Sainted
Гиперион Уэйн Граас

© Гиперион Уэйн Граас, 2024

ISBN 978-5-0064-7642-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Бесконечная благодарность моей маме.

Еве Натали Августе Каминска, – моему другу, первому читателю и критику, шлю глубочайшие и самые тёплые пожелания благоденствия и успехов в судьбе.

Спасибо всем, встреченным на пути за вдохновение в написании моей первой книги.

Посвящается не вернувшимся домой

Предисловие автора

«Раздав долги – исчезни без следа» – так говорит эпитафия покойника Бэна из Гластонбери, которого я если и знал, то лишь по образу, который укладывался, разваливался, пересобирался и снова укладывался в моей голове на протяжении бесконечно долгих пяти лет перехода – из жизни в обществе вообще – в жизнь среди него, а также и в самой его глубине. Как стало ясно с течением дней, неизвестный Бэн вовсе не был при жизни игроком, да и вообще не интересовался играми, как можно было бы ошибочно представить. Напротив. Был ли он бродягой или ученым, пьяницей или законником, отцом или сыном, не так уж и важно. Важно то, что он был человеком. А это вовсе не такое уж и прозаичное или невообразимое явление, как о том заявляют многочисленные религии и их последователи, задача коих, по их собственным измышлениям, и состоит только в том, чтобы оберегать жизнь человека от жизни сьехавших с катушкек безумцев, то и дело являющихся к кому ни попадя со странными заявлениями о необходимости чего-либо и прямо сейчас. Видимых или невидимых – совершенно не важно. В любом случае, дойдя до многочисленных крайностей множества подобных историй, однажды, я просто отказался принимать в них участие, благоразумно решив, что ни одно занятие на свете не поможет мне не только вообразить, принять или изобрести, но даже и сохранить ту самую простую, свою собственную жизнь, которой однажды одаряется любое существо бескрайней Вселенной – видимое ли, невидимое, одержимое ли целью или почивающее в глубокой неге сна. Однажды, все это оказалось не важно. Как ни крути, чему ни отдавай предпочтение – ход событий неизменен и несокрушим. Не то чтобы он написан заранее или не может существовать независимо. Ограничений нет. Есть то, что есть. А чего нет, того нет.

Книга, которую вы держите сейчас в руках, о том, чего у вас нет, но что обязательно и непременно есть у меня – где бы и кем я ни был, чем бы ни оказался занят или поглощён, будь я жив или (случается и такое), будь мертв.

Гиперион Граас

19 апреля 2017, среда, где-то во Вселенной.

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

ГЛАВА 1 – НЕЗЕРЕНДИН

Мэг проснулась рано. Океан шумел ещё по ночному – прохладой и забвением, одиноко рассказывая свою историю спящим жильцам яхт-марины «Гипербау», а точнее – её пятнадцатой пристани, этаж В-31, где и расположилась всего-то сутки назад крохотная по океанским меркам яхта «Дойче Зир», вот уже несколько недель принадлежавшая Меган Романски, – одинокой журналистке, каждый из своих редких отпусков проводившей в море. Решив избежать неудобной и разрушительной для её маршрута погоды, накрывавшей в эту самую минуту весь северо-восток Санта-Атлантики, от мыса Розамундо и до прибрежных хребтов Ченна-сейпы, где в это время года обычно и вовсе не бывало ветра, пару суток назад Мэг увела восьмиметровую «Дойче Зир» с запланированного курса, привела на стоянку, и в данную минуту расположилась в своей каюте, предоставляя себя и яхту безопасности и комфорту цивилизованной пристани.

Мэг выбралась из спального мешка, натянула трусы с майкой и шортами, просунула ноги в новенькие скрипучие сникеры и вскарабкалась на палубу. Табло причала показывало хорошие прогнозы на завтра и рекламировало кофе с круассанами. Идея была весьма неплоха. Приняв душ в одной из общественных душевых и неспешно почистив зубы, Мэг вернулась на борт и сварила кофе. Круассанов не было, но булочки с марципаном вполне неплохо их заменили. Мэг даже поморщилась от удовольствия – после трехсуточного перехода и мертвого сна тело изнывало от болей в самых разных местах и приятный легкий завтрак на палубе, в одиночестве, с видом на восход, подходили к ситуации как нельзя лучше. Тем более, что спешить было некуда. Отпуск кончился, но как начальству, ей удалось наскрести дополнительный месяц свободы, сведя необходимые дела к паре нужд и просто свалив их на своего заместителя… Энн была бы в ярости, узнай она, как Мэг проводит свое время.

Самолеты, жужжавшие туда-сюда всю предыдущую неделю, исчезли вслед за хорошей погодой, в марине царили тишина, легкий перезвон мачт и искусственный подогрев всей зоны гостевого причала. На верхних этажах тепло было настоящим – от солнца, но цена кусалась. Да и социальный фон там, по только что сформированному мнению Мэг, к полудню наверняка оказывался либо слишком стерилен, либо чересчур сладок, к вечеру и вовсе обращаясь в сплошной эмоциональный деготь…

Мэг наслаждалась одиночеством.

Вылив остатки кофе в термос и сделав пару глотков, она решила прогуляться, и хотя температура воздуха, как в марине, так и снаружи, была далеко за двадцать градусов, все-таки натянула теплый, мягкий блейзер. Из вискозы, заказанный ещё до покупки судна, он был подобран уже по пути, на одной из стоянок, провалявшись едва ли не месяц, пока Мэг, наконец, не ввалилась туда, вконец измотанная усталостью длительного перехода.

Привыкая к своей первой яхте, Мэг заново привыкала жить именно так, как всегда любила.

Пройдя холл 31-го этажа и насладившись своим откровенно сонным и не вполне опрятным голоногим видом в зеркале лифта, Мэг спустилась к набережной. Помахав рукой не менее сонному служащему, отвечавшему на довольно ранний для Гипербау запрос швартовки, она попала в стеклянный, залитый искусственным солнцем коридор, с видом на гигантские ворота в марину, рассчитанные на яхты до тридцати метров в длину. Пройдя по нему, Мэг вышла на подогреваемый деревянный настил прогулочной дорожки. Проложенная вдоль всей набережной, по прикидкам Мэг, она простиралась на добрые две-три морские мили с юга на север, и сейчас Мэг находилась в её южной оконечности, к своему слабому удивлению обнаружив в одной из глубоко запрятанных в цветочные кусты лавок молодого мужчину. Закрыв глаза и откинув голову он дремал, всем видом выдавая человека, которому совершенно не интересно – наблюдает за ним кто-то или нет.

У Мэг, в свою очередь, не было ни малейшего желания сталкиваться с кем бы то ни было столь ранним утром, и прошмыгнув мимо, она довольно резво оказалась и за главными пешеходными воротами. Здесь территория марины кончалась и природа уже не стеснялась своих прав. Крутой откос невдалеке вел прямо к кромке воды. Горизонт покрывался штормовыми тучами, едва приоткрывая вид на исчезающую вдали береговую линию с выступающим мысом Хорн-Сей и было видно, что буквально в паре сотен метров от берега вздымаются волны совсем не по её, находящемуся в полной безопасности, суденышку. Случись ей задержаться с приходом в марину, сейчас бы её ждали совсем другие приключения, нежели душ, кофе и булочки.

– Ночью, сорока милями к югу разбился о скалы «Незерендин».

Мэг оглянулась. Ну да. Тот самый мужчина, дремавший на лавке. Белая футболка-поло, длинные шорты, топ-сайдеры. Ничего необычного. Непонятно разве что – гость или служащий.

– Угу, – хмыкнула неопределенно Мэг, прикидывая, как избавиться от этого внезапного внимания.

– Сегодня вы не выйдете в море, – продолжил мужчина, и вдруг произнес, – На шестом этаже отличный бар. Заходите вечером.

Кивнув головой, он развернулся и зашагал по аллее, вскоре исчезнув за ближайшими деревьями.

С моря повеял свежий бриз. Циклон шел к марине. Насладившись ощущением суши, столь скоро забываемым в море, Мэг спустилась к волнам. Открыв нейролинк она вызвала журнал происшествий марины и нашла там Незерендин. Круизный лайнер на четыреста пассажиров. Спасли только двенадцать человек. Мэг поперхнулась кофе. Похоже, спасателям что-то серьезно помешало, раз так мало спаслось. Что ж, значит не зря Меган испугалась погоды. Мэг допила кофе, и прикинув в уме дела на день, посчитала утреннюю разведку оконченной. Она отправилась обратно.

Этажи постепенно оживлялись, лифты уже собирали людей, в основном яхтсменов и туристов, спешивших наверх, к солнцу. Выйдя на тридцать первом, Мэг уточнила у служащего местонахождение судового поставщика. Оказалось, офис находится этажом выше, и поднявшись туда, Мэг направилась к стойке услуг.

– Доброе утро.

– Здравствуйте. Чем можем вам помочь?

Молодая девица с идеальными ногтями смотрела на Мэг.

– Нужно установить солнечную батарею и, если возможно, обьяснить, как пользоваться автоматом с водой. По-моему, он сломан.

– Конечно. Мы пришлем кого-нибудь в течение получаса. По стоимости установки и прочему вам объяснят. Номер стоянки?

– Тридцать один дробь два.

Девица повторила номер, очевидно делая запись в нейролинк.

– Да. Спасибо.

Выдохнув про себя, Мэг отправилась на борт. Стянув шлепки и открыв нейролинк на листе бумаги, она с облегчением принялась прикидывать продолжение маршрута. Когда циклон пройдет, можно идти дальше на север. Найти какое-нибудь тихое местечко и просто заняться нужными вещами. Мэг никому бы не призналась в том, что хочет составить каталог модной одежды. Красивую книгу, дыхание моды в которой чувствовалось бы на каждой странице… Когда она собиралась с мыслями – ей обязательно начинала мешать жизнь. Вторгались гости, происходили неприятные инциденты и прочее, в том же духе. Но в глубине души, она твёрдо знала – в мире должны быть места для подобной работы. И может быть она сможет найти какую-нибудь уютную бухточку у побережья к северу…

Её окликнули.

– Рорсон, мисс, – средних лет специалист стоял у кормы, указывая на бейдж с фамилией, – Мне передали, вам требуется установить солнечную панель. Она у вас в наличии?

– Все верно. Добро пожаловать на борт.

Мэг проводила мастера к месту установки, выудила батарею из отсека для инструмента и заодно узнала, что автомат для заправки пресной водой оснащен защитой от срабатывания по ошибке, и потому не работает, пока шланг не присоединен к баку или не включен ручной режим. Включив ручной режим, она принялась поливать палубу, смывая следы вчерашнего плавания.

Полчаса спустя «Дойче Зир» засияла белизной ещё совсем молодого, под стать своей хозяйке, судна.

***

День прошел незаметно. К вечеру этажи наводнили посетители. В основном, люди отправлялись по барам, ресторанчикам и лаунж-зонам, где можно было заказать напитки и закуски на любой вкус, а заодно пообщаться по интересам.

Мэг решила, что никуда не пойдет, общаться с людьми ей радикально не хотелось, и в данный момент она как раз готовила ужин на своём маленьком камбузе. Из динамиков негромко играла музыка. Снова перевернув два куска мяса на сковороде, Мэг выудила с полки ананасово-яблочный соус и поставила на стол.

Почти готово.

Выключив газ и оставив блюдо томиться, Мэг зашла в свою каюту и рухнула на постель, не столько от усталости, сколько от простого желания слегка поваляться перед ужином. Она снова размышляла о том, как и куда отправится утром. Минут через десять музыкальная мелодия закончилась, и Мэг поднялась ужинать. Едва переступив порог каюты, она вдруг увидела незнакомую девушку. Девушка стояла посреди камбуза с бутылкой вина в руке, и пошатываясь смотрела на остывающую сковороду с мясом.

– Кто вы и что здесь делаете? – произнесла Мэг в замешательстве.

Девушка размашисто повернулась в её сторону. Было заметно, что она порядком напилась спиртного.

– Я? Да я только с шестого.

– С шестого?

– Этажа. Там отличный бар, смотрите, я захватила там вина! – девушка помахала открытой бутылкой.

– И все-таки, что вы делаете на моём судне?!

Девушка встрепенулась, её взгляд метнулся куда-то наружу, сквозь иллюминатор, но тут же вновь уставился на Мэг.

– Лали, – Слегка пошатнувшись, она переложила бутылку в левую руку и протянула правую Мэг навстречу, предлагая рукопожатие, – Так меня зовут. Я, знаете, немного заблудилась. Как вышла из бара, плохо помню, как очутилась здесь. Я собиралась прогуляться по берегу.

Мэг нерешительно пожала кончик протянутой руки.

– Это тридцать первый этаж. Вы порядочно промахнулись. Берег внизу.

Лали слабо засмеялась, – Похоже, я пьяна, – произнесла она и вдруг пошатнувшись, с размаху уселась на диван. Поднеся бутылку ко рту, она сделала пару жадных глотков, словно утоляя долгую жажду.

– Лали… С какого вы этажа? Какой причал? Я могла бы вас проводить, – Мэг совершенно не собиралась позволить незнакомке вот так сваливаться с ног от пьянства на её судне в ближайшем будущем.

Глог. Глог. ещё пара глотков.

– Лали? – Мэг буравила девушку взглядом.

– К-к… Этажа? Причал? – удивленным голосом произнесла та, отняв бутылку от рта, – Я не говорила, что я отсюда.

– Но если вы не отсюда, то как же вы здесь очутились? Это ведь совсем маленький остров и кроме марины здесь ничего нет!

Лали только молча хлопала глазами. Мэг вдруг заметила, какие красивые у девушки волосы. Пунцовые щеки. Да и голос… Странно, как это она сразу не заметила, какой привлекательный у Лали голос. На мгновение, ей страшно захотелось, чтобы девушка осталась у неё, хоть ненадолго. Мэг сделала пару шагов в сторону плиты, облокотилась на неё спиной, и не веря своим ушам произнесла:

– Ладно. Если хотите, можете остаться у меня до утра. Утром во всем разберемся.

Она развернулась к плите, взяла сковороду и развернувшись к Лали добавила:

– Но вы должны поесть, и лучше, если вы сделаете это прямо сейчас.

***

Лали ела с жадностью. Удачно, что кусков мяса было два, Мэг думала позавтракать ужином, так что как раз хватило на двоих.

– Как вас зовут? – спросила наконец Лали, проглотив последний кусок и снова приложившись к бутылке. В ней оставалось ещё глотков на семь-десять и Мэг надеялась, что еда поможет девушке не свалиться без чувств.

– Меган. А это судно, если вы не заметили название на корме – «Дойче Зир», – она обвела по камбузу рукой.

Лали кивнула. Несколько глотков покончили с бутылкой, после чего Мэг предложила девушке устроиться прямо тут, в камбузе, на диване, для чего вовремя был принесен плед. Случись так, что девушку будет тошнить, раковина окажется рядом.

Мэг пожелала девушке спокойной ночи и отправилась в каюту. Раздевшись, она легла, и поразмышляв немного о своей неожиданной гостье, отрубилась.

***

Ночь прошла без происшествий. Наступило утро. Меган выбралась из постели и первым делом выглянула в камбуз, готовая совсем не удивиться, случись Лали исчезнуть, может быть даже прихватив с собой какой-нибудь сувенир, но к её удивлению, Лали все ещё была на судне и все ещё спала.

Стараясь не разбудить девушку, Мэг оделась, почистила зубы и выбралась на палубу, решив прогуляться по этажу. Лишний час сна значит многое, особенно после выпивки, так что Мэг вовсе не хотела спугнуть девушку ранним пробуждением. Уж лучше она погуляет пока одна.

Вставало солнце, едва только зависнув над горизонтом. Открыв нейролинк Мэг убедилась, что вчерашний прогноз на сегодня был верен – погода благоприятствовала плаванию. Если выйти через два-три часа, она сможет покрыть за сегодня миль восемьдесят. Значит, она доберется до Норты как раз к закату завтрашнего дня, или, в худшем случае, послезавтра утром. Этот маленький городок на побережье может и не обещал райских красот, но как перевалочный пункт на пути в Гейну вполне подходил.

Мэг шла по дощатому настилу и наслаждалась видами рассвета. Отсюда было видно, как далеко внизу вот уже выходили в море самые разные суденышки. К сожалению, главные ворота скрывались далеко за поворотом, так что Мэг не видела столпотворения, обычно наблюдавшегося там по утрам, но вполне представляя себе эту картину, направилась в противоположную сторону, чтобы посмотреть на пустынное море.

Спустя минут двадцать нейролинк зафиксировал входящий звонок. Это была Лали.

– Хэй, доброе утро! Я просканировала этаж и нашла вас. Приходите, я сварю нам кофе!

Аромат кофе сразу же взбодрил Мэг, когда она забралась на палубу и пролезла в дверь, ведущую на камбуз.

– Ну как ваша голова? – спросила Мэг, оглядывая девушку с головы до ног.

Только сейчас она обратила внимание на одежду. Лали была одета в шорты, сандалии на ногах и свободную майку в качестве верха. Она больше походила на студентку колледжа, чем на яхтсмена. Впрочем, яхтсмены одевались по разному, так что Мэг решила не делать выводов.

– Все отлично, – Лали протянула Мэг дымящуюся кружку, – Держи.

Мэг взяла кружку и сделала осторожный глоток.

– М-м-м. Неплохо!

Присев на диван, она поставила кружку на столик и снова посмотрела на Лали.

– Ну так как? Собираетесь ли вы удовлетворить моё любопытство, и наконец, рассказать, откуда взялись так неожиданно вчера вечером?

Лали села напротив и сделала глоток кофе.

– Мэг. Буду откровенна, я искала судно, на котором можно выйти в море.

– Вам куда-то нужно?

– Да, в Коррелию.

– Я действительно выхожу сегодня в море, но иду не в Коррелию, а на север, в Норту.

– Норта ведь не так уж далеко от Коррелии, если лететь, верно? Главное, что там есть машины, можно взять такси и долететь.

– Я думала, такси можно вызвать и сюда, – Мэг снова отхлебнула кофе и поставила кружку обратно.

– Нет, здесь нет общественной парковки, только для спасателей.

Мэг задумалась. Конечно, девушку она не знала, но та вполне вызывала доверие, правда, по не вполне понятным причинам, но все же – почему бы и не взять её с собой?

Лали допила кофе и ловким движением отправила кружку в мойку.

Мэг решилась.

– Хорошо, – сказала она, – Могу взять вас с собой. В конце концов, до Норты всего двое суток плавания.

Лали захлопала в ладоши.

– Отлично! Когда отправляемся?!

Мэг открыла нейролинк. Часы показывали шесть часов сорок одну минуту.

– Надо плотно позавтракать и вперед.

***

Ворота закрылись. Обогнув откосы побережья в обход острова, Мэг подняла парус и направила судно сначала на северо-запад, а потом строго на север. Удачным образом, по мере поворота по ветру, ветер тоже поменялся, так что парус поправлять не пришлось. «Дойче Зир» летела по волнам, ветер был попутным и Мэг даже подумывала поставить геную, сделать «бабочку».

– Так откуда же ты взялась? – спросила она, наконец, свою неожиданную попутчицу.

– В каком смысле?

Лали стояла за штурвалом. Мэг как раз показывала ей, как управляться с яхтой при поднятом парусе.

– В том, что ты же как-то попала на Гипербау.

– Ах вот ты о чем. Ну, это очень просто. Я – одна из пассажирок Незерендина.

Мэг смутно вспомнила вчерашнее утро, одинокого человека на берегу, краткий рассказ о крушении и отдых на берегу.

– Судно разбилось позавчера. Меня и ещё несколько человек спасли и мы застряли на Гипербау, ожидая эвакуации. За нами с суши послали судно и плавание на берег могло занять много времени, так что это просто я – не хотела ждать слишком долго…

– Спешишь?

– Честно говоря, да.

Мэг переступила с ноги на ногу, чувствуя, как мокасины буквально сливаются с палубой в плотном контакте.

– Ладно, это твоё дело, но мне теперь любопытно – что случилось с лайнером? Должно было случиться что-то очень серьезное, чтобы такой затонул. Я слышала он огромный, курсирует туда сюда между Ийядом и Порт-Крестом, но это все, что я знаю.

– Да, и он заходит в Коррелию на сутки. Поэтому я на нём и была. Плохо помню, что случилось. Мы на что-то наткнулись в темноте, сильно, все попадали с ног и из кресел, потом раздался взрыв и нас разметало по морю на добрую пару сотен метров. Я подала сигнал бедствия сразу после взрыва, другие, думаю, поступили так же. Спасатели прибыли быстро, но клянусь тебе, это были самые долгие двадцать минут в моей жизни. Из двухсот с лишним пассажиров спасли только двенадцать!

Меган кивнула.

– Да, я слышала об этом. Ужасно… Но почему так много жертв, если спасатели прилетели так быстро?

– Не знаю. Думаю взрыв был очень силен и множество людей просто не успели ничего сделать. Ни на ком не было спасательных жилетов, а спасательными капсулами воспользоваться было невозможно, потому что нас выбросило.

– Ты просто плавала на месте, дожидаясь спасателей?

– Да, но… Ты не понимаешь, все совсем не так просто, как тебе кажется. Никто из нас не должен был погибнуть. То, что я выжила, этого не меняет.

– Может быть я действительно чего-то не понимаю, но кажется, ты сильно опечалена гибелью всех этих людей…

– Нет, вовсе нет.

– То есть, нет?! Тебе наплевать?

– Нет, то есть… – лицо Лали дернулось, – Ты меня не знаешь. Я не такая, какой меня видят другие люди, и ты тоже.

– А какая ты? Расскажи.

Лали подозрительно посмотрела на Мэг. Потом немного расслабилась, но подозрительное выражение не исчезло с её лица.

– Хочу показать. Открой в нейролинке любую страницу, но не говори мне какую.

Мэг открыла нейролинк. Мгновение спустя она уже была на странице «Тоддлер энд Спринг». Нежно-салатовая страничка радовала глаз.

«Учиться ходить никогда не было так просто!», – говорилось на странице и демонстрировалась реклама подтяжек для обучения ребенка ходьбе.

– Учиться ходить никогда не было так просто, – произнесла Лали с оттенком тоски на лице.

Меган собралась было охнуть, но вовремя поправилась.

– Ты взломала мой нейролинк? – спросила она серьезно.

– Нет… Дай мне листок бумаги и перо.

Мэг спустилась в салон и вернулась с пером и бумагой, передав их Лали. Та что-то написала на листе и передала перо Мэг, оставив лист себе так, что Меган не видела что там написано.

– Теперь принеси мне что-нибудь ещё. Что угодно. Не задавай вопросов.

Мэг скорчила гримасу, но подчинилась.

– Не пойму, что за игры.

Спустившись в салон, она взяла пустую кружку, стоявшую у мойки, и высунулась наружу на палубу.

– Это подойдет? – спросила она, взмахнув кружкой.

– Взгляни, – Лали протянула ей лист бумаги.

Мэг вылезла на палубу и протянула руку за листком. На листе красовалась надпись:

«Меган приносит пустую кружку».

Мэг замерла на мгновение, дернулась, а потом неожиданно для себя самой рассмеялась.

– Так ты видишь будущее?! – она помахала рукой, которой все ещё держала кружку, – Вроде экстрасенса, да?

На лице Лали не было и тени улыбки.

– Нет, так работает удача, которую такие как я приносят людям. В моём присутствии окружающие принимают наиболее удачные решения и им во всем сопутствует удача. То, что я записала на бумаге одно из удачных решений значит только то, что это решение было самым удачным для тебя. Я просто знаю самые удачные решения. Каждый из подобных мне знает их.

– Таких как ты – много? – Мэг держалась свободной рукой за консоль штурвала. Её волосы развевались на ветру. Яхта взмывала на волнах и судно летело вперед, как на крыльях.

– Очень, и самое главное, что я пытаюсь сказать, – такими как я были все пассажиры Незерендина и каждый член команды, включая капитана.

Мэг представила себе полный лайнер таких, как Лали. Представила, как судно терпит крушение.

– Неужели удача не действует на вас самих?

– Мы творим её сами, своими поступками.

– Тогда как так вышло, что судно разбилось?

Лали покачала головой.

– Не знаю.

Мэг задумалась. Если то, о чем говорила Лали правда, а судя по всему так оно и есть, то выходило, что на планете живет целое сообщество людей, приносящих всем вокруг удачу. Это могло бы многое прояснить об устройстве общества и событиях в нём, но…

– У вас есть какое-то название? Вы как-то себя называете? Вы – организация? – Мэг пристально смотрела на кружку в своей руке.

– Нет, но вы, люди, часто называете нас святыми.

Мэг сделала пару шагов назад и села на лавку, поставив кружку рядом.

– Святые… – протянула она, выдохнув.

Лали молча смотрела на Мэг.

– Я слышала про Церковь, это единственная ассоциация со святыми о которой я могу подумать, но я ничего о ней не знаю, – произнесла, наконец, Мэг, – А если бы даже и знала, похоже, это не дало бы мне сейчас преимущества. Чем вы заняты? Вы управляете миром?

Лали сменила руку на штурвале.

– Мы не знаем, – сказала она.

– Как это, не знаете?! – Мэг всплеснула руками – Такая сила в руках целого сообщества и вы не знаете, чем заняты?

– Я говорю тебе правду, Меган. Если бы мы знали, что мы здесь делаем, я бы тебе рассказала.

Меган теребила край шорт.

– Не знаю, Лали. Мне все ещё трудно поверить в твою историю, – она покосилась на кружку, – Да! Я понимаю, ты показала мне, но я никак не могу уложить это в своей голове…

– И не надо. Дай себе немного времени. Все придет в норму.

Лали взглянула на парус.

– Может быть, ты покажешь мне, как ставить «бабочку»? Мне кажется, мы можем идти быстрее.

Следующие несколько часов прошли за обучением Лали. Мэг показывала как работать с веревками, учила вязать узлы и ставить «бабочку». Заодно показала как прокладывать курс в нейролинке, как ставить судно на автопилот и как менять галс. Смешно, но при смене галса менялся и ветер, Лали не врала и суденышку Меган сопутствовала удача так же, как и его хозяйке, так что научить Лали смена галса ничему не могла.

К вечеру, после ужина, не ожидая никаких препятствий, Мэг поставила яхту на автопилот и спустилась в камбуз. Лали мыла посуду.

– Лали, – сказала Мэг, – расскажи мне о святых. Каково это, – быть святыми?

Лали вздохнула.

– Мы не часто умираем, только от старости тела, но если это происходит, какое-то время нас просто нет. А потом мы появляемся в новом теле, любого возраста, любой расы, любого пола и профессии, на любой из заселенных планет. Нет каких-то ограничений. В основном, мы заняты путешествиями, но некоторые из нас проводят в размышлениях всю жизнь, иные даже продолжают прикидываться людьми, в чьих телах они оказались, продолжая делать то же, что делал изначальный хозяин тела. Мы часто контактируем друг с другом, чтобы по крайней мере знать, где и кто чем занят, чтобы не пересекаться лишний раз, или наоборот – снова быть вместе с кем-то, просто в новых телах…

– Значит, у вас есть какие-то другие имена? Те, которыми вы пользуетесь в каждом теле?

– Нет, своих имен у нас нет. Если бы кто-то их узнал, они бы распространились по планетам, люди стали бы называть так своих детей и мы бы запутались.

– Как же вы узнаете друг друга в новых телах?

– Это тайна. Не могу рассказать. Передай, пожалуйста, тарелки.

– Понимаю, – Мэг передала тарелки со стола, – Как насчет заночевать сегодня в нормальной постели?

– Я бы с удовольствием. Диван немного жестковат. В какой каюте?

– В моей. У меня два места и большое окно наверху. Можно смотреть на звёзды и рассказывать о святых.

Лали тихонько засмеялась.

– Я вижу, твой интерес к моему народу не собирается угасать. Хорошо, я расскажу тебе больше.

Девушки устроились в каюте капитана и Лали долго ещё рассказывала о своих путешествиях среди звёзд.

«Дойче Зир» мягко скользила по ночным волнам, подгоняемый попутным ветром.

Когда Лали закончила очередную историю, Мэг уже спала.

ГЛАВА 2 – МАСКАРАД

В зеркале стоял человек. Незнакомый и угрюмый, он просто стоял там и не шевелился. Гладко выбритый и аккуратно стриженый, он был одет в деловой костюм по моде начала 26-го столетия – черную водолазку без рукавов, демонстрировавшую белые рукава рубашки с запонками, джетсы – черные брюки из джинсовой ткани с дутым передним и средним срезом из карбонейлона, и черные классические мокасины, как делали в «Летч» ещё за сотню лет до сегодняшнего дня.

– Ты ничего не можешь сделать сам, не так ли?

Человек в зеркале пошевелил губами. Комнату на несколько секунд заполнил его хриплый голос. В нём слышалась усталость.

– Чёртов паразит.

Снова шевеление губами и звук голоса. На этот раз в нём слышалась горечь, но вместе с тем, своеобразная твёрдость.

Внезапно по комнате разнесся мягкий пульсирующий звук и человек в зеркале вздрогнул. Отыграла секундная мелодия.

– Эван, вам звонит Сиана Толон. Хотите принять звонок?

Человек в зеркале сделал несколько шагов в сторону и исчез из его поля зрения.

– Да.

На стене загорелся интерфейс нейролинка и показалось изображение Сианы.

– Эван! Я тебя обыскалась! Ты совсем забыл своих одноклассников! Ты хоть знаешь, скольких мучений мне стоило найти твой номер?

– Сиана… – Эван вышел из комнаты в коридор и прошел в гостиную. Изображение Сианы следовало за ним по стене, – Приятно тебя видеть. Как ты?

– Эван, я отлично. Но послушай новость, которую я должна тебе сказать! – Сиана едва не сбивалась с речи, пока тараторила эти слова, – Тебя посвящают в члены Общества Звездочётов после твоего последнего полёта с Леонты на Землю. Общество устраивает вечеринку в честь новых членов через шесть дней, в пятницу в шесть вечера, и ты приглашен как почётный гость. Тебе вручат орден Звёздного Скитальца, карту почетного члена Общества и разрешат посещать все его встречи на любой из планет! Ну, что ты теперь скажешь?! Ты счастлив?!

Пока она говорила, Эван уселся на диване и какое-то время разрывался между тем, чтобы смотреть как за окном идет дождь и тем, чтобы следить за монологом Сианы. В конце концов, монолог захватил его внимание. Общество Звездочётов? Он ничего о них не слышал. Если бы они были чем-то стоящим внимания, уж он то наверняка бы о них знал.

– Конечно, – соврал он, – Как раз размышлял о том, что надо бы сходить на какое-нибудь мероприятие. Дресс-код существует?

– Да, Эван. Это вечеринка-маскарад, так что обязательна маска. Отправляю тебе адрес и время, чтобы ты ничего не напутал.

Нейролинк принял запись. Эван коротким движением отправил её в «Важное».

– Спасибо, что нашла меня, Сиана. Там будет кто-то, кого я знаю? Ты летишь?

– Да, я тоже буду. Думаю, кроме меня ты никого там не знаешь, но я не уверена. Ну что? До встречи?

– До встречи.

Связь разъединилась. Звонок был окончен.

– ЧЕРТ ВОЗЬМИ! – Эван вскочил с дивана и с силой пнул журнальный стол, надеясь его подвинуть, но не зря стол был каменным – Эван только отбил себе ногу.

Боль притупила ярость. Эван свалился на диван и замер, прислушиваясь как она пульсирует в ноге.

Он уже знал, как поступит. Он отправится на работу и узнает о них всё возможное. Начальство не одобряло личный интерес на заданиях, но Эвану всегда было плевать. Его интересовало, каким образом про него узнало это Общество Звездочётов и как Сиана нашла его чёртов номер. Ему просто повезло, что он до сих пор помнил имена своих так называемых одноклассников…

Эван вышел на балкон и сел в машину.

– Институт Времени, – произнес он вспыхнувшему на приборной панели табло.

– Институт Времени, – повторил бархатистый женский голос, – Ожидаемое время прибытия, – девятнадцать часов, пятьдесят две минуты. Время в пути – сорок одна минута и пятнадцать секунд.

Сорок минут на размышления. Машина взлетела над балконом и стремительно набрав скорость, пронзила грозовые облака. Над ними царил закат и кроваво-красные лучи солнца скользили по облачным массам, вызывая всем видом ассоциации с морем крови.

Эван открыл нейролинк и поискал Общество Звездочётов. Действительно, у них существовал свой сайт и перейдя на него Эван с удивлением узнал, что это межпланетная организация, существующая вот уже пятьдесят семь лет и занимающаяся популяризацией межпланетных путешествий. Перейдя в раздел «Приём в Общество», Эван прочёл, что необходимым условием приёма в члены Общества являлась сотня межпланетных полётов. Никогда не ведший собственную историю, Эван, тем не менее, был уверен, что летал с планеты на планету не больше тридцати раз, а скорее всего и того меньше.

Подозрительно. Конечно, Эван знал, что его не оставят в покое. Последние пятнадцать лет прошли в постоянных преследованиях и попытке его раскрыть, его подозревали и продолжают подозревать в принадлежности к святым, сами святые постоянно ошиваются в Институте, под видом тех или иных сотрудников или посетителей, то и дело проверяя его, Эвана, удачу. Эван же научился некоторым трюкам против святых ещё сотни лет назад и мог продемонстрировать им их «воздействие» на его жизнь, так что от подозрений ему до сих пор удавалось отмываться, а может быть святые делали вид, что поддаются его играм… И все же ситуация была безвыходной. Святые уже, конечно, знают о том, что обнаружил Институт. Собираются ли они хоть что-то предпринять? – вот вопрос, который интересовал Эвана.

Двенадцать лет назад, не без помощи Эвана, Институт Времени изобрёл машину времени. Оборудовали две комнаты – одна отвечала за вход во временной тоннель, другая за возврат из него. После тестовых отправок роботов, успешно выполнивших задание и вернувшихся из прошлого, в прошлое отправили Эвана. Эксперимент прошел удачно и Эван стал штатным путешественником во времени. Проблема обнаружилась там, где не ждали. Оказалось невозможным отправить ничего на двенадцать лет в будущее, – так, чтобы оно вернулось. Всё, отправленное так далеко – не возвращалось.

Эваном рисковать не стали.

Началось выяснение ситуации. Сначала в Институте думали об ошибке в программе запуска или технологии, но после уточнения временного интервала пункта назначения, стало ясно, что технология работает нормально и ошибок нет. Робот, вернувшийся из вечера того самого дня, после которого система переставала возвращать, оказался сильно оплавленным, едва функционирующим. Учёным повезло, что он вообще вернулся. Так зародилась теория о том, что в этот день произойдет внезапный апокалипсис. В срочном порядке построили несколько других машин времени – на других заселённых людьми планетах, в других галактиках. Результаты исследований оказались точно такими же – в тот же самый день, в ту же самую минуту, что и на Земле (конечно, с поправкой на инопланетное время) происходило что-то глобальное, уничтожавшее посланных роботов.

Чтобы не сеять панику, Институт Времени оказался немедленно засекречен, а за рассекречивание данных о его работе людей грозились расстреливать без суда, и надо сказать несколько сотрудников Института пропали без вести за эти двенадцать лет, так что, вполне возможно, угрозы были реальными…

Машина нырнула под облака. Институт Времени представлял собой огромный купол, с километр в диаметре, построенный глубоко в лесной глуши, вдали от города.

– Добрый вечер, – произнес Эван, вылезая из машины. Ему навстречу бежала Никс, – один из младших сотрудников отдела Аналитики.

– Эван! Скорее, ты чуть не опоздал!

– Спокойно. До восьми ещё целых семь минут. Успеем, – Эван вытащил из машины небольшую папку и закрыл дверь.

Никс схватила его за плечо и извернувшись, прижалась к спине.

– Ты уже слышал? – проворковала она, – Сегодня будет что-то громкое! Возможно, Бёрнстин и Номов знают, как всем поступить.

– Даже если и так, я не жду от них ничего хорошего, – Эван высвободился от полуобъятий и зашагал к дверям, – Конца света, похоже, не избежать, так что вряд ли их решение, если оно и есть, удовлетворит всех.

Никс ухмыльнулась, и чуть обогнав Эвана повернулась к нему в пол оборота, не сбавляя шага.

– Какой же ты пессимист! – протянула она, – В Институте работают лучшие умы человечества, ты знаешь это не хуже меня. Если и есть решение, оно может быть найдено только здесь.

– Меня больше интересует, куда меня отправят сегодня.

Двери автоматически открылись при их приближении и поглотив их, закрылись обратно.

– Добрый вечер всем! – произнес Бёрнстин, когда Эван и Никс вошли в конференц-зал. Две сотни кресел сегодня были почти полностью заполнены людьми.

Никс проскочила в четвертый ряд и нетерпеливым жестом показала Эвану свободные места, где можно было сесть.

– Как вы знаете, до следующего понедельника осталась неделя, – продолжил Бёрнстин, дождавшись пока новоприбывшие усядутся на места, – Час Икс неминуемо близится и, к сожалению, у меня нет хороших новостей. Буду с вами откровенен – мы не знаем, как преодолеть обнаруженный барьер. Поэтому, правительством, после консультации со мной и моим коллегой Рефом Номовым, было решено открыть ворота в прошлое и отправить всех, кого возможно, жить туда. В прошлом, мы сможем продолжить наши исследования. Скажу больше, инструменты, технологии и первая группа специалистов, – сто десять тысяч человек из разных сфер деятельности, – уже ушли за прошедшие пол года в 2113-й год, где они строят новый Институт Времени. Мы заключили договор с правительством прошлого, так что они получат наши технологии и знания, а мы – убежище для продолжения исследований. Что я хочу добавить… Это не очень хорошая новость, но переместить всё население Земли и других планет мы не в состоянии, думаю вы и сами это понимаете. Всё, что мы можем, это отправить наш персонал с семьями, а также группы, одобренные правительством. Остаётся семь дней, за эти семь дней мы можем отправить до пяти тысяч человек. Последние пятьсот, которые уйдут – сотрудники нашего института. Я уйду последним. Также спешу сообщить вам, что любой из вас волен отказаться от перемещения в прошлое, по любым причинам. Ваш вклад не будет забыт и мы откроем мемориальную доску с вашими именами в прошлом, чтобы люди помнили о тех, кто пожертвовал собой ради будущего всей науки. Мы оставляем всё оборудование включенным и настроенным, с инструкциями по использованию, так что если кто-то переживет предполагаемый конец света – он сможет отправить весть об этом нам в прошлое. Однако, спешу вас предупредить – вероятность вашего выживания после восьми часов двадцати минут вечера понедельника – опасно мала. Можете задать ваши вопросы, если они есть…

Сказать, что объявление вызвало бурю эмоций – значит преступно преуменьшить. Зал буквально взорвался вопросами. Повскакивали все, – от настройщиц темпоральных капсул до сотрудников отдела парадоксов времени.

Эван молча сидел и слушал. Естественно, он не отправится ни в какое прошлое, он должен увидеть конец лично, если тот будет. Если. Он. Произойдет.

Что случится с ним, если он погибнет от конца света?

Что случится со святыми?

Что случится со Всем Этим?

Дождавшись, пока ураган вопросов стихнет, Эван поднялся.

– Скажите, что будет с моей работой? Я отправляюсь на задание сегодня?

Солон Бёрнстин повернулся к Эвану.

– Нет, Эван. Ваша работа здесь окончена. По крайней мере в этом времени, – Бёрнстин помолчал, – Позвольте спросить вас, Эван. Вы отправляетесь с нами?

– Нет, – Эван сел.

Легкий перешёпот по сиденьям подсказал Эвану, что его решение вызвало резонанс среди коллег.

– Ну что же. Это ваше решение. Но если вы передумаете, мы будем вас ждать. Человек ваших навыков пригодился бы нам в прошлом.

Бёрнстин повернулся к другому сотруднику, у которого также имелся вопрос.

– Ты что?! – спросила Никс с тревогой в голосе, – С ума сошел, Эван?! Зачем оставаться?!

Дальнейшее Эвана не интересовало. Он не может работать. Значит у него нет доступа к камере времени. Значит он не может отправиться в прошлое и проверить Общество Звездочётов и Сиану.

Было ли это теперь важным? Теперь, когда Эван твёрдо знал, что остаётся до конца, каким бы он ни был…

Эван поднялся.

– Эй, ты куда? – Никс смотрела на него вопросительно и встревоженно.

– Есть дела, – уклончиво ответил Эван и пока она не продолжила его допрашивать, стремительно зашагал прочь из конференц-зала.

***

Какое-то время Эван просто сидел в машине, слушая как дождь стучит по крыше, наблюдая как капли текут по ветровому стеклу. Пришло сообщение от Никс, в котором она просила Эвана передумать и отправиться со всеми в прошлое. Прочтя его, Эван открыл в нейролинке карту и поискал аренду маскарадных костюмов. Может быть в этом уже не было смысла, но Эвану хотелось узнать – чего от него хотели Сиана и это так называемое Общество Звездочётов. Если это ловушка святых, пытающихся выйти на контакт, то пусть так и будет. Быть может, они раскроют свои намерения. Однажды они пристроили очередного святого работать в Институт Времени и тот оказался крепким орешком, – у Эвана ушло долгих два года, чтобы избавиться от него без последствий для себя и Института… Тот едва не устроил скандал, когда было объявлено о его увольнении…

Из четырнадцати маскарадных магазинов только восемь предлагали аренду костюмов и только в одном был подходящий Эвану размер. Этот же магазин оказался ближайшим к дому. Сделав заказ на пятницу, с доставкой на дом, Эван произвел оплату и собирался уже закрыть нейролинк, как прозвучал короткий сигнал, сообщивший о входящем денежном переводе. Двести пятьдесят тысяч кредитов от неизвестного отправителя. Вместо данных было написано – «отправитель не определён».

Эван хмыкнул. Такие вещи случались только в одном случае – если впереди его ждало какое-то важное событие, требующее больше, чем просто удачи. Несмотря на конец света, игра была не закончена. Ну что же, Эван был готов встретить будущее.

Сказав автопилоту лететь домой, Эван откинулся в кресле и задремал.

***

Следующие пять дней прошли незаметно. Эван провел их дома, прочтя всё, что можно, об Обществе Звездочётов и их истории. Позвонив Сиане, он уточнил у неё, за какие именно заслуги его собираются наградить орденом. Она пообещала уточнить вопрос, но к наступлению пятницы так и не перезвонила.

В девять утра пятницы в дверь Эвана постучали. Это был курьер с костюмом. Эван принял его, поблагодарил и оставшись наедине с самим собой, быстро переоделся. Вид получился классическим для звёздной фантастики 25-го века: белый мундир командора звёздного флота с золотой лентой через плечо, гладкие белые брюки с золотыми лампасами и лакированые туфли оттенялись плащом с золотистой подкладкой из атласа. Белая маска с вязью золочёных узоров скрывала верхнюю половину лица, так что Эвана было почти невозможно узнать.

«Нельзя узнать, но всё ещё можно просканировать», – подумал Эван и принялся снимать костюм.

Впрочем, наверняка устроители придумают что-нибудь, чтобы участники не могли сканировать друг друга. Иначе, какой же это маскарад? Эван поборол минутное искушение немедленно отправиться к указанному месту и сканировать с расстояния каждого, кто к нему приблизится. Если он так поступит, то выдаст себя, ведь и его в свою очередь смогут просканировать издалека, и кому-нибудь, кто будет достаточно любопытен, обязательно повезет разобраться в чем дело. Нет, необычно себя вести не стоило. Эван также отмел заведомо глупую идею взять с собой оружие. Защищаться там будет не от кого, даже если это ловушка. Да, ему приходилось убивать святых, о чем святые вряд ли даже знают, ведь жизнь просто мгновенно кончалась для них, но со временем Эван понял, что никакого результата это не приносит, они всё так же вертелись вокруг него и его жизни, так что с насилием Эван давно распрощался. Если они что-то хотят ему сказать, пусть скажут.

До нужного места лететь было четыре часа, так что заранее пообедав и взяв с собой суп в термосе, чтобы перекусить в дороге, Эван надел костюм, сел в машину и полетел правде навстречу.

Машина набрала высоту. Облачности почти не было, так что было видно, как проплывает далеко внизу городская застройка, заканчивается город и начинается лес, заканчивается лес и начинается море. Море распласталось огромным лазурно-синим пятном до самого горизонта.

Эван набрал номер Сианы.

– Хэй, Эван! Ты уже в пути?

– Привет. Лечу. Сиана, надеюсь ты не забыла о моей просьбе?

– Нет, Эван, не забыла, но у меня совсем не было времени. Прости.

– Ладно. Не страшно. До встречи.

– До встречи, Эван.

– Постой! А как ты будешь выглядеть?

Сиана засмеялась.

– Это секрет, глупый!

Она повесила трубку.

Через пару часов море закончилось и сразу безо всякой прибрежной зоны начался огромный город. От края до края горизонта обзор заполнил лабиринт дорог и домов на любой манер.

Что это был за город?

«Такой же, как и все остальные», – подумал Эван.

Он даже не взглянул на название города в адресе, предоставив автопилоту разобраться во всём самому, так что до сих пор не знал, куда летит.

Машина начала снижение.

Нужным Эвану домом оказалась огромная багрово-красная пирамида посреди озера, на поднятой над водой платформе, сужающейся внизу, образуя обратную пирамиду. Строение бы выглядело совсем как гигантский ромб, ушедший под воду, если бы неизвестные архитекторы не прорезали зазор между фундаментом пирамиды и платформой. Через разрез было видно, что внутри пирамиды – ещё одна пирамида, поменьше. Озеро было окружено подлеском, вокруг которого густилась городская застройка, так что эта пирамида выглядела оазисом посреди городской пустыни. Помимо природного отделения от города, вокруг озера расположилось силовое поле.

«Внимание, вы приближаетесь к зоне ограниченного доступа. Назовите себя», – проговорил голос в общем канале.

Эван назвал свои имя и фамилию.

«Данные подтверждены, доступ разрешён».

В силовом поле открылось окно и в небе загорелся коридор прохода. В пирамиде распахнулся участок стены, очевидно предназначенный для снижающейся машины.

Автопилот направил машину в окно и через минуту машина приземлилась внутри.

Надев маску, Эван выбрался из машины. Платформа, на которой он оказался, являла собой равносторонний треугольник чёрного мрамора, отполированный до состояния зеркала. Треугольник был очерчен золотыми перилами, за которыми зияли провалы. От одной из сторон платформы шёл мостик, завершающийся вполне обычной узкой дверью. На двери виднелся золочёный символ – звезда с шестью лучами.

Дверь распахнулась.

– Добро пожаловать!

Вошедший человек был одет в костюм орувианца из «Звёздных Стражей» – серии фильмов и книг о космических путешественниках из 23-го столетия. Эван узнал его, потому что человек в точно таком же костюме красовался в исторической брошюре о вечеринках Общества Звездочётов, которую Эван прочел между делом, разбираясь в их истории. Красная кожа обтягивала человека целиком, скрывая наготу подобием белой набедренной повязки, украшенной зелёными звёздами. Лицо скрывала черная маска-зеркало от уха до уха, а голову венчала причёска, сделавшая бы честь любому павлину. Взглянув на него, Эван убедился, что сканирование было заблокировано, – его скан-программа попросту ничего не видела.

«Видимо, какая-то разновидность поля», – подумал Эван, тем временем произнеся вслух:

– Надеюсь, я не опоздал.

«Нет, что вы. Гости как раз прибывают», – глухой голос орувианца раздался словно из-под земли и Эван понял, что слышит его в своей голове.

«Не пугайтесь. Любой нейролинк в пределах пирамиды автоматически подключается нашим интеллектом к системе связи, так что можно разговаривать с человеком просто мысленно обращаясь к его физическому воплощению».

– Предполагается, что вы не станете злоупотреблять этой возможностью, – закончил орувианец обычным голосом.

Широким жестом он снял с, казалось, мгновенно появившейся из дверного проема секции поднос с полными бокалами.

«Шампанского?» – он слегка покачал подносом.

– Да, пожалуй, – Эван взял бокал и орувианец тут же отправил поднос обратно на секцию, всё ещё видневшуюся в дверном проеме. Секция беззвучно скрылась в стене.

«Ну что же. Все двери в этом здании открыты для вас. Желаю приятно провести время».

Орувианец повернулся и замер, указывая жестом на дверь.

Эвана не надо было просить дважды. Шагнув вперед, он в два счёта оказался за дверью (бесшумно за ним закрывшейся), попав в длинный коридор, очевидно, ведущий к центру пирамиды. Коридор освещался длинной линией панелей под нависающим рёбрами потолком, вдоль стен росли небольшие деревья и кусты, а под центральной решёткой пола, протянувшейся от начала и до конца коридора, журчала вода. Пройдя коридор до конца, Эван прошёл через отъехавшую в сторону дверь и его взору предстал просторный круглый зал с высоким потолком, усеянным множеством ламп в виде звёзд, длинным балконом по кругу и ступенями лестницы, ведущей вниз. На балконе было множество дверей и Эван как раз вышел из одной из них. Здесь, на балконе, вода из коридоров собиралась в желоба и устремляясь вокруг зала, сбегала по ступеням вниз, к небольшому, но эффектному фонтану в центре зала, увенчанному звездой на вершине, из лучей которой и струилась во все стороны, заполняя небольшой бассейн. У фонтана толпились люди, разодетые кто во что, все в масках, а некоторые даже в шлемах. Слышались смешки и обрывки разговоров. Среди людей ходили орувианцы с подносами, подобные тому, которого встретил Эван.

– …и тогда он отключил наши щиты и выкрикнул…, – донесся до Эвана чей-то раскатистый бас.

– …бесподобная планета, просто чудо, говорю же вам…

«Ну что? Вы так и будете там стоять?» – родился и затих в голове Эвана мелодичный женский голос, – «Спускайтесь, командор!»

Эван поискал глазами, кто мог бы это сказать, но никто, казалось, не обращал на него внимания.

Пройдя вдоль балкона, он сошел по лестнице вниз. Его заметили.

– Ба! К нам пожаловал самый настоящий командор! – тот же раскатистый бас.

В толпе выделился пышный бородач в костюме какого-то космического варвара.

– С какой вы планеты? Признавайтесь! – пророкотал он.

«Это секрет», – подумал Эван в сторону бородача, решив протестировать мыслесвязь.

Бородач расхохотался.

– Ладно уж. Поговорим, когда вы наиграетесь с местными игрушками. Добро пожаловать!

Эван кивнул и заметив дверь прочь из зала, неспешно прошел к ней и вышел.

За дверью оказалось просторное прямоугольное помещение, со стенами отделанными древесной корой, совершенно пустое, ничего в нём не было, но нейролинк слегка пикнул, показывая активный сигнал. Открыв его, Эван обнаружил меню управления лифтом. Похоже, помещение и было лифтом, и судя по открывшемуся меню, в пирамиде было двенадцать этажей. Эван выбрал обсерваторию. Двери закрылись, послышалось гудение и спустя несколько мгновений двери открылись снова.

Взору Эвана открылся тороидной формы зал, центр которого был целиком занят огромным телескопом на платформе. На высоком, сужающемся к центру потолке явно были видны прорези раздвижных секций, по видимому опускавшихся от центра в стороны, открывая обзор неба.

«Странно», – подумал Эван, – «Телескоп в городе?»

Дикая мысль пришла ему в голову и он осмотрелся пристальнее, но внешне более ничего не привлекало в зале внимания.

Могло ли так быть, что пирамида или какая-то её часть – летательный аппарат?

Эван выбрал другой этаж, обозначенный как «CV-1», но не успел он мысленно нажать кнопку, как все кнопки исчезли. Двери закрылись, лифт слегка загудел и через пару секунд двери снова открылись.

Эван вновь был на этаже с фонтаном. Перед входом в лифт собралась группа людей.

«Пожалуйста, не выходите из лифта. Настало время важного объявления. Мы отвезем вас куда надо» – проговорил голос в голове Эвана.

Лифт заполнили гости. Места хватило всем и даже ещё осталось.

Спустя несколько секунд лифт приехал на нужный этаж и гости высыпали наружу, в место, показавшееся Эвану банкетным залом. Центр зала был пуст, но вдоль стен были расставлены столы со стульями, на столах расположились тарелки и кастрюльки с едой и сладостями. В дальнем конце зала расположилась небольшая сцена и сейчас на ней стояли несколько орувианцев, держа в руках подносы. С расстояния не было видно, что именно у них было на подносах, казалось они пусты.

– Проходите! Рассаживайтесь! Скоро мы начнём, – раздался голос из-под потолка.

Эван выбрал один из столов примерно посередине помещения и направился туда. Пока он шёл, он заметил, что в зал вели ещё и два коридора, спрятанные в нишах по бокам от сцены. Из них выходили люди, рассаживаясь за столики.

Спустя несколько минут все расселись и люди перестали появляться из коридоров. Вторая группа людей приехавшая на лифте также заняла свободные места. За столом Эвана теперь сидели две дамы. Одна из них, в костюме Эрц Кейпы (23-й век, сериал «Солнечная Империя»), с большой надписью «Alpha One» на груди, внимательно смотрела на него.

«Здравствуйте, командор», – раздался спокойный голос в голове Эвана.

«Здравствуйте. У вас прекрасный костюм», – ответил он, не будучи до конца уверен, что правильно определил заговорившего с ним человека.

Раздался смешок.

«Благодарю».

– Прошу внимания! – голос под потолком отвлёк гостей от изучения друг друга.

Все повернулись в сторону сцены. На ней тем временем к уже стоящим там орувианцам добавился новый персонаж, одетый в причудливый синий комбинезон, похожий на костюм пилота из фантастических фильмов прошлого, на что намекали соответствующие пилотские очки на вычурной высокой фуражке. Лицо было скрыто под голубой анатомической маской с прорезями для глаз.

– Мы собрались сегодня не просто так. Как вы знаете, наше сообщество пополнилось новыми членами в этом месяце. Мы спешим поприветствовать их на нашем ежемесячном маскараде и приглашаем первого неофита на сцену. Командор, прошу! Не стесняйтесь! Идите сюда.

«Кажется, это вас», – произнес женский голос в голове Эвана.

Эван осмотрелся, и видя, что никакой другой командор до сих пор не поднялся, встал и направился к сцене.

– Поприветствуем командора! – пилот на сцене взмахнул руками в приветственном жесте и зал захлопал, – Поднимайтесь-поднимайтесь! Не спешите, у нас полно времени. Итак, как вы сегодня?!

Поднявшись на сцену, Эван повернулся к залу.

– Всё отлично, – сказал он и его голос разнесся по залу, доносясь из-под потолка. Видимо всё, говорившееся со сцены передавалось под потолок.

– Уже нашли себе достойного собеседника? – продолжил пилот.

– Возможно.

– Ну что же, не будем тянуть время. Общество Звездочётов благодарит вас за ваш вклад в популяризацию космических путешествий и награждает вас орденом Звёздного Скитальца. Теперь вы – один из нас! Дополнительные бонусы и вся информация о ваших новых привилегиях уже отправлены на ваш домашний адрес, вы найдете все подарки в своём почтовом ящике по возвращении домой. Выражаю скромную надежду, что вам есть, что сказать по этому поводу.

– Благодарю. Да, мне есть что сказать, – Эван ощутил неожиданный прилив сил, – Я благодарен Обществу Звездочётов за оказанную честь и смею заверить, что продолжу свои путешествия и в дальнейшем. Космические путешествия – важнейший элемент межпланетной социализации, по сути – гарант единства всех сообществ Федерации, объединяющий всех неравнодушных к познанию нового и неизвестного, сплачивающий их в едином исследовательском порыве. Я обещаю и впредь не отказываться от любых предложений, связанных с путешествиями по космосу. Желаю всем присутствующим хорошего настроения сегодня и каждый день. Спасибо!

– Отличная речь, командор! Спасибо вам. А теперь, примите этот дар, как награду, – Пилот повернулся к одному из орувианцев и поднял с подноса то, что оказалось орденом на вычурной цветной ленте.

Эван поклонился и пилот надел награду на его шею. Зал зааплодировал и Эван отправился обратно за свой стол.

Процедуре награждения подверглись ещё двое гостей и зал аплодировал ещё не раз. Эван аплодировал вместе со всеми.

Наконец, награждение закончилось.

– А теперь, танец! – объявил пилот.

Из-под потолка донеслась неспешная, расслабленная музыка, постепенно обволакивая всё вокруг.

«Потанцуем?» – послышалось в голове Эвана. Теперь он был уверен, что голос принадлежал сидящей перед ним девушке.

«Почему бы и нет», – ответил тот.

Эрц Кейпа поднялась и протянув руки обхватила вышедшего из-за стола Эвана. Неспешно, они стали кружиться по залу.

От девушки приятно пахло, но Эван затруднялся сказать – чем именно. Казалось, это был её естественный запах. Аромат вскружил Эвану голову и он почувствовал, как расслабляются мышцы его тела. Такого не бывало уже очень давно, так что Эван ощутил удивление.

Мелодия текла убаюкивающей рекой и пары танцоров словно растворились в ней, изредка, впрочем, сталкиваясь друг с другом и с извинениями расходясь вновь в стороны.

Вдруг, что-то изменилось. Орувианцы появились словно из ниоткуда и сейчас стояли кольцом вокруг Эвана и девушки. Музыка стихла и весь зал повернулся к ним.

– Вы находитесь здесь незаконно. Просим пройти с нами, – произнес один из орувианцев и Эван заметил у него в руках короткий жезл. Оружие? Похоже на то. Жезл был направлен на девушку и Эван вдруг понял, что танец, едва-лишь начавшись, окончен.

Девушка убрала руки с плеч Эвана и внезапно выгнулась дугой, нанося удар. Она попала орувианцу в горло, так что тот мгновенно откинулся и упал ничком на пол, корчась и хрипя от боли.

– Стой! – закричал Эван.

Но девушка, казалось, не услышала. Орувианцы спохватились, осознав, что мирного решения проблемы не будет и сейчас вовсю махали жезлами, пытаясь зацепить девушку. Та прыгала от одного к другому, нанося короткие удары, вот она выхватила жезл у одного из противников и ударила им другого. Тот забился в конвульсиях, – похоже, жезл был электрическим.

Эван не знал что делать. Он просто стоял и смотрел, как девушка расправляется с орувианцами. «Что с ней не так?» – думал он. Неужели её послали его убить или она пробралась на вечеринку с какой-то другой целью?

Из боковых коридоров высыпал новый отряд орувианцев. Они буквально задавили девушку массой и тут же принялись бить её жезлами. Та упала на пол. Сопротивление было подавлено, но орувианцы продолжали её бить. Эван схватил одного из них за плечо и резко дернул к себе.

– Хватит! – прокричал он, – Прекратите.

Откуда-то сбоку появился жезл и ткнул его в плечо.

Последнее, что Эван почувствовал, были конвульсии его собственного тела.

***

Мрак рассеивался. Эван обнаружил, что лежит на полу и попытался встать. С третьей попытки, у него получилось. Мешали наручники. В голове шумело, и облокотившись на то, что оказалось кроватью, Эван некоторое время приходил в себя. Плечо болело и ощупав его, Эван поморщился, – там был небольшой ожог, видимо от жезла. Его маска куда-то пропала, но костюм с него всё-таки не сняли.

Эван осмотрелся.

Крохотное помещение походило на тюремную камеру без окон и, по видимому, ей и являлось. Унитаз, стол со стулом, кровать, вот и всё, что в ней было; дверь же наружу являла собой классическую железную решётку с вертикальными прутьями. Эван проверил нейролинк. Так и есть, вся связь с внешним миром заблокирована. Подойдя к решётке, Эван схватился за прутья.

– Эй! – крикнул он, – Есть кто-нибудь?!

– Не кричи так. Полицейские ушли, мы одни.

Голос принадлежал девушке, создавшей столько проблем на вечеринке. Похоже, её камера была совсем рядом.

– Ну и что это значит? Нас забрала полиция? Меня то за что?

– Я пробралась на маскарад без приглашения, поэтому меня попытались выставить, я оказала сопротивление. А вот что ты здесь делаешь, мне неизвестно. Ты тоже влез в драку?

Эван порылся в памяти. Да, похоже, он действительно вмешался, и похоже, этого не следовало делать. Впрочем, что сделано, то сделано.

– Помню только, как попытался вмешаться, когда увидел как тебя поджаривает толпа разодетых орувианцев. Похоже, им это не понравилось.

– Всё тело болит. Но засранцам тоже досталось. Они меня запомнят, – девушка говорила буднично, словно обсуждая завтрак или прочитанную книгу.

– Зачем ты дралась? Выставили бы тебя и не было бы проблем. Какой толк от насилия? – Эван действительно не понимал причину такой агрессии.

– Это моё дело. Занимайся своими.

– Ты ошибаешься, если думаешь, что меня не касаются дела других людей.

– Мои – не касаются.

– Ну хорошо, именно твои может быть и нет. Но я надеялся, ты хотя бы объяснишь в чём дело.

За стеной молчали.

– Хотя бы скажи свое имя, – продолжил гнуть свою линию Эван.

– Меня зовут Мина. А тебя?

– Эван. Приятно познакомиться, Мина.

– Да уж. Приятно, – за стеной раздался смешок.

– Что смешного?

– Просто я рассчитывала потанцевать с самым красивым человеком вечера, а загремела с ним в тюрьму и только сейчас он догадался познакомиться.

Раздался звук открывающейся двери. Перед Эваном появился полицейский.

– Очнулся, – сказал он утвердительно, – Вовремя. Через час твой суд. Ходить можешь? Жалобы есть?

– Мне бы хотелось знать в чем меня обвиняют.

– Узнаешь на суде… – пообещал полицейский и отошел к камере Мины.

Раздался звук отпираемой двери.

– На выход.

– Эван… – начала было Мина.

– Поговорите потом, – оборвал её полицейский.

Они ушли. Прошло около получаса, прежде чем они вернулись. Снова раздался звук открывающейся двери и послышались шаги.

– Входи, – произнес голос полицейского.

Звук закрывающейся двери камеры. Звук удаляющихся шагов.

– Мина?

– Да.

– Что там было?

– Мне назначили пол года трудовых работ.

– А залог?

– Сто пятьдесят тысяч. У меня нет этих денег.

Снова открылась дверь. Послышались шаги. Перед Эваном появился полицейский и открыл дверь камеры.

– На выход.

Эван вышел и направился к выходу. Повернув голову он посмотрел в камеру Мины и впервые увидел её лицо. О да, она была красива. Густая грива волос обрамляла правильный овал лица, спускаясь на узкие плечи. Лазурно-голубые глаза ласково поблескивали из-под широких и густых, но аккуратных бровей, слегка приподнятых словно в удивлении. Похоже, это было их обычное состояние. Слегка вогнутый нос создавал впечатление юности, а губы… Эван успел разглядеть её губы ещё во время маскарада и сейчас лишь удивился – насколько они подходили к лицу, застыв уголками в полуулыбке. Эван дал бы этой девушке около двадцати трех – двадцати пяти лет.

Смотря Эвану прямо в глаза, Мина повернулась им вслед и прядь волос упала с плеча, открыв шею, где Эван заметил небольшой ожог.

Пройдя за полицейским в коридор и следом на улицу, Эван взглянул на восход солнца. Погода была замечательной, легкий ветер ворошил листья на дереве, росшем прямо возле входа в то, что по видимому являлось тюремным блоком временного содержания и откуда Эван с полицейским сейчас шли в соседнее, ничем не примечательное снаружи, одноэтажное здание.

Пройдя его коридорами, отделанными деревянными панелями и каменным полом, Эван очутился в небольшом зале, очевидно предназначенном для суда.

Многочисленные кресла пустовали, но на возвышении за массивным скрывающим ноги столом сидел судья.

Пожилой, лысеющий человек с крупными чертами лица и острыми, неприятными и маленькими глазами, он не производил никакого особенного впечатления. Типичный работник закона.

Полицейский приказал Эвану встать у черты, за несколько метров от судьи.

– Подсудимый двадцать один, семь, дробь два, – произнес полицейский.

– Подсудимый, вы обвиняетесь в препятствовании правосудию и нападении на представителя закона. Вам есть что сказать?

– Я не знал, что ряженые орувианцами люди – представители закона, и пытался лишь остановить излишнюю жестокость, проявленную к заключенной вашими людьми девушке.

– Подсудимый признается виновным. Наказание – две недели трудовых работ или выплата залога в размере двадцати тысяч кредитов. Подсудимый, у вас есть вопросы?

– Как мне выплатить залог? Мой нейролинк заблокирован.

– Вам будет предоставлена такая возможность сразу после этого суда. Ещё что-нибудь?

– Нет, благодарю.

– Суд признается оконченным. Уведите заключённого.

Полицейский выждал, пока Эван повернётся к нему и указал на дверь.

– Когда придём, я разблокирую ваш нейролинк, – произнес он едва они вышли за двери суда.

***

Мина встала с кровати, когда Эвана вернули в камеру.

– Ну как? – спросила она.

– Пустяки, – ответил Эван, – Подожди минутку, я решу кое-что.

Он открыл нейролинк. Связи с внешним миром всё ещё не было, но по умолчанию открылась страница местного суда, предлагая оплатить залог за любого заключённого под стражу этим судом. Страница была полна имён и фамилий, идентификаторов заключённых и сумм залога.

Эван нашел себя и выплатил всю необходимую сумму. Потом он нашел Мину и выплатил её залог тоже.

– Скоро нас освободят, – сказал он наконец.

– Как?! Что ты сделал?! – в голосе Мины звучало искреннее удивление.

– Оплатил залог за нас обоих.

– Господи, Эван. Я никогда не смогу расплатиться с тобой! Зачем?! Зачем ты это сделал?!

– Расскажу, если ты согласишься со мной позавтракать.

– Хорошо, отлично, я согласна.

На том и порешили. Спустя час они уже сидели в кафе неподалеку от тюрьмы, поедая блинчики с повидлом и запивая их кофе.

ГЛАВА 3 – ТРОИЦА

Судно уверенно шло своим курсом, прямо по ветру, и Лали стояла за штурвалом. Её волосы перелетали из стороны в сторону, развеваясь и спадая на плечи. Утро покрывало небо персиковыми сполохами облаков, летевшими высоко-высоко над морем и последние редкие звёзды растворялись в синеве небосклона.

В глубинах яхты скрипнула дверь и на палубу выбралась Мэг.

– Доброе утро! – голос её звенел от энтузиазма.

– Доброе.

Мэг взглянула на паруса и прислушалась. «Дойче Зир» едва ли не парила над волнами.

– Так, посмотрим, где мы.

Открыв карту в нейролинке, Мэг сверила курс и текущее положение. Что-то было не так. Вместо того, чтобы быть в восьмидесяти-ста милях к северу от Гипербау, они были в пятнадцати к юго-западу и к тому же шли сейчас на юг.

– Лали?

– Да?

– Давно мы идем на юг?

– Часов восемь, – Она замялась, – Понимаешь, я не хотела тебя будить…

– Отлично, спасибо, что дала мне выспаться. А теперь будь добра, объясни, что происходит.

– Я перешлю тебе, посмотри сама.

Нейролинк Мэг пикнул, принимая видеозапись. Она включила её.

Показалось лицо молодого юноши, лет двадцати. Громкий шум приглушал его слова, но разобрать было всё-таки можно.

«Я просканил спасённых и посылаю это сообщение всем выжившим. Меня не нашли и не спасли вместе с вами, но это не значит, что я погиб. Мне нужно было время подумать. Если кто-то желает меня спасти, вы можете это сделать в любое время. Пересылаю координаты. Свяжитесь со мной при первой возможности. Если вы не сделаете этого в течение часа, я вызову спасателей».

На этом видео кончалось. Лицо Лали мягко светилось в обволакивающих лучах рассвета. Сейчас она действительно была похожа на святую, как их изображали на религиозных иконах.

– Это Рив. Один из старейших на Земле святых. Старше него только святые старейшины на Сенуе. Я посчитала, что мы должны вытащить его оттуда, учитывая, что у нас есть судно, так что я связалась с ним после получения видео и предложила помощь.

– Разве другие святые не ближе к нему, учитывая, что мы ушли далеко на север?

– Другие ближе, но у них нет ни кораблей ни машин, так что им пришлось бы что-то предпринимать, вмешиваться в ход событий, а мы договорились с Ривом, что лучше не привлекать лишнего внимания и использовать то, что у нас уже есть.

– Понятно. Похоже, святые захватили моё судно, пока я спала.

Лали мягко улыбнулась.

– Просто доверься. Ладно? Я понимаю, ты не думала, что ввяжешься во что-то со мной надолго, но может быть теперь, когда ты знаешь о нас правду, взаимопомощь приведет нас всех в лучший мир…

Мэг села на скамейку и посмотрев на восход, задумалась.

– Похоже, мои планы изменились, да? – произнесла она со вздохом.

– Похоже на то…

***

Четыре с половиной часа спустя они были на месте указанном координатами. Ничто не говорило о том, что здесь произошло крушение и только торчащий из воды риф намекал, что не следует к нему приближаться. Невдалеке виднелся скалистый остров. Паруса были спущены и яхта шла на двигателе.

Лали всматривалась в море в поисках ориентиров или необычных образований. Внезапно, она замерла на несколько секунд и Мэг поняла, что что-то происходит в её нейролинке.

– Туда! – Лали указывала прямо на риф.

– Нам нельзя к нему приближаться, Лали, – произнесла Мэг с тревогой в голосе.

– Всё будет хорошо, доверься.

Мэг пробурчала что-то под нос, но повернула штурвал и направила судно к рифу.

Чем ближе яхта подходила к нему, тем яснее становилось видно, насколько он огромный. Издали казалось, что это просто камень, торчащий из воды, но вблизи он превратился в настоящую скалу, возвышающуюся подобно гневному гиганту, вспенивающему набегающие волны. Грохот разбивающихся о него волн окутал Мэг странным оцепенением и покрепче ухватившись за штурвал она скорее почувствовала, чем увидела, как белеют костяшки её сжатых пальцев.

Внезапно она увидела человека. Тот, видимо, скрывался в одной из трещин рифа и сейчас выбрался на свет, встав в полный рост на самой вершине. Человек помахал рукой.

– Лали, бросай спасательный круг с левого борта! – прокричала Мэг, перекрывая грохот волн. Сейчас она боролась со штурвалом, стараясь вести судно по возможности медленно, правее от рифа, так, чтобы не столкнуться с ним.

Лали сняла круг с поручней и с силой размахнувшись, швырнула за борт. Волны подхватили его и довольно быстро понесли к рифу, пока верёвка не натянулась.

Человек на вершине рифа оттолкнулся и прыгнул.

Мэг подумала, что вода захватит его и ударит о камни, но к её удивлению, тот выскочил на поверхность как поплавок и принявшись быстро загребать руками, стремительно поплыл к кругу. Едва он ухватился за него, Лали принялась выбирать верёвку, и как только человек оказался у кормовой лестницы, Мэг повернула штурвал прочь от рифа. Через несколько минут «Дойче Зир» была снова в безопасности.

– Выбери зелёный! – прокричал звонким голосом Рив, взобравшись на палубу, – Слышишь?

Мэг смотрела на него во все глаза. Парень был босой, его взъерошенные, скомканные волосы намокли в воде, а белые брюки были ободраны в нескольких местах и грязны. По непокрытым плечам и груди ручьями текла вода. Широко распахнутые глаза вращались, переводя взгляд с Лали на Мэг и обратно.

– Ты слышала, что я сказал? – его сверкающий взгляд уперся в Мэг.

– Да. Выбрать зелёный. Это что-то значит?

– Это значит, что тебе надо выбрать зелёный. Не сейчас, позже, но будет лучше, если ты запомнишь что нужно сделать уже сейчас.

– И когда же наступит нужное время?

– Ты узнаешь. Просто помни, что нужно сделать.

Лали швырнула спасательный круг в нишу под лавкой.

– Рив, ты голоден? Пить хочешь? – она помахала рукой, приглашая Рива на камбуз.

– Чёрт возьми, да! – Рив сверкнул улыбкой, и подмигнув Мэг отправился за Лали прочь с палубы.

Мэг развернула судно на север и поставив паруса, включила автопилот.

– Ребята, вы должны объяснить мне, что произойдет дальше, – сказала она, спускаясь в камбуз.

Лали хлопотала у плиты, готовя рисовую кашу. Рив сидел на диване и с удовольствием пил воду. Он уже почти весь высох и сейчас был без штанов, в одних трусах.

– Могу я узнать ваше имя? – спросил он.

– Меган.

– Как много рассказала Лали, Меган? – Рив слегка подался вперед.

– Ну, она рассказала мне несколько историй о святых и о том, что ей надо в Коррелию.

Рив крякнул.

– Что ж, раз ты так много знаешь…, – он покосился на Лали, но та была поглощена кашей, – На самом деле не только ей, но нам всем, всем кто был на Незерендине надо чуть дальше Коррелии, в космопорт, милях в пяти от городских границ, к западу от города.

– Куда-то улетаете?

– Таков план, да. Совет святых на Незерендине решил отправить звездолёт к Сенуе, чтобы попросить помощи у наших старейшин. На Земле обстановка становится довольно странной и нам хотелось бы понять, что происходит. По крайней мере, этого хочется некоторым из нас – не все одобрили связь со старейшинами, но всё же большинство согласно с мнением самых опытных – кто уже не первую тысячу лет путешествует по Космосу. Так что решение было принято. Кто мог подумать, что всё так кончится для Незерендина…

Рив отпил ещё воды и звонко рассмеялся, почти сразу закашлявшись.

– Что смешного? – Мэг уселась напротив.

– Ну, знаешь, когда привыкаешь перерождаться, смерть не пугает, ведь ты знаешь, что вернёшься. Другое дело, что смерть на Незерендине оказалась необычна тем, что затронула сразу многих из нас. Я видел, как всё случилось…

Лали оторвалась от готовки и принялась слушать.

– …После окончания совета, я какое-то время отдыхал на носу, в шезлонге и даже, кажется, прикорнул, а когда проснулся, то сразу же рефлекторно проверил курс и местоположение, обнаружив, что мы свернули с направления в Коррелию, так что я направился в рубку навигации, чтобы выяснить у капитана в чем дело. Не смог с ним связаться напрямую и никто из пассажиров не знал что произошла смена курса, так что пришлось идти. Каково же было моё удивление, когда я обнаружил двери в рубку задраенными, а заглянув в иллюминатор – увидел, что все в рубке мертвы. По какой-то причине капитан, рулевой и штурман заблокировали двери, а потом умерли.

– Дай угадаю? Состарились? – Лали помахивала ложкой, внимательно смотря на Рива.

– Да! Все трое одновременно!

– Погодите…, – Мэг вклинилась в разговор, – Вы говорите, что трое святых умерли от старости? Одновременно? Зачем ставить стариков на такие ответственные посты?

Рив снова звонко рассмеялся.

– Нет, ты неправильно меня поняла. Они не были стариками. Старость – относительно новый вид смерти для таких как мы. Пару лет назад начали поступать сообщения о внезапном старении представителей нашего народа и далеко не все из них мы получили вовремя. Похоже, это какая-то разновидность заболевания, работающая против святых и только. Обычных людей она не затрагивает. Что особенно интересно, – по видимому, она не заразна. Просто однажды святой заболевает и стремительно состаривается всего за несколько минут.

– Иными словами, капитан, штурман и рулевой направили судно на единственный риф в округе и скончались?

– Ага, – Рив отхлебнул воды, – Странно, да?

На его губах блуждала улыбка.

– Я не пойму, почему вам так весело? – Мэг нахмурилась.

– Эй! А что, по твоему, я должен испытывать сейчас? Мы тысячелетиями бродим по планетам и космосу и ничего нельзя сделать и выяснить, ни одного ответа о нашем происхождении, предназначении или каких-то намеков на изменения в ходе вещей! И вдруг, за каких-то два года – такие перемены! Это хороший знак! Должен быть хорошим! Что-то назревает, и либо все святые скоро вымрут, либо нас ждут долгожданные ответы. А может быть и то и другое. Разве это не чудесно? У нас не было никакого выбора всё это время, многие из нас чувствовали себя рабами людей и хотя выбора нет у нас и теперь, есть по крайней мере намек на перемены! Не знаю как ты, а я считаю это поводом для хорошего настроения! Вполне возможно, для святых наступает новая эпоха!

– Я всего этого не понимаю, буквально вчера узнала о вашем существовании и мне странно слышать про такое отношение к возможному вымиранию целого вида. Неужели вы были бы рады раз и навсегда умереть?

– Не могу говорить за всех, но был бы я рад прекратить существование? Да, а почему нет? Я тысячи раз несуществовал и каждый раз, когда это состояние заканчивалось, я просто оказывался в другом месте и времени, в другом теле, но со всей своей памятью. Можешь ли ты представить себе память тысячи жизней в теле, допустим, ребёнка? Это сплошной хаос, мешанина лиц, событий и мест, когда ты прибываешь куда-то, в очередной город или на очередную гору или реку, постоянно кажется, что ты здесь уже был и всё видел, всё знаешь. Кажется, что знаешь всё-всё на свете. Смотришь в лицо незнакомца и видишь человека, с которым знаком. А теперь представь тысячи знакомых лиц. Ничего особенно приятного в этом ощущении нет, можешь мне поверить. Именно поэтому святые так любят одиночество, море и космос – пустота и равномерность пространств успокаивают наш ум, тогда как хаос ландшафта и созданных человеческими руками нагромождений лишь только раздражает людское в нас, запутывая мысли и затрудняя поиск пути.

– И нет ничего, что бы вас привлекало в жизни?

– Почему же… У каждого что-то свое, как у всех людей. Может быть в этом наш общий груз человечности, разделяемый с простыми людьми. Без любви к жизни не может быть самой жизни, так что у всех нас есть что-то, к чему мы стремимся.

– И к чему стремитесь вы, Рив?

– К знанию.

– Какому-то конкретному или вообще?

– Раньше, давным-давно, я увлекался исследованием механизмов нашего перерождения, но довольно быстро понял, что не найду ответов, так что в последние несколько тысяч лет я видел ценность в знании самом по себе. На любую тему, главное, чтобы оно было и дискуссии о явлениях не ходили вокруг да около. Но теперь, когда появилась эта болезнь, мне снова интересно узнать что-то новое о том, почему мы возрождаемся вновь и вновь. Например, до сих пор нет доказательств, что святой перерождается после смерти от этой новой Старости. Я не встречал таких с тех пор, как болезнь появилась, и это может значить много всего, поэтому выводы делать рано…

Лали поставила перед Ривом тарелку рисовой каши.

– Налетай, – сунув ему под нос ложку, она вернулась к плите и поставила грязную кастрюлю в мойку.

– Лали, а ты что думаешь? – Мэг, наконец, присела на ступеньку лестницы.

– Я думаю, тебе следует поесть, – Лали протянула Меган тарелку еды и ложку.

– Да, спасибо, – Мэг принялась жевать кашу, та получилась вполне себе неплохо и Мэг почувствовала, как заурчало в желудке, – Но всё-таки…, – проговорила она жуя, – Лали, что случится, если вы вымрете?

– Не знаю, для человечества это скорее всего будет ударом против развития, ведь замедлится прогресс технологий, также слегка упадет общий уровень счастья на планете, но в целом, мало что изменится, просто важные вещи станут отнимать больше времени.

– Не стоит забывать и о том, что больше не будет похищенных нашими вторжениями судеб, – произнес Рив, – Дети смогут спокойно взрослеть, расти и стареть, так что может быть наше исчезновение, наоборот – восстановит баланс цивилизации и люди сами, своими усилиями смогут достичь того же потенциала, какой обеспечиваем до сих пор для них мы, а может и превзойти его.

– Рив, ты же не можешь говорить это серьезно, – Лали как раз принялась уплетать свою тарелку рисовой каши.

– Просто мысли вслух. Мы не знаем, как и почему пришли в этот мир, и мы не знаем чего лишаем человечество своим появлением. Быть может мы вторгаемся в тела людей, наделённых определёнными качествами, лишая человечество целого пласта науки и способностей. Ты же не будешь отрицать такой вероятности?

Лали хмыкнула.

– Нет, пожалуй, что нет…

Повисла тишина и только перезвон ложек о тарелки говорил о том, что в камбузе люди.

***

Медленно наступал вечер. Мэг, Лали и Рив теперь были одной командой. Подняв паруса, судно направлялось прямиком в Коррелию – после непродолжительной беседы было решено, что нет смысла плавать туда-сюда и Мэг может изменить свой маршрут, присоединившись к Лали и Риву в их путешествии в космопорт. Теперь ей было интересно узнать как можно больше о столь необычных людях, и она никак не могла оправдать для себя отсутствие к ним интереса, – пришлось бы лгать самой себе. Так что, она решила оставить яхту в марине Коррелии и пропутешествовать по крайней мере до космопорта.

– Выбери зелёный! – повторял периодически Рив, и через несколько часов Мэг поняла, что стала обращать много внимания на зелёные оттенки. Ей это быстро надоело и она стала воспринимать слова Рива как шутку.

Глаза его больше не сверкали, а скорее лучились теплом и поражающей Меган радостью, так что она чувствовала, как всё больше проникается к нему симпатией. С Лали она уже по настоящему сдружилась и глядя на неё Мэг чувствовала приливы благодарности за то, как она ощущала себя в присутствии этой юной, казалось, девушки. Чудилось, они были знакомы целую вечность. Чудилось, обе они ещё дети, – все пути открыты и всё возможно.

– Выбери зелёный! – говорил Рив.

– Белый мне нравится больше, – отшучивалась Мэг.

– Розовый – мой любимый! – говорила она.

Тогда Рив изменил тактику.

– Отпусти штурвал, – сказал он, когда темнота уже совсем сгустилась вокруг судна и засияли звёзды.

Мэг стояла рулевым, помогая яхте переваливать с волны на волну и обратно.

– Доверься, – произнес он и Мэг отпустила колесо.

Судно всё так же катилось по волнам и штурвал мерно поворачивался… По часовой, против часовой. По часовой, против часовой. «Дойче Зир» слабо рыскала в волнах, на короткие мгновения уходя с курса, снова возвращаясь и снова уходя, что не слишком отличалось от управления на автопилоте.

– Вы включили автопилот? – спросила она Рива.

– Нет, он нам пока не нужен. Твой кораблик и сам знает, куда ему надо.

– Как?!

– Это самое удачное, что может с тобой произойти сейчас.

– И вы это видите? – Мэг смотрела на Рива и в её глазах пульсировало мягкое, немного усталое удивление.

– Чувствую. Словно невидимые нити окружают тебя и если расслабиться, можно ощутить – какие из них самые счастливые. С разными людьми происходит по разному. С одним и тем же человеком в разное время происходит по разному. Нет какого-то закона или правил. Есть то, что есть. И сейчас я чувствую, что тебе не обязательно править судном. Конечно, если ты уберёшь парус или перестанешь есть и пить, прыгнешь за борт или сделаешь ещё что-то в таком духе – всё изменится. Так что не делай ничего такого, будь добра. Нам надо попасть в Коррелию как можно скорее.

Мэг чуть слышно рассмеялась.

– Рив, а что вы делали на том камне так долго?

Рив облокотился на стенку дверного проёма. Люк был открыт и было видно Лали, лежавшую на диване и погруженную в изучение нейросети.

– Размышлял. Хотелось одиночества и покоя.

– И как ваши размышления? Были плодотворны?

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.