Петр Карпов
Заяц Ух и день рождения Ду-ду

Книга третья из коллекции историй о зайце Ухе и его верных друзьях.

Посвящается моей любимой дочери Полине.

Той, что всегда направляет меня по пути света.

Следуя за сердцем, ты всё познаешь.

Глава 1. Заяц Ух узнаёт о том, что слонёнок Ду-ду пригласил лесных друзей на день рождения.

Был вечер. Заяц Ух сидел на берегу реки и пил чай. Перед ним догорал костёр, а рядом стоял небольшой самовар, в котором грелся чай. Это был походный самовар. Ух использовал его, когда отправлялся куда-нибудь на природу и непременно собирался попить чаю. Сегодня был как раз такой случай. Ещё утром, проснувшись, он посмотрел на небо и, определив, что вечер будет прекрасным, решил отправиться на берег реки, где удобно расположившись, сможет послушать вечерний концерт лягушек, лесных птиц, сверчков и прочих жителей леса. Ну а какой концерт без чашечки ароматного, лесного чая? И вот теперь, он сидел, пил чай, и наслаждался звуками лесной симфонии. Внезапно, Ух услышал, доносящийся из леса треск.

– Что бы это могло быть, – подумал заяц? Спустя мгновенье, на берег реки буквально выкатился медвежонок Топ. Да, да именно выкатился. Он так спешил к своему другу, что выбегая из леса, споткнулся о корягу и кубарем выкатился на берег.

– Ух, – задыхаясь от бега и поднимаясь на ноги, произнёс медвежонок. – я тебя ищу по всему лесу, а ты вот где, сидишь, пьёшь чай и ничего не знаешь! При этом он принялся размахивать лапами и возбуждённо бегать вокруг зайца.

– Да остановись ты, наконец, – произнёс Ух, – что случилось? Видишь, я сижу, слушаю концерт, а ты всё портишь. Смотри, вон лягушки разбежались и птички разлетелись. Успокойся, присаживайся и попей со мной чаю. Ух взял чашку, предусмотрительно захваченную с собой (а вдруг кто-то из друзей составит ему компанию), и налив в неё крепкого свежего чаю протянул Топу. Топ с Ухом были давними друзьями. Ещё, будучи маленьким зайчонком, на Уха, в школе напали волчата (хотели отнять завтрак), он отважно защищался, но силы были не равны и тут на помощь зайчику пришёл медвежонок. Волчата, увидев, что Ух уже не один убежали, ведь те, кто нападают на одного, в душе всегда трусливы. С тех пор заяц Ух и Медвежонок Топ, стали закадычными друзьями. И вот теперь, Топ прибежал к своему другу, чтобы сообщить новость, которую узнал, от лесного почтальона – мистера Аиста. Увидев протянутую ему кружку с дымящимся чаем, Топ почувствовал, как устал, бегая по лесу, разыскивая своего друга, и как очень хочет пить. С огромным удовольствием он плюхнулся возле зайца, взял чашку из лап друга и прихлёбывая, нисколько не замечая, что чай очень горячий, одним махом осушил её.

– Ох, хорошо! – произнёс Топ и протянул чашку своему другу, всем видом показывая, что не прочь выпить ещё одну. Ух взял её и наполнил до краёв. При этом сказал:

– Ну, выкладывай, что случилось, почему ты такой возбуждённый и радостный? Топ взял чашку, и возбуждённо замахав лапами, принялся быстро тараторить:

– Ты представляешь, ты знаешь, что я тебе сейчас скажу…, – конечно, чай из чашки вылился на землю, а медвежонок не замечая этого продолжал:

– Слонёнок, слонёнок из Африки! Ну тот, который, ну помнишь, наш друг, мы его ещё провожали….

– Да не спеши ты, скажи чётко в чем дело, – схватив медвежонка за лапы и пытаясь успокоить произнёс Ух. Тут Топ замер, набрал воздуха в грудь, и на одном дыхании выпалил:

– У слонёнка Ду-ду, день рождения и он приглашает нас в гости! Сказав так тревожившую его новость, медвежонок расслабился, и обмяк, как будто избавился от тяжкого груза, давившего на его мощные плечи, и взглянув на свою чашку протянул её Уху. Заяц вновь наполнил её до краёв и радостно произнёс:

– Так это же здорово! Мы отправляемся к слонёнку, в Африку!

– Да! – согласился Топ. – И медлить нельзя, потому, что его день рождения ровно через шесть дней.

– А нам надо успеть приехать пораньше. Чтобы помочь слонёнку подготовиться к приёму гостей, – закончил мысль Топа, Ух.

– Верно, – кивнул головой Топ.

– Но мы не можем отправиться с пустыми лапами, надо что-то подарить слонёнку.

– Ты прав мой длинноухий друг! – воскликнул Топ. И вскочив, побежал в лес, а на бегу крикнул:

– Завтра, к обеду, приходи ко мне, всё обсудим. Мгновение спустя Топ скрылся в лесу. Ух, ещё долго сидел на берегу, слушал вечернюю песнь лесных жителей, пил чай и размышлял, какой всё-таки непоседа, этот медвежонок, прибежал неизвестно откуда, и убежал неизвестно куда. Но таким был его друг, и он любил его, и был очень благодарен судьбе за то, что много лет назад, в его жизни появился этот неугомонный мишка. Солнце уже давно село, а заяц всё сидел и наблюдал, как языки костра пляшут в вечерней темноте. Только поздно вечером, Ух отправился домой. И ложась спать, подумал, надо бы завтра придумать, что подарить слонёнку. С этой мыслью он и уснул.

Глава 2. Друзья обсуждают, что подарят слонёнку.

На следующий день, ровно к обеду, Ух пришёл к медвежонку. Он поднялся на крыльцо и постучал. За дверью послышался топот, кто-то явно спешил. Через мгновенье дверь открылась, и заяц увидел медвежонка. На нём был фартук, а лапы и мордочка перепачканы мукой.

– Проходи, – буркнул медвежонок и скрылся за дверью кухни. Ух вошёл и увидел, что по всему коридору, куда ни глянь, виднелись следы лап медвежонка. Видимо он просыпал муку и наступил в неё. Закрыв дверь, заяц прошёл в кухню. Там царил беспорядок, всюду лежали кастрюли, сковородки, тарелки и разная кухонная утварь. По полу, как правильно понял Ух, была рассыпана мука, и Топ нисколько этого не замечая шлёпал по ней. В раковине сгрудились чашки, ложки, венчики для сбивания крема. На столе стояла банка с мёдом, лежали скорлупки от яиц, и поваренная книга. Медвежонок деловито суетился возле плиты. Он явно, только что, что-то поставил в духовку и теперь высматривал, как там, это что-то, себя чувствует. Такой бедлам не смутил зайца. Он давно знал повадки своего друга и был уверен, как только Топ закончит свою деятельность, тут же займётся уборкой, и через полчаса, на кухне будут царить чистота и идеальный порядок. Вся утварь, начищенная до блеска, займёт отведённые ей места. Топ терпеть не мог хаоса. И на всю кажущуюся живущую в нем беспорядочность, на самом деле очень строго относился к тому, что бы всё находилось на своих местах.

– А как же, – говорил он как-то раз, когда они обсуждали тему порядка на кухне, – по-другому нельзя.

– Вот к примеру возьмём половник. Очень нужная и полезная вещь, – и он деловито потряс половником перед носом Уха. – Если у тебя закипел суп, и требуется его хорошенько перемешать, нужен половник. Однако ты не знаешь, где он лежит. Что тогда будешь делать, а?

– Возьму ложку и перемешаю.

– А где лежит ложка? Ты тоже не знаешь? Что тогда?

– Что?

– Тогда твой суп выкипит, пока ты будешь искать, чем его перемешать и весь труд пойдёт коту под хвост!

– Согласен, – кивнув ушами, произнёс Ух. Топ и в самом деле был прав. На кухне должен быть идеальный порядок. И только во время кулинарного творчества, медвежонок позволял себе устроить на кухне кавардак. В таких случаях он говорил:

– Это рабочий беспорядок. И даже в нём, я знаю, где и что у меня лежит. И сейчас на кухне пребывал именно такой беспорядок – рабочий.

– Ты иди в гостиную. Там самоварчик согрелся, сейчас придут ёжик и сова, – не поворачиваясь к другу, произнёс медвежонок, продолжая внимательно следить за происходящим внутри духовки. – Я скоро к вам присоединюсь, – услышал Ух покидая пространство кухни.

Он прошёл в гостиную, и увидел накрытый стол. Медвежонок явно приготовился к приёму друзей. На столе стоял дымящийся самовар, четыре чашки с блюдцами и поднос с баранками, мятным печеньем, а так же турецкими пряниками. Топ, очень любил кулинарить, особенное предпочтение отдавал выпечке, и всегда был рад угостить друзей вкусностями, которые в изобилии готовил сам. Особенно хорошо ему удавались турецкие пряники. Об этом знал весь лес. Можно сказать, что это была визитная карточка Топа. Таких пряников Ух не пробовал нигде. Если на улице было жарко, они, волшебным образом охлаждали того, кто их ел, если наоборот, холодно, согревали. А если требовалось принять какое-то решение, то чай, вприкуску с этим чудом кулинарного искусства, обязательно помогал найтись верному решению. Когда Ух впервые попробовал, турецкие пряники медвежонка, он ощутил холодок, который казалось, проникал к самому темечку, и оттуда разливался по всему мозгу, заставляя ум зайца рождать самые невероятные мысли, самые невероятные решения. Вокруг стола стояли четыре кресла. Мне, Топу, Колюньчику и Сове, подумал Ух. Какой же он всё-таки предусмотрительный. Не успел заяц, сесть в кресло как в дверь постучали. Понимая, что Топ занят на кухне и ему не до гостей, Ух на правах хозяина, пошёл открывать. Как он и ожидал, за дверью стояли ёжик и сова. Они были давние приятели Топа и Уха. Поэтому заяц не удивился, что Топ их пригласил. Он был абсолютно уверен, что без них не обойдётся. А как могло быть иначе? Приветливо поздоровавшись, Колюньчик и Сова вошли в дом.

– А где Топ? – поинтересовался ёжик.

– Судя по следам, на кухне, – сказала сова и указала на следы, ведущие в кухню – Опять колдует.

– Да, именно там, – улыбаясь друзьям подтвердил догадку совы Ух. – Пойдёмте в комнату, стол накрыт, и чай согрет, а Топ скоро к нам присоединиться. Друзья прошли в гостиную. Увидев такое пиршество, приготовленное к их приходу, сова произнесла:

– Дааа, наш любимый медведь, вероятно, всю ночь не спал, творил и кулинарил.

– Ну ты же знаешь, когда на него находит вдохновенье, ничто не может ему помешать. День и ночь, он создаёт свои шедевры, – улыбнувшись, произнёс ёжик.

Они расселись вокруг стола и вдруг услышали, как на кухне, что-то зазвенело, зашебуршало, загремело.

– Ага, – сказал, Ух, – Топ начал уборку, значит через пятнадцать минут присоединиться. И словно в подтверждение своих слов многозначительно взглянул на старинные часы, висевшие над камином. Друзья разлили чай, и стали неспешно беседовать, ожидая медвежонка. Солнце приветливо светило в окна гостиной, заварившийся чай, парил в самоваре, в комнате царила приятная атмосфера, нарушаемая лёгким тиканьем старинных часов. Ровно через пятнадцать минут, дверь кухни скрипнула, и оттуда вышел, сияя своей неповторимой улыбкой Топ. В этот момент его улыбке позавидовало бы само солнце, он прямо таки лучился радостью, от него исходила волна счастья. Топ ступал очень медленно и торжественно, а в лапах нёс огромный торт. Войдя в гостиную, медвежонок поставил торт, в специально приготовленный поднос. И тут же плюхнулся в кресло.

– Привет друзья! – радостно произнёс он, обращаясь ко всем сразу. – Этот мой шедевр, подарок слонёнку Ду-ду. Я вчера весь вечер ломал голову, что ему подарить.

– А думается тебе лучше всего, когда ты готовишь, поэтому наготовил кучу вкусностей, – сказала сова.

– Да, ты абсолютно права. И пока я для вас готовил, друзья мои, мне пришло в голову сделать этот шедевр. Этот торт очень сложный по своему приготовлению. Его пекла моя прабабушка только в особо торжественных случаях, когда мой прадедушка вернулся из путешествия вокруг света, когда мой дедушка сделал предложение моей бабушке, когда я родился, когда я пошёл в школу, ну и когда я закончил школу. С тех пор никто ни разу не пытался повторить это произведение кулинарного искусства. И решившись на этот шаг, я не был до конца уверен, что у меня получиться! Но, получилось! – прямо таки воскликнул медвежонок. И вскочив, подбежал к своему торту и принялся восхищённо крутить его на подносе. – Ох, друзья это просто чудо! – возбуждённо восклицал Топ. Торт весил около пятидесяти килограмм и был четырёх ярусным. На самом верхнем ярусе, в центре, красовалась фигурка слонёнка, сделанная из шоколада с орехами. Сам торт был облит белым шоколадом, украшен разнообразными фруктами, и состоял из мороженного, не таявшего даже в самую жарку погоду. А в сердцевине торта, располагался ананас. Помимо прочего внутри мороженного были самые разнообразные ингредиенты, название которых не знал, вероятно, никто, кроме самого медвежонка, но и он ни под каким предлогом не раскрыл бы своей тайны. Кушать кушайте, а про рецепт не спрашивайте. Была у этого торта ещё одна особенность, если его пробовал кто-то грустный, он тут же забывал обо всех своих бедах, и становился самым счастливым существом на свете. Причём эффект действовал многие месяцы после употребления этого чуда кулинарного искусства.

Друзья с восхищением смотрели на своего друга и его творение. Они были рады, за него. Ведь если он счастлив, значит, у них тоже, всё хорошо. Медвежонок, наконец, успокоился и вновь сел за стол.

– Итак, друзья, – сказал Ух. – Мы собрались здесь, чтобы обсудить важную новость! Заяц выдержал паузу и продолжил. – Наш друг слонёнок Ду-ду, приглашает нас, отпраздновать свой день рождения. В связи с этим, надо подумать, что мы ему подарим. Топ как мы видим, уже приготовил свой подарок. Медвежонок весь расплылся в улыбке. – Осталось дело за нами.

– Я собираюсь подарить слонёнку корзину малины, – сказал Колюньчик, – а так же медальон, внутри которого будет наш общий портрет, чтобы Ду-ду чувствовал, что мы всегда рядом.

– Здорово, – воскликнули друзья. Сова, моргнула огромными глазами и сказала:

– А я, подарю слонёнку диск с песнями наших известных лесных певцов под названием «Трели соловья и вечерние концерты речных лягушек», а так же, две книги «Всё о лесных жителях». Таким образом, он сможет ближе познакомиться с нашим лесом. Мне думается, мой подарок ему очень понравится.

– Прекрасный подарок, – согласились друзья.

– А что ты подаришь, – поинтересовались они у зайца?

– Я, решил подарить слонёнку фотоальбом. В него он сможет вклеивать фотографии, глядя на которые, ему будет, что вспомнить.

– А где же он их возьмёт? – хохотнул Топ.

– А вот чтобы они у него были, я подарю ему ещё и фотоаппарат, который не только фотографирует, но и делает фотографии.

– Браво! Это прекрасный подарок! – захлопала крыльями сова. Медвежонок, услышав, какой роскошный подарок собирается подарить слонёнку Ух, вскочил и заключил его в объятья.

– Ну брат, молодец! Ух, какой же ты молодец! – Топ выпустил зайца из объятий и, схватив за лапу, усердно тряс её, продолжая приговаривать, какой он молодец. А потом обернулся к ёжику с совой и, не выпуская лапы Уха, сказал:

– Вот, это наш друг! – и снова стал трясти его лапу и обнимать.

– Ну перестань, Топ, – смущённо бормотал заяц, и уши его переплелись между собой, а затем спрятались на затылке, всем своим видом показывая, что заяц чувствует себя не уютно, – подарок как подарок.

– Нет, – сказал Колюньчик, – Топ прав, подарок роскошный, ты Ушка молодец. Колюньчик позволял себе называть зайца таким образом, когда был очень рад его поступку. Сова воскликнула:

– Да, да, наш ушастик прекрасный друг. Топ, наконец, успокоился и сел в своё кресло. Обсудив кто, что подарит, приятели принялись пить чай, лакомясь вкусностями приготовленными медвежонком и условились, что завтра же утром, отправятся на аэродром, где сядут на первый дирижабль, отправляющийся в Африку.

Глава 3. Лесные друзья отправляются в гости к слонёнку на дирижабле, а по прибытии, беседуют возле костра.

Ранним утром, медвежонок, заяц, ёжик и сова взяв с собой подарки, отправились на аэродром. По прибытии, Ёжик с зайцем, расположились в зале ожидания, а медвежонок пошёл за билетами. Сова полетела в пункт отправки телеграмм, и написала слонёнку телеграмму следующего содержания – «Вылетаем. Дирижабль «Лесные жители». Прибытие сегодня вечером». Когда медвежонок вернулся с билетами, сова уже была с друзьями.

– Это хорошо, что ты здесь, – произнёс медвежонок, – вылетаем прямо сейчас. И быстро вручив билеты, взял торт и пошёл на поляну аэродрома. На поляне стояли три огромных дирижабля. Два из них оранжевого цвета, один зелёного. Именно к нему и направился медвежонок. Друзья поспешали за ним. По мере приближения к дирижаблю, становилось понятно, что он не просто большой, как сначала показалось, а огромный, размером с двух этажный дом. По прикидкам зайца, в дирижабль могли поместиться приблизительно двадцать зверей, не считая багажа, да ещё и пилоты, управляющие самим дирижаблем, плюс стюарды. Подойдя к трапу дирижабля, медвежонок протянул встречающему их стюарду билет. Стюардом оказался лис. По всему было видно, что он давно работает на авиалиниях дирижаблей, и для него перелёт в Африку, все равно, что зубы почистить, хотя и придётся лететь целый день. Лис поприветствовал друзей, взял у них билеты и проводил к местам указанным в билетах. Друзья расположились с комфортом, возле окон. Как только они сели на свои места к ним тотчас же подошла стюардесса лисичка. На вопрос любопытного Топа, не является ли она сестрой того самого стюарда, что любезно встретил их у трапа, она утвердительно кивнула своей рыжей головкой. Затем, улыбнулась и предложила напитки, предупредив, что лететь придётся долго, и ровно в двенадцать часов по лесному времени будет подан обед, а в три часа мороженое и соки. Помимо друзей, на борту было ещё одиннадцать зверей – два бобра (они летели на строительную конференцию), волк с волчихой (отправились в свадебное путешествие), два енота (летели на соревнования по плаванью) и семейство бегемотов (папа бегемот, мама бегемот, дедушка бегемот, бабушка бегемот и маленький бегемотик), возвращавшиеся из отпуска, в свою родную Африку. Через пять минут после посадки, дирижабль, оторвавшись от земли, поднялся в небо и полетел в сторону Африки. Путешествие прошло спокойно. Как и сказала стюардесса, в двенадцать часов по лесному времени, был подан обед. Обед оказался вкусным, что порадовало всех пассажиров. А ровно в три часа, им было предложено мороженое с орехами, и фруктами, а так же различные натуральные соки. Медвежонок очень обрадовался, и благодаря своему огромному обаянию и доброму нраву выпросил себе и всем пассажирам двойную порцию мороженого. За что, получил благодарность всех пассажиров. В Африку дирижабль прилетел уже к заходу солнца, но сказать, что друзья были утомлены перелётом нельзя. Они наслаждались путешествием. Сова весь полет рассказывала поучительные истории, медвежонок травил анекдоты, а заяц, что-то писал в своём дневнике. Он давно завёл привычку, вести в путешествиях записи, чтобы потом, восстановив все детали, написать о путешествии заметку в местный лесной журнал под названием «Лесные путешественники». Что касается ёжика, то он просто отдыхал, смотрел вниз на раскинувшийся вид, с удовольствием слушал рассказы совы и смеялся над шутками медвежонка. Надо сказать, что все четыре друга за время полёта очень полюбились пассажирам. И то время, которое они провели вместе, навсегда врезалось в память каждого из них. А что касается маленького бегемотика, то тот просто не слазил с лап Топа, так он пришёлся ему по нраву. И сколько бы родители бегемоты не покрикивали на него, ни пытались вернуть на место, он неизменно возвращался к своему новому другу. Чему Топ, был, несомненно, рад. Но, дирижабль приземлился, и пассажиры, стали собираться на выход. Выйдя из корабля, они сердечно обнялись с нашими друзьями, и помахав на прощанье лапами, расселись в ожидавшие их у трапа автомашины. Чтобы затем, отправиться каждый по своему жизненному пути. Никто из них не знал, увидятся ли они когда-нибудь, но в глубине души, надеялся на это.

Простившись с пассажирами дирижабля, друзья отправились в здание аэропорта, которое одиноко высилось вдалеке возле тропического леса. Несмотря на наступающий вечер, было душно. Солнце стремившееся скрыться за горизонтом, видимо решило задержаться, и словно не желая просто так сдавать свои позиции пришедшей на её смену луне и прохладе вечера, посылало жаркие лучи прямо на поле аэродрома. Именно этот последний солнечный всплеск и ощутили друзья, когда шли по направлению к аэропорту.

– Как бы нам не растаять вместе с твоим тортом, – зевнув сказал Ух.

– Ну, за торт можешь не беспокоиться, он жароустойчивый. А вот за меня, пожалуй, стоит, – ответил Топ. – Я могу, и засмеялся.

– То, что ты можешь, мы не сомневаемся, – посмеиваясь, произнёс ёжик. – Может и тебя стоит посадить в коробку с тортом, он прохладный, и ты там не растаешь.

– Нет, не нужно. Вы же знаете, как я люблю поесть, а для торта это опасно. Пусть уж лучше я буду таить, чем торт в моём рту или как правильно будет, роте? – смеясь, спросил Топ.

– Эй, Сова как правильно-то? – окликнул её Ух. Но сова явно не слушала их разговор, она была занята разглядыванием техники скопившейся на аэродроме. То тут, то там стояли дирижабли, воздушные шары, самолёты, аэропланы. На каждом из этих летающих аппаратов виднелись надписи, которые сова тут же принялась читать.

– Посмотрите друзья, – повернувшись к ним, сказала она. – Вот дирижабль из Антарктиды. На нем так и написано Антарктида. А вот этот из Австралии, а вооон тот маленький самолёт, и сова указала кончиком крыла, на стоявший в отдалении самолёт, прибыл из Португалии и называется он Дуэро.

– Какое красивое название, – сказал медвежонок.

– А ты знаешь, что это не просто название самолёта? – спросил ёжик.

– А что же? – хором поинтересовались друзья. Они знали, что ёжик побывал в разных странах и многое мог рассказать. Причём его рассказы всегда были очень интересными и познавательными.

– Это, – продолжал ёжик, – название одной из самых крупных рек Португалии, её длина, составляет восемьсот девяносто семь километров, а начало находится в Испании. Затем река переходит на территорию Португалии, где впадает в залив Атлантического океана. Кстати в Португалии есть город, который называется Порту и образован он был, как раз вдоль течения этой прекрасной реки. А в долине реки в Португалии разбито множество виноградников.

– Даааа, – мечтательно произнёс медвежонок, – я бы сейчас не отказался от винограда. Такого вкусного, сочного, сладенького. И он, зажмурившись, принялся так выразительно причмокивать губами, как будто и в самом деле у него во рту был сладкий виноград. Увидев эту мечтательную мордашку медвежонка, друзья расхохотались. Так смеясь и негромко переговариваясь, они подошли к зданию аэровокзала.

– Странно – произнёс Ух, когда они вошли в здание – а где же слонёнок?

– Сова, а ты точно отправила ему телеграмму? – спросил Топ, когда оказавшись внутри, друзья осмотрелись и увидели, что кроме них, в здании, никого нет. Сова, вращая огромными глазами, уже готова была возмутиться, как так, ей не доверяют, и сомневаются в том, всё ли она правильно сделала, как вдруг раздался голос, звучавший из громкоговорителя висевшего прямо над выходом:

– Уважаемые медвежонок Топ, заяц Ух, ёжик Колюньчик и Сова, вас ожидает слонёнок у первой пальмы возле киоска с прохладной минеральной водой. Друзья обрадованно переглянулись и вновь услышали:

– Уважаемые медвежонок Топ, заяц Ух, ёжик Колюньчик и Сова, вас ожидает слонёнок у первой пальмы возле киоска с прохладной минеральной водой. Через пять минут аэропорт закрывается, просим всех покинуть здание аэровокзала.

– Вперёд! – воскликнул Ух и первым выбежал на улицу. Выйдя из аэровокзала, друзья заметили невдалеке киоск, над которым возвышалась вывеска в виде бутылки с минеральной водой. И тут же от киоска отделилась огромная фигура слонёнка и направилась к ним. Слонёнок бежал, и трубил от радости во всю мощь в хобот, а его огромные уши развивались над головой. При виде этой картины у друзей на мгновенье возникло ощущение, что их друг, это гигантский реактивный самолёт, который идёт на посадку.

– Друзья,– закричал слонёнок, подбегая к ним. – я так вас ждал!!! Я здесь с обеда, хоть вы и сообщили, что прилетите только вечером, но я не мог ждать вечера! И вот вы здесь! Дайте же я вас обниму! При этих словах слонёнок сгрёб их в охапку и прижал к себе с такой силой, что, наверное, ещё чуть-чуть и от них не осталось бы мокрого места.

– Ду-ду, ты нас за-ду-шишь, – прохрипел медвежонок. Глаза совы и без того огромные вылезли из орбит и напоминали два страусиных яйца. Ёжик из-за своего маленького роста, просто утонул в объятьях слонёнка. Один лишь Ух, не обращал внимания на его мощные объятия, и так же крепко прижимал слонёнка к себе.

– Простите, простите друзья, но я очень, очень соскучился, – сказал слонёнок, нехотя выпуская их из своих жарких объятий. – Как я вас ждал, как ждал. Вы не представляете. Ведь до последней минуты у меня не было уверенности, что вы прилетите. Нет, ну то есть я был уверен, ну а вдруг погода, поломка или ещё что-то? Вы же знаете, как бывает? А кстати, почему вы прилетели так рано, ведь мой день рождения только через… – и он, задумавшись, принялся считать, сколько дней осталось до его дня рождения, – пять дней! Закончив считать, радостно воскликнул Ду-ду. Вы не подумайте, я рад каждому проведённому с вами дню, и то, что вы прилетели на много раньше, это для меня огромный подарок, ведь мы сможем пообщаться на целых пять дней дольше! Как же я рад! И всё же, – снова спросил слонёнок, – почему вы прилетели раньше?

– Как почему? – удивляясь, произнёс Топ. – Ведь у тебя будут гости, а значит, понадобится помощь.

– Вот мы и прилетели пораньше, – добавил Колюньчик.

– Чтобы помогать тебе готовиться к приёму гостей, – присоединился к разговору Ух.

– Накрывать на стол и готовить разные вкусности, – закончила общую мысль Сова.

– Вот, улыбаясь во весь свой слоновий рот, – произнёс Ду-ду, – это мои друзья! Они всегда готовы прийти на помощь, даже когда их не просишь. И так ласково и с такой благодарностью посмотрел на друзей, что они почувствовали всю любовь и теплоту, исходившую от его огромного сердца. Она буквально окутывала их и проникала в самую глубину души.

– Особенно когда не просишь! – торжественно произнесла сова. И многозначительно подняла крыло. Сложив его так, как будто указывала куда-то вверх указательным пальцем.

– Ведь в этом и заключается настоящая дружба. Никогда не жди, когда друг тебя попросит, просто сделай и все. – добавил Ух.

– Кстати в этом же и заключается главное правило жизни – всегда поступай так, как хочешь, чтобы поступали по отношению к тебе, – подытожил Колюньчик.

– А как надо поступать, если оочень пить хочется? Что там говорит правило жизни по этому поводу? – подал голос медвежонок. Друзья повернулись к Топу и увидели, что он сел на выгоревшую траву и высунув язык, делал вид, что умирает от жажды.

– Пииить, – простонал медвежонок.

– А по этому поводу, правило жизни говорит, если встречаешь друзей в жаркой стране, то обязательно подготовь для них бутылочку прохладного, мятного лимонада! – сказал слонёнок. И словно по волшебству, у слонёнка в лапах оказались четыре запотевших бутылки.

– Вот это друг! – радостно воскликнул заяц. И взяв бутылку, открыл её правым ухом.

– А я так не могу, – хихикнула сова. Ух, взял бутылку совы и легко открыл её, используя левое ухо.

– Талант! – сказал, улыбаясь, ёжик и похлопал друга по плечу. Они принялись не спеша утолять жажду. Медвежонок выпил лимонад за один глоток и с надеждой посмотрел на слонёнка.

– А нет ли у тебя ещё? – жалобно спросил он, явно надеясь, что у слонёнка найдётся ещё одна бутылочка про запас. Друзья, заслышав жалобный голос Топа, расхохотались, а слонёнок вновь проявил волшебные способности, и протянул Топу ещё одну бутылку.

– Последняя, – предупредил он.

– Это, ему говорить бесполезно, – смеясь, сказал Колюньчик. И словно в доказательство слов ёжика, медвежонок вновь одним махом осушил вторую бутылку.

– Ох, хорошо! – крякнул Топ и вытер рот лапой. – Ну, что? Долго мы тут будем стоять? Может пора и домой? – как ни в чем, ни бывало, сказал он. – Веди нас наш гигантский друг, – с этими словами, Топ поднялся, подхватил лапами коробку с тортом, показывая всем своим видом, что готов идти. Слонёнок, повернулся и повёл друзей в сторону джунглей.

В гости к Ду-ду друзья прибыли уже за темно. Они вышли на поляну, на которой жил слонёнок, и были приятно удивлены. Вся поляна освещалась светом, исходившим от горевших вокруг фонарей. Но свет, исходивший от них, был необычным. Казалось он живой и сам понимает, где и как нужно освещать. Например, если кто-то удалялся в тенистую часть лужайки, свет от фонарей стремительно перемещался в самое затемнённое место. В центре лужайки стоял дом слонёнка, а вокруг были расположены ещё несколько хижин. Каждому из друзей, досталась отдельная хижина. Разложив свои вещи, умывшись с дороги, они собрались возле дома Ду-ду. К их приходу, он развёл костёр, в специально отведённом месте. Рядом с костром поставил небольшие плетёные кресла, в которых все удобно расположились, и небольшой столик, заботливо разместив на нём напитки и фрукты.

Поскольку солнце давно скрылось за горизонтом, и над лесом опустилась ночь, то температура воздуха, стала стремительно снижаться. Друзья почувствовали прохладу леса, и обрадовались близости согревающего их костра.

– Вот это по мне, – удовлетворённо произнёс Топ. Он вытянул лапы к огню и явно получая удовольствие от щекотки разгорячённых языков пламени, потягивал дынную Балдабарью.

– Эх, хороший напиток эта дынная Балдабарья. Я бы, пожалуй, взял домой литров десять, хотя нет, маловато, двадцать.

– А чего мелочиться, ты уж сразу, бери сто литров и дело с концом, – кусая сочный арбуз, проговорил Колюньчик.

– Да ему всё равно будет мало, – с наслаждением нюхая банан, произнесла Сова. Друзья весело посмеивались глядя на медвежонка. Один только Ух, наблюдал за фонарями, и не переставал удивляться.

– Интересно, – произнёс он, – и как это так получается, светят, а огня в них нет? И сами знают, куда и как светить.

– Всё очень просто, это не обычные фонари, а живые светлячки, которые сидят на специальных столбах, – стал пояснять всё знающий ёжик. – У них светятся крылышки в ночи. И чем интенсивнее они ими машут, тем ярче становится свет. Таким образом, если светлячки видят, что требуется больше света, то начинают работать своими крыльями быстрее, создаётся ощущение, что свет живой и сам двигается туда, куда нужно.

– Так и есть, свет живой, потому, что исходит от живых светлячков. Ты абсолютно прав мой дружок, – подтвердил слова ёжика слонёнок. – Откуда тебе это известно?

– А он у нас путешественник, – явно гордясь своим другом, сказал медвежонок и откусив папайю запил её огромным глотком Балдабарьи. – И, похоже, уже где-то видел такие фонари.

– Когда я был в Катманду, мне удалось побывать на празднике Дасаин, это один из главных праздников Непала.

– Постой, постой, как это так, главный праздник Непала, а празднуется в Катманду? – перебил ёжика Топ. – Они что же, эти катман-ду-ин-цы, – еле выговорил он. – Украли у Непальцев главный праздник и стали без них его отмечать?! – явно возмущаясь, повысил голос медвежонок. – Это же безобразие! От негодования, он чуть не расплескал свою Балдабарью!

– Да успокойся ты, – смеясь вмешался в разговор Ух, – а то помчишься сейчас сломя голову спасать бедных Непальцев, у которых катмандуинцы украли праздник, а окажется зазря. Непал, это страна такая, а Катманду, столица Непала. Двойка тебе по географии!

– Именно так, – согласно кивая головой, произнёс ёжик. – Всё верно, Катманду столица Непала. А раз уж ты не знаком с этой страной, – обращаясь к медвежонку, продолжал Колюньчик, – то в следующий раз, когда я отправлюсь в путешествие по этой стране, а страна надо сказать дивная, возьму тебя с собой. Чтобы ты смог воочию увидеть столицу Непала, запомнить, как она называется и где находится.

– Замётано, – согласился, уже успокоившийся и довольный медвежонок, и вытянул лапу, чтобы Колюньчик хлопнув по ней, скрепил, таким образом, данное Топу обещание.

– Так вот, – продолжил свой рассказ Колюньчик, хлопнув по лапе Топа. – Праздник Дасаин длиться десять дней, и как раз на нём я и видел эти дивные фонарики.

– Десять дней! Ого! – удивлённо произнёс Слонёнок. – Что же это за праздник такой, что его отмечают целых, ДЕСЯТЬ дней?

– Это очень интересный индуистский праздник, он символизирует победу добра над злыми демонами. Во время празднования этого праздника, Непальцы особо почитают богиню «Дургу», ей оказываются особые почести. Согласно индуистским сказаниям, добрая богиня Дурга победила демона Махисасура, который наводил ужас на всех жителей Непала. Битва богини Дурги с демоном Махисасуром длилась девять дней и на десятый день, демон был побеждён. Поэтому первые девять дней праздника Непальцев, символизируют битву между добром и злом, а десятый день знаменует победу добра, и все радуются, – закончил рассказ ёжик.

– Красивое имя у этой богини – Дурга. А что оно означает? – поинтересовался Ду-ду.

– Означает оно «Непобедимая», – ответил на вопрос слонёнка ёжик.

– Ха, ну и глупый же этот демон махамбабусур, или как его там? – усмехаясь, высказался Топ.

– Это почему же? – поинтересовались друзья.

– Как почему? Ну, кто же начинает битву с бо-ги-ней?! -делая ударение на каждом слоге тоном, не терпящим возражений, спросил у друзей медвежонок. – Ну сами подумайте, она богиня а он кто этот балдамабасур, тьфу, язык сломаешь. Да ещё, и имя у неё «Не-по-бе-ди-мая»! – опять делая ударение на каждом слоге, сказал Топ. – Ну скажите мне, не глупый ли он после этого? Глупый!

– А может он не знал, как её зовут? – вступил в спор Ух.

– Да, и ещё он не знал, что она богиня! – присоединилась к Уху сова.

– Так, я об этом и говорю, что он глупый, – настаивал на своём медвежонок. – Кто же вступает в битву, не зная с кем, будет воевать? А? Пошёл бы, поинтересовался. Спросил у мирных жителей, мол, так и так, кто она такая, как её зовут. А как выяснил, понял бы, что дела его плохи, и, убежал, – довольный собой, закончил свою мысль Топ.

– Глупый он, или нет, не нам решать, – произнёс ёжик. – Может он всё знал, но был уверен в своих силах, а может ещё что-то.

– Ага, знал, держи карман шире. Я вот если знаю, что пчёлы в улье сидят и у них настроение плохое, ни за что туда не полезу, что я, враг сам себе, – качая головой, надменным тоном произнёс Топ.

– А кто в прошлый раз, когда я к вам приезжал, полез в улей за мёдом и потом был вынужден прятаться в озеро? – воскликнул слонёнок. – Помнится мне, это был какой-то мохнатый мишка!

– Нуу, это совсем другое дело, – стал оправдываться Топ. – Я же в честь приезда, хотел угостить медком.

– Ага, угостил. И получилось, что непобедимая богиня в лице пчёл, сразила наповал демона в лице медвежонка, – подначил Топа Ух.

– Да так, что он спрятался в озеро и целый час там просидел, носа не показывал! – добавила сова. И друзья засмеялись.

– Да, было дело, – смеялся медвежонок. – И десяти дней воевать не понадобилось. Ох и дали же они мне жару, – сквозь смех проговорил он.

Так друзья мирно беседовали, расположившись у костра, возле дома слонёнка. Дом Ду-ду, да и все окружавшие его дома, были сделаны очень просто. Стены из бамбука, а крыша из соломы. В каждом доме было несколько комнат для сна и вещей, очаг для приготовления пищи и водопровод, для умывально-купальных процедур. Земляной пол выстлан бамбуковыми циновками, а в комнатах для сна стояли отдельные кровати, заботливо застеленные слонёнком. Возле каждой кровати, стояла прикроватная тумбочка, с волшебным фонарём и вазой с душистыми африканскими цветами. Так, что гости, могли спокойно располагаться, и ни о чем не думая отдыхать, восстанавливая силы после длинной дороги.

Уже далеко за полночь, друзья разошлись по своим бунгало (так назывались их африканские хижины), и вскоре из дома медвежонка послышался громкий храп, оповещавший всех ночных жителей, что он погрузился в крепкий и счастливый сон. Ёжик мирно посапывал в своей кровати, лишь изредка подёргивая лапами, видимо ему снился сон о дальнем путешествии в страну Непал, где он путешествовал, вместе со своим другом Топом. Ух долго не мог заснуть, всё думал, про волшебных светлячков и с интересом разглядывал так пленивший его фонарь, стоявший на прикроватной тумбочке. Он размышлял о том, как чудна Вселенная, сколько в ней неизвестного, и что для того, чтобы всё узнать одной жизни не хватит, понадобиться прожить десятки, а может и сотни жизней. Наконец глаза зайца закрылись и он уснул. Сова, несмотря на то, что была ночной птицей, заснула довольно быстро, сказался долгий перелёт, смена климата и часовых поясов. Лишь слонёнок, ещё долго сидел у костра. Он потягивал можжевеловый чай, заботливо приготовленный ёжиком, и думал о том, как здорово, что после столь долгой разлуки, он, наконец, встретился со своими верными и любимыми друзьями. Он был так счастлив, что мечтал только об одном, чтобы этот день не кончался. И хотя уже давно стояла глубокая ночь, каждая минута времени, проведённая рядом с друзьями, пусть и спящими, была для него столь драгоценна, и столь важна, что он готов был совсем не ложиться, лишь бы чувствовать, осознавать, что его друзья рядом. Ду-ду вспоминал, как впервые познакомился с зайцем Ухом и тот поразил его своим оптимизмом и задором, как встретившись с медвежонком Топом, понял, что более открытого и честного сердца ему не приходилось видеть. Сова, восхитила его своим гостеприимством, терпением и мудростью. Эта мудрая барышня далёкого леса, всегда была готова прийти на помощь и поделиться советом. Что касается ёжика, тот был для него загадкой. Такой маленький, но вместе с тем сильный, отважный, храбрый, с такой силой духа, что случись что, Ду-ду был уверен, на ёжика можно положиться как на себя самого. Он вспомнил случай, как два года назад, когда гостил у друзей в лесу, случилась беда, загорелся дом бабушки белки. А они, как раз прогуливались рядом. Ёжик был первым, кто кинулся в дом, чтобы вытащить оставшуюся там маленькую внучку бельчихи, пришедшую навестить бабушку. Дом был охвачен пламенем, когда ёжик, словно вихрь ворвался в него и крыша дома, через пять секунд рухнула. В этот момент примчались пожарные, и стали заливать горящий дом водой. Но было поздно. Все думали, что ёжик и белочка погибли. Дом выгорел полностью в считанные минуты, хорошо огонь не перекинулся на соседние деревья и не распространился на лес. Слонёнок с друзьями, как раз помогал поливать стоящие рядом деревья, чтоб этого не случилось. Как он переживал, когда рухнула крыша, не находил себе места, но нужно было спасать лес. Лишь только огонь чуть-чуть унялся, слонёнок набрал в хобот как можно больше воды и поливая всё вокруг, и себя самого, чтобы не загореться, постарался проникнуть в останки обуглившегося дома, дабы найти погибшего друга и белочку. Однако напрасно он рисковал собой, получая ожоги, Ду-ду никого не нашёл, и вынужден был вернуться к друзьям. Горе свалилось на весь лес. Плакала бабушка белка, причитала мама белки, отец белочки буквально состарился на глазах лесных жителей. Друзья, не находили себе места, такими глубокими были их горе и стыд, за то, что не смогли помочь своему другу спасти маленькую белку и не уберегли друга. На утро, когда огонь полностью утих, слонёнок с друзьями принялись разбирать остатки сгоревшего дома, в надежде отыскать тела погибших. Но никаких следов ёжика и белочки не обнаружили. Внезапно они услышали, как будто кто-то зовёт их из под земли. Сначала друзья подумали, что им это кажется, но тут Сова, обладавшая острым слухом, воскликнула:

– Там кто-то есть – и показала на угол сгоревшего дома. Друзья кинулись разбирать завал в углу. Вскоре они увидели дверцу погреба, и именно из под неё звучал голос Колюньчика:

– Ду-ду, Ух, Куля, Сова, – звал он. Как же слонёнок обрадовался, и что есть силы, рванул дверцу вверх, дверца открылась, а из погреба на свет, вылезли живые и невредимые Колюньчик и маленькая белочка. Сколько же радости было у всех. Как обрадовались бабушка белка, мама и папа белочки. Папа белочки, снова помолодел, таково было их счастье…

Хорошо все-таки быть рядом с верными, надёжными друзьями, да ещё в свой день рождения, радостно подумал слонёнок. Жаль только не хватает ещё одного всеми любимого друга – барсучка Кули. Но он, как Ду-ду стало известно, уехал по срочным делам к родственникам в Бразилию. Правда, что это за срочные дела, никто не мог толком объяснить. В один прекрасный день, Куля появился на пороге Уха с рюкзаком, и сказав, что срочно уезжает, просил не искать его, как освободиться приедет сам. С тех пор Кулю никто не видел, а прошло уже два месяца. Всё это ему рассказал Ух, по дороге домой к слонёнку.

Где-то вдалеке заухал филин, на озере закрякала, переполошившаяся утка, в глубине леса раздался рык вышедшего на охоту льва, засмеялась гиена. А слонёнок, сидя в размышлениях о друзьях, возле затухающего костра, не заметил, как погрузился в сон. На поляну опустилась тишина. Мирно пели цикады, бесшумно пролетела летучая мышь, тихо подул ветер. Ничто не нарушало спокойного сна друзей.

Глава 4. Подарки похищены. Расследование. Погоня. Встреча с дядюшкой Пи.

Стояло чудесное африканское утро. Порхали колибри, нектарницы, певчие сорокопуты устроили утреннее воспевание восходящему солнцу, а блестящие скворцы, мастера на подражание голосам лесных пернатых, стремились не отстать от сорокопутов и в точности подделывали их голоса. С цветка на цветок, с куста на куст, словно балерины перелетали бабочки. На небе не было ни облачка. По лагерю друзей лениво гулял ветерок. Вот он подхватил соломинку, упавшую с хижины слонёнка и нежно перенёс её к дому зайца, а вот, принялся играть с установленным на крыше дома медвежонка флюгером, крутя его в разные стороны. Медвежонку в этот момент снился сон, он познакомился с прекрасной медведицей и собирался угостить её чаем с банановым вареньем, которое привёз из Африки. Топ разлил чай в чашки, заботливо поставил чашку перед медведицей, и уже собирался сесть сам, как вдруг услышал голос Уха:

– Вставай! – медвежонок осмотрелся. В комнате, где они сидели с медведицей, никого не было. Но голос раздался снова:

– Вставай!

– Куда вставать то, – подумал Топ. И только поднёс чашку с ароматным дымящимся чаем к губам, как кто-то его толкнул, и Топ расплескал чай.

– Вставай! – уже более требовательно прозвучал голос.

– Ну я тебе сейчас, – подумал медвежонок, разозлившись из-за пролитого чая, и испорченного свидания. Он уже понял, что чай, медведица, свидание, это лишь сон. И судя по всему, его пытался разбудить Ух. Медвежонок открыл глаза и возмутился:

– Ну что ещё надо, – он сел в кровати и потянулся. Перед ним действительно сидел Ух.

– Эх ты, – пробормотал недовольный Топ. – Такой сон испортил. А ещё друг называется. Не мог подождать, пока я сон досмотрю. Ты знаешь что, а вернее кто мне снился?

– Нечего сны смотреть! – воскликнул заяц. – У нас беда случилась! И вскочив с кровати медвежонка, стал энергично расхаживать по комнате Топа.

– Какая беда? – ничего не понимая, и всё ещё находясь в сонном состоянии, зевая, пробормотал Топ.

– Подарки Ду-ду украли. А ты спишь, – укоризненно заявил Ух и его уши вытянулись на голове, словно солдаты перед боевым генералом.

– Ккак украли? – не веря тому, что услышал, поинтересовался медвежонок.

– А вот так. Я проснулся, смотрю, а подарков, что я положил возле входа в бунгало, нет. Я подумал, может Колюньчик, зачем взял, пошёл к нему, а он спит. Я его разбудил, и оказалось, что его подарков тоже нет, у Совы так же, подарки исчезли. Все сейчас у слонёнка, думают что делать, ведь фрукты, которые он приготовил для праздника, тоже исчезли. А я прибежал к тебе. Где твой торт?

– Торт? – повторил за Ухом Топ, все ещё не веря сказанному, – торт, я вчера положил в холодильник, а холодильник стоит в чулане, а чулан я закрыл на ключ, как только мы приехали. Так, что всё в порядке, – радостно воскликнул медвежонок. – Торт никуда не делся! Он у меня, как в сейфе, – улыбаясь, продолжал говорить медвежонок. – Сейчас я тебе его покажу, – Топ слез с кровати, сунул лапу под подушку и начал там шарить. – Не может быть, где же он? – Топ откинул подушку и принялся что-то искать. Он поднял простынь, матрац, залез под кровать. – Нету, – тихо сказал он, выглянув из под кровати.

– Чего нету? – спросил заяц.

– Его нету.

– Да кого? – ты можешь толком объяснить.

– Ключа, – медленно произнёс Топ.

– Какого ключа?

– Да ключа, которым я закрыл чулан, – Топ вылез из под кровати. – Вот видишь, – и Топ показал на закрытую дверь чулана, – дверь заперта, а ключа, который я положил под подушку, нет, пропал, – он растерянно развёл лапами. Ух подошёл к двери чулана, и нажал на ручку. Дверь медленно открылась.

– Аааа, – выдохнул Топ. И с криком: – Не может быть! – кинулся в чулан. Он подбежал к холодильнику и рывком открыл дверцу, – Аааа! Украли! – закричал Топ. И замахал лапами. – Ух, скорее! – Топ кинулся к Уху, схватил его и потащил к холодильнику, – Смотри, пусто! Медвежонок начал бегать рядом с холодильником, пытаясь заглянуть под него, за него, словно думая, что такой большой торт сможет каким-то чудом спрятаться в узкие щели между холодильником, полом и стеной. Потом всё так же причитая: – Украли, украли, – стал открывать подряд все тумбочки, осматривать все ящики, и наконец, выбежав из чулана, унёсся на улицу вопя, – Украли, украли торт, скорее на помощь! Колюньчик, Сова, Ду-ду! Медвежонок вопил и бегал по лужайке не замечая, что друзья сидят возле дома слонёнка и смотрят на него. Ух спокойно вышел из дома Топа и направился к друзьям. В этот миг Топ пронёсся мимо него и убежал по направлению к дому ёжика и скрылся в нём.

– Ёжик, – кричал Топ, – у меня украли Торт! Несколько секунд спустя он выскочил и убежал к дому совы. Ух между тем пересёк лужайку и сел рядом с друзьями.

– Надо немного подождать, – многозначительно произнесла сова.

– Подождём, – согласился Колюньчик.

– Что это с ним? – спросил Ду-ду.

– Торт ищет, – усмехнулся Ух. В этот момент Топ пронёсся мимо друзей, восклицая:

– Торт, пропал торт, кто украл торт? Когда он пробегал мимо друзей в третий раз, слонёнок не выдержал, набрал в хобот воды и резко вылил её на медвежонка. Тот остановился как вкопанный и медленно повернулся к друзьям.

– Ну? – спросил его Ух, – Успокоился?

– Дда, – отплёвываясь от воды, ответил Топ. – Но ведь торт пропал, – тихо произнёс медвежонок.

– Мы уже поняли, – внимательно глядя на него сказала Сова.

– Заметь, не только торт, – добавил Колюньчик. – Все подарки пропали.

– Ну так чего же вы тут сидите?! Надо срочно бежать, искать, вернуть…, – снова затараторил медвежонок, начал размахивать лапами, и опять готов был сорваться в неизвестном направлении. Однако слонёнок заранее подготовился и вновь окатил медвежонка водой из хобота.

– Хватит, разозлился медвежонок! Я тебе, что? Клумба что ли, ты меня поливаешь?! Я всё равно не зацвету! – и разгневанный, оставляя мокрые следы, прошлёпал к креслу, и плюхнулся в него.

Минут пять все молчали. Наконец Колюньчик встал и ушёл к себе в бунгало. Через минуту, он вышел оттуда в шляпе и с тросточкой в руках. Это означало, что ёжик всерьёз решил взяться за дело. Он подошёл к друзьям и произнёс:

– Значит так, положение серьёзное, нельзя терять ни минуты. Надо срочно постараться найти следы вора, и отправляться в погоню. Он не мог не наследить.

– Согласен, – поддержал друга Ух. Даже если мы соберём новые фрукты, то наши подарки, точно никто не вернёт, тем более торт Топа.

– И уйти вор, далеко не мог. С таким – то грузом, -добавила Сова.

– Ура! – встрепенулся медвежонок, так не любивший сидеть без дела. – Чур, я смотрю вокруг поляны.

– А я, поднимусь в небо и осмотрю всё сверху, – предложила Сова.

– Ты Ух, – обратился к нему ёжик. – Внимательно погляди вокруг хижин, может увидишь следы какие, ну там траву примятую, или росу сбитую. Утро раннее, трава выпрямиться ещё не успела, да и роса не высохла. Только смотри, сам не наследи.

– Будьте спокойны, уж как мы зайцы умеем искать, так никто не умеет, – и гордо развернувшись, Ух зашагал прочь.

– А ты слонёнок ступай с медвежонком, смотри вокруг поляны. Он с этой стороны начнёт, а ты с той, так быстрее будет. А я здесь останусь, думать буду. Всё, за дело. Встречаемся здесь, через двадцать минут. Друзья кинулись врассыпную. Сова взлетела в небо и стала оттуда своими зоркими глазами высматривать, нет ли где каких следов таинственного гостя похитившего подарки слонёнка. Медвежонок, словно охотничья собака встал на четвереньки, и принялся обнюхивать землю, заглядывая под каждый куст. Слонёнок с другой стороны поляны двинулся навстречу медвежонку, поднимая хоботом любой подозрительный предмет и внимательно разглядывая его, а вдруг это след вора? Ух, начал осмотр со своего дома. С видом опытного следопыта он внимательно изучал каждую травинку. Смотрел, нет ли где сбитой росы, и при этом старался не наследить сам. Его длинные уши, словно радиоантенны, двигались в разные стороны, как будто пытались уловить малейший сигнал, способный помочь навести на след таинственного ночного похитителя. Колюньчик, как и сказал, никуда не пошёл. Он сел, закрыл глаза и погрузился в медитацию. Как всегда в подобных случаях, ёжик постарался очистить свой ум от любых мыслей и оставаясь в таком состоянии стал спрашивать своё высшее Я, что за таинственный пришелец посетил их и в какую сторону ушёл? Сегодня контакт был неустойчивым, сказывался перелёт, и то, что данная ситуация касалась самого ёжика. Он никак не мог простить себе, что проспал и не услышал, как орудует непрошеный гость. Из-за этого в уме ёжика постоянно всплывали мысли, и мешали наладить контакт с Высшим сознанием. Колюньчик чётко видел образ своего истинного Я. Светящийся, излучающий глубочайшую любовь, и доброту, духовный образ ёжика, что-то ему говорил. Потом стал показывать образы и картинки, стремясь, чтобы Колюньчик понял и принял информацию, которую старалось донести до него его Высшее сознание. Но толку было мало, возникающие мысли сбивали настрой ёжика. Однако кое, что ему всё-таки удалось услышать и понять. Из открывшейся информации, Колюньчик понял, похитителей было двое. Работали они ночью, когда все спали, а вот в каком направлении скрылись, разобрать не удалось, ясно только то, что путь нужно держать в сторону реки, но вот какой? И ещё, если они поторопятся, нагнать похитителей им удастся. Так же, он узнал, что им будет оказана помощь, но какая и откуда, Колюньчик не понял. Особый интерес в нём вызвало ощущение опасности, посетившее его во время контакта с Высшим духовным сознанием. Ёжик смог понять, что в пути будет очень серьёзная опасность, но где, когда и какая, этого выяснить не удалось. Как только истекли положенные двадцать минут, ёжик открыл глаза. Интересно, подумал Колюньчик, подводя итоги контакта с Высшим сознанием.

– Двигаться в сторону реки, будет помощь, и опасность. Хм, действительно интересно. Но пока не ясно. Надо больше тренироваться, налаживать контакт, да такой, чтобы он был и днём и ночью, твёрдый и устойчивый, стальной как канат! Ну что же расстраиваться не будем, главное напасть на след, а там посмотрим. Колюньчик был уверен, что друзья обязательно раздобудут следы, по которым удастся догнать похитителя.

Первым явился Ух. Подошёл, вытянулся в струнку и произнёс:

– Разрешите доложить Ваше высоко ежёвское благородие, – при этом хвост его встал торчком, а уши на голове сделали такую фигуру – одно ухо легло на голову, изображая шляпу треуголку, а второе, вытянувшись горизонтально сложилось вдвое, как будто солдат отдаёт честь своему генералу. Лапы зайца плотно прилегали к туловищу, пятки ног соединены вместе, носки разведены врозь. А на лице его сияла такая улыбка, что Колюньчик тотчас понял, Ух что-то обнаружил и еле сдерживается, чтобы не проговориться. Заяц буквально подпрыгивал на месте, ещё секунда и его разорвёт от новостей, которые никак не хотели в нём сидеть.

– Всех не дождёмся? – прищурившись, спросил Колюньчик.

– Нет, не могууу! – словно закипевший чайник пропел еле сдерживаясь Ух. – Я нашёл, нашёл, – и схватив ёжика за лапу потянул за собой. – Я нашёл следы! Скорее, скорее! – звенел он нетерпеливым голосом. Они буквально добежали до дома медвежонка и Ух принялся показывать. – Смотри, тут трава примята, тут роса сбита, тут опять примята, тут опять сбита, и так везде, везде, везде. Кто молодец? Я молодец! Кто молодец? – весело смеялся Ух. – Я молодец! Он был так счастлив, что Колюньчик не решился сказать ему, что следы, которые он нашёл, были собственными следами зайца. Не смотря на предупреждения ёжика, он таки умудрился натоптать. На траве, явно виднелись отпечатки лап зайца. И не мудрено, он так усердно стремился отыскать какую-нибудь зацепку, что буквально затоптал всю поляну.

– И куда же они ведут? – поинтересовался ёжик пристально глядя зайцу в глаза. А про себя подумал: – Ух, а я ведь предупреждал. Но в его мыслях не было укора, только сожаление. Заяц застыл как вкопанный, на лице у него отразилось волнение и недоумение, однако он тут же взяв себя в руки сказал:

– Вор так сильно наследил, что отыскать направление, в котором он ушёл не представляется возможным! И вроде бы надо грустить, ведь в каком направлении искать неизвестного похитителя так, и осталось тайной, однако Уха настолько распирала радость от того, как он здорово выполнил свою задачу, что это его нисколько не беспокоило. Главное, он молодец! И довольный собой, заяц, приплясывая, пошёл к дому слонёнка, уверенный, что никто не справился со своей задачей так же блестяще как он. А следы? Ну что следы, ведь они есть, а значит, дело он сделал. Колюньчик пошёл вслед за Ухом.

– Так, думал ёжик, остаётся надежда на Топа, слонёнка и сову. Как только они подошли к дому Слонёнка, прилетела сова. – Уф, ур, уф, ур, – не могла она отдышаться. Ёжик протянул ей стакан с арбузным соком. Сова сделала несколько глотков и уже успокоившись, сказала:

– Ничего. Сверху ничего не видно. Вокруг одни лианы, и пальмы, пальмы и лианы.

– Ха! – воскликнул Ух. – Это дело не из простых. Оно по плечу только особым существам, – начал нахваливать себя заяц. – Только тем, кто достоин, только тем, кто…, – в этот момент на поляну вышел медвежонок, и по его виду было понятно, что и он с пустыми вестями. Он подошёл к друзьям и глядя на Колюньчика виновато развёл лапами.

– Ничего, – выдохнул он. А заяц меж тем продолжал.

– Кто бы сомневался?! Я вот был уверен, я знал, что смогу, потому, что мы зайцы, вернее я, ух, – он так разважничался, что стал, как в детстве через каждое слово говорить «ух». – Мы, ух, зайцы, ух, вернее, ух, я, ух, – за такую манеру говорить, ему в детстве и дали прозвище – заяц Ух.

– Да, что мы, что ты? – расстроенным голосом сказал медвежонок, говори толком.

– А то всё ух и ух, – поддержала Топа сова.

– Я, ух, нашёл, ух, следы, ух! – и он гордо подбоченясь встал и с надменным видом посмотрел на друзей. – Ну, следы. И что? – спросил Топ. – Чьи это следы?

– Это следы…, – начал высокомерно Ух и поднял вверх указательный палец. – Это следы…

– Зайца Уха, – не выдержав произнёс Колюньчик, и друзья захохотали. Сова ухала и захлёбываясь смеялась хо-хо-ух, хо-хо-ух, хо-хо-ух. Топ упал на траву и катаясь по ней хохотал во весь голос ха-ха-ха-ха-ха. Ой, ха-ха-ха-ха. Колюньчик упал в кресло и смеялся, закрыв лапками мордочку. А Ух, стоял весь красный от возмущения, и пытался перекричать смех друзей.

– Это не мои следы, это следы вора, я вам докажу, идёмте, сейчас же! Колюньчик, ты же видел! Колюньчик давясь от смеха, попытался произнести:

– Это ха-ха, твои, ха-ха, я ха-ха, не ха-ха, расстраивать ха-ха, тебя ха-ха. Услышав это Ух сник, опечалился и сев в кресло отвернулся в сторону леса. Как же так? Подумал, он. Вот болван. И всё моя гордость, моя самоуверенность. Он повернулся к друзьям, увидел, как они смеются, и вдруг понял, что друзья смеются не над ним, не над его неудачей, не над тем, что он допустил промах, а над ситуацией в целом, над тем, как смешно это все выглядело. Какой он был гордый, чванливый, и весь из себя показушный. А ёжик, как настоящий друг, не желая расстраивать Уха, ничего ему не сказал. И только когда тот стал выпендриваться и возносить себя выше других, раскрыл правду. И поняв все это, он увидел, что в глазах друзей присутствует только любовь, и доброта, стремление поддержать друга, порадоваться за него. Но никак не желание унизить и причинить боль, а потому расплылся в улыбке и захохотал вместе со всеми. Друзья продолжали смеяться, и заяц смеялся громче всех.

– Это следы, ха-ха! – изображая себя, вопил он.

– Только я, ха-ха! – басил Топ.

– Только зайцы, ха-ха! – смеялся Колюньчик.

– Кто бы сомневался, угу ха-ха, я был уверен, угу ха-ха! – повторяла сова. Наконец друзья отсмеялись, и Ух отдышавшись произнёс:

– Ну спасибо, опять я разважничался. Так мне и надо.

– Да ты не сердись, мы любим тебя, – сказал, подходя и обнимая его Колюньчик.

– Но это так было весело, сказал медвежонок, и они с совой снова засмеялись.

– Да я не сержусь. Всё правильно, и я рад, что случилось именно так. Впредь буду умнее. Вот только, что мы будем делать? Следов-то нет.

– Будем надеяться, что следы отыщет Ду-ду, – отсмеявшись, произнесла сова. И словно в доказательство её словам, из леса раздался звук, как будто трубили в трубу.

– Ду-ду-ду, ду-ду-ду. Это трубил слонёнок. И тут, друзьям стало понятно, почему его прозвали Ду-ду.

– Друзья! – услышали они крик и ощутили тяжёлый топот ног бегущего слонёнка. Земля буквально тряслась у них под ногами. Ещё мгновенье, ветки деревьев раздвинулись, и на полянку выбежал слонёнок, он махал лапами и кричал:

– Скорее, сюда! – все поспешили к слонёнку. – Идёмте, я вам покажу, что мне удалось найти, – сказал слонёнок, и направился в лес. Пока они шли в направлении указанном слонёнком, он стал рассказывать, как совершал свои поиски. – Я начал свой осмотр с другой стороны поляны, как мы и договорились. Осмотрел каждый кустик, и ничего не нашёл. А потом подумал, а что если этот кто-то, который украл подарки и фрукты, прежде чем сделать своё чёрное дело, сначала сидел в засаде и ждал, когда мы уснём? Так сказать, наблюдал за нами.

– Бррр, – поёжилась сова, – как представлю, что кто-то за нами наблюдал, а мы не знали, меня аж в дрожь бросает.

– Возможно такое, спросил я себя? Возможно. А раз такое возможно, то где лучше всего он мог засаду устроить?

– Где? – спросил Топ.

– Ну, если бы я сидел в засаде, и выжидал, когда все уснут, то вряд ли стал бы наблюдать за лагерем с земли, – высказал предположение Ух. – Я бы забрался на дерево и стал смотреть оттуда.

– Правильно Ух. Я тоже так подумал, что лучше всего мне было бы забраться на дерево и вести своё наблюдение оттуда.

– Тебе, на дерево? – не удержавшись, усмехнулся Топ. – Такое невозможно! Друзья укоризненно посмотрели на него, и Топ, поняв, что сболтнул лишнее, пробормотал: – Извини слонёнок, я не хотел тебя обидеть, просто ты очень большой, и вряд ли сможешь залезть на дерево.

– Всё правильно Топ. Я-то большой, а если этот кто-то был не такой большой, как я? Ведь следов на земле я не нашёл.

– Правильный ход мыслей Ду-ду, – поддержал друга ёжик.

– Так вот, я вернулся и начал осмотр сначала, но теперь, осматривал не землю, а деревья. И снова ничего не нашёл. А потом мне на ум пришла ещё одна мысль, а вдруг этот кто-то, не стал подходить близко к нашей поляне. Ну испугался, что мы его заметим. У Совы вон, какое зрение, да и слух отменный. А медвежонок? Он мёд за версту чует, так может и кого другого унюхает. Друзья, польщённые комплементами слонёнка, шли за ним и внимательно слушали. Так вот, продолжал слонёнок при этом, обмахивая себя ушами, солнце поднималось все выше, и становилась жарко, я и решил расширить свой круг поисков. Конечно, я не только осматривал деревья, но и землю тоже, ведь, чтобы забраться на дерево, нужно подойти к нему по земле.

– А если этот кто-то летающий? – спросила Сова. Ему не нужно подходить по земле.

– Или он ловко скачет с дерева на дерево, – предложил свой вариант Ух.

– Друзья вы абсолютно правы, об этом, я тоже думал, но всё-таки следы на земле не исключал. И когда я отошёл от нашей поляны подальше, мне сразу повезло! Я увидел большое дерево, а возле него примятую траву. Подняв голову и осмотрев дерево более внимательно, я обнаружил, что кто-то на дереве сделал себе лежанку и оттуда спокойно мог наблюдать за нашей поляной. Да, что я вам говорю, смотрите сами, вот оно. И слонёнок, остановившись, указал хоботом на дерево, возвышавшееся над друзьями. Это было огромное дерево оплетённое лианами. Его высота достигала двенадцати метров, а ширина кроны восьми, девяти метров. Снизу ствол дерева расходился в стороны, образуя, таким образом, удобное пространство, для желающего на него взобраться. Чуть выше метрах в четырёх, пяти над землёй, на одном из стволов, ветки дерева перекрещивались, создавая подобие ложбинки, обустроив которую, можно было сделать неплохой наблюдательный пункт, чем и воспользовался похититель. Он натащил туда пальмовых листьев и устроил себе добротную лежанку. Благодаря висящим рядом лианам, неизвестный мог быстро и без труда забираться в свой наблюдательный пункт, а при надобности, легко его покинуть. Ёжик принялся осматривать примятую траву вокруг дерева, Ух забрался в созданное вором логово и стал осматривать его, изнутри на предмет каких-либо улик позволяющих определить, кем же являлся этот таинственный негодяй. Сова вновь поднялась в воздух и кружила над чащей, надеясь увидеть что-то сверху, а медвежонок со слонёнком решили углубиться в лес, на поиски ещё каких-либо следов. Закончив осмотр возле дерева, Колюньчик поднял голову вверх и поискал глазами зайца:

– Ух! – крикнул он. – Что-нибудь нашёл?

– Две шкурки от банана, и недоеденный огурец. Больше ничего. А у тебя?

– У меня пусто. Негодяй очень осторожен. Спускайся сюда и прихвати улики.

– Не понял, что прихватить? – переспросил Ух.

– Шкурки от банана и огурец. Это и есть улики.

– Аааа, это я мигом. Через несколько мгновений, Ух, стоял рядом с ёжиком. – Вот держи, он протянул ему две шкурки от банана, и надкушенный огурец. Ёжик внимательно осмотрел шкурки, потом отложил их в сторону и принялся осматривать остаток огурца.

– Интересно, очень интересно, – бормотал он, рассматривая огурец. Потом понюхал его и попробовал на вкус, надкусив маленький кусочек. – Ну что же, всё ясно, – закончив осмотр огурца, произнёс ёжик.

– Что ясно то? – поинтересовался Ух. Он взял огурец, у Колюньчика и понюхал его, потом откусил кусочек, как это сделал ёжик и долго жевал. – Всё ясно, всё ясно, – передразнил он ёжика. – Ничего не ясно, – сделал свой вывод Ух. Тут прилетела сова. Усевшись на ветку, она сказала:

– Я ничего не нашла, а что у вас?

– У нас, всё ясно, – изображая Колюньчика, съязвил заяц. – Хотя лично мне, ничего не ясно. Тут на поляну вышли медвежонок со слонёнком.

– Мы нашли вот это, – сказал Топ и показал банановую кожуру и огрызок яблока.

– А ещё вот это, – грустно произнёс Ду-ду и вынул из-за спины корзину, в которой Колюньчик привёз слонёнку малину.

– Ах негодяй! – воскликнула сова.

– Да я его, в порошок сотру! – разгневался Ух! И схватив лежащую рядом толстую увесистую палку, сломал её не без труда о колено. – Вот, что я с ним сделаю, – сказал он, показывая друзьям сломанную палку.

– А я, а я! Медвежонок пытался придумать, что он сделает с похитителями, но ничего не приходило ему на ум. – Я…, – сказал Топ, но фразу закончить не смог, слезы потекли из глаз медвежонка, так он распереживался, что подарок друга пропал безвозвратно!

– Спасибо друзья, – ничуть не расстроившись, произнёс ёжик. – Но сейчас, главное вернуть подарки слонёнка.

– Как же вернёшь их, – проквохтала сова.

– Вон, один уже вернули, – огорчённо добавил Ух.

– Ну ничего, возможно ещё не всё потеряно, – подбодрил друзей ёжик. – Вперёд, веди нас слонёнок. Где вы нашли улики? И друзья вновь пошли за слонёнком. Шагов через пятьдесят, он остановился.

– Вот здесь мы нашли огрызок яблока и кожуру от банана.

– А корзину, чуть дальше, – добавил успокоившийся медвежонок.

– Ага, ну теперь точно все понятно. Похититель ушёл в том направлении, на север, – и ёжик указал тросточкой направление в котором, по его мнению, ушёл вор.

– Почему ты так думаешь, возмутился заяц? – а может он тут только перекусил, а ушёл в другую сторону, на юг, например?

– Я так думаю, потому, что:

– первое, похититель двигался именно в этом направлении, покинув своё место наблюдения на дереве. Этому служат доказательством найденные Топом и Ду-ду, остатки яблока и банана, а ещё дальше, как показывает медвежонок, была найдена моя корзина, и таким образом мы видим, что похититель всё время двигался в одном направлении, на север;

– второе, – ёжик быстро пошёл к месту, где была найдена корзина, и осмотрел его. – Следы! – воскликнул он. – Вот следы, которые оставил похититель, их здесь уже отчётливо видно. Видимо он решил, что его уже не смогут обнаружить, и не стал заботиться о том, чтобы их скрыть. Вот они, смотрите, – и он показал подошедшим друзьям на чётко видимый след, примятую траву и сломанные ветки кустов. – И след этот ведёт именно на север.

– Нууу Колюньчик! Ты даёшь! – восхитился Ду-ду. – Ты прямо таки Шерлок Холмс.

– Ну Шерлок, не Шерлок, а возможно именно он был моим предком улыбнулся ёжик, и кое чему я от него научился (каким образом ёжик связан с сыщиком Шерлоком Холмсом, рассказывается в книге второй «Заяц Ух и погода»).

– И как это ты от него мог научиться?! – удивлённо произнёс Ух. – Он ведь умер, когда ты ещё не родился?

– Книги. Ух. Всё в книгах.

– Ааа, понятно, – рассеяно пробормотал Ух. – И как я не догадался – книги.

– Браво дружище! – пробасил медвежонок. Он был так рад за своего друга, что обнял его и крепко прижал к груди.

– Ну, что же если ты такой чудо сыщик, – всё не унимался Ух. – Может быть, ты нам скажешь, кто же этот таинственный похититель?

– Конечно, скажу, но не будем терять ни минуты, а тронемся в путь. По дороге я вам всё расскажу, – и друзья пустились в погоню. Они старались двигаться как можно быстрее, но дикий лес, и непролазная чаща мешали им. Поэтому, несмотря на все старания, за целый час им не удалось далеко продвинуться. То сова путалась в лианах, пытаясь лететь, то ёжик из-за своего маленького роста тратил много времени на то, чтобы перебраться через упавшие от старости большие деревья, то медвежонок непривыкший к таким передвижениям через непролазную чащу, останавливался передохнуть. Один заяц легко перепрыгивал все препятствия, но и он порой спотыкался о какую-то кочку. Что касается слонёнка, то он старался не спешить и приноравливался к темпу движения друзей. Для него движение через лесную чащу непролазных джунглей, не было сложным, ведь он провёл среди них большую часть своей жизни. Вскоре друзья остановились.

– Нет, так дело не пойдёт, – сказал ёжик. Он оперся о свою тросточку и тяжело дышал.

– Да, нам тут нужен большой поезд, который будет, словно таран прокладывать путь, и при этом двигаться с огромной скоростью, – заявила сова.

– А что, это мысль! – воскликнул слонёнок. – Давайте я буду этим поездом. Я словно локомотив буду двигаться вперёд, а вы садитесь на меня и я повезу вас!

– Да ты, что! – запротестовал ёжик. – Ехать на друге!? Не уговаривайте меня, не соглашусь.

– И вправду, слонёнок, как можно? – пробасил, соглашаясь с Колюньчиком медвежонок.

– Ну знаете ли, я возмущена до предела. Это как так надо не любить друга, чтобы усесться на него верхом и ехать? – ухала, показывая своё негодование Сова.

– А я согласен с Ду-ду, не согласился с друзьями заяц. – Во-первых, Ду-ду сам предлагает, во вторых, иначе мы не сможем догнать вора, и он уйдёт от нас. И тогда, прощай подарки слонёнка и его день рождения. А в-третьих, если бы мне представилась возможность помочь друзьям, пусть даже везти их на себе, я бы это сделал непременно, ведь вы мои друзья и вы самое дорогое, что у меня есть. Вот ты Сова, неужели не согласилась бы помочь ёжику, например, перелететь через речку, посадив его себе на шею, если бы это было, ну просто необходимо!? – повернувшись к сове, спросил заяц. Он стоял на упавшем дереве, несколько возвышаясь над друзьями и скрестив лапы на груди. Солнце еле пробивающееся через кроны деревьев тропического леса, осветило его, и у друзей возникло ощущение, что с ними разговаривает, не заяц Ух, их друг, непоседа, балагур и проказник, а сама заячья мудрость, воплотившаяся на миг в его теле. Настолько был светел и прям взгляд его серых заячьих глаз, в котором полностью отсутствовал какой либо юмор и попытка подшутить, что сова тут же закивала головой и согласившись с Ухом, произнесла:

– Да, да, да и ещё тысячу раз да! Ты прав! Я непременно помогла бы и Колюньчику и Топу и тебе, вот только слонёнку не смогла бы помочь, уж больно он большой, – и она с сожалением посмотрела на Ду-ду.

– А я уверен на сто процентов, что ты нашла бы в себе силы поднять и слонёнка! Ведь когда в сердце живёт настоящая любовь, для неё преград не существует! – гордо произнёс Ух. И уже тише добавил: – Так говорит мой друг Колюньчик, и я ему верю. При этом он нежно и ласково посмотрел в глаза другу. Колюньчик без тени смущения, встал с пенька, на котором сидел, подошёл к своему другу, обнял его и сказал:

– Спасибо тебе мой ушастый друг, я всегда верил в тебя, и никогда не сомневался в том, что сердце твоё таких размеров, что сможет вместить в себя не одну вселенную, а много больше. Затем повернувшись к друзьям, добавил: – Я согласен с Ухом, вези нас слонёнок.

– Ну что ж, – подал голос Топ. – Если все за, то я протестовать не буду, ведь я всегда с вами. А там, глядишь и моё сердце научиться вмещать в себя целые вселенные, – смущённо пробормотал Топ.

– Топчик, дорогой, ты душа нашей компании, и мы прекрасно знаем, что твоё сердце благоухает самыми прекрасными фибрами твоей души! – обнял хоботом друга Ду-ду. – И я с радостью повезу тебя, так, словно везу самого великого царя в мире. Садитесь друзья и скорее в путь. Слонёнок опустился на четвереньки. Друзья вскарабкались на него и погоня продолжилась. Теперь дело пошло намного быстрее. Слонёнок двигался словно таран, снося всё на своём пути, при этом скорость его передвижения была такой, что ей позавидовал бы самый скоростной поезд. Он мчался, и ветер свистел у друзей в ушах. Уши слонёнка были словно крылья. Умело лавируя ими между деревьями и кустарниками, вовремя складывая или распуская их, слонёнок, словно самолёт использующий законы аэродинамики для исполнения фигур высшего пилотажа в небесном пространстве, применял те же самые законы в джунглях густого тропического леса, для быстрейшего передвижения. Если же он видел, что на пути встречается какая-то преграда, будь то ветки, лианы, листья, или ещё какая неприятность, которая могла обрушиться на головы, сидящих на его спине друзей, он тотчас же раскрывал свои уши таким образом, чтобы ничто не могло причинить седокам вред. Друзья же изо всех сил старались удержаться на спине и шее Ду-ду. Медвежонок, вцепился в край левого уха и зажмурил глаза. Ёжик, норовил каждое мгновенье, съехать со спины и цеплялся изо всех сил за правое ухо, тросточку он зажал зубами, а шляпу перед поездкой натянул на голову с такой силой, что она сидела как влитая, закрывая Колюньчику весь обзор. Заяц, сидевший посередине, умудрялся не только держаться сам, но и поддерживать Топа с Колюньчиком. Сова, давно поняла, что ей не удастся усидеть на спине слонёнка и соскользнув летела за ним, держась за хвост, стараясь, чтобы тот не выскользнул из клюва. Кто бы мог подумать, что слоны способны передвигаться с такой скоростью.

– Потерпите друзья! – протрубил слонёнок. – Выйдем на ровную поверхность прибавим скорость! И с этими словами ловко перепрыгнул через очередное упавшее дерево. От прыжка Ух взлетел воздух и словно наездник на строптивой кобыле подброшенный вверх плюхнулся обратно на спину слонёнка, каким-то чудом ему удалось удержаться на месте. Медвежонок изо всех сил держался за ухо Ду-ду, при этом он настолько сполз с его шеи, что теперь сидел на голове, а услышав слова, что тот скоро прибавит скорость, начал тихонько скулить:

– Может не нааадоо? Ёжик держался молча, но по всему было видно, что и ему далеко не весело. Он маленький, а на спине у слонёнка не особо есть за что зацепиться, только ухо, на котором он уже практически висел. Сова давно перестала махать крыльями, просто расправила их и словно планер парила, продолжая держаться за хвост. Однако и ей приходилось не сладко. Слонёнок, мчась через джунгли, поднимал своими исполинскими ногами такую пыль, что она практически не могла дышать, а глаза давно закрыла. Иначе пыль ослепила бы её. Так продолжалось около часа. Солнце уже высоко поднялось, но из-за того, что лес был очень частым, деревья вплотную подступали друг к другу, да ещё плющ и лианы опутывали их, создавая непроходимую чащу, в лесу было сумеречно. Однако преследователям, это оказалось на руку. Прохлада леса, накопившаяся в нём за ночь, сохранялась длительное время, и друзья не были подвержены изнурительному зною, возникающему под жарким, палящим, тропическим солнцем. Ещё через полчаса слонёнок выскочил на поляну и остановился. Друзья кубарем скатились с его спины. Сам Ду-ду отошёл к краю поляны и тяжело дыша, опустился под огромное банановое дерево. Ёжик, несмотря на усталость, постарался найти место, где палящее солнце не могло его достать. Он нашёл укромный тенистый уголок под непонятным деревом, с которого свисали плоды похожие на колбасу. Чуть погодя к нему присоединились Сова и Ух. Медвежонок же, где упал, там и лежал, вывалив язык и всё время бормоча, что-то похожее, на то:

– Если бы я знал, как же я устал, дайте водыыы. При этом он так странно подёргивал лапами, что можно было подумать, будто медвежонок продолжает неугомонную скачку и теперь сам выступает в роли слонёнка.

– Топчик, ползи к нам, – раздался голос почти отдышавшегося Уха.

– Уа, му, бу, донеслось до друзей. Что хотел сказать Топ, никто не понял. Медвежонок попытался ползти, но это у него не особо получилось. Тогда он предпринял другую попытку, решил катиться. И в этом преуспел. Не слишком напрягаясь, словно сосиска, перекатился он по траве к друзьям, под дерево, где так и остался лежать не двигаясь. Минут через двадцать, когда все пришли в себя, друзья расселись в круг, чтобы держать совет. Для начала они решили подкрепиться бананами, заботливо сорванными с бананового дерева совой, и водой, которую Ух предусмотрительно захватил с собой в путешествие.

– Итак, – сказал, заяц. – Прежде чем мы двинемся дальше, ёжик, может, ты просветишь нас кто, тот таинственный похититель?

– Да, Колюньчик, ведь ты так и не сказал, – поддержала друга сова.

– И ещё неплохо было бы понять, правильно ли мы движемся? – зевая, пробурчал медвежонок, довольный тем, что подкрепился и утолил жажду. Он облокотился спиной, на ствол дерева, под которым ранее расположился Колюньчик, вытянул нижние лапы, верхние пристроил на затылке, прикрыл глаза, и расслабился, решив вздремнуть.

– Хорошо, – сказал ёжик, и поудобнее устроился рядом с Топом. Он снял шляпу, и вместе с тросточкой положил себе на колени. – Прошлый раз, когда ты мой друг, ёжик посмотрел на зайца, принёс улики в виде банановой кожуры, и остатка огурца, я обратил внимание на огурец, и обнаружил на нем очень странный прикус. Этот прикус и указал мне на то, кто является непрошеным гостем. А потом, когда я обнаружил следы возле места, где Ду-ду с Топом нашли корзину, то я и вовсе утвердился в своей догадке. Плюс, когда утром, вы разошлись искать следы, я, сидя в медитации, связался со своим Высшим сознанием, и поинтересовался, кто же посетил нас ночью и куда он ушёл. Результаты моего общения, оказались не слишком чёткими и ясными, но вот, что я узнал, вор был не один…

– Погоди, погоди! – перебил ёжика Ух. – След то, был только один?! Всё время пока ёжик говорил, Ух лежал на спине, задумчиво ковыряясь в зубах сорванной травинкой, а тут вскочил, уселся на колени и вопрошающе уставился на него.

– Да один, но это ещё ничего не означает. Помните, ранее мы говорили, что похититель мог уметь летать, либо скакать по деревьям? Конечно, помним, согласились друзья. Но есть ещё один способ не наследить.

– Это какой же? – поинтересовалась сова.

– Индейское передвижение, след в след!

– Точно! – воскликнул Ух. – И как я мог об этом забыть! Он хлопнул себя по лбу лапой. – Я читал книгу, про индейцев, если не ошибаюсь, автор Фенимор Купер, а называется она «Зверобой». Так вот, индейцы, ходят друг за другом, наступая в следы того кто идёт первым, и создаётся ощущение, что прошёл один индеец, а на самом деле может и десять! И заяц, поднявшись с колен начал демонстрировать, как это происходит. Он изобразил крадущегося индейца, а потом быстро вернулся и стал изображать второго, который так же крадётся и ступает по следам первого.

– Вот как! – радуясь тому, как удачно он всё изобразил, довольный Ух с видом и грациозностью индейца сел на место. Друзья весело засмеялись, а Топ, смотря на зайца из-под полуприкрытых глаз пробормотал:

– Тебе бы ещё трубку мира и перья на голову, и отличный вождь получится!

– А, что? Получится, чем я хуже? – выпятив грудь вперёд, хорохорился заяц. – Где моя скво?!

– Кто-кто? – переспросила Сова?

– Скво, это жена индейца, – надменно произнёс Ух, продолжая дурачиться.

– Ты полностью прав дружище, – улыбнулся Колюньчик, – именно к этой версии я и склоняюсь. Наши похитители шли друг за другом, как индейцы. Это мне стало ясно из того, что, след их был нечётким и вдавлен друг в друга. Ещё, из полученной утром информации, я понял, что двигаются они в сторону реки. Только вот реки, я что-то не наблюдаю.

– Всё верно Колюньчик, – вступил в разговор Ду-ду. – Если мы будем двигаться на север, то неизбежно попадём к реке. Она течёт там уже сотни лет.

– Ну вот, теперь и этот момент прояснился, и он подтверждает правильность нашего направления в преследовании. Так же в процессе контакта, мне было открыто, что нам будет оказана помощь, но вот какая, увы, мне не известно. О том, что в пути их ожидает опасность, ёжик решил умолчать. Он был уверен, что они справятся с любым испытанием. И чтобы не вызывать у друзей лишнюю тревогу, счёл нужным про это не говорить.

– Помощь? Помощь нам не помешала бы, только откуда ей взяться? – всё ещё находясь в полудрёме, пробурчал Топ.

– Ну а кто же всё-таки этот или эти странные похитители? – поинтересовалась Сова.

– Итак, как я уже сказал, укус на огурце дал мне ответ, кто эти таинственные похитители, по крайней мере, один из них – это крокодил. Кто был второй, я не знал, пока не увидел след. Именно след, позволил мне определить, что это два крокодила, двигающиеся по индейски. А раз они используют такой способ передвижения, смею предположить, что подготовка у них довольно сильная. Так двигаться, да ещё, с тяжёлым грузом, да ещё по джунглям, это вам не польку бабочку танцевать. Тут нужен навык оттачиваемый годами.

– Ну, вот, – сонно пробормотал Топ. – Теперь становится ясно, почему они двигаются в сторону реки. Это же крокодилы и им легче всего скрыться по воде.

– Точное предположение, – сказал Колюньчик. – И нам надо торопиться. Потому, что если мы не настигнем их до реки, то потеряем навсегда. Уйдут по воде, и следов не отыщем.

– Тогда в путь, – вскочил медвежонок, мгновенно пробудившись, и ударился лбом, в плод дерева, висевший над его головой. – Ууу ты колбасища! – разозлился Топ. – Была б ты настоящей колбасой, я бы показал тебе как, медведи расправляются с подобными деликатесами! С этими словами Топ оторвал так похожий на колбасу плод и швырнул его в чащу леса. Шмяк, послышалось, как плод во что-то ударился, и тот час среди ветвей, зашевелилось и зашипело нечто огромное.

– Это кто тут кидается, а ну иди сюда шшшш. Ветви раздвинулись и друзья увидели голову громадной змеи. Её стеклянные магнетические глаза внимательно осматривали поляну и находящихся на ней путников. Змея шипела и извивалась, её гигантское тело имело светло жёлтую окраску снизу и коричневую сверху. По всему телу протянулись черные нити, образуя своеобразную ромбовидную сетку. Ещё одна чёрная линия проходила от начала рыла змеи и заканчивалась в районе затылка. В приоткрывшейся пасти виднелись массивные зубы и тонкий раздвоенный язык.

– Вот тебе и пряники от бабушки, произнёс Колюньчик. – Да это ж тигровый питон, одна из самых больших змей в Африке, вот нарвались, так нарвались. Между тем, тело змеи продолжало свешиваться с ветвей дерева и медленно вползать на поляну, казалось, ему не будет ни конца, ни края, настолько огромным оно было. По подсчётам ёжика длина тела составляла не менее двадцати двух метров. Когда питон полностью выполз на поляну, на ней не осталось свободного места, он приблизился к друзьям и поднявшись на три метра прошипел:

– Так кто тут безобразничает? Друзья вскочили и сжались плотнее, приготовившись защищаться. Ёжик мгновенно надел шляпу и схватив тросточку, встал в боевую позу. Он как никто знал, что надо делать при встрече со змеями. Ведь ежи, прославленные охотники, именно на змей. Однако с такими, ему встречаться не приходилось. Колюньчик с одного взгляда определил, что этот питон был взрослым самцом и шутить с ним, не стоило. Но вдруг, Ду-ду вышел вперёд, широко развёл лапы, и улыбаясь во весь рот обрадованно сказал:

– Дядюшка Пи, ты ли это?!

– Ну, положим, ты прав, давненько мне не приходилось слышать, чтобы меня кто-то так называл. Продолжая шипеть, и извиваться произнёс питон. – А ты то, кто будешь? Разбойник, поди какой?

– Да какой я разбойник. Я Ду-ду! Ты помнишь, когда я был маленьким, ты гостил у нас с мамой и папой. Мы тогда жили возле Сахары, а потом когда я подрос, перебрались в эти места.

– Ду-ду шшш, что-то припоминаю, а не ты ли это играл возле речки, и тебя чуть не утащили огромные павианы?

– Точно, а ты меня выручил, заступился! – продолжая улыбаться, подтвердил слонёнок. – Друзья, это же дядя Пи, – сказал Ду-ду, радуясь, что встретил давнего знакомого. – Дядя Пи, это мои друзья, медвежонок Топ, – и он указал на медвежонка, – ёжик Колюньчик, – Колюньчик сделал несколько шагов вперёд и сняв шляпу вежливо поклонился, при этом не сводя взгляда с питона.

– Ёжь говоришшшь, – задумчиво проговорила змея и прищурив глаза жёстко посмотрела в глаза Колюньчику. Ёжик не стушевался и ответил смелым взглядом. – Силённн, медленно в растяжку произнёс питон, отводя взгляд от глаз ёжика.

– А это, Сова, – продолжал Ду-ду. Сова, чётко понимая с кем, имеет дело, легко выпорхнула из-за спины слонёнка, при этом остановилась на безопасном расстоянии от дядюшки Пи, не по рассказам, представляя какой мгновенной реакцией и огромной силой обладают питоны. Однажды ей довелось наблюдать схватку орла с питоном, вот только питон тот был раза в два меньше. К сожалению, для орла всё закончилось печально. И хотя она с детства охотилась на змей, прекрасно понимала, что дядюшка Пи не тот противник, с которым стоит связываться.

– Сова говоришшшь, – вновь прошипел питон, и так же послал ей свой устрашающий взгляд. На что Сова сощурила глаза, и нахохлилась. – А скажи ка мне, что вы тут затеяли ммм? Зачем кидаетесь плодами колбасного дерева? – задал вопрос дядюшка Пи.

– Какого дерева? – прыснул со смеху медвежонок? Колбасного? Вы бы ещё сказали сырного! – продолжал неугомонный Топ и уже смеялся во всю.

– Дядюшка Пи, ты извини нас. Просто мы устали, с утра гонимся за негодяями, вот Топ с досады и не удержался, – вступился за друга Ду-ду.

– За негодяями? Это, за какими? Уж не за теми, ли которые тут недавно останавливались? А что они натворили?

– Они подарки украли, у слонёнка, – сказал всё тот же неугомонный Топ.

– Топ, дай давним знакомым поговорить, – одёрнул друга Колюньчик. – Ты уже наделал дел, позвав к нам дядюшку Пи, теперь как бы чего не случилось, – придвинувшись к медвежонку, тихо пробормотал ёжик.

– А я чего? Я ничего, он же спросил, – так же тихо ответил другу Топ. – И чего это он про какое-то колбасное дерево заливает?

– Он всё правильно говорит, – так же тихо обращаясь к Топу, проговорил ёжик. – Дерево, под которым мы расположились, называется колбасным из-за того, что его плоды выглядят как колбаса. Вырастают они до пятидесяти сантиметров в длину и до двадцати сантиметров в окружности. Дерево растёт в южной части Африки ещё одно его название – Кигелия.

– Ух ты! – удивился заяц, слышавший разговор ёжика с медвежонком. – А может это действительно колбаса и стоит её попробовать?

– А вот этого делать не нужно, пробормотал, чуть-чуть приоткрывая рот Колюньчик, ни на миг не сводя глаз с питона. – Отравишься. Плоды очень ядовиты.

Ду-ду, между тем разговаривал с дядей Пи. Он рассказал ему, что случилось и как он с друзьями преследует похитителей.

– Значит, ты говоришь, они были здесь? А как давно?

– Часа два назад, с того момента, как вы появились, – прошипел дядюшка. – Я с ними не разговаривал, только наблюдал из кустов. Два крокодила. Каждый нёс по большому мешку. Очень крепкие. Посидели минут тридцать, перекусили, потом всё за собой прибрали, спрятали в дупло вон того дерева и ушли.

– Сова! – обернулся Ду-ду к сове. – Посмотри-ка, что там в дупле? И он указал на стоящее невдалеке дерево. Сова подлетела к дуплу и принялась внимательно осматривать, что там лежало. Вернувшись, она доложила:

– Остатки фруктов и всё!

– А торт, торт они не тронули? – запереживал медвежонок.

– Нет, следов торта, я не обнаружила. Медвежонок совсем переставший бояться питона, подбежал дяде Пи, и начал спрашивать:

– А Вы, Вы не видели у них коробку, такая, четырёх ярусная, в ней мой торт был, я его слонёнку на день рождения приготовил.

– Нет не видел, – лениво ответил питон. – Но вам надо торопиться, если хотите их догнать. А мне пора на охоту, я не ел уже два месяца, – и повернувшись дядя Пи направился в чащу джунглей.

– А в какую сторону они направились, – успел спросить слонёнок?

– Туда, – и хвост дядюшки Пи чётко обозначил направление, в котором ушли неизвестные похитители подарков.

– Прощайте, – донеслось до друзей.

– Спасибо тебе дядя Пи! У меня послезавтра день рождения, приглашаю тебя, приходи! Я живу за лесом! – крикнул ему вслед слонёнок.

– Хорошо, может, приду, – донеслось уже из кустов. Вскоре все тело питона покинуло поляну.

– Итак, как мы и предполагали, похитителей двое, – сказал Колюньчик, когда дядюшка Пи скрылся в листве.

– И нам надо торопиться, – подала голос Сова.

– Иначе…, – начал, было, Топ.

– А вот об этом, мы не будем, – закрывая лапой рот своего друга, и останавливая его на полуслове, встрял заяц.

Друзья немного помолчали, каждый думал о своём и никто не хотел думать о том, что будет, если они не нагонят похитителей.

– Ну, чего притихли то? Поезд отправляется, прошу занять места согласно купленным билетам! – тоном, не признающим никаких возражений, заявил Ду-ду и опустился на колени.

– Этого-то я и боялся, – пробормотал медвежонок. – Ещё одной такой скачки могу не выдержать.

– Не ты один! – хохотнул заяц и полез на спину слонёнку усаживаться поудобнее. В отличии от Топа, он был весел, а как же иначе, от такой опасности избавились, питон, да ещё и голодный.

– Делать нечего Топ, надо спешить, – постарался успокоить друга Колюньчик, и принялся карабкаться на слонёнка.

– Эх, – печально вздохнул медвежонок, – была, не была, – подсадил Колюньчика и залез сам. Сова меж тем уцепилась за хвост слонёнка и приготовилась парить. Ду-ду поднялся с колен, и не спеша пошёл через поляну в том направлении, куда ушли похитители.

– Все готовы? – поинтересовался он у друзей. И услышав одобрительные отклики, затрубил в хобот:

– Ду-ду-ду! От таких звуков медвежонка буквально передёрнуло, и ком подкатил к горлу. У него появилось огромное желание покинуть этот набирающий ход, бешеный, локомотив (так Топ про себя прозвал слонёнка). Но было поздно.

– Ой, мамочки, – только и успел пробормотать он. Как паровоз набирает ход, так и слонёнок стал увеличивать, свою скорость. И как паровоз свистит, выпуская пар, так и слонёнок затрубил в свой хобот, стараясь очистить лёгкие от застоялого воздуха и войти в скоростной ритм дыхания. Когда лёгкие дышат с такой скоростью, что весь вдыхаемый ими кислород мгновенно поступает в кровь, придавая силы и уверенность каждому шагу слонёнка. Точно так же, как уголь или электричество придают энергии паровозу. Вскоре Ду-ду нёсся через джунгли, и остановить его не было никакой возможности.

Глава 5. Кто такие похитители, и что произошло с их родителями?

Между тем, похитители подарков, а ими оказались, как и предполагали друзья, два крокодила, не спеша двигались по саванне. Путь их лежал по направлению к реке. Они были подтянутые, мускулистые, и тренированные. Разбоем и воровством Жора и Обжора, так звали похитителей, занимались давно. В детстве, когда они были, как и все, добрыми и отзывчивыми крокодильчиками, в их дом пришла беда. Мама с папой, обожавшие своих малышей, погибли, попав под лопасти водяной мельницы. Случилось это так.

Семья крокодилов мирно жила на реке Лимпопо. У них был свой дом, с огромной столовой, где по утрам, мама крокодил готовила для семьи завтрак, а Жора с Обжорой, проснувшись, умывшись и сделав зарядку, бежали в столовую, где принимались таскать со стола приготовленные для завтрака фрукты. Мама, шутя, ругалась, грозя им, что накажет и оставит без завтрака, но при этом так добро и ласково смотрела, что у крокодильчиков не оставалось ни тени сомнений, никто их и пальцем не тронет. Последним в столовую приходил крокодил папа, выслушивал шутливые жалобы мамы, и делая строгий голос, смеясь грозил указательным пальцем, говоря, что поставит в угол или лишит сладкого на целых пятнадцать минут, что тут же вызывало смех у всей зелёной семьи. Потом он неизменно обнимал маму, нежно поддерживая её за локоток, усаживал за стол, затем садился сам и завтрак начинался. Вечерами после приятного ужина, крокодил папа, любил повозиться в своей мастерской, что-то выпиливая, выстругивая и изобретая, а иной раз садился за печатную машинку и уносился в мир фантазии и творчества. Как правило, это были рассказы или истории о жизни и приключениях. По окончании работы, папа крокодил, неизменно представлял своё творчество на семейный суд. И только в том случае, если произведение получало семейное одобрение, отдавал его в печать местной редакции. Однако бывало и такое, если крокодил папа видел в жизни несправедливость, он тут же писал статью в центральную газету с указанием на происходящее и требованием, эту несправедливость устранить. Местные жители любили крокодила папу и всячески старались выдвигать его на разные важные посты, предлагали ему стать, то главой города, то судьёй, то главным редактором центральной газеты, а однажды попросили занять пост главы реки Лимпопо и всей центральной части Африки. Но он неизменно отказывался, утверждая, что не достоин таких постов, и если каждый на своём месте будет трудиться честно с добротой и любовью, то никакие руководители не понадобятся. Авторитет его был столь высок, что жители Лимпопо всегда стремились спросить у него совета, или просто поинтересоваться, как бы поступил он в той или иной ситуации. И надо сказать, крокодил папа, никому не отказывал. Однако, приходящий к нему за советом, никогда не получал прямого ответа на свою проблему, а каким-то непонятным образом начинал понимать, как нужно поступить, причём додумывался до этого сам. А когда, уходя, благодарил за помощь, в ответ всегда слышал неизменное:

– Ну, что Вы, я ничем Вам не помог. Вы же сами до всего додумались. Таким образом, приходивший за советом, впоследствии начинал понимать, что он и вправду может справляться с трудностями сам, и стремился решать возникающие проблемы самостоятельно. Не забывал папа и про крокодила маму. Он видел, как ей трудно управляться с шалопаями крокодильчиками и одновременно вести хозяйство, поэтому при каждом удобном случае старался помочь своей любимой жене. Нередко можно было застать его в фартуке на кухне, или с тряпкой и пылесосом в гостиной. Крокодил папа смело брался за уборку, стирку и готовку, при этом, умудряясь привлечь к себе в помощники, и крокодильчиков. Крокодил мама, не только держала хозяйство в порядке, воспитывала сорванцов, но и находила время на то, чтобы заниматься собой. Помогала соседкам по хозяйству, и мудро оценивая обстановку, всегда знала, как, когда и что нужно сделать, чтобы всё шло как по маслу. Словно невидимая волшебница, знающая, в какой момент появиться, она возникала перед жителями городка именно тогда, когда это было необходимо, и грозившая было случиться беда, тут же отступала. Однажды, тётушка Кенгуру, отправилась в продуктовый магазин, чтобы приобрести одному из своих кенгурят, новую бутылочку для молока, и случилось так, что малыш, которого она, взяла с собой, потерялся. Тётушка Кенгуру, внимательно следившая за сыном, отвлеклась всего лишь на минуту, она очень заинтересовалась новым видом посудомоечной машины и… выпустила лапку малыша. В то же мгновение малыш исчез. Когда тётушка Кенгуру обнаружила, что малыша нет, ей стало настолько плохо, что она упала в обморок. Посетители магазина переполошились, не зная, что делать, как вдруг, словно фея из волшебного царства, в магазин буквально впорхнула, крокодил мама, и прямиком направилась к тётушке Кенгуру. Подошла, достала из сумочки нашатырный спирт, объясняя при этом окружившим её посетителям, что случайно, выходя из дома, прихватила с собой это средство, сама не зная зачем, и открыв пузырёк, поводила перед носом упавшей в обморок. Через секунду тётушка кенгуру уже пришла в себя, а крокодил мама, продолжая, как ни в чем не бывало, сказала:

– Ну что вы, дорогая, нельзя же так волноваться, идёмте со мной, я угощу вас мороженым.

– Мой сынок, – только и успела пробормотать тётушка Кенгуру, как крокодил мама, проворковала ей на ухо:

– Мои детки, Жора и Обжора, вместе с Вашим Кенго, уже давно ожидают нас, в палатке с мороженым. Он у Вас такой непоседа, – с добротой и любовью произнесла мама, и обняв тётушку кенгуру увела за собой. В общем, жили они, не тужили.

И вот однажды, семья крокодилов, прогуливалась по окрестностям реки Лимпопо. Они, беззаботно болтая, не спеша, двигались по берегу реки, и вышли на край образовавшегося в давние времена утёса, возвышавшегося над могучими водами Лимпопо. Река текла метрах в ста под ними. Вид, открывшийся им с высоты над рекой, был поразителен. Вдали, раскинулся тропический лес, а волны могучей Лимпопо катились за пределы горизонта, скрываясь в широких просторах прерий. Парусные яхты, бороздившие водные глади, словно волшебные дельфины, выставившие белый плавник на поверхности зеркальных вод, то появлялись, то исчезали за волнами. Такой могучей была Лимпопо. В вышине парили Кондоры, танцуя таинственный брачный танец. Они то бросались вниз, то взмывали вверх. Вот Кондоры сцепились лапами и вращаясь словно гигантский пропеллер самолёта, с огромной высоты рухнули вниз, ещё секунда и удара о водную гладь не избежать. Но, каким-то чудом не расцепляясь, раскинув крылья, презрев все законы физики, эти величественные птицы вновь устремились в небесную синь. Этот танец повторялся снова и снова. Восхищаясь, грацией, смелостью и мастерством небесных танцоров, семья не сводила с них глаз.

– Дорогой, почему у нас нет крыльев? – спросила мама у крокодила папы. В её голосе звучало неподдельное огорчение. – Мы могли бы подняться в небо и унестись так далеко, как только хватило бы смелости Духа.

– Возможно, потому, что Дух твой настолько смел, что улетев в небеса, ты уже никогда не смогла бы вернуться обратно, – улыбаясь, но ни капли, не иронизируя, ответил папа.

– Да, мама,– поддержали папу, смеясь Жора и Обжора. – Тогда бы мы тебя больше никогда не увидели, а нам этого так не хочется, ведь ты готовишь такой вкусный черничный пирог.

– Ах вы, мои озорники, – голосом полным любви сказала крокодил мама. – Разве могу я так поступить? Ведь я так вас люблю. При этих словах она, крепко прижала к себе крокодильчиков, а крокодил папа обняв все своё семейство, произнёс:

– И мы тебя очень любим! Вдруг откуда-то снизу послышался крик:

– На помощь!

– Вы слышали, – спросил папа?

– Да вроде ничего, – сказала мама.

– Нет, определённо кто-то звал на помощь, – прислушиваясь, произнёс папа. – Вот опять. На этот раз, все отчётливо услышали:

– На помощь! Крокодил папа, подбежал к краю утёса и посмотрел вниз. Там на берегу реки стояла мельница, её огромные лопасти водяного колеса лениво вращались под воздействием могучих волн Лимпопо, а рядом с мельницей скакала и звала на помощь та самая тётя Кенгуру, малыш которой потерялся в магазине.

– Помогите, помогите! – причитала она. Крокодил папа, а за ним и мама ни секунды не раздумывая спрыгнули с обрыва и помчались по горной круче вниз, успев, крикнуть детям:

– Стойте здесь, мы скоро. Шляпа папы грозила слететь с его головы, так быстро он бежал, и ему пришлось придерживать её рукой. Мама не отставала от папы ни на шаг, лишь один раз зацепившись краем выходного платья за невесть откуда взявшуюся корягу, она затормозила, но резко дёрнув за подол, оторвала большой кусок, и ускорив свой бег, очутилась внизу в тот же миг, что и папа. Их спуск длился менее двух минут. Однако для тёти Кенгуру прошла вечность.

– Что случилось?! – требовательно спросил, подбежав крокодил папа. Не успела тётя кенгуру произнести ни слова, рядом с папой, уже стояла мама.

– Мой Кенго, мой Кенго, он упал в водяное колесо мельницы, он плохо плавает, помогите, спасите! – причитала она. Крокодил папа рванулся к мельнице, мама за ним. Подбежав к мельнице, они исчезли за входной дверью. Внутри они быстро поднялись по лестнице, на самый верх и выскочили на маленькую площадку, предназначенную для ремонта и обслуживания колеса. Площадка была небольшой, на ней могли разместиться от силы трое. По краям площадки шли небольшие перила, перегнувшись через которые легко было потерять равновесие и упасть вниз. Именно это и случилось с Кенго. Стоя на площадке, он пытался разглядеть, что происходит внизу, слишком сильно перегнулся через перила и сорвался. Внизу под площадкой вращалось колесо. Оно крепилось к зданию мельницы, со стороны реки и было огромным. Настолько огромным, что глядя на него создавалось впечатление, как будто гигантский великан, решив, прокатится на громадном катамаране, создал это колесо в качестве движущей силы, но, не успев доделать своё изобретение исчез, а колесу нашлось иное применение. Влекомое тяжёлыми волнами Лимпопо, его мощным течением, оно вращалось довольно быстро, поднимая лопасти и перемещая их снизу вверх, делало оборот, и лопасти следуя за колесом, летели вниз. Стоял оглушительный шум, как будто колоссальный водопад падал с высоты тридцати метров и разбивался о прибрежные камни. Говорить было бесполезно, шум воды заглушал все слова. Поэтому крокодил папа указал маме пальцем вниз, на то и дело уходящего под воду, кенгурёнка. Он еле держался на плаву. Попасть к нему не было никакой возможности, по всему периметру колеса, тянулась металлическая сеть, чтобы не дай бог кого из рыбаков не занесло течением. Остановить колесо так же было невозможно. Хозяин мельницы уехал в город, и доступ к управлению колесом отсутствовал. Оставалась единственная возможность добраться до кенгурёнка, тем же самым способом каким попал туда он – прыгать. Прыгать и надеяться на удачу, что в момент прыжка лопасти не зацепят прыгающего. Ситуация осложнялась тем, что у колеса помимо горизонтальных лопастей внутри имелись поперечные опоры, идущие от лопастей к его центральной части, перекрещивающиеся между собой. Таких опор была масса, они словно спицы велосипедного колеса, усиливали жёсткость конструкции. И если попасть внутрь, то шанс остаться в живых будет равен нулю, удар любой из опор нёс смерть. Кенго попал внутрь колеса. Однако, судя по всему, кенгурёнок был рождён под счастливой звездой. Сорвавшись с площадки, он каким-то волшебным образом, пролетел через всю конструкцию, не задев ни одной опоры, и упал в единственно безопасное место, где можно было находиться. Это место было маленьким узким пятачком возле центральной части колеса и поперечными опорами. Именно туда, и надо было прыгать. Однако, даже если, каким-то чудом получится, пролететь через все лопасти и опоры, не соприкоснувшись с ними, то, как потом выбираться из капкана мельничного колеса, не известно. Но выход был. Крокодил папа, сразу понял, единственный шанс, который так же является невозможным, это нырять. Нырять глубоко, прорваться через череду опор и лопастей, а затем, поддавшись мощному течению постараться вырваться из капкана колеса. Потом следовало добраться до сети расположенной с той стороны, куда двигался поток воды, зацепиться за неё и удерживаться до прихода помощи. Но справиться с этим один он не сможет, слишком мощным было течение. Мама всё поняла с одного взгляда. Она подошла к мужу, и нежно провела своей лапой по его щеке. Они смотрели друг другу в глаза, и перед ними промелькнула вся их жизнь. Как они встретились, как полюбили друг друга, и поняли, что навсегда. Как появился первый малыш, и их собственное счастье для двоих, вдруг расширилось, обретя безграничные просторы. Счастье было настолько ярким, что они физически ощущали его, понимая, если, что-то не произойдёт, их просто разорвёт на части, от такого потока любви и радости. И это случилось, появился, ещё один малыш. Но вопреки ожиданиям, снижения интенсивности потока любви не случилось, он вновь увеличился, но теперь, любовь обрела зрелый, более спокойный, мудрый, рассудительный оттенок. Прошло несколько лет, и они стали ощущать лёгкость и невесомость своих отношений. Мама крокодил всегда знала, что происходит с папой, он же всегда понимал, осознавал внутреннюю красоту и потребности своей подруги. Они жили так, как мечтали жить другие, и были несказанно благодарны, судьбе за такой подарок, за то, что встретились, и обрели посланное Творцом счастье. И вот теперь, стоя на пороге смерти, глядя друг другу в глаза они не жалели ни о чем, лишь единственное, что омрачало их чистые души, неизвестность, за судьбы своих детей. Но судьба, так счастливо их одарившая, теперь ставила новую задачу, новое испытание, жизнь за жизнь, или только смерть, а дальше жизнь с осознанием совершённого выбора. Выбор, и он должен быть сделан. Каждый в такие мгновения, будет взвешивать все за и против, ведь на кону собственная жизнь, собственное счастье. Однако у крокодилов папы и мамы не было размышлений, они были едины в принятии решения. Только жизнь, может даровать жизнь, поэтому, не колеблясь, взявшись за руки, прыгнули вниз. Может показаться, что их прыжок был безрассудной глупостью, совершённым наобум действием, но это не так. Крокодил папа всё рассчитал, он внимательно следил за ходом вращения колеса, и понимал, что при прыжке удар будет неизбежен, хотя бы потому, что их тела много больше тела кенгурёнка, и проскочить между опорами вряд ли удастся. Однако, есть возможность смягчить падение, и он подставил своё тело… Удар пришёлся в район позвоночника, и был настолько сильным, что мама услышала хруст. Но ни тени сожаления она не допустила в своём сознании. Все её помыслы были направлены, на спасение маленького существа, нуждавшегося в их помощи. И только любовь, которую она всю жизнь ощущала по отношению к своему избраннику, помогла ей справиться с невыносимой для ума мыслью и сердца болью, что крокодила папы вероятно больше нет. Упав в объятиях своего дорогого мужа, буквально рядом с кенгурёнком, едва не задев его, она вынырнула, и тотчас увидела, что у малыша не осталось больше сил. В последний момент она успела подхватить его и поднять на поверхность. Немного отдышавшись, крокодил мама, держа одной лапой Кенго, а другой пытаясь справиться с мощным течением, спросила его, как он себя чувствует, и нет ли у него травм? Кенго, трясясь от страха и прижимаясь к тёте Коко, так он называл её, тогда у мороженщика, ответил, что с ним все в порядке, только очень напуган. Крокодил мама, постаралась его успокоить, лихорадочно соображая, что же ей теперь делать, так как прорваться через мощный поток течения, через бешено вращающееся колесо, одной было бы возможно, но вместе с Кенго, нет. При этом она стала чувствовать, что силы медленно, но верно, начинают покидать её, настолько мощным были течение Лимпопо, и водоворот создаваемый колесом. Плюс во время прыжка, несмотря на то, что крокодил папа, постарался уберечь её от удара, она все-таки получила небольшой удар, и судя по тому, что её левая нога отказывалась слушаться и посылала в мозг сигналы боли, она была сломана. Неужели, все напрасно? Мелькнуло в её сознании. Нет, не о себе она думала, не о муже и даже не о детях, а о маленьком кенгурёнке, и его маме. Как велико будет горе матери потерявшей ребёнка. Этого её сердце не могло вынести, и тогда, вся боль, всё невыносимое страдание, от безысходной ситуации возопили в ней! Вся сила любви, на какую она была способна, взмолилась и вознеслась к небесам с просьбой о помощи, о спасении этого малыша. И небеса откликнулись, откликнулись голосом её любимого:

– Держитесь, прохрипел, крокодил папа, внезапно вынырнувший из под воды. От сильного удара, его позвоночник сломался, нижние конечности парализовало, одно лёгкое было сильно отбито, второе разорвано, изо рта шла кровь, жить ему оставались считанные минуты, но он не сдавался. Что есть силы, боролся с течением и водоворотом, стремясь выбраться наверх, помогая себе оставшимися послушными передними лапами. Папа, понимал, его милой избраннице одной не справиться, и она нуждается в помощи, поэтому делал всё, чтобы всплыть, и ему это удалось. Каким-то чудом, подплыв к крокодилу маме, он протянул свою лапу, и она, ухватившись за неё, помогла ему подплыть ближе.

– Держитесь за меня, наберите как можно больше воздуха, будем нырять, на счёт три. Раз, – произнёс он. Размышлять было некогда, мама с Кенго набрали как можно больше воздуха в лёгкие, и услышали:

– Три! В ту же секунду, крокодил папа схватив кенгурёнка с одной стороны, а мама, держа с другой, погрузились под воду. Несмотря на сломанный позвоночник, хвост папы, сохранял способность двигаться, причиняя при этом чудовищную боль. Превозмогая её, делая мощные движения, папа увлекал их все глубже и глубже. Он следовал своему плану, погрузиться как можно ниже, постараться проскочить между лопастями мельничного колеса и поддавшись течению, позволить ему вынести их на поверхность. Чем ниже они опускались, тем сильнее становилось течение. Однако папа понимал, чем глубже они опустятся, тем больше шансов, что не попадут в водоворот создаваемый колесом, и их не затянет обратно, поэтому стремительно нёсся вниз. Мама, сразу всё осознала, стала активно помогать ему, работая всеми конечностями. Подобно пушечному ядру, выпущенному из пушки, они буквально летели вниз, прорываясь через толщу воды. И в тот момент, когда им удалось достичь предельной глубины, и оставалось лишь проскочить между лопастями, у крокодила папы, не выдержав высокого давления, разорвалось второе лёгкое. Теряя сознание, он всё же успел сделать мощное движение хвостом и выпустив из лапы, кенгурёнка, придал им с мамой такой мощный толчок, что они мгновенно, проскочили между лопастей мельничного колеса. Уже потерявшего сознание, крокодила папу, подхватил бешеный водоворот и увлёк вглубь колеса, где его тело разорвало на части. Крокодил мама и кенгурёнок, проскочив через лопасти, погрузились в струю сильнейшего течения, где какое-либо сопротивление было бесполезным. Мама прижала к себе Кенго, и видя, что он задыхается, вдохнула в него остатки своего воздуха. Мощное течение, захватило их, и понесло с огромной скоростью. Видимо кенгурёнок действительно был рождён под счастливой звездой, потому, что увлекаемые сильным потоком, они словно пуля пронеслись под вращающимися лопастями, миновали водоворот и выскочили из смертельного капкана мельничного колеса, на поверхность, в десяти метрах от него. Кенго, едва умеющий плавать, стараясь удержаться на плаву, принялся что есть силы колотить лапами по воде, стремясь добраться до спасительной сетки. Ему это удалось. Однако когда он оглянулся, чтобы поискать глазами своих спасителей, то никого не обнаружил. В тот самый момент, когда мама крокодил, отдала ему свой воздух, силы покинули её, и лишь только течение выбросило их на поверхность, она, потеряв сознание, пошла ко дну. Там мощный водоворот подхватил её, и дьявольское колесо затянуло крокодила маму обратно в свои сети. Жизнь, за жизнь, таков был выбор, сделанный двумя любящими сердцами, иного выбора для них не существовало. Через некоторое время, вернулся хозяин мельницы и колесо остановили. Была спущена лодка, и кенгурёнок благополучно вернулся к своей маме, отделавшись сильным испугом и простудой.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.