# История попаданки. Из графини в служанку

Ольга Кабацкая, Лана Морриган

Сенсация! Скандал в семействе Элейн! Единственная дочь и наследница Плодородных Земель сбежала из-под венца под вспышки магических камер! И не куда-нибудь, а в Имперскую магическую академию, оставив жениха растерянно стоять у алтаря ожидая невесту, которая сменила расшитый рубинами наряд на платье горничной!

Как сообщил проверенный источник, графиня Юстина Маргарита Элейн, провалила экзамены и осталась на территории академии в качестве служанки! Не связан ли её побег с тем, что в этом году на обучение поступает его высочество?

Эксклюзивное интервью от подруг леди Элейн и ближайших родственников читайте в следующем выпуске “Имперской правды”!

## Глава 1. В эфире “Минута правосудия” с Ульяной Перовой

– Адвокат, – судья обратился ко мне, поправив очки на крючковатом носу и хорошенько встряхнул крыльями, отчего по залу полетели коричневатые перья. – Прошу прощения, сезонная линька. Вам слово, – он указал крылом на место перед трибуной.

– Спасибо, – поблагодарила я, поднимаясь со стула и собираясь духом. У меня было все, чтобы с легкостью выиграть свое первое дело. Я вышла в центр, набрала побольше воздуха в легкие. – Добрый день, достопочтенный суд, господа присяжные заседатели, прокурор, – я бросила взгляд на худощавого мужчину, уж очень напоминавшего злобного суслика в форме. – Мой клиент невиновен! – заявила во всеуслышание.

– У вас есть доказательства? – спросил судья, вновь встряхнув крыльями. – Или лишь громкие слова?

Со стороны прокурора послышался ехидный смешок.

– Есть. Давайте еще раз рассмотрим материалы дела. Господин прокурор утверждает, что мой подзащитный отравил гражданина Иванова, подсыпав яд в вино, – я обращалась к присяжным. – А мотивом якобы послужил тот факт, что подзащитный взял последний кусок пиццы с тарелки гражданина Иванова. Все верно?

Присяжные активно закивали, подтверждая слова.

– Верно, – согласился судья, отвлекшись от рассматривания глупых картин на стенах.

Кто вообще додумался развесить нарисованных котов в смокингах и птиц в шляпах в таком серьезном заведении?

– Но давайте не будем забывать, что яд – оружие женщин.

– Протестую, – выкрикнул прокурор. – Ничем не подкрепленное утверждение.

– А я сейчас подкреплю, – произнесла я гордо.

Боже! Да я буду первой третьекурсницей нашего университета, выигравшей реальное дело!

– Мы вас слушаем, – судья подался вперед.

– Можно еще раз вызвать безутешную вдову гражданина Иванова?

– Протестую! – еще громче закричал суслик в форме. А это уже был настоящий суслик, он прыгал по столу и грозно размахивал короткими лапками.

– Тише, иначе я вас съем! У-у! – прикрикнул судья, вскинув крыло и прося помолчать. – Позовите гражданку Иванову.

Эффектная шатенка прошла к месту для допроса свидетелей, держась за локоть водителя лимузина, на котором благополучно и прибыла в суд. Наигранно промокнула слезы и откинула с красивого лица вуаль.

– Гражданка Иванова, – я заложила руки за спину и остановилась около присяжных. – Напомните нам, пожалуйста. Кусок какой пиццы мой подзащитный украл у вашего мужа?

– Я уже трижды рассказывала, но повторю: пицца пепперони.

– Вы уверены?

– Конечно, – фыркнула она.

– А у меня есть другие данные. Вот чек, – я извлекла его из кармана пиджака, – в котором говорится, что вы заказывали четыре порции лазаньи, сырную тарелку, вино и… – я выдержала паузу. – И-и-и, пиццу с ана-на-са-ми! – произнесла изобличительно, с удовольствием слушая ошарашенный гул присяжных и зала. – А это! – я повысила голос, чтобы меня было слышно. – Многое меняет.

– Тише! – крикнул судья. – Тише! У-у! – крутанул головой почти на сто восемьдесят градусов, пугая меня и “безутешную” вдову.

– А теперь скажите, вы бы стали красть пиццу с анансами? – спросила присяжного, что сидел ближе всего ко мне.

– Нет.

– А вы? – я обратилась к следующему.

– Мама-миа! Я бы под дулом пистолета не стал ее есть. Пицца с ананасами – это противоестественно! – мужчина горячно вскинул руки.

– А вы? – я шла вдоль присяжным.

– Боже упаси!

– А вы?

– Нет!

В зале все сильней гудели голоса, судья вскинул крыло с зажатым молоточком в воздух и принялся усердно колотить по столу.

– В связи с новыми уликами, подсудимый признается невиновным! Невиновным! – повторил он, случайно запуская молоточек куда-то в зал. – Пицца с ананасами, – сокрушался. – У-у! Тише! Но кто же убийца? – спросил у меня и выпучил огромные глаз.

– Она! – я с уверенностью указала пальцем на вдову Иванову. – Это она отравила собственного мужа, после того, как намекнула о разводе. Но по брачному договору в случае развода, она бы осталась ни с чем. И поэтому пошла на такой решительный шаг.

– У вас нет доказательств! – взвизгнула шатенка, совершенно забыв о роли вдовы.

– Есть. Вот копии брачного договора и фотографии на которых вы в обнимку с водителем вашего покойного супруга.

В зале образовалась восторженная тишина и спустя мгновение разразилась громкими аплодисментами и довольным уханьем судьи.

– Спасибо, – я не сдержала порыва поклониться присутствующим. – А вы, – обратилась к прокурору, – съешьте от зависти свой галстук, – сунула в рот суслику крохотную полоску ткани. – Да, я богична! – выдохнула себе под нос, возвращаясь к своему месту.

– Качаем!

– Качаем адвоката Перову!

Я даже не стала сопротивляться, когда присяжные подхватили меня ну руки и принялись раскачивать, только почему-то не подбрасывая в воздух, как полагается, а из стороны в сторону.

К покачиваниям прибавился настойчивый голос.

– Перова, вы снова пришли на мою лекцию исключительно поспать? – голос препода смешался с гулом смешков однокурсников.

– Меня нужно качать, я богична, – отлепив лицо от тетради, я непонимающе смотрела на суровое лицо Эрнеста Эдуардовича. – Богична… Ой, вы не суслик.

– И даже не сурикат, – поджав губы, мужчина указал рукой в сторону выхода из аудитории: – Я прошу вас удалиться с моей лекции. Немедленно!

– Но… может, простите меня? – спросила я заискивающе.

Преподаватель по уголовному праву славился просто тираническими замашками. И заработать “залет” на его занятии – почти равно провалу в сессию.

– На выход!

– Ну, хоть выспалась, – буркнула я, закидывая конспект в сумку и спеша к двери.

– Перова, да ты бессмертная, – прошептала одногруппница, округлив глаза и тут же опустив голову.

– Да что я сделала? – шепнула, чуть задержавшись у ее парты.

– Назвала Эдуардыча – сраным сусликом.

– Капе-е-ец, – прошипела я, до боли прикусив губу. – А если я попрошу прощения, смогу остаться на паре? – поинтересовалась, обернувшись к преподу.

Ответом был нервный жест – мужчина указал на выход.

– До свидания, – попрощалась я, приставными шажками преодолевая расстояние до двери, в надежде, что меня простят.

– Вот это залет!

– Помянем.

– Аминь, Перова! – полетели шепотки по аудитории.

– А-а-аве… Ма-а-ария… – затянул кто-то на галерке.

Гордо показав юмористам оттопыренный средний палец, я выскочила из аудитории и…

– Не та дверь, что ли? – выдохнула, ошалело смотря на зелёную траву и синее грозовое небо, вместо помпезного коридора университета.

## Глава 2. Опасно входить не в ту дверь

– Бред какой-то, – выдохнула я, крепко зажмурившись и тут же распахнув глаза.

Ничего не изменилось. Трава. Дорожка. Деревья. И… боже. Виднеющиеся вдалеке горы. Обернувшись, я обнаружила ещё несколько не вписывающихся ни в какие логические рамки деталей.

Первое. За моей спиной была сто процентов не дверь аудитории. Нет, дверь была, но… это был вход в склеп. Иначе назвать каменное строение с горюющими рядом статуями, у меня даже мысленно язык не поворачивался.

Второе. На мне было платье. Нелепое, розовое, с рукавами фонариками и… корсетом.

– Я всё поняла, – шумно сглотнув, я не могла оторвать взгляд от черного провала входа в каменное строение. Там, внутри, что-то отчётливо похрустывало. – Это сон во сне. Так бывает. Да, так бывает, – успокоила себя.

А не нужно было на ночь объедаться. Предупреждают же, что потом замучают кошмары. Вот и со мной схомяченная пицца с ананасом сыграла злую шутку. Сначала она мне пригрезилась, как улика на суде. И не засыпала я на паре! Это всё продолжение бредового кошмара…

– Так, Ульяна, соберись и проснись! – приказала я себе, притопнув ногой.

Босой! В пятку тут же что-то больно впилось.

– Да чтоб харя треснула по диагонали зигзагом у того, кто тут камни раскидал! – рыкнула я, прыгая на одной ноге. – Стоп!

Во сне ведь не чувствуешь боли. Никогда! Так почему тогда…

Пока я скакала, откуда-то из складок безобразной юбки вывалился сложенный несколько раз лист бумаги. Замерев, я следила за его плавным падением на землю.

– Так, – прошептала я, присев на корточки и не решаясь его взять. – Та-а-ак, – протянула чуть громче, по привычке запустив руку в волосы и наткнувшись на ещё одну странность. – Где моё каре?! – крик был полон боли и отчаяния.

Всю жизнь мне запрещали стричь волосы.

«Девочки должны быть девочками!» – назидательно вещала бабуля, не допуская длины моих волос короче лопаток.

«Тебе так очень идёт!» – вторила ей мама.

И как-то так сложилось, что эти «правила» прочно засели в моей голове.

До прошлого понедельника, когда я проснувшись утром, уверенно потопала в парикмахерскую и с порога заявила: «Рубите!». Ну, то есть, стригите. И как же я кайфовала, когда дело было сделано. Голова стала такой лёгкой…

Конечно, скандала не удалось избежать. Мама и бабуля синхронно хватались за сердце, реагируя так, словно я не причёску поменяла, а… даже не знаю. Попросила отныне звать меня Хюррем, нашла лысеющего Сулеймана и попросила взять себя сто первой женой.

Вот только сейчас, с ужасом ощупывая голову, я понимала, что они вернулись! Волосы! И стали ещё длиннее…

Неужели бабулина фраза, что она пойдёт к гадалке и всё исправит, была не просто словами? Да нет, глупости в голову лезут…

– Проснись, проснись, проснись! – сколько бы я не шептала, ничего не менялось.

Живописная поляна с сочной травой, голубое небо, яркое солнце и склеп. Мрачный и жуткий. И туфли, что стояли неподалеку. Розовые. На шпильке.

Плюхнувшись на попу, я обулась и всё же взяла в руки лист. Это оказалось письмо. И судя по началу, написано оно было именно для меня.

## Глава 3. Юстина приветствует меня!

«Приветствую вас, моя милая Ульяна! Я долго присматривалась к вам, не решаясь провести обряд, способный поменять нас местами. Но моё эгоистичное желание жить взяло верх над совестью.

Я в отчаяние, моя дорогая Ульяна.

Всю жизнь я делала лишь то, что мне велели. Не знаю, как я отважилась на этот шаг. Даже сейчас, выводя эти строки, я не уверена, что доведу начатое до конца”.

– Ну, пока ты описываешь мою жизнь, дорогая подруга, кто бы ты ни была, – проворчала я.

“Но если всё же осмелюсь, хочу, чтобы вы знали. Я буду с огромным уважением относиться к вашему телу, а также к семье и верным подругам. Я проживу вашу жизнь достойно. Так, как это бы сделали вы…»

Что значит достойно? Разве я жила ее недостойно? Да я образец достойности. Любящая дочь и внучка. Хорошая подруга. И почти идеальная студентка!

– Вот ведь… пипка от будильника, – выдала я, оторвавшись от чтения. – Что за бред?!

Других слов у меня не было.

Обряд? Она проживёт мою жизнь? С уважением к моему телу?

Нет! Однозначно, нет! Больше никаких пицц с ананасом. Ни-ког-да!

Встряхнув головой, я продолжила читать.

«… Я понимаю, что всё слишком неожиданно, но смею надеяться, что вы воспримите изменения в жизни с положительной стороны. Ведь теперь, дорогая Ульяна, вы являетесь мной. Графиней Юстиной Маргаритой Элейн!»

– А что не герцогиней? – хмыкнула я, продолжая увлекательное чтиво. – Мелко как-то… графиня… Или сразу в принцессы. Нет, королевы!

Но имя мне понравилось. Адвокат защиты Юстина. Красиво!.. И символично. С таким именем нельзя проиграть.

«Завтра вас ждёт свадебный обряд. Пожалуйста, не судите меня строго. Я не могу стать его. Лучше смерть! Или ваша жизнь”.

Вот спасибо! Еще никто не сравнивал мою жизнь со смертью. И не так уж она и плоха!

“Заранее благодарю за всё!

Искренне ваша, графиня Юстина Маргарита Элейн, первая дочь и наследница Плодородных Земель»

Стоило дочитать последние строчки, как лист загорелся прямо на моих глазах, превращаясь в пепел.

– Трындец, – икнула я, начиная понимать происходящее. – А я почти поверила! – крикнула я, поднимаясь на ноги и с улыбкой осматриваясь. Ну должны же быть камеры, их не просто спрятать. Хотя в век технологий они с легкостью могут быть замаскированы под птичку на дереве или шишку на ели. – Где камеры? Куда махать?

Фокус с самопроизвольным сжиганием бумаги почти ввёл меня в ступор. Почти. Ведь фокус это и есть! Мы на прошлый Татьянин день таким развлекались, пуляя огрызки через дудки и крича одно из непростительных заклятий, пародируя того, чьё имя нельзя называть.

Это квест! Мне в пиццу подсыпали снотворного. Переодели. Напялили парик. Вывезли… куда-то. Да, согласна, кто-то очень сильно заморочился, но… Кто? И зачем? День рождения у меня нескоро. А если хотели поиздеваться, то я никому не гадила настолько крупно. Вроде.

– Я всегда с собой беру, стульчик под задницу, – пропела я, ища скрытые камеры и… не находила.

Парик, кстати, тоже отказывался сниматься. Как настоящий… на супер клей бахнули, что ли?..

– Ваше превосходительство!

– Леди Элейн!

Обернувшись на голоса, я заторможено наблюдала, как из леса в мою сторону бежали пять девиц. И все такие нарядные. Черные платья, белые фартучки, белые чулочки и туфельки.

Дорогой маскарад.

– Да ну нафиг, – прошептала я и юркнула в склеп.

## Глава 4. Только через мой труп!


Мне понадобилось несколько секунд, чтобы привыкнуть к полумраку.

Множество свечей подсвечивали овальный зал с саркофагами, углубленными в стены.

Бр-р-р. Гадость какая. Аж по телу побежали мурашки. Никогда не понимала подобных захоронений.

И я была права – это склеп. И судя по тому, что в центре, на каменном полу кто-то выложил плоскими камушками символы и разжег костер, в котором дымились всевозможные травы, содержимое сгоревшего письма походило на правду. Правду человека в пьяном бреду.

А почему, собственно, кто-то выложил? Графиня, мать ее, Юстина Охреневшая, если она решила, что вот так можно распоряжаться судьбой другого человека. И телом! – подсказывал внутренний голос. Вот мое тело было в идеальном состоянии. Я регулярно посещала стоматолога, не брезговала долгими прогулками и старалась правильно питаться. У меня была идеальная грудь и красивые ножки. И еще неизвестно, что досталось взамен. Судя по платью, эпоха сейчас дремучая. Вряд ли тут слышали о стоматологе, личной гигиене, педикюре или всяческих дурных заболеваниях, что можно подцепить от благородного и любвеобильного лорда.

– Ваше превосходительство!

– Леди Элейн! – звучало из-за массивной двери.

– Вот черт! – фыркнула я, пятясь и шаря по стене руками в надежде найти хоть какое-нибудь укрытие.

Скрипнули двери склепа.

– Леди Элейн… – теперь женский голос звучал не так уверенно и бодро. Видимо, не только я боялась мрачных, каменных пространств, наполненных вековыми трупами.

– Ваше превосходительство?..

К голосам прибавились осторожные шаги.

– Леди Элейн?! – протянул кто-то заискивающе. – Где же вы? Его превосходительство, ваш батюшка, сбился с ног в поисках. Он очень расстроен.

– Еще бы не расстроен, – проворчала я, углубляясь в какой-то проход и продолжая отступать. Если Графиня Юстина Хитрожопая решилась на такой серьезный шаг, как свалить из вашего готического мирка, судьба ее ах как не завидна. Кого вы ей подсунули? Слюнявого старичка в застиранном трико?

– Леди Эле-е-ейн!

Служанки остановились у прохода не решаясь сделать шаг. Они привставали на носочки и вытягивали шеи, но продолжали стоять на месте.

– Леди Элейн, – заговорила самая высокая из них, – будьте благоразумны. Церемония уже назначена, а вы еще в утреннем платье.

Тут мне хотелось крикнуть: “А церемонию без меня не проведут?”. А ведь и правда, если невесты не будет у алтаря, то какая свадьба? Я решительно остаюсь тут! Не сдвинусь с места. Посмотрим кто кого. Да, тут темно, сыро и прохладно, но в разы лучше, чем в постели пропахшей валокордином, или что тут употребляют пожилые благородные лорды.

– Леди Элейн, если вы не выйдите, нам придется обратиться к вашему дядюшке.

Хм, вот и новое лицо на арене цирка. Дядюшка, которым запугивают. Персонаж явно отрицательный.

– А вдруг она спустилась в крипту Темного лорда? – пропищал испуганный голосок.

– Не говори глупости. Леди бы не решилась на такой шаг.

Эхо доносило до меня тихие слова, словно я стояла в шаге от говоривших.

– А вдруг? – не унимался голосок. – Смотри, она ведь пыталась магичить.

– И что?

Голосок не ответил. А я всматривалась в черноту, стараясь определить, где же та самая крипта Темного лорда. Если они его так боятся, то точно к нему не сунутся.

– Леди, мы вас ждем…

– Не дождетесь, – хмыкнула я, нащупав очередной провал в стене и медленно, крохотными шагами входя в него.

Я с трудом разбирала очертания помещения, ориентируясь на блеск влаги на камне и не нашла укрытия лучше, чем за массивной каменной фигурой. Надеюсь, это тот самый жуткий лорд.

Ну вот теперь пусть ищут. Церемония точно назначена на определенное время и не пройдет без невесты. Лорд Пескоструй, что вполне мог бы спасти дороги от обледенения в зимний период, будет невероятно оскорблен и отменит свадьбу, а завтра я выйду из склепа и подумаю, как жить дальше. Шикарный план! И плевать на холод, сырость и голод.

– У плана есть минус, Ульяна.

– Да нет никакого минуса, – возразила я. – Если мне станет сильно холодно, я завернусь в пару слоев юбки. Да и поголодать мне полезно.

– Договор твоего батюшки с господином Дейбриком нельзя расторгнуть.

– В любом договоре можно найти лазейку, – ответила я и затаила дыхание.

Я была не одна!

И хуже всего, что тот, кто говорил, знал мое имя! Настоящее имя!

Я сжалась, вытаращив в темноту глаза.

– Кто здесь? – просипела.

– Тот, кого ты искала, – хмыкнул мужской голос, и воздух пришел в движение, а вместе с ним и каменное изваяние, за которым я пряталась.

Мужская фигура с похрустыванием, скрежетом и грохотом повернулась ко мне.

Склонилась и заговорила:

– Прими свою судьбу. Прими свою судьбу, – повторяла, обдавая изо рта холодом.

– Темный лорд, – просипела я, глядя на жуткое каменное лицо.

А вот это было последней каплей!

Я не думала, неуклюже вскочила и побежала сломя голову с криками и истеричными повизгиваниями.

– А-а-а! А-а-а! А-а-а!

К своему удивлению, я не путалась в подоле пышного платья и, сдавленная корсетом, извлекала из себя высокие звуки.

– Бегите! – прокричала я, расталкивая и проносясь мимо горничных.

Дважды им повторять не пришлось, после очередного наставления из глубины склепа, девушки бросились вслед за мной.

– Прими судьбу! – разнеслось под потолком и эхом скатилось по стенам.

– О боже! О боже! – повторяла я, продолжая бежать и не забывая оглядываться.

## Глава 5. Прими судьбу… тут таблетки принимать надо!

Глава 5. Прими судьбу… тут таблетки принимать надо!

– Ваше превосходительство!..

– Леди Элейн!..

На крики я не оборачивалась. Подхватив юбку, бежала так, как никогда. Игнорировала боль в боку и одышку. С последней было чуть сложнее, но я справилась! Просто перестала орать от ужаса, экономя дыхание. А верещать хотелось. Очень!

Статуя. Встала. И заговорила со мной!

Прими судьбу… тут таблетки надо принимать! Успокоительные! Всю пачку!

– Что здесь происходит? – угрюмый мужик так неожиданно возник на моём пути, что среагировать я не успела.

Со всего размаху врезалась в него, осев розовым безобразием у ног.

– Юстина, мне повторить свой вопрос? – рывком подняв меня с земли, незнакомец нахмурил брови.

– Лорд Элейн! – хором поприветствовали мужчину догнавшие меня служанки, плюхнувшись на колени в приветственном жесте.

Вот прям как я мгновение назад.

– Папенька? – с опаской предположила я, рассматривая мужчину.

Расшитому камнями камзолу позавидовал бы сам Киркоров. Как и бородке. Они вообще были так похожи внешне, что я чуть не запела песенку про тазик. Вот что шок от встречи с говорящей статуей с людьми делает.

Не ходите, девки, в склепы. Ничего хорошего…

– Твой отец себе места не находит, – убрав от меня руку, лорд демонстративно вытер обтянутую кожаной перчаткой ладонь о штаны.

Жест определённо показывал брезгливый настрой этого мужчины в мою сторону. Господи. Неужели Юстина настолько страшная?! Верни мою милую мордашку, паразитка!

– Почему её ещё не начали готовить? – рыкнул мужик в сторону горничных.

Зря он так с бедняжками. Они только-только биться лбами об землю в поклонах перестали. А этот так гаркнул, что они снова пали ниц. По инерции. Или привычке.

– Немедленно начать приготовления! – приказал лорд Элейн, и девушки тут же взяли меня под руки.

– Да, ваше превосходительство, – не хуже солдат отчеканили служанки, во всех смыслах начиная волочить меня за собой.

– Стойте! Подождите! Ну зачем же так? – пыталась я вырваться, путаясь в пышной розовой юбке. – Мы же девочки! А как же женская солидарность?.. Да куда вы меня тащите?!

– В замок, леди Элейн, – запыхавшись, уведомила меня одна из служанок. – Исполняем приказ его превосходительства Трукса.

Как много здесь превосходительств, однако.

– Труса? – переспросила я, начиная уставать. Хватка у хрупких с виду девиц была воистину бульдожья.

– Леди забыла имя родного дядюшки! – удивилась служанка слева, с ужасом смотря на меня.

– Не мудрено, после посещения усыпальницы Тёмного лорда! – ответила ей вторая.

– Да уберегут нас светлые духи, павшие во имя мира и первородного дракона! – а вот это они уже пропели хором.

Именно пропели. Фальцетом. Честное слово, были бы у меня руки свободны – перекрестилась. Но сейчас смогла лишь зажмуриться, поморщившись от неприятного звука. Боже… словно когтями по стеклу провели!

– С меня хватит! – с силой вжав каблуки в землю, я попыталась остановиться.

Куда там! Моими набойками пропахали несколько метров, даже не заметив сопротивления! Лишь когда туфли слетели с ног, не выдержав такого кощунственного обращения, служанки сбавили шаг.

– Ваше превосходительство, ну как же так! – запричитала одна из них. И жалела она не меня! Туфли!

– Какай кверху, – огрызнулась я, но эффекта на них не произвела.

А ведь рыкнула не хуже дядюшки! Вот только падать ниц никто не спешил.

– Лидия, дай госпоже успокоительные капли! – произнесла служанка, останавливаясь и отпуская мою руку.

Жаль, что я даже обрадоваться свободе не успела. Вторая шустро поднесла к моим губам небольшой флакончик и ловко запрокинула содержимое мне в рот. Тут явно чувствовался опыт. Чем же ты, Юстина, так не мила этому свету?

– Ну и га-а-адость! – попыталась возмутиться я, но получилось больше похоже на зевок.

– Так-то лучше, – довольно кивнула командующая служанка. – Её превосходительство просто перенервничала перед свадебным обрядом.

– Как любая невеста, – вторила ей вторая.

А я шла. Как заколдованная безвольная кукла переставляла ноги! И не могла остановить этот бред!

## Глава 6. Два-два-восемь, мерзавцы!

Внешне я была спокойна и покладиста. Мне говорили идти – я шла. Раздеться? Пожалуйста. Повернуться? Всегда пожалуйста! Поднять ножку? Могу. Придержать корсет? Ну, конечно!

Но внутри меня всё горело огнём! Я негодовала! Кричала! Угрожала! Правда, вслух произнести мало что получалось…

– Ста-а-атья-а-а… – протяжно выдохнула я, словно кто-то максимально замедлил скорость моего произношения, пока служанки намывали меня в ванной.

Купали, как маленького ребёнка! Натирали маслами, шампунями, гелями…

Делали они это профессионально. Что-то подсказывало, Юстина проходила подобные процедуры ни раз. И не только купание. Как ловко одна из служанок влила в меня волшебную микстурку.

– Как-то это неправильно, – тихо произнесла одна из девушек. – Леди же…

– Тс-с-с, – одернули ее. – Леди не оглохла.

– И все равно неправильно…

Ну хоть у кого-то из этого мира есть совесть. Это не могло не радовать. Только вот от совести простой горничной мало пользы.

– Два-а-а… – вновь удалось произнести, когда меня закутали в халат и усадили на стул перед огромным трюмо.

Хм…

Из плюсов – я наконец-то увидела своё новое «я». Что тут сказать? Чем-то мы с Юстиной были очень похожи. Особых изменений в лице я, к счастью, не заметила. Разве что кожа была бледная, словно мою предшественницу редко выпускали на свежий воздух. А может и не «словно». Учитывая местную моду и наличие магии, не удивлюсь, если бедная графиня сидела в башне.

– Два-а-а… – не оставляла я попытки высказать всем свои мысли, я с отчаянием (внутренним) и безразличием (внешним) смотрела как мне соорудили высокую прическу и украсили её заколками с драгоценными камнями.

В ценности последних я не сомневалась. Во-первых, весили они не мало. У меня даже шею начало неприятно потягивать. Ну, а во-вторых, каждая заколочка хранилась в отдельном бархатном футляре. Сомневаюсь я, что с простыми стекляшками так бережно носились.

– Во-о-осе-э-эмь… – и пусть на меня никто не обращал внимания, затягивая на спине корсет тяжеленного свадебного платья, я упорно пыталась договорить.

Завершили мой свадебный образ белоснежные туфли и накинутая на голову фата.

– Ме-э-эрза-а-а-вцы-ы, – к моменту, когда я закончила это слово, меня не только вывели из замка, но и усадили в карету.

– Ты что-то сказала, милая? – фата мешала мне разглядеть сидящего напротив мужчину, но голос вопрошающего был немолодой.

– Твоя дочь утомилась и хочет спать, – а вот дядюшкину речь я узнала сразу. – Спать, Юстина.

Самое ужасное, что мои веки тут же сомкнулись, повинуясь чужому приказу!

Я чувствовала, как тронулась карета. Как моё тело покачивалось на кочках. Но ничего не могла сделать! И это ужасно злило! Как и понимание того, куда меня везут. Точнее к кому…

У-у-у! Воображение тут же нарисовало мерзкого старикашку, поправляющего очки и всматривающегося в двери, ожидая моего появления. Фу, какая гадость!

– Два-два-восемь, мерзавцы! – рявкнула я, стоило карете остановиться, сама не ожидая того, что получится. – О, и глаза открылись!

– Ты что-то сказала, моя дорогая? – поинтересовался папочка Юстины.

– Да, сказала, – гордо произнесла я. – Статья два-два-восемь. В вашем случае – незаконное изготовление, хранение и вливание в меня запрещённых веществ! Наказывается штрафом и лишением свободы на срок до пятнадцати лет! Вы чем меня опоили?! – гордо отчеканила я, сквозь несколько слоев фаты буравя гневным взглядом смазанные силуэты.

Согласна, откинуть её было бы удобнее, но… что-то мне подсказывало, что в меня снова вольют какую-то запрещенку. Ну на фиг, так рисковать!

– Нам пора, – никак не отреагировав на мои познания уголовного кодекса, дядюшка поднялся на ноги и первым покинул карету.

Стоило ему открыть дверь, как на несколько секунд я оглохла, от раздавшегося людского гомона. Кто-то кричал, кто-то визжал. Большинство просто что-то нечленораздельно орало…

– Это они нас так встречают? – с ужасом поинтересовалась я, если честно, не ожидая ответа.

– Что? А, это, – встав со своего места, папенька Юстины взял меня под локоток и помог подняться. – На площади открылся портал в Имперскую академию. Вот зеваки и собрались. Провожают тех, кого не увидят ближайшее десятилетие.

– Не увидят? – переспросила я.

– Туда нет хода никому, кроме поступивших, – как само собой разумеющееся пояснил мне собеседник. – Посетителей не пускают, учеников не выпускают. Жестокое место.

– Не впускают, не выпускают, – задумчиво протянула я, покинув карету и чуть-чуть приподняла низ фаты.

Толпа действительно верещала неподалёку от яркой арки, что висела прямо в воздухе!

Это шанс! Возможно, единственный, пока меня не связали браком с мерзким старикашкой.

От мысли побега внутри все запекло. В руках показывало и спину словно лизнул язык пламени. Давно я не испытывала такого сильного предвкушения.

– Юстина, – дядюшка произнес с холодным нажимом, – у тебя уже будет возможность созерцать площадь. Если супруг позволит, – отчеканил, словно вбил первый гвоздь в крышку гроба.

Первый. Но не последний!

Нужно лишь чуть дольше задержаться у входа в храм и дождаться момента, когда я смогу беспрепятственно попасть в портал академии. Думала ли я в этот момент, как я буду учиться? Нет. Я радовалась тому факту, что сквозь портал проходили не только мужчины, но и женщины. А то мало ли, готический мирок до противного патриархальный.

Господи, да о чем я вообще думаю? Шизофренический бред. Точно! У меня приступ шизофрении. Сходят же люди с ума быстро. Вот и я, бах – и в мире пони и единорогов, вернее, злых магов и призраков. Но не стоит отметать возможность, что я действительно попаданка.

– Веди себя достойно, – рыкнул дядюшка на ухо, больно ухватив за локоть. – Если не хочешь провести первую брачную ночь безвольной куклой.

Ля-я-я какой… антагонист. Нет, в голове у меня крутилось слово покрепче. Только я побоялась его громко думать. Мало ли что умеет моя шизофреничная картинка.

Я украдкой взглянула в сторону портала. Еще слишком много людей.

– Доброе утро, господа, – заскрипел мужской голос. И если батюшка Юстина был явно мужчиной в возрасте, то мой жених годился ему, дай бог, в отцы. – Милая леди, – моих пальцев коснулась сморщенная ручонка.

Фу! Фу! Фу! Не слюнявь меня!

Попытку освободиться от мерзкого знака внимания пресек дражайший дядюшка, пихнув меня в бок.

– Юстина, поприветствуй своего будущего покровителя. Совсем скоро тебе называть господина Дейбрика папенькой.

Папенькой? – пронеслось в голове. Эта новость сравни ложки меда в бочке с дёгтем. Да-да, именно так. Я ничего не перепутала. И она подарила надежду, что жених Юстины (тут я перебрала все знакомые ругательства) не двумя ногами в могиле, а одной.

Я покорно кивнула, скривив губы и, надеясь, что фата скроет мою гримасу.

– Ах, леди Элейн, – вздохнул старикашка. – Будь я лет на сорок моложе, не видать бы вас моему сыну, – хихикнул он гадко. – Прелестница.

– Это перебор, – буркнула я, выдергивая ладошку. – Вы меня смущаете, – добавила приторно.

– А мне думается, дело в другом, – заскрипел он. – Лорд Элейн, а не лукавите ли вы, что ваша племянница по доброй воле идет по венец?

Тут мне захотелось хрюкнуть. Нет, ну дядька тот еще… прохвост.

– Да вы смутили девочку, дражайший господин Дейбрик. Вы прекрасно осведомлены, в какой атмосфере жила Юстина. Все время было посвящено обучению и рукоделиям. Она леди от носика туфлей до перьев на шляпке.

Старикашка фыркнул.

– И эта обученная. Супруга должна быть привлекательная внешне и покладиста.

О-о-о, как все запущенно!

– Моя племянница, графиня Юстина Маргарита Элейн, первая дочь и наследница Плодородных Земел, прекрасна! – в доказательство своих слов, дядюшка убрал фату с моего лица, открывая обзор. Всем открывая обзор.

– Оу, – скривилась я, замечая жениха. В том, что это был жених, не было никаких сомнений. Поверх черного атласного одеяния на груди молодого мужчины было нашито множество наград. Да ему мог позавидовать генералиссимус космических войск. А еще ортодонт… Более неправильного прикуса я в жизни не видела. Верхние зубы торчали вперед, приподнимая губу, а нижние словно кто-то вдавил. – У вас тут капелька, – я пальцем коснулась уголка губ. Соврала, не капелька, слюнявая дорожка по подбородку.

– Фпафибо.

– Повавуйста, – передразнила я. Откашлялась, кожей чувствуя испепеляющий взгляд дядюшки. – Извините. Еще я обучалась подражанию.

– Не фтавно, – ответил жених, нервным жестом откидывая назад редкие волосы.

– Ой… – слюна отлетела на пиджак старикашки.

Господи, он еще и косой! И одна нога короче другой – этот недостаток не мог компенсировать даже каблук.

Да за что же боженька с ним так?..

– Юстина, – дядюшка прошипел мне на ухо, – не играй со мной.

– И в мыслях не было, – ответила с очаровательной улыбкой. – И-и-и, – протянула я, чудом избежав мужской хватки на своей руке. – Папенька, будущий папенька, жених, – отойдя на несколько шагов в сторону от родственничков, я громко выкрикнула: – Я пописать. Сейчас вернусь!

Подхватив юбки, я со всех ног бросилась в сторону арки.

## Глава 7. Подаем заявку!

Со стороны мой побег точно смотрела эпично и кинематографично. Я неслась как стрела! Стрела, облаченная в невероятное количество шелка и атласа, украшенная килограммами драгоценных камней и шлейфом трехметровой фаты.

Мне приходилось работать всем телом, унося от этих сумасшедших прекрасную оболочку Юстины Угнетенной, Задолбанной и Хитрожопой. Я врезалась в толпу, не хуже ледокола, прокладывая себе путь.

– Извините. Простите. Отойдите! – безжалостно толкалась локтями и оттаптывала ноги идущим. Недовольные лица мелькали то слева, то справа. – Извините! – проревела я. – Мне нужнее! – я обогнула длинноволосого высокого парня, подныривая ему под локоть и безжалостно наступая на ногу.

– О боги! – воскликнул он за моей спиной. И главное в этом, что за спиной!

Среди этого возбужденного гомона и выкриков я слышала голос дядюшки.

– Юстина! – кричал он словно в рупор. – Юстина Маргарита Элейн! Вернись немедленно! Я приказываю!

Ты глянь какой? Приказывает он!

– Только через мой труп! Ее труп, – поправила саму себя и ускорилась.

Да-да, я смогла бежать быстрей. Не врут. Адреналин делает человека сильней, быстрей и потней. По спине и лицу катились не просто одинокие капельки – волнение, назовем его так, лилось тонкими струйками.

– Юстина! – вновь разнеслось над толпой.

– Дядюшка! – издевательски крикнула в ответ и со всего размаха врезалась во что-то твердое. Это что-то твердое пришло в движение неторопливо повернулось ко мне, ничего не увидело на уровне своих глаз и склонилось. – Извините, – пробормотала я, выглядывая из-за невероятных размеров мужчины. Впереди него и до самого портала было полно таких здоровяков. Кошмар какой. Настоящие айсберги среди коктейльных кубиков для льда. Никого брутальнее я в жизни не видела. – Пропустите, пожалуйста, дело жизни и смерти. Жизни и смерти, – повторила я вцепишь в предплечье здоровяка, всем телом чувствуя приближения дядюшки.

– Идем, – ответил человек-скала с легкостью переставляя меня в центр своих сородичей. – Помочь леди надо, – сообщил он остальным.

Господи, какие хорошие люди… или кто они. Невозмутимые, шагают, разговаривают между собой тихо. Я чувствовала себя суперзвездой в окружении охраны.

– Пропустите! Пропустите! – голос дядюшки срывался на истеричный визг. – Вы не знаете, что я с вами сделаю!

«Телохранитель» подмигивал мне и уверенно пробирался к порталу. Каждый шаг сотрясал землю, и я вдруг ощутила себя главной героиней эпичного фэнтези. Так и хотелось выкрикнуть: “Вперед! За орду!”.

– Позвольте пройти, – произнес гигант, беря меня подмышки и…

– Нет-нет-нет, – завизжала я, понимая, что он хочет закинуть меня в портал. – Я могу сама.

– Нет времени, птичка.

Вот уж точно птичка. Именно ей я и взлетела в воздух, жмурясь от ярких переливов почему-то хихикая.

– Такое приятное чувство, – произнесла я сквозь смех, падая на каменный пол. Гигант успел подставить руку и вместо встречи с полом я хряпнулась ребрами о железобетонное предплечье.

– Жива?

– Жива, – ответила, поднимаясь на ноги и промаргиваясь. – Спасибо, – поблагодарила по-ойкивая и стараясь растереть ребра под жестким корсетом.

– Да не за что, – великан улыбнулся. Какой приятный. Только вот приходилось до хруста задирать голову, чтобы посмотреть ему в глаза. – Береги себя, птичка.

– И вы. Ой. Ну вы поняли.

– Понял, – усмехнулся он, махнув огромной ладонью.

– Таркул! Идем! – моего спасителя окликнули.

– Иду! Леди, вы бы в сторону отошли, – посоветовал он и поспешил за друзьями. – Придавят.

– Ага.

Оказалось, что среди сородичей громилы были не только мужчины, но и женщины. Высокие. Но красивые по-своему.

– Все чудесатее и чудесатее, – прошептала себе под нос, уворачиваясь от очередного прошедшего портал. – Там электричка что ли подошла, – мне пришлось сделать несколько шагов назад и осмотреться.

– Обалдеть, – выдохнула я.

Первое, что привлекло внимание, – это своды потолка, которые поднимались так высоко, что казалось, они касаются самого неба. Зал был украшен витиеватыми узорами, которые искрились, когда я двигалась, создавая эффект звёзд, пробивавшихся сквозь облака. Было ощущение, что я нахожусь не в помещении, а в сердце самой вселенной.

– Не задерживаемся у портала, проходим на распределение, – гнусавый голос заставил меня сдвинуться с места и идти вместе с остальными. – На территории Имперской магической академии действуют следующие правила. Первое. Уважение к различиям. Все студенты, независимо от расы, обязаны уважать культуру, традиции и обычаи друг друга. Второе. Магия должна использоваться только в рамках учебного процесса. Применение магии в корыстных целях, для запугивания, или в качестве оружия против других студентов строго запрещено.

Я шла, прислушиваясь к гнусавому голосу и только в этот момент поняла. Я попала! Я же ничего не знаю об этом шизофреничном мире. Я не уверена, что умею читать или писать. Чудо, что я понимаю местных. Да как я буду учиться?! И это академия ма-гии! Магии! Мать ее! Моим самым больших магическим достижением можно считать фокус с “отрыванием” большого пальца.

– Эй, вы наступили на фату! – возмутилась я, когда со следующим моим шагом, чуть не оторвали голову.

– Прошу прощения, – неискренне пропела девушка со смуглой кожей и маленькими рожками среди огненно-рыжих волос. – Не заметила. Мне очень жаль.

Да-да, я так и поверила в липовые извинения. Жаль ей.

– Ничего страшного, – ответила я, решив, что не стоит идти на конфликт в первые минуты прибытия в академию. За ее стенами меня все еще ждал дядюшка и красавец жених.

– Подходим. Подаем заявку и следуем по коридору, – новый голос раздавал инструкции. – Не задерживаем. Спасибо. Следующий.

Толпа стала вытягиваться в организованную очередь.

Какие дисциплинированные.

И мне пришлось занять место и ожидать. Только чего?

Студенты медленно проходили вперед, а гнусавый голос продолжал по кругу вещать правила академии:

– Каждый студент несет ответственность за поддержание чистоты в своих жилых помещениях.

– Господи, да какой же ты нудный, – прошептала я, стараясь рассмотреть, что же происходит.

– Следующий! Следующий! Следующий!

Очередь ускорилась, и незаметно для себя я оказалась той самой следующей перед пятью глубокими чашами, наполненными… магией.

– Подаем заявку, – объявил громогласно суровый мужчина.

Девушка, что была передо мной что-то бросила в чашу с золотистым содержимом. На первый взгляд мне показалось, что это жидкость, но субстанция вела себя… как сама этого хотела.

Я замерла перед чашами.

Белая. Голубая. Алая. Зеленая. Золотая.

Суровый мужчина смотрел исподлобья, многозначительно сопел, но молчал.

И что выбрать? Еще бы знать, что эти цвета означают.

Красный – точно нет – опасность. Золотой… ну, это что-то для крутых и богатых. Белый напоминал мне о больнице. Врач из меня никакой. Голубой ассоциировался с водой или небом. Летать я не умела, плавала с трудом. Методом исключений остался зеленый.

– С богом, – пробормотала я, бросая колечко в зеленые переливы.

## Глава 8. Мне нравится лечить больных людей!

Все остальные абитуриенты, что бросали в чаши что-то до меня, спокойно отходили в сторону, ожидая… да кто эту академию разберёт! Приглашения, наверное, пройти куда-то дальше. Дальнейших указаний.

Но мне, как всегда, не повезло.

Не успела я опустить колечко, как почувствовала (в буквальном смысле!), что подо мной исчезает пол! В голове мелькнула мысль про бижутерию, которую не приняла чаша. Затем про дядюшку Юстины, что сумел каким-то образом вытянуть меня обратно…

Верещала ли я? Не то слово! Приземлившись в темном помещении на попу, я орала так, словно меня режут, помахивая при этом руками и путаясь в длиннющей фате.

– Юстина Маргарита Элейн, первая дочь и наследница Плодородных Земель, – от прозвучавшего баса, визжать я перестала.

Не дядюшка. И не Тёмный лорд… клянусь, стоило понять, что под попой каменная кладка, как я представила себе тот склеп с болтливой статуей.

Фух, кажется, пронесло. Приподняв край фаты, я опасливо рассматривала сидящих за столом мужчин.

– Мать – покойная графиня Маргарита Элейн, отец – лорд Элейн, – огромный мужик с малюсенькими глазками тщательно зачитывал информацию про Юстину с листочка.

Оперативно. Я только в портал вошла и чашу выбрала, а у них на меня уже досье имеется. Круто.

– Раса отца? – подал голос второй мужчина из… приёмной комиссии, судя по всему. Долговязый блондин с выражением всемирной тоски на лице и острыми ушами.

Эльф! – я чуть не заверещала в голос, глупо улыбаясь и разглядывая его уши. Кончики пальцев зудели от желания потрогать их. Прямо как у добермана! Остренькие! Интересно, а эльфы любят, когда им чешут за ушками?.. Проверять и спрашивать я не решилась. Боюсь, такого бы мне не простили.

Я чуть выше приподняла фату, увеличивая угол обзора, и вся обратилась вслух. Про меня же рассказывают.

– Человек, – ответил громила на заданный ранее вопрос.

– Ясно, – подал голос третий мужчина. Ему тоже было очень скучно. Он даже зевнул, посмотрев на меня: – И что же побудило вас, леди Элейн, принять решение о поступлении в академию на лекарский факультет?

Лекарский, значит. Могла бы и догадаться. В нашем мире с зеленым цветом были те же ассоциации.

– Мне нравится лечить больных людей, – мгновенно отозвалась я. – Обожаю. Делать их здоровыми, мечта моего детства.

Стоило это сказать, как ушастый ощутимо напрягся, с обидой протянув:

– Только людей? Ясно. Так и запишем…

– Не надо! – выкрикнула я, подскакивая на ноги.

Хотела сделать это быстро, но запуталась в подоле собственного платья и завалилась на пол, нехило приложившись об каменный пол локтями.

– Минуточку! – громко произнесла, бурча под нос ругательства и вставая на ноги. – Минуточку, – повторила, пытаясь полностью откинуть назад фату.

Трёхметровый кусок кружева сопротивлялся, не желая красиво свисать со спины. Плюнув, мысленно конечно, я с треском сорвала заколки и кинула ткань на пол. Очень надеялась, что трещала фата, а не мои волосы.

Мозг усиленно соображал, что мне им говорить. Ну не правду же, в самом деле! Что я понятия не имела, что зелёная чаша имеет какое-то отношение ко врачам! И что я шприцов боюсь до трясучки…

– Можем продолжать? – с издёвкой произнёс третий мужик из комиссии, бросив взгляд на… кота.

Да. У стола, в нескольких шагах от меня сидел упитанный чёрный котяра. Пушистый, красивый. Посмотрев на него, я поняла – вот он, мой шанс! Кто-то из этих мужичков настолько любит своего питомца, что даже на работу с собой его таскает!

– Можем! – заявила я комиссии, шагнув вперёд и подхватила котяру на руки.

Чуть не крякнула от веса кисоньки. Но, ничего. Потерплю! Главное, чтобы меня приняли! С остальным разберусь!

– Какая чудесная киса! – протянула я, перехватывая кошака поудобнее. – Я люблю лечить всех. Даже котов! А у вашего глисты. Поверьте, моему опыту – я это на глаз определяю. Так же я хочу научиться исцелять всех. Вообще всех. Поэтому я приняла решение поступать именно на этот факультет.

Кажется, моя речь произвела настоящий фурор. Все члены приёмной комиссии сидели, смотря на меня круглыми (от восхищения, не иначе) глазами. У ушастого даже рот приоткрылся.

Ай да я. Ай да прирождённый оратор!

– Пошла. Вон! – этот голос был мне незнаком. И самое ужасное, что прозвучал он очень близко. Как будто… это сказал кот?..

– Кисонька? – прошептала я, медленно опуская взгляд на разъярённую морду.

– Во-о-о-н! – зашипел кот, продолжая орать.

От испуга я разжала руки, наблюдая за падением кота на пол.

– А я думала они всегда на лапы приземляются, – протянула, смотря как кошак смачно приложился правым боком. – Точно глисты. У него центр тяжести сместился… чей питомец? Могу вылечить, если примите меня на факультет, – на всякий случай я отступила в сторону от шипящего комка ярости.

– Это ректор, – с ужасом прошептал мне ушастый член комиссии.

– Ректор? – в тон повторила я.

– Ты! – зашипел предмет нашего обсуждения, выгнувшись в лучших традициях семейства кошачьих. – Никогда! Не! Будешь! Студенткой! Моей! Академии! Во-о-о-он!

Стоило ему взмахнуть лапой, как за моей спиной с грохотом распахнулась двустворчатая дверь. А я… да. Красиво полетела через неё.

Пролетая, я видела, как двери захлопываются. Даже пожалеть себя толком не успела. Сейчас как врежусь с размаха в стену и…

– Ой! Ай! О-о-й, – пискнула я, действительно врезавшись.

Только не в стену. В полуголого красавчика, что ловко поймал меня в полёте и прижал к своему мощному торсу.

## Глава 9. Ну как в романе!

Тело красавчика пахло чем-то свежим, словно он только что вышел из душа или провел время на южном ветре. Находясь у него на руках, я почувствовала, как сердце забилось быстрее, а лицо заливал жар.

Как в моих любимых книжках о приключениях и страсти!

– Какое интересное утро, – пробормотал он.

Я смогла лишь кивнуть, чувствуя, что слова застряли в горле. Мгновение назад я невероятным образом взлетела в воздух и теперь оказалась на мужских руках. Ловкость – и никакого мошенничества. Только не знала с чьей стороны. Я никогда не отличалась особой грацией. Но это была я внутри чужого тела…

– Что случилось? – вмешался голос из-за двери, и я уловила ректорский акцент, вернее – мяуцент, знакомый мне по нескольким предыдущим неприятным фразам. Котик, все еще был в бешенстве.

Красавчик, что продолжал держать меня на руках, вскинул темную бровь и вопросительно взглянул.

– Я усомнилась в кошачьем здоровье ректора, – прошептала на грани слышимости. Все же у котов отменный слух. А у волшебных, возможно, отменней отменного.

– В чем именно? – так же шепотом уточнил он.

– В наличии у него паразитов. Глистов.

– Серьезно? – фыркнул парень, пытаясь скрыть за маской серьезности веселье.

– Это не смешно! – возмутилась я, подергиваясь всем телом и стараясь встать на ноги. – От этого собеседования в прямом смысле зависела моя жизнь, – ворчала, сглатывая внезапно хлынувшие слезы и перебирая руками по крепкой мужской груди. И нет, я не наслаждалась этим процессом! – Но тебе-то не понять.

– Согласен, – хмыкнул он, позволяя мне встать.

– У вас был шанс, – произнес ушастый, вальяжно выходя в коридор, не забывая недовольно подергивать шкурой и пушить хвост. – Вон! – повторил он. – Даже ваше благородное происхождение не исправит ситуацию, леди Элейн! Оно только усугубляет. Мне очень жаль, что граф Элейн не позаботился о вашем воспитании. Валрион, проводи леди к городскому порталу. И когда ты прекратишь расхаживать по академии полуголым?

– Когда вы отмените дисциплину “Магические бои”, ректор, – ответил красавчик с легким поклоном. – Издержки обучения.

Кот дернул хвостом.

– Я все сказал. Проводи леди к порталу. И оденься, – фыркнул и гордо зашагал к дверям кабинета.

– Ну все так все, – выдохнул красавчик, беря меня под локоть.

– Что значит все? А как же презумпция невиновности? – спрашивала я, идя словно барашек на веревочке, и поглядывая за спину. – Неужели ваш ректор такой злопамятный? – спросила я у красавчика.

– Не представляешь какой, – хмыкнул он, не забывая кивками здороваться с шедшими нам навстречу студентами. – Из-за него я тут уже седьмой год.

– И я ничего не могу сделать? – уточнила, чувствуя, как меня накрывает волна отчаяния.

– Ты нет.

– Совсем-совсем?

– Абсолютно.

– А у вас есть платное обучение? М? Для тех, кто не блещет талантами. Ну не могут же у вас, – я чуть не сказала: “… В мире”, – быть все умными. А в моей прическе десятки драгоценных шпилек. Тут есть ломбарды, скупщики, торговцы? – перебирала слова в надежде услышать согласие.

– К сожалению, – парень отрицательно покачал головой, сворачивая с основного, широкого коридора в более узкий. – На территории академии все строго с торговлей.

Да что же это такое?!

Хотелось выть, плакать, валяться на спине и дрыгать истерично ногами. А еще на ручки, чтобы жалели и гладили по головке.

– А портал не там, – напомнила я, уже сама держась за горячую мужскую ладонь. Как ни крути, этот неудачливый стриптизер мой единственный знакомый в академии, да и в мире, не считая родственничков и жениха.

– Я лучше знаю, где портал, – сказал он.

– И то верно, – ответила я, растирая распухший от слез нос и осознавая, что пришло время умолять, и гордости тут не место. – Знаешь, Вал… идол…

– Валрион, – поправил меня.

– Угу. Валь, помоги, мне, пожалуйста.

– Например?

– Ну сбавь шаг, у меня не такие длинные и сильные ноги.

– Пытаешься льстить? – усмехнулся он, сбавляя шаг.

– Пытаюсь, – честно призналась я. – И вроде получается, – я позволила себе робкую улыбку.

– Допустим, – он смотрел на меня с интересом.

– Ну раз у вас запрещена торговля, то обмен-то точно процветает? – предположила я.

– И что ты хочешь выменять?

– Одежду и мотоцикл, – проворчала я. – Чуть-чуть времени и другую одежду. Можно мужскую.

– И зачем тебе это?

А ведь сначала он показался мне умным.

Я остановилась, развернулась к парню лицом, потрясла юбкой свадебного платья и спросила:

– Как ты думаешь, откуда я сбежала?

– А ты сбежала? – удивился он, улыбаясь красивыми губами и демонстрируя ровные зубы с чуть крупноватыми клыками.

– Угу. Ну ничего не случится, если ты отведешь меня к порталу чуть позже. Вечером. Или ночью. Меня там ждут, понимаешь? – мне даже не нужно было изображать вселенскую скорбь. Я была подавлена, зла и испугана по-настоящему. – Там поджидает злой дядюшка, что опять применит ко мне свои фокусы, и я радостно пойду к алтарю с тем… убогеньким.

– А как же отец? – уточнил Валрион. – Ректор говорил, что у тебя есть отец.

Вот хороший вопрос, Валька. Хороший!

– Он идет на поводу своего брата, – я выбрала максимально нейтральную формулировку к фразе “Да хрен его знает!”.

– Ну… – красавчик отступил на несколько шагов, окидывая меня въедливым взглядом, сложив на груди руки и словно специально демонстрируя прекрасную физическую форму.

– Ну, пожалуйста, – произнесла я умоляюще. – Пожалуйста-пожалуйста. Хочешь?! – я вытащила первую попавшуюся шпильку из волос с красным камнем.

Надеюсь, и в этом мире студенты не прочь подзаработать.

– Две.

– Хорошо! – обрадовалась я, а после уточнила: – Ты мне дашь одежду и?..

– Отведу к порталу позже.

– Согласна! Одну сейчас, вторую потом.

– Договорились, – парень забрал у меня шпильку и сложил в задний карман обтягивающих брюк. – Идем, нам вон в то крыло, – он указал в окно на соседнее здание.

## Глава 10. Фублия. Лучше и не скажешь!

Чем дольше мы шли, тем больше я задавалась вопросом, а с кем, собственно, я заключила сделку. Юноша явно был не так прост, как мне показалось вначале.

Юноша… молодой мужчина – так будет точнее. Красивый мужчина, – тут же мысленно поправила себя, вновь окинув взглядом его торс. Даже представить страшно, сколько часов он ежедневно проводит в спортзале.

Но смущало меня не это. Его здесь знали, кажется, все. Не могу сказать, что местная академия была набита до отказа студентами, но люди (и всякие нелюди) нам встречались довольно часто. И все здоровались с моим провожатым. Кому-то он отвечал на приветствие, кому-то просто кивал. Некоторые девушки, мило улыбнувшись ему, пытались испепелить меня взглядом. Вероятно за то, что смела идти с ним за руку.

Местная звезда, что ли? Тот самый “первый парень на деревне”? Ну, в академии. У нас в универе тоже такой был. Сынуля ректора. Максимка. Гадкий мажорчик, меняющий девушек по два раза в день…

– Ты так смотришь на меня, – усмехнулся Валёк, окинув меня взглядом. – Даже интересно, о чём задумалась.

– Что на сына кота ты никак не тянешь, – отозвалась я, тут же перестав сверлить взглядом кубики мощного пресса. – Долго ещё идти?

– Что? – немного ошалело отозвался Валька, но переспрашивать не стал. И слава богу. – Почти пришли.

И действительно, спустя минуту он остановился у одной из дверей и галантно открыл ее, пропуская меня внутрь.

– Какая милая кладовка, – без энтузиазма прошептала я, делая несколько шагов и оглушительно чихая.

Комнатка размером два на два метра была завалена всевозможными коробками.

– Забытые вещи студентов, – пояснил мне мужчина, не скрывая улыбку. – Хозяева не нашлись, выкидывать чужое имущество академия не имеет права. Приходится хранить.

– Десятилетиями, судя по всему, – выдохнула я, потянув нечто похожее на штанину, торчащую из ближайшего короба, и поморщилась, когда ткань рассыпалась прямо у меня на глазах.

– Ну почему сразу десятилетиями? – с иронией протянул Валя, продолжая нахально улыбаться. – Уверен, кое-что лежит здесь с основания академии.

– Оговорилась, – хмуро отозвалась я, брезгливо осматривая содержимое следующей коробки. В ней было что-то очень напоминающее прах. – Столетиями, конечно же. Валь, – отряхнув руки, я с мольбой посмотрела на мужчину. – А можно…

– Валрион, – поправил меня он. – Валом или Рионом меня могут называть лишь близкие. Скажи, мы близки?

Произнеся это, он шагнул в мою сторону. И я рада бы была отступить, но… некуда. Врезавшись пятками в коробку, я совсем не грациозно плюхнулась в неё попой, подняв в воздух облако пыли.

– Ничего личного, только бизнес! То есть – дело! – тараторила я, путаясь в собственной юбке и пытаясь вылезти.

В попу упиралось что-то колючее и… начавшее шевелиться.

– Валрион! – заверещала я, из двух зол выбирая то, с которым у меня наметились торгово-взаимовыгодные отношения. – Помогите! Помогите! Ой… спасибо, – поблагодарила, когда он рывком поднял меня на ноги. – Фу бл…

– Ты узнала фублию? – искренне удивился мужчина, как и я, смотря на тёмно-синего волосатого червяка, что шипел в нашу сторону, явно выражая недовольство тому, что я на него села. – На какой факультет ты хотела поступить?

– На лекарский, – хмуро ответила я. – Обожаю лечить. Глистогонные манипуляции мой конёк.

Сама же взгляд не могла оторвать от червяка. Фублия. Лучше и не скажешь!

– Давай я его прикрою, – найдя на полу крышку от этой коробки, я, не раздумывая, положила её на место. Наверное, я сама её и столкнула, когда запнулась. – Вот так гораздо лучше.

Не вижу – не брежу. Хотя ощущения от этой гадости, шевелящейся под попой, ещё долго будут преследовать меня в кошмарах.

– И даже знаешь, что они не любят свет, – Валёк как-то по-новому на меня посмотрел. С уважением что ли… – Кто обучал тебя работе с боевыми фамильярами? И почему обладая такими знаниями, ты выбрала зелёных?

– Мне нравится лечить больных людей, – ошарашенно выдохнула я. – И… не нравится это платье. Помоги найти что-то нормальное здесь. Пожалуйста.

От мысли, что если я сама начну рыться в коробках, то обязательно наткнусь на какую-нибудь новую фублию, меня откровенно передёрнуло.

– Ладно, – протянул Валёк, осматривая коробки и безошибочно выбрав одну из них, достал оттуда вполне сносные чёрные брюки и что-то похожее на кофту грязно серого цвета.

– Спасибо, – искренне поблагодарила, приняв вещи и выразительно посмотрела на дверь.

– Серьёзно? – усмехнулся он, правильно поняв мою безмолвную просьбу выйти. – Разве я не заслужил награду?

– Вторую заколку ты получишь сразу, как только выполнишь оставшуюся часть нашей сделки, – чопорно ответила я, вскинув подбородок. – Стриптиза не будет. Мы не настолько близки, Валрион.

Несколько секунд напряжённого молчания и…

– Надо больше общаться с людьми, – искренне рассмеялся мужчина, неспешно выходя в коридор. – Не знал, что среди вас попадаются особи, наделённые чувством юмора.

Шустро скинув туфли и натянув брюки, я с опаской косилась в сторону двери. И нет, я не боялась, что он как мальчишка внезапно ворвётся сюда с криком: «Сиськи!». Я пыталась понять, а кто он? Так говорил про людей, что и дураку понятно, что к ним он себя не относит.

Так… кто? Вампир? Клыки, конечно, есть, но… даже не знаю. И чеснока нет, чтобы проверить. Да и не бледный он какой-то. И не Эдвард, опять же.

Оборотень? Возможно…

Уверена я была лишь в двух вещах.

Первая. Валька точно не гном, если такие обитают в этом мире.

Вторая. Сколько бы я ни пыталась, без помощи развязать сзади корсет у меня не выходило.

– Валь… Валрион, то есть, – позвала я, чуть-чуть приоткрыв дверь.

Мужчина вальяжно подпирал стену.

– Ты ещё не переоделась, – проявил он чудеса наблюдательности, скользнув взглядом в область моей груди.

– Помоги развязать платье на спине. Пожалуйста, – добавила я с милой улыбкой. – У меня не получается…

Я замолчала, стоило Валриону в одно незаметное глазу движение оказаться непозволительно близко ко мне. Секунда, и он приобнял меня и…

– Готово, – практически в губы выдохнул он, не скрывая в голосе издёвку.

А я… я с трудом успела подхватить сползающее с меня платье, двумя руками прижав его к груди.

– Благодарочка, – пискнула я, отступая и прикрывая за собой дверь.

Натянув кофту, я несколько минут растерянно смотрела на порванные завязки снятого свадебного платья. Словно ножом срезали… вот только ничего колюще-режущего в руке у Валриона не было.

## Глава 11. Он был на любителя

– Так куда мы идем? – уточнила я, держа в руках фату и свадебное платье.

Не то что бы я к нему прикипела – побоялась оставлять наряд, расшитый драгоценными камнями, без присмотра. Думаю, в реальном мире этих камней хватило бы на несколько безбедных жизней. Стоит отдать должное, батюшка с дядюшкой не поскупились на свадебное одеяние.

– Туда? – Валя махнул рукой, указывая направление.

– А что там?

– Общежитие.

– Мужское? – я недоверчиво уточнила. Не могу сказать, что была ханжой, но мало ли какие в этом мире законы. К примеру, нельзя оставаться наедине с мужчиной или заходить в его спальню. Я точно не пеклась о чести Юстины Продуманной и Наглой – просто боялась, что меня вновь попытаются выдать замуж или что похуже.

– Смешанное.

– М-м-м, хорошо. А чьи это портреты? – поинтересовалась я, когда мы шли по галерее. Из массивных рам за нами следили в большинстве случаев мужчины, но встречались и женские изображения.

– В основном ректоры и профессора академии.

– Посмертные?

– Нет? Почему? – хмуро уточнил Валек.

– А где кот? – задала я резонный вопрос.

Он ухмыльнулся.

– Прошли. Ты не обратила внимания.

– Да? – я обернулась и осмотрелась. – Странно. Кота трудно пропустить.

– Но не невозможно, – хмыкнул он и нахмурился, всматриваясь в пустое помещение. – Ладно. Идем.

– Угу, – крякнула я под тяжестью свадебного наряда в руках. Страшно представить сколько оно весит.

Валя сделал вид, что не слышал моего хриплого дыхания и не замечал, как я отстаю, перебирая короткими ножками (в сравнении с его великанскими), так и еще и закованными в туфли на высоком каблуке.

– Пришли, – сообщил он, резко затормозив у одной из дверей.

– Это твоя комната? – спросила я.

– Нет, конечно. Ты просила время, ты его получила, – с этими словами он постучал по резному полотну и одним движением извлек шпильку из моих волос. – В долг оплаты.

– Эй, ты куда?! – выкрикнула, глядя на удаляющуюся мужскую спину. – Эй! – я попыталась догнать его, но едва не упала, наступив на подол платья, что волочилось уже по полу. – Ты обещал! О-о-ой, – протяжно пискнула и рухнула кому-то в ноги. Судя по серебристым сапожкам. Кому-то женского пола.

– Добрый день, – голос владелицы сапожек звучал как мелодичный перелив хрустальных колокольчиков.

Я совершенно некрасиво приоткрыла рот и задрала голову.

– Добрый день, – ответила я.

Ужас какой, у Юстины не голос, а какое-то карканье.

– Чем я могу вам помочь, юная леди? – эльфийка придирчиво меня осматривала. Хмурилась, кривилась, приподнимала удивленно тонкие светлые брови. Но все равно была прекрасна. Да я готова была душу продать за подобную внешность. Хотя!.. Хватит! Мне бы вернуть прежнюю.

– Ну, – покрякивая я поднялась на ноги, чувствуя, как ноют колени. – Вал…и… Вало…

Я так разволновалась, что не могла вспомнить имя этого… проходимца.

– Валрион? – подсказала эльфийка.

– Да, он. Без рубашки который, – я чуть подбросила наряд, удобней перехватывая. – Произошло недопонимание, – мной было принято решение вывалить все быстро и честно, пока есть возможность. Вариантов-то у меня было немного. Да не было их! – С ректором. Возможно, я его обидела. Но я и не думала, что милой кисе доверят управлять академией. И сказала лишнего, усомнившись в его здоровье. Ректор выгнал меня. Я встретила Валриона, – не стала вдаваться в подробности этой встречи. – Попросила помощи. А он привел, получается, к вам, – тут состроила жалостливую улыбку и перевела дыхание.

– Как интересно. Проходи, – эльфийка распахнула дверь и посторонилась, пропуская меня.

– Спасибо, – поблагодарила я.

– Можете положить платье на тахту. Травяного отвара?

– Не откажусь, – согласилась я.

Это ведь хороший признак, когда приглашают за стол?

– Меня зовут леди Араделис Танойя.

– Юстина, – представилась я, чуть не откусив себе язык, когда захотела назвать свое настоящее имя. – Юстина Маргарита Элейн, первая дочь и наследница Плодородных Земель.

К собственному удивлению, я запомнила полный титул.

– Графиня. Да. Я знаю. О вас заметка на первой странице “Имперской правды”.

– Ничего себя, – ахнула я. – Вот это скорость.

– Да-да, – эльфийка рассмеялась. – Не каждый день невеста сбегает из-под венца. И даже не каждый год. Присаживайтесь.

Из небольшого навесного ящика она достала глиняную банку, две кружки и принялась колдовать. Вот другого слова я не могла подобрать, наблюдая за ее плавными движениями.

– Если хотите почитать, газета на столике у окна. Только-только пришла.

– Спасибо, – поблагодарила вновь. – Честно говоря, не особо хочу читать, – призналась я, вызывая искренний смех эльфийки.

– Охотно верю. Но иллюстрация в статье отменная. Кстати, – она принялась разливать кипяток, – сколько ему?

– Кому?

– Вашему жениху. Ему хотя бы меньше семидесяти?

– Да, – заверила. – Он молод.

– Так какой же в нем изъян, раз благородная леди решилась на подобный шаг?

– Ой. Ну. В общем, – мою речь наполнили слова точно не подходящие благородной леди. – Он был на любителя.

– Как вы тактичны. Портрет неказистого юноши там тоже присутствует. На вашем месте я бы выразилась острей. Пейте.

Я не заметила, когда прекрасная эльфийка успела подать на стол блюда с пирожными и фруктами.

– А вы? – спросила я, когда она, надела поверх белоснежной туники подобие плаща.

– Мне нужно отлучиться на пару минут. Вы ешьте, моя дорогая. Я скоро вернусь.

## Глава 12. Как молодеют кошачьи болезни…

– Леди… Араделис? – окликнула я эльфийку, очень надеясь, что правильно заполнила и произнесла её имя, но ответа не последовало.

Юркнув за дверь, она оставила меня один на один с кружкой ароматного чая и подносом с пирожными.

– Что ж, – хмыкнула я, косясь на еду. В животе неприлично заурчало. – Не отравит же она меня, в самом деле.

Подбодрив себя этой мыслью, я взяла угощение и отправила его в рот. Желудок тут же выплюнул позвоночник (который, судя по ощущениям, он обгладывал от голода) и благодарно заурчал.

Да… пироженки были восхитительными! Как и чай! Бессовестно схомячив половину вкусняшек с подноса, я сыто откинулась на спинку стула. На глаза тут же попалась газета, про которую говорила эльфийка. «Имперская правда», кажется…

Недолго думая, я поднялась на ноги и прошла к столу, беря её в руки.

Араделис была права, рассказывая про качество снимка. Фотография была великолепная. Я бежала, гордо подхватив юбки, и светящимися надеждой глазами смотрела в сторону портала. За мной по пятам следовал дядюшка, лицо которого перекосило от ненависти. И где-то на заднем фоне виднелся мой несостоявшийся супруг, с удивлением смотрящий… да кто его, с этим косоглазием, разберёт, а куда? Но камеру неизвестного папарацци я заценила. Слюни, стекающие по подбородку жениха, были очень хорошо видны. Или дорисованы… для эффектности.

– Так, а… – пытаясь прочитать саму статью, я почувствовала, как душу охватывает липкий страх.

Я не понимала ни слова! Всё было в незнакомых вензельках и закорючках!

– Ясно, это эльфийский! – выдохнула я, найдя рациональное объяснение тому, что я ничего не могу понять.

Это же фиаско, если я не смогу здесь ни читать, ни писать. Да и потом, письмо от самой Юстины я же прочитала. И никаких проблем с переводом! А здесь… ну, любит эльфийка читать на родном! Что здесь странного?

А я уже успела запаниковать, на ровном месте!

– Как вам статья? – Араделис вошла именно в тот момент, когда я возвращала газету на место.

– Никак, – откровенно фыркнула я. – Но вы были правы. Фотография действительно отличная.

– Да, статью определённо писал задеревеневший женоненавистник, – с чувством согласилась со мной эльфийка, по-своему трактовав услышанное. – Столько спеси и пренебрежения в каждой строчке!

– Да, да, – тактично кивала я, соглашаясь с ней.

А заодно и гася внутри тревожный колокольчик. Кто знает, может она решила, что Юстина учила эльфийский… ой, как страшно…

– Так. Ладно, – хлопнув в ладоши, Араделис изящно встряхнула волосами. – Хватит про этих неотесанных и узкомыслящих мужланов. У меня для вас хорошие новости, леди Элейн. Во-первых, я договорилась насчёт вашего вступительного экзамена. Он состоится завтра утром.

– Правда? – неверяще выдохнула я. – Но… как?

– Скажем так, – лукаво улыбнулась она в ответ. – У профессора курса по Тканевой регенерации есть некоторые привилегии, которыми я решила воспользоваться. Ведь мы, независимые леди, отстаивающие свою самостоятельность, должны друг другу помогать.

– Оу, – только и выдохнула я, от неожиданности растеряв весь свой словарный запас. – Спасибо! Большое спасибо! Я… простите, – достав из причёски заколку, я протянула её эльфийке. – Я просто не знаю, как ещё могу отблагодарить вас и…

– Не стоит, – тактично отказалась она от взятки. – Я достаточно обеспечена, чтобы не искать источники дохода ни у студентов, ни у возможного мужа.

То, с какой интонацией она произнесла слово «муж», окончательно убедило меня в одном промелькнувшем в голове выводе.

Всё ясно. Феминистка. Возможно, оно и к лучшему.

– Так же я нашла для вас комнату, – продолжила говорить Араделис. – Здесь я вас оставить не могу, сами понимаете. Как и в общежитие для студентов заселить не имею права. Но, если вы не откажетесь от комнаты для обслуги…

Она замолчала, ожидая моей реакции.

– Я не боюсь трудностей, – заверила я эльфийку. – И, если таков мой путь от мужского самодурства в свободную жизнь – я с честью принимаю его.

– Рада, что не ошиблась в тебе, – шепнула Араделис, сама не замечая, как перешла на «ты». – Прошу следовать за мной.

Взяв платье и фату, я гордо направилась на выход из комнаты. Шли мы в молчании. Практически. Иногда нам попадались студенты, с которыми здоровалась эльфийка.

А у меня прям дежавю какое-то было! Вот прям как с Вальком…

Резко обернувшись на шорох позади нас, я вздрогнула всем телом.

– Что-то не так? – деликатно уточнила эльфийка, заметив мой испуг.

Ну не говорить же ей, что не покидает чувство будто за мной кто-то следит?

– Всё хорошо, просто… – она так на меня смотрела, что было необходимо сказать хоть что-то. – Вы так добры ко мне. И ничего не требуете взамен. Это так… трогает. Ведь тот же Валрион согласился проводить за две шпильки…

– Мужчины такие… мужчины! – брезгливо скривила губы эльфийка. – У самого сокровищницы скоро лопнут, а всё туда же! И ведь ничего в душе не шелохнулось! Видел же, что вы в отчаяние! Мужчины…

– Да, мужчины, – протянула я, боясь ляпнуть что-то ещё.

Она так про него говорила, что меня начали терзать опасения за верность собственных выводов. А точно ли он студент?..

А если нет, то с кем я… кто мне платье порвал, в конце концов?!

– Мы пришли, – остановившись у одной из дверей, Араделис протянула мне ключ. – Доброй ночи, леди Элейн.

– Доброй ночи, леди Араделис…

Зайдя в комнату, я первым делом закрыла дверь на замок. Мало ли…

Затем некоторое время бездумно бродила по комнате. Заглянула в шкаф. Под кровать. Присела, безразлично проверяя мягкость матраса. Снова встала. Повесила свадебное платье на спинку стула, мысленно отметив, что логично было бы поместить его на вешалке в шкафу, но…

Все мысли крутились вокруг предстоящего экзамена. Это ведь шанс для меня. Действительно шанс по-настоящему закрепиться… в новой жизни. Ведь никакого плана у меня не было. Так. Идея выкроить время, чтобы не нарваться на дядюшку или кого-то из семьи жениха. Но сейчас немного проанализировав, я отчётливо поняла, что в академии мне лучше задержать и как можно дольше. Газета. Моё изображение. Да меня вернут в руки родственников, стоит выйти из портала!

А значит… придётся постараться и сдать вступительные экзамены. Не так всё и страшно. Глянув на окно, я с трудом поборола желание распахнуть его и трижды прокричать призыв халяве. Чтоб пришла.

Хорошо, что я вовремя себе одернула. И привлекать лишнее внимание – определённо не стоит. И так уже… отметилась и запомнилась.

Раздевшись, я забралась под одеяло, пытаясь уснуть. День был насыщенным, а силы мне завтра точно понадобятся. Вот только сон не шёл. Я долго ворочалась с одного бока на другой, заставляя себя держать глаза закрытыми. Иногда я проваливалась в подобие сна, но очень резко просыпалась, избавляясь от очередного глупого сновидения.

Где-то на грани между сном и явью мерещилось не пойми что. То жених, падающий на колени и протягивающий мне фублию с кокетливым розовым бантиком.

То дядюшка, замахивающийся газетой, что я видела в комнате у эльфийки, и грозящий бить меня до состояния «баклажан».

То Тёмный лорд, поедающий пироженки вместе с котом. Последний, к слову, жаловался предку Юстины на глистов. Статуя с сочувствием вздыхала и причитала, как молодеют кошачьи болезни…

То и вовсе снился Валёк, по-хозяйски врывающийся в мою временную комнатку, с требованием дать ему ещё пару заколок, приговаривая, что у его отца паразиты, а лекарства нынче дорогие…

И всё это сопровождалось странным звуком и неприятным давлением в области груди. Распахнув глаза, я занесла руку, чтобы поправить одеяло и избавиться от приносящего дискомфорт ощущения. Вот только пальцы застыли в воздухе, а я…

Да. Я заорала, уставившись во все глаза на фублию, сидящую на мне и поедающую что-то с довольным чавканьем.

И самое удивительное, среагировав на мой вопль, мохнатый червяк выплюнул подол свадебного платья и заверещал в ответ.

## Глава 13. Плюп-плюп

– Замолчи! – я попыталась перекричать вопящую фублию, только все было бесполезно. Кажется, я поняла в чем именно состоял боевой навык этого мохнатого носка – он оглушала противника. – Хватит! – крикнула, сунув ему обратно в рот кусок платья. – Серьезно? – хмыкнула я, наблюдая, как фамильяр медленно принялся пережевывать белоснежный шелк. Совершенно неторопливо и с огромным удовольствием. – Вкусно? – спросила спустя пару минут наблюдения. – Вижу, что вкусно. А губа не дура, мистер Фублия. Такой материал. Уверена стоит как наши с тобой жизни. Твоя-то тоже видимо не очень ценная, раз ты жил в кладовке среди барахла. Или…

Фамильяр продолжал степенно жевать, словно корова на лугу, хлопая черными глазками и не собираясь сдвигаться с места.

– Я все понимаю. Но завтра у меня экзамен, мистер, а ты мешаешь спать. И как ты вообще сюда пробрался? Я закрывала дверь.

– Чав. Чав. Чав.

– Ясно. Эй! Эй! Эй! Ты не видишь, что уже дошел до драгоценных камней? – я потянула ткань изо рта фамильяра, ожидая оглушительного и продолжительного крика. Пока молчал. Я о-о-очень медленно продолжала тянуть. – Нет, камни тебе точно нельзя. Даже и не смотри так, мистер Фублия. Мне они еще пригодятся. На черный день.

Не знаю, понимал он что-то или нет, но не кричал и не шипел, и не пытался укусить. Смирился с тем, что я не даю ему съесть свадебный наряд в один присест.

– Какой ты умничка. Завтра вечером я тебя обязательно угощу. Хорошо?

Если меня не пнут из академии под зад мешалкой.

– Плюп.

– Что? – спросила я удивленно.

– Плюп, – повторил он.

– Обалдеть. Ты меня понимаешь. Слезь с меня, пожалуйста. Ты тяжелый.

– Плюп.

– Небогатый словарный запас.

– Плюп, – выдал фамильяр с обидой, скатываясь на кровать.

– Прости. Прости. Буду прислушиваться к интонациям.

Червяк обиженно дернул блестящей пушистой шерстью и сполз к ногам, позволяя мне встать. Повернулся к стене и тихонько плюпкал. Словно кто-то пускал пузыри. Даже жалко его как-то стало. Не такой он и фу. Миленький. Пушистенький. Я протянула руку и коснулась темной шерсти.

– Плюп. Плюп. Плюп, – выдал раздраженно.

– Хорошо-хорошо. Не трогаю. Если и ты воображение моего болезненного сознания, так я не ожидала от себя такого полета фантазий.

Я щелкнула выключателем настольной лампы, и фамильяр тут же юркнул под одеяло.

– Точно, ты не переносишь свет.

Свадебное платье я убрала на верхнюю полку массивного шкафа, на всякий случай подперла дверцу спинкой стула и выглянула в окно. Темень непроглядная. Можно еще спать и спать. Если получится.

– Я выключаю свет. Можешь вылазить.

– Плюп, – звучало как “нет”.

– Ну тогда не кусай меня, я тоже хочу под одеяло. Как-то у вас прохладно по ночам.

– Плюп.

– Плюп, – передразнила я, с аккуратностью сапера ложась в кровать. Да мало ли что еще можно ожидать от этого червяка. Возможно, он ядовитый, или агрессивный, когда занимают его место, и еще неизвестно до каких размеров этот крохотный ротик может открываться. Вдруг я приютила удава. – Чур, меня не есть. И в постели не гадить, – предупредила я немного подумав.

– Плюп!

– Поняла, ты чистоплотный. Ой, и мягенький какой, – фамильяр подлез ко мне и вытянулся от бедра до самой ступни.

И длинный – добавила мысленно.

А не плохо. Тепло и приятно. Определенно не стоит делать выводы по первому впечатлению, не всегда оно верно.

Лишь бы панталончики не схомячил, – пронеслась мысль перед тем, как я уснула.

Разбудил меня гнусавый голос, доносившийся откуда-то из-под потолка.

– Абитуриентам факультета Медицинской магии прибыть через сорок минут в Зеленую башню. Абитуриентам Рунического факультета прибыть через сорок минут в Голубую башню. Повторяю. Абитуриентам…

– Да понятно-понятно, – я подскочила в постели, растирая глаза и чуть не плача от факта, что мне не приснился вчерашний день. Ведь была маленькая надежда уснуть и проснуться в своем мире. Но она не сбылась.

Из-под одеяла раздалось недовольной плюпанье.

– Не переживайте, мистер Фублия, я вас накрою еще и покрывалом. Пока меня не будет, ничего не портить. Вернусь, угощу свадебных шелком, – хихикнула, выбираясь из постели.

Только вот смешок у меня был исключительно нервный. Я не представляла как сдавать экзамены. Оставалось надеяться на авось и… драгоценные шпильки, что лежали на тумбе у кровати. Вдруг профессора этой академии любят красивые камушки и глупых леди.

Мне ничего не оставалось как надеть вчерашнюю одежду. Брюки, кофта, все те же жутко неудобные туфли. Привести себя удалось в небольшой ванной комнате. Там я нашла зубной порошок, судя по мятному запаху, щетку для волос, кусок мыла.

– Мистер Фублия, вы не подскажите в какой стороне зеленая башня? – спросила, расчесывая волосы.

– Плюп.

– Это налево из коридора или направо?

– Плюп.

Я выдохнула и сформулировала вопрос корректней.

– Зеленая башня налево по коридору?

– Плюп! – возмущенно.

– Направо.

– Плю-ю-юп.

– Большое спасибо. Как жаль, что нельзя тебя взять с собой. Может и экзамен бы вместе сдали. У тебя в любом случае больше знаний, чем у меня, – пробубнела я, едва сдерживая слезы. – Спокойно, Ульяна, ты почти дипломированный юрист уголовного права. Ты уже выезжала на реальные места преступлений и видела несколько трупов! Знаний у тебя в избытке! В избытке, чтобы отличить мертвого человека от живого, – добавила понуро. – Выкручусь. Смогу! – я гордо тряхнула распущенными волосами и вышла из комнаты.

– Доброе утро, – со мной тут же поздоровалась девушка в форме горничной. Да-да, я уже видела подобное. В склепе, позже в доме родственничков Юстины. Одни отрицательные ассоциации с белыми фартучками и черными платьями.

– Доброе утро, – поприветствовала я, закрывая дверь и торопливо удаляясь направо.

Главное – уверенный вид. Нам так все говорил профессор по праву. “Уверенность – половина успеха. Даже если вы несете откровенную чушь, несите ее гордо!”

Что мне в принципе и оставалось.

## Глава 14. Ученье – свет, а неученье полная ж…

Глава 14. Ученье – свет, а не ученье полная ж…

Найти Зеленую башню не составила труда. Нужно было просто идти за студентами в зеленой форме. Как я сразу не заметила, что тут носят пять цветов: белый, зеленый, голубой, красный и золотой. Если медики носили зеленый – то оставалось только догадываться о других факультетах.

– Абитуриенты факультета “Медицинской магии” проходят к аудитории 1-25. Повторяю, абитуриенты факультета “Медицинской магии” проходят к аудитории 1-25.

Как на вокзале, – пронеслось в голове. Даже голос такой же гнусавый и на фоне похрустывание и скрежет.

– Доброе утро, – произнесла я, подойдя к собравшимся. – Тут принимают экзамен?

Основанная масса поступающих составляли эльфы. Парни и девушки невероятной красоты. Высокие, с тонкой костью, шикарными, длинными, блестящими волосами и острыми ушками. Они все были одеты примерно одинаково. Туники, брюки, заправленные в высокие сапоги или свободные юбки. Но если внимательно присмотреться, то можно заметить, что одежда некоторых расшита камнями и серебристыми нитями.

– Эльфы не разговаривают с простыми смертными.

– Что? – я повернулась на мужской голос. Ну как мужской, юношеский.

– Говорю, эльфы-медики жуткие снобы, – сказал парень довольно громко и очаровательно мне улыбнулся. – Они считают себя светочем современной медицины.

– Да? Не замечала, – произнесла я. – Леди Араделис показалась мне очень приятной.

– Профессор Танойя? Ты с ней знакома? – парень округлил глаза. – Моя мечта встретиться с ней. Ее работа о сращивании сухожилий с помощью элементарной магии покорила меня. А восстановление хрящевой ткани в локтевом суставе с помощью выварки коллагена из синдиборской козы? Аж руки затряслись от предвкушения встретиться с ней. Смотри.

– Угу, – пробормотала я. – Я тоже в восторге.

Я была не в восторге, я была в истерике!

Какой из меня медик? Что такое элементарная магия? И какая нафик синтепонская коза?!

– А у тебя какая любимая работа профессора Тонайя?

– У меня? Ну, та, что и у тебя. Про суставы.

– Да-а-а, – протянул он понимающе. – Это был прорыв! Прорыв! – воодушевленно взмахнул руками. – Кстати, меня зовут Эдрик из Синдебории. Городок такой в Южных горах.

– Как козы?

– Да, точно, как козы. А тебя как зовут?

– Юстина.

Из склепа – добавила про себя.

– Юстина и все? – удивился он.

– Юстина Элейн.

– О, ты из знати, – смутился он. – Прошу прощения, что тыкал.

– Ничего страшного. Я не в обиде. А ты знаешь как проходят экзамены? – спросила я, взяв парня за локоть и отводя чуть в сторону.

– Знаю, конечно. Я три года готовился к поступлению.

– И?

– Да там все просто. Первая часть письменная. Вторая практическая.

– Просто… – выдохнула я, предвкушая полнейший провал. Фиаско!

– Я и говорю просто. Вопросы элементарные. Для детей. А вот с практикой как повезет.

– В смысле?

– У каждого будет свой пациент.

– Пациент? – ужаснулась я. – А не рано нам доверять больных?

– Не смертельных, конечно. Обычно это какие-то бытовые травмы. Порез пальца. Ушиб.

– С этим я справлюсь, – пообещала я сама себе.

Ну правда, что я палец не перебинтую? Перебинтую. Еще и бантик красивый завяжу.

– Начинается…– прошептал Эдрик, глядя мне за спину.

Высокие резные двери медленно открывались, пока голос из-под потолка называл имена тех, кто проходит первыми:

– Зенавир Риандор, леди Лианора Талендиль, Финдарис Эстельвис…

– Эстонский эльф, – я нервно хихикнула.

– Эдрик из Синдебории, леди Юстина Элейн. Первую пятерку приглашаем войти, – закончил голос.

– Ох, как нам повезло! – восхитился юноша.

– Да, почему? – удивилась я.

Я бы вот хотела очутиться на экзамене одной из последних, чтобы приемная комиссия была вымотана и более лояльна к таким как я.