Дьякон Святой
Игра теней

Леонард неслышно ступал по роскошным коридорам особняка, стараясь не привлекать к себе лишнего внимания. Его стройная фигура в темном камзоле сливалась с тенями, будто он был частью самого здания – неприметный слуга, чья задача состояла в незаметном присутствии. Но за этим скрытным обликом скрывалась целая буря противоречивых эмоций и замыслов.

Наконец он достиг нужной двери и осторожно толкнул ее, проскользнув внутрь. Оказавшись в библиотеке, Леонард на мгновение замер, впитывая атмосферу этого уединенного святилища знаний. Тишина, прохлада и тяжелый аромат старых книг действовали на него умиротворяюще. Здесь, наедине с собой, он мог позволить себе расслабиться и сбросить с себя маску скрытности.

Медленно Леонард подошел к массивному столу, за которым обычно восседал хозяин этого кабинета – лорд Реджинальд, его… отец. Это слово все еще давалось ему с трудом. Проведя рукой по дорогому темному дереву, он позволил себе на мгновение представить, как впервые переступил порог этого дома несколько лет назад. Тогда он был полон решимости и жажды возмездия, жаждой разрушить этот благополучный мир, построенный на его униженном существовании.

Но за прошедшее время Леонард научился быть терпеливым. Он долго и кропотливо вживался в эту роль, осторожно расставляя ловушки и незаметно плетя сеть интриг вокруг своих врагов. Теперь он стал поистине незаменимым помощником лорда Реджинальда, его правой рукой. И неудивительно – ведь никто, кроме Леонарда, не знал всех темных секретов этого человека и его семьи.

Бросив последний взгляд на массивное кресло, Леонард развернулся и направился к бархатному дивану в углу библиотеки. Там, среди полок, заполненных редкими томами, он устроился с книгой в руках, погружаясь в чтение. Только здесь, в этом уединенном убежище, он мог хотя бы на время отвлечься от своих коварных планов и просто наслаждаться покоем.

Однако спокойствие длилось недолго. Тихий скрип двери заставил Леонарда насторожиться. Он замер, вслушиваясь в шаги, приближающиеся к его укрытию. Когда знакомый силуэт появился в проеме, Леонард не сдержал едва заметной ухмылки.

– Элизабет.

Девушка, облаченная в кремовое платье, застыла на мгновение, ее темные глаза встретились с пронзительным взглядом Леонарда.

– Вы здесь, господин Леонард, – произнесла она, очевидно, не ожидав застать его в этой уединенной части библиотеки. – Прошу простить, я не хотела вас беспокоить.

– Вы меня не беспокоите, – мягко заверил ее Леонард. – Присоединитесь ко мне, если желаете.

Элизабет на секунду замешкалась, но затем осторожно прошла вглубь комнаты и опустилась в кресло напротив Леонарда. Он внимательно наблюдал за ней, отмечая каждое движение – от грациозности ее осанки до легкого румянца, появившегося на щеках.

Эта девушка всегда завораживала его. Возможно, именно поэтому он так упорно оберегал ее от своих замыслов, старался держать в стороне от той разрушительной игры, которую плел вокруг ее родных. Элизабет была словно лучик света в этом мрачном, пропитанном интригами доме.

И теперь, сидя напротив нее, Леонард вдруг почувствовал, как что-то внутри него дрогнуло. Впервые за долгие годы его безжалостное сердце шевельнулось, пробужденное тихой грацией этой девушки и ее пронзительным взглядом, в котором читалась едва уловимая тревога.

Проклятие, подумал Леонард, чувствуя, как его планы начинают рушиться под натиском разрастающегося в груди непривычного чувства. Элизабет, сама того не подозревая, стала его ахиллесовой пятой, слабым местом, которым теперь могли воспользоваться его враги. А он не мог позволить себе такую роскошь, как сентиментальность.

Медленно отложив книгу, Леонард вновь взглянул на Элизабет, внимательно изучая ее лицо, словно пытаясь найти ответ на заданный самому себе вопрос. Но девушка лишь встревожено смотрела в ответ, не понимая, что творится в душе этого загадочного человека, ставшего верным слугой ее отца.

"Что ты со мной делаешь, Элизабет?" – подумал Леонард, сжимая кулаки. Он должен был избавиться от этого неуместного влечения, пока оно не разрушило все, ради чего он так долго и упорно работал. Его месть, его жажда возмездия – все это было превыше всего.

Сделав глубокий вдох, Леонард вновь надел на лицо непроницаемую маску. Его холодный взгляд скользнул по Элизабет, и он поспешил перевести тему, прежде чем девушка успела заметить смятение, мелькнувшее в его глазах.

– Чем вы занимались, миледи? Вы выглядите встревоженной.

Элизабет на мгновение замерла, а затем, заметив перемену в его поведении, расслабилась.

– Ах, да… Я пришла сюда в поисках одной редкой книги по ботанике, – ответила она, опуская взгляд. – Но, похоже, она пока не попалась мне на глаза.

Леонард кивнул, внимательно наблюдая за ней.

– Могу я помочь вам в ее поисках? – предложил он, надеясь, что это позволит ему хоть ненадолго отвлечься от опасных мыслей, теснившихся в его сознании.

Элизабет благодарно улыбнулась, и Леонард почувствовал, как напряжение в его груди немного ослабло. Возможно, ему все же удастся сохранить хрупкое равновесие между своими личными чувствами и той беспощадной игрой, в которую он был вовлечен.

Но пока это равновесие оставалось зыбким, как тонкий лед.

Леонард неотрывно следил за тем, как Элизабет перебирает корешки старых томов, аккуратно вынимая их из пыльных полок. Ее движения были исполнены грации и сосредоточенности, что не могло не восхищать его. Он сам никогда не испытывал подобной завораживающей легкости в обращении с книгами – для него это всегда было лишь инструментом, способом постижения мира и накопления знаний.

Однако сейчас Леонард был готов часами наблюдать за этим завораживающим ритуалом. Он ловил каждый жест Элизабет, каждый взмах ее тонких пальцев, каждый неуловимый оттенок эмоций, мелькающих на ее лице. Она была словно воплощение чистоты и невинности, так чуждых его собственной натуре.

Порой Леонард ловил себя на мысли, что хотел бы стать для нее хранителем этой внутренней гармонии, оберегать ее от всех темных сторон жизни, от той разрушительной игры, в которую он был вовлечен. Но в следующий миг его настигало отрезвляющее осознание – он не имел права омрачать ее светлый мир. Его судьба была предрешена, и он должен был идти до конца, невзирая ни на что.

Наконец Элизабет с победным возгласом вытащила из-за полки нужный том и, сияя улыбкой, направилась к Леонарду.

– Вот она! Я так рада, что она нашлась, – произнесла девушка, аккуратно устраиваясь в кресле напротив него.

Леонард коротко кивнул, разглядывая ее сияющее лицо.

– Не сомневался, что вы справитесь, – отозвался он, позволяя себе легкую полуулыбку.

Элизабет бросила на него благодарный взгляд и принялась с увлечением листать страницы. Леонард же воспользовался моментом, чтобы незаметно изучить ее черты. Ему казалось, что в присутствии этой девушки он теряет контроль над собой, позволяя своей отрешенной натуре раствориться в чем-то ином, неведомом ранее.

Внезапно тишину библиотеки нарушил громкий стук в дверь, раздавшийся совсем рядом. Леонард мгновенно подобрался, его взгляд стал цепким и настороженным.

– Войдите, – произнес он ровным голосом.

В проеме появился запыхавшийся слуга.

– Господин Леонард, вас срочно требует лорд Реджинальд, – сообщил он, с опаской косясь на Элизабет.

Леонард сразу понял, что дело не терпит отлагательств. Вряд ли его покровитель стал бы беспокоить его без веских причин.

– Я сейчас же отправлюсь к нему, – бросил он слуге, поднимаясь на ноги. Затем повернулся к Элизабет, на мгновение встретившись с ее встревоженным взглядом.

– Прошу простить, миледи, но мне необходимо идти. Надеюсь, вы найдете то, что искали.

Девушка кивнула, с легким разочарованием наблюдая, как Леонард быстро покидает библиотеку. Чуть помедлив, она тоже поднялась со своего места, закрывая книгу.

Сердце Леонарда тяжело стучало в груди, пока он спешил по коридорам к кабинету лорда Реджинальда. Инстинктивно он уже предчувствовал, что за срочное дело могло возникнуть. Недобрые предчувствия не оставляли его.

Постучав в дверь, он дождался ответа и, услышав знакомое "Войдите", вошел в просторное помещение. Лорд Реджинальд, седовласый и подтянутый мужчина, сидел за массивным письменным столом, уткнувшись в какие-то бумаги. Но стоило ему поднять голову, как Леонард заметил тревогу, плескавшуюся в его взгляде.

– Господин Леонард, у меня для вас очень серьезное известие, – произнес лорд Реджинальд, жестом приглашая Леонарда занять место напротив него.

Леонард молча кивнул и опустился в кресло, приготовившись выслушать дурные новости. Внутри него закипало беспокойство, но он тщательно маскировал его, сохраняя невозмутимое выражение лица.

Лорд Реджинальд тяжело вздохнул, прежде чем продолжить:

– Мой брат Альфред… Он мертв.

Элизабет сидела за письменным столом в своих покоях, водя пером по гладкой поверхности дорогого пергамента. Сама того не осознавая, она то и дело замирала, задумчиво покусывая кончик пера, словно пытаясь найти нужные слова.

Ее мысли были далеко от пушистой кошки, мирно свернувшейся на кресле у окна, или от аромата свежих цветов в вазе на подоконнике. Нет, все ее внимание было поглощено событиями, что разворачивались в стенах этого дома.

Леонард. Загадочный, проницательный Леонард, ставший правой рукой ее отца. Элизабет помнила, как впервые увидела его несколько лет назад, когда тот прибыл в их имение. Поначалу он произвел на нее впечатление сдержанного, даже холодного человека, но со временем Элизабет заметила, что за его маской скрывается нечто большее.

Она видела проблески того, что таилось в глубине его пронзительных глаз – боль, гнев, желание возмездия. Элизабет знала, что у Леонарда была непростая судьба, но он никогда не говорил о ней открыто. Лишь порой, когда думал, что никто не видит, на его лице появлялось странное, затравленное выражение.

И сегодня в библиотеке, когда она неожиданно застала его в уединенном углу, Элизабет вновь заметила это. Пусть на мгновение, но маска Леонарда дала трещину, позволив ей увидеть бурю эмоций, что бушевала в нем.

Что же его так тревожит? Что гложет его изнутри? Элизабет не могла избавиться от этих вопросов. Ей хотелось понять Леонарда, помочь ему, но он словно возводил стену, не позволяя ей приблизиться.

Вздохнув, Элизабет вновь склонилась над письмом. Она должна была попытаться. Возможно, если она поделится своими мыслями и чувствами, Леонард откроется ей хотя бы немного.

"Дорогой Леонард,

Я не знаю, как начать это письмо, ведь между нами всегда лежит незримая пропасть. Вы так часто кажетесь отстраненным и недоступным, будто носите маску, скрывающую ваши подлинные мысли и эмоции.

Сегодня в библиотеке, когда вы думали, что я не вижу, на мгновение ваша холодная броня дала трещину. И я заметила в ваших глазах что-то такое, что тревожит и волнует меня. Что вас гнетет, Леонард? Что заставляет вас страдать и мучиться?"

Элизабет замерла, обдумывая свои следующие слова. Она понимала, что Леонард вряд ли будет рад такому откровенному посланию, но ей необходимо было хоть как-то достучаться до него, попытаться понять, что скрывается за его отчужденностью.

"Пожалуйста, поделитесь со мной. Позвольте мне быть вашим другом, а не просто дочерью вашего господина. Возможно, облегчив свою душу, вы сможете почувствовать себя легче. Я хочу, чтобы вы знали – что бы ни тяготило вас, вы не одиноки. Я всегда буду рядом, готовая выслушать и поддержать вас."

Элизабет сделала паузу, а затем, решившись, добавила:

"Искренне ваша,

Элизабет."

Дочь лорда Реджинальда внимательно перечитала письмо, стараясь найти нужные слова. Ей хотелось, чтобы Леонард понял – она действительно желает ему помочь, а не просто пытается удовлетворить свое любопытство. В конце концов, она аккуратно сложила послание и, запечатав его, отдала одному из слуг, поручив доставить его в покои Леонарда.

Теперь оставалось только ждать.В своих покоях Леонард сидел у окна, рассеянно глядя на раскинувшийся перед ним пейзаж. Его мысли были далеки от окружавшей его обстановки – весь его внутренний мир был сосредоточен на произошедшем в библиотеке.

Тот миг, когда его взгляд встретился со взглядом Элизабет, вызвал в нем такую бурю эмоций, что Леонард невольно дал трещину в своей хорошо выстроенной броне. Он видел, как девушка пристально всматривалась в него, будто пытаясь разгадать тайну его сердца.

И это пугало Леонарда. Он так тщательно возводил вокруг себя стены, так долго учился сдерживать свои чувства, чтобы не дать им помешать его планам. Но в присутствии Элизабет все это рушилось, словно песочные замки, стоило лишь малейшему дуновению ветра.

От осознания этого Леонард испытывал смесь ярости и страха. Неужели эта девушка, с ее мягкой улыбкой и невинным взглядом, способна поставить под угрозу все, ради чего он так долго работал? Неужели она может разрушить его беспощадные замыслы одним лишь своим присутствием?

Леонард сжал руки в кулаки, до боли впиваясь ногтями в ладони. Он не мог позволить этому случиться. Элизабет была его ахиллесовой пятой, слабым местом, через которое его враги могли нанести сокрушительный удар. И он должен был избавиться от этой слабости, пока не стало слишком поздно.

В этот момент в дверь тихо постучали, и слуга доставил ему запечатанный конверт. Нахмурившись, Леонард взял его в руки и, пробежав глазами по строчкам, застыл в изумлении.

Элизабет. Она писала ему, открывая свое сердце, выражая свою тревогу и желание помочь. Леонард медленно опустился в кресло, все еще сжимая в руках это неожиданное послание.

В груди что-то болезненно сжалось, и Леонард почувствовал, как его хваткая, словно стальные тиски, решимость начинает давать сбой. Элизабет, наивная, доверчивая Элизабет, вновь пробудила в нем те чувства, которые он так тщательно прятал.

Сжав зубы, Леонард рывком поднялся на ноги. Он не мог позволить этому случиться. Элизабет была его уязвимым местом, и он должен был избавиться от нее, пока еще не стало слишком поздно.

Его холодный, расчетливый ум уже начал прокручивать различные варианты, как изолировать девушку, оградить от своих темных замыслов. Леонард не мог рисковать тем, что она может помешать его планам – ведь в конечном итоге именно месть была для него превыше всего.

Решительным шагом направившись к двери, Леонард поклялся, что сделает все, чтобы защитить себя. Даже если для этого ему придется пожертвовать своими единственными светлыми чувствами.

Леонард прошел между высокими стеллажами, внимательно изучая корешки книг. Пальцы скользили по потертым переплетам, пока наконец не наткнулись на тиснение, которое он искал.

– Вот она, – произнес он, аккуратно вынимая томик и протягивая его Элизабет. – Редкое издание по систематической ботанике. Насколько я помню, вы интересуетесь этой наукой.

Девушка с благодарностью приняла книгу, касаясь его пальцев своими тонкими изящными руками. Леонард заметил, как она вздрогнула от этого мимолетного прикосновения, и внутри него что-то болезненно сжалось.

– Спасибо, господин Леонард, – тихо поблагодарила Элизабет, избегая его пристального взгляда. – Вы всегда так любезны ко мне.

Леонард заставил себя отвести глаза, пряча внезапно вспыхнувшее в них чувство. Он прокашлялся, пытаясь придать своему голосу непринужденность.

– Я лишь стараюсь быть полезным, насколько это возможно. Это моя работа – служить вашему отцу и его семье.

Элизабет подняла на него взгляд, в котором мелькнуло что-то похожее на разочарование. Леонард мысленно выругал себя – еще чуть-чуть, и он выдаст свою истинную сущность. Нельзя позволить ей заглянуть за те маски, которые он так тщательно выстраивал годами.

– Конечно, – тихо сказала Элизабет, касаясь переплета книги. – Вы всегда достойно выполняете свой долг.

Леонард кивнул, чувствуя, как внутри него нарастает напряжение. Ему нужно было как можно скорее освободиться от ее присутствия, пока это не привело к непоправимым последствиям.

– Если вам больше ничего не нужно, миледи, я…

Но Элизабет вдруг подняла на него умоляющий взгляд.

– Погодите, господин Леонард. Я хотела поговорить с вами… Наедине.

Леонард замер, пораженный этим неожиданным предложением. Сердце бешено забилось, заглушая даже звуки его собственного голоса.

– Что вы хотите обсудить? – осторожно спросил он, внимательно вглядываясь в ее лицо.

Элизабет сделала шаг вперед, крепче сжимая книгу в руках.

– Я… Я заметила, что в последнее время вы выглядите отрешенным и задумчивым, – тихо проговорила она. – Что-то тревожит вас. Может, я могу помочь?

Леонард почувствовал, как его дыхание слегка участилось. Неужели Элизабет заметила его смятение? Неужели его маска дала трещину, позволив ей заглянуть в самые потаенные уголки его души?

Он сжал кулаки, пытаясь взять свои эмоции под контроль. Нельзя допустить, чтобы она прочла в его глазах всю правду – о его ненависти к ее отцу, о его жажде мести, о том, как он манипулирует этой семьей, готовясь к их окончательному уничтожению. Все это должно остаться тайной.

– Благодарю за беспокойство, миледи, – произнес он ровным тоном. – Но меня ничего не тревожит. Я просто немного устал после последней поездки по делам вашего отца. Вот и все.

Но Элизабет смотрела на него с сомнением, будто не до конца ему верила. Леонард мысленно проклинал себя за то, что позволил своим чувствам дать о себе знать.

– Вы уверены, что все в порядке? – тихо спросила девушка, делая еще один шаг к нему. – Я вижу, что вы что-то скрываете. Пожалуйста, доверьтесь мне.

Ее ласковый, умоляющий тон резал Леонарда словно ножом. Он чувствовал, что еще немного – и он сорвется, выплеснет на нее всю ту боль и ненависть, что копились в нем годами. Но в то же время внутри него боролось и другое чувство – желание раскрыть перед ней душу, позволить ей увидеть его таким, каким он есть на самом деле.

Сглотнув ком в горле, Леонард отступил на шаг, уходя из соблазнительной близости Элизабет.

– Поверьте, миледи, все в порядке, – твердо сказал он. – Я ценю ваше участие, но вам не стоит беспокоиться обо мне.

Девушка смотрела на него с разочарованием, но в конце концов неохотно кивнула.

– Хорошо, если вы так говорите, – тихо проговорила она. – Но пожалуйста, если что-то изменится… Я всегда готова выслушать вас.

Леонард лишь молча кивнул в ответ, стараясь не выдать охвативших его чувств. Пока что ему нужно было любой ценой сохранять дистанцию.

Развернувшись, он быстрым шагом вышел из библиотеки, оставив Элизабет одну. Лишь оказавшись в безопасном коридоре, Леонард позволил себе выдохнуть. Прислонившись спиной к стене, он сжал виски ладонями, пытаясь справиться с бушующим в груди ураганом эмоций.

Почему эта девушка так действует на него? Почему каждое ее слово, каждое касание обжигают его, как огонь? Ведь он столько лет тренировался держать свои чувства под контролем, быть хладнокровным и расчетливым.

Но с Элизабет все было иначе. Она пробуждала в нем те стороны души, о существовании которых он давно забыл. Нежность, сострадание, уязвимость – все то, что он так старательно изгонял из своей жизни.

Сжав кулаки, Леонард в гневе ударил ими по стене. Нет, этого нельзя допустить. Он не может позволить себе роскошь сентиментальности. Его месть, его планы – они важнее всего. Ради них он должен держать Элизабет на расстоянии, не допускать, чтобы она пробралась за стены, воздвигнутые им вокруг своего сердца.

Сделав глубокий вдох, Леонард выпрямился. На его лице не осталось и следа той бури, что только что бушевала в его душе. Вновь натянув на себя маску хладнокровного и преданного слуги, он зашагал по коридору, твердо решив не поддаваться больше этому опасному притяжению.

Его цель была слишком важна, чтобы ее оставить ради эфемерных чувств. Никакие сантименты не могли помешать ему довести задуманное до конца. И Элизабет должна была остаться за пределами этой игры – ради ее же блага.

Леонард сжал губы в тонкую линию. Теперь, когда его слабость была обнаружена, он должен быть начеку. Ведь любой промах мог дорого ему стоить, разрушив весь его тщательно выстроенный план.

Над поместьем лорда Реджинальда нависло напряженное затишье. Слуги, привыкшие к суете и оживленной жизни в этих стенах, перемещались бесшумно, будто боясь потревожить хозяев. Редкие гости, заглядывавшие в особняк, ощущали легкую тревогу, витавшую в воздухе, и спешили поскорее откланяться.

В просторном кабинете лорда Реджинальда царила гнетущая атмосфера. Пожилой аристократ сидел, уставившись в окно, его брови нахмурены, а темные глаза полны глубокой задумчивости. Рядом с ним в кожаном кресле устроился Леонард, неотступный спутник и советник лорда в последние годы.

Повисшее между ними молчание было столь густым, что его можно было потрогать. Наконец Реджинальд тяжело вздохнул и перевел взгляд на Леонарда.

– Ты был прав, – произнес он глухим, надломленным голосом. – Все, о чем ты меня предупреждал, сбылось. Мои дети… Они ополчились друг против друга.

Леонард молча кивнул, его лицо было непроницаемо, но внутри он ощущал едва сдерживаемое ликование. Наконец его многолетний план начал воплощаться в жизнь.

– Как это произошло? – спросил он, делая вид, будто искренне сочувствует.

Реджинальд устало откинулся на спинку кресла, его взгляд затуманился.

– Франклин и Элеонора, – прошептал он. – Они поссорились из-за раздела моего наследства. Элеонора требует равной доли, но Франклин, будучи старшим сыном, считает, что он должен получить больше.

Леонард слушал с напряженным вниманием, хотя уже знал подробности этого конфликта. Он сам искусно раздул искру разногласий между братом и сестрой, подталкивая их к открытой конфронтации.

– И что теперь? – спросил он, делая вид, что проявляет участие.

– Они отказываются слушать меня, – тяжело вздохнул Реджинальд. – Угрожают друг другу, саботируют дела семьи. Я опасаюсь, что это может вылиться в открытую войну.

Леонард едва заметно усмехнулся. Хотя на его лице не отражалось ни одной эмоции, внутри он ликовал. Его план начинал действовать, и члены семьи Реджинальда поддавались его тонкой игре один за другим.

– Может быть, стоит попробовать поговорить с ними еще раз? Убедить пойти на компромисс? – предложил он, зная, что эти советы будут тщетны.

Реджинальд рассеянно покачал головой.

– Бесполезно. Они не желают слышать меня. Они одержимы, Леонард. Одержимы жаждой власти и денег.

Леонард сочувственно кивнул, внимательно наблюдая за стариком. В глубине души он презирал этого человека, втянутого в паутину его интриг. Реджинальд был слаб, неспособный контролировать даже собственных детей. Как он мог рассчитывать на то, что удержит бразды правления в своих руках?

Внезапно в дверь постучали, и мгновением позже в кабинет вошла Элизабет. Леонард напрягся, пытаясь скрыть промелькнувшее в его глазах беспокойство. Присутствие этой девушки всегда выбивало его из колеи, разрушая привычный холодный расчет.

Элизабет выглядела взволнованной. Ее щеки слегка порозовели, а глаза блестели от сдерживаемых слез.

– Отец, умоляю, сделайте же что-нибудь! – воскликнула она, подбегая к креслу Реджинальда. – Франклин и Элеонора отказываются прислушиваться к голосу разума! Они готовы разрушить все, что нам так дорого.

Леонард внимательно следил за ее реакцией, отмечая каждый нюанс. Элизабет была искренне опечалена происходящим – в этом не было сомнений. Она действительно переживала за судьбу своей семьи.

Реджинальд привлек дочь к себе, утешающе гладя ее по волосам.

– Я понимаю твои опасения, дорогая. Но, боюсь, Франклин и Элеонора не готовы идти на компромисс. Они увязли в своих амбициях и видят только свои интересы.

Элизабет подняла на него полный мольбы взгляд.

– Но вы должны что-то сделать! Не позвольте им разрушить наше наследие! – взмолилась она.

Леонард наблюдал за этой сценой, внутренне ликуя. О, как же ему хотелось одобрительно похлопать по плечу Реджинальда, поздравляя с тем, что его дети так успешно попали в расставленные ловушки! Но вместо этого он хранил непроницаемое выражение лица, лишь изредка кидая быстрые взгляды на Элизабет.

Ее отчаянная мольба задевала какие-то потаенные струны в его душе. Леонард вдруг осознал, что ему становится жаль эту наивную, доверчивую девушку. Она искренне любила свою семью и хотела сохранить их единство. И в этот момент ее чистые чувства вступили в яростный конфликт с его собственными расчетными, циничными замыслами.

Впервые за долгие годы Леонард почувствовал укол совести. Его планы мести по-прежнему были непоколебимы, но появилась щемящая жалость к Элизабет, которая оказалась втянута в этот водоворот интриг и предательства.

Покачав головой, Реджинальд обнял дочь.

– Увы, я сделал все, что мог. Теперь остается только молиться, чтобы они одумались, пока не стало слишком поздно.

Элизабет подняла на него полные слез глаза.

– Но, отец…

Реджинальд ласково прервал ее, приложив палец к ее губам.

– Не волнуйся, моя дорогая. Все образуется. Ты должна оставаться сильной, понимаешь? Я не позволю, чтобы твое будущее было разрушено.

Леонард напряженно наблюдал за их диалогом, чувствуя, как внутри у него разрастается странное, непривычное чувство. Тревога за судьбу Элизабет билась в нем все сильнее, затмевая холодный расчет. Он осознавал, что должен держать ее в стороне, не допускать того, чтобы она пострадала от его интриг.

Но как это сделать? Леонард понимал, что лишь один неверный шаг с его стороны может раскрыть его замыслы. А тогда он рисковал потерять все, чего так упорно добивался.

Нахмурившись, Леонард поднялся с кресла, привлекая к себе внимание Реджинальда и Элизабет.

– Возможно, мне стоит попытаться поговорить с Франклином и Элеонорой? – предложил он, вопреки своим привычкам. – Быть может, я смогу повлиять на них и убедить пойти на компромисс.

Реджинальд удивленно воззрился на него, не ожидая такого предложения.

– Ты считаешь, это возможно? – спросил он, явно сомневаясь.

Леонард кивнул.

– Я постараюсь. Может быть, они прислушаются к моим доводам.

Он бросил быстрый взгляд на Элизабет, и его сердце болезненно сжалось, когда он увидел в ее глазах робкую надежду. Господь свидетель, что он делает? Неужели он готов ради нее пожертвовать своими планами, в которые вложил столько сил и терпения?

Впрочем, Леонард понимал – отступать уже поздно. Теперь он должен играть по-новому, балансируя между желанием отмщения и потребностью защитить Элизабет. И это будет самая сложная интрига в его жизни.

Реджинальд с благодарностью кивнул.

– Хорошо, Леонард. Я ценю твое предложение. Попробуй поговорить с ними. Возможно, твоя посредническая роль поможет мне сохранить единство семьи.

Леонард коротко поклонился, чувствуя, как его внутренне все сжимается от напряжения.

Грядущая схватка обещала быть куда более сложной, чем он предполагал. Но отступать было уже поздно.

Леонард сидел в библиотеке, неспешно потягивая вино из бокала, и размышлял над недавней встречей с Элизабет. Их краткий обмен репликами не выходил у него из головы, заставляя его испытывать внутренний дискомфорт.

Он отлично помнил тот день, когда впервые ступил на порог этого особняка, полный решимости разрушить мир лорда Реджинальда и его семьи. Тогда Леонард был одержим жаждой мести, безжалостно готовый пойти на все, чтобы отомстить тем, кто лишил его детства и будущего.

Но за прошедшие годы его планы стали гораздо сложнее и тоньше. Он научился искусно маневрировать, втираться в доверие, создавая видимость незаменимого помощника. Шаг за шагом Леонард плел паутину интриг, ловко подталкивая членов семьи Реджинальда к предательству и конфликтам. Он наслаждался, наблюдая, как рушится этот благополучный мир, как его обитатели готовы уничтожить друг друга в борьбе за власть.

Однако появление Элизабет нарушило хрупкое равновесие, на котором держались его планы. Эта девушка, сама того не зная, стала его ахиллесовой пятой – слабым местом, которое теперь могли использовать его враги.

Леонард помнил, как при виде Элизабет его сердце дрогнуло, словно разбуженное от долгого сна. В ее темных глазах, полных неуверенности, он невольно утонул, позабыв на миг об осторожности и расчетливости, столь присущих ему.

Он зажмурился, пытаясь отогнать воспоминания. Нет, этого никак нельзя было допустить. Леонард не мог позволить себе роскошь сентиментальности – его месть была превыше всего. Он слишком долго шел к этому, слишком много пережил, чтобы теперь все рушилось из-за глупых чувств.

Сделав долгий глоток вина, Леонард вновь открыл глаза и решительно поднялся с кресла. Пора было вернуться к выполнению своего плана. Каждый шаг должен быть выверен, каждая интрига – безукоризненно спланирована. Он не мог позволить себе отвлекаться на эмоции, даже если они были связаны с Элизабет.

Выйдя из библиотеки, Леонард направился в кабинет Реджинальда. Он знал, что застанет там лорда – тот неизменно проводил здесь большую часть времени, занимаясь делами. И Леонард намеревался воспользоваться этим.

Тихо постучав, он вошел и поклонился, встречаясь с пристальным взглядом хозяина.

– Добрый вечер, милорд, – произнес Леонард, стараясь, чтобы его голос звучал ровно и уверенно. – У меня есть новости, которые, уверен, вас заинтересуют.

Реджинальд жестом пригласил его сесть и откинулся на спинку кресла, выжидающе глядя на Леонарда.

– Я весь внимание.

Леонард скрестил руки на груди, собираясь с мыслями. Сейчас было не время думать о Элизабет и ее влиянии на него. Он должен был сосредоточиться на своей цели и не допустить, чтобы что-то встало у него на пути.

– Как вы знаете, милорд, на протяжении последних месяцев я провел тщательное расследование в отношении вашего брата Уильяма, – начал Леонард, внимательно наблюдая за реакцией Реджинальда. – И должен сообщить, что мои подозрения полностью оправдались.

Лицо Реджинальда помрачнело, он нахмурился, ожидая продолжения.

– Уильям, кажется, плетет заговор, чтобы оспорить ваши права на родовое имение, – произнес Леонард, не отводя взгляда. – Он тайно встречается с влиятельными людьми, пытаясь заручиться их поддержкой. Кроме того, из достоверных источников мне стало известно, что он намерен в ближайшее время отправиться в Лондон, чтобы лично встретиться с несколькими семьями знати.

Реджинальд недовольно поджал губы, его пальцы напряженно сжались на подлокотнике.

– Значит, мой собственный брат решил предать меня, – произнес он, едва сдерживая ярость. – Это предательство не останется безнаказанным. Я должен немедленно принять меры, пока ситуация не вышла из-под контроля.

Леонард слегка кивнул, ощущая, как внутри него разгорается тот же гнев, что и у Реджинальда.

– Да, милорд. Уильям должен понести суровое наказание за свои действия, – произнес он, сузив глаза. – Но если вы позволите, я бы предложил более изысканный способ расправы с ним.

Реджинальд вопросительно взглянул на Леонарда, и тот склонился ближе, уверенно излагая свой план. Теперь, когда сомнения и колебания отступили, он чувствовал, как холодная решимость наполняет все его существо. Нити интриги снова прочно натянулись в его руках, и Леонард был готов дергать за них, не жалея никого.

Даже если это означало предать и саму Элизабет.

Солнечные лучи, проникавшие сквозь высокие окна библиотеки, согревали лицо Леонарда, но внутри него не было и следа тепла. Его взгляд оставался холодным и расчетливым, пока он неспешно перелистывал страницы древнего фолианта.

Несколько часов назад он помог Элизабет найти искомую книгу, едва заметно направляя ее к нужному полку. Эта невинная на первый взгляд услуга дорого ему обошлась – ее искренняя благодарность и сияющие глаза пробудили в нем чувства, которые Леонард так старательно пытался держать в узде.

Он ненавидел свою собственную слабость. Как он мог позволить этой девушке, этому воплощению доброты и света, проникнуть в его ледяное сердце? Ведь это могло разрушить все, к чему он так долго и упорно стремился.

Элизабет была его Ахиллесовой пятой, уязвимым местом, которым могли воспользоваться его враги, чтобы уничтожить его. И Леонард не мог позволить этому случиться. Он должен был избавиться от этого наваждения, пока оно окончательно не поглотило его.

Внезапно дверь библиотеки распахнулась, и в комнату уверенным шагом вошел лорд Реджинальд. Его властная фигура заполнила собой пространство, излучая ауру превосходства и непоколебимой уверенности.

Леонард тут же отложил книгу и встал, склоняясь в приветственном поклоне.

– Милорд, – произнес он ровным тоном. – Чем могу быть вам полезен?

Реджинальд окинул его цепким взглядом, словно оценивая.

– Я слышал, ты помогал Элизабет в ее занятиях, – сказал он, не спеша подходя ближе.

Леонард сдержанно кивнул.

– Да, милорд. Она искала редкую книгу по ботанике и попросила мне о помощи.

Реджинальд хмыкнул, его губы тронула едва заметная усмешка.

– Ты всегда был таким услужливым, Леонард. Твоя преданность и незаменимость делают тебя поистине бесценным.

Леонард почувствовал, как внутри него все напряглось. Он прекрасно знал, что этот человек, его родной отец, не способен ни на какие искренние чувства. Все, что он делал, было лишь искусной игрой, направленной на то, чтобы использовать Леонарда в своих целях.

– Благодарю вас, милорд, – произнес Леонард, позволяя себе легкий намек на улыбку. – Я всего лишь стараюсь быть полезным вам и вашей семье.

Реджинальд внимательно посмотрел на него, и Леонард почувствовал, как его пронизывает этот цепкий, изучающий взгляд. Казалось, лорд пытается разгадать, что скрывается за этим спокойным фасадом.

– Твоя преданность семье похвальна, – наконец произнес Реджинальд. – Особенно с учетом твоего… особого положения.

Леонард сжал челюсти, стараясь сохранить непроницаемое выражение лица. Это был едкий выпад, намек на его незаконнорожденное происхождение – источник его многолетних страданий и ожесточенности. Упоминание об этом всегда задевало за живое.

Но Леонард знал, что не должен позволять эмоциям взять верх. Он тщательно оттачивал свое умение скрывать истинные чувства, превращая их в оружие. Поэтому он лишь коротко кивнул, выдавив вежливую улыбку.

– Разумеется, милорд. Я всегда помню о своем положении и стараюсь приносить пользу в меру своих скромных возможностей.

Реджинальд пристально посмотрел на него, а затем внезапно заговорил вновь:

– Ты знаешь, Леонард, я ценю твои старания. И поэтому, возможно, пришло время поощрить тебя за твою верную службу.

Леонард замер, удивленный этим неожиданным предложением. Неужели Реджинальд решил признать его заслуги и, наконец, оказать ему должное уважение? Неужели он готов пойти на такой шаг, несмотря на их непростые отношения?

Но в следующий момент лорд продолжил, и Леонард понял, что его надежды напрасны:

– Как тебе идея связать себя узами брака с моей дочерью Элизабет?

Погрузившись в поиски редкой книги, которую искала Элизабет, Леонард был рад возможности отвлечься от темных мыслей, тревожащих его душу. Перебирая корешки пыльных фолиантов, он сосредоточенно перемещался вдоль стеллажей, внимательно вглядываясь в их содержание.

Время от времени Леонард украдкой бросал взгляды на Элизабет, наблюдая, как она неспешно передвигается между рядами книг, иногда останавливаясь, чтобы провести кончиками пальцев по потрескавшимся переплетам. В ее движениях была какая-то непринужденная грация, завораживающая Леонарда. Он мысленно отмечал каждый плавный жест, каждый задумчивый изгиб бровей – будто пытаясь запечатлеть этот образ в своей памяти.

Наконец, Леонард заметил на одной из верхних полок потертый кожаный том, который, судя по всему, был как раз тем, что искала Элизабет. Протянув руку, он бережно снял книгу, и, обернувшись, окликнул девушку.

– Кажется, я нашел то, что вы искали, миледи, – сказал он, протягивая ей находку.

Элизабет подошла ближе, ее глаза загорелись радостным блеском.

– О, да, это именно оно! – воскликнула она, принимая книгу из рук Леонарда. – Я так давно ее искала. Вы просто замечательны, что нашли ее.

Леонард кивнул, наблюдая, как Элизабет аккуратно открывает потрепанный переплет и с благоговением принимается рассматривать страницы. Ее лицо разгладилось, и он вдруг заметил, как молодо и мило она выглядит в этот момент. Ни тени напускной серьезности или тревоги, которые так часто отражались на ее чертах в присутствии отца или братьев.

– Вы явно большой любитель ботаники, – заметил Леонард, подходя ближе, чтобы заглянуть в книгу. – Не полагаю, что ваша семья одобряет подобное увлечение.

Элизабет на мгновение подняла на него взгляд, в котором отразилась смесь удивления и настороженности.

– Вы правы, – тихо ответила она. – Мой отец считает, что подобные занятия не подобают юной леди. Но для меня это не просто увлечение, а целый мир, полный красоты и тайн. Я нахожу в этом истинное умиротворение.

Леонард внимательно слушал ее, ощущая, как симпатия незаметно расцветает в его груди. Он еще никогда не видел Элизабет такой искренней и открытой. Обычно она была сдержанна и осторожна в его присутствии, словно ощущая исходящую от него угрозу. Но сейчас, когда они были наедине в этом уединенном уголке библиотеки, девушка будто позволила себе сбросить маску.

– Должно быть, это ваше пристрастие доставляет немало хлопот, – заметил Леонард, понимая, что непроизвольно перешел на более доверительный тон.

Элизабет слабо улыбнулась.

– Порой оно становится настоящим испытанием. Мои братья постоянно насмехаются над моими увлечениями, а отец не устает твердить, что я должна вести себя подобающе своему положению.

Внезапно она осеклась, будто спохватившись, что слишком много открыла этому человеку. Ее взгляд стал настороженным, и Леонард понял, что невольно опустил защитные барьеры.

– Прошу прощения, я не должна была говорить вам об этом, – поспешно произнесла Элизабет, отводя глаза.

Но Леонард лишь мягко улыбнулся, стараясь вернуть легкость в их беседу.

– Не стоит извиняться, миледи. Ваше увлечение ботаникой в самом деле увлекательное занятие. И я признаюсь, что сам не равнодушен к изучению растений.

Элизабет вновь взглянула на него, в ее взгляде мелькнуло легкое удивление.

– Правда? – с надеждой спросила она. – Может быть, вы могли бы помочь мне в некоторых моих исследованиях? Я всегда рада обсудить свои открытия.

Леонард кивнул, ощущая, как внутри крепнет желание поддержать ее интерес. Эта хрупкая девушка, казалось, пробуждала в нем какие-то доселе неизведанные чувства. Ему хотелось оградить ее от жестокости окружающего мира, спрятать в этом уединенном уголке, где она могла бы предаваться своим мечтам и увлечениям вдали от давления и насмешек родных.

И это желание смущало Леонарда. Потому что одновременно с ним в его сердце жила другая, гораздо более сильная и непреклонная эмоция – жажда мести. Месть, ставшая смыслом его жизни, толкала его на путь коварных интриг и безжалостных действий. И теперь эти две стороны его натуры вступали в открытое противоборство.

Глядя в распахнутые, полные надежды глаза Элизабет, Леонард чувствовал, как его решимость начинает пошатываться. Разрываемый сомнениями, он осознавал, что его план мести оказался под угрозой из-за этой хрупкой девушки, ставшей его ахиллесовой пятой.

Но мог ли он отказаться от всего, что так долго строил? Его злость, боль и стремление к возмездию были слишком сильны, чтобы просто так от них отказаться. Ведь они поддерживали его все эти годы, вели вперед, помогая выживать в этом жестоком мире.

Сжав зубы, Леонард сделал над собой усилие и на лице его вновь застыла привычная бесстрастная маска.

– Разумеется, я буду рад помочь вам в ваших исследованиях, миледи, – ответил он спокойным, ровным голосом.

Но в душе он замучен был сомнениями и противоречивыми эмоциями, грозившими разорвать его на части.

Леонард неслышно ступал по коридорам, его темная фигура словно растворялась во мраке. Сейчас он напоминал тень, бесшумно скользящую по этому пышному особняку, который стал ему вторым домом.

Но за этой невозмутимой маской скрывались бурлящие эмоции. Мысли Леонарда были подобны взбаламученному морю, где волны сталкивались и пенились, оставляя после себя лишь горечь и тревогу.

Встреча с Элизабет в библиотеке вновь напомнила ему о той хрупкой грани, что отделяла его от его коварных замыслов. Еще недавно он был так уверен в себе, так безжалостен в своем желании отомстить. Но теперь все казалось зыбким и ненадежным.

Сжав кулаки, Леонард ускорил шаг, будто желая убежать от самого себя. Он не мог позволить себе эту слабость, это влечение к дочери своего врага. Оно ставило под угрозу всю его тщательно выстроенную паутину интриг.

Войдя в роскошные покои лорда Реджинальда, Леонард на мгновение застыл, собираясь с мыслями. Его лицо вновь приняло холодное, отстраненное выражение, за которым ни один человек не мог бы разглядеть бушующий внутри него хаос.

Подойдя к массивному столу, он склонился в почтительном поклоне.

– Милорд, вы желали меня видеть?

Реджинальд, сидевший в глубоком кресле, отложил документы и внимательно посмотрел на Леонарда.

– Да, мой друг, – проговорил он, жестом приглашая Леонарда присесть. – У меня для тебя важное поручение.

Леонард молча опустился в кресло, внимательно вслушиваясь в слова лорда. Сейчас ему как никогда требовалось сосредоточиться на своей цели, отбросив все посторонние мысли.

– Как ты знаешь, на следующей неделе к нам прибудет граф Уэстбери со своей семьей, – начал Реджинальд. – Это визит чрезвычайной важности для нашего рода.

Леонард слушал, вспоминая, что ему известно об этой влиятельной семье. Уэстбери были давними соперниками и союзниками рода Реджинальда, и их отношения всегда отличались сложностью и напряженностью.

– Я хочу, чтобы ты лично занялся организацией этого визита, – продолжил лорд. – Проследи за тем, чтобы все прошло без сучка и задоринки. Наша репутация должна произвести на них безупречное впечатление.

Леонард кивнул, прекрасно понимая, какую ответственность возлагает на него Реджинальд.

– Я позабочусь об этом, милорд, – заверил он. – Ваши интересы будут под моей личной защитой.

Реджинальд удовлетворенно кивнул.

– Я знаю, что могу на тебя положиться, Леонард. Ты зарекомендовал себя как верный и преданный слуга.

Эти слова заставили Леонарда внутренне поморщиться. Слуга… Он ненавидел это определение, презирая свое незаконнорожденное происхождение. Но сейчас ему пришлось проглотить эту горечь.

– Благодарю вас, милорд, – сухо ответил он. – Я не подведу ваше доверие.

Реджинальд удовлетворенно кивнул и снова погрузился в чтение бумаг, словно давая понять, что разговор окончен. Леонард поднялся с кресла и, чуть поклонившись, направился к выходу.

Но стоило ему оказаться в коридоре, как маска спокойствия снова дала трещину. Леонард сжал кулаки, чувствуя, как ярость закипает внутри.

Как же он ненавидел свою роль преданного слуги! Ведь это был всего лишь фасад, за которым скрывалась его настоящая игра – изощренная месть этому высокомерному роду, отвергнувшему его. И теперь эта миссия по подготовке к визиту Уэстбери могла стать отличной возможностью для продвижения его планов.

Он должен будет окружить Уэстбери своим самым тщательным вниманием, создать у них иллюзию доверия и расположения. А затем, когда стражи будут опущены, нанести решающий удар.

Леонард усмехнулся, чувствуя, как возбуждение охватывает его. Да, теперь у него появился отличный шанс, чтобы подтолкнуть эти две семьи к открытому столкновению. И на этот раз ничто не помешает ему добиться желаемого – ни даже призрачные чувства к Элизабет.

Сжав челюсти, Леонард решительно направился прочь, полный решимости воплотить в жизнь свои коварные замыслы. Ничто и никто не сможет встать у него на пути.

Солнце уже начало склоняться к горизонту, когда Леонард вышел из библиотеки. Закрыв за собой дверь, он на мгновение замер, обдумывая произошедшее в этих стенах.

Встреча с Элизабет сильно выбила его из колеи. Эта девушка и раньше вызывала у него странные чувства, но сегодня все было по-другому. Впервые за долгие годы Леонард почувствовал, как его сердце дрогнуло, и в груди разгорелось непривычное тепло.

Нахмурившись, он отмахнулся от этих воспоминаний. Он не может позволить себе такую роскошь, как сентиментальность. Его месть, его желание разрушить этот благополучный мир, выстроенный на его страданиях, должны оставаться превыше всего.

Элизабет – не более чем слабость, которая может помешать его планам. Он должен держать ее на расстоянии, не позволять ей снова вторгаться в его мысли.

Сжав кулаки, Леонард направился по коридору, намереваясь найти лорда Реджинальда. Сейчас ему нужно было сосредоточиться на своей цели, вспомнить о тех давних обидах, что толкнули его на этот путь.

Его шаги гулким эхом разносились по просторным залам особняка. Леонард не спешил, позволяя себе привычную задумчивость. Он прокручивал в голове все детали своего плана, продумывая каждый ход. От малейшей ошибки могло зависеть слишком многое.

Наконец Леонард достиг кабинета лорда Реджинальда. Тихо постучав, он дождался приглашения и, открыв дверь, вошел внутрь. Его темные глаза встретились со взглядом хозяина дома.

– Добрый вечер, милорд, – произнес Леонард, приветственно склонив голову. – Вы просили меня зайти.

Реджинальд окинул его оценивающим взглядом. Этот человек всегда был весьма проницателен, и Леонард невольно напрягся, опасаясь, что его внутреннее смятение могло быть замечено.

– Да, Леонард, – наконец ответил лорд, жестом приглашая его пройти вглубь кабинета. – У меня для тебя очередное поручение.

Леонард слегка склонил голову, давая понять, что готов выслушать. Реджинальд прошелся вдоль стола, задумчиво теребя перо в пальцах.

– Мой брат Ричард снова прислал мне письмо с претензиями, – произнес он, хмуря брови. – Похоже, он все еще недоволен своей долей наследства.

Леонард внимательно слушал, гадая, куда же клонит лорд. Ричард Реджинальд, младший брат главы семьи, всегда был источником проблем. Его жажда власти и денег не знала границ, и он постоянно пытался оспорить волю покойного отца.

– Я хочу, чтобы ты разобрался с этим вопросом, Леонард, – продолжил Реджинальд, сверля его пронзительным взглядом. – Ричард слишком долго пытается вмешиваться в дела нашей семьи. Пора ему напомнить, какое место он в ней занимает.

Леонард едва заметно кивнул. Он понял намек – Реджинальд хочет от него избавиться от назойливого родственника. Эта задача идеально вписывалась в его собственные планы.

– Я немедленно займусь этим вопросом, милорд, – уверенно произнес он. – Уверяю вас, Ричард больше не побеспокоит вас своими претензиями.

Реджинальд удовлетворенно кивнул.

– Вот и хорошо. Я на тебя рассчитываю, Леонард. И помни – никаких лишних свидетелей.

Леонард снова склонил голову, а затем развернулся и направился к выходу. Как только за ним закрылась дверь, его губы тронула мрачная ухмылка.

Теперь у него появился еще один ход в той опасной игре, которую он затеял. Избавившись от Ричарда, он ослабит позиции Реджинальда, столкнув его с еще одним врагом. А это означает, что он продвигается все ближе к своей конечной цели.

Медленно поднимаясь по широкой лестнице, Леонард уже начал обдумывать детали предстоящей операции. Нужно действовать осторожно, не оставляя за собой следов. Его интриги должны быть безупречными.

Однако, как назойливый червь, в его сознании то и дело возникал образ Элизабет. Леонард нахмурился, отгоняя эти мысли. Он должен отбросить все сомнения и слабости – сейчас главной целью должна быть только его месть.

Элизабет была опасной слабостью, которую он не мог позволить себе. Решительно сжав кулаки, Леонард ускорил шаг, намереваясь как можно скорее заняться устранением Ричарда. Чем быстрее он избавится от этой помехи, тем ближе он будет к своей цели.

Его безжалостный план не должен быть нарушен. Ни одна эмоциональная привязанность не сможет встать у него на пути.

Леонард бесшумно шагал по затененным коридорам особняка, его мысли были полностью поглощены событиями прошедшего дня. Встреча с Элизабет в библиотеке все еще тревожила его, нарушая привычное течение его планов.

Впервые за долгие годы в нем вспыхнуло чувство, которое он так отчаянно пытался искоренить в себе – влечение. Эта девушка, словно луч света в его темном мире интриг, почему-то будила в нем давно забытые эмоции. А ведь он так тщательно выстроил вокруг себя стену равнодушия, чтобы никто не посмел подобраться к его изувеченной душе.

Но Элизабет, будто невзначай, проникла сквозь его броню, пробудив в нем непривычную уязвимость. И Леонард ненавидел себя за это. Ведь теперь его тщательно продуманные планы мести оказались под угрозой. Он не мог позволить этому чувству встать у него на пути.

Сжав кулаки, Леонард вошел в кабинет и подошел к массивному столу, за которым обычно восседал его отец, лорд Реджинальд. Прежде чем занять место хозяина, он на мгновение замер, неотрывно глядя на роскошное кресло. Все эти годы он мечтал о том дне, когда сможет занять это место, когда сможет отомстить этому человеку за годы унижений и презрения.

Медленно опустившись в кресло, Леонард провел рукой по темному дереву, ощущая власть, которую оно символизировало. Его лицо исказила ехидная усмешка. Он так близок к цели, так близок к воплощению своих планов… И все же одно имя, одно воспоминание о темных глазах Элизабет заставляло его сомневаться, колебаться.

Нет, он не имеет права на такую слабость. Месть – вот его истинное предназначение, его главная цель. Ничто не должно встать у него на пути, даже если это означает причинить боль Элизабет.

Решительно покачав головой, Леонард придал своему лицу непроницаемое выражение. Он должен быть тверд и непреклонен в своих действиях. Однако в глубине души он понимал, что это будет нелегкая задача – избавиться от чувств, которые так внезапно возникли в его сердце.

В этот момент в дверь постучали, и Леонард, развернувшись в кресле, поприветствовал вошедшего.

– Добрый день, лорд Реджинальд. Я ждал вас.

Пожилой аристократ, одетый в дорогие одежды, неспешно прошел в кабинет, окидывая Леонарда внимательным взглядом.

– Вижу, вы уже освоились в моем кабинете, – произнес он, едва заметно хмурясь. – Что вы здесь делаете?

Леонард поднялся с кресла, приветливо улыбаясь.

– Я ждал вас, чтобы доложить о некоторых важных делах, требующих вашего внимания. Вы ведь поручили мне следить за делами вашей семьи.

Лорд Реджинальд кивнул, проходя к столу и занимая свое место. Леонард тут же встал за его спиной, готовый в любой момент вступить в диалог.

– И что же вы можете мне доложить? – спросил лорд, внимательно глядя на Леонарда.

Леонард сделал глубокий вдох, мысленно собираясь с духом. Этот разговор был ключевым, он должен был провести его безупречно, иначе все его тщательно выстроенные планы могли рухнуть.

– Видите ли, милорд, – начал он, глядя прямо в глаза лорду Реджинальду, – ваши сыновья продолжают плести интриги, стремясь захватить больше влияния и власти. Их разногласия обостряются с каждым днем, и я опасаюсь, что это может привести к серьезным последствиям для вашего дома.

Лорд хмуро кивнул, сжимая кулаки.

– Они словно голодные волки, дерущиеся за кусок мяса, – процедил он сквозь зубы. – Я так и знал, что рано или поздно это произойдет. Эти глупцы не могут думать ни о чем, кроме собственной выгоды!

Леонард сочувственно кивнул.

– Я понимаю вашу тревогу, милорд. Именно поэтому я предлагаю вам один выход из этой ситуации. Разделите ваше наследство, пока ваши сыновья не успели пролить кровь в борьбе за власть. Дайте каждому свою долю, и, возможно, это утихомирит их на время.

Лорд Реджинальд задумчиво потер подбородок, обдумывая предложение Леонарда.

– Это разумное решение, – проговорил он после паузы. – Я отдал столько сил на построение нашего благосостояния, а они готовы все разрушить ради собственных амбиций. Пожалуй, я так и поступлю. Вы славный советник, Леонард.

Леонард склонил голову в знак признательности, но внутри его захлестывала волна торжества. План начинал работать. Ссора между братьями только ускорит крах этого рода, которого он так жаждал.

Теперь все зависело от того, сумеет ли он до конца подчинить свои чувства к Элизабет и остаться непреклонным в своих намерениях. Эта девушка стала его ахиллесовой пятой, и Леонард должен был избавиться от нее, пока она не разрушила все, к чему он так долго шел.

Сжав кулаки, он отдал себе приказ быть сильным. Месть станет его руководящей звездой, его единственным спасением.

Выйдя из библиотеки, Леонард направился в сторону личных апартаментов лорда Реджинальда. Хотя его внешний вид оставался спокойным и невозмутимым, внутри него бушевала целая буря эмоций.

Столкновение с Элизабет в библиотеке нарушило его привычное эмоциональное равновесие. Он никак не ожидал, что присутствие этой девушки будет так на него воздействовать. Леонард привык держать под контролем свои чувства, подчиняя их холодному расчету. Однако Элизабет будто бы ломала все его тщательно возведенные барьеры.

Войдя в комнату лорда, Леонард сразу же направился к столу, чтобы проверить ежедневные отчеты и распоряжения. Его пальцы машинально перебирали бумаги, но мысли были далеки от этих бумажных дел. Образ Элизабет упорно не давал ему покоя.

Что же он будет делать? Как ему справиться с этим внезапно проснувшимся чувством? Леонард прекрасно понимал, что оно может стать Ахиллесовой пятой всех его тщательно продуманных планов. Влюбленность – это слабость, которую нельзя позволить себе человеку, призванному совершить столь грандиозную месть.

Глубоко вздохнув, Леонард постарался отогнать эти мысли. Сейчас необходимо сосредоточиться на срочных делах, требующих его внимания. Лорд Реджинальд ждет его доклада о последних событиях в семье, а Леонарду нужно собрать всю возможную информацию, чтобы продолжать свою тщательно спланированную интригу.

Быстрыми шагами он направился в сторону кабинета лорда, решительно игнорируя все посторонние мысли. Он должен оставаться хладнокровным и сосредоточенным, иначе вся его работа пойдет насмарку. Месть, которой он посвятил столько лет, была превыше всего.

Коротко постучав, Леонард вошел в кабинет, где застал хозяина дома углубленным в изучение каких-то документов. Лорд Реджинальд поднял на него усталый взгляд и жестом пригласил присоединиться.

– Леонард, я как раз ждал тебя. Присаживайся, есть важные дела, которые требуют нашего с тобой обсуждения.

Кивнув, Леонард занял место напротив своего «отца», мысленно настраиваясь на серьезный разговор. Теперь уже не было времени на внутренние терзания – он должен был быть предельно собран и сосредоточен. От его действий зависело слишком многое.

– Я весь внимание, милорд, – произнес Леонард, готовясь выслушать новые указания. Что бы ни случилось, он не имеет права забывать о своей цели. Месть должна быть свершена, невзирая ни на что.

Лорд Реджинальд откашлялся и подвинул к Леонарду папку с документами.

– Последние несколько недель моего брата Джеффри беспокоит некий навязчивый кредитор, требующий от него погашения долга. Сумма, по его словам, весьма значительная, и Джеффри не может ее выплатить.

Леонард внимательно изучил бумаги, отмечая про себя ключевые детали.

– И что вы хотите, чтобы я сделал, милорд? – спросил он, уже предчувствуя, куда клонит лорд Реджинальд.

Тот устало потер переносицу, словно груз ответственности начинал давить на него все сильнее.

– Мне нужно, чтобы ты разобрался с этим кредитором. Определи, кто он такой и откуда взялся этот долг. Возможно, это попытка кого-то из наших врагов надавить на Джеффри. А если так – нужно быстро пресечь эти махинации.

Леонард кивнул, привычно беря на себя очередное поручение. Это была часть той сложной партии, которую он вел, плетя сеть интриг вокруг семьи Реджинальда.

– Будет исполнено, милорд, – ответил Леонард, поднимаясь с места. – Я немедленно возьмусь за это дело.

Лорд Реджинальд благодарно кивнул, и Леонард вышел из кабинета, сжимая в руках папку с документами. Теперь ему предстояло вновь погрузиться в этот мир закулисных игр и темных секретов.

И, быть может, ненадолго забыть о слабости, которая угрожала разрушить все его тщательно продуманные планы.

Спустя несколько часов поисков в библиотеке Леонард и Элизабет, сидя за массивным столом, увлеченно обсуждали содержание редкой книги по ботанике. Девушка говорила с воодушевлением, ее глаза блестели, а изящные пальцы бережно перелистывали страницы. Леонард же наблюдал за ней, время от времени задавая уточняющие вопросы, но на самом деле его мысли были далеки от темы растений.

Он все еще пытался справиться с внезапным натиском чувств, мучивших его после их первой встречи в библиотеке. Эта девушка с ее искренностью и открытостью напоминала ему о той жизни, которой он был лишен. О мире, где не было места интригам, предательству и жажде мести.

Леонард сжал кулаки под столом, чувствуя, как его безжалостное сердце снова дрогнуло. Но он не мог позволить себе отвлекаться – слишком многое поставлено на кон. Его тщательно выстроенные планы, казалось, уже были совсем близки к воплощению, и он не имел права сбиться с курса.

Впрочем, Элизабет не подозревала о его истинных намерениях. Для нее он был всего лишь верным слугой ее отца, человеком, которому можно доверять. И Леонард сделает все, чтобы сохранить это хрупкое доверие, ведь оно давало ему возможность оставаться внутри этого дома, незаметно плетя паутину интриг.

– Вы слушаете меня, господин Леонард? – внезапно спросила Элизабет, заметив, что он замолчал.

Леонард поспешно кивнул, изображая на лице заинтересованное выражение.

– Да, конечно. Ваш рассказ очень познавательный.

Девушка чуть заметно улыбнулась, а затем вдруг спросила:

– Скажите, а вы любите цветы?

Вопрос застал Леонарда врасплох, и он на мгновение задумался, подбирая подходящий ответ.

– Цветы… – протянул он, – пожалуй, да. Они напоминают мне о красоте и хрупкости этого мира. Несмотря на все его несовершенства, в нем все же есть место для чего-то прекрасного.

Элизабет внимательно вглядывалась в его лицо, словно пытаясь найти в этих словах что-то большее.

– Вы удивляете меня, господин Леонард, – тихо произнесла она. – Я не ожидала, что вы способны говорить о красоте. Вы всегда такой сдержанный и…Она запнулась, подбирая нужное слово.

– Циничный? – подсказал Леонард, криво усмехнувшись.

Элизабет кивнула, а затем слегка наклонилась вперед, пристально глядя ему в глаза.

– Да, именно. Но сейчас вы выглядите… по-другому. Будто ваша броня дала трещину.

Леонард почувствовал, как все его тело напряглось. Элизабет оказалась гораздо более проницательной, чем он ожидал. Ему необходимо было вернуть контроль над ситуацией, пока она не заметила что-нибудь еще.

– Возможно, вы правы, – осторожно ответил он. – Но, думаю, это всего лишь временное явление. Не стоит придавать ему большого значения.

Элизабет кивнула, хотя в ее глазах все еще читалось беспокойство. Затем она снова опустила взгляд на книгу, продолжая рассказ о редких видах растений. А Леонард откинулся на спинку кресла, стараясь успокоить бушующие в груди эмоции.

Он должен был быть осторожен. Элизабет, сама того не ведая, стала его Ахиллесовой пятой, слабым местом, которое могло поставить под угрозу все его тщательно продуманные планы. Поддаваясь порывам сердца, он рисковал разрушить то, над чем трудился годами, – его месть, его возвышение над теми, кто когда-то унижал его.

Нет, этого он допустить не мог. Элизабет должна оставаться в стороне, не становиться частью его игры. Леонард вздохнул и вернул свое внимание к девушке, делая вид, что с интересом слушает ее рассказ. Только бы она не заметила его тревоги и сомнений.

Однако в глубине души Леонард прекрасно понимал, что уже слишком поздно. Элизабет пробудила в нем что-то, что он столько лет тщательно подавлял. И теперь, когда это нечто пробило бреши в его непроницаемой броне, было уже невозможно вернуть все, как прежде.

Он оказался перед выбором, от которого зависело все: его месть, его цель, его будущее. Леонард сжал челюсти, чувствуя, как ледяная решимость вновь наполняет его. Он не позволит этому произойти. Он не допустит, чтобы Элизабет, пусть и нечаянно, встала на пути его планов.

За тихими разговорами Леонард незаметно наблюдал, как девушка увлеченно рассказывает о своих любимых растениях. На мгновение он позволил себе представить, как было бы жить, не обремененным жаждой мести, как провести время наедине с Элизабет, беседуя о цветах и наслаждаясь ее обществом.

Но это была всего лишь мимолетная фантазия. Реальность неумолимо возвращала его к тому, что нужно сделать. Он должен остаться равнодушным, холодным, непоколебимым. Его цель превыше всего.

Сделав глубокий вдох, Леонард вернулся к обсуждению ботаники, стараясь не выдать своих истинных мыслей. Элизабет ничего не должна заподозрить. Ей следует оставаться в счастливом неведении, пока он не завершит свое дело.

Солнечные лучи проникали сквозь высокие стрельчатые окна библиотеки, освещая ряды книжных полок и создавая мягкие тени на деревянном полу. Леонард медленно провел пальцами по корешкам старинных томов, его внимательные глаза тщательно изучали каждый из них в поисках нужного издания.

Рядом с ним Элизабет внимательно наблюдала за его действиями, ее взгляд то и дело возвращался к его лицу, словно она пыталась разгадать тайну, скрывающуюся за этими сдержанными движениями.

– Ага, вот она! – воскликнул вдруг Леонард, вынимая из-за рядом стоявшей книги небольшой том в темном переплете. – Думаю, это то, что вы искали, миледи.

Элизабет с благодарностью приняла книгу из его рук, ее пальцы на мгновение коснулись его ладони. Леонард почувствовал, как по его коже пробежала легкая дрожь.

– Огромное спасибо, господин Леонард, – произнесла девушка, внимательно изучая обложку. – Вы меня очень выручили.

Леонард кивнул, заметив, как на ее щеках снова появился едва уловимый румянец. Отвернувшись, он неторопливо вернул на место те книги, которые перебирал, чтобы скрыть внезапно проступившее в его взгляде замешательство.

Тишина, повисшая между ними, постепенно становилась все более напряженной. Элизабет, очевидно, чувствовала это и, казалось, хотела что-то сказать, но затем передумывала. Наконец она все же набралась смелости.

– Господин Леонард, позвольте спросить… – начала она чуть нерешительно. – Давно ли вы состоите на службе у моего отца?

Леонард на мгновение замер, затем медленно повернулся к ней, внимательно вглядываясь в ее лицо.

– Несколько лет, миледи, – ответил он, стараясь держаться непринужденно. – Я пришел в этот дом вскоре после того, как ваш отец занял высокий пост при дворе.

Элизабет кивнула, ее взгляд на секунду отвлекся, словно она задумалась о чем-то.

– Я помню вас с того времени, – тихо сказала она. – Всегда замечала, как вы незаметно наблюдаете за нами, за семьей. Вы словно… тень, скользящая по коридорам.

Леонард едва заметно улыбнулся, отмечая проницательность девушки. Она была гораздо наблюдательнее, чем он предполагал.

– Возможно, и так, миледи, – произнес он, слегка склоняя голову. – Но я всего лишь пытаюсь добросовестно выполнять свои обязанности, чтобы быть полезным для вашего отца и всей семьи.

Элизабет окинула его внимательным взглядом, ее темные глаза словно пытались заглянуть глубже, за маску сдержанности, которую он так искусно носил.

– Вы очень преданный слуга, господин Леонард, – заметила она. – Но порой мне кажется, что вы хорошо видите людей насквозь. Словно… знаете о нас больше, чем кто-либо.

Леонард внутренне напрягся, почувствовав, как его сердце на мгновение учащенно забилось. Неужели она догадывается о его истинных намерениях? Нет, это было невозможно – он так тщательно скрывал свои мотивы, так искусно играл свою роль.

Заметив его реакцию, Элизабет вдруг смутилась, словно осознавая, что позволила себе слишком откровенные слова.

– Прошу простить мою дерзость, господин Леонард, – поспешно сказала она, опуская взгляд. – Я, наверное, чересчур любопытна и читаю в вас больше, чем следует.

Леонард мягко улыбнулся, стараясь скрыть облегчение, которое испытал.

– Вы правы, что я понимаю гораздо больше, чем кажется на первый взгляд, – произнес он, внимательно глядя на Элизабет. – Но я всего лишь пытаюсь быть хорошим слугой и другом для вашей семьи. Ничего больше.

Девушка кивнула, ее напряжение немного спало.

– Я рада это слышать, – сказала она, и в ее голосе послышалось тепло. – Мой отец всегда очень высоко отзывается о вас.

Леонард внутренне поморщился от этих слов. Разумеется, лорд Реджинальд высоко ценил его – ведь Леонард был идеальным орудием для его темных замыслов. Он умело использовал свою исключительную проницательность, чтобы служить интересам этой семьи, но при этом методично уничтожал ее изнутри.

Однако перед Элизабет он не мог позволить себе такой откровенности. Эта девушка была едва ли не единственным светлым пятном в его мрачных планах, и он не мог допустить, чтобы она узнала правду.

Поэтому Леонард лишь кивнул, изображая скромную благодарность. Но в глубине его души росла едва сдерживаемая буря – буря противоречий и сомнений, порожденных этим робким, но неумолимо крепнущим чувством, которое он так отчаянно пытался игнорировать.

Элизабет, казалось, уловила перемену в его настроении, потому что вдруг мягко коснулась его руки.

– Благодарю вас, господин Леонард, за то, что всегда готовы помочь, – сказала она с теплотой. – Мне приятно ваше общество.

Леонард ощутил, как от этого прикосновения по его телу снова пробежала дрожь. Сделав глубокий вдох, он сумел сохранить невозмутимое выражение лица.

– Я рад быть вам полезен, миледи, – ответил он ровным тоном. – И благодарю вас за доверие.

Элизабет одарила его еще одной мягкой улыбкой, а затем снова опустила взгляд на книгу в своих руках. Леонард же думал лишь о том, как ему удержаться на краю пропасти, в которую он так неумолимо срывался.

Элизабет неспешно шла по коридору, крепко прижимая к груди несколько тяжелых томов. Встреча с Леонардом в библиотеке все еще тревожила ее. Она никак не могла понять этого человека, ставшего правой рукой ее отца.

Порой Леонард казался ей таинственным и отстраненным, его пронзительный взгляд будто проникал в самую душу. В другие моменты он был вежлив и предупредителен, с готовностью помогающий ей в мелких поручениях. Но иногда Элизабет ловила во взгляде Леонарда что-то непонятное, будто в нем боролись два разных человека.

Остановившись у окна, девушка задумчиво провела рукой по корешкам книг. Ее всегда завораживала эта непредсказуемая игра теней вокруг Леонарда, но в то же время она побаивалась его. В его присутствии Элизабет чувствовала себя неуютно, словно он видит ее насквозь. Порой ей даже казалось, что в его глазах мелькает что-то недоброе.

Вздохнув, Элизабет продолжила свой путь, стараясь отвлечься от невеселых размышлений. Она должна была сосредоточиться на подготовке к завтрашнему празднику в честь именин отца. Этот праздник всегда был ее любимым – она с нетерпением ждала возможности провести время с родными, порадовать их своим пением и танцами.

Приближаясь к парадной гостиной, Элизабет услышала громкие голоса и остановилась, прислушиваясь. Судя по всему, в комнате разгорелся очередной семейный спор. В последнее время такие стычки между ее родственниками происходили все чаще. Элизабет тяжело вздохнула и, собравшись с духом, толкнула дверь.

Как она и ожидала, в гостиной собрались отец, ее дядя Чарльз и старший брат Генри. Все трое громко спорили, размахивая руками. При появлении Элизабет они на мгновение умолкли, но затем перепалка возобновилась с новой силой.

– Ты неразумно распоряжаешься семейными делами, Реджинальд! Это просто недопустимо! – гневно восклицал Чарльз, сверля брата яростным взглядом.

– Я знаю, что делаю, Чарльз! – раздраженно парировал отец. – Не смей указывать мне, как управлять имуществом нашего рода!

– Вы оба ведете себя, как дети, – презрительно фыркнул Генри, с насмешкой глядя на споривших мужчин. – Неужели вам обоим претит мысль, что управление делами перейдет в более умелые руки?

Элизабет с тревогой наблюдала за этим столкновением амбиций. Она всегда знала, что ее семья далека от идеала, но никогда не видела, чтобы родные так открыто враждовали между собой. Это зрелище наполняло ее сердце болью.

Наконец заметив ее, Реджинальд сделал глубокий вдох и поднял руку, призывая к тишине.

– Элизабет, дорогая… Прошу, оставь нас. Мы тут просто обсуждаем… некоторые вопросы.

Элизабет с сомнением посмотрела на него, но послушно кивнула и выскользнула за дверь. Оказавшись в коридоре, она прижала книги еще крепче и почувствовала, как по щеке скатилась первая слеза. Ей не давала покоя невеселая мысль, что за всеми этими семейными склоками скрывается что-то более серьезное.

Но Элизабет не могла понять, что именно. Порой ей казалось, что все они – ее отец, дядя и брат – играют в какую-то опасную игру, в которую она даже не посвящена. И присутствие Леонарда среди них лишь усиливало ее тревогу.

Тяжело вздохнув, девушка поспешила в свои покои, пытаясь успокоиться. Она не могла допустить, чтобы ее отвлекли от подготовки к празднику. Ее родные нуждались в ее заботе, а не в тревоге за них.

Но, проходя мимо библиотеки, Элизабет на мгновение замедлила шаг и бросила быстрый взгляд на закрытую дверь. Ей по-прежнему не давал покоя образ Леонарда, и она никак не могла понять, что же таит в себе этот человек. Будто его присутствие оказывало на нее какое-то странное влияние.

Торопливо отгоняя эти мысли, Элизабет продолжила путь. Ей нужно было сосредоточиться на предстоящем празднике и порадовать своих родных, пока они не поглощены этими ужасными ссорами и противоречиями. А Леонард… Что ж, возможно, ей удастся держаться от него на расстоянии. Хотя, глубоко в душе, Элизабет понимала, что это ей вряд ли удастся.

Покинув библиотеку бок о бок с Элизабет, Леонард на мгновение ощутил легкую дрожь. Ему все еще было непривычно чувствовать на себе ее взгляд, полный спокойного любопытства. Обычно люди смотрели на него с подозрением или страхом – такова была плата за годы, проведенные в тени, вдали от солнечного света.

Но Элизабет… Она была иной. В ее глазах не было ни тени осуждения или недоверия. Порой Леонард ловил себя на том, что невольно тянется к этому чистому, незамутненному взгляду, словно к источнику света в темном колодце его души.

Он бросил на девушку украдкой взгляд, отмечая мягкие очертания ее профиля, изящество движений. Ее присутствие действовало на него почти гипнотически, заставляя забывать обо всем на свете. И все же он не мог позволить себе поддаваться этому чувству. Оно было для него опасно, грозя разрушить осторожно возведенные стены, за которыми пряталось его ожесточенное сердце.

Погруженный в свои мысли, Леонард едва не пропустил момент, когда Элизабет замерла возле одной из книжных полок, внимательно вглядываясь в корешки.

– Вот она! – воскликнула девушка, осторожно извлекая тяжелый фолиант и бережно прижимая его к груди. – Я так давно искала эту книгу. Спасибо вам, господин Леонард.

Леонард кивнул, наблюдая, как ее глаза озаряются радостью открытия. В такие моменты она казалась такой восхитительно… живой. Не отягощенная бременем бесконечных интриг и скрытыми мотивами, как остальные обитатели этого дома.

– Передайте мои поздравления вашему отцу. Уверен, он будет рад, что вы пополнили свою коллекцию, – промолвил Леонард, все же заставляя себя отвести взгляд.

Элизабет кивнула, но затем вдруг замерла, глядя на него с беспокойством.

– Вы выглядите утомленным, господин Леонард. Надеюсь, груз обязанностей, возложенных на вас отцом, не слишком вас тяготит?

Леонард едва сдержал усмешку. Нет, Элизабет, эти обязанности не являются для меня тяжкой ношей. Скорее, они – средство к достижению моих собственных целей. Но конечно же, он не мог сказать ей этого.

– Не стоит беспокоиться, миледи. Я в полном порядке, – заверил он девушку. – Просто заботы семьи Реджинальдов отнимают немало сил. Но я справляюсь.

Элизабет внимательно вгляделась в его лицо, словно пытаясь уловить в его словах что-то, что ускользало от нее. Но Леонард умело скрывал свои истинные эмоции за вежливой маской.

Наконец девушка кивнула, хотя в ее глазах все еще мелькала легкая тревога.

– Если что-то будет не в порядке, вы не стесняйтесь дать мне знать, – мягко произнесла она. – Я всегда готова выслушать вас и помочь, чем смогу.

Леонард едва заметно улыбнулся. Этот неожиданный порыв заботы и участия снова всколыхнул в нем непривычные чувства, которым он изо всех сил пытался не поддаваться.

– Благодарю вас за предложение, миледи. Оно чрезвычайно любезно с вашей стороны, – ответил он, стараясь, чтобы его голос звучал ровно. – Но меня не стоит беспокоить по пустякам. У вашего отца и без того достаточно забот, чтобы я еще добавлял ему новые.

Элизабет задумчиво кивнула, и они двинулись дальше по коридору, погруженные в молчание. Леонард, вновь сосредоточившись на своих мыслях, лихорадочно размышлял, как ему держать под контролем это возникшее влечение к Элизабет. Оно становилось все сильнее с каждой новой встречей, угрожая разрушить все, чего он добивался.

Но он не мог позволить себе поддаваться этому порыву. Эта девушка была для него не более, чем еще один элемент в его дьявольской партии, частью той картины, которую он так тщательно выстраивал. Он не имел права привязываться к ней, не тогда, когда его месть была так близка.

Скрипнув зубами, Леонард сжал кулаки, с трудом сдерживая бурю эмоций, бушевавших в его душе. Он должен был оставаться хладнокровным и расчетливым, иначе все его планы могли рухнуть.

Но в глубине сердца Леонард понимал, что эта борьба дается ему все труднее и труднее.

Леонард в задумчивости сидел в библиотеке, перебирая в памяти события прошедшего дня. Его встреча с Элизабет до сих пор не давала ему покоя. Неожиданная мягкость, проскользнувшая в его тоне и взгляде по отношению к ней, была для него самого удивительным открытием.

Леонард никогда не считал себя человеком, способным на искренние чувства. Его сердце было закалено годами горечи и одиночества, вызванными унижениями, которые ему довелось пережить. Став свидетелем жестокости и предательства со стороны собственной семьи, он научился не доверять никому и отгораживаться от мира.

Но в присутствии Элизабет все эти привычные барьеры, возведенные для защиты, таяли словно дым. Он ловил себя на том, что замечает малейшие детали, будь то легкий румянец ее щек или взволнованный блеск глаз. Его завораживало каждое ее движение, каждое слово. И эта неожиданная уязвимость пугала его.

Леонард понимал, что должен быстро избавиться от этих опасных чувств, пока они не разрушили все, к чему он так долго и упорно шел. Ведь Элизабет была частью того мира, который он хотел уничтожить. Она была дочерью его врага, тем самым человеком, ради мести которому Леонард все эти годы плел свою сложную интригу.

Сжав кулаки, Леонард в очередной раз попытался переключить свои мысли на более насущные дела. Ему нужно было сосредоточиться на своих планах, не поддаваясь соблазну отвлечься на Элизабет. Слишком многое поставлено на карту, чтобы позволить себе подобную роскошь.

Внезапно тишину библиотеки нарушил тихий стук в дверь. Леонард вскинул голову, ожидая увидеть на пороге кого-то из слуг. Но вместо этого в проеме показался знакомый силуэт.

– Леонард.

Услышав этот властный голос, Леонард поспешно поднялся на ноги и склонил голову в почтительном поклоне.

– Лорд Реджинальд.

Отец Элизабет неторопливо прошел в библиотеку, окинув ее цепким взглядом. Леонард внимательно наблюдал за ним, пытаясь угадать, с какой целью тот его вызвал. Лорд Реджинальд редко беспокоил его, доверяя ему ведение своих дел.

– Я наслышан, что ты весьма успешно справляешься со своими обязанностями, – заметил лорд, неторопливо располагаясь в кресле напротив Леонарда. – Мои партнеры по бизнесу весьма довольны твоей работой.

Леонард кивнул, ожидая продолжения. Судя по тону Реджинальда, тот был доволен его деятельностью, но что-то подсказывало Леонарду, что это всего лишь прелюдия к чему-то более существенному.

– Твоя преданность и старание не остались незамеченными, – продолжил лорд, внимательно наблюдая за своим собеседником. – И я решил вознаградить тебя за твою работу. Я готов принять тебя в нашу семью.

Леонард замер, пораженный этими словами. Семья? Неужели Реджинальд намеревается официально признать его в качестве своего сына и наследника? Такое предложение было полной неожиданностью для Леонарда, ведь за все эти годы он ни разу не слышал ни единого намека на подобный вариант развития событий.

Внимательно изучая лицо Реджинальда, Леонард пытался понять, что стоит за этим неожиданным предложением. Что заставляет этого расчетливого и хитрого человека принять в свой род незаконнорожденного сына? Неужели он чувствует благодарность за преданную службу Леонарда или в этом кроется какой-то иной, более коварный замысел?

Прокручивая в голове все возможные варианты, Леонард наконец поднял глаза и посмотрел на Реджинальда с едва заметной усмешкой.

– Я польщен вашим предложением, милорд. Но боюсь, что не могу его принять.

В глазах лорда мелькнуло удивление, быстро сменившееся недоумением. Он явно не ожидал такого ответа.

– Не можешь? – переспросил Реджинальд, внимательно вглядываясь в непроницаемое лицо Леонарда. – Но почему? Ты ведь всегда стремился к признанию и власти. Разве не этого ты желал все эти годы?

Леонард качнул головой, не меняя своего спокойного выражения.

– Вы правы, милорд. Я действительно хотел этого. Но не ценой предательства тех, кто был со мной всегда.

Он сделал паузу, давая Реджинальду возможность осознать весь смысл его слов. Старый лорд нахмурился, по-видимому, догадываясь о сокровенных мыслях Леонарда.

– Так значит, – медленно произнес он, – ты отвергаешь мое предложение из-за моей дочери? Из-за Элизабет?

В глазах Реджинальда мелькнуло понимание, и Леонард едва заметно склонил голову в знак подтверждения.

– Да, милорд. Я не могу предать ее ради своих личных амбиций.

Наступила тишина, во время которой оба мужчины мерили друг друга напряженными взглядами. Леонард внимательно наблюдал за тем, как на лице Реджинальда сменяют друг друга различные эмоции – от недоверия до осознания.

Наконец старый лорд тяжело вздохнул и опустился обратно в кресло.

– Ты полон сюрпризов, Леонард, – произнес он, качая головой. – Я никогда не предполагал, что ты способен на такие сложные чувства. Ведь ты всегда производил впечатление холодного и расчетливого человека.

Леонард молчал, не желая вступать в бессмысленные словесные баталии. Он прекрасно понимал, что Реджинальд пытается ощупать его слабые места, найти в нем уязвимость. И Леонард не собирался позволять ему этого.

– Ты поступаешь так, как считаешь нужным, – наконец сказал лорд. – Но помни, что твои личные предпочтения могут сыграть с тобой злую шутку. Ты не можешь позволить себе такую роскошь, как сентиментальность, особенно в нашем мире. Это может стать твоей гибелью.

Леонард едва заметно кивнул, понимая, что Реджинальд затронул самую суть его внутренних терзаний. Эта безжалостная правда, высказанная вслух, больно кольнула его, словно острие кинжала.

Бросив последний изучающий взгляд на Леонарда, Реджинальд поднялся с кресла и направился к выходу. Но уже в дверях он вдруг остановился и обернулся.

– Впрочем, – произнес он, холодно улыбаясь, – я ценю твою преданность. Возможно, когда-нибудь ты еще примешь мое предложение.

С этими словами он вышел, оставив Леонарда наедине с тяжелыми мыслями.

Медленно опустившись в кресло, Леонард прикрыл глаза, пытаясь совладать с бушующим в его душе штормом. Признание Реджинальда, его слова о сентиментальности и опасности чувств – все это било прямо в цель, заставляя его усомниться в правильности сделанного выбора.

А ведь Реджинальд был прав. Леонард не мог позволить себе подобную роскошь. Его цель, его жажда мести, ради которых он так долго шел, были важнее всего. И Элизабет, несмотря на ее чистоту и благородство, могла стать его ахиллесовой пятой, если он не избавится от этого наваждения.

Леонард сжал кулаки, чувствуя, как его решимость крепнет с каждым мгновением. Он должен избавиться от этих чувств, пока они не погубили все, что он так тщательно выстраивал. Не может быть и речи о каких-либо сантиментах, пусть даже Элизабет и волнует его сердце.

Открыв глаза, Леонард встал с кресла и направился к выходу. Впереди его ждали дела, которые требовали его незамутненного внимания. Он больше не позволит себе отвлекаться на пустые мечты. Отныне только холодный расчет и беспощадная решимость будут вести его по пути к давно желанной цели.

Тихий скрип двери библиотеки заставил Леонарда насторожиться. Он замер, стараясь уловить малейшие звуки, выдающие присутствие нового гостя. Шаги были легкими и неторопливыми – определенно, не слуга. Замерев в своем укрытии за стеллажами, Леонард ждал, пока незнакомец не покажется в поле зрения.

Наконец, знакомая фигура появилась в проеме, и Леонард едва заметно расслабился. Это был лорд Реджинальд, хозяин особняка и его…отец. Леонард все еще с трудом привыкал к мысли, что этот человек приходится ему кровным родственником.

Реджинальд неспешно прошел в глубь библиотеки, опустился в кресло за массивным дубовым столом и погрузился в изучение каких-то бумаг. Леонард наблюдал за ним, отмечая каждое движение, каждый жест. Годы практики позволяли ему читать этого человека, как раскрытую книгу.

Он видел, как слегка сдвинулись брови лорда, выдавая его озабоченность, как судорожно сжалась рука, держащая перо. Что-то тревожило этого влиятельного аристократа, и Леонард намеревался узнать, что именно.

Откинувшись на спинку дивана, он вновь погрузился в чтение, сделав вид, что полностью поглощен книгой. Но краем глаза он внимательно следил за каждым движением Реджинальда, ожидая, когда тот, наконец, поднимет взгляд.

Долгие минуты тянулись в тишине, нарушаемой лишь шелестом страниц и скрипом пера. Леонард чувствовал, как напряжение накапливается в воздухе, как будто перед грозой. Наконец, Реджинальд отложил бумаги и устало провел рукой по лицу.

– Леонард, – негромко позвал он.

Услышав свое имя, Леонард поднял взгляд от книги, изображая искреннюю готовность помочь.

– Да, милорд? Что-то случилось?

Реджинальд медленно покачал головой.

– Не случилось, но… – он замолчал, подбирая слова. – Я получил тревожные известия из Истринги. Кажется, там разгорается новый виток конфликта, и мне придется туда ехать, чтобы лично разобраться в ситуации.

Леонард внимательно выслушал его, отметив, что лорд выглядит серьезно обеспокоенным. События в Истринге явно были важны, раз они вызвали такую реакцию.

– Это действительно может оказаться серьезным, – осторожно произнес Леонард. – Могу я быть вам полезен чем-либо, милорд?

Реджинальд задумчиво взглянул на него.

– Да, ты мне понадобишься, Леонард. Я хочу, чтобы ты остался здесь и присмотрел за делами в мое отсутствие. Это важно. Я не могу доверить это никому, кроме тебя.

Леонард кивнул, тщательно скрывая свое удовлетворение. Такое доверие играло ему на руку. Находясь в особняке, он сможет продолжать осуществление своих замыслов, находясь в самом эпицентре событий.

– Я сделаю все, что в моих силах, милорд, – заверил он Реджинальда. – Можете быть уверены, ваше хозяйство будет находиться в надежных руках.

Реджинальд удовлетворенно кивнул.

– Я и не сомневаюсь в твоей компетентности, Леонард. Ты зарекомендовал себя как достойный и преданный слуга. Я могу положиться на тебя.

Леонард позволил себе легкую улыбку. Именно этого он и добивался – стать незаменимым для Реджинальда, заслужить его полное доверие. Теперь, оставшись в особняке, он сможет беспрепятственно продолжить свою опасную игру, подталкивая членов этой семьи к катастрофе.

Но где-то на краю сознания вновь замаячила тревожная тень. Образ Элизабет, ее встревоженный взгляд и неуловимая хрупкость вторглись в его расчетливые планы, грозя нарушить привычный ход событий.

Нет, отбросил он эту мысль. Он не может позволить себе подобную слабость. Элизабет – всего лишь пешка в его игре, всего лишь ещё одно средство для достижения желаемого. Он не позволит ей встать на его пути.

Сделав глубокий вдох, Леонард вновь переключился на разговор с Реджинальдом, внимательно выслушивая последние инструкции и указания. Теперь у него есть все, чтобы продолжить свою опасную игру.

А Элизабет пусть остается в безопасности, не подозревая о надвигающейся буре.

Солнце еще не успело полностью подняться над горизонтом, когда Леонард бесшумно проскользнул в личные покои лорда Реджинальда. Его шаги были мягкими и плавными, словно он был призраком, бесплотным наблюдателем в этом затянутом полумраком кабинете.

Остановившись возле массивного письменного стола, Леонард позволил себе минутную слабость – медленно провел рукой по темному дереву, будто пытаясь уловить ускользающие призраки прошлого. Он так часто стоял здесь, склоняясь над этими бумагами, пытаясь распутать сложные клубки интриг и заговоров, плетущихся в этом доме.

Но сегодня его внимание было сосредоточено не на этих записях. Нет, Леонард пришел сюда за другим.

Осторожно выдвинув нижний ящик стола, он начал методично перебирать его содержимое. Здесь хранились самые сокровенные документы – частные письма, старые завещания, счета и даже неизвестные никому кроме владельца дневники.

Леонард медленно провел пальцами по потрепанным страницам, отмечая для себя, что некоторые из них были отмечены особыми пометками. Должно быть, лорд Реджинальд считал их особенно важными. Возможно, именно в этих записях скрывалась ключевая зацепка, которую он так долго искал.

Внезапно его пальцы наткнулись на тонкую пачку писем, перевязанных ветхой лентой. Леонард замер, почувствовав, как участилось его дыхание. Эти письма… Он знал, что они были. Но увидеть их самому, держать в руках – это было совсем другое.

Дрожащими пальцами он развязал ленту и осторожно развернул первое письмо, вчитываясь в знакомый изящный почерк. Его глаза быстро пробегали по строчкам, впитывая каждое слово, каждую интонацию.

Это были любовные письма. Письма его матери к его отцу.

Леонард сжал свободную руку в кулак, стараясь подавить волну неожиданно нахлынувших эмоций. Ярость, боль, разочарование – все это смешалось в нем, словно шторм, грозящий разорвать его изнутри.

Значит, его отец все-таки хранил эти письма. Все эти годы, пока он презирал и отвергал Леонарда, его сына, плод этой запретной связи, письма его матери продолжали лежать здесь, в этом самом ящике. Неприкосновенные реликвии, хранимые с такой тщательностью.

«Ирония судьбы», – горько усмехнулся Леонард, вновь возвращаясь к чтению. С каждой строчкой образ его отца, столь идеализированный и возвышенный в его собственном представлении, рушился, как карточный домик. Этот надменный аристократ, столь гордившийся своим безупречным именем и статусом, оказывается, сам нарушал все мыслимые правила и табу ради тайной связи с простолюдинкой.

Леонард поморщился, словно от физической боли, и поспешил свернуть письма обратно, пряча их в карман. Этого было более чем достаточно. Теперь он понимал, насколько хрупок и уязвим этот фасад благородства, которым так гордился его отец. И это знание лишь подстегивало его жажду мести.

Быстро прибрав за собой, Леонард покинул кабинет, стараясь не смотреть в сторону личных покоев лорда Реджинальда. Ему нужно было собраться с мыслями, продумать следующий шаг в своей коварной игре. Теперь, когда у него были эти письма, он мог приступать к воплощению своего плана в жизнь.

Вернувшись в уединенный уголок библиотеки, Леонард опустился в кресло, пряча лицо в ладонях. Всего лишь несколько строчек вывернули наизнанг все его представления о собственном происхождении, заставляя сомневаться в самых основах его существования. И теперь он не знал, как с этим справиться.

«Прошлое не отпускает так легко», – мрачно подумал он, сжимая в кармане драгоценные письма. От этого наследия не избавиться, как бы он ни старался. Оно будет преследовать его, подтачивая изнутри его решимость, его холодность, его жажду возмездия.

Этот грех его родителей намертво запечатлен в его крови, в каждой клетке его тела. И, быть может, именно поэтому сердце Леонарда столь упорно сопротивляется его разуму, стремясь вырваться на свободу.

Впервые за многие годы Леонард почувствовал, как все его тщательно выстроенные планы начинают рушиться под натиском этих непрошеных воспоминаний. Его облик безжалостного манипулятора дал трещину, обнажая потаенные уголки души, о существовании которых он предпочитал не задумываться.

И теперь перед ним стоял сложнейший выбор – позволить себе вновь окунуться в омут чувств и воспоминаний, отказавшись от своей мести, или же навеки похоронить эту слабость, продолжая свой беспощадный путь.

Леонард медленно поднял голову, его взгляд был полон решимости. Он сделал свой выбор – пусть эта сентиментальность и бередит его душу, но она не сломит его. Его жажда возмездия превыше всего, и ради нее он будет готов пойти на любую жертву.

Выпрямив спину, Леонард достал письма и начал методично их изучать, выискивая в каждом слове и строчке новые зацепки, новые возможности для того, чтобы обратить это грязное наследие прошлого против его собственного отца и его семьи. Его лицо было непроницаемо, как каменная маска, скрывая вспыхнувшие в глубине души отголоски боли.

Леонард знал, что ему предстоит пройти по лезвию бритвы, сохраняя хрупкое равновесие между своими личными чувствами и той беспощадной игрой, в которую он вовлек себя. Но он был готов рискнуть всем ради достижения своей цели.

Ничто и никто не встанет на его пути к отмщению.

Склонившись над массивным дубовым столом, Леонард внимательно перебирал бумаги, разложенные перед ним. Его острый взгляд цепко выхватывал каждую деталь, пытаясь уловить малейшее несоответствие или тайный подтекст.

Этот кабинет, пропитанный атмосферой власти и влияния, был его вотчиной. Здесь он чувствовал себя в своей стихии, окруженный плетением интриг и закулисной борьбой за первенство. Леонард был словно рыба в воде, умело маневрируя в этом мире, где каждое слово и жест несли в себе скрытый смысл.

Но сегодня его сосредоточенность была нарушена. Событие, произошедшее накануне в библиотеке, не шло у него из головы, беспокойными всполохами пробиваясь сквозь безупречно выверенные планы.

Элизабет. Эта девушка, которую он так тщательно оберегал от своих коварных замыслов, вдруг стала его ахиллесовой пятой. Леонард до сих пор не мог понять, как она сумела пробить брешь в его броне, затронув то, что он считал давно утраченным – способность испытывать настоящие чувства.

Нахмурившись, он сжал в руке лист бумаги, пытаясь сосредоточиться на насущных делах. Но мысли вновь и вновь возвращались к тому тревожному моменту в библиотеке, когда он встретился взглядом с Элизабет и ощутил, как его сердце предательски дрогнуло.

Он не мог позволить себе такую слабость. Не сейчас, когда его план наконец начал приносить плоды. Леонард сжал зубы, осознавая, что теперь каждый его шаг должен быть продуман с особой тщательностью. Одно неверное движение, одно непродуманное решение, и все, над чем он так долго и упорно работал, может рухнуть.

Взяв себя в руки, Леонард вернулся к изучению документов. Необходимо было закончить начатое, довести интригу до победного конца. Только так он сможет вырвать с корнем все, что отравляло его жизнь на протяжении многих лет.

Его холодная расчетливость и безжалостность должны были взять верх над непривычными порывами. Леонард не имел права на слабость, не в этой игре, где ставкой была месть.

Резкий стук в дверь заставил его поднять голову. Приоткрыв створку, на пороге появился один из слуг.

– Господин Леонард, лорд Реджинальд желает видеть вас немедленно.

Леонард коротко кивнул и, бросив последний взгляд на документы, направился к выходу. Отец вызывал его не просто так – значит, очередной этап его плана был готов к осуществлению. Сжав кулаки, Леонард зашагал по коридору, готовый к новым интригам и закулисным маневрам. Теперь, когда его цель была так близка, он не позволит ничему встать у него на пути, даже если это будет стоить ему разбитого сердца.

Войдя в кабинет лорда, Леонард сразу же почувствовал напряженную атмосферу. Реджинальд, сидя в своем любимом кресле, хмуро смотрел на него, словно ожидая объяснений.

– Вы хотели меня видеть, милорд? – спокойно произнес Леонард, внутренне готовясь к очередному раунду закручивающейся интриги.

– Да, Леонард, – Реджинальд медленно поднялся из-за стола, его взгляд стал жестче. – У меня есть к тебе несколько вопросов.

Леонард подавил внутреннее напряжение, сохраняя невозмутимое выражение лица. Он знал, что за этим последует.

– Насколько мне известно, – продолжил лорд, – ты довольно близко общаешься с моей дочерью Элизабет. Не могу понять, чем вызваны твои особые отношения с ней.

Леонард внутренне напрягся, понимая, что ход его игры под угрозой. Но он быстро взял себя в руки, приготовившись выдержать этот натиск.

– Милорд, – ответил он ровным тоном, – Элизабет – ваша наследница, и в ее интересах поддерживать хорошие отношения с вашим ближайшим помощником. Уверяю вас, никакого особого расположения с моей стороны нет.

Реджинальд окинул его недоверчивым взглядом, явно не удовлетворенный этим объяснением. Леонард понимал, что должен действовать как можно осторожнее.

– Я лишь стараюсь быть полезным вам и вашей семье, милорд, – добавил он. – Вы сами доверили мне эту роль, и я намерен оправдывать ваше доверие.

Реджинальд помолчал, обдумывая его слова. Леонард внутренне напрягся, ожидая следующего вопроса. Любая оплошность могла раскрыть его истинные намерения.

Наконец лорд медленно кивнул.

– Хорошо, Леонард. Надеюсь, ты понимаешь, что девушка из нашего рода не может быть предметом твоих… посягательств. Это было бы недопустимо.

– Разумеется, милорд, – Леонард слегка поклонился, скрывая облегчение. – Я полностью отдан своей службе вам и вашей семье.

Реджинальд пристально смотрел на него еще несколько мгновений, а затем махнул рукой, давая понять, что аудиенция окончена. Леонард коротко поклонился и поспешно вышел из кабинета, чувствуя, как напряжение покидает его тело.

Выйдя в коридор, он прислонился к стене, делая глубокий вдох. Его план едва не раскрылся, и теперь ему придется действовать еще осторожнее. Реджинальд стал подозрителен и, похоже, начал догадываться о его истинных намерениях.

Слабость перед Элизабет чуть было не стоила ему всего. Но Леонард поклялся, что больше не позволит ей встать на его пути. Его месть была превыше всего – даже превыше этого непонятного чувства, которое она пробудила в его душе.

Собравшись с мыслями, Леонард решительно направился прочь, готовый вновь окунуться в водоворот интриг. Теперь, когда его ахиллесова пята была обнаружена, он должен действовать еще изощреннее, чтобы не выдать своих истинных намерений. Только так он сможет довести план до конца и отомстить всем, кто когда-то унижал его.

Библиотека погрузилась в уютную тишину. Леонард и Элизабет склонились над огромными фолиантами, изучая их содержание в поисках редкой ботанической книги. Иногда их взгляды украдкой встречались, но оба тут же отводили глаза, будто опасаясь, что чувства, тлеющие в их сердцах, могут вырваться наружу.

Для Леонарда эти моменты близости с Элизабет были небольшим отдыхом от бесконечной игры хитросплетений, которую он плел вокруг ее семьи. Здесь, в этих уединенных стенах, он мог позволить себе на время забыть о своих коварных замыслах и просто наслаждаться спокойствием. Но стоило ему вновь взглянуть на Элизабет, как в груди вспыхивала непривычная тревога.

Как бы Леонард ни старался убедить себя в обратном, он не мог отрицать, что эта девушка задевала какие-то глубинные струны в его ожесточенном сердце. Ее мягкость, искренность и невинность пробуждали в нем настоящие, неподдельные чувства, которым не было места в его жизни, полной интриг и жажды возмездия.

Оторвавшись от книги, Леонард вновь взглянул на Элизабет. Ее темные ресницы отбрасывали длинные тени на нежные щеки, а аккуратные пальцы бережно перелистывали страницы. Леонард невольно залюбовался этой картиной, отмечая каждую деталь.

Но в следующий миг его взгляд потемнел, когда он вспомнил, что на самом деле является для Элизабет – не просто безобидный слуга, а коварный хищник, подбирающийся к ее семье. Мысль о том, что Леонард может причинить ей боль, вызвала в нем приступ омерзения к самому себе.

Словно почувствовав его взгляд, Элизабет подняла голову, встретившись с ним глазами. В ее взоре сквозила задумчивость, но при этом Леонард уловил в нем и некоторую… тревогу. Должно быть, она каким-то внутренним чутьем ощущала исходящую от него опасность.

Леонард поспешно отвел взгляд, чувствуя, как в груди разрастается дурное предчувствие. Он не должен был допускать, чтобы Элизабет так на него влияла. Эта девушка – не более чем слабое звено, которым могут воспользоваться его враги, чтобы нанести ему ощутимый удар. Леонард не мог себе этого позволить.

Его пальцы сжали край книги, и тишину библиотеки вдруг нарушил шорох страниц. Элизабет вздрогнула, снова бросив на Леонарда обеспокоенный взгляд.

– Все в порядке? – тихо спросила она.

Леонард глубоко вдохнул, натягивая на лицо привычную маску невозмутимости.

– Да, миледи, все хорошо, – ответил он, постаравшись, чтобы его голос звучал спокойно. – Просто задумался на мгновение.

Элизабет внимательно посмотрела на него, словно пытаясь разгадать, что скрывается за этим внешним спокойствием. Что-то в ее сосредоточенном взгляде заставило Леонарда напрячься. Ему нужно было как можно скорее уйти от этой девушки, пока она случайно не докопалась до истины.

– Позвольте мне вернуться к поискам, – поспешно произнес Леонард, поднимаясь из кресла. – Я постараюсь найти интересующую вас книгу как можно быстрее.

Он заметил, как Элизабет разочарованно опустила голову, но тут же одернул себя. Ему не стоит обращать внимания на ее реакцию – это лишь отвлекает от главной цели.

Стремительно покинув свое укрытие, Леонард направился к полкам, сосредоточенно изучая корешки книг. Ему нужно было срочно восстановить свою фокусировку, не допустить, чтобы эта неожиданная сентиментальность и волнение разрушили все его тщательно выстроенные планы.

Но стоило ему снова бросить взгляд на Элизабет, наблюдавшую за ним с легкой тенью разочарования в глазах, как Леонард ощутил, как в его душе снова разливается непривычная теплота. Возможно, ему и удастся найти способ держать эти чувства под контролем, но избавиться от них окончательно он уже не мог.

Вздохнув, Леонард сосредоточенно вернулся к поискам, решительно настроенный пока не думать о том, что эта хрупкая связь с Элизабет может означать для его дальнейших действий.

Леонард бесшумно ступал по коридорам особняка, его темная фигура словно сливалась с мрачными тенями, отбрасываемыми высокими стенами. Сейчас, наедине с собой, он позволил себе скинуть маску вежливого и услужливого помощника, открыв истинное выражение лица – холодное, расчетливое, полное едва сдерживаемого гнева.

Его пальцы сжимались и разжимались, словно сами по себе, выдавая внутреннее напряжение. Этот мирок, которым он так тщательно манипулировал, угрожал рухнуть, стоило лишь Элизабет появиться в его жизни.

Тихо выругавшись сквозь зубы, Леонард ускорил шаг, направляясь к кабинету лорда Реджинальда. Ему необходимо было срочно обдумать свои дальнейшие действия, пока этот непрошеный гость не разрушил все его тщательно выстроенные планы.

Толкнув дверь, Леонард шагнул внутрь и бесцеремонно опустился в одно из кресел, не обращая внимания на возмущенный взгляд хозяина кабинета.

– Что за срочность? – резко бросил Реджинальд, явно недовольный тем, что его отвлекли от важных дел.

Леонард коротко изложил суть проблемы, не вдаваясь в подробности.

– Элизабет… представляет опасность для наших дел, – сдержанно произнес он, тщательно подбирая слова. – Она может стать слабым звеном, которым могут воспользоваться наши враги.

Реджинальд нахмурился, обдумывая услышанное.

– Ты предлагаешь избавиться от нее? – сухо уточнил он.

Леонард отрицательно покачал головой.

– Нет, убийство будет слишком рискованным ходом и оставит слишком много следов. Но мы должны держать ее под контролем, не позволяя ей вмешиваться в наши дела.

Реджинальд задумчиво постучал пальцами по столешнице, пристально глядя на Леонарда.

– Ты предлагаешь использовать ее? – медленно произнес он, словно пробуя эту мысль на вкус.

Леонард кивнул, чувствуя, как внутри все напрягается от осознания неизбежности своих действий.

– Да. Я думаю, мы можем найти ей подходящую партию, чтобы отвлечь ее внимание от наших дел. Возможно, даже выгодный для нас брак.

Реджинальд хмыкнул, но в его глазах мелькнуло одобрение.

– Неплохая идея. Ты всегда был хорош в подобных интригах, Леонард.

Леонард едва заметно поморщился от этого одобрения, но виду не подал. Внутри него словно разгоралась черная буря ярости и отчаяния. Он ненавидел себя за то, что вынужден использовать Элизабет, предавая ее доверие. Но выхода не было – она стала уязвимым местом, которым могли воспользоваться его враги, чтобы уничтожить все, к чему он так долго и упорно шел.

«Прости меня, Элизабет», – мысленно произнес Леонард, сжимая кулаки.

Он должен был защитить свою месть, свою цель – пусть даже ценой предательства. Образ девушки с печальными темными глазами на мгновение всплыл перед его взором, но Леонард тут же отбросил эту мысль, погружаясь в холодные расчеты.

– Я займусь поиском подходящего кандидата, – сдержанно произнес он, поднимаясь с кресла. – Скоро у нас будет новая леди в этом доме.

Реджинальд довольно улыбнулся, не подозревая о той внутренней борьбе, которая бушевала в душе Леонарда.

– Отлично. Я полностью полагаюсь на твое умение вести такие дела, – кивнул он. – А теперь, если ты закончил, у меня есть еще несколько важных вопросов, требующих моего внимания.

Леонард коротко поклонился и вышел из кабинета, оставляя растерянного Реджинальда в одиночестве. Его шаги были быстрыми и целеустремленными – он должен был как можно скорее приступить к новой интриге, пока не упустил момент.

Но с каждым шагом на душе у Леонарда становилось все тяжелее. Он чувствовал, как что-то неуловимое рвется внутри него, грозя разрушить хрупкое равновесие, которое он так долго и упорно поддерживал.

Элизабет… Его загадочная и пленительная Элизабет. Он должен был защитить ее, даже если для этого придется причинить ей боль. Но в глубине души Леонард знал, что эта борьба будет самой тяжелой из всех, что ему довелось вести.

Элизабет осторожно провела пальцами по корешку очередного фолианта, пристально вглядываясь в покрытые пылью названия. Ее брови нахмурились в легком беспокойстве – она никак не могла найти ту редкую книгу по ботанике, которую так хотела изучить.

Украдкой взглянув на Леонарда, сидевшего в кресле напротив, Элизабет вновь вернула свое внимание к полкам. На самом деле, она пришла сюда отнюдь не ради какого-то растительного трактата. Ее истинная цель была куда более личной.

С тех пор, как загадочный Леонард стал верным слугой ее отца, Элизабет не находила себе места. Что-то в этом человеке притягивало ее, будоража любопытство. За его бесстрастной маской скрывался весь спектр эмоций, тщательно скрываемых от посторонних глаз. И Элизабет отчаянно хотела понять, что же творится за этим неприступным фасадом.

Она прекрасно помнила тот день, когда Леонард впервые переступил порог их дома. Его появление было окутано тайной, но постепенно ему удалось зарекомендовать себя как исключительно полезный и преданный помощник отца. Однако Элизабет не могла избавиться от ощущения, что за этим фасадом лояльности скрываются собственные, куда более темные мотивы.

Элизабет украдкой наблюдала за Леонардом, стараясь поймать малейшие изменения в его поведении. Порой, как сегодня, в его взгляде проскальзывали отблески чего-то незнакомого, почти уязвимого. Но стоило ей пересечься с ним глазами, как он тут же возводил непроницаемую стену, скрывая все следы этих едва уловимых эмоций.

Издав тихий вздох, Элизабет отступила от полок, сдаваясь в поисках заветной книги. Она украдкой взглянула на Леонарда, надеясь застать его врасплох, но мужчина уже вновь был погружен в чтение, как ни в чем не бывало.

Элизабет тихо опустилась в кресло напротив, устало откинувшись на спинку. Ей не удавалось найти ни малейшую трещину в его броне, и это было невероятно досадно. Она чувствовала, что Леонард скрывает что-то, возможно, даже весьма опасное. Но как ни пыталась, Элизабет не могла разгадать эту загадку.

Внезапно Леонард поднял голову, перехватив ее внимательный взгляд.

– Не нашли то, что искали, миледи? – поинтересовался он, его голос мягок, но в глубине его темных глаз мелькнуло легкое любопытство.

Элизабет неловко повела плечами.

– Нет, боюсь, эта книга пока не попалась мне на глаза, – ответила она, вновь опуская взгляд. – Но я… я обязательно найду ее.

Леонард на мгновение замолчал, его пронзительные глаза изучали девушку. Затем уголки его губ дрогнули в крохотной ухмылке.

– Если вы позволите, я мог бы помочь вам в ее поисках, – предложил он. – Эта библиотека хранит немало удивительных сокровищ, и я знаю их расположение лучше, чем кто-либо.

Элизабет вскинула голову, ее темные глаза удивленно распахнулись. Она ожидала, что Леонард сейчас просто отвернется, погрузившись в собственные мысли, как обычно. Но вместо этого он как будто протягивал ей ниточку, приглашая довериться ему.

Однако что-то в его предложении настораживало Элизабет. Она прекрасно понимала, что этот человек не делает ничего просто так – за любым его действием кроются скрытые мотивы. Но в то же время в ней вновь всколыхнулось любопытство, влекущее ее к этой загадочной личности.

– Что ж, буду признательна за помощь, – медленно произнесла Элизабет, внимательно следя за реакцией Леонарда. – Возможно, вместе нам удастся отыскать эту книгу.

В темных глазах мужчины промелькнул странный огонек, будто он искренне удивился ее согласию. Но затем его лицо вновь приняло невозмутимое выражение, и он плавно поднялся с кресла.

– Тогда позвольте мне приступить к поискам, – сказал Леонард, протягивая руку, чтобы помочь Элизабет подняться.

Девушка колебалась мгновение, а затем приняла его ладонь. Нельзя было не заметить, как крепкие пальцы мужчины нежно сжали ее тонкие запястье, и Элизабет невольно ощутила, как по ее спине пробежала легкая дрожь

Что он замышляет? Чего добивается, предлагая ей свою помощь? Вопросы роились в ее сознании, но Элизабет решительно отбросила их, сосредоточившись на предстоящих поисках. Ведь именно этого она и хотела – возможности оказаться ближе к Леонарду, разгадать его секреты.

И она была готова рискнуть.

Леонард методично перебирал корешки старинных фолиантов, внимательно изучая каждое название. Элизабет тихо следовала за ним, иногда подавая ему очередной том, который ей удавалось найти.

Их поиски длились уже довольно долго, но ни один из них не жаловался на утомление. Напротив, Леонард отмечал, что ему приятно находиться в обществе этой девушки, пусть даже и в столь сдержанной, профессиональной манере. Ее неторопливые движения, задумчивый взгляд и легкая улыбка, время от времени мелькавшая на ее лице, завораживали его.

Внезапно Леонард заметил на одной из верхних полок старый, потрепанный том, который, как он полагал, мог быть тем, что искала Элизабет.

– Возможно, это то, что вы ищете? – произнес он, протягивая ей книгу.

Элизабет бережно приняла ее, внимательно осматривая.

– Да, кажется, это оно! – воскликнула она, ее глаза засияли от радости. – Спасибо вам, господин Леонард, вы мне очень помогли.

Леонард кивнул, наблюдая, как девушка аккуратно открывает книгу, проводя пальцами по потрескавшимся страницам. Его внимание было приковано к ней, и он чувствовал, как с каждой секундой его решимость хранить дистанцию тает.

Вдруг Элизабет подняла голову, ее взгляд встретился с его глазами.

– Скажите, а вы сами интересуетесь ботаникой? – спросила она с любопытством

Леонард на мгновение замешкался, не ожидая столь прямого вопроса.

– Признаться, это не моя основная страсть, – ответил он уклончиво. – Но я всегда стремлюсь расширять свои познания. Возможно, вы могли бы рассказать мне что-нибудь интересное из этой области?

Элизабет просияла.

– С радостью! – воскликнула она. – Ботаника – это моя настоящая любовь. Вы знаете, например, что есть такие растения, которые способны поглощать отравляющие газы? А есть и такие, что могут исцелять самые тяжелые раны…

Леонард слушал ее с неподдельным интересом, как заворожённый. Он отмечал, как оживляется ее лицо, когда она погружается в любимую тему, как её глаза загораются энтузиазмом. Это было так непохоже на ту надменную, замкнутую в себе девушку, которую он привык наблюдать в коридорах особняка.

Разговор Элизабет ненадолго перенес Леонарда в совершенно иной мир – мир, полный красоты, гармонии и неиссякаемого любопытства к окружающей природе. Это было так далеко от тех холодных расчетов и кровавых интриг, которыми была наполнена его собственная жизнь.

И в этот момент Леонард вдруг почувствовал, как что-то внутри него начинает меняться. Слушая Элизабет, он ощущал, как оттаивает его ожесточенное сердце, как в нем расцветает нечто, что он уже давно считал утраченным – надежда, восхищение, даже… трепет.

Но тут реальность вновь напомнила о себе. Леонард вспомнил, зачем он находится здесь, в этом особняке – не для того, чтобы предаваться романтическим грезам, а чтобы разрушить этот благополучный мир, ставший для него олицетворением всех его страданий и унижений.

Эта мысль болезненно кольнула Леонарда, и он резко оборвал разговор, осторожно возвращаясь к изначальным планам.

– Благодарю вас, миледи, это было весьма познавательно, – произнес он, внезапно став сдержанным и отстраненным. – Должен признать, ваша любовь к ботанике действительно впечатляет.

Элизабет слегка нахмурилась, очевидно заметив перемену в его поведении.

– Я рада, что вы заинтересовались, – тихо ответила она. – Было бы приятно продолжить этот разговор как-нибудь в другой раз.

Леонард почувствовал, как в груди вновь рождается неприятное чувство, но быстро подавил его.

– Возможно, – коротко бросил он, отворачиваясь. – А теперь, если позволите, я должен вернуться к своим делам.

Не дожидаясь ответа, Леонард размашисто направился к выходу из библиотеки, оставляя Элизабет в одиночестве. Его шаги эхом отдавались в коридоре, а в голове билась единственная мысль.

Ему срочно нужно было вновь взять под контроль свои эмоции и восстановить беспристрастность. Потому что в этой игре, где ставкой были власть, месть и само будущее целого рода, он не мог позволить себе роскошь привязанности.

Элизабет была для него ахиллесовой пятой, которую он должен был защитить любой ценой – даже ценой отказа от собственных чувств.

Леонард вглядывался в беспокойное лицо Элизабет, пока они вместе обшаривали полки библиотеки в поисках нужной книги. Девушка казалась взволнованной, ее взгляд то и дело устремлялся к двери, словно она ожидала, что кто-то вот-вот появится.

Наконец она остановилась, тяжело вздохнув.

– Похоже, ее здесь нет, – тихо произнесла Элизабет. – Я должна была попросить отца достать ее из его личной коллекции.

Леонард заметил, как она слегка поджала губы, выдавая беспокойство. Что-то тревожило эту юную особу, но она явно не спешила делиться своими переживаниями.

– Неужели вы так нуждаетесь в этой книге? – спросил он, пытаясь понять, что кроется за ее смятением.

Элизабет бросила на него быстрый взгляд, словно раздумывая, стоит ли открывать ему свои секреты. Но затем она кивнула, сдаваясь.

– Да, мне необходимо изучить ее содержание. Я… пишу статью для журнала, – она запнулась, отводя взгляд. – Отец категорически запретил мне этим заниматься.

Леонард приподнял бровь. Неужели строгий и властный лорд Реджинальд не одобряет увлечение своей дочери литературой? Это было неожиданно – обычно он гордился интеллектуальными достижениями Элизабет и всячески их поощрял.

– Почему же он воспротивился вашему начинанию? – осторожно поинтересовался Леонард.

Девушка печально вздохнула.

– Мой отец считает, что это пустая трата времени, что женщина должна заниматься домашним хозяйством, а не писать статьи для журналов. Но… – она запнулась, ее щеки слегка порозовели, – я просто не могу удержаться от этого. Мне так хочется поделиться своими знаниями с другими.

Леонард внимательно наблюдал за ней, отмечая, как загорелись ее глаза, когда она говорила о своих увлечениях. Он невольно восхитился ее смелостью в противостоянии с отцом, таким авторитетным и грозным человеком.

– Вы не должны сдаваться, миледи, – тихо сказал Леонард. – Ваши знания и способности слишком ценны, чтобы отказываться от их проявления.

Элизабет изумленно посмотрела на него, явно не ожидая такой поддержки.

– Но как же я могу перечить воле отца? – прошептала она. – Он может сильно рассердиться…

Леонард заметил, как страх мелькнул в ее взгляде. Значит, лорд Реджинальд действительно был способен на жестокие меры, если его воля оспаривалась. Леонард почувствовал укол вины – ведь он отлично знал об этом и даже использовал ради своих целей.

– Я понимаю, что вам нелегко, – мягко продолжил он. – Но если вы по-настоящему хотите писать, то должны найти в себе смелость бороться за свои мечты. Даже если это означает пойти против ожиданий окружающих.

Элизабет задумчиво кивнула, ее напряженность немного спала.

– Возможно, вы правы, – задумчиво произнесла она. – Просто я так боюсь разочаровать отца. Он всегда был так строг со мной…

Леонард заметил, как в ее глазах блеснули слезы. Он невольно сделал шаг ближе, желая утешить ее. Но в последний момент сдержался, понимая, что не должен позволять себе такие вольности.

Вместо этого он мягко улыбнулся, стараясь придать своему голосу ободряющие нотки.

– Ваш отец будет гордиться вами, если увидит, как вы смело следуете своей мечте. Не сдавайтесь, Элизабет. Я верю, что вы сможете доказать ему, что ваши стремления достойны уважения.

Девушка пристально посмотрела на него, и Леонард вдруг поймал себя на мысли, что ему хочется защитить это хрупкое создание от всех невзгод. Он невольно залюбовался чистотой ее взгляда, в котором таились сила духа и глубина.

Леонард скрупулезно культивировал в себе абсолютную холодность и расчетливость, но сейчас, под воздействием этих пленительных глаз, его маска постепенно таяла. В груди зарождалось незнакомое и тревожное чувство, которое он пытался подавить.

Не позволяй ей разрушить то, чего ты добивался так долго, – строго напомнил он себе. Его месть и планы мести были превыше всего. И он не мог допустить, чтобы эта девушка стала его слабым местом.

Прочистив горло, Леонард отступил на шаг, восстанавливая невидимую дистанцию.

– Если вам действительно нужна эта книга, я попытаюсь уговорить вашего отца предоставить ее, – произнес он вкрадчиво. – Возможно, я смогу убедить его, что ваша работа заслуживает его одобрения.

Элизабет просияла, ее глаза загорелись благодарностью.

– Вы… вы сделали бы это для меня? – она запнулась, ее щеки зарделись. – Я буду вечно вам благодарна.

Леонард склонил голову в почтительном кивке.

– Считайте это моим небольшим вкладом в ваше начинание, миледи, – сказал он, хотя в глубине души понимал, что его желание помочь Элизабет вряд ли было вызвано лишь благими намерениями.

В конце концов, она все еще была дочерью его врага, тем, кого он должен был обойти стороной, чтобы осуществить свои планы. Но что-то внутри Леонарда упорно сопротивлялось этому. Он все больше запутывался в своих чувствах, и это пугало его.

Элизабет вновь одарила его лучезарной улыбкой, и Леонард почувствовал, как затрепетало его сердце. Ему предстояло сделать нелегкий выбор – между жаждой мести, столь долго питавшей его, и этим незнакомым, но таким обжигающим чувством.

За каждым шагом Леонарда теперь стояли высокие ставки. Одно неверное движение – и его многолетние усилия могли пойти прахом. Но пока он наблюдал, как сияет от радости лицо Элизабет, Леонард понимал, что уже успел зайти слишком далеко. Дорога назад была отрезана.

Несколько часов спустя Леонард сидел за письменным столом в своих личных покоях, внимательно изучая стопку документов. Время от времени он делал пометки в аккуратном журнале, систематизируя собранные сведения.

Хотя большую часть времени он проводил, исполняя обязанности доверенного помощника лорда Реджинальда, Леонард никогда не забывал о своей истинной цели. Каждый день он кропотливо собирал крупицы информации, анализировал малейшие детали, чтобы постепенно воссоздать картину прошлого, ту, которую от него так тщательно скрывали.

Только когда он будет полностью готов, когда соберет достаточно доказательств и предусмотрит каждую мелочь, тогда он сможет приступить к осуществлению своего плана.

Его месть будет поистине сокрушительной.

Леонард откинулся на спинку кресла, задумчиво постукивая пальцами по столу. Мысли его невольно вернулись к недавней встрече с Элизабет в библиотеке. Эта девушка и ее странное, неожиданное влияние на него не давали ему покоя.

Он прекрасно понимал, что не может позволить себе поддаться этому чувству. Оно только помешает его планам, ослабит его решимость. Сантименты были его врагами, а Элизабет – потенциальной уязвимостью, которую могли использовать те, против кого он замышлял свою месть.

Вновь погрузившись в изучение документов, Леонард сжал губы в тонкую линию. Он должен держать свои эмоции под контролем, не позволяя им отвлекать его от главной цели. Слишком многое поставлено на карту. Нет места для ошибок.

Однако при мысли о том, что ему придется причинить боль Элизабет, что-то в нем сопротивлялось. Он не мог себе представить, как будет смотреть в ее глаза, полные боли и разочарования, когда она узнает о его истинных намерениях.

Леонард резко мотнул головой, отгоняя эти мысли. Нет, он не может позволить себе сантиментов. Он должен быть безжалостным, как хищник, идущий по следу своей добычи. Слабость может стоить ему всего.

Собрав документы в папку, Леонард вышел из своих покоев. Ему предстояла встреча с лордом Реджинальдом, и он должен был сосредоточиться только на этом. Подчиняясь своему холодному расчету, Леонард отгородился от посторонних чувств, вновь надевая на лицо непроницаемую маску.

Его месть была слишком важна, чтобы позволить себе роскошь сентиментальности.

Шагая по коридору, Леонард мысленно прокручивал в голове всю информацию, которую ему предстояло обсудить с лордом Реджинальдом. Но в глубине души он сознавал, что рано или поздно ему придется столкнуться с выбором – между своей беспощадной местью и Элизабет. И это был выбор, который мог поставить под угрозу все его тщательно выстроенные планы.

Сжав папку с документами, Леонард ускорил шаг. Сейчас не время для колебаний. Сейчас он должен быть полностью сосредоточен на своей цели и готов идти до конца. Элизабет придется отодвинуть на второй план – по крайней мере, пока.

Но в глубине его души что-то тяжелым грузом давило на сердце, напоминая о запретном чувстве, которое он так отчаянно пытался игнорировать.

Леонард сосредоточенно просматривал корешки старинных фолиантов, внимательно прослеживая каждый ряд книг на высоких стеллажах библиотеки. Рядом с ним мягко ступала Элизабет, изящно поправляя складки своего платья.

Их поиски не приносили пока особых результатов, но Леонард был рад возможности провести это время наедине с девушкой. С того момента, как она появилась в библиотеке, его сердце упорно не давало ему покоя, то и дело напоминая о непозволительной слабости.

Леонард привык держать свои чувства и эмоции под железным контролем, но рядом с Элизабет это становилось всё труднее. Её тихая грация, мягкий взгляд и неподдельное любопытство заставляли что-то внутри него трепетать. Он не понимал, что с ним происходит, и это ощущение слабости раздражало его.

Осторожно прикоснувшись к её руке, Леонард указал на дальнюю полку:

– Возможно, искомая книга находится там. Позвольте мне проверить.

Элизабет кивнула, и Леонард направился к указанному месту, стараясь держать дистанцию. Он не мог позволить себе распускать контроль над ситуацией. Здесь, в этих стенах, окруженный врагами, он должен был оставаться хладнокровным и расчётливым.

Пробегая взглядом по корешкам, Леонард размышлял о том, как усложнилось его положение с появлением Элизабет. Она была единственной, кто знал его истинное происхождение, и теперь Леонарду приходилось внимательно следить за каждым своим шагом и словом, боясь, что она раскроет его секрет.

Более того, эта девушка, которую он должен был презирать как отпрыск своего обидчика, внезапно стала занимать все его мысли. Леонард ненавидел себя за эту слабость, за то, что позволил ей так глубоко проникнуть в его душу. Это было недопустимо.

Сжав кулаки, Леонард попытался выбросить эти мысли из головы и сосредоточиться на поиске. И вскоре его усилия увенчались успехом – он обнаружил длинный потрепанный том, который, судя по описанию Элизабет, должен был быть тем, что она искала.

– Кажется, вот он, – сказал Леонард, аккуратно вытаскивая книгу из ряда.

Он повернулся к Элизабет, протягивая ей драгоценную находку. Их пальцы на мгновение соприкоснулись, и Леонард почувствовал, как по его коже пробежала лёгкая дрожь. Он тут же одёрнул руку, стараясь не выдать своих чувств.

– Спасибо, господин Леонард, – тихо произнесла Элизабет, осторожно беря книгу. – Вы меня очень выручили.

Её взгляд на мгновение смягчился, и Леонард вновь почувствовал, как что-то внутри него тревожно сжимается. Он поспешно отвёл глаза, боясь, что она сможет прочитать скрытые за его маской эмоции.

– Это моя прямая обязанность – помогать вам, миледи, – сухо ответил он, стараясь придать своему голосу холодную отстранённость.

Элизабет кивнула, а затем её внимание привлекло что-то на дальней полке. Леонард воспользовался моментом и отступил на шаг, давая ей возможность сосредоточиться на поиске.

Он наблюдал за девушкой, медленно проходящей вдоль стеллажей, и чувствовал, как его сердце сжимается с каждым её шагом. Леонард ненавидел эту слабость, которая делала его таким уязвимым. Он должен был любой ценой держать свои эмоции под контролем, ведь его месть была превыше всего.

Однако, глядя на Элизабет, Леонард не мог не думать о том, что она могла бы стать той единственной, кто способен дать ему то, чего ему так не хватало в жизни – любви и принятия. Но он сразу же отбрасывал эти мысли.

Он не мог позволить себе такую роскошь. Его прошлое, полное боли и унижений, прочно удерживало его в когтистых лапах ненависти и жажды мести. И пока эти чувства не будут удовлетворены, он не посмеет опустить свою защиту.

Вздохнув, Леонард вновь устремил взгляд на Элизабет, сожалея, что не может открыть ей своего сердца. Но он знал, что это невозможно. Его путь был предопределен, и никакие чувства не могли встать на его пути.

Отвернувшись, Леонард принялся изучать другую полку, пытаясь сосредоточиться на поиске. Всё, что ему оставалось – это держать свои эмоции под контролем и не допускать, чтобы они помешали ему осуществить задуманное.

Его месть была делом всей его жизни. И он был намерен довести её до конца, даже если это будет стоить ему сердца.

Покинув библиотеку, Леонард направился в свои покои, стараясь держаться как можно более непринужденно. Однако внутри его продолжала бушевать буря эмоций – от ярости на самого себя до все более крепнущей привязанности к Элизабет.

Он раздраженно сжал кулаки, пытаясь взять чувства под контроль. Как он мог позволить себе так легкомысленно подставить свое сердце? Разве он не клялся себе никогда больше не доверять никому? Теперь эта девушка, став его слабостью, могла поставить под угрозу все его тщательно выстроенные планы.

Вернувшись в свою комнату, Леонард начал нервно расхаживать взад-вперед, пытаясь разложить мысли по полочкам. Он должен был как можно скорее избавиться от этих опасных чувств, пока они не разрушили все, к чему он так долго и упорно шел.

Внезапно Леонард остановился. На его губах появилась жестокая усмешка. Возможно, это как раз то, что ему нужно. Если Элизабет стала его слабостью, значит, ее можно использовать, чтобы держать остальных членов семьи Реджинальда под контролем.

Леонард прекрасно понимал, что Элизабет была не просто дочерью лорда, а его единственной наследницей. Ее безопасность, ее благополучие значили для Реджинальда больше всего на свете. И если Леонард сможет держать девушку под своим влиянием, ему будет легче подталкивать главу семьи к нужным решениям.

Довольный своей находчивостью, Леонард быстро направился к двери, намереваясь вернуться в библиотеку. Он должен был как можно скорее убедить Элизабет, что может стать ее надежной опорой, доверенным другом и советником. Тогда, контролируя ее, он сможет управлять и ее отцом.

Однако, открыв дверь, Леонард замер, заметив стоявшую на пороге служанку. Девушка нервно теребила фартук, беспокойно поглядывая на него.

– Что случилось? – резко спросил Леонард, подозрительно сощурившись.

– П-простите, милорд, – пролепетала служанка. – Лорд Реджинальд требует вашего немедленного присутствия в его кабинете.

Леонард нахмурился, гадая, что могло понадобиться главе семьи. Неужели он вдруг что-то заподозрил? Нет, такое было маловероятно – Леонард слишком искусно ткал свои интриги, чтобы оставить хоть малейший след.

– Хорошо, я сейчас приду, – кивнул он, жестом отпуская служанку. Оставшись один, Леонард несколько секунд задумчиво смотрел в пустоту, прежде чем направиться к кабинету Реджинальда. Видимо, придется на время отложить свои планы в отношении Элизабет. Сейчас важнее было разобраться, чего же хочет от негосемьи.

Стук в дверь заставил Реджинальда оторваться от бумаг, которыми он был занят.

– Входите, – раздался его глубокий голос.

Леонард бесшумно проскользнул в кабинет, тщательно закрыв за собой дверь. Подойдя ближе, он мягко произнес:

– Вы хотели меня видеть, милорд?

Реджинальд внимательно посмотрел на него, словно взвешивая каждое слово.

– Да, Леонард. Присаживайся.

Леонард послушно опустился в кресло, гадая, что могло побудить лорда вызвать его. Обычно Реджинальд доверял ему и ценил его советы, но сейчас взгляд главы семьи выражал некоторое беспокойство.

– Признаться, меня несколько встревожил тот инцидент с конюшнями, – медленно начал Реджинальд. – По слухам, один из конюхов был найден мертвым, а его сыновья внезапно исчезли.

Леонард едва заметно напрягся. Похоже, это дело все-таки вышло на поверхность. Он рассчитывал, что сможет тихо и незаметно разобраться с этим маленьким недоразумением, но, видимо, допустил ошибку.

– Я уже успел провести некоторые расследования, – спокойно ответил он, не выдавая своего внутреннего напряжения. – По моим сведениям, это была неудачная попытка ограбления. Нам удалось задержать двоих подозреваемых, которые и сознались в содеянном.

Реджинальд внимательно изучал его, словно пытаясь уловить какой-то неуловимый подвох.

– И это все? – наконец спросил он. – Ты уверен, что нам не стоит опасаться каких-либо последствий?

Леонард выдержал его взгляд, не моргнул.

– Уверен, милорд. Я лично проследил за тем, чтобы эта ситуация была улажена. Вам больше не о чем беспокоиться.

Реджинальд несколько секунд молча изучал его, прежде чем наконец кивнуть.

– Хорошо. Я рассчитываю на твою компетентность, Леонард. Ты оправдываешь мое доверие.

– Я сделаю все возможное, чтобы оправдать ваше доверие, милорд, – твердо пообещал Леонард.

Реджинальд удовлетворенно кивнул, и Леонард облегченно вздохнул. Похоже, ему удалось избежать подозрений. Теперь ему нужно было сосредоточиться на том, чтобы скрыть свои следы еще тщательнее и не допустить новых провалов.

Когда он, наконец, покинул кабинет, то снова почувствовал, как накатывает волна раздражения. Ему нужно быть предельно осторожным и внимательным, чтобы ничто не помешало воплотить его планы в жизнь. Он не имел права на ошибку.

Но больше всего его беспокоила Элизабет – та самая слабая точка, которую его враги могли использовать против него. Он не мог позволить себе привязанность к ней. Его чувства представляли собой непозволительную роскошь, которую он не мог себе позволить.

Решительно сжав кулаки, Леонард направился к своим комнатам. Он должен был найти способ избавиться от этой опасной слабости – любой ценой.

Леонард осторожно провел кончиками пальцев по корешкам пыльных книг, внимательно вглядываясь в названия. Элизабет тихо следовала за ним, ее взгляд то и дело возвращался к его сосредоточенному лицу.

Они уже несколько часов обшаривали библиотеку в поисках редкого труда по ботанике, который так интересовал девушку. Леонард сам удивлялся своему рвению, но в глубине души он был рад возможности провести с Элизабет чуть больше времени, прежде чем вернуться к той опасной игре, в которую был так глубоко вовлечен.

Наконец его пальцы нащупали нужный том, и он аккуратно извлек его из ряда книг.

– Вот она, – произнес Леонард, передавая потрепанный фолиант Элизабет. – Надеюсь, это поможет вам в ваших исследованиях.

Девушка восхищенно провела ладонью по корешку книги, ее глаза засияли.

– Спасибо вам, господин Леонард, – тепло поблагодарила она. – Вы так внимательны ко мне.

Леонард едва заметно кивнул, наблюдая, как Элизабет бережно открывает книгу, погружаясь в чтение. Ему нравилось видеть эту искреннюю увлеченность, столь непохожую на фальшивую любезность, которую фонтаном изливала вся остальная знать.

Тем временем в его собственных мыслях начала разрастаться тревога. Он зашел слишком далеко, допустив, чтобы к этой девушке начали пробиваться его чувства. Это была непозволительная слабость, которую он должен был искоренить, пока не стало слишком поздно.

Элизабет была дочерью его врага, той самой семьи, которую он обрек на разрушение. Она никогда не должна была стать для него чем-то большим, чем просто очередной пешкой в этой беспощадной игре. Если он позволит ей занять более важное место, это может нарушить хрупкий баланс, который он так тщательно выстраивал.

Леонард сжал кулаки, стараясь унять дрожь. Нет, он не может дать волю этим чувствам, как бы ни было соблазнительно поддаться им. Ему нужно держать Элизабет на расстоянии, не допускать, чтобы она стала его ахиллесовой пятой. Ведь если его противники когда-нибудь узнают о его слабости, они тут же попытаются ей воспользоваться.

Он должен был оставаться хладнокровным и расчетливым, как всегда. Единственное, что имело значение – его месть.

Заметив, что Элизабет подняла взгляд, Леонард поспешно выдавил из себя подобие улыбки.

– Рад, что смог помочь вам, миледи, – произнес он ровным тоном. – Если вам понадобится что-нибудь еще, не стесняйтесь обращаться.

Девушка кивнула, и в ее глазах Леонард заметил легкий проблеск разочарования. Она, очевидно, уловила перемену в его поведении, но не понимала ее причины.

Леонард отвел взгляд, внутренне содрогаясь от этой мысли. Он не мог позволить ей заглянуть глубже, раскрыть тот хаос, что бушевал в его душе. Это было слишком опасно, ведь открыть ей правду означало подвергнуть ее смертельной угрозе.

Сделав глубокий вдох, Леонард отступил на шаг, вновь надевая на себя холодную маску.

– Если вы больше не нуждаетесь в моей помощи, я, пожалуй, пойду. У меня есть еще кое-какие дела, требующие моего внимания.

Элизабет едва заметно кивнула, и Леонард развернулся, чтобы выйти из библиотеки. Однако, сделав несколько шагов, он вдруг остановился, чувствуя, как сердце бешено колотится в груди.

Ему нужно было срочно обуздать эти опасные чувства, пока они не вырвались из-под контроля. Пока они не поставили под угрозу все его тщательно продуманные планы.

Леонард сжал зубы, решительно отбрасывая их прочь. Элизабет должна оставаться лишь одной из многих фигур в его беспощадной игре. Ничем большим.

Сделав глубокий вдох, он двинулся вперед, исчезая в темных коридорах поместья. Теперь его ждали более насущные дела – те, что были действительно важны. Ради них он должен окончательно вырвать эту девушку из своего сердца.

Какой бы болезненной ни была эта необходимость, Леонард был готов заплатить эту цену. Ведь месть была всем, что у него когда-либо было.

Несколько часов спустя Леонард наконец-то остался один. Он тяжело опустился в кресло в своей скромной комнатке, позволяя себе немного расслабиться. Встреча с Элизабет в библиотеке сильно выбила его из колеи, всколыхнув те глубокие чувства, которые он так старательно прятал.

Проведя рукой по лицу, Леонард глубоко вздохнул. Нельзя было допускать, чтобы эмоции взяли над ним верх. Он слишком долго шел к своей цели, чтобы позволить ей ускользнуть из-за внезапной слабости.

Гнев и ненависть – это те чувства, что двигали им все это время. Ядовитые семена, посаженные в его душе много лет назад, когда он, совсем юный, с презрением был изгнан из этого дома. Человек, которого он считал отцом, отверг его, отказавшись признать. Леонард до сих пор помнил горечь того дня, жгучую обиду и жажду возмездия, которые с тех пор стали неотъемлемой частью его существа.

И теперь, когда он был так близок к тому, чтобы разрушить этот благополучный мир, Элизабет, словно невзначай, бросила вызов всем его планам. Ее хрупкая красота, ее искренность и ранимость – все это пробуждало в нем те чувства, о которых он давно забыл. Чувства, которые он считал давно похороненными.

Леонард сжал подлокотники кресла, пытаясь взять себя в руки. Он не мог позволить себе такую роскошь, как любовь или привязанность. Ведь любовь ослепляет, а привязанность делает человека уязвимым. Ему нужно было оставаться холодным и расчетливым, чтобы довести свой замысел до конца.

Но воспоминания о том, как он заботливо помогал Элизабет в библиотеке, о тепле ее улыбки, о тревоге, мелькнувшей в ее глазах, продолжали преследовать его. Леонард застонал, чувствуя, как внутри него нарастает внутренний конфликт.

Нет, он не может позволить себе стать слабым. Эта девушка должна оставаться для него всего лишь пешкой в его игре, не более того. Он должен держать ее на расстоянии, не допуская, чтобы она затмила его истинные намерения.

Глубоко вздохнув, Леонард медленно поднялся с кресла и направился к небольшому столу, где лежали аккуратно сложенные бумаги. Его ловкие пальцы коснулись исписанных страниц, и он машинально пробежал взглядом по строчкам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.