Аника Колесникова
Око Саргаата

По сравнению с королевским дворцом и даже домами аристократов столицы, замок Великого Ковена казался маленьким и устаревшим. Стоя на отшибе, в густых зарослях целебной и полезной, но чрезмерно плотно посаженной растительности, украшенный застывшими гаргульями всех мастей, маленький замок с несколькими башенками не производил должного впечатления. Не зря в народе его звали просто «Домом Теней». Будь воля Ровены, она бы сделала здание величественным, достойным магов и самой магии, но её мнением тут не дорожили. Более того, ступая по стёртой брусчатке, петляющей меж кустов, она отчётливо понимала, что, быть может, придётся даже унижаться.

Она максимально приветливо улыбалась встречавшимся знакомым, выслушивала их признания, будто они думали, что она уже полгода рыдает от горя, и её былая красота совсем увяла, а нет, вот же она – леди Ровена, стоит перед ними, всё такая же восхитительная! Улыбаясь комплиментам, ведьма охотно раздавала ответные, зная в глубине души, что большая часть этих восхищений – лживы, и как только с губ спадут улыбки, они тут же начнут сплетничать, обсуждать и злословить. Как бы она ни относилась к своему ныне покойному супругу Родерику, его влияния хватало для её защиты – её и её экспериментов, а теперь же, когда его не стало… Придётся решать всё самой.

Пройдя по знакомым залам, Ровена поднялась по лестнице и на какое-то время застыла перед массивной дубовой дверью, собираясь с мыслями. А затем одёрнула сама себя – так ли она размякла за время вынужденного отдаления, что ей нужно собраться, прежде чем зайти к такому человеку, как их нынешний Магистр? Отбросив сомнения, она коротко постучала и, не дожидаясь разрешения, зашла в комнату.

– Вы уделите мне время?

Здесь всё было так, как она помнила – так, как было при предыдущем Магистре, лорде Остейне. Те же стол и резные кресла, книжные шкафы и карты. Даже чернильница стояла на столе всё та же – из яшмы, Ровена сама её подарила наставнику когда-то давно. А теперь ею пользовался Агравейн – человек, которого она знала только по академии, да и то потому, что он всё никак не мог пройти экзамен и задержался на обучении лишних пару лет. «Я вникал в науку более детально, чем другие», – говорил он потом, когда после долгих лет служения на задворках королевства вернулся в Дом и осел в нём, помогая слабеющему от старости Остейну вести бумаги. Тогда Ровена не считала Агравейна серьёзной помехой своему влиянию на Ковен, но внезапная кончина её мужа изменила всё. И вот она стоит в дверях и молча ждёт, пока Великий Магистр соизволит ей ответить.

– Неожиданная встреча, леди Ровена, – сухо отозвался Агравейн, не отрываясь от бумаг. – Вы уже оставили траур?

– Не могу больше выносить одинокую жизнь в замке, – призналась Ровена, тяжело вздыхая и усаживаясь в глубокое кресло перед письменным столом. – Стены будто давят на меня.

Вряд ли от этого безэмоционального, чёрствого мужчины она дождётся сочувствия или сострадания. Даже лживых комплиментов не получит. Ровена смотрела на сидящего перед ней мужчину и понимала, что ни её красота, ни её харизма не пробьют его броню холода по одной простой причине – ещё слишком многие помнят, что Остейн ценил её слишком высоко.

– Одиночество? – переспросил Магистр, наконец подняв на неё взгляд. – Мне казалось, вы живёте с сыном и слугами.

– Конечно, – мягко улыбнулась ведьма. – Мой сын – моя гордость и отрада, но он почти всё время проводит на учёбе, вдали от дома. Без него и моего дорогого Родерика замок совсем опустел… А слуги? Часто ли вы разговариваете со слугами?

Ведьма улыбнулась, мягко смотря на Магистра ясными голубыми глазами, отлично зная, что он, в отличие от неё самой, лорда Остейна и большей части магов Ковена, происходил из семьи отнюдь не знатного происхождения и к обслуживанию слугами только начал привыкать. Поговаривали даже, что его мать была кухаркой, а отец – неизвестно кем, но кто же верит сплетням?

– Действительно, – несколько рассеянно отозвался Агравейн, кивнув, и на какое-то время вернулся к своим бумагам, делая какие-то записи. – Что же вы хотите от меня сейчас?

Ровена восприняла его нежелание смотреть ей в глаза как маленькую победу. Но она рассчитывала на большую.

– Я хочу вернуться к своему предназначению, Магистр. Что я пропустила, пока сердце моё было сковано печалью? Новые открытия, неожиданные идеи? Чем сейчас живёт Ковен и чем я могу помочь?

Мужчина ещё какое-то время писал, а потом отложил перо и достал из ящика стопку пергаментов. Больше всего Ровена боялась, что он сошлёт её в какую-нибудь глушь, в какую-нибудь бесконечную экспедицию по поискам несуществующего, наказав не возвращаться без достойного результата – Агравейн точно знает такие места, он и сам провёл в них немало лет. И надеялась, что среди бумаг у него найдётся хотя бы несколько запросов на оживление. Конечно, некромантия не то чтоб открыто порицалась, но точно не одобрялась их обществом, но по её опыту, такое умение было весьма востребованным. Многие хотели вернуть мёртвых хоть на несколько минут – кто из сентиментальности, кто из корысти. Ведьма с надеждой смотрела на пергаменты, но, просмотрев все, Магистр их отложил.

– Чем вы занимались раньше, леди Ровена, напомните мне.

– В последние годы мы работали вместе с моим мужем над восстановлением безвозвратно потерянного, – с воодушевлением ответила Ровена. – После последней войны у нас в королевстве множество калек. Мало того что своим видом они портят впечатление от улиц, выпрашивая милостыню, они ещё и не работают, а значит, не приносят доход…

– Да-да, помню, – перебил её Агравейн, – волшебные глаза и отрастающие конечности… Но Ковен рассматривал целесообразность такого вмешательства, не так ли? Одно излечение стоило дороже, чем крестьянин мог заработать за жизнь.

– Кроме глаз и рук мы научились возвращать и внутренние органы, – вставила ведьма то, что считала не менее важным. – Кроме того, калеками становятся не только крестьяне, но и высокородные, они могут сторицей оплатить затраты. Да и дороговизна ингредиентов – лишь следствие начала пути, если желаете, чтобы я продолжила работу, уверена, можно будет подобрать что-то другое. Родерик в это верил.

– Но Родерик мёртв, а вы – не маг-творец.

Под тяжёлым взглядом карих глаз собеседника хотелось съёжиться, и Ровена поняла, что к своим старым наработкам ей вернуться уже не суждено. Но стоило биться до конца.

– Все маги владеют наукой создания заклинаний, а мой опыт…

– Идёт вразрез со специализацией, – закончил за неё Магистр.

Ведьме хотелось потребовать перестать постоянно перебивать её, ведь это неимоверно раздражало. Но она лишь сохраняла спокойствие лица и молча кивнула.

– Работы для некроманта сейчас нет, – продолжил Агравейн, кивая на листки.

Ровена была уверена, что быть такого не может, но все запросы на такую специфическую магию идут через Магистра, а он-то хорошо понимает, насколько силён страх и ощущение власти того, кто может вернуть к жизни мёртвых. Куда же делись эти запросы? Ушли Стефану, второму некроманту на континенте? И женщине пришлось снова молча кивнуть. Расценив это, как её поражение, Агравейн продолжил уже более смело:

– Я понимаю вашу приверженность традициям семьи, но такая тёмная, даже чёрная магия уже давно не в почёте. Вы должны были понимать это ещё тогда, когда учились, а сейчас, спустя больше десяти лет… – маг развёл руками. – Я даже не знаю, какую пользу вы можете принести Ковену.

Он выдержал некоторую паузу, а несколько растерянная ведьма начала гадать, стоит ли начинать мечтать хотя бы о дальней экспедиции. Быть может, там найдётся что-то стоящее. Здесь, похоже, нет.

– Я читал, что до замужества вы занимались проверкой магических талантов поступающих, – продолжил Агравейн. – Не желаете вернуться к этому?

Ровена вспомнила, как юной ведьмой металась по землям разных лордов и в день проводила больше десяти Испытаний, во время которых испуганные, иногда рыдающие от страха и волнения дети пытались показать ей свой магический дар, частенько поджигая, заливая или попросту уничтожая при этом всё вокруг. Несмотря на серьёзность момента в настоящем, она вспомнила своё любимое платье, безнадёжно испорченное одним из кандидатов.

– Нет, не желаю, – твёрдо ответила ведьма, в страшном сне не желая вернуться к такой работе ещё раз. Но всё же постаралась смягчить свой ответ: – К тому же это занятие актуально лишь перед набором новых учеников, а не круглогодично.

– А как насчёт обучения учеников? – спросил Агравейн.

Это предложение хоть и было более заманчивым, стало для Ровены ещё более неожиданным. Несмотря на влияние, которое получали преподаватели, представить себя в окружении десятка детишек, которым пытаешься что-то объяснить… Нет, выдержки Ровены на такое точно не хватит.

– Мой сын – единственный ребёнок, которого я могу терпеть и то только потому, что в нём течёт моя кровь, – уже не так уверенно отозвалась Ровена, прекрасно понимая, что, отказываясь так часто, она рискует остаться ни с чем вовсе.

Но к её удивлению, Магистр кивнул и даже почти улыбнулся.

– Понимаю, у меня тоже сердце не лежит к детям.

На какое-то время ей показалось, что, несмотря на все очевидные недостатки, Агравейн не так уж и плох. Быть может, он даже не против оставить былые конфликты и стать если не другом, то коллегой в деле продвижения магии? Ровене очень хотелось на это надеяться. Она бы приложила все усилия для добрых отношений, если бы ей посчастливилось остаться в Доме Теней надолго. В конце концов, Агравейн старше её на десяток лет или даже два, а место Магистра она могла бы и подождать… Ровена улыбнулась.

–Я всё думаю о том, что то, чем вы занимались с мужем, близко связано с целительством, – продолжил разговор Агравейн. – И судя по отчётам, между проведением испытаний для учеников вы занимались исцеляющими зельями и лечением.

– Болезнь – это то, что всегда заставит человека обратиться к магу, – пояснила Ровена. – Так что такого рода волшебство, и правда, самое востребованное.

– Сейчас в королевской лечебнице есть вакансия, – начал Магистр. – И…

– И я согласна! – радостно вставила Ровена, искренне улыбаясь.

Быть может, Агравейн, действительно, не так уж плох и приберёг самое лакомое на десерт, помучив её немного, но оно того стоило! Королевская лечебница! Конечно, король там был редким гостем, но можно будет уловить момент, впечатлить его талантами, харизмой, красотой. Вереницы далёких планов о её возвышении пронеслись у Ровены перед глазами и были такими реальными, будто дело уже сделано.

– Вы недослушали, леди Ровена, – с какой-то хищной улыбкой ответил мужчина. – Эта должность – помощник лекаря.

– Разве бывает помощник лекаря? – нахмурилась ведьма.

Она знала, что у короля есть главный лекарь, которому подчинялись пять старших лекарей, за ними шло бесчисленное количество младших лекарей, которые в лучшем случае прислугу лечили или даже скотину иногда, но помощник лекаря?

– Весьма бывает, – кивнул Агравейн. – Так вы согласны?

На какое-то время в комнате повисла гнетущая тишина.

– По-вашему, я гожусь только на мифического помощника лекаря? – в лоб спросила Ровена.

– Вы женщина, – так же прямо ответил Магистр. – Многие любили вашу семью и сочувствовали потере старших братьев, поэтому вас взяли на обучение, но неужто вы думаете, что маги этого Ковена не рассчитывали, что вы выполните долг добропорядочной ведьмы из древней семьи тем, что выйдете замуж и станете матерью многих славных волшебников? Или хотя бы не останетесь в бессрочном трауре по почившему супругу? Магия – это оружие, Ровена. Оружием владеют только мужчины. Удел ведьм – травки, зелья и продолжение рода.

Женщина не сдержалась и закатила глаза.

– Ваше мировоззрение устарело, Магистр. Женский пол не слабый и может владеть магией не хуже, а то и лучше многих мужчин. Даже в мои годы обучения я была не единственной в стенах академии Карнмони. Теперь там учится мой сын, и скажу вам без утайки – девочек берут всё охотнее.

– Политика академии мне известна, – строго ответил Агравейн. – Мы с её руководителем ещё раз это обсудим и строго пресечём эти поползновения против устаревшего порядка.

– Даже собственная академия не подчиняется вам, Великий Магистр, – подытожила ведьма, сделав особый акцент на обращении, после чего тяжело вздохнула и встала. – В таком случае не смею больше отнимать ваше время.

По привычке, не из уважения, она поклонилась то ли Агравейну, то ли столу, и пошла к двери. Лишь открыв её, перед тем, как выйти, обронила:

– С должностью я согласна.

***

Конечно, с распростёртыми объятьями её никто не ждал, но и отказываться от помощи лекари не стали. Один из старших лекарей, выслушав её, хмыкнул и отправил жить в палату младших лекарей, что представляла собой большую комнату с хлипкими шкафами и рядами деревянных кроватей. «Хорошо, что не двухъярусные», – утешила себя Ровена, входя в своё новое жилище. Ей, выросшей в собственном замке в окружении слуг, было тяжело привыкнуть спать на соломенном тюфяке, просыпаться до рассвета и выполнять приказания. Бывали дни, когда ей хотела послать всех к демонам Бездны и вернуться к себе домой, к мягкой перине и хорошему отдыху, но… Ровена не хотела сдаваться. Она знала, что в замке её ждут лишь одиночество и угасание. Лучше быть здесь последней поломойкой, тем более заклинания уборки она уже изучила, чем сидеть дома без надежды хоть на какое-нибудь развитие. Так что ведьма каждый день вставала с кровати и выполняла работу до самого вечера, в надежде, что когда-нибудь ей подвернётся шанс…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.