Барбара Фритти
Опасное доверие

© Copyright 2017 by Hyde Street Press

© Самуйлов С. Н., перевод на русский язык, 2024

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2024 Азбука®

Пролог

– Мне жаль, Софи.

Не лучшее начало для самого печального сообщения из всех, что он когда-либо оставлял, но других слов не находилось. Последние шесть часов он прокладывал след, который, как ему хотелось верить, уведет их от его дочери. Выехав из Нью-Йорка несколько часов назад, он некоторое время колесил по пустынным извилистым дорогам северного Нью-Джерси. Бежал, не замечая живописных сельских пейзажей.

Он крепче сжал руль левой рукой, откашлялся и, подбирая правильные слова, продолжил:

– Я допустил ошибку… и не одну. Думал, что смогу держаться подальше от грязи, но, как оказалось, измазался в ней целиком. Объяснять некогда, но… – его прервал звуковой сигнал голосовой почты.

Он снова набрал номер, хотя и знал, что она не ответит. По средам в это время – два часа пополудни – она читала курс археологии в Нью-Йоркском университете и сейчас, наверное, готовила студентов к выезду на летние раскопки в следующем месяце. Прошлое, история пленили ее еще в раннем детстве. Теперь же в течение учебного года она преподавала в университете, а летом отправлялась в археологические экспедиции – искать ответы на вопросы многовековой давности. Идеально…

Ведь оно того стоило – дать Софи все, чего она хотела. Разве нет?

Он снова взглянул на телефон. Учитывая расписание, она вряд ли прочтет сообщение раньше, чем через несколько часов. Может быть, к тому времени он будет в безопасном месте и они смогут поговорить по-настоящему.

А если не получится… да, он вынужден будет сказать ей, что делать. Ждать больше нельзя. Нельзя и дальше уверять себя, что все будет в порядке. Он готовился к такому варианту давно. На всякий случай. Теперь настало время привести план в действие.

Снова включилась голосовая почта.

– Помнишь, как твоя мама любила устраивать весеннюю уборку? Мы еще протестовали, когда она хотела выбросить наши любимые вещи, помнишь? Например, мою коллекцию пивных бутылок… Помнишь наш тайник? Я оставил там кое-что для тебя. Но тебе нужно найти ключ, который спрятан в твоем самом любимом месте.

Он говорил загадками, потому что не хотел рисковать, ведь сообщение могли услышать те, кому оно не предназначалось. А Софи все поймет. Может, она и задастся вопросом, почему он отправляет ее так далеко, но для него было важно, чтобы она поскорее уехала из города и выиграла для себя немного времени.

– Возьми ключ и делай, как я предлагаю, – продолжал он. – Знаю, у тебя возникнет миллион вопросов из-за этого сообщения. Ты попытаешься позвонить мне, но я не отвечу. Ты будешь ломать голову, почему я не поговорил с тобой раньше. Будешь сомневаться, нужно ли делать то, о чем я тебя прошу. Не сомневайся. Сейчас главное, чтобы ты была в безопасности. У тебя впереди долгая жизнь. Возможно, не совсем та, которую ты планировала, но ты все равно можешь быть счастливой. Так что никаких вопросов, сомнений и раздумий – другого варианта просто нет. Не доверяй никому. В том числе полиции. И уж, конечно, не доверяй Бюро. Тот, кого ты считаешь моим – или своим – другом, в действительности недруг.

Телефон снова отключился.

– Проклятье, – выругался он, заметив в зеркале заднего вида автомобиль. Конечно, само по себе это могло ничего не значить, но машина набирала скорость и приближалась. Он понял: его настигают собственные грехи. Он был недостаточно ловок и не смог спрятать концы.

Он вдавил в пол педаль газа, и маленький седан задрожал, силясь набрать скорость и оторваться от преследователей.

Когда-то ему не составляло труда уйти от «хвоста», но за последние годы он растерял прежние навыки и уже плохо помнил себя раньше. Ему было о чем сожалеть, но если на этой дороге он расстанется с жизнью, то никто, наверное, и не узнает почему. Может быть, так оно и лучше.

Он снова позвонил Софи.

– Если будет другое решение, я его найду. А пока делай в точности так, как я сказал. И знай, что я горжусь тобой… – Он помолчал, справляясь с эмоциями. – Все, что я делал, все решения, которые принимал, – все это для того, чтобы сделать нашу жизнь лучше. Прежде всего твою. Понимаю, как нелегко тебе придется. И мне жаль, что я не смог избавить тебя от боли и страданий. Ты была для меня всем. Если со мной что-то случится, не пытайся выяснить, кто в этом виноват. Не ходи ко мне домой. Не возвращайся в свою квартиру. Не доверяй никому, особенно тем, кого ты считаешь моими друзьями.

Наверно, ему следовало назвать имя, но тогда она могла бы подумать, что опасаться нужно только этого человека, тогда как врагов было намного больше. А он и сам наверняка знал не всех.

– Просто беги. Избавься от телефона, как только прослушаешь эти сообщения, чтобы они не смогли тебя отследить. Еще раз, Софи, мне очень жаль. Надеюсь, ты сможешь начать новую жизнь и когда-нибудь – я молюсь об этом – простишь…

Седан прыгнул вперед от удара сзади. Телефон полетел на пол. Снова на газ, но безуспешно – машина сзади была мощнее. За крутым поворотом показался узкий мост. Он заложил крутой вираж, но получил еще один удар сзади, и седан занесло на бетонке. По инерции его бросило к ограждению, и вырулить уже не получалось. В какой-то момент в голове мелькнула сумасшедшая мысль, что он сможет каким-то чудом пролететь над водой и приземлиться на суше, на другой стороне водоема.

Но чудо было последним, чего он заслуживал.

Глава 1

Ее студенты-второкурсники с нетерпением ждали окончания учебного года, впрочем, не меньше, чем она сама. На календаре было первое июня, стояла непривычная жара, и Софи Паркер видела, что прелести лета за окном интересуют их куда больше, чем вопросы к итоговому экзамену, что на следующей неделе.

И кто бы стал их винить?

Через шесть недель она тоже выйдет из аудитории, возьмет с собой восьмерых из этих студентов и отправится на археологические раскопки в Египет. Наконец-то им представится возможность не только читать книги по истории, но и самим погрузиться в нее, ощутить особую, давящую и волшебную атмосферу раскопа столетней давности, отыскать что-то настоящее, способное изменить представление о прошлом.

Волнительное ощущение предстоящего открытия не отпускало ее никогда. Жаль только, что насладиться моментами прикосновения к истории она могла лишь в летние месяцы. Остальную часть года Софи вела курс в Нью-Йоркском университете, где делилась своим увлечением со студентами.

Она взглянула на часы – без одной минуты четыре.Пора отпускать ребят на уикенд.

– Ну что ж, на этом все. Увидимся на экзамене в следующую среду. Если у вас есть вопросы, можете написать мне на почту или прийти в мой офис в понедельник с десяти до полудня.

Занятие закончилось. Ответив на пару вопросов об экзамене, Софи собрала вещи и уже хотела уходить, когда в аудиторию вошел мужчина в темном костюме. За пятьдесят, короткие с проседью волосы, темные глаза, серьезное выражение лица. Он сразу же направился к ней, как человек, пришедший с определенной целью.

Софи узнала его – Питер Хант, агент ФБР и один из лучших друзей ее отца. Они вместе учились в Йеле, он был на свадьбе ее родителей. Сколько она себя помнила, он всегда был для нее дядей Питером. И никогда не приходил к ней на работу.

По спине пробежал холодок.

Что-то не так. Что-то очень-очень не так.

Вслед за Питером в аудиторию вошла Карен Ли – высокая стильная блондинка около сорока, в темно-синей юбке-карандаш и шелковой кремовой блузке. Даже в такую жару Карен выглядела собранной и невозмутимой.

С Карен Софи познакомилась у отца на работе. Он сказал тогда, что уважает Карен и ценит ее интуицию и поэтому назначил ее помощником специального агента в подразделении по борьбе с организованной преступностью, который сам возглавлял. Тот факт, что и Питер, и Карен пожаловали вместе, не предвещал ничего хорошего.

Софи попыталась сохранять спокойствие и не делать поспешных выводов, но грудь уже сдавило и воздух никак не попадал в легкие.

– Софи, – начал Питер серьезным, сдержанным тоном. – Боюсь, у нас плохие новости.

– Мне жаль, Софи, – с сочувственной ноткой добавила Карен.

– Жаль? Чего жаль? – Вообще-то Софи не ждала ответа и не хотела его услышать, в глубине души понимая, что ничего хорошего они не скажут. – Где папа? С ним что-то случилось?

– Он попал в аварию, – мягко сказал Питер. – Все плохо.

– Что? – выдохнула она, машинально прижимая руку к сердцу. – Что вы имеете в виду? Что плохо?

– Машина твоего отца пробила ограждение и упала в водоем. Он скончался на месте. – Питер произнес эти слова медленно, с расстановкой. – Мне искренне жаль, Софи. Это не та новость, с которой мне хотелось бы прийти к тебе.

Софи замотала головой.

– Это, должно быть, какая-то ошибка. Мой отец не умер. Он не может умереть. Он здоров. Он бегает каждый день. И в этот уикенд приготовит для меня ребрышки на гриле… свои знаменитые свиные ребрышки. Мы собираемся в воскресенье посмотреть «Янкиз». И еще хотим поговорить о моей поездке в Египет в следующем месяце… – Софи выдохнула. – Господи!

До нее вдруг дошло, что ничего этого не будет, и ноги стали как ватные.

Питер взял ее за руку и подвел к столу.

Она рухнула на стул.

Он опустился перед ней на корточки и заглянул в глаза.

– Дыши, Софи.

– Скажите мне, что это неправда. – Она умоляюще смотрела на него, но в его глазах была только боль.

– Хотел бы. Алан был моим добрым другом. Я и сам не могу поверить, что его больше нет. Знаю, как тебе трудно. Вы с ним так сблизились после смерти твоей мамы.

Слезы навернулись ей на глаза. Софи поднесла руку ко рту, чувствуя, что ее вот-вот вырвет. Слова Питера напомнили ей о последнем случае, когда она слышала ужасные новости. Но ее мама болела много лет, и они прощались не раз. Она знала, что конец близок и смерть была благословением, поскольку мама очень страдала.

И вот… Принять этот внезапный конец яркой жизни было невозможно. Они были вместе, вдвоем против всего мира с тех пор, как ей исполнилось шестнадцать.

– Где это произошло? Авария? Здесь, в городе?

– Нет, все случилось в нескольких часах езды отсюда – на севере Нью-Джерси. – Питер выпрямился.

– Что он там делал? – растерянно спросила она. – Это имело отношение к какому-то расследованию?

– По правде говоря, мы и сами толком не знаем, почему он оказался там, – сказала Карен. – Пытаемся это выяснить. Когда вы последний раз разговаривали с отцом?

Софи ненадолго задумалась.

– Два дня назад, в понедельник вечером. Мы не виделись несколько недель, и он попросил меня прийти в воскресенье. Вообще-то я не собиралась на барбекю, потому что на следующей неделе у меня выпускные экзамены и мне еще нужно составить тест. – Она тяжело вздохнула. – Вы уверены, что здесь нет ошибки?

– Уверены, – сказал Питер. – Ошибки нет.

– Кто-то еще пострадал? Я имею в виду другую машину.

– Мы не знаем наверняка.

Ответ смутил ее еще больше.

– Получается, мой отец просто съехал с дороги? Это какая-то бессмыслица.

– Похоже, он ехал на большой скорости.

– Во сколько это произошло?

– Около двух часов дня.

Два часа назад. Ее отец умер два часа назад, а она даже не почувствовала, что что-то изменилось. Как такое возможно?

– Где сейчас мой отец? Я хочу его увидеть.

– Он в офисе судмедэксперта в Нью-Джерси, и увидеть его пока нельзя. Пока с ним не закончат.

Софи посмотрела на него в замешательстве.

– Там проводят вскрытие?

– Да. Нам нужно знать, не стало ли ему плохо в дороге и не принимал ли он чего-то, что могло бы повлиять на его способность принимать решения.

– Ничего такого мой отец не принимал. У него было отличное здоровье. Он почти не пил. Вы сами прекрасно знаете. – Она разозлилась не на шутку. Как может Питер говорить такое о ее отце?

– Есть протокол, которому мы обязаны следовать. Мы также работаем с полицией Нью-Джерси и хотим определить, не участвовало ли в происшествии другое транспортное средство, которое могло потом скрыться.

– Кто его нашел?

– В службу 911 позвонил турист. Он видел аварию издалека и поэтому не смог оказать помощь, но полиция прибыла через несколько минут. Похоже, Алан погиб при столкновении. Он не страдал.

– Но вы не знаете наверняка, потому что по крайней мере несколько минут там никого не было. – При мысли о том, что ее отец успел понять, что умирает, ей стало нехорошо.

– Софи, – в разговор снова вступила Карен. – Я знаю, вы потрясены этой новостью. Мы все потрясены. Но мне нужно задать вам несколько вопросов.

– Например?

– Рассказывал ли ваш отец о каких-либо проблемах в своей жизни, на работе, с друзьями или коллегами?

– Нет, но он редко рассказывал мне о своей работе. Говорил, есть много такого, чего лучше избегать.

– А как насчет женщины? Был ли кто-нибудь в его жизни? – продолжала Карен.

– Не знаю. Иногда он ходил куда-то обедать. У него были подруги. Он не обсуждал их, а я не спрашивала.

– Когда вы разговаривали с отцом в понедельник, он говорил что-нибудь о предстоящих встречах, планах на ближайшие дни?

– Нет, не думаю. В основном обсуждали мою археологическую экспедицию. – Она уже чувствовала себя виноватой из-за того, что не расспросила, как у него дела. Возможно, она упустила какую-то важную подсказку, указывавшую на то, что должно было произойти.

– Вы знаете что-нибудь про Харрисона Делано? – спросила Карен. – В календаре вашего отца на сегодняшний вечер запланирован ужин с мистером Делано. Насколько я помню, Делано был его другом по Йелю.

– Да. Они поддерживали связь. – Софи взглянула на Питера. – Вы же знаете Харрисона. Почему бы не спросить его самого?

– Спросим, просто еще не успели, – ответил Питер. – Хотели сначала поговорить с тобой.

– Почему вы спрашиваете? Почему задаете все эти вопросы? Какое отношение планы моего отца на вечер имеют к его смерти?

– Мы проверяем все, чтобы отыскать хоть какие-то зацепки, – сказал Питер. – Карен просмотрела календарь Алана.

– Я пытаюсь выстроить его график на неделю, – добавила Карен. – Вчера ваш отец был в офисе и ушел до трех, что для него рано. Сегодня утром он не пришел, но и не сообщил, что заболел. Я несколько раз пыталась до него дозвониться, но он не отвечал. Я забеспокоилась, потому что у нас есть несколько важных дел, требующих его внимания. Я поехала к нему домой, но мне никто не открыл. Насколько удалось установить, последним, кто с ним разговаривал, был охранник в офисном здании. Хорошо бы найти кого-нибудь еще.

– Во всяком случае это была не я. – Софи облизнула губы. До нее начал доходить смысл их вопросов. – Так вы думаете, что это не был несчастный случай? Агенты ФБР не срываются просто так с горных дорог.

– Мы проверяем все версии, – сказал Питер. – Наш приоритет – выяснить, что случилось с твоим отцом.

– И мы получим ответы, – твердо пообещала Карен. – Вашего отца любили и уважали не только в нью-йоркском отделении, но и во всей стране. Мы сделаем все необходимое.

– Надеюсь. – Друзей у ее отца было действительно много, и Софи поняла, что на ней лежит большая ответственность. Нужно всех обзвонить, подумать о планировании похорон, поговорить с адвокатом относительно завещания отца, зайти к нему домой и взять из ящика стола большой блокнот, в котором, как он сказал однажды, есть вся необходимая информация, которая понадобится ей, если с ним что-нибудь случится.

Софи никогда не заглядывала в тот блокнот и даже не открывала ящик, хотя отец регулярно напоминал ей об этом. После смерти ее матери, узнав, как трудно подбирать пароли, он поклялся, что никогда не оставит дочери проблем. Она ответила, что и думать об этом не хочет, что у них впереди годы, десятилетия, чтобы привести все в порядок.

Софи смахнула с щеки слезинку. Поплакать можно будет позже.

– Мне нужно всех обзвонить.

– Буду рад помочь с организацией, – предложил Питер. – Ты можешь не суетиться.

– Я даже не представляю, с чего начать, – пробормотала она. – Кому позвонить…

– Могу взять на себя йельскую группу. Харрисон Делано, Майкл Бреннан, сенатор Роли, Дайана Льюис и все остальные, о ком вспомню. В любом случае мне нужно опросить каждого из них и выяснить, когда они в последний раз разговаривали с твоим отцом.

– Было бы хорошо.

– И, конечно же, мы известим всех сотрудников Бюро – в нью-йоркском отделении и по всему миру, – вставила Карен. – Ваш отец был наставником очень многих агентов, когда работал инструктором в Квантико. – Она помолчала. – И моим. Алан сделал из меня агента, и я заверяю вас – мы все выясним. Он это заслужил.

– Спасибо.

– Мы могли бы отвезти тебя домой, – предложил Питер, – и продолжить разговор. Обсудить похороны можно и потом, а пока у нас есть к тебе еще несколько вопросов, и я думаю, что дома было бы удобнее. Ты не против?

Софи сомневалась, что есть такое место, где ей было бы удобнее. И меньше всего ей хотелось сейчас отвечать на вопросы.

– Мне нужно немного времени, чтобы прийти в себя. – Их выжидающие взгляды и желание незамедлительно приступить к делу показались ей неуместными. – Спасибо за предложение подвезти, но я живу всего в нескольких кварталах отсюда, и мне не помешало бы пройтись и подышать свежим воздухом.

– Мы прогуляемся с вами, – тут же сказала Карен.

Софи нахмурилась.

– Извините. Не сочтите за грубость, но мне действительно нужно немного побыть одной.

– Ты права, – кивнул Питер. – Давай сделаем так. Ты идешь домой, собираешься с силами, а мы придем часа через два, скажем, около половины седьмого? Принесем индийскую еду. Если я правильно помню, ты ее любишь.

– Я не голодна. – Софи не могла представить, что когда-нибудь снова будет есть.

– Я все равно принесу что-нибудь. Нам важно поговорить как можно скорее. Пока след не остыл.

– Но я ничего не знаю о его работе.

– Возможно, ты знаешь больше, чем думаешь.

– Хорошо. – Она поднялась. Спорить не хотелось. Хотелось просто побыть одной.

– Вот и отлично. И пожалуйста, до нашего разговора не общайся с журналистами, – предупредил он.

Конечно же, смерть ее отца получит огласку, а значит, ей надо поторопиться со звонками.

Софи взяла сумочку и направилась к выходу.

Они расстались на лестничной клетке, и она уже без сопровождающих поднялась в свой кабинет на третьем этаже. На столе стояла фотография в рамке – они с отцом на выпускном в колледже. Он привез ей леи с Гавайев, и чудесные розовые цветы украсили ее белое платье. Ее родители ездили туда в свой медовый месяц и потом возвращались каждый год. Гавайи были одним из их любимых мест отдыха. После смерти мамы они развеяли ее прах в море у острова Оаху. Таково было ее желание.

А отец? Где хоронить его? Она понятия не имела. Придется все-таки пойти к нему домой и достать тот чертов блокнот.

Какая несправедливость!Ей всего двадцать восемь, и уже приходится хоронить второго родителя.

Софи глубоко вздохнула, преодолевая боль и сознавая, что держится из последних сил. Но ей нужно подумать, что делать дальше. Прежде всего, встать. Пойти домой. Позвонить, рассказать людям, что случилось. Из родственников осталась тетя Валери, сестра матери, которая жила в Австралии с мужем и детьми. Они не виделись с похорон матери, больше двенадцати лет. Но тетя Валери так много сделала для нее, пока мама болела. Ей нужно обязательно позвонить.

Софи достала из сумки телефон. В течение дня он был выключен, а с полудня пошли спаренные занятия, так что она не проверяла его уже несколько часов.

Первым, что бросилось в глаза, были четыре голосовых сообщения с одного и того же незнакомого номера.

Спамеры обычно не звонили по нескольку раз подряд и не оставляли сообщений.

Голос отца ударил в самое сердце. В первый момент у нее даже мелькнула шальная мысль, что Питер и Карен ошиблись и ее отец жив, но в первом же сообщении она услышала совершенно несвойственные ему эмоции: тревогу, беспокойство, даже страх. И то, что он говорил, не имело смысла и звучало безумно.

Первое сообщение оборвалось внезапно. С каждым следующим недоумение только росло.

Отец говорил загадками, намеками. Извинялся, убеждал никому не верить и быть осторожной, но не объяснял, что именно происходит, почему он звонит, где находится и что делает.

Последнее сообщение оборвалось на полуслове. Она услышала ужасный грохот, за которым последовала тишина.

Ей стало не по себе. Что это было? Не в этот ли самый момент его машина перелетела через ограждение?

Неужели он умер из-за того, что записывал ей сообщения, вместо того, чтобы следить за дорогой?

Или потому, что угроза, от которой он убегал, настигла его на дороге?

Она перезвонила по определившемуся номеру, но не услышала вообще ничего – ни гудков, ни автоматического ответа оператора.

Почему он не позвонил ей с того телефона, которым обычно пользовался? Конечно, в наличии еще одного телефона не было ничего особенного: один был служебным, другой – для личных целей. Но в данном случае появился третий телефон – интересно, для чего?

Он определенно попал в беду. Говорил о доверии и о неправильном выборе. Что это за выбор? Что он сделал? И почему не позвал на помощь кого-то из своих – Питера или Карен? Конечно, он доверял Питеру. Они всегда были друзьями. Но он позвонил не Питеру, а ей. Он сказал ей, что нужно сделать, и она это сделает.

Софи встала из-за стола, положила телефон в сумку и вышла из офиса. Миновав кампус, она оказалась на многолюдной нью-йоркской улице. Жизнь продолжалась, но ей все казалось нереальным.

На лбу выступил пот, солнце припекало, но она не могла позволить себе расслабиться. К тому же и время было не на ее стороне. Питер и Карен обещали приехать к ней домой в половине седьмого. К этому времени нужно будет уйти. Переодеться, собрать вещи и сесть в машину.

От этого плана пришлось, однако, отказаться. Завернув за угол, Софи увидела двух мужчин, которые вышли из темного внедорожника и направились к ее дому. Вроде бы ничего опасного – слаксы, рубашки на пуговицах, – и все же что-то заставило ее остановиться. Через окна на лестничной клетке она видела, что они поднимаются наверх. Интуиция подсказывала – эти двое идут в ее квартиру.

В голове зазвучали слова отца:«Не доверяй никому. В том числе полиции. И уж, конечно, не доверяй Бюро. Избавься от телефона, как только прослушаешь эти сообщения, чтобы они не смогли тебя отследить».

Софи достала из сумки телефон и с минуту смотрела на него в нерешительности. Отец сказал выбросить, но тогда она больше не услышит его голос.

Нет, она не сделает этого… пока.

Оставит при себе на какое-то время.

Но она сделает все остальное, о чем он просил.

Софи развернулась и поспешила подальше от дома, в другую сторону. Надо найти укромное место, еще раз прослушать сообщения и решить, что делать дальше.

Смешавшись с толпой, она почувствовала себя еще более одинокой. Существует ли тот, кто мог бы ей помочь?

Конечно, у нее были друзья, но она не имела права подвергать их опасности. Тем более что и сама не знала, в чем именно заключается опасность.

Какими бы загадочными ни казались инструкции отца, она должна им следовать. Его смерть подтверждала всю серьезность предупреждений. Она должна поверить ему и найти способ спастись.

Оставляя позади прежнюю жизнь, Софи снова достала телефон и еще раз прослушала голосовые сообщения.

Жизнь больше не будет прежней.

Глава 2

Специальный агент Деймон Вулф терпеть не мог лето. Особенно вот такую нью-йоркскую жару, из-за которой он уже в шесть часов вечера покрывался липким потом. Все плохое в его жизни случалось именно в жару. Возможно, совпадение, но влажную летнюю жару он за это не любил.

Хотя думать об этом надо было раньше, когда он согласился приехать в Нью-Йорк и продолжить службу в подразделении по борьбе с организованной преступностью местного отделения ФБР, которым руководил его наставник Алан Паркер. Но тогда, три недели назад, об отказе не могло быть и речи. Алан стал его инструктором в Академии ФБР в Квантико и потом некоторое время после. Деймон всегда хотел работать у лучших, и Алан был таким.

Однако неделю назад, после приезда в Нью-Йорк, ему пришлось составлять отчеты по прошлым делам, над которыми он работал последние два года, так что с наставником они виделись нечасто. Алан уже несколько раз говорил, что скоро, вот-вот, обсудит с ним новое задание. Деймон надеялся, что его напарником будет Уайатт Таннер, агент и давний друг. Он и назначил встречу в парке возле Ист-Ривер вместо какого-нибудь бара, где можно было бы выпить холодного пива.

Четыре года назад, еще находясь в академии, они создали приватный чат для экстренных случаев, и в этот чат Уайатт прислал зашифрованное сообщение SOS. О чате знали шесть человек, но откликнулся один только Деймон. Он понятия не имел, следят ли за чатом остальные, поскольку в последнее время им практически никто не пользовался, но сам взял за правило заходить в него каждый день.

Уайатт работал под прикрытием в криминальной организации, и любой его контакт, кроме контакта с куратором, Аланом Паркером, мог грозить разоблачением. Следовательно, Уайатт вляпался в серьезные неприятности.

Приблизившись к месту встречи, Деймон по привычке огляделся. Баскетбольная площадка с двумя щитами и две группы подростков. На игровой площадке – несколько семей с детьми. Ничего подозрительного – тихий летний вечер в крошечном зеленом уголке, каких не так уж много в городе энергичных людей, бесконечного бетона, досадных пробок и небоскребов.

Его внимание привлекло неясное движение между деревьями у реки. В следующий момент из-за деревьев появился и сам Уайатт. Точнее, его бледная копия.

Уайатт не просто сбросил несколько фунтов; он похудел по меньшей мере фунтов на двадцать, и линялые джинсы едва держались на его бедрах. Длинные каштановые волосы шли в комплекте с густой бородой, руки украшали многочисленные татуировки. Кроме того, Деймон заметил синяки на лице товарища и глубокий порез на лбу. Левый глаз Уайатта почти заплыл.

– Что, черт возьми, с тобой случилось? – спросил он.

– На меня напали, – ответил Уайатт.

– Ты в порядке? – Деймону не понравился блеск в глазах товарища. Тот нервно оглядывался по сторонам и покачивался с пятки на носок.

– За тобой следили? – быстро спросил он.

– Нет.

– Что-то случилось?

– Не знаю. Возможно. Да.

Такие ответы встревожили Деймона еще больше.

– Ты что-то принимаешь?

– Нет. Хотя… Сам не знаю. Просто не спал пару суток. – Уайатт вынул руки из карманов и похлопал себя по щекам.

– Тебе нужно в больницу, приятель. Ты как на иголках.

– Это может быть опасно. Меня пытались убить.

– Кто?

– Не знаю. Не видел. Было слишком темно. Едва ушел.

– Ты связался с Аланом?

– В том-то и дело. На меня напали там, где я должен был встретиться с Аланом. Думаю, он меня подставил.

– Не может быть! – шокированный заявлением Уайатта, Деймон замотал головой, категорически отвергая такую мысль.

– Тогда почему он не отвечает на мои сообщения? Я уже два дня пытаюсь с ним поговорить. Он просто молчит.

Деймон нахмурился – ответа на этот вопрос у него не было.

– На этой неделе Алан почти не появлялся в офисе. Вообще после переезда сюда я его почти не видел.

– Несколько недель назад он сказал мне, что пригласит тебя. Я подумал, что это хорошо. Алан уже давно сам не свой. – Уайатт поджал губы, помолчал. – А может, наоборот. Может, у него какая-то своя игра.

Деймон четко понимал только одно: Уайатту нужна помощь.

– Послушай, я не знаю, что происходит, но тебе нужна передышка. Ты в плохой форме.

– Думаешь, я сам не знаю? – сердито бросил Уайатт. – Но если я раскроюсь, то и дня не проживу.

– Тогда оставайся в тени. В городе должен быть врач, к которому обращается Бюро. В Ди-Си[1] такой точно был.

– Я не доверяю Бюро. У нас завелся предатель. Может, Алан. Может, кто-то еще.

– Ну уж мне-то ты можешь доверять.

В кармане Деймона звякнул телефон. Уайатт вздрогнул, как будто в него выстрелили, и отскочил на пару шагов. В темных глазах заметались огоньки страха.

– Ты кому-нибудь говорил, что идешь на встречу со мной?

– Нет, никому. Это от Бри. – Деймон повернул телефон так, чтобы Уайатт сам прочитал сообщение. – Она возвращается завтра в город. Закончила дело в Мичигане и предлагает встретиться – пообедать и поговорить. Я не видел ее с тех пор, как перебрался сюда.

На какой-то миг выражение лица Уайатта смягчилось, а взгляд прояснился. Они познакомились в Квантико в первый учебный день, тогда еще совсем молодые и горящие желанием поступить в Бюро и оставить свой след в мире. Трудно поверить, что с тех пор прошло четыре года. Так много всего случилось.

Уайатт немного расслабился, но тут из-за угла на большой скорости вылетел автомобиль. Уайатт схватил Деймона за руку и потащил его за деревья. Черный внедорожник остановился рядом с баскетбольной площадкой, не заглушив двигатель.

– Что ты сделал?! – В глазах Уайатта вспыхнули безумные огоньки. – Что ты, черт возьми, сделал?

– Ничего я не сделал. И понятия не имею, кто там.

– Врешь.

Деймон почувствовал, как в бок ему уткнулось что-то твердое. Пистолет? Учитывая состояние Уайатта, он вовсе не был уверен, что тот не выстрелит.

– Нет. О том, что ты со мной связался, не знает никто. Я на твоей стороне.

– Или только притворяешься. Как Алан.

– Алан никогда бы тебя не сдал. Он не такой.

– Я уже ничему не удивляюсь. Люди способны на все, если хорошо их мотивировать, – цинично усмехнулся Уайатт.

– Ты вымотался. Плохо соображаешь. Тебе нужно поспать и поесть. Отдохнешь, и мы поговорим. Во всем разберемся.

Уайатт как будто задумался, но тут дверца внедорожника распахнулась, и из машины показались чьи-то ноги в джинсах.

– Мне пора, – быстро сказал он и скрылся за деревьями.

Деймон заколебался. Пойти за ним? Или посмотреть, кто выйдет из машины?

Секундой позже из внедорожника вышли и поспешили к корту трое подростков, один с баскетбольным мячом в руках. Опасности они не представляли, и Уайатт понял бы это, если бы рассуждал логично.

Деймон направился к реке, рассчитывая найти друга, но тот исчез. Потратив на поиски минут десять, он сдался. Исчезать Уайатт умел едва ли не лучше всех.

Он мысленно вернулся к их разговору. В то, что Алан каким-то образом подставил Уайатта, Деймон поверить не мог. Но если его действительно раскрыли – а судя по тому, как он выглядел, такое могло случиться, – тогда ему угрожает серьезная опасность. И в таком состоянии, как сейчас, он долго не протянет. Уайатт всегда отличался обостренной интуицией и, как хамелеон, мог вписаться в любую группу, благодаря чему считался идеальным агентом для работы под прикрытием. Но, конечно, не сейчас.

Деймон достал телефон и набрал личный номер Алана. О встрече с Уайаттом он решил пока не говорить, только прощупать Алана и посмотреть, что тот скажет.

Увы, телефон Алана переключился на голосовую почту.

Поколебавшись, Деймон набрал рабочий номер. К его удивлению, трубку взяла женщина.

– Агент Ли, – четко сказала она. – Кто звонит?

Странно, Карен работала в отделе по борьбе с организованной преступностью под Аланом, но на звонки, адресованные ему, не отвечала.

Что-то не так.

– Карен, это Деймон. Я ищу Алана.

– Я перевела его звонки на себя.

– Почему?

– Ты не знаешь?

– Чего я не знаю? – Предчувствие чего-то нехорошего поползло по спине.

– Алан мертв. Умер сегодня днем.

– Что? – Он крепче сжал телефон. – О чем ты говоришь?

– Погиб в автоаварии в сельской местности на севере Нью-Джерси.

– Боже мой… – он не нашелся, что сказать.

– Знаю, – ее голос дрогнул. – Это трагедия.

– На несчастный случай не похоже, – продолжала Карен. – Ехал на большой скорости, следов заноса или торможения нет. Вылетел в водоем.

– Свидетели есть?

– Турист. Наблюдал с расстояния почти в милю. Толком ничего не видел.

– Другие машины?

– Свидетелю показалось, что он видел на дороге еще один автомобиль, но не уверен. Он позвонил в 911, и полиция быстро прибыла на место, но было слишком поздно.

– Поверить не могу, – пробормотал он, чувствуя, как участился пульс и затрещала голова. Алан мертв? Как такое возможно?

– Не только ты. Он не говорил тебе, куда собирался сегодня, почему оказался в Нью-Джерси? На работе он не был, ни с кем не связывался.

– Я не разговаривал с ним с понедельника. Он сказал, что немного занят, и, поскольку я заканчивал свое дело, мы договорились встретиться на следующей неделе. – Деймон помолчал, спрашивая себя, не связана ли смерть Алана с покушением на Уайатта. Уайатт думал, что его подставил Алан, но, возможно, кто-то подставил их обоих. Он хотел задать Карен еще несколько вопросов, но сдержался: после паранойи Уайатта и смерти Алана разумнее было не говорить лишнего.

– Мне пора, – сказала Карен. – У нас тут много всякого.

– Я могу чем-то помочь?

– Работать будем допоздна. Надо установить, кто мог представлять угрозу для Алана. Учитывая, сколько дел он вел за последние двадцать с лишним лет, список будет длинный.

– Я скоро буду. – Он прокашлялся. – Что насчет дочери Алана? Ей сообщили? – Ему сделалось не по себе при мысли о том, каким ударом стала эта новость для Софи.

– Мы с Питером говорили с ней несколько часов назад. Она была потрясена.

Его сердце сжалось от сочувствия к этой красивой блондинке с теплыми карими глазами, неотразимой улыбкой и мягкими, сексуальными губами, которые так и тянуло поцеловать. Он не видел ее четыре года, с той единственной ночи, которую они провели вместе. Ночи, которой не должно было случиться.

С тех пор он старался держаться от нее подальше. Когда Алан случайно упоминал дочь, он быстро менял тему. Софи была частью его прошлого, и именно там он намеревался ее оставить.

Но теперь…

Деймон мог только представить, каково ей сейчас. Он сам чувствовал себя так, словно потерял правую руку, а ведь Алан был всего лишь его наставником, а не отцом.

– Как… как она? – неловко спросил он, понимая, что вопрос совершенно неуместный.

– Не знаю. Мы с Питером разговаривали с ней около четырех и договорились, что встретимся у нее дома в полседьмого. Она хотела побыть немного одна, собраться с духом, но когда мы пришли, дверь была открыта, а квартира разгромлена.

– Ты сейчас в квартире Софи? – с тревогой спросил он.

– Да.

– А Софи?

– Ее здесь нет. Мы пытаемся отследить ее телефон. Будем надеяться, она просто пошла прогуляться или навестить подругу. Ты знаешь кого-нибудь из ее друзей? Вы с Аланом долгое время были близки. Ты тоже знаешь Софи?

– Нет, – отрезал он. – Я понятия не имею, кто ее друзья.

– Ладно. Итак, зачем ты звонил Алану? Я могу тебе чем-то помочь?

Он на мгновение замялся.

– Сейчас это не имеет значения. Увидимся в офисе.

Деймон сунул телефон в карман и выдохнул. Он пришел в парк всего лишь час назад, и за это время его мир перевернулся. Сначала Уайатт вел себя как параноик, а теперь Алан…

Алан Паркер мертв. В это невозможно было поверить. Ему не исполнилось и шестидесяти. Он был здоров, подтянут и полон энергии – прирожденный лидер, умный начальник, хороший друг.

Деймону следовало бы привыкнуть к тому, что люди исчезают из его жизни. Это случалось достаточно часто, но каждый раз он оказывался не готов к новому удару судьбы. Не все они умерли, большинство просто ушли.

Но сейчас дело было не в нем, а в Алане… и Софи.

Торопливо оглядевшись, Деймон вышел из тени деревьев и пошел через парк к выходу. Мысли его обратились к женщине, которая произвела на него такое впечатление, что он бежал от нее со всех ног.

Они встретились в непростой момент. Оба потеряли своего хорошего друга – Джейми Роуленда. Деймон и Джейми вместе служили в армии, а потом подались в ФБР. Софи знала Джейми с детства, ведь их отцы – Алан и Винсент – работали вместе в Бюро.

Деймон встретил Софи на поминках Джейми. Еще не зная, кто она, эта красивая блондинка, он увидел, что ей так же больно, как и ему. В ее глазах застыла боль, а губы, как ему показалось, дрожали.

Их потянуло друг к другу мгновенно. Физическое влечение соединилось с желанием уединиться, и они, незнакомцы, удивительным образом поняли, что именно нужно каждому из них в эту ночь.

Только потом, узнав, кто она и кто ее отец, он понял, как сглупил, переспав с дочерью человека, который мог легко вышвырнуть его из академии.

Но, по-видимому, Софи не рассказывала отцу об их коротком романе, потому что Алан не обмолвился ни словом. И, конечно, сам он держал рот на замке, ведь Алан помог ему построить новую карьеру в ФБР.

И вот теперь Алан был мертв.

Софи – где бы она ни была – должно быть, сходит с ума.

Может быть, просто выплакивает горе в каком-нибудь баре?

Или ее кто-то похитил? Кто-то, кто столкнул Алана с дороги. Неужели и ей что-то угрожает? Тот факт, что в ее квартиру вломились, не предвещал ничего хорошего.

Деймон сошел с тротуара и поднял руку, подзывая такси. Сидя в ползущей в городском потоке машине, он достал телефон и отправил сообщение Бри: встретимся за ланчем и обсудим бейсбол.

Зайдя в интернет, Деймон перешел в тот секретный спортивный чат, где оставлял сообщение Уайатт. Общались здесь на зашифрованном бейсбольном жаргоне, и каждый использовал имя одного из игроков команды «Метс», участвовавшей в Мировой серии 1986 года.

Здесь они всегда называли Алана Коучем. Уайатт был Фернандесом – в честь знаменитого питчера-левши. Деймон не знал, заглянет ли Уайатт на форум, но это был лучший способ для связи.

Подумав секунду-другую, он написал:Коуч мертв. У Фернандеса проблемы. Надо встретиться. Кто свободен?

Глава 3

Беря в аренду машину, Софи едва не воспользовалась своей кредитной картой, но вовремя вспомнила, как легко отследить такой платеж.

Она не знала, от кого убегает, но отец сказал ей быть осторожной, особенно остерегаться полиции, поэтому нашла банкомат и сняла семьсот долларов наличными – максимальную сумму, которую могла снять со своего счета за один день.

Потом она поймала такси, доехала до пункта проката и взяла самую дешевую машину, какую смогла найти.

Отец велел отправиться в ее любимое место – домик на берегу озера в северном Адирондаке, в пяти часах езды на автомобиле. Она понятия не имела, зачем он отправил ее туда. Почему он так загадочно говорил о безопасности? От кого ей защищаться? Кто может ей угрожать? Хорошо бы знать имя.

Разве что он сам не знал его наверняка?

Или, может быть, ему не хватило времени…

Как же она жалела, что не подняла трубку, когда он позвонил. Но он, вероятно, на это и не рассчитывал. Почему он не позвонил ей утром, до того, как она ушла на работу, когда они могли бы поговорить?

Вопросов так много – и ни одного ответа.

Она все еще не могла поверить в то, что он мертв. Все случившееся напоминало сон. Дурной сон. Если бы только она могла проснуться!

Телефон снова завибрировал, и она поняла, что должна от него избавиться. Последние тридцать минут он звонил непрерывно.

Софи взяла телефон с консоли и включила прослушивание голосовых сообщений. Ее злило, что к голосу отца примешались другие. Телефон надо отключить, но он был для нее своего рода последней связью с отцом.

Первое сообщение от Питера Ханта:

«Софи, мы в твоей квартире, а тебя здесь нет. Похоже, к тебе вломились. Я волнуюсь. Где ты? Пожалуйста, перезвони мне как можно скорее».

Вломились? Кто? Возможно, те двое парней, которых она видела, когда подходила к дому?

Следующее сообщение было от ее подруги Кэтлин, коллеги-профессора по университету:

«Боже мой, Софи. Я только что смотрела новости и узнала о несчастном случае с твоим отцом. Мне очень, очень жаль. Хочу помочь. Пожалуйста, перезвони мне или приезжай. Не могу поверить, что это произошло. Знаю, насколько вы были близки. Хочу быть рядом с тобой. Перезвони мне».

Может быть, она и перезвонит Кэтлин, но определенно не сейчас.

Третье сообщение пришло от ее подруги и соседки:

«Это Бекки, Софи. Я только что узнала новости. Мне очень жаль. Но сейчас я больше беспокоюсь о тебе. Где ты? В твоей квартире полиция, домовладелец сказал, что к тебе вломились. Никто не знает, где ты. У входа пасется съемочная группа какой-то новостной программы, и парни в темных костюмах стучатся в двери и опрашивают жильцов – кто что видел или слышал. Я вернулась домой несколько минут назад и толком не знаю, что случилось. Если у тебя неприятности, я хочу помочь».

Получается, она правильно сделала, что не вернулась домой, а доверилась чутью и убежала. То, о чем предупреждал отец, уже началось. Нужно следовать его указаниям, какими бы безумными они ни казались. Нужно быть осмотрительной и не рисковать, пока она не разберется, что происходит.

Заметив знак, Софи машинально повернула направо, выехав на хайвей в направлении, противоположном изначальному. Миль через десять она съехала на обочину, но выключать двигатель не стала.

Софи взяла телефон и в последний раз прослушала отцовские сообщения, стараясь сохранить в памяти его слова и голос. Слушая каждое предложение, она пыталась обнаружить в нем какие-то подсказки, но тщетно. Волны боли, накатывая одна за другой, угрожали унести ее в пучину сожаления и печали, а этого она допустить не могла. Ее ждали дела.

– Прощай, папа, – прошептала Софи.

Она вышла из машины, положила телефон под переднее колесо, вернулась за руль и проехала вперед. Осколки она выбросила в ближайший кустарник. Вернувшись за руль, Софи проехала еще миль пять, развернулась и покатила в обратном направлении.

Если они отследили ее телефон до этого места, то по крайней мере на какое-то время она сбила их со следа. Разумеется, ФБР, располагая огромными ресурсами, рано или поздно ее найдет. Вообще-то все, что им нужно, это поговорить с Винсентом Роулендом.

Винсент и ее отец вместе работали в ФБР и лет двадцать назад купили домики на озере. Лучшие друзья, они считали, что им нужно место, где их семьи могли бы быть в безопасности. Оба коттеджа приобретались с максимальными предосторожностями, так что обнаружить настоящих владельцев было непросто. Мало того, приезжая на озеро, оба мужчины использовали вымышленные имена. Семья Софи значилась здесь как Фремингемы, а Роуленды – Болдуинами.

В детстве это все казалось ей забавной игрой. Приезжая летом на озеро, Софи познакомилась и подружилась с сыном Винсента, Джейми, и его дочерью Кэсси. К сожалению, после того как ее мать заболела, поездки на озеро стали реже, а потом, когда Софи окончила школу, отец и вовсе перестал там бывать – слишком много воспоминаний было связано с этим местом. Время от времени она ездила туда на выходные с Джейми или Кэсси, но потом, как это всегда бывает, их жизненные пути разошлись. Джейми пошел в армию. Кэсси переехала в Калифорнию. Винсент развелся с их матерью и уволился из ФБР, чтобы путешествовать и играть в гольф. А отец Софи на некоторое время уехал в Квантико.

Возможно, в своем стремлении уберечь ее от неизвестной опасности отец просто не принял Винсента во внимание. Или, может быть, он доверял Винсенту на все сто и полностью на него полагался.

Софи нахмурилась, вспомнив голосовые сообщения. Отец призывал ее не доверять ФБР, а значит, и двум самым близким коллегам, Питеру и Карен.

В этом свете их расспросы зазвучали несколько иначе.

Чего они хотели? Раскрыть убийство ее отца или выяснить, что известно ей? Оставалось только надеяться, что в домике на озере найдутся какие-то ключи к этой загадке.

Софи прибавила газу, но следила за спидометром – не хватало только, чтобы ее остановили за превышение скорости.

Время шло, Софи понемногу успокоилась и даже рискнула остановиться у придорожного киоска и взять кофе, чтобы не уснуть на горной дороге.

Она также включила радио, и какое-то время музыка помогала отвлечься, пока из динамиков не зазвучала одна из любимых песен Джейми. Та, которую Кэсси играла на поминках брата. Официальная церемония прошла днем раньше, но Кэсси хотела проститься с братом в том месте, которое он очень любил, и Софи присоединилась к компании.

В тот уикенд она проехала по этой дороге в последний раз.

Хотя в самом прощании было что-то катарсическое – собрались люди, любившие Джейми так же сильно, как она, – Софи испытала невероятную грусть. Он был одним из самых близких ее друзей, даже ближе, чем его сестра, потому что при всем своем обаянии и кажущейся беззаботности умел внимательно слушать и мог дать добрый совет.

Среди присутствующих было немало пар, включая Кэсси, которая привела своего тогдашнего бойфренда.

Софи была одна. Как и он, тот симпатичный темноволосый парень с пронзительными голубыми глазами, зацепившими ее с первого взгляда.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Ди-Си (англ. DC) – столичный округ Колумбия. (Примеч. пер.)

Вернуться