рассмотреть что-то за густой кроной высокого дерева было сложно. Впрочем, я и так хорошо представляла, что увижу. Студенты академии Уатерхолл готовились к экзаменам, не забывая наслаждаться и радоваться жизни. У каждого из них были планы на будущее, мечты, желания и стремления, а я…

Я внезапно осознала, что понятия не имею, как жить дальше. Дядя, несомненно, устроит меня на работу. Все как говорила Фелиция, для которой уже припасено тепленькое местечко в столичной клинике. Скорее всего секретаря, потому что она, в отличие от меня, ненавидела практическую работу и не любила исцелять других. Говорила, что после каждого сеанса у нее кружится голова и начинает тошнить. Возможно, так и было. Меня тоже после долгого лечения штормило и дрожали руки.

Но дело не в этом. Чего на самом деле хотела я сама? Плыть по течению рядом с кузиной, точнее за ней, продолжая играть роль безмолвной тени, или попытаться жить самостоятельно и ни от кого не зависеть?

Я честно собиралась ждать кузину до последнего, но не получилось.

– Хочешь, я тебя порадую? – вновь подала голос мурлыкающая ручка. – Твой таинственный поклонник вновь объявился.

– Поклонник? – встрепенулась я, оборачиваясь. Тревога, которая чуть утихла, начала вновь разрастаться, ледяной волной пройдясь по натянутым нервам. – Какой поклонник?

– Тот самый, которого ты, девочка, так тщательно скрываешь, – подмигнул мне металлический кот. – Два месяца его не было и вот. Прислал записку.

– И где она? – ровным, лишенным эмоций голосом, спросила я.

– А вот.

Ручка открыла пасть и вытянула вперед длинный язык, на кончике которого, свернувшись трубочкой, лежал белый клочок бумаги. Как же мне хотелось схватить его, разорвать на мелкие кусочки и выбросить! Но я не могла. Это вызвало бы лишние подозрения и ненужные вопросы. Кроме того, попытка избавиться от записки все равно ничего бы не решила, а наоборот, создала новые проблемы.

– Не офидала? – выдал кот, смешно коверкая слова и шепелявя. – Спефиально фля тефя софранил.

– Спасибо, ты самая лучшая ручка в мире, – похвалила я, аккуратно беря листок бумаги и осторожно разворачивая трубочку.

«Жду на нашем месте до пятнадцати».

Коротко и емко. Ничего лишнего и никаких подозрительных фраз и угроз. Если бы даже кто-то нашел записку и прочитал ее, то действительно решил бы, что это писал поклонник.

– Ну как? Я молодец? – промурлыкала ручка.

– Еще какой! – улыбнулась я и потянулась за сумкой. – Я сбегаю в город. Передай, пожалуйста, Фелиции пусть дождется меня. Я скоро.

– Передам, конечно. А тебе удачного свидания и без цветов не возвращайся.

«Если бы… если бы…»

Покинуть территорию академии не составило труда. Я прошла по центральной улице, свернула направо, метров двести не дойдя до торговых рядов. Миновала еще парочку кварталов и хотела уже юркнуть в небольшой проулок, когда неожиданно на кого-то налетела. Или этот кто-то налетел на меня.

Неважно. Самое главное, что мы столкнулись. Хотя нет… не столкнулись. В последний момент мужчина успел увернуться, схватить меня за плечи и остановить.

– Простите, – едва слышно пробормотала я, мысленно ругая себя за невнимательность.

Погруженная в свои мысли, я так задумалась, что не смотрела по сторонам. Вот и результат.

– Осторожнее, – прозвучал над головой мягкий мужской голос с чуть вибрирующими нотками, от которых у меня по телу пробежали мурашки.

Клянусь, впервые в жизни со мной творилось такое. Чтобы из-за голоса и сразу мурашки! Такое же только в романах бывает.

Застыв, словно мышка, я подняла взгляд и пропала…

Дело не в том, что мужчина, который продолжал держать меня, оказался красив той самой хищной красотой, которая заставляла сердца девушек биться быстрее. У него была смуглая кожа и пронзительные ярко-голубые глаза. Проблема в том, что эти самые глаза пересекал вертикальный зрачок. Значит, передо мной стоял не просто симпатичный мужчина, а василиск!

Какова вероятность случайной встречи в городе с наемником и охотником за головами, когда сама была втянута в не слишком законное мероприятие? Правильно, очень и очень низкая.

Но не только это испугало меня сейчас. Самое плохое заключалось в том, что я его уже встречала. Прошлым летом, в августе… когда незаконно под чужим именем пересекла границу в королевстве Арги.

ГЛАВА 2

Райд А`Фэрроу

Бриана прислала ему записку спустя два дня после того разговора.

«Жду тебя вечером. Кажется, я напала на след твоей беглянки».

Дверь ему открыл Корф. При виде огненного дракона, который так по-домашнему выглядел в простой футболке, легких штанах и тапочках, внутри поднялось что-то нехорошее и очень опасное. Его маленькая сестренка, его принцесса в лапах этого…

– А`Фэрроу, – вежливо поздоровался дракон.

– Эль Кейфор.

– Не скажу, что рад твоему возвращению в Уатерхолл.

– Не скажу, что рад тебя видеть здесь, – в тон ему отозвался Райд.

– Бить будешь? – догадался Корф, правильно расценив пристальный, слегка прищуренный взгляд василиска.

– Хотелось бы, – признался тот, – но сомневаюсь, что Бриана мне это простит.

– Можем договориться и встретиться в другом месте и в другое время. На твоих условиях. Ты не переживай, я прекрасно тебя понимаю. У меня самого есть младшая сестра. И мне бы тоже не понравилось, если бы она вдруг начала жить с каким-то парнем.

– Не продолжай, ты и так на грани избиения, – мрачно заметил Райд. – Бриана дома?

– Да, ждет тебя. Ужин заказала из таверны дядюшки Сэма, – посторонившись, произнес Хантер, пропуская гостя в квартиру.

– Отлично. Я жутко голоден.

Стоило ему войти, как в коридоре появилась Бриана.

– А вот и ты! – радостно воскликнула она. – Отлично! У меня все готово. Поужинаем и поговорим. Ты же не против, что Хантер здесь? Не злись, я ему все рассказала. И он очень мне помог.

– Неужели? – скептически поинтересовался Райд.

Новость о том, что рыжему дракону стало известно об его поисках, ему не понравилось. Райд вообще не любил, когда кто-то лез в его жизнь и знал о ней слишком много. Да и не доверял он Корфу. Не то, чтобы имелись основания. Просто не доверял. По привычке.

– Со мной не так охотно делились информацией, как с ним, – пояснила Бриана, догадавшись, что новости брату не понравились.

– Ясно.

Корф решил помалкивать и не влезать в разговор. И хорошо. Любой его комментарий мог вывести Райда из равновесия.

Они заняли места за столом.

– Итак, я все узнала, – накладывая брату в тарелку побольше жаркого, начала Бриана. – Прошлым летом Уатерхолл отправил на практику около двух сотен студентов, но лишь шесть целителей-старшекурсников оказались в странах на границе с Арги. Три парня и три девушки. Парней мы, естественно, отметаем. Остается три девушки. Две из них – Синтия Никон и Адель Тонье – имели серебряный значок допуска. И лишь одна золотой. Некая Фелиция Эндир. Двадцать три года. Выпускница факультета целителей. Блондинка.

«Фелиция Эндир», – мысленно проговорил Райд.

Наверное, на это имя следовало чему-то внутри него отозваться. Нет, Райд не считал себя романтиком, но после всех месяцев ожидания, после нестерпимого желания найти свою спасительницу, познакомиться, заглянуть в глаза… должно же было что-то отозваться. Хоть какая-то реакция появиться на имя той, что столько месяцев приходила к нему во снах. Однако ничего подобного он не почувствовал. Просто имя. Просто девушка. Может он уже перегорел? Или слишком погряз в поисках и теперь не может остановиться?

«Фелиция Эндир. Фелиция…»

Почему-то это имя совершенно не вязалось с образом девушки из снов. С мягким голосом, которым она едва слышно напевала ему незнакомую мелодию. С той теплой магией, что залечивала раны и не давала ему скатиться за пределы Гаргарда.

– Думаешь, это она? – не отрывая взгляда от тарелки жаркого, спросил Райд.

Есть все еще хотелось. Но при всем при этом кусок в горло не лез. Странное ощущение.

– Самый возможный вариант из всех. Во-первых, страна, где она проходила практику, рядом с Арги. Эндир бы не стала отправляться в королевство с другого уголка мира. Это глупо и нелогично. Во-вторых, золотой допуск целителя. Она единственная, у кого из всей троицы он имелся. И она блондинка. Ты же сам говорил, что у твоей спасительницы светлые волосы.

– Да, говорил, – согласился Райд.

Может, он слишком долго ждал? Слишком долго мечтал об этом? Почему он не испытывал радости и восторга? Откуда это странное ощущение неправильности происходящего?

– Надо бы с ней поговорить, – впервые подал голос Корф, который сидел рядом с Брианой.

– Давайте я сама с ней встречусь и все узнаю. Ты уж прости, Райд, но твое появление может испугать девушку, – заметила сестренка, бросив на него внимательный взгляд. Она словно чувствовала, что с братом происходит что-то не то. – Эта Эндир столько времени скрывалась, сделала все, чтобы ты не нашел ее, и никто не узнал о посещении Арги. И тут такой сюрприз. Она может отреагировать совсем не так, как ты думаешь.

– Бриана права, – поддержал дракон.

– Завтра же я с ней поговорю и все выясню. Спокойно и осторожно.

– Хорошо, – кивнул Райд, выпрямляясь и поднимая глаза на сестру. – Завтра. А потом с ней встречусь и поговорю я.

Следующей ночью она вновь пришла к нему во сне – незнакомая девушка, с ног до головы закутанная в плащ. Хрупкая фигурка на фоне белесого тумана, который окружал ее со всех сторон. Тихая песня срывалась с ее губ, знакомая мелодия, слов которой он, как ни старался, так и не смог разобрать.

– Кто ты? – бросаясь вперед, выкрикнул Райд. Но она все ускользала от него, продолжая исчезать в тумане. – Я найду тебя, слышишь? Обязательно найду!

Песня неожиданно прервалась. А затем раздался ее тихий шепот:

– Узнай меня, Райд… узнай…

Проснулся он на рассвете. Долго лежал в кровати, уставясь в потолок. Свою команду Райд оставил на границе, решив не нервировать правителя лишний раз. Толпа василисков на чужой территории могла взволновать кого угодно. Особенно, если они явились без приглашения. Да, выполненное задание по поискам королевского песца дало преимущество, но его сразу предупредили, что гостеприимством злоупотреблять не стоит.

Сидеть без дела было сложно. Как и ждать. Однако Райд понимал, что Бриана права: нельзя пугать Фелицию своим появлением.

Фелиция… его незнакомку зовут Фелиция. Наверное, к этому имени следовало привыкнуть и называть девушку из снов именно так. Только вот не получалось. А вдруг Бриана ошиблась? Может быть, это не она? Кулон вообще принадлежит другой, а он пошел по ложному следу?

Нет, сначала надо все узнать. Поговорить с Брианой, затем с Фелицией и уж потом, когда он точно будет уверен, принимать решение. Какое? Райд и сам толком не знал. Он вообще старался не думать о том, что будет дальше. Сейчас первая и самая главная задача – найти ту, что спасла его. А потом…. будет потом.

Уже после обеда Райд покинул гостиницу. Ожидание весточки от Брианы в четырех стенах выматывало. Душа требовала действий. Каких угодно, лишь бы не сидеть на месте.

Сначала Райд просто бродил по шумным улицам и торговым рядам. Накинув капюшон на голову, старался быть незаметным. Не стоило пугать жителей своим видом. А они словно чувствовали его присутствие и силу древней крови, что исходила от него, отступали, отводили взгляды и спешили скрыться.

А вдруг Фелиция… вдруг она также отреагирует? Это дома он герой, наследник рода, носитель древней крови, а тут… наемник, убийца и охотник. Опасный василиск, способный проникать в разум и лишать воли. Жуткий змей, который одним взглядом может превратить в статую.

Прогулка не принесла желанного успокоения. Занятый своими мыслями, Райд шагнул в сторону и скрылся в проулке, где и налетел на кого-то. Инстинкты сработали быстрее него. Райд успел отступить в сторону и схватить девушку за плечи.

Вскинул голову, скользнув взглядом по незнакомке, и внезапно затаил дыхание.

Невысокая, стройная, в форме академии. С яркими бордово-красными волосами, которые убрала в хвост, но они все равно выбивались и короткие пряди торчали в разные стороны, обрамляя светлую кожу того самого сливочного оттенка, который бывает у рыжих девушек. У нее не было родинок, не было веснушек, просто гладкая кожа, к которой мгновенно захотелось прикоснуться. Темные брови, персикового цвета губы и глаза необычного мятно-зеленого оттенка. И сейчас эти самые зеленые глаза взирали на него с ужасом.

А Райд… внезапно почувствовал, как что-то внутри дрогнуло. Незнакомое, непонятное, но такое неожиданно родное чувство. В голове откуда-то возникла мысль: «Она же совсем не похожа на девушку из снов…». И откуда это странное сравнение он тоже не понял. Их вообще не стоило сравнивать. Но отчего-то мысль возникла и теперь не отпускала. И страх в глубине глаз красивого мятного оттенка тревожил.

– Простите, – хриплым срывающимся голосом прошептала девушка, отступая, – я вас не заметила.

Отпускать ее не хотелось, хотя и держать больше не имело смысла. Райд разжал пальцы и убрал руки за спину, продолжая смотреть на незнакомку. А она отвела взгляд и съежилась, словно пытаясь скрыться от него.

– Вы в порядке?

– Да, – прохрипела она, продолжая избегать зрительного контакта. – Мне надо идти. Извините.

«Догони ее! Не отпускай!» – требовал внутренний голос. Но Райд тут же отвернулся и мотнул головой.

Похоже, он не в себе. Сначала сомнения по поводу Фелиции Эндир, хотя все указывало именно на нее. А теперь неожиданное, непонятное влечение к рыжеволосой незнакомке с глазами красивого мятного оттенка. Наверное, он все-таки сходит с ума.

Бриана сама нашла его. Просто неожиданно материализовалась перед Райдом. Впрочем, ничего удивительного. В ней текла древняя кровь василисков и, если сильно захотеть, она могла найти что угодно и кого угодно.

– Почему ты не в гостинице? – раздраженно поинтересовалась она, откидывая за спину толстую белую косу.

– Решил прогуляться. Ты с ней говорила?

Бриана тут же отвела взгляд и едва заметно вздохнула. И этот вздох оказался вместо тысячи слов.

«Неужели ошиблись? Фелиция Эндир не она?»

Райд сам не понял, огорчился ли он или наоборот испытал облегчение. Странная реакция для того, кто угробил столько сил на поиски.

– Давай посидим где-нибудь и поговорим, – предложила сестренка, поправив очки, стекла которых блеснули на солнце. – Там, где нам никто не помешает. Думаю, «Крикливый гусь» отлично подойдет.

Таверна принадлежала дядюшке Сэму – огромному зеленому орку с одним глазом и выпирающими из пасти клыками. Насколько Райд знал, она являлась излюбленным местом всех студентов Уатерхолла. Порции здесь подавались большие, цены были довольно демократичными, а дядюшка Сэм весьма снисходительно относился к магическим поединкам, которые студенты иногда устраивали на заднем дворе. Главное, чтобы мебель не крушили и посуду не били. Хотя вроде и мебель, и посуду после покупки магически зачаровали. Впрочем, все знали, что пытливый ум студента обожает эксперименты и сложные задачи, а потому кто-то из них мог задаться целью снять чары и испортить имущество дядюшки Сэма.

Обычные люди сюда почти не заглядывали. Уж слишком неспокойно иногда было в таверне. Да и сам воздух, казалось, искрил от магии.

«Крикливый гусь» находился недалеко от главной площади. Достаточно было лишь свернуть за магазинчиком писчих принадлежностей в едва заметный проулок, немного пройти, повернуть налево и окажешься прямо у знаменитой таверны, которая представляла собой двухэтажное здание с покосившимся крыльцом, черными непроницаемыми окнами, гасившими вспышки магии, и вкусными ароматами приготовленных блюд.

Райд повел сестру на второй этаж. Там у дядюшки Сэма были специально оборудованы небольшие кабинки для приватных встреч. Все в пределах разумного. Разврат и незаконную деятельность огромный орк на своей территории не допускал.

Заказ у них принимала Элли, дочь Сэма, такая же зеленая, рослая и мощная, как и отец, но при этом довольно милая. Даже торчащие клыки придавали ей легкий шарм.

– Рассказывай, – велел Райд, когда девушка, приняла заказ и скрылась, оставив их наедине.

– Я встречалась с Фелицией Эндир, – туманно начала Бриана, явно не торопясь все рассказать.

Специально тянула время или просто боялась его разочаровать?

– И? Это не она?

– Я не знаю, – со вздохом призналась Бриана. Взяв в руку стакан с водой, сделала большой глоток и только потом добавила: – Она весьма осторожна. Не скажу, что напугана, скорее ей было… любопытно.

– Любопытно? Значит, все-таки не она?

– Не знаю, Райд, – повторила сестренка, выглядя по-настоящему растерянной. – После долгой беседы Эндир все-таки призналась, что действительно потеряла золотой допуск. Спрашивала меня, где я его нашла.

– А ты?

– Ответила, что его нашла не я, а кое-кто другой. И этот другой хочет с ней встретиться, – ответила Бриана и с отчаянием добавила: – Ну, а что я еще должна была сказать, Райд? Как расспросить, не выдавая все, и при этом убедиться, что мы не ошиблись. Что именно Фелиция Эндир спасла тебя тогда.

– Ты сделала все правильно, – кивнул он. – И что Эндир ответила?

– Что ей надо подумать. Это все так неожиданно. Сегодня вечером она пришлет мне ответ: согласна ли она с тобой встретиться или нет.

– Ты-то что думаешь? – задал Райд самый главный вопрос.

Бриана долго не отвечала. Сидела за столом, вертя между пальцев вилку, и смотрела перед собой, собираясь с мыслями, подбирая слова.

– Не знаю, – наконец вздохнула она. – По твоим рассказам я ожидала увидеть нечто иное. Та девушка так рисковала, спасая тебя, действовала самоотверженно. У меня в голове сложился определенный образ твоей спасительницы, но Фелиция Эндир… нет, она не плохая, но… не знаю. – Бриана покачала головой, еще сильнее запутавшись. – Мне кажется, это не она. Хотя…

– Что?

Райд тут же подался вперед, всматриваясь в лицо сестры.

– Эндир явно испугалась, когда я начала разговор об Арги. Так что о переходе границы ей точно известно. А потом она будто закрылась.

– Значит, она была в Арги?

– Мне так показалось, – уклончиво произнесла Бриана, положив вилку на стол.

– Показалось? Бриана, в тебе течет кровь василисков, прирожденных охотников. Тебе не могло просто показаться. Либо да, либо нет.

– Давай без этого пафоса, – жестко оборвала его сестра. – О древней крови, даре и родословной. Или тебе напомнить, что женщины из нашего рода совершенно бесправны и не могут использовать свой дар? Хотя именно мы являемся его… переносчиком. Чем выше дар у матери, тем сильнее будет ребенок.

– Ты слишком предвзята. Ни наша мать, ни наша бабушка никогда не жаловались на свою судьбу.

– Они просто не знают, что может быть что-то иное и воспринимают все как данность. Но я так не хочу и не стану, – резко заявила Бриана. – А по поводу твоей спасительницы… я уверена, что ей известно о переходе через границу. Вполне возможно, это была она. Ну а то, что Фелиция Эндир не соответствует тому образу, что мы с тобой придумали, это тоже вполне объяснимо. Ты тогда находился без сознания, едва не умер, почти не соображал и мало что запомнил. Мало ли что тебе привиделось. Может, ты сам все выдумал… ее придумал. Не ту, что спасла тебя, а свою мечту из снов.

После ее слов в кабинке на некоторое время воцарилась тишина.

– Прости, – прошептала Бриана, положив руку на его ладонь, что лежала на столе. – Мне не стоило так говорить.

– Не стоило, – сжав ее ладошку, спокойно кивнул Райд. – Может, ты и права, сестренка. Я действительно ее придумал, свою девушку из снов, и теперь отчаянно стараюсь подогнать под нее оригинал. Давай пообедаем, и я провожу тебя до квартиры. Сообщи мне, когда Эндир ответит, хорошо?

– Конечно.

Адель Тонье

Только Светочам известно, каких сил мне стоило нормально шагать, не срываясь на бег. Идти, зная, что василиск смотрит мне вслед, буквально прожигает спину внимательным взглядом. Изучает, прикидывает и пытается вспомнить?

Я не забыла. Пусть и изо всех сил старалась, но не смогла.

И сразу узнала. А как не узнать, когда столько дней делилась силой с тем, кого должна была бояться и ненавидеть?

Если днем мне удавалось обуздать мысли, то ночами контролировать себя было практически невозможно. Нечасто, но этот мужчина, имени которого я не знала, снился мне. Появлялся из плотного белесого тумана и смотрел своими необычными глазами. Иногда я слышала его тихий срывающийся шепот: «Где же ты? Где?» и бежала без оглядки. Я боялась не только того, что он поймает меня… мне было страшно, что в какой-то момент я не захочу убегать и сама приду к нему.

Он почти не изменился за эти месяцы. Почти… тот и не тот. Выздоровел, окреп, налился силой, которую я чувствовала всей кожей. Это тогда, в конце прошлого лета, был измученный, изувеченный василиск, в котором едва теплилась искра жизни. Сейчас передо мной стоял сильный, уверенный в себе мужчина, который знал, что хотел и получал все, что желал.

Все злосчастное расстояние, которое шла, чеканя шаг с прямой спиной, я ждала, что василиск меня остановит. Окрикнет, догонит, схватит и развернет к себе лицом, заставив посмотреть в его невероятные ярко-голубые глаза с вертикальным зрачком, и скажет: «Ты больше не сбежишь, я узнал тебя, сирена».

Хотя вообще-то сирены – злобные твари бескрайнего океана, опасные создания с рыбьим хвостом вместо ног. Они заманивают в свои сети несчастных моряков, сбившихся с пути, и утаскивают их на дно моря.

Сирена… да, именно так он называл меня в бреду. Шептал, проваливаясь в беспамятство, что я вытащила его из моря на погибель, окрутила, зачаровала, заворожила. А я, занятая его спасением, соглашалась.

Я была абсолютно уверена, что замела все следы, и василиск меня не найдет. Прятала лицо в тени капюшона, который никогда не снимала. Даже использовала парик с золотистыми волосами. Но разве так просто скроешься от охотника за головами? Найдет, поймает, схватит и накажет. От одной только мысли об этом у меня внутри все будто ледяной коркой покрылось. Если он узнает, то пострадаю не только я.

Вот и долгожданный поворот. Я завернула за угол и смогла наконец-то свободно вздохнуть. Кстати, окрика не последовало. Ушла, смогла… можно расслабиться.

Прислонившись спиной к стене, я застыла, подняв лицо к бескрайнему голубому небу, и судорожно вздохнула.

Спасена? А может, и не было никакой опасности? С чего я взяла, что этот темноволосый мужчина оказался здесь именно из-за меня? Это же василиск, вдруг… вдруг он приехал к этой Уайт, она ведь тоже василиск.

Уайт…

У меня задрожали колени и сбилось дыхание, когда в голове сложились все детали пазла. Уайт ведь сегодня спрашивала про летнюю практику. Ту самую практику, во время которой я и встретила василиска.

«Нет, это не может быть совпадением! Не может! Или может? И значит, он нашел меня. Нашел! Но для чего? Чтобы отблагодарить? Или выполнить заказ, который не смог завершить пятнадцать лет назад? Что он хочет? Наградить меня? Или наказать, предав суду?».

Продолжая прижиматься к стене дома, я застыла. Куда бежать? Как поступить? Спасать Фелицию, которая могла случайно стать жертвой моей безответственности? Или поспешить на встречу. Ведь если мой «поклонник» заговорит… тогда мне точно не спастись. Кроме того, может пострадать чета Эндир, а этого я допустить не могла.

Что же делать?

«Так, Адель, успокойся, без паники. Ничего не произошло. Сначала разберемся с одной проблемой, потом будем решать другую. Фелиция не маленькая девочка и справится сама. Меня она не выдаст. Значит, беспокоиться пока не о чем», – мысленно подбодрила я себя и, выпрямившись, вытерла потные ладони о короткую юбку.

Следовало сразу уйти, но, я не удержалась, выглянула из-за угла.

Василиска там не было. Значит, ушел.

– Ну и хорошо.

А мне пора было спешить на встречу.

Высокого тощего парня в темной одежде явно с чужого плеча, в смешном полосатом картузе на голове, из-под которого торчали непокорные темные кудри, я заметила сразу. Он стоял, прислонившись к стволу огромного дерева, скрестив руки на груди и опустив голову, будто дремал.

Сначала я собиралась его окликнуть, но передумала. Нет, не стоило показывать, что я его знаю. Пусть по широкой аллее и прогуливалось не так много народа, но все равно рисковать не хотелось. Сбавив шаг, я пригладила волосы, что вновь торчали в разные стороны, и не торопясь приблизилась к деревянной скамейке. Их здесь много стояло, однако я выбрала ту, которая располагалась как раз напротив парня. Села, тщательно расправила юбку и принялась ждать, делая вид, что просто отдыхаю.

Мне пришлось ждать минут пять.

Потом парень зашевелился, размял плечи, лениво улыбаясь, и неторопливо двинулся в мою сторону. Вольготно расположился на другом краю скамейки, закинув ногу на ногу и положив руку на спинку.

– Ну здравствуй, ваша светлость.

Я вздрогнула от этого обращения и медленно повернулась к нему.

– Я же просила меня так не называть.

– Как скажешь, ваша светлость, – еще шире усмехнулся парень, подмигнув мне.

– Что тебе нужно?

– Пришло время платить по счетам.

Я сжала кулаки и, глядя прямо перед собой, сухо отозвалась:

– Я уже платила. И не раз.

– Такая тайна стоит намного больше. Или тебе напомнить, сколько обещают власти за любую информацию о тебе и членах твоей семьи?

– Так что же ты меня не выдашь? – едва слышно процедила я.

Я так устала за эти месяцы от его угроз, что даже перестала бояться.

– Ты мне нравишься, ваша светлость. Зачем же сдавать такую хорошенькую девушку этим злым василискам?

Я вздрогнула и еще сильнее сжала кулаки. Да так, что короткие ногти болезненно впились в кожу на ладонях.

– У меня больше нет денег. Я отдала все, что было.

– А ты поищи. У родственников возьми. Они же у тебя богатые. Укради, в конце концов. Молчание стоит денег, ваша светлость. Сумму ты знаешь. Но я добрый, дам тебе три дня на сбор. Не принесешь деньги через три дня – жди василисков. Говорят, один из них уже отирается в окрестностях Уатерхолла. Сомневаюсь, что он и его сородичи вновь дадут тебе сбежать. Да и твоим спасителям не поздоровится.

– Я поняла.

Вскочив, я поправила юбку и поспешила прочь от скамейки. Оглядываться на шантажиста не имело никакого смысла. Ничего нового я там не увижу. А просить о пощаде бесполезно. Такие не испытывают жалости и за деньги продадут мать родную.

Обратная дорога до Уатерхолла прошла без происшествий. Никакой василиск не преградил путь, хотя я ждала его появления из-за каждого поворота. В нашей комнате меня уже ждала Фелиция. Один взгляд на кузину, и я поняла: ей все известно. Шагнув вперед и взяв меня за руки, она скорбным голосом произнесла:

– Адель, я все знаю…

– Знаешь… – эхом повторила я, ничуть не удивившись.

Что ж, примерно этого после встречи с василиском я и ожидала. Он здесь из-за меня. Мало того, что я сама совершила ошибку, когда спасла его (о чем, несмотря ни на что совсем не жалела), так еще Фелицию в это втянула.

– Не переживай, мы все решим, – заверила кузина, продолжая держать меня за руки. – Безвыходных ситуаций не бывает. Сейчас мы поговорим и обязательно что-нибудь придумаем.

– Да, наверное, ты права, – устало улыбнулась я, поражаясь ее оптимизму. Тут в пору Светочам молиться и путь до Гаргарда заказывать.

Давно следовало поведать Фелиции правду. А я тянула, боялась. И вот… может, и хорошо, что она все знает. Все-таки не зря говорят, что две головы лучше одной.

– Рассказывай, – велела кузина, усаживая меня на кровать.

Я открыла рот и осеклась. Надо, конечно, но… как начать, что сказать. Все так запуталось!

– Не бойся, ручку я зачаровала. – Фелиция присела рядом. – Она нас не услышит. Если бы ты знала, сколько всякого она мне наговорила. Даже обвинила в том, что я тебя нагло использую, представляешь?

– Да что ты! – хмыкнула я.

– Да! По-моему, ты ее избаловала. Никакого уважения к магам. С трудом заставила ее замолчать и заглушки поставила. Так что нас точно никто не услышит. Ты можешь говорить совершенно спокойно.

– Спасибо, – поблагодарила я но делиться своими тайнами не спешила.

Заметив мое смятение и нерешительность, Фелиция начала:

– Давай я расскажу, что узнала от Уайт.

– Хорошо.

Может, так действительно будет лучше и легче.

– Так вот. Уайт сразу заявила, что знает о том, что я прошлым летом незаконно пересекла границу с королевством Арги. Я, конечно, сразу же сказала, что ничего не знаю, а она все придумала. И если такая умная, то пусть пишет письмо в деканат, но не забудет предъявить доказательства.

– Фелиция! – укоризненно пробормотала я. – А если напишет?

– Пусть пишет. Доказательств у нее нет и быть не может. Потому что я там не была. А до тебя у нее мозгов не хватит добраться. Но дело в другом. Уайт заявила, что в Арги был найден мой золотой допуск.

– Ох! – прошептала я. – Но я была уверена, что потеряла его в больнице, когда…

Когда помогала кузине с практикой. Фелиция ненавидела все эти процедуры, и я часто заменяла ее на приемах. Даже парик носила с золотистыми волосами, чтобы правдоподобнее выглядело. Город был маленький, рабочих рук не хватало, и целителей абсолютно не волновало, кто работает, главное, чтобы работали.

– Выходит, ты потеряла его в Арги. Хорошо хоть он не именной. Так вот допуск нашли и так вышли на академию Уатерхолл. А найти обладательницу золотого допуска оказалось не так сложно. Уайт заявила, что ей стало известно это от того, кому я помогла. И этот кто-то хочет встретиться со мной, чтобы поговорить.

Я молчала, ожидая продолжения.

– Между прочим, это стало для меня совершеннейшим шоком. О путешествии в Арги ты мне рассказывала, а о таинственном спасении нет. Не знала, что у тебя есть от меня тайны, Адель.

Вот как у нее так получалось? Всего одна фраза, укоризненный взгляд и я уже испытываю муки совести.

– Прости, но я не могла признаться. Это было для твоего же блага.

– Я так и подумала, – фыркнула она.

– Так что еще сказала Уайт? Для чего мне с ними встречаться?

– Не знаю. Адель, – Фелиция вновь схватила меня за руки, заглядывая в глаза, – пожалуйста, скажи… скажи мне, что ты спасла не василиска. Пусть это будет кто угодно, но только не василиск.

Я опустила взгляд, мягко высвобождаясь из ее захвата.

– Прости…

Собственно, это все, что я смогла ответить на ее предположение. И Фелиция все поняла.

– Адель! – ахнула она. – Как же так? После всего, что эти… наемники сделали, после того, как они сломали тебе жизнь, лишив дома, крова, даже имени, ты спасла одного из них!

Я понимала ее удивление. Логике мой поступок не поддавался.

– Фелиция, я не могла пройти мимо, – принялась оправдываться. – В первую очередь я целитель. А он… был серьезно ранен, очень измучен. Как можно уйти и оставить его умирать на безлюдном пляже?

– Но теперь он хочет встретиться с тобой. Ты же понимаешь, что этого нельзя допустить! Иначе, если он узнает… я даже подумать боюсь, что случится. Это же конец всему! Не только тебе, но и мама с папой пострадают. Ведь именно они приютили тебя, исправили документы, вырастили.

– Я знаю, Фелиция. Знаю. Мне жаль, что так получилось, что я подвергла вас риску. Но тогда я не думала об этом.

– Так! – решительно заявила кузина. – Сейчас ты мне все подробно расскажешь. Абсолютно все! Как нашла этого наемника, как спасла, чем лечила, что делала, что он мог запомнить. Все, даже самые мелкие детали.

– Зачем? – устало спросила я. – Это не поможет.

– Поможет. Потому что я пойду на встречу с василиском и скажу, что это я его спасла! – вскакивая с кровати, торжественно заявила Фелиция и подмигнула мне: – Хорошо я придумала?

Я сидела как оглушенная, пытаясь осознать смысл сказанного.

– Что? – наконец, прошептала едва слышно, удивленно взглянув на нее. Такого предложения я точно не ожидала. – Что ты собралась делать?

– Притвориться тобой, – усмехнулась Фелиция, взбивая рукой золотистые локоны. – Это не так сложно. Если василиск был серьезно ранен, то вряд ли мог тебя запомнить. Тем более что из-за потерянного допуска он уверен, что именно я его спасла.

– Не только из-за кулона, – пробормотала я. – В Арги я ходила в парике с золотистыми волосами. Сама понимаешь, что мой цвет волос уж слишком приметный.

– Еще лучше. Значит, еще один довод в пользу того, что именно я его спасла прошлым летом. Я с ним встречусь, все выясню, и мы разойдемся. Ты будешь в безопасности, я буду в безопасности, и мама с папой тоже будут в безопасности. Правда, чудесно?

– Наверное, ты права, – неуверенно произнесла я. – Но вдруг… вдруг он захочет привлечь тебя к ответственности за незаконное пересечение границы?

– Все возможно, – после небольшой паузы отозвалась Фелиция, вновь присаживаясь рядом. – Но, судя по словам Уайт, меня… точнее тебя, хотят не наказать, а наградить. В любом случае, василиск с тобой не встретится, не поймет, кто ты и все будет отлично.

Возможно, она была права, но я не хотела рисковать кузиной. А потому задала новый вопрос:

– А как ты аргументируешь свой поход в Арги?

– Скажу… скажу, что мне стало любопытно. Закрытое королевство, где ненавидят магов и двуликих, и идут гонения на веру в Светочей. Да, сглупила, но страшно об этом сожалею и прошу о снисхождении, – пропела она, невинно захлопав ресницами. – А еще пообещаю, что больше никогда и ни за что не буду так делать.

Я даже улыбнулась, увидев ее виноватое личико.

– Это рискованно.

– Рискованнее отправлять тебя к нему и ждать разоблачения, которое может сломать жизнь всем нам.

– Не знаю как тебя и благодарить.

– Для начала – расскажи все. От начала и до конца, – вновь велела она.

– Хорошо.

Набрав полную грудь воздуха, я начала свой рассказ. Пришлось мысленно вернуться в те дни, которые я провела в Арги, стараясь хоть что-то узнать о своих родных, а вместо этого натолкнулась на раненного василиска и не смогла пройти мимо.

ГЛАВА 3

Адель Тонье

Девять месяцев назад

Все началось через три дня после перехода границы, когда я уже почти разочаровалась в своей затее. Все мои попытки хоть что-то узнать о случившемся пятнадцать лет назад, провалились. Если кто-то что-то и знал, то предпочитал отмалчиваться.

Я старалась быть осторожной, напрямую вопросы не задавала, тщательно следила за тем, что и кому говорю. Даже дар скрыла с помощью специального артефакта, который обошелся мне в кругленькую сумму. Он не лишал силы, а скрывал ее от рыцарей света. Именно так называли себя группа религиозных фанатиков, которые выискивали магов на территории Арги и отправляли их в темницы, как пособников темного бога.

Выйдя из таверны, я поправила капюшон, закрывавший половину лица, и глубоко вдохнула соленый воздух, который легкий ветерок принес со стороны моря. Деревня находилась на краю обрыва, и все жители здесь занимались рыбным промыслом.

Я уже собиралась направиться в сторону домика, где снимала комнату у Марийки – толстой жены рыбака с куцым хвостиком и рябым лицом. Женщина была глупой, жадной и жутко любопытной. Однажды я застала ее за тем, что она роется в моих вещах. Пришлось припугнуть ее. Но менее любопытной она от этого не стала.

Именно в этот момент ветер с моря затих, и на деревню налетела мощная магическая волна. Она оказалась такой силы, что у меня сбилось дыхание, а волоски на теле встали дыбом. Зажмурившись, я попробовала вдохнуть и не выдать себя.

Сила… мощная, яростная, жестокая и очень опасная. На пути у нее стоять было глупо. Ее почувствовала не только и я. Не надо быть одаренным, чтобы ощутить тот ужас и страх, что несла за собой темная магия. Да, именно ее я так отчетливо ощутила.

– Спаси нас Светочи! – прошептала стоящая рядом женщина с изможденным лицом, смуглым от постоянного пребывания на солнце.

И тут же получила толчок в бок от своей подружки.

– Ты что несешь? Какие Светочи? – прошипела низкорослая женщина с серым платком на голове. – Хочешь, чтобы рыцари явились по твою душу? То водная богиня гневается. Силу свою показывает.

– Смотрите-смотрите! – запрыгала, указывая в сторону моря, тощая девчонка с двумя смешными тонкими косичками в коротеньком грязном платье.

На горизонте ясное голубое небо стремительно заволакивало грозными черными тучами. В следующее мгновение налетел ветер. Сильный, сбивающий с ног. Пронзительный и мощный.

– Буря! Буря! Спасайтесь! – закричали со всех сторон. – Закрывайте двери, доставайте амулеты. Никак сам Черный бог идет по наши души.

Рассказывать им о том, что Черного бога не существует и причина резкой смены погоды – чье-то очень сильное проклятие, не стала. Вместо этого послушно поспешила к домику Марийки. Сильный ветер то и дело подталкивал меня в спину, заставляя бежать быстрее. От его завывания закладывало уши. А от мощной грозной силы, что стремительно надвигалась на крохотную деревушку, накатывала паника.

Я уже почти добежала до дома, когда начался дождь. Не просто дождь – настоящий ливень, который стеной рухнул с темных небес, почти полностью лишая обзора. Я моментально промокла до нитки и до нужного дома добиралась почти на ощупь.

С трудом поднявшись по скрипучим ступенькам, открыла дверь, которую едва не сорвало с петель от очередного порыва ветра.

– Да заходи же, окаянная! – выкрикнула Марийка, силой запихивая меня внутрь и закрывая дверь на засов. – Иль погубить нас всех решила? Живо в комнату и не высовывайся! Вишь, Темный шалит.

Оставляя после себя мокрые следы и лужицы воды, я прошла в дальнюю комнату и закрыла за собой дверь. Разделась прямо у порога, кучкой бросила вещи на пол и принялась вытираться коротким полотенцем. Я старательно терла тело, а у самой от холода зубы стучали. Я могла использовать магию и высушиться, и согреться намного быстрее и эффективнее, но делать это в эпицентре чужого проклятия было бы очень глупо. Существовал высокий риск перетянуть все на себя. Именно поэтому я старалась согреться обычными человеческими способами.

Вытиралась, пока полотенце не промокло, а кожа не начала болезненно гореть. Бросив тряпку к одежде, прямо голышом забралась в кровать, бросила парик себе в ноги и замоталась в тонкое шерстяное одеяло. Еще минут пять я дрожала, не в силах согреться.

А над деревней бушевала жуткая буря. Домик дрожал и скрипел, трещала от напора крыша. От сильного ветра жалобно звенели стекла, хотя их скрыли за деревнями ставнями. Каждый раскат грома заставлял вздрагивать и дрожать от страха. Казалось, что еще мгновение и буря возьмет свое – утянет в пучину все дома вместе с жителями.

В раскатах грома, в завывании ветра и ливне я расслышала шепот. Хриплый, резкий. Люди считали, будто так гневается Темный бог, но я знала, что это слова проклятия темного. Не знаю, на кого они были направлены, но выжить несчастному после такого практически нереально.

Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем буря начала стихать. Убаюканная шумом дождя, согревшись под одеялом, я в какой-то момент заснула и проспала до самого утра.

Проснулась на рассвете. Сморщившись от боли в затекшем теле, выбралась из кровати и быстро оделась. Парик не успел до конца высохнуть, и мокрые пряди неприятно скользили по коже. Но ничего, переживала и не такое.

Из-за ставней было сложно рассмотреть, что происходит на улице. Вдруг кому-то требуется помощь.

Схватив одежду с пола, я вышла из дома и застыла на скрипучем крыльце. Все домики остались на месте. У кого-то сорвало крышу с сараев, кто-то лишился плетеного забора, но сильных бед стихия не причинила. Восходящее солнце заливало оранжевым светом дороги, которые развезло от грязи. Лужи оказались такой величины, что в них можно было купаться.

Я развесила вещи на бельевой веревке, натянутой меж двух низких деревьев, что за эту ночь лишились почти всей листвы. Но вместо того, чтобы вернуться в дом, я вдруг испытала странное, почти непреодолимое желание погулять. И не просто погулять, а выйти на побережье и пройтись вдоль кромки затихшего моря. Странное желание, необъяснимое, будто и не мое вовсе. Однако противиться ему я не стала.

Набросив капюшон на голову, отправилась прочь из деревни. Сделать это было не так просто из-за луж, грязи и полного отсутствия дорог. Их и раньше не было, а те тропы, что имелись, смыло ливнем. Как результат, я дважды чуть не потеряла обувь, которую почти засосало в ближайшей луже, испачкала подол юбки и очень устала.

Но, несмотря на все это, желание спуститься к берегу все равно никуда не делось. Не знаю, что именно я хотела там найти, но магическая буря, такое сильное проклятие не могло пройти бесследно.

Спустившись вниз по скользким каменным ступенькам и не свернув при этом себе шею, я оказалась на берегу моря. Вчерашний белый песок был щедро усеян какими—то ветками, корягами и обломками деревьев, грудами зеленых водорослей, от которых исходил специфический аромат. Нашлось здесь место и парочке разбитых лодок. Они лежали искореженные, перевернутые, с жуткими черными дырами и с заросшими ракушками дном. Оставалось надеяться, что это старые лодки и минувшей ночью никто не пострадал от разбушевавшейся стихии.

Я удалилась на достаточно приличное расстояние, деревня давно скрылась за поворотом, и уже собиралась возвращаться, когда в последний раз скользнула взглядом по берегу и заметила у самой кромки воды какую-то странную кучу. Большая, специфической формы, она сильно напоминала человека.

Я подхватила подол длинной юбки и бросилась бежать, утопая ступнями во влажном песке. И чем сильнее я приближалась, тем отчетливее понимала, что не ошиблась. Кого-то действительно вынесло на берег.

Жив или нет? Есть ли шанс помочь несчастному?

Рухнув перед незнакомцем на колени, я осторожно повернула его с живота на спину и всмотрелась в бледное, залитое кровью лицо. Беглый осмотр дал неутешительные результаты: рана на голове была более чем серьезной, лицо изрезала пара глубоких царапин, нос сломан, губы разбиты, возможно, пострадали ребра, да и рука как-то неестественно вывернута. Но хотя бы он оставался в живых. Его грудь медленно поднималась и опускалась, а ресницы мелко дрожали.

– Все хорошо, я помогу вам, – произнесла, надеясь, что он меня услышит. – Я целительница. Вам нечего бояться.

Уняв волнение, я протянула к нему руку. Следовало осмотреть его с помощью магии, найти самые серьезные и опасные раны. В ту же секунду мое запястье неожиданно крепко схватили. Я даже дернуться не успела, когда несчастный открыл глаза: ярко-голубые с вертикальным зрачком, который сейчас своей тонкостью мог сравниться с иголкой. Его взгляд остановился на мне, и хватка мгновенно ослабла. Разбитые губы тронула едва заметная улыбка.

– Сирена, – хрипло произнес он и потерял сознание.

А я… я осталась один на один с жутким выбором: спасти того, кого ненавидела и боялась больше всего на свете, или сбежать от него как можно скорее и забыть обо всем, как о страшном сне.

«Бежать! Бежать! Как можно скорее, как можно дальше! Это не может быть совпадение. Спустя четырнадцать лет я вернулась на родину и тут же наткнулась на своего врага! Они здесь, найдут меня и тогда…»

Меня заколотило от ужаса и паники.

Я вздрогнула и медленно поползла прочь, совершенно не замечая того, что мокнет и пачкается в песке и водорослях юбка, царапают кожу ладоней острые ракушки и куски искореженных веток.

Я ползла, не отрывая глаз от поверженного василиска. Смотрела на его профиль, на капли крови, которые стекали по руке и терялись в песке. На то, как медленно и тяжело поднималась и опускалась его грудь, а дыхание с рваным стоном срывалось с губ. Как он из последних сил цепляется за жизнь. Смотрела и понимала, что проиграла.

Я уже никуда не ползла. Сидела на берегу, сжимала в руках влажный песок и таращилась на василиска. Потом оглядела пустынный пляж, чаек, которые противно орали, собравшись в стаи и летая над нашими головами.

– Я точно об этом пожалею, – проворчала я себе под нос и поползла обратно.

Выдать василиска я не могла. Это было равносильно тому, что я лично отправила бы его на казнь. Когда мужчину найдут, то лечить не возьмутся. Просто отдадут светлым рыцарям, а те церемониться не станут.

Значит, сама. В конце концов, целитель я или нет?

Приободрившись, я встала на колени и снова опустилась. Энтузиазм быстро сошел на нет, поскольку для лечения требовалось место. Привести его в дом Марийки я не могла. Да и вообще не стоило тащить василиска в деревню. Нужно другое место. Только где его найти? В чужой недружелюбной стране, где сама находилась нелегально.

Я с тоской осмотрела скалистый берег. О происхождении этих скал ходили легенды, которыми любили пугать маленьких доверчивых девочек. И в следующую секунду меня буквально осенило.

Ну, конечно! Я вспомнила. Кузен рассказывал о пещерах с сокровищами пиратов, в которых полным-полно ловушек и бродят самые настоящие призраки. Они пугали путников, обманывали их и уводили вглубь, не давая даже шанса на спасение. Для маленькой семилетней девочки эти сказки казались пугающе интересными.

Однажды сказку подслушал дедушка. Он же мне после и объяснил, что эти пещеры существуют на самом деле, но пиратов там нет. Хотя легенды о призраках действовали во благо, отпугивая суеверных жителей.

А если эти пещеры здесь недалеко? И жители до сих боятся их посещать? Это ведь прекрасное место для того, чтобы спрятать василиска и исцелить его.

Оставалось разобраться, как поступить лучше: отправиться на поиски и оставить раненного здесь или взять его с собой. Предпочтительнее, конечно, второй. Однако поиски могли занять не один час, а надежды на то, что его никто здесь не найдет, було очень и очень мало. Я решила тащить василиска с собой. И без магии тут не обойтись.

Это в Уатерхолле все легко: призвал магию, применил заклинание левитации и все – тащи его хоть до границы, ну или пока резерв не опустеет. Здесь так не получится. Любой всплеск магии может вызвать нежелательный интерес, и даже блокирующий амулет не спасет.

Раненый вновь едва слышно застонал от боли, так и не приходя в сознание.

– Думай быстрее, Адель! – процедила я. – Иначе вместо спасения придется проводить погребение. Он же просто истечет кровью или умрет от болевого шока. Еще неизвестно, есть ли на нем проклятие.

Я лукавила. Проклятие имелось. Даже на расстоянии, не касаясь его, я улавливала отголоски темной магии. Сомнений в том, что именно на этого василиска натравили вчерашнюю бурю, не оставалось.

В общем, дотащить мага до скал, не выдав себя, оказалось сложно, но возможно. Много терпения, скрытая магия, которую следовало все время поддерживать, заклинание левитации и много-много сил.

Солнце уже поднялось к середине небосвода, когда мы добрались до скал. Сказать, что я устала – ничего не сказать. От постоянного напряжения сводило руки, ныла спина и перед глазами будто феечки летали. А еще жутко хотелось есть, живот буквально сводило от голода. Я даже пожалела о том, что отправилась гулять и даже не позавтракала.

Василиск проблем не доставлял. В сознание он не приходил, умирать пока не собирался, правда, иногда его дыхание сбивалось и задерживалось, заставляя останавливаться, присматриваться и прислушиваться.

Пошарив в карманах плаща, я неожиданно нащупала вчерашний пирожок. Он деформировался, слегка намок и раскрошился, но все равно соблазнительно пах выпечкой, корицей и сладкими печеными яблоками. У скал, положив раненого на сырую землю, я уселась рядом и вгрызлась в пирожок. Сейчас он показался самым восхитительным блюдом из всех возможных.

Я с любопытством изучала василиска. Видеть представителя расы наемников так близко мне приходилось впервые. Слава Светочам!

– А ты совсем не страшный, – утолив первоначальный голод, заметила я.

Василиск молчал, даже не стонал.

– Я тебя представляла совсем другим… грозным, опасным, жестоким. Хотя… ты, наверное, такой и есть. За добрые поступки так не проклинают.

Запихав в рот последний кусок, я вскочила на ноги и вытерла ладони об юбку.

После небольшой паузы наклонилась над раненым и осторожно коснулась ладонью его лба. По коже тут же прошелся электрический разряд затаившегося проклятия. Коснись я василиска с помощью магии, результат был бы совсем другим. Проклятие бы не перекинулось, но могло ударить в ответ. Да так сильно, что рука бы отнялась до плеча.

Отмахнувшись от неприятного ощущения, я задержала ладонь на его влажном лбу.

– Горишь, – мрачно выдала я, отстраняясь. – Лихорадка все сильнее.

Требовалось сбить жар и как можно скорее. Но не здесь. Слишком опасно, даже заглушку не поставишь.

– Ты подожди, пожалуйста, – прошептала умоляюще, чувствуя, как волной накатывает чувство вины. Я тут страдаю от голода, горестно вздыхаю, а ему с каждым мгновением становится все хуже. – Совсем немного осталось. Я сейчас найду пещеру, перенесу тебя туда и займусь лечением. Ты только держись.

Удивительно, но поиски заняли совсем немного времени. Я двигалась вдоль скалы всего минут пять. Потом увидела проем, в который и заглянула. Пещера. Судя по всему, она уходила далеко вглубь. А еще она заросла густым колючим кустарником и была залита мутной водой по колено, если не выше. С одной стороны, это хорошо, меньше вероятность нежданных гостей. Но и самим пробираться сложно.

– Надеюсь, меня не поймают, – нервно произнесла я, закатывая рукава и осторожно выпуская магию.

Стены пещеры должны были заглушить импульсы. Наверное.

Густые заросли кустарника со скрипом и шелестом, роняя остатки листьев, разошлись в разные стороны. Следом пришла очередь воды. Небольшое болотце с ряской и водорослями тоже расступилось в стороны, образуя узкую дорожку.

Теперь осталось это все зафиксировать. Точнее создать эффект двери. Открыл-прошел-закрыл, и все назад вернулось.

Через десять минут я наконец-то смогла донести василиска до нужного места в глубине пещеры, где нам точно никто не помешает и не найдет. Я переложила его на еловые ветки, которые успела собрать неподалеку, и присела рядом, разогревая исцарапанные ладони.

Пришла пора заниматься лечением.

Сначала я избавила василиска от одежды, оставив на нем лишь нижнее белье. На уроках целительства мы проходили анатомию, и я несколько лет стажировалась в самых различных клиниках, так что считала себя довольно опытной. И уж точно не собиралась задерживать дыхание и любоваться мужским телом кровного врага.

Но… почему-то в этот раз все происходило иначе.

Убирала одежду я осторожно, часть пришлось намочить, поскольку ткань прилипла к коже из-за крови, и отдирать ее было больно. Василиск дрожал, хрипел и что-то тихо шипел сквозь стиснутые зубы. Кажется, ругался. Но я не прислушивалась.

– Пожалуйста, потерпи, – уговаривала я едва слышно, продолжая снимать ткань.

Несмотря на многочисленные ушибы, синяки, ссадины и страшные гематомы, я внезапно поймала себя на мысли, что… почти любуюсь им.

– Глупости какие!

Я даже мотнула головой и тут же отвела взгляд, раздраженно убрав с лица волосы от ненавистного парика. Так хотелось его снять, но нельзя. Вдруг очнется и увидит. По ярко-рыжим волосам найти меня будет легче. А если еще и вспомнит непокорное рыжее семейство бывших герцогов, за устранение которых им заплатили, то…

Как только с одеждой было покончено, я осторожно омыла его тело тряпками, заодно проведя первый осмотр. Увиденное мне совсем не нравилось: ушибы, кровоподтеки, переломы и проклятие, которое агрессивно щерилось на любую попытку проверить все магией. Я не понимала, как василиск все еще жив. С такими ранами это было просто невозможно. Но он жил, дышал и так отчаянно боролся, что я просто не могла отступиться и опустить руки.

– Мы справимся, – пообещала я, разминая пальцы.

Единственным вариантом было погрузить его в стазис. Опасно. Очень опасно. Дело заключалось не только в сложности создаваемого на крови заклинания, но и в опасности для самого пациента длительного нахождения в подобном состоянии, выйти из которого крайне сложно. Однако другого варианта не имелось: либо стазис, либо он умрет от лихорадки, которая уже медленно пожирала его.

Достав небольшой ножик, я черканула им по ладони и тут же сморщилась от боли. Обмочив в собственной крови пальцы, принялась чертить руны на его обнаженном теле. Каждое прикосновение вызывало сноп искр и яростное шипение. Знаки то темнели до черноты, то загорались, словно солнечные капли. Проклятие шипело и било по пальцам, вызывая болезненное онемение и легкие ожоги, а тело мужчины покрывалось мелкой дрожью. Еще не судороги, но рядом. Поэтому следовало спешить.

Последние значки я наносила со слезами на глазах. Губы беспрестанно шептали заклинание стазиса. И вот последняя руна наконец-то нанесена. Отпрянув, я прижала обожженную, болезненно ноющую руку к груди и затаила дыхание.

Сильное тело с горящими огнем рунами на груди выгнулось от боли. Василиск захрипел и забился в судорогах. Длилась эта агония всего мгновение, а потом он затих и застыл, окруженный легким золотистым сиянием стазиса.

Теперь все его органы, естественные процессы, даже чувства будут замедлены в сотню раз. Даже проклятие удастся отсрочить. Правда, большой минус был в том, что застынет и регенерация. Значит, мне придется приложить в сотню раз больше сил на его восстановление. Но ничего, справлюсь. Главное не забывать возобновлять заклинание стазиса, которого хватает максимум на сутки.

Пробудив целительную магию, осторожно залечила собственные раны и ожоги. Блаженная прохлада пронеслась по телу, позволяя свободно выдохнуть и забыть о боли.

Однако расслабляться было рано, настала пора заниматься лечением.

В тот день я вычерпала свой резерв почти до дна и смогла залечить всего одно сломанное ребро. Зато какое! Мне буквально пришлось собирать его по частям, параллельно заживляя разорванные осколками мягкие ткани и мышцы.

В конце я упала рядом с раненым на землю, вытянулась во весь рост и застыла, уставясь в потолок. Голова кружилась, руки и ноги онемели. Сейчас мне сильнее всего хотелось закрыть глаза и уснуть. Но нельзя. Я и так провела в пещере слишком много времени. Требовалось срочно восстановить силы, иначе спасать придется меня. А еще не мешает купить теплое одеяло. Лучше два. Пусть стазис и не позволит ему замерзнуть, но рисковать не стоит.

Полежав минут тридцать, я с трудом поднялась и направилась к выходу из пещеры. Оказавшись снаружи, с некоторым удивлением взглянула на солнце, склонившееся к закату, наложила легкое заклинание для отвода глаз и поплелась в деревню.

Я так устала, что даже никак не отреагировала на вопросы Марийки и ее подозрительный взгляд. Поужинала запеченной на углях рыбой с корнеплодами, купила у женщины десяток пирожков со сладким луком и поплелась в свою комнату. Рухнув на кровать, проспала до самого рассвета.

Так и прошли следующие шесть дней. Я забыла о своих планах, целях и причинах, которые заставили меня пересечь границу, полностью сосредоточившись на излечении василиска.

Иногда, несмотря на стазис, он приходил в себя, смотрел на меня затуманенный взглядом, так пристально, что я поспешно прятала лицо в тени капюшона.

– Сирена… я рад, что ты нашла меня.

Излечение тяжело давалось нам обоим. Проклятие цепко вцепилось в него и никак не желало отпускать, болезненно обжигая пальцы, когда я действовала особенно настойчиво. Справиться с этим казалось невозможным. Тут была нужна не целительница, а ведьма, ну или ведьмак.

Когда становилось особенно тяжело – и ему, и мне, – я принималась напевать песню, которую когда-то пела мне мама перед сном. Она была на древнем аргском наречии. Ее певучий мотив помогал мне успокоиться и взять себя в руки.

Лечение продолжалось, но проблема никуда не девалась. Я понимала, что сама не справлюсь. Следовало передать василиска в надежные руки. Но кому и как?

Проблема решилась сама собой на шестые сутки.

Вернувшись в деревню после очередного сеанса изматывающего лечения, я заметила возбужденных жителей, которые собрались на краю отвесной скалы и что-то громко обсуждали. Подойдя ближе, я расслышала обрывки фраз.

– Корабль…

– Последователи Темного бога.

– И куда рыцари смотрят…

– Говорят, они знают. С ними ходют…

– Поди, ищут кого-то…

– Говорят, денег обещают…

Я едва не подпрыгнула от радости. Несмотря на стазис, раненому становилось все хуже. Мне удалось залечить почти все переломы и ушибы, но проклятие медленно подбиралось к сердцу. Срочно требовалось что-то предпринять, а я не знала что, и сжимала кулаки от бессилия.

Теперь появился шанс на его спасение. Оставалось лишь передать своего подопечного. Сама я рассказать обо всем не могла, слишком опасно. Именно поэтому и вручила деньги Марийке, поведав, где найти василиска.

Тогда-то я и поставила рябой жене рыбака метку молчания на шею. Впервые в жизни опробовала данный вид заклинания. Вышло немного криво, но я не сомневалась, что она сработает, Марийка не выдаст меня василискам и забудет о моем существовании.

Но я ошиблась. Прошло девять месяцев, и василиск вышел на мой след.

Зачем? Для чего? Это и предстояло узнать Фелиции.

ГЛАВА 4

Адель Тонье

– И ты мне ничего не рассказала! – воскликнула Фелиция, когда я закончила.

На окружающий мир постепенно опускались сумерки, но фонари пока не спешили зажигать, и приятный полумрак окутывал, словно мягкое одеяло.

– Нет, не рассказала. – Я поднялась с кровати и подошла к окну. – И не случись все так, то и не рассказала бы.

– А я думала, мы всем друг с другом делимся, – обиженно протянула кузина.

– Не этим. Прости, но я действительно считала, что никто и никогда не узнает о произошедшем. Именно поэтому и не рассказала, – обернувшись, я прямо посмотрела на Фелицию и спросила: – Ты меня осуждаешь?

Она встретила мой взгляд спокойно.

– Я тебя не понимаю, – неожиданно призналась она. – Ты ведь должна их ненавидеть и бояться. А ты… рисковала всем, столько дней лечила его, отдавала все силы, едва не выгорела. Почему?

Я пожала плечами.

Как объяснить собственное поведение, я сама не до конца понимала. И на ум, как назло, не приходили слова, чтобы дать ответ, но я постаралась.

– Я целительница, у меня в крови помогать ближнему даже в ущерб себе.

– Да, мне этого не понять, – усмехнулась она, и в глубине прекрасных голубых глаз промелькнуло какое-то странное выражение. Кажется, горечь вперемешку с затаенной тоской. – Жертвенность не для меня.

– Фелиция, – пробормотала я виновато, делая к ней шаг, – прости, я не хотела…

– За что ты все время извиняешься, Адель? – хмыкнула кузина, поднимаясь с кровати. Подойдя к зеркалу, она взглянула на свое отражение и поправила золотистые локоны.

– Мне кажется, что я виновата перед тобой.

– Если кто и виноват, то точно не ты, – неожиданно заявила кузина. – Никто не заставлял меня выбирать факультет целительства и учиться на нем. Я сама выбрала. А вот проникнуться не смогла. Да какая разница? Ничего уже не изменишь.

– Тогда почему ты пошла в целители вместе со мной? – задала я вопрос, который тревожил меня в течение многих лет.

Кузина не была глупой и бездарной девицей, к тому же обладала достаточно высоким уровнем силы. Лет до двенадцати-тринадцати мы шли вровень, хвастались друг перед другом знаниями, даже соперничали. А потом… не знаю, что случилось, но кузина резко перестала интересоваться магией, стала все сильнее отдаляться, сбрасывая все на меня. Я послушно принимала, брала на себя ее задания, надеясь, что интерес проснется снова и все будет как раньше. Но этого не случилось. Фелиция училась, знала ровно то, что требовалось, но не стремилась к большему.

Честно говоря, я удивилась, когда она решила вместе со мной поступать на факультет целительства. Данная сфера была ей совершенно чужда. Фелиция не любила лечить, ненавидела делиться силой и уж точно не готова была жертвовать собой.

– Надо же было куда-то идти, – продолжая изучать свое отражение, проговорила она нарочито безразличным тоном. – Так почему бы нам не учиться вместе? Мы же как сестры. Не так ли, Адель?

– Да, конечно, – поспешно кивнула я.

– И на правах старшей сестры я собираюсь тебе помочь. Учитывая, что ты мне рассказала, я вообще удивляюсь, как этот василиск тебя вспомнил. К счастью, ты пустила его по ложному следу. Если обнаружатся какие-то нестыковки, скажу, что ему привиделось в бреду.

– Ты уверена? – с сомнением произнесла я.

– Конечно. Это будет даже интересно, – улыбнулась кузина.

Однако я не торопилась радоваться.

– Ничего не получится. Он василиск. – Я покачала головой. – Он чует ложь и сразу догадается, что его пытаются обвести вокруг пальца.

– Не почует, – отрезала Фелиция, разворачиваясь и подходя ближе. Взяв меня за руку, она неожиданно выдала: – Мы дадим друг другу магическую клятву.

– Зачем? Какую клятву?

– На крови. Против такого даже василиск ничего не сможет сделать.

Логика в ее предложении имелась, но использовать кровь было сложно и опасно. Магия могла взбунтоваться и наказать.

– Что за клятва? О чем? – уточнила я, не торопясь соглашаться.

– О том, что ни ты, ни я никому и никогда не откроем правду. Никто из нас никогда не признается, что именно ты спасла того василиска, – торжественно проговорила Фелиция.

Я на мгновение растерялась, а потом с сомнением поинтересовалась:

– Ты уверена, что так будет правильно?

– Конечно. Ты будешь уверена, что я никогда не предам тебя. Кроме того, никто не заставит тебя сказать правду. Или ты боишься? – неожиданно спросила она. – Ты мне веришь, Адель?

Я заглянула в ее голубые глаза и уверенно ответила:

– Да. Я верю тебе.

Фелиция улыбнулась и крепко меня обняла.

– И еще кое-что. – Кузина слегка отстранилась. – Нам надо что-то сделать с твоим голосом.

Очередная ее идея удивила.

– В каком смысле?

– Василиск может его узнать. И про песенку свою забудь, поняла? Хорошо, что я прекрасно ее помню. Ты же сама учила меня ей, когда папа привез тебя, помнишь?

– Да, помню. Но причем тут мой голос? Что с ним можно сделать?

Она некоторое время молчала, раздумывая, а потом воскликнула:

– У меня есть идея!

– Ты меня пугаешь, – хмыкнула я. – Одна идея сумасброднее другой.

– Не переживай, голос мы тебе оставим. Тебе еще экзамены сдавать. Просто мы его немного изменим. Сделаем другим.

– Сомневаюсь, что это действительно надо делать, – вздохнула я. – Особенно сейчас.

– Почему? – сразу оживилась Фелиция. – Ты еще что-то не рассказала, Адель?

«М-да, а она действительно очень хорошо меня знает».

– Так уж вышло, – промямлила я, пряча глаза, – что сегодня я… чисто случайно столкнулась с ним на улице.

На мгновение в комнате повисла тишина.

– Адель Тонье, и ты молчала? – возмутилась кузина. – Как это произошло? Когда? Он тебя узнал?

– Нет. Я бы сразу тебе сказала.

– Но про это ты сообщить забыла, – с нажимом произнесла она.

– Не было времени. Ты сразу набросилась на меня с вопросами, – попыталась оправдаться я. Впрочем, ничего у меня не вышло.

– Вот не надо делать меня виноватой. Рассказывай. Все! До мельчайших деталей.

Пришлось подчиниться.

– Значит, он тебя не узнал, – протянула Фелиция, когда я закончила рассказ.

– Как видишь. Сомневаюсь, что он притворялся.

– Разумно. Но ты упоминала, что у тебя от страха даже голос сел. Так?

Я нахмурилась.

– Не помню. Наверное. А что?

– Как что? Голос сел, звучал чужим, незнакомым. Он его и не узнал. Но не стоит и дальше надеяться на чудо. Так что голос тебе надо изменить!

Я присела на кровать, чувствуя, как от происходящего у меня начинает кружиться голова.

– Это какое-то сумасшествие.

– Ничего, вот избавимся от настырного василиска, и сразу станет легче.

Если бы! Почему-то я очень сомневалась, что все пройдет легко и просто.

– Начнем с клятвы! – воодушевленно воскликнула Фелиция и бросилась к шкафу.

Я с удивлением проследила ее короткий, но весьма резкий забег по комнате, пытаясь понять, что она забыла в шкафу. Может, сразу решила собрать мне чемоданы и отправить прочь из Уатерхолла? И это в самый разгар выпускных экзаменов.

– Фелиция, что ты делаешь? – поинтересовалась я.

– Нашла!

Кузина повернулась ко мне, держа в руке короткий изогнутый кинжал в черных ножнах, украшенных серебреными вензелями и довольно крупным черепом с перекрещенными костями. Ее голубые глаза вспыхнули кровожадным огнем.

От неожиданности я даже отступила на шаг. Именно от неожиданности, а не от страха.

– Нравится? – радостно спросила Фелиция и гордо добавила: – Настоящий.

При виде оскалившегося черепа, я удивленно посмотрела на кузину.

– Откуда у тебя некромантский нож?

– А ты как думаешь? – фыркнула она, закатив глаза. – Не на рынке же я купила. Конечно, получила от некроманта.

– Ни один нормальный некромант по собственной воле не отдаст свой нож, – скрестив руки на груди, заметила я.

– Ой, Адель, ну где ты видела нормального некроманта? Они все чокнутые. Одни в большей степени, другие в меньшей, – хихикнула она, продолжая крутить нож в руке.

При каждом повороте пустые глазницы черепушки алчно поблескивали красным.

– Фелиция, я серьезно. Только не говори, что ты выкрала у некроманта его ритуальный нож!

Одна мысль об подобном внушала дрожь и зарождала легкую панику. Фелиция, конечно, была легкомысленной, но не до такой же степени.

– Не скажу. – Кузина, заметив мой ошарашенный взгляд, расхохоталась. – Успокойся, Адель, мне его подарили. У Жака их целый набор. Этот ножик ему не нравился, плохо лежал в его огромной руке, казался слишком мелким, да и череп выполнен криво. А ты же знаешь, как они помешаны на точности. Просто фанатики смерти. Вот Жак мне его и подарил.

Вроде все логично, но я все равно не торопилась успокаиваться.

– За какие такие заслуги некромант подарил тебе один из своих ножей? Пусть и кривой?

Кузина скорчила недовольную гримасу.

– Адель, вот только не надо играть в строгую мамочку, тебе не идет. Тем более, я старше тебя на пару месяцев. Мы просто сходили на пару свиданий, поцеловались, ну и так… ничего серьезного. Я что, дура спать с некромантом? Жак, конечно, душка, но от него смертью так и веет.

– Фелиция, ты действительно связалась с некромантом? Как? Когда? – простонала я, присаживаясь на кровать. – И ты еще говорила о тайнах? Упрекала, что я от тебя все скрываю? А сама ничуть не лучше!

– Ну мои тайны не такие опасные, как твои, – подходя ближе, заметила она.

– Я бы поспорила. Ты связалась с некромантом.

– Довольно симпатичным и милым. Чего не скажешь о василиске. Адель, ну не делай такие глаза! – улыбнулась Фелиция. – Мы с Жаком уже расстались. Давно. А ножик он мне оставил на память о приятных мгновениях, проведенных вместе. И он как раз подходит для клятвы.

– Ты хочешь закрепить нашу клятву самой смертью? – после небольшой паузы спросила я.

– Ты против? Никто ведь не умрет. Просто смерть станет свидетелем нашей клятвы.

– Мне все это не нравится, – со вздохом произнесла я.

– Поверь, я тоже не в восторге. Но, может, попробуем?

Подготовка к обряду заняла еще минут двадцать. Фелиция с вдохновением подошла к процессу: достала ритуальные свечи, зажгла специальные благовония и начертила круг посреди комнаты. Правда, руны выводить пришлось мне, поскольку я сомневалась, что у кузины получится сделать все правильно. А малейшая ошибка могла привести к очень неприятным последствиям.

Закончив, мы встали в центр круга друг напротив друга. В руке кузины блеснул ритуальный некромантский нож. Глаза черепа теперь горели ярко-зеленым.

– Готова?

– Нашла время, когда спрашивать! – проворочала я. – Отступать уже поздно.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.