Гордей Юнов
Считалочка у каждого своя

Туман

Первым его увидел дядя Петя, пенсионер из деревни Хорошово. Мужчина был заядлым грибником и в дальний лесок за полями всегда наведывался раньше всех. С самого начала июля он каждое утро в семь часов как штык уходил в дальний осинник, чтобы проверить, не пошли ли первые колосовики.

Осинник вокруг старой болотины был местной достопримечательностью. Круглая, метров тридцать в диаметре, затопленная воронка заросла илом, травой и водорослями. Вокруг нее росли древние березы и осины, и грибов в этой роще всегда было очень много: сначала, с июля по сентябрь, подосиновики, а потом, поздней осенью, черноголовики.

Но дядя Петя грибов всегда собирал больше всех, так как не ленился вставать раньше всех и топать пять километров по заброшенным, иссеченным оврагами полям.

Откуда взялась в лесу эта небольшая котловина не помнил никто из жителей окрестных деревень. По преданиям стариков, она была на том месте еще тогда, когда люди только начали осваивать эти места.

В то утро дядя Петя грибов не нашел, июль только начинался, и время подосиновиков еще не пришло. Проспав на опушке рощи до обеда, мужчина снова заглянул в лесок и очень удивился. То, что утром над болотинкой витало облако тумана, было обычным делом, но то, что и к обеду туман не рассеялся, было в диковинку. Впрочем, особого значения дядя Петя этому не придал: мало ли что в природе странного происходит, всяко бывало.

Первые подозрения, что где-то что-то не так, появились у пенсионера через неделю. Ранним утром он насобирал целую корзинку молодых подосиновиков и по своему обычаю лег поспать на опушке. Проснувшись и заглянув в лесок, дядя Петя вновь увидел туманное облако над круглой болотиной. И мужчине даже показалось, что оно стало больше.

Об увиденном мужчина рассказал своей соседке тете Шуре. Тем же вечером пенсионерка не поленилась, протопала пять километров до рощи и страшно удивилась: большое туманное облако висело над болотиной и вечером.

Женщина отродясь такого не видела, чтобы туман висел на одном месте целый день и никуда не исчезал. На следующий день дядя Петя с тетей Шурой вместе пошли к старому котловану. Был уже день, и туман по-прежнему укрывал собой центр болотины.

– Знаешь, Петь, это неправильно, – покачала головой тетя Шура. – Туман днем должен исчезать. Это я тебе как бывший метеоролог говорю.

– Ну, не знаю, Александра, – мужчина покачал головой, – может, в этом году аномалия какая, магнитные бури или еще что.

– Ты с дубу рухнул? – женщина постучала костяшками пальцев по голове соседа. – При чем тут магнитные бури? Говорю тебе, это ненормально. Надо сообщить куда следует.

– Куда сообщать-то? – дядя Петя пожал плечами. – Полиция туманами не занимается.

– Я в газету сообщу! Во!

– Ну и зачем газете это надо?

– Не знаю, – тетя Шура покачала головой, – но пусть хоть что-то сделают, ученых, может, подключат. Эту штукенцию нужно изучить!

И тетя Шура позвонила в местную областную газету. Сначала ее даже слушать не стали, но пенсионерка была очень настойчивой, она телефон оборвала, не давала редакции покоя, и, в конце концов, добилась своего. Из областного центра, впрочем, никто в такую глухомань не поперся, но передали информацию в районную газету, и там пообещали разобраться с сигналом с места.

В начале августа в деревню приехала бойкая молодая девчонка, репортер местной районной газеты. Ей даже оператора не дали для съемок, поэтому девчушке пришлось всё фотографировать самой.

Дядя Петя отвел репортершу в рощу и показал на творящееся в ней безобразие. А у болотины и в самом деле происходили странные дела. Посреди бела дня, в теплую, солнечную погоду всё открытое пространство между деревьями утопало в густом сером мареве. Туманное облако разрослось уже очень сильно, вышло из берегов воронки и начало поглощать стволы деревьев на краю болота.

Репортерша сделала несколько снимков и уставилась на пенсионера.

– И это всё? – нахмурилась девушка. – Из-за этого я сюда два часа добиралась? Из-за обычного тумана?

– Он не обычный, – поморщился пенсионер. – Сейчас здесь не должно быть никакого тумана, не тот сезон. А он к тому же быстро растет. Месяц назад тут было небольшое облако, а теперь сама видишь, что творится.

– Но туман-то самый обычный? – спросила репортерша. – Вы его трогали? Входили в него?

– В прошлый раз, когда я тут был, он еще из берегов не выходил, – покачал головой мужчина, – но теперь можно и потрогать, не провалимся в болото.

Дядя Петя подошел к краю котлована. Репортерша снимала на камеру мобильника, как мужчину окутывают ватные язычки. Но ничего необычного не происходило, по всем признаком это был самый обычный туман.

– Туман как туман, – сказал дядя Петя, возвращаясь к девушке, – Ничего особенного я не почувствовал… но облако растет. Я даже сейчас вижу, что туман расползается всё дальше. Та береза за тобой была хорошо видна, когда мы сюда пришли, а сейчас она уже почти и не видна.

– Да, странно, – девушка впервые согласилась со стариком. – Но, может, он просто перемещается, туман же не должен стоять на месте.

– Обычно, да, туманы перемещаются, – кивнул дядя Петя, – но этот растет, он не уходит от болотины, просто захватывает всё большую территорию.

– Ладно, – репортерша махнула рукой, – это не моя забота. Статейку я в нашу газету тисну, фотки прикрепим, а дальше… Пойдемте в деревню.

Статья в районной газете вышла примерно через неделю. Дядя Петя, исчезающий в болотном тумане, выглядел на фотографии очень живописно. Но статья вышла в рубрике "Природа родного края" и ни у кого особого интереса не вызвала.

А через день рано утром в деревню вбежала взволнованная тетя Шура. Она отводила на поле пастись свою буренку, а вернулась взад бегом.

– Петька, иди глянь, – женщина остановилась у калитки соседа, – твой туман уже из леса вышел, к нам идет.

Вскоре на краю деревни столпились все местные жители, все семь стариков, до сих пор живущих в этом богом забытом месте.

– Плохи дела, – покачал головой дядя Петя, – невооруженным глазом уже видно, как он быстро растет. Еще день-два и у нас будет.

– Я пошла звонить! – уверенно заявила тетя Шура.

– Куда? В спортлото?

– В МЧС! Они обязаны спать жителей от стихийных бедствий. А это оно самое и есть. В тумане жить – это, я тебе скажу, то еще удовольствие.

– Правильно!

– Да, МЧС!

– Звони!

Старики загалдели и гурьбой повалил к крайней избе тети Шуры. Только там был стационарный телефон: сетей мобильной связи в деревне, разумеется, не было.

Районное руководство, в которое стариков перенаправили из отдела МЧС, отреагировало довольно оперативно. Через день в село приехал участковый, которого здесь отродясь не видали.

К этому времени туманное облако разрослось до невиданных размеров, оно уже поглотило половину поля, отделяющего деревню от грибной рощи. Никто из деревенских обитателей в ту сторону ходить не решался, поэтому насколько туман опасен, люди не знали.

Местным участковым был молоденький лейтенант Семен Боровиков, в его ведении было с полсотни полузаброшенных деревень, раскиданных на сотни километров вокруг районного центра. Лейтенанту совершенно не хотелось терять целый день в этом захолустье, поэтому он сразу уверенно отправился к облаку.

Местные жители издалека с опаской наблюдали, как отважный страж порядка скрывается в облаке тумана. Не было лейтенанта довольно долго, народ уже стал заметно волноваться, не случилось ли чего. Но вот из тумана вынырнула фигура в форме, и вскоре полицейский уже подходил к деревне.

– Всё нормально, бабушки-дедушки, – довольная улыбка играла на губах Семена Боровикова, – ничего страшного там нет. Это просто туман. Жить, конечно, внутри не очень комфортно, поэтому я сообщу наверх, вашу деревню эвакуируют.

– Э, не надо нас никуда эвакуировать, – нахмурился дядя Петя. – Я тут всю жизнь, считай, прожил, куда ж я теперь на старости лет.

Весь народ загалдел, поддерживая своего односельчанина.

– Ну, это ваше дело, – махнул рукой участковый, – а моё дело доложить по инстанциям. Особой чрезвычайной ситуации тут нет, но вы всё же подумайте о том, чтобы уехать на какое-то время, пока это природное явление не самоликвидируется.

Лейтенант, попрощавшись со стариками, пошел к своей служебной машине, и никто из деревенских жителей не видел, как сверкнули желтым огоньком глаза парня, когда он на секунду обернулся взглянуть на странное облако, приближающееся к деревне.

С каждым днем туман приближался, а никаких известий ни из районного, ни из областного центра в деревню не приходило. Тогда старики стали действовать сами. У всех были дети, живущие за пределами становящейся опасной местности. Родители позвонили детям, те откликнулись сразу же, и буквально за пару дней всех жителей Хорошово родственники разобрали по домам: кого увезли в районный центр, а кого и подальше. Когда облако накрыло деревню, в ней уже никого не было.

Отличие деревни Хорошово от остальных населенных пунктов района заключалось в том, что между деревней и болотистой воронкой, откуда туман начал своё наступление, было большое поле, да и дядя Петя вовремя поднял тревогу. Жители остальных сел, деревень, да и самого районного центра времени на эвакуацию не имели: туман приходил к ним из близлежащего леса ночью. Одна за другой деревни исчезали в сером мареве. Некоторые люди оттуда после этого выходили, но они совершенно не спешили сообщать кому бы то ни было об опасности. Огоньки разного цвета и уровня яркости светились в глазах людей, покидающих туманную зыбь, но они умели эти огоньки хорошо прятать.

Лишь когда туман буквально за одну ночь проглотил районный центр, в области, да и во всей стране забили тревогу.

Но самое удивительное во всей этой истории было то, что, захватив еще немного пространства после поглощения райцентра, туманное облако остановилось. Оно перестало расширяться.

Разумеется, в район бедствия почти сразу примчались и МЧС, и следственный комитет, и Росгвардия, но было уже поздно. После того как туман, насытившись, замер, коммуникация с ним прекратилась. Из него никто больше не выходил, и внутрь призрачного марева войти снаружи было невозможно. Туман можно было пощупать, но проникнуть через странную, невесомую, неосязаемую пленку было невозможно. Пелена отталкивала от себя любой материальный предмет. Впрочем, нематериальный тоже. Набежавшие ученые пытались разными способами пробить незримую стену, но были посрамлены. Знаний человечества было недостаточно, чтобы понять, с чем оно столкнулось.

Дилер

О существовании странной, укрытой ото всех туманом, зоны в заброшенном уголке нашей необъятной страны, я случайно услышал по телевизору.

Я сидел в баре, пил пиво, а в углу в телевизоре какой-то нудный дядька в очках что-то бормотал о загадочных природных явлениях на нашей планете, тайну которых никто не может раскрыть. Канал был какой-то мне неизвестный, к тому же я вообще в последнее время стал забывать, что такое телевизор. Информации о таинственной туманной зоне в интернете я не встречал, поэтому решил, что дядька просто несет какую-то пургу.

– Он говорит правду, – раздался рядом со мной незнакомый голос, – только он совершенно ничего не понимает в этом вопросе.

Я посмотрел на говорящего. Это был мужчина в возрасте, намного старше меня, лысоватый, со странными глазами, направление взгляда которых невозможно было уловить. Он сидел рядом со мной и пил пиво.

– А Вы в этом вопросе хорошо разбираетесь, – усмехнулся я.

– Да, конечно, – улыбнулся мужчина. – В отличие от этого яйцеголового, я был там внутри.

– Но мне так показалось, что этот ученый муж только что сказал, что войти в зону невозможно, она никого не впускает… – я смерил собеседника недоверчивым взглядом, – и не выпускает.

– Конечно, кто угодно туда войти не может, – кивнул мой собеседник, – но это не значит, что вообще никто. Надо просто знать путь.

– И Вы его знаете, – усмехнулся я.

– Нет, я не знаю, – мужчина покачал лысой головой, – но я знаю того, кто знает дорогу.

– Я так понимаю, что этот кто-то сводил Вас в зону и вывел обратно, – кивнул я серьезно, хотя мне очень хотелось рассмеяться над этим бредом. – Ну, прямо сталкер какой-то.

– Да, их называют сталкеры, – кивнул лысый, – и совершенно ясно почему. И да, он провел меня в туман, а потом вывел обратно.

– Ну и чего интересного Вы там увидели? – улыбнулся я с легкой издевкой.

– Там совсем другой мир, там живут другие люди, и, возвращаясь оттуда, ты тоже становишься другим человеком, – рассеянный взгляд собеседника вдруг сконцентрировался на мне, и я почувствовал, как мурашки побежали по моей спине. Взгляд этого человека проникал повсюду, выворачивал наизнанку мой мозг, забирался в потаенные уголки. У меня возникло такое ощущение, что за те пару секунд, что мужчина смотрел мне в глаза, он узнал обо мне всё, абсолютно всё, даже то, что я прятал сам от себя.

Мужчина отвел глаза, и его взгляд снова стал неуловимым, разбегающимся в разные стороны.

– Я так понимаю, что Вы всё это мне говорите не просто так, – покачал я головой, постепенно приходя в себя после того, как мне выпотрошили мозги.

– Да, я теперь дилер, я ищу желающих пойти по этому пути, – серьезно кивнул мужчина. – Сразу оговорюсь, всех туда не берут, желающие проходят очень непростой отбор. Но награда для счастливчика, прошедшего этот путь, будет нереально велика. Тот, кто побывал в зоне, переродится, он больше не будет хомо сапиенс, он станет хомо универс, человеком-вселенной.

– Заманчивая, конечно, идея, – кивнул я, – а чем отличается человек-вселенная от обычного человека?

– Физиологически ничем, – усмехнулся мой соблазнитель, – а вот ментально… Это всё очень индивидуально и зависит от структуры мозга отдельного индивидуума. Я, например, могу влиять на мозг обычного человека, могу заставить его сделать всё, что захочу, перестроить систему его жизненных приоритетов и много еще чего. У других другие способности.

– Значит, супер-человеки, люди Икс, – покачал я головой, – вы собираетесь захватить мир?

– Нет, мы ничего не собираемся делать с этим миром, – усмехнулся сверхчеловек, – в нынешнем виде он нам неинтересен. Человечество идет по пути самоуничтожения, скоро Землю будут населять киборги, а человеческий разум почти полностью уйдет в нейросети. Предотвратить это мы уже не успеваем. И грянет великая битва, наша цель – подготовить наших потомков к этому решающему сражению за будущее нашей планеты.

– Почему же, если всё так плохо, вы устраиваете отбор? – задал я, на мой взгляд, очень логичный вопрос. – Не проще ли всех людей быстренько переделать в сверхчеловеков, чтобы не дать им уйти в компьютеры.

– Ресурсов маловато, – вздохнул дилер, – энергии тумана на всех не хватит. К тому же не у всех получается переродиться, стать человеком-вселенной. Внутренняя начинка у всех разная, и не каждому это дано. Поэтому и отбор. Чтобы создать сильную команду, способную со временем противопоставить что-то серьезное киборгам и искусственному интеллекту.

– А почему Вы всё это мне говорите? – задал я еще один, очень животрепещущий вопрос. – Вы считаете меня достойным? А если я откажусь?

– Ну, на последний вопрос ответ очень прост, – усмехнулся мой собеседник, – если откажешься, просто забудешь наш разговор. Ну а насчет того, достоин ли ты, я не знаю. Я вижу, что ты молод, здоров, голова твоя не забита всякой чушью, мыслишь ты здраво и критично, что, кстати, очень важно. У тебя есть шанс. Почему бы мне не предложить тебе этим шансом воспользоваться?

– Я должен сейчас дать ответ? – спросил я, пытаясь поймать ускользающий взгляд сверхчеловека.

– Нет, конечно, – взгляд дилера внезапно сфокусировался на мне, но копошения в своей голове я не почувствовал. – Ты можешь думать, сколько захочешь. Я тебя не тороплю. Могу только сказать, что группа, которую я набираю для отбора, почти сформирована. Следующее соревнование будет только через пару месяцев, поэтому лучше, если, конечно, согласишься, попасть в этот отбор.

Я сидел, думал, сопоставлял факты, но понимал, что у меня всё же маловато информации для принятия решения.

– Не спеши, обдумай всё хорошенько, – дилер отставил свою кружку и поднялся, – я взял твой отпечаток, я услышу, если ты согласишься… или откажешься.

И мужчина, сверхчеловек покинул бар.

Дома я сразу же полез в интернет. С компьютерами я был на ты и умел искать информацию в гигантской помойке мировой паутины. Но сколько я ни лазил по самым разным, в том числе закрытым, сайтам, узнать о таинственной зоне в глубине моей родины я смог очень мало.

Я понял, что эта туманная зона существует, и открыта она была чуть больше, чем полгода назад. И буквально через неделю после обнаружения вся информация о тумане, накрывшем районный центр с окрестными лесами и деревнями, была засекречена и всё, что касалось этого места и этого события, было тщательно вычищено отовсюду.

Из изображений я нашел только фото старичка с корзиной на фоне небольшого облака в лесу, сделанного за пару месяцев до времени икс и размещенного в районной газете. Я так понял, что именно оттуда и начала своё существование таинственная зона, делающая людей сверхчеловеками.

Разумеется, мне стало жутко любопытно. И только теперь я окончательно поверил в существование этого неисследованного объекта. Я подумал, что неплохо было бы попытаться проникнуть за пелену тайны. И почти сразу же раздался звонок в дверь.

Сталкер

Когда я открыл дверь, то обнаружил на пороге молодого человека в одежде, отдаленно напоминающей военную форму.

– Я вижу, ты принял решение, Андрей, – сказал незнакомец, и его обычные, человеческие глаза, совсем не похожие на глаза дилера, сверкнули желтым огоньком. – Меня зовут Семен, и я набираю себе команду. Ты готов побороться за место под солнцем?

– Быстро же вы работаете, – я задумчиво покачал головой. – Не успел подумать, а ты уже тут как тут. Проходи.

Я посторонился, пропуская Семена в квартиру.

– И что, вот прямо сейчас уже можно отправляться на состязание? – спросил я гостя, когда мы вошли на кухню.

– Нет, пока рано, – усмехнулся Семен. – В соревнованиях примет участие шестнадцать человек. Ты пятнадцатый. Как только согласится последний, сразу и начнем. Я просто зашел познакомиться.

– Ты сталкер? – предположил я вполне резонно.

– Да, так нас называют, – кивнул гость. – Я был первым, кто познакомился с Туманом еще до того, как он набрал силу и стал тем, чем является на самом деле. Поэтому я могу свободно входить и выходить туда, куда другим путь закрыт. Ну, и я могу провести с собой до восьми человек, которые окажутся достойны и докажут свою способность противостоять той энергии, которая бушует внутри зоны.

– А зачем ей противостоять? – не очень понял я слова парня.

– Неподготовленного, слабого человека энергия Тумана просто раздавит, выпьет его разум, сделает овощем или психом, – покачал головой Семен. – Я не убийца и не поведу в зону того, кто там не выживет.

– То есть, кроме битвы за место в команде счастливчиков, меня ждет еще и какая-то особая подготовка?

– Подготовка будет идти параллельно с отбором, – пояснил сталкер. – Соревнуясь между собой, участники смогут укрепить физические и ментальные возможности, узнать лучше свое тело, развить мозг в том направлении, которое нужно для безболезненного прохождения через границу зоны.

– Программу боев, я так понимаю, составлял тот, кто хорошо знаком с зоной, – усмехнулся я.

– Да, конечно, – Семен улыбнулся. – Когда Туман накрыл крупные населенные пункты, часть людей там сошла с ума, часть приспособилась к новым реалиям, ну а кто-то открыл в себе недюжинные таланты, вник в сущность происходящего, понял, что на самом деле представляет из себя Туман, к чему он приведет человечество. Таланты раскрылись разные, в том числе и такие, которые позволили создать программу подготовки новых сверхлюдей.

– А у тебя тоже есть особые ментальные таланты, как у дилера, например? – поинтересовался я.

– Нет, – сталкер с печальной улыбкой покачал головой, – я умею только создавать проход через границу и не превращаться при переходе в овощ или зверя.

– И много вас, сталкеров?

– Нас сейчас всего трое. Может, со временем у кого-то еще откроется такой талант. Пока же каждый из нас колесит по стране и в разных городах набирает себе команду для подготовки, обучения и отбора достойных. Вот сейчас я в вашем городе обосновался на время.

– Ну ладно, пока у меня вопросы закончились, – пожал я неопределенно плечами. – Что мне нужно делать?

– Подождать денек-другой. Когда всё будет готово к сражению, я заеду за тобой.

И сталкер ушел, оставив меня и дальше переваривать нереальную, выходящую за рамки разумного, информацию. Он не сказал, как конкретно будут проходить состязания претендентов, а я и не догадался сразу спросить. Зная хоть что-то, можно было бы начать подготовку заранее, а так приходилось только надеяться на свои имеющиеся уже силы.

Заехал за мной Семен уже через день. Заходить в квартиру не стал, позвонил по телефону и сообщил, что автобус ждет у подъезда. На вопрос, что брать с собой, ответил, что главное – не забыть голову, а всем остальным меня обеспечат в лагере, где будут происходить соревнования.

Когда я вошел в стоящий около дома автобус, за рулем которого сидел сталкер, народ в салоне уже был: человек десять разного пола. Все с напряженным интересом следили, как я прохожу по проходу и сажусь на свободное место, но никто не кивнул и не сказал ни слова.

Автобус сразу поехал дальше. Мы сделали еще несколько остановок, подбирая потенциальных сверхлюдей. Свободных мест оставалось мало, когда на одной из остановок в автобус вошла высокая девушка: телосложение у нее было мальчишеское, грудь небольшая, бедра узкие. Короткая стрижка еще больше делала ее похожей на высокого пацана. Окинув строгим взглядом салон, девушка прошла по проходу и остановилась около меня.

– Не возражаешь, если я рядом сяду? – спросила она.

Я кивнул и передвинулся к окну, освобождая место рядом с собой. Некоторое время мы ехали молча.

– Я Рина, – сказала вдруг девушка.

– Андрей, – я тоже коротко представился.

– Ты, я смотрю, не очень разговорчивый.

– Обычно, да, – согласился я.

– Это хорошо, – Рина усмехнулась. – Не люблю болтунов.

– Мы будем соперниками, – покачал я головой, – будет драка. Не вижу необходимости сближаться с тем, кого мне, возможно, придется лишить шансов стать сверхчеловеком.

– Хорошо мыслишь, – согласилась девушка, – очень резонный довод. Согласна, что нужно держать дистанцию, чтобы в нужный момент рука не дрогнула. Привязанности могут помешать принять нужное решение.

– Я рад, что мы поняли друг друга, – усмехнулся я и посмотрел в глаза девушки. Они были очень светлого, серого, чуть с голубизной, цвета, и в них явно читался интерес.

– Да уж, ты прав, – девушка тоже усмехнулась. – Давай-ка мы лучше помолчим. Будем просто смотреть в окно… в разные окна.

Рина отвернулась и уставилась в окно напротив, через проход. А я стал смотреть в окно со своей стороны, а в голову начали лезть совсем ненужные мысли о том, что это за девушка, как она тут оказалась, чем живет, есть ли у нее кто-нибудь. У меня уже несколько месяцев не было девушки, с которой бы я встречался хоть иногда, поэтому мысли в этом направлении были вполне обоснованы.

Автобус между тем выехал из города. Проехав около часа по шоссе, мы свернули на грунтовую дорогу и направились в сторону виднеющегося вдали большого леса.

Чуть в глубине, за деревьями была расчищена небольшая площадка, на которой были возведены два фанерных сарая. Между постройками стояли два человека: мужчина и женщина в камуфляже.

– Ну вот, отсюда и начнется ваша работа, – обернулся к пассажирам сталкер. – В домиках вы найдете всё необходимое обмундирование для начала состязаний. Идите, знакомьтесь с вашими кураторами, которые поведут вас дальше. Они предпочитают, чтобы к ним обращались по кличкам: Винт и Гайка.

– Мультиков насмотрелись, – усмехнулся кто-то из передних кресел.

– Думаю, Туман на них так повлиял, – покачал головой Семен, – он каждому дает что-то сверхчеловеческое, но некоторым немного коверкает мозги. Винт и Гайка из тех, кто выжил в зоне, но настоящими сверхлюдьми они стать не смогут. Впрочем, это совсем не мешает им, и они вполне довольны своей новой жизнью.

Дверь автобуса открылась, и народ потянулся на выход. Я шел по проходу следом за Риной, задумчиво смотрел ей в спину, а в голове крутились слова сталкера о том, что Туман коверкает мозги. Мне это не очень нравилось. Может, зря я ввязался в эту авантюру?

Семен из автобуса выходить не стал.

– Я прощаюсь с вами, – сказал он нам, стоя в дверях, – с кем-то навсегда, ну а с теми, кто окажется достоин, я встречусь уже на границе. Удачи.

Двери автобуса закрылись, и сталкер уехал. Нам же предстояла драка за право стать сверхлюдьми… Если, конечно, всё это не было какой-то чудовищной мистификацией.

Тихо сам с собою

Винт и Гайка на персонажей из мультиков похожи не были: крепкий, серьезный мужчина, уже далеко за тридцать, с явно военной выправкой, и женщина, немного его моложе, черноволосая, спортивного телосложения. В отличие от строгого напарника, Гайка улыбалась.

– Привет, парни, привет, девчонки, – приветствовала нас женщина. – Я Гайка. Прежде чем я введу вас в курс дела, предлагаю привести себя в надлежащий вид. Слева домик для мальчиков, справа для девочек. Проходите, переодевайтесь. Выбирайте, что вам понравится, но учтите, что впереди у вас трудный путь, грязи и других препятствий будет предостаточно. Часы, мобильники, прочие прибамбасы тоже оставьте в раздевалке. О своих вещах не беспокойтесь. Если вы пройдете отбор, вам они уже никогда не понадобятся, если не пройдете, вернетесь сюда за ними.

– Мужчины, прошу сюда, – Винт крепкой рукой показал на дверь левого сарая, куратор явно не любил много разглагольствовать.

Внутри сарайчик оказался самой обыкновенной раздевалкой: два ряда крючков на стенах, по пять с каждой стороны. Под восемью крючками были приколоты бумажные листочки с фамилиями, а ниже, на скамейке лежала разнообразная одежда: несколько фасонов брюк, футболок, курток, обуви.

Я нашел свою фамилию и стал раздеваться, разглядывая предложенное облачение. Переодевание проходило в полном молчании. Восемь мужчин абсолютно разных возрастов, от восемнадцатилетнего юноши до седого, много пожившего мужика лет шестидесяти, сосредоточились на выборе универсальной одежды. Все углубились в себя, стараясь на будущих соперников особо не смотреть. Каждый из нас понимал, что скоро начнётся нечто большее, чем просто игра или испытание.

Я выбрал высокие берцы и камуфляжный снайперский костюм, мне показалось, что для битвы это самое подходящее снаряжение. Когда все вышли из сараев, я увидел, что такую же экипировку выбрали себе многие бойцы: как мужчины, так и женщины.

В лесу вокруг нас была тишина, но чувствовалось напряжение. Я ощутил, как сердце колотится в груди, и, казалось, даже воздух вокруг стал тяжелее. Каждый из мужчин и женщин, стоящих рядом, вызывал в моем сознании образы – кто-то мог оказаться моим самым страшным врагом, а кто-то – неожиданным союзником. Я понимал, что нельзя недооценивать никого из большой группы, даже юношу, который, казалось, выглядел слишком наивно по сравнению с пожилым мужчиной, чье лицо было испещрено морщинами, рассказывающими о пережитых трудностях.

– Итак, все готовы, – констатировал Винт, – дальше Гайка всё объяснит.

– Парни, девочки, слушайте меня внимательно, два раза я ничего повторять не буду, – начала свою речь инструктор. – Сейчас вы пойдете в лес, каждый по отдельности. Кого вы там встретите, я не знаю. Ваше подсознание создаст то, что может помочь вам победить, а может завести в тупик. Это первая проверка на то, сможете ли вы контактировать с Туманом. Тот, кто выйдет из леса на поляну к двум таким же сарайчикам, может считать, что прошел первый отбор.

– Вопросы есть? – строго спросил Винт.

– А если я заблужусь? – спросила женщина в камуфляже, на вид ей было чуть за сорок. – У меня топографический кретинизм с детства.

– Это не проблема, – улыбнулась Гайка. – Если ты сможешь войти в контакт со своим подсознанием, услышать голос Тумана, то он выведет тебя туда, куда нужно. Если же контакта не получится, то игра для тебя по-любому закончится.

– Значит, Туман контактирует именно с подсознанием? – спросил рыжий парень, мой ровесник.

– Туман может всё, – Гайка продолжала с улыбкой смотреть на конкурсантов. – Но здесь в лесу его нет. Я и Винт будем тестировать ваше подсознание, искать контакты, в нас есть частичка Тумана, и даже этой малой частицы хватит, чтобы провести отбор.

На поляне повисла тишина.

– Ну, раз больше вопросов нет, – усмехнулся Винт, – подходите ко мне по одному, я буду запускать вас в лес и давать направление.

– Не толпитесь, не спешите, – спокойно произнесла Гайка, видя, как несколько человек сразу же устремились к ее напарнику. – Скорость прохождения значения не имеет. Главное, глубже проникнуть туда, куда вас поведет тот, кого вы встретите. Не пугайтесь, это может быть просто голос в голове, а может быть и вполне осязаемый объект. Всё зависит от того, к чему готово ваше подсознание.

Я не стал спешить, а, стоя на месте, наблюдал, как одного за другим отправляет в лес Винт. Он делал интервал около минуты между людьми, потом что-то тихо говорил следующему претенденту и легким толчком в спину придавал ему нужное направление движение.

– Я смотрю, ты не торопишься, – рядом со мной возникла Рина.

– Не вижу смысла, – я покачал головой, лишь мельком взглянув на девушку, одетую почти так же, как и я. – Никуда от нас этот лес не денется.

– Согласна, – Рина встала рядом со мной и тоже стала задумчиво наблюдать, как уменьшается количество людей на опушке.

Неожиданно я понял, что мне приятно присутствие рядом этой девушки, мне нравились ее спокойствие и молчаливость. Она была совсем не такой, как все знакомые мне девицы.

Им постоянно что-то было от меня нужно. Кто-то хотел женить меня на себе, кто-то просто затащить в постель, кому-то нужна была материальная помощь, кому-то психологическая поддержка. Я был простым парнем, звезд с неба не хватающим, высоким, крепким, симпатичным, возможно, даже умным, но вот общение с людьми мне всегда давалось с трудом. Я предпочитал одиночество, не любил, когда ко мне лезут с разговорами. Конечно, я бывал в компаниях, и не раз, без этого невозможно в жизни обойтись: всегда тебя окружают одноклассники, коллеги по работе, родственники, просто знакомые. Но в любом коллективе я всегда вел себя несколько отстраненно. Мог, конечно, и пошутить, и повеселиться, но никого не подпускал к себе близко.

У меня сложилось впечатление, что Рина поняла мою сущность, поэтому и вела себя со мной так, как я того хотел бы. А может, она была просто такой же, как и я, слегка отстраненной от общества.

– Ну что, пойдем, – сказал я, заметив, что последний из бойцов подошел к Винту.

– Предпочитаешь пойти последним? – спросила девушка, не глядя на меня.

– Предпочитаю пропустить даму вперед, – я слегка улыбнулся.

– Не буду спорить, Андрей, – Рина сделала шаг вперед. – Увидимся на той стороне.

Она была уверена, что пройдет испытания, и у нее не было сомнений, что я тоже дойду до заветной поляны в лесу.

Я последним вступил под кроны деревьев. Лес был густым, но вполне проходимым. Минут десять я шел прямо, стараясь придерживаться того направления, в которое меня направила крепкая рука Винта. Я всё ждал, что что-то произойдет, но ничего не происходило. Это был самый обычный лес, и я просто гулял по нему.

Но внезапно впереди появилась тень. И она приближалась навстречу мне. Это был человек, призрачный человек: сквозь него просвечивались стволы, ветви и листья деревьев. Когда человек приблизился, я с удивлением понял, что это я. Несмотря на его призрачность, не понять, кто это, было невозможно. Это была моя точная, но просвечивающаяся копия.

Я думал, он остановится, заговорит, но ничего этого не произошло. Человек шел на меня не останавливаясь. Я не успел отскочить, как он врезался в меня. Ну, врезался – это не совсем верное слово, он просто в меня влился. Вот он был, и вот его не стало.

Я постоял, не понимая, что произошло. Я прислушивался к ощущениям, но ничего необычного не чувствовал. Так и не разобравшись, что же это было, я пошел дальше. Сделав пару шагов, я остановился: что-то было не так.

Я обернулся и увидел, что я стою на том же месте, где и раньше, и с любопытством смотрю на себя, на того, который обернулся. Я посмотрел вниз, но не увидел своего тела. Я мог крутить головой, поднимать руки и ноги, но тела у меня не было. Моё тело стояло чуть позади и с интересом наблюдало за мной. Оно меня видело?

– И что это значит? – спросил я своё тело.

– Странный ты какой-то, парень, – сказал тот, кем я был недавно. – Ты вообще человек?

– Разумеется, я человек. Только вот теперь не совсем понимаю, кто из нас человек на самом деле, ты или я.

– Ты слишком спокоен, ты не волнуешься, ты лишен человеческих страстей. Как ты живешь?

– Нормально живу, не хуже остальных.

– Думаю, что даже лучше, – усмешка послышалась в голосе того, кто сейчас был мной. – Ты когда-нибудь плакал?

– В детстве плакал.

– Любил кого-нибудь?

– Маму, папу любил… дедушку, бабушку.

– А женщин?

– Не знаю, – я покачал невидимой головой. – Что такое любовь к женщине? Желание ею обладать? Такое было. Но, мне кажется, это больше физиологический процесс. Желание заботится о ней всю жизнь? Такого со мной еще не было.

– Возможно, что с тобой такого и не будет никогда. Ты чересчур холоден и отстранен от жизненных страстей. Уверен, ты без проблем сможешь пройти через границу зоны. Только вот не знаю, захочет ли Туман принять тебя. Впрочем, возможно, он заинтересуется тобой.

– Можно считать, что я уже прошел испытание и могу отправляться на границу к сталкеру? – усмехнулся я.

– Нет, конечно, – я материальный покачал головой. – Это пока было только знакомство. Испытания еще даже не начинались. Скорее всего, ты их пройдешь, но… всякое может случиться. Ты плохо вливаешься в команду, и это может оказаться для тебя роковым. Туман не любит одиночек, они непредсказуемы.

– Туман любит, чтобы все плясали под его дудку?

– Предстоит битва за выживание на земле, выживание человека, как вида. В таком сражении умение протянуть руку помощи может оказаться решающим.

– А кто ты такой, почему ты занял моё тело? – спросил я, меняя тему разговора.

– Я это ты, просто смотрящий на себя со стороны. Подсознание порой вытворяет интересные вещи. Согласись, иногда полезно посмотреть на себя новыми глазами, познакомиться с самим собой заново.

– В какие-то дебри мы с тобой полезли, – вздохнул я несуществующими легкими.

– Если больше не хочешь общаться, а я понимаю, что ты не любишь этим заниматься, то просто сделай два шага, займи своё место.

– Так просто? – удивился я и шагнул в сторону своего тела.

И вновь я стал единым целым, спрятав своё подсознание туда, где ему и было место, где-то очень глубоко-глубоко, откуда ему было сложно выбраться.

Я пошел дальше, но теперь в моей голове как будто появился компас: я абсолютно точно знал, куда нужно идти. Вскоре я вышел на поляну, почти такую же, как была в начале пути. Здесь тоже стояло два сарайчика, но чуть поменьше тех, что были на опушке.

Естественный отбор

Когда я ступил на поляну, тут уже было десять человек. Вскоре из леса вышла Рина. Бросив нам меня внимательный взгляд, девушка неожиданно подмигнула, при этом лицо ее оставалось серьезным. Я просто кивнул.

Почти сразу рядом возникли Винт и Гайка.

– Ну вот, первый этап завершен, – сообщила Гайка. – Как видите, вас стало меньше. И это не удивительно. Чьё-то подсознание решило не просыпаться.

– И где теперь эти четыре человека, не дошедшие до поляны? – спросил пожилой мужчина, который справился с первым испытанием.

– Едут домой с увлекательной экскурсии по лесу, – усмехнулась Гайка. – Они уже забыли и дилера, и сталкера. Для них продолжается их обычная жизнь. А вас ждет новое испытание.

– Опять подсознание будет с нами шутки шутить? – недовольно поморщилась одна из женщин, вернее девушек. На вид ей было лет двадцать пять, ее веснушчатое лицо производило приятное впечатление, а мужская одежда лишь подчеркивала округлые женские формы.

– Не думаю, что на этот раз ваше подсознание будет так сильно выпячиваться, – Гайка с легкой улыбкой покачала головой. – Вам предстоит серьезное испытание как в физическом, так и в психологическом плане. При этом надо будет и проявить способность работать в команде.

«Ну вот и всё, – подумал я, – работать в команде, это не про меня».

– Сейчас вы разобьетесь на четыре команды по три человека, – продолжала между тем Гайка. – Перед вами будет довольно сложная полоса препятствий, это испытание физических качеств и умений действовать сообща, а в конце вы сами выберете одного лишнего из вашей тройки. Я понимаю, что это будет сложно сделать психологически, но сделать это нужно будет.

– Блин, кто слабое звено, кто тянет команду вниз? – сказавшая это очень знакомым голосом женщина, была и сама похожа на телевизионную ведущую из моего детства, правда, очков на ней не было.

– Что-то в этом роде, но всё будет намного серьезнее, – кивнула Гайка. – После этого этапа вас останется максимум восемь человек, и вполне возможен вариант, что в Зону пойдут все оставшиеся, так как третий этап будет самым простым, он будет проходить уже по пути к Зоне, и на нем обычно редко кто отсеивается.

– Так, друзья, я сейчас выберу четырех человек, – вступил в разговор Винт. – Признаки, по которым я буду отбирать, называть не буду. Выбранные мной будут лидерами четырех команд, и сами уже подберут себе партнеров-соперников. Выстройтесь, пожалуйста, в один ряд передо мной.

Переглядываясь между собой, бойцы растянулись в шеренгу. Я встал крайним слева, около одного из сарайчиков.

– Ты, – Винт ткнул пальцем в «Марию Киселеву», как я стал про себя называть женщину, похожую на телеведущую.

Женщина сделала шаг вперед.

– Ты и ты, – Винт указал на двух крепких парней, одинаковой комплекции, даже на лицо немного похожих друг на друга.

Парни тоже вышли из строя. Пройдя вдоль ряда от начала до конца, еще немного о чем-то поразмышляв, куратор наконец еще раз ткнул перед собой пальцем.

– И ты, – палец указывал на Рину.

Девушка присоединилась к остальным лидерам будущих групп.

– Ты и начинай выбирать, – сказал Винт Рине, – выбери сначала одного, кого хочешь взять с собой.

Девушка вообще не стала размышлять, она сразу посмотрела на меня и поманила меня пальцем.

– Я Андрея беру, – сказала Рина куратору.

– Хорошо, – Винт подошел к «Киселевой», – твоя очередь.

Лидеры начали набирать себе команды, а я встал за спиной Рины, и молча наблюдал за происходящим. Так как в первом раунде Рина выбирала первой, то во втором она оказалась последней, и выбирать ей оказалось не из кого. Из всего ряда не разобранным остался только один человек: высокий мужчина лет сорока, густо заросший черной щетиной. Это и был третий член нашей команды.

– Михаил, – представился мужчина, подходя к нам.

– Если кто-то хочет что-то поменять в своей экипировке, сейчас можно это сделать, домики в вашем распоряжении, – сообщила Гайка.

Несколько женщин пошли в сарай, в мужскую раздевалку отправился только седой пожилой мужик. Мне показалось, он слегка прихрамывал, наверное, подобрал не очень удобную обувь.

– Прямо перед вами в лесу находится четыре полосы, – начала объяснять диспозицию Гайка после того, как все опять собрались вместе. – Они огорожены, за пределы выходить не рекомендую. Всё, что требуется – дойти до конца. Дойти до конца нужно всей команде, никого потерять вы не должны. Неполная команда, пришедшая к финишу, автоматически вся полностью выбывает и едет домой.

– Упражнения физически будут сложными? – спросил седой мужчина.

– Непростыми, – ответил Винт, – но они рассчитаны так, что пройти их может даже неподготовленный человек почти в любом возрасте. Ну и помощь друзей по команде никто не отменял.

– Если вопросов больше нет, прошу пройти за мной на старт, – Гайка двинулась к краю поляны.

Четыре огороженные веревками с красными флажками тропинки начинались сразу в лесу. Они под небольшим углом расходились в разные стороны. Нам досталась крайняя левая дорожка.

Никто из нашей команды не произнес ни слова, мы просто пошли по тропе вглубь леса. Первое препятствие возникло впереди только метров через сто, и было оно совсем простое. Тропа обрывалась, перед нами была канава, глубиной и шириной около двух метров, с отлогими глинистыми стенами, частично заполненная водой.

– Я служил когда-то в погранвойсках, – Михаил первым прервал долгое молчание, – мы на тренировках проходили полосу препятствий. Она тоже начиналась рвом с водой и грязью.

– Перейти не получится? – я огляделся по сторонам в поисках мостика. – Не хочется сразу же обувь промочить.

– Можно было бы, конечно, какое-нибудь дерево свалить, – Михаил покачал головой после того, как тоже огляделся и не увидел переправы. – Но у нас инструментов нет.

– Мальчики, ерундой не занимайтесь, – поморщилась Рина. – Тут делов-то.

Девушка проскользила по глине вниз до самой воды, сильно оттолкнулась и оказалась на противоположной стороне. Нога слегка поехала, когда она отталкивалась, но Рина смогла перепрыгнуть, не задев за воду. Дальше было немного сложнее, но немного испачкавшись во влажной глине, девушка всё же вскарабкалась по склону.

Я с улыбкой наблюдал за длинной, стройной фигурой, отметив, что несмотря на общую мальчишескую внешность, попка у девушки имела вполне женские очертания, которые невозможно было скрыть даже под широкими камуфляжными штанами.

Пока я любовался Риной, Михаил последовал примеру девушки, и тоже без особых проблем перебрался через канаву.

– А вы что меня ждете? – сделал я удивленно-невинный вид, поняв, что мои напарники стоят уже на противоположном берегу и смотрят на меня с подозрением. – Идите, я вас догоню.

Михаил, не сказав ни слова, пошел по тропе вперед. Рина строго посмотрела на меня, покачала головой и последовала за мужчиной. Я тоже без приключений перебрался через ров, лишь слегка запачкав в грязи ботинки, колени и руки. Но догонять идущую впереди пару я не торопился. Рина уже поравнялась с Михаилом, они шли рядом и о чем-то разговаривали.

А потом они исчезли, скрывшись за плотной стеной небольших елок. Лишь достигнув того же места, я понял, что это уже началось следующее препятствие. Это был лабиринт. Елки стояли очень плотно, снизу их подпирал мощный колючий кустарник, пройти напрямую или свернуть куда-нибудь в сторону было невозможно. Я пошел по единственно возможной дорожке, чуть прибавив ходу в надежде догнать парочку.

Почти сразу передо мной возникла развилка. Я в детстве читал, что если идти по лабиринту всё время придерживаясь рукой за одну стену, то можно найти выход. Но, кажется, это относилась не ко всем лабиринтам. Я решил идти так, чтобы стена всегда была у меня справа.

Прошло, наверное, минут пятнадцать, своих напарников я не догнал, а еловый лабиринт всё не заканчивался.

– Эй! – крикнул я довольно громко. – Рина! Михаил!

Я прислушался, но ответа не последовало. Я позвал еще раз. Безрезультатно. Сколько ни прислушивался, никаких голосов я не слышал, даже птичьих. Пожав плечами, я пошел дальше.

– А я говорю, надо идти направо, – вдруг раздалось у меня чуть ли не над ухом. Голос явно принадлежал Рине.

– Ну, если ты так считаешь, – отвечал девушке голос Михаила, – пойдем направо. Хотя, мне кажется, мы там уже были.

– Да мы тут везде уже были. Вот видишь сломанную ветку, это я ее минут пять назад сломала. И мы тогда пошли от нее налево.

– Ну тогда ты права, и нужно идти направо, – согласился Михаил за еловой стеной.

Почему я вдруг промолчал и не стал окликать своих товарищей, я и сам не смог бы себе сказать. Скорее всего, сработала привычка всё делать в одиночку. А возможно, мне было просто интересно, будет ли эта пара искать меня, когда они найдут выход. Ведь двигаться вперед имело смысл только всем вместе.

Впрочем, будут ли меня искать, я не узнал, так как нашел выход раньше Михаила и Рины. Возник выход внезапно в том месте, в котором я, по ощущениям, уже был до этого. Елки закончились, и лесная тропа звала меня дальше. Уходить я, разумеется, не стал. Хоть я и любил одиночество, но к выходу нам желательно было прийти всем вместе.

Рина и Михаил появились на тропе буквально минут через пять. Девушка слегка прихрамывала, мужчина держал ее под руку.

– Что случилось? – удивился я, не представляя себе, где на ровной дороге можно было повредить ногу.

– Ничего страшного, – Рина покачала головой, – немного подвернула ногу, но уже всё почти прошло.

– Она хотела между елок пролезть, а там уклон, нога и поехала, – пояснил Михаил.

– Дальше-то идти сможешь? – спросил я. – Это ведь не последнее препятствие было.

– Нормально, – Рина отбросила в сторону придерживающую ее локоть руку мужчины и пошла вперед по тропе, почти уже не хромая.

Мы с Михаилом пошли следом, но почти сразу нам пришлось остановиться. Тропа вновь резко заканчивалась, и вверх уходил очень крутой каменный склон. Он был не вертикальный, но в высоту был больше пяти метров.

– Скалолазанием кто-нибудь занимался в детстве? – спросил я.

– Наверное, я смогу забраться, – Михаил подергал за выступающий из стены на уровне груди острый камень. – Если кто-нибудь меня подсадит. Там выше есть за что цепляться.

– Там на вершине закреплено что-то, – Рина вгляделась в верхний край скалы.

– Да, – посмотрев наверх, согласился Михаил. – Там что-то типа лебедки, наверное и веревка есть. Если кто-то один доберется до верха, остальных можно будет поднять с помощью веревочного механизма.

– Ну, тогда лезь, – я подошел к стене и сцепил перед собой руки в замок на уровне чуть ниже пояса.

Михаил вложил стопу в замок, оперся на мои плечи обеими руками и, резко оттолкнувшись вверх, схватился за выступ выше того камня, который он до этого дергал. Потом второй ногой он уперся в выступающий камень и полностью оказался на стене.

Михаил оказался цепким и ловким мужиком, спустя пять минут он уже был на скале.

– Веревка есть, – сообщил он. -Тут кураторами нашими всё предусмотрено. Сейчас я спущу конец.

– Лезь первой, – предложил я Рине, когда толстая веревка закачалась перед нашими носами.

Девушка поморщилась, посмотрела на меня, слегка прищурившись, и взялась за канат.

– Только ты меня не трогай, – сказала она. – Я сама справлюсь.

Я молча пожал плечами.

Девушка подергала за веревку, повисла на ней, уперлась ногами в каменную стену и стала подниматься вверх, переставляя по очереди вверх руки, подтягиваясь и как бы шагая по отвесной стене. У нее это получалось вполне неплохо. Михаил ее еще при этом тянул вверх, поэтому забралась Рина на скалу очень быстро.

Я тем же способом последовал за ней и понял, что Рина – сильная девушка. Забраться на пятиметровую высоту таким способом оказалось непросто, нагрузка на руки и пресс оказалась существенной. Но я справился. Может быть, у меня получилось чуть похуже, чем у Рины, к тому же меня никто не подтягивал, но вскоре я присоединился к своим спутникам наверху.

То, что ожидало нас дальше, также не вызывало особого энтузиазма. Каменный карниз, на котором мы оказались, заканчивался через два десятка метров, а дальше была пропасть метров тридцать шириной.

Я подошел к краю пропасти и посмотрел вниз. Тут было не так чтобы очень глубоко, всего метров пятьдесят, и внизу протекала небольшая речка. Но спуститься вниз не представлялось возможным, не сломав шею, очень уж берег был крут. Да и каким образом потом взбираться на противоположную скалу было непонятно, крутизной тот берег не уступал нашему.

Впрочем, рядом через пропасть был перекинут мостик. Перекинут он, правда, был когда-то очень давно и теперь представлял из себя полуразвалившуюся хлипкую конструкцию из поломанных досочек и натянутых веревок.

– Они бы еще тут снизу крокодилов запустили, чтобы совсем как в Индиане Джонсе было, – усмехнулся Михаил.

– Есть идеи, как дальше двигаться? – спросил я, не обращая внимания на шутку мужчины.

– Идти по доскам вперед, а если они начнут обваливаться, двигаться за счет силы рук, веревки, я уверен, выдержат.

– Троих могут и не выдержать, – я с сомнением покачал головой.

– Будем по одному перемещаться, – Михаил пожал плечами. – тут недалеко, не думаю, что будут проблемы.

Проблем не возникло. Первой на трассу пошла Рина. Девушка ловко перебежала по дощечкам почти до середины расщелины, а потом, повиснув на одном из натянутых канатов и быстро перебирая руками, преодолела небольшой промежуток, где досок не было совсем. Там она вновь встала на доски и через несколько секунд уже была на противоположной скале.

– Мальчики, это несложно, – крикнула нам Рина. – Я не буду вас тут ждать, пойду посмотрю, что впереди. Вы тут не заблудитесь, леса дальше нет и всё хорошо видно.

Михаил сразу же, не обсудив со мной очередность, ступил на мост. Я не стал возражать и спокойно наблюдал, как мужчина идет по доскам. Он был значительно тяжелее Рины, поэтому доски под ним начали трескаться намного раньше. Михаил не стал рисковать, он сразу повис на веревке и так, держа своё тело на вытянутых руках, стал двигаться дальше. На деревянные ступеньки он встал только уже, когда почти достиг противоположного берега. Махнув мне рукой, мужчина пошел следом за Риной. Я же взялся за натянутые над пропастью веревки и ступил на первую доску.

Несмотря на кажущуюся сложность, это препятствие оказалось самым легким, я преодолел его в стиле Михаила и уже через пять минут стоял на каменной скале противоположного берега.

Дальше шел длинный пологий склон, полностью заросший невысокой травой. Заканчивался спуск очередной каменной стеной. Уже отсюда я видел, что вариантов подъема наверх нет. Каменная стена была слишком высокой и совершенно отвесной. Пока я оглядывался и прикидывал, нет ли какого-нибудь обходного маршрута, Михаил догнал Рину, стоящую около стены. До них от меня было метров пятьсот, и я воспринимал сейчас только их силуэты.

Я пошел вниз по склону, то и дело посматривая в разные стороны. Мне казалось, что другие группы тоже должны двигаться где-то параллельно нам, но, как я ни вглядывался, заметить кого-то еще мне не удалось.

Когда я прошел уже больше половины дистанции и очередной раз посмотрел вперед, то очень удивился: Рины и Михаила у подножия скалы не было. Они исчезли, растворились. Я прибавил ходу и вскоре достиг того места, где пара находилась еще совсем недавно.

Только тут я увидел то, что издалека было невозможно разглядеть. У основания скалы в земле была небольшая дыра диаметром меньше метра. При желании пролезть в эту нору было можно, вопрос заключался в том, почему мои партнеры не дождались меня.

Я сел на траву около норы и задумался. Нет, не о том, что дыра – это нора, нора – это кролик, а кролик – это подходящая компания. У меня возникло желание остаться тут и посмотреть, что будут делать мои напарники, когда поймут, что я не последовал за ними. Моё отсутствие означало для них проигрыш и конец соревнований. Вот реально, на что они рассчитывали? Что я помчусь за ними? Шириной плеч я превосходил Михаила, а Рину и подавно. Нора казалась мне слишком узкой. К тому же я помнил, что раньше в детстве со мной случались приступы клаустрофобии. Узких коридоров я до сих пор старался избегать.

Я сидел и думал, а вернее, просто витал в облаках. Вдруг из норы выскочила мышка, маленькая такая – полевая. Глазками-бусинками мышка посмотрела на меня, но, к моему удивлению, никуда убегать не стала.

Я замер. Мышка, несмотря на свои размеры, выглядела решительной. Она сделала несколько небольших шажков в мою сторону, словно изучала меня. Я старался не шевелиться, чтобы не спугнуть её. По всей видимости, зверек пришел к выводу, что я не представляю для него опасности. Мышка села на задние лапки и начала аккуратно очищать круглые ушки. Я с удивлением наблюдал за бесстрашным животным. Через несколько мгновений мышь снова подняла голову, и наши глаза встретились.

– Тебе всё же не стоит тут сидеть, – раздался у меня в голове тонкий призрачный голосок.

– Почему? – удивился я.

Чему я удивился? Тому, что мышка со мной заговорила? Или это говорила не мышь, а моё подсознание?

– Туман ждет тебя, ты один из тех, кто ему нужен больше всего, у тебя есть то, чего нет у большинства.

– И что же у меня такое есть? – продолжил я удивляться.

– Ты об этом узнаешь, когда дойдешь до цели. А если будешь здесь сидеть, ничего не узнаешь.

– Ясно, не найдя во мне честолюбия и жажды победы, ты пытаешься сыграть на любопытстве.

Я никогда не был честолюбив и не любил участвовать в соревнованиях. Так как я рос хорошо физически развитым мальчиком, меня постоянно отдавали в разные спортивные секции. Но долго я нигде не задерживался. Я быстро учился, становился лучшим, а потом мой интерес пропадал. Мне не нравилось побеждать тех, кто был меня слабее. Мне их было жаль, и я начинал поддаваться, делая так, чтобы мои соперники могли насладиться чувством победы, которое мне было неприятно.

– Я хочу, чтобы ты перестал играть в аутсайдера, ты способен на многое, просто сам себе мешаешь. Иди и стань тем, кем ты должен стать.

– Они всё рано меня отсеют, – покачал я головой. – Они уже немного спелись, и я окажусь тем самым слабым звеном, тянущим их на дно.

– Это совсем не обязательно, – сказала мышка-подсознание. – Ты плохо разбираешься в людях и постоянно наперед пытаешься приписать им действия, которых они, скорее всего, не совершат, так как мыслят совсем не так, как ты.

– Да, ты права, в людях я совершенно не разбираюсь. Это мне не дано.

– Ну так что, ты пойдешь, или мне применить экстренные меры?

– Это какие еще меры ты можешь применить? – я вновь удивился.

– Укушу тебя за ногу, а во мне, между прочим, вирус бешенства сидит.

– Так я что, с мышью на самом деле разговариваю? – удивление моё вновь стало нарастать.

– А ты с кем думал? Здесь больше нет никого.

– Ладно, – я в растерянности почесал лоб. – Полезу я в твою нору, а то ты ведь так от меня не отстанешь.

– Конечно, не отстану, – мышь продолжала строго смотреть на меня своими маленькими бусинами.

Я, конечно, понимал, что говорит со мной не мышка. То ли это Туман вновь пробудил моё подсознание, то ли кто-то из кураторов решил так меня подстегнуть к финишу, но я понял, что сидеть тут действительно не имеет смысла.

Вздохнув, я встал на карачки и полез в узкую темную дыру. Мышь, чуть отбежав в сторону, чтобы не мешаться на моем пути, с интересом наблюдала за моими манипуляциями.

Тоннель был узкий, темный и грязный. Дождевая вода, по всей видимости, затекала сюда, смешивалась с землей и в отсутствие солнечного света образовывала грязную жижу, по которой мне приходилось ползти.

Куда ползу, я не имел никакого представления. Хорошо еще, что тоннель не разветвлялся, а тупо вел меня куда-то вперед. Воздух был холодным и сырым, звуки хлюпанья грязи под моими коленями и локтями отражались от стен глухо, будто тоннель поглощал все вокруг. Лишь только через полчаса ковыряния в грязи мне показалось, что впереди нарастает свет.

И вот тоннель закончился и я, чертыхаясь, выполз в небольшую пещеру. Вверху, метрах в пяти надо мной, в потолке зияла косая брешь, через которую в пещеру проникал солнечный свет. Внизу под проломом на камне сидел Михаил.

– И что ты тут один делаешь? – спросил я, в который раз за сегодняшний день сильно удивившись.

– Наверное, жду тебя, – усмехнулся мужчина.

– А Рина где?

– Сбежала, – Михаил рукой показал на щель в потолке.

– Зачем?

– А я откуда знаю. Мы сюда приползли. Тут висела веревка, хорошая такая, толстая, как канат в школьном спортзале. Рина полезла наверх первой. Она вылезла, а потом вытянула к себе канат. Я остался тут.

– И что она сказала?

– Ничего не сказала, – усмехнулся мужчина. Она просто забрала канат и исчезла.

– Но это ведь глупо, – я растерянно покачал головой. – А Рина совсем не дура. Она решила выйти из гонки, прихватив нас с собой?

– Ничего я не решила, – раздался сверху знакомый женский голос. – Мне просто нужно было отдохнуть. И я хотела это сделать одна, без мужиков рядом.

– А чего ты решила отдыхать-то? – спросил Михаил. – До финиша уже близко.

– Так я была уверена, что Андрея мы долго будем ждать, – сказала Рина, и рядом со мной закачался конец каната, сброшенного девушкой.

– Почему ты решила, что я нескоро появлюсь? – я посмотрел вверх, но ничего, кроме голубой полоски неба, в щели не увидел.

– А ты вообще никуда не спешишь. У меня создалось впечатление, что тебе вообще всё по фигу. Ты находишься где-то там, за горизонтом. Тебе никто не нужен, кроме тебя любимого. Я вообще удивлена, что ты досюда добрался.

Я молча пожал плечами и стал подниматься по канату вверх, спорить с Риной я не собирался.

Она сидела на старом пне на лесной поляне и смотрела в сторону тропинки, скрывающейся за деревьями. На меня девушка не обратила никакого внимания. Я с улыбкой посмотрел на строгую красавицу, но ничего говорить не стал.

Вскоре из расщелины вылез и Михаил.

– Ну, раз все в сборе, пошли дальше, – сказал мужчина весело.

– Я думаю, что мы уже почти пришли, – Рина поднялась с пенька. – Полоса препятствий закончилась, осталась только тропинка, а там уже будем выбирать, кто из нас лишний.

Не оборачиваясь, девушка пошла в лес. Мы с Михаилом переглянулись и пошли за Риной следом.

Девушка оказалась права, уже минут через пять мы вышли на опушку леса. Сарайчик тут был только один, а Винт и Гайка поджидали нас.

Чуть в стороне, около проселочной дороги стояли люди. Там были два мужчины и две женщины. Мужчины: седой, морщинистый, самый старый из нашей компании и юный, наивный, самый молодой. Женщины: та, что страдала топографическим кретинизмом, и "Мария Киселева без очков".

– Итак, Гайка, третья тройка финишировала, – констатировал Винт. – Включайся в игру.

Мы подошли к кураторам.

– Ну вот и настал для вас троих самый сложный в психологическом плане момент, – серьезно произнесла Гайка. – Подумайте хорошенько, кого вы не пустите дальше. Каждый для себя должен принять решение. Я буду называть имя, и названный мной укажет пальцем на того, кто, по его мнению, должен покинуть нашу игру. Сразу хочу сказать, чтобы не было потом недопонимания, если вы не сможете выбрать лишнего, и каждый из вас наберет по одному голосу, то из игры выбывают все трое. Поэтому думайте хорошенько.

Я стоял, опустив голову, на своих соперников я не смотрел. Я знал, кого выберу сам, знал совершенно точно, кого выберет Михаил. Всё это было предсказуемо. Непредсказуемой была Рина. От ее решения будет зависеть всё. Я почему-то думал, что мне ничего не светит. Несколько резко девушка разговаривала со мной в последний раз, да и с Михаилом она провела намного больше времени, чем со мной, лучше его узнала.

– Андрей, – услышал я откуда-то издалека голос Гайки и вынырнул из своих мыслей.

Я спокойно поднял руку, и мой указательный палец уставился на Михаила.

– Михаил, – произнесла Гайка, и палец мужчины тут же направился мне в грудь.

– Рина.

Девушка внимательно посмотрела на меня, потом ее взгляд чуть дольше задержался на моем сопернике. Рина подняла перед собой сжатую в кулак руку, немного еще подумала, длинный тонкий указательный палец выбрался из кулака, несколько мгновений посмотрел в небо, а потом рука девушки повернулась в сторону Михаила.

Как ни странно, я не почувствовал радости и облегчения. Мне было жаль мужчину. Так со мной было всегда, я расстраивался, когда кто-то проигрывал.

– Михаил, очень жаль, но мы с тобой расстаемся, – вздохнула Гайка. – Проходи в тот домик, скоро экскурсия закончится, и мы поедем в город.

На лице мужчины, направляющегося в сторону сарайчика, не было ни грусти, ни разочарования, он был совершенно спокоен. Я удивленно посмотрел на Гайку.

– Да, он уже отключился от происходящего, – женщина правильно интерпретировала мой удивленный взгляд. – Он вернулся в нормальный мир, а вы пока присоединяйтесь к той четверке. Мы дождемся последних участников, а потом… Потом вам предстоит дальняя дорога.

– Ты, я вижу, не рад, – тихо сказала Рина, пока мы шли к нашим соратникам.

– Я расстроился из-за Михаила, – коротко ответил я.

– Ты дурак, Андрей, – девушка покачала головой. – Ты совершенно ненормальный псих. Наверное, поэтому я тебя и выбрала. Мы похожи, у меня у самой частенько крыша едет.

– Я заметил, – ответил я совсем не шутя.

К моему удивлению, Рина не обиделась, а лишь с усмешкой посмотрела на меня.

Мы подошли к четверке счастливчиков.

– Николай, – пожилой мужчина протянул мне руку.

– Андрей, – представился я.

– Артур, – мы с юношей тоже обменялись рукопожатием.

– Меня Мария зовут, – представилась «Киселева»

– Почему-то я не сомневался, – буркнул я себе под нос.

– Фамилия не Киселева, – усмехнулась женщина, услышав мою реплику, по-видимому, она привыкла, что ее часто сравнивают с телеведущей.

– А меня Женя зовут, – представилась и последняя женщина из нашего коллектива.

Между победившими участниками завязалась непринужденная беседа, а я молча стоял и думал. Мне было странно, меня удивлял результат естественного отбора.

Из мужчин только я более-менее тянул на героя по возрасту и физическим качествам. Николай был, хотя и крепок, но староват, Артур чересчур молод, и его субтильная фигура говорила о не очень хорошей физической форме. Из состязания выбыли крепкие, сильные, молодые мужики, а остались старик и юнец. Это было удивительно.

С женщинами было всё более-менее нормально, да среди них и изначально не было слишком старых и слишком молодых, слишком толстых и слишком худых.

Пока я рассуждал, к нашей компании присоединилось еще два человека, и на этот раз обе победительницы были девушками.

– Оксана, – представилась, пожалуй, самая молодая из всей женской команды.

Оксана была совсем не красива, но находилась в том возрасте, когда нежность юности покрывает все остальные недостатки.

– Лиза, – представилась и вторая победительница из последней группы.

Это была та самая веснушчатая, приятная во всех отношениях девушка, с округлыми формами, которую я заметил еще после первого этапа.

Не успели новые девушки как следует влиться в радостный коллектив победителей, как на лесной дороге показался знакомый нам автобус.

Автобус остановился около нас, двери открылись. На этот раз за рулем сидел не Семен, а какой-то незнакомый молодой мужчина.

– Я понимаю, что для кого-то всё развивается чересчур стремительно, – Гайка оказалась рядом с нами, – но сейчас вы сразу поедете в то место, где вас уже ждут.

– Мне казалось, что Зона находится довольно далеко от нашего города, – удивился седой Николай. – Мы на автобусе туда поедем?

– Да, – коротко ответил старику Винт, тоже подошедший попрощаться.

– Не бойтесь, я знаю тайные тропы, уже завтра днем будем на месте, – весело сказал водитель. – Меня, кстати, Пихто кличут.

«Тоже из выживших в Зоне, – подумал я, – и тоже крыша чуток поехала. Что же на самом деле там происходит?»

– А переодеться мы сможем? – нахмурилась Мария. – Мы все в грязи, да и душ перед дальней дорогой не мешало бы принять.

– Будет вам баня, – рассмеялся Пихто, – через полчаса сделаем остановку в одной деревушке, там и приведете себя в порядок.

Баня

Автобус въехал за высокие ворота на территорию, явно принадлежащую какой-то богатой организации. Деревушкой это место назвать, конечно, было нельзя. Большое двухэтажное здание, огромная парковка: и ни одной машины, и ни одного постороннего человека.

Всю дорогу до места отдыха я просидел один, глядя в окно. Я не понимал, почему у меня вдруг сильно ухудшилось настроение. Чувство какой-то неудовлетворенности бередило душу, но я не понимал, с чем это связано. Я пытался понять, когда же настроение окончательно испортилось, и пришел к выводу, что произошло это, когда приехал автобус. Но откуда взялась тревога, было непонятно. Может, предстоящее ночное путешествие куда-то далеко в центр Родины, тревожило меня? Но я путешествий никогда не боялся.

Пихто открыл собственным ключом большую парадную дверь и ввел нас в дом.

– У вас есть два часа, – сообщил водитель, остановившись в большом холле. – Слева кухня и столовая, еды навалом, всё приготовлено, ешьте что хотите и сколько хотите. Но если есть проблемы с укачиванием в самолете, лучше на еду не налегать.

– Мы полетим на самолете? – удивленно спросила молоденькая Оксана.

– Нет, мы поедем на автобусе, красавица, – рассмеялся вечно веселый Пихто, – но скорость будет, как у самолета.

– А помыться где? – спросила Женя.

– Так, насчет мытья, стирки и переодевания, – водитель улыбаться не переставал. – Справа по коридору раздевалки, там есть разная одежда. Поэтому ту грязную, что сейчас на вас, я советую оставить здесь в корзинках, и подобрать себе что-нибудь из чистого. В конце концов, мы направляемся в лесную местность, поэтому форму одежды советую сохранить походно-полевую. Так, дальше по коридору бассейн, душевые и сауна, она уже раскочегарена. Если раздевалки у нас тут раздельные, то всё остальное совместное, поэтому прихватите с собой из раздевалок простыни и полотенца, чтобы укрыть свои молодые тела от постороннего нескромного взгляда. Кажется, всё, счастливого отдыха. Через два часа жду вас около автобуса.

Пихто удалился, а мы тонкой струйкой потянулись в правую часть здания. Все предпочли сначала привести себя в порядок, поесть можно было и потом.

В этой раздевалке табличек с фамилиями не было, но разнообразной одежды на вешалках было несравнимо больше.

Я разделся догола, бросил грязную одежду в большую корзину и пошел смотреть, что бы на себя надеть. Выбирал я недолго, согласившись с водителем Пихто, что походная одежда лучше всего подойдет для этого странного путешествия. Выбрав подходящий наряд, надевать на себя, конечно, я ничего не стал, а обернув свои чресла большой белой простыней, пошел на выход. Николай с Артуром, о чем-то тихо переговариваясь, следовали за мной по коридору.

К бассейну мы пришли раньше женщин. Бассейн был большой, тут могла бы свободно плавать рота морских котиков. Только сейчас до меня дошло, что плавки я зря не надел. В сауне и в полностью закрытых от постороннего взгляда душевых кабинках, расположенных вдоль одного из бортов бассейна, можно было обойтись и без трусов, но вот в бассейн голышом нырять я бы постеснялся.

Сначала мы решили помыться, и я занял ближайшую кабинку. Здесь было очень уютно. Я повесил полотенце на крючок, включил воду и взял с полочки бутылочку с шампунем.

Вода приятно струилась, создавая вокруг расслабляющую атмосферу. Как давно я не мылся? Казалось, прошла вечность с того момента, как я покинул свою квартиру. Я налил немного шампуня на ладонь и начал нежно массировать волосы, чувствуя, как усталость уходит. Пена поднималась, заполняя пространство свежим ароматом. Я закрыл глаза, позволив себе полностью расслабиться, я выкинул из головы все мысли о Тумане.

Я смыл с себя всю грязь и стоял, закрыв глаза, ощущая каждой клеточкой чистого тела капли воды, стекающие по плечам, груди, ногам.

Внезапно я вдруг понял, что на меня кто-то смотрит. Я распахнул глаза. Она стояла в проходе и с интересом разглядывала мое тело, всё мое тело, ведь я стоял к ней лицом. Когда открылась дверь моей кабинки, я не услышал за шумом воды. Мне казалось, что, войдя внутрь, я закрыл дверь на крючок, но, по-видимому, закрыл плохо.

Я быстро прикрыл обеими руками свой пах.

– Извини, – Мария слегка улыбнулась и перевела задумчивый взгляд с моих ладоней на моё лицо. – Я думала, здесь нет никого.

Я уже немного пришел в себя, но ничего женщине не сказал. Она не спешила закрывать дверь, и я тоже пробежался по ее телу взглядом. Теперь я понимал, что Мария примерно моя ровесница, ей тоже было около тридцати. Она обернула вокруг своего тела широкое махровое полотенце, поэтому рассмотреть я смог только стройные бедра и верхнюю часть высокой груди, ну и, разумеется, красивые, широкие плечи и довольно крепкие мускулистые руки.

Постояв пару секунд, женщина закрыла дверь, и я тут же забросил крючок в петлю и проверил, что встал он крепко.

Примерно минуту я размышлял, стоит ли мне сегодня париться, и, в конце концов, решил, что мне это просто необходимо.

Я не стал вытираться, а завернувшись в простыню, как римский патриций, пошел искать сауну. Около бассейна никого не было, все, скорее всего, еще смывали с себя грязь. Я дошел до конца бассейна и увидел на двери нужную мне табличку.

Войдя в жарко натопленное помещение, я понял, что ошибся, и не все находились в этот момент в душевых. На нижней полке сидела закутанная в простыню Женя. Глаза ее были блаженно закрыты. Услышав звук открывшейся двери, женщина лениво открыла один глаз, посмотрела на меня, и глаз тут же закрылся.

Я сел тоже внизу, чуть в стороне от Жени. Как я ни пытался улететь мыслями куда-то вдаль, мои глаза не давали мне это сделать, постоянно скашиваясь на частично обнаженное тело женщины. Присмотревшись к Жене, я понял, что она немного моложе, чем я сначала думал. Сорока ей явно еще не было. Просто тонкое, худощавое лицо и ранние лучики морщинок возле глаз добавляли ей возраста. Тело же у нее было очень молодым. Крупные капли пота блестели на гладкой коже плеч и рук. Вытянутые вперед ноги были стройны и выглядели тоже очень сексуально.

Не знаю, почувствовала ли женщина, что я то и дело на нее посматриваю, но она слегка привстала, поправила простыню под собой и сменила позу. Глаза ее были по-прежнему закрыты, но теперь тело ее было повернуто в мою сторону, Женя как будто специально выставляла своё тело для обозрения. Женщина слегка пошевелилась, и полотенце немного сползло вниз, открывая для внимательного ознакомления верхнюю часть довольно крупной груди. Полотенце теперь чуть прикрывало соски, всем остальным я мог любоваться беспрепятственно.

Я почувствовал, как во мне пробуждаются живительные соки, кровь устремилась в нижнюю часть тела, наполняя органы приятным теплом.

Скрипнула входная дверь, и Женя моментально вернула полотенце в исходное состояние. В парилку вошли Оксана и Лиза, девушки не стали заморачиваться с полотенцами и простынями, а просто надели купальники. Еще два молодых полуголых тела опустились на полку рядом со мной.

Я отвернулся от очаровательных тел и забрался на верхнюю полку в надежде, что никто больше не рискнет забраться в самое горячее место парной. Я спустил простыню с плеч, закрыл глаза и представил себя лежащим под пальмами где-то на экваторе.

По всей видимости, я задремал, а когда, очнувшись, открыл глаза, то сразу понял, что сауна заполнена народом. Все победители соревнования, выигравшие, в качестве приза, встречу с Туманом, собрались в сауне и грели свои косточки перед дальней поездкой в неизведанные края.

Рядом со мной на верхней полке сидел Николай, под ним на средней разместилась Мария, подо мной, забравшись на полку с ногами, почти полностью завернувшись в простыню, полулежала Рина. Остальная четверка расположилась внизу, в более щадящем месте.

– Девочки-мальчики, – вдруг заговорил Николай, – как думаете, что нас ждет там, за гранью. Мне кажется, что всё не так просто, как нам рассказывают.

– Да уж это точно, – согласилась со стариком Мария, – странные они все, кто побывал в зоне. И имена почему-то отбросили, на клички отзываются, и способности какие-то уж очень у них странные.

– Семен имя не сменил, сталкер наш, – напомнила Женя.

– Так он из тех, кто встретился с Туманом, когда он только начал набирать силу, – пояснил Николай. – У Семёна, как мне кажется, что-то типа иммунитета, он получил малую дозу, как прививку сделал, потому на его мозги Туман и не сильно повлиял.

– А я хотела бы стать такой, как, например, Пихто, – сказала Оксана, – водить автобус со скоростью самолета – это очень круто. Ну и пусть крыша немного съедет, я ведь из-за этого ничего особо и не потеряю, зато получу умения, которых ни у кого больше нет.

– А я так думаю, что у нас у всех крыша и так немного сдвинута, – внезапно сказала Рина. – Мы все немного не такие, не похожие на остальных, даже без влияния Тумана. Нас потому и отобрали для этого похода. Нужно уже иметь дырку в голове, чтобы туда проник Туман.

– Ну, не знаю, я себя сумасшедшей не считаю, – возразила Лиза.

– А я и не говорю, что мы сумасшедшие, – усмехнулась Рина, – но признайтесь себе сами, у каждого из нас есть какая-то чертовщинка, мы слегка отличаемся от окружающих нас людей.

– Возможно, – кивнула Мария, – я так точно не могу ни с кем ужиться в этом дурацком человеческом муравейнике.

– А я вот еще что подумал, – вступил в разговор Артур. – У кого-нибудь из вас есть сейчас кто-нибудь близкий, кого бы вы не хотели потерять, к кому вы обязательно хотите вернуться, когда всё это закончится?

Я задумался, понимая, как прав парнишка. У меня уже давно никого не было: родители умерли несколько лет назад, жены не было никогда, детей тоже. Меня никто не ждал из этого похода, мне не к кому было возвращаться.

– Нет.

– Нет.

– Нет.

Моментально выяснилось, что все люди, собравшиеся сейчас в сауне, были одиноки, ни у кого не было близких, родных и любимых.

– Я думаю, Туману нужны именно такие, как мы, – сказал Николай. – Если с нами что-то произойдет, никто и не заметит, какие изменения в нас произошли. А если мы вообще исчезнем, то и оплакивать нас некому.

– Вы считаете, что мы можем погибнуть? – испуганно спросила Оксана.

– Я считаю, что там, в этой странной Зоне, с нами может произойти всё что угодно. Станем ли мы сверхлюдьми? Не знаю, вполне может быть. Но что такое сверхчеловек? Останется ли в нас что-то человеческое?

– Дилер говорил, что нам предстоит сражаться с киборгами, – сказала Женя, – значит, мы должны остаться людьми, ну во всяком случае мы будем более человечными, чем железяки.

– Сражаться будем не мы, а наши потомки, – возразил Николай, – хотя какие потомки могут быть у меня? Я уже вышел из того возраста, когда об этом думают.

– Ну, об этом думать никогда не поздно, Вы еще вовсе не старый, – усмехнулась Рина. – А может, Туман сделает из Вас супермачо и омолодит вас лет на сорок. На самом-то деле, мы абсолютно ничего не знаем, на что в реальности способен этот непонятный Туман.

– Вот именно, что мы ничего не знаем, – воскликнула Лиза, всплеснув округлыми руками. – Тем не менее, мы всё равно отправимся туда и пойдем в Зону.

– Ну, теперь, я думаю, у нас другого пути и нет, – покачал головой Николай. – Всё зашло слишком далеко.

– А что, если там вовсе не то, что мы думаем, и нас просто водят за нос, – я впервые вступил в разговор, и до меня дошло, почему я полдня чувствую себя не в своей тарелке. Я вдруг почувствовал во всём какую-то фальшь, что-то было не так, где-то скрывался обман. Именно это я в какой-то момент почувствовал, и именно это так портило мне настроение.

– У меня была такая мысль, – согласился Николай. – Но я не понимаю, кто и зачем нас пытается надуть. Если это розыгрыш, то слишком уж он сложный и дорогой. Мы ведь все простые люди, не богатые, звезд с неба не хватаем. Зачем нас так разводить? Это не имеет смысла.

– У того, кто создал этот Туман, есть своё понимание того, зачем всё это придумано, – вздохнул я.

– А вот тут ты прав, Андрей, – согласился старик. – Мы не знаем, кто этот Туман создал. Откуда он взялся? Как возник? Почему именно там, в этой глухомани? Ответов на эти вопросы нет ни у кого. Но это не значит, что их нет вообще.

– Я думаю, это какой-то эксперимент ученых, – высказал своё мнение Артур.

– Слишком фантастично, – покачала головой Женя. – Человеческая наука, мне кажется, до таких технологий еще не доросла.

– Значит, инопланетяне, – пожал плечами юноша.

– Рептилоиды, зеленые человечки, чужие, хищники, мыслящие медузы с альфы центавра, – Мария скептически покачала головой, – мне кажется, они бы действовали по-другому. Хотя мы не можем знать, как мыслят существа с других планет.

– Они вообще могут быть чужды нашему представлению о разуме, – предположил я. – Они могут мыслить по-другому. Если, конечно, это они, а не сама наша природа-матушка в очередной раз решила встряхнуть своих неразумных детей, чтобы они опомнились и пришли в себя.

– Обновление генотипа людей для дальнейшего развития разумной жизни на планете, – сказала заумную фразу Оксана.

– А мне вот еще кое-что показалось странным, – я сам не заметил, как активно включился в разговор, что обычно мне было не свойственно в больших компаниях. – Как мы выкинули из игры четырех участников? Просто тупо проголосовали за тех, кто нам меньше понравился. Именно нам, а не Туману. Может, эти люди были более достойны, чем мы. Мне кажется, в таком важном выборе должны быть более четкие критерии отбора, а не субъективное мнение тех, кто хочет занять место другого.

– Опять твоя рефлексия, Андрюша, – вздохнула Рина. – Прошли именно те, кого хотел Туман. Винт с Гайкой специально составили команды так, как того требовало их понимание момента. Они знали заранее, кто будет лишний.

– Ну, в нашем случае с самого начала было абсолютно ясно, что выбирать будешь ты, – я внимательно посмотрел сверху вниз на раскинувшееся чуть ниже меня стройное тело. – Но откуда они знали, что ты выберешь меня? Мне показалось, что в конце ты очень сильно сомневалась.

–Да, сомневалась, и я до сих пор не уверена, что сделала правильный выбор, – Рина снизу посмотрела мне в глаза. – Всё решили эмоции, а не разум. Умом я понимала, что нужно выбирать Михаила, как более надежного и сильного мужчину, и я уже собиралась ткнуть пальцем в тебя, но эмоции в последний момент сыграли решающую роль… а может, Туман подействовал.

– И какие же это были эмоции, милая леди? – спросил Николай.

– Это не важно, – Рина отвернулась. – Главное, что случилось то, что случилось.

– Я не просто так спросил, – улыбнулся старик. – В нашем случае тоже верх взяли эмоции. Получилось так, что решающим оказался мой голос, и у меня был выбор между Марией и другой, вполне симпатичной дамой. Я всю дорогу был уверен, что попрошу на выход Марию. Не потому, что она мне не нравилась, наоборот, внешне она мне нравилась больше, но уж больно Маша напоминала ту ведущую из прошлого, с которой связывались не самые приятные воспоминания из моей прошлой жизни. Но в последний момент, когда я уже был готов ткнуть пальцем в Машу, что-то накатило, какая-то ностальгия о тех временах, когда я еще заглядывался на женщин, и палец сам собой повернулся в другую сторону.

– А мы почти сразу были уверены, кто из нашей команды вылетит, – улыбнулась Лиза. – Наверное, это тоже эмоции, но мы с Оксанкой быстро скооперировались и решили, что с мужиком придется расстаться. Да, он был симпатичный, он отобрал нас в команду, но, мне кажется, отбирал он нас с определенной целью, я постоянно ловила на себе его довольно плотоядные взгляды. Впрочем, Оксанку он несколько раз даже умудрился полапать. Так что негативные эмоции в отношении к этому кобелю, думаю, сыграли свою роль.

– У меня тоже всё решили эмоции, – подтвердила общий посыл Женя. – Мой голос тоже оказался решающим. Выбор был между юношей и мужчиной чуть моложе меня. Разум, разумеется, подсказывал, что выбрать нужно более надежного, сильного, уверенного мужика, но я выбрала другого. К Артуру у меня вдруг проявилось что-то типа материнской нежности, мне захотелось защитить его, обнять, прижать к своей груди. Поэтому теперь здесь, рядом с нами юноша, а не брутальный мужчина, может быть, более достойный.

Я с улыбкой посмотрел на Артура, парень отвернулся к стенке, и мне показалось, что он покраснел. Впрочем, мы были в сауне, и кожа у всех была влажной, распаренной и румяной.

Постепенно оживленное обсуждение ситуации, в которую мы вляпались, сошло на нет. Всех уже изрядно разморило жаром, и по одному мои соратники стали покидать сауну.

Мы с Николаем продержались дольше остальных. Когда мы вышли из парилки, кое-кто из женщин, догадавшийся одеть купальный костюм, плавал в бассейне. Я же решил, что пора уже перейти к следующему этапу нашего отдыха – приему пищи. Я смыл с себя пот в душевой кабинке и пошел одеваться.

Обед прошел не в столь оживленной обстановке, как посиделки в сауне. Все были очень сосредоточены и погружены в себя. Туман отобрал для встречи не самых общительных людей.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.