Дмитрий Гришанин
Практикант. Книга 3

Глава 1

За спиной раздался звон бьющегося стекла, оповестивший о саморазрушении разовой зеркальной переноски, и я оказался в непроглядной тьме, воняющей пылью и нафталином. Чтобы осмотреться, полез в карман за айфоном…

Яркий фонарь гаджета высветил небольшое помещение, примерно три на пять метров, плотно заставленное разнокалиберными коробками. Свободное пространство здесь было только возле двери. Туда-то меня и выбросило порталом.

Из-за двери послышались первые истерические крики увидавших людоедов жертв, в ответ на которые тут же раздалось утробное урчание изменённых отражением Хаоса загонщиков. Гвалт заметавшейся в замкнутом пространстве толпы начал стремительно нарастать.

Но даже не видя пока общей картины разворачивающегося снаружи кровавого безумия, я заранее знал, что все угодившие в отражение бедолаги уже обречены как минимум на смерть. Потому как другим способом покинуть искусную ловушку Хаоса способен был лишь Настройщик.

«Ну, чего ждём-то? Погнали!» – напомнила о себе рвущаяся в бой Марина.

Но, предупреждённый Хозяином о лютом трэше первых минут отчаянного выживания смертников в отражении, я не спешил покидать пока ещё спокойное убежище в складской подсобке. Оставив без комментариев призывы охочей до драки союзницы, сосредоточился на чтении загоревшихся перед глазами строк системного лога.

Внимание! Вы перенеслись в отражение 143/84/38. Ваше пребывание здесь не ограничено параметром КЭП.

Внимание! Вам предлагается персональное задание Настройщика: вербовка потерянных душ. Задание считается выполненным при выводе из отражения хотя бы одной потерянной души. Срок исполнения задания: до исчезновения последнего потенциального претендента на вербовку.

Награда за успешное исполнение задания: +1 уровень к текущему уровню теневого тела.

Штраф за неисполнение задания в установленный срок: –1 уровень к текущему уровню теневого тела (с соответствующим списанием теневых бонусов).

Бонусная награда: за каждую завербованную в отражении потерянную душу по 2000 евро от Хозяина.

«Серёга, хорош телиться! Бабло теряем!» – снова возмутилась Марина. И словно подслушав её безмолвные вопли, снаружи кто-то тупой, но очень сильный, стал отчаянно ломиться в дверь подсобки.

По тому, что у незваного гостя не хватило интеллекта на банальный поворот дверной ручки, мне без слов стало понятно, кто там.

Дожидаться, пока изменённый проломит дверь, было глупо. Поднятый им шум мог привлечь внимание других таких же тупорылых тварей, а обременять себя со старта паровозом из толпы людоедов не хотелось от слова совсем. Посему, призвав копьё, я помог ублюдку, дёрнув ручку изнутри. И как только урчащее чудовище, всего несколькими минутами ранее бывшее, судя по уцелевшим обрывкам дорогого костюма, респектабельной бизнес-леди, вломилось в поддавшуюся створку двери, я мгновенно всадил длинный наконечник заранее поднятого копья в измазанную кровью оскаленную пасть «дамочки».

– Разряд!

Запущенная фразой-активатором абилка поджарила мозги изменённого, окончательно упокоив злобное порождение отражения Хаоса.

Перешагнув через завалившийся под ноги труп, я осторожно выглянул наружу из засвеченного убежища. Перед глазами ожидаемо загорелись строки победного лога, но я сморгнул короткое уведомление, не читая. И мысленно попросил систему больше не отвлекать меня отчётностью единичных побед, а всё обобщить и выдать по завершении задания единым отчётом.

Оказалось, что моя подсобка соседствовала с огромным офисом, размером не меньше половины футбольного поля. Практически всё пространство здесь было поделено пластиковыми перегородками на десятки миниатюрных кабинок со стандартным офисным набором внутри каждой: стол, стул или кресло, компьютер, телефон и разная канцелярская мелочёвка. Но сейчас в этой, похожей на соты в улье, упорядоченной почти до абсолюта системе царил кошмарный хаос. Добрая половина пластиковых стен была варварски порушена, столы внутри раскуроченных кабинок перевёрнуты, а во многих и вовсе выброшены в проходы между кабинками, вместе со стульями и прочей техникой. Пол, практически от порога моего убежища, всюду застилала мешанина из бумаг, обломков пластиковых стен, мебели, разбитых клавиатур и мониторов. И всё это безобразие было обильно залито кровью. Где-то натекли целые лужи, где-то на стенах и полу алели лишь отдельные капли, но она была повсюду. Однако лежащих на полу трупов я, разумеется, нигде не увидел. Зато среди изменённых, толпой напирающих на забаррикадировавшуюся у дальней стенки горстку выживших людей, разглядел множество ублюдков с частично погрызенными рожами и руками.

Эти чудовища, как несложно догадаться, появлялись из обычных людей, когда слюна изменённого смешивалась в ране с кровью жертвы. Следовала мутация, и фатальные изменения в организме укушенного чудовищем человека происходили за считанные секунды. У жертвы на верхних и нижних конечностях стремительно отрастали длинные чёрные ногти, а на лице по-горилльи вытягивалась челюсть, где в два ряда, как у акулы, прорезались дюймовые остроконечные зубы, которыми больше невозможно было жевать, зато становилось очень удобно отрывать от жертвы сочащиеся кровью куски плоти…

На шум, устроенный у входа в моё убежище изменённой «дамой», как я и опасался, уже откликнулись ещё трое изменённых. Выйдя из основной толпы перед дальней баррикадой, они энергично ковыляли по широкому проходу между кабинками в мою сторону.

«Давай я их кончу!» – предложила нетерпеливая союзница.

«С тремя, думаю, и сам справиться смогу», – мысленно возразил я и, обрывая в зародыше спор, тут же вслух озвучил фразу-активатор умения:

– Рывок!

Переместившись на стол, в кабинку с выбитой пластиковой стеной, я оказался всего в метре от самого шустрого из троицы. Беспрепятственно ткнул наконечником копья в ухо изменённого и добавил фатальное:

– Разряд!

Всклокоченная шевелюра бывшего офисного трудяги, с разорванной кем-то шеей, в заляпанной кровью рубашке и порванных по шву в промежности джинсах, натурально задымилась от мощи поджарившего мозг разряда. Глаза изменённого вспенились кровавым фонтаном, и окончательно упокоенный монстр завалился на пол.

Парочка же его чуть отставших спутниц – жирная тётка с откушенным носом, в разодранном на спине платье, и «улыбчивая» молодуха без сожранных кем-то губ, в залитом кровью нижнем белье, мгновенно сориентировались и рванули к моему столу, целя растопыренными и вытянутыми перед собой когтями мне в ляжки.

– Рывок!

В последний момент я исчез из-под двойного удара и тут же, оказавшись за спинами изменённых, пробил копьём в затылок безгубой девахи.

– Разряд!

На мгновение опередил махом копья разворот третьей изменённой, и полная дама сама насадилась дырой бывшего носа на остриё стального наконечника.

– Разряд!

Ещё два упокоенных мною тела практически одновременно рухнули на офисный стол.

Но столь активные боевые действия в тылу, разумеется, тут же привлекли внимание остальной толпы изменённых. Штурмующая баррикаду выживших стая разделилась, и добрая половина изменённых бросилась в погоню за мной по всем проходам между кабинками.

Серией Рывков и Разрядов я успел упокоить ещё тройку противников. Дальше, увы, пропустил-таки первую болезненную царапину на шее, после чего, активировав Целебный пот, передал управление телом бывшему исчадию.

И окружающее меня кровавое безумие тут же взорвалось головокружительной каруселью очередного мастер-класса от Марины…

Глава 2

От изменённого, зацепившегося когтистой пятернёй мне за воротник куртки и практически уже повисшего у меня на плечах, хладнокровная Марина избавилась ударом пяткой копья в раззявленную пасть монстра. И пока тупой ублюдок отчаянно грыз деревяшку, тут же Рывком переместилась за спину двум подорвавшимся наперехват офисным работникам в заляпанных кровью чёрных костюмах. Эти двое ублюдков, как чёртики из табакерки, вдруг вынырнули из кабинки с проломленной стеной, где один из парочки, судя по отсутствию левой щеки на роже отстающего, только что лакомился коллегой.

Набегающие врезались в здоровенного пузатого бородача, след от когтя которого сочился кровью на моей шее и, сбив вдруг потерявшего добычу жирдяя с ног, вся троица завалилась внутрь боковой кабинки, очень кстати тоже оказавшейся без пластиковой стенки. Молнией метнувшаяся обратно Марина тремя усиленными Разрядом ударами через несколько секунд успокоила пихающихся на полу изменённых.

Но пока разбиралась с авангардом самых шустрых, добежали основные силы многочисленного противника. Сразив ближайшего изменённого ударом наконечника в глаз, Марина дальше была вынуждена спасаться бегством по узкому коридору от не ведавшей страха смерти толпы. При этом союзница невероятным образом исхитрялась на бегу, развернув копьё наконечником к преследователям, с периодичностью в две-три секунды жалить Разрядом самых шустрых в толпе, выбрасывая копьё практически на всю длину назад и умудряясь, не поворачивая головы, попадать точно в оскаленные рожи преследователей. Так, на бегу, союзница сократила поголовье противника ещё на пять особей.

В процессе погони, правда, не обошлось и без косяка…

«Аккуратнее!» – не удержавшись, мысленно возопил я, реагируя на осечку Марины, обернувшуюся царапиной на спине косухи от неожиданно «помилованного» изменённого.

«Без сопливых скользко, – огрызнулась союзница, возвратным движением копья наказывая Разрядом проказника. – Ты за временем лучше следи!»

«Да слежу я, слежу…» – мысленно фыркнул в ответ, послушно косясь на висящий на периферии зрения таймер обратного отсчёта.

00:01:15… 00:01:14… 00:01:13…

«Вот и будь при деле, а не пыхти тут под руку!» – припечатала Марина, очередным выпадом копья назад безошибочно поражая новую цель.

Увы, долго беспрепятственно удирать от погони ей не позволили. После очередного поворота в лабиринте узких проходов между кабинками поток изменённых хлынул и из противоположного конца прохода, отрезая беглянке путь к спасению.

Через несколько секунд Марину атаковали сразу пятеро изменённых, трое спереди и двое сзади. Могло навалиться и больше, но с боков союзницу прикрыли пластиковые стены уцелевших в этой части офиса кабинок. Уходя Рывком из-под десятков растопыренных когтей, Марина изловчилась в последний миг ткнуть усиленным Разрядом копьём в оскаленную харю центрального из тройки преградивших путь монстров. Этот бедолага, с дымящейся рожей и выплеснувшимися кровавым бульоном глазами, рухнул на пол замертво. Уцелевшие же изменённые под напором толпы сзади врезались друг в дружку, образовав в узком коридоре настоящую свалку из тел.

Пластиковые стены соседних кабинок затрещали от пихающейся мешанины из доброго десятка тел. Марина же, переместившаяся Рывком на стол левой кабинки, ударами копья изнутри помогла хрупкой пластиковой загородке осыпаться грудой осколков. И дальше, с ледяным спокойствием привыкшего к массовым казням палача, начала наносить усиленные Разрядом удары по головам беспомощно барахтающихся внизу жертв.

Так союзница извела ещё семерых изменённых – всех, до кого получалось дотянуться копьём. Чтобы упокоить этих семерых, Марине пришлось орудовать им со скоростью швейной машинки. Потому как остальные преследователи, наплевав на жалобный скулёж и предсмертные хрипы застрявших в завале собратьев, без промедления принялись штурмовать кучу-малу с обеих сторон, взбираясь прямо по шевелящимся телам.

Не дожидаясь потока изменённых, готовых вот-вот хлынуть внутрь крошечного замкнутого пространства через широченный проход во всю стену, Марина Рывком ушла в относительно пустой коридор соседнего ряда. И, едва там появившись, тут же ткнула усиленным Разрядом наконечником в морду оказавшегося в доступности изменённого. Увернувшись от броска второго чудовища, не так давно бывшего девушкой в стильной пуховой кофточке и брендовых джинсах в облипку, пробила копьём по слипшимся от крови колтунам коротких волос на затылке красотки, даруя бедняжке Разрядом вечный покой.

Дальше, коротая оставшееся до взрыва время, Марина ещё примерно минуту гоняла по офису, раздавая смертельные плюхи неугомонным преследователям. А в последние двадцать секунд её деятельность изрядно усложнилась раздвоением картинки перед глазами из-за активации Призрака, направленного в поредевшую толпу монстров у баррикады.

Судите сами, как непросто ей пришлось в оставшиеся секунды. Обе транслируемые на сетчатку глаза картинки были живыми и динамичными, и на обоих на меня неслись скалящиеся людоеды. Та, что справа, отражала суету вокруг реального тела, а слева – транслировала обманку, наблюдаемую глазами шагающего по проходам к намеченной цели Призрака, абсолютно неуязвимого для зубов и когтей изменённых в силу отсутствия материального тела.

Из-за возникшего в этот период рассинхрона бывшее исчадие совершило несколько ошибок, расплатой за которые, к счастью, стали лишь царапины на лице и руке. И для активированного ещё мной Пота эдакая малость была сущим пустяком, справиться с которым целебная абилка обязана была на раз-два.

В итоге за минуту непрерывного сражения Марина извела ещё около двух десятков изменённых и выманила в узкие проходы между кабинками почти всех сгрудившихся у неприступной баррикады монстров. Благодаря чему без проблем добравшийся до места Призрак даже смог отыскать там свободное место в первом ряду.

00:00:03… 00:00:02… 00:00:01…

«Время!» – мысленно подал я условленный сигнал союзнице.

Прервав уже нацеленный в затылок очередного изменённого удар копьём, Марина активировала дальнее перемещение через добрую половину огромного офиса на место Призрака.

Две картинки тут же слились в единое целое, а сзади раздался оглушительный грохот сдетонировавшей бомбы.

Всё, времени больше не осталось, началась финальная фаза операции, ради которой, собственно, и затевалось отражение Хаоса.

Горстка оставшихся у баррикады изменённых, отвлёкшись на взрыв, ожидаемо проморгала моё внезапное появление практически у них в лапах. Когда же опомнившиеся людоеды ударили-таки со всех сторон когтями, их лапы уже впустую вспороли пустоту. Потому как мгновением ранее, в последний раз активировав Рывок, союзница перенесла тело через воздвигнутую из мебели баррикаду. И, оказавшись внутри огороженного пространства, тут же вернула мне полный контроль.

Сзади широкой волной по офису неслась стена огня, пожирая остатки кабинок, разбитую и целую мебель, компьютеры и прочую оргтехнику и запоздало бросающихся наутёк изменённых. Но, не отвлекаясь на творящийся за спиной армагеддон, заученным за дни бесконечных тренировок жестом я мгновенно собрал пальцы правой руки в замысловатую щепоть и произвёл звонкий щелчок.

Время вокруг тут же знакомо превратилось в тягучий кисель, в разы замедлив свой привычный бег, а затравленные взгляды пятёрки оказавшихся в ловушке людей, прояснившись, уставились на меня, как на икону. И я осознал, что всё получилось, за миг до того, как перед глазами загорелись строки системного лога:

Внимание! Активация таланта Настройщика прошла успешно. Пять потерянных душ настроились на ваш мыслеобраз. До окончания действия таланта Настройщика:

00:00:10… 00:00:09…

Однажды мне уже довелось на практике реализовать эту невероятную абилку. Это случилось примерно месяц назад, в свёрнутой аномалии. Но тогда всё случилось спонтанно, самопроизвольно. Я не умел ещё управлять своим уникальным талантом, не мог его контролировать и в результате обзавёлся крестражем местного исчадия.

Сейчас же мне предстояло впервые в полной мере реализовать на практике усиленную тренировками абилку.

Ну, погнали…

Интерлюдия 1

– Валентин Рудольфович?

– И?..

– Здравствуйте! Это из банка вас беспокоят. В рамках повышения безопасности и качества обслуживания наших клиентов мы проводим персональную перенастройку…

– Чё, номер карты тебе назвать?

– А?.. – Неожиданный ход клиента на опережение на секунду выбил Оксану из колеи привычного диалога.

– Записывай, – не давая ей времени опомниться, энергично продолжил Валентин Рудольфович. – Один, два, три, четыре, пять – хрена лысого те, млять!

– Вы не поняли… – попыталась вырулить девушка.

Но вошедший в раж дедок, игноря её слова, рявкнул:

– Иди в жопу, сука! – И разорвал соединение.

– М-дэ-э-э! – протянула Оксана, срывая с головы гарнитуру и раздражённо швыряя её на стол. – Однако зубастые пенсионеры пошли…

Но в закрытом со всех сторон пластиковом «скворечнике» (как в офисе коллектив меж собой окрестил эти пародии на отдельные кабинеты) ответить девушке было некому. Впрочем, Оксану это не остановило. Вытащив из ящика стола пачку сигарет, зажигалку и пепельницу, девушка закурила и продолжила монолог с пустотой:

– Чё за мудрила, спрашивается, анкеты на лохов для конторы стряпает?! Вот же в характеристике написано: бывший педагог, интеллигент в четвёртом поколении… – Девушка ткнула пальцем в экран огромного монитора напротив. – А это быдло меня до конца даже не дослушало! Ещё сукой обозвало, говно скрипучее!.. Чё за стрёмный день? Седьмой срыв кряду. Сглазил, что ли, кто?..

Дальнейшие рассуждения обиженной на нервного клиента девушки прервал панический мужской вопль, зловещим эхом прокатившийся по огромному помещению офиса.

Озадаченная Оксана, раздавив в пепельнице едва начатую сигарету, метнулась к неприметной боковой двери и выглянула в общий коридор.

– Чё это было? – спросил её появившийся через секунду на пороге «скворечника» напротив сосед Колян.

– А я знаю? – фыркнула в ответ Оксана.

Одновременно с ними из соседних «скворечников» стали выбираться знакомые ребята и девчонки, отчего узкий коридор в мгновение ока плотно заполнился людьми.

Все, не сговариваясь, поспешили в дальний конец офиса (хотя правильнее было бы сказать начало, потому как именно там располагался единственный вход в гигантское помещение), где предположительно должен был находиться кричавший.

Но не успели люди сделать по коридору и десяти шагов, как истошный женский крик раздался уже сбоку.

А ещё через несколько секунд – снова с дальнего конца, но уже сразу два: мужской и женский. И тут же душераздирающий вопль раздался внутри растеряно замершей в коридоре толпы.

Этот ужас случился аккурат возле Оксаны, и девушка имела несчастье наблюдать его своими глазами. Из боковой двери «скворечника» Мотыля (это прозвище в офисе хозяин «скворечника» получил за частое упоминание одноимённой прикормки в рассказах о зимней рыбалке, коей был заядлым фанатом) вместо знакомого сорокалетнего пухляша со смешными усами-щёткой вдруг вырвалось чудовище с пастью, полной акульих зубов, и чёрными звериными когтищами на месте ногтей.

Чудовище цапнуло Николая – двадцатичетырёхлетнего парня, того самого Оксаниного соседа по «скворечнику». И хотя Колян был спортивным парнем, имел разряды по борьбе и самбо и немалый опыт участия в массовых уличных драках, но сейчас этот умелый, казалось бы, боец ничего не успел предпринять в ответ, кроме отчаянного вопля захваченной хищником жертвы. Превратившийся в чудовище Мотыль с несвойственной сорокалетнему мужчине силой сграбастал гораздо более мощного и высокого парня поперёк туловища, как будто это был не человек из крови и плоти, а лёгкий пластмассовый манекен, тут же вонзил страшные зубы бедняге в плечо и через мгновение вырвал из него кусок плоти вместе с клоком майки, прямо на глазах шокированной толпы.

Когда чудовище, по-звериному, не жуя, сглотнуло вырванный кусок человечины и, ощерив окровавленную пасть, перевело безумный взгляд на попятившихся людей, практически у всех, кто стал невольным свидетелем происшествия, одновременно сорвало башню от животного ужаса.

Люди, расталкивая друг дружку, сбивая с ног и топча знакомых и друзей, бросились прочь, как стая диких обезьян. Затрещали стены ближайших «скворечников». Под напором обезумевшей толпы крепкий, казалось бы, пластик стал крошиться, как обычное стекло.

Вопли схваченных чудовищами людей раздавались вокруг всё чаще, тварей в офисе с каждой секундой становилось всё больше. Удирающая же по узкому коридору толпа редела на глазах.

Чудом уцелевшая и оставшаяся на ногах в эти сумасшедшие секунды Оксана на бегу успела заметить, как в боковом проёме «скворечника» с обвалившейся стеной лежащий в груде осколков мертвец с искусанными чудовищем руками и лицом вдруг распахнул глаза. Его оживающие лицевые мышцы зловеще зашевелились (причём в буквальном смысле слова – из-за отсутствия у мертвеца щёк девушка увидела пришедшие в движение окровавленные жгуты на жуткой маске), с влажным треском по-обезьяньи вытянулись челюсти, и всё равно не поместившиеся во рту зубы ощерились в акульем оскале.

Проскочив мимо, Оксана не успела заметить превращение человеческих ногтей в когти, но и без этой детали ребус в её голове сложился, и девушка чётко осознала полную безнадёгу своего положения. Ведь если укушенные чудовищами люди сами через несколько секунд превращались в чудовищ, то в замкнутом пространстве бывшего цеха с железобетонными толстенными стенами, который экономное руководство компании за копейки арендовало под офис на промзоне, никто не сможет избежать плачевной участи.

Единственный выход на волю отсюда находился как раз в том дальнем конце, откуда раздался крик первой жертвы. Окна же здесь, хоть и имелись, но располагались высоко под потолком, и дотянуться до них было невозможно даже с двухметровых стен «скворечников».

Но понять обречённость своего положения и принять её – это совсем не одно и то же. Инстинкт самосохранения, вопреки логике и здравому смыслу, продолжал гнать Оксану дальше по коридору, даже когда последнего её спутника по паническому спринту сграбастали когтистые лапы очередного чудовища из бокового пролёта.

В итоге до задней стены офиса Оксана добежала в гордом одиночестве, оставшись единственным уцелевшим человеком из всей толпы соседей по длинному ряду двух десятков «скворечников». И здесь фортуна сжалилась-таки над беглянкой, явив взору девушки баррикаду из полудюжины столов, окружённых по внешнему периметру двойными пластиковыми щитами, сработанными на скорую руку из демонтированных стен ближайших «скворечников».

– Ксюха! Сюда, живо! – позвал, приоткрыв с края пластиковую перегородку, дядя Миша, завхоз офиса.

Оксана попыталась с разбега вскарабкаться на стол, но небольшой рост сыграл против отчаянной задумки. Коленка сорвалась с края, и девушка едва не приложилась лицом о столешницу. Но пара крепких рук вовремя цапнула её за подмышки и мигом втянула внутрь баррикады.

Перед тем, как баррикаду захлестнула волна чудовищ, Оксана успела рассмотреть четверых своих собратьев по убежищу, коими оказались трое мужчин и ещё одна девушка. Всех мужчин Оксана прекрасно знала – это была команда завхоза: сам дядя Миша и двое его подручных, Витёк и Жека. На короткой ноге с работягами коммуникабельному офис-менеджеру помогла сойтись вредная привычка. Оксане не раз доводилось дымить с этой троицей на крыльце конторы, когда в офис наведывалось высокое начальство и курение на рабочем месте превращалось в преступление, карающееся суровыми штрафными санкциями. Девчонку же она практически не знала. Видела несколько раз мельком в офисе, только и всего. Её «скворечник» находился слишком далеко, через три ряда, и по работе меж собой они никак не пересекались.

Самым страшным стал лобовой удар первых чудовищ. Монстры атаковали щиты с разбега, и Оксана даже зажмурилась от ужаса, не сомневаясь, что эти силачи запросто раскрошат пластик и просто сметут хлипкое заграждение из столов.

– Не робь, детка, – подбодрил её дядя Миша, обняв за дрожащие, как осиновый лист, плечи. – Мои хлопцы надёжно там всё законтрили. А между стёклами клея специального плеснули, так что, несмотря на хрупкий вид, щиты эти сейчас ломом хрен прошибёшь. Ублюдки же, хоть и сильные, но дюже тупые. Как баррикаду разобрать, не скумекают. Как на щиты забраться, не сообразят. А силой конструкцию продавить им тупо не хватит мощи.

Успокоенная уверенным голосом завхоза, девушка открыла глаза и увидела, как в подтверждение слов дяди Миши чудовищная толпа, облепив двойной пластик со всех сторон, отчаянно царапала его когтями и плющила челюстями в идиотских потугах дотянуться зубами до укрывающихся за прозрачной преградой людей. Но на хрупкой с виду преграде до сих пор нигде не появилась зловещая сетка трещин.

– А-а-а-а! Мы все умрё-ё-ё-ём! – У незнакомой девчонки сдали нервы от вида десятков оскаленных пастей за прозрачным барьером и грохота по щитам вдвое большего количества когтистых ладоней, и несчастная зашлась в истерике.

– Заткнись, сука! – Тоже пребывающая на грани нервного срыва Оксана выплеснула панику в пощёчине паникёрше.

Подействовало. Девушка замолкла и, спрятав в коленях побитое лицо, забилась в беззвучных рыданиях у стены.

– Чё буркалы вылупили? Успокаивайте! – рявкнул на подчинённых дядя Миша.

Парни послушно стали отпаивать девчонку водой из пластиковой бутылки.

– Дядя Миша, откуда они взялись? Почему? – Дёрнув завхоза за рукав, Оксана попыталась развернуть его к себе лицом.

– Ксюх, ну ты-то хоть не начинай, а, – отмахнулся мужик, нервно озираясь на грохочущие от ударов щиты. – Я-то почём знаю?

– Это зомби-апокалипсис, я читал о таком, – неожиданно блеснул эрудицией поднимающийся над затихшей девушкой Жека. – Книжку по телефону, в метро.

– Точняк! Телефон! Как же я о нём забыла! – оживилась Оксана, только сейчас вспомнив, как на автомате сунула смарт в задний карман, выходя в коридор из «скворечника».

Девушка выхватила гаджет и, отыскав номер службы спасения, нажала вызов. Потянулись секунды нервного ожидания…

Но вызов сбросился.

Попыталась снова.

Увы, и во второй раз всё закончилось так же, даже не начавшись.

– Ну давай же, соединяй, – как молитву, зашептала Оксана, давя на вызов в третий раз.

– Да бесполезно это, – тяжко вздохнул дядя Миша, доставая из кармана свой смартфон. – Я раз десять уже пробовал. Звонил на разные номера, друзьям, знакомым… Вроде и связь есть. Но дозвониться ни хрена не выходит. Думается мне, ребятки, что, как только эта канитель началась, нас от остального мира будто отрезало…

– Народ, гляньте. Это ещё чё за шаолинь там нарисовался? – первым заметил появление незнакомца в офисе двухметровый Жека, великанский рост которого позволял наблюдать за происходящим внутри разгромленного офиса поверх голов беснующейся у щитов толпы чудовищ.

На правах самой невысокой из присутствующих Оксана отжала себе один из двух имеющихся внутри баррикады стульев, вскочила на него и тоже увидела предмет удивления Жеки.

Неказистый с виду парень, совсем юный – тощую угловатую фигуру подростка не могла замаскировать даже брутальная чёрная косуха, – с длинным голубым копьём в руке, вдруг материализовался прямо из воздуха внутри одного из разгромленных «скворечников». И тут же атаковал пробегающую мимо группу чудовищ.

Ударом копья в голову он наглухо вырубил первого монстра. А когда двое оставшихся чудовищ попытались сграбастать отчаянного храбреца своими когтями, парень перед ними вдруг просто исчез. И тут же вновь появился, но уже за спинами противников. Затем последовали два удара копьём в головы монстров (настолько быстрых, что для Оксаны эти удары превратились в единое слитное движение), и твари, как подрубленные, грохнулись на пол.

Разумеется, фокусы копейщика увидела не одна Оксана. Из собравшейся вокруг баррикады толпы на охоту за парнем бросилась добрая половина чудовищ. А молодой копейщик, словно этого и добивался, без всякой паники, спокойно и деловито двинулся навстречу набегающей толпе.

Исполнив ряд рискованных трюков, парень уложил ещё несколько чудовищ. Потом противников вокруг стало опасно много, и юный герой всё же был вынужден спасаться от монстров бегством. Но, даже убегая, он умудрялся разить преследователей копьём.

Чудовища не раз загоняли парня в ловушки, из которых, казалось, невозможно было вырваться. Но юный копейщик каждый раз удивлял нетривиальным манёвром и оборачивал безвыходную ситуацию в свой очередной триумф над монстрами, поголовье которых вокруг него из-за стремительного копья таяло с потрясающей быстротой. В поддержку первой волны загонщиков вскоре отправилась вторая, следом третья…

Через минуту отчаянной схватки одного против всех у пластиковых щитов баррикады осталось не больше десятка чудовищ. Остальные ушли ловить копейщика, но до сих пор ничуть в этом не преуспели.

Ловкость неудержимого юноши даже в какой-то момент зародила надежду у людей, наблюдающих из-за прозрачной баррикады за его схваткой с толпой монстров, что везучий парень таким макаром постепенно изведёт всех чудовищ в офисе и освободит их из заточения. Однако все чаяния рухнули после неожиданного взрыва.

Громыхнуло возле входа на дальнем конце, но накрывшие тут же всех в замкнутом помещении акустическая и ударная волны оглушили девушку и снесли её со стула на пол. Но Оксана мгновенно забыла про сбитые в кровь от удара об пол коленки, локти и ладони, стоило ей увидеть высоченную – до самого потолка! – стену пламени на месте взрыва, испепеляющим огненным валом покатившуюся по офису на замерших в оцепенении людей. Напор гудящего пламени был столь велик, что, не выдержав его жара, наверху стали друг за дружкой лопаться высокие окна.

Уже через секунду вал огня добрался до толпы чудовищ в центре офиса и мигом поглотил всех без остатка, вместе с юным героем-копейщиком, до последней секунды отчаянно отбивающимся от наседающих со всех сторон монстров.

Но десятки жертв не утолили лютого голода ненасытного пламени. Движение огненной волны продолжилось, и Оксана поняла, что через секунду-другую превратится в пылающую головешку вместе с выжившими людьми. Потому как, в отличие от чудовищ, для выпущенной на свободу стихии их пластиковый заслон был лишь жалким незаметным недоразумением.

И вдруг почти добравшийся до баррикады огонь застыл, как поставленное на паузу видео в телефоне.

Неподвижными манекенами замерли мечущиеся секунду назад в панике перед баррикадой чудовища.

Разом стихли все звуки…

И Оксана снова увидела его.

Оказалось, что невероятный юноша смог выскочить из пламени точно так же, как и из-под когтей чудовищ. Он исчез и снова материализовался, но уже внутри их баррикады.

Он улыбался ей. И от этой спокойной светлой улыбки Оксана мгновенно успокоилась. У девушки полностью пропала паника. Она чётко осознала, что пока на неё смотрят эти открытые серые глаза, ей абсолютно ничего не угрожает.

«Я могу спасти…» – раздался в её голове звонкий юношеский голос. И хотя улыбающиеся ей губы при этом не шевельнулись, Оксана была уверена на все сто, что слышит настоящий голос героя-копейщика.

«…Но залогом спасения станет твоя потерянная душа. Которую на остаток цикла ты добровольно пожертвуешь Хозяину…»

Непонятное предложение вызывало у далеко не наивной девушки шквал уточняющих вопросов. С чего это вдруг её душа потерянная? Что за цикл такой загадочный? И сколько в числовом эквиваленте продлится его остаток? Да и кто такой, вообще, этот Хозяин?

Но застывшая, как муха в янтаре, в вязком киселе остановившегося времени Оксана не могла шевельнуть ни единой частью тела, в том числе и языком. И вынуждена была дальше молча слушать условия ультиматума.

«…Срок безвременья подходит к концу, – продолжал голос в её голове. – Если согласна принять условие, когда оковы спадут, чётко произнеси одно слово: «Жертвую!» И я тебя спасу. Всё, предложение сделано, решение принимать тебе, и сделать это придётся прямо сейчас…»

Рёв и треск пламени, отчаянные звериные вопли обречённых на погибель чудовищ, казавшиеся недавно обыденным шумом, после паузы в абсолютной тишине оглушили девушку.

Но отчаянный герой с копьём продолжал спокойно улыбаться ей на фоне пробудившейся от спячки стихии.

Он ждал её ответа.

И, глядя на волну пламени, врезающуюся и мгновенно сминающую, как податливый пластилин, неприступные для чудовищ прозрачные щиты, Оксана отчаянной скороговоркой выплюнула в бесстрашное лицо юноши:

– Жертвую! Жертвую! Жерт…

Ослеплённая зеркальной вспышкой, девушка через мгновение потеряла сознание.

Глава 3

Неожиданная скованность во всём теле, которую я испытал по возвращении из рейда, стала неприятным сюрпризом. Но ещё больше я изумился, когда распахнувшиеся глаза вместо ожидаемого зеркального кокона убежища Хаоса показали вдруг незнакомую комнату с белыми стенами.

Ещё через мгновение выяснилось, что я лежу в кровати под капельницей, а рядом на табурете сидит незнакомец лет тридцати, в сером костюме и наброшенном поверх него белом медицинском халате.

Совокупность полученной при беглом осмотре информации подтолкнула к вполне очевидному выводу. Я каким-то непонятным образом оказался в больничной палате.

Заметив моё пробуждение, незнакомец заговорил, и его обращение ко мне стало очередным сюрпризом.

– Оксана Юрьевна, как вы себя чувствуете?

– Ты кто? – прохрипела в ответ женщина, в теле которой, с какого-то перепуга, я вдруг оказался. И зашлась в долгом надсадном кашле.

«Ау! Я, вообще-то, здесь тоже есть!» – воспользовавшись паузой, попытался докричаться я хоть до кого-то. Увы, лишь мысленно. Потому как оказался запертым в женском теле, без малейшей возможности управления им.

– Семёнов Андрей Осипович, капитан ФСБ, – представился мужчина, продемонстрировав извлечённые из внутреннего кармана пиджака корочки.

– Паршиво, – фыркнула девица, отворачиваясь от собеседника.

«Фак! Да чё на фиг тут происходит?!» – Но мой очередной вопль оказался проигнорирован так же, как и первая фраза. Поэтому пришлось запастись терпением и обратиться в слух, надеясь отыскать разгадку происходящего в разворачивающемся интересном диалоге.

– Что, простите? – нахмурился комитетчик.

– Ну, вы в самом начале спросили меня, как дела. Вот я и ответила – паршиво.

– А, в этом смысле…

– А вы что подумали?

– Неважно… Оксана Юрьевна, у меня к вам несколько вопросов по поводу пожара в офисе вашей организации.

Опаньки! Кажется, ситуация начинает проясняться. Похоже, по неопытности (всё же в роли Настройщика я сегодня дебютировал в отражении Хаоса), я таки что-то напутал с положением пальцев в жесте активации. И меня затянуло в одно из тел с потерянной душой… Вот ведь гадство! И как теперь прикажете отсюда выбираться?

– Какого пожара? – меж тем ответила капитану девушка.

– Неужели вы ничего не помните?

– Смутно припоминаю какой-то переполох…

– Переполох? – ухмыльнулся мужчина. – Оксана Юрьевна, вы на руки свои посмотрите.

– А что не так с моими?.. Ой, ё-ё-ё-ё! – В область зрения попала приподнятая левая рука (в правую была воткнута игла капельницы, и тревожить её девушка не решилась), оказавшаяся полностью, вплоть до кончиков пальцев, замотанной бинтами. – Что это? Зачем?

– М-да, похоже, у вас действительно провал в памяти. Вероятно, от шока.

– Да что стряслось-то? Вы можете нормально объяснить?

– Пожарные вытащили вас из объятого пламенем здания. Просто чудо, что вы остались живы и не задохнулись угарным газом. Ваше тело серьёзно пострадало в огне. Не пугайтесь, врачи меня заверили, что кризис уже миновал, и вашей жизни точно ничего больше не угрожает. Ожоги в больнице обработали и перевязали.

– Но почему я не чувствую боли?

– Вы под обезболивающим.

– А что с остальными? Ещё кто-нибудь спасся?

– Вот что, Оксана Юрьевна. Давайте лучше перенесём наш сумбурный разговор на завтра. А сегодня вам нужно отдохнуть. За ночь шок пройдёт, и память потихоньку восстановится.

– Вам что, сложно ответить? Кто ещё выжил, кроме меня?

– Отдыхайте, Оксана Юрьевна. До завтра.

Капитан встал и вышел из палаты.

Я-то думал, что шоу с уходом комитетчика закончилось. И был ошарашен неожиданным продолжением разговора девушки в пустой палате уже с самой собой.

– Что это было? Как? Почему? – кусая губы, зашипела Оксана в бессильной ярости. – Я ж хотела рассказать ему про захвативших офис чудовищ! А вместо этого понесла какой-то бред, изображая потерявшую память идиотку. Как такое вообще возможно? Голова думает одно, а язык произносит совершенно другое?

«Так вот, значит, как в реале выглядит подчинение потерянной души воле Хозяина, – мысленно присвистнул я. – Полное подавление свободы волеизъявления. Рабство на ментальном уровне… И чем же эта дамочка так провинилась, чтоб до конца дней навешивать на неё такое ярмо? Гадство! Во что ж меня опять втянули?!»

– Кто здесь? – насторожилась Оксана, вероятно, почуяв-таки моё незримое присутствие.

«Меня зовут Сергей. Я тот парень, что…»

Уж не знаю, услышала меня девица на этот раз или нет, но договорить мне не позволили.

Обе Оксаниных руки резко подскочили с простыни вверх и, обернувшись парой затянутых бинтами кулаков, обрушились на подбородок и нос девушки.

От двойной плюхи Оксана потеряла сознание, и меня вытеснило из её тела накатившейся чернотой…

Глава 4

Отливающий багрянцем зеркальный шар, который мы с Мариной между собой окрестили коконом, со второй попытки принял-таки меня в своё фантасмагорическое нутро. И по возвращении в собственное тело я стал невольным свидетелем диалога Хозяина с управляющейся самостоятельно в моё отсутствие Мариной:

– …Справишься?

– Да, Хозяин!

– Я рассчитываю на тебя.

– Я не подведу!

– Помни, это в твоих интересах.

Тяжёлая аура присутствия высшего существа исчезла. Но подслушанная концовка разговора заставила меня крепко призадуматься: а на самом ли деле бывшее исчадие – моя союзница?

Через несколько секунд перед глазами ожидаемо загорелись строки длинного итогового лога:

Внимание! Вами выполнено персональное задание Настройщика: вербовка потерянных душ. Награда за успешное исполнение задания: +1 уровень к текущему уровню теневого тела. Бонусная награда: 4000 евро (ожидает вас в лавке Саффула).

Внимание! Полный отчёт за рейд в отражении 143/84/38:

Всего вами было убито 46 изменённых 3–7-го уровней. За убийство изменённых вам начисляется 46 очков теневого развития, 21 теневой бонус к Силе, 24 теневых бонуса к Ловкости, 29 теневых бонусов к Выносливости, 5 теневых бонусов к Интеллекту, 34 теневых бонуса к КЭП.

Внимание! Прогресс таланта Настройщика: +2 %. Развитие таланта добавляет 2 % к основному параметру КЭП.

Почуяв моё присутствие, пока я читал, Марина ушла на второй план, возвращая мне контроль над телом.

«Сергей, где тебя черти носили?» – раздался её недовольный голос в моей голове, как только я закончил чтение.

«Неважно, – холодно откликнулся я (разумеется, мысленно). – А ты, гляжу, времени тут даром не теряла?»

«О чём ты?» – изобразила удивление бывшее исчадие.

«Не прикидывайся, я всё слышал!»

«И что же, стесняюсь спросить?» – ничуть не смутилась Марина.

«Как ты тут без меня с Хозяином любезничала! И рассыпалась перед ним в обещаниях!»

«Охренеть! – фыркнула девушка. – Я тут задницу его спасаю! А вместо благодарности за помощь меня же ещё и в предательстве обвиняют!»

«Я своими ушами слышал, как ты не подвести обещала!»

«А что, по-твоему, я должна была Хозяина на хрен послать?.. Из отражения мы сбежали вместе, но сюда в твоём теле я с какого-то перепуга вернулась одна. И почти сразу же Хозяин нагрянул с поздравлениями за удачный первый рейд. Тебя нет. Пришлось брать управление на себя и выруливать в одиночестве».

«И что ж ты ему наобещала?» – уже не так уверенно спросил я.

«По башке настучать одному придурку недоверчивому!»

«Марин, я серьёзно!»

«Млять! Через несколько дней Хозяин организует рейд в следующее отражение. Разумеется, я заверила его, что не подведу. Можно подумать, ты бы ответил как-то по-другому?»

«Нет… То есть да… То есть если так, то я бы, конечно, тоже…»

«Что значит “если так”? Ты мне не веришь?!»

«Фак! Я запутался…»

«Ну спасибо тебе, Серёжа! – возмутилась Марина. – Знаешь что!..» – И, не договорив, вдруг резко замолчала.

«Что?..»

Но ответом мне была лишь звенящая тишина.

Через несколько секунд я готов уже был попросить прощения у союзницы, но тут случилась метаморфоза.

Окружающий кокон сгинул в зеркальной вспышке, и я оказался в знакомом мрачном местечке с единственным видимым предметом по центру – прилавком в виде фрагмента раскалённой магмы метровой ширины, двухметровой длины и примерно в две трети моего роста высотой. Всё остальное пространство то ли крохотной комнаты, то ли здоровенного зала было скрыто от моих глаз непроглядной тьмой. Багровая магма же, образующая форму прилавка, не стояла на месте, а неспешно стекала сверху вниз, неведомо откуда появляясь в районе объятой пламенем столешницы и непонятно куда исчезая возле невидимого пола.

Удивительным образом багровый, раскалённый до жидкого состояния камень, несмотря на постоянно пробегающие по прилавку сполохи пламени, ничуть не нагревал воздух в невидимом помещении, точно так же, как и не освещал его. Можно было спокойно подойти вплотную к текущему лавой прилавку и не почувствовать даже намёка на исходящий оттуда жар.

– Я снова рад приветствовать вас, молодой человек, – раздался радушный голос владельца этого невероятного места.

И над огнём прилавка появилось породистое лицо мужчины средних лет, с пышной рыжей бородой и шевелюрой, которую гармонично дополняли рыжие же рога на лбу, украшенные золотой гравировкой и крупными рубинами.

– Здравствуйте, Саффул, – кивнул я владельцу лавки.

– Поздравляю с почином, Сергей, – расплылся в улыбке чёрт, демонстрируя два ряда белоснежных зубов. – Вам удалось вывести из отражения сразу две потерянные души. Мастер чрезвычайно вами доволен.

– Да, он уже говорил мне об этом…

«Интересно, когда это он тебе что-то там говорил?» – раздался в голове насмешливый голос Марины.

– Чудненько, – продолжил меж тем Саффул. – Значит, вам, Сергей, теперь полагается премия в четыре тысячи евро. Желаете деньгами, товаром или, может, услугами?

– Мне б зеркал портальных…

– Прекрасный выбор. – Из прилавка высунулась огненная рука и вложила в мою протянутую ладонь два зеркальных прямоугольника, размером не больше спичечной коробки. Разглядеть зеркала-расходники во тьме я смог благодаря огненной подсветке от руки чёрта.

– Минус шестьдесят евро, – озвучил цену сделки Саффул, передав заказанный товар. – Что-нибудь ещё?.. Ну же, не стесняйтесь, молодой человек.

– Достаточно. Остальное, пожалуй, возьму деньгами.

– Как вам будет угодно…

В той же огненной руке, вынырнувшей из прилавка, появилась стопка бумажных денег, и я инстинктивно подался вперёд, чтобы поскорее её забрать. Разумеется, огонь чёрта не причинял купюрам ни малейшего вреда, но удержаться на месте, наблюдая объятые пламенем деньги, было выше моих сил.

– Благодарю, Саффул, – кивнул я владельцу удивительной лавки, убирая деньги с расходниками в бездонный карман косухи.

– Не хочется сегодня так просто вас отпускать, Сергей, – лукаво ухмыльнулся чёрт. – Вот, возьмите ещё этот презент от меня. Бесплатно, в качестве, так сказать, рекламы.

– Что это? – Я растерянно завертел в руках подаренный чёртом фигуристый ключ.

– Скоро узнаете… Удачи, Сергей. И приятного вам отдыха.

Я ничего не успел сказать в ответ, потому что окружающий мрак мгновенно сгинул в очередной зеркальной вспышке…

Интерлюдия 2

Разговор по закрытой телефонной линии ФСБ

– Семён, здорово!

– О, Андрюха, рад слышать, дорогой. Как дела? Как Светка?

– Всё норм. Спасибо. Твои как?

– Тоже нормально… Андрюх, ты по делу? Или…

– По делу, Семён, по делу. Совет твой нужен как специалиста…

– Вот сейчас прям заинтриговал.

– Сём, ты ж у нас в ведомстве всякую чертовщину распутываешь?

– Эк ты, брат, загнул… А что стряслось-то?

– Ты о взрыве в Кстово слышал?

– Это после которого склад сгорел в промзоне? Разумеется, ЧП областного масштаба, о нём даже в новостях по первому говорили. Вроде даже с человеческими жертвами.

– И мне прилетело расследовать обстоятельства этого геморроя.

– А почему тебе? Загорин же у нас вроде терактами занимается?

– Потому что никакой это не теракт, а чистый криминал. Там, в цеху сгоревшем, офис подпольный сделали, где упыри всякие с левых симок пенсионеров на бабки раскручивали. Телефонное мошенничество, мать его! Популярная по нынешним временам у братвы тема. Ну а крышующие это дело бандиты между собой что-то там не поделили и прикрыли лавочку таким вот оригинальным образом.

– Погоди, так если в цеху был офис, там, поди, народу до чёрта полегло?.. Твою ж мать!

– Сёма, сам понимаешь, я тебе этого не говорил.

– Само собой… Но я-то чем могу быть тебе полезен? Ты ж вроде во всём уже сам разобрался.

– Тут вот какая закавыка: в пожаре уцелели две сотрудницы офиса. И вот хоть убей меня, не пойму, как они смогли там выжить. Все остальные люди сгорели дотла, мои эксперты на пепелище ни одной целой кости отыскать не могли. Прикинь, какой там был ад. А эти две счастливицы мало того, что не задохнулись у дальней глухой стены, где, по заверениям экспертов, был самый жаркий участок пожара, так ещё и отделались всего-то пустяшными поверхностными ожогами мягких тканей, болячки от которых, по словам медиков, благополучно зарубцуются буквально через неделю-другую. Я разговаривал с пожарными, которые их эвакуировали. И они подтвердили, что добраться до дальней стены расчёт смог в последнюю очередь, когда уже залили пеной практически весь цех. Иначе как чудом нахождение у дальней стены двух выживших женщин они объяснить не смогли. А чудеса у нас, Семён, это по твоей части.

– Ещё какие-то странности бросились в глаза?

– Оба пожарных, выносившие девчонок из здания, подтвердили, что рядом с выжившими женщинами у стены они видели обгоревшие черепа ещё трёх людей. То есть трое сотрудников, как и должно было быть, по мнению экспертов, там, у стены, сгорели дотла. Но две девчонки на том же месте отделались лишь лёгкими ожогами и провалами в памяти.

– Провалами в памяти? А это ещё откуда?

– Обе в больнице быстро пришли в себя, и я по очереди побеседовал с ними. Они как будто сговорились и одинаково искренне удивлялись, когда я спрашивал их о пожаре. А когда я каждую, как слепого котёнка, ткнул носом в наличие ожогов на руках, девушки вовсе впали в ступор, и мне пришлось отложить окончание беседы до завтра.

– Интересный случай. Даже занятный… Давай так поступим, Андрей. Сам я в твоё расследование вмешиваться не стану. Но специалистов тебе пришлю. Ты когда к этим барышням снова в больницу наведаться планируешь?

– Завтра в десять.

– Где они лежат?

– В Кстовской ЦРБ.

– Принято. Я направлю в Кстово ребят. Завтра без четверти десять они с тобой свяжутся, и вы договоритесь о встречи на территории больницы.

– Спасибо, Семён.

– Да не за что пока… Всего хорошего, Андрей. Привет семье.

– И тебе, Семён, всего наилучшего.

Глава 5

Я оказался в незнакомом помещении, со вкусом обставленном красивой мягкой мебелью. С драпированными шёлком стенами и таким толстым ковром на полу, что мои боты провалились в его длинный ворс аж по щиколотку, невзирая даже на высокую подошву.

– Ой, какой славный малыш к нам пожаловал, – раздался нежный девичий голосок сбоку. – Так бы и съела.

– Не обольщайся, дорогая, мы вряд ли в его вкусе, – тут же возразил первой девице второй, не менее приятный женский голос.

Развернувшись к девушкам, я невольно шарахнулся от них на два шага назад. Потому как обладательницами приятных голосков оказались сиамские близняшки с вполне милыми личиками и ладными фигурками, закутанными в невесомую газовую ткань, ничуть не скрывавшую, а, напротив, подчёркивающую шикарные бюсты очаровашек, но… Ниже живота фигуры девушек срастались в безобразный питоний хвост, который, спускаясь с дивана, опоясывал его по полу двойным кольцом.

«Фига се змеюка двухголовая!» – Раздавшийся в голове изумлённый возглас союзницы подтвердил, что увиденное не глюк, чем слегка меня приободрил.

– Я же говорила, – картинно закатила глаза правая близняшка.

– Малыш, не стоит нас бояться, – лучезарно улыбнулась мне левая и обольстительно провела по верхней губе кончиком языка. Отчего меня пробило на мурашки размером с горошину – язык у девушки оказался по-змеиному чёрным и раздвоенным на конце.

– Марга, хорош угорать, – повернула голову к сестре правая. – Ты своими шуточками беднягу до обморока доведёшь. – И, снова развернувшись ко мне, спросила: – Как тебя зовут?

– Сергей, – прохрипел я осипшим голосом. – А вы кто?

– Твой подарок, малыш, – сексуально изогнулась, выпятив грудь и захлопав длинными ресничками, левая близняшка. – Подойди и узнаешь, на что способны наши шаловливые язычки.

«Вот ведь чмо рогатое! – фыркнула союзница. – Такую подлянку тебе подсунул!.. Но ты, Серёг, не кипишуй. Помни, я рядом. Не из таких задниц вылезали! Разрулим и сейчас как-нибудь!»

– Марга, ну я же просила!.. Не слушай её, Сергей. Мы не обслуживаем клиентов, – обнадёжила адекватная правая половинка.

– Фу, Варга, какая ты скучная, – поморщилась левая. – Ладно, красавчик, давай, что там у тебя?

Близняшки синхронно подались вперёд и рывком мощного хвоста мгновенно преодолели разделяющие нас три метра. Это произошло так быстро, что я, не успев ни отшатнуться, ни шарахнуться в сторону, вдруг обнаружил перед лицом соединённые лодочкой ладони Варги и Марги.

Только теперь вспомнив о фигуристом ключе, по-прежнему зажатом в мокром от пота кулаке, я переложил дар Саффула в подставленные руки.

– Стандартный секс, без извращений, – равнодушным голосом констатировала через секунду Варга.

– С юной самкой своего вида, сроком на один час, – вторила сестре Марга, тоже без намёка на кокетство.

– За отдельную плату могут быть учтены любые дополнительные фантазии клиента. Желаете взглянуть на прейскурант заведения? – спросила Варга.

– Также за отдельную плату клиенту могут быть предоставлены сексуальные партнёры любого вида, пола и возраста, – продолжила за сестрой Марга. – В любом количестве и на неограниченное время. Желаете подробнее ознакомиться с нашими расценками?

– Нет, ничего не надо, – замотал я головой, ошарашенный неожиданным напором змеехвостого монстра с телами симпатичных близняшек.

– Приятного отдыха, Сергей, – слились в унисон два девичьих голоса.

Воспаривший после их слов над опущенными ладонями ключ вошёл в появившуюся прямо в воздухе замочную скважину. И после его поворота вокруг щёлкнувшего замка вдруг обозначились контуры невидимой раньше зеркальной двери, которая начала бесшумно уходить внутрь, открывая прямо посреди приёмной вход в не менее роскошную спальню.

Следуя безмолвному направлению рук застывших в полупоклоне близняшек, я перешагнул порог спальни, и из-под скрывающего кровать кружевного балдахина меня поприветствовал томный девичий вздох.

Глава 6

Вот ведь! Уже третью неделю тусую в Мираже Хозяина и до сих пор не привык к царящим здесь удивительным законам. Казалось бы, вот только-только опустил залитое потом лицо на подушку рядом со счастливо улыбающейся милашкой, с которой минутой ранее испытал очередной фейерверк восхитительного оргазма, обнимаю одновременно трепетное, податливое и такое желанное женское тело, восстанавливая силы и готовясь к следующую бурному соитию, и вдруг… Просыпаюсь в своём коконе один-одинёшенек, без шикарной подружки под бочком.

Да как так-то! Даже попрощаться по-людски не дали, манипуляторы чёртовы!

«А чё ты хотел? – хмыкнула в голове пробудившаяся вместе со мной союзница. – Черти – они черти и есть».

– Спасибо, блин, утешила, – проворчал я для разнообразия вслух, отбрасывая заменяющую здесь одеяло шкуру и поднимаясь на ноги.

«С другой стороны, утехи твои были зарезервированы только на час. О чём змеюка двухголовая тебя в самом начале честно предупредила, – продолжила выносить мне мозг Марина, пока я надевал вернувшуюся одновременно со мной в кокон одежду (в преддверии утренней тренировки сейчас я натянул на себя только майку и джинсы, без куртки). – И всего-то час в борделе пролетел незаметно…»

– Фу, какая ты! – фыркнул я, снова усаживаясь на пол и шнуруя поверх джинсов высокие берцы.

«А чё такого-то? Просто называю вещи своими именами».

– Ну не знаю. Могла бы как-то поделикатнее, что ли…

«Ишь ты, чистоплюй какой выискался. Когда девку там по-всякому наяривал, чёт про деликатность ни разу не заморачивался».

– Да блин, Марина! Какого хрена?!.. Мы ж договаривались!

«Ну извини…»

Возникшую неловкую паузу прервало стандартное утреннее преображение кокона. В зеркальной вспышке сгинули закруглённые багровые стены и заменяющие постель шкуры на полу, и я оказался в знакомом тренажёрном зале, вызванный Хозяином на обязательную утреннюю тренировку.

– Приступай! – громыхнул отовсюду вечно недовольный голос Хозяина.

– Может, сегодня обойдёмся без медитации? – без особой надежды спросил я у высокого потолка просторного зала.

– Не вынуждай меня применять силу! – последовала ожидаемая реакция.

Как Хозяин применяет силу, я узнал ещё на первой своей тренировке. Тогда, помнится, мне быстро наскучило долгое сидение в позе лотоса на резиновом коврике в углу – типа обязательная получасовая медитация. Никакого пробуждения каналов КЭП, как обещал Хозяин, я так ни разу и не ощутил, а лишь отчаянно боролся с зевотой, поэтому решил, не дожидаясь истечения положенного получаса, перебраться из угла на ближайший тренажёр и размять застоявшиеся мышцы. Но стоило мне встать раньше времени и сделать шаг из угла, как я упёрся в невидимую преграду, и последовавший тут же из неё удар током превратил разом всё моё тело в один ослепительно-яркий источник невыносимой боли. От неё я тогда практически сразу отключился, а очнувшись через какое-то время, снова обнаружил себя сидящим в позе лотоса на резиновом коврике. И, что самое обидное, чёртов счётчик моей предыдущей медитации обнулился, из-за чего в тот первый раз мне пришлось провести в углу на коврике вместо стандартного получаса почти вдвое больше. С тех пор идти наперекор Хозяину я больше ни разу не отваживался.

И сейчас, тяжко вздохнув, побрёл медитировать на злосчастный коврик.

Так-то к залу этому за двадцать дней я уже основательно прикипел, и если сейчас отобрать у меня утренние визиты сюда, пожалуй, я даже начну тосковать по качалке. Ведь если не брать в расчёт начальную получасовую потерю времени на беспонтовую медитацию, дальнейшие занятия на местных тренажёрах стабильно приносили мне нехилые ежедневные бонусы в прокачку силы, ловкости и выносливости. Причём, поскольку Мираж Хозяина находился вне локаций теневой параллели, за прокачку здесь я получал вовсе не теневые бонусы к параметрам, а напрямую процентные прибавки непосредственно к самим параметрам. И я реально наблюдал в зеркальном отражении, как буквально после каждой тренировки совершенствуется моё тело. Неказистая и костлявая в первый день появления здесь, сейчас, на двадцатый, фигура обросла жгутами мышц, и в движениях зеркального двойника появилась даже какая-то грация хищника.

Минуты пустой медитации, как всегда, ползли с наводящей тоску улиточной скоростью. Но я мужественно терпел и честно отбывал номер, сидя в позе лотоса с закрытыми глазами. Хозяин учил стараться в это время мысленно погружаться в глубь себя и стараться нащупать энергетические каналы, которых, к слову, на Дикой полосе у меня было открыто аж девять штук. Я честно пытался, каждые две-три минуты медитации погружался и нащупывал, но ни фига у меня не выходило. И оставалось лишь сожалеть о старой доброй Дикой полосе, доступ к которой теперь мне был заказан. Как же там всё было просто и доступно – ползёшь себе под менгирами по каменным занозам в узкой кишке, потеешь, кряхтишь от боли… Зато на выходе тебя ожидает насквозь понятная горка плюшек. Не то что с этой невнятной медитацией. Сидишь тут, ждёшь у моря погоды – у-у-у-у, бесит, блин!

Первые четверть часа сегодняшней медитации протянулись в штатном режиме: ничего не наблюдаю, ни фига не ощущаю. Но в начале второй половины нудного процесса неожиданно случился долгожданный прорыв.

Я даже не сразу понял, что произошло, когда в очередной раз, погрузившись в глубины сознания, попытался вновь чего-то там эдакое нащупать. Глаза у меня были плотно закрыты, но вдруг перед мысленным взором стали из ниоткуда проступать контуры разноцветных веток, которые, переплетаясь отдельными частями друг с другом, образовывали через какое-то время некое подобие уродливой человеческой фигуры – моей фигуры… Почему уродливой? Да потому что обозначившиеся наконец-то в виде веток энергетические каналы присутствовали, как выяснилось, пока что далеко не во всех частях тела, отчего энергетический образ фигуры выглядел как кособокий калека, с огрызком на месте головы, культёй вместо левой руки и практически без обеих ног.

– Ишь ты! Никак и впрямь сработала идея Саффула! – громыхнул непривычно довольный голос Хозяина. – Наконец-то и здесь дело сдвинулось с мёртвой точки!

«А я предупреждала, что неспроста тебе халявный пропуск в бордель рогатый подсунул, – хмыкнула союзница. – Тебя, Серёжа, черти, как кобеля, на случку отправили».

– Да и ладно, – зло буркнул я в ответ. – Зато впервые за двадцать дней с нормальной девушкой пообщался.

«Ах ты ж!..» – Марина аж задохнулась от возмущения.

– Эй, там! Ну-ка без разговоров! – пресёк наш спор снова посуровевший голос Хозяина. – Сорвёшь медитацию – накажу!

Пришлось вновь сосредоточиться на погружении в глубь себя. После повторного захода на несколько секунд я запаниковал, не обнаружив на месте разноцветных веток, но вскоре их контуры снова стали потихоньку разгораться в темноте.

Глава 7

Всего веток, формирующих энергетический каркас моей фигуры, я насчитал ожидаемо девять – как, собственно, и открытых энергетических каналов в характеристиках персонального кольца развития. Все они произрастали из общего… не знаю, как это назвать, пусть будет корня. Который находился под сердцем, в районе солнечного сплетения. Пять веток развивалось вверх и четыре – вниз.

Из четырёх нижних три переплетающиеся меж собой ветки – коричневая, тёмно-зелёная и грязно-жёлтая – располагались в районе живота. Причём коричневая и тёмно-зелёная в этом клубке были в разы пышнее грязно-жёлтой. Четвёртая, серебристого цвета, пробила клубок тонким стеблем без ответвлений, а бурно разветвляться начинала ниже живота, в области паха.

Из пяти верхних веток две – голубая и золотистая, переплетаясь меж собой, формировали аналогичный нижнему клубок, но уже в районе груди. И здесь голубая ветвь заметно доминировала над золотистой. Остальные три – синяя, алая и фиолетовая – так же, как серебристая внизу, пробивались пустыми стеблями через грудной клубок голубой с золотистой и расходились, соответственно, в левую руку, голову и правую руку. Лучше всего из этих трёх оказалась развита фиолетовая ветка. Её мощная сетка разветвлений поглотила собой всю правую руку целиком, вместе с ладонью и пальцами. Синяя – в левой руке, сформировавшись лишь наполовину, соответственно и заканчивалась примерно в районе локтя. Красная же, бурно разветвившись лишь в шейной области, непосредственно внутрь головы пустила пока лишь несколько пустых побегов.

Вот такой примерно энергетический каркас открылся перед моим внутренним взором. Совершенно очевидно, что такую кособокую безногую фигуру в подобном, явно незаконченном виде оставлять было никак нельзя, и теперь необходимо начинать как-то развивать отстающие каналы-ветки, а следом и протягивать новые в пустующие пока части тела. В первую очередь, разумеется, я подумал о недостающих энергетической фигуре ногах. Вот только как это следует делать, я не имел ни малейшего понятия. Хозяин же отчего-то не спешил меня инструктировать. Видимо, здесь было очень важным, чтобы я сам отыскал способ воздействия на ветки-каналы и решил эту загадку, так сказать, на интуитивном уровне.

«Ну чё там? Чё?.. Ты правда, что ли, чё-то увидел?» – забыв про обиду, потребовала разъяснений союзница, для которой структура моего КЭП по понятным причинам осталась тайной за семью печатями.

«Да, увидел», – раздражённо буркнул я в ответ, мысленно, разумеется.

«Так рассказывай уже! Я жажду подробностей!»

«Перетопчешься».

«Эй, Серёга, ты чё?!»

«Помолчи, отвлекаешь… Потом расскажу».

Как ни странно, но в кои-то веки Марина послушалась и замолчала, прекратив выносить мне мозг своим пустым трёпом.

Сосредоточившись на ростках-верхушках самой крошечной пока что красной ветки, я стал уговаривать их пробиваться дальше… Увы, моё гипнотическое внушение не сработало. Промучившись так с добрую минуту, в итоге я не заметил никаких улучшений в красной ветке, и на аутотренинге как способе развития каналов поставил жирный крест.

Тогда я попробовал ухватить кончик одной из красных верхушек силой мысли и потянуть за него вверх. И снова облом. Пресловутая сила мысли не имела материальных пальцев и, соответственно, ничего не могла ухватить.

В отчаянии я попытался цапнуть висящую перед мысленным взором картинку рукой. И неожиданно сработало… Нет, разумеется, материальными пальцами за верхушку энергетического канала ухватиться я не мог при всём своём желании. Но, повторяя движение правой руки, к красному кончику метнулась полностью сформированная фиолетовая ветка, и её отростки внутри пальцев на картинке перед мысленным взором сомкнулись аккурат на верхушке красной. Я дёрнул до судороги сжатой щепотью вверх и тут же аж матюгнулся от лютой боли, молнией прострелившей мне голову.

Структура КЭП перед глазами пошла рябью и едва не рассыпалась на радужные блики. К счастью, за первой и единственной болезненной вспышкой не последовало продолжения, и мне удалось сохранить контроль над концентрацией. Через какое-то время структура КЭП перед глазами полностью восстановилась, и я заметил, что на потревоженном кончике красной ветки после болезненного эксперимента проклюнулось крохотное боковое ответвление.

Закрепляя успех, я тут же проделал аналогичный эксперимент со вторым кончиком красной… Уж не знаю, то ли дёрнул я в этот раз сильнее, то ли красная ветка не оправилась ещё до конца от предыдущего испытания, но в этот раз пронзивший мне голову болезненный откат буквально ослепил меня, и структура КЭП таки рассыпалась перед мысленным взором, обернувшись чередой радужных пятен.

Я очумело затряс головой и распахнул глаза. Тут же перед ними загорелись строки системного лога:

Внимание! В ходе прямого ментального воздействия на девятый энергетический канал добавлен 1 % к потенциалу его раскрытия. Потенциал девятого энергетического канала раскрыт на 23 %. В качестве поощрения вам начисляется увеличение параметра Выносливость на 0,02 %, увеличение параметра Интеллект на 0,19 %, увеличение параметра КЭП на 0,07 %.

– Начало положено! – громыхнул довольный голос Хозяина. – Теперь ты знаешь, как и что нужно делать! И твоё развитие ускорится!

Ободрённый похвалой высокого начальства, я было снова зажмурился, намереваясь продолжить медитацию, но был поднят на ноги следующим приказом Хозяина:

– Время! Переходи на мешалку!

О как! Выходит, оставшиеся пятнадцать минут ненавистного транса на коврике уже истекли – на сей раз удивительно быстро. И теперь мне предстоит насквозь понятная рутина прокачки на тренажёрах физических параметров.

Глава 8

Здоровенная площадка примерно десять на десять метров, занимающая добрую половину зала, называлась мешалкой за свой непредсказуемый норов. Являя собой нечто среднее между батутом и беговой дорожкой, она ещё изобиловала множеством скрытых под эластичным покрытием ям-ловушек и, наоборот, внезапно вырастающих на пути грыж-преград – причём всё это безобразие непрерывно перемещалось по сотне квадратов площади, постоянно меняя своё местоположение. Поэтому, начав движение на тренажёре, ты действительно попадал словно в какую-то адскую карусель, удержаться внутри которой на своих двоих даже у тренированного спортсмена шансы были близки к нулю. Из-за появляющихся то и дело под ногами ям-провалов или твёрдых, как камень, грыж буквально с первых шагов любого здесь начинало со страшной силой шатать и бросать из стороны в сторону – поэтому, собственно, тренажёр и получил своё название – мешалка.

Зато, в отличие от той же медитации, задача здесь ставилась передо мной насквозь понятная и тривиальная. Необходимо было, заскочив на бегущее навстречу широченное полотно тренажёра, тупо добежать по нему до противоположного края.

Казалось бы, сущая фигня – преодолеть всего десять метров по движущемуся в противоход не шибко быстрому полу. Именно так я рассудил при первом знакомстве с мешалкой. И через считаные секунды был равнодушно выброшен полотном на точку старта с вывихом ноги и ушибом копчика – коварная яма-ловушка подловила меня то ли на втором, то ли на третьем прыжке. Твёрдое полотно под опорной ногой провалилось вниз зыбким батутом, меня резко швырнуло в сторону, перед глазами всё закружилось, и, потеряв ориентацию в пространстве, я навернулся на вспучившееся твёрдыми, как камень, буграми грыж покрытие.

Долго разлёживаться, стеная от боли, не позволил злой окрик пригрозившего наказанием Хозяина. Пришлось активировать Целебный пот и, стиснув зубы, подниматься обратно на ноги для повторной, уже ни разу не такой ретивой попытки…

Тогда, в первый тренировочный день, мешалку мне удалось одолеть лишь с девятой попытки. К тому времени я реально до нитки промок от ледяного целебного пота и стучал зубами, как выбравшийся из колодца горе-утопленник. Но из-за обилия травм, полученных за считаные минуты в процессе совершения доброй дюжины отчаянных рывков, отменить действие спасительной абилки было решительно невозможно. К тому же, как тут же выяснилось, мои мучения на мешалке в тот день ещё только начались. За первым прохождением коварного тренажёра по приказу безжалостного Хозяина последовало второе, затем третье… И от раза к разу скорость встречного движения полотна мешалки заметно возрастала, как неизменно росло и количество полученных в ходе сумасшедшего тренинга травм. К счастью, обходилось без серьёзных увечий, а с многочисленными вывихами и ушибами разогнанный до пятой ступени Пот справлялся вполне успешно.

Сегодня, на двадцатый тренировочный день, мешалка в очередной раз приветствовала меня бодрым гудением летящего навстречу полотна. Скорость, по сравнению с первым днём, возросла как минимум вдвое, и просто так шагнуть на тренажёр с пола теперь было невозможно. Хорошенько разбежавшись, я запрыгнул на летящее навстречу полотно.

На первом шаге обошлось без диверсий и фартануло оттолкнуться ногой от надёжной опоры. Однако уже на следующем шаге вторая нога ожидаемо провалилась в яму пружинящего батута. Тело тут же непроизвольно повело в сторону, но брошенная вниз правая рука удачно попала на макушку вздыбившейся грыжи и, приняв на себя вес провалившегося тела, перевела неуклюжее падение в изящное сальто. Подключившаяся левая не так удачно угадала с приземлением ладони, угодив в узкую щель между грыжами, но растопыренные пальцы помогли мне на миг удержать переброшенный с руки на руку вес, что позволило, сгруппировавшись, отправить опасно качнувшееся тело в контролируемый кувырок. В момент переката по спине болюче садануло очередной коварно вспучившейся грыжей, а в конце полотно под ногами вновь провалилось в яму-батут. Но на сей раз очередная ловушка оказалась даже кстати – толчок от резинки батута позволил мигом вернуть телу потерянное из-за кувырка ускорение. Отчаянный прыжок вперёд вышел на загляденье, но угодившие на ряды твёрдых грыж ступни в следующий миг взорвались болью. Снова споткнувшись, я полетел вбок. Выброшенная на автомате вниз правая рука наконец попала на ровный твёрдый участок полотна без ловушек. Однако потерянное в боковом падении ускорение тут же свело на нет положительный эффект ровного пола. Из-за встречного движения полотна руку провалило назад до того, как я успел оттолкнуться ею от пола. И, увы, случился-таки нелепый шлепок на задницу. А отчаянная попытка тут же вскочить обратно на ноги увязла всё в том же встречном ускорении полотна тренажёра. В итоге несолоно хлебавши меня через секунду вынесло обратно на точку старта, и, сорвавшись с края полотна, я шлёпнулся на честный ровный пол зала.

Что ж, первая попытка покорения мешалки провалилась, но хотя бы на этот раз обошлось без травм – уже хлеб. Не дожидаясь окрика Хозяина, вскакиваю обратно на ноги, разбегаюсь и снова бросаюсь на штурм коварного полотна…

Примерно через полчаса непрерывной мучительной беготни, когда в моём активе появилась очередная, девятая за сегодняшнее утро победа над мешалкой, и я в очередной раз до нитки промок от ледяного целебного пота, наконец раздаётся громогласная команда Хозяина:

– Время! Переходи на давилку!

И перед глазами тут же загорается отчётный системный лог:

Внимание! Полный отчёт за тренинг на мешалке:

Время тренировки – 00:32:14 (дополнительно совокупное время действия пробуждённых теневыми навыками функций – 00:23:48). Засчитано 9 проходов из 47 попыток. Вам начисляется увеличение параметра Сила на 0,09 %, увеличение параметра Ловкость на 0,47 %, увеличение параметра Выносливость на 0,18 %.

Глава 9

Тренажёр с пугающим названием «давилка» являл собой эдакую подвешенную на эластичных канатах пластиковую кишку десятиметровой длины и примерно полуметровой толщины, с узким входным отверстием и толстыми пористыми краями, через которую требовалось пролезть из конца в конец. Проблема заключалась в том, что нутро кишки было узким, как бутылочное горлышко, и даже забраться внутрь неё было сродни подвигу.

Когда засовывал туда голову, создавалось ощущение, будто я реально покушался на невинность задницы великана. Мало того, что каждый следующий сантиметр давался с невероятным трудом, там ещё и практически нечем было дышать, а из-за въевшегося в стены концентрированного запаха пота вонь внутри была, как в реальной заднице.

Но первые, казавшиеся просто адскими, метры покорения давилки, как выяснялось через какое-то время, не шли ни в какое сравнение с настоящим адом, начинавшимся, когда внутрь кишки, утратив сцепку с полом, целиком погружались вслед за телом обе ноги. Двигаться дальше внутри скользкого от моего собственного пота и крайне неуступчивого пластика, не имея ни единой точки опоры, да ещё энергично дёргающегося в ответ на любое моё движение, – это, скажу я вам, была ещё та пытка.

Первые восемь тренировочных дней я регулярно терял сознание внутри грёбаной задницы, ни в одной из бесконечных попыток пройти давилку так и не добираясь до конца. Даже представлять боюсь, как потом происходил процесс обратного выдавливания из пластиковой ловушки моего отключившегося тела. Впрочем, «добрая» союзница, не жалея красок, каждый раз с удовольствием выносила мне мозг описанием следующего за потерей сознания «выкакивания» тренажёром моей безвольной тушки. Как бы там ни было, в сознание я приходил уже лежащим на полу у вонючего зева кишки, и до команды Хозяина о переходе на следующий тренажёр попытки пройти непокорный лаз возобновлялись снова и снова. Лишь на девятый день пребывания здесь мне впервые удалось дотерпеть штурм давилки до самого конца. Когда в то памятное тренировочное утро моё лицо таки вырвалось наружу после десятиминутного ада внутри зловонной кишки, у меня случилась натуральная истерика, и я по-бабьи разрыдался от счастья.

Сейчас, имея за спиной не одно удачное прохождение давилки, я уже не так трепетал перед погружением в тугую кишку. Хорошенько продышавшись на старте, я набрал в грудь побольше воздуха и комплексом отработанных движений, как заправский червяк, стал ввинчиваться в лаз давилки. На то, чтобы забраться внутрь с ногами, у меня ушло менее четверти минуты. А дальше короткими импульсными рывками началось очередное покорение мрачных узких глубин…

– Время! Переходи на скрут! – Очередная команда Хозяина прозвучала после рекордного третьего прохождения давилки. Сегодня, при покорении узкого лаза, впервые обошлось без единого угара в утробе кишки. И Марина обломалась без стандартной порции своих едких комментариев.

Пока топал к третьему тренажёру, перед глазами ожидаемо загорается отчётный системный лог:

Внимание! Полный отчёт за тренинг на давилке:

Время тренировки – 00:27:39 (без поддержки пробуждённых теневыми навыками функций). Засчитано 3 прохода, с 3 попыток. Вам начисляется увеличение параметра Сила на 0,22 %, увеличение параметра Ловкость на 0,13 %, увеличение параметра Выносливость на 0,51 %.

Глава 10

Тренажёр «скрут», на который я перешёл, со стороны являл собой некое подобие двухъярусной койки под шатром из паутины причудливо переплетённых меж собой стальных тросов.

Завалившись спиной на нижнюю кожаную лежанку, я поднял вверх руки и ноги и вставил их в специальные выемки под ладони и ступни, предусмотренные в верхней части конструкции. Раздался щелчок намертво сжавших запястья и щиколотки колодок, и завладевший моими конечностями тренажёр начал свои садистские козни.

Паутина стальных тросов пришла в движение, и выскочившие из пазов верхней платформы сегменты-колодки с зажатыми конечностями тут же немилосердно растянули конечности в хаотичных направлениях. В итоге я оказался распятым на некоем подобии дыбы, отличающимся от средневекового пыточного станка лишь тем, что здесь мои жёстко вывихнутые руки-ноги растягивались не строго по горизонтали вдоль тела, а рандомно, как карта ляжет.

Сейчас, к примеру, мою правую руку стальные тросы тренажёра затянули до хруста суставов куда-то за голову. Левую, с аналогичным свирепым рвением, рванули вправо, из-за чего на лежанке верхнюю часть тела мне пришлось невольно скособочить вправо. Правую ногу тросы, наоборот, закрутили влево, и соответственно крутанувшийся таз развернулся в противоход плечевому поясу. Левая же нога по колено ушла в полукруг выемки платформы, оставленной умчавшейся ввысь колодкой, и теперь оказалась нелепо задранной вертикально вверх. Вот в такой замечательной позе меня стремительно раскорячило на скруте. Но теперь-то, по происшествии почти трёх недель ежеутренних тренировок, разумеется, я был изначально готов к чему-то подобному, в нужный миг заранее расслабил мышцы и позволил стальным тросам тренажёра куражиться над конечностями без травм.

Когда же эдакая грёбаная экзекуция на скруте приключилась со мной в первый раз, несмотря на гораздо более щадящий тогда натяг стальных тросов, из-за инстинктивного сопротивления конечностей совершаемому над ними насилию бонусом к относительно терпимой боли в растянутых руках-ногах я получил ещё фигову тучу вывихов и растяжений и, словив многократно усиленный побочными болячками шок, потерял на хрен сознание. После чего через какое-то время обнаружил себя безвольно валяющимся на лежанке уже без кандалов садистского тренажёра на руках-ногах… Остававшаяся во время моего обморока в сознании союзница позже рассказала, что, как только я вырубился, скрут тут же это дело каким-то загадочным образом прочухал и быстренько вернул колодки с зажатыми конечностями на платформу в исходное состояние. Зажимы, удерживающие в неволе ладони и ступни, тут же расстегнулись, и покалеченные руки-ноги рухнули на бесчувственное тело. Дальше, понукаемый «заботой» Хозяина, я активировал свою читерскую лечилку и снова стал заправлять оживающие под действием ледяного целебного пота руки-ноги в кандалы тренажёра.

Но это было давно. Время шишек и болезненных срывов на скруте давно уже прошло. К слову, этот тренажёр был успешно освоен мною гораздо раньше той же давилки. Как несложно догадаться, принцип действия здесь был предельно прост – скрученному дыбой бедолаге надлежало вернуть по очереди колодки с зафиксированными в них конечностями на место в верхней платформе. Сделать это, конечно, было чертовски трудно, но вполне возможно. Тем более после того, как мною был разгадан тривиальный секрет скрута.

Дело в том, что натяжение четырёх разбросанных в разных направлениях рук-ног испытуемого незначительно отличалось по силе воздействия на колодку стальных тросов. И если одной конечностью невозможно было даже шевельнуть, то другие худо-бедно реагировали на мышечные усилия руки или ноги. Поэтому здесь перво-наперво следовало определиться с самой податливой колодкой и потом, сосредоточив на ней все усилия, максимально напрягать выбранную руку или ногу, приближая только её одну к соответствующей выемке в верхней платформе. Установленная на место колодка тут же раскрывалась, выпуская удерживаемую конечность. После чего наступал черёд второй колодки, самой податливой из оставшихся, в возвращении которой на «базу» зажатой конечности активно помогала уже и первая освободившаяся. Ну и далее аналогичная процедура с определением меньшего натяга на оставшихся захватах и возвращение на верхнюю платформу сперва третьей колодки, с помощью теперь сразу двух ранее освобождённых конечностей. И наконец, совместными усилиями всех рук и ног, водворение на место четвёртой колодки.

В этот раз самый слабый натяг обнаружился на затянутой влево колодке правой ноги. Стиснув зубы и натужно шипя сквозь них проклятия, я стал мучительно медленно тянуть правую ногу на базу-выемку в верхней платформе. Дополнительную сложность доставила торчащая вверх аккурат поперёк движения левая нога. Поэтому пришлось сперва подтягивать правую коленку почти вплотную к лицу, огибая таким макаром колодкой преграду. А потом, аккуратно обойдя левое бедро, когда осталось дотянуть уже потряхиваемую от длительного напряжения судорогой правую ступню к дальнему краю платформы, возникла новая напасть. Пустившийся за колодкой натянутый как струна стальной трос стал чертить на джинсах борозду по всё тому же злосчастному левому бедру, по-прежнему намертво торчащему в жёстком зажиме наверху. Из-за содранной за считаные секунды под джинсой кожи на голубой брючине поначалу чёрный след от троса стал быстро разрастаться по краям зловещей багровой окантовкой.

К счастью, расстояние до базы оставалось уже небольшое. Последние отчаянные усилия огнём пылающих мышц правой ноги, и злосчастная колодка вокруг ступни занимает-таки своё место на платформе. Натяг стального троса тут же ослабевает, и его болезненное трение по левому бедру прекращается. Отщёлкнувшись от колодки, трос падает и стальной змеёй мгновенно соскальзывает с лежанки куда-то вниз. Единственным воспоминанием о чёртовой «змее» остаётся лишь широкая чёрно-бурая полоса на левом бедре. Щёлкает замок закрепившейся на платформе колодки, и освобождённая правая нога без сил валится на лежак. Секунд на пять я замираю, давая намучившемуся телу короткую передышку, и снова в бой!

Теперь самый относительно слабый натяг ощущается в левой руке – ну а как иначе, грёбаный скрут куражится надо мной по полной. Ведь ежу понятно, что правой ногой помогать левой руке – это самый дерьмовый вариант из всех возможных. Но в данном конкретном случае мне на пользу играет направление натяжения левой руки. С правой стороны дотянуться и поднырнуть под натянутую как струна руку правой коленкой – дело считаных секунд. А дальше, благодаря отлично прокачавшейся за последние дни ловкости, я с грехом пополам протискиваю между кистью придавленной вниз левой руки и лежаком правую ступню. Целиком оказавшаяся за вытянутой вбок левой рукой правая нога цепляется пяткой за опущенную ниже лежака колодку, и совместными усилиями руки и ноги я начинаю медленно, но верно смещать грёбаный зацеп влево к базе. Примерно минута отчаянного преодоления сопротивления неуступчивого стального троса, шипение сквозь стиснутые зубы, заливающий глаза едкий пот, который тупо нечем пока что даже смахнуть, и вот наконец вторая колодка занимает своё место на платформе.

Дальше, с освобождённой правой ногой и левой рукой, дела мои пошли куда веселее. Буквально четверть минуты понадобилось мне, чтобы вытянуть из-за головы и пришпилить на место в верхней платформе колодку правой руки. А уж потом совместными усилиями всех четырёх конечностей переборол-таки самый тугой натяг верхнего троса, опустил с верхотуры колодку левой ноги и зафиксировал в соответствующей базе-выемке на платформе.

Полностью освободившись от скрута, лёжа на спине, я энергично замахал руками и ногами, разгоняя кровь в покорёженных жёсткой растяжкой конечностях. Но долго так разнеживаться мне ожидаемо не позволили. По приказу Хозяина пришлось снова вставлять руки-ноги в колодки верхней платформы, и экзекуция понеслась по второму кругу…

– Время!.. У тебя пятнадцать минут на душ! Встретимся в маятнике! – звучит наконец долгожданная команда Хозяина, подводящая черту утреннему измывательству над моим измученным телом.

Всё, из тренажёрного зала теперь с чистой совестью можно валить в душевую, зеркальный портал которой уже сформировался в ожидании моего шага справа от лежанки последнего тренажёра. А после купания последует ещё более жёсткий тренинг уже непосредственно таланта Настройщика в специально оборудованной под это дело конструкции под названием «маятник».

Я со стоном поднимаюсь с опостылевшей лежанки скрута, и перед глазами тут же ожидаемо загораются строки очередного системного лога:

Внимание! Полный отчёт за тренинг на скруте:

Время тренировки – 00:33:06 (без поддержки пробуждённых теневыми навыками функций). Засчитано 7 раскруток, зафиксированных с 7 попыток. Вам начисляется увеличение параметра Сила на 0,53 %, увеличение параметра Ловкость на 0,17 %, увеличение параметра Выносливость на 0,21 %.

Читая отчётный лог, делаю шаг в зеркальный портал… Но вместо ожидаемого белоснежного кафеля неожиданно оказываюсь на растрескавшемся тротуаре холодной осенней улицы.

Глава 11

– Чего встала-то, шагай шустрее! – Злой визгливый голос сбоку заставил меня оторваться от асфальта и перевести взгляд на застывшую рядом истеричку.

Это оказалась какая-то бомжиха с обезображенными струпьями лицом и руками, одетая в потрёпанный серый пуховик явно с чужого плеча, размеров на десять больше её хрупкой фигуры, из-под которого торчали забрызганные осенней грязью нелепые жёлтые шаровары в белый горох, заканчивающиеся ещё более несуразными для холодного дождливого утра стоптанными тапками на ступнях вместо нормальных ботинок. Обезображенную струпьями физиономию бомжиха прятала в тени накинутого на голову массивного капюшона.

«Ты кто такая вообще?» – собрался спросить я неожиданную спутницу, но мой рот вдруг выдал совершенно иную фразу знакомым женским голосом:

– Отвали, сука, я думаю.

«Да твою ж мать!» – мысленно возопил я, осознав, что снова провалился в тело спасённой из огня Оксаны – девушки с потерянной душой.

Повнимательнее приглядевшись к её приятельнице-бомжихе, я уловил в изуродованном лице женщины схожие черты со второй беглянкой из отражения. Тут же сама собой отыскалась и разгадка обилия струпьев на видимых участках кожи – это стопудово были чуток поджившие болячки вчерашних ожогов. А нелепая одежда и обувка на женщине легко объяснялась очевидным побегом парочки из больницы.

Подтверждая мои выводы, в зону обозрения попала рука хозяйки тела, поднятая Оксаной, чтобы мокрой от дождя ладонью обтереть зудящие болячки на лице. Из рваного фуфаечного рукава наружу высовывались лишь красные от холода пальцы и кусочек ладони, но и этого оказалось достаточно, чтобы заметить, что вся кожа на руке покрыта такой же безобразной россыпью подмоченных дождём и сочащихся сукровицей болячек.

– Да чё тут думать-то! – насела меж тем на Оксану её безымянная спутница. – Ты ж приказ слышала! Вот и топай, куда было велено!

– Куда велено… – передразнила паникёршу Оксана. – Я не собака, чтобы по команде на цырлах бегать.

– Ну да, – хмыкнула подруга. – Потому, наверное, ты с койки-то вперёд меня подорвалась по его приказу.

– Ах ты ж, гнусь какая!.. – Хозяйка «нашего» тела дёрнулась к спутнице, намереваясь то ли вцепиться длинными ногтями ей лицо, то ли менее кровожадно цапнуть за ворот мокрого пуховика. Но подброшенные было вверх её руки вдруг непослушными плетями рухнули вниз и закачались, как парализованные.

Противница же неожиданно встретила спонтанный наскок во всеоружии и, как заправский боксёр, лихо прописала серию жёстких кулачных ударов в открытую физиономию Оксаны.

«Наш» правый глаз тут же заплыл, а из свёрнутого набок носа, заливая подбородок, хлынула кровища.

– Ребзя, гля, бомжихи дерутся, – раздался сбоку восторженный мальчишеский вопль, спровоцировав тут же азартный галдёж ещё нескольких детских голосов:

– Э-э-эпс-с, сколько кровищи!..

– Мля, да где мой смарт, я должен это заснять!..

– Не пыхти, Фазя, я уже… потом брошу тебе, не парься!..

– Да я сам те брошу!..

– Ваще, тема, пацаны!..

От пропущенных ударов хозяйка моего тела зашаталась, как пьяная, но каким-то чудом смогла устоять на ногах.

– Извини! Это не я! Я не умею так! – заголосила обидчица, подскочившая через секунду к побитой Оксане и подхватившая её за плечи, помогая удержаться на ногах. – Оно само вдруг… – шепнула она «нам» на ухо дрожащим от страха голосом.

– Да поняла я уже… – обречённо пробулькала Оксана, стирая снова ожившими руками кровь с подбородка. – А-а-а! Су-у-ука-а-а! – взвыла она через мгновение, неожиданно умело вправив себе свёрнутый нос.

– Гля, эти уродки уже целуются!..

– И стонут, как на том видосике! Помните? Фазя приносил…

– Ваще зачётное залипалово выпиливается!..

– Гошан с Саньком, когда увидит, обзавидуются!.. – продолжали крутить в сторонке смартфонами юные папарацци.

Я же тихо офигевал от случившегося, по новой прокручивая перед мысленным взором кадры невероятного сюра, которому стал не только свидетелем, но и в некотором роде соучастником… Выходит, потерянные души – это лишённые своего «я» практически рабы Хозяина, которыми этот коварный манипулятор мог повелевать, как марионетками. Движением невидимых нитей контроля Хозяин мог запросто обездвижить взбрыкнувшую вещь, а затем другим набором нитей легко превращал робкую трусиху в беспощадного палача…

– Можешь идти? – спросила «нас» боксерша поневоле, выводя меня этим вопросом из отрешённой задумчивости.

– Да вроде могу, – пропыхтела через прижатый к распухшему носу рукав Оксана.

– Тогда пошли уже. А то, не ровён час, ещё прилетит чего эдакого…

– Ладно. Двинули. Считай, уговорила…

– Эй, вы куда? – раздался нам вдогонку расстроенный мальчишеский хор.

Но мы скоренько юркнули в какую-то подворотню и скрылись там от стайки докучливых папарацци.

– Ты адрес не забыла? – спросила на ходу подруга.

– Забудешь тут, – буркнула в ответ Оксана.

– Я с городом плохо знакома. Подскажи, далеко ещё нам шлёпать отсюда до Гран?..

Но дослушать название улицы, являющейся, похоже, конечной точкой их маршрута, мне не позволили.

Изображение унылого мокрого двора перед глазами вдруг поплыло, и через мгновение холодные капли дождя сменились горячим ливнем душа, обрушившегося из широкой лейки на моё голое тело в знакомой кабинке с запотевшими стеклянными стенками.

Интерлюдия 3

Заехав на больничную стоянку и нагло прихватизировав единственное пустое место, огромный серебристый «Рендж-Ровер» не только не затерялся среди массивных «газелей» скорой помощи, а напротив, даже выделился на их белоснежном фоне своей статью и мощью, как волк среди стада овец, на добрые полметра выставив из ровного ряда тупорылых машин хищный кенгурятник.

Ковыряющийся в моторе одной из больничных «газелей» механик в синей спецовке, возбухнув было по поводу отсутствия разрешения на допуск к спецстоянке, мгновенно заткнулся, встретившись с волчьим взглядом здоровенного двухметрового лысого детины, потрясающе быстро для своей внушительной комплекции выскочившего из-за баранки навороченного внедорожника. Одновременно с великаном-водителем с другой стороны «Рендж-Ровера» появилась его миниатюрная пассажирка – миловидная блондинка лет тридцати. И по тому, как эта маленькая женщина, не дожидаясь могучего спутника, тут же решительно зашагала в сторону крыльца главного корпуса, единственному невольному свидетелю этой сцены без слов стало понятно, что в странном тандеме звероватого вида громилой верховодит как раз таки эта малышка.

Вспышкой фар и коротким гудком внедорожник подтвердил хозяину активацию сигнализации, и лысый великан, неожиданно подмигнув пришипившемуся возле своей «газели» механику, широкими шагами заспешил следом за удалившейся уже метров на десять пассажиркой.

У стоящего на широком больничном крыльце мужчины в сером осеннем плаще заиграл в кармане телефон. Вытащив гаджет, он увидел на экране незнакомый номер и, нимало этим не удивлённый, тут же решительно мазнул пальцем по зелёному значку.

– Семёнов, слушаю. Кто это?

– Здравствуйте. – Милый женский голосок прозвучал одновременно из динамика смартфона и из-за спины.

Мужчина в плаще резко обернулся и увидел невысокую красивую девушку в джинсах и модном коротком пуховике, за спиной которой горой возвышался лысый широкоплечий великан в байкерской косухе. Мило ему улыбнувшись, красотка убрала в сумочку айфон и представилась:

– Я Лиза, это… – кивок на громилу за плечом, – Дмитрий. Мы здесь по просьбе Семёна Дубинина.

– Очень приятно, гм… господа, – кивнул слегка растерявшийся мужчина в плаще, никак не ожидавший, что одним из обещанных приятелем спецов по паранормальной хрени окажется красотка с глянцевой обложки. – Меня зовут Андрей, я капитан…

– Да в курсе мы, кто ты, – перебил здоровяк. – Давай, командир, ближе к телу. Лады?

– Что, простите? – напрягся комитетчик.

– Не обращайте внимания, Андрей, мой товарищ так шутит, – очередной обворожительной улыбкой развеяла назревающий конфликт милая девушка. – Семён говорил, у вас здесь находятся две девушки, чудом выжившие вчера в центре огненного торнадо. Было бы любопытно взглянуть на них.

– Да-да, конечно, – засуетился комитетчик. – Пойдёмте…

Показывая дорогу специалистам, Андрей первым поднялся на крыльцо и интеллигентно распахнул перед дамой дверь. Грубияна-здоровяка следом за Лизой пропускать вперёд себя он, разумеется, не собирался и сам решительно ломанулся следом за девушкой.

Каково же было изумление капитана, когда через секунду в холле главного корпуса Кстовской ЦРБ он снова обнаружил лысого великана в косухе у Лизы за спиной, хотя готов был голову дать на отсечение, что здоровяк только что дышал ему в затылок.

– Митюня, хорош человека доводить! – шикнула на спутника девушка, заметив растерянное лицо прошмыгнувшего рядом провожатого.

– Ладно, не буду больше. Не заводись, – примирительно хмыкнул великан, склонившийся к уху подруги.

Быстро поднявшись по старой стоптанной лестнице на второй этаж, троица потом ещё с полминуты блуждала по лабиринтам больничных коридоров, пока добралась наконец до ожогового отделения. Андрея здесь уже знали, а поскольку звонком накануне вечером капитан предупредил дежурного врача об утреннем визите с двумя сопровождающими, подорвавшаяся им навстречу улыбчивая медсестричка обязала посетителей лишь накинуть на плечи три заранее припасённых белых халата и сама вызвалась проводить визитёров до палат обгоревших девушек.

А вот дальше, увы, всё пошло кувырком…

– Татьяна, как же так! – кричал на рыдающую медсестру призванный на место происшествия звонком аж из министерства здравоохранения седовласый главврач Кстовской ЦРБ. – Куда вы смотрели?! Как?! Ну как, скажите на милость, вы могли их не заметить?! Две тяжелобольные, не таясь, прошли мимо вашего поста, а вы, уткнувшись в смартфон, их безобразным образом проглядели!..

– Ну-у-у, Аркадии-ий Викторови-и-ич! – Медсестра в очередной раз затянула свои оправдания, уже набившие оскомину всем невольным свидетелям её разноса. – Кляну-у-усь! Я смотре-е-ела! Всё-ё-ё время-я-я! Но никто-о-о мимо-о-о не проходи-и-ил!

– Татьяна, за вашу вопиющую халатность я сей же час прикажу уволить вас по статье! Без выходного пособия!

– Ну-у-у почему-у-у?!.

– По кочану, чёрт возьми! – не сдержался багровый от ярости старик-главврач. – Уведите её отсюда, чтоб глаза мои не видели!

К зарёванной Татьяне тут же подскочили бледные как полотно подруги-сменщицы и, подхватив бедняжку под руки, увели в сестринскую.

– Ну вот, вы сами всё слышали, – обернувшись к хмурому, как грозовая туча, комитетчику, развёл руками главврач.

– Я ничего не видела, мимо меня никто не проходил… А две тяжелобольные испарились из своих палат по щучьему велению! – подытожил услышанное Андрей и тут же зло припечатал главу ЦРБ: – Бардак, твою мать!

– Ну, знаете ли, молодой человек, вы тоже за словами-то своими следите! – вспылил в ответ годящийся капитану в отцы главврач. – У нас здесь не тюрьма, а больница! И если вам так уж важны были эти сбежавшие девушки, могли бы и прислать кого-нибудь из своей грозной конторы, чтобы за ними тут приглядывали!

– У вас забыли спросить!

– Это уже переходит все границы! Просто возмутительно!

– Почему выходы из отделений не оборудованы у вас камерами?!

– А это уже, сударь мой, не ко мне вопрос, а к нашему замечательному правительству. Выделяемого на ЦРБ финансирования не хватает даже на элементарную модернизацию медицинского оборудования. У нас добрая половина медоборудования – это такая рухлядь, которую в Москве постеснялись бы даже на свалку снести. Какие ж тут, к чёрту, камеры в отделениях? Скажите спасибо, что над КПП одну несколько лет назад нам установили, да на козырьке главного корпуса вторую.

– Спасибо!

– Пожалуйста!

– Аркадий Викторович, вы извините меня за несдержанность, просто…

– Да понимаю, чего уж там, сам виноват. Надо ж было так угодить, как кур в ощип, на старости лет.

– Распорядитесь, пожалуйста, чтобы записи со всех имеющихся камер перебросили мне на электронку. Вот, возьмите. – Капитан протянул главврачу свою визитку.

– Хорошо… Что-нибудь ещё?

– Спасибо за содействие, дальше как-нибудь попробую своими силами разрулить.

Пожав протянутую комитетчиком руку, седовласый главврач неожиданно проворно для своего преклонного возраста метнулся к двери отделения и через считаные секунды скрылся за ней.

Пока узнавший об исчезновении свидетельниц капитан Семёнов строил в коридоре проштрафившийся персонал ожогового отделения и через звонок своему начальству поднимал на уши руководство местной ЦРБ, как-то вдруг ненавязчиво позабытые всеми, в том числе и сопроводившим их до места комитетчиком, специалисты оказались предоставленными самим себе и спокойно занялись исследованием опустевших палат беглянок.

Основная работа в их тандеме легла, как несложно догадаться, на хрупкие плечи артефактора. Своего же великана-помощника Лиза использовала исключительно в роли силового агрегата, позволяющего поднимать и длительное время неподвижно удерживать в нужной позиции на весу сложные сканирующие артефакты, порой довольно-таки громоздкие и весьма увесистые.

– Ну чё там? – в очередной раз начал приставать к подруге с расспросами Митюня, изнывающий от примитивной скучной работы в роли подставки-носильщика. – Нащупала уже что-нибудь?

Он начал так пытать подругу уже через пять минут исследования кровати первой беглянки, но Лиза наотрез отказалась что-либо комментировать, пока не переберутся с исследованием в палату второй беглянки, и картинка в её голове не сложится целиком.

Сейчас они заканчивали курс сканирования над койкой второй беглянки. Исследование подходило к концу, и Лиза решила удовлетворить любопытство напарника.

– Как мы изначально и предполагали, у девчонок прослеживается стойкая зависимость от энергии Хаоса. Причём исследования показали, что этой дряни тут всюду разлит просто безбрежный океан. Словно в кроватях лежали не люди, а натуральные твари Хаоса.

– Твари, похожие на людей?.. Это чё, выходит, здесь кукольники, что ли, были?

– Сам ты кукольник… Если б в больницу проникли подобные чудовища, они бы точно не сбежали, а такой кровавый замес тут учудили – мама не горюй!

– Тогда, может, одна из девок была хаосисткой, а вторая её кукольником? Своих ручных зверюшек ублюдки держат в ежовых рукавицах. Поэтому вблизи хозяина кукольник вполне мог вести себя паинькой.

– Эта версия уже лучше, но тоже отпадает, – покачала головой Лиза, разгибая спину и жестом призывая помощника убирать последний артефакт в безразмерный брючный карман. – При всей нашей ненависти к хаосистам они не фонят хаосом, как твари. Потому что, будь это так, вычислить их с помочью артефактов в людской массе на улицах наших городов не составило бы труда. Здесь же сейчас выглядит всё так, будто на обеих кроватях несколько часов лежали натуральные порождения Хаоса.

– Твою мать!.. Тогда, может, всё ж таки это были кукольники? А хозяева их – кто-то из персонала отделения? Кстати, это объясняет и чудесное выживание тварей в огне, ведь регенерация у кукольников…

– Ты послушай себя – это даже звучит как бред, – фыркнула артефактор. – Во-первых, тебе лучше меня известно, что хаосисты не работают в команде. А тут сразу два хаосиста в одном ожоговом отделении, да ещё их кукольники ночуют через стенку в соседних палатах. Во-вторых, ночью в ожоговом отделении дежурила единственная медсестра. И предполагать, что где-то неподалёку под скрытом затаились ещё двое хаосистов, просто смешно. Ну и наконец, в-третьих, сбежавшие отсюда девицы реально были людьми. Их тела покрывали поверхностные ожоги, что запротоколировано у каждой в истории болезни. Кукольнику же, при его завидной регенерации, длительное время достоверно изображать на теле свежие ожоги нереально. Да и вообще, какой смысл хаосисту так заморачиваться с восстановлением своей обгоревшей зверюшки, чтобы сперва контролировать её транспортировку в больницу, а потом организовывать для неё оттуда же ещё и побег, если изначально можно спалить к хренам в огне ублюдка, а затем в любой теневой локации легко завести себе нового кукольника взамен потерянного.

– Ну, может, он прикипел именно к этой своей ручной зверушке…

– Да прекрати, Митюня, ты ж сам уже прекрасно понял, что это бред.

– А если это были не кукольники, тогда кто?

– Да чёрт его знает. Я с таким сталкиваюсь впервые. Думаю, нам нужно срочно к Борисычу ехать и всё ему об этой чертовщине рассказать.

– А этому, как его там… капитану Семёнову чё скажем?

– Да забей, ему сейчас не до нас. Под скрытом свалим отсюда по-тихому. А потом Светик свяжется с Дубининым и как-нибудь разрулит через него косяк с Семёновым. Может, кстати, и беглянки наши загадочные к тому времени сыщутся.

– Добро. Погнали к Борисычу!

Глава 12

«Вернулся? Ох, прям отлегло…» – раздался через секунду в голове взволнованный голос союзницы, и ко мне вернулся контроль над телом.

Судя по клочьям подсыхающей пены, ещё сохранившимся кое-где на стекле кабинки, с помывкой грязного потного тела Марина уже благополучно справилась, и мне теперь осталось самое приятное занятие – тупо наслаждаться массажем льющих сверху горячих мощных струй.

«Серёга, меня эта канитель с твоими неожиданными исчезновениями уже неслабо начинает напрягать! – ожидаемо тут же перешла к предъявам Марина. – Не, ну правда, исчезаешь вдруг без предупреждения! Потом ни фига об этом не рассказываешь! А мне что думать прикажешь?!»

«Да хорош уже нагнетать, – поморщился я, стирая с лица потоками льющуюся воду. – Вот чесслово, сам ещё толком с этой ерундой не разобрался. Потому и не рассказываю».

«Нет, так дело не пойдёт! – возмутилась Марина. – Давай-ка, дружище, с проблемами твоими вместе разбираться будем. Одна голова хорошо, а две лучше!»

«Так у нас как бы одна на двоих, – хмыкнул я. – А две – это у Марги и Варги. Но становиться таким, как эти близняшки змеехвостые, я не собираюсь, даже не уговаривай».

«Бу-га-га! Приколист, мля!.. Серёга, ты стрелки-то на хрень всякую не переводи, лапшу мне не вешай и с темы не соскакивай! Где был, признавайся! Ну-ка живо! Не то в другой раз я…»

«В теле спасённой девчонки из отражения», – решил не провоцировать союзницу и раскрыл-таки ей невеликую тайну. И испытав после этого неожиданное облегчение, будто сбросил с плеч немалый груз, я задрал лицо навстречу горячим струям.

«Чего?!» – ожидаемо прифигела Марина.

«По ходу, при активации там Настройщика я установил с ней чересчур крепкую ментальную связь, – продолжил мысленно объяснять я, жмурясь от удовольствия. – И теперь при перемещении через зеркальный портал меня периодически затягивает в её тело».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.