Ануш Стадникова
Pumpkin. Любовь на кончиках пальцев

Глава 1

– Уверена, что хочешь этого? – Заботливый голос мамы, послал теплую струйку воздуха по щеке, в то время как ее руки продолжили причесывать мои волосы.

Не открывая глаз, крепче сжала пальцы в кулак, ощущая, как в ладонь впились ногти. Ответить на этот вопрос утвердительно – означало солгать и себе, и ей. Признаться, что эта затея полнейшее безумие – не хватало смелости. А значит, предпочтительней всего было молчать.

– Пэм? – Проведя в очередной раз расчёской по моим волосам, окликнула мама. – "Тыковка", посмотри на меня… (прим. автора: англ. имя Pam звучит, как сокращение от pumpkin – тыква)

Понимая то, насколько фантасмогорично звучат эти слова, открыла глаза и повернулась в сторону женщины, чье лицо теперь было всего лишь воспоминанием.

– Ты же понимаешь, что не обязана делать этого? – В голосе мамы отчётливо звучала готовность оказать мне помощь и поддержку, за что я была безмерно благодарна ей.

За все эти годы, где она и отец не опускали рук и прилагали усилия, чтобы мой мир, превратившийся в абстрактные полотна с размытыми силуэтами, стал не менее комфортным, чем то место, в котором я обитала ранее.

– Да, я знаю, – Выдохнула, поджав губы, в то время как ладонь мамы накрыла один из моих кулаков. – Просто…

– Ты боишься? – Словно бы считывая мысли, поинтересовалась она.

– Да, точнее, нет. Вернее… – Покачала головой, будто бы желая встряхнуть мысли и заставить их хоть на секунду перестать галдеть. – Что если у меня ничего не получится? Что если я подняла на уши столько людей, и все ради того, чтобы прийти и просто облажаться?

Услышала, как глухо ударилась деревянная основа расчёски о туалетный столик, после чего "мамино пятно" пудро-розового цвета, который ей всегда очень шел, опустилось передо мной и потянуло за руки.

– Какая жалость, что мы не вырастили тебя эгоисткой. – Смеясь в костяшки пальцев, и тут же целуя их, прошептала она. – Давай, договоримся, что сейчас, сегодня и когда бы то ни было, ты не будешь волноваться о выборе и решении других людей?

Не отвечая, не кивая и даже не дыша, облизала губы, чувствуя, как внутри плавится ком из сдерживаемых эмоций.

– Нет ничего важнее, чем получить то, чего ты заслуживаешь, "Тыковка". – Мама осторожно поправила мне выбившиеся из хвоста пряди волос. – А ты – заслуживаешь быть счастливой. Быть той, кто окончит школу, получит диплом и станет, кем захочет…

Слова этой женщины, часто такие мудрые и терпеливые по отношению ко мне, вызывали внутри прилив нежности, которая вот–вот могла хлынуть наружу.

– Не думай ни о директоре, ни об учителях, ни о ком бы то либо ещё. Твое образование, это их долг…

– Но, я доставлю всем проблем. Буду отнимать у них силы и время… И… – Не смогла совладать с дыханием, из-за чего тут же замолчала.

Конечно, эти мысли пришли мне в голову не только сейчас. В "момент истины", который ставил под удар весь проделанный родителями труд. Нет. Я думала об этом и раньше. На протяжении последнего месяца, если быть точной.

Изначально, идея вернуться в школу, после почти двух лет изоляции от сверстников, обучения на дому и адаптации к новой жизни, показалась настолько заманчивой, что у меня фактически выросли крылья. Мои родители не пожалели денег, сил и времени, обучая меня всему, что только возможно, лишь бы я не чувствовала себя ущербной. Они изо дня в день твердили мне о том, что это не конец, что потеря зрения – это всего лишь небольшое препятствие на пути. Повторяли это снова и снова, да так уверенно, что, кажется, я и впрямь поверила им. Поверила и приняла самое безрассудное решение в своей жизни – вернуться в место, откуда любой нормальный подросток предпочел бы сбежать.

– Они сами согласились на это. Это их выбор и ты не несёшь за него никакой ответственности. – Настойчиво повторила мама.

– Да, но что если я не смогу? Что если у меня не хватит сил, концентрации, мозгов!? – Взволнованно взвизгнула и потупила взгляд. – Я всех подведу. Я разочарую себя. Вас. А потом, просто вернусь в эту комнату, сломленная и разбитая! И все потому, что я калека, которая не смогла во время остановиться и смириться с перспективой обучения в специализированной школе!

Выпульнув все это с таким пылом и скоростью, что в итоге, чуть было не потеряла сознание из-за нехватки кислорода, смущённо зажмурила глаза, не зная чего именно ожидать от мамы. Да, скрывать не стану, я хотела переложить на нее ответственность! Хотела, чтобы именно она сделала за меня выбор и приняла решение: вернуться мне в свой класс или же продолжить жизнь "слепотни-Пэм" в четырех стенах этого дома. Но внутри, с клокотящимся от ожидания сердцем, я понимала, что ответ о спецшколе и обучении на дому, пугал меня будто бы немного сильнее, чем возможность провалиться в окружении бывших одноклассников.

– Во-первых, – После продолжительной паузы, заговорила мама. – Не смей называть себя калекой…

– Но, я же и есть… – Попыталась возразить, не понимая ее извечных попыток отрицать это, однако тут же схлопотала шлепок по бедру.

– Я сказала, не смей!

И хотя мое зрение было столь слабым, что вместо лица я могла разглядеть лишь бесформенную кляксу в обрамлении темных волос, которые не отличались особой детализацией, я фактически ощущала мамин взгляд. Твердый и эмоционально пугающий, своей непреклонностью.

– Ты не калека, не неполноценная, не бракованная и не какая-либо ещё, кроме чудесной, талантливой и прекрасной. Поняла? – Не замечая, как все сильнее сжимает мои пальцы, вспылила мама, на что у меня не было права ответить иначе, чем кивнуть головой. – Отлично. – Выпуская "пар" возмущения носом, выдохнула она. – А что касается провала…

Не знаю, возможно ли, чтобы сердце действительно остановилось; кровь застыла в венах, в ожидании приговора; а слух обострился настолько, что я смогла бы услышать звук ионов, бегущих по проводам? Однако со мной произошло именно это.

– Ты не узнаешь, если не попробуешь. – Возвращая себе мягкость и нежность, в которой можно было захлебнуться, ответила мама, из-за чего я не сдержала вздох облегчения. – А потому, тебе просто придется принять решение: рискнуть и попробовать. Или же сдаться перед первой же трудностью, которых в твоей жизни, "Тыковка", к сожалению, будет больше, чем у других.

Я редко слышала в ее голосе сочувствие. Такое, что разило жалостью, вызывающей желание сложить руки и зарыть себя на ближайшем кладбище заживо. К моей удаче, родители пережили последствия аварии лучше, чем кто бы то ни было. Вероятно, даже лучше, чем я сама. За время в больнице, восстановление после операций, от которых не было результата, за дни моей депрессии и апатии – они ни разу не дали мне почувствовать себя ограниченной или ущербной. Вместо этого, родители полностью посвятили себя тому, чтобы научить меня жизни в "новом мире".

Папа, без долгих раздумий, нанял учителя, который обучил меня шрифту Брайля. Мама всячески помогала в адаптации, внушая мысль о самостоятельной жизни в колледже, куда я не сильно-то рвалась. Ведь моя главная цель и мечта в этой жизни накрылась медным тазом, похоронив себя под обломками того самого авто, что перекроил всю мою историю на свой лад.

– Эй, "Сорвиголова"! (прим.автора: отсылка к слепому супергерою Мэтту Мёрдоку, созданному Стэном Ли) – С шумом ворвавшись в комнату, прокричала Трикс. – Ну что, ты готова навалять этим приду… Ой! – Встречаясь лицом к лицу с моей мамой, осеклась Хэйл, из-за чего я не сдержалась и тихо рассмеялась. – Доброе утро, миссис Крикл.

– И тебе. – Наверняка, награждая подругу недовольным взглядом, поздоровалась мама. – Что ж, – Поднимаясь на ноги, и наклоняясь в мою сторону, проговорила она. – Общайтесь, а я пока спущусь вниз и допью свой кофе.

– Хорошо, – Ощущая тепло материнских губ на моей макушке, ответила с улыбкой.

– И помни, – Так чтобы услышала только я, прошептала она. – Ты не должна оправдывать ни чьи ожидания. Ни мои, ни отца, ни друзей… Никого.

– А что делать с собственными? – Поинтересовалась, испытывая разочарование в самой себе.

– Встретиться с ними лицом к лицу, "Тыковка". – Улыбаясь и вновь целуя меня, ответила мама, после чего тут же выпрямилась и направилась в сторону черного пятна, которым был выход из комнаты.

– Мы с папой, – Замерев пепельной кляксой в дверях, проговорила она. – Поддержим любое твое решение. Просто помни об этом.

Растянув губы в улыбке, молчаливо кивнула головой, наблюдая за тем, как "черная дыра" поглощает мамин силуэт и вскоре растворяет его за белым полотном, закрывшейся, двери.

– Ну, так что? – Подбегая ко мне и падая на кровать, спросила Трикс. – Не передумала?

Многострадальчески простонала в потолок, после чего тут же упала на постель рядом с подругой.

– Я не знаю.

– Ну, не удивительно. – Переворачиваясь на бок, так что под нами запружинил матрас, ухмыльнулась Хэйл.

– Правда? – Прищурив глаза, поинтересовалась я.

– Конечно, – Закивав головой, ответила Трикси. – Я бы тоже сомневалась. Ты же не на парад идёшь, а в выпускной класс. Туда даже зрячие не хотят возвращаться, что говорить о тебе.

Поджав губы в улыбке, вновь уставилась в потолок, радуясь тому, что у меня есть такая подруга, как Хэйл. Та, что не изменила ко мне своего отношения, не отказалась и, более того, держалась единой концепции с моими родителями: "Слепота – это не повод для жалости!" – ну, или что-то в этом духе.

– Если хочешь, мы можем остаться дома и забить на этих засранцев, которые, наверняка, с ума сходят от известий, что ты решила вернуться.

– Все в курсе, да? – Тяжело сглотнув, поинтересовалась я, презирая наш городок за его любовь к сплетням и слухам.

– Угу, – Промычала Трикс, пристально рассматривая меня, из-за чего я тут же закрыла глаза. – Скажи мне, ты сомневаешься в своем решении из-за того что все будут шептаться у тебя за спиной? Или из-за успеваемости?

– Из-за всего, – Резко поднялась с кровати и заправила волосы за уши. – И в частности из-за Соло.

– То-о-очно, – Протянула с сочувствием Хэйл. – Совсем забыла за лето об этой дьяволице.

– Везёт. – Роняя голову на руки, простонала я. – У меня она не идёт из головы с того самого дня, как директор сказал: "Да". О чем он вообще думал?

– О престиже школы? – Предположила подруга. – Или о дополнительном спонсировании?

– Просто замечательно. – Не впечатленная версиями Трикс, выдохнула я. – Подросток решается совершить социальный суицид, а они даже не попытались переубедить меня!

Поднявшись и сев рядом, Хэйл с заботой положила руку мне на спину.

– Скажи, зачем ты решила вернуться?

– Хороший вопрос, – Фыркающе, проворчала я.

– Не веди себя, как истеричка, Пэм. – Наверняка закатывая глаза и поправляя очки, выдохнула девушка. – Просто ответь.

Облокотившись на колени, задумчиво уставилась в точку на полу, которой, как я знала, было пятно краски, напрочь въевшееся в ковер.

– Я хотела доказать себе, что родители правы. Что я сильная, что у меня все получится "с глазами или без". Что жизнь не закончилась, что я не обязана умирать вместе с Хэнком, который всегда верил в меня…

Мысли о "Здоровяке", чей голос все ещё преследовал в кошмарах, породили мурашки, неприятно заколовшие где-то на уровне почек.

– И что изменилось? – С грусть, которая была вызвана сочувствием, спросила Трикси.

– Я. – Неуверенно прошептала в сторону подруги. – Не знаю. Все и ничего.

В спальне повисла удручающая тишина, из-за которой нестерпимо сильно захотелось забраться под одеяло и, закутавшись в кокон, остаться дома. Спрятаться от всего мира и школы в частности, даже если сознание подсказывало мне, что это не выход.

– Хэнк хотел бы, чтобы ты вернулась. – С тоскливой улыбкой, прошептала Хэйл, в чьем голосе читалась печаль и вера в то, о чем она говорит. – Хотел бы, чтобы ты боролась за себя. Так же, как делала это до аварии, утирая нос Фитчер. Следовала за своей мечтой, за Джул…

– Не надо. – Остановила Трикс, не желая слышать ничего о школе искусств и о местах, которые теперь не имели никакого смысла. – Это все в прошлом. Хэнк мертв, я ослепла, а Джулиарду нет дела до калеки вроде меня.

– И что теперь? – Проскрипела подруга, поднимаясь с кровати. – Ты просто сдашься? Пустишь псу под хвост все то, над чем столько трудилась и работала?

– У меня нет выбора, Трикс! – Недовольно, ответила я.

– Нет, Пэм, есть! И ты это знаешь! Ты мне не раз говорила, что выбор есть всегда!

– Я была здоровой и глупой малолеткой, что ни капельки не знала о жизни! – Повышая в ответ голос на Хэйл, возмутилась я.

– А теперь, значит, знаешь?

– Да! – С пренебрежением бросила я, поднимаясь на ноги, в желании вести этот диалог на равных.

– Ничегошеньки ты не знаешь, Крикл! – Насмехаясь, выдохнула Трикс. – Ты потеряла зрение! Да, это грустно. Но это не конец! Ты всё ещё можешь играть, петь, радовать людей своим талантом…

– Мы сейчас о чем вообще говорим? – Раздражаясь, на странную попытку подруги, заставить меня вновь мечтать, перебила ее я. – О возвращении в школу?

– Обо всем, Пэм! Мы говорим обо всем!

– Я ухожу, – Решительно сделала шаг вперёд, но тут же ударилась ногой о тумбу, из-за чего на глазах выступили слезы.

– Больно? – Бросаясь в мою сторону, спросила Трикс.

Я, правда, хотела ответить ей, что все в порядке. Что нога у меня не отвалится от одного удара, однако схватившись за колено, на котором теперь красовался шрам после ДТП, я вспомнила о руке Хэнка. О его ладони, что вот так же лежала на нем в момент столкновения…

– Почему он умер? – Ступая на запрещенную территорию, спросила я. – Почему он, а не я, Трикси?

Подруга сразу заключила меня в объятья, воздерживаясь от комментариев и слов утешения, что навряд ли возымели бы на меня эффект. Уткнувшись в ее плечо и вцепившись пальцами в кофту, от которой пахло порошком, я жадно набрала воздух в легкие.

– Зачем я согласилась, Трикс? Зачем поехала с ним? – Слезы горечи, не сдерживаемым потоком потекли по моим щекам, в то время как сердце, фактически разрывалось на части, от боли утраты. – Это моя вина… Мне стоило отказаться…

– Нет! Нет, слышишь!? – Отстраняясь от меня, сурово пригрозила Хэйл. – Даже не вздумай начинать это! Не вздумай повторять слова этой ведьмы Соло, которая просто не смогла смириться, что выбрали тебя, а не ее! Ты ни в чем не виновата! Ни в аварии, ни в решении совета Джулиарда! Слышишь?! Ты не виновата ни в чем из этого.

Хлюпая носом и тяжело дыша, прикрыла глаза, не в состоянии что-либо ответить Трикс.

– Знаешь, пожалуй, я была не права, – Все ещё обхватывая меня за плечи, прошептала подруга. – Тебе и впрямь не стоит возвращаться в школу.

– Что? – Растерянно сморгнув слезы, всхлипнула я. – Это еще почему?

– Ты не готова. – Отпуская меня, подытожила Хэйл. – Это просто бессмысленно.

– Но… Но я хочу вернуться, – Неожиданно призналась, ощущая, как внутри нарастает ужас. – Я готова.

– Нет, тебе так кажется. – Настаивала Трикси. – Тебе хочется в это верить, но на самом деле это не так. Нет смысла идти туда, где ты уже похоронила себя под пеплом неудач и проигрышей.

– Я думала, друзья даны для того, чтобы поддерживать друг друга!? – Возмутилась, вытирая слезы.

– Да. И именно это я и делаю. Посмотри на себя, – Ее пятно совершило танец, очертив пространство передо мной. – Ты разбита, не уверена в себе, ты идёшь туда, чтобы сбежать со словами: "Я попробовала, но ничего не вышло". Это отговорка, с симуляцией активности, но по факту, просто блажь.

– Ты несёшь чушь! – Скрестив руки на груди, оборонилась я.

– Ну, конечно! – Рассмеялась Хэйл. – Чушь, которая бесит тебя, потому что это правда!

– Ты сумасшедшая, – Отворачиваясь от подруги и принимаясь суетливо искать расчёску на столике, ответила я.

– Пусть так, – Фыркнула Трикси. – Но вот, что я тебе скажу. Смерть Хэнка, Соло, учеба и успеваемость, даже Джулиард – все это тупые отговорки. Это не истинная причина твоих страхов.

– Вот как? – Невесело рассмеялась, проводя с силой по волосам расчёской. – А в чем же тогда, Фрэйд?

– Да в том, что ты боишься не поражения, а успеха! – Выдала Хэйл. – Ты боишься, что вернувшись в школу, все будет хорошо. Все получится, жизнь забьет ключом и у тебя больше не будет возможности спрятаться за прошлым. Не будет шанса сбежать от собственной мечты…

– Ее больше нет! – Отшвыривая расчёску, возмутилась я. – Нет больше мечты!

– Ложь! – Выкрикнула в ответ Трикси и тут же зашагала в дальний угол комнаты, где стояло мое старенькое фортепиано. – Если мечты больше нет, почему оно всё ещё здесь?

– Потому что именно так, я не забываю, что сделало меня калекой! Что лишило меня друзей! Парня! И смысла! – Разве что, не брызжа слюной, выкрикнула я.

– "Тыковка"? – Открывая дверь и вбегая в спальню, взволнованно окликнула меня мама. – Что случилось?

Упрямо скрестив руки на груди и отвернувшись от подруги, молчаливо прикрыла глаза.

– Трикси, что у вас здесь происходит? – Сурово обращаясь к Хэйл, спросила она.

– Ничего, миссис Крикл. – С грустной насмешкой, выдохнула девушка, сделав несколько шагов в мою сторону, чтобы поднять с полу сумку. – Ничего такого, ради чего я стала бы пропускать первый день в школе.

Сказав это, Трикси быстрым шагом направилась в сторону двери, бросая на ходу "Пока!", которое было адресовано не столько мне и маме, сколько "девушке", память о которой, все ещё хранили эти стены и пренебрегаемый ею инструмент.

Глава 2

Сидя во дворе, укутанная в плед, я наслаждалась первыми осенними деньками, которые в этом году радовали прохладой и даже легким морозцем. Родители с самого утра разъехались по своим делам, оставив меня впервые за эту неделю одну, чему я была безмерно рада.

После нашего конфликта с Хэйл, они то и дело пытались выведать у меня, что случилось. Хотели понять, стал ли мой отказ идти в школу, последствием ссоры или я все же просто струсила перед трудностями? И хотя мои отношения с ними после аварии стали более доверительными и открытыми, чем раньше, все же, я не была готова выкладывать им всю подноготную своих чувств и мыслей.

Сделав глоток горячего чая с мелиссой, который приятно обжег губы, я, мурлыча, поежилась на садовой скамье, после чего сильнее закуталась в плед и прикрыла глаза. Не знаю, совершила ли я ошибку, отказавшись от идеи вернуться в "ад на земле", который большинство людей называло школой. Но, кажется, подобная перспектива была не самым худшим вариантом, раз уж я могла позволить себе продлить каникулы, в то время как остальные подростки уже грызли ногти и бились головой о стену, переживая за успеваемость и предстоящие экзамены.

Единственным разочарованием во всем этом "отпуске" была Трикси. Упрямая и несносная сумасбродка, которая часто считала себя умнее всех и не хотела идти на перемирие до тех пор, пока я не признаю свою вину. И, как полагается, подобного делать я совершенно не собиралась.

Резкий удар по забору у меня за спиной, заставил в испуге подпрыгнуть на месте и покоситься в сторону коричневого ограждения, упирающегося своим размытым краем в пустоту осеннего неба. Мы жили довольно в спокойном районе, не славившемся дебошем и беспорядками. А потому подобный шум, казался чем-то аномальным и немного пугающим. Возможно, я бы могла списать одиночный стук на недоразумение, придумать ему оправдание, где фигурировала бы слепая птица или напуганная до смерти кошка, если бы удар не повторился. Только в это раз он был громче и злее, рикошетя при этом в пластик мусорного бака.

Поднявшись со скамьи, взволнованно затопталась на месте и неуклюже потянулась в сторону столика, на котором лежала трость и мобильный. Звонить 911, словно бы не было оснований. Однако шум не прекращался, а соседи не пытались остановить этот вандализм.

– Ненавижу! Ненавижу! – Раздался глубокий и даже бархатистый голос, в сопровождении очередной картечи, чей звук напомнил мне стук камешка. – А-а-а-а-а, ненавижу!

Мужской голос прозвучал, словно рык раненного животного, из-за чего внутри стало несколько неловко. Предполагая миллионы возможных вариантов, которые могли послужить триггером для подобного сумасшествия, тихо раскрыла трость и планировала уже уйти в дом, когда услышала шорох гравийки под ногами "психопата" и отрывистый вздох. Такой, с которым бейсболисты выпускают мяч. К сожалению, в руках "недоумка" за забором был вовсе не он, а телефон. Мобильный, который с шумом прилетел мне в голову.

– Ну же, очнись! – Где-то далеко, словно бы на другом конце телефонной линии, прозвучал голос, от которого по моей коже пробежала стая необузданных мурашек. – Давай, открой глаза!

Дрожа веками, что словно бы не хотели повиноваться, попыталась выполнить приказ, когда к моей щеке прикоснулась чья-то ладонь. Твердая и теплая, слегка шероховатая, словно бы ей был знаком физический труд. Конечно, будь я в своем уме или как минимум в сознании, мои глаза давно бы распахнулись, а тело отреагировало полной враждебностью на подобные вольности. Однако я была не в себе, а потому не спешила прерывать тактильность, которая посылала по моей коже лёгкие вибрации заботы и нежности.

– Недоумок! – Прерывая дремотную негу, разразился ругательствами кто-то, не прекращая поглаживать мою щеку и лоб, словно бы измеряя температуру. – Надо вызвать скорую. Да, точно, скорую… Телефон. Черт! Телефон! – Прорычал он, в тот самый момент, как мой мозг занял свое исходное положение в черепе и принялся функционировать, как и раньше. – О!? Ты очнулась! Наконец-то! Я думал, что убил тебя!

Открыла глаза и поморщилась яркому свету, который дымчатым полотном окутал небосвод.

– Ты в порядке? – Нависнув, словно тент, поинтересовалось мрачное пятно, чье появление рядом, наконец-то насторожило меня.

– Где я!? Кто ты!? – Дергаясь резко вверх и ударяясь лбом о переносицу незнакомца, завопила я, под жалостливое: "Ауч!" – с его стороны.

– Ты что творишь?! – Отшатнувшись от меня в сторону, злобно прорычал "психопат", чей голос сложно было спутать с чьим-либо другим, из-за этой глубины и легкого акцента.

– Это ты, что творишь? – Поднимаясь на ноги, так быстро, как только возможно, спросила я, потирая при этом ушиб на голове. – Ты хотел убить меня!?

Пятно, цвета спелого нектарина, содрогнулось, то ли в насмешке, то ли в недоумении от выдвигаемого обвинения.

– А ты сломать мне нос?

– Нечего было лезть! – Оглядываясь по сторонам, в нелепой попытке найти телефон и трость, прыснула я.

– Лезть к тебе!? Ты… Ты нормальная?

Услышав подобный вопрос, замерла на месте и в удивлении уставилась на незнакомца. Казалось, до него всё ещё не дошло, что я была "слепой" и не видела ровным счётом ничего. Ничего, кроме клякс, которые были чьей-то злобной насмешкой надо мной. Ведь эти цветовые гроши напоминали о том, что когда-то я могла видеть весь мир, пробуждая тем самым внутри меня желание ослепнуть целиком и полностью.

– Где мой телефон?! – Требовательно спросила у незнакомца.

– Мне откуда знать? – Фыркнул "недоумок", вертящийся из стороны в сторону, посреди нашего двора. – Посмотри вокруг, может выпал где-то?

Закрыв глаза и призвав к себе остатки утреннего умиротворения, поджала губы, прежде чем сказать:

– Может и выпал. Но я его не вижу.

– Так поищи! – С насмешкой бросил незнакомец, уменьшаясь в размере, очевидно, наклонившись или присев вниз. – Умер!

– Что? – В недоумении переспросила я, ощущая, как начинаю замерзать. – Где мой плед?

– Телефон! – Поднимаясь на ноги, вместе с бежевой кляксой–покрывалом, пояснил он. – Мой мобильный, которым я… – Неловко откашлялся и протянул плед. – В общем, он больше не жилец.

– Повезло, что из нас двоих, сильнее пострадал он! – Фыркнула и тут же потянулась за пледом, но позорно промахнулась, из-за чего сердце упало вниз.

Не знаю, с чего вдруг это стало волновать меня? Но мысль о том, что этот "вандал" считал меня зрячей, словно бы придавала уверенности. Дарила чувство "нормальности", которое отчасти раздражало, из-за его туполобости в общении со мной.

– На, держи! – Словно бы не замечая, что я не смогла ухватиться, недовольно прошипел сквозь зубы и, приблизившись ко мне, накинул плед на плечи. – Ей Богу, как маленькая!

Не знаю, зачем он это делал и для чего? Да и вообще, почему он до сих пор оставался здесь, а не пытался сбежать и спасти свою шкуру?

– Дай посмотрю, – Сильнее стянув у меня под подбородком покрывало, пробормотал парень, осторожно прикоснувшись пальцами к ране на лбу.

– Ай! – Дернувшись назад, прокричала я, однако мне не удалось отстраниться, потому что этот "вредитель", все ещё сжимал на шее плед.

– Прости. – Словно бы поморщившись, извинился он. – Будет шишка.

– Твоя удача, что мне не нужно никуда идти. – Злобно вырвавшись из его рук, прорычала я.

Не знаю, что именно происходило с его лицом: был ли он удивлен, заметил ли мою слепоту или, быть может, просто пялился на меня – что, к слову, заставило сильнее задернуть плед. Однако между нами повисла тишина, нарушаемая лишь голосами соседей, да ревом, проезжающих, машин.

– В какую школу ты ходишь? – Наконец спросил он.

Странно, но только сейчас я задумалась о том, что это пятно, цвета нектарина, могло принадлежать далеко не моему сверстнику. Это мог быть парень старше меня лет на пять, а может, он был одним из тех типов, которые с годами не стареют и выглядят моложе своих ста пятидесяти. В общем, он мог быть кем угодно и моя "зрительная дисфункция" – совершенно не помогала в его идентификации.

– А что? – Не спеша распространяться о себе, оборонительно, спросила я.

– Просто, не видел тебя прежде, среди других учеников. – Ответил вандал, из-за чего я прищурила глаза, словно бы всматриваясь в его лицо.

"Так ты старшеклассник?" – Отвечая на внутренний вопрос, кивнула головой.

– Что это значит? – Усмехнулся он. – Да? Учишься?

– Учусь. – Выпалила я и тут же поджала губы, словно бы в попытке втянуть слова и их звук обратно.

– Вот как? – Удивлённо, усмехнулся парень. – Странно, но я действительно не припомню, чтобы видел тебя.

– Ты что, знаешь всех старшеклассников в лицо? – С пренебрежением, фыркнула в сторону "недоумка".

– Не всех, но тебя бы запомнил. – Без иронии и флирта (как мне показалось), ответил "вредитель".

–Что!? – Поморщилась в его сторону, ощущая лёгкое смущение. – Это ещё почему?

– Твои глаза. – Прямо заявил он, из-за чего я тут же дернула головой, словно бы меня наградили пощечиной или сказали в лицо, что я ходячий фрик. – Я бы запомнил девушку с глазами цвета индийского океана. – Улыбаясь голосом, и вероятно ртом, так как на нем появилось белое пятно в обрамлении розоватого контура губ, добавил незнакомец, из-за чего я слегка опешила. – Так, в каком классе ты учи…

– "Тыковка"!? – Неожиданно и так, словно бы не вовремя, раздался голос мамы, которая распахнула кухонную дверь во внутренний двор. – Детка, ты там не замёрзла?

Вероятно, мои глаза могли бы вылезти из орбит от ужаса, если бы стоящий рядом парень не усмехнулся, повторив глупое прозвище, которое впервые в жизни меня по–настоящему смутило.

– Я скоро зайду в дом. Только допью чай! – Бросила в сторону кухни, которая, к моей удаче, не имела обзора на эту сторону двора.

– Хорошо. Давай скорее, я купила тебе креветок у "Сын-Чу". – Довольная своим приобретение, заявила мама, в то время как вторженец продолжал стоять рядом и, переминаясь ноги на ногу, тихо смеяться себе под нос.

– Прекрати! – Прошипела я, и потянулась в его сторону, чтобы ударить по плечу.

К моей удаче, в этот раз я не промахнулась и, кажется, даже впечатлила его своей силой.

– Уже бегу! – Выкрикнула в сторону дома, дожидаясь момента, когда же закроется дверь.

– Значит, "Тыковка"? – Забавляясь прозвищем, поинтересовался парень.

– Не будь идиотом, – Отворачиваясь от него и испытывая крайней степени неловкость, фыркнула, в попытке сообразить, как мне найти трость, телефон и забрать кружку.

– Кстати, – Поравнявшись со мной, улыбнулся незнакомец. – Твой сотовый.

Судорожно протянула руку, в надежде, что он сам вложит мне его в ладонь.

– Я думал, такими уже давно никто не пользуется. – Возвращая мне кнопочную "Нокиа", сказал парень, из-за чего новая волна смущения поднялась от живота к моим щекам. – Ты ретроград?

– Не твое дело, – Щетинясь в сторону незнакомца, ответила я.

– Все с тобой ясно, "Тыковка". – Ухмыльнулся он и подтянул у меня на спине, сползающий, плед.

– Не называй меня так! – Фыркнула, стараясь не смотреть в его сторону. – И вообще, что тебе ясно?

– Много чего, – Содрогнулся верхом своего пятна, из-за чего я предположила, что он повел плечами. – Но, сейчас мне некогда об этом говорить. Нужно идти. А тебе поспешить домой, а то креветки остынут.

– Какой заботливый! – Ерничая, покосилась в сторону незнакомца.

– Не всегда и не со всеми. – Приближаясь ко мне, сказал он, в очередной раз, затягивая плед под горлом. – Только с теми, кого калечу.

Не смогла сдержать улыбки, которая моментально отразилась дугообразной кляксой на мужском лице.

– Какая прелесть. – Стараясь не выказывать веселья, отвернула лицо в сторону. – Теперь я "одна из".

Над моим ухом раздался тихий смех, а следом разгоряченное дыхание, опалившее его. Парень собирался что-то сказать мне, из-за чего я даже задержала воздух в легких, но в этот момент его телефон зазвонил и он, отстранившись, прошипел сквозь зубы ругательство.

– Увидимся в школе, "Тыковка". – Со знакомым мне раздражением, бросил он.

– Я… – Хотела было сказать, что учусь там только на бумагах.

Что мое обучение в школе ведётся на особых условиях, но персиковое пятно незнакомца слишком быстро подошло к забору и, совершив какой-то анимационный прыжок вверх, скрылось за деревянным ограждением. Оставив меня стоять с приоткрытым ртом и недоумением: "как это называется" и "что это сейчас было"?

Расхаживая взад и вперёд перед шкафом, я никак не могла совладать с мыслями, которые неслись в слишком бурном потоке предположений. Сегодняшнее утро, с неведомым недоразумением, что наградило меня шишкой, никак не выходило из головы. Как и эта нелепая ложь, которая каким-то образом, словно бы обязала меня вернуться в школу. Что, безусловно, было не так, но при этом давало мне повод сделать именно это.

– Привет, – Тихий щелчок двери и упрямство в голосе Трикси, говорили о том, что она ждёт от меня раскаяния.

И ни какого-либо, а самого искреннего, с признанием ее авторитетного мнения в моей неизлечимой ситуации.

– Извиняться не буду. – Тут же заявила я, на что подруга усмехнулась и затопталась на месте.

– Я и не прошу. – Прыснула с высокомерием Хэйл, дергая пятном-рукой в сторону лица, чтобы поправить еле заметную кляксу-очки. – Достаточно признать, что ты маленькая лгунья, Пэм.

– Нет уж, дудки! – Упрямо ответила я.

Возможно, не нуждайся я сейчас в подруге, в ее мнении со стороны и поддержке – ни за что в жизни не пошла бы на это перемирие. Однако Хэйл знала многих в школе и обладала довольно хорошей дедукцией. А значит, она могла помочь вычислить этого персонажа, ошивавшегося у нашего дома.

– Я не собираюсь признавать твою правоту. И вообще, я позвала тебя не для этого.

– Пока, Пэм. – Отличаясь упрямством Геры (примечание автора: греческая богиня, жена Зевса, отличавшаяся упрямством и своеволием), прыснула Трикс, когда я выпалила, как на духу:

– Ко мне во двор пробрался парень.

Замерев на месте, как если бы ее застали врасплох, подруга шумно задышала, после чего сорвалась в мою сторону и, обхватив, за плечи, начала трясти.

– Что!? Кто!? Как!? Когда?!

Забавляясь тем, что парни всегда были вне закона "о ссорах и военных действиях" в нашей дружбе, попыталась успокоить Хэйл.

– Тише–тише, не вопи. А то мама придет и начнет опять свои допросы, по поводу прошлого раза.

Очевидно, прозвучав весьма убедительно для девушки, которая тут же перестала трястись и подпрыгивать на месте, тихо прошептала:

– Мне нужна твоя помощь.

– Конечно! Что нужно сделать? – Я чувствовала, как ее все ещё дёргает от любопытства, но не спешила выкладывать карты на стол.

– Помоги мне узнать, кто он. – Попросила я, зная, что подруга не станет осуждать мое любопытство.

– Ладно. Как его зовут? – Тут же вцепившись в мобильный, спросила она.

– Я не знаю. – Зажмурила один глаз, понимая, насколько глупой была.

У меня во дворе был незнакомец. Общался со мной, трогал меня, покушался на жизнь, а я даже не спросила, кто он и как его зовут?

– Ты издеваешься надо мной? – В смехе, переспросила Трикс. – Да ну нет! Ты реально, издеваешься! – Заметив мое выражение лица, вспылила девушка. – И как прикажешь найти его?

– Не знаю? – Простонала, осознавая бредовость ситуации. – Придумай что-нибудь, ты же у нас гений!

– Мило, конечно, но подхалимство никак не влияет на отсутствие фактов. – Включая зануду, ответила Хэйл.

Запрокинула голову вверх и сделала заученные три шага до постели, после чего рухнула лицом вниз, приземляясь на край подушки. Происходящее в этом дне, напоминало безумие. Абсурд, в чьи сети я попала в тот же миг, как не успела сбежать из двора.

Прилетевший в лоб мобильный. Шишка, о которой пришлось соврать родителям, что теперь сходили с ума от чувства вины, обострившегося после моего отказа идти в школу. Встреча с Трикс и просьба, которая убивала своей невменяемостью, помешательством на парне, что причинил боль, но при этом оставил странный шлейф недосказанности, из-за которого я теперь никак не могла обрести покой.

– Спросить, как он выглядит, я не могу, – Спотыкаясь о мои вытянутые ноги, принялась перечислять подруга. – Его имя, ты не знаешь. Полагаю, сколько лет тоже…

– Думаю, ему не больше 18. – Промычала в подушку, после чего повернула голову на бок, чтобы не задохнуться. – Он спросил, в какую школу я хожу.

– И что ты ответила?

Мне бы понадобилось не больше пяти минут, чтобы пересказать весь диалог, который состоялся у нас с "вредителем". Однако постоянные остановки Трикс и ее "миллион и сто вопросов" о том: как это прозвучало, что я подумала, почувствовала и как в итоге ответила – растянуло рассказ почти на вечность. На бесконечное количество минут, которые никак не приближали меня к ответу – кто же он?

– Значит, акцент? – Задумчиво протянула подруга, лёжа рядом на животе. – Какой именно?

– Не своди меня с ума, Хэйл! – Чувствуя себя дурочкой, которая никак не могла удовлетворить свое любопытство, вспылила я. – Акцент и все! Откуда мне знать, какой?!

– Не кипятись, – Забавляясь моей реакцией, ответила Трикс. – Тебе, по правде, и искать-то его не надо.

– В смысле? – Не понимая, к чему клонит подруга, спросила я.

– Просто, запасись терпением и подожди немного. Если ты ему понравилась, он не найдет тебя в школе и вновь заскочит в гости. В это раз, даже не размахивая телефоном.

– Очень смешно. – Закатив глаза, фыркнула я. – Мне плевать, понравилась я ему или нет. Дело не в этом…

– А в чем тогда? – Делая вид, что искренне верит мне, спросила подруга.

"В том, что ОН понравился МНЕ!" – Прокричал кто-то внутри, однако это было слишком безумно, чтобы быть правдой, а потому я тут же поднялась с кровати.

– У него красивый голос. Просто интересно, занимается ли он вокалом. – Стараясь говорить безразлично и с пренебрежением, пояснила мотивы своих поисков.

– То есть ты ищешь парня, просто чтобы узнать поет ли он? – Уточнила Хэйл, чей голос поморщился, наверняка, вместе с ее лицом.

– Можно и так сказать. – Открыла комод и принялась наводить там беспорядок.

– Тебе никогда прежде не говорили, что ты сумасшедшая? – Расхохоталась Трикс, из-за чего мне захотелось кинуть в нее первой попавшейся под руку вещью.

– Нет, не говорили! – Захлопывая комод, недовольно рявкнула я.

– Зря! – Не прекращая своего веселья, прохохотала Хэйл. – Диагноз-то, на лицо!

Ближайшие минуты, свелись к остротам со стороны подруги и моим попытка делать вид, что они меня совершенно не волнуют. Наконец, насмеявшись до слез и колик в рёбрах, она успокоилась и, сделав глубокий вдох, сказала:

– На самом деле, я знаю, как найти твоего "снайпера".

Стараясь не выдавать заинтересованности, продолжила водить пальцем по учебнику биологии, слушая, как девушка поднимается с постели и встаёт на ноги.

– Эй, Пэм, ну все, прекрати. Не дуйся. – Обнимая меня со спины за плечи и чмокая в щеку, протянула Трикс. – Ну, прости. Я не хотела тебя обидеть. Просто, твое оправдание, звучит не правдоподобно.

– Плевать. – Отмахнулась я, зная, что никакие отмазки, уже не исправят ситуацию.

Прижавшись щекой к моей макушке, Хэйл немного постояла, размышляя о чем-то своем, после чего с шумом захлопнула книгу, чуть было не прищемив мне пальцы.

– Тебе нужно вернуться в школу! – Уверено и даже радостно, заявила она.

– И кто из нас двоих сумасшедший? – Усмехнулась я, планируя вновь открыть учебник, когда Трикси с силой потянула мой стул в свою сторону. – Остановись! – Смех непроизвольно сорвался с губ, в то время как подруга, откатила меня к кровати и села напротив.

– Слушай внимательно, "Сорвиголова". – Пригладив мне волосы, и убрав несколько прядей с лица, сказала она. – Я не шучу. И говорю сейчас вполне серьезно. Этот тип, кем бы он ни был, твой ангел.

– Трикси, – Подавшись вперёд и осторожно нащупав руку, чтобы сжать ее в поддержке, проговорила я. – Ты что-то употребляешь?

– Иди ты! – Возмущаясь, но при этом, не сдерживая смеха, прыснула Хэйл. – Я же сказала: "Говорю серьезно". – Считая, что этого достаточно, аргументировала девушка. – Ясное дело, что он не сверхъестественное создание. Я не больная. Но этот тип – твоя возможность.

Нахмурила брови и неуверенно облизал губы. Мысль о возвращении в школу, вызвала бурю эмоций внутри меня. И теперь, среди них была одна, которая пугала сильнее прошлых – любопытство. Не праздное, не банальное, и даже не к школе, а к человеку. К парню, который возможно забыть забыл обо мне в тот же миг, как перепрыгнул через наш забор. Но, к сожалению, я не могла сделать того же. Не могла забыть его слов о моих глазах. И обещание – встретиться в школе.

– Ты можешь вернуться, сказав родителям, что все же решила попробовать. Уверена, директор пойдет на всевозможные уступки, лишь бы выглядеть благодетелем в этой ситуации. Твой тьютор в школе, а Соло еще не будет до середины следующей недели.

– Она не пришла? – Удивлённая подобными новостями, спросила я.

– Уехала с родителями в Мексику. – С плохо скрываемой завистью, ответила Трикс. – Но, не меняй тему. – Тут же пригрозила подруга. – У тебя есть чуть меньше недели, чтобы посмотреть, как сложится твоя жизнь в классе, плюс… – Ее пальчики отбили барабанную дробь по моей коленке. – Мы сможем найти твоего таинственного "психопата", швыряющегося телефонами.

План Хэйл, впервые за все это время, прозвучал воистину заманчиво. Так же соблазнительно, как вероятно сверкал плод в Эдемском саду перед Евой. Вот только последствия ее поступка были далеко не радужными, из-за чего я ссутулила плечи и откинулась назад.

– Полнейший бред! – Выдохнула в потолок.

– А как по мне – гениально! Всегда можно уйти, можно найти парня, да ещё и учительский состав в этом году пополнился. – Тоже откидываясь назад и опираясь на вытянутые руки, настаивала девушка.

– Кого сменили? – Не решаясь давать сиюминутного ответа, который чесался о небо и пытался вырваться раньше времени, спросила я.

– Учителя химии и тренера. – Воодушевленно выпульнула подруга.

И если восторг о смене первого, меня ни капли не удивил, зная любовь Хэйл к науке и ее мечтам стать медиком. То вот второй, вызвал явный диссонанс у меня в голове.

– С каких пор ты стала любить физкультуру? – С недоверием взглянула на фисташковое пятно, на моей кровати.

– С тех самых, как увидела нового учителя. – Расхохоталась Трикс, после чего заёрзала на месте. – Не осуждай меня, пока не прозреешь и не увидишь этот зад…

– Девочки? – Открывая дверь, и слегка стуча в нее, больше для формальности, окликнула нас мама.

– Как всегда вовремя. – Недовольно прошипела Трикси, у которой никак не налаживался коннект с ней.

– У вас все хорошо? – Не скрывая своего любопытства, прямо спросила она.

– Да, все отлично, миссис Крикл. – Подскакивая с кровати, ответила Хэйл. – Мы помирились и все у нас замечательно. Вот, даже обсудили возвращение Пэм в школу.

– Ты что творишь? – Попыталась схватить подругу за руку и потянуть вниз, но как всегда мимо.

– Вот как?! – Удивление, облегчение и радость, впервые прозвучавшие в голосе по отношению к Трикс, заставили недовольно поджать губы.

"Нашла себе сообщницу!" – Недовольно проворчала я.

– Мам, ты что-то хотела? – Не пылая дружелюбием и восторгом, наполнявшим мою комнату, спросила в сторону двери.

– Я… – Растерянно протянула мама, не ожидая от меня такого тона и реакции. – Я приготовила печенье. Хотела предложить вам…

– С превеликим удовольствием. – Игнорируя меня и мои эмоции, выдала Хэйл.

– Хорошо, – Все ещё не сводя с меня взгляд, о котором я знала точно и наверняка, ведь после потери зрения, все эти невербальные штучки, стали ощущаться с такой силой, что я могла бы возомнить себя супергероем. – Тогда, идём вниз?

– Конечно, только… – Трикси завертелась, оборачиваясь в мою сторону. – Дадите нам минутку?

Я не видела, но чувствовала, что маме не нравится ее просьба. Не нравится возможность, оставаться в неведении того, что творится в моей "слепой" жизни. Однако она, словно бы понимала, что сейчас это неизбежно, а потому молчаливо закрыла дверь.

– Зачем ты сказала, что я планирую вернуться? – Возмутилась, поднимаясь на ноги.

– Я этого не говорила. Лишь разговор…

– Это для тебя разговор! – Перебила я Трикс. – А для нее, решённый вопрос!

Между мной и подругой воцарилось молчание.

– Мне уйти? – Напряжённо, спросила Хэйл.

Истеричке внутри меня хотелось прокричать "Да!". Однако голос разума и, все ещё не исчезающий интерес к парню, не позволили мне сделать этого.

– Хочу чай, – Ответила, протягивая руку в сторону Трикс.

– К чаю печенье, а не твой "вредитель". – Насмехаясь, схватила меня за руку подруга.

– Заткнись. – Прыснула я, встречая в свою сторону новую порцию смеха.

– Сразу же, как ты вернёшься в школу. – Переходя к глупейшей манипуляции, сказала Трикс.

– Тогда, запасайся остротами, – Намекая на непреклонность в этом вопросе, ответила я, тогда как внутренности кричали об обратном.

– Не переживай, "Тыковка" – Пародируя маму, сказала подруга, притягивая меня к себе и закидывая руку на плечо. – Если не хватит моих острот, я придумаю средство посильнее.

– Мышьяк? – В насмешке, спросила я.

– Нет, – Ухмыльнулась она. – Найду твоего парня и начну использовать его, как тяжёлую артиллерию.

– Он не "мой парень" – Фыркнула, вырвавшись из-под руки Трикс.

– Поверь моему чутью, это вопрос времени. – Открывая перед нами дверь, самоуверенно заявила девушка.

– Я так понимаю, на счету вечности? – Прохохотала в сторону Хэйл, которая недовольно толкнула меня в спину, подгоняя вперёд.

– Неделя, "Тыковка". – Со знанием дела, заявила она. – Моя ставка – семь дней, после которых ты не захочешь возвращаться в эту комнату.

Не дожидаясь ответа и реакции, Трикси крепко схватилась за мою руку и осторожно потянула в сторону лестницы. На кухню, откуда пахло шоколадом и какао, а так же возможностью, обдумать слова подруги, из-за которых внутри, родился спортивный интерес и желание, опровергнуть ее заявление.

Глава 3

"Она вернулась"!

И нет, это не реклама новой адаптации к очередному фильму ужасов, как могло бы показаться. Это всего-навсего анонс моего первого дня в школе. Дня, когда мир сошел с орбиты, а я окончательно и бесповоротно сошла с ума.

Поправляя лямку рюкзака, в сопровождении мамы, Трикси и тьютора, по имени мисс Хэтченс, которая должна была помогать мне с адаптацией в учебном процессе, я, словно в замедленной съёмке, шагала по школьному коридору.

– Так, детка, у меня через полчаса конференцсвязь… – Начала было мама, но ее тут же перебила Трикс.

– Не волнуйтесь, я позабочусь о ней.

– Вообще-то, – Начала недовольно мама, которую вновь перебили, но на этот раз мисс Хэтченс.

– Вообще-то, мне нужно успеть проводить Пэм до класса и ознакомить ее с правилами взаимодействия.

– Да, но…

Вокруг меня неожиданно началась какая-то непонятная возня за власть и контроль. Каждый пытался убедить другого в своих полномочиях следить за мной, направлять и покровительствовать, в то время как я, хотела совершенно иного – спокойствия и свободы.

– Можно… – Начала неуверенно я, переминаясь с ноги на ногу. – Может быть я…

– Подожди, "Тыковка", – Перебила меня возмущённо мама, отталкивая себе за спину. – Это школа, а не тюрьма, мисс Хэтченс. Вы же не нянька для умственно отсталого ребенка, а наставник…

– Вы не понимаете ее потребностей! – С высокомерием заявила женщина, на что тут же вспылила Трикси:

– Она подросток, ей нужно личное  пространство!

– Не лезь, Хэйл, – Осекла подругу мама, делая шаг назад, из-за чего я растерянно попятилась в сторону.

Не знаю, что именно происходило с этой троицей. Как и не понимала, с чего вдруг в это решила влезть Трикс? Однако оставаться на месте и ждать пока они вспомнят обо мне, совершенно не хотелось.

Раскрыв складную трость и, ощупав пространство вокруг себя, медленно двинулась в сторону шкафчиков. Конечно, найти свой с первого раза будет не реально сложно. И, быть может, даже невыполнимо, но все же, я не теряла надежды, что фраза: "новичкам везёт" – пропитана хотя бы сотой долей истины.

Перемещаясь по шумному коридору, где каждый второй кричал, визжал и перешептывался о личных планах и интересах, не упуская шанса посплетничать, я то и дело слышала фразочки в стиле: "Это же она…", "Она вернулась?", "Ослепнуть в 16, жесть! Я бы повесилась!", "Зачем она здесь?" – и все в этом духе.

Не успело пройти и пары минут, как все взгляды и интересы были сосредоточенны только и только на мне. Я ощущала, как десятки глаз сверлят меня со всех сторон, как то и дело звучит мое имя или фамилия, как кто-то смеётся и тут же замолкает при виде меня… И признаться, это напоминало кошмар.

Добравшись до ящичков, которые, как я надеялась, были близь моего контейнера, осторожно подняла руку и ощупала их поверхность.

– Ее сюда привели, чтобы испортить всем настроение? – Раздался голос рядом, из-за чего я тут же отдернула ладонь.

– Соло сойдёт с ума, – Забавляясь происходящим, прошептала другая девушка.

– Плевать на Соло! – Фыркнул кто-то. – Она-то не заставляет всех испытывать чувство вины, что они видят.

– Будь я слепой, ни за что не пришла бы сюда. – Захлопывая дверцу с презрением, разящим в мою сторону, плюнула собеседница. – Ведь я не эгоистка и подумала бы о других.

Порыв воздуха, ударивший недовольством и раздражением мне в лицо, заставил поежиться, словно бы от укола миллиона иголок.

– Как она вообще на это решилась? – С насмешкой прошептал кто-то, в этот разу у меня за спиной.

– Мне бы смелости не хватило. – Вовсе не из доброты душевной, проронил мужской голос. – Тем более, после того, как из-за меня погиб человек. Я бы ушел в монастырь или стал отшельником…

– Ты? В монастырь? – Прохохотала девушка, удаляясь прочь и оставляя меня одну, с неутомимым желанием броситься отсюда со всех ног.

Что, впрочем, я и сделала.

Суетливо очерчивая пространство перед собой, я стремглав (насколько это возможно) бросилась вперёд по коридору. Легкие и глаза жгло от желания зарыдать. Мысли в возмущении кричали о том, какая же я безмозглая дурочка. А сердце колотилось настолько громко, что заглушало голоса толпы, которые повсеместно окружала меня пляшущими пятнами.

Вероятно, я бы могла весь день носиться по коридорам школы, как неприкаянная. Ну, или, по крайней мере, до тех пор, пока мама, мисс Хэтченс и Трикси не заметили бы моего отсутствия и не занялись поисками. Однако судьба вещь непредсказуемая. И, временами, неадекватная, не меньше моего…

– Ой! – Врезаясь в кого-то на своем пути, всхлипнула я и тут же попыталась убежать, не постаравшись даже извиниться.

– Можно, я подойду к вам позже? – Проговорил кто-то за спиной, из-за чего я ошарашено замерла на места и принялась часто и тяжело дышать.

Забавно, но все эти разговоры старшеклассников, их осуждение моего возвращения, словно бы стёрли на мгновение память. Выбили почву из-под ног, украв одну из ключевых целей, почему я оказалась здесь.

– "Тыковка"? Верно? – Хватая меня под локоть и утягивая в сторону с середины коридора, прошептал парень, чей голос, как и в прошлый раз, принялся плавить мои перепонки. – Значит, не врала?

Мне показалось, он вел себя несколько нервно, хоть и звучал довольно уверенно.

– Давай сюда!

Я толком не понимала, что происходит, как и не знала "где я", и более того "куда я"? Потому что руки незнакомца, слишком быстро обхватили меня за плечи и решительно затолкнули в приоткрывшуюся дверь. В кабинет, где не был включен свет и пахло сыростью.

– Я уже стал было думать, что ты врушка, "Тыковка". – Забавляясь моим прозвищем, проговорил "вандал". – Боялся, что ещё немного и мне придется вновь скакать, как умалишенному через заборы, лишь бы узнать, почему девушка, с глазами цвета морской бирюзы, так и не позвонила мне. – Тихая ухмылка, озаряющая собой полумрак, который в моём мире выглядел однотонной кляксой цвета индиго. – Не то чтобы это сильно ущемляло мое эго, но все же, я не привык, чтобы меня беспричинно игнорировали…

– Стой, что? – Возвращая себе способность мыслить и дышать, переспросила я. – Позвонила?

– Перебор? – Ухмыльнулся незнакомец. – Ладно, я согласен на сообщение. И молю, не говори мне, что ты придерживаешься этих старушечьих правил, что парень должен звонить/писать первым.

Этот "недоумок", как и в прошлый раз, продолжал трещать, игнорируя слепоту, которую сейчас было сложнее не заметить, в виду трости у меня в руках. Но, кажется, ему это удавалось. Или же он просто создавал иллюзию, причин для которой, я не могла понять.

– О чем ты говоришь?! – Прокричала, в попытке остановить его, на что тут же лишилась дара речи, поскольку уже знакомая своей шершавостью ладонь, опустилась мне на губы.

– Тише, дурочка, не кричи! – Забавляясь чем-то, чему я не могла дать названия, прошипел парень.

Отталкивая ладонь "психа", что от раза к разу вел себя все наглее и наглее, затрясла головой и отдернула кофту.

– Не делай так! – С угрозой, прошипела я.

– А ты не ори, пока нас не поймали!

– Поймали? Что? Ты… Ты какой-то преступник? – В недоумении спросила я, оглядываясь по сторонам.

– Очень смешно, – Забавляясь моими теориями, выдохнул он, после чего приблизился к черной пустоте с одинокой солнечной кляксой в ней.

Конечно, я поняла, что это была дверь. Как и поняла, что этот чудак проверял, не заметили ли нас. Вот только зачем, для чего и почему – я всё ещё не могла понять.

– Так значит, ты учишься здесь? – Словно бы заполняя пустоту кабинета, звучанием этого густого, как шоколадная паста тембра, спросил он, все ещё выглядывая в окошко в двери.

– Да, – Сглотнув, ответила я, пребывая в состоянии шока и полной прострации. – Точнее, что-то в этом роде.

Тихая насмешка и поворот в мою сторону.

– Но я впервые вижу тебя здесь. – Танец клякс и линий, в свете, пробивающемся из-за двери, напомнил мне фигурку "Оскара", из-за чего я тут же представила, как незнакомец скрестил руки на груди.

– Аналогично, – Крепче сжав трость, сказала я, в надежде, что он поймет сюр ответа.

– В каком классе ты учишься? – Приближаясь ко мне, поинтересовался парень.

– Раз ты меня не видел, то точно не в твоём. – Выпалила я и осталась слишком довольная собой и своим остроумием.

– Туше. – Сдерживая смех, проговорил "вандал". – Значит, не скажешь?

– Однозначно нет. – Отвечая быстрей, чем успевал соображать мой мозг, сказала я.

– Кто-то любит интриги? – Очевидно издеваясь надо мной, спросил он.

– Не тебе говорить мне про загадки. – Парировала, удивляясь нарастающей уверенности внутри.

– Я, открытая книга, "Тыковка". – Наклоняясь в мою сторону так близко, что нос защекотало его мятное дыхание, смешанное с дезодорантом, от которого несвойственно для мужчин, веяло чем-то сладким, прошептал  "снайпер". – Спрашивай, что хочешь.

Конечно, я понимала, что это ложь. "Открытой книгой" здесь и не пахло. Что в прошлый, что в это раз, загадок становилось лишь больше, из-за чего я как безмозглый мотылек летела на "его" свет. А точнее, на всю эту туманность, вокруг мужской фигуры.

– Все? – Уточнила я, встречая очередной смешок в свою сторону. – Все что угодно?

– Удиви меня, "Тыковка"? – Приближаясь ко мне так близко, что я могла увидеть темные пятна бровей и глаз, прошептал парень, когда за дверью раздались слишком знакомые голоса:

– И как вы собираетесь помогать ей!? Она из-под носа у вас улизнула!

– Если бы вы не мешали мне делать мою работу, этого бы не произошло! – Строго проголосила мисс Хэтченс.

– Пэм!? – Игнорируя ссору, этих двух помешанных на заботе обо мне женщинах, прокричала Трикси, из-за чего я тут же зажмурила глаза. – Пэ-э-эм!? Хватит прятаться! Выходи, а то они сейчас с ума сойдут!

– Значит, Пэм? – Прошептал возле моей щеки самодовольно парень. – "Тыковка", по имени Пэм… – Примеряя прозвище и имя, словно новый джемпер, повторил незнакомец.

– Я сейчас же попрошу директора, назначить нам нового тьютора! – Возмутилась мама.

– Может, для начала, вам назначить психолога? – С высокомерием фыркнула мисс Хэтченс.

– Тебе пора, – Как и в прошлый раз, обрывая нашу встречу, прошептал "вредитель".

– Но! – Раздосадовано всхлипнула я. – Но я же не задала свой вопрос!?

Мой голос прозвучал настолько по–детски жалостливо и капризно, что я тут же испытала смущение и стыд за себя. За эту нелепую одержимость кем-то, кого я не знала ни в лицо, ни по имени. И, тем не менее, теряла от него голову.

– В другой раз. – Улыбаясь дыханием в мою сторону, ответил парень.

– Да, – С обидой фыркнула я. – Если он будет.

Не говоря не слова,  незнакомца зашагал в противоположном направлении, после чего я услышала тихий щелчок дверного замка.

– Увидимся, "Тыковка". – Каждый раз, произнося мое прозвище с чем-то, напоминающим добрую насмешку, сказал "вандал", после чего покинул кабинет, оставив меня один на один с пустотой.

С полумраком, среди которого все ещё витал сладкий аромат фруктов и ментола жевательной конфеты. А так же, разрывающие перепонки голоса тьюторши и мамы, что никак не могли перестать кричать. Не могли оставить меня в покое и дать хотя бы на минутку поверить, что произошедшее со мной реальность, а вовсе не сон.

– Серьезно, ты опять не узнала, как его зовут!? – Возмутилась Трикси, сидя рядом со мной в столовой. – Не спросила, в каком классе он учится! Его фамилию, размер одежды, хоть что-нибудь!

– Я хотела! – Злобно повернулась в ее сторону и с досадой ударила кулаком по столу, так что присутствующие в зале ученики,  тут же посмотрели в нашу сторону и принялись шептаться.

– Не обращай на этих идиотов внимание, – Очевидно замечая напряжение и неловкость в моем теле, моментально выдала Хэйл. – Они безмозглые тупицы, непонимающие, через что тебе пришлось пройти.

– Да, – Стреляя бровями и опуская взгляд в сторону пятна, которое местные звали тарелкой, выдохнула я. – Не знают. И, тем не менее, это не мешает им бросать осуждающие взгляды в мою сторону и говорить всякие гадости.

– Кого это волнует? – С пренебрежением, фыркнула Трикс.

– Меня? – С горькой насмешкой, ответила я, порождая между мной и подругой неловкое молчание.

Признаться, я и не догадывалась, насколько сильно может смущать "толпа". Я понимала, что все взгляды в школе будут прикованы ко мне; знала, что не все будут рады моему возвращению – и это я не беру в расчет Соло, – но все же, не могла и предположить, как сильно это меня волнует.

– Знаю! – Воскликнула неожиданно Трикси, вцепившись мне в руку. – Рост!

–Что? – Поморщилась, словно бы подруга несла нечто невнятное, да ещё и на иностранном языке.

– Ну, рост, – Недовольно повторила она. – Какой у него рост? Выше тебя или ниже? Или ты смотрела ему прямо в глаза?

– Ты прикалываешься? – Отворачиваясь от Хэйл, фыркнула я, набирая в ложку что-то, что, по мнению подруги, было супом.

– Думай, Пэм! – Отвешивая мне подзатыльник, прошипела она. – Ты меня с ума сведешь, если я не узнаю, кто он!

– Во-первых, если ты ещё раз ударишь меня…

В этот момент Трикс снова пришлепнула меня по голове.

– Не делай так. – Стараясь сдержать раздражение, прошипела я.

– А то что? Дашь мне сдачу? – Прохохотала Трикс.

– Дать, может и не дам. Но поверь мне, я придумаю, как отомстить.

– Ты же понимаешь, что провоцируешь меня? – Широко улыбаясь морковным пятном у себя на лице, протянула лукаво Хэйл.

– А во-вторых, выше. – Пропуская мимо ушей этот блеф, в котором ни я, ни она не остались бы в плюсе, ответила, запустив ложку в рот.

– Насколько? – Наверняка прищурив глаза, так же, как она делала это раньше, поинтересовалась девушка.

– Не знаю, – Откусывая хлеб, ответила я. – На голову, наверное, выше меня.

– Угу, – Задумчиво протянула она. – Значит, он где-то 5 футов 11 дюймов.

– Серьезно? – Чуть ли не подавилась я, – И как ты планируешь вычислять его? Будешь ходить с рулеткой, и мерить каждого встречного?

– Не зря все-таки мама зовет тебя "Тыковкой"! – Рассмеялась Трикси. – Тыква-то у тебя и впрямь соображает!

Она попыталась в очередной раз постучать мне по голове, в то время как я принялась уклоняться в сторону. Однако этот акт дружественного насилия так и не состоялся, потому что Хэйл неожиданно затряслась, как от разряда молнии.

– Знаю, знаю, знаю! – Еле сдерживая визг, пропищала она.

– Знаешь что? – Слегка отодвигаясь от подруги, спросила настороженно, подтянув к себе поднос.

– Дай мне свой телефон.

Смазанная дисфункцией зрительного нерва рука Трикс, потянулась в мою сторону, в то время как я, в ужасе, накрыла ладонью карман кофты.

– Что ты задумала? – Напуганная тем, что могло зародиться в этой неугомонной голове, цвета спелого апельсина, поинтересовалась я.

– Украсть у тебя мобильный, конечно же! – Раздраженная моим тупоумием, фыркнула подруга. – Парня твоего найти хочу, что же ещё!

– Он не мой парень! – Возмутилась я.

– Ага, не твой. Общественного пользования. – С насмешкой, бросила Хэйл. – Давай телефон, Пэм, не тупи!

– На дам! – Крепче прижав старенькую "Нокиа", которой меня так старательно учил пользоваться папа, не догадываясь о специализированных мобильных, возмутилась я.

– Ты хочешь узнать, кто этот "снайпер" с медовым голоском или нет? – Переходя к контраргументам, спросила Трикс.

– Конечно, хочу! – С нескрываемым раздражением, из-за напрягающей меня безызвестности, выпалила я. – Но мобильный не дам, до тех пор, пока ты не объяснишь, что задумала.

Устало вздохнув, подруга рывком приблизилась ко мне и схватила меня за подбородок, повернув при этом лицо в сторону размытых пятен школьников.

– Сейчас, одна из самых длинных перемен. А значит, почти все ученики…

– Здесь, – Понимая к чему клонит Трикси, выдохнула я. – Ты хочешь позвонить ему, прямо сейчас? – Испуганная подобной перспективой, прошептала, наклоняясь к Хэйл.

– В яблочко, "Сорвиголова"! – Ткнув пальцем мне в лоб, усмехнулась подруга.

– Но, что если он ответит? – Ощущая, как немеют пальцы ног, спросила я.

– Вообще-то, именно на это я и рассчитываю. – Запуская руку в карман моей кофты, который больше не был неприступной башней, съязвила Трикс. – Мы звоним, он отвечает, я его вычисляю и тайна раскрыта! Твой мистический ухажер обезличен и вы живёте вместе долго и счастливо!

Закатила глаза и покачала головой, понимая, что ее сценарий, по идее, должен был обрадовать меня. Но вместо этого, я испытала страх.

Что если это всего-навсего розыгрыш? Прикол над "слепотней–Пэм", которая повелась на игры какого-то недоумка, ради веселья или спора? Что если мой звонок ему, опозорит меня? Да если и не опозорит, то к чему приведет этот разговор? К публичным встречам и отношениям? К взаимной симпатии или любви?

– Стой! – Ощущая, как в ужасе ускоряется сердцебиение, прокричала я, в попытке отнять у Хэйл мобильный.

– Тише! – Смеясь в сторону телефона, который мне было не достать, ответила Трикси. – Звонок пошел…

Закрыв от ужаса глаза, что и без того не видели полноценной картины кафетерия, с замирающим дыханием прислушалась к рингтонам сотовых телефонов. Потом к вибрации, сообразив, что в школе была политика отключать смартфоны, которой, конечно же, никто не придерживался, из-за чего в кафетерии начался настоящий хаос. Телефоны жужжали везде и повсюду. Где-то коротко и отрывисто, где-то с настойчивым постоянством, из-за чего мое сердце "ойкая", подпрыгивало в груди.

– Не отвечает, – Недовольно сбрасывая вызов, и опуская телефон на стол, проворчала Трикс.

"Слава Небесам!" – Мысленно воскликнула я, не разделяя разочарования подруги.

– Не пойму, почему он не ответил? – Осуждая "снайпера", буркнула Хэйл.

– Может, просто засмущался? – Не желая озвучивать вслух все свои страхи на его счёт, предположила я.

– Таскать тебя по кабинетам, он, значит, не смущался. А ответить на дрянной вызов, по номеру, который он сам же записал – смелости не хватило?! – Злясь на таинственность, которой не становилось меньше вокруг парня, прорычала Трикси.

– Как он записал себя? – Не спеша брать телефон в руки, спросила у подруги.

– Точно, – Потянувшись к трубке, усмехнулась девушка, – Ты же не знаешь… – В ожидании покосилась в сторону синего кирпичика, от которого исходило слабое сияние. – Он просто написал…

– Что?! – Не понимая этой недосказанности и паузы, чуть ли не длиною в жизнь, встревожено спросила я. – Что он написал?

– Нет, в смысле, он только что написал… – В неверии повторила Трикси и придвинулась ко мне, забывчиво выставляя перед моим лицом дисплей.

– Он идиот! – Закрывая в разочаровании глаза, выдохнула я. – Неужели он и впрямь не понял, что я ничего не вижу?

Последние слова были пропитаны такой досадой и злостью, что мне нестерпимо хотелось повторить за "вандалом" и вышвырнуть телефон куда подальше. Однако Хэйл положила голову мне на плечо и успокаивающе прошептала:

– Тебе прочитать, что он написал?

Пребывая все ещё в состоянии повышенного уныния и раздражительности, я часто закачала головой, после чего принялась вставать из-за стола.

– Нет. Не надо. – Нащупав трость и сумку, закинула последнюю на плечо и вытянула руку вперёд. – Зачем читать, если я не смогу ничего ответить?

– Я могу написать за тебя ответ. – С заботой проговорила Трикс.

– Прочитать за меня, написать за меня… – Сказала, стараясь не обидеть Хэйл, но при этом выразить свое негодование. – Я, пожалуй, пойду во двор.

– Я с тобой! – Подскакивая с места, сказала подруга.

– Нет! – Выставив осторожно руку вперёд, ответила я. – Не надо. Мне… Если ты не против, я хочу немного побыть одна.

Конечно, подруга была не в состоянии понять меня – моих чувств и эмоций. Для нее, происходящее, было скорей неприятностью, с которой можно совладать и справится. Привыкнуть, адаптироваться и при этом не испытывать неловкости. И да, в подобном мышлении не было ничего плохого. Возможно, именно подобный взгляд на мою жизнь, делал из Хэйл отменную подругу, где жалость и поддержка, не позволяли себе зашкаливать до отметок "за гранью". И все же…

– Пэм, ты уверена? – Взволновано спросила Трикси, встав рядом со мной. – Это всего лишь тупой мальчишка. Он не замечает ничего, даже носки на полке ищет по три часа, когда они лежат у него перед носом. – Тихо усмехнулась, намекая на личный опыт с младшим братом.

– Но я не носок…

Закончить предложение не позволили эмоции, которые безжалостно начали обуревать меня и красть при этом кислород из лёгких.

– Мисс Хэтченс!? – Суетливо окликнула женщину, которая, как я знала, сидела за соседним столиком. – Покажете мне дорогу во двор?

– Конечно. – Сдержанно и, как всегда строго, ответила она. – Я только…

– Я уберу. – Оборвала ее Хэйл, возвращая мне мобильный и направляясь к столу. – Увидимся на биологии?

– Да. – Испытывая благодарность и любовь к девушке, что так часто умела подставлять свое плечо, с улыбкой ответила я. – Увидимся.

Шагая бок о бок с тьютором, чье участие в моей адаптации не было такой уж плохой затеей, я старалась выбросить из головы парня, чьи мотивы обескураживали и вводили в ступор. Сейчас, идея вернуться в школу, чтобы разыскать "недоумка", который набил мне почти пять дней назад шишку, стала казаться полнейшей тупостью. Бредом, на который способна только такая вот слепая дурочка, как я.

– Чем хочешь заняться? – Поинтересовалась мисс Хэтченс, останавливаясь возле столиков с лавочками, установленных на газоне. – Повторить алгебру или английский? Может, хочешь пройтись по школе, повторить маршрут до кабинета?

– Стойте, стойте… – Рассмеялась, то ли из-за ее тарахтения, то ли из-за нервов, которые расшалились. – Я просто хочу посидеть и помолчать.

Сдавленный вздох, женщины сказал о том, что подобное расточительство не было поощряемо ею. Человеком, который мог насладиться синевой небес и желтизной листвы, но при этом выбирающим занятия, даже тогда, когда у нее мог появиться перерыв.

– Что ж, я помогу тебе, – Прокряхтела недовольно женщина, забирая у меня сумку и опуская ее на стол.

– Спасибо, но дальше я сама. – Не желая терять самостоятельности в этом мире, улыбнулась тьютору.

– Как скажешь. – Очередное недовольство, сдерживаемое за маской обречённости, возиться со мной. – У тебя есть двадцать минут. Потом, я приду и заберу тебя на биологию.

– Так точно, – Разве что не отсалютовав, ответила, на что моментально получила зрительное осуждение, спрессовавшее воздух вокруг меня.

– Хорошего отдыха, мисс Крикл.

– И вам. – С напускной миловидностью помахала рукой, прислушиваясь к шагам, которые моментально принялись удаляться.

Сложив трость и отложив ее к сумке, осторожно опустилась за стол, стараясь не думать о том, что на меня глазеют ученики. Игнорировать их слова и мнение, что так сильно тревожили меня наравне с "вандалом", который прочно засел в мыслях и неустанно терзал их теориями "что если…", где каждая последующая идея, окрашивалась во все более и более извращённую версию.

Спустя пять или, быть может, десять минут сверления кирпичного пятна-здания, где угадливыми формами расплывались двери и окна, я, казалось, окончательно сумела распять в себе мысли о парне. О незнакомце, который не мог питать ко мне ничего иного кроме жалости или же презрения. Ведь в этом городе, живущем слухами и сплетнями, я подходила под обе категории.

В окрестностях, как и в школе, все люди были поделены на два лагеря. Тех, кто питал ко мне сочувствие, жалел и оплакивал вместе со мной мечты о Джулиарде. Или же тех, кто винил меня в смерти Хэнка. Как и почему, они толком не знали. Но все же, уход из жизни самого выдающегося баскетболиста старшей школы "Вестерн Интернешионал" (название школы выдумка, совпадение с реальным общеобразовательным учреждением, просто случайность), в их понимании, не мог быть обыденной аварией. Тем более, когда рядом с ним оказалась девушка, которой удалось выжить. Девушка, что перешла дорогу самой Соло Фитчер.

Мысли о блондинке, которая со дня на день должна была вернуться в город, вызвали на моем лице гримасу неприязни. Я не хотела "видеть" ее и искренне мечтала избегать весь год, даже если понимала, что это невозможно. Ведь Соло Фитчер найдет способ добраться до меня, как бы старательно я не пряталась. Эта коварная паучиха почувствует мой запах и не упустит новой возможности причинить боль. Причем сделает это, как всегда, невинно и очаровательно, окутав окружающих своей паутиной лжи и лицемерия, так что никто и не подумает искать дьявола, за ее ангельской оболочкой старшеклассницы.

Вибрация мобильного телефона, загудевшая по столу, словно отбойник, вырвала меня из воспоминаний, что теперь слишком отчётливо показывали мне истинное положение вещей. Мою прошлую наивность и глупость, от которой я, кажется, не могла избавиться по сей день. Ведь как еще это можно назвать, когда я вернулась в школу, которую избегала две недели, лишь потому, что в мою голову прилетел телефон от парня, чей голос погружал меня в лавину неги.

– Да. – Безрадостно ответив на вызов, который наверняка принадлежал либо маме, либо папе, ну или быть может Трикс, ответила я.

– Как погодка?

Весёлый и беспечный голос "недоумка", что портил своим существованием мою жизнь, заставил подскочить на месте, и нелепо заозираться по сторонам.

– Зачем ты звонишь мне? – Напряжённо ощупав стол в поисках трости, спросила я.

– А зачем обычно люди звонят друг другу? – Усмехнулся он, посылая по моим внутренностям лёгкую дрожь. – Зачем ты звонила мне? – Переведя стрелки в мою сторону, спросил он.

– Я не звонила. – Воинственно, ответила я.

– Вот как? – Короткая пауза и шум вокруг, заставили меня нервно сглотнуть.

Я не была уверена на 100%, но понимала, что мой "вредитель" находится в школе, а значит, он мог быть рядом. Мог видеть меня, в то время как я…

– Ты поела? – Ведя праздную беседу, поинтересовался "незнакомец".

– Прекрати.

– Прекратить, что, "Тыковка"? – Перемещаясь куда-то, из-за чего стих шум, исходящий от учеников, спросил парень.

– Прекрати играть со мной!

Не знаю, что на меня нашло в этот момент. Бешенство, сумасшествие или просто нервный мандраж от радости и ненависти к происходящему, однако я резко отдернула телефон от уха и сбросила вызов.

Вызов, который тут же повторился. И на который я тут же ответила.

– Так во что мы играем, Пэм? – Серьезно (непривычно серьезно) спросил парень.

– Ты мне скажи! – Сжимая трость, и неконтролируемо бегая взглядом вокруг себя, ответила я. – Сколько ещё ты будешь притворяться, что не замечаешь?

– Не замечаю чего? – Словно бы провоцируя меня, назвать все своими именами, поинтересовался "снайпер".

– Прекрати…

– Нет уж, "Тыковка", – Строго оборвал меня "незнакомец". – Ты сама завела эту тему, так что будь добра договори, что я не замечаю? Во что я играю?

Нервно поджала губы, совершенно не ожидая подобного натиска со стороны парня, который словно бы не имел права разговаривать со мной в таком тоне.

– Ну же, Пэм! Говори! – Не оставляя мне шанса на побег, приказал он. – Чего я не замечаю?

– Меня! – Накаленная до предела, выкрикнула я.

– Забавно. Я думал, мои поступки говорят об обратном. – Фыркающе, усмехнулся парень.

– Прекрати. Прекрати шутить и переводить тему. Я же говорю не об этом! – Страдая от обречённости, обсуждать тему своей неполноценности, взмолилась я.

– Тогда о чем? – Раздражаясь на развернувшуюся драму, на телефонной линии, рыкнул "вандал". – Хватит мямлить, Пэм! Если хочешь мне что-то сказать, просто сделай это. И желательно быстрее, потому что у меня осталось пару минут…

Мне нестерпимо сильно хотелось спросить, куда ему нужно идти? Или, где он? В каком классе учится и почему не называет своего имени? Но на повестке дня была я и моя особенность в восприятии этого мира.

– Раз… – Словно разгневанный родители, начал отсчёт парень. – Два… – Закрыла глаза, словно бы у меня не было сил смотреть на правду. – Т…

– Я слепая! Ясно! – Прокричала так громко, что мне показалось, будто бы мой голос с эхо разнёсся над крышами соседних домов и зданий. – Я ни черта не вижу! Ни тебя! Ни твоих дурацких сообщений! Ни номера, который ты оставил! Понятно! Я слепая, как крот! А ты никак не хочешь понять этого и отстать от меня!

Не знаю, как много людей обернулось в мою сторону. Сколько новых сплетен породил этот взрыв нервозности. Однако стоило мне сказать все это "снайперу", как внутри зазвучала тишина. Лёгкость, смешанная с пустотой, от которой было одновременно легко и невыносимо больно.

– Прости. – Просто и искренне. – Я не хотел тебя обидеть и написал сообщение на автомате. Просто не подумал.

– Да, – С грустью покачала головой, все ещё не открывая глаз.

– Ты, правда, хочешь этого? – Требовательно и сурово спросил "незнакомец".

– Хочу чего? – Теряясь в новом потоке информации, переспросила я.

– Хочешь, чтобы я отстал от тебя? – Словно бы уязвлено, спросил "вандал".

Тяжело сглотнув и, наконец, открыв глаза, задумчиво пробежала взглядом по крыше здания, растворяя в себе мирную синеву небес.

– Ты готов?! – Раздался мужской голос, на дальнем плане в динамике.

– Одну минуту, мистер Браун. – Улыбаясь голосом, как и прежде, ответил парень, в очередной раз, порождая внутри меня вопросы.

Куда именно его звал директор? Почему? Для чего? Что он сделал?

– Одна секунда, "Тыковка". – Смягчаясь, и вновь окутывая меня зефирным звучанием его голоса, напомнил парень. – "Да" или "нет"? Я не стану тратить ни твое, ни свое время. Просто ответь и я отвалю.

– Мисс Крикл, вы готовы? – Раздался вопрос у меня над головой.

– Нет. – Отвечая одновременно на вопрос парня и мисс Хэтченс, выдохнула я.

– Запомни это, "Тыковка" – Удовлетворённо прошептал "вандал". – Я дал тебе шанс, отшить меня.

И хотя я понимала, что это всего лишь очередная шутка. Что за мной всё ещё было право сказать "да" и послать этого "недоумка" куда подальше. Внутри, невероятным трепетом, засияло счастье. Необоснованная радость, вызвавшая на лице улыбку, под звуки гудков в телефоне.

Глава 4

Сидя на уроке биологии, я откровенно скучала, слушая рассказ миссис Наоми о том, как был изобретён пинецилин. Не знаю, почему она решила поговорить сегодня именно об этом, но казалось, это лучшее из того, что могло случиться сегодня. Уставшая от бесконечной возни и суеты на основных предметах, биология напоминала комнату отдыха, где можно было расслабиться и просто подумать. Пораскинуть мозгами и оценить обстановку, в которой я оказалась.

После звонка "вандала" уже прошло почти три дня, не считая сегодняшний. Три дня, за которые он ни разу не объявился и не показался. Этот чудак не звонил и не писал, не затягивал меня в кабинеты и не перескакивал через заборы. Казалось, он исчез, оставив после себя необъяснимую кашу у меня в голове. Ту самую кашу, что давали на этой неделе в кафетерии: липкую, холодную и противную на вкус.

Общаясь с Трикси эти дни, я слишком часто слышала слова о том, что мне просто-напросто нужно взять и позвонить ему самой. Что наверняка, "снайпер" ждёт от меня первого шага. Инициативы, о которой он намекал мне в кабинете, где у него была возможность высмеять консервативные устои и нравы. Однако я так и не решилась набрать ему. Чудаку, который записал себя в моем телефоне просто под цифрой один, что на данный момент было слишком символично и правдиво. Ведь он был первый в списке, в моих мыслях, в моих ожиданиях… Первый в том, чтобы свести меня с ума этим молчанием.

– Домашнее задание на доске, – Прокричала миссис Наоми, да так резко и громко, что я подскочила на месте. – Пэм, для тебя я записала задание на листе. Заберёшь его у меня на столе.

– Хорошо, – Поджав губы, улыбнулась я. – Спасибо.

Цокот каблуков, спустя несколько минут, оповестил меня о том, что мисс Наоми покинула кабинет, вслед за ушедшими учениками, оставив меня одну. К моей радости, в последние дни мисс Хэтченс дала мне больше свободы и кислорода, не угнетая своим присутствием. Находясь в школе, она меньше нависала у меня над душой, сложив все свои полномочия на записанный в телефон номер, который теперь стоял на быстром наборе, для экстренных ситуаций.

– Я помогу тебе в адаптации, но это не значит, что я буду таскаться весь год у тебя по пятам. Моя роль, создать для тебя благоприятную среду. Комфортные условия для успеваемости…

После этой вступительной части, шла пятнадцати минутная лекция о том, как мне стоит приспосабливаться к школе, ученикам, окружению. А так же моя нелюбимая "глава" – о музыке и спорте. К сожалению, возвращаясь в школу, я знала, что этого будет не избежать. Эти дисциплины всегда занимали особую категорию значимости. Поскольку и та, и та, задавали определенный уровень престижа. Различные конкурсы, соревнования и награждения, являлись неотъемлемой частью ученической жизни.

Не знаю, была ли благосклонна судьба, или же она просто давала мне время морально подготовиться к неизбежному, но уроки музыки пока что с завидной частотой отменялись.

Вместо этой пытки, нам назначали факультативы, в основе своей те, что звучали так: "Посидите тихо и сделайте домашку". Правда, на уроки оставалось очень мало времени, ведь рядом со мной всегда садилась Трикс. А эта живая бочка новостей, неизменно пыталась воссоздать весь школьный мир в моем незрячим воображении.

– Ну, ты чего копаешься!? – Заглядывая в кабинет, прохохотала Хэйл. – Пошли, нам надо еще переодеваться на физ-ру!

– Не хочу. – Запрокинув голову, простонала так, словно бы меня вели на казнь.

– Пэм, ты сидишь на скамье запасных. – Расхохоталась Трикси. – От тебя всего-то и требуется, что переодеться и сказать: "Здесь"!

– Переодеться… – Ещё многострадальней застонала я.

– Давай, "Тыковка", шевели своими дольками! – Пришлепнув меня по ягодицам и, закинув сумку на плечо, скомандовала подруга. – А пока мы будем одеваться, я расскажу тебе последние сплетни.

– Ура… – Безрадостно фыркнула я. – Сплетни. Все как я люблю.

Упершись руками в плечи, Трикс с силой принялась толкать меня в сторону выхода, когда я вспомнила о домашнем задании.

– Листик!

– Что? – В недоумении переспросила Хэйл, и я тут же развернулась в дверях, показав в сторону стола.

И именно тогда…

– Конечно, мистер Браун.

Голос "вандала" прозвучал прямо у меня за спиной, из-за чего я мгновенно обернулась, в надежде увидеть пятно, силуэт, хоть что-то, что приблизило бы меня к "незнакомцу". К человеку, что мариновал меня, словно подсудимого перед допросом.

– Где, Пэм? – В недоумении переспросила подруга, в то время как я, даже приподнялась на цыпочки, чтобы найти "кого-то" в толпе перемещающихся старшеклассников.

– Конечно. – Чуть дальше кабинета миссис Наоми, проговорил он, "вытягивая" меня за порог. – Я тоже признателен вам за эту возможность…

– Смотри, куда прешь! – Отталкивая меня плечом, фыркнул какой-то парень, но у меня не было времени останавливаться и выяснять кто это.

Ведь сейчас мне нужно было догнать "вредителя" и… Не знаю, что "и", но в тот момент, погоня казалась единственно разумной вещью, после нескольких дней его молчания. После того, как пообещав не отставать от меня, этот ненормальный, просто взял и исчез.

– Конечно, я буду на факультативах. По крайней мере, если это потребуется. – Голос парня, словно карамель, тянулся по коридору и, казалось, был всего в нескольких шагах от меня.

Однако попадающие под ноги старшеклассники, то и дело увеличивали между нами расстояние, оттягивая момент нашей встречи.

– Хорошего дня, мистер Браун. Не волнуйтесь, я все сделаю, – Щелчок открывающейся двери, заставил меня тут же дернуться в сторону раздаваемого звука.

Туда, где стояло высокое пятно, которым, как я полагала, был "недоумок", сводящий меня с ума.

– Какие-то проблемы? – Скидывая мою руку с плеча, недовольно пробасил парень, заставляя меня отшатнуться назад.

– Я… Мне… Прости, я обозналась. – Растерянно промямлила.

– Ага, – Оценивая меня колючим взглядом, в котором читалась презрительная насмешка, ответил старшеклассник. – Я так и понял.

Закрыв глаза и отвернувшись в сторону, откуда пришла, собиралась вернуться в кабинет. Когда из-за двери, перед которой стоял грубиян, вновь зазвучал знакомый голос:

– Да-да, спасибо! Все отлично.

Движимая любопытством, уже не столько "увидеть" парня, сколько, хотя бы услышать. Узнать что-то, что пролило бы свет на его личность, осторожно обошла высокого ворчуна и, прислонившись спиной к шкафчикам, принялась слушать. Или вернее, подслушивать.

– Ты нереально выручила меня, спасибо. Если бы ты не написала, даже не знаю, что стал бы делать… – Глубокий смех, задевающие странные струны в моем животе. – Нет, не говори никому. Пусть это останется между нами.

В кабинете вновь воцарилось молчание, в то время как мой пульс зачастил, словно топот копыт бегущей рысью лошади.

– В итоге, ему придется понять и принять мой выбор. Хочет он того или нет.

Очередной обрывок фразы долетел до ушей, в тот самый миг, когда меня окликнула Трикси:

– Пэм, ты куда, блин, убежала!?

– Тише! – Мотыляя рукой и прикладывая трость к губам, прошипела я. – Тише. Он там!

– Он там? – Недоумевая, переспросила подруга, пока до нее не дошел смысл сказанного. – А-а-а-а-а! Он там! Где!? В кабинете?

– Не кричи, Хэйл. Не позорь нас! – Осекла недовольно подругу, которая встав рядом со мной, попыталась вытянуться и заглянуть в дверное окошко.

– Я никого не вижу. – Все сильнее и сильнее подталкивая меня вперёд, проговорила Трикс. – Ты уверена, что он там?

– Да, я слышала, как он говорил по телефону. – Отталкивая подругу, сказала я.

– С кем?

– Точно не со мной. – Фыркнула, поправляя одежду и волосы.

– Почему ты просто не войдёшь? – Прислушиваясь к тишине за дверью, спросила шепотом Хэйл.

– И что я ему скажу? – Напуганная одной только мыслью, сделать шаг в сторону этого "вредителя", спросила в недоумении.

– Даже не знаю, – Напустив на себя притворную задумчивость, протянула подруга. – Как насчёт: "Привет!" или "Как твои дела"?

– Брось. Это тупо. – Отмахнулась от идеи Трикс и тут же сосредоточилась на двери.

– А стоять и подслушивать за его разговорами, гениально?

К моей удаче, ответить я не успела, потому что, словно из-под земли, рядом с нами возникла мисс Хэтченс.

– Крикл! Хэйл! Через пять минут начало урока! – Ее голос с привычной строгостью умел, зарядил воздух в помещении. – Быстро на урок!

Я хотела было сказать, что не могу. Пыталась придумать отговорку, лишь бы уличить возможность остаться здесь. Набраться смелости и войти в проклятый кабинет, чья дверь отделяла меня от "снайпера". От парня, играющего со мной в странные прятки или салочки. Однако тьютор, восприняла мою нерасторопность за несостоятельность и тут же схватила под руку.

– Я помогу. – Объясняя свою тактильную вольность, сказала она, утягивая меня из коридора в крыло, где располагался зал. – Хэйл?!

– Иду! – Раздался голос у меня за спиной.

И в этот момент я искренне надеялась, что Трикси успела заглянуть в окошко, чтобы разрушить удручающую интригу. Загадку, которая в равной степени раздражала и будоражила мне кровь.

– Поделились по командам! – Засвистев в свисток, приказал тренер.

– Ты бы его видела, – Мечтательно вздохнула подруга, толкая меня плечом. – Такой взгляд, улыбка и этот голос…

– Этот зад, – Дразня Трикс, прошептала я.

– И не говори. – Рассмеялась девушка, из-за чего внимание тренера тут же было переведено на нас.

– Мисс Хэйл?

– Да, – Принявшись кокетливо раскачиваться своей "кляксой" из стороны в сторону, откликнулась, чуть ли не мурча, подруга.

– В команду Корбана. – Буднично, ответил мужчина, словно бы не замечая того, как Трикси пускает в его сторону слюни. – Хэйл, прости, но ты на скамью запасных. – Приблизившись и подставив локоть, словно кавалер, с уже знакомой мне мягкостью и сочувствием, проговорил он. – Остальные, начинаем играть! У меня глаза и на затылке есть!

Звук свистка, "глухота" на одно ухо и вот я уже сижу на скамье перед трибуной, наблюдая за тем, как по коричневому полю носятся с два десятка черно–белых клякс. Воздух пропитан потом, весельем и ненавистью к уроку. Но в большей степени флиртом и обожанием нового тренера, чье появление в стенах школы стало настоящим фурором.

– Значит, музыки не будет весь год? – Раздался писклявый женский голосок позади меня.

– Не знаю, но говорят, миссис Лафит ещё не скоро покинет больницу. – Ответила другая школьница и мне показалось, что эти милые–сплетницы, младше меня.

Что, к слову, было бы не удивительно. Ведь это классика жанра, сбежать с урока, чтобы прийти и попялиться на старшеклассников. На потных, прыщавых и самовлюблённых шимпанзе, которые наслаждались этим наивным вниманием со стороны малолеток.

Откуда я знаю?

Все очень просто. Одной из таких дурочек, когда-то была и я. Прогуливала уроки и факультативы, сбегала вечерами из дома, под предлогом, что иду к Трикс, а в итоге оказывалась здесь. На трибунах. И все для того, чтобы увидеть Хэнка. Друга детства, мою тайную любовь, самого классного парня в школе.

– Я слышала, у нее случился нервный срыв из-за развода. – Продолжили сплетничать девчонки.

– Нет, это бред. Она попала в реабилитационный центр, из-за алкоголизма. – Со знанием дела, заявила другая.

– Да, плевать, почему она там. – Слишком напыщенно, проговорила третья, и я тут же представила на ее месте Соло.

Девушку, которая всегда была в курсе последних сплетен и, казалось, знала о каждом в школе хоть одну, но страшную тайну. Такую, которая давала ей право дергать за нужные ниточки и получать желаемое.

– Главное, что на ее место скоро придет "учитель на замену". – Не снижая уровень самоуверенности, продолжила девушка.

– Откуда ты знаешь? – С недоверием, спросили подруги.

– Слышала, как директор обсуждал это с секретарем.

– А ты что там делала? – В недоумении спросила "пискля".

– Не твое дело, Джейн. – Фыркнула заноза. – Главное, что они обсуждали кого-то, кто очень вовремя и удачно подвернулся им под руку.

– Это женщина? – Взволновано спросила одна из девчонок.

– Не знаю. Они не называли имён. Больше трещали о бюджете и о том, что новый учитель даст им возможность подыскать кого-то более надёжного, чем миссис Лафит.

– Старкис, Энкл и Карс! – Раздался суровый голос мистера Брауна. – Почему вы здесь!? У вас сейчас урок у миссис Наоми! А ну–ка быстро в класс!

Заскрипев недовольно сиденьями, троица тут же поднялась с места и направилась в сторону выхода.

– Ещё одна такая выходка, дамы, – Сурово пригрозил директор. – И мне придется вызвать в школу ваших родителей.

Улыбнулась в сторону клякс, которые наверняка были раздражены вторжением директора в зал, а так же тем, что он прервал их "урок сплетен".

– Мисс Крикл? – С улыбкой приблизился ко мне директор, последив за тем, как ученицы покинули зал.

– Добрый день, мистер Браун. – Поднимаясь с места, ответила я, чувствуя себя, как всегда, неуверенно без трости.

Без "третьей ноги" или "второй пары глаз", которыми меня наградила судьба.

– Как ваши дела? – Изучая меня, словно диковинный экспонат, поинтересовался мужчина. – Как протекает адаптация? Мисс Хэтченс помогает вам в учебном процессе?

Не знаю, было ли это любопытство продиктовано заботой, или же выступало банальной формальностью. Однако глядя в сторону черного пятна–костюма, в моей голове не было ни единого ответа. Ни одной мысли на счёт учебы или тьютора, к которому претензий было не больше, чем к любому из учителей в школе. Ведь весь мой мозг, каждую извилину занимал только один вопрос: "С кем вы говорили по телефону?" Кем был тот парень, что обещал вам посещение факультативов и выполнение каких-то неведомых поручений.

– Сложно, да? – Не дождавшись моего ответа, улыбнулся директор. – Мне, правда, жаль, что так вышло Пэм.

– Спасибо, – Искренне, ответила я. – Мне тоже.

– И жаль, что так вышло с Хэнком. – С ещё большей тоской, проговорил мистер Браун, на что у меня не хватило сил, что-либо вымолвить. – Я знаю, что вы были "друзьями". – Выделяя наш статус особым тоном, что говорил о его осведомленности, продолжил он. – А так же слышал от твоей мамы, что после аварии ты больше не поешь и не играешь.

Стрельнула бровями и тут же отвернулась в сторону класса. Конечно, я была раздражена на маму, даже если понимала, что она всего-навсего пыталась помочь. Ну, или сделать как лучше. Хотя, не была уверена, что возобновить мои занятия музыкой, можно было приравнять к чему-то стоящему.

– Скоро у вас начнутся уроки музыки, – Все ещё глядя на меня, сказал мистер Браун.

– Да, я слышала. – Без какого либо интереса и оптимизма, ответила я.

– Конечно, – Ухмыльнулся мужчина, понимая, что этот город и эта школа вылеплены из одного теста. – Конечно, слышала. Хотя не уверен, что хоть кто-то знает всю правду. Верно?

Не смогла сдержать улыбки, на намек директора, который осознавал мое положение в этом городе.

– Пэм, – Отбрасывая фамильярность, обратился ко мне мужчина. – Не стану говорить, что понимаю, каково тебе. Как и то, что мне понятны твои чувства и страхи. Нет. Мне это неизвестно, хотя, если ты захочешь поделиться, я готов тебя выслушать и постараться помочь разобраться со всем.

Признаться, это была самая милая и очаровательная речь от человека, с которым в прошлом, все мои встречи велись на менее драматичные темы. Чаще, я попадала в директорский кабинет либо за очередным нагоняем из-за прогула. Либо за похвалой, после участия в каком-нибудь музыкальном конкурсе.

– Но, как бы то ни было, тебе придется ходить на музыку. – Подытожил, мистер Браун.

– Знаю. – Обречённо выдохнула в пол.

– И придется слушаться педагога. – Глухо усмехнулась, все ещё не поднимая глаз. – Если он скажет петь, ты будешь петь. Если играть – играть.

– Поняла! – Несколько резко, ответила в сторону директора. – Я в рабстве и любое мое неповиновение, грозит исключением.

Тяжело вздохнув, мужчина переступил с ноги на ногу и, кажется, покосился в сторону выхода, разделяя мое желание закончить эту беседу.

– Попробуй посмотреть на это иначе, ни как на рабство или наказание.

– А как на что? – Скрестив руки, с вызовом спросила я. – Как на благословение? Или манну небесную?

Забавляясь ответом, директор рассмеялся и положил руку мне на плечо.

– Давай, остановимся на "возможностях"?

С насмешкой взглянула в его сторону.

– Возможность, причинить мне боль?

– Или же исцелить твои раны? – Парировал он.

К сожалению, подобная перспектива была из разряда "чудо", а потому, согласиться с мистером Брауном, у меня просто напросто не поворачивался язык.

– Я не стану доставлять проблем. – Это было мое самое честное обещание, за которым крылось желание просидеть на задворках класса, в течение всего этого года. – Но не стоит возлагать на меня особых надежд.

– Пожалуй, для начала этого достаточно. – Потрепав меня по плечу, улыбнулся голосом мужчина. – Никаких прогулов и проблем учителю?

– Никакого насилия и я буду первой забегать в кабинет. – Язвя, ответила в сторону черной кляксы–тройки.

– Это школа, Пэм. – Убирая руку, напомнил мне директор. – А не колония строгого режима.

– Как по мне, одно и то же. – Добродушно улыбнулась я, улавливая тихий смешок мужчины в кулак.

– Хорошего дня, мисс Крикл. – Увеличивая между нами расстояние, проговорил директор.

– И вам, мистер Браун. – Не опускаясь на скамью, ответила я, прислушиваясь к твердому и, словно бы довольному, состоявшейся беседой, шагу мужчины, что весьма быстро, покинул спортзал.

Первая неделя в школе подвела под собой черту. Не знаю, хорошо она прошла или плохо, но думаю, по всем имеющимся критериям, вполне сносно.

За последние дни я ни разу больше не встречала "вредителя". Не слышала его голос. Не получала звонков и смс. Он вновь словно бы провалился сквозь землю, оставив меня одну… Хотя, будем откровенны, таковой я и была – одинокой (даже если в значении свободной). Девушкой, на которую никто не претендовал, и, признаться, это было вполне логично. Зачем кому-то связываться с калекой, что могла отменно подпортить жизнь в старших классах? Про оставшуюся жизнь я вообще молчу!

– Тук–тук? – Раздался голос за спиной, из-за чего я тут же улыбнулась и отодвинула от себя учебник. – Не помешаю?

– Скорее спасёшь. – Ответила, прокручиваясь на стуле в сторону отца.

– И от чего же я спасу даму, попавшую в беду? – Смеясь, спросил папа, после чего наклонился вперёд и взглянул на книгу. – Математика. – С пониманием протянул он. – Согласен, здесь точно нужен спаситель.

Выпрямившись, он с мгновение потоптался на месте, после чего по обыкновению всех входящих в эту комнату, опустился на кровать.

– Как настроение? – Заваливаясь пятном вперёд, так же, как он делал это всегда, спросил отец.

– Хочешь поговорить о школе? – Нехотя поинтересовалась в ответ.

– А ты?

– Если честно, то не особо. – Призналась я. – Все хорошо, проблем нет. Просто, сегодня выходной и пусть так и будет.

– Что ж, – Ухмыльнулся, и я тут же представила, как его руки поднимаются к лицу, чтобы потереть подбородок. – Если будут проблемы…

– Ты узнаешь первым. – Опередила я.

– Врушка. – Это слово, словно разряд тока, пробежалось по венам, возвращая меня в полумрак кабинета, окутанного ароматом фруктов и ментола. – Я знаю, что буду в числе последних.

– Па-а-ап, – Простонала, из-за всех этих манипуляций.

– Что, па-а-ап? – Перекривливая меня, спросил он. – Это правда. Ты забила на своего старика, стоило тебе вернуться в школу.

– Хочешь, чтобы я опять училась на дому? – Спросила с вызовом, скрестив при этом руки на груди.

– Это ещё что за чушь? – Фыркнул отец. – Конечно, нет. Я лишь говорю, что твой папа, немного соскучился по своей дочурке.

– Немного? – С улыбкой уточнила я.

– Совсем чуть–чуть. – Подтвердил он, хватая меня за руки и притягивая к себе. – Дай обниму тебя.

Не сопротивляясь нежности, которая исходила от него в такие мгновения, я тут же перепрыгнула на кровать и упала в большие и крепкие руки отца.

– Тебя никто не обижает? – Целуя меня в макушку, спросил он.

Что ж, это был хороший вопрос. Если косые взгляды, комментарии в спину и частые толчки в коридоре, которые были якобы случайностью, не считались за обиду – то нет, меня никто не обижал. Никто, кроме "недоумка", что проел в моем черепе дыру мыслями о нем.

– Все нормально. – Ответила, ощущая, как папа вновь прижимается губами к моим волосам.

– Не позволяй им. – Настойчиво проговорил он. – Не позволяй обижать себя. Ни в коем случае. Ясно?

– Легко сказать, – Фыркнула, отстраняясь от него.

– Ты не хуже их. И быть может, даже лучше большинства. – Щипая меня за нос, улыбнулся он.

– Слишком слащаво. – С благодарностью, ответила я.

– Как есть, "Тыква". – Обхватив мою голову двумя руками и притянув к себе, чтобы поцеловать в лоб, сказал он. – А теперь, вопрос на миллион.

– Давай, – Убирая волосы, которые прилипли к губам, в тихом смехе ответила я.

– Насколько ты самостоятельная?

– Идите. – Не дожидаясь объяснений, покачала головой.

– Если хочешь, мы можем позвонить Трикси и…

– Она с семьёй уехала в горы на все выходные, ещё вчера вечером. – Отметая этот вариант, сказала, глядя на ерзающее рядом со мной пятно. – И я уже сказала, идите, куда бы то ни было. Я справлюсь. Это же не первый раз, когда я остаюсь дома одна. Что может случиться? Пожар?

Папа на мгновение замер, напрягся, но после секундного замешательства рассмеялся.

– Ты справишься.

– Однозначно. – Уверено кивнула головой и вновь попала в капкан из его рук.

– Мы ненадолго. Сходим в кино и вернёмся. – Оправдываясь, как это всегда и бывало, сказал отец.

– Не спешите. А еще лучше своди маму после кино в ее любимый ресторан.

– Ты чудо. – Не говоря лишних слов и не растрачивая время в пустую, улыбнулся он.

– Ага, – Рассмеялась и легонько толкнула отца в грудь. – Все, не мешай мне делать уроки. Идите, собирайтесь.

Наградив меня очередной порцией поцелуев, отец осторожно поднялся с кровати и, протянув мне руку, помог вернуться в кресло. К урокам, которые, к сожалению, вместе с потерей зрения не исчезали из моей жизни.

Глава 5

Потерев устало лицо, осторожно потянулась к наручным часам и тут же провела пальцем по циферблату Брайля. Прошло почти два часа, как родители ушли на свидание. Сеанс в кино начался минимум час назад, а значит, у меня в запасе было достаточно времени, чтобы насладиться самостоятельностью. Отъехав от стола, я планировала спуститься вниз и приготовить себе сэндвич, включив при этом аудиокнигу или кино. Благодаря тифлокомментированию, последнее перестало быть чем-то недоступным или неполноценным в моей жизни.

Спускаясь по лестнице, уверенно и без подсчёта ступеней, я была в довольно хорошем настроении  и расположении духа. Все мои мысли были заняты выбором фильма и начинки для сэндвича, когда в заднем кармане завибрировал телефон.

Конечно, в такие моменты я жалела о том, что у меня "нет глаз". Знать, кому ты отвечаешь, обычно приятней, чем делать это наугад. Зачастую, в такие моменты меня спасала Трикс или мама, а так же мелодия, установленная на каждый отдельный контакт. Вот только забыв выйти из беззвучного режима после школы, мне вновь пришлось столкнуться с безызвестностью.

– Алло? – В надежде не наткнуться на какого-нибудь "спамера" с его назойливой рекламой, ответила я.

– Привет, "Тыковка". Не занята?

Не знаю, как описать словами чувства, которые моментально охватили мое тело. Трепет, восторг, злость, гнев и безмерное счастье… Все это клокотало где-то в груди и требовало высвобождения. В то время как губы не могли расклеиться и позволить соскочить с языка, хотя бы единственному слову: "Привет".

– Решила поиграть в молчанку? – Усмехнулся "вандал", приводя меня своими насмешками в чувства.

– Чего тебе? – Грубо и довольно обиженно, прыснула я.

– Даже не знаю с чего начать? – Игнорируя мою злость, протянул парень.

– Может с объяснений?

Сложно сказать, откуда взялось это несусветное чувство собственности и права требовать ответ, однако я хотела, чтобы "снайпер" понял насколько тяжело мне было ждать его звонка, все эти дни. ЖДАТЬ ЕГО!

– Что именно тебе непонятно, "Тыковка"? – Не воспринимая меня всерьёз, фыркнул он.

– Много чего, вообще-то! – Спускаясь с последней ступени, на которой меня подловил "вредитель", ответила я.

– Например?

– Почему мы больше не пересекались в школе?

– Я был занят. – Слишком просто и честно, ответил парень.

– Почему не звонил? – Удивляясь собственной прямолинейности, которая была вызвана не то скопившимся напряжением внутри, не то безумием, до которого меня довел этот "недоумок", спросила я.

– Могу спросить тебя о том же. – Кажется, издеваясь надо мной, ответил "снайпер".

– Не я сказала, что не отстану от тебя. – Зажмурила глаза, выпалив эту претензию так быстро, что у меня аж зазвенело от смущения в ушах.

Тихий смех на том конце провода, породил рьяное желание бросить трубку. И я почти сделал это, когда раздался теплый и такой, задевающий за живое голос, не позволяющий мне прервать наш разговор.

– Могу я расшифровать это возмущение, как: "Я скучала?"

– Нет. – Испуганно и фактически теряя сознание, выдохнула я.

Новая порция смеха, сбивающая с ног своей молочно шоколадной волной безмятежности, ввела сначала в ступор наслаждения, а после пробудила от чар и напомнила мне о том, какой дурой я выгляжу в глазах собеседника.

– Мне пора. Пока.

Не отдавая себе отчёт в том, что творю, сбросила вызов и суетливо направилась в сторону кухни, сбивая при этом стоящую на пути тумбу и торшер. В попытке спасти от поломки лампу, я нелепо запуталась в ногах и полетела на ковер. Приземлившись на колени, зажмурила глаза от боли и осознания, что я с радостью отмотала бы время вспять и переиграла наш со "снайпером" разговор. В нем бы не было больше никаких претензий, никаких намеков и отчётов. Это была бы просто беседа, в которой "вандал" не был должен мне ничего, как и я ему…

Очередная вибрация, во все ещё сжатой руке, породила дрожь и панику. Мне безумно сильно хотелось ответить ему. Хотелось извиниться и, быть может, даже попытаться исправить ситуацию. Но, увы, я не могла этого сделать.

Быстро стихший в руке мобильный, оборвал внутри незримую нить, из-за чего меня накрыла волна разочарования, утраты и невосполнимого горя. Если быть откровенной, я даже была готова расплакаться, толком не понимая почему. Ведь этот "недоумок", вел себя, как невесть кто! Он был психом, если говорить прямо. И все же, я не могла перестать думать о том, что это был наш последний разговор. Ведь набрать его самой, у меня просто-напросто не хватит смелости.

Поднявшись с пола, я больше не чувствовала себя "нормально". Есть не хотелось, "смотреть" кино тоже. Странно, но в этот момент, мне кажется, я ощущала нечто схожее с тем чувством, когда вернулась домой из больницы и узнала, что Хэнка больше нет.

Продолжив идти на кухню, больше из растерянности, чем из запланированного досуга на вечер, я корила себя за незрелость и несдержанность, когда в дверь неожиданно позвонили. Проведя пальцами по циферблату, убедилась, что это не родители. По крайней мере, если в их программе все шло по плану.

– Иду! – Крикнула я и тут же двинулась вдоль стены, используя ее вместо трости, которую так неосмотрительно оставила наверху. – Кто там? – Стоя у двери, спросила я, на что получила в ответ лишь смех.

Насмешку, из-за которой затряслись внутренности, руки и колени.

– Открывай, "Тыковка". – Забавляясь, как обычно моим прозвищем, приказал парень.

– Не могу, – Как всегда, не думая головой, ответила я.

– Почему? – Не теряя веселья, но все же проявляя осторожность, спросил он.

– Я одна дома. – Зажмурила глаза, понимая, насколько тупо это прозвучало.

– Не глупи, Пэм, открой дверь. Ты же не хочешь, чтобы нас сбежались послушать все соседи?

К сожалению, "снайпер" был прав. Оставлять его на пороге дома, было куда опасней, чем впустить внутрь. Да и в конце концов, после всех слухов о моей причастности к смерти Хэнка, уже не могло произойти ничего хуже…

– Ладно, сейчас… – Нащупывая рукой ключи и прокручивая их в дверном замке, ответила я, после чего распахнула дверь и моментально встретилась с фруктовым ароматом парфюма, с нотками миндаля, который тут же осел в лёгких.

– Привет, ещё раз. – Не дожидаясь приглашения, сказал парень, переступив порог. – У вас уютно.

– Ага, – Недоумевая, что стоит сделать с дверью, закрыть или все ещё придержать открытой, протянула я.

– Так значит, ты одна? – Поворачиваясь в мою сторону, переспросил "незнакомец", под номером один.

– Да, родители в кино. – Не понимая, что именно происходит, задумалась о том, не упала ли я так сильно, что у меня начались галлюцинации. – А ты… – Хотела вновь спросить, что он здесь делает, но потом прикусила язык в страхе, что вновь все испорчу.

– Я? – Требуя продолжение, повтори "снайпер".

– Хочешь чаю? – Закрывая дверь, быстрее, чем он успел дать ответ, поинтересовалась я.

– Думал, не предложишь. – Улыбаясь так широко, что мне был виден размытый белый месяц его зубов в обрамлении раскрасневшихся губ, сказал парень, после чего тут же схватил меня за руку. – Командуй.

И я бы честно хотела командовать и помыкать им, хотя бы для того, чтобы излить весь свой гнев за дни затишья. Но ощутив, как моя рука растворилась в его ладони, у меня не осталось сил на раздражение и злость. Не осталось сил ни на что, кроме блеяния, сошедшей с ума овцы, что, кажется, тронулась умом, ещё в тот самый день, когда этот "вредитель" запустил мне в голову телефон…

На кухне царила тишина, нарушаемая лишь шипением закипающего чайника. Свет над столом освещал фигуру, которая сегодня была облачена в простую белую футболку и вероятно красную рубашку (как я надеялась в клетку), а так же темно синие джинсы. "Вандал" стоял напротив меня, плотно прижавшись к кухонной стенке, и молчаливо смотрел. Куда? Сложно сказать. Однако я чувствовала, как его взгляд время от времени возвращался к моему лицу, из-за чего неистово начинало колотиться сердце и путаться мысли, которые и так работали с явными перебоями.

– А если бы дома были родители? – Вопрос слетел с губ так же быстро, как человек с горы в пропасть.

– Что прости? – Шевеля руками, которые размытыми линиями поднимались то к лицу, то снова опускались к груди, переспросил он.

– Я… – Зажмурила глаза, стараясь перебороть это нелепое состояние робости, отчасти не свойственной моей натуре. – Что если бы к двери подошла не я. Моя мама или, того хуже, папа?

"Снайпер" тихо усмехнулся и словно бы пожал плечами.

– Думаю, я бы поздоровался и сказал что-нибудь милое и очаровательное.

Фыркнула в сторону кухонных шкафчиков, раздражаясь на эту чрезмерную самоуверенность.

– Боишься, что я поставил бы тебя в неловкое положение? – Насмехаясь, спросил парень.

– Безумно. – Затрясла головой и, слегка вытянула руку вперёд, двинувшись в сторону навесного ящика с кружками.

– Какие они? – Неожиданно спросил "незнакомец".

– Кто? Родители? – Медленно ощупывая стенку в поисках ручки, уточнила я.

– Они самые. – Лёгкая дрожь воздуха, аромат цветущего абрикоса и нотки ментола, а следом тепло…

Рука "вандала" легла поверх моей кисти и медленно сдвинула ее в сторону, помогая нащупать контур дверцы.

– Заботливые. – Желая сверхъестественным способом прозреть и увидеть происходящее, чтобы запечатлеть этот момент в своей памяти, ответила я. – Любящие, – "Незнакомец" плавно сжал мои пальцы вокруг дверной ручки и потянул ее на себя. – Не знаю, наверное, самые лучшие, как и у любого ребенка.

Ментоловое дыхание с разочарованием оцарапало мою щеку, в то время как парень потянулся вперёд и достал из шкафчика кружки.

– Да, – Отстраняясь от меня и то ли соглашаясь, то ли просто не желая высказывать своего мнения на это счёт, ответил он. – Наверно.

Оставаясь стоять у шкафчика, с колотящимся от подобной близости сердцем, повернула голову в сторону "вредителя", который принялся разливать кипяток по кружкам.

– А что насчёт твоих? – Закрывая дверцу, спросила я.

"Снайпер" не спешил отвечать, словно бы подбирая слова, при этом медленно распаковывая упаковку с чайным пакетиком. В то время как я, продолжала стоять на месте и смотреть на него, перебирая в голове вопрос за вопросом, который хотела задать.

– Мои родители, это слишком длинная история для такого вечера, как этот. – Наконец выдохнул он, переставляя кружки на стол.

– Для такого как этот? – Уточнила, направляясь в сторону стула, который медленно заскрипел ножками. – Спасибо. – Опускаясь на сиденье, поблагодарила я. – Но, все же, какой сегодня вечер?

– Вечер, когда не нужно лишних забот? – Улыбнулся лучиками солнца в мою сторону "незнакомец". – Вечер, когда у тебя появился шанс задавать свои самые безумные вопросы. Вечер, когда можно говорить о более приятных веща, чем мои родители…

И хотя подобная формулировка лишь сильнее распаляла мой интерес, я решила не позволять себе портить "такой вечер как этот" и взять от него по возможности максимум.

– Ладно, – Придвинувшись к столу, согласилась я. – Тогда вопросы?

– Начинай, "Тыковка". – Довольный моей покладистостью, ответил "вредитель".

– Как тебя зовут?

Безумие! Но в этот момент мною овладела такая сильная дрожь, что ещё немного, и она бы передалась стулу. Невероятно! Ещё секунда и я узнаю имя моего "помешательства". Имя человека, чья фигура была окутана не просто тайной, но полнейшей неизвестностью.

– Ну, это совсем уж легко. – Засмеялся парень и тут же придвинулся в мою сторону. – Марк.

Я видела, как его клякса–рука вытянулась вперёд, зависая на середине пути и посылая по моему телу разряды воспоминаний. Мгновения, в которых эти руки прикасались ко мне и согревали своим шершавым теплом.

– Приятно познакомится, Марк. – Протянула руку вперёд, ощущая, как дрожат кончики пальцев, от ожидания новой встречи с его кожей.

– Надеюсь, что так и есть. – Ухмыльнулся он и осторожно перехватил мою ладонь, посылая по ней мелкие и колючие искорки. – Что дальше?

– В каком классе ты учишься? – Планируя узнать все на свете о человеке, чей голос, словно бы начал звучать ещё притягательней, спросила я.

– На этот вопрос, ответ ты получишь чуть позже. И, боюсь, что он немного осложнит наше общение.

Не знаю почему, но слова Марка, будто бы обожгли меня, из-за чего я тут же попыталась вырвать свою ладонь из его руки. Но этот нахал, упрямо сжал пальцы, удерживая меня на месте.

– Ты всё еще хочешь, чтобы я отстал от тебя, "Тыковка"? – Спросил так же серьезно, как и в прошлый раз парень.

Не знаю, на что он рассчитывал. Чего хотел от меня, во что играл или что задумал – но подобные заявления пугали. Меня, человека, чья жизнь и так представляла собой полнейшую неопределенность.

– Почему ты общаешься со мной? – Спросила, не решаясь ответить на вопрос Марка.

Навряд ли у меня получилось бы объяснить это научно, но я чувствовала, что он смотрит. Вернее, заглядывает в мои глаза, что не видели ничего, кроме размытых пятен бровей и глаз.

– Что именно ты хочешь услышать, Пэм? – Задал вопрос, без привычной для него лёгкости и веселья, – Что я решил просто посмеяться над слепой девчонкой? Что это акт милосердия и этакая подачка для калеки? Что я просто моральный урод, которому нечем заняться, кроме как морочить голову девчонке с глазами цвета индийского океана?

Слова Марка звучали резко, грубо, страшно. Он с лёгкостью озвучивал все мои волнения, не выказывая при этом ни малейшей жалости и сострадания. Так, словно бы презирал меня за то, что я смогла подумать о нем такое. О парне, что ни капли не помогал мне разгадать его.

– А это не так? – Набравшись смелости, и судорожно облизав губы, спросила я.

Тихая насмешка, сотрясла воздух между нами, окрасив ее ледяными нотками перечной мяты.

– Я общаюсь с тобой, – Выпустив мою руку и увеличив между нами расстояние, проговорил "вредитель". – Просто, потому что мне интересно, кто такая "Тыковка"?

Собственное прозвище, никогда прежде не звучало так отстранено и отчужденно. Так, словно бы Марк говорил о какой-то другой девушке, чье существование на этой планете было чем-то удивительным и во истину значимым.

– Я общаюсь с тобой, Пэм, потому что хочу. И чаще всего, мне достаточно этого аргумента… – Потянувшись к кружке, парень сделал глоток и продолжил. – Но если тебе нужны ещё какие-то причины, я придумаю их для тебя.

Не знаю, звучало ли для меня "достаточно", банальная симпатия и интерес со стороны кого-то, чей голос напоминал растопленный шоколад в фондю? Могла ли я смириться с мыслью, что моя слепота, ограниченность и неполноценность, не стояла на пути к чьему-то интересу? Вероятно, могла, но на данный момент, у меня просто напросто не было времени обдумать это.

– Родители! – Вскочив с места, словно ужаленная, всполошилась я.

Мотор отцовского "Шевроле" гудел не громко, однако достаточно слышно, для такой девушки, как я.

– Так понимаю, мне пора? – Усмехнулся Марк, поднимаясь со своего места, и опрокидывая в себя остатки горячего чая.

Именно в этот момент, я впервые была искренне восхищена им. Человеком, что не стал строить из себя невесть кого и невесть что. Парнем, что понимал неуместность своего существования в стенах этого дома.

– Очень пора, – Не готовая к встрече с родителями и ко всем этим взглядам, намёкам и разговорам, ответила я.

– Куда идти? – Довольно легко и без особого смущения, спросил он.

– Справа дверь во внутренний двор, – Показала рукой в сторону коричневого пятна, в самом конце кухни.

– Опять вынуждаешь меня играть в горного козла? – Усмехнулся Марк, поправляя одежду, в то время как мое сердце буквально отсчитывали минуты до встречи с родителями.

– Да, хоть в лесного оленя, главное иди уже! – Не осознавая, как испаряется моя робость, ответила я.

– Ого! – Рассмеялся парень. – Она знает, что такое сарказм?

– Марк! – Разворачивая его и принимаясь толкать в сторону двери, взмолилась я. – Проваливай!

Не сопротивляясь попыткам выпроводить его, "снайпер" довольно быстро дошел до двери и, схватившись за ручку, обернулся в мою сторону, вытравливая своим парфюмом остатки кислорода в лёгких.

– У меня завтра последний выходной перед… – Осекся и нелепо закашлял, порождая новую порцию вопросов.

– Перед чем? – Спросила я, ощущая, как секунды неминуемо наступают мне на пятки.

– Скоро узнаешь, – Без улыбки, ответил он. – Увидимся завтра?

– Пэм?! – Открывая дверь, прокричала мама, – "Тыковка", мы вернулись!

Не осознавая, что творю, раскрыла дверь и вытолкнула Марка.

– Я здесь. – Отозвалась с кухни. – Хотите чаю?!

– Спасибо, детка, – Заглядывая на кухню, поблагодарил папа. – Но все чего я хочу, это принять горячий душ и лечь спать.

– К тебе кто-то приходил в гости? – Перебивая, спросила мама.

– Что? – Не сразу сообразив, что на столе все ещё стоит кружка Марка, переспросила я.

– Чай, – Пояснила мама. – Кто-то приходил?

– А, это, – Почесала лоб, пытаясь придумать правдоподобную отговорку. – Нет, просто заварила заранее вторую порцию.

Поджала губы, понимая, насколько нелепо прозвучали эти слова.

– Ну–у–у, ладно. – Очевидно удивлённая подобным поведением, протянула мама. – Но я бы на твоём месте не пила столько на ночь.

Нервно засмеялась, продолжая держаться рукой за дверную ручку.

– Идёшь во двор? – Чрезмерно наблюдательно, спросил отец.

– И все-то они замечают. – Пробухтела под нос.

– Что? – Переспросил он.

– Да, хотела выпить чай на улице и подышать свежим воздухом перед сном…

– "Тыковка", у тебя все хорошо? – Взволнованно спросила мама, направляясь в мою сторону.

– Все отлично, – Останавливая ее жестом, сказала я. – Правда. Идите, переодевайтесь, принимайте душ, а я… Попью чай во дворе и вернусь домой спать. Ладно?

Не знаю, переглядывались ли они, крутили ли пальцем у виска, однако после продолжительной паузы, которая показалась мне вечностью, наконец-то, выдохнули: "Хорошо" и отправились наверх.

– Это что, очередной кризис? – Стараясь говорить тихо, спросил отец.

– Не знаю, может у нее эти дни? – Ответила мама, из-за чего мне захотелось провалиться под землю.

Однако вместо этого я провалилась за дверь. Во внутренний двор, в руки Марка, который тут же заткнул мне рот ладонью.

– Тише. – Словно сообщник в каком-то преступлении, прошипел он. – Не кричи.

Оттолкнула мужскую руку, не сразу осознав, что стою, прижавшись к нему.

– Отпусти меня. – Прошипела с угрозой.

– Обязательно, – Не ослабляя хватки, ответил Марк. – Но сначала ответь.

– Что? – В непонимании, спросила я, совершенно потеряв нить происходящего.

– Ты хочешь увидеться завтра? Со мной? – Делая слишком забавное уточнение, спросил парень.

– Да. – Без раздумий выпалила я, слишком возбуждённая, чтобы мыслить здраво.

Так, как и полагается делать прежде, чем соглашаться на встречу с человеком, который обещал мне какие-то сложности и, по всей видимости, проблемы.

– Отлично, тогда жди. – Отпуская меня и делая шаг назад, ухмыльнулся Марк.

– Жди? Чего? – В панике забегав глазами по двору, что поглотил "вредителя" своим полумраком, спросила я.

– Узнаешь. – Тихо прохохотал Марк и тут же перепрыгнул через забор, приземляясь с характерным шуршанием на гравий.

– В галерею? – Звякнув вилкой о тарелку, переспросил папа.

– Ну, да. Там есть электронный путеводитель. Хочу пройтись по выставке и послушать о художниках ренессанса. – Стараясь не подавать вида, насколько бредово звучала эта затея даже для меня самой, сказала я.

– "Тыковка", не пойми меня неправильно, но… – Я ощущала мамино напряжение, которое сочилось из ее пор, вместе с пряностью тревоги, однако старалась продолжать вести себя спокойно и немного глуповато.

Так, словно бы не видела в своем желании ничего плохого и нелепого. Будто бы подобный абсурд был в моем стиле и ни капли не шокировал меня саму.

– У тебя все хорошо? – Закончил за маму отец. – У тебя что, какие-то проблемы в школе? Это на тебе так сказывается стресс? Ты пытаешься скрыть от нас свое волнение и переживания?

– Пап, я же не татуировку на лице набить хочу, – Нервно усмехнулась, закатив глаза и мысленно послав Марка, куда подальше. – Это всего лишь выставка. Выставка картин. Я не иду делать что-то аморальное.

– Мы и не говорили этого, просто…

– Просто, ты никогда не интересовалась подобными вещами. – Вступила мама.

– Я раньше вообще ничем не интересовалась кроме музыки. – Капризно скрестила руки на груди.

Молчание родителей, говорило о том, что я разила в цель.

– А знаешь что, – Заплясав своими размытыми конечностями, сказал папа. – А давай!

– Давай, что? – В недоумении спросила я.

– Поедем на эту твою выставку ренессанса, будь она не ладна в воскресенье утром. – Прохохотал он, ожидая от нас с мамой поддержки.

– Но… Ты… – Совершенно ни этого добиваясь от родителей, принялась мычать я.

– Да-да, знаю. Лучший отец не планете.

– Чарли. – Наверняка закатывая глаза к потолку, усмехнулась мама.

– Что, это чистая правда! Спроси у "Тыковки".

Они все ещё шутили и без раздумий перекраивали свои планы, чтобы угодить мне, в то время как я нуждалась совершенно в обратном. Я хотела сбежать в одиночестве, ради самой безумной затеи в мире. Ради встречи с Марком, которого я знала без году неделю. И из того что знала, навряд ли могла утверждать, что знаю его вообще.

– Тогда, завтракай, и поедем. – Вставая из-за стола, проговорил отец, убирая за собой тарелку.

– Нет. – Зажмурив глаза, попыталась остановить это безумие.

– Нет? – В недоумении повторили они с мамой. – Но, мы думали, ты хочешь поехать туда…

– Одна. – Виновато призналась я.

На кухне тут же воцарилась тишина, подобная той, что бывает в морге. Ни звука, ни движения, ни малейшего шороха.

– Послушайте, – Нарушая молчание, приблизилась к столу и сжала нервно спинку стула. – Я знаю, что вы хотите помочь и все такое. Но…

– Что? – Окончательно теряя понимание, спросила мама. – Но, что, Пэм?

Мое имя, впервые за долгое время после аварии, прозвучало так как раньше – как крик отчаяния. В тот период жизни, я ненавидела его так сильно, что мечтала сменить на что-нибудь менее короткое и раздражающее.

– Не понимаю, что с тобой случилось? Что произошло за эти недели? – Я слышала недовольство в ее голосе.

Фактически ощущала, как улетучивается вся эта чушь про "самостоятельность" и "колледж". Как медленно оседает красивая иллюзия поддержки и в итоге остаётся чистой воды паника. Страх и неуверенность в том, что мне твердили на протяжении этих двух лет.

– Честно, Пэм, у меня такое чувство, словно бы Хэнк опять жив. Словно бы ты вновь поддалась его влиянию и начала сходить с ума, совершая всякие глупости. – Мама выпалила это так быстро, что казалось, слова играли на опережение с сознанием, которое не давало себе отчёт, что произносит ее рот.

– Нет, мама. Хэнк мертв. – Впиваясь пальцами в спинку стула, прорычал я. – Можешь не переживать, он сто процентно похоронен. Хотя, постой, может быть нет? Даже не знаю, так ли это? Ведь вы не пустили меня на его похороны!

– Пэм, – С мольбой протянул отец.

– Что, Пэм? Думаете, я тупая? Думаете, не видела, как мама каждый раз скрипит зубами, стоит мне упомянуть о нем.

– Он плохо влиял на тебя. – Строго проговорила мама.

– Нет! Все как раз-таки наоборот! Плохо на меня влияли другие! А он… – В лёгких пекло и, казалось, будто бы слегка саднило. – Он был моей самой большой поддержкой тогда. Во всем! И даже в тот день, он был единственным человеком, кто решил поверить в меня!

– Вы сбежали, Пэм! Очнись! – Прокричала мама.

– И сделали бы это снова. – Заявила, отталкиваясь от стула. – Я бы снова и снова попадала в эту аварию, которая показала мне, что такое настоящая любовь.

– Ты бредишь, – Фыркнула она, с раздражением встав из-за стола. – Я и отец, вот кто тебя любит!

– Точно! Ведь теперь делать это стало намного проще! Любить калеку, которая не может доставить вам никаких проблем! Все что и нужно, это держать ее под замком и следить за каждым шагом! – Расставив руки в стороны, горько усмехнулась я. – Пичкать глупышку-дочь мыслями о самостоятельности, о будущем, давать ей ощущение свободы, но при этом не отпускать от себя, ни на шаг!

– Это называется забота. – Ударяя тарелкой о стол, возмутилась мама.

– Мириам. – Пытаясь остановить конфликт, что словно в былые времена набирал обороты, прошептал папа.

– Не сейчас, Чарли! – Дернулась в его сторону, словно собака, посаженная на цепь. – Пусть тебе кажется, что я монстр, эгоистка и ничего не смыслящая мать! Но когда…

– Да-да! Когда у меня будут свои дети, я пойму! Помню! – Прыснула, проверяя рукой мобильный в кармане и глубже засовывая записку от Марка.

– Вот именно! – Чувствуя себя загнанной в угол, всхлипнула мама. – Когда твой ребенок, начнет катиться в пропасть…

– О чем ты вообще? Я сбегала на школьные стадионы, а не шаркаться по подворотням! Сбегала к Хэнку, которого ты знала, чуть ли не с пелёнок! Он был здесь миллионы раз, смотрел с папой матчи, да он… Он и мухи пальцем не обижал! Отличник, красавчик, гордость школы! Что тебя в нем не устраивало!? – Впервые после смерти Хэнка, я орала все те вопросы, которые роились во мне долгие годы.

Вопросы, что не давали покоя и вспарывали душу, словно бы оскверняя память человека, что пошел наперекор своим родным и близким людям, лишь бы помочь мне. Лишь бы подарить шанс, понять, что я могу.

– Ты! – Прокричала в ответ мама.

– Я? – В недоумении покачала головой.

– Да, Пэм, ты! Меня не устраивала ты! – Ни капли, не проясняя свое заявление, сказала она. – Меня не устраивало, что моя дочь ошивается с таким парнем, как он! С этим плейбоем с проплаченным местом в колледже. С парнем, который не знал слова "нет". С тем, кто в итоге разбил бы тебе сердце!

– Да, откуда тебе знать, что бы он сделал? – Проревела я, возмущенная этой прагматикой, основанной на необъяснимом мироощущении.

– Да, потому что я знаю, Пэм! Потому что я живу не первый день на этой планете!

– Потому что ты просто хочешь все контролировать! – Выпульнула я, все то, что давно ощущала и знала. – Мои увлечения, моих друзей, мое окружение, мое образование… Ты хочешь, чтобы я была марионеткой в твоих руках и реализовывала ТВОИ мечты!

– Не говори так, словно бы ты не любила играть! – С болью взвизгнула мама.

– Я любила петь! – Со слезами на глазах, прокричала я. – Петь, понимаешь! И Хэнк знал это. Понимал и принимал! И повез меня в Джулиард, зная, что ты опять запустишь свои руки в мою мечту и все испортишь.

– Сними розовые очки, Пэм! Это парень просто хотел воспользоваться тобой! – Проорала мать, словно раненный зверь. – Ему было плевать на тебя!

– Не смей! – Выставив палец в ее сторону, зарычала я. – Не смей говорить так о нем! Ты его не знала. Не хотела знать!

– Я знала о нем достаточно! Видела миллионы раз, как он таскался за юбками, пока ты пускала слюни на него и рисовала над его головой нимб.

– Ты права, – Дрожа телом и душой, прошептала я, встречая в свою сторону недоумевающие взгляд. – Ты действительно, монстр в моих глазах…

Развернувшись в сторону гостиной, я на ощупь "добежала" до тамбура. Следом до вешалки, где висела моя куртка и трость. После чего суетливо взяла с комода ключи и, наспех натянув верхнюю одежду, вышла за дверь.

– Пэм! Пэм, а ну-ка вернись! – Выбегая следом за мной, прокричала мама.

– Мириам, – Недовольный и, словно бы постаревший голос отца, вновь попытался привести маму в чувства.

– Она убегает, Чарли! – Возмутилась женщина, на что папа лишь тяжело вздохнул и, кажется, затянул ее в дом.

Так как голоса у меня за спиной стихли, а дверь со щелчком захлопнулась.

Глава 6

Несмотря на то, что на улице было тепло, меня трясло. Нет, меня колотило и разрывало изнутри от возмущения. От злости на маму. На отца, который, как и всегда, выбирал позицию молчать. Я гневалась на себя, на собственную тупость, что не поддавалась никаким объяснениям. Пылала яростью на Марка, "недоумка", что не смог придумать идеи лучше, чем повести меня в галерею. В галерею! На выставку картин! Кретин!

Постукивая тростью по плитке, что местами была разбита, а временами просто-напросто отсутствовала, попыталась успокоиться. Постаралась мыслить здраво, осознавая, что впереди ещё больше, чем половина дня. А позади дом, в который я не готова возвращаться раньше, чем родители лягут спать (что, конечно же, было глупой затеей, ведь они не лягут и я это знала). Но все же, на часах было не больше десяти, в желудке пусто, так же как и в душе, а в кармане всего пара баксов, которые чудом затерялись там с прошлого года.

"Позвони Марку", – Побудил меня внутренний голос: "Из-за него ты оказалась на улице и поссорилась с мамой. Из-за него и его тупой затеи!"

И хотя в словах "умника" была своя доля истины, внутренняя гордость и упрямство, с прилагающимися к ним стереотипами, словно бы не позволяли мне сделать этого.

Сворачивая в сторону универмага, в надежде купить себе хоть что-то, чтобы "заморить червячка", я искренне сожалела, что Трикси сейчас нет в городе. Эта ходячая энциклопедия, наверняка придумала бы способ, провести этот день с пользой. Тем более, когда родители не имели надо мной никакого контроля. Но, к сожалению, Хэйл была без связи, а кроме нее, у меня совсем не осталось друзей.

После смерти Хэнка, бесчисленные обожатели испарились. Лицедеи и подхалимы моментально утратили интерес к той, что убила их друга, оставив себе лишь повод пошептаться у меня за спиной, да сочинить свою версию о случившемся. О "Здоровяке" и его мотивах, которые не знал никто.

Часы на улице тянулись бесконечно долго. Купленный бублик и бутылка воды, на время утихомирили проглота внутри меня, однако я знала, что этого хватит ненадолго. Сидя в небольшом сквере, где деревья частично начали сбрасывать листву, я безрадостно задумалась о жизни. О будущем, о перспективах, о самостоятельности, но в большей степени об одиночестве. О том, что стало болезненным напоминанием – Хэнка больше нет. Теперь он не позвонит, не приедет и не подмигнет мне во время своей игры. Не защитит и не даст "волшебный пинок", чтобы я не смела сдаваться, а продолжала идти за своей мечтой.

Улыбнувшись с грустью, в сторону жёлтой лужи под ногами, бессмысленно раскрошила остатки булки, вспоминая о том, как мы мечтали убраться отсюда.

Я и Хэнк.

Команда.

Друзья.

Семья…

Мы планировали уехать в Нью-Йорк. Снять там жилье, учиться, работать и быть, как можно дальше от семей, которые не понимали нас. Не слышали и не видели ничего, кроме собственных амбиций. К сожалению, как только мечта стала казаться чем-то реальным, судьба выкрутила руль нашего авто на 360° и бросила под колеса встречной машины.

Отшвырнув с раздражением остатки бублика на газон, выбросила упаковку в урну и полезла в карман. Не знаю, что я хотела там найти, кроме мобильного и записки, о которой уже успела позабыть, однако именно последняя подвернулась под руку. Достав плотную бумагу, на которой с силой были выдавлены буквы, так чтобы я могла их прочесть, устремила взгляд вдаль. Туда, где кляксы домов растворялись в пламени крон, утопающих своими языками в сером полотне небес.

"Встретимся в галерее. В 2 часа дня. Надеюсь, ты придёшь". – Не опуская взгляд на клочок бумаги, "перечитала" я, раздумывая о том, что мне стоит сделать. Поехать в центр и провести время с Марком? Отменить встречу? Перенести? Сжечь записку, что стала причиной хаоса? Потянулась за мобильным, одновременно смяв лист бумаги и отбросив его к урне. Решение, казалось безумным, но, в моем случае, логика давно покинула это слепое тело.

– Алло? – Сонный голос парня, породил раздражение.

Я не первый час ошивалась по окрестностям района, в то время как он, позвонив мне в семь утра, просто лег спать? Я перевернула свою жизнь с ног на голову, устроила скандал с родителями, а он… Он просто и мирно спал у себя дома?!

– Алло? – Вновь просопел в трубку и, очевидно, посмотрев на дисплей, добавил. – Уже соскучилась, "Тыковка"?

Не понимая, что творю, убрала трубку от уха и сбросила вызов. Не знаю, быть может, это был способ показать самой себе, что я могу что-то решать? Что у меня тоже есть право выбора в этой жизни? Может это был бунт? Мятеж против всех и каждого, кто видел во мне калеку, не способную мыслить самостоятельно?

Схватила трость и пригладила волосы, убрав мобильный в карман, после чего поднялась со скамьи. К моему удивлению, Марк не стал перезванивать, как раньше. А я не стала от этого страдать. Он молчал и меня словно бы это устраивало. Его отсутствие, незнание всего, что происходит здесь – внутри меня.

Гуляя знакомым мне маршрутом, мимо домов и парков, мимо магазинов и станций метро, я удивлялась тому, как все изменчиво и быстротечно. Люди, увлечения, места, чувства… И именно в этот самый момент, когда я чуть было вновь не вступила в "трясину" под названием "утрата Хэнка", мобильный восьмибитным треком, с противной и визжащей мелодией, которую мы с Трикси присвоили абоненту под номером один.

Не решаясь поднять трубку, я продолжала идти вперёд, слыша, как шушукаются люди, приписывая мне глухоту и даже немоту. А сотовый все пищал и пищал, действуя на нервы мне и окружающим.

– У вас звонит телефон, девушка, – Раздражённо выкрикнул владелец газетного киоска.

– Спасибо, я знаю. – Ответила, натянуто улыбнувшись в его сторону.

– Сумасшедшая, – Пробурчал он и шумно закрыл ставни своего "заведения".

Не знаю почему, но его слова развеселили меня. Рассмешил настолько, что я быстро зашагала вперёд и, добравшись до ограждения, которым была очерчена детская площадка, вытащила мобильный из кармана.

– Да, Марк. – Прислоняя трость к забору, ответила я.

Парень не сразу ответил, словно бы шокированный этим обращением, которого раньше, безусловно, не было в моем обиходе.

– Ты где? – Удивляя меня своей наблюдательностью, спросил он.

– Гуляю.

– С кем?

Не знаю, что было не так с этим "вредителем", но его вопросы порождали внутри странное чувство "нормальности". Такое, словно бы я была обычной девушкой. Той, кто могла интересовать десятки парней и менять их как перчатки, по одному только взмаху руки.

– С тростью. – Фыркнула в улыбке. – Зачем звонишь?

– Поинтересоваться, что стряслось. – Серьезно чеканя каждое слово, ответил Марк.

– Не хочу это обсуждать. – Поморщилась в сторону выглянувшего из-за облаков солнца. – Но хочу обсудить другое.

– Слушаю. – Ни тени веселья, сонливости и беспечности.

Лишь твердость и глубина, от которой хотелось поежиться и слегка ссутулить плечи.

– Я не приеду в галерею.

Ни сегодня, ни в таком состоянии и уж точно ни в таком виде. Плюс ко всему, существовала такая вероятность, что я уже не приеду туда никогда. Ведь если мне не изменяла память, Марк обещал трудности в нашем общении, а значит, сегодня-завтра и оно могло сойти на нет. В одном, мама все же была права, мне пора снять розовые очки и начать мыслить реалистично.

– Черт возьми, Пэм, что стряслось? – Напряжённый и, вроде как взволнованный переменами в планах и моем поведении, прокричал парень, словно бы ударяя что-то, так как я услышала хлопок.

– Ничего, – Перевела взгляд в сторону площадки, где мелькали ярко одетые кляксы детей. – Просто нет настроения и…

– Нет желания видеть меня? – Предполагая окончание этой фразы, спросил Марк, вызывая внутри дрожь.

Страх, который осознанием реальности обрушился на мои лёгкие. Что если мы больше никогда не увидимся? Что если он больше не позвонит и не скажет "Тыковка", так, как умеет только он, расплавляя мои внутренности, словно шоколадную бомбочку с маршмэллоу?

– Пэм? – Нетерпеливо, прорычал парень. – Где ты?

У меня было не больше пары секунд обдумать свой ответ. Однако будь то вечность или тысячелетия, я, вероятно, ответила бы ему то же самое.

– Встретимся через час на Вудворд–авеню.

Не знаю, согласился он на это или нет, потому что я сразу же выключила телефон и, схватив трость, зашагала в сторону "Гранд Секус парк".

Сидя на лавочке, рядом с остановкой, я не пыталась искать глазами парня, чья русая макушка, наверняка выделилась бы из толпы прохожих. Возможно, я сделала бы это пару дней назад, сидя на школьном дворе или в кафетерии, но не сейчас. Сегодня, я была слишком поглощена собой и своими заботами, чтобы играть в "угадайку". В изучение цветовых пятен и их движений.

Вместо этого, закрыв глаза и сложив трость, я наслаждалась остатками тепла этой осени. Солнышко, словно бы одобряя мое решение, светило на протяжении всего пути до парка, согревая мою душу, замерзшую от слов и отношения родных людей. Проведя пальцем по циферблату, нахмурила брови, ведя несложные подсчёты времени и отсчитывая секунды до назначенной встречи. Именно в этот момент, в эту самую минуту, я почувствовала его. Взгляд Марка, сосредоточенный у меня между лопаток. Словно лазерная указка, он прожигал на моей спине дыру под названием: "Я здесь!" Ту, что призывала меня обернуться в его сторону. Но я продолжала сидеть и "смотреть" прямо перед собой на дорогу. Туда, где вот–вот должен был прибыть трамвай, чьи колеса отчётливо стрекотали слева от меня.

– Будешь "Ментос"? – Опускаясь рядом со мной на скамейку, с улыбкой спросил Марк.

– Нет, спасибо. Этим меня сейчас не накормишь.

Досадно, но я не врала и не прибеднялась, а говорила чистую правду.

– Хочешь есть? – Ерзая рядом со мной на сиденье, поинтересовался парень, оборачиваясь в сторону парка.

– А ты? – Все ещё не решаясь повернуть голову в его сторону, спросила я, в тот самый миг, как перед нами затормозил трамвай.

– Пошли, – Беря меня за руку и подтягивая вверх, скомандовал Марк.

– Стой, моя трость!

Стоило мне сказать это, как она со звоном упала на плитку.

– Я подниму. – С готовностью откликнулся "снайпер", в тот самый миг, когда я начала наклоняться вниз.

Зажмурив глаза, была уверена, что через доли секунд мы стукнемся лбами. Но вместо этого, я фактически врезалась в мужские губы, на поднятом в мою сторону лице Марка. Замерев, словно олень, на которого был наведен прицел, расширила в испуге глаза и часто задышала. Так глубоко и прытко, что моментально ощутила знакомый парфюм и аромат мятного "Ментоса", чей вкус призрачно отпечатывался на моих губах.

– Не понимаю, – Прошептал Марк, в сотых долях миллиметров от меня.

– Ч-что? – Боясь пошевелиться и сократить это трепещущее расстояние, спросила я.

– Не понимаю, как не захлебнуться в твоих глазах. – Пояснил он и его слова, словно лавина, оплавили все мои нервные окончания и рецепторы.

Не зная, что ответить на подобный комплимент, резко отстранилась и поднялась на ноги, оставляя Марка внизу поднимать трость.

– Держи. – Беря меня за руку и вкладывая в нее аксессуар, сказал он. – Теперь можем идти?

– Да, наверное, – Огляделась вокруг, словно бы это имело для меня смысл. – Только скажи для начала, куда?

Я слышала, как Марк приоткрыл губы. Улавливала перечное дыхание мяты и горечь осенней листвы. А так же запах озона и резкий порыв ветра, что принес с собой сырость, надвигающегося дождя.

– Нам лучше поспешить. – Подняв лицо к небу, словно указку, сказала я. – И найти место, где укрыться от дождя.

– Брось. – Усмехнулся Марк, продолжая держать меня за запястье и осторожно сжимать пальцы. – На сегодня в прогнозе стоит только переменная облачность.

– Хочешь поспорить? – С вызовом спросила я, посмотрев на пятно-лицо, где зашевелились, словно мазки масла, губы и брови парня.

– На что? – Без промедления, спросил Марк.

– У меня нет идей. – Честно призналась, не считая столь важным предмет подобного спора.

Тем более, что я знала с вероятностью до 99,9%, что права.

– Хорошо, тогда я сделаю ставку. – Крепче сжав руку с тростью и приблизившись на шаг ко мне, сказал "вредитель". – Если выигрываешь ты, я оплачиваю нам обед.

Смущённо отвернула лицо, обдумывая, как сообщить Марку, что вышла из дома с жалкой десяткой в кармане.

– Если выиграю я. – Напряглась, ожидая вердикта. – Ты расскажешь мне что-то о себе. – Испытала смешанное чувство облегчения и досады, что его выигрыш менее выгоден, чем мой. – Что-то, о чем не знает никто. – Повышая ставку, добавил парень. – Ну что, по рукам?

Опустила взгляд на наши и без того сцепленные руки, и после непродолжительного молчания кивнула головой.

– Ладно.

Стоило мне согласиться, как по асфальту застучали робкие и еле различимые небесные слезы. Довольная, не то осенней хандрой, которая по–особенному всегда трогала мое сердце. Не то победой в этом глупом споре, широко растянула губы в улыбке и подняла лицо вверх, встречая холодные капельки дождя.

– Ты выиграла, "Тыковка". – Не сдвигаясь с места и не отпуская меня, ухмыльнулся Марк. – Пойдем, пока дождь не усилился, и мы не промокли.

Не задавая вопросов о том, куда мы идём, послушно двинулась за парнем, который вовсе не начал вести меня в сторону перехода, а наоборот, увлек вглубь парка. Туда, где как я помнила, находился фонтан, посреди круглой площади.

Стараясь не тянуть меня слишком быстро, Марк то и дело сбавлял темп, словно бы боясь искалечить и без того увечную меня. И, к сожалению, сегодня, все, что касалось опеки, злило и раздражало, а ни как не вызывало умиление.

– Сюда, – Добравшись на другой конец парковой зоны, прокричал "вандал", в попытке прорвать голосом завесу дождя.

Я не сразу поняла, где это "сюда" и что вообще можно было найти из укрытия рядом с фонтаном. Однако после нескольких шагов в направлении стволов деревьев, что как-то необычно расплывались перед моим взглядом, очутилась в сухой и теплой оранжереи. Или вернее в чем-то, напоминающем стеклянный домик, где пахло кофе, корицей и сдобной выпечкой.

– Смотри, свободный столик. – Очевидно, не понимая, кому он это говорит, произнес Марк, после чего я услышала раздражённое шипение. – Я имел в виду…

– Все нормально. – Врезаясь руками в мебель, для уличных забегаловок, усмехнулась я. – Здесь уютно.

Не знаю, было ли это так на самом деле, и все же в моём мире стекло не существовало, как отдельный предмет пространства. В этой реальности, я стояла промокшая от дождя в теплом вакууме, под чьей крышей сияли солнечно-желтые лампочки гирлянды. А над ними мелодично чеканил свою грустную музыку дождь.

– Снимай куртку. – Оказавшись у меня за спиной, скомандовал Марк.

Стянув верхнюю одежду без особого смущения, неожиданно зависла и суетливо ощупала свое тело. Не знаю, как так вышло, но, сколько бы пальцы не ощупывали материал, я никак не могла вспомнить, в чем именно выбежала из дома.

– Все в порядке? – Забавляясь моим "безумием", поинтересовался парень.

– Да-да, все хорошо, – Нелепо скрестила руки, в надежде скрыть большую часть своего туловища, где, как я надеялась, не было какого-нибудь нелепого рисунка или детского узора.

– Тебе холодно? – Не унимался "снайпер". – Сейчас.

Не успела понять, что он задумал, когда на моих плечах появилась кофта. Та самая красная кофта, которую я видела вчера вечером у себя дома. И теперь, когда она висела поверх моего тела, я могла разглядеть смазанные оттенки черного, что подтверждали мою теорию о принте клетки.

– Так лучше? – Занимая место напротив, спросил Марк, принимаясь при этом шуршать меню, лежащим у нас на столе.

– Да, спасибо. – Пользуясь шансом, вдела руки в рукава и застегнула пару пуговиц, в надежде скрыть нечто постыдное, если таковое имелось.

– Подожди немного, я сделаю заказ. – Огибая столик и оставляя меня одну, сказал парень.

Повернувшись ему вослед, не упустила возможности прижаться щекой к рубашке и вдохнуть ее аромат. Насыщенный и теплый, в точности как сам Марк. По крайней мере, в те моменты, когда его настроение не было ничем омрачено.

– Даже не знаю. Возможно, в этом году у него получиться поступить, – Услышала я женский голос за соседним столиком, из-за чего тут же отвернулась, не желая показаться грубой и невоспитанной. Той, что подслушивала беседы посторонних, даже если сама того не хотела.

Растирая между пальцами манжеты кофты, в ожидании Марка, чей глубокий баритон парил под крышей оранжереи, прикрыла глаза, по–настоящему наслаждаясь моментом. Запахами, ощущениями, гулом и стуком дождя. Лёгкими порывами ветра, что меняли симфонию капель и теплом, которое исходило от вещи, впитавшей в себя антураж "вредителя".

– Держи. – Выставляя перед моим лицом кофе, чей аромат арабики и корицы защекотал ноздри, заботливо проговорил Марк.

Заботливо. И в этот раз не раздражающе, чему я была бесконечно рада.

– Это мне, – Второй напиток занял свое место. – А это нам.

Не знаю, что именно было на тарелке, отправившейся в центр стола, но аромат слоенного теста заставил мой желудок заурчать.

– Да, ты не шутила, – Усмехнулся Марк, стоя рядом со мной. – "Ментосом" я и впрямь тебя бы не накормил.

Смущенная подобным комментарием, что делал из меня невесть какую обжору, закусила губу и зажмурила глаза, когда рука парня, заскользила по моему предплечью.

– Отнесу поднос и вернусь. – Словно бы не замечая того, как легко и непринужденно он это делает, сказал Марк, направляясь в сторону прилавка, в то время как я, в недоумении открыла глаза и нахмурила брови.

Нет, конечно же, в его прикосновении не было чего-то аморального или запретного. Как и не было чрезмерных вольностей, просто, "снайпер" сделал это так обыденно. Так привычно, словно бы последние лет пять его жизни я только и делала, что была рядом. Ей Богу, на мгновение мне даже показалось, что в довершение ко всему этому, Марк наклонится и поцелует меня в висок (что было бы просто верхом очарования и одновременного потрясения для меня).

– Ты чего не ешь? – Возвращаясь на свое место, при этом задевая меня рукой по спине, так же просто и естественно, как и до этого, спросил "вандал". – Горячо?

Не зная, что ответить, покачала головой, пытаясь прийти в себя и стереть образы, где моя персона фигурировала рядом с Марком. Вот так же легко и непринужденно, как это происходило сейчас. В жизни, где было место всем этим прикосновениям и ужимкам, чему-то не яркому и не кричащему, но такому личному и, быть может, даже интимному.

– Мммм, – Протянул с наслаждением парень. – То что надо! И кстати, кофе у этих ребят отменный.

Ощущая себя дикарём, что совершенно отвык от обычных радостей жизни, таких как вкусная выпечка в парке или кофе, который не хотелось вылить в ближайшую урну, часто заморгала, после чего нерешительно потянулась к тарелке. Руки дрожали от волнения и страха, от переживания, что Марк начинает возиться со мной, словно с малым ребенком. Однако в этот раз, парень был слишком занят круасаном с беконом и сыром, чтобы отвлекаться на меня. И это придало мне спокойствия и уверенности.

– В чем секрет? – Шумно поглотив кусок выпечки, спросил "вандал", спустя несколько минут нашей трапезы. – Как ты предсказала дождь? Сверхспособности?

Улыбнулась, не ожидая такой формулировки от "снайпера". Подобное, можно было услышать, разве что от Трикси, но никак не от посторонних людей.

– Озон. – Вытирая пальцем, уголок губ, ответила я. – Никаких сверхспособностей. Просто, после аварии, у меня немного обострились рецепторы слуха и обоняния.

– Ты была за рулём? – Поинтересовался Марк, из-за чего я впервые поймала себя на мысли: "Он ничего не знает обо мне!"

Ничего!? Как такое возможно, если он живёт в этом городе? С этими людьми? И тем более, учится в нашей школе!

– Нет. – Отложила в сторону еду и нащупала кружку перед собой. – За рулём был мой друг. – Не решаясь открывать душу тому, с кем мне довелось впервые вести диалог длиннее пятнадцати минут, ответила я. – Ты не слышал об этом?

Сделала глоток, выжидающе посмотрев на парня.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.