Илья Ангел
Манулов, прекрати!

Глава 1

Завыли чары оповещения. Я вскочил с кровати, прислушиваясь. За дверью комнаты раздался шум, крики охраны и едва различимые звуки вскакивающих со своих постелей наемников.

– Кай! – в комнату без стука, залетела моя помощница. – К тебе пришли. Советую одеться, – окинула она меня оценивающим взглядом, после чего удалилась, аккуратно закрыв за собой дверь. Звуки просыпающегося поместья клана наемников буквально оглушали, поэтому я просто накинул повседневную одежду, которая являлась хорошей зачарованной броней, вооружился и только после этого решил посмотреть на незваного гостя, решившего проникнуть на нашу территорию посреди ночи.

Еще наверху, походя к лестнице, я увидел моего сводного брата с четырьмя вооруженными охранниками. Он выглядел как всегда надменно, в парадном мундире главы клана Волка. Увидев меня, он презрительно скривил губы, отворачиваясь к сопровождающей его девушке-охраннику, которая покинула мой клан около года назад.

– Я смотрю, после нашей последней встречи, ты, наконец, набрал себе более подходящую по статусу охрану, – я, не торопясь, спускался по лестнице, краем глаза отмечая, что вся элита моего клана уже находится на своих позициях, окружая свалившегося на меня родственничка. – Чем обязан такому позднему визиту? Может быть ты забыл, что все общение между кланами происходит на нейтральной территории.

– Я пришел к тебе не как к главе клана наемников, убийц и прочего сброда, – протянул он, махнув рукой. Один из мужчин, стоявших позади братца, вышел вперед, открывая кожаную, покрытую рунами защиты, папку.

– Каждый клан состоит из наемников, убийц и сброда, просто мы этого, в отличие от высшей аристократии, не скрываем, – улыбнулся я, показывая, что его подначки меня совершенно не задели. – Так что переходи к делу, или проваливай туда, откуда пришел

– Отец умер. И чтобы уже, наконец, заняться его похоронами, мне нужно, чтобы наш главный юрист огласил завещание, в котором, видимо, по ошибке, числишься ты.

Я сел на диванчик в гостиной, даже не предложив остальным присесть.

– Ну что же. Если тебе очень нужно, то я сделаю это одолжение. – Лениво махнул я рукой, с удовольствием отмечая, как покраснел от гнева мой брат. – Можете начинать.

– Кхм, – главный юрист клана Волка покосился на братца и сделал шаг от него в сторону, после чего вытащил из папки всего один лист и запечатанный конверт. – Находясь в полном психическом здравии и уме, завещаю вернуть моего сына Кая из клана наемников, именуемого Теневой клан, в родовой клан Волка и наделить его всеми имеющимися по статусу наследника полномочиями.

– Допустим, – поморщился я, понимая, что обратно дороги нет.

Прошло без малого двадцать лет с того момента, как я был изгнан из клана за отсутствие способности к родовой магии и как полное разочарование отца. Пришлось пройти через многое, но я смог превратится из обычного бродяги-изгнанника в главу крупнейшего преступного клана. За это время я смог узнать, что существует не только магия духа, но и магия сил земли и природы, из которых можно черпать энергию, и на которой строится, так называемая, магия печатей. Я не только освоил ее, благо, зачатки магического дара во мне все-таки присутствовали, но и развил до максимального уровня. Наняв себе лучших учителей, я стал мастером холодного оружия и рукопашного боя. Теперь все вынуждены были со мной считаться, даже высшая аристократия в виде моего отца. Поэтому я совершенно не понимал, зачем мне возвращаться в клан Волка.

– Далее, согласно законам наследования, я назначаю своего старшего сына Кая из клана Волка своим законным наследником и приемником, с вытекающими из статуса главы клана полномочиями. Все.

Мужчина положил листок обратно в папку и запечатал ее одним из мощнейших охранных заклинаний, после чего в повисшей полной тишине подошел ко мне и протянул запечатанный конверт.

– Что?! – наконец, сообразил, что же произошло мой недалекий, но одаренный братец. Он стоял, сжимая и разжимая кулаки, находясь на грани бешенства. Воздух вокруг нас начал сгущаться, но печать поглощения, которой я накрыл комнату, сразу же загасила все магические всплески и разрушила все готовящиеся заклинания. – Ты, мерзкий, гадкий ублюдок, – прошипел он белыми от злости губами. – Как ты смеешь…

– Выметайся, – тихо ответил я, поднимаясь на ноги, и находясь в довольно скверном настроении. – Я никому не позволю оскорблять меня в моем же собственном доме. Кира, проводи гостей на выход, – не сводя глаз со своего обезумившего от свалившихся новостей брата, отошел в сторону.

– Нет, мы все выясним здесь и сейчас, – рявкнул брат, окружая себя огненной аурой и призывая духа рода.

Белая волчица появилась из отрытого окна портала и прыгнула в мою сторону, повинуясь приказу призывателя. Я не двигался с места, жестом приказав своим людям, чтобы они не предпринимали никаких действий. Мне было интересно узнать, что в итоге произойдет. Как только волчица приземлилась на лапы, она сразу же попятилась и растворилась в воздухе, признав во мне главу клана Волка. Подождав несколько секунд, чтобы убедиться, в том, что родовой дух полностью ушел из нашего мира, я согнул пальцы, отдавай приказ схватить нарушителей.

Мои ребята бросились на брата, стараясь скрутить его и не причинить особого вреда без моих на то указаний. Но вереницей заклинаний направленных, как мне показалось, хаотично, всех раскидало к стенам комнаты, включая его же собственных охранников. Печать идеальной защиты окутала куполом небольшое пространство комнаты, отделив меня с братом от остальных. Я еще не решил, что мне следует делать со внезапно свалившимся наследством, поэтому убивать этого придурка особо не хотелось. Нет, вру сам себе, хотелось еще с того момента, когда тот начал ползать и впервые в своей жизни открыл свой рот, и произнес первое слово «Дай».

– Алан, успокойся, – попытался достучаться я до него, но тот лишь еще больше впадал в неконтролируемую ярость и бешенство.

Судя по тому, как огненная аура, несмотря на наложенные на комнату печати, разгоралась вокруг тела мага все сильнее, я понимал, что он входит в состояние полного единения со своей стихией, из которого ему будет не так-то просто выбраться без духа-защитника, который именно сейчас покинул его.

Как бы не сильна была магия брата, но пробиться сквозь наложенный печатью барьер она не могла. Огненный вихрь бушевал вокруг нас. Огонь не наносил мне вреда, но огненные языки пламени, то и дело, пытались ко мне пробраться, облизывая ноги.

Мне надоело на это смотреть. Разворот, печать усиления, печать скрытности, и я уже нахожусь за спиной брата, заламывая тому руку и прижимая лезвие отравленного кинжала к его горлу.

Огонь сразу стих, аура потухла. Алан начал медленно приходить в себя. Всегда знал, что ощущение холодной стали возле горла довольно действенный способ для успокоения кого угодно.

– Что ты там бормочешь? – я не мог разобрать его слов, как бы ни прислушивался. Это было заклинание, но совершенно не знакомое мне. Убрав нож, я развернул его к себе лицом, выругавшись сквозь зубы.

Он явно находился в астрале, потеряв связь с реальностью. Последнее заклинание, которое он готовил, до конца не отпустило его, и пока он его не закончит, то не придет в себя. Убить его физическое тело тоже не решит проблему. Пока он находится вне времени и пространстве, он не умрет. Заклинание может прервать только оракул, которого по близости у меня не было. Ненавижу огненных магов, неуравновешенные взрывоопасные психи, которые не могут держать себя в руках.

Ощущение неминуемой опасности буквально пронзило меня от головы до ног. От мгновенно накатившего ужаса, я несколько секунд не мог пошевелиться, хотя такого со мной никогда не было. Черная воронка с яркими красными всполохами начала формироваться под потолком гостиной, спокойно разрушая наложенные мною печати высшего уровня. Она увеличивалась. Раздался гром, от которого содрогнулся под ногами пол, а из воронки показались вспышки молний.

– Уходите все, живо! – крикнул я, стараясь перекричать локально свалившуюся на комнату апаколиптическую бурю. Защита на поместье стояла сильная, но братец решил прибегнуть к крайним мерам.

Я не мог сдвинуться с места, мои ноги были, словно магнитами, прижаты к полу, и просто сделать шаг под давящей неизвестно откуда взявшейся силой было практически невозможно.

– Ну вот все, наконец, и закончиться, – открыл глаза Алан, усмехаясь. – Я готовил этот ритуал долгие годы, всегда знал, что в поединке с тобой он мне пригодится, – он засмеялся, а я на грани слышимости услышал голос заржавшей лошади и стук копыт.

– Ты что творишь, идиот? – выругался я, стараясь сдвинуться с места. – За это тебя приговорят к смертной казни, если мои ребята не подоспеют первыми!

Звук рассекающего воздух хлыста заставил меня пригнуться, пропуская его над собой. После этого, я смог скинуть стягивающие ноги оковы и уйти перекатом из-под копыт призрачной лошади. Я повернулся лицом к всаднику и на мгновение опешил. Призрачный всадник, окутанный зеленым пламенем, пристально смотрел на меня сквозь огонь. Его черные глаза притягивали внимание и буквально парализовывали, и я прекрасно знал, что живым от него мне не уйти, даже если убью призвавшего его мага. Никто не уходит от всадника Смерти живым.

– Теперь я – глава клана Волка, – вновь рассмеялся братец, обводя взглядом пространство гостиной, в которой никого не оказалось.

Очередной, едва уловимый глазом свистящий звук хлыста, который затянулся на моей шее. Рывок, и меня потащило к всаднику, дыхание перехватило, а кожу под призрачным хлыстом словно обжигало кислотой. Последнее, что я успел сделать перед тем, как меня унесло вслед за призраком в неизвестность, это наложить самую сложную из моего арсенала печать, связывающую наши с братом тела, души и жизни.

***

– Костя, просыпайся, ну просыпайся же, – тонкий девичий голосок раздался прямо возле уха, а потом меня кто-то начал трясти за плечи. – Денисов, проснись ты наконец, – рявкнул тот же голос, переходя практически на крик.

Я нехотя открыл глаза, потом резко сел, оглядывая помещение, в котором проснулся. Серые ободранные стены, три пустые кровати рядом со мной, заправленные без единой складочки. Три шкафа и один большой стол посредине комнаты, вот и все убранство.

Я нахмурился, пытаясь вспомнить, что произошло, после того, как призрак Смерти, призванный моим братом, явился по мою душу, и меня затянуло в черную воронку. Словно ничего и не было, а я уснул и проснулся здесь. Было зябко, от дуновения ветерка, исходящего из окна, меня передернуло. Да уж расслабился я за последние годы на должности главы Теневого Клана, а ведь несколько лет назад приходилось жить в условиях гораздо хуже этих.

– Костя, с тобой все в порядке? – я вздрогнул, поворачиваясь к девушке, которая стояла возле кровати и довольно обеспокоено на меня смотрела.

– Не уверен, – ответил я, разглядывая девчонку лет шестнадцати-восемнадцати.

Девушка была довольно симпатичная. Огромные зеленые глаза на худом лице, пепельные волосы, забранные в тугую косу, а одежда, в которой она находилась, была размера на два больше необходимого, но даже, несмотря на балахон вместо рубашки, можно было понять, что у нее очень изящная фигура с тонкой талией. Руки ее были все испещрены какими-то трещинами и мозолями. Видимо, увидев мой взгляд, она спрятала ладони, скрестив руки на груди.

– Ну и отделали же вас вчера. Петька до сих пор в больничке лежит, а тебя отправили в комнату, посчитав условно здоровым, но почему-то мне кажется, что по голове тебя приложили довольно сильно, – проговорила она, заглядывая мне в глаза. – Сколько пальцев видишь? Скажи, что два и собирайся, остальные уже ушли, а нам предстоит работать за троих, раз Петю не выпустили еще, – она помахала перед моими глазами ладонью с двумя оттопыренными пальцами.

Я кивнул, поднимаясь и рефлекторно хватаясь за шею, за которую меня утащили в это место. Это вроде не ад, не пустота и неизвестность, о которой говорили легенды про призрака Смерти, но и райскими кущами это не назовешь. Вопреки моим ожиданиям, шея не болела, даже по ощущениям кожа была не оплавлена под действием обжигающей кислоты. Но вот все тело болело, словно по мне топталась лошадь, а потом меня переехало груженой телегой. Я взглянул на свои руки и недоуменно вскинулся. Тонкие, худые, с такими же мозолями, как и у девчонки. Костяшки были сбиты, а всю кожу до плеча украшали синяки и кровоподтеки.

– Костя? – меня в очередной раз тряхнула девица за плечи, заставляя перевести на нее взгляд.

– Все в порядке, – я встал с кровати и заправил ее так же, как было сделано у соседей, решив не выделяться и постараться вести себя так, чтобы не вызывать лишние вопросы. Даже не удивляться мальчишескому голосу, вместо моего хорошо поставленного еще в детстве, и тому, что меня называют чужим именем. Боль постепенно проходила, но голова была пустая, словно из нее изъяли какую-то часть и забили недостаток опилками.

– Что-то не похоже. Ладно, умывай, одевайся, я буду ждать внизу. Возьму задание, чтобы директриса не решила, что мы пытаемся схалтурить и баллы не сняла. С этой грымзы станется любимчиков первыми на отбор поставить, чтобы их изнанка пожрала, – девчонка развернулась и уверенным шагом вышла из комнаты.

Я открыл один из шкафов, на двери которой висела табличка «К. Денисов». Одежды было мало, две пары штанов и три рубашки из дешевого колючего материала. Не густо. Но вот зеркало, которое висело на двери, стало для меня довольно ценной находкой. Я внимательно смотрел на свое отражение, не зная, как отнестись к моему открытию. На меня смотрел паренек лет шестнадцати, может и больше, но из-за худобы и побоев сказать точный возраст было практически невозможно. Черные волосы по плечи висели какими-то слипшимися сосульками. Я сразу же забрал их в хвост, перетянув лентой, нашедшейся тут же в шкафу. Больше ничего примечательного.

Я закрыл шкаф, прислонился к нему спиной и погрузился в размышления. Раньше я слышал легенды и байки про переселение душ после смерти, но никогда в них не верил. Хотя, никто не знал, куда уносит людей призрак Смерти. Будем считать это шансом начать новую жизнь в довольно трудных условиях. К счастью, мне не привыкать.

Выйдя из комнаты в длинный коридор, я прошел в самый конец, озираясь по сторонам. Однотипные двери по обеим сторонам, ведущие, скорее всего, в подобные комнаты, в которой я очнулся. Лестница нашлась в самом конце. Я спустился в довольно просторный холл, относительно богато обставленный, с хорошим ремонтом и на вид удобной и новой мебелью. Девчонки помладше носились с тряпками, наводя порядок, а парни переставляли мебель, таскали дрова и ящики с продуктами. Похоже, тут намечался какой-то праздник или важная встреча.

– Константин, вы опаздываете, – я быстро спустился вниз и буквально вытянулся перед женщиной, сжавшей тонкие губы. Она смотрела на меня поверх круглых очков и морщилась. – Диана, – она обернулась к девушке, которая разбудила меня. – Вы получили задание. Сегодня отбор. Все возвращаются домой к полудню. Если опоздаете или не выполните задание – попадете в конец списка, несмотря на ваши хорошие результаты и высокие баллы на протяжении всего года.

Женщина развернулась и ушла в соседнее с гостиной помещение, чеканя каждый шаг. Я проводил ее взглядом, стараясь понять, где именно умудрился оказаться и как вести себя дальше.

– Ну чего же ты застрял, – закатила глаза Диана и подошла ко мне, схватив за руку. – Сегодня ты тормозной какой-то. Хотя, сказать честно, ты и раньше скоростью особо не отличался, – едва слышно добавила она и потянула меня вслед за собой на выход из дома.

Мы вышли из здания, которое оказалось трехэтажным и довольно большим. Серый камень, подъездная дорожка, ухоженный сад. Какой-то пансионат или что-то похожее на него.

– Подожди, – я дернул руку девушки, заставляя ту остановится. – Да стой же ты.

– Ну что опять? – прорычала она, поворачиваясь ко мне.

– Какое у нас задание? – уточнил я. – Ты так и не сказала.

– Как обычно, три ведра ягод или дичь, – пожала она плечами. – Нужно поторапливаться, а то действительно не успеем.

Довольно быстро мы вышли за ворота, где висела табличка на незнакомом мне языке, но к своему удивлению, я смог без труда ее прочитать. «Сиротский дом». Я находился точно не в своем мире. У меня дома сиротские дома ликвидировали уже несколько десятков лет назад, а сирот брали на воспитание либо представители кланов, либо храмы, готовя послушников. Я посмотрел на небо, стараясь найти хотя бы одно знакомое созвездие, но только еще больше утвердился в своих мыслях. Я не только находился в новом немощном теле, но еще и в другом мире. Интересно, мой любимый братец тоже перенесся сюда? И если так, то как мне его найти?

Об этом будем думать чуть позже, а пока стоит узнать, что это за мир и кто я. Воспоминаний предыдущего носителя тела не было, от слова совсем. Скорее всего, это именно то ощущение пустоты, которое я почувствовал сразу после пробуждения. Пока мы шли по каким-то тропинкам, углубляясь в стоящий неподалеку лес, я старался сконцентрироваться и призвать силы природы, чтобы по памяти создать хотя бы одну, самую простенькую печать.

На удивление, у меня это получилось. Когда тонкие струйки энергии, которые неохотно шли от земли и воздуха, полились по моим рукам, концентрируясь на кончиках пальцах, я проговорил вслух заклинание печати защиты первого уровня. Ощущения были не слишком приятные. В последнее время я особо не замечал, как призывал энергию природы. Сейчас же нужно было начинать с самого начала. Странно, что растения, к которым я старался обращаться чаще, не откликнулись на мой призыв. В этом нужно было разобраться, чтобы прогресс в освоении магии печатей шел гораздо быстрее. Неяркая вспышка озарила небольшое пространство над нашими с Дианой головами. Сработало? Или нет. Раньше никаких вспышек или иных светопреставлений не было. Но проверить это можно будет только в одном случае, если кто-нибудь из людей решит на нас напасть.

Стрела, пролетевшая рядом с моей щекой, воткнулась в дерево, стоявшее передо мной. Затем еще одна и еще. Все они не попали в цель. Либо стрелок так себе, либо способность накладывать печати у меня сохранилась и работает в этом мире. Я резко развернулся, чтобы посмотреть на стрелка, которому так сильно не понравилось безобидное дерево в лесу.

Прямо передо мной стояли два парня и девушка моего возраста. Одеты они были просто, но гораздо теплее и лучше нас. Наверное, с этим связанно их презрение, с которым они осматривали нас, светя мне в лицо лучами от двух фонарей, точно такими же, как тот, что находился в руках у вскрикнувшей Дианы.

– Да что ты творишь, прикончи его, хватит играться, – прогромыхал в ночном лесу женский голос.

– Хватит брать мой лук! Опять его намочила и не просушила нормально. Стрелы летят куда попало, – процедил парень, сделавший шаг ко мне, буквально в упор направляя на меня взведенный арбалет.

Глава 2

Я смотрел на ребят, не двигаясь с места. По моим прикидкам, печать защиты должна работать еще минуты две, но только от таких неумелых атак. Если будет что-то серьёзнее, то она исчерпает свои силы намного быстрее. Из темноты вышли еще трое парней, из которых вооружен был только один довольно простеньким луком. Остальные были, на первый взгляд, безоружными.

– Ребята, вы чего задумали? – неуверенно спросила Диана, благоразумно держась позади меня.

– Всего лишь хотим помочь нашему другу попасть в команду, – усмехнулся тот, который стоял ближе всех ко мне. – Ничего личного, но в десятку должны попасть достойные, а не такие, как вы. Можно сказать, что это – естественный отбор, – он усмехнулся и спустил курок арбалета, который в этот раз, благодаря печати защиты, сделал осечку, не выпустив болт.

Я рефлекторно попытался, было, уклониться, но мышечная память в данном случае не работала. Тело было слабым и не привыкшим к резким движениям, поэтому я просто растелился на земле, подвернув ногу, под зычный смех собравшейся шестерки. Надо узнать, что это за отбор, о котором все сегодня только и говорят, а некоторые готовы даже на убийство пойти. Ибо просто покалечить, выстрелив арбалетным болтом практически в упор, не получится.

Я аккуратно поднялся на ноги, оберегая от движений подвернутую лодыжку. Сколько же усилий нужно будет потратить, чтобы привести себя в прежнюю форму? Приглядевшись, я увидел, что под ногами у тройки новоприбывших лежит туша зайца и какой-то птицы.

– Легко, наверное, выполнять странные задания в угоду директрисе, которая снабжает вас оружием, да, сопляки? – спросил я, поднимая с земли какую-то палку, дольно длинную и тяжелую.

– Он что, реально думает драться? Один против всех? – загоготал здоровенный парень, выходя вперед и отодвигая не слишком умелого стрелка, который все это время внимательно крутил в руках арбалет.

– Костя, не надо, давай просто уйдем, – прошептала мне в спину Диана, но я только криво усмехнулся. Уйти, к сожалению, не получится. Как я понимал, именно эта группа лиц отметелила предыдущего хозяина этого тела накануне, а сейчас они просто решили завершить начатое. Ну, посмотрим, что из себя представляет Константин Денисов.

Я перехватил поднятую палку обеими руками, стараясь привыкнуть к такому своеобразному несбалансированному оружию, под смешки поощряемых руководством отбросов сиротского дома. В принципе, довольно неплохой посох вышел, главное, чтобы крепким был.

– Уходи, – обратился я к Диане, глядя на идущего ко мне вразвалочку бугая. Базовая печать усиления слетала с пальцев, вмиг напитавшись окружающей меня энергией. Ну, хоть какое-то преимущество получу, в виде немного увеличенной ловкости, силы и выносливости, потому как рассчитывать только на свой энтузиазм и желание отбиться было бы слишком глупо.

Я не стал дожидаться, когда противник подойдет ко мне ближе, благо, длина палки позволяла бить немного на расстоянии. Резкий выпад, удар и не успевший даже ничего сообразить бугай упал на колени, под звук треснувших ребер, хватаясь за грудь и стараясь протолкнуть в легкие воздух. Надеюсь, ничего жизненно важного я ему не перебил, потому как пока не знал местных законов, и как в этом мире карается убийство.

Нападение произошло так быстро и внезапно, что группа поддержки несколько мгновений молчала, просто таращилась на своего друга, который вроде бы был жив и тихо поскуливал, отползая от меня в сторону.

– Кончай его, – заголосила девица, первая сообразив, что происходит. С каким-то диким рычанием на нее набросилась Диана, вцепившись ей в волосы, но драка девчонок не смогла отвлечь остальных от праведного гнева и желания поквитаться.

Разъяренная четверка разом бросилась на меня. Они попытались взять меня в кольцо и атаковать с разных сторон. Не слишком умный ход. Я скользнул между ними, оказываясь за спиной неудачника-стрелка. Тот резко затормозил, развернулся и, достав из ножен довольно неплохой охотничий нож, бросился с ним на меня в атаку. Я не стал отступать, приняв удар ножа, которым противник замахивался, словно тесаком, на палку, делая резкое движение и вырывая нож из рук парня, отбрасывая его подальше. Что он хотел этим маневром сделать? Разрубить меня на части? Еще один замах, и удар концом палки пришелся, аккурат, промеж ног врага. Ослепленный болью стрелок даже не успел согнуться, как я крутанул свой своеобразный посох и ударил другим концом ему меж ключиц.

Я не стал смотреть, что именно стало с парнем, разворачиваясь к следующему противнику. Чуть не успел, но для тычка в живот хватило взгляда через плечо, а когда я уже окончательно развернулся, передо мной оказалась спина согнувшегося пополам недруга. Жесткий удар по затылку и еще один противник распластался на земле без сознания.

Я пригнулся, пропуская удар кулаком, нацеленный в голову, ушел в сторону и ударил врага палкой по коленям, заставляя того упасть на месте. Он не успел перегруппироваться и довольно ощутимо приложился лицом о валяющейся на земле камень.

Последний противник почему-то решил, что он не такой храбрый и смелый, и решил ретироваться, бросившись в направление сиротского дома. Уйти ему не дала Диана, которая, расквитавшись со своей противницей, довольно прытко побежала за ним, быстро догоняя и сбивая с ног.

Я устало опустился на одно колено. Боль в вывернутой лодыжке была просто адская, а все мышцы и связки болели так сильно, словно парень никогда в своей жизни не занимался никакими физическими нагрузками.

Поднявшись и отбросив палку, о которую я содрал всю кожу на ладонях, подошел к каждому из противников, чтобы удостовериться, что они живы.

Из гущи леса вышла Диана, толкая впереди себя сильно потрепанного парня, который с нашего разрешения начал приводить своих друзей в чувства.

– Вот, последний, – бросила она и уселась на землю, пристально глядя на меня. – А теперь отвечай, кто ты и что ты сделал с моим другом?

– Что? – невольно вырвалось у меня, даже тело болеть перестало.

– Что слышал, – рыкнула она. – Ты изменился, бросаешься на людей, хотя еще вчера ты даже слова в ответ этим уродам сказать не мог. Так что с тобой произошло? – она прищурилась, срывая травинки и бросая их на землю. Руки у нее тряслись, то ли от гнева, то ли азарт драки не прошел, то ли ей было страшно.

– Я… Если я скажу, что ничего не помню, ты мне поверишь? – глубоко вздохнул я и сел рядом с ней. – Похоже, меня вчера избили намного сильнее, чем вам показалось. Я сегодня проснулся и не мог вспомнить ничего. Ни кто я, ни где я. Это…

– Жуть какая, – выпрямилась девушка, заглядывая мне в глаза. – Совсем-совсем ничего не помнишь?

– Угу, – кивнул я. Тут даже врать, особо, не пришлось. Пусть считают, что у меня амнезия. Такой вариант развития событий будет проще реализовать.

– Делаааа… – Протянула она. – Значит, так. Сегодня очень важный день, и тебе ни в коем случае нельзя говорить о своем недуге, иначе тебя запрут в лазарете, чтобы выяснить, что с тобой произошло. А этого допустить нельзя, учитывая твои проснувшиеся от длительной спячки способности к драке, то будет шанс показать себя с лучшей стороны. Поэтому держись рядом со мной, я тебе помогу выпутаться, а дальше, если пройдешь отбор, то будем думать, что с тобой делать дальше. – Она решительно вскочила на ноги и протянула мне руку. Она помогла мне подняться, хотя я мог бы сделать это самостоятельно, после чего задумчиво посмотрела на светлеющее небо.

– Что это за отбор? – спросил я, наверное, главное, что меня пока интересовало.

– Сегодня ежегодный отбор в военное училище, профильные общеобразовательные училища, и в магическое училище, если выявится склонность к магии, не зависимо от потенциала. Обучение проходит за казенный счет, и это действительно единственный способ выбраться отсюда, чтобы хоть немного обустроиться в нормальном мире. Первой десятке выпускников сиротского дома назначается стипендия, небольшая конечно, но хоть что-то. Мы на сегодня занимает девятое и десятые места, поэтому на нас и ополчилась, так называемая, элита. Десятка формируется накопленными балами за год обучения, но не только. Ежедневные задания, отсутствие нареканий и тому подобное тоже дает свои бонусы, – она поморщилась и тряхнула головой, отвлекаясь на стоны, который начал издавать приходящий в себя бугай. – За последние десять лет маги всегда уезжали с пустыми руками, не найдя никого, кто бы мог обладать даром. Ну это и понятно…

– И что, получается, они напали на нас из-за какой-то стипендии? – повернулся я к ворочавшимся противникам. Те, которые уже пришли в себя, старались на нас не смотреть, и вообще находились здесь совершенно одни, и просто решили немного полежать.

– Не какой-то стипендии, а из-за халявных денег. А на тебя они напали не поэтому. Ты им просто не нравишься, – пожала она плечами. – На протяжении последних лет они только и делали, что издевались над тобой. Надо торопиться, а мы еще до нашей поляны не дошли.

– Зачем нам куда-то идти? – хмыкнул я, подходя к брошенным тушам. – Дичь же тоже засчитывается. Есть одна единица зайца, и одна единица какой-то птицы. Что ты так смотришь, законный трофей после боя, – я положил туши в мешок, который был со мной и перекинул через плечо.

– А если они расскажут…

– Что их всех побила девчонка и Денисов? Да их гордость не позволит это принять, а вот мне нужно будет теперь держать ухо востро, – покачал я головой. – Я так понимаю, это все не ради добычи еды для детей делается.

– Прививает тягу к труду, так сказать, а свою добычу мы потом продаем той же Койотовой – нашей директрисе, практически за бесценок, но все равно, хоть что-то копится у всех перед выпуском из сиротского дома.

Так, общий расклад был ясен. В принципе, не так тут все и плохо. Так или иначе, дети сыты, есть крыша над головой и хоть какие-то перспективы на нормальное будущее. Мы, молча, шли в направление сиротского дома, лишь изредка бросая друг на друга взгляды.

Внезапно небо заволокло тучами, только что был солнечный рассвет, и вдруг стало темно. Щебет птиц начал доноситься ото всюду, а с неба послышалось разноголосое карканье ворон. Я поднял голову и понял, что накрыла нас совсем не туча. Огромная стая ворон, вперемешку с другими птицами кружили над лесом, создавая суету и панику. Это явно было не обычное природное явление. Раздавшиеся со всех сторон вой волков, тявканье лисиц и шелест листвы вызывали какое-то дикое и первобытное чувство страха, от которого хотелось бежать сломя голову.

– Не может быть, прорыв! – попятилась Диана и посмотрела на меня округлившимися от ужаса глазами. – Надо быстрее бежать в дом, он защищен, – пробормотала она и первая ринулась вперед.

Я совершенно не представлял, что это значит, но испуг девчонки передался и мне, поэтому довольно быстро догнал Диану, которая постоянно останавливалась и оглядывалась, дожидаясь меня. Я как мог держал из последних сил заданную ей скорость, стараясь контролировать дыхание, потому как бег тоже, судя по всему, не являлся характерной чертой Денисова. Хорошо, хоть палку решил прихватить с собой, используя ее в качестве опоры.

Неожиданно сильный порыв ветра сбил нас с ног и отбросил назад. Гул и шум усиливался, а я никак не мог определить источник звука. Воздух вокруг нас сгущался, а пространство, словно искривлялось, создавая что-то похожее на воронку, которая буквально разрывала собой пространство. Зеркальная переливающаяся гладь начала формироваться в месте этих искривлений. Это было не стандартное окно перехода или телепорта, которое было мне известно. Границы этого окна были размыты, причем зеркальная гладь все больше и больше расплывалась, увеличивая размеры этого окна.

Прошло не больше нескольких секунд, когда из еще формирующегося зеркала выпрыгнула крупная тень. Она перепрыгнула через нас и резко остановилась, разворачиваясь в нашу сторону. Я поднялся на ноги, во все глаза рассматривая это существо. Оно не было зверем, в моем понимании. Скорее, это было что-то вроде порождения иных планов. Монстр выглядел практически, как волк. Только шкура у него была зеленая, а из оскалившейся пасти капала слюна, которая разъедала землю, оставляя глубокие рытвины, из которых валил зеленый едкий дым.

Диана упала на землю и зажмурилась, бормоча что-то под нос. Зверь зарычал и пригнул на меня, старясь вцепиться мне в глотку, видимо решив вначале расквитаться с более сильным противником.

Я упал на спину, перекатом уходя от прыжка и, используя инерцию тела, тут же поднялся на ноги. Краем глаза я заметил, как на зеркальной глади начала появляться рябь, и из открывшегося окна выпрыгнул еще один волк, точная копия того, что напал на меня.

Зверь в очередной раз прыгнул, но я крутанул палку у себя в руках, втыкая ее в раскрытую зловонную пасть и буквально нанизывая на нее волка.

Второго монстра я не видел, но прекрасно слышал крики подростков, которые находились от нас в некотором отдалении.

Зверь не подавал признаков жизни, а желтый хищный огонь в его глазах постепенно затухал. Я не стал дожидаться момента, когда из этого адского зеркала вылезет очередной монстр. Подбежав к Диане, которая закрыла голову руками при моем приближении, я, особо не церемонясь с ней, поднял ее с земли и ринулся прочь от окна перехода, прорыва или чем это на самом деле являлось. Я юркнул на едва заметную, заросшую тропку между деревьев, ведущую вбок от того места, где мы встретились со своими сверстниками из сиротского дома.

Адреналин сделал свое дело и, все еще находясь в крови, подгонял меня, чтобы я несся вперед, не разбирая дороги. Только так я мог защитить дрожащую от ужаса девчонку, потому что по-другому в сложившейся ситуации без оружия и знаний мне было не победить этих тварей.

Я добежал до окраины леса, которая была огорожена полуразвалившимся забором. Диана к этому времени уже успокоилась и просто вжалась в меня, крепко обняв за шею и уткнувшись головой мне в плечо.

Волчьего воя, рычания и каких-либо криков я больше не слышал. Но чувствовал, что мы еще недалеко ушли от места прорыва, и при желании монстр сможет догнать нас за несколько секунд.

– Все хорошо, – успокаивающе погладил я девушку по голове и аккуратно поставил на ноги. Она дрожала, но все же сумела себя перебороть и открыть глаза. – Надо уходить из леса. – Я посмотрел ей в глаза.

– Но нам нельзя покидать границы леса, – неуверенно протянула она, оборачиваясь на шорохи в лесу, которые становились все громче. Потом сама довольно резво перелезла через забор и остановилась, ожидая меня.

– Пойдем скорее, – впереди было чистое поле, которое заканчивалось каким-то леском. Я махнул рукой в том направлении и пошел туда, ускоряя шаг. Сердце бешено колотилось, дыхание было частым и тяжелым, а в правую половину тела, начиная от груди, заканчивая бедром, словно воткнулись сотни острых игл, но времени для отдыха у нас не было.

Раздался какой-то громких хлопок, потом еще несколько. Я резко остановился и обернулся на звуки.

– Что это? – спросил я Диану.

– Прорыв ликвидируют, наверное, – пожала она плечами и зашла в лесок первая, прислонившись к дереву. – Повезло нам, конечно. Монстры очень слабые, максимум с первого уровня изнанки.

Я кивнул, решая, что узнаю о прорывах и изнанке несколько позднее, пока мое внимание привлекло здание, которое проглядывалось через деревья и стояло недалеко от этой рощицы, в которую мы забрели. Пока все не уляжется, оставаться на открытой местности не слишком хотелось.

Выйдя из леска, который скорее играл роль своеобразного забора, отделяющего дом от остального внешнего мира, я остановился возле открытых ворот на вид заброшенного и полуразрушенного здания, в котором были выбиты окна, а входная дверь отсутствовала.

– Ну тут, по крайней мере, можно будет найти хоть какое-нибудь оружие, – пробормотал я и первым зашел в дом, не обращая внимания на сомнения, которое испытывала Диана, и ее робкие попытки меня остановить.

Глава 3

Как только мы вошли в дом, недалеко раздался жуткий рев, который стремительно приближался к нам.

Я схватил с пола кусок выбитого стекла и резко обернулся в сторону входа. К нам со всех лап неслись три монстра, того же вида что и тот, который встретился нам в лесу.

Диана, вскрикнув, спряталась за моей спиной, буквально оцепенев и не решаясь убежать вглубь дома. Твари, завыв в очередной раз, синхронно кинулись в открытый проход за легкой добычей. Бежать было глупо, поэтому я, откинув девушку подальше от себя, приготовился к новому бою, прокручивая в голове призрачные шансы на успешную схватку.

Как только один из монстров достиг порога, по внутренним стенам дома пошло голубое свечение, которое начало стремительно расходится по потолку и полу вглубь помещения. Волк завыл и вспыхнул ярким голубым пламенем, который сжег монстра за считанные секунды, оставив на крыльце только небольшую кучу зловонного ярко-зеленого пепла. Я опустил осколок стекла, глядя, как сияние распространяется и по придомовой территории, обжигая оставшихся монстров, которые даже не пытались сбежать, скалясь, рыча и поливая землю своей едкой слюной.

Запах паленой шерсти, сгоревшего мяса и чего-то кислого проник в дом. От этой вони начали кружиться голова и слезиться глаза, поэтому я, схватив девушку за руку, потащил ее вглубь дома, стараясь как можно дальше спрятать от отравляющих воздух паров. Сияние постепенно затухало, но я надеялся, что это не одноразовое защитное заклинание и оно сможет нас уберечь от очередной атаки, если таковая последует.

Такая неожиданно мощная защита придала уверенности Диане и она, освободив свою руку, уже самостоятельно шла следом за мной, озираясь по сторонам.

Дом, на первый взгляд, был абсолютно не жилым, причем очень давно. Повсюду была многолетняя грязь, мусор, осколки выбитых стекол вперемешку с крысиным пометом. Мебели никакой не было, словно отсюда все вывезли в спешке и оставили помещение, чтобы никогда сюда не вернуться. Но, тем не менее, защиту они не сняли, что, скорее всего, спасло наши жизни.

Углубляясь вглубь дома, мы слышали, как в отдалении начали выть сирены, значит, снаружи все еще было не безопасно, поэтому разумнее всего было оставаться здесь.

Мы, молча, забрели в небольшую комнатку, отделенную от просторного помещения большими колоннами и аркой. Судя по сохранившимся петлям, тут когда-то стояли двери. Сколько же лет пустовал этот особняк?

В темном углу комнаты стояла кровать, заваленная ворохом самого разного тряпья. Пока это была единственная мебель, которая встретилась нам в этом доме. Внезапно, прямо на нас выбежала довольно упитанная крыса, принюхалась к нам, и, юркнув между нами, довольно быстро скрылась из вида.

Диана вскрикнула от неожиданности, но замолчала, прикрыв рот рукой, лишь глядя на меня испуганными глазами.

– Не думал, что ты боишься крыс, – усмехнулся я, подходя к вороху тряпья.

– Эта крыса-переросток выскочила неожиданно, – скривилась она, показывая, что совершенно не испугалась, но с места все же не сдвинулась. – Может, не нужно тебе туда идти. Не нравится мне все это. Тем более, сирены перестали выть, значит, можно уже обратно возвращаться.

– Да что может случиться? – хмыкнул я, внутренне все же напрягаясь. Меня словно тянуло к этой куче на кровати, и это было далеко не праздное любопытство.

Как только я подошел к кровати, то в нос ударил кисло-сладкий тошнотворный запах разлагающегося тела. Я отшатнулся, попытавшись сделать шаг назад, но уткнулся спиной в какой-то невидимый барьер, который не пропускал меня. Обернувшись, я внимательно осмотрел пространство перед собой, ощупывая невидимую стену рукой, пытаясь найти в ней хоть какую-нибудь брешь.

– Костя? – Диана обеспокоенно сделала несколько шагов в моем направлении. – Что случилось?

– Не подходи, – крикнул я, краем глаза замечая, как куча тряпья зашевелилась.

Я повернулся к кровати, подходя к ней ближе, подозревая, что источник моего невольного и неожиданного заточения находится именно там.

Высунувшаяся из тряпок костлявая рука, покрытая сухой кожей и какими-то гнойными язвами, схватила меня за рукав рубашки и притянула ближе. Я попытался разжать пальцы и высвободиться, но сила, которую прикладывал этот человек, была явно больше той, которой обладало мое новое тело. Внезапно, старик резко сел на кровати, вперившись в меня безумным стеклянным взглядом. Его лицо больше напоминало череп, обтянутый желтым пергаментом, а желто-зеленые нарывы на коже, которые были распространены по всему телу, казалось, готовы были лопнуть от малейшего телодвижения.

– Как удачно, – прокряхтел он, выдавая подобие улыбки беззубым ртом. – Молодой. С большим потенциалом. Ты тот, кто мне нужен.

– Кто вы? – перестал вырываться я, тихо и спокойно обращаясь к старику.

– Это неважно. Уже неважно. Ты сам все поймешь, – закрыл он глаза и сделал резкий рывок под визг Дианы, обхватывая обеими руками мою голову.

Как бы я не хотел освободиться, но не мог пошевелиться. Меня будто парализовало, а единственное, что я мог делать, это дышать. Мощный разряд электрического тока пронзил мое тело, от чего сердце на мгновение остановилось, дыхание перехватило, а перед глазами встала кромешная темнота.

Боль от рук старика шла волнами, меняясь на жар, а затем на спасительный холод. Перед глазами мелькали молнии и яркие светящиеся огоньки в той кромешной тьме, которая все никак не рассеивалась. А потом пришло ощущение пустоты, которая постепенно заполнялась чем-то теплым и успокаивающим в груди, распространяясь по всему телу.

Сколько это продолжалось, я не знал, но внезапно начал понимать, что могу двигать сначала руками, потом ногами. Когда движения во всем теле восстановились, то скинул руки старика со своей головы и упал на пол, стараясь побороть тошноту и головокружение.

Немного придя в себя, я поднялся на ноги, откидывая тряпки с полуобнаженного тела и внимательно осматривая старика. Он был мертв. Все нарывы вскрылись, буквально окропив его тело смердящим гноем. Стеклянные глаза мертвеца глядели в потолок, а его губы растянулись в блаженной улыбке. Я не знал, что он со мной сделал, но вся боль в теле после схватки с подростками и волками ушла, будто ее не было вовсе.

Я покачал головой и развернулся, буквально столкнувшись с подлетевшей ко мне Диане. Она ощупывала меня, постоянно заглядывая мне в глаза, стараясь убедиться в том, что я жив и ничего смертельного не случилось.

– Я в порядке, – улыбнулся ей, шевеля пальцем на руке, движения которого словно что-то сковывало.

На безымянном пальце прямо на моих глазах формировались очертания какого-то довольно крупного перстня. Красноватые линии пересекались, вспыхивали, буквально впечатывая изображение в кожу. Скрывать от девушки это сияние было уже поздно, поэтому мы вместе смотрели на это явление. Когда все закончилось, я приблизил руку к лицу, рассматривая нечеткую гравировку. То ли кот, то ли рысь, в общем, что-то из семейства кошачьих.

– Да быть того не может, – девчонка схватила мою руку и начала крутить ею, вглядываясь в мое новое украшение. – Но ты же не являешься его последним родственником, ведь так? – пристально посмотрела она на меня, пытаясь разглядеть что-то новое.

– Да я понятия не имею, кто это такой, – покачал я головой, закрывая глаза.

Я немного лукавил. После того, что старик сделал со мной, мне стало известно, что он последний представитель своего рода, маг, который обладал тотемом духа-покровителя. Он был своего рода охотником, который спускался на глубокие уровни изнанки, истребляя тварей, на манер тех, что напали сегодня на нас. Что такое изнанка я пока сформулировать четко не мог, но откуда-то знал, что это своеобразный мир, или скорее осколки миров, населенные монстрам. Твари, на которых вел охоту старик, были гораздо сильнее этих волков, причем намного. Последняя его вылазка закончилась плачевно, и единственное, что он мог сделать, это добрести до этого старого дома, в надежде залечить раны. Но этого не получилось.

Я прошел в середину комнаты, отсчитывая половицы от кровати. На пятой опустился на колени и вынул деревяшку, открывая тем самым тайник, который организовал старик, как только вернулся со своей последней охоты.

Достав сверток, я развернул бархатистую, на вид и на ощупь очень дорогую ткань, извлекая его содержимое. На ладони лежали три довольно крупных кристалла, переливающихся на свету. Один из них был не прозрачным, как остальные, а зеленоватого цвета, чуть светлее изумруда.

– Да это же целое состояние, – прошептала Диана, округлив глаза, не решаясь прикоснуться ни к одному из них.

– Сначала их нужно оценить, – кивнул я, глядя на макры. Это слово само всплыло в голове, скорее всего, доставшись от вложенной памяти старика. Голова начала довольно сильно болеть, а в висках пульсировать. Причем боль настигла меня так внезапно, что я чуть не выронил сокровище, которое из последних сил прятал старик в старом заброшенном доме.

– Слышишь? Кто-то идет! Прячь скорее, – как сквозь вату донесся голос девушки, которая ринулась на выход из комнаты, чтобы посмотреть на непрошенных гостей. Мысли путались и скакали, как белки под возбуждающей наркотой. Незнакомые слова буквально всплывали в памяти, вызывая новые волны головной боли.

Кое-как трясущимися руками, я завернул камни обратно в тряпицу и сунул ее в карман штанов, после чего оторвал от рубашки тонкий лоскут ткани и обмотал им руку, чтобы скрыть перстень, который, по какой-то причине, снять не смог. Только после этого с чувством выполненного перед собой долга, я упал на пол и закрыл глаза, чтобы хоть как-то облегчить боль.

– А потом мы побежали и нашли этот дом, – возбужденный голос Дианы ворвался в мозг, выводя меня из какого-то серого тумана, в который я изо всех старался не провалиться. Я резко сел, открыл глаза, понимая, что боль в голове прошла. Никогда не думал, что буду, как обычная балованная девица страдать от мигрени.

В комнату вбежала Диана и какой-то мужчина, одетый в одежду, напоминающую обычный военный камуфляж, который был распространен в регулярной армии при императоре у меня в мире. Мужик был коренастым и крепким, в руках он держал какое-то ружье или что-то подобное ему. Окинув комнату цепким взглядом, он остановил его на мне, нахмурившись, после чего подошел, сел рядом со мной и принялся меня внимательно осматривать.

– Ты как, парень? Цел? – доброжелательно поинтересовался он, беря в руки нож и разрезая на мне рубашку, несмотря на мои довольно активные сопротивления. Но я особо не усердствовал, прекрасно понимая, что нельзя злить мужика с ножом, которым он размахивает возле твоего лица.

– Все хорошо, что вы делаете? – попытался я встать на ноги, но мужик меня схватил за плечи и насильно усадил обратно.

– Плохо дело. Не болит? – спросил он у меня, рассматривая мой правый бок. Я опустил глаза и удивленно охнул.

Начиная от грудины, заканчивая правым бедром шли глубокие три царапины от когтей. Они не кровоточили и не саднили, и были покрыты толстой зеленой коркой. Я даже не заметил, как монстр успел меня поцарапать, видимо, когда прыгнул на меня в последнем своем смертельном прыжке.

– Не болит, – покачал я головой.

– Эй, тут еще один, лекаря сюда, живо, – гаркнул он, затем снова повернулся ко мне. – Сейчас будет немного больно, но это необходимо, чтобы яд волколака не распространился дальше. Раз уже не болит, то нужно все сделать, как можно быстрее.

Я закусил губу, приглушая вскрик, когда он ножом полоснул по корке, выпуская из раны зелено-красную пену.

В комнату влетела молодая женщина. На вид ей было лет сорок, чуть полновата, с добродушным взглядом и полуулыбкой, которая тут же слетела с ее лица, как только она взглянула на рану. Отстранив мужика, который все еще сдирал твердую корку с моего тела, она внимательно осмотрела рану и покачала головой.

– Очень странно. С такой раной дольше пяти минут обычно не живут, но яд в ней словно покрылся толстой капсулой и не стал распространяться, – она обратился к мужчине.

– И что это может значить?

– Не знаю, нужно разбираться. Я бы сказала, что его энергопотоки самостоятельно начали восстанавливаться, – пожала она плечами и достала из небольшого чемоданчика какую-то мазь и щедро намазала ее на царапины, которая, вступая в контакт с ядом, вспенивалась и обжигала здоровую кожу.

Все внимательно смотрели на бурную реакцию, включая меня. Как только пена сошла, рана полностью очистилась, а кожа начала стремительно стягиваться и зарастать.

– В общем все, повезло тебе, – похлопал меня по плечу мужик и помог подняться. – Забирайте их, а этому уже не помочь, судя по степени разложения, он мертв уже как сутки, – махнул он в сторону трупа старика.

Нас с Дианой молча вывели из дома и посадили в странного вида автомобиль, где на пассажирском сидении, кроме нас никого не было. Машина тронулась с места, а меня будто рывком подняло куда-то вверх, в окружающее меня серое марево.

Я огляделся. Вокруг был серый плотный туман, который рассеивался сразу же, как только пытался потрогать его руками и делал в принципе хоть какие-то движения. Зажегшийся впереди свет растворил кружащуюся плотную серую дымку, явив моему взору довольно большой и богато украшенный пьедестал, на котором восседал здоровый кот. Он водил носом, прижимал свои небольшие ушки и постоянно дергал в раздражении своим пушистым хвостом. Густая длинная шерсть переливалась на свету, практически полностью скрывая короткие мощные лапы.

– Манул? – неуверенно проговорил я, глядя на статного зверя.

– Человек? – поинтересовался он. Мне могло показаться, но в его голосе мне послышалось какое-то ехидство. – Сомневался, что его состояние позволит такое сделать, – прохрипел он и тут я понял, что рот манул не открывает, а его голос звучит у меня в голове. – Первого попавшегося, без моего одобрения, ненавижу людей, – фыркнул он.

– Какой-то ты агрессивный манул, – хмыкнул я, за что получил невидимой лапой в глаз.

– Я не просто манул, а бог! – пафосно раздался у меня в голове голос. – И сейчас я решаю, становиться ли покровителем для тебя или нет. – Он, наверное, около минуты молчал, забавно ведя носом, словно принюхиваясь ко мне. – А, ты из этих, – наконец, протянул он. – Скоро от чужаков тут будет не протолкнуться, а все кровь обновляют. Что ты знаешь о тотемах и духах покровителях? – резко сменил тему кот, пристально глядя мне в глаза. Внезапно я понял, что вложенная стариком информация, частями начала складываться в осмысленные вещи и мысли.

В этом мире основная сила магов заключается в благословении тотема, силу которого маг получает через артефакт – родовой перстень. Тот самый, который сейчас красовался на моем пальце. У каждого рода – свой собственный бог-покровитель, которые могут делиться своей силой со своими последователями и даровать им определенные способности. Вроде все просто, но не совсем понятно: причем тут я? Ведь я не принадлежу роду этого старика.

– Знаешь, мне тоже не особо понятно причем тут ты, – ворвался в голову голос манула. – Последний представитель моего рода мог бы выбрать себе кого получше. – Оскалился он, злобно сверкнув глазами. – Он перед самой своей смертью смог передать тебе свою силу, которая завязана, так или иначе, на мне. У моих последователей есть одно правило: как только патриарх рода чувствует, что умирает, он должен передать свою силу своему приемнику, как правило, подготовленному, обученному магу, а не первому попавшемуся бродяге со слабым потенциалом, – продолжал он меня гипнотизировать, внимательно разглядывая. – Но, как бы ты мне не нравился, Манулов не дал сгинуть мне в небытие на многие годы, – вздернул кот голову вверх, гордясь то ли собой, то ли своим последователем.

– Но как сейчас поступить? – нахмурился я, разглядывая перстень. – Я же безродный сирота, у которого даже магического потенциала быть не должно, да и официальным приемником старику я не являюсь, будет выглядеть подозрительно, как считаешь?

– То-то и оно! – поднял лапу вверх кот. – Пока снимай перстень и не показывай его никому. Манулы животные скрытные, умеют прятаться и никогда не показывают всем свою истинную силу. И если выполнишь мое задание, то я дарую тебе дар великого Манула.

– И? – обратился к коту, который в это время замолчал, видимо, чтобы я проникся важностью момента.

– Тебе нужно отправиться в Дом Всех Богов, ну или сделать вид, что идешь к нему, где я, твой бог-покровитель, официально выберу тебя своим последователем. Я никак понять не могу, почему от тебя пахнет какой-то псиной? – вновь принюхался он, а шерсть у него местами поднялась в раздражении.

– Не важно, – уклончиво ответил я, вспоминая, что всю жизнь имел дело с духом-защитником, которой была Белая Волчица. – Это все?

– Пока да, – махнул он лапой. – Единственное, что я дам тебе небольшой подарок, разложу всю информацию по своим местам в твоей голове, а то при смерти старик тебе такую кашу в голову влил, до сих пор удивлен, как ты на месте не свихнулся.

Я открыл глаза, ощущая, что автомобиль остановился. Посмотрев в окно, увидел знакомые ворота сиротского дома и, глубоко вздохнув, открыл дверь, выползая наружу, под пристальный злобный взгляд стоявшей напротив директрисы.

Глава 4

– Вы заставили нас поволноваться, молодые люди, – скривилась директриса, пристально глядя на нас. Я ничего ей не ответил, начиная в это время озираться по сторонам.

Вокруг сиротского дома было довольно многолюдно. С десяток мужчин в военной форме находились по близости, и, судя по всему, собирались уже уезжать. Испуганные ученики, включая шестерку, встретившуюся нам в лесу, топтались возле ворот. Они тоже только что прибыли и пока еще не успели войти на территорию Сиротского дома.

– Как вам удалось выбраться? – тихо спросила Диана у девушки, когда мы подошли к воротам.

– Залезли на деревья, волки не могут лазить по ним, – передернулась она, видимо, что-то вспоминая. – А вы?

– Отсиделись в заброшенном доме, – ответил я, глядя, как к нам подходят несколько мужчин. Они были одеты в строгие дорогие костюмы, без каких-либо вычурных украшений или вышивки, но сам их вид говорил о том, что все они явно были из высшего общества. Они смерили нас оценивающим взглядом и как-то синхронно перевели взгляды на директрису, которая переминалась с ноги на ногу рядом с нами.

– Все живы? – коротко поинтересовался один из них.

– Да, – кивнула она. – Это последняя группа из тех, кто был за пределами дома.

– Хорошо. Помощь лекаря нужна? – повернулся мужчина в нашу сторону.

– Уже нет, – покачал я головой, бросая взгляд на полностью затянувшиеся шрамы, которые представляли собой лишь едва видимые белесоватые полоски у меня на теле.

– Это радует, – улыбнулся краешком губ мужчина.

Он был старше остальных, но выглядел крепко. Его пронзительный взгляд так же скользнул по моему обнаженному торсу, особенно по тому месту, где виднелась засохшая на коже пена от лекарства целителя, вперемешку с грязью, кровью и зеленой жидкостью, выплеснувшейся из раны в первый момент, когда с нее содрали корку.

– Переоденьтесь и подходите к главному залу, собрание через тридцать минут, – кивнул он нам. – А с вами, Ольга Сергеевна, мы пока побеседуем на тему условий содержания детей в Сиротском доме и их ночных лесных прогулок, – прищурился он.

Я решил, что лишняя информация сейчас особо не к чему, тем более, компрометирующая, но девчонки явно хотели погреть уши и насладиться поркой проверяющих. Поэтому, Диану мне пришлось чуть ли не волоком тащить в направление главного входа.

– Мог бы дать дослушать, – фыркнула она, как только мы переступили порог дома и наткнулись на детей, находившихся в момент прорыва в помещении. Все они наперебой начали спрашивать, что произошло, буквально набрасываясь на нас с хищным блеском в глазах.

Отвечать я не стал, поэтому молча прошел в направление своей комнаты, которая все так же была пуста. Немного подумав, прошел до конца коридора, где, как я и предполагал, находилась общая душевая. Расписание висело на двери и, изучив его, узнал, что сейчас как раз время для посещения мужской половины сиротского дома. Вернувшись в комнату, захватил сменную одежду и направился туда, чтобы смыть с себя грязь, кровь и едкую слизь волколака.

На меня никто не обращал внимания, и даже как-то подозрительно не здоровались, лишь один парнишка младше меня года на четыре приветливо кивнул. Судя по тому, что случилось в лесу и по поведению остальных воспитанников дома, с Денисовым тут никто общаться не стремился.

Стоя под тугими струями горячей воды, я закрыл глаза, стараясь усвоить хотя бы часть информации, которая стала мне доступна.

Попал я в Российскую Империю, во главе с Императором. Классовое разделение было во всей красе и в самых классических его проявлениях от барона до князя. Про магию мне, так или иначе, было понятно, после встречи с манулом. Но вот с прорывами и изнанкой пришлось разбираться. Как оказалось, в этом мире существовали определенные слабые точки, через которые можно было построить спуск на изнанку, своеобразные иные миры, разделенные на уровни. Чем ниже уровень, тем страшнее монстры, населяющие этот мир. На изнанке были особенности каждого уровня, точки спуска в него и тому подобная информация, которой была забита моя голова. Старик довольно успешно промышлял охотой на монстров на нижних уровнях изнанки, чему и посвятил свою жизнь, не оставив наследников. В принципе, неплохой способ дохода, если ты не из титулованных баронов и графов.

С сожалением выключив воду, я переоделся и вернулся в комнату, чтобы оставить грязные вещи. Повертев в руках сверток с кристаллами, взятый из дома старика, я положил его под матрас, не найдя более подходящего места для временного тайника. Немного подумал, все же смог наложить простенькую охранную печать. Простому человеку взломать ее будет проблематично, но маг, даже самый слабый, ее даже не заметит. Энергии от сил природы все же генерировалось очень мало. И, как я понимал, виной тому являлись тотемы, которые в этом мире были не только животного происхождения, но и растительного. Без поклонения и покровительства богов, взять энергию у растений было невозможно. Но ничего, нужны тренировки и в конечном итоге, я смогу перестроиться на энергетический фон этого мира. Всегда нужно иметь козырь в рукаве, и я надеялся, что магия печатей в этом мире не развита или вообще не изучена. Посмотрев на себя в зеркало, стараясь привыкнуть к своему новому отражению, вышел из комнаты.

Где находится этот самый главный зал, я не имел ни малейшего понятия, поэтому решил все же спуститься вниз и найти хоть какой-нибудь план эвакуации, где должно было быть указано расположение комнат.

Возле лестницы на меня налетел возбужденный белокурый вихрь, в котором я признал Диану. Она переоделась, как мне показалось, во все лучшее, что у нее было, и сменила серый мешковатый балахон на рубашку по ее фигуре и какой-то жилет, которые на сей раз обтягивали ее фигурку, привлекающую внимание всех проходящих мимо подростков. Она обняла меня и, отстранившись, пристально посмотрела в глаза.

– Ты в порядке? Я так волнуюсь, но и представители училищ могли бы и подождать немного с отбором. Понимают же, что все находятся в стрессе, после происходящего, – затараторила она и, схватив меня за руку, повела по лестнице вниз, а потом через гостиную по нескольким, не отличающимся друг от друга коридорам.

Я не слышал ее щебетание, стараясь запоминать не только дорогу, но и мельчайшие особенности, в виде количества дверей, расположении окон и, в конечном итоге, пресловутый план эвакуации, который висел на стене рядом с выходом из гостиной. Всегда нужно знать пути отхода, хотя бы приблизительно. Эта простая истина находилась у меня на подсознательном уровне, вбитая туда годами, в прямом смысле этого слова.

Когда мы, наконец, дошли до главного зала, представляющего собой большое помещение с небольшим возвышением и трибуной напротив входа, то увидели, что все выпускники сиротского дома были уже на месте. Они сидели на расставленных возле стен стульях и напряженно переглядывались, и переговаривались. Всего я насчитал пятнадцать человек без нас, хотя, их должно было быть ровно двадцать, если верить словам Дианы.

В центре зала было довольно большое пустое пространство, в центре которого стоял стол с какой-то пирамидой небольшого размера. Ее вершина заканчивалась небольшим кристаллом, с переливающимися гранями на свету. Из взрослых никого пока видно не было.

– Где остальные? – тихо спросил я девушки, усаживаясь на свободное место.

– В больничке. Петька до сих пор в себя не пришел, после вчерашнего, – покачала она головой, прикусив губу.

Двери, ведущие в зал, захлопнулись, чем привлекли внимание всех собравшихся. В помещении наступила идеальная тишина, нарушаемая только шагами прибывшей делегации во главе с директрисой и еще какой-то девчонкой, семенившей рядом с ней, неся в руках ворох каких-то бумаг и папок.

– Тишина, – прогромыхал голос Койотовой. Судя по ее виду, директриса была не в самом хорошем настроении. Только молнии из глаз не метала, оглядывая своих воспитанников, но держала себя в руках, периодически бросая взгляд на троих мужчин, которые остановились возле трибуны, не поднимаясь на нее.

– Доброе утро, если его можно так назвать, – начал говорить мужик, который обещал взбучку директрисе у ворот сиротского дома. – Я рад, что прорыв удалось ликвидировать в рекордно короткие сроки и не допустить катастрофических последствий. – Он остановил свой взгляд, которым обводил присутствующих на мне. Я прямо смотрел на него, не отводя глаз, показывая всем своим видом, что скрывать от него мне нечего. – Сегодня ваш последний день пребывания в стенах дома, в котором вас воспитали, обучили и подготовили к взрослой жизни. Это важный момент, который определит ваше будущее. Отбор в профильные учреждения и в военное училище будет проводиться завтра утром. Вам необходим отдых, и мы это прекрасно пониманием, не смотря на наш плотный график. Сегодня все присутствующие пройдут только проверку на наличие дара и определения уровня магического потенциала. Все, кто находятся в больничном крыле, уже это сделали и, к сожалению, отбор в магическое училище не прошли.

Диана глубоко вздохнула и покачала головой, уткнувшись взглядом в пол. Она очень переживает за Петра и, кажется мне, связывает их не только дружба.

– Перед тем, как приступить к важной процедуре отбора в магическое училище, мне бы хотелось узнать одну деталь, – немного вперед вышел молодой мужчина и, усмехнувшись, провел рукой перед собой.

Прямо в центре зала буквально из воздуха материализовалась знакомая туша убитого мною волка.

– Так вот, мне бы хотелось узнать, кто из вас смог убить волколака в лесу рядом с окном прорыва? – обвел он всех каким-то смеющимся взглядом. Все начали переглядываться и удивленно перешептываться, но никто почему-то мои заслуги первым себе присвоить не захотел. Я прекрасно знал, что убийство твари изнанки в Российской Империи, куда меня занесло, никоем образом не наказывалось, а даже поощрялось, поэтому мне была особо не понятна робость воспитанников.

Несмотря на Диану, которая схватила меня за руку и покачала головой, пристально глядя мне в глаза, я поднялся со своего места, под редкие смешки и удивленные возгласы.

– Это сделал я, – уверенно проговорил, глядя на этого молодого мужчину. Он задумчиво на меня посмотрел, с ног до головы окидывая взглядом.

– Занятно, – пробормотал он и указал мне рукой, чтобы я подошел к нему ближе. – Я Николай Совинский – преподаватель на одной из кафедр военного училища Ангарска, – очередные удивленные вздохи и перешептывания.

В моей голове было довольно много информации про изнанку, монстров, магию, но элементарной географией Империи почивший старик почему-то не владел, поэтому лишь отдаленно мог представлять, где именно находится этот Ангарск и собственно наш сиротский дом. Было известно, что где-то в Сибири, которой управляет князь Тигров.

– Вы же, кхм, Константин Денисов, – скосил он глаза на папку, которую ему подсунула помощница директрисы, – приняты в нее вне отбора. Далеко не каждый необученный юноша сможет победить в схватке с монстром изнанки, хоть и первого уровня, – он пожал мне руку, как только я подошел к нему.

Под жидкие аплодисменты воспитанников и недовольное бурчание, я опустил руку преподавателя военного училища и хотел, было, развернуться, чтобы вернуться на свое место, как он меня остановил, положив руку на плечо.

– Разумеется, это будет возможным, если магическое училище не заберет тебя к себе. А поэтому раз ты вышел первым, то испытание тебе и открывать, – улыбнулся он, уступая место мужчине, который брал вступительное слово.

– Вам, Константин, следует подойти к пирамиде, стоящей в центре и просто положить на основания обе руки. Это не больно и совершенно безопасно. Больше ничего от вас не требуется.

Я кивнул и, развернувшись, подошел к конструкции, стоявшей в центре зала. Туша волка исчезла, словно ее и не было вовсе, осталось только едва заметное зеленоватое пятно, в том месте, где она находилась. Решив больше не заострять внимание на незначительных деталях, я сконцентрировался и положил руки на постамент, где стояла эта небольшая пирамидка. Прошло несколько секунд, но ничего не происходило. Удрученно покачав головой, не понимая, как такое могло произойти, если уж даже манул соизволил обратить на меня свое внимание, хотел, было, убрать руки. Но остановился, почувствовал небольшое жжение в ладонях. Кристалл на вершине пирамидки неожиданно засиял изумрудным светом, после чего взорвался, осыпав меня острыми мельчайшими осколками. Сама пирамидка треснула по центру и развалилась на две части, а основание, на котором лежали мои руки, обратилось в деревянную труху.

Стояла гнетущая тишина. Все мое лицо и руки саднили и чесались. Не исключаю, что осколки кристалла вонзились в незащищенную кожу. Теперь понадобиться много времени, чтобы их вытащить.

Я посмотрел на непроницаемое лицо мужчины, который, не мигая, смотрел на остатки своего артефакта.

– Что это может значить? – Совинский задумчиво потер подбородок и повернулся к спокойно стоящему коллеге. – Алексей Владимирович, у вас есть соображения на этот счет, кроме того, что мальчик простой вандал и уничтожил редкий и дорогой артефакт? – хмыкнул он, переводя на меня взгляд.

– В дороге могло случиться всякое, все-таки мы с вами путешествуем не один день, – наконец, проговорил мужик, глядя мне в глаза, изо всех сил, видимо, стараясь, в них что-то разглядеть. – Мила,– помощница директрисы тут же подскочила к мужчине, чуть ли в лицо не заглядывая преданными глазами. – Попроси моего помощника принести еще один артефакт определения, он должен быть в машине.

Девушка кивнула и буквально вылетала из зала, громко захлопнув за собой дверь.

– Сиротский дом не будет покрывать эти убытки… – проговорила директриса, нарушая возникшее молчание.

– Да помолчите вы, – раздраженно отмахнулся Алексей Владимирович, беря в руки папку с моим делом, которую до этого показывали Совинскому. В гнетущей тишине он переворачивал страницы, постоянно хмурясь.

Я стоял, как идиот, в центре главного зала, находясь под взглядами всех собравшихся. Даже мне, привыкшему к излишнему вниманию, как к главе клана, от подобного стало немного неуютно.

Наконец, двери открылись, и в зал вошел молодой паренек, который нес в руках черный футляр. Он подошел к столу и начал распаковывать, на первый взгляд, точно такой же артефакт в виде пирамиды, который взорвался под моими руками. Аккуратно собрав все щепки, осколки и остатки почившей пирамиды, он подошел к своему руководителю и встал рядом с ним, внимательно оглядывая собравшихся.

– Ну-с, молодой человек, можете повторить все заново, – кивнул Алексей Владимирович, отдавая папку своему помощнику.

Я неуверенно подошел и аккуратно положил ладони на новый постамент. В отличие от предыдущего, он был выполнен из темного камня, а на стенках пирамидки были видны какие-то знаки, которые начали загораться ярким красным светом снизу-вверх, как только мои руки прикоснулись к артефакту.

Алексей Владимирович сделал шаг вперед, не отрывая взгляда от пирамидки. Я, затаив дыхание, смотрел, как выгравированные символы зажглись до самой верхушки, а кристалл начал испускать приятное изумрудное свечение, все больше и больше разгораясь.

– Довольно, – прогромыхал голом мужчины. Я сразу же одернул руки и перевел взгляд на него.

– Удивительно большой потенциал, – проговорил молчавший до этого время третий мужчина. – Неужели вам в этом году повезло вернуться в училище не с пустыми руками?

– Что уж тут говорить, приятно и неожиданно, – кивнул головой Алексей Владимирович. – Константин, если вы желаете, то можете принять наше предложение об обучение в магическом училище Иркутска. Если ваш потенциал будет выше шестого уровня, то есть шанс пройти вступительные испытания в Иркутскую академию магии. Что вы скажете, вы согласны?

– Разумеется, – кивнул я, внутренне морщась. Он еще и спрашивает, согласен ли сирота без рода и перспектив к такому подарку судьбы.

– Хорошо. Присаживайтесь пока. Мне интересно узнать, есть ли в этом заведение еще какие-нибудь самородки? – серьезно проговорил он, не проявляя совершенно никаких эмоций.

Я сел под все еще направленными на меня взглядами воспитанников. Только теперь они все излучали не недоумение, как в прошлый раз, а злобу и ничем не прикрытую зависть. Только Диана радостно подпрыгнула на стуле и крепко меня обняла, вытирая слезы, выступившие у нее на глазах.

– Я так рада. Всегда верила в тебя. – Прошептала она и села на свое место, не выпуская мою руку из своей.

Я внимательно наблюдал за испытаниями остальных воспитанников, но раз за разом, кристалл оставался прозрачным. Когда подошла очередь Дианы, она вытащила вспотевшую вмиг ладонь из моей руки и на дрожащих ногах подошла к артефакту.

От напряжения, которое передалось от девушки ко мне, я встал, не отрывая взгляда от пирамиды. Медленно, словно с неохотой руны начали загораться, устремляясь к вершине. От неожиданности девушка икнула, глядя, как тускло загорается кристалл, излучая мягкое голубоватое свечение.

– Неплохо, – удовлетворенно проговорил Алексей Владимирович, сразу же беря в руки папку, предоставленную помощницей директрисы. – Присаживайтесь, я рад приветствовать вас в магическом училище Иркутска.

Девчонка взвизгнула и бросилась в мою сторону. Она рыдала то ли от радости, то ли от облегчения. Я даже не старался ее успокоить, просто прижав девчонку к своей груди.

– Будем покорять магические просторы вместе, – прошептал я ей на ухо, чем вызвал очередную волну истерических рыданий. Уж лучше б рот не открывал.

– На этом все. Денисов и Маринина, жду вас в кабинете директора через пятнадцать минут. Нужно будет обсудить некоторые детали, – проговорил Алексей Владимирович, направляясь мимо воспитанников к выходу.

– А пока займемся действительно интересным делом, – подошел ко мне Совинский. – Мы тут обсудили одну вещь и пришли к единогласному решению, что стоит наградить охотника и вернуть принадлежащий ему трофей.

Прямо посреди зала вновь появилась туша волколака, на которую указывал рукой преподаватель из военного училища.

Здорово, когда ты переместился в альтернативный мир, и стал главным жрецом бога? Конечно здорово! А если у твоего нового бога всего один жрец, а сам он вредный и ехидный манул? Вот тут уже, конечно, возникают вопросы. И я обязательно на них отвечу, как только отобьюсь от монстров, и поступлю в эту чертову, магическую академию.

Глава 5

Начавшие, было, выходить из зала воспитанники остановились и замерли возле входа, недоуменно глядя на наставника военного училища.

– Молодые люди, все на выход. – Нахмурился он, придерживая меня за плечо. – Константин, вас это не касается.

Все, недовольно переговариваясь, начали медленно тянуться на выход, напоследок одаривая меня недружелюбным взглядом. Да уж, услужил. Почему-то казалось, что мне предстоит бессонная ночь с ножом под подушкой. Диана, потоптавшись на месте, все же решила оставить нас наедине и вышла из зала последняя, прикрыв плотно за собой дверь.

Наставник, в свою очередь, взял нож с подноса, который принесла уже порядком уставшая помощница, и передал его мне в руки.

– Сама по себе, туша волколака ничего не стоит, но ты можешь извлечь из него крисп, чтобы потом продать или использовать самому. Ты знаешь, что это такое? – уточнил мужчина, пристально глядя на мою реакцию.

– Накопитель магической энергии, ну или что-то типа этого, – проговорил я, уверенно беря нож из рук Совинского. Такой щедрости я не ожидал. Волколак был монстром первого ранга. Слабенький и не особо ценный в нашем мире, но для сироты без каких-либо накоплений извлеченный из него кристалл – это был щедрый дар.

– Все верно. Магические кристаллы, макры или криспы добываются на изнанке из тел убитых монстров, редко из растений. Чем сильнее тварь, тем ценнее и крупнее извлеченный из него кристалл. Обычно он находится в груди монстра или в его мозге, – начал пояснять Совинский, словно объясняя новый урок у себя на кафедре. – Из туш некоторых монстров крисп может извлечь только человек, убивший его. Волколав не исключение. Справишься?

– Должен, – пожал я плечами, подходя к туше волколака. Вот поэтому его отдали мне, все равно воспользоваться им не смогли бы при всем желании. Совинский смотрел на меня с каким-то интересом, словно ждал того момента, что я брошу предложенный им нож и убегу.

Туши зверей мне ни разу не приходилось разделывать, но я знал, как это делал старик. У волколака крисп находился прямо под сердцем, поэтому, как ни крути, придется испачкать руки.

Чтобы не заляпать кровью рубашку, которых у меня практически не было, я разделся до пояса и сел на пол рядом с тушей волка. Сделав на груди разрез и сломав пару ребер, я запустил туда руку, стараясь нащупать искомый кристалл. Рука ухватилась за что-то твердое, поэтому я, не раздумывая, быстро вытащил камень из груди монстра. Крови не было, вместо нее была знакомая мне зеленоватая слизь, которая, на сей раз, не разъедала кожу. Покрутив в руке небольшой кристалл, я положил его на тот же самый поднос, откуда был взят нож.

– Довольно неплохо для юноши, который ни разу не встречался с монстрами изнанки, – прищурился Совинский, протягивая мне чистый платок.

Я пожал плечами, вытирая руки. Пусть сам гадает, откуда мне все это известно. Тем более, сомневаюсь, что он вообще имеет хоть какое-то понятие о том, как воспитываются сироты в подобных учреждениях.

– Пусть тут приберется кто-нибудь, – обратился он к Миле, которая всеми силами старалась не смотреть на разделанную тушу волка и, судя по ее бледно-зеленому цвету лица, с трудом сдерживала рвотные позывы. – Тушу закопать, желательно за пределами сиротского дома.

Та кивнула и буквально вылетела за двери, надеюсь за подмогой. Я вытер руки и положил платок рядом с волком, все равно его повторно использовать было нельзя. Только сейчас сообразил, что кольцо с изображением манула не было видно. Я прекрасно чувствовал его, но вот увидеть не мог. Неужели кот постарался? Это он хорошо придумал, а то о перстне, если честно, уже и позабыл. Одевшись, я взял в руки извлеченный крисп и повернулся в сторону Совинского, который все это время задумчиво смотрел на меня.

– Вам нужно на встречу с вашим будущим преподавателем, Константин, – кивнул он мне, показывая тем самым, что наше общение с ним подошло к концу. Испытывать его терпение я не стал, поэтому, попрощавшись, буквально вылетел из зала, чтобы меня не припрягли к уборке. Времени действительно было мало, а отведенные нам пятнадцать минут уже прошли.

Диана ждала меня в коридоре, ведущим в зал. Она напряженно прохаживалась недалеко от двери, но как только увидела меня, облегченно выдохнула и тут же подлетела ко мне. Я сделал глубокий вдох чистым воздухом, понимая, насколько спертым он был внутри главного зала. От начавшей уже постепенно разлагаться туши, шел едкий сладковатый запах, вызывая легкое головокружение, которое я не замечал, пока не вышел наружу. К счастью, через несколько секунд все неприятные ощущения прошли, и я мог уже мыслить здраво.

– Что он от тебя хотел? – спросила она у меня, прикусив губу. Выглядела девушка обеспокоенно и довольно напряженно. Волосы на голове редкими прядями выбились из косы, а щеки покрывал легкий румянец.

– Не знаю, – честно ответил я. – В честность и доброту давно уже не верю. Видимо, хотел узнать обо мне побольше. Но, так или иначе, у него получилось сделать небольшой подарок, в виде небольших подъемных на ближайшее будущее, – показав все еще зажатый в руке кристалл, который был раза в три меньше тех, что уже были у меня, я засунул его в карман штанов.

– Никому его не показывай, – зашептала она.

– Я что, по-твоему, дурак? – усмехнулся я. – Ладно, пойдем, а то мы уже и так опаздываем.

Диана, ойкнув, схватила меня за руку и понеслась по запутанным коридорам в другой конец здания. Интересно, связывало ли Денисова и Диану что-то помимо дружбы красивой, умной и пробивной девчонки и неуверенного в себе задохлика. По крайней мере, она постоянно, при первой же возможности, старается меня либо обнять, либо взять за руку.

За раздумьями к кабинету мы добрались на удивление быстро. В небольшой приемной возле массивных дверей, ведущих непосредственно в кабинет, стояла девушка, прижав ухо к одной из створок. Увидев нас, она сначала встрепенулась, но затем приложила указательный палец к губам и вернулась к своему прерванному занятию.

Диана, не преминув воспользоваться ситуацией, подскочила к дверям и тоже сосредоточенно прислушалась. Вот же любопытная особа.

– Девчонки, вам не кажется, что это как-то слишком…

– Денисов, замолкни, – прошипела Диана, не дав мне сказать и слова. Мне стало безумно интересно, чего они такого важного могли услышать, поэтому я, немного помедлив, присоединился к девчонкам, напрягая слух.

– В этом не было необходимости, – я расслышал тихий голос Койотовой, которая, судя по интонации, перед кем-то оправдывалась.

– Хорошо, оставим девушку в покое, но как вы могли при поступлении ребенка проигнорировать правила и не проверить на магический потенциал мальчишку? – прорычал Алексей Владимирович. Он говорил властным, громким голосом, даже не пытаясь скрыть своего раздражения. Кем он интересно является в магическом училище? Не обычным же преподавателем. Жаль, что в отличие от Савинского, он не представился. Я даже его фамилии не знал.

– Нам все известно об его матери… – Начала оправдываться директриса.

– Но ничего не известно об отце. – Оборвал ее Алексей Владимирович. – Данные не установлены, так написано в его личном деле?

– Его мать вряд ли могла родить ребенка от мага! – практически прокричала она.

– Да пусть хоть ветром ей беременность надуло! – уже сам повысил голос мужчина. – Правила, установленные самим князем Тигровым, однозначно гласят, что всех детей-сирот проверяют на наличие магического потенциала, и при его наличии такие дети воспитываются в специализированных домах. Последние несколько лет я мотаюсь по Сибири не потому, что надеюсь на чудо, а потому, что привык к тому, что такие, как вы, вечно злоупотребляете своей властью и полномочиями. За те недолгие часы, которые я провел в вашем заведении, мне посчастливилось зафиксировать столько нарушений, что их с лихвой хватит для того, чтобы засунуть вас в тюрьму лет на десять-двенадцать. А тот факт, что вы подвергаете детей опасности, нарушаете их основные права и, скорее всего, воруете немалые деньги – легко позволит вас повесить. – Перешел он практически на шепот. – И, будьте уверенны, я сам проверю документы, за все время вашей работы, и если выясню, что кто-то из детей в вашем заведении умер, то моя рука не дрогнет. Опыт в общении с детоубийцами у меня есть. Лично затащу на плаху всех причастных и затяну петлю так, чтобы страдали, как можно дольше.

– Кто-нибудь вообще в курсе, кто он такой? – тихо поинтересовался я у девчонок, но те только пожали плечами, также недоуменно глядя на меня.

Раздались шаги буквально рядом с дверью, к счастью, мы вовремя успели отпрянуть, сделав вид, что только пришли. Двери распахнулись, и в приемную вышел Алексей Владимирович. Посмотрев на нас, он махнул нам рукой, приглашая войти следом. Нам ничего не оставалось, как повиноваться, поэтому мы под сочувственный взгляд девушки, которая сидела за столом перед кабинетом, выполняя роль то ли секретаря, то ли очередной помощницы, вошли внутрь под протяжный скрип давно не смазанных петель на двери.

Директриса стояла рядом со своим столом, постукивая пальцами по столешнице и глядя куда-то мимо нас. Ее лицо было пунцовым, волосы на голове сбились в какое-то подобие вороньего гнезда, а губы ее были сжаты с такой силой, что превратились в две бледные полоски. Я бы на ее месте бежал отсюда, и как можно быстрее. Выбрал бы момент, когда этот странный мужик отвлечется и, даже не собирая вещей, свалил подальше. В то, что это обычный учитель из простого училища магии мне с каждой секундой верилось все меньше. Не может так себя вести обычный преподаватель, не в его это власти угрожать директору сиротского дома.

– Итак, молодые люди, – миролюбиво обратился Алексей Владимирович к нам, присаживаясь во главе стола на место Койотовой. Та даже не обратила на это свое внимание, все еще глубоко обдумывая ситуацию, в которой оказалась. – Если вы не передумали проходить обучение в училище магии Ангарска, то сообщаю вам, что мы отправляемся через час. Вас будет сопровождать мой помощник Андрей, вы с ним встречались недавно. Вас доставят в общежитие при училище и помогут обустроиться. Занятия начинаются, как и у всех, первого сентября, так что, у вас будет время обжиться и привыкнуть к новой обстановке.

Он замолчал, пристально нас разглядывая. Мы с Дианой неуверенно переглянулись, совершенно не ожидая такого стремительного развития событий.

– Я вижу, что вы находитесь в некотором замешательстве, – улыбнулся он нам. – Но такая спешка имеет к вам самое непосредственное отношение. Большего пока сказать не могу.

– А как же наши друзья… Мы же должны с ними попрощаться… – Неуверенно проговорила Диана. В ее глазах начала плескаться паника и беспокойство, что не удивительно: ее без предупреждения отрывают от прежнего места обитания и бросают в совершенно незнакомую обстановку.

– Все ваши друзья с выпуска будут проходить обучение в Ангарске, поэтому вы сможете встретиться с ними через два дня, – пояснил Алексей Владимирович. – Что же касается остальных, то советую не терять времени даром.

Диана кивнула и, не глядя на меня, вылетела из кабинета. Я же повернулся обратно к мужчине, который удивленно поднял брови.

– У меня есть несколько вопросов, – проговорил я ровно и уверенно. – Мне можно их задать?

– Разумеется, – кивнул он, более внимательно разглядывая меня.

– Кто вы? – прямо спросил я. – Мне о вас ничего не известно, но, тем не менее, должен ехать с вами, поверим, что в училище магии, просто потому, что какая-та пирамидка под моими руками взорвалась? Простите, но доверие – не моя сильная сторона.

Впервые за все время, которое я провел с этим мужчиной, он искренне рассмеялся, доставая из внутреннего кармана пиджака какие-то бумаги.

– Парень, а ты мне нравишься, – указал он на меня пальцем и протянул мне вынутые бумаги. – Впервые на моей памяти кто-то из воспитанников сиротских домов спросил об этом, – снова он улыбнулся. – Я – Алексей Владимирович Выдров, наставник на кафедре боевой магии училища в Ангарске. Так же я, по совместительству, если так можно выразиться, являюсь дознавателем при службе безопасности особого отдела, основанным князем Тигровым.

Я пробежался глазами по документам, которые, вроде как, подтверждали его слова. Верить, конечно, бумажкам, о подлинности которых не имел никакого представления, дело гиблое, но другого выхода все равно не было. Я протянул бумаги обратно наставнику, показывая небольшую расслабленность после его ответа. Директриса хмурилась, но в разговор не вмешивалась, хотя сама могла бы подтвердить или опровергнуть его слова. Ну, допустим, ему можно в некоторой степени доверять.

– Ты хотел спросить что-то еще? – поторопил меня Выдров, демонстративно посмотрев на часы.

– Я могу посетить Дом Всех Богов?

– Что? – удивился Выдров, вставая с кресла и выходя из-за стола. Он подошел ко мне и встал передо мной, заложив руки за спину. Директриса, тем временем, проскользнула за свой стол и начала тихо выдвигать ящики. – Откуда вы узнали об этом месте, молодой человек?

– Я слышал голос. – Начал я, стараясь напрямую не лгать. – Он велел мне пойти туда.

– Константин. Ты хочешь попытать удачу и воззвать к богам, чтобы кто-то из них обратил на тебя свое внимание и благословение. Но это очень опасно. Если никто не откликнется на твою просьбу, а кто-то посчитает, что своим присутствием ты оскорбляешь лично его, то исход может быть довольно плачевным, – он обошел меня по кругу и встал передо мной, как и обычно глядя мне в глаза.

– Но мне нужно туда попасть до начала обучения, – с нажимом повторил я.

– Ты удивляешь меня своей просьбой и настойчивостью. Я не в силах отказать тебе и запретить это сделать, но могу поинтересоваться, ты знаешь чей голос обращался к тебе? Я все вижу, – не поворачиваясь назад, проговорил он сквозь зубы, обращаясь к Койотовой. Директриса после его слов замерла и даже на несколько секунд перестала дышать. Она держала в руках какую-то серую папку, которую вытащила из верхнего ящика стола. – Положите все, что взяли на стол и займите место рядом со мной, чтобы я вас видел. Константин, я жду вашего ответа, – снова поменялся его голос.

– Сложно сказать, все было как будто во сне. – Я как мог, вспомнил ощущение нереальности происходящего во время разговора с манулом. Если этот тип эмпат или какой-нибудь менталист, которых я никогда терпеть не мог, потому что не имел возможности от них защититься, то в данный момент он должен был мне точно поверить.

Выдров усмехнулся и, отвернувшись от меня, подошел к столу.

– К реалистичным снам нужно относиться серьезно, но не всегда принимать их на веру. Хорошо, я помогу вам добраться до нужного места, даже если придется сделать приличный круг, но мне бы хотелось поприсутствовать во время ритуала, – повернулся он ко мне.

– Простите, а вам это зачем? – чуть не закатил я глаза, прекрасно понимая, что весь мой, как мне казалось, идеальный план летит ко всем чертям, где я просто делаю вид, что прошел необходимый ритуал, после которого обзавелся перстнем, котом и его покровительством.

– Стыдно признать, но я никогда не присутствовал при обретении бога-покровителя и основания нового рода, – он прищурился и слегка усмехнулся, глядя на мое замешательство.

В голове прозвучало рассерженное шипение, хотя, возможно, мне это почудилось. Но вот последующая за ним пара нецензурных слов, произнесенных знакомым голосом Манула в адрес этого подозрительного мужика, не оставила сомнений, что бог в настоящий момент смотрит за мной и следит как за моими поступками, так и за всем происходящим. Я ощутил в области безымянного пальца в том месте, где находился перстень, легкое покалывание, а потом уже непривычную пустоту. Перстень исчез, а, следовательно, манул покинул меня, надеюсь, что только на время.

– Хорошо, это будет очень интересный опыт для нас двоих, – кивнул я, стараясь не выдать раздражение, которое начало на меня накатывать.

– Тогда ничего не меняется. Выезд через пятьдесят минут. Сразу предупреждаю, что мне нужно будет заехать в одно место перед тем, как отправиться в Дом Всех Богов. Учтите, путь не близкий.

Глава 6

Я вернулся в пустую комнату и начал собирать немногочисленные пожитки Денисова. Соседей снова не было. Мне даже стало любопытно, с кем именно проживал мой предшественник и что с ним в итоге стало. Умер от побоев или просто произошел обмен телами? В этом мире есть магия, в принципах которой я пока еще не разобрался, поэтому на самом деле могло произойти все, что угодно.

Одежды было немного, собственно, как и личных вещей. Все уместилось в небольшой заплечный мешок. В самом дальнем конце полки с одеждой лежали скопленные сбережения, завернутые в толстую тряпицу. Всего я насчитал около десяти рублей. С голоду в первое время не пропаду, но вот хотя бы несколько комплектов одежды и самые необходимые вещи приобрести все же стоило. Как-никак в магическое училище поступаю. А этих денег, если верить знаниям старика, точно не хватит. В покрытии этих расходов мне должен был помочь крисп, добытый из волколака. Макры старика мне пока светить не слишком хотелось. Все же настолько ценных вещей у сироты быть не должно.

Положив макры в мешок, переместил на него охранную печать и задумался. Магия печатей довольно интересная вещь, нужно будет узнать, есть ли тут что-нибудь подобное. В памяти старика никакой, даже отдаленно похожей информации не было, но это не всемирная энциклопедия с дополнениями, чтобы полностью ориентироваться на его знания. Он вполне мог просто не знать.

Управлять внешними энергетическими потоками, завязывая их на определенный жест, очень трудно и требует на начальном этапе сильной концентрации. Но, как альтернатива слабому собственному внутреннему источнику, довольно интересна. Однако, если в этом мире у моего нового тела довольно сильный потенциал, как говорил Выдров, то комбинация энергетических потоков будет невероятна сильна.

Оглядевшись еще раз, я решил немного поэкспериментировать. Полчаса вполне хватит на то, чтобы узнать, сколько внешней энергии я смогу сгенерировать, а также определить свой начальный уровень. Необходимо знать, в каком направлении развиваться и с чего начинать свои тренировки.

Я сел на кровати и закрыл глаза, стараясь полностью расслабиться, хотя в незнакомом и довольно враждебном, по отношению ко мне, месте это было сделать достаточно трудно. Наконец, мне удалось достичь определенного чувства легкости. Я открыл глаза и понял, что смотрю на окружающие меня вещи, словно через изумрудную призму. Все чувства обострились, ощущались даже мелкие шевеления воздуха. Здесь и сейчас мне была доступна только энергия воздуха, которая довольно неохотно отозвалась на мой призыв. Кончики пальцев сначала слегка онемели, а затем появилось знакомое и приятное чувство жара в них, которое сменилось едва ощутимым покалыванием.

Я старался максимально сконцентрироваться, но дальше небольших манипуляций с потоками воздуха двинуться не получилось. Вся энергия, которая раньше с легкостью управлялась мной, теперь не хотела подчиняться, и рассеивалась практически сразу, как только оказывалась под моим влиянием.

Мне с сожалением пришлось замкнуть контур охранной печати, которая получалась у меня еще утром, убеждаясь в том, что выше первого уровня плетения мне пока не доступны. Распирающее чувство жара во всем теле появилось внезапно. От неожиданности я даже потерял концентрацию, вскакивая с постели. Создавалась ощущение, что мои руки и туловище были пронизаны сотнями раскаленных спиц, металл которых расплавлялся прямо во мне, как только встречался с кровеносными сосудами. Я практически чувствовал, как что-то тяжелое перемещается вместе с током крови и генерируется в районе ладоней. Давление было такое, что мне чуть ли не разрывало руки. В то же время, энергия воздуха, которую я все еще на автомате пытался собрать, наоборот, начала буквально впитываться через кончики пальцев, а не оседала на них толстыми нитями, как это было ранее.

Через несколько секунд, мне стало тяжело дышать, а сердце забилось неровным частым ритмом. Я хотел только одного: избавиться от этой тяжести и ощущения усиливающегося жара.

Я несколько раз глубоко вздохнул и выдохнул, закрывая глаза. Нужно успокоиться и сконцентрироваться. Успокаивающая прохлада тут же потянулась от сердца, начиная остужать руки и тело. А теперь самое время избавиться от поглощенной, пока непонятно каким образом, внешней энергии. Не придумав ничего лучшего, я выбросил вперед руки и направил потоки через них обратно, стараясь максимально рассеять их в пространстве.

Чудовищный по силе взрыв сбил меня с ног, однако, сразу пришло ощущение свободы и легкости от покинувшей меня тяжести и притупленного прохладой жара. Я открыл глаза, пытаясь хоть что-то рассмотреть в поднявшейся пыли.

Как только вся грязь начала оседать, я с удивлением обнаружил, что нахожусь в центре руин, которые раньше были жилой комнатой. Потолок треснул и местами обвалился. В одной из стен, разделяющей между собой комнаты, была пробита довольно внушительная дыра, через которую на меня испуганно смотрели три парня лет десяти. Половицы в некоторых местах просто сорвало, обнажая каменную кладку, а все стены были покрыты мелкими трещинами. Кровати и стол разлетелись на мелкие доски и труху, целым остался, на удивление, только шкаф, который стоял на том же самом месте, где и раньше. Через выбитую дверь, в комнату заглядывали люди, останавливаясь в проходе и не решаясь пройти внутрь.

Я поднялся на ноги и начал отряхиваться, но только еще больше размазывал грязь по единственным штанам, которые у меня были. Плюнув на это гиблое дело, я поднял голову и встретился взглядом с разъяренной директрисой, которая от гнева не могла вымолвить и слова, только открывала и закрывала рот.

– Что тут происходит? – прошипела она, делая шаг в моем направлении. – Ты что тут устроил, мерзкий паршивец?!

– Я бы попросил не выражаться в присутствии детей младшего возраста, – холодный голос Выдрова развернул директрису и заставил буквально вытянуться в струнку.

Наставник спокойно подошел ко мне, разглядывая комнату, постоянно хмурясь. Не удивлюсь, что оценивает ущерб, который мне не покрыть. По крайней мере, точно не в ближайшее время. Он остановился напротив и принялся меня осматривать с ног до головы.

– Цел? – коротко спросил он.

– Вроде бы, – пожал я плечами, осматривая свои руки, только сейчас обнаружив, что все синяки и ссадины, с которыми проснулся несколько часов назад, буквально исчезли, а глубокие мозоли на ладонях от тяжелой работы в сиротском доме растворились, не оставив и следа. Это меня так та женщина-лекарь подлечила или что-то произошло еще, чего я не заметил?

– Что ты сделал? – спросил Выдров, кивнув, когда удостоверился, что я не умираю прямо тут на месте.

– Ничего. Просто в груди появилась тяжесть и чувство жара, а потом произошел взрыв, – честно ответил я.

– Занятно, – потер он задумчиво лоб. – Я никогда не слышал о том, чтобы маг не контролировал свои энергетические каналы, особенно, когда не прошел инициацию. – Он в который раз пристально на меня посмотрел и покачал головой. – Ты оказался прав, Константин, тебе как можно быстрее нужно обзавестись покровительством бога-зверя. Я надеюсь, ты собрался? Андрей ждет тебя возле входа.

Он развернулся и молча удалился из комнаты, через образовавшийся коридор расступившихся воспитанников. Директриса, одарив меня очередным презрительным взглядом, засеменила следом за ним, стараясь не отставать и вести себя, как преданнейшая собачка. Все собравшиеся хмурились и недружелюбно на меня смотрели, но что-либо говорить мне не решались. Вот и поэкспериментировал. Сейчас нужно вести себя, как можно аккуратнее, чтобы больше не привлекать избыточного внимания и не угодить в клетку, где на мне будут проводить различного рода опыты, чтобы понять, как именно у безродного зародилась подобного рода разрушительная магия.

Едва найдя в ворохе пыли и обломков свой мешок, я закинул его себе за спину и двинулся к выходу. Все расступались, опасаясь меня и моей неконтролируемой силы, и провожали меня завистливыми и довольно злобными взглядами до самого выхода из сиротского дома.

– Мы еще встретимся, – на грани слышимости услышал я позади себя.

Обернувшись, увидел того самого бугая, который первым получил от меня в лесу. Он буровил меня взглядом, сжимая и разжимая кулаки, явно в мечтах разрывая меня на куски.

– Не скучай, – оскалился я, быстро разворачиваясь и выходя из здания, в который раз утверждаясь, что некоторых людей жизнь точно ничему не учит.

Встречаться с ним мне не слишком хотелось, тем более, я прекрасно понимал, что он мне не противник. Он думает, что станет сильнее, но, ведь и у меня будет время, чтобы привести себя в форму, особенно сейчас. По какой-то причине я не чувствовал усталости и боли в мышцах и связках, после той схватки в лесу. Странно, но мне казалось, что мое тело словно стало сильнее и выносливее, и это за неполные двенадцать часов.

Меня действительно ждали. Возле распахнутых настежь ворот стоял странного вида автомобиль, рядом с которым находился помощник Выдрова. Он расслабленно читал какую-то газету, лишь изредка бросая взгляд на главный выход из здания. Увидев меня, он свернул газету и, открыв дверь салона автомобиля, закинул ее туда.

Довольно бодро спустившись вниз по главной лестнице, я буквально подлетел к Андрею, который кивнул мне в знак приветствия.

– Ну что, молодой человек, будем знакомы. Меня зовут Андрей Шмелев, и я буду какое-то время вас сопровождать. Понятия не имею, что в вас нашел Выдров раз отправил меня нянчиться с вами, но приказы начальства обычно выполняются, – он нахмурился, прекратив меня разглядывать, видимо, не найдя ничего интересного, после чего указал на открытую дверь салона автомобиля.

Долго упрашивать меня было не нужно. Я юркнул внутрь, даже не взглянув последний раз в сторону сиротского дома, от которого просто тянуло в мою сторону враждебностью, а от пристальных взглядов, до сих пор направленных в спину, у меня уже зудело меж лопаток.

Внутри автомобиля уже ожидала Диана, которая волнительно ерзала на своем месте.

– Сейчас мы с вами направляемся в сторону Иркутска, оттуда на дирижабле до Новосибирска, – пояснил Андрей, садясь на переднее место рядом с водителем, повернувшись к нам. – Всего в Империи существует два Дома Всех Богов. Один находится в Москве, второй у нас в Сибири, разумеется, в столицу мы не полетим.

– Разумеется, – усмехнулся я, понимая, что довольно неплохо все на самом деле сложилось. Путь был не близкий, и без поддержки Выдрова и его финансирования до нужного места мне бы пришлось добираться очень и очень долго. До начала учебного года точно бы не успел. Я откинулся на спинку, расслабляясь, когда машина практически бесшумно тронулась с места.

– Пока находимся в пути, я должен рассказать о некоторых нюансах, – отвернулся от нас Шмелев, продолжая разговор. – Обретение бога-покровителя и основание нового рода или новой ветви рода – это смертельно опасное дело. Ты, Константин, должен быть уверен в том, что собираешься сделать. На кону, без преуменьшения, твоя жизнь.

– Ты с ума сошел! – перебила мужчину Диана, буквально набросившись на меня. – Зачем тебе это? Подожди, у тебя же… – Отстранилась она от меня, выразительно косясь на руки, которые я скрестил в это время на груди.

– Как минимум затем, что у меня неуправляемые внутренние потоки, – усмехнулся я, помахав перед ней рукой без каких-либо украшений, когда она хотела, было, возразить. Не нужно было обладать ментальной магией, чтобы догадаться, что именно она хотела сказать.

– Я правильно понимаю, что… – прошептала девушка, округлив глаза.

– Да, не слишком удачно все получилось, – перебил я ее, чтобы она не сболтнула лишнего. Как я уже понял, девчонка очень часто дает волю эмоциям и может в это время себя плохо контролировать. – Я не смог взять свою силу под контроль и чуть не разрушил половину здания, только чудом кого-нибудь не убив. Так что, другого выхода у меня нет. Мне нужен тотем, который поможет в контроле. А почему Диана едет с нами? – спросил я, когда до меня дошло, что по пути до Новосибирска ее высаживать никто не собирается.

– Потому что по поводу Марининой никаких указаний не было, – пожал помощник Выдрова плечами.

– Конечно я еду с тобой, – тряхнула головой девушка, довольно ощутимо ткнув меня локтем в бок. – А ты что, против?

– Когда я был против твоей компании? – улыбнулся я, чувствуя, что обретение покровительства Манула превратится в полный фарс. Интересно, а на это шоу можно будет продавать билеты? Одним зрителем больше, одним меньше, разница небольшая, а денег на таком цирке заработать можно.

Наступила тишина, прерываемая только едва слышным шелестом колес по дороге. У меня было время все обдумать, особенно просьбу кота отправиться в Дом Всех Богов. Как по мне, было лучше и гораздо проще сделать вид, что перстень на руке сам собой появился, после смерти главы рода. Насколько я понимаю, никто не в курсе, кто именно являлся отцом Денисова. Так почему бы не приписать эти заслуги почившему старику?

Думая всерьез над этой идеей, я покопался в обрывках памяти старика, понимая, почему у Манула даже мысли такой не возникло, чтобы хоть немного упростить нам с ним жизнь. Почивший Манулов был социопатом, замкнутым в себе охотником на изнанке. Любил азартные игры и алкоголь, и поэтому имел довольно много врагов, а долгов еще больше. Да уж, мне бы не хотелось иметь к нему хоть какое-то отношение, ведь долги и враги, как правило, не только в полном объеме, но еще и с процентами передаются наследнику. Кстати, покровительство Манула старик так же получил в Храме, так что коту не привыкать действовать подобными методами. Дорожка протоптана, все правила известны, чего мудрить и что-то новое изобретать?

– Я не знаю, говорил ли Выдров вам или нет, но другой способ обретения защиты бога-покровителя есть, – проговорил Андрей. – Пойти в служение в какой-нибудь род, получив таким образом все, что тебе сейчас необходимо: контроль, защиту и доступ на изнанку. Вы же знаете, что на изнанке в незащищенных специальными куполами или контурами местах без кольца находиться не представляется возможным?

– Нет, но это не важно, – внутренне поморщился даже от упоминания перспектив, что мне предстоит стать чьим-то слугой. Я привык возглавлять, а не подчиняться. – С Алексеем Владимировичем мы все обговорили, и он не против того, чтобы я попробовал воззвать к богам, поэтому вам отвертеться от увлекательнейшего путешествия явно не получиться, – усмехнулся я, глядя в окно автомобиля на местность, которая нас окружала.

Леса, дороги, леса, дома, какие-то поселения. От однообразной картинки я задремал, краем уха слушая разговор между Шмелевым и Дианой, в котором они обсуждали перспективы служения роду и стороннему богу-покровителю. Все-таки этот взрыв смог истощить меня, а информация, даже благодаря усилиям Манула, не смогла как следует усвоиться, от чего в голове снова начало шуметь и появилось болезненное чувство распирания в висках. Мне даже начало казаться, что многие знания, словно истаивают и ускользают, оставляя только некую базу об этом мире. Я неуклонно скатывался в полноценный сон, прерываемый только бубнежкой и эмоциональными возражениями девушки.

– Когда я пройду ритуал и стану главой нового рода, то обязательно возьму тебя себе в служанки, если ты так горишь желанием перед кем-то выслуживаться. Будешь мне еду готовить, одежду стирать. Не переживай, я тебя не брошу, – пробурчал я, прерывая очередные размышления Дианы о великолепных перспективах для таких, как мы, если суметь присоединиться к какому-либо роду, на правах слуг.

Похоже, мое предложение девушка оценила, потому как обиженно отвернулась и, наконец, замолчала, давая мне немного времени на полноценный отдых.

Глава 7

Добрались до места назначения мы довольно быстро. Несколько часов перелета на дирижабле ничего, кроме скуки и крупицы информации о делах в Империи, почерпнутой из местной газетенки, не принесли. Дом Всех Богов находился в удалении от Новосибирска, так что Шмелеву пришлось нанимать машину, чтобы проехать пару часов, удаляясь от всех даже издали видимых благ цивилизации. Остановившись возле густого леса, без единого намека на хоть какую-нибудь тропу, мы выбрались из автомобиля и продолжили путь через труднопроходимую лесную чащобу. Если бы не воспитание Андрея, то я смог бы почерпнуть много о себе нового и пополнить словарный запас местным жаргонизмом, но тот упорно молчал, только пару раз скрипнув зубами за все время нашей пешей прогулки, занявшей чуть больше часа.

На месте нас уже ждал Выдров, который переговаривался с седовласым мужчиной, одетым в какое-то подобие мантии. Незнакомец стоял к нам спиной. Его длинные волосы были забраны аккуратно в хвост, перевязанный черной лентой. Я ожидал увидеть такую же длинную бороду и пронзительный взгляд на морщинистом лице, но как только собеседник Выдрова повернулся, то меня постигло какое-то разочарование. Хитрый взгляд с прищуром на гладко выбритом, практически мальчишеском, лице совершенно не вязался с образом, который я себе представлял, увидев того со спины.

– Как прошло ваше путешествие? – поприветствовал нас наставник.

– Спокойно, на удивление, – немного задумавшись, ответил Шмелев, глядя перед собой каким-то обеспокоенным взглядом.

Я его прекрасно понимал. Само место, в котором находилось строение, представляющее собой довольно скромное здание из белого кирпича с одним входом и двумя этажами, вызывал трепет и потусторонний ужас. Все здесь было пропитано силой, которая буквально душила, не давая вздохнуть полной грудью. Дом Всех Богов стоял на пустыре на небольшом возвышении. Первое, что бросилось мне в глаза, это практически полное отсутствие какой бы то не было растительности в довольно большом радиусе от самого здания. Собственно, как и каких-либо животных и птиц было не видно и не слышно. Вокруг стояла гнетущая тишина, которая давила на плечи, заставляя сутулиться и склоняться даже таких породистых аристократов, как Выдров и Шмелев.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.