Валери Вуд
Принятие прошлого

Пролог

10 июня, 2251 года

Черные грозовые тучи нависли над частной клиникой «Палогти».

Именно здесь должно произойти нечто волшебное, или же трагичное. Вдали от городской суеты, вблизи густых лесов, что спрятали в себе границу двух разных, во всех смыслах, стран – Эвинсо и Замвао.

Инга не просто так выбрала именно это место. Одна мысль, что ее триумф может произойти именно здесь, невероятно возбуждала. Место, где после судьбоносного решения, она родила дочь. Место, где бывшая подруга впервые поняла, насколько она находилась ниже нее. Место, где Инга впервые услышала тот тихий голос и поняла, именно ей предстояло спасти этот глупый и прогнивший от эмоций мир.

Женщина стояла в углу палаты, с жадным интересом наблюдая за суетой, вызванной ей же. Ее волосы собраны в тугой высокий хвост. Среди светлых локонов уже начали зарождаться серебряные нити, хоть их обладательница была далека от старости. Темный брючный костюм подчеркивал худобу, которую Инга усердно поддерживала собственными силами. Ей нравилось ощущать эту легкость и чистоту собственного тела. Это возвышало над другими, что были марионетками в ее цепких руках.

Молодая девушка сдавленно кричала, моля доктора спасти ее дитя. Она извивалась на койке от неистовой боли вызванной препаратом введенным полчаса назад. Супруг бедняжки словно тень стоял рядом, держа ладонь возлюбленной, которую та что есть мочи сжимала. Будущая мать тяжело дыша меж схваток, пытаясь собраться с остатками сил. Молоденькая медсестра утирала пот с бледного лица роженицы, неустанно повторяя ободряющие слова. Шоколадные локоны, прилипающие к коже, превратились в мокрые черные сосульки, похожие на причудливые корни внеземного дерева.

Инга прикрыла глаза, совершенно не скрывая блаженной улыбки. Она ненавидела людей и проявление их эмоций. Считала это слабостью и человеческой деградацией. При этом, она все же получала настоящее, почти плотское удовольствие, когда видела страдания других. Так же было и тогда, много лет назад, когда ее бывшая подруга смотрела на нее с болью, разочарованием и отвращением.

– Почему она молчит? – послышался слабый голос роженицы.

Момент наслаждения оборвался резко, как и появился. Инга открыла глаза, сделала пару шагов к акушерке, что держала новорожденную малышку. Ей хватило пары секунд, прежде чем дитя уложили в специальный бокс и вывезли из палаты. Малышка мертва, ее эксперимент завершился неудачей. Ну ничего, это всего лишь очередная жертва на пути к великому.

Инга вышла из палаты, игнорируя крики роженицы, которую пытались удержать на месте. Несостоявшийся отец молча стоял рядом с супругой, а по его дрожащим щекам катились горькие слезы. Они так ждали свою малышку. Так долго искали способ спасти ее. С болью в сердце согласились на эксперимент, их убедили в успехе и безопасности. Они радостные приехали сюда, совершенно не подозревая – Инга уже тогда готовилась к похоронам малышки. В финальный вариант договора, который по невнимательности решили не перечитывать, она внесла важный пункт, гласящий о том, что: «Инга Орейро, не несет ответственность в случае экстренной ситуации, вследствие чего может пострадать и\или погибнуть плод, или же его носительница». Женщина знала, шанс спасти дитя равен нулю. Но кто она такая, чтобы упустить такой прекрасный шанс испытать украденные материалы и знания у бывшей коллеги?

Шаги эхом отдавались по пустым коридорам клиники. Главврач, получив приличную сумму, согласился не только допустить этот жестокий эксперимент, но и добродушно освободил все крыло для этого дела.

Услышав тихие всхлипы, Инга поморщилась. Ее помощница, с красным и мокрым от слез лицом, стояла около реанимационной палаты, где пытались тщетно спасти малышку.

– Не разводи сопли, Валентина, и без того жалко выглядишь, – с отвращением бросила Инга, пройдя в помещение, даже не удосужившись постучать.

Ответ, как всегда, не последовал. Помощница не отличалась твердым характером, что всегда раздражало Ингу. Валентина Вайлет была тем самым человеком, который всегда жевал сопли не находя, что ответить начальству.

Почему Инга терпела ее? Валентина была единственным специалистом из ближайшего окружения с достойными знаниями, да и беспрекословно выполняла все указания, опять же из-за своей излишней мягкотелости. Поэтому Инга и закрывала глаза на все раздражающие факторы, ибо плюсы с лихвой покрывали их.

– Время смерти: шесть часов вечера, десятого июня две тысячи двести пятьдесят первого года, – констатировал врач, сделавший пару шагов назад, когда Инга вошла в помещение.

– Причина смерти? – холодно спросила она, даже не посмотрев на младенца.

– Я не патологоанатом, – с раздражением произнес мужчина, что на первый взгляд был младше Инги. Правда ее внешний облик сильно изменился после того эксперимента. Что ж, за знания и возможности приходиться чем-то жертвовать. – Предположу, всему виной ваш препарат.

– Думаете? – мрачный взгляд, словно ледяной скальпель, коснулся его персоны, отчего по телу побежали пугающие мурашки. – Мне казалось вы говорили иное, когда внезапно начались схватки…

– Знаете, хоть вы и заплатили моему начальнику приличную сумму, но я все же скажу. Вы настоящее исчадие ада, Инга Орейро. Ваши эксперименты бесчеловечны. Я напишу совету докладную, с просьбой возбудить против вас уголовное дело. Может быть после приостановки лицензии до вас дойдет… Все что вы делаете, аморально, – собрав волю в кулак, сказал врач.

Сейчас он четко ощущал, как внутри все металось из стороны в сторону, от волнения и страха перед этой женщиной. Но ни это, ни множество других причин, не давали ему лебезить перед этим исчадием ада. Его душу согревал крохотный шанс, что та женщина успеет выполнить свое обещание и девочка выживет. Только вот время словно вода, стремительно ускользало сквозь пальцы пока в клинике находился этот человек.

Инга всегда вселяла ужас в людей, особенно связанных с наукой и медициной. Правда в последние годы, она словно с цепи сорвалась. Казалось нет больше никого и ничего, что способно ее удержать от поистине безумных поступков.

– Забавно, – только и сказала женщина. Внутри, как всегда, царило своеобразное спокойствие и умиротворение. Ни одна ее фибра души не дрогнула, услышав подобную угрозу. Сколько Инга подобного уже слышала за свою трудовую деятельность? Даже ста страниц не хватит, чтобы все перечислить.

Она молча покинула помещение, намереваясь также поступить и с этим местом. Желания пребывать тут не осталось, да и смысла больше нет. Можно ли посчитать ее первый эксперимент, подобного рода, провальным? Вероятно, так оно и есть. Правда свои плюсы в этом всем все-таки нашлись. Теперь Инга прекрасно понимала, что препарат вероятнее всего стоило вводить на более ранних сроках. Конечно если бы с ней рядом была она, то смогла бы еще до ввода препарата рассчитать все, что уменьшило бы вероятность провала. Только вот она никогда подобный эксперимент не поддержала бы.

В коридоре Инга никого не встретила. Видимо ее помощницу все же задели те слова. Жаль ли ей? Нет, ни капельки. Жалости Инга давно не испытывала, даже успела позабыть каково это чувствовать подобное, а не делать вид. Все ее эмпатические чувства пропали после введения жидкости из корней того кристалловидного древа. Правда вот, странные дела, сколько бы она не пыталась вспомнить расположение той пещеры, ничего не выходило. Похоже это разумное сознание не жаждало лицезреть ее персону.

Эхо ее шагов перебивал отчаянный крик, исходящий из палаты с безутешной девушкой. Проходя мимо нее Инга даже не соизволила повернуть голову. Эти люди потеряли для нее какую-либо ценность сразу после появления на свет мертвого дитя.

Белоснежные лампы слабо освещали путь женщины. С улицы доносился гром, вдали мерцали молнии, с секунды на секунду должен пойти дождь. Сердце Инги пропустило удар, когда она увидела темный силуэт, направляющийся в ее сторону. Чем ближе она становилась к ней, тем больше Инга понимала, это она… Ее одержимость, слабость и сила. Та в чью честь она назвала свой успех, что стал провалом для бывшей подруги и коллеги. Та, у кого она украла этот самый успех и продолжала идти по своему великому пути. Ведя уже свои исследования и эксперименты, хоть часть из них и проводились подпольно.

Остановившись Инга с жадностью изучала человека напротив. Она не изменилась. Все такая же молодая и прекрасная. Неужели древо решило подарить ей этот несчастный огрызок молодости? Неужели та, кому она всю жизнь завидовала, достойно только такого жалкого дара?

Когда-то родные янтарные глаза смотрели на нее с отвращением. Длинные волосы сменились короткой стрижкой, а тело имело такую же стройность, как и двадцать лет назад. Инга мечтала стать ей, занять ее место и иметь все, что имела она.

– А ты не постарела, – с презрением произнесла женщина, продолжая рассматривать бывшую подругу.

Была ли та дружба реальна? Могла ли Инга с самого начала, как встретила молодую наследницу знатного рода, сблизиться с той, только чтобы использовать?

Именно так оно и было. Инга с самого начала знала, что эта богатенькая девица, ее золотой билет в реальную жизнь. Именно эта открытая душой к науке и к другим людям девочка, мечтающая пойти по стопам своих предков, должна обеспечить безбедную жизнь Инги. Та самая встреча в школьном коридоре, подарила одной власть, а второй… горе?

Именно Инга выбрала это развитие событий. Она добилась внимания со стороны Весты, словно одержимая преследовала и внимала каждому слову, восхищаясь и поддакивая как ворона. Нет уж, Инга никогда не считала себя такой. Она птица высокого полета, около ног которой рано или поздно окажется весь мир. Все это необходимо было только для того, что она сейчас имела. Именно у нее есть все, а у Весты ничего. Она потеряла все, выбрав дружбу, что было так опрометчиво с ее стороны.

Кто же вселил той маленькой и неказистой девочке эту мысль? Неужели с самого рождения у нее был синдром бога? Сыграла ли роль слабая эмпатия? Было бы ей жаль дитя, если хотя б маленькая крупица этих чувств осталась в ней? Нет. Это всего лишь расходный материал, который не смог дать Инге желаемого.

– К сожалению, о тебе подобного не скажешь, – спокойно произнесла Веста. Это ни на шутку взбесило Ингу, как и раньше, в те самые времена, когда они были близки. Как давно она не испытывала раздражения? После исчезновения Весты, пропало и оно…

– Такая же высокомерная тварь, – пробормотала себе под нос Инга. Вскинув голову как можно выше и расправив плечи, она с гордостью продолжила: – Внешняя старость всего лишь жалкая плата, за большие возможности и великие знания.

– Стоило ли оно того? – повернув голову набок, спросила Веста. Ни один мускул не дрогнул на ее лице, отчего Инга скривилась.

Смотря на этих женщин со стороны не скажешь, что они одногодки. Инге в этом году исполнилось сорок, а она выглядела как женщина за пятьдесят. Конечно при этом, Инга бы назвала это – благородные за пятьдесят. Что же касалось Весты… казалось, что она могла быть ее младшей сестрой, а может даже и дочерью. Весте словно до сих пор двадцать. Глаза горели жизненной энергией, как и при их первой встрече.

– Ты, как и раньше, совершенно не думаешь о последствиях. Сколько людей должно пострадать, прежде чем ты остановишься? – нотации стремительно слетели с губ бывшей подруги.

– А зачем мне останавливаться? – ехидная улыбка появлюсь на губах Инги. Облизнув их, она сделала шаг вперед, продолжая: – Это ты у нас нежная овечка, боящаяся обидеть комара ради великой цели.

– Твоя великая цель губительна для всех нас! Как же ты этого не понимаешь? – впервые, за многие годы их знакомства, Веста повысила голос. На ее лице отразилась злоба, смешанная с многолетним разочарованием.

Для Инги это была победа. Впервые она увидела на лице этой чертовой статуи подобные эмоции, что зародили в ее душе нотки наслаждения и осознания. Веста ниже нее. Она глупа. Молодость, настоящий плевок от вселенной в виде подачки. Инга же, получила в тот день дар и впоследствии озарение. Именно тогда она поняла: «Неважно сколько трупов и калек останется позади нее, останавливаться нельзя. Все это ради светлого будущего…»

– Только вот в моих руках власть, а в твоих… пыль, – надменно сказала Инга. Подойдя еще ближе, остановившись напротив, женщина добавила: – Как дела у твоей сестры? Мне тут сообщили, что она вышла замуж. Как скоро ей понадобятся мои услуги?

Двинувшись вперед, Инга специально задела плечо Весты. Больше она не останавливалась, а на ее лице играла довольная ухмылка. Все произошедшее не было для нее больше провалом, это лишь мелкие препятствия на пути, именуемые этим пустым словом. Подумаешь, молодая пара потеряла ребенка. Кто же знал, что все именно так обернется.

✧✧✧

Она соврет сама себе, если скажет, что слова бывшей подруги не задели ее.

Веста стояла ровно минуту, слушая удаляющиеся шаги человека, что когда-то был для нее всем. Лучшая подруга и верная коллега. Та, кто поддерживала любую безумную идею, впоследствии помогая воплотить ее в жизнь. Ей очень хотелось ответить, сказать, Инга ошибалась. Только Веста не знала, что сейчас происходило у Дары. Они поссорились, когда она собиралась в Замвао, чтобы закончить препарат, который должен спасти хотя бы малую часть жертв Инги.

Сестра даже не пригласила ее на свадьбу. Больше не отвечала на звонки, и даже не приехала почтить память умерших родителей несколько лет назад. Будто бы вычеркнула сестру из своей жизни, оставляя Весту наедине со своим проклятьем. Именно таковым она считала все, что получила после знакомства с Ингой.

Именно тогда ее мир медленно начал рушиться. Да так незаметно, что сейчас в ее душе царила постоянная скорбь и боль. Одно решение и все изменилось. То знакомство стало началом целой череды событий, и это медленно приближало мир к гибели. Она искренне жалела, что когда-то открылась этому человеку, подпустила слишком близко, позволила достигнуть подобных вершин. Теперь, Веста только и могла оставаться в тени, иначе в этой долгой партии ее ожидал неминуемый проигрыш.

Когда-то Инга сказала ей: «Я всегда побеждаю, не важно какая это игра». А после этих слов, она впервые проиграла Весте в шахматы. Сколько еще партий было после, ни одна и не вспомнит. Почти всегда Инга проигрывала, потому что позволяла раздражительным эмоциям и ненависти к мысли о провале, сбивать ее с верного пути. В те редкие моменты, когда ей все же удавалось одержать победу, и то потому что Весте становилось жаль подругу, Инга радовалась, словно это была борьба за жизнь. Тогда ли Веста начала понимать, что лучшая подруга соревновалась с ней во всем?

Нет. Осознание этого слишком медленно приходило к ней. А тот роковой день стал началом конца. Страх сопровождал Весту, не давая ей сразу покинуть Эфил и вернуться в родной Вонсонс. Из-за Инги она на долгие годы прекратила общение с родными, ибо они были против такой дружбы. Когда женщина все поняла, было уже слишком поздно. Любимый отец оказался неизлечимо болен, да и мать медленно чахла на глазах. Веста не успела их спасти, обрекая себя на вечные страдания от чувства вины.

Женщина боролась с самой собой, думая, что разорвать общение с ее «единственной» подругой будет неправильно. Должно же остаться хоть что-то хорошее в душе той Инги, что в детстве мечтала помогать другим? Как же она была слепа и глупа. Той Инги никогда не было. Это была правдоподобная иллюзия, что со временем сошла на нет, а Веста даже ничего не поняла.

Ее пугала одержимость подруги. То с какой жестокостью и безразличием она проводила эксперименты над крысами. От воспоминаний, сколько раз Инга душила бедных животных в приступах слабого гнева, в теле стыла кровь, а кожа покрывалась мурашками. На что способен такой человек, когда гнев слишком велик?

Вздрогнув, Веста взяла себя в руки. Необходимо спешить, у нее осталось слишком мало времени. Не для рефлексии она здесь, а для спасения несчастного дитя. Нулевой пациент – первая жертва Инги среди детей.

Когда Веста получила сообщение от Валентины, ей стало дурно. Кто же знал, что когда-то принятое решение оставить помощницу ее отца в Эфил будет таким прекрасным решением. Сейчас у Весты был шанс, спасти девочку и забрать ее в безопасное место. Увы, это вынужденная мера. Если Инга узнает о том, что ребенок выжил, то девочку попросту запрут в холодных стенах лаборатории на всю жизнь.

Проходя мимо палаты, где безутешно рыдала молодая девушка, Веста ощутила тугой ком в горле и подступающие к глазам слезы. Сморгнув их, она поспешила в помещение, где Валентина готовила тело младенца к процедуре. У входа стоял мужчина, тот самый врач, который согласился помочь ей в случае провала Инги.

– Надеюсь вы знаете что делаете и это не будет издевательством, над… – он осекся, уведя взгляд в сторону. – Девочка еще жива, только ей осталось совсем немного. Нам повезло, что она не издавала никаких звуков и внешне похожа на…

– Можете не продолжать, – поспешно перебила его женщина, видя, как ему тяжело говорить подобные вещи. Томас Зоки сам недавно стал отцом, хоть и маленький Лев появился с большими проблемами. Ему невыносимо тяжело участвовать в этом всем, но ради мизерного шанса, что девочка сможет выжить, он согласился. – Мне бы хотелось на сто процентов быть уверенной в положительном результате, – произнесла Веста, достав из сумки длинный футляр, где хранился шприц с изумрудной жидкостью.

Она провела в Замвао много месяцев, в попытках понять, как исправить собственную ошибку. Как же она могла забыть чемодан с пробами и наработками в Эфил? Если бы не местная целительница, из деревни в которой она жила все это время, то у Весты ничего не вышло бы. Именно та женщина помогла ей услышать голос древа и начать свой путь, в попытках остановить бывшую подругу.

Сколько бы она не корила себя за былые ошибки, пора ей отпустить эти мысли, сделав шаг вперед. Сейчас Веста начала новую партию и первый ее ход – спасение девочки. Только отличие от всех предыдущих партий, что когда-либо были между ней и Ингой, довольно существенное. В этой игре не будет победителя и проигравшего, все будет намного иначе и это предстояло узнать в самом конце. Правда Весте нельзя делать свои ходы публично, ей придется всю оставшуюся жизнь прятаться от Инги, оставаясь в тени. Именно оттуда, как самый искусный стратег, Весте придется делать свои ходы, подталкивая фигуры в правильном направлении. Это пугало, неизвестно сколько людей пострадает в настолько безумной партии. Увы, жертвы неизбежны и отчасти это ее вина, ибо она позволила Инге заполучить подобную власть.

Весте необходимы люди. Те, кто станут ее глазами и руками. Те, кто помогут ей подобраться к Инге и выяснить, кто именно стоял за ней и позволял творить все эти бесчеловечные эксперименты. Те, кого она будет оберегать всеми способами, потому что они станут самыми близкими и важными в ее жизни людьми.

К сожалению, это единственный верный путь, от которого женщине не по себе.

Вводя препарат, которому она еще не дала название, в умирающее тело девочки, Веста плакала. Ее душили слезы по ряду причин, одной из которых являлась необходимость забрать это прекрасное дитя у той молодой девушки. Она никогда не услышит первые слова своей дочери, не увидит ее неустойчивые шаги и не ощутит себя по-настоящему матерью.

Веста обязательно позаботиться об этой малышке, подарит ей счастливую жизнь и постарается уберечь от страданий. В этот момент, когда она ощутила первый сильный удар крохотного сердца, Веста дала себе обещание: «Сколько бы не потребовалось времени, я остановлю Ингу. Даже если придется отдаться собственною жизнь для этого».

Когда малышка открыла глаза, тяжелый груз, хранящийся долгое время на сердце женщины, стал в разы легче. В ее душе появилась нежная теплота, заставившая взять малышку на руки. Девочка смотрела на нее светлыми глазами, что через время изменятся и станут такими же как у ее родителей. Она не кричала и не плакала, просто наблюдала за слезинками, катящимися по лицу ее спасительницы, словно уже сейчас все прекрасно понимая.

– Луна, ты будешь счастлива, я обещаю, – прошептала Веста, со слабой улыбкой на лице. Девочка словно бы одобрив данное ей имя, сжала своей крохотной ручкой тонкий палец женщины.

В помещение вошли люди, внеся правдоподобный муляж младенца. Врач, стоявший позади Валентины, смотрел на происходящее с восхищением и облегчением

– Я надеюсь, вы позаботитесь об этом? – поинтересовалась Веста, кивнув в сторону куклы.

– Как и договаривались. Я сделаю все, чтобы Инга Орейро никогда не узнала об этом, – произнес он, проведя слегка дрожащей рукой по рыжим волосам.

– Автомобиль ожидает у служебного выхода, – сообщил один из тех, кто принес муляж. – Мы сопроводим вас, Веста Вада.

Покинув помещение, Веста старалась не поддаться эмоциям, бушующие в ее душе. Ей хотелось рыдать, крича о том, как же несправедлив этот мир, раз позволил Инге творить подобное. Только она не могла, на ней лежала слишком большая ответственность, среди которых хрупкая девочка, мирно спящая в ее руках.

Ее путь к выходу сопровождал сильный шум дождя, эхо шагов по слабо освещенному коридору и рыдания безутешной матери. Веста не осмелилась остановиться и заглянуть в палату, откуда доносился плач. Она не позволила себе взглянуть на родителей малышки, чтобы запомнить хотя бы их внешние черты. Что же она будет делать, когда девочка начнет задавать вопросы? Почему ей пришлось так рано покинуть своих родителей? За что этот мир так жестоко поступила с ней?

Дети не должны страдать из-за безумия взрослых. Так почему же все происходило с точностью наоборот?

Глава 1. Трой

31 октября, 2276 года

Вдыхая табачный дым, чувствовал сильную дрожь в теле. Сам до конца не понял, от нервирующего волнения это, или же из-за того, что последние минут десять провел на улице. В машине, о капот которой упирался спиной, сидела Луна, слушая происходящее с Лилу через наушники. Я отдал их сразу как встретился с ней, оставив себя в полном неведении.

Почему так поступил? Не знаю.

Похоже в тот момент, когда она подошла к машине, в моей голове даже не возникла мысль, что могу поступить иначе. Меня смущала вся эта ситуация, а по Луне было видно, как ей не по себе в моей компании. Допускаю, что именно по этой причине так и поступил. Да и Айлин просила не нервировать подругу, ей необходима спокойная обстановка на экстренный случай.

Мне очень хотелось, чтобы ничего не случилось, и услуги рыжеволосой дамочки не пригодились бы вовсе. Только сердце все продолжало слишком быстро стучать, словно вот-вот что-то точно произойдет. Да и этот чертов снег, что медленно застилал все вокруг, нехило действовал на нервы.

Выдохнув очередную порцию дыма, кинул бычок в ближайшую лужу, где бесследно исчезали белые хлопья. Намереваясь все же вернуться в теплый салон, иначе такими темпами отморожу все что можно и нельзя, обернулся и увидев перепуганное лицо Луны, замер.

Голова резко заполнилась пустотой, а сердце пропустило слабый удар, остановившись на несколько секунд. Этого хватило, чтобы бездейственно наблюдать за тем, как девушка выдернула наушники, бросив их на сидение рядом, быстро выскочила на улицу.

Луна побежала в направлении «Бонсиро», совершенно забыв про куртку, что так и осталась в машине на спинке сидения. Ноги сами двинулись за ней. Голова гудела от напряжения, а в виски стучало так сильно, словно их перепутали с барабанами. Моему передвижению мешала слякоть и образовавшийся тонким слоем лед, из-за чего мои ботинки то и дело скользили, норовя занести меня в кучу мусора. Перед глазами все плыло из-за обилия снега. Белые хлопья начали сыпаться вниз с невероятной скоростью, попадая мне куда только можно. Легкие отдавались жаром и холодом, отчего казалось: я нахожусь во сне.

Темное с рыжим пятно, за которым я тщетно следовал, внезапно остановилось. Приблизившись к Луне, попытался затормозить, но поскользнувшись оказался на холодной и мокрой земле, больно ударившись задницей. Брюки, в месте падения, тут же промокли и отдавались неприятным холодом на коже. Поднявшись, посмотрел на девушку, что, тяжело дыша глядела вверх. Проследовав за ее взглядом, выпуская изо рта облако пара, увидел на самом краю крыши «Бонсиро» темное пятно, слабо напоминающее человека.

– Блять, – только и успел произнести.

Черное пятно полетело вниз, а мой мозг всячески пытался отогнать мысли о том, что это была Лилу. Ее тело неслось к земле, приближая то мгновение, когда, ударившись о поверхность она точно покинет этот чертов мир. Уже знакомая вспышка ослепила меня, через мгновение нечто похожее мелькнуло рядом с несущемся телом вниз. Мгновение, позади что-то упало, так же озаряя все вокруг белоснежным свечением. А черная точка, за падением которой я наблюдал, исчезла.

Обернувшись, увидел лежащую на земле Луну, в обнимку с телом, с которым творилось что-то странное. Казалось, я смотрел сейчас на какое-то видео, где присутствовал сильно и неестественно размытый объект. Только это не видео и вокруг тела, которым предположительно была Лилу, во что мне верить не хотелось, смазывалось пространство.

Мой уставший мозг воспринимал это именно так.

Подойдя ближе, заметил, как сильно побледнела Луна. Из носа у нее текла темно-красная кровь, дыхание стало тяжелым, а под глазами появились явные признаки усталости. Человек, которого она продолжала держать, не издавал звуков и даже не двигался. Хотя откуда мне знать, если с ним происходила такая необъяснимая херня. Может быть на деле он извивался от боли.

Черт, мое сознание и правда всячески избегало мысль о том, что это Лилу.

– Ты… ты в порядке? – помогая девушке подняться с холодной земли, спросил я.

Придерживая Луну за талию, другой рукой помог ей приподнять тело. Странно, но окутывавшее человека пелена была совершенно не ощутима, словно это и правда был какой-то визуальный эффект. Нащупав пальцами знакомую кожаную куртку, окончательно понял, кем являлся этот человек. Все-таки это Лилу и происходящее с ней меня пугало, хоть и внутренне я все еще был спокоен. Вероятно, это из-за шока. Увидеть, как близкий человек летел вниз и ее спасла другая чудо-девушка, немного… сбивало с толку. Будто бы я и правда в очень странном, бредовом, сне. Может оно конечно к лучшему, особенно сейчас.

– Я… в порядке, спасибо, – очень тихо сорвалось с губ Луны.

Она совсем ослабла. Еле стояла на ногах. Я понял это по тому, как сильно дрожало ее тело и то, как она держалась за меня не желая свалиться на холодную землю. А Лилу… Что с ней? Почему ее тело так… извивалось? Что произошло?

В голове было миллион мыслей и пустота одновременно. Единственное я понимал очень четко и ясно – необходимо как можно быстрее валить отсюда. Только как это сделать, когда одна из моих спутниц еле стояла на ногах, а вторая…

– Отнеси… ее… к… машине… – жадно хватая ртом воздух, отчего нехило так запинаясь, сказала Луна.

Хмуро посмотрев на девушку, хотел было спросить: «А как же ты?». Луна словно прочитав мои мысли, отрицательно покачала головой, помогая мне поднять на руки Лилу. Тело подруги казалось слишком легким и невесомым, словно отпусти его, и оно застынет в воздухе. Конечно проверить подобную мысль я не стал. Сомневаюсь, что падение поможет Лилу прийти в себя.

Когда двинулся с места, неся подругу к машине, позади снова все озарилось белым светом. Вздрогнув, остановился, боясь потерять равновесие из-за неожиданности. Привыкну ли я к подобным проявлениям способностей когда-нибудь?

Позади слышались крики людей, казалось их становилось с каждой секундой только больше, отчего внутри стянулся нервный узел, и я двинулся дальше. Луна уже стояла около машины, прижимаясь лбом к холодному металлу. Выглядела она еще хуже, кожа даже отсюда казалась болезненно бледной с оттенками светло-зеленого.

Заметив мое приближение, она открыла дверь заднего сидения и забравшись внутрь, помогла мне расположить там Лилу. Сердцебиение медленно начало ускорять ход, а посасывающее ощущение внутри сообщало о приближающейся опасности. Голоса, доносящиеся с улицы, откуда мы забрали Лилу, обрывками оседали в моем сознании. Они кого-то искали. Несложно догадаться, что причиной этому была моя подруга.

Сев на место водителя, включил двигатель, внимательно смотря вперед. По улице, откуда мы пару минут назад пришли, ходило много людей в темных костюмах. Я молился всем, кому только мог, чтобы в переулок, по крайней мере пока мы тут, никто не зашел. Кажется, боги, кем бы они там ни были, услышали мои молитвы. Все эти черные точки проходили мимо, даже не думая заглянуть сюда.

Как только автомобиль поднялся вверх, я включил заднюю передачу и повернулся назад. Увы, через зеркала ничего не видно. Чертов снег решил усложнить не только поиски тем людям, но и нашу попытку свалить отсюда без приключений. Луна, придерживая тело Лилу, сидела с закрытыми глазами, облокотившись головой о спинку сиденья. Кровь продолжала стекать вниз по ее лицу, знатно запачкав подбородок и шею. Она что-то шептала себе под нос, отчего мне стало не по себе. В кармане брюк начал вибрировать мобильный. Проигнорировав его, внимательно посмотрел на рыжеволосую.

– Ты точно в порядке? – не удержавшись, спросил я, медленно сдавая назад. Надеюсь движение сейчас не такое активное, как пару часов назад. Не хватало нам к еще большему счастью попасть в аварию.

Мои глаза то и дело метались к девушке и дороге за ней. Отчасти я сейчас чувствовал ответственность не только за Лилу, но и за Луну. Она подруга Айлин, точнее, если я не ошибся, лучшая подруга. Если с ней что-то случится, то со мной точно сделают нечто очень и очень плохое.

– Не переживай за меня, – открыв глаза и посмотрев на меня, произнесла девушка. Она сразу же отвела взгляд зелено-карих глаз, доставая из кармана мобильный.

Сглотнув, перевел взгляд на дорогу. Выехав на свободную полосу, вернулся в нормальное положение, заметив, как в переулке появились люди в черном. Они пока что не заметили нас, все же снежная стена, сильно мешающая обзору, была не только минусом, но и довольно неплохим плюсом в данных обстоятельствах.

Двинувшись с места, с облегчением выдохнул, поняв, что на дороге не так много машин. Внимательно следя за дорогой, я все же ловил себя на том, как смотрел на девушек через зеркало заднего вида. Ситуация с Лилу никак не менялась, ее тело продолжало извиваться в странной пелене, где преобладали темные оттенки. Луна же тем временем приложила мобильный телефон к уху, утирая остатки крови с лица темным рукавом. Ситуацию это не спасло, а наоборот кажется усугубило. Теперь и пухлые щеки девушки были в алых разводах.

– Ситуация критическая, – еле слышно прошептала Луна, когда по ту сторону трубки приняли вызов.

Некто начал что-то говорить в ответ, который я не смог расслышать. В брюках снова завибрировал мобильный. Достав его, вздрогнул от увиденного на экране. Мне звонил Хёну. Не зная, что ему сказать, кинул мобильник на соседнее сидение, продолжая следить за дорогой и ожидая от Луны дальнейших указаний.

Не сложно догадаться, что она позвонила кому-то из лаборатории и нам необходимо сейчас ехать именно туда. При этом все же, мне хотелось услышать от нее конкретику, надеясь, что не ошибся с выбранным курсом.

– Поняла, мы скоро будем, – произнесла она, отрывая мобильный от лица. – Едем в лабораторию, можешь не соблюдать скоростной режим.

После ее слов, я нажал на ускорение, окончательно переведя взгляд вперед. Но снова, как бы не пытался, мои глаза сами по себе возвращались к девушкам. Мне хотелось спросить, как Лилу. Только смысла в этом было немного. Сомневаюсь, что Луна хоть что-то сама понимала в происходящем. По ее растерянности все и так ясно. Она в таком же замешательстве, как и я. Уверен, мы оба сейчас думали о том, что на самом деле произошло на крыше. Конечно, она могла все слышать, а вот я в отличие от нее, вообще не в курсе произошедшего в том здании и почему Лилу вообще оказалась на чертовой крыше.

Через пару минут я заметил, нас преследовали. Почти с самого начала за нами ехали две черные машины, но мне не хотелось пугать этим девушку. Хотелось верить, моя паранойя просто разыгралась и творила со мной злые шутки. Теперь же сомнений не было. Как только увеличилась скорость нашего автомобиля, преследователи тоже ускорились. Когда я перестраивался в другой ряд, они тоже поменяли свое положение на дороге. Сомнений попросту не осталось.

Только я не самый лучший водитель. Машины в моем распоряжении оказывались настолько редко, что порой хотелось выкинуть свои права, из-за ненадобности. Если придется уходить от преследования, боюсь шанс на успех равен нулю целых и девяноста девяти сотых процента. Да, хотя бы мизерный шанс успеха я себе оставлял всегда. Ибо кто знает, может быть удача сегодня на моей стороне.

– Не хочу тебя пугать, – начал я, бросив непродолжительный взгляд на Луну через зеркало. Руки предательски начали дрожать, отчего сильнее сжал круглый руль, где находились все важные кнопки управления. – Кажется за нами хвост.

Ничего не сказав она обернулась. Ее движения были слегка заторможенными и слабыми. Неужели использование способностей настолько много отбирало сил? Или же дело в другом? Черт, чтобы было с Лилу если бы не Луна? Неужели Веста что-то уже тогда знала?

– Это не преследователи, – вернувшись в привычное положение, придерживая голову Лилу на своих коленях, начала девушка. – В тех машинах наши люди. Веста решила, что нам не помешает еще подстраховка, на случай если за нами реально будет хвост. Нас сопроводят до безопасной зоны. Не переживай.

Коротко кивнув, попытался выдохнуть, надеясь немного успокоиться. Ничего не вышло. Чем ближе мы были к лаборатории, тем больше я осознавал произошедшее. Словно мозг только сейчас начал принимать и переваривать кадры падения, волшебного спасения и тех людей, что рыскали по улице в поисках тела…

Лилу чуть не погибла. Сейчас с ней творилась неведомая хрень. Жива ли она вообще? Эта мысль заставляла все мое нутро сжиматься от отчаяния и томящей душевной боли. Жгучая тошнота опалила горло. Хёну уже много раз звонил мне. Что ему сказать? Могу ли я успокоить его как-то? Стоит ли вообще сейчас брать трубку?

Глава 2. Трой

Не помню, как мы добрались до Вонсонс. Тем более как вышли из автомобиля и оказались в этом адском коридоре. Холодный свет гудящих ламп сильно давил, словно я очутился в тесном помещении, стены которого сдвигались, стремясь раздавить. При этом всем, я совершенно ничего не слышал. Будто бы находился под водой, смотря через мокрую стену на горящий экран телефона, где было куча пропущенных не только от Хёну. Несса и Макс беспокоились.

Попытавшись глубоко вздохнуть, поморщился от привкуса маслянистой кислоты во рту. Горло больно опаляло ей, а желудок сжимался, требуя освободиться от всей этой желчи. Мне и в самом деле очень хотелось очиститься, да настолько, чтоб забыть все и вся. В области груди холодом распространялась пустота, проглатывая в себя всевозможные эмоции и ощущения.

Где-то вдали приглушенно хлопнула дверь. Переведя взгляд в ту сторону, заблокировал мобильный, сразу же убрав его в карман. Перед глазами все плыло, пелена не давала сфокусироваться на приближающемся человеке. Не знаю, как буду оправдываться перед друзьями. Самому бы до конца понять, что мать его произошло. Все, о чем могу сейчас думать, так это о Лилу. Она находилась в другом помещении, куда меня не пустили. Что с ней и жива ли, мне неизвестно. Это пугало.

А перепуганное лицо Айлин, когда мы приехали, то и дело мелькало у меня перед глазами. Словно бы напоминая: «Трой, это нихуя не сон! Происходит блядская чертовщина, а ты вообще оказался в каком-то фильме про супер, чтоб их, героев».

– Возьми, – произнесла Айлин, протягивая мне бутылку с водой.

Хотелось отказаться. Сейчас мне требовалось больше покоя, без воды или же еды, и уж тем более общения. Все для того, чтобы поскорее прийти в себя. Всплыть с этого чертового дна и вздохнуть, ощутив боль реальности всем телом.

Только открыв рот, даже и слова сказать не смог. Кислота с новой силой опалила горло, заставляя мое лицо скривиться в гримасе боли и отвращения.

Айлин более настойчиво тряхнула рукой, ничего не говоря. Забрав бутылку, тут же открутил крышку, что сразу упала на пол. Опускаться за ней не стал, просто не было желания. Сделав первый глоток, ощутил странное чувство. Словно бы я не пил множество дней. Сам не заметил, как жадными глотками опустошил всю тару, шумно вздохнув после этого.

Айлин молча забрала пустую бутылку и закрыла ее. Когда она успела поднять крышку? Что-то я совсем потерялся во времени и пространстве. Мне это не нравится. Подобное было, когда сообщили о смерти матери. Я жил некоторое время будто бы в тумане. А когда пришел в себя, то словно очнулся от утомительного и кошмарного сна, оставившего в душе слишком глубокие раны.

Девушка выкинула бутылку в мусорку и направилась к Луне, находившейся на скамейке у противоположной стены. Рыжеволосая, укутавшись в куртку, сидела с закрытыми глазами. На бледном лице больше не было остатков крови, лишь признаки сильной усталости. Айлин села рядом с ней и слегка похлопала ту по ноге. Луна нехотя открыла глаза и тут же посмотрела на подругу. Они о чем-то начали говорить, но я так ничего не услышал. Казалось вода вокруг снова затягивала в свои мокрые объятия, ограждая меня от безумной реальности.

Закрыв глаза, облокотился о холодную и жесткую стену. Тело медленно становилось ватным и невесомым. Ощущение давления медленно отступало. Незаметно для самого себя, начал тихие отдаленные разговоры и скрипы дверей в дали. Нормальный слух вернулся, принеся с собой сильное чувство голода и тревоги.

Вздохнув, открыл глаза. Напротив сидела только Луна. Похоже я умудрился задремать. Девушка выглядела лучше, что еще больше подтверждало мое предположение о сне. Она смотрела в сторону дверей, разделяющий коридор на зоны. Насколько я помню, именно туда увезли Лилу.

Скрипнула дверь. Кто-то шел в нашем направлении. Сердце застучало быстрее, а ладони начали покрываться потом. Переведя взгляд в сторону приближающихся, увидел Весту, за которой шли Валентина и Айлин. Хватило доли секунды, как я оказался на ногах и сделав шаг на встречу к женщинам, открыл рот. Мне хотелось так много спросить, но я отчего-то не смог и слова вымолвить. Так и застыв с распахнутым ртом, поймал на себе уставший взгляд Весты.

– К сожалению, ситуация сейчас тяжелая, Трой. Лилу получила огромную порцию нулевого препарата, что спровоцировало защитные механизмы ее организма. Говоря простым языком, сейчас Лилу находится в состоянии коматозного сна. Ее организм испытывает сильнейший стресс и продолжает борьбу. На данный момент мы сделали все что могли. Увы, этого недостаточно, – женщина посмотрела на Айлин и Валентину. – Поторопитесь в лабораторию. Как только будут результаты, ищите меня в переговорной.

Те, молча кивнув, сразу направившись по коридору дальше. Веста запахнув свой белый халат, сложила руки на груди, словно ей внезапно стало холодно. Она посмотрела на Луну, на что девушка лишь отрицательно покачала головой.

– Ты отлично справилась, – с теплом в голосе, произнесла женщина, положив той на плечо свою ладонь.

– Не хочу слишком вас нервировать, – хрипло начал я. В горле появился ком, мешающий спокойно говорить. Откашлявшись, заметил, что внимание привлечено к моей персоне. – Что с ней? Конкретно, что сейчас с Лилу? Хёну мне уже раз сто, наверное, звонил.

– Трой, я не могу ничего более точного сказать, без анализов. Что касается Хёну, – тяжело вздохнув, она посмотрела в окно, где до сих пор шел снег. – Думаю не стоит ему сейчас ничего говорить. Не хотелось бы врать, а правда… Боюсь ваш друг не в том состоянии, чтобы с ней справиться и ждать дальнейшей информации.

– Что вы предлагаете? – осекшись, спросил я. А когда до меня окончательно дошел смысл ее слов, шумно вздохнул. – Что значит не в том состоянии? Вы…

– Трой, я знаю про каждого из вас достаточно, чтобы избегать болезненных событий и тяжелых тем, когда в этом нет необходимости. Поверьте, для Хёну лучше, если вы повремените с сообщением. Давайте для начала, пока Айлин и Валентина занимаются анализами, прослушаем запись с момента начала собрания, – увидев мой ошарашенный взгляд, Веста грустно улыбнулась. – Я понимаю вас, Трой. Прекрасно понимаю! Прошу, доверьтесь мне и когда придет время, вы все поймете.

– Ладно, – только и сказал, проглотив обжигающую желчь.

Казалось, все внутри горело, и виной этому была не только эта ужасная субстанция, которую мой организм по непонятным причинам решил выбрасывать в огромном количестве. Мое сердце, душа и весь внутренний мир… Все это горело в обжигающем огне. Эти языки пламени не торопились уничтожать все, они то ласкали, словно бы успокаивая открытую плоть. То начинали колоть и обжигать, да так сильно, что пропадали все ощущения. Боль перешла уже на ту стадию, когда абсолютно плевать на все. Плоть же в это время покрывалась ужасными волдырями…

– Пойдем, – аккуратно взяв меня за рукав куртки, позвала Луна.

Веста уже направилась вперед, даже не обернувшись, чтобы удостовериться, идем мы или нет. Кивнув рыжеволосой, хотел пойти вперед. Только девушка не торопилась отпускать. Она смотрела на меня, словно хотела что-то сказать. В итоге так и не решившись, поджав губы, отпустила мой рукав и направилась за Вестой.

Через пару минут мы уже находились в небольшом помещении. Оно чем-то похоже на то, где произошел первый поцелуй с Айлин. От воспоминаний об этом, стало немного не по себе. В данных обстоятельствах, все это казалось таким бредовым и недостойным внимания.

Заняв место на чертовски мягком диване, достал мобильный. Количество пропущенных увеличилось в разы, а на сообщения даже смотреть не хотелось. Правда парочка все же мелькнула перед глазами. Несса обещала устроить мне взбучку (это еще мягко сказано), если причиной моего игнора окажется какая-то ерунда.

Поймав себя на желании ответить, отрицательно покачал головой, открывая программу с записью всего происходящего в «Бонсиро». Протянул телефон Луне, потому что девушка лучше знала, с какого момента лучше всего стоит включить запись. Как только предмет исчез из моих рук, прикрыл глаза, откинувшись на спинку дивана. Тело требовало сна и расслабления, мышцы гудели, как и голова. Девушка потратила около минуты на поиск нужного отрезка записи, после чего помещение заполнили чужие голоса.

Голова медленно заполнялась просто безумной информацией, от которой в жилах стыла кровь. В какой-то момент мне начало казаться, что уснул и этот ужас мне только снился. Только открывая глаза, лишний раз доказывал себе – реальность намного безумнее, нежели мне казалось раньше.

Правда все это не было таким страшным, нежели причина, по которой Лилу оказалась на крыше. Чертова флешка. Не стоило мне давать ее. Я ведь мог достать всю информацию другими путями, просто потратив на это еще больше времени. Мое чертово нежелание напрягаться и поскорее все предоставить Весте, привело к ужасным последствиям. Да, Лилу жива, только надолго ли? А сможет ли она выкарабкаться из того дерьма, в которое попала из-за меня? Какие нас всех ждут последствия после этого всего?

– Трой, надеюсь вы сейчас не грызете себя изнутри из-за мук совести, в связи со сложившимися обстоятельствами? – спросила Веста, как только Луна остановила запись и вернула мне мобильный.

– Что бы вы не сказали, это я дал ей флешку для сбора информации. Поэтому она сейчас лежит там и… – договорить не смог. Горло сдавило от внезапно нахлынувших слез и чертового чувства вины. Меня будто бы душили изнутри. Может на мне и правда проклятье? Поэтому все мои близкие и родные страдали все эти годы?

– Трой, не нужно себя обвинять в чем-то. Ты сам прекрасно слышал все на записи. Подобное могло произойти даже без флешки, – Луна положила свою ладонь мне на плечо, слегка сжав его. – С Лилу все будет хорошо!

– Думаешь? – смахнув выступившие слезы, спросил, даже не смотря на девушку.

Как же я устал. Чертовски устал.

Скажите, что это сон и проснувшись, все будет хорошо.

В груди разрасталась боль – огненная, саднящая и безумно тяжелая. Словно мне на плечи повесили мешки, набитые камнями под завязку.

– Знаю, – как-то странно произнесла она.

Посмотрев на нее, заметил, как рыжеволосая смотрела в сторону Весты. Женщина наблюдала за нами нахмурившись, а ее глаза, словно звезды на небе, напоминали, что скоро наступит день и обязательно станет легче. Луна убрав с моего плеча руку, откинулась на спинку дивана.

– Вы знаете намного больше, чем все мы? – сглотнув, спросил я, вспомнив слова Весты. В ее глазах мелькнул отблеск, подтверждающий мое четкое попадание в правду. – За этим всем скрывая еще большая тайна, да?

– Трой, вы очень умны и сообразительны. Жаль, что вами не была выбрана карьера в сфере науки. Думаю, здесь ваш потенциал раскрылся бы на полную, – слабо ухмыльнувшись, произнесла она. – Скажу прямо. Я, честно говоря, просто предположила, что Лилу ввели нулевой препарат. Без результата анализов это все равно никак не подтвердить. Поэтому мы и коротаем здесь время, в ожидании результатов. Даже несмотря на это, я ввела Лилу стабилизирующий препарат первой стадии, помогающий ее организму справиться с «угрозой». По сути благодаря ему, тело Лилу перестало видоизменяться.

– Подождите, то есть вы… – в голове никак не укладывалось, как эта женщина, не зная точно, что произошло с Лилу что-то там ей ввела. Да это просто уму непостижимо. А если это могло ее убить или сделать хуже?

– Не спешите сквернословить, Трой, – перебила меня Веста. – У меня нет сомнений в том, что в тело Лилу, через дротик, попала именно нулевая версия. Единственное, я не могу знать наверняка, не решила ли Инга провести с образцом еще какие-либо изменения. Сейчас не время и не место, чтобы объяснять вам все нюансы, просто попытайтесь мне поверить. Лилу сейчас в надежных руках. Мне лишь нужны результаты анализов, чтобы грамотно и индивидуально для ее организма, подготовить финальный стабилизатор.

– Стабилизатор? – не понимая прошептал я. Голова медленно начала раскалываться пополам. Не был я готов к подобным разговорам, а особенно к их пониманию. Может и правда стоило податься в науку?

– Именно. Конечно у этого препарата есть свое название и более научное объяснение его действия. Только вот мы с вами находимся не на лекции, да и времени разжевывать вам все нюансы нет. Этот препарат окончательно стабилизирует состояние Лилу, помогая ее организму прийти в необходимую для жизни, без каких-либо препаратов, норму, – голос Весты звучал спокойно, будто бы мы говорили о погоде.

– То есть, ей больше не надо будет пить таблетки? – спросил, прокручивая слова женщины в голове по нескольку раз.

– Да. Ее жизненные ресурсы не будут уходить на постоянную борьбу за выживание. Благодаря чему, через время, она не только сможет жить спокойной жизнью, но и полностью раскроет свой потенциал, – с нотками радости произнесла она.

– Почему ее тело отреагировало так на… на то что находилось в дротике? – настороженно спросила Луна. Взглянув на нее, заметил задумчивость и искреннее непонимание. Похоже она тоже далека от всего научного. Мне от этого даже как-то стало легче.

– Трудно сказать, по крайней мере сейчас. Думаю, дело в частоте приема сыворотки. Хоть и во всех доступных версиях не было частиц из нулевого компонента, но… – Веста замолчала, когда в помещение, будто бы ураган забежала Айлин, а за ней спокойно зашла Валентина.

Девушка тяжело дыша передала начальнице бумаги, которые та быстро начала просматривать. Наблюдая за светлыми глазами, пытался представить себе, смог бы я также быстро прочитать текст. Черт. Почему в такие моменты на ум приходила такая ерунда? Неужели моему мозгу больше нечем заняться?

– Валентина, начни подготовку. Я приду через пять минут, – закончив чтение результатов, сказала Веста, протянув их женщине. Она, молча кивнув и взяв бумаги вышла из помещения. – Возвращаясь к нашему диалогу, – будто бы ничего не произошло, сказала Веста, посмотрев на Луну. – В случае Лилу ситуация обстоит в разы серьезнее. Ее бабушка сделала все, чтобы жизнь внучки стала сущим адом на земле. Нулевой препарат введенный в тебя, Луна, или же в других особых детей, является обычным раствором, по сравнению с тем, что попадало в ее организм. Безусловно, это все просто описание простыми и неравнозначными истине словами.

– То есть вы хотите сказать, что вся… простите… херня, происходящая с Лилу, по вине ее бабки? Потому что та решила… а почему бы не заколоть внучку кучей разный водичек и посмотреть на результат? – из моего рта вырвался смешок.

– Трой, вы можно сказать, чертовски, верно описали ситуацию, – с грустью на лице, произнесла Веста, направившись к выходу. – Айлин, накорми их, а после отведи Троя в мой кабинет, – она открыла дверь, и ахнув, посмотрела на меня. – Напишите Хёну, Трой. Айлин поможет вам составить сообщение. После прошу, не отвечайте никому, даже близким друзьям. Как я закончу с Лилу, мы продолжим наш диалог.

Сглотнув, кивнул. Тело покрылось мелкими мурашками только от одной мысли, что мне надо сейчас написать что-то Хёну. Из-за волнения, я совершенно забыл, где мой телефон и тщетно искал его по карманам.

– Вот, – произнесла Айлин, указав мне на мобильный, лежавший со мной рядом. Луна недолго думая, молча вышла в коридор, оставляя нас наедине. – Трой, давай я сама напишу ему? – спросила девушка, заняв место своей подруги и положив теплую ладонь мне на колено.

От одного этого действия на душе стало немного полегче. Присутствие Айлин хоть и не внушало мне спокойствия, при этом помогало окончательно не потерять голову. Все же нас связывало нечто большее, нежели просто влечение тел.

Отрицательно покачав головой, сжал ее ладонь, поднеся тыльной стороной ко лбу. Ощутив чужое тепло, прикрыл глаза, пытаясь насытится этим комфортным мгновением, позволив себе ненадолго забыть обо всем. Надеюсь за эти несколько минут с Хёну ничего серьезного не случится, а я немного переведу дух.

– Ночь будет долгая, – сказал, сам не знаю к чему.

– И чертовски холодная, – шепотом добавила Айлин, положив свою голову мне на плечо. От нее пахло клубникой и чем-то пряным. Странное сочетание, но мне очень нравилось.

Просидев так немного, собрался с силами и открыл чат с сообщениями. Руки слегка подрагивали. Неудивительно, сообщение явно не будет нести в себе хорошие и позитивные новости для Хёну. Пока набирал текст, Айлин подсказала мне пару нюансов, которые обязательно стояло написать. Она подтвердила слова Весты о нулевой версии находящейся в дротике, сказав, что это безумие со стороны Инги использовать настолько много чистого образца. Мне это мало, о чем говорило, на душе при этом все же стало в разы хуже. Сердце болезненно сжалось от мысли, какую боль могла испытывать Лилу когда эта дрянь попала в ее организм.

Закончив, дал прочесть текст сообщения Айлин и после ее молчаливого кивка, нажал на заветную кнопку. Внутри все снова вспыхнуло, вместе с чем появились сильные переживания за Хёну. Что если он что-то сделает на эмоциях? В голове мелькали слова Весты о его состоянии. Это слегка напрягало и пугало. Мне казалось, что после раскрытия личности покровителя сюрпризов не осталось. Оказалось, тайн и загадок куда больше, чем подвластно сейчас переварить. Пожалуй, ночь и правда будет долгой.

Глава 3. Лилу

Босые ноги несли меня вперед по слабо освещенному каменному коридору. Голубое свечение, исходящее от толстых корней, являлось единственным источником света. Только его недостойно чтобы в мельчайших подробностях разглядеть дорогу.

Честно говоря, даже не уверена, что коридор, по которому шла, являлся именно каменным. Кончиками пальцем я чувствую только гладкие стены, на которых нет ни единой выемки или же полоски. То, что под ногами, тоже было гладким и даже порой, казалось, скользким. Корни, располагались хаотичным образом наверху, порой спускаясь на пол.

Шла я, наверное, больше часа. Хотя порой мне казалось, что путь занимал не менее суток. Пару раз пыталась вести отсчет времени, но сбивалась, спотыкаясь о корни, которых даже при исходящим от них свечение, не замечала.

Внутри царила странная пустота и легкость. В какой-то момент сделала смелое признание самой себе. Я совершенно ничего не знала о том, кем являлась, а уж тем более по каким причинам сюда попала и зачем шла в неизвестном направлении. Единственное, что могла сказать наверняка – мне почему-то очень важно дойти до конца этого коридора. Там, чтобы меня не ждало, должна узнать важную истину, без которой не смогу дальше жить.

Не смогу жить без чего? Какие знания могут решить такой важный и ценный вопрос о существовании человека. Я же человек? А как должен выглядеть человек? Как должен ощущать себя человек? Могу ли я являться чем-то другим, неизвестным мне на данный момент?

Покачав отрицательно головой, остановилась, дабы перевести дух. По плечам рассыпались длинные локоны, неприятно щекоча озябшую кожу. Дышать становилось тяжеловато. Воздух спертый, порой даже кажется сырой с ароматом плесени и отходов жизнедеятельности. Хотя никого я не встретила, пока шла. Да и сама не ощущала позывов справить нужду. А если вообще подумать, есть мне не хотелось, как и пить.

При этом всем, мое тело болело от усталости и постоянного движения. Ноги так вообще казались деревянными и передвигались только по принуждению. Долго ли мне еще идти? Стоят ли того все эти старания?

Отдышавшись, двинулась дальше. Волосы неприятно щекотали спину, отчего я часто ежилась и поправляла их, перекидывая вперед. Жаль, что с собой нет ничего, чтобы их как-то подвязать. Одежда, не располагала такой роскоши, чтобы от нее оторвать кусочек для этих целей.

Медленно внутри начало зарождаться тревожное отчаяние. А что если я не доберусь до конца? Ступни уже отдавались жгучей болью от каждого шага. Порой казалось словно через них пропускали волны электрического тока. Воздух становился все менее пригодным для человека, аромат сильной затхлости преследовал меня последние шагов сто.

Желание остановиться, чтобы хотя бы немного отдохнуть, заполнило мое сознание настолько, что я не заметила, как споткнулась об очередной корень. Падение оказалось жестким, все тело пронзила тупая боль. Поднявшись в положение сидя, и думая о том, стоит ли мне продолжать движение вперед, пыталась рассмотреть ладони в слабом голубоватом освещении. Из небольших ссадин выступала алая жидкость, а область ранения отдавалась пульсирующей болью.

К горлу подступил ком, сопровождаемый сильными эмоциями обиды и разочарования. Что-то потекло по щекам. Вытерев кровоточащими ладонями лицо, зашипела от болезненных ощущений.

Зачем я вообще иду? Может стоит прекратить все это?

– Не останавливайся, – со слабым ветерком, что принес с собой свежий воздух, послышалось мне.

Невольно повернув голову в том направлении, заметила вдали голубое свечение. Такое же, как от корней, но оно было в разы сильнее и будто бы пульсировало. Увидев его, почувствовала сильный удар собственного сердца. По коже волной прошлись мурашки. Все это пробудило во мне какой-то скрытый запас энергии. Благодаря которому, сама не заметила, как оказалась на ногах, что понесли меня вперед.

Все болезненные ощущения пропали. Чем ближе я становилась к свечению, тем легче мне было дышать. Ноги медленно ускорялись и вот я перешла на бег, мастерски минуя все преграды в виде множества толстых корней. В груди появлялась легкость, что-то радостное и воодушевляющее ждало меня впереди.

Пробегая сквозь арку света, прикрыла глаза, чтобы не ослепнуть. Ноги остановились. Под ступнями было что-то прохладное и щекотное. В нос ударил аромат свежести, где-то поблизости журчала вода и кажется даже откуда-то сверху слышалось щебетание птиц.

Открыв глаза, не удержавшись громко ахнула, что заставило замолкнуть пернатых созданий. Подняв голову вверх, увидела дыры в потолке пещеры, откуда свисала массивная зелень, среди которой виднелись крепкие ветви деревьев. На меня смотрели разноцветные птицы, порода которых мне была незнакома. Казалось они готовы напасть на незваного гостя, но почему-то не делали этого.

Прошло несколько минут, пернатые обитатели этого места совершенно потеряли ко мне интерес, продолжив общение на своем причудливом языке.

Набрав чистый воздух полной грудью, опустила взгляд вниз. Вокруг меня простиралась небольшая поляна, полностью покрытая травой и различными цветами. Продолжая изучать окружение, заметила те самые толстые корни, что тянулись к странному кристалловидному дереву.

Сделав пару шагов к нему, ощутила на коже что-то необъяснимое. Словно невидимые руки гладили меня, подталкивая вперед, прямо к этому дереву. Только вот вокруг него находилось небольшое озеро, где, как мне показалось, что-то плавало.

Набравшись смелости, подошла ближе и посмотрела вниз. В воде ничего не оказалось, даже водорослей. Светло-зеленая жидкость и гладкое дно. Сглотнув, решила не торопиться погружаться в воду. Хоть меня и тянуло к дереву настолько сильно, словно именно оно должно решить все мои проблемы.

Еще немного осмотревшись, села на скопление корней, от которых исходила приятная пульсация и принялась осматривать ступни. Странно, мне казалось, что они должны быть покрыты толстой коркой засохшей крови и грязи. Но ничего, совершенно ничего не было. Да и ладони мои, оказались чистыми и целыми. Магия какая-то…

Снова взглянув на корни, заметила, как внутри них что-то двигалось. Встав, тут же опустилась на колени, чтобы как можно лучше рассмотреть это движение. Внутри была жидкость, она чем-то похожа на голубой изумруд.

В мыслях всплыло странное воспоминание, оно было таким далеким и нереалистичным, словно не принадлежало мне вовсе.

«Голубой изумруд уникален. Незадолго до катастрофы, погубившей старый мир, наши предки нашли некую пещеру. Там они смогли найти старые писания, где повторялось одно слово. Vagus – странник. Они так и не смогли выяснить, что это значило и к чему относилось. Через десять дней произошла катастрофа…»

В голове это пронеслось словно белый шум, от которого стало тошно. Покачав головой, поднялась на ноги и направилась к воде. Тревожное ощущение усилилось, будто бы там меня может ожидать что-то неприятное.

Беглым взглядом осматривая толщу воды уже десятый раз, все больше убеждалась в том, что там ничего нет кроме корней и самой жидкости. Никакой опасности нет. Только, почему мне так тяжело и боязно на душе?

Глубоко вздохнув, обхватив себя руками, посмотрела на древо. Кристалловидное дерево внушало восторг и спокойствие, от него исходила слабая пульсация, что прогнала тревогу из моего сознания. Голубоватые ветви, выходящие из кристального тела, тянулись вверх, прямо к дырам вверху, откуда слабо светило солнце. На них виднелись обычного вида листья, что правда также голубого оттенка. Еще большее внимательно рассматривая все древо, мне приходило на ум, что оно живое, и слабо заметное мерцание в его теле, это не отблески на свету.

Может ли быть такое, что внутри этого создания, также, как и в его корнях, передвигалась своеобразная кровь? Просто она отличалась от человеческой или же любой другой.

Сделав шаг вперед, опустила ногу в прохладную жидкость, что ледяной хваткой окутала мою лодыжку. Коснувшись гладкого дна, поморщилась от волны неприятных мурашек, что застыли на коже. Проделав это же со второй ногой, медленно начала двигаться вперед.

Чем дальше я шла, тем глубже становилось. Холодные прикосновения достигли колен, намочив ткань, что была на мне. Ненадолго остановившись, впервые решила осмотреть себя. Темное и очень тонкое платье, слабо скрывало тело. Под ним ничего не было, да и похож этот наряд больше на ночной пеньюар. Почему я в таком виде оказалась непонятно где?

Сглотнув, продолжила двигаться вперед, стараясь контролировать равновесие. Падать в ледяную воду совершенно не хотелось, хоть и от постепенного погружения удовольствия было маловато.

Когда ледяные прикосновения достигли груди, в очередной раз поморщилась, ощутив, как неприятно затвердели соски. Телу не нравились холодные объятья, хотелось поскорее выбраться отсюда и погреться на солнышке, что приятно согревало затылок.

Древо становилось все ближе, а мое тело уже почти полностью ушло под воду. Блондинистые локоны держались на поверхности воды, пока меня обнимало ледяное нечто. Гладкое дно перестало ощущаться под ногами, из-за чего мне пришлось плыть вперед, борясь с нарастающим страхом и тревогой.

Я почти доплыла до древа. От него исходило приятное тепло, в которое хотелось укутаться с ног до головы. Оно ощущалось не физически, а скорее чем-то внутренним, ментальным. Словно это было биение сердца, такое ровное, живое, теплое, родное…

Что-то схватило меня за лодыжку. Изо рта вырвался громкий вскрик, что эхом разнесся по пещере. Рука потянулась к кристальному телу дерева, в попытке спастись.

Нечто начало тянуть вниз, схватив вторую ногу.

Кончиками пальцев я коснулась гладкой поверхности. Мое тело наполнилось теплом, а мир вокруг будто бы остановился. Я застыла, нечто сжимало мои лодыжки ледяными прикосновениями, но не тянуло вниз. Легкие не требовали кислорода. В это мгновение все мои ощущения были нацелены на тепло, окутывающее подушечки пальцев.

– Приняв свою настоящую натуру, ты сможешь укротить свой дух и понять истинную природу своей силы, – внезапно раздался мягкий, можно сказать бархатный голос, похожий на мужской. Он исходил отовсюду, и ниоткуда одновременно. – Не бойся правды, какой бы горькой или болезненной она не была. Приняв ее, ты сможешь отпустить былое и откроешь путь в будущее.

Голос исчез также внезапно, как и появился. Вместе с этим все вокруг снова ожило, а меня утащило под воду. Я тщетно пыталась вырваться, всплыть. Только оно еще больше сковывало невидимым нечто меня, лишив возможности двигаться. Легкие с болью требовали кислород, пока тело быстро уходило на дно.

Темнота медленно поглощала меня, вместе с ней пропадала и боль. Выпустив последний кислород, что пузырьками направился вверх, приняла свою неминуемую участь.

Внезапно все вокруг залилось голубым свечением.

Глава 4. Трой

Подумать только, кофе должно бодрить.

Так почему, после трех чашек горького напитка, я все еще хочу спать?

Каждый раз, пытаясь, сфокусировать взгляд на Айлин, ловил себя на том, как закрываю глаза, проваливаясь в столь желанный сон. Девушки, сидевшие напротив, совершенно не обращали внимания на мою тщетную борьбу с невидимым врагом, в виде усталости. Предположу, они слишком увлечены обсуждением произошедшего. Неудивительно, Айлин до сих пор не в курсе произошедшего с нами.

Честное слово, я перестал даже пытаться слушать их диалог после первого глотка кофе. Не думаю, что услышу что-то новое, а слушать еще раз… Черт, я ведь так скоро сойду с ума от этого дерьма вокруг.

Живот издал урчащий звук. Сейчас он был полон жидкости, в которой плавал небольшой кусочек пирожка, что я успел проглотить. Правда в момент, когда тот оказался в моем рту и я, ощутив вкус тушеной капусты, чуть не выплюнул его обратно. Каких же усилий мне стоило проглотить этот отвратительный кусок еды. Кажется, до сих пор привкус капусты гулял по моему языку, как надоедливая муха в жаркий. Тошнотворные позывы все накатывали на меня, до чего же я ненавижу тушеную капусту.

Говорить Айлин, что она выбрала самый ненавистный мной пирожок, мне не хотелось. Все же еда сейчас на менее важном месте, в рейтинге моих желаний. Я хочу спать, очень и очень сильно. А кофе… оно как будто бы сделало только хуже. Конечно напиток наполнил желудок и устранил сразу две потребности: жажду и голод. Безусловно через некоторое время мне неистово захочется в туалет, но это будет потом. Сейчас все, о чем могу думать – сон, крепкий и освежающий от усталости.

– Ты почему не ешь? – смотря на тарелку с надкусанным пирожком, спросила Айлин.

– Не люблю тушеную капусту, – зевнув сказал, ощущая резкий позыв лечь прямо на стол, наплевав на пирожок и напитки девушек. Эта белоснежная круглая столешница, с темными крапинками, казалась такой мягкой и уютной.

– Прости, я не знала. Почему ты сразу не сказал?

– Не хотел тебя тревожить по пустякам, – пожав плечами, произнес я, не удержав очередной зевок, после которого громко щелкнула челюсть.

– Но это не пустяк, Трой! – запротестовала Айлин, нахмурив темные брови. Ее губы сжались в сплошную линию, отчего родинка под ними стала еще более заметной. – Ты голодный и это плохо отразится на твоем желудке, особенно учитывая сколько ты выпил кофе.

– Поплачу об этом потом, – рефлекторно закатив глаза, сказал я. Она сейчас вела себя прямо как Макс.

Длинный частенько брался за контроль моего питание. Особенно когда у меня не было времени не то, чтобы поесть, но и поспать больше двух часов. Я просто жил от энергетика до кофе и наоборот, пытаясь закончить с работой. Правда кофе и сигареты, самые худшие помощники в такие периоды.

И все же забота со стороны девушки была довольно неожиданной. Хотя, может дело в том, что я никак не могу привыкнуть к нашим… адекватным взаимодействиям. А ведь говорят еще: «К хорошему быстро привыкаешь». Ага, черта с два! Я настолько привык к плохому, что хорошее для меня это как что-то подозрительное и нереалистичное.

– Трой! – воскликнула Айлин, пристально смотря на меня темно-карими глазами.

– Айлин! – в ответ громко сказал я, вложив в ее имя слишком много эмоций, по сути простонав его. Звучало это слишком, признаю, сексуально. Сам не ожидал, что так выйдет, отчего даже немного взбодрился.

На щеках девушки появился легкий румянец, а рядом сидевшая Луна, прикрыв рот ладонью, тихо смеялась. Хотя, судя по слезам, бегущим по ее лицу, она умирала с нас, если так можно выразиться.

– Боже, – утирая слезы, простонала она. – Айлин, а он и правда, как острые крылышки, – произнеся это, Луна продолжала посмеиваться. Поймав на себе мой уставший взгляд, девушка начала смеяться еще больше. В ее глазах мелькали странные огоньки, похоже со стороны наши пререкания выглядели очень забавно.

– Луна… – шикнула на нее Айлин, медленно покрываясь более ярким стыдливым румянцем.

– Молчу-Молчу, – сипя от смеха, произнесла рыжеволосая, пытаясь отдышаться.

– Так вот кому ты… – вспомнив имя, которое прокричал Рыцарь, начал. На что Айлин громко шикнула, а я лишь довольно улыбнулся и посмотрел на Луну. – И как часто она тебе про меня говорила?

– Ты себе даже не представляешь, насколько часто это было, – ухмыльнувшись, произнесла она.

– Оу, вот тут можно поподробнее, – отодвинув тарелку в сторону, начал я. Упершись локтями о столешницу, подперев кулаками голову и тепло улыбнувшись, продолжил: – Были ли еще какие-то интересные сравнения, связанные с ее пристрастиями в еде?

– Надо подумать… порой под алкогольным угаром она говорит не совсем понятные вещи, – задумавшись, произнесла Луна. В ее зелено-карих глазах появился озорной огонек.

– Эй, суицидники, я вообще-то здесь! – ошарашено воскликнула Айлин, на что мы с рыжеволосой синхронно засмеялись. – Боже, неужто спелись… – пробормотала она себе под нос, отпивая кофе из своего стаканчика.

– С твоим, будущим парнем, мне надо бы дружить, – подмигнув мне, сказала Луна. Настала моя очередь покрываться краской, даже уши потеплели от такого неожиданного заявления.

– Я… Мы… Луна… Я смотрю ты совсем отживела, да? – ошарашено спросила Айлин.

– А ты бы хотела, чтобы я вечно была амебой? Спешу тебя расстроить, перчинка моей души, я от тебя не отделаюсь, – подмигнув, произнесла рыжеволосая, удивляя меня. Неужто и правда, как полегчало, расслабилась и начала открываться с новой стороны?

– Какая милота, – вырвалось из меня. Айлин перевела на меня недовольный взгляд. Поспешив перевести тему в другое русло, спросил: – Есть ли у вас тут место, где я могу подремать в ожидании Весты?

– Думаю мама не будет против, если ты поспишь в ее кабинете, – спокойно сказала Луна, в то время как в моих ушах появился звон от ее слов.

– Мама? – ошарашено спросил, внимательно смотря на девушку. Внешнего сходства между ней и Вестой нет, да и по возрасту… Хотя я же так и не нашел сколько лет этой женщине, не удивлюсь если ей около сорока пяти. Но даже при этом, Луне примерно ровесница своей подруги.

– Упси, слишком рано, да? – уточнила она у Айлин, а та в ответ закатив глаза, неуверенно покачала головой. – Если коротко, то история, следующая… Веста спасла меня, забрав при этом от родителей. Это была вынужденная мера, иначе бы Инга Орейро не прекратила бы мои поиски. Я называю ее мамой, потому что чувствую к ней большую привязанность. Она все эти годы воспитывала и растила меня как родную. В общем, я ни в чем не нуждалась все эти годы, а Веста помогла мне вырасти, вроде как, хорошим человеком…

– Ясненько… Так где я могу поспать? – ощутив тупую боль в висках, спросил. Вдаваться в такие подробности сейчас не хотелось вовсе. Слишком много информации для одного дня, я уже не выдерживаю.

– Пойдем, я отведу тебя в кабинет Весты. Там поспишь до момента как она освободиться, и вы продолжите… на чем остановились, – слегка замявшись, сказала Айлин.

Девушка поднялась с места, внимательно посмотрев на меня. Луна даже не шелохнулась, продолжая пить свой напиток и рассматривая окружающих. Помимо нас в огромной столовой было несколько компаний ученых. Хотя учитывая, что в этом здании еще находилось больничное крыло, то это могли быть и медики. Все они говорили о чем-то своем, совершенно не обращая на нас внимания.

– До встречи, Трой, – когда я оказался на ногах, произнесла рыжеволосая, тепло улыбнувшись правой частью губ, так и не посмотрев на меня.

Черт, забавно. Но даже несмотря на то, что девушка на меня не посмотрела, от ее слов на душе стало немного легче. Словно в этом скрывалось нечто большее, оптимистичное что ли. Хотя, может все это как раз-таки было в ее теплом и добром взгляде, которым она наградила меня на доли секунды. Такое ощущение, что наша встреча в подворотне перед произошедшем, была несколько месяцев назад и мы уже стали хорошими знакомыми, может даже друзьями. Удивительно, даже такое бывает… Хотя в таком-то мире, боюсь, возможно все.

– До встречи, – тихо бросил я, направившись за Айлин, которая устремилась к выходу.

Шли мы молча. Девушка даже не оборачивалась, знала, а может даже чувствовала, что иду за ней. Пока мы шли, смог впервые за этот безумный день оценить ее внешний вид. Почему-то мне показалось, что Айлин сорвалась из дома и нацепила на себя первые попавшиеся вещи, хотя и они сидели на ней превосходно. Темные спортивные штаны, такого же оттенка обувь по погоде и объемная рубашка синего оттенка, скрывающая все почти до самых колен. Черные волосы были завязаны в небрежный пучок, откуда выбивались непослушные волосинки.

Остановившись у лифта, она бросила на меня хмурый взгляд. Удивительно, на ее лице не было косметики, и я только сейчас это понял. Хотя на губах что-то блестело, похоже блеск девушка все же нанесла. Интересно, он все так же с клубничным вкусом?

Покачав головой, отвел взгляд в сторону, рассматривая странную минималистичную картину недалеко от нас. Как я раньше не заметил, что Айлин выглядела сегодня… по-домашнему? Да, похоже произошедшие события лишили меня важной и характерной черты – замечать мелкие нюансы.

Эта черта помогала мне со школьных времен, особенно в переулках, где частенько угрожали зарезать, требуя деньги. Когда человек врал, его выдавала мимика и еле заметные движения. Став старше, начал это использовать в работе. Порой некоторые клиенты любили притворяться влиятельными людьми, каковыми на деле не являлись. Раскусить их было легче простого. Они всегда начинали придумывать ложь, когда я спрашивал о несуществующем члене совета. Да и влиятельные люди предпочитали назначать встречи заранее, хотя и такие порой бывали притворщиками.

– Что такое? – поинтересовалась Айлин.

Прозрачные двери лифта разъехались, приглашая нас войти.

– Ты красивая, – не подумав произнес, когда мы оказались «заперты» от внешнего мира в маленьком лифте.

– Ты головой не ударялся случайно? – протянув свою руку к мои волосам, спросила Айлин.

Выглядело это слегка комично. Наша разница в росте мне нравилась, что нельзя было сказать об Айлин. Она слегка поморщила нос, когда я нагнулся вперед, подставляя свою голову под ее руку. Губы сжались, хотя по глазам видно, как ей хотелось улыбнуться.

Подобное нелепое взаимодействие заземлило меня, напоминая о реальности событий. Переживания о Лилу и Хёну тревогой отдавались в душе, при этом мне хотелось этой спокойности, которую сейчас ощущал рядом с Айлин. Да и чего греха таить, рядом с ее подругой тоже достаточно комфортно. Может быть если не обстоятельства нашего знакомства, то мои первые впечатления были бы иными.

– Вроде шишек нет, – аккуратно ощупав мою голову, произнесла она, сделав шаг назад.

Двери лифта разъехались в разные стороны, выпуская нас в пустой коридор. Приглушенный свет ламп напоминал о наступающей ночи. До сих пор в голове не укладывалось, что на двое все еще был октябрь. Казалось близок рассвет первого ноября, который станет для меня очередной странной датой в календаре.

– Ну так что… моя будущая девушка, – краснея как помидор, произнес я.

– Тебе хочется, чтобы это было правдой? – слегка озадаченно спросила Айлин, выйдя из лифта.

– Честно, не знаю, – сказал я, последовав за ней и убрав руки в карманы.

Чего мне на самом деле хотелось, по отношению к Айлин, пока еще не знал. Все как-то слишком быстро и странно. Не будет ли ошибкой решение начать отношения? Нечто подобное я уже сделал, когда ответил на поцелуй Наны не имея чувств. Она плакала, скучая по моему брату. Часто говорила, как я на него похож, а потом поцеловала. Все что было после, мне не нравилось… Мне не хотелось притворяться Питером, но и Нану расстраивать не мог. Переступив через свои принципы начал медленно катиться на дно, сея ложь в умах близких. В конечном итоге я начал врать самому себе, придумав, что сам использую девушку. Обвинять Нану мне не хочется, мы оба погрязли в этой лжи. Ответственность за все поступки поровну до сих пор лежит на наших плечах. Не хочу впредь использовать других… Как и позволять другим использовать себя, тоже больше не позволю.

– Сейчас… – Айлин остановилась и повернулась в мою сторону. А я, не рассчитывая на это, случайно налетел на нее.

Девушка начала терять равновесие, неуклюже хватаясь руками за воздух. Очень медленно среагировав, а все из-за чертовой сонливости, поймал Айлин почти у самого пола. Думаю, ее голова точно не была бы рада соприкосновению с блестящим белоснежным кафелем. Приподняв ее, смотря прямо в глаза, чувствовал, как Айлин сжимала край моей одежды. От ее тела исходило приятное тепло, а на ее щеках появился милый румянец. С первой нашей встречи я быстро понял, что у нее слегка косит левый глаз. А изучив информацию, узнал: в четырнадцать ее сбила машина в дождливую погоду, после чего у нее осталось вот такое напоминание о том времени.

– Не время, – закончил за нее я, позволив себе осмотреть лицо Айлин вблизи. Почему же она такая красивая? Это вообще законно?

– Да, – начала она, в то время, как я окончательно поднялся, помогая ей встать на ноги. – Думаю, нам стоит вернуться к этому разговору, после того как ситуация станет… легче, – окончательно оказавшись на твердой земле, произнесла девушка.

– Как бы не пришлось нам этого ждать слишком долго, – с грустью прошептал я, смотря на ее губы и борясь с желанием ощутить вкус клубники в своем рту.

– Ты хотел спать, – шепотом напомнила она, опалив горячим дыханием мою шею.

– Да, пойдем, – сглотнув, сказал я, наслаждаясь мурашками на коже.

Девушка отстранилась и направилась дальше по коридору. Покачав головой, двинулся за ней. Через пару минут мы оказались в достаточно просторном помещении. Именно так я и представлял кабинет Весты Вада. Минимализм, белые и черные оттенки, большие окна и много книг. В углу, около двери располагался шикарный темный диван, на котором лежала подушка и одеяло. Словно кто-то заранее знал… Хотя, чего я удивляюсь? У Весты полно скелетов в шкафу и предугадать подобное, лишь мелочь по сравнению с остальным. Правда и с необходимостью помощи Луны, она слишком уж угадала… Ладно, не важно. Сейчас не важно.

Айлин оставила меня одного, ничего больше не сказав. Сняв с себя обувь, мысленно поблагодарил Нессу. Она заставила меня надеть новые носки, хотя я хотел остаться в старых. Сняв куртку, положил ее на подлокотник и лег на диван.

Как только моя голова коснулась подушки, тело наполнилось безумной усталостью. Сознание медленно начало погружаться в темноту. Расслабившись, позволил разуму очиститься, стараясь забыть обо всем… хотя бы на пару часов.

Глава 5. Хёну

Холодное лезвие коснулось кожи, совсем недалеко от уже затянувшихся рубцов, служившими болезненным напоминанием о былой слабости. Сейчас же они были простыми отметинами на теле.

Почему я снова пришел к этому безумию? Почему сидел в ванной комнате, дрожа всем телом, прикладывая к руке кухонный нож? Как, и что самое главное, почему, я тут оказался?

Последнее, что четко помнил: темный коридор, кровь из носа, холодная ванная и сообщение от Троя. Дальше пустота, сводящая с ума паника и необдуманные поступки. Кажется, я переоделся, не помню… Неужели я и правда сошел с ума?

А как еще можно описать костлявые руки родителей, тянущиеся ко мне из темноты? Как можно описать ощущение горящих дыр на коже, куда смотрели они, своими пустыми глазницами? Как можно описать тяжесть внутри, что придавливала к полу?

Рассудок помутился от боли и страха. Все что произошло с Лилу, моя вина. Я слишком расслабился, вовремя не заметил появление настоящего Андрея и это привело к ужасному. Трой просил меня ждать, со мной должны связаться. Только… Только дыра, зияющая в груди, не становилась меньше. Боль распространялась по телу, от самого эпицентра, где как мне казалось жила душа. Это по-настоящему сводило с ума.

Сглотнув, ощутил нечто странное, не похожее на режущую боль, знакомую мне многие годы. Опустив взгляд на руку, увидел одинокую струйку крови, стекающую по бледной коже вниз. Как это произошло? Может ли этому быть виной дрожь, овладевшая моим телом? Может я вовсе перестал контролировать себя и опять, бессознательно, сделал то чего не хотел?

Внутри медленно исчезало все, оставляя после себя пульсирующую пустоту. Словно на рану попал лимонный сок. Как такое вообще возможно? Минуты ранее в моей груди бушевал болезненный ураган, разъедая все изнутри, состоящим из обжигающей кислоты. Сейчас же, все медленно успокаивалось и наступала полнейшая апатия, лишая меня всех ощущений. Даже слабая боль в руке вовсе сошла на нет, словно и не было никакого пореза.

До ушей донесся характерный звук из прихожей. Кто-то вбил код и зашел внутрь, разнося по квартире суетливый шум. Этот гость, что-то или кого-то искал. Где-то в глубине души появилась маленькая надежда, что это была она. Правда вот в голове всплыло воспоминание: я стоял на кухне, руки до боли впились в мобильный, где набирал какой-то текст для Лиама. После сжал нож и…

– Хёну, – дрогнувшим голосом начал друг. Посмотрев на него, заметил бледность и страх. Его яркие глаза смотрели на лезвие в моих руках, челюсть напряглась, а кадык вздрогнул. – Хёну, убери нож и успокойся, прошу! – настойчиво попросил Лиам.

После его слов я словно потерял сознание, оказавшись в туманной пелене. Очнулся лишь тогда, когда почувствовал тепло другого человека, прижимающего меня к себе. Похоже он использовал на мне свои способности. Видимо картина со стороны оказалась слишком пугающей, что потребовались подобные меры.

– Я в порядке, – хрипло сказал, ощущая твердый ком в горле, мешающий не только говорить, но и дышать.

Друг отстранился от меня, сев рядом. Из его носа шла крови, а сам парень стал бледнее. Он бросил испуганный взгляд в сторону ножа, что теперь лежал наделено от дверного проема. При этом достаточно далеко от меня.

В помещении повисла неловкая тишина. Никто из нас не знал с чего начать, а ситуация казалась слишком странной. Мне не хотелось придумывать никаких баек, как-то оправдывая подобное происшествие. Тем более Лиам в курсе многих моих проблем. Уверен, он понял, что ситуация достаточно серьезная, раз все пришло к этому.

Сглотнув, ощутил боль в груди. Чувства медленно возвращались ко мне. Это одновременно радовало и пугало. Не хотелось снова оказываться на дне, где единственным, якобы, выходом являлось причинение самому себе физического вреда. Я не хотел подобного исхода.

Стыд перед самим собой, заставил притянуть колени к себе, в попытке закрыться. Как я мог после всего снова вернуться к этому? Я же обещал Лилу, что подобного не повторится. Неужели настолько слаб? Неужели терапия ничуть не помогла?

– Хёну, прости, – голос друга стал тихим. Посмотрев на него, увидел вину и сожаление в янтарных глазах. – Я не хотел…

– Иам, – оборвал его я. Неужто он сейчас пытался извиниться за применение силы? Только вот, что сказать ему на подобное, сам так и не понял. В конечном итоге просто покачал головой, в попытках привести мысли в порядок, что совершенно не вышло.

– Почему? – только и спросил тот, отведя взгляд в сторону.

– Мне сейчас очень больно. Произошло нечто ужасное и… – тяжело вздохнув, посмотрел на ладони, что подрагивая лежали на коленях. – Я виню себя в произошедшем. Хотя, честно говоря не знаю, насколько виноват во всей этой ситуации. Мне больно, потому что не знаю где сейчас Лилу… В порядке ли она…

– Что-то случилось с Лилу? – испуганно спросил Лиам.

– Это тяжело объяснить, без… без всей правды, – может быть потом я пожалею об этом решении. Но сейчас мне как воздух необходим был друг, который будет в курсе событий и сможет удержать меня от ошибок. Отчасти рад, что сейчас рядом со мной был именно Иам. Степан боюсь не понял бы, да и зная своего друга, он не смог бы стать необходимой опорой. Наоборот, начал бы суетиться и наводить панику, с чем я и сам сейчас справлюсь без проблем.

Поднявшись с холодного пола, молча вышел из ванной. Мне не нужно оборачиваться, чтобы узнать, идет ли за мной друг. Более чем уверен, что сейчас на его лице отражалась озадаченность, а янтарные глаза следили за каждым моим движением.

– Для начала я дам тебе кое-что послушать, после чего расскажу свою правду и отвечу на твои вопросы, если они будут. Это может напугать, причем очень сильно, но… Но у меня попросту нет выбора и желания врать, – сглотнув, произнес я, подойдя к рабочему столу. Лиам молчал. Обернувшись заметил, как он неуверенно кивнул, прислонившись спиной к стене. – Только… не делай поспешных выводов, пока я все не объясню, – последнее, что сказал я, нажимая на воспроизведение записи.

Отойдя в сторону, я устроился на полу, наблюдая за другом. Его плечи напряглись, как только Иам услышал голос отца. Он пристально смотрел на экран, словно там отражалось нечто важное. Парень не двигался, даже дышать почти перестал. Его внимание полностью поглотил диалог между Ингой и представителями совета.

Услышав собственное имя, Лиам шумно вздохнул, будто бы не ожидал подобного. До самого конца он пристально смотрел в сторону монитора. Когда запись закончилась, он медленно осел на пол, смотря прямо перед собой, а на лице застыла шокированная маска.

– Что случилось с Лилу? – спустя пару минут, спросил Лиам, не смотря на меня.

– Ее застигли врасплох… – дрожащим и хриплым голосом, начал я. – Она оказалась на крыше и…

– Хёну… она…

– Жива… Я не знаю кто и как… Но подозреваю это такой же человек… со способностями, – я посмотрел на друга, а тот услышав последнее слово, вздрогнул. – Как ты и Лилу.

– Что?

Не был готов я сейчас к подобному диалогу. Да и вообще навряд ли был бы готов. Внутри зияла болезненная дыра, что, пульсируя разгоняла по телу неприятный холод. Горло, как и глаза, жгло. Хотелось закричать, что есть мочи, выпустив всю боль наружу. Правда это навряд ли поможет.

Тяжело вздохнув, начал рассказывать свою историю. Он слушал внимательно, не перебивая, да даже дышать старался как можно тише. Лишь его янтарные глаза, словно две яркие звезды на небосводе, смотрели на меня с пониманием и болью.

Заканчивая рассказ на моменте с падением Лу, ощутил, как на глазах выступили слезы. Даже мысль о том, что она жива, не спасала от отчаяния и боли, что с новой силой захватывали мой разум.

– Трой прислал мне сообщение, – достав из кармана мобильный, пробормотал я. Горло саднило, щеки щипало от влаги, а в груди настолько сильно жгло, что уже было невыносимо существовать в этом мире. Экран мобильного оказался похож на причудливую паутину из разбитого стекла. Похоже я умудрился уронить его еще пару раз.

Лиам поднялся на ноги и быстро оказался около меня. Он аккуратно забрал из моих рук мобильный, где я уже открыл переписку с Троем. В горле появился ком, а на глазах опять выступили слезы. Пока он читал сообщение, я смотрел в темноту, тщетно пытаясь взять себя в руки.

Тяжело. Очень тяжело сейчас быть сильным. Я совершенно не осознал до конца произошедшее и не знал, как мне дальше быть. Самое главное сейчас, не дать себе опять наделать глупостей. Мне не хотелось снова грызть себя за ошибки, что сам же и совершил. Может быть моя вина не так сильна, как мне казалось. Но она все же есть. Я не остановил Лилу, не уберег от опасности и не смог спасти. Лишь одной удачей она спаслась.

Если ее спасение дело чьих-то рук, я буду благодарен этому человеку до конца своих дней. Он или она, не важно, спас мою ВиЛу. Только вот не знаю, что с ней сейчас, как она и не испытывает ли боли. Как написал Трой, в нее выстрелили и в дротике нашли остатки нулевой версии. Страшно чем это может обернуться для Лу. Главное, чтобы это не была агония, выход из которой только смерть.

– Она жива и, если верить Трою, в надежных руках. Это сейчас самое главное, – положив мобильный на пол между нами, устало произнес Лиам. – Я не до конца понимаю все произошедшее, поэтому ничего сейчас говорить не буду. Просто… – он тяжело вздохнул, смотря вперед. – Я не был уверен, что правда рассказал Лилу о своей силе. Думал это, был сон после пьяного угара… Сила всегда для меня была чем-то странным и опасным. С двенадцати лет я считал себя монстром, что неправильным словом мог заставить другого сделать все что угодно. Отчасти мне сейчас стало легче от мысли, что я не один такой. Но с другой стороны, это означает… мои силы… побочное действие препарата, благодаря которому все еще жив.

– Только не у всех, кто жив благодаря Vestra, есть способности.

– Значит дело в той самой нулевой версии, о которой ты говорил? Только как она попала в мой организм? Сомневаюсь, что подобное допустили бы родители. Особенно учитывая то как от… Жан защищал меня. Тогда как? – озадаченно спросил парень, посмотрев на меня.

– Вариантов не так много… да и все сводятся к Инге.

– Тогда, получается… Жан не просто так пытается уберечь меня и Хлою от нее, – задумчиво произнес друг.

– Думаешь, твой отец… – я запнулся. К сожалению, мой мозг не мог усвоить тот факт, что этого человека стоит просто называть по имени и не связывать его родственными связями с Иамом.

– Думаю мой отец может что-то знать… и это возможно как-то связано с моим усыновлением, – уверенно произнес друг, пройдясь рукой по волосам.

– Как думаешь у Хлои есть способности? – спросил я, прекрасно зная, что у нее они точно есть. В тот день, в клубе, она не просто так повела меня к Лилу. Только по всей видимости, что Лиам, что Хлоя не делились друг с другом подобным.

Видимо силы их настолько сильно пугали.

В ответ Иам неуверенно покачал головой. Наступила тишина, нарушать которую совершенно не хотелось. Рядом с другом было немногим легче. В груди конечно жгло, только теперь у меня был человек, что мог выслушать меня. Конечно вся эта информация как лавина накрыла Лиама, и это расстраивало меня. Правда с этим всем никак иначе. Более аккуратно и безболезненно такое преподнести просто невозможно.

– Думаю нам не помешает выпить, – поднявшись на ноги, сказал Лиам. Он направился в кухню, прекрасно зная, где находилась бутылка виски, которую мне сам и подарил.

– Не думаю, что это лучший вариант, – нехотя поднявшись на ватные ноги, пробормотал, направившись за ним.

– Я не предлагаю тебе напиться до беспамятства, – разливая жидкость по стаканам, произнес Лиам. – Просто выпей и иди спать. Сон тебе, как и мне, сейчас не повредит, – он поставил передо мной наполовину полный стакан.

– А ты что будешь делать? Пойдешь к себе?

– Я лягу на диване, а после гостей уже решим, что будем делать дальше. Тем более нам с тобой все равно придется обсудить все еще очень много раз, – взяв свой стакан, Лиам поднял его и опустошил содержимое одним глотком. Меня пугала такая любовь друга к спиртному. Правда в таких обстоятельствах ничего удивительного. Парень сам находился не в лучших жизненных обстоятельствах, а тут я еще…

– Слишком ты спокойно все это воспринял, – пробубнил я, поднеся ко рту стакан. От одного запаха, исходящего от напитка, ощутил легкое головокружение. Недолго думая, влил в себя жидкость, тут же поморщившись от неприятного привкуса. Алкоголь начал путь к желудку, опаляя все на своем пути.

– Просто ты не слышал мой внутренний крик, по мере твоего рассказа, – слегка усмехнувшись, сказал Лиам, поставив пустой стакан рядом с открытой бутылкой. – Я в откровенном шоке от всей информации, которую услышал. Внутри у меня бушует ураган из вопросов, страхов и неверия. Только сейчас не время для долгих бесед или же алкогольного трипа. А мне сейчас очень хочется напиться до невменяемого состояния… – его кадык дрогнул, а руки быстро закрыли бутылку, убирая ее в верхний шкафчик. – Но тебе сейчас нужен друг, а не депрессивный алкаш с комплексом неполноценности.

– Ты прав, – посмотрев на свою руку, где был порез, произнес я. Только сейчас до меня дошло, что был я в футболке и Лиам прекрасно видел все мои шрамы. – Я не хотел себя резать, – вдруг произнес я, не отводя взгляда от раны покрытой свежей коркой. – Все было как в тумане, а потом я очнулся и…

– Не надо, Хёну. Я все понимаю и никогда не буду осуждать тебя. Иди спать, я разбужу тебя если будет такая необходимость, – тихо сказал Лиам.

– Спасибо, что… рядом.

– Для этого и нужны друзья, чтобы быть рядом, особенно в такие дерьмовые моменты.

Глава 6. Трой

1 ноября, 2276 года

Тело неожиданно вздрогнуло, словно от судороги, вырывая сознание из сладостного сна. Распахнув глаза, осмотрел темное помещение, до конца, не осознавая где и почему находился. Только когда мой взгляд коснулся стройной фигуры недалеко от окна, ко мне вернулось понимание происходящего.

Резко сев, почувствовал слабое головокружение и головную боль, отчего невольно выругался. Фигура у окна обернулась, посмотрев на меня яркими, словно два маленьких солнца, глазами.

– Почему вы меня не разбудили? – обуваясь, спросил я, также попытавшись поправить непослушные волосы, вероятно похожие сейчас на гнездо.

– Вы так сладко спали, Трой, – с ноткой усталости, произнесла женщина, щелкнув выключателем.

Помещение озарил теплый свет, исходящий от настольной лампы. Благодаря этому я заметил, Веста Вада сменила белый халат на вязаный кардиган светлого оттенка. После, зацепив стул на колесиках, направилась ко мне. Это действие заставило напрячься, накинув на плечи куртку. По всем ощущениям казалось, что я сейчас больше был похож на пропитого бомжа. Хотя если быть честным, ощущал себя именно так на данный момент.

Чем ближе Веста становилась, тем больше я замечал признаки усталости и бессонной ночи на ее лице. Хотелось включить мобильный, чтобы посмотреть время. Только вот после отправки сообщения Хёну, телефон я выключил, чтобы тот перестал нервировать постоянными звонками от Нессы и Макса. Быстро оглядев помещение, также не заметил часов.

– Через час должен начаться рассвет, – спокойно произнесла женщина, остановив стул недалеко от меня. Сев на него, Веста расслабленно оперлась о спинку. По ее лицу, как и телу, стало заметно, это дало ей возможность хоть немного расслабиться. – Как вам спалось, Трой? – словно вообще ничего не произошло, поинтересовалась она.

– Очень мило с вашей стороны, Веста Вада, что вы спросили… Но… – сглотнув, опустил взгляд на руки, что лежали на коленях и слегка подрагивали. Мне хотелось сразу приступить к делу, избежав эти светские беседы, которые женщина явно любила. Неудивительно, всю жизнь крутившись в высоких кругах, такие беседы становились привычными, хоть и надоедливыми. – Скажите, что с Лилу?

– Вы, как всегда, нетерпеливы, Трой, – произнесла она. Подняв на нее взгляд, заметил слабую улыбку, что, скрываясь во мраке помещения, немного пугала. Меня уже не удивляла ее осведомленность почти во всех вопросах и нюансах моей жизни. Честно, я даже не удивлюсь если она в курсе о том, как и в каких позах я спал с Наной. Или же с теми дамами, что предлагали мне быстрый перепихон в клубах, куда меня затаскивали друзья. – Нам удалось стабилизировать состояние Лилу. Опасность миновала, – после этих слов из меня, неожиданно, вырвался стон облегчения. – Правда она до сих пор находится в коматозном состоянии. Теперь все зависит от ее желания жить.

– Как это?

– Порой наше желание продолжать борьбу и жить, сильнее подобных состояний, – грустно улыбнувшись, произнесла Веста. – Лилу испытала сильнейшую боль, которую можно сравнить с агонией перед смертью. По крайней мере, так порой говорят, когда тяжело больной уходил из жизни. С Лилу же все иначе, – женщина положила ладони на колени, а ее светлые глаза смотрели в сторону. – Хоть она и испытала, не побоюсь этого слова, безумную боль, которую мало кто сможет вынести, ее организм не сдался. Когда мы оказали первую помощь, ей стало легче, тело перестало изменяться и вернулось к своему настоящему…

– Изменяться? То есть то, что было с ней, это… ее способности? Такая была реакция на тот препарат, попавший в нее через дротик?

– Верно. Это была защитная реакция организма, чтобы как можно быстрее устранить опасность. Не знаю, смогла бы Лилу справиться без нашей помощи, но боюсь тогда последствия были бы… пугающими.

– Вы имеете в виду, что Лилу стало бы в разы хуже? – откинувшись на спинку дивана, спросил я. В груди появилось неприятное сосущее чувство вины. Если бы не эта чертова флешка…

– Тяжело даже предположить, насколько хуже стало бы Лилу. Благо мы смогли ей оказать помощь и сейчас остается ждать, когда она очнется, – спокойно произнесла Веста. Честно, я завидовал ее спокойствию и выдержке. Мне бы сейчас очень хотелось быть таким же, а не ощущать, как в груди горело от тревоги и вины. Хотя может быть внутри Веста ощущала себя иначе, нежели транслировала снаружи. – Безусловно могут быть непредвиденные последствия, даже после нашего вмешательства. Мне до конца неизвестно, что именно происходило с организмом Лилу все эти годы. Почему он дал такой сильный сбой, что пришлось принимать Vestra настолько часто. Использовать препарат каждую неделю это слишком изматывающе для организма, удивительно как она вообще смогла передвигаться и функционировать.

– Что вы имеете в виду? – озадаченно спросил, пытаясь рассмотреть на лице женщины хоть какие-то эмоциональные проявления.

– То, что использовала Инга, когда ее дочь была в положении, а также после рождения на Лилу, не совсем являлось нулевой версией Vestra. По сути это даже не был препарат, а скорее материал для исследования, что отчасти положил начало Vestra и Vivo, – как-то загадочно произнесла она.

– Материал для исследования? То есть… – рассматривая помещение, я медленно собирал пазл воедино. Когда четкое понимание пришло ко мне, внутри появилось сильнейшее чувство страха. – Получается, Инга использовала неизвестно что на своей дочери и впоследствии на внучке. То, что необходимо было изучать, а не бездумно применять? Я правильно понимаю, что она использовала их как подопытных крыс?

– Все верно, Трой. Елена и Лилу были не единственными. До этого Инга впервые опробовала препарат на матери Луны. Тогда она была на последних месяцах беременности, врачи делали плохие прогнозы. Смерть плода на поздних сроках по непонятным причинам, было, и к сожалению, по сей день уже привычное дело. Мне не совсем известно, как они вышли на Ингу и по каким причинам она решилась на подобное зверство, – при этих словах в голосе Весты четко ощущались нотки гнева и злости. – Введение препарата вызвало преждевременные роды. Не буду погружаться в подробности, лишь скажу то, что препарат начал отравлять мать и плод. Луна родилась со слабым сердцебиением, от чего она совершенно не кричала и вообще не подавала признаков жизни. Врач, воспользовавшись этим, объявил о смерти ребенка, тем самым ослабив интерес к происходящему Инги. Благодаря этому она покинула клинику, а я смогла ввести препарат, что стабилизировал состояние Луны на тот момент. После этого еще много лет я продолжала лечение последствий, поставив ее на ноги и дав возможность нормально жить. Инга использовала слишком большую дозировку, проведя первое испытание…

– Это… бесчеловечно, – в груди жгло, а в горле появился тугой ком из противоречивых ощущений. Как… Как такое вообще возможно? Почему человек совершал подобное с другими… особенно с детьми?

– К сожалению, человечность и прочие правила морали, Инге совершенно не знакомы. Увы, не без моей помощи, она достигла таких вершин, где на многое на все просто закрывают глаза. Конечно мне бы хотелось вам рассказать больше, Трой, но боюсь сейчас не то время и, не то место. Вы не готовы в полной мере ко всей правде.

– Пожалуй вы правы. В моей голове еще произошедшее не до конца смогло уложиться по полочкам, а тут еще… вот такая информация. А вы, откровенно говоря, сами по себе женщина полная загадок и тайн.

– Надеюсь, я смогу помочь вам расставить все по полочкам, дав понять всю правду происходящего и объяснив его причины. Как вы себя ощущаете после услышанного, на той записи? – с заботой поинтересовалась она.

На мгновение я замер с открытым ртом, собираясь сказать, что в полной норме. Только вот по правде говоря, до меня только что дошло, почему Веста задала этот вопрос. Наркотик убивший моего брата создала Инга, и именно совет дал добро на исследование этого нечто в Оливана. А ведь, если верить словам Наны и Макса, Питер почти выбрался из этой петли.

Безусловно я не могу полностью свалить вину на Ингу и совет, Питер ведь сам принял решение положить эту дрянь себе в рот. Мне неизвестно, что же произошло в тот день и какие были причины подобного решения. Только факт, что эта дрянь погубила множество ребят, которые могли жить нормальной жизнью, меня пугал. Страшно если такой препарат случайно попадется Клаусу, и он снова пойдет по наклонной, забыв о планах на семью и долгую жизнь.

Могла ли с Питером произойти та самая роковая случайность?

– Честно говоря, я будто бы нахожусь в подвешенном состоянии. Живя и действуя на автопилоте, почти отключив все эмоции и разум как таковой. До вашего вопроса, Веста, я не совсем осознавал, что на собрании обсуждали наркотик, или же препарат, что отчасти стал причиной смерти моего брата. При этом я не имею права полностью взваливать ответственность за это на Ингу или же совет. Питер так же виновен в своей смерти, как и они. Только вот мысль о том, сколько людей погибло или же находится на поводке у их препарата, убивает меня, – холодно произнес, сжав ладони в кулаки.

– Готовы ли вы, Трой, сделать все, чтобы этот порочный круг смертей и безумства прекратился?

– Что от меня требуется? – вместо ответа, спросил я, подняв на женщину взгляд. Веста задумчиво смотрела на меня, не торопясь заговорить.

– Ваша готовность к действиям, – спустя некоторое время, все же сказала она, слабо улыбнувшись. – Безусловно вам предстоит очень много узнать, при этом, скажем так, уйдя в тень. Боюсь после произошедшего, на вас могут выйти, что также подставит и вашу подругу… Нессу.

– Смело предположу, подобный исход вы предвидели и что-то подготовили?

– Я уже говорила, что вы мой фаворит, Трой? – довольно улыбнувшись, спросила Веста. Так и не дождавшись ответа, она продолжила: – После того как закончится наш диалог, вы спуститесь вниз и сядете в автомобиль, что ожидает вас у черного выхода. Он отвезет вас домой, где вы соберете все самое необходимое. Есть вероятность, что в ваше отсутствие в дом могут проникнуть, поэтому постарайтесь не оставить никаких следов или же связей с другими людьми, – я хотел было спросить насчет Нессы и Макса, как Веста подняв ладонь вверх, остановила меня. – Нессу вам придется взять с собой. Что вы ей скажите, это уже решать вам. Касаемо вашего друга, Макса Ааберга. Вам придется солгать ему. По официальной версии, вы вместе с Нессой едите в клинику, где проведут все необходимые обследования и последующее лечение девушки. Вы же будете ее поддержкой и опекуном, на случай непредвиденных обстоятельств.

– А на самом деле куда мы поедем?

– В мою загородную резиденцию. Не переживайте, Трой, отчасти про обследование и лечение для Нессы, вы не совсем соврете. Там есть все самое необходимое, чтобы выявить истинные причины плохого состояние вашей подруги. Конечно сразу обещать лечение я не смогу, ибо еще не выявлена причина такого состояние ее здоровья, что осложняет мне понимание проблемы. Но там я уже разберусь, не переживайте.

– Когда нас заберут?

– Вечером, ближе к ночи. Касаемо студии не переживайте, ваш кабинет посредника находиться под надежной защитой. Все остальное, полагаю, вы можете смело доверить Клаусу Шмидту, или же Максу. Тут решать вам, – улыбка на лице Весты почему-то вселяла в меня страх. Она и правда знала обо мне слишком много.

– Откуда вы столько знаете? – все же вырвалось у меня.

– Сейчас не время, для такой правды, Трой, – покачав головой, произнесла женщина.

– Хорошо, как скажете. Что мы будем делать дальше? – спросил, почти сразу же решив пояснить: – Я имею в виду после того как Лилу очнется… как я и Несса прибудем в вашу резиденцию… что вы передадите Хёну и вообще… что будет дальше?

– Говорить о глобальных планах и действиях еще слишком рано. К сожалению, всем нам придется затаиться, чтобы не навлечь на ваших близких еще больших проблем, – размыто сказала она, опустив взгляд янтарных глаз вниз.

– Ну все-таки, – не уступал я.

– Я буду наблюдать за происходящем в совете и рядом с Ингой. Вы вместе с Нессой будете жить в моей резиденции, ожидая, когда очнется Лилу. Ей необходим будет друг после всего произошедшего, поэтому прошу вас быть морально готовым к любому исходу. После того как Лилу очнется, она прибудет к вам. Там вы все будете в безопасности, а девушки смогут получить обследование и не только. Когда придет время, я медленно начну рассказывать вам правду и вводить в курс дел, – Веста перевела дух, внимательно смотря на меня, возможно ожидая вопросов. – Что касается Хёну. С ним придется тяжелее всего. Боюсь хоть молодой человек устранил все, что могло его как-то подставить. Но все же он уже на крючке и за ним ведется слежка. Поэтому придется крайне аккуратно действовать. Луна и Айлин введут его в курс дела, попросив быть осторожным. При этом всем, мои люди будут следить за тетей Лилу, чтобы избежать какой-либо опасности. Полностью объяснить вам все, Трой, у меня, увы, не получится. В общих чертах, сейчас всем нам придется затаиться и наблюдать за тем как противник обдумывает и делает свой следующих ход.

– Вы хотите сказать, что это какая-то игра? – со смешком спросил я.

– Шахматная партия, к сожалению. Мне бы не хотелось, чтобы страдали другие. Но, увы, Инга первая начала использовать настоящих людей, вместо фигур. Если бы я могла остановить ее без жертв, то давно бы это сделала. Отчасти я ощущаю вину, за все что она совершила, и еще совершит.

– Почему? Вы же не всесильная и не можете нести ответственность за другого человека.

– В свое время именно я помогла лучшей подруге получить высокое место в лаборатории. Сделала так, чтобы ее значимость в научном обществе была не ниже моей. И что самое главное, именно я взяла ее в исследовательскую экспедицию на Замвао. Где и было найдено то вещество, которое Инга называет нулевой версией. Мы нарушили покой древнего стража Земли…

– Чего? – шокировано пробормотал я.

– Вас ожидает автомобиль. Если вы поспешите, то сможете еще поспать и набраться сил, – загадочно улыбнувшись произнесла Веста, совершенно игнорируя мой вопрос и незаконченный диалог.

Женщина поднялась на ноги и молча покинула помещение, оставляя меня в полном непонимании. Что за древний страж? Что они нашли в Замвао? Какого черта тут происходит мать вашу? Сколько ей мать его лет?

Глава 7. Хёну

Каждый вдох отдавался болью в легких. Внутри жгло, а руки покрывались неприятной влагой. Голова шла кругом от странного гула, что исходил откуда-то спереди. Ноги несли меня в ту сторону, хотя желания передвигаться и жить эту жизнь не было вовсе. Хотелось просто сесть на мокрый асфальт у какого-то здания, прислониться головой к прохладной стене и закрыв глаза уснуть. Даже этот звук не так мешал, настолько сильно я чувствовал себя уставшим и готовым провалиться в забытье.

Что именно руководило мной? Почему я продолжал идти, несмотря на боль в легких и ступнях? Кому или чему принадлежал этот звук?

Я все шел и шел, звук становился громче. Голова раскалывалась. Перед глазами все плыло. Дышать становилось тяжелее. Воздух раскален, словно я находился не в городе, а на месте извержения вулкана. На секунду показалось, что даже услышал трескучий огонь.

Вздохнув через нос и не ощутив ожидаемого запаха гари, осмотрелся по сторонам в попытках увидеть дым. Вокруг были разрушенные здания, будто бы произошло что-то… неестественное, страшное. При этом ни огня, ни дыма я не увидел.

Продолжая двигаться вперед, внимательно вглядывался в разбитые окна и темные переулки, в надежде увидеть хотя бы одного человека. Информация о произошедшем мне бы точно не помешала. Недалеко раздался слабый, до боли знакомый крик.

Гул стих, уступая место человеку. Кажется, это кричала девушка, ей было больно, и она звала на помощь. Внутри что-то екнуло, так будто бы я знал владелицу голоса. Кажется, она очень важна для меня. Настолько, что защемило в груди, а в горле застыл тревожный ком.

Осознав это перешел на бег, надеясь, что ничего серьезного не произошло. Я не сразу понял, как мне добраться до места, где находилась она. Пришлось перелезть через ограду, слегка поранив руку и порвав одежду, но это была ерунда. Сейчас главное добраться до нее и помочь.

Выбежав на площадку перед разрушенной многоэтажкой, обомлел от увиденного. Ноги непослушно заплетались. Споткнувшись об нечто неизвестное, упал, выставив руки вперед. Боль, пронзившая ладони и колени, была ничем, по сравнению с картиной, представшей передо мной.

Недалеко от меня лежала девушка, вокруг нее медленно растекалось кровавое пятно. Она почти не двигалась, ее голос медленно слабел, теряясь в нарастающем шуме ветра.

– Хёну, я… я не смогла сдержать обещание, – заметив меня, слабо произнесла она.

– Что… что ты такое говоришь?

– Прости меня, – она слабо улыбнулась, а слева из краешка губ начала проступать кровь. – Пообещай мне кое-что, хорошо? – жизнь в глазах девушки, волосы которой медленно приобретали светлый оттенок, исчезала. – Не делай глупостей и позволь им быть рядом. А если… если я так и не вернусь, будь счастлив за нас двоих.

– ВиЛу, я… – голос сорвался на крик, громкий, полный отчаяния и боли. Я не мог ничего сказать, а она улыбнулась еще шире и… затихла. Жизнь покинула ее прекрасные глаза. Тело медленно исчезало, растворялось в воздухе, словно это просто была иллюзия.

Правда боль, разрывающая все внутри, была настоящей. Она медленно поглощала меня, растворяя в своей темноте смысл и цели. Мой мир без нее не способен существовать как раньше. Все вокруг… Разрушенные дома, разбитые стекла, осколки которых плотным ковром покрывали землю и впивались в мою кожу. Увядающие растения, отсутствие живых существ, постоянная усталость и боль. Это уничтожающие чувство в груди, способное свести с ума…

✧✧✧

В груди бешено стучало сердце, отдаваясь даже в кончиках пальцев и в ушах. Приоткрыв глаза, увидел светлый потолок, на котором висела выключенная плоская лампа. Из приоткрытой двери доносилась спокойная мелодия, под которую кто-то напевал что-то тихое, хозяйничая на кухне.

Сглотнув, поморщился от сухости и неприятного привкуса во рту. Ах, да, виски. Лиам наливал мне его перед сном. Сразу после этого я направился в комнату, наплевав на одежду, душ и зубы. Просто плюхнулся на кровать, желая забыться во сне. К сожалению, вышло как-то плохо. Сон оказался не таким… приятным.

Когда сердце окончательно успокоилось, поднялся на ватные ноги и подошел к приоткрытой двери. Сжав круглую ручку, почувствовал внутри тупую боль. Эмоции и ощущения не были такими же, как вчера, после сообщения Троя. Сейчас мне очень стыдно, перед самим собой за ту слабость, которая привела к слегка зудящему порезу на руке. Наверное, стоит поднять эту тему на следующем сеансе с Айзеком. Только вот, к сожалению, всю правду ему рассказать не смогу. Сомневаюсь, что не оставил следов в системе, особенно учитывая собственное состояние. Излишняя открытость может стать опасностью не только для меня, но и для лечащего врача.

Покачав головой, вышел в коридор. Медленно идя на кухню, чувствуя в теле слабость и боль, прислушался к голосу с кухни. До этого мне казалось, что Лиам напевал какую-то песню, на деле оказалось иначе. Друг словно ласковый кот мурлыкал под обычную мелодию, иногда вставляя слова, да и те до конца были непонятны. Звучало это успокаивающе, особенно сейчас в это мгновение. Благодаря присутствию Лиама мне было немного легче.

Невольно поймал себя на мысли, что друг кажется мне слегка размытым. Да и не только он, но и все вокруг него. Конечно подойдя ближе, картинка стала четче, правда меня это не совсем порадовало. Похоже проблемы со зрением куда хуже, чем я думал до этого. Пожалуй, все же стоит сходить ко врачу.

– Проснулся? – заметив меня, спросил друг, продолжая что-то нарезать.

– Как видишь, – немного хрипло, пробормотал, осмотрев его. Лиам вчера был в другой одежде. – Переоделся?

– Я по привычке проснулся в семь утра, – подняв на меня янтарные глаза, начал Иам. Посмотрев на часы за ним, понял, что время близится к обеду. – Поэтому подумал, если оставлю тебя на часик, ничего не случится. За это время я успел не то что переодеться, но и прихватить важные вещи. А еще заскочил в салон, чтобы сменить стекло на твоем мобильном. Знаю, было очень недальновидно с моей стороны лишать тебя связи, на случай пробуждения. Поэтому я оставил на столе записку, зная, что, прочитав ее ты сможешь связаться со мной через свой компьютер.

Лиам кивнул на край тумбы, где лежал мой телефон с новеньким экраном. Если бы не он, то я бы даже не стал запариваться над этим. Разбитый экран и прочие мелочи, особенно сейчас, меня мало волновали. От его заботливого поступка в груди появилось приятное тепло, которое напоминало о реальности происходящего.

– Тебе снился кошмар? – перестав орудовать кухонным ножом, спросил Лиам. Посмотрев на друга, заметил его нерешимость и настороженность. – Мне показалось ты кричал.

– Да, можно сказать мне и правда приснился кошмар, – поправив взъерошенные волосы, тихо пробормотал я. Вздохнув через нос, уловил слабый и не особо приятный аромат пота, исходящий от собственного тела. – Я, наверное, по…

Меня прервал неожиданный звонок в дверь, от которого мы оба вздрогнули. Переглянувшись с Лиамом, посмотрел в сторону двери, рядом с которой висел выключенный со вчерашнего дня экран. Отчего-то стало страшно. Что если это люди, о которых писал Трой? Но еще страшнее было от мысли, что это могли быть те, кто искал Лилу и их поиски привели ко мне.

– Иди надень кофту, – серьезно сказал Лиам, вытирая руки салфеткой. – Я узнаю кто они и если это те, кого мы ждем, приглушу войти.

– Хорошо, – коротко сказал я, удалившись в свою комнату.

Надев первую попавшуюся кофту, которой оказалась черная толстовка, неспешна направился к другу. Мне было страшно встретиться с этими людьми. Чего именно я боялся, признавать самому себе не хотелось. Особенно вспоминая сон и те слова…

Если бы подобная ситуация произошла на наяву, то Лу точно сказала нечто подобное. У меня даже сомнений в этом нет. Хотя, мне искренне не хотелось от нее такого слышать. Порой казалось, она была сильнее меня и давно смирилась, что рано или поздно Vestra может лишить ее жизни.

– Хёну сейчас подойдет, – голос Лиама, раздавшийся из гостиной, вывел меня из размышлений. Значит это были те, кого мы ожидали. Хотя, вероятность того, что это были не они тоже достаточно велика.

– Он держится? – взволнованный голос незнакомки застал меня врасплох, отчего я тут же остановился.

– Не могу сказать, что он в полном порядке, – задумчиво произнес Лиам. При этом я четко уловил неуверенность в его словах, будто бы друг не знал, стоило ли ему вообще об этом говорить. – Сейчас ему… немного лучше.

– Надеюсь после нашего визита, ему станет еще легче. Трой очень переживал за него, – услышав имя парня, невидимый груз, вместе со страхом, сошел на нет. Это точно были те, о ком писал парень.

– Я здесь, – произнес, войдя в гостиную и замер от удивления.

Передо мной оказались знакомые девушки, по крайней мере одна из них. Рыжеволосая незнакомка, та самая, которую я случайно облил горячим кофе перед встречей с Вайлет. А рядом с ней стояла другая, темноволосая. Вроде бы именно с ней первая встретилась после нашего столкновения, около кафе. Обе девушки смотрели на меня настороженным и обеспокоенным взглядом. На мгновение показалось, что они, также, как и я, чувствовали себя неловко в данных обстоятельствах.

– Вот это встреча, – все же вырвалось у меня, пока я с удивлением рассматривал пришедших.

– Вы знакомы? – настороженно спросил друг.

– Случайно столкнулись в кафе, – неловко произнесла рыжеволосая, смущенно опустив глаза.

– Надеюсь кофе все же не оставил следов нигде, кроме вашей одежды, – пробормотал я, игнорируя вопросительный взгляд Лиама, что прожигал во мне дыру.

– Что вы, как я и сказала в тот день, у меня есть отличный спасательный круг, – на ее пухлых щеках появился румянец, такой же, как в тот день.

– Ничего не понимаю, – недовольно пробормотал Иам.

– Поддерживаю, – сказала темноволосая, смотря на девушку вопросительным взглядом.

– Может присядем? – предчувствуя неловкость, предложил я.

Не став дожидаться ответа, обошел девушек и занял кресло. Гости неуверенно сели на диване, а Лиам устроился на полу, недалеко от меня пристально смотря на рыжеволосую. На секунду мне показалось, что он видел больше чем я и этого немного напрягало. Слегка покачав головой, посмотрел на пришедших.

– Хёну, меня зовут Айлин, – представилась темноволосая, а я тем временем вспомнил, что о ней упоминал Трой. – Официально я являюсь секретарем Валентины Вайлет, – осторожно добавила она, в то время как мои глаза медленно расширялись от услышанной информации. Мало сказать, что я был удивлен услышав подобное. Правда то, что ожидало дальше, думаю еще заставит меня окончательно впасть в состояние… шока. – На самом деле я являюсь помощницей Весты Вада, думаю о ней вы уже слышали от Лилу.

– Предположу, вас не удивит тот факт, что, услышав данную информацию я больше напрягся, нежели расслабился, – произнес, когда Айлин решила перевести дух. Выглядела она настороженно, будто бы я мог кинуться на нее с кулаками в любой момент.

– Да, но… – она невольно посмотрела на Лиама. – Скажите, Хёну, могу ли я говорить при вашем… друге?

– Без него я вас слушать и не стану, – резко произнес я, сам удивившись твердости собственного голоса. – И давайте перейдем на ты? Мои нервы и так уже на пределе, хотя бы избавьте меня от этого официозного давления, – смотря на Иама попросил, а тот в знак поддержки молча кивнул, не отводя глаз с рыжеволосой. Да что его так в ней привлекло? Может он что-то чувствует из-за своих способностей?

– Хорошо, если вам… то есть тебе, Хёну, так будет удобнее, – произнесла Айлин, и слегка откашлявшись, продолжила: – В общем, Веста Вада является покровителем Троя и об этом он узнал совершенно недавно, – я удивленно уставился на нее. – К сожалению, он не мог вам рассказать эту правду. На это были свои причины, Хёну. Так же моя начальница, помимо Лилу, общалась и с тобой, только через специальный… сайт.

– Ха, – вырвалось из меня. – Значит это Веста Вада поведала мне о посредниках ту тайную информацию? Получается все эти годы она… – я осекся, не зная стоило ли продолжать дальше свою мысль. Выходит, именно с ней я все эти годы обсуждал множество вопросов, по большей степени связанных с Эфил и Vestra. Это как-то подозрительно. Неужели все это время она следила за нами?

– Да. Она попросила рассказать тебе все, чтобы заполучить доверие. Хотя, признаться честно, боюсь это сделает только хуже, – недовольно произнесла Айлин, заправив за ухо волосы.

– Почему же? – подал голос Лиам. Посмотрев на друга, заметил, как тот сложил руки на груди, с недоверием смотря на темноволосую.

– Айлин имела в виду, что эта правда делает только хуже, потому что у Хёну может появиться ощущение, что его обманывали все эти годы. Да и по сути, будто бы, продолжают обманывать, – пояснила рыжеволосая, имя которой я до сих пор не знал. Честно говоря, доверия у меня больше было к незнакомке, нежели к Айлин, сам не знаю почему.

– А ты кто такая-то? – немного грубо спросил Иам, переведя свой взгляд на девушку.

– Меня зовут Луна и я спасла Лилу, – спокойно сказала она, а я шокировано перевел в ее сторону взгляд. – Моя способность это, скажем так, перемещение в пространстве или же другими словами, телепортация.

Неловкая тишина заполнила гостиную, а лицо девушки еще больше покрылось смущенным румянцем. Не выдержав пристального взгляда, она посмотрела куда-то вниз, отчего ее волосы упали на лицо, словно стена, скрывая от обжигающего взгляда собравшихся. Я не знал стоило ли мне что-то ей сейчас сказать. Благодарность, которая теплом растеклась по телу, не могла быть выражена просто словами, это было нечто большее.

– Как мы можем отблагодарить тебя за это? – заметно смягчившись, поинтересовался Лиам.

– Просто перестаньте на меня так пялиться, этого хватит, – тихо произнесла Луна. Почему-то после ее слов на моем лице появилась, и тут же исчезла, слабая улыбка.

– Прости, – отведя взгляд в сторону, сказал я.

– Мы не враги, Хёну, – произнесла Айлин, привлекая к себе внимание. Девушка смотрела на Луну с гордостью и теплом одновременно. – Тяжело объяснить все причины и всю правду. По сути я и сама до конца не знаю все цели и планы Весты. Мне очень хочется верить, что любые недосказанности со временем решаться и это не помешает нам иметь четкий контакт для взаимодействия.

– Я не могу сказать, что верю тебе и твоей начальнице. Но факт того, что именно Луна спасла Лилу, немного смягчает мое недоверие. Поэтому я готов выслушать тебя, – сказал я, посмотрев на Лиама, который явно не доверял Айлин, при этом с каким-то странным теплом смотрел на Луну.

Возможно ли такое, что люди со способностями чувствуют себе подобных? Может поэтому Хлоя тогда так легко доверилась Лилу? Если это так, то и заинтересованность Иама в Лу тоже объяснима этой невидимой связью.

– Хотя бы так. Что же, не будем тратить время зря, и я приступлю к самому главному, – глубоко вздохнув начала она. – Лилу сейчас ничего не угрожает, она в стабильном состоянии, хоть и находится в коматозном сне. Тебе не стоит переживать, после произошедшего это ожидаемое последствие, так ее организм восполняет силы. Конечно, когда она придет в себя и какие еще последствия будут после встречи с Ингой, сказать заранее трудно. Поэтому Лилу безопаснее сейчас находиться под присмотром Весты.

– Для чего это? – поинтересовался Лиам. В голосе друга было нескрываемое недоверие и напряженность, впрочем, как и я не совсем спешил довериться полностью Весте Вада, чьи интересы представляли гости.

Я не понимал какие у нее истинные цели и каков реальный интерес в этом всем. Почему она вообще помогала нам? Это не настолько пугало, как сбивало с толку. Без понимания, какие последствия будут от этого взаимодействия и ее помощи, мне тяжело думать о каком-либо доверии.

Веста Вада наш друг или враг?

– Наблюдение за ее восстановлением после стабилизации… – сказала Айлин, а поняв, что мы не совсем ее поняли, пояснила: – Лилу больше не придется принимать препарат, поддерживающий ее существование. Но учитывая частоту приема Vestra и неизвестные нам эксперименты со стороны Инги Орейро, необходимо следить за ее состоянием на постоянной основе. Да и Лилу сейчас опасно возвращаться домой. Ее ищут, а за тобой, Хёну, уже ведется слежка.

– Ожидаемо, – пробормотал я, сжав ладони в кулаки. – В общем ее состоянию сейчас ничего не угрожает?

– Пока она рядом с Вестой, нет. Она позаботиться о Лилу не переживай, – попыталась успокоить меня Айлин. Подействовало это слабовато. Потому что пока я не рядом с Лу, не будет мне никакого спокойствия. Может это конечно эгоистично, но в этих обстоятельствах думаю это самая последняя проблема для меня.

– Как только Лилу очнется ее перевезут в безопасное место. Я постараюсь по возможности сообщать тебе обо всех важных новостях лично. К сожалению, держать связь даже через особые сайты не получится, – сказала Луна, привлекая мое внимание. – Благодаря своим способностям я смогу остаться незаметной и за мной не смогут проследить. Но даже несмотря на это, мне придется обменяться с тобой контактами, не могу же я появляться тут без предупреждения. С моей стороны подобное будет неправильно.

– Это не безопасно, – встревоженно произнесла Айлин, нахмурившись посмотрев на подругу.

– Если связь с Хёну будет через меня, это станет безопаснее? – немного откашлявшись, спросил Лиам.

– Вероятно, – неуверенно произнесла Луна, подняв глаза на парня.

– Тогда решено, Луна и Лиам обменяются контактами. Ах, чуть не забыла, – Айлин за чем-то полезла в карман брюк. – Веста попросила передать тебе телефон Лилу. Он не пострадал, но держать его при ней не безопасно. Думаю, когда ситуация станет менее критичной, Веста придумает как вам снова воссоединиться.

Последние слова темноволосой зажгли в сердце надежду и трепетные чувства. Я скучал по Лу уже сейчас, хотелось коснуться ее руки и почувствовать аромат шампуня от любимых волос. Хотелось увидеть Лилу, чтобы внутри вся буря беспокойства успокоилась и перестала рвать меня на куски.

Придется некоторое время подождать, и ради безопасности возлюбленной я готов на этот шаг. Не важно насколько хреново и тоскливо мне будет.

Молча забрав мобильный, сжал его в ладони. Лиам задавал какие-то вопросы, но я совсем перестал их слушать. Медленно тревожная атмосфера сошла на нет, позволив немного расслабиться и узнать больше деталей. Тем более девушки не торопились уходить. Радовал и тот факт, что друг стал менее напряженным расспрашивая о чем-то Луну. Айлин же со слабой улыбкой наблюдала за диалогом этих двоих.

В последующий час мы обсудили все, что только можно было. Айлин пояснила мне официальную причину отсутствия Лилу, если кто-то из знакомых или близких спросит. Лу сейчас якобы гостила у дальних родственников, по линии ее погибшего отца. Мол, они, связались с ней недавно и пригласили к себе. Конечно такое не сработает на Генри и Изабель, тут мне придется выпутываться как-то самому.

Единственное, о чем настоятельно попросила Айлин, так это ни в коем случае не говорить всю правду Изабель. Лишнее волнение ей сейчас ни к чему, особенно на ранних сроках. Надеюсь к их возвращению, я придумаю как правильно подать информацию. Хотя учитывая, что Бель не сможет созвониться с Лилу, этот момент наступит достаточно быстро.

Айлин еще раз повторила все по состоянию Лу. Рассказала подробнее про слежку за мной. Она также попросила быть более внимательным Лиама, потому что за ним тоже могут начать следить, если заметят нас вместе на частой основе. Ситуация складывалась не совсем приятная, а выходов было не так много. Поэтому сейчас мне максимально нужно постараться быть незаметным, чтобы не навлечь лишнюю беду на себя и близких.

Глава 8. Трой

До Оливана я добрался быстро.

К сожалению, из-за этого не успел придумать, что скажу Нессе, и скорее всего Максу. Желания вообще разговаривать не было, сон с новой силой начал одолевать, как только я сел в автомобиль. Да и внешний вид был мягко говоря – поганый. Складывалось ощущение, что всю ночь я валялся в подворотне, после ожесточенной драки с крысой за сухую корку от пиццы.

Выйдя из черного автомобиля, где на мою радость не было водителя, тут же замер. Белые, словно хлопья, снежинки медленно опускались на грязные улицы Оливана. Ночь еще не покинула это место, да и в ближайшие месяцы, пожалуй, останется вечным гостем и другом неоновых вывесок. Автомобиль позади поднялся в воздухе и медленно направился по пустой улице дальше.

Тишина улочки действовала на меня успокаивающе, а легкий морозец отрезвлял мысли и тело. Сон немного отошел на второй план, уступая место тревоге и нехорошему предчувствию. Мне не хотелось выслушивать нотации, особенно сейчас. Я просто хотел попросить Нессу начать собирать вещи и разбудить меня через пару часов, опустив разговоры на потом.

Посмотрев на руки, подумал покурить перед тем как войду в дом. Покрасневшая кожа стала противником подобного решения, заболеть или получить легкое обморожение мне совершенно не хотелось. Кто же знал, что зима наступит так скоро.

Неуверенно покачав головой, двинулся к лестнице. Аккуратно поднявшись по ней, положил ладонь на дверную ручку. Сомнений в том, что она открыта у меня совершенно не было. Повернув ее и толкнув дверь, услышал слабый скрип. Сделав последний вздох морозного ноябрьского воздуха, вошел в дом.

Меня встретила неприятная гробовая тишина. Впервые подобное я ощутил после смерти Питера. Вернувшись домой после учебы, провел в коридоре минут двадцать, пока не решился разуться и пройти вглубь. Вот и сейчас. Мне не хотелось идти дальше, будто бы что-то держало меня на месте.

С тяжестью в груди рассматривал пожелтевший потолок, старые и давно выцветшие обои. Уловив тихий скрип стульев на кухне, слегка поморщился, ощущая надвигающийся скандал. Неужели она ждала меня всю ночь?

Не позволяя своему взгляду опуститься на дверной проем, продолжал изучать стены, где уже давно не было семейных фотографий. Когда мама была жива, ей очень было важно приходя с работы видеть их. Словно былая идиллия, которой на деле никогда не было, вселяла в нее особую жизненную энергию.

Отчего-то стало так тошно. Я снял все фотографии сразу после ее смерти. Убрал в нижний ящик комода, стоящий в моей спальне, и больше не доставал. За прошедшее время ни разу даже не подумал взять старенький альбом, что затесался среди пыльных книг в гостиной. Там были фотографии неизвестных мне родственников, мама любила время от времени просматривать снимки за чашкой чая. Все это время я отгонял от себя подобное, не желая погружаться в ту боль, которую так и не смог пережить до конца.

– Какого черта ты творишь? Я звонила хуеву тучу раз, а ты… – злобный голос Нессы, как болезненный хлыст, прошелся по мне вырывая из размышлений. Не знаю, что заставило ее замолчать. Хотя догадаться несложно, стоило просто опустить взгляд вниз и посмотреть на себя. – Трой, ты… ты в порядке? – впервые за все время услышал в ее голосе беспокойство.

– Я… – начал, все же посмотрев на девушку. Она стояла в дверном проеме, смотря на меня таким напуганным и сбитым с толку взглядом, а позади нее молчаливо возвышался Макс. Он словно статуя, даже кажется не дышал, хотя в темных глазах читался немой вопрос: «Что произошло?» – Может ли разговор подождать пару часов? Я очень устал и хочу спать.

– Л… ладно, как скажешь, – слегка ошарашено произнесла Нес. После этих слов она оглянулась на Макса. Кажется, между ними завязался молчаливый диалог. Когда эти двое стали настолько близки?

– Пока я буду спать, собери свои вещи. Особенно самые важные такие как дневник, и… – внимательно посмотрев на нее, заметил, что кулона и браслета на ней не оказалось. – Кулон с браслетом тоже не забудь.

– Это еще зачем? – напряженно спросил Макс, в то время как Несса нервно сглотнула.

– Все после сна. Разбудите меня ближе к обеду, – стянув с себя обувь и куртку, сказал я.

Больше вопросов не было. Эти двое смотрели мне вслед, пока я не скрылся на втором этаже. Дверь в мою спальню была открыта, что означало: Несса снова искала мою заначку с сигаретами. Ругаться сил не было, пусть делает что хочет. Взрослая девочка как-никак, а я слишком устал всех учить жизни. Хотелось и самому, наконец, немного пожить для себя.

Упав на кровать, даже не раздеваясь, притянул к себе холодную подушку. Вдыхая аромат старого постельного белья, что намертво впитало в себя любимую мамой лаванду, закрыл глаза.

✧✧✧

Кто-то настойчиво тряс меня за плечо.

Нехотя открыл глаза, ощущая слабую головную боль. В горле пересохло, лицо казалось тяжелым из-за слабого отека после сна. Несколько раз моргнув, поднял голову и посмотрел на того, кто решил потревожить мой сон.

Хмурый взгляд Макса быстро привел в чувства, сразу заставив вспомнить все произошедшее. Друг сидел на краю постели, ожидая пока я поднимусь и объяснюсь с ним.

Только ждать ему пришлось долго. Мне потребовалось пять минут, чтобы заставить тело не то, чтобы перевернуться на спину, но и в последствии сесть. А дальше я еще пять минут сидел, ожидая пока головная боль утихнет.

Дверь в комнату оказалась закрыта, видимо он решил, что нам необходимо поговорить наедине. На комоде, что располагался напротив, стояла бутылка, по всей видимости с прохладной водой. Поднявшись на ноги, взял ее и приложив к шее прикрыл глаза. Изо рта вырвался стон наслаждения, когда прохлада коснулась разгоряченной ото сна кожи.

– Объяснишься? – спросил Макс. Его голос звучал напряженно, что заставило меня вздрогнуть и обернуться. Друг смотрел на открытый шкаф, где царил беспорядок, скорее всего после безуспешных поисков Нессы.

– Честно, я не знаю, как это сделать, – произнес я, сев в кресло. Сделав пару глотков воды, посмотрел в окно. Снег продолжал идти. Козырек соседнего дома уже покрылся плотным белоснежным слоем. В нем отражались разноцветные неоновые огни, пробуждая в сердце давно забытое предпраздничное тепло. Жаль, что там внизу, на улочках Оливана, все имело менее приятные оттенки. – Нам придется уехать.

– Почему?

– Так надо.

– Вам угрожает опасность?

– Ей нет, – посмотрев на Макса, сказал. Встретившись с его понимающим взглядом, ощутил слабый укол вины и необъяснимое тепло. Мне не нужно оправдываться перед ним, придумывая небылицы. Макс все понимал, ему не нужно знать всей правды, чтобы чувствовать приближающуюся бурю, если мы останемся здесь. – Мне, скорее всего, да.

– Там куда вы поедете, будет безопасно?

– Возможно… а еще там смогут помочь Нессе, – надеюсь этот факт немного успокоит длинного. Трепать ему нервы мне совершенно не хотелось. Хоть Макс и не показывал своих чувств также ярко, как и я, он все же очень переживал за Нес. Почему я раньше не хотел это все замечать?

– Когда вы уедете?

– Сегодня вечером.

– Так скоро? Что будет с салоном? – тревожные нотки проскользнули в его голосе.

– Ничего. Продолжит свою работу, только… – я задумался на мгновение, понимая, что времени сходить к ребятам у меня не будет. – Могу ли я попросить тебя приглядеть за салоном и ребятами? Клаус может взять на себя временную роль управляющего, а я как вернусь, отблагодарю его за проделанную работу как следует.

– Конечно. Что мне сказать им? Не могу же… – Макс осекся, а его кадык заметно дрогнул. – То, что ты мне сказал, им явно не стоит знать.

Сказав ему ту ложь, которую мне навязала Веста, слегка поморщился от неприятного холода, что исходил от этой информации. Он понимающе кивнул и пообещал сделать все как надо.

Через минуту, как мы оба замолчали в комнату, без стука, вошла Несса. Она казалась излишне тихой и настороженной, скорее всего даже подслушала наш диалог с длинным.

– Мне пора по делам, сегодня должны привезти выпивку, – поднявшись начал Макс, смотря на Нес с незнакомым мне теплом. – Если будет возможность, держите со мной связь. Ладно?

– Конечно. Спасибо за все, – неуверенно сказал я, наблюдая за тем как Несса заняла место парня.

Макс молча кивнул и вышел, не закрывая за собой дверь.

Через пару минут послышался хлопок снизу, обозначающий, что он ушел. Все это время мы с Нессой сидели в тишине, даже не смотря друг на друга. Я не понимал, как начать, прекрасно зная ее вспыльчивый характер. При этом четко чувствовал, что во мне что-то изменилось, но никак не мог понять, что именно.

Поднявшись с места, направился к комоду, поверх которого оставил бутылку, больше не нуждаясь в ней. Какая-то невидимая сила тянула меня к нижнему ящику, где лежали фотографии. Тяжело вздохнув, потянул за ручку, выпуская знакомый аромат старости и пыли.

Мой взгляд привлекла черная рамка, в которой находилась последняя совместная фотография с мамой и Питером. Ее сделал Макс. Помню все словно это было вчера. В тот день на удивление была отличная, солнечная, погода, я был счастлив как никогда. Питер сводил нас в кафе к Миссис Атталь, познакомил маму с Наной и много шутил. Так, будто был полностью в порядке.

От фотографии помимо теплых воспоминаний веяло грустью. Через месяц Питер умер, после чего мы больше не делали совместных фото, словно вообще позабыли про их надобность.

Что-то теплое коснулось моей руки. Вздрогнув, заметил мокрый след на коже. По щекам катились обжигающие слезы. Посмотрев на потолок, глубоко вздохнул, на ощупь положив рамку на комод и оперевшись о него руками. Нечто внутри неприятно натянулось, заставляя ощущать весь спектр эмоций одновременно.

Тихое равномерное дыхание позади напоминало о молчаливом присутствии Нессы. Последний раз подобное чувствовал после гибели матери. Мы еще месяц не могли окончательно прийти в себя. Пока медленно внешний мир не вытеснил боль и горе на второй план, заставляя продолжать жить.

– Трой.

– Ты начала собирать вещи? – не зная, что еще могу сказать, спросил я.

– У меня их не так много, – ее голос был слишком тихим. Хотелось обернуться, посмотреть на нее, чтобы узнать заранее, к чему может привести этот диалог. Но я не могу, слезы еще покрывали лицо и не хотели останавливаться. – Можно сказать, что я уже собралась.

– Хорошо, мне тоже пора собираться, – опустив голову, посмотрев при этом снова на фотографию, произнес я. В груди жгло. Это была не боль, что уничтожала меня. Это было нечто другое, освобождающее после длительного сдерживания. Сейчас происходило опустошение. Может поэтому у меня не осталось ни на что сил?

– Трой, что произошло? – Нес неожиданно появилась рядом со мной.

– Я… я не знаю, как тебе все это рассказать, – рассеянно промямлил, прикрыв глаза. Врать или говорить полуправду не хотелось. Несса достойна знать все, особенно учитывая, что она невольно втянута в непонятно какие дела. Хотя нет, как только мы сядем в автомобиль и поедем в резиденцию Весты, Нес автоматически станет соучастницей этого.

В Вонсонс я еще держался, сам не знаю почему. Оказавшись в Оливана будто бы все резко осознал и дал волю всему, что держалось внутри все эти годы. Мне чертовски страшно за всех нас. Я боюсь втянуть Нессу в неизвестное мне дерьмо, откуда выхода уже не будет. Оставить ее тут одну не смогу. Она не в том состоянии, ей нужна помощь. Максимум что я могу, взять ее с собой, надеясь, что Веста сдержит свои слова. Надеясь, что это не навлечет на Нессу беду.

– Ночью Макс мне рассказал всю правду о тебе, – вырвав меня из вереницы пугающих размышлений, начала Несса. – Он переживал за тебя, а еще больше за меня. Я очень беспокоилась, Трой. У меня кроме тебя и Макса по сути никого нет. Сомневаюсь, что у нас получиться найти мою родню. Сам знаешь, шанс настолько жалкий, что пора уже смириться с неудачей, – ее голос на удивление был спокойным и ровным, словно мы сейчас говорили о бытовых вещах, как покупка новой стиральной машинки. Я слушал ее с замиранием сердца, прекрасно понимая к чему вела Нес. – Макс рассказал мне, что ты не просто владелец тату салона. Честно говоря, мне хотелось побить тебя, как только ты вернешься домой. Знаю, ты никогда мне не врал, просто обходил все это стороной, не желая втягивать в подобные вещи. Сначала я злилась на тебя, думая, что ты мне не доверяешь, – в ее голосе появились нотки грусти и боли, отчего мое сердце болезненно сжалось. – Позже я поняла, что, просто владея тату салоном, ты не смог бы мне позволять жить ни в чем себе не отказывая. Ты никогда не поднимал тему работы, лишь предлагал мне попробовать новое хобби… – ее голос исказился, стал надломленным, слабым. – Ты всегда вел себя как старший брат, желая обеспечить и защитить меня. Я никогда не говорила тебе спасибо, лишь просила и просила… – послышался всхлип. – Сегодня ночью я перепугалась не на шутку. Макс успокаивал меня как мог, а я не могла избавиться от навязчивой мысли, что ты в опасности и можешь больше не вернуться домой.

– Нес, я бы никогда не… – я осекся, ощутив, как к горлу подкатил ком сожаления. Мне стыдно, совсем не подумал о ребятах. Надо было взять трубку и сказать: «Со мной все хорошо, не ждите». Увы, ничего уже не изменить. – Прости, я не хотел… чтобы вы волновались за меня.

– Придурок… – слабо ударив меня в плечо, прошептала она, тихо всхлипывая, так и не продолжив свою фразу.

Обернувшись, тут же притянул ее к себе. Несса уткнулась носом в мою грудь, сразу же вцепившись в край помятой футболки дрожащими пальцами. Эмоции, бушевавшие в ее душе, вырвались наружу, и она даже не пыталась их сдержать. Нес тихо плакала, что-то бубня себе под нос. Кажется, пару ругательств все же слетело с ее губ, отчего я невольно улыбнулся, чувствуя, как на душе появилось приятное спокойствие после этого диалога.

Простояв так неизвестно сколько времени, я успел обдумать многое. Как только мы окажемся в безопасном месте, расскажу все Нессе. Она заслуживает знать правду. Но для начала необходимо собрать вещи, чтобы ничего важного не осталось в доме. Ну и конечно же обезопасить наши мобильные тоже не помешает.

– Обещаю, как только мы доберемся до места назначения, я расскажу тебе все. Сейчас приведи себя в порядок и проверь, собрала ли ты все вещи. Мы уезжаем на неопределенный срок, поэтому дома лучше ничего не оставлять. Как все проверишь, принеси мне свой мобильный, – отстранившись сказал я, вытерев большими пальцами мокрые следы на ее щеках.

– Хорошо, – кивнула Нес, слегка сжав мои ладони.

Сделав пару шагов назад, девушка вышла из комнаты, оставив меня одного. Конечно ожидал я другого, в итоге все вышло иначе. Отчасти даже рад, что Макс все разболтал. Похоже именно эта правда так и отразилась на поведении Нессы.

Покачав головой, снова взял фотографию в руки. В этот раз боли не было, лишь трепетное тепло внутри. Пожалуй, самая главная моя ошибка – побег от эмоций и воспоминаний. А ведь они не только причиняли боль, но и приносили с собой приятное тепло, даже в такой холодный ноябрьский день.

Глава 9. Лилу

3 ноября, 2276 года

Первое, что увидела, открыв глаза – ярко-голубое свечение, исходящее отовсюду. От него ощущалось приятное пульсирующее тепло. В ушах, очень тихо слышалось размеренное биение сердца. Принадлежало ли оно мне, не совсем ясно, но от этого на душе появилась странная, необъяснимая легкость.

Когда световая пелена сошла на нет, а я сделала, наверное, более двадцати взмахов ресниц, передо мной предстала совершенно другая картина. Рядом тихо работал неизвестный аппарат, от него исходило еле слышимое гудение, совершенно непохожее на биение сердца.

Немного осмотревшись, в попытках понять где я, и, что вообще происходило, в моей голове медленно складывался пазл из воспоминаний. Собрание, Алан Миллер, флешка, Инга, боль от укола, падение, сопровождаемое ледяным ветром. После этого окружение, которое было похоже на больничную палату, не вселяло в меня никакой надежды.

Я замерла. В прямом смысле этого слова. Мое тело перестало вообще как-либо двигаться. Только сбитое дыхание и быстро бегающий взгляд по палате, могли внешне выдать признаки жизни.

Никогда прежде я не бывала в подобных местах, лишь видела их в фильмах и сериалах. Из-за этого мне тяжело понять, есть ли в окружающих меня предметах хоть что-то намекающее на безопасность моего пребывания здесь.

Осмотрев себя, не увидела ничего подозрительного… Хотя, мне показалось, что заметила светлые волосы. Нет, это невозможно. Просто показалось.

Больничная койка, на которой находилось мое тело, была обычной и ничем не примечательной. Недалеко от меня стоял стул-кресло, что вроде как намекало на возможных посещениях кем-то моей палаты. Свет в помещении оказался приглушенным, отчего белоснежные лампы не приносили дискомфорта глазам. В углу напротив койки, недалеко друг от друга, располагались две двери. Одна по всей видимости вела в ванную, а вот вторая в коридор. Еще были странные аппараты, подключенные ко мне, и капельница с прозрачной жидкостью. Поначалу мне хотелось выдернуть иглу из руки, но что-то мне подсказывало, делать это не стоит. Все же, несмотря на падение с приличной высоты, чувствовала себя в целом неплохо. Если не считать конечно бешено колотящегося, от непонимания происходящего, сердца.

У стены, где располагалось одно из окон, что было закрыто серой жалюзи, стоял светлый комод. На нем поднос с наполненным водой графином и пара стаканов. От одного взгляда на него в горле появилась боль от сухости. Сколько я пролежала без сознания? Встать я, опять же, не решилась.

Конечно версий где я, у меня было много, и ни одна не лучше другой. Все это приводило меня к одному единому выводу: каким-то образом я жива и вероятно нахожусь в цепких руках бабушки.

Резкое воспоминание последнего диалога с Хёну, заставило мое сердце сжаться и ощутить укол вины. В горле появился твердый ком боли, глаза защипало. Я обещала вернуться. Мы должны были обсудить предстоящий отдых вместе, вдали от всей этой суеты и проблем. Что сейчас с ним? Знает ли он хоть что-то о произошедшем? Не поймали ли его и Троя также, как и меня?

От вереницы душащих размышлений отвлекла открывающаяся дверь, что оказалась даже не была заперта. Женщина, вошедшая в палату, сначала удивилась посмотрев на меня, а после улыбнулась, аккуратно закрыв за собой дверь.

– Я обязательно сообщу Весте, что вы пришли в себя, Лилу, – воодушевленно начала она, знакомым голосом. Где я могла его слышать? Дама в белом халате и с короткой прической подошла к комоду. Она налила в стакан жидкость из графина, а после направилась ко мне. – Но сначала вам необходимо хотя бы выпить воды.

Я с подозрением посмотрела на стакан в ее морщинистой руке, обдумывая стоит ли пить его содержимое. Сознание казалось затуманенным, не желающим думать и принимать какие-либо решения. Тяжесть медленно окутывала тело, словно тонкая больничная одежда в один момент стала весить больше. Хотелось закрыть глаза, позволив себе снова уснуть.

– Лилу, выпейте и вам станет немного легче. После разговора с Вестой вы сможете отдохнуть, – осторожно произнесла неизвестная, настойчиво протянув мне стакан, чуть ли, не пихнув его в лицо.

Ничего не говоря, я подняла руку, ощутив сильнейшую усталость. Что же это такое? Я же только очнулась, а сил уже нет.

Неуклюже забрав бокал, чуть не пролив его содержимое на себя, тяжело вздохнула. Казалось, будто бы вместо стакана с водой я держала нечто безумно тяжелое.

Сделав пару глотков воды, почувствовала, как прохладная жидкость медленно направилась вниз. Незнакомка забрала бокал, поставив его на место, после чего молча вышла из палаты, даже не посмотрев на меня.

Затуманенность сознания никак не хотела отступать, еще больше затягивая в свои неприятные объятья. Не знаю сколько так просидела, смотря в одну точку. Похоже и вовсе успела задремать, ведь когда снова открылась дверь, по телу прошлись мурашки, а глаза в испуге распахнулись.

В дверном проеме стоял знакомый силуэт, что никак не хотел становиться четким для моих глаз. Силуэт двинулся к стулу и только по походке, поняла, что это была никто иная как Веста. Та самая женщина, с которой я случайно столкнулась в книжном, в тот день когда моя жизнь резко изменилась. А было ли это случайностью?

– Я рада, что вы очнулись, – опустившись на сидение, произнесла она уставшим голосом.

– Что происходит? – эти слова дались мне тяжело. Горло пронзила неприятная боль, из-за которой я, поморщившись, схватилась за горло.

– Вы упали с крыши «Бонсиро», хотя предположу вопрос касается не этого события, – Веста тяжело вздохнула, откинувшись на спинку стула. Она закинула ногу на ногу. Зрение наконец сфокусировалось на ней, и мне стали видны сильные признаки усталости на лице женщины. – Честно говоря, до вашего пробуждения я много раз просматривала вариации нашего с вами диалога. К моему сожалению, каждый заканчивался вашей истерикой и принудительным введением снотворного. В большинстве случаев все происходило, как только я произносила ваше настоящее имя. Других вариаций событий я так и не смогла просмотреть из-за недостатка времени, поэтому придется действовать осторожно, импровизируя, – ее слова были странными и совершенно непонятными для меня. Не думаю, что дело тут в моем состоянии. Веста на самом деле говорила непонятные и загадочные вещи, при этом как-то иначе, нежели в предыдущие наши встречи. – Пока вы не придете в себя, так и быть, я буду называть вас Лилу. Хоть мне прекрасно известно, что это имя не является вашим по праву рождения.

– Что? – странным хрипом сорвалось с моих губ, отчего я снова поморщилась, еще сильнее сжав собственное горло.

– Последние дни выдались тяжелыми, Лилу. После произошедшего прошло, – она задумалась, изучая янтарными глазами что-то над моей головой. – Вероятнее правильно сказать, три дня, ибо вас привезли тридцать первого октября вечером. Сейчас уже третье ноября. Так вот, – Веста опустила на меня взгляд. – Последние три дня выдались тяжелыми. Необходимо было столько сделать, при этом наблюдая за вашим состоянием. Безусловно все осложняло наше нахождение в Вонсонс. Пришлось быть незаметной, даже для собственных сотрудников.

– Подождите, – прохрипела я, стараясь игнорировать дискомфорт в горле. – Я ничего не понимаю. Что произошло? Почему я тут? Где Трой? Что… что с Хёну? – мой голос исказился до неузнаваемости, словно у меня вот-вот должна произойти истерика.

– С Хёну все хорошо. Конечно, со слов Айлин, выглядел он подавленным и достаточно уставшим, что в данных обстоятельствах неудивительно. Но видимых проблем, не было замечено. Да и с ним сейчас некий молодой человек, кажется его имя Лиам, – задумчиво произнесла она, наблюдая за моей реакцией. Услышав имя друга что-то внутри расслабилось. Ну раз с Хё сейчас Лиам, значит переживать мне, почти, не о чем. – Что касается Троя. На данный момент он находится в моей резиденции, в ожидании вас, Лилу. Вместе с ним его подруга. Несса, – голова пошла кругом от этого всего. Снова захотелось спать, а слова Весты превращались в странный шум. – Вы же находитесь в Вонсонс, потому что ваша… бабушка решила добавить вам проблем новой порцией нулевого образца.

Через мое тело будто бы ток пропустили.

Что она сказала? Бабушка? Нулевой препарат? Точно. Веста говорила до этого, что знает мое настоящее имя. Откуда? Кто она?

– Простите? – сглотнув, переспросила я.

– Лилу, вы не ослышались. Не заставляйте меня повторять или называть это имя. Я так же, как и вы, испытываю к этому человеку только неприятные эмоции. Сразу забегу вперед, я знала о вас почти все, кроме непосредственно состояния вашего организма. Удивительно как вы до сих пор живы.

– Что?

– Ваш организм погибал, а используя способности, вы еще больше изнашивали его двигая себя к неминуемой гибели в страшных муках. Скажем так, помогали яду распространяться еще быстрее.

– Мои силы меня убивали? – в голове не укладывалось подобное. Может я вообще сплю? Тогда это очень странный сон.

– Силы – нет. Но их использование не позволяло вашему организму восстанавливаться после каждого приема Vestra. Скажите, Лилу, вам же приходилось принимать препарат чаще, нежели раз в полгода?

– Ну… – отчего-то я растерялась, тяжело было собрать мысли в кучку и вспомнить все детали. – Последние годы, можно сказать, приходилось принимать Vestra каждую неделю.

Ее глаза наполнились болью и сожалением. Словно бы она уже знала, что помимо этого я каждый раз испытывала сильнейшую боль. А после постоянную усталость, не говоря уже о последствиях при длительном использовании иллюзии.

– Мне жаль, что вам пришлось пережить столько боли, Лилу, – искренне произнесла Веста, подавшись вперед и сжав ладонь, что осталась лежать на койке. – Простите, что не пришла к вам раньше и не избавила вас от этого. Я приложу все усилия, чтобы ваш организм восстановился. Чтобы вы смогли прожить свою жизнь счастливо, рядом с любимыми.

– Веста, я вас не понимаю, – дрожащими губами произнесла я, ощущая, как по щекам покатились горячие слезы.

– Лилу, вам больше не придется испытывать боль. Больше никаких уколов или таблеток. Вы навсегда свободны от этих оков, – словно не слыша меня, продолжила Веста.

– Мои силы?

– Силы это не последние приема Vestra, – слабо улыбнувшись, сказала она. – Способности проявляются только после введения нулевой версии. У… нее не так много образцов. Да и большинство было растрачено впустую. Ваше преображение – дар, что пробудился в вас, когда это было так необходимо. Вам требовалась маска, чтобы скрыться от нее, и вы ее получили. Вагус дарует силу только тем, кто достоин и нуждается в ней, больше, нежели в кислороде.

– Вы… вы говорите о древе? – я никогда прежде не слыша то имя, которое назвала Веста. При этом оно казалось мне знакомым, словно заложено в меня еще до рождения. На мой вопрос женщина молча кивнула, совершенно не удивившись. – Вы были той девушкой? Той в которую бабушка вколола жидкость из корней? – вот этот вопрос уже вызвал бурную реакцию. Непонимание, удивление и озадаченность. – Я видела что-то вроде сна, после нападения… Еще тогда вы и Айлин просили меня быть осторожной, а я…

– Ослушались, – грустно улыбнувшись, закончила за меня Веста. – Вагус послал вам ведение, Лилу, но другого рода, нежели вижу я. Он показал вам прошлое, чтобы направить в правильном направлении.

– Значит, вы… – я не смогла закончить. Слова вертелись на языке, но не хотели покидать рта. Все это казалось странным, бредовым и нереальным сном. Который в итоге оказался правдой. Безумие.

– Да, у меня тоже есть сила, – отпустив мою руку, Веста облокотилась о спинку стула. В ее глазах все так же была грусть, – То, что произошло со мной, и с ней, отличается от вашей ситуации. Мы росли в обычных семьях, стремились к науке и помощи людям. По крайней мере тогда мне так казалось… Интуиция подсказывала мне, что не стоило брать ее в экспедицию в Замвао. Прекрасное и ужасное место, где тяжело жить вне религиозного культа, – голос Весты стал монотонным, словно она окунулась в не совсем приятные воспоминания. Ее тело было напряжено, будто бы было готово в любой момент дать отпор невидимому врагу. – Нам повезло, мы нашли пещеру и начали исследовать ее. По словам местных, вход в нее найти тяжело. Вагус не любит гостей, но порой пускает к себе ради развлечения людишек один раз, если он не избрал их конечно, – она странно улыбнулась, словно в этом скрывалось нечто большее. – Она отделилась от группы, я же случайно заметила это. Мы очень долго шли, пока не набрели на нечто необыкновенное. Неземной красоты древо возвышалось над прозрачной толщиной воды, вокруг множество зелени. Будто бы это была совершенно другая планета.

– Там бабушка решила, что будет забавно вколоть жидкость из корней себе и вам? – посмотрев на руки, что, не переставая дрожать лежали поверх живота, уточнила я.

– Именно. Такую боль я не испытывала никогда. На наши крики прибежали остальные, вынесли меня и… – на глазах Весты проступили слезы. Она прикрыла глаза, позволяя слезинкам скатиться по бледным щекам вниз. – Нам пришлось в срочном порядке возвращаться, иначе бы плод… ваша мама, погибла бы. В Замвао совершенно другие законы, поэтому… пришлось держаться до клиники недалеко от границы.

– Вы сказали про боль.

– Это тяжело описать словами, Лилу. Казалось, что тело ломалось и быстро собиралось заново. Это… – голос женщины предательски дрогнул.

– Это хуже смерти, – с пониманием произнесла я, вспомнив каково было после каждого приема сыворотки. Неужели больше никогда той боли не будет в моей жизни? Даже не верится.

– Да. Все что было после, туман… и страх. Страх перед человеком, которого я когда-то считала другом, а она… она оказалась настоящим монстром, без каких-либо моральных ориентиров, – облизнув губы, и сжав ладони в кулаки, она продолжила: – В ночь появления вашей матери на свет, я услышала голос. Думаю, и… она тоже слышала его. Вагус был зол на нас за проникновение в его святое место, а еще больше гнева в его сердце было из-за кражи его драгоценной крови. Он покарал нас. Я не знаю, чего лишилась она, хотя не трудно догадаться, что это была молодость и остатки человечности. Когда-то она их очень ценила. А я… – Веста стала еще мрачнее. – Я потеряла возможность иметь детей, вместе с этим мое тело замедлилось в старении. Для кого-то это был бы радостный бонус, а для меня… Для меня не было ничего ценнее семьи, от которой, можно сказать, ничего не осталось.

– Мне жаль, – прошептала, посмотрев на нее со слезами на глазах. В груди горело от обиды, печали и отчаяния. Бабушка сотворила такое, прикрываясь наукой. А Веста… она не кажется мне плохой, наоборот… слишком хорошая. За что ей это все?

– Не стоит. Родство не делает вас виновной в делах других. Тем более я была достаточно близка с вашей мамой, пока не произошла трагедия, – покачав головой и ободряюще улыбнувшись, произнесла женщина. – Прошло несколько лет, прежде чем я снова услышала голос. Оказалось, что он следил за нами и изучив мою… душу, осознал, что вины на мне никакой нет. Я бы никогда не воспользовалась его кровью ради плохих дел, а узнав правду, вернула бы все законному владельцу. К сожалению, забрать свое проклятье он не смог, лишь послал мне особый дар. Видения или же вещие сны, благодаря которым я могу предвидеть события и не только. Вагус рассказал мне, что тьма… тьма хранившееся в сердце бывшей подруги погубит всех нас.

– И вы решили это исправить?

– Решила попытаться. Терять мне в тот момент было что, но благодаря… – Веста тяжело вздохнула, и снова покачала головой. – Простите, Лилу. Я не хотела нагружать вас сейчас подобной информацией. Ваше состояние и так тяжелое, особенно после всего перенесенного вами.

– Хоть я мало что и поняла, из рассказанного вами, но… мне почему-то стало легче, – поспешила успокоить ее я.

– Хёну будет в порядке, не беспокойтесь за него и набирайтесь сил. Способности пока что вам не стоит использовать, это…

– Яд? – нахмурившись спросила, вспомнив то, что она говорила до этого.

– Сейчас уже нет, но лучше стоит повременить. Безусловно последствия использования способностей останутся с вами, но более глобальной угрозы для жизни больше не будет. Со временем даже станет легче, если вы все же захотите развивать способности и узнать все свои возможности, – Веста говорила так, словно была экспертом в подобных вопросах. – Лилу, вам необходимо принять свою истинную натуру, это важно для вашего будущего и настоящего.

Эти слова звоном пронеслись в моей голове. Нечто подобное я слышала во сне… от древа… от Вагус… Но что это значит? Что мне необходимо принять?

Дверь открылась. В образовавшемся проеме появилась темная макушка, а после и ее обладательница. Айлин хмуро посмотрела на Весту, а переведя взгляд на меня, удивилась и расслабленно улыбнулась.

– Ты наконец-то очнулась, – радостно сказала девушка, войдя в помещение и прикрыв за собой дверь. – Как самочувствие?

– Немного странновато, – неуверенно произнесла я.

– Веста, вы все-таки наговорили ей всякого разного, не послушав меня. Да? – недовольно посмотрев на начальницу, спросила девушка, сложив руки на груди.

– Айлин, можешь сколько угодно ругать меня за открытость, но я устала выискивать верный выход, – расслабленно простонала Веста.

– Поэтому вы решили вывалить все на бедную девочку, застав ее врасплох. Благородно и гениально, с вашей стороны, – с сарказмом произнесла Айлин, слегка закатив глаза. – Лилу, не забивай себе голову. Хорошо?

– Ну это навряд ли получится, после такого, – пожав плечами произнесла, слегка расслабившись. С приходом девушки атмосфера в помещении стала менее напряженной.

– Отдыхайте, Лилу. Позже я еще зайду к вам, чтобы проверить показатели, – сказав это, Веста поднялась на ноги и направилась к двери. Взявшись за ручку, она остановилась и слегка повернувшись ко мне, произнесла: – Особенное всегда тянется к особенному.

Я не успела спросить, что это означало, как дверь с хлопком закрылась. Из Айлин вырвался слабый вздох, за которым последовал передразнивающий Весту шепот и фырканье. Девушка заняла освободившийся стул. Радость с ее лица исчезла, теперь она была напряженной.

– Держишься?

– Я не знаю.

– С Хёну и Троем все хорошо. Твоя тетя пока ничего не знают, Хёну сказал, что что-то придумает на этот счет. В любом случае, люди Весты будут приглядывать за твоими близкими, чтобы к ним не подобралась Инга или же ее стервятники, – Айлин сжала мою ладонь.

– Хорошо, – только и произнесла, чувствуя, как сердце снова начало биться быстрее положенного.

– Не бери в голову все что сказала Веста, сейчас это не так важно. Для начала восстановись и приди в себя. Пока ты под успокоительными… – она посмотрела на капельницу. – В общем, ты пока что до конца не ощущаешь все как следует. Мир тебе кажется странным, неестественным, будто бы ты до сих пор во сне.

– Да есть такое, – кивнула я. Айлин права, моя реакция слишком спокойная. Но одно мне все равно не давало покоя. – Что она имела в виду, сказав: «Особенное всегда тянется к особенному»?

Девушка нахмурилась. Она не торопилась отвечать на мой вопрос, вероятно взвешивая все за и против в голове. Я же не ощущала ничего кроме быстрого сердцебиения. Никакой тревоги, сильного страха… Если эмоции и появлялись, тот тут же гасли, даже не захватив разум в свои цепкие сети. Это пугало. Мне такое совершенно не нравилось. Ощущение, словно я и не жива вовсе.

– Веста имела в виду, что особенные люди, такие как ты или она, имеют странную тягу к себе подобным. То есть, ты не просто так пошла на контакт с Вестой. Ты чувствовала в ней что-то, особенное, так сказать. Вероятно, ты уже встречала подобных людей, кроме Весты, – после ее слов, в голове словно кинопленка пронеслись события последних четырех месяцев.

Знакомство с Хлоей. Мы обе были слишком открыты друг с другом и быстро нашли общий язык. Лиам пялился на меня, а после признался, что я его чем-то заинтересовала. Веста сама подошла ко мне и начала тот странный диалог. А я, не в привычной себе манере, даже после настоящей фамилии, продолжала с ней контактировать. Все это вставало на свои места в причудливом пазле. Но что-то мне подсказывало, что таких людей было больше, нежели я знаю.

– Я должна тебе еще кое-что рассказать, – сказала Айлин, вырвав меня из размышлений.

– Да?

– Твои волосы, они… в общем, сама посмотри, – напряженно произнесла она, протянув мне мобильный с включенной фронтальной камерой.

Забрав его, молча посмотрела на экран, поднимая телефон перед собой.

Этого не может быть!

Вместо привычно черных волос, что были чуть ниже плеч, я увидела длинные светлые локоны. Последний раз себя такой я видела перед началом учебы под новым именем. Тогда маленькая Вики сидела перед зеркалом рассматривая себя, пытаясь не бояться. Она любила этот цвет волос, потому что он достался ей от мамы и папы. Вики не хотела с ними прощаться. Но она боялась встретиться с бабушкой, и та обязательно узнает ее именно из-за волос. И вот сейчас, спустя столько лет, она смотрела на себя и видела Вики. Девочку, которая очень скучала по папе и маме. Девочка, которая очень боялась бабушку. Девочка, которая попыталась стереть все воспоминания и забыть собственное имя. Девочка, которая давно выросла, только и делая, что, прячась за маской Лилу.

Кто я на самом деле?

Какая я на самом деле?

Вики или Лилу?

Эти светлые волосы, закрывающие грудь и доходящие до конца ребер. Они не принадлежали ни одной из них. Той маленькой Вики больше нет, но и той Лилу тоже. Может ли цвет волос вообще что-то изменить? Или же дело в услышанном? А может причина в успокоительном, не дающем мне адекватно воспринимать происходящее?

Глава 10. Трой

Произойди подобные изменения год назад, в самом деле я бы сошел с ума. Удивительно, как несколько месяцев могут настолько изменить не только твою жизнь, но и тебя самого. Хотя я все еще тот самый Трой, ненавидящий перемены и отсутствие контроля над ситуацией. Парень, который до конца так и не понял кем является на самом деле. Посредник черного рынка, что оказался одним из избранных и знал куда больше, чем положено любому другому.

Луна без зазрения совести рассказала мне все нюансы моего положения, сославшись на то, что Веста Вада не всегда может правильно подготовить к подобным новостям. Она прекрасно понимала каково мне сейчас. Особенно учитывая, что девушка оказалась невольным свидетелем диалога с Нессой. Я заметил ее слишком поздно, когда рассказывал Нес правду нашего положения и причин присутствия здесь. Увидев Луну в дверях, опешил. Будет ложью, если скажу, что не испугался. Рыжеволосая же лишь улыбнулась и добавила немного ясности в мой рассказ, так чтобы у Нессы не осталось пробелов во всей истории.

Что же касается того, как Нес восприняла информацию… Ну это было очередным странным поведением с ее стороны. Она спокойно все выслушала, ничего не говоря, пока мы с Луной не закончили объяснение. А в самом конце, Несса лишь кивнула и пробормотала себе под нос: «Теперь понятно, почему я почувствовала ложь, когда она представилась Лилу».

Что это означало ни я, ни Луна, не решились спросить. Рыжеволосая оставила нас отдыхать перед ужином, где мы впоследствии познакомились с единственными живыми работниками. Давид и Альба Гарсия – достаточно милая пожилая пара. Они начали работать на семейство Вада много лет назад. От этих двоих исходила приятная семейная и комфортная энергетика. В какой-то момент, я ощутил, будто бы мы приехали сюда отдыхать к пожилым родственникам, а не бежали от… непонятно до конца чего. Как жаль, что это было не так.

Несса быстро нашла общий язык с Миссис Гарсия, помогая ей убирать со стола после ужина. Меня это удивило, потому что Нес редко когда вызывалась помочь из-за своего самочувствия, а еще больше от нежелания что-то вообще делать. Да и чего там, готовили мы редко, в основном брали еду на вынос или полуфабрикаты, от которых оставался только мусор.

Благодаря радушному приему со стороны Луны и добросердечных работников, слишком быстро пришло ощущение комфорта и спокойствия. Конечно первая ночь на новом месте оказалась все же неспокойной. Спал я из ряда вон плохо, постоянно подходил к окну и смотрел на падающие снежинки. Это немного успокаивало, в итоге мне удалось уснуть. На следующий день Луна устроила нам экскурсию по резиденции.

Основной дом, что был самым большим строением на территории. Он имел в какой-то степени современно-классический вид. При дневном свете я смог разглядеть его величие во всей красе, хотя и в ночи, благодаря снегу и различной подсветке, дом выглядел прекрасно. Панорамные окна по всему строению (кроме ванных комнат, конечно), придавали строению своеобразный уют. Светлый, больше похожий на песочный, оттенок внешних стен отлично сочетался с лесным насаждением, расположенным позади строения. Думаю, в теплое время здесь еще больше зелени, судя по заснеженным кустам, что точно придавало окружению особое волшебство.

Основной вход или же выход, вел к большому гаражу (где по словам Давида были не только машины, но и различные роботы-работники, такие как садовники, снегоуборщики, охранники и так далее) и к подъездной дороге.

С другой стороны дома был выход на крытую веранду. Недалеко располагался жилой домик персонала, а дальше аккуратная дорожка вела к хвойному лесу и пустующим небольшим домам. Всего их было три, по словам Луны в одном из них иногда жила Айлин. Других гостей у них никогда не было. Спрашивать про надобность домов, я не стал, лишь молча разглядывал высокие деревья, от которых по территории расходился приятный хвойный аромат. Насколько большая была резиденции, я так и не понял, потому что мы с Нессой слишком быстро замерзли и не решились идти дальше.

Увы, покупка зимних вещей была запланирована на канун моего дня рождения. А из-за обстоятельств, вышло так, что ни я, ни Несса, так и не получили новые вещи. Поэтому Миссис Гарсия через двадцать минут позвала нас в дом отогреваться. Несса ее будто бы не слышала, как завороженная смотрела на деревья, наплевав на стучавщие зубы. Ее побледневшие от холода губы что-то бубнили под нос, пока я не повел ее в дом.

– Трой, тебе что-то еще нужно? – вырвав меня из воспоминаний последних дней, спросила Луна.

Мы сидели в просторной гостиной, на безумно удобных диванчиках светлого оттенка. Несса, сидевшая рядом со мной, укуталась в клетчатый плед, молча смотря в окно, где Давид убирал снег. По его словам, хоть есть роботы-помощники, территорию перед домом он предпочитал убирать сам. Я же склоняюсь к тому, что это своего рода спорт или же терапия, а может и то и другое. К такому выводу я пришел, случайно подслушав диалог супругов. Они в курсе дел хозяйки, поэтому очень переживали за нас. Как сказала Миссис Гарсия: «Бедные дети, мир так жесток с ними. А девочка, ты видел, как она плохо кушает, дорогой? Поскорее бы Веста вернулась и выяснила причину недомогания».

Подобная забота была такой чуждой для меня, что я невольно пустил слезу. Прошло больше года, как мамы не стало. Помимо фотографий, различных воспоминаний и разговоров о ней, я постарался вытеснить вот такую заботу и ласку из жизни. Несса никогда не была такой, что помогло мне быстро забыть, каково жилось раньше.

– Зимние и домашние вещи, это все что мне нужно. Еще конечно сигареты, но это мы уже обсуждали до этого. В еде, помимо тушеной капусты, я не привередлив. Лучше удели внимание тому, что нужно Нессе, – спокойно сказал я, посмотрев на поникшую Нес. – Все в порядке?

– Да, – тихо ответила она, даже не поднимая на меня глаз.

Луна молча перевела на меня взгляд. Дождавшись момента, когда между нами произошел полноценный зрительный контакт, она кивнула в сторону улицы. Сначала я совсем не понял намек, поэтому в ответ лишь нахмурился. Луна слегка закатила глаза, кивнула в сторону Нес, что не смотрела на нас, потом на меня и отрицательно покачала головой. Вот тут я уже понял, что мне, пожалуй, стоило оставить девочек наедине, не смущая их своим присутствием.

– Пойду подышу свежим воздухом, – спокойно сказал, быстро поднявшись на ноги. Мне и правда не помешало подышать, морозный воздух отрезвлял и помогал окончательно не растворится в комфорте.

На улице я оказался через пару секунд, наспех накинув куртку и надев обувь. Морозный воздух встретил колким приветствием, коснувшись своими иглами лица и оголенной шеи. Поежившись, застегнулся, не смотря под ноги, направившись к лестнице и у самого края поскользнулся. Схватившись голой рукой за железный поручень, тихо выругался под нос.

Давид, который до моего фееричного полупируэта, энергично убирал снег, остановился и поправив шапку посмотрел на меня. На его морщинистом лице появилась приветливая улыбка. Подойдя к нему ближе, заметил на смуглой коже легкий морозный румянец.

– Решил подышать свежим воздухом, парень? – поинтересовался мужчина.

Он снял перчатку и почесал левую щеку, где красовался приличный шрам. Вчера за ужином, Давид рассказал, как в молодости, до побега из Замвао, охотился на кабана и тот оставил ему вот такое напоминание, что нельзя посягать на чужую жизнь. Даже если тебе совсем нечего есть.

– Да. Здесь воздух куда чище, нежели в Оливано. Может быть вам помочь? Физическая нагрузка мне также полезна, как и вам, – осмотревшись по сторонам, спросил. Снега за ночь прибавилось прилично, не верится, что сейчас все еще осень.

Позади дома слышался шум работающих роботов. Они также, как и Давид, во всю убирали снег, приводя территорию в порядок. Хоть и людей тут проживало маловато, порядок все же важен. Кто знает, когда понадобиться проход к гостевым домам.

Я уже перестал гадать насколько богата Веста, как только увидел количество роботов за работой. При этом, все же смею предположить, что она богаче всех вместе взятых членов совета.

– Помощь – это хорошо, но сильно не перетруждайся. Тем более перчаток у тебя нет, – ухмыльнувшись, ответил Давид, протянув мне свою лопату и перчатки.

– А как же вы? – нахмурившись, спросил я, не торопясь принимать одежду.

– Возьму запасные, вместе со второй лопатой, – подмигнув мне, сказал он, впихнув в руки перчатки.

После этого мужчина покинул меня ненадолго. За это время, я успел немного убрать снег, хотя честно говоря не совсем понимал, как это правильно делать. На улицах Оливана редко задерживался снег, в отличие от крыш и козырьков домов. Никто из местных не понимал, почему так. Старики говорили, что началось это тогда же, когда и тьма накрыла наш брошенный миром городок.

– Вижу ты никогда прежде не убирал снег, – с удивлением заметил Давид. – Тут ничего трудного нет, я покажу тебе как надо делать, а ты попробуй повторить.

Молча кивнув, отошел в сторону, наблюдая за действиями мужчины. Он делал все настолько четко и без проблем. Мне даже стало завидно, я же пару раз махнул лопатой и запыхавшись останавливался. Хотя, вероятно, в моем случае, всему виной вредная привычка дымить. Мистер Гарсия, по его словам, всю жизнь вел подвижный образ жизни. Неудивительно, в его годы так лихо махать лопатой может не каждый.

– Вы совсем не устаете, заниматься этим каждый день? – спросил, после того, как сам попробовал правильно убрать снег, но все равно остановился, ловя морозный воздух ртом.

– Да за столько лет работы, привык уже. Трой, не вини себя в слабости. Подобные занятия не только курильщика могут заставить запыхаться. Я работаю каждый день, не важно какая погода, – он улыбнулся, поправив шапку, отчего она немного съехала назад, открывая седые волосы. – Много раз у меня были мысли отдать все заботы роботам-помощникам, но я так же быстро отгонял от себя эту мысль. Безусловно я уже не молодой. Только вот возраст, Трой, это всего лишь цифра. Если заниматься своим телом, душой и здоровьем, даже в восемьдесят пять можно чувствовать себя на все тридцать.

– Вы чувствуете себя на тридцать? – немного не веря его словам, поинтересовался.

– Да. Иногда бывает, ощущаю себя старше, в такие дни бывает болят колени и руки крутит. Благо Веста знает, как исправить подобное и помогает дальше получать удовольствие от жизни, – сложив ладони поверх ручки лопаты, произнес он.

– Скажите, Давид, зачем Весте такая большая территория, и те дома?

– Когда Веста приобретала этот участок, в ее душе еще жили грезы о большой дружной семье. Тогда еще были живы ее родители, а сестра, Дара Вада, готовилась к свадьбе. Волею судеб, Веста связалась с плохим человеком, что разрушил ее семью и чуть не погубил ее саму.

– Вы говорите про Ингу Орейро? – понизив голос, словно говорил о чем-то запретном, спросил я.

– Да. Когда умерли родители, Весте пришлось тяжело. На территории уже появился основной дом и только начали отстраивать отдельный для нас с супругой. Веста, добрая душа, хотела, чтобы у нас был свой уютный уголок, куда никто кроме нас не сможет зайти. Потом появилась Луна. Маленький лучик надежды, благодаря которому хозяйка не потерялась во тьме после гибели сестры и ее супруга. Самое печальное было то, что Дара и Веста почти помирились. Для семьи Дары, Веста строила особый дом. Там была детская. К сожалению, ребенок пропал.

– Подождите, Давид. У сестры Весты есть ребенок? – перебив мужчину, спросил я. Еще одно исчезновение, которое мне уже не кажется совпадением. Если и это дитя рождено благодаря сыворотке, то в этом точно есть закономерность и все ведет именно к Инге.

– Да, мальчик, – ничего не заподозрив, Давид спокойно ответил на мой вопрос. – Мальчишке было совсем немного, год от силы. Веста видела его один раз, с воодушевлением рассказывая нам с Альбой после той встречи, что он унаследовал их особенность. Как жаль, что все так произошло. Дара и ее супруг прошли через многое, пытаясь завести дитя. Даже обратились… к женщине, о которой ты говорил.

– К Инге? Ребенок родился благодаря Vestra? – а вот это мне уже не нравилось. Если сложить все в верном порядке, то Инга или же ее люди, забирали детей, рожденных благодаря сыворотке. Только есть одно весомое и значимое – но. Женщина забирала не всех, и что-то мне подсказывало, что все они такие же, как Лилу. Дети, рожденные благодаря эксперименту безумной старухи. Дети, прошедшие через ад нулевого образца. Дети, обладающие особым даром, которым явно заинтересовалась Инга или тот, кто стоял за ней.

– Да, к сожалению, тогда Дара и Веста еще не помирились. Но даже несмотря на… услуги той женщины, мальчик родился здоровым, – с грустью произнес Давид, сделав глубокий вдох, он добавил: – Сейчас ему бы было около двадцати. Веста не теряет надежды его найти. Конечно янтарные глаза хорошая отличительная черта, но в новом мире таких все же полно. Нельзя же подходить к каждому и предлагать сделать тест ДНК.

Почему-то я сразу подумал про Лиама. Янтарные глаза. Если так подумать, то и внешние сходства с Вестой у него явно есть. И все же Давид прав. В новом мире людей с подобным цветом глаз достаточно, и Лиам не первый, кого я видел за свою жизнь. Но все же… что-то именно в таких глазах, как у Лиама и Весты было общее. Может ли быть такое, что наследник Жана Лунд, на самом деле племянник Весты Вада?

Покачав головой, продолжил слушать Давида, который уже рассказывал про роботов-охранников. Пока он говорил, я чистил снег, медленно привыкая к этому делу. Роботы-охранники, по словам мужчины, страшные создания и видеть их в деле он не советует. Они быстры, сильны и беспощадны. Особая технология мало кому доступна. И конечно же это не относится к Весте Вада, ибо она может достать все.

Через полчаса, когда мои щеки стали холоднее хрустящего под ногами снега, Миссис Гарсия позвала нас в дом. Обед был почти готов, но перед ним надо накрыть на стол. Давид с благодарностью похлопал меня по спине, сказав, что давно от души так не болтал. Я же отчасти половину его рассказа прослушал, продолжая думать о похищениях детей. Все это слишком странно. Рожденных благодаря сыворотке прилично, а вот случаев с пропажей единицы. Это значило, что мое предположение верно. Все пропавшие дети такие же как Лилу, а значит, у них тоже есть способности. К этому всему, лишним подтверждением является история Луны, которую та рассказала еще раз, вчера перед обедом.

– Список отправлен Айлин, – воодушевленно сказала рыжеволосая, проходя мимо меня.

– Надеюсь огромный запас чипсов входит в него, – бросил я, поймав на себе, возмущенный взгляд Нессы. – Не смотри на меня так.

– Ага. Я попросила Айлин закупить как можно больше ваших любимых вещей, чтобы не приходилось потом в город кататься. Дорога не близкая и утомительная, – крикнула с кухни Луна.

Это была правда. Хоть и автомобили, что забрали нас из дома, ехали очень быстро. Да и вообще были необычными новыми моделями, что меня уже не удивляло, по крайней мере сейчас. Путь занял около трех часов, а от сидения на одном месте, так затекло тело, что под конец я весь извелся. Никогда у меня не было настолько долгих поездок.

– Вот и хорошо, – прошептал, сняв ботинки.

Обед прошел в тихой и очень уютной атмосфере. После Луна уговорила нас посмотреть фильм про пиратов, упомянув, что его очень любит Айлин. Несса после этого пристально посмотрела на меня, словно чего-то ждала. Я же молча кивнул. Перед просмотром все же решил выйти покурить на крытую веранду.

Мне не хотелось показывать никакой заинтересованности в ком-либо. До сих пор я сомневался, в том, что между мной и Айлин вообще возможны какие-то отношения. Играться с ее чувствами, я не хотел. Использовать себя, чтобы закрыть брешь от прошлых отношений, тоже не позволю. При этом всем, в груди, при каждом упоминании ее имени, чувствовал приятное тепло и ноющую тоску. Я очень скучал по Айлин, по ее голосу и глазам. Это было нечто иное, нежели ощущение нехватки Макса, Лилу или же других ребят. Чувства к Айлин были другими.

Выдыхая табачный дым и смотря на хвойные верхушки елей, над которыми уже виднелась темнота надвигающейся ночи, с грустью понимал, что любовь к девушке отчасти меня тяготит. У меня не было к ней той привязанности как к Лилу, которую по наивности тогда перепутал с любовью. Все это иное. Я хотел Айлин, но это было с каким-то трепетом и нежностью. Мне очень хотелось, чтобы она просто была рядом. Я хотел попробовать с Айлин то, что не решался с Наной. Это пугало и сводило с ума. Каждая наша встреча. Каждое мгновение. Я просто наслаждался этим, не важно, что происходило вокруг нас. Вдали от нее, ощущал сомнения и тоску. Рядом с ней растворялся и был готов на безумные поступки.

Неужели подобное было с мамой? Когда отца не было дома, она скучала по нему, не позволяла его оскорбить и одновременно с этим думала о разводе. Когда он возвращался домой и осыпал ее любовью, мама словно забывалась и позволяла себе купаться в этих чувствах. При этом она прекрасно осознавала, что вместе с ним у нас снова пропадут деньги или ценные вещи.

Вот эти мысли пугали больше всего. Не хочу повторять судьбу отца. Безусловно у меня возникали мысли о своей семье. Иногда я думал о том, что хочу сына и дочку. Только все это разбивалось о реальность и страхи. Сейчас же, я мечтал совершенно о другом.

– Трой, – взволнованный голос Луны, вырвал меня из размышлений, а горький привкус тлеющего фитиля заставил сплюнуть горечь в ближайший сугроб.

– Да? – обернувшись спросил, затушив бычок в снегу, что лежал на ограждении.

– Лилу пришла в себя, – выдыхая пар изо рта, произнесла рыжеволосая.

Глава 11. Лилу

4 ноября, 2276 года

Снежные хлопья плотной стеной опускались на землю. Увы, из-за него я не смогла наблюдать за высотными домами вдали, как делала это всю ночь.

После разговора с Айлин я незаметно для себя уснула. Очнулась ближе к ночи, когда в палату снова вошла Веста для проверки моего состояния. Она выглядела еще более уставшей, что наталкивало не на особо приятные мысли. Когда женщина закончила, ко мне зашла миловидная медсестра средних лет. Та сменила капельницу, под пристальным надзором Весты, а после принесла мне еду. Ела я в одиночестве, почти не чувствуя вкуса.

Последующий час тщетно пыталась уснуть, но ничего так и не вышло. Устав от этих попыток, аккуратно поднялась на ослабшие ноги и захватив стойку с капельницей, направилась к окну. Там располагался небольшой диванчик темно-синего оттенка. Именно на нем я и просидела всю ночь, смотря на огни ночного города, наблюдая за редкими снежинками.

Всю ночь я много думала, в основном о Хёну. Даже в таком состоянии, когда эмоции и чувства были подавлены, а внутри ощущалась неприятная пустота, я очень переживала за него. Безусловно терапия помогла ему, но этого недостаточно… чтобы полностью проститься с прошлым и отпустить его. Мне страшно, что произошедшее могло откинуть Хё обратно, к началу, или же еще хуже. Не хотелось думать, что на теле любимого могли появиться новые шрамы по моей вине.

Хуже было от мысли, что ничего уже не будет как прежде. После услышанного и произошедшего, о какой обычной и нормальной жизни вообще могла идти речь?

Возможна ли эта обычная жизнь вообще?

Сейчас все странное и бессмысленное одновременно. Внутри сплошные сомнения и переживания, а отсутствие ярких и четких эмоций делало только хуже. Я совершенно не понимала себя, не могла услышать четких мыслей и понять, что же делать дальше.

Единственное, что все же четко сейчас ощущала, так это вину перед Хё. Невыносимо из-за незнания, как он сейчас и все ли с ним в порядке. Мне нельзя ему позвонить. Мой мобильный, по словам Айлин, сейчас у него по ряду причин, а когда я смогу с ним связаться вообще неизвестно. За Хёну следят, он в опасности… из-за меня.

– Лилу, ты спала? – раздался голос позади.

Обернувшись, увидела Айлин. Она стояла в дверях с сумками, где по всей видимости была одежда. На лице девушки читалось беспокойство, что совершенно неудивительно. Мы должны были покинуть Вонсонс ранним утром, только вот сильный снегопад немного изменил эти планы. Поэтому отъезд перенесся на обеденное время, когда по прогнозам количество осадков должно уменьшиться в разы. К этому времени роботы-уборщики смогут устранить последствие снежного утра.

– Пару часов, после твоего ухода, – пожав плечами, ответила, вернув взгляд обратно к окну. Количество белых хлопьев становилось меньше. – А после так и не вышло больше уснуть.

– Плохо, твоему организму необходим крепкий и здоровый сон, – с досадой произнесла она, по всей видимости подойдя ближе ко мне. – Через час нас будет ожидать автомобиль, поэтому я принесла тебе вещи.

– Спасибо, – тихо сказала, даже не посмотрев на нее.

Вчера Айлин задавала много вопросов. Они касались одежды и важных бытовых вещей, которые ей необходимо будет купить для меня. Неизвестно сколько времени я проведу дома у Весты, поэтому необходимо заранее приобрести все самое важно. Как жаль, что нельзя взять свои вещи из дома.

– С тобой все хорошо? – после недолгого молчания, спросила Айлин, сев рядом со мной.

– Я не знаю, – честно призналась я, проведя ладонью по непривычно длинным волосам. Веста с сомнением предположила, что дело в препарате, попавший в мой организм после выстрела. Только ни она, ни я, особо не верили в это. Думаю, дело в чем-то другом, более глубинном, связанным с силами и тем древом из сна. – Я не совсем понимаю, что происходит. Поэтому мне тяжело сказать, что со мной. Да и… как я вообще. Самой бы для начала понять, а потом уже рассказывать об этом другим.

– Понимаю. После… – она запнулась. Посмотрев на нее, заметила, как нахмурившись опустились темные брови. – После того как в твой организм перестанет попадать эта жидкость, – девушка кивнула в сторону капельницы. – В общем, пройдет часов десять, прежде чем к тебе вернется… – что-то мешало ей говорить прямо.

– Меня накроет волна эмоций и ощущений? – догадавшись спросила, а заметив ее неохотный кивок, слегка улыбнулась. – Айлин, тебе не стоит переживать. Чтобы я не почувствовала, это лучше, чем пустота, смешанная с виной. Да и… я много всего за свою жизнь испытывала, особенно во время приема Vestra.

– Это может тебя сломать, – тихо сказала Айлин. В ее голосе слышались нотки беспокойства.

– Сомневаюсь. Да будет больно. Невыносимо. Но это не сломает меня. Боль и чувства просто нужно пережить, не важно сколько на это потребуется времени, – слабо покачав головой, произнесла я, переведя взгляд в сторону окна. По ту сторону снова виднелись высотные дома и редкие огни в них. – Единственное, что может меня сломать… так это потеря близких.

– Этого не произойдет, – что-то теплое коснулось моего плеча, предположу, что это ладонь Айлин. – С Хёну все будет хорошо, как и с твоей тетей.

– Надеюсь.

Она ничего не сказала, оставляя нас обеих в повисшей тишине. Через некоторое время в палату вошла медсестра. Перед тем как вытащить из моей руки катетер, она провела опрос, схожий тому, что делала ночью Веста. Заполнив бумаги, женщина осмотрела кожу на руках, шее и лице, после чего вытащила иглу.

– Надеюсь размер одежды я подобрала верный, – начала Айлин, когда мы остались в палате одни. – Вещи в которых ты прибыла сюда пострадали, кроме куртки. Она чудом уцелела и не подверглась воздействию твоей силы. Ее конечно тоже хотели утилизировать, но Трой сказал, что… – девушка улыбнулась при упоминании кудряшки, а на ее правой щеке появилась ямочка. – В общем, вот, – она достала из сумки черную кожанку и протянула ту мне.

Приняв куртку, сразу же прижала ту к себе и вдохнула знакомый аромат. Слабый запах Хёну, что остался на холодной черной коже, одновременно окутал меня теплом и грустью. Трой прав, эта вещь очень важна мне. Когда-то это был подарок Хё. Почти все приятные воспоминания, связанные с ним, были также связаны и с кожанкой.

– Спасибо, – улыбнувшись, сказала я, изучая пальцами родную сердцу вещь.

– Я подожду тебя в коридоре, – кивнув, произнесла Айлин.

Оставшись в одиночестве, некоторое время я так и просидела, прижимая к себе кожанку. В конечном итоге взяв себя в руки, подняла сумку с пола, где лежали новые вещи. Выложив содержимое на койку, принялась переодеваться, мысленно желая поскорее покинуть эту палату.

Темные джинсы сели неплохо, хотя были слегка велики. Персиковая водолазка, под которой была всего лишь черная футболка, непривычно сжимала тело и горло. Попытавшись смириться с мыслью, что мне придется потерпеть, надела куртку и села на диван, чтобы обуться. Айлин купила мне массивные ботинки с толстой подошвой, которая точно увеличит мой рост минимум на пять сантиметров.

Закончив одеваться, в последний раз оглядела палату, к которой так и не успела привыкнуть. Отчасти я испытывала облегчение покидая это место. Только вот от мысли, что через пару часов Хёну станет от меня еще дальше, было не по себе. Меня тянуло к нему. Очень тянуло. Мне не хватало его теплого и нежного взгляда, объятий и разговоров обо всем на свете.

Глубоко вдохнув, захватила полупустую сумку и вышла в коридор. Айлин не заметила меня. Она что-то проверяла в своем мобильном. Подойдя к ней, я тихо кашлянула, привлекая тем самым к себе внимание.

– Готова? – даже не вздрогнув, поинтересовалась девушка, не отрывая взгляда от экрана мобильного.

– Да.

– Пойдем. Веста уже ждет нас внизу, – убрав телефон в карман пальто, произнесла Айлин. Посмотрев на меня, она нахмурилась. – В сумке же была куртка по погоде.

– Да, но мне захотелось надеть свою.

– Ладно. Главное, чтобы ты не заболела, – лишь произнесла она, направившись по коридору вперед.

Айлин привела меня к черному выходу, подкрепив это словами о безопасности. Они до сих пор не знала, следили ли люди Инги за Вонсонс и подозревала ли та, что ее внучка жива. По всем данным, которые им удалось выяснить за эти дни, Изабель и Генри пока что в безопасности. За Хёну следили только потому что специалистам «Бонсиро» удалось отследить его. Айлин успокоила меня, сказав, что если Хё не будет вести себя подозрительно, то за ним перестанут наблюдать. Не знаю, как это должно произойти, да и из объяснений девушки совершенно ничего не поняла. Все эти технические штучки вне моего поля понимания, особенно сейчас.

– Лилу, вы выглядите лучше, – произнесла Веста, как только мы подошли к выходу из здания. На ней был белый халат. Сомневаюсь, что именно так она собиралась выйти на улицу в такую погоду.

– Вы не едите с нами? – нахмурившись, поинтересовалась я.

– Увы, мне придется немного задержаться здесь. Но вы не переживайте, все необходимые препараты у Айлин, а ближе к вечеру или же ночи я прибуду в резиденцию, – Веста посмотрела на Айлин, та лишь коротко кивнула в подтверждение ее словам. – Лилу, если вдруг вы ощутите физическую боль, то обязательно сообщите об этом Айлин. Да и вообще о любых изменениях и ощущениях сообщайте ей. Но все же будем надеется, что до моего приезда ничего весомого не произойдет.

– Хорошо.

– Тогда не смею задерживать, вас уже заждались в резиденции, – улыбнувшись, произнесла Веста. В ее янтарных глазах виднелось беспокойство, казалось, женщине не хотелось отпускать нас одних. – Айлин, как доберетесь, сообщи мне.

– Обязательно.

Выйдя на улицу поежилась от холода. Все же Айлин была права, нужно было надеть нормальную куртку. Моя кожанка не предназначена для подобной погоды. Но мне так не хотелось с ней расставаться. Это единственная моя вещь. Пока кожанка на моих плечах, я ощущаю себя в хоть какой-то безопасности.

Под подошвой ботинок громко хрустел снег. Подойдя к темному автомобилю, оглянулась. В дверях стояла Веста. Встретившись с ней взглядом, заметила слабый кивок и теплую улыбку. Будто бы так, она пыталась подбодрить меня. Кивнув в ответ, открыла дверь и забралась в теплый салон, отдав при этом сумку водителю. Тот закинул ее на переднее сиденье и занял свое место.

– Если тебе захочется спать, не сопротивляйся этому желанию, – как только автомобиль поднялся в воздух, произнесла Айлин. – Твоему организму необходим отдыха.

– Помню, – слабо улыбнувшись, произнесла, смотря в окно.

Я все дальше от Хёну. Справится ли он, пока меня не будет рядом? Сможет ли Лиам оказать ему необходимую поддержку? Не попадут ли ребята в неприятности из-за меня?

– С ними все будет хорошо, – сжав мою ладонь, сказала Айлин, будто бы услышав мысли. Посмотрев на нее, встретилась с темно-карими глазами, где не было ни капельки сомнений. – Лиам обещал позаботиться о Хёну, думаю ему можно доверять. Поэтому, Лилу, пожалуйста, подумай сейчас о себе. Хорошо?

Я молча кивнула, не зная, что сказать в ответ. Лишь сжала ее ладонь, молчаливо соглашаясь. По правде, она права. Я доверяю Лиаму. Он обязательно позаботиться о Хёну и не даст ему натворить глупостей. А мне… мне и правда нужно сейчас подумать о себе, и о том, что произошло за последнее время. Так много вещей, которые необходимо как следует обдумать.

Глава 12. Лилу

Кто-то коснулся моего плеча.

Вздрогнув открыла глаза. Из-за мутной пелены, не сразу поняла где я и что вообще происходило. Пару раз моргнув, увидела лицо Айлин и все резко вспомнила. Сейчас мы находились в машине, что стояла на месте. Неужели мы уже приехали?

Похоже, после того как мы пересели в другой автомобиль, я настолько расслабилась в уютном кресле, что уснула. По шуму, исходящему со стороны багажника, поняла – машину активно разгружали.

– Проснулась? – поинтересовалась девушка, разглядывая мое сонное лицо.

– Ага, – зевнув, буркнула я, проведя рукой по лицу, в попытках прогнать остатки сна.

Айлин покинула машину, запустив в салон прохладный ветерок. Поежившись, посмотрела в сторону тонированного стекла. Рядом с машиной большие белоснежные сугробы и аккуратная тропинка. Она вела к огромному дому с высокими панорамными окнами. В стороне, недалеко от дорожки, стояли трое.

Одну фигуру я узнала сразу. Кудряшка Тро был в тонкой куртке, ежась от прохлады и пряча руки в карманы. Рядом с ним, переступая с ноги на ногу, Несса. Она заметно нервничала, посматривая то на машину, то на кудряшку. Третьей фигурой оказалась незнакомка с выбивающимися из-под шапки рыжими волосами. Почему-то она показалась мне до боли знакомой, словно мы уже виделись раньше и не раз.

Выйдя из машины, глубоко вдохнула через нос морозный воздух, наполненный хвойным ароматом и свежестью. Осмотревшись, заметила за домом высокие ели, над которыми виднелись тяжелые серые облака. Похоже скоро опять пойдет снег.

Поежившись от холода, поспешила застегнуть кожанку и направилась к Айлин, та о чем-то говорила с незнакомкой и ребятами. Остановившись рядом с ними, еще раз взглянула на рыжеволосую. Вблизи я смогла вспомнить где ее впервые увидела. Именно она была той самой девушкой, которую чуть не сбила толпа подростков. А спустя некоторое время я встретилась с Вестой в книжном. Также мы с ней столкнулись перед моим проникновением в «Бонсиро». Совпадение ли это?

– Это Луна, – прошептала мне на ухо Айлин. От неожиданности вздрогнув, посмотрела на нее и заметила слабую улыбку. – Именно она спасла тебя.

– Особенное всегда тянется к особенному? – вспомнив слова Весты, спросила. Девушка коротко кивнула и отошла к Луне.

– Рада с тобой познакомиться, Лилу, – улыбнувшись, произнесла та, а на пухлых щеках красовался легкий румянец.

– И я… наверное… прости, все это… – я запнулась, не зная как реагировать на происходящее.

– Все в порядке, – она тепло улыбнулась. – Главное, что ты очнулась и сейчас в безопасности.

– Луна, мне нужно с тобой кое-что обсудить, – сказала Айлин, после чего девушки отошли в сторону.

– Добро пожаловать в резиденцию Вада, – проходя мимо меня, произнес пожилой мужчина с теплотой в голосе. Он не задержался чтобы услышать ответ, а направился в дом, неся несколько сумок в руках.

– Твои волосы… – ко мне подошел Трой. В его голосе слышалась неловкость, смешанная с удивлением.

Посмотрев на него, увидела озадаченность в орехово-серых глазах, что с интересом рассматривали мои светлые пряди. Он слегка подрагивал от холода, все также пряча руки в карманах, а на лице, где появилась легкая щетина, виднелся румянец. Несса позади него не торопилась подходить и влезать в наш диалог. Она все также продолжала переступать с ноги на ногу, вероятно в попытках согреться. Мелкие косички оказались собраны в небрежный высокий хвост, а на лице виднелись заметные признаки усталости и болезни.

– Да… они… изменились, – неуверенно пробормотала я, сжав кончиками пальцев светлую прядь. До сих пор меня не отпускала мысль о том, что оттенок куда светлее, нежели был в детстве.

– Тебе идет, – неловко сказал Трой. Он прикусил нижнюю губу и прикрыл глаза, будто бы сморозил какую-то глупость. Между нами четко ощущалась холодная стена нервозности и дело было не в погоде. Я и сама до конца не понимала, как мне стоило себя вести. Похоже тоже самое было с кудряшкой. – К черту все, – вдруг произнес друг, выдыхая пар изо рта.

После этих слов он подошел ко мне и прижал к себе, вовлекая в теплые и комфортные объятия. Стена нервозности со стремительной скоростью дала трещину и рассыпалась на мелкие осколки. Трой прижимал меня к себе и слегка подрагивал. На мгновение показалось, что он не совсем верил в реальность происходящего.

Поддавшись, обняла его в ответ, уткнувшись в крепкую грудь друга. От него пахло чем-то терпким, приятным, смешанным со слабым ароматом сигарет. Такой знакомый и родной запах. Я мысленно схватилась за него, также сильно, как и обнимала сейчас парня. Это возвращало ко мне ясность ума и приближало к осознанию происходящего. К той реальности, к которой мне хотелось вернуться как можно скорее.

– Прости меня, – прошептал Трой отстранившись.

– Ты не… – начала было я, но холод сделал свое. Вместо четких слов, изо рта вылетели непонятные звуки вперемешку со стучащим звуком зубов.

– Пойдемте в дом, – появившись рядом, произнесла Луна.

– Я помогу Давиду занести оставшиеся вещи, – отступив на пару шагов назад, сказал кудряшка.

Не дождавшись ответа, он улыбнулся и направился к багажнику автомобиля. Луна подхватила меня под руку и потянула в сторону дома. От ее действий я не ощущала дискомфорта, наоборот. Это странно. Нечто подобное было со мной тогда в клубе, когда познакомилась с Хлоей.

Оказавшись в теплой прихожей, я не спешила раздеваться. Луна показала мне где взять тапочки и куда повесить куртку. Несса тоже не торопилась расставаться с верхней одеждой, она стояла рядом, рассматривая меня, словно видела впервые. Луна и Айлин разделись, взяли сумки с продуктами и оставили нас в прихожей вдвоем.

– Рада, что ты в порядке, – вдруг произнесла Несса, стянув с себя легкую куртку.

– Я бы не была так уверена, – сказала я, с интересом разглядывая прихожую и гостиную. Все здесь было в приятных оттенках, что сочетались между собой. При этом не наблюдалось излишков мебели, благодаря чему пространство казалось еще больше, чем было на самом деле. Да и панорамные окна делали свое дело.

– Ты жива, а это самое главное, – повесив куртку и сняв обувь, сказала она. Выпрямившись, Несса коснулась кончиками пальцев моих волос и странно улыбнулась. – Мне сразу показалось странным, когда ты соврала, представившись Лилу.

– Что? – не понимая спросила, часто моргая как дурочка.

– Ну, – Несса пожала плечами. Сделав пару шагов в сторону, она взяла пакет, где виднелись чипсы и посмотрела на меня бледно-зелеными глазами. – Я просто почувствовала фальшь в твоих словах. Будто бы ты и сама не верила, что тебя зовут Лилу, – на ее лице появилась слабая улыбка. – На самом деле светлые волосы тебе идут намного больше. Ты сейчас выглядишь собой, не пытаясь казаться кем-то другим.

Не дожидаясь ответа, она ушла, оставив меня в полном непонимании происходящего. Простояв так несколько секунд, меня словно током ударило, и я поспешила снять верхнюю одежду, от которой все еще исходил холод. Закончив, я перешла в гостиную, чтобы не мешать заносить вещи.

– Лилу, ты не устала? – появившись в помещении, с доброй улыбкой, поинтересовалась Луна.

– Ну, в целом нет, – немного неуверенно сказала.

– Тогда если ты не против, я проведу тебе экскурсию по дому и его окрестностям. Все же лучше знать, что и где находиться, чтобы ты поскорее почувствовала себя как дома. Ну естественно, как только мы закончим разбирать продукты, – взяв новую порцию сумок, сказала она.

– Как дома… – неуверенно произнесла я, смакуя эти слова на кончике языка. Позади послышался шорох. Обернувшись, увидела Троя. Парень занес приличное количество сумок, оставив их на границе между гостиной и прихожей. – Не думаю, что это будет так просто.

– Понимаю, – Луна нахмурившись посмотрела на кудряшку, что расстегнул куртку и шумно выдохнул. – Надеюсь, хотя бы немного комфорта ты сможешь ощутить, пока будешь здесь.

– Надеюсь, – прошептала я, обхватив себя руками. Все же водолазка не самая удобная одежда, по крайней мере для меня. Казалось, что я совсем голая и это мне совершенно не нравилось. – Я не против экскурсии.

– Отлично, – воодушевленно произнесла девушка, посмотрев на меня. – Пока что отдохни здесь, а как только мы закончим, устрою тебе незабываемую экскурсию, – подмигнув, Луна покинула меня, оставив с Троем наедине.

– Как ты? – подойдя ближе, поинтересовался кудряшка Тро.

– Пока что не понимаю, – честно произнесла, посмотрев в окно. Белоснежные сугробы совершенно не внушали праздничного настроения, наоборот, от них веяло холодом и тоской. – Из-за препаратов… которые мне кололи… я будто бы нахожусь в очень странном сне. Мне это не нравится.

– Я тебя прекрасно понимаю. Все вокруг будто бы нереально, опасно и чуждо, – тихо произнес друг, посмотрев на него, замерла. Трой словно бы резко вырос, стал старше и мудрее. Странно. Мы всего лишь перекинулись парой фраз, но рядом со мной стоял совершенно другой человек. И все же такой родной и близкий. – Знаешь, я будто бы и сам нахожусь во сне, до конца не понимая, что, мать его, вообще происходит, – он облизнул нижнюю губу, устало потерев шею. Я же невольно улыбнулась, услышав из его уст почти ругательство. Трой подошел ближе. – Я так виноват перед тобой.

– Трой… – тихо прошептала я, почувствовав тупую боль от осознания, что он винит во всем себя.

– Нет, – перебил меня кудряшка. – Послушай меня внимательно. Хорошо? – я кивнула, смотря на него и боясь услышать признание вины. – Мне невыносимо от мысли, что не смог предвидеть подобное и уберечь тебя. Я места себе не находил эти дни в ожидании, когда ты очнешься. А Хёну… – Трой прикрыл глаза, прикусив нижнюю губу. – Он сейчас там, один и…

– С ним Лиам, – поправила его я. А увидев, как тот неуверенно покачал головой, ощутила на плечах невидимый груз.

– Я знаю, но… они там одни, без защиты и… Кто гарантирует им безопасность? Конечно, я верю Весте, она обещала их защитить… но… что если…

– Трой, давай не будет думать об этом, хорошо? – сжав его ладонь, попросила я. – Если постоянно думать о плохом, то так можно потерять голову.

– Ты права, – открыв глаза и слабо кивнув, сказал Трой. Он молча посмотрел мне в глаза и неожиданно притянул к себе, в очередные объятья. – Я всегда рядом, Лилу. Не важно ночь это или день. Ты всегда можешь прийти ко мне. Я поддержу тебя.

– С… спасибо, – сорвалось с моих губ, пока внутри медленной вспышкой по телу прошлась слабая боль. По щекам покатились опаляющие кожу слезы, в горле появился небольшой ком. Меня напугала резкая тишина, что возникла после болезненной вспышки. Мне так не хватало чувств, чтобы окончательно понять, что я жива.

Кудряшка молча отстранился, на его лице появилась грустная улыбка. Большими пальцами рук он вытер мокрые дорожки на моих щеках, а после посмотрел прямо в глаза.

– Друзья для этого и существуют, чтобы быть рядом в любой момент жизни. Особенно когда хреново и хочется поплакать, пуская пузыри из соплей, – слишком серьезно, произнес кудряшка Тро.

Это казалось таким нелепым и смешным одновременно, что я не выдержав засмеялась. Сжав его ладонь, что лежали на моих щеках, ощутила приятное тепло. Трой улыбнулся, утерев вновь проступившие слезы на моем лице и снова притянул к себе.

– Мы справимся, Лилу, – прошептал он, опаляя горячим дыханием мою шею. – Хёну справится и совсем скоро все будет как раньше. Даже лучше, вот увидишь.

Слова кудряшки породили внутри трепетное чувство надежды. Я искренне хотела сейчас поверить ему. Хотела, чтобы Трой оказался прав и через некоторое время все вернулось на круги своя.

Только вот как раньше не будет. Увы, это неоспоримый факт. Но… может все же стоит надеяться, что светлое и беззаботное будущее в наших руках?

Глава 13. Хёну

После вчерашних новостей от Луны, мое внимание переключилось на резко обострившуюся проблему со зрением. Безусловно, я все так же волновался за Лу, но мои глаза заставили меня сильно обеспокоиться. То ли до этого я не замечал подобного. То ли стресс сделал свое дело.

Лиаму не потребовалось много времени, чтобы уговорить меня записаться ко врачу. Друг сделал проще. Он сам записал меня и поставил перед фактом, что прием состоится завтра, после обеда. В других обстоятельствах подобное проникновение в личную жизнь, ни на шутку бы разозлило. Только сейчас, если уж быть предельно честным с самим собой, я бы навряд ли пошел ко врачу.

Стоя на улице, после приема, я наблюдал за падающими с неба пушистыми хлопьями. Колкий ветер неприятно касался нежной кожи, отчего хотелось еще сильнее укутаться в теплое пальто. В кармане лежал рецепт на капли и очки. Хотя врач упомянул, что я могу прибегнуть к линзам. Честно говоря, от одной мысли, что что-то мне придется запихивать в глаза, было не по себе.

Недалеко от меня стоял подозрительный черный автомобиль. Тот самый, что преследовал мою персону от самого дома. Даже попытка отвязаться от них воспользовавшись общественным транспортом, не увенчалась успехом. Как только я поднялся на станцию надземного метро и встал у ограждения в ожидание поезда, заметил недалеко от себя двух парней в черном. Сложилось ощущение, что они совершенно не пытались скрыть свое присутствие. Или же наивно полагали, что их выделяющийся внешний вид на фоне жителей столицы, совершенно не бросался в глаза.

Луна просила не давать им понять, что я в курсе наблюдения. Что я, естественно, пытался сделать всеми силами. Правда порой взгляд сам касался их персон. Это сильно напрягало. Только выбор у меня небольшой. Луна передала, что если я ничем не выдам себя, то они решат, что ошиблись и прекратят слежку. Верил конечно в это с большим трудом, да только выбор, опять же, не велик.

Сделав глубокий вдох морозного воздуха, развернулся на пятках и направился дальше по улице. По словам девушки в регистратуре, недалеко есть аптека, где как раз смогу купить все необходимое. Да и небольшая прогулка полезна. Все же сидеть дома в ожидании непонятно чего, утомительно, а так я меньше думаю о плохом.

Лилу пришла в себя, она жива и… и неизвестно, что с ней на самом деле. Пока я лично не услышу ее голос или не увижу вживую, мне не будет покоя. Все равно время от времени мысли возвращались к произошедшему, как и к той тупой боли в груди. Мне чертовски плохо, и я ничего с этим не мог поделать. Это тошнотворно. Лиам пытался быть рядом и поддерживать. Но он в полной мере не мог мне дать самого необходимого в этой всей ситуации.

А что мне сейчас нужно? Я и сам не знаю.

Казалось, что сейчас я находился в темном и холодном углу, выбраться из которого у меня совершенно нет никаких сил. Головой понимал, нужно просто ждать. Но сердце и душа… им невыносимо оставаться в этом неведении слишком долго.

Роботы-уборщики собирали с тротуаров снег, загружая его в машину. Все это потом вывезут за город. Так было всегда. Небольшие магазинчики и кафе во всю украшали витрины гирляндами и разноцветными украшениями, на что мне смотреть совершенно не хотелось.

Мне тошно от того, что все вокруг так стремились к праздничному настроению. Особенно учитывая, что до него еще далековато. Но это не мешало людям развешивать украшения, включать разноцветные огни и слушать тематические песни. Правда в том, что, когда у тебя в душе сплошная темнота, подобное выглядело как самое настоящее издевательство.

Ощутив резкий прилив раздражение и желание сорвать пластиковые бусы в виде колокольчиков с ближайшего фасада, тяжело вздохнул, пытаясь взять себя в руки. Никто не виноват в произошедшем. Эти люди не должны страдать только потому что мне плохо. Нельзя срываться на всех вокруг, хотя порой очень хотелось взять и заорать что есть мочи. Очень жаль, что такое делать нельзя. Особенно когда за тобой ведется слежка.

Зайдя в аптеку, поморщился от сильного запаха лекарств. Быстро купив все необходимое, долго не думая над выбором очков, вышел на улицу. Осадков все больше, отчего на душе становилось еще холоднее и тоскливее. Нынешняя погода очень подходила под мое состояние души. Хотелось поскорее вернуться домой, лечь под одеяло, закинувшись при этом снотворными и уснуть беззаботным сном.

Заказав такси, достал из кармана футляр с новенькими очками. Надеюсь я не прогадал с выбором и новый аксессуар, что станет неотъемлемой частью всех моих нарядов, подойдет мне и будет удобным в использовании.

Выбрал же я вариант, что очень похож на очки Степана. Единственное, оправа выполнена из тонкого материала, внешне похожего на металл, в серебряном оттенке.

Такси приехало довольно быстро. Правда перед тем как оказаться в теплом салоне, я как бы невзначай оглянулся, проверяя все так же за мной велась слежка или же они устали. Увы, просто так мою персону точно не оставят.

Сделав последний глубокий вдох, сел в машину, сразу же достав мобильный. В телефоне была куча непрочитанных сообщений. Хлоя, Степан, так же, как и ребята из группы интересовались где же Лилу и почему она не отвечала на сообщения. Скармливая им ложь, каждый раз ощущал, как внутри появлялось неприятное тянущее чувство.

Лиам предлагал отвечать ребятам за меня, чтобы я лишний раз не причинял себе вред угрызениями совести. Очень хотелось принять его помощь, но мне необходимо со всем этим разобраться самостоятельно. Особенно учитывая переживания Изабель, ибо Лилу ей ни разу не написала и не позвонила. Я сочинил сладкую ложь, что мы просто не хотим их отвлекать, потому что и так всю жизнь перетягивали на себя одеяло. Изабель вроде бы поверила, но не Генри… Он подозрительно тих, почти не писал и не звонил. Мысленно я надеялся, что к моменту их прилета все решится, и мне не придется врать по-крупному. Только вот реалиста во мне было больше, нежели наивного мечтателя. Не думаю, что все будет так просто. Никогда не было.

Пролистав список неотвеченных сообщений, открыл переписку с Лиамом. Если меня не обманывали временные подсчеты, репетиция уже закончена, и он должен ждать меня в квартире.

Я: Закончил?

Ответ пришел почти сразу же.

Лиам: Давно. Репетиции сегодня не было, мы разбирались с документами и общались с адвокатом.

Я: Ты вроде говорил об этом, извини, забыл.

Лиам: Не начинай только, ладно?

Я: Ладно, я еду домой.

Друг старался реагировать на подобные моменты сдержанно, аккуратно и без негатива. Только вот… каждый раз, когда я внезапно начинал извиняться, в его глазах была заметна нотка злости. Его раздражало мое поведение, потому что оно травмированное. Конечно он не говорил мне этого. Это я сделал такие выводы, потому что все это было чертовой правдой.

После произошедшего казалось, что я завис где-то в воздухе. Нет ни падения, ни взлета. Подобное пугало. А как выбраться из такого состояния нет никакого понимания.

Сам не заметил, как добрался до дома. Такси аккуратно затесалось между припаркованными автомобилями премиум класса и медленно опустилось на заснеженный асфальт. На дисплее высветилась сумма за предоставленную услугу и выбор, оплатить сейчас или же записать в счет долга. Приложив мобильный, тем самым выбрав первый вариант, быстро покинул уютный салон.

Улица снова встретила меня холодными прикосновениями. Пушистые хлопья обильным потоком летели вниз, норовя попасть в рот и глаза. Сделав пару шагов в сторону, снова достал футляр с очками.

Недолго думая, открыл коробочку и аккуратно надел аксессуар. Дискомфорт от непривычки отдавался зудом на коже в местах соприкосновения с холодным предметом. Захотелось сразу же снять очки, вернув их в футляр, а тот выкинуть в ближайшую урну. Но стоило мне поднять глаза, как я увидел совершенно другую картинку перед глазами, нежели была секунды до этого.

Удивительно. Врач сказал, что мое зрение упало не так сильно. Только сейчас, видя более четкий окружающий меня мир, не мог поверить своим глазам. Неужели вокруг меня все эти мутные, порой даже нечеткие предметы, были следствием слегка севшего зрения?

Исследуя, можно сказать, обновленным взглядом, окружение, снова наткнулся на ту черную машину. Н-да, эти люди совершенно не знали, как правильно следить за объектом. Недоделанные шпионы.

Усмехнувшись собственной мысли, направился ко входу, думая, стоит ли заказать сегодня доставку. Готовить желания не было, а наглеть и просить Лиама стать моим личным поварешкой, тоже не хотелось. Друг и так слишком много ролей на себя взял, отчего мне жутко неуютно. Пусть он и говорил, что все в порядке, но мне то видно, его тоже что-то беспокоило.

Войдя в квартиру, уловил терпкий аромат кофе. Раздевшись, застал Лиама на кухне. Друг довольно лыбился, смотря на экран телефона и набирая какой-то текст. Подобную картину я наблюдал несколько раз за последние дни, но так и не поинтересовался, с кем это он переписывается.

– Я дома, – тихо бросил, направившись к холодильнику и намереваясь взять оттуда бутылку с водой.

– Может кофе выпьешь? – даже не вздрогнув, но все же спрятав от меня экран, поинтересовался Иам. Его янтарные глаза изучали меня с настороженностью.

– Спасибо, но я, пожалуй, выпью просто воды.

– Ну как знаешь. Как все прошло? – пожав плечами, поинтересовался друг. Он взял свою кружку с дымящимся напитком, и направился к обеденному столу.

– Врач предположил, что это может быть следствие сильного стресса, – взяв холодную бутылку, начал я. – Но велика вероятность, что годы проведенные за экраном, дали о себе знать.

– Неудивительно, если это и то, и другое, – хмыкнув сказал Лиам, поднеся к лицу кружку. Только делать глоток он не торопился, что-то его явно беспокоило.

– Что-то не так? – спросил, облокотившись о кухонную тумбу позади.

– Мне сообщили, что Ивар выписан из клиники, – бесцветно сказал он, сделав приличный глоток. – Он временно работает в офисе отца, а потом его должны будут перевести… – Иам осторожно опустил кружку на стол, внимательно наблюдая за своими действиями. Казалось он обдумывал каждое слово, лишь бы не сболтнуть лишнего. – Перевести на секретный объект.

– Секретный объект? – переспросил я, поднеся ко рту бутылку.

– Да. Я не знаю, что это такое… Но что-то мне подсказывает… – Лиам слишком медлил и говорил неуверенно, это напрягало не меньше слежки. – В общем, я думаю это связано как-то с этой больной бабкой.

– С Ингой? – не знаю зачем уточнил. Друг молча кивнул. Сделав пару глотков холодной жидкости, задумчиво посмотрел в сторону окна, где стремительно наступала темнота из-за обилия сыпавшегося с небес снега. – Думаешь… Ивар как-то связан со смертью… не только родителей Лилу?

Мы обсуждали эту тему ни один раз. Я не помнил того человека, что стал виновником гибели моей семьи, почему-то спасшим меня. Да и удивительно, особого гнева на подсознании к этому человеку не испытывал. По крайней мере сейчас. Не знаю, то ли терапия помогла отпустить этот момент, а может просто смирился, не желая еще больше отравлять свою искалеченную душу. Лиам первый предположил, что Ивар может знать, кто это сделал… или же сам может быть этим человеком.

– Я хочу проверить, – посмотрев прямо мне в глаза, сказал Лиам.

– Думаешь, он скажет правду?

– Склонен думать, что мне Ивар точно не соврет. Видишь ли, – друг оперся локтями о стол, немного подавшись вперед и нависнув над своей кружкой. – За то время, что он был моим телохранителем, я успел с ним немного сблизиться. Да и… – он заметно сглотнул. – Хёну, если будет такая необходимость, я применю силу.

– Хорошо. Если ты считаешь, что Ивар может сказать что-то важное, то встретиться с ним определенно нужно. Особенно до того, как его отправят непонятно куда. Только вот, сможешь ли ты это сделать один? – внутри появилось неприятное волнение, от которого по телу пробежала волна холода и слабой дрожи. С одной стороны, мне хотелось быть с ним и услышать все, что может сказать этот человек. Но с другой… за мной следили. Не думаю, что это не вызовет никаких подозрений.

– Нет, я хочу, чтобы ты был со мной в этот момент, – покачав головой, сказал Лиам. В это время на его телефон пришло сообщение, но он даже не шелохнулся.

– Лиам, ты кажется забыл о самом главном, – нервно усмехнувшись, сказал я, поставив бутылку на тумбу, направился к нему. – За мной следят и не думаю, что подобное окажется в списке «совсем не подозрительно, прекращаем слежку»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.