Анна Сергеева
Хроники Ливэя

При чём здесь пауки

Глава 1. 23 апреля 2140г. Суббота. Вечер.

В Ливэе не принято говорить о пауках. Что довольно иронично для города, созданного для обслуживания паучьей фермы.

Вся жизнь в Ливэе вертится вокруг производства паучьего шёлка. Ты либо занят на производстве, либо обслуживаешь жителей, либо руководишь. Город маленький, изначально задуманный как интеллектуально-производственная утопия, с годами становился всё более закрытым в себе. Отдаленное расположение, почти полное самообеспечение, череда пандемий – и вот в головном офисе в Китае уже никто особо и не вспоминает об арендованной земле недалеко от села Сергеево в суровой Сибирской тайге. Прибыль отчисляется, решения проблем извне не требуется, внутренний и внешний рынок на территории России налажен – есть и более важные вопросы, чем контроль небольшой фабрики.

Время шло, менялся климат, менялась политика стран – неизменным, во всяком случае для внешнего мира, оставался маленький город, производящий материал, остро необходимый практически во всех сферах жизни.

К моменту официального открытия в Ливэй со всего мира переехали специалисты разных областей, многим хотелось прикоснуться к истории будущего, жить в прогрессивном и экологичном месте.

Город жил по своим внутрикорпоративным правилам, постепенно формируя свою внутреннюю культуру и особенности. Концепт успешного города будущего, как и любая утопия, с годами становился всё менее реалистичным.

Население росло, арендуемая площадь оставалась неизменной. Становился всё более очевидным экономический разрыв между работниками интеллектуального и физического труда. Меры, принимаемые для борьбы с пандемиями, повлекли за собой отдаление людей друг от друга. Уровень образования стремительно падал. Формировались криминальные группировки.

Руководители предприятия не справлялись с управлением города, выпуская правила и регламенты, порождающие только больше проблем.

Всего за 100 лет Ливэй превратился из города мечты в обыкновенную глубинку, существующую только за счет градообразующего предприятия.

И всё же большинство жителей любили город и не планировали когда-либо его покидать.

Инари Сато любила Ливэй во всех его проявлениях. Изучение истории города – её второе самое крупное увлечение. Первое, конечно, еда. Вкусная еда из настоящего, что для многих её современников звучит как оксюморон. И всё самое впечатляющее из прошлого. Её самая большая мечта – попробовать всё существующее на свете разнообразие вкусов.

С недавних пор она стала намного ближе к исполнению своего желания. С тех пор как ею заинтересовался и впервые пригласил на свидание синеволосый мечтатель Егор Одоевский – наследник семьи Одоевских, самый юный член совета правления. Наивный и оторванный от жизни мальчишка, который, сам того не ведая, дал ей шанс круто изменить всю свою жизнь.

Ей нужно только правильно распорядиться полученной информацией, и тогда они с сестрой заживут по-настоящему хорошо.

Инари, завернула в проулок, прошла несколько метров, вышла через сквозной подъезд и направилась в сторону Яблоневой улицы в районе рабочего персонала. Самой неблагополучной, потрепанной и перенаселенной части города. На некоторых улицах перемещаться было крайне сложно из-за количества пристроек и надстроек. При всем том, что город конструировался исключительно пешеходным, изначальные тротуары, велосипедные дорожки и мостовые строили довольно широкими. Сейчас на той же Яблоневой не разминутся и два пешехода.

Город наполнен средствами слежения и идентификации. И именно это в своё время помогло Инари в карьере. С детства она обладала талантом сливаться с обстановкой, оставаться незамеченной, избегать камер и дронов, появляться из ниоткуда, не привлекая внимания и не оставляя о себе воспоминаний. Незаметная, она добывала любую необходимую в работе информацию лучше любого другого эксперта. И в скором времени дослужилась до Ведущего эксперта отдела расследований и аналитики внутренней службы безопасности Ливэя. Всего 5 человек на весь город – одна из самых престижных профессий. Не считая, конечно, медиков. Нет никого престижнее сотрудников медицины в мире бесконечных пандемий.

Инари проверила внутренний датчик. До мотеля меньше километра, до назначенного времени чуть больше 15 минут. Её немного напрягала сверхсекретность и срочность встречи. Несравнимо больше напрягало назначенное место. С другой стороны – она ведущий эксперт ВСБ. Никто в этом городе не посмеет причинить ей вред.

И всё же тревога постепенно нарастала.

Пришлось даже на время выключить виртуального медицинского помощника, чтобы он не начал накачивать Инари препаратами для успокоения или менять сердечный ритм. Нужно сохранять ясность мышления.

Мотель сиял неоном: голубые, зеленые, желтые вывески на разных языках. Тусклый зеленоватый свет окон, обшарпанная облицовка стен, металлические опасные лестницы. Инари никогда не понимала этой эстетики позднего киберпанка начала прошлого века. Хотя отголоски киберпанка буквально наполняли собой район рабочего персонала. Ей же, выросшей в районе обеспечения безопасности, куда больше нравились постройки из красного кирпича, кованые фонари, каменные мостовые, архитектура, вдохновленная Стамбулом и Прагой начала 19 века. В детстве она зачитывалась историей создания Ливэя и мечтала когда-нибудь увидеть все те замечательные места, которые послужили источником вдохновения при строительстве города.

Воспоминания о детстве на несколько секунд повлекли за собой легкую улыбку, мгновенно преобразившую невзрачную внешность Инари.

Холодный ветер вернул её в реальный мир. Поежившись, Инари проверила метеосводку. Приближалась гроза. Так некстати. Вспышка молнии осветила мотель целиком.

«Какое всё-таки уродство», – подумала Инари, прежде чем почувствовала легкий укол в шею.

Она резко развернулась. Боль пронзила её миллионом крошечных раскаленных иголок. Не в силах даже пошевелиться, совершенно парализованная агонией умирающего тела, Инари взглянула в глаза своего убийцы.

Глаза, полные ужаса и недоумения.

Глава 2. 24 апреля. Воскресенье. Раннее утро.

Ночная гроза вынудила уборочные машины начать работы в это воскресенье на 2 часа раньше графика. Жизнь около мотеля остановилась. Никто из постояльцев не рисковал даже выглянуть из окна. Весть о происшествии разлетелась мгновенно, но сообщать в службу безопасности и навлекать на себя подозрение не хотел никто.

Тело Инари лежало на мостовой всю ночь.

Сигнал тревоги поступил от робота-уборщика ведущему эксперту, ответственному по району рабочего персонала, в 4 утра. Далее по установленным регламентам сообщение перенаправилось на вспомогательный персонал и дежурных специалистов.

Уже в 4:15 место преступления оцепили в ожидании ведущего эксперта.

Иоши Такахаси прибыл в 4:25. Его появление, как всегда, привело в трепет младший персонал. Высокий молчаливый молодой мужчина 31 года с белой кожей и колким пронзительным взглядом, тонкие губы на худом вытянутом лице и неизменно растрепанные жесткие черные волосы.

Иоши аккуратно приблизился к телу Инари и запустил сканер автоматического расследования. Пока система изучала каждый миллиметр в радиусе 500 метров, Иоши отправил сообщение третьему ведущему эксперту ОСВБ Эри Сато – сестре погибшей.

Сканер закончил работу и выдал решение о невозможности автоматического раскрытия дела и необходимости проведения расследования силами экспертов. Иоши горько усмехнулся и подозвал медика.

Доктор Елена Максимова коротко кивнула Иоши и начала осмотр тела. Обвешанная с ног до головы гаджетами, как и любой диагност, больше всего она любила свои перчатки, собирающие максимальное количество информации с тела всего за несколько прикосновений.

В скором времени раздался довольно характерный скрежет роликовых коньков Эри, знакомый каждому, кто хоть раз с ней работал. Иоши перекрыл ей дорогу, полностью закрыв обзор.

Эри растерянно смотрела на него.

– Послушай, – Иоши сжал её плечи, – я знаю, что ближе Инари у тебя никого нет.

Эри отвела взгляд в сторону и глубоко вздохнула.

– Ты должна собраться. Я назначаю тебя замещающим экспертом по этому делу.

– Я должна её увидеть, – сказала Эри без дрожи в голосе.

– Ты сможешь попрощаться позже.

Эри обошла Иоши, проигнорировав его слова. Она подошла к телу сестры, села на колени около лица и долгим взглядом осмотрела её с ног до головы.

– Вы закончили здесь? – обернулась Эри на доктора Максимову.

– Её отравили. Подробнее скажу после вскрытия.

Эри достала из нагрудного кармана салфетку и протерла лицо Инари, затем собрала растрепанные от ливня и ветра волосы сестры в тугой хвост и снова посмотрела на доктора.

– Я буду присутствовать при сборах перед кремацией.

Эри поднялась и направилась в сторону Иоши, не оглядываясь. Её лицо освещали неоновые вывески, придавая ледяную бледность.

– Свидетели есть? – без надежды спросила Эри.

– Нет, конечно. Младшие опросят всех, кого найдут по округе. Мы пока на общий сбор.

– В этом нет смысла.

Иоши выгнул бровь и выразительно посмотрел на коллегу.

– Зачем кому-то убивать Инари? Все знают, что нельзя трогать ведущих экспертов. Это равноценно самоубийству.

– Что еще думаешь? – Иоши сделал шаг назад и слегка наклонил голову на бок.

Эри Сато – рок-звезда отдела расследований. Дисциплинированная, трудолюбивая, эрудированная, но главное – невероятно наблюдательная. Эри всегда подмечала даже самые незначительные детали, которые в последствии нередко помогали в расследовании. Если кто и поможет Иоши безошибочно найти убийцу – так это она.

Эри вытащила руки из карманов своих джинс и натянула на голову капюшон. Иоши знал – нужно дать ей немного пространства.

– Место выбрано с умом. Это не случайное убийство.

– Плохие камеры? – Иоши открыл карту видеонаблюдения и недовольно дернул щекой.

– Мало камер, сомнительный контингент, отдаленность от центра. Место выбирала не она.

– Уверена?

– Она бы выбрала бар Одоевских.

Иоши молча кивнул, это утверждение имело для него смысл. Эри еще раз осмотрелась, сняла колеса роликов с обуви и убрала в рюкзак.

– Давай до отдела пройдемся пешком. Хочу подумать.

Иоши не удивляло непрошибаемое спокойствие Эри. Он знал сестер много лет, еще со времен института. Именно он в своё время разглядел таланты девушек и порекомендовал их к найму. И если Инари славилась своей неприметностью, то Эри словно родилась у других родителей и обладала эффектной внешностью.

В ней довольно причудливо смешались черты азиатской и европейской крови. Смуглая кожа, каштановые густые волосы в неизменном удлиненном каре с косой чёлкой; доставшиеся от отца тяжелый подбородок и миндалевидный разрез карих глаз. От мамы она унаследовала округлое лицо, пухлые губы и крупный нос. Низкий рост Эри никогда не пыталась компенсировать каблуками или протезами и вполне комфортно ощущала себя в своём теле.

До офиса добирались молча. Они прошли вдоль побережья рабочий квартал, район обслуживающего персонала и уже через час оказались на месте. Строгое пятиэтажное здание граничило с частным сектором и всем своим видом заявляло: это место – оплот безопасности и правопорядка.

Все знали о произошедшем. Несколько человек подошли к Эри высказать свои соболезнования, остальные смущенно отводили глаза и изо всех сил изображали активную трудовую деятельность. Иоши пропустил Эри в кабинет первой, окинул коллег строгим взглядом и зашел следом.

В переговорной уже собрались остальные ведущие эксперты и их руководитель Хардвин Вебер. В углу вальяжно расположилась Кьяра Бруно – ведущий эксперт, отвечающая за безопасность фермерских районов. Тонкая смуглая темпераментная девушка с длинными кудрявыми каштановыми волосами, крупными бедрами и распахнутыми глазами орехового цвета. На ней, как обычно, пестрило лёгкое платье с цветочным рисунком и высокие ковбойские сапоги. Она бодро кивнула вошедшим.

Рядом со входом сидел Итан Мёрфи – ведущий эксперт по производственным преступлениям. Он мгновенно подошёл к Эри и тепло приобнял её. И без того высокий, на фоне девушки Итан казался великаном.

– Мне очень жаль, – он мягко посмотрел на коллегу и отбросил со своего лба прядь русых волос, придав прическе легкую небрежность.

Эксперт Мёрфи пользовался славой сердцееда: крупные скулы, тонкие губы – верхняя больше нижней, густые нависшие брови и глубоко посаженные глаза; в безупречно выглаженной рубашке даже в 6 утра. Итан сел рядом с Эри и слегка сжал её руку.

Иоши вывел на общий экран все полученные с места преступления данные и рассказал краткую сводку. В кабинете повисло тяжелое гнетущее молчание.

– Мы все понимаем, что дело приоритетное, – нарушил тишину Хардвин Вебер, – закрыть нужно до лета. Иоши, Эри, предоставляю вам доступ ко всем необходимым ресурсам и расширяю ваши полномочия. Можете привлекать всех, кого потребуется. Кьяра и Итан – на время расследования вы подчиняетесь Иоши.

Хардвин стиснул зубы, шумно выдохнул и добавил:

– Поймайте мне эту мразь.

Он направился к выходу, на секунду остановился около Эри, пристально посмотрел на нее.

– Мы убьём урода, не сомневайся, – кивнул он ей и вышел из кабинета.

      Иоши отпустил Итана и Кьяру завершить текущие дела, принёс два стакана чистой воды, и они с Эри принялись изучать показания свидетелей.

Они просидели до позднего вечера. Как и ожидалось, никто ничего не видел и не слышал.

– Нужно поспать, – подытожил Иоши, – завтра много дел.

– Вряд ли я усну.

– Тогда я займу твою кровать.

Эри возмущенно вскинула бровь.

– Ты серьезно считаешь, что я оставлю тебя сейчас одну?

– Я не хочу домой.

Иоши задумчиво кивнул.

– Значит, поспишь на моём диване в кухне. Учти, у меня всегда открыты окна.

– Это не мешает системе очистки воздуха? – Эри представить не могла дом без специальной многоуровневой вентиляционной очищающей системы. На секунду такая шокирующая новость затмила все переживания прошедшего дня.

– Не выношу переработанный воздух.

– А увлажнение?

– Еще одно возмущение, Эри, и будешь спать в ванной.

Иоши не шутил. Эри даже не была уверенна, что у него вообще есть чувство юмора.

Крошечная квартира-студия находилась в районе рабочего персонала на Жемчужной улице. Без Иоши Эри ни за что не рискнула бы показаться тут ночью. Но её коллега вырос здесь, и поговаривали, что он на короткой ноге с главой кадзоку¹ – Хидео Окава.

Внутри квартира оказалась такой же мрачной и аскетичной, как сам Иоши. Пройдя три ступени очистки на входе, Эри оказалась в просторной комнате. Большое открытое окно, кровать, лампа, небольшой шкаф, никакой развлекательной техники. Зато на стене красовалась поистине восхитительная картина местного художника.

– Ты совсем не веселишься? – Эри прошла в часть комнаты, обозначенной как кухня.

– Я здесь сплю, моюсь и храню вещи.

– И вероятно, не ешь, – скептически добавила Эри, осматривая содержимое холодильника.

– Не выношу жидкую еду, готовить не люблю.

Эри расположилась на диване и осмотрелась снова. Если не брать в расчет пустоту пространства, квартира выглядела на удивление приятной и даже красивой. Цвета подобраны гармонично, мебель в одной стилистике. Несмотря на холодные тона чувствовалось спокойствие и домашний уют.

Иоши поставил перед девушкой чашку с ароматным чаем с мятой. Сделав глоток, Эри округлила глаза.

– Настоящий чай, – Иоши довольно ухмыльнулся.

– Потрясающе вкусно!

– Держи одеяло. Укройся – иначе простынешь. Утром поедем в морг.

Иоши ушёл в ванную, а Эри задумалась о том, что почти ничего не знает о своём коллеге и наставнике. Они всегда говорили о работе, о знаниях, методиках, регламентах. Это, пожалуй, первый раз, когда они общаются как простые люди. Инари обязательно пошутила бы на этот счёт.

В груди возникло щемящее чувство, на глазах наметились слёзы. Как она теперь совсем одна? Инари заменила ей не только родителей, но и весь мир. Сестра, лучшая подруга, напарница и пример для подражания. Все их планы на будущее, мечты и надежды… В эту минуту ей не хотелось мести, лишь посмотреть в глаза убийце и спросить: «За что? Почему именно Инари?». Что она узнала или сделала такого, чем заслужила такую учесть. Так подло, исподтишка, в подворотне, оставив на всю ночь на мостовой под дождём.

– Есть какие-то идеи? – вырвал её из размышлений Иоши.

– Думаешь, мы ищем мужчину?

– Что заставляет тебя сомневаться? – Иоши сел на край дивана и взял свою чашку с чаем.

– Отравление. Почему яд? Пистолет или нож отследить сложнее, и это надежнее.

Иоши одобрительно кивнул.

– И почему не сработала медподдержка?

– Может, просрочила платёж?

– Не говори ерунды, – отмахнулась Эри, – документами занималась я.

Никто и никогда не поверил бы в то, что Эри способна допустить ошибку или просрочку в платежах. Бредовее этого предположения только вера отдельных групп людей в то, что однажды снова можно будет дышать без имплантов фильтрации воздуха. В начале карьеры Иоши в городе появилась секта убежденных противников имплантов, кустарным методом они удаляли себе установленные после рождения системы очистки и призывали остальных следовать их примеру. Делать с этим ничего не пришлось – никто из них не прожил и месяца.

– Мне нужно 6 часов сна, – Иоши сдержанно улыбнулся и выключил свет, -и тебе не повредит.

Уже через 10 минут со стороны его кровати доносилось размеренное дыхание.

Эри пыталась уснуть, но вместо этого память подбрасывала теплые воспоминания из детства и отрочества, перемежая их с обрывками воспоминаний о месте преступления. Что-то во всей этой ситуации не складывалось, но она пока не могла понять, что именно. И только под утро в момент перехода в фазу быстрого сна в голове всплыла деталь, выбивавшаяся из общей картины. Появилась и исчезла в потоке сновидений.

Глава 3. 25 апреля. Утро понедельника.

Утро выдалось нетипично холодным для этого времени года. Эри разбудила имплантированная медицинская система, зафиксировавшая снижение температуры тела. Она ожидаемо скинула с себя одеяло во сне. Неудивительно – кто вообще в современном мире пользуется такими устаревшими формами, которые не фиксируются по периметру тела? Только если любитель культуры начала 21 века – Итан, но уж от Иоши Эри такого явно не ожидала.

Солнце только показалось, до обозначенного пробуждения оставалось чуть меньше часа. Эри прошла в ванную, осмотрелась. Можно, конечно, воспользоваться гостеприимством наставника и искупаться. От мысли о горячей воде на душе стало теплее. Эри улыбнулась, но ограничилась умыванием – она не была уверена, какой дневной лимит воды в этой части города и решила не подставлять коллегу. Одежду она сменила вчера, так что можно не тратить время на поход домой и переодевание. Джинсы только из чистки, кожанку Эри вообще освежала раз в сезон. Футболку же из паутинного шёлка достаточно обрабатывать стандартной системой очистки на входе в квартиры. Вообще обычно сотрудники правопорядка предпочитают жилеты из шёлка – они плотнее и защищают от большинства современного оружия, но Эри влюбилась в корпоративные футболки с первого взгляда и никогда не упускала возможности заказать новую за счёт департамента. Все коллеги использовали бронированную одежду из паутинного шёлка: Итан шил на заказ рубашки, Иоши предпочитал укрепленные жилеты армейского типа, Кьяра неизменно выбирала платья, а Инари, как и Эри, брала футболки, но лишь по причине их дешевизны.

Историю открытия текущей версии паутинного шёлка Инари рассказывала Эри с самого детства в качестве сказки на ночь. И длительное время Эри действительно считала это лишь выдуманным рассказом о том, как невероятное стечение обстоятельств и смекалка помогли юной учёной из Китая открыть самый востребованный материал на ближайшее столетие.

Изначально корпорация хотела повторить успех коллег, которые несколько десятилетий успешно работали над синтезом паучьего шёлка с помощью бактерий и червей. В итоге же учёная Ли Лин-Вэй создала генетически модифицированных пауков, которые оказались в разы эффективнее своих заменителей: их паутинный шёлк обладал лучшими свойствами, а производительность хоть и уступала бактериям, но сильно опережала червей. Кроме того, ей удалось полностью исключить природную агрессию пауков, решив проблему сосуществования огромного количества особей в одном помещении. Паутинный шёлк очень быстро захватил все рыночные ниши, но прежде всего медицину и военную промышленность. Корпорация организовала города-фабрики в каждой стране, с которой заключила контракт на продажу, предоставив в каждом случае эксклюзивные условия поставок. В Ливэй, построенный на территории России, пригласили ученых с семьями со всех уголков мира. В строительстве участвовало 6 основных архитекторов, определивших внешний вид города. Пять из них отвечали каждый за свои районы и один – главный архитектор -следил, чтобы при этом Ливэй оставался целостным и продуманным для пешеходной жизни.

Несмотря на то, что город является площадью, прилегающей к китайской фабрике, территориально он всё равно принадлежит России и войдёт в её состав сразу по истечению срока аренды земли. Поэтому при проектировании учитывались и рекомендации страны-арендодателя.

Чего Инари никогда не рассказывала, так это кем были их предки, первыми переехавшие в этот город из Японии. Родители девушек работали в департаменте правопорядка рядовыми служащими, от бабушки им досталась квартира в районе безопасности, в которой после смерти родителей проживали сестры.

Эри вернулась в комнату. Иоши наводил какой-то напиток.

– Я могу и привыкнуть, – Эри подошла ближе, – что это?

– Не стоит привыкать, – строго посмотрел на девушку Иоши, – я не люблю принимать у себя гостей. Тем более без серьёзной на то причины.

Эри не обиделась. Все знали, что Иоши не подпускает к себе никого слишком близко.

– Что касается твоего второго вопроса – это кофе.

– Пахнет странно, – Эри недоверчиво принюхалась, – но приятно.

– Потому что это настоящий кофе. Ты никогда не пробовала? – Иоши на мгновение повернулся к девушке.

– Предпочитаю травяные чаи.

Вкус кофе показался Эри приятным, но горьковатым.

– Одна моя знакомая любит пить его с лимоном, – Иоши задумчиво улыбнулся, Эри залюбовалась.

Иоши всегда говорил мягко и немного угрожающе, в департаменте все побаивались его. Никто никогда не слышал, как он смеётся. А в то, что Иоши способен на тёплую добрую улыбку, никто не поверит, даже если Эри удастся запечатлеть это.

– Сейчас мы выйдем за пределы моей квартиры и на этом моё доброе участие в твоих переживаниях закончится, – неспеша встал с дивана Иоши, – я рассчитываю на тебя как на профессионала.

До морга добирались на трамвае. Город проснулся, люди спешили по своим делам. Жизнь продолжалась для каждого, кто проносился мимо, погруженный в свои мысли и переживания. В перенаселенном городе никто не заметил потерю одной девушки, даже такой важной для сохранения порядка, как Инари. Для них не было никакой разницы. Инари погибла – на её место возьмут кого-то нового. Ты отдаешь всю себя любимому делу, но в конечном итоге, мы все заменимы. И уже через пару месяцев даже в департаменте никто не вспомнит о ней. Эта боль останется лишь с самыми близкими. Эри, возможно, еще Егор. Может быть, Итан. И Иоши? Эри посмотрела на наставника. Кто знает, какие чувства прячутся за этой непробиваемой стеной. Но вряд ли слишком тёплые.

– Ты всё утро смотришь на меня, – Иоши повернулся к Эри. – Если я невольно дал тебе какие-то неверные сигналы, нам лучше объясниться прямо сейчас.

– О чём ты?

– Если ты думаешь, что я пригласил тебя, потому что испытываю к тебе любовный интерес, то ты ошибаешься. Мне нужно раскрыть дело, ты в этом лучший напарник. Я заинтересован, чтобы ты собралась, поспала и приступила к расследованию.

– Я думала, будешь ли ты вспоминать Инари, – покраснела Эри и опустила взгляд.

– Без неё работать станет сложнее. Она незаменимый сотрудник. Вряд ли кто-то из претендентов на её место обладает столь же уникальными навыками. Остаётся надеяться, что новый человек сможет принести хотя бы вполовину столько же пользы, сколько приносила Инари.

– А как человека? – почти прошептала Эри.

– А как человека я её не знал. В том числе поэтому мне нужна твоя помощь в этом деле.

Оставшуюся часть пути прошли молча. В морге их уже ждала Елена Максимова. Ростом чуть выше Эри, она предпочитала впечатляющие размером каблука сапоги или туфли. На ней всегда красовался модифицированный защитный костюм и интерактивные диагностические очки на пол лица, волосы Елена собирала в высокий хвост. Большую часть времени она диагностирует и лечит еще живых сотрудников департамента внутренней службы безопасности, но в особых случаях выступает в качестве судмедэксперта.

Морг занимал половину здания, разделив площадь с крематорием. Внутри помещение скорее напоминало смесь больницы, лаборатории и высокотехнологичного курорта.

Белые стены с голубоватой подсветкой, провода, пластик, сенсорные панели. Вся эта картина всегда напоминала Эри старые фильмы о будущем. Хотя реальность, конечно, оказалась намного прозаичнее выдумки. Втроем они зашли в помещение, предназначенное для проведения вскрытий. Самое чистое, стерильное и белоснежное из всех, что Эри доводилось видеть. Тело Инари находилось в специальной операционной капсуле, полностью подготовленное к кремации.

– Ты в порядке? Я могу прислать отчёт по сети, – доктор Максимова едва заметно коснулась Эри, считывая её физические параметры своей перчаткой.

– Вам удалось узнать что-то более конкретное? – Эри повела плечом и подошла ближе к капсуле.

– Её убили вечером, с учетом всех полученных данных, я думаю в промежуток между 23:15 и 23:25. Смерть быстрая, хотя, учитывая происхождение яда, не самая безболезненная.

Эри на долю секунды потеряла контроль и дернулась от мысли о предсмертных мучениях сестры, но почти сразу взяла себя в руки. Отчасти благодаря микроинъекции медпомощника.

– Следов борьбы я не обнаружила, – Елена пристально посмотрела Эри в глаза, – предполагаю, что нападавший подошёл со спины и ввел яд в шею с помощью инъекционного шприца.

– Взлом системы медпомощника? – предположил Иоши.

– Точно нет, и это самое интересное – медпомощник она отключила. Поэтому не поступил сигнал бригаде скорой и не была оказана первая помощь. С вероятностью в 70% могу сказать, что вмешательство медпомощника могло бы минимизировать урон.

– Значит, у нас здесь трагичная случайность? – Иоши прищурился и подошёл к капсуле.

– Медпомощника могли взломать, – возразила Эри.

– Я следов взлома не обнаружила, но вам лучше обратиться к техникам. Все импланты я извлекла в синий бокс и отправила в департамент внутренней службы безопасности.

– И всё же она могла отключить его сама, – Иоши вопросительно посмотрел на Эри.

– В любом случае тот, кто на неё напал тщательно подготовился, выбрал место, нашёл яд и способ подобраться к Инари без сопротивления. Злой умысел есть. Дело закрывать нельзя.

Под маской внешнего хладнокровия Эри пылала, готовая наброситься на Иоши и расцарапать ему лицо, а может, даже вырвать сердце, если он сейчас предложит закрыть дело и передать в отдел несчастных случаев. Сейчас вся её дальнейшая судьба зависит только от решения Иоши.

Иоши размышлял. Дело может оказаться потенциальным тупиком, позорным пятном на его итак не самой безупречной репутации. С другой стороны, Эри очень милая девочка, которая искренне хочет найти убийцу своей сестры, а значит, выложится на все 100 процентов. Кроме того, он чувствовал, что история окажется сложнее, чем выглядит. В конце концов, какой сумасшедший попытается напасть на ведущего эксперта? Раз кто-то на это решился, значит, Инари откопала потенциально важную информацию. Информацию, которая поможет Иоши продвинуться по карьерной лестнице.

– Елена, удалось найти что-то еще? – Иоши демонстративно пролистал отчёт.

– Записка и розовый волос неизвестного происхождения, ДНК в базе я не нашла. Скорее всего, человек не пользуется услугами официальной медицины.

Эри многозначительно посмотрела на Иоши.

– Это не значит, что мы обязательно ищем женщину или что обладательница розового волоса и есть убийца. Но найти её, конечно, нужно. А что в записке?

– Координаты.

– Тоже проверим.

Эри еще раз внимательно прочитала отчёт и повернулась к Елене.

– А что за яд? Я в медицинских терминах не сильна.

– Смесь растительного и паучьего яда.

– Не синтетический? – Иоши искренне заинтересовался новой информацией.

– Абсолютно натуральный, – Елена брезгливо поморщилась, – и совершенно примитивный, никакой красоты и изящности.

– В натуральности порой красоты и совершенства куда больше, чем в искусственно созданных формах, – Иоши на мгновение словно задумался о чем-то по-настоящему прекрасном. Елена окинула его быстрым взором и улыбнулась. Эри подошла к капсуле с сестрой.

Елена и Иоши обменялись взглядами и молча вышли из помещения, чтобы Эри могла спокойно попрощаться с сестрой в последний раз.

Эри вспоминала сотни историй, связывающих их с Инари. Вспоминала улыбку сестры, её тихий голос, страсть к хорошей еде. То, как она с любовью рассказывала об истории города и как краснела и хихикала, когда речь заходила о своём парне Егоре. Как зачитывалась любовными романами и детективными историями. И очень много работала. Брала сверхурочные смены лишь бы обеспечить свою младшую сестру всем самым лучшим.

Эри снова и снова думала, о чем могла узнать Инари, за что от неё так некрасиво избавились. И злилась на сестру за нелюбовь к ведению записей.

Но сильнее всего Эри испытывала боль. Всепоглощающую, неподъемную, беспросветную боль потери самого близкого человека. Боль, которая мешала трезво мыслить. Поэтому Эри поступила привычным ей способом – заперла чувства в далёком тёмном уголке души, чтобы игнорировать их так долго, как только сможет. Она найдёт убийцу, добьется справедливости и вот тогда разрешит себе прожить своё горе, а сейчас есть более важная задача.

Эри в последний раз взглянула на сестру, погладила Инари по голове и вышла из комнаты.

Иоши сразу, как только услышал про травяные яды и пауков, подумал о районе фермеров. И пока ждал Эри в коридоре, созвонился с Кьярой Бруно и назначил встречу в центральном парке второго фермерского района, где в большинстве своём проживали травники и знахари.

Иоши не нравилась Кьяра. И дело вовсе не во внешности, которая многим показалась бы привлекательной. Хотя крупные и несколько кривые зубы, которые Кьяра, не стесняясь, демонстрировала всякий раз, звонко хохоча от души, выводили Иоши из равновесия. Он каждый раз думал, почему она не воспользуется расширенной страховкой и не приведет прикус в порядок. Ему это доставляло практически физическую боль. В то же время невероятная кудрявая шевелюра в купе с распахнутыми глазами, узкими плечами и широкими бедрами вызывали в нем эстетический восторг.

Но всё это лишь оболочка. Иоши раздражала сама суть Кьяры. Её взбалмошность, неуравновешенность и легкомысленность. Иоши считал это показателем незрелости, в то время как сама Кьяра считала своей фишкой такую темпераментность, любовь к жизни и нахождение в моменте.

Иоши решил от править с Кьярой именно Эри, еще и потому, что сам хотел немного разгрести другие текущие дела.

Эри доехала до центрального парка фермерского района на своих неизменных роликах. Большинство жителей города предпочитали трамваи, самокаты или гравидоски. Но Эри любила свои съемные колеса, которые крепились к любой обуви. Ей импонировала возможность присоединить их или отсоединить в любой момент времени.

Фермерский центральный парк не просто так считался самым зеленым и живописным местом в Ливэе. Эри редко бывала в этой части города, поэтому на несколько секунд буйство красок её ошеломило. Пока все остальные районы постепенно пробуждались от зимнего мрачного сна, центральный парк уже вовсю дышал жизнью. Дорожки из мха, деревянные скамьи с навесами, оплетенные зеленью; куда ни взгляни – везде распустились цветы всех существующих оттенков. Эри слышала, что фермеры каждый сезон пересаживают цветы в парке: весной сменяются апрельские и майские сорта, летом уже можно любоваться июньскими, июльскими и августовскими. Осенью разнообразие красок лишь увеличивается за счёт деревьев и кустарников. И даже зимой глазам есть за что зацепиться.

Для себя Эри мысленно отметила, что нужно приезжать в этот парк почаще. Да, он не такой величественный, как Большой парк в корпоративном центре, и всё же не менее впечатляющий.

Приближение Кьяры Эри одновременно и услышала, и почувствовала. В воздухе возник яркий цветочный аромат с нотами ванили и корицы. Цокая металлическими каблуками своих ковбойских сапог, Кьяра буквально подлетела к Эри.

– Здаров, коллега! – раздался её звонкий громкий голос, Кьяра наклонила голову набок и оскалилась, – понадобилось крупное и жестокое убийство, чтобы затащить Эри Сато в наш уголок настоящей жизни. Разве это не иронично?

– Ты находишь это забавным? – Эри строго посмотрела на Кьяру, сдерживая нарастающую ярость.

– Да брось, – затараторила Кьяра, – мы все, КОНЕЧНО ЖЕ, ужасно тебе сочувствуем, такое горе, такая невероятная трагедия, такой кошмар и всё такое.

Кьяра откинула прядь волос и с размаху приземлилась на скамейку.

– Не пойми меня неправильно, коллега, – продолжила она, не сбавляя темп, – всем нам бесконечно жаль, мы все в ярости и жаждем справедливости. Но, как говорит моя бабуля, жизнь продолжается. Мертвые не страдают, твоя боль утихнет, ну или не утихнет. В любом случае, нам надо просто двигаться вперед. И попытаться наслаждаться каждой отведенной секундой. Цветы умирают, чтобы дать жизнь новым цветам. Бесконечный жизненный цикл и всё такое, понимаешь? Грустно, накладно, но ладно. Такая у меня позиция. Ты, конечно, пострадай, тебе положено. Но я, с твоего позволения, буду петь оду жизни.

Эри ничего не ответила, лишь смерила Кьяру уничтожающим взглядом.

– Так что, собственно, от меня требуется? – Кьяра не придала строгости Эри никакого значения.

– Нам нужно найти человека. Кого-то, кто неплохо разбирается в травах, пауках и самолечении.

– Это ты по адресу приехала, тут как раз обитает несколько знахарей.

– И в ядах.

Кьяра нахмурилась, но тут же просветлела и кивнула.

– Где яд, там и лекарство. Одно к одному. Отведу тебя к Айгуль, она в этой теме лучше всех. Сможет нормально объяснить. Их семья много поколений занимается знахарством. Пойдем вместе, с чужаками просто так разговаривать не станет.

– А ты изначально не собиралась со мной идти?

– Не было указаний тебя за ручку водить, – пожала плечами Кьяра, – но к Айгуль в одиночку идти смысла нет, так что составлю компанию.

По дороге Кьяра то напевала песни, то рассказывала о невероятных вечеринках, которые закатывают весной и летом в баре Одоевских. Не замолкала буквально ни на секунду. Когда дошли до нужного адреса, Эри чувствовала себя изможденной, остро нуждающейся в пяти минутах тишины в полном одиночестве в темноте и прохладе.

– Я отойду на несколько минут. Не заходи без меня.

Эри осмотрелась, обнаружила небольшую зелёную арку недалеко от забора и зашла в неё. Темнота, прохлада и запах свежей зелени мгновенно укутали девушку, словно в одеяло. Почти сразу Эри увидела деревянную скамейку для одного в углублении арки и с облегчением присела.

«Приятное место», – мысленно отметила Эри, откидываясь на спинку скамейки. Неизвестно, зачем такой уголок отдыха сделали за пределами участка, но Эри захотелось, чтобы таких арок по городу поставили в каждом районе на каждой улице как можно больше. Шумный город, громкие и суетливые люди, перенаселенность, уровень криминала и для простого человека создают довольно стрессовые условия. Для Эри же общая напряженность от пребывания в Ливэе с учетом особенностей восприятия вырастала в несколько раз. Иногда хотелось всё бросить и отправиться отшельничать в дикие дома за пределами города. Впрочем, область всё больше заселялась беженцами из субтропических климатических поясов, ставших совершенно непригодными для жизни. Если верить рассказам Итана, еще лет 50-60 и жителям Ливэя тоже придётся несладко. Но жить еще 50 лет Эри не планировала. Слишком дорого.

Немного придя в себя, Эри вернулась к коллеге. Кьяра сорвала красный цветок с живой изгороди и вставила себе в волосы, повернулась к Эри и кокетливо подмигнула.

За изгородью Эри увидела три здания. К каждому из них вела аккуратная тропа: прямо, направо и налево. Невольно вспомнились русские сказки, которые любила рассказывать мамина подруга. Правая дорожка из мелкого камня вела к большой основательной теплице. От калитки виднелась лишь маленькая синяя дверь и крошечное окошко. Всю остальную площадь здания покрывала зелень. Если бы не надпись над дверью, сложно было бы догадаться, что внутри.

Левая дорожка из кирпича вела к небольшому деревянному домику, перед которым стояли детские качели и чугунная ванная старше Ливэя раза в два, судя по внешнему виду. На веранде домика стояло кресло-качалка, как из старых фильмов, и маленький стол. Вокруг пестрил разноцветный палисадник.

– Это личный дом Айгуль, – остановила Эри Кьяра, – туда нельзя. Нам в другую сторону.

Общий дом по размерам едва обходил личное жилье Айгуль. Также сделанный из дерева он казался несколько более обстоятельным. Крыша, покрытая мхом и растениями, делала его похожим на избушку из древних сказок. Вокруг дома плотным забором раскинулись кусты роз. Подойдя ближе к дому, Эри заметила, что основная часть участка начинается как раз дальше, раскинувшись большими огородами разнотравья и овощей.

Кьяра взбежала по лестнице, громко постучала в массивную дверь три раза, встала на носочки и звонко прокричала:

– Бабушка Айше, это Кьяра! Бабушка Айше, открой!

– Ты говорила, нам нужна Айгуль.

– Бабушка не разрешит – Айгуль не выйдет. Я буду говорить, ты молчи. Делай всё, что скажу.

Эри покорно кивнула. У фермеров и травников свои обычаи. Никто не разбирался в них лучше Кьяры, затевать бессмысленные споры Эри не собиралась.

Дверь бесшумно отворилась, и на пороге показалась бодрая старушка. Представительница тюркского народа, насколько могла судить Эри.

– Што шумишь, бесовка? – лукаво улыбнулась Айше.

– Бабушка, надо с Айгуль поговорить. Выйдет она?

– Почем я знаю, выйдет или не выйдет.

– Ну, бабушка, ну, пожалуйста. А я трав для чая купить хочу. Вон подруга моя, – Кьяра по-свойски толкнула Эри плечом, – без ума от чайных сборов Айгуль. Как попробовала – больше ничего другого пить не может. Житья мне даёт, познакомь да познакомь. Хочу, говорит, сама по себе покупать, от тебя не зависеть.

Старушка то ли всерьез, то ли в шутку сердито покачала головой, погрозила Эри пальцем и жестом показала зайти в дом. Кьяра кивнула и подтолкнула Эри вперед, сама зашла за ней следом.

Внутри дома царила уютная, таинственная и немного жуткая атмосфера. Деревянный дом насквозь пропитался запахами трав и цветов. Эри даже если бы сильно постаралась, не смогла различить все ароматы, захлестнувшие её. Хотя отчетливее всего доносился запах можжевельника, лаванды и базилика. А также руты – острый, горьковатый, травянисто-фруктовый. Инари его просто обожала, таскала ветки домой каждый раз, как оказывалась в районе фермеров – этот аромат Эри безошибочно смогла бы распознать из любого скопления запахов.

От входа виднелось несколько небольших помещений, дверной проем в которые прикрывался причудливыми занавесками, состоящими то ли из бусин, то ли из костяшек, то ли из полых веточек. Эри не стала присматриваться, опасаясь, что правда ей не понравится. Она находила травников сумасшедшими. Казалось невероятным, что в 22м веке, когда доступна медицина высоких технологий, люди всё еще предпочитают лечиться травами, настоями и заговорами. Отчасти, конечно, этому способствует цена на медицинское обслуживание, отчасти – устойчивое недоверие к искусственно-интеллектуальной медпомощи. Доступные практически для всех жителей кабины автодиагностики в бедных районах пользовались дурной славой, к тому же не могли обеспечить квалифицированной помощью всех нуждающихся. Так что вполне закономерно, что люди толпами обращались к устаревшей еще несколько веков назад травологии и знахарству. Да и проведенные за последние пятьдесят лет реформы образования не способствовали росту критического мышления у населения. Эри всегда относилась с благодарностью к родителям, которые смогли позволить себе достойное образование для своих дочерей. И к Инари, обеспечившей Эри высшим образованием не где-нибудь на окраине, а в районе безопасности.

Эри и Кьяра расположились в центральной комнате с большой каменной печью, деревянными скамьями и большим деревянным столом. Из одной из комнат неслышно вышла Айгуль. Низкорослая, коренастая, с широкими скулами и узким подбородком, по всему лицу рассыпаны конопушки. Черные глаза восточного разреза, густые нависшие брови, крупный широкий нос, пухлые губы, чёрные растрёпанные волосы в небрежном пучке. На ней красовалось белоснежное кружевное платье с летящей длинной юбкой и широкие высокие темные сапоги. Цепким взглядом Айгуль изучила пришедших и звонким девичьим голосом позвала их за собой.

Комната травницы выглядела намного уютнее, чем гостиная: напротив входа большое окно и стол с разнотравьем, баночками, тарелками, ступкой, крошечным чайником над горелкой, несколько маленьких чашек, мерные ложки, весы и множество сухих букетов цветов и трав, висящих на стене. Справа от входа стояли полки со стеклянными баночками с неопределимым на взгляд содержимым. В углу левой стены располагался закрытый шкаф. Айгуль жестом предложила Эри и Кьяре сесть в плетеные кресла с мягкими подушками около двери напротив её рабочего стола.

– Как дела у твоей малышки Элы? – начала разговор Кьяра.

– Она что, – Айгуль мгновенно взъерошилась и указала на Эри, – связана с отцом Элы?

– Боже, нет. Она – друг, – подняла ладони Кьяра.

– У меня нет друзей.

– Я думала, мы – друзья. Тогда, на фестивале…

– У меня нет друзей, – отрезала Айгуль, – зачем пришла? У меня много дел.

Айгуль напряженно и с недоверием смотрела на Эри исподлобья.

– Я ведущий эксперт, – начала Эри.

– У меня нет проблем с законом, уходи.

– Господи, Эри, я же просила… – Кьяра закатила глаза и встала с кресла, – Айгуль, нам нужна твоя помощь. Хорошо? Помощь и травяной чай, – Кьяра затараторила, не давая травнице возможности вставить даже возглас, – Эри очень нравится твой травяной чай, я ей на каждый праздник дарю – она потом ходит выспрашивает, где купить такой, ничего другого пить не может. А вы, я знаю, по травам и лекарствам, с бабушкой Айше самые сведущие, случай сложный у нас. Без твоей помощи никак не обойтись. И я хорошо заплачу.

Айгуль выдохнула и на мгновение задумалась.

– Денег не надо. Одолжение меня устроит. Когда попрошу – поможешь. Без вопросов.

– Договорились, – Кьяра расплылась в улыбке, снова села в кресло и кивнула Эри.

Тщательно взвешивая каждое слово, Эри коротко объяснила суть вопроса. Айгуль посмотрела записи доктора о примененном яде, кивнула, открыла шкаф, взяла пузырек и отдала его Эри.

– Вот это лекарство может вызывать симптомы, которые ты описала.

– Лекарство? Это же смесь ядов!

– Яд паука и травяной, всё верно. Но это лекарство. Любой яд – лекарство, если ты знаешь, что делаешь.

– И наоборот?

Айгуль поморщилась, но кивнула.

– Ты сама делаешь свои лекарства?

– Конечно.

– И яд пауков…

– У меня небольшая паучья ферма за домом.

Эри побледнела. Одно дело – контролируемый паучий цех на фабрике паучьего шёлка. Но самопальная домашняя ферма могла обернуться катастрофой. Тем более, Айгуль выращивала ядовитых опасных пауков.

– У неё есть разрешение, и всё под контролем, – поспешно успокоила коллегу Кьяра.

Эри с недоверием покосилась на Айгуль, но продолжила задавать вопросы.

– У тебя есть список людей, которые покупали это…лекарство? В последнее время.

– Оно не сильно популярно, – пожала плечами Айгуль, – есть у меня средство надежнее.

– А что, если не секрет, им лечат? – вклинилась Кьяра, игнорируя сердитый взгляд Эри.

– Разное, – загадочно улыбнулась Айгуль.

Эри нервно постукивала пальцами по ручке кресла. Хождение вокруг да около её нервировало. Медпомощник подал сигнал, предлагающий ввести успокоительное. Эри отключила его. На секунду её парализовала смутная догадка, но вновь ускользнула.

– Так кто в последнее время покупал этот яд? – для сдерживания раздражения требовалось всё больше сил.

Айгуль перевела взгляд на Эри, подняла левую бровь, фыркнула и повернулась к Кьяре.

– Чаще всего, у меня берут это лекарство, чтобы снять интоксикацию.

– Торчки что ли? – выпучила глаза Кьяра.

Айгуль пожала плечами.

– Давно никто не спрашивал. Но недавно приходила Сара, взяла больше, чем обычно.

– Ты можешь её описать? – Эри незаметно включила запись.

– Она носит пальто из прозрачного винила с опушкой из синтетического меха. У неё очень открытые топы, юбка короткая, хорошие яркие украшения. Длинные коричневые волосы. Нос, как у птицы.

Эри вопросительно нахмурилась.

– Ну, такой, – Айгуль жестом показала орлиный нос, – губы тонкие, брови тонкие, сама тонкая, прозрачная. Каждую венку видно. Глаза только большие грустные.

– Наркоманка? Или пьёт?

– Всё сразу.

– Если я вышлю фото, сможешь её опознать?

Айгуль посмотрела на Эри как на слабоумную, встала и вышла из комнаты.

– Нам пора, мы узнали всё, что могли, – потянула коллегу за руку Кьяра.

Как только они вышли из дома, Эри несколько раз глубоко вдохнула.

– А что не так с отцом Элы? – обернулась она на Кьяру.

Стоящая за спиной Кьяры Айше злобно сплюнула на пол и грязно выругалась на незнакомом Эри языке. О том, что это была именно ругань, Эри поняла по тону.

– Ты, наверное, дальше сама. По проституткам и наркоманкам у нас спец Иоши, – Кьяра развернулась и на прощание бросила, – понадобится помощь в моем районе – пиши.

Эри скинула новые данные Иоши, надела колеса на обувь и поехала в сторону центра, чтобы как следует обдумать всё услышанное.

Глава 4. 25 апреля. Понедельник. Вечер. Район Обслуживающего персонала.

Получив данные от Эри, Иоши сразу определил, где будет искать. Сегодня вечером его ждала незабываемая прогулка по району обслуживающего персонала. Иоши закончил текущие отчёты, выпил стакан воды и отправился на поиски.

Район обслуживающего персонала – неоновые каменные джунгли. Развлекательные заведения различного направления на каждом углу. Самые ухоженные улицы – Клининговая и Поварская. Почти все садовники города живут именно здесь. Также в этом районе обитают почти все люди из энтертеймента: музыканты, художники, контент-мейкеры, актёры, писатели. Не самые выдающиеся – эти как раз живут в центре – но остальных можно найти ютящимися в крошечных квартирках, переделанных в подобие общежитий. В этом районе находятся депо трамваев и всего электротранспорта, в том числе большинства дронов-курьеров.

По большей части ночная жизнь локализуется на Барной улице: ночные клубы, бары, наливайки и азартные клубы почти в полном объеме. Здесь же в закоулках, освещенных неоном всех цветов, можно найти всё: от эскорта до запрещенных веществ и предметов.

Район контролировала банда Даны Мареш. Малочисленная и почти беззубая по сравнению с кадзоку Хидео Окавы. Тем не менее, им удавалось держать район в определенных рамках, что шло на пользу руководству.

Для особо жёстких беспредельщиков, которых не пугали ни банда Даны, ни кадзоку Хидео, ни угроза расправы со стороны Руководства, существовала полиция России, к которой город обращался в самых крайних случаях.

В отличии от большинства своих коллег Иоши не испытывал неприкрытого отвращения к району О.П. Равно как и не питал особо тёплых чувств к растениям и животным. Простые линии домов, местами обшарпанных, местами загруженных пристройками, проводами и вывесками; холодный свет неона, асфальтовые тротуары и повсеместное граффити выглядели для него в какой-то мере эстетичными и в некоторых случаях даже художественными. Штампованные один к одному ровные красивые кирпичные домики района интеллигенции навевали на Иоши куда больше тоски.

Хотя, конечно, торчков и проституток в О.П. было даже больше, чем в его родном районе рабочего персонала. Торчков Иоши не выносил. Женщин любил. Его восхищала красота и женственность во всех её проявлениях.

Иоши стоял в самом начале Барной. Уже стемнело, но вечер только начался. Народ неспешно стягивался на улицы. Яркие, шумные, в большинстве своём молодые. Голубоватый свет неона добавлял Иоши бледности, обострял черты лица и подчеркивал синяки под глазами. Иоши бегло осмотрел поток людей, дошёл до ближайшего поворота, встал на углу дома, оперся спиной о стену и расслабленно закурил. Он никогда не курил настоящие сигареты или сигары: ни бумажные, ни электронные, ни синтетические. Но всегда носил с собой обманку, чтобы вписываться в окружающую обстановку в неблагополучных районах.

Иоши знал, стоит ему начать расспросы – люди сразу поймут, что он здесь по делу и будут отмалчиваться. Поэтому нарочито лениво смотрел по сторонам и выжидал. Ждать пришлось недолго – довольно скоро к нему подошла совсем юная девушка и попросила закурить. Тусовщица, не проститутка.

Для таких у него всегда с собой имелась пачка синтетических сигарет низкого ценового сегмента. Перекинувшись парой фраз, они направились в ближайший дешевый бар. Иоши угостил спутницу парой коктейлей и вышел на улицу «перекурить». В подобных местах Иоши знали, он любил провести вечер в баре или стрип-клубе один или в компании какой-нибудь красивой девушки. И у него всегда водились деньги. Так что на перекуре его уже перехватила знакомая стриптизерша на выходном и предложила составить компанию. Иоши сообщил, что находится в хорошем расположении духа, предложил немного прогуляться и пойти в неплохой бар в центре улицы, чем вызвал у новой спутницы восторг.

Иоши выглядел расслабленно, поддерживал пустой разговор и невзначай изучал встречных прохожих. Всё-таки он здесь по делу, нужно найти Сару. Судя по описанию, найти её будет не так уж трудно, особенно если она выйдет сегодня на улицу. Главное, перехватить её раньше клиента или дилера.

Уже у бара Иоши, остановился, перевёл знакомой деньги на несколько дорогих напитков и сообщил, что сегодня ему нужна компания совершенно другого направления.

– Если я скажу девочкам, что суровый Иоши снимает проституток, мне никто не поверит, – расхохоталась стриптизерша.

– Скажем так, я ищу одну особенную девушку и не для себя. Будем считать, что это подарок.

Знакомая прищурилась и с пониманием кивнула.

– Тебе надо поговорить с Лолой. Она для Даны за всеми девочками присматривает.

– Слышал, никогда не видел. Знаешь, где найти?

Стриптизерша загадочно улыбнулась и кивнула.

– Я познакомлю вас, идём.

Они зашли за угол в крошечный бар, о существовании которого Иоши даже и не догадался бы, настолько глубоко в закоулке тот находился. За барной стойкой стояла высокая мускулистая женщина с шикарными волосами и красивыми глазами. Всё остальное лицо закрывала маска. Тяжелый механический респиратор. Иоши такие видел последний раз лет пять назад.

– Лола, это Иоши. У него к тебе дело, а мне уже пора.

Стриптизерша кокетливо подмигнула Иоши и покинула заведение. Крошечное помещение словно стало еще меньше. Несколько качков вышибал потягивали воду в углу, играла бодрая музыка, Лола облокотилась на стойку и заглянула Иоши прямо в глаза.

– Что за дело может быть у правопорядчика ко мне?

Иоши повел плечом и открыто посмотрел в ответ.

– Выглядишь прилично, смотришь колко. Бледный, красивый. Зовут Иоши. Держишься смело. Я знаю тебя. Ты – щенок Хидео.

Иоши внимательно вгляделся в лицо новой знакомой.

– Помню. Маленький, злобный, юркий. Кто ж знал, что ты вырастешь в такую породистую псину.

– У Хидео никогда не было сутенерш или проституток по имени Лола, – совершенно безразлично бросил Иоши, продолжая внимательно следить за женщиной.

– Потому что это не мое имя, дурачок, – она шутливо подмигнула и сняла маску.

Иоши сразу узнал женщину перед собой. Такие ужасные шрамы по всему лицу сложно забыть, сколько бы лет ни прошло.

– Какая выдержка, матерь моя. Даже бровью не повёл, – почти восхищенно выдала Лола.

– Я ищу девушку. Обещаю только поговорить. У неё не будет проблем.

Иоши описал Сару и добавил, что дело срочное.

– Ладно, малыш Иоши, помогу тебе. По старой памяти.

Лола связалась с кем-то и уже через 15 минут в заведение зашла девушка. Иоши сразу понял, что это именно та, что нужна.

– Сара Векслер, проведи вечер с многоуважаемым господином. Будь с ним вежлива и честна. Это мой старинный знакомый. Будешь хорошей девочкой – получишь свою порцию.

Глаза у Сары заблестели, она спешно подошла к Иоши, взяла его под руку и поинтересовалась, куда они направятся. Иоши такие девушки не нравились.

– Пойдем выпьем и пообщаемся в Лагуне.

Спустя короткое время они сидели за столиком и ждали напитки. Иоши не спешил с вопросами. Он знал – сначала надо установить подобие доверия. Эта мадам соврет и глазом не моргнет. Нужно вывести её на откровенную беседу, а там и расспросить о заказчике.

– Ты местная?

– А?

– Ты из О.П.?

– Не. Из бараков за Р.П. Но ща живу с девочками в трущобах в О.П.

Она говорила медленно, немного заторможено, тянула гласные и постоянно трогала волосы.

– А ты че любитель поболтать?

– Да. – Иоши сделал несколько медленных глотков воды. – Любитель.

В этом баре подавали хорошо очищенную воду. Но до той, что наливали в баре Одоевских далеко.

– А сам чё откуда?

– Из Р.П. – Иоши протянул Саре сигареты, – давно ты работаешь на Лолу?

– Я не работаю на Лолу. Ну, то есть…

Сара осеклась и закурила.

– Не хочешь – не говори. Ты учишься?

– Чувак, какая учеба, ты с кем разговариваешь, – Сара лениво отмахнулась и потянулась к коктейлю, – я тебе что какая-то мадам из центра?

Система распознавания закончила анализ личности Сары и вывела Иоши на зрительный экран краткую сводку.

– Ты привлекалась.

– Ну и, – Сара отхлебнула напиток.

– Тяжело после такого найти нормальную работу. Даже в эскорт не всегда берут привлекавшихся. Странно, что Лола пошла на это.

– Слушай, Лола не в курсе, ясно? – Сара осмотрелась по сторонам и наклонилась к Иоши, – что тебе надо от меня? Ты явно не потрахаться меня позвал. Говори, что надо и отвали.

– Чтобы ты мне соврала? Ну, уж нет. Я должен доверять твоим словам, а ты наркоманка и проститутка. – Иоши сделал небольшой глоток воды, – и ты соврешь.

Сара нервно кусала губы и стучала пальцами по столу. Установление доверительного контакта с информатором никогда не означало для Иоши дружеской беседы по душам.

– Тебя Дана Мареш вытащила. Она же замяла историю перед Лолой, я уверен. Моя подруга сказала, что Лола смотрит за девочками для Даны. Только вот я Лолу знаю много лет. Она рыба крупнее Даны. Не знаю, что за игру она ведёт. Но поступок Даны ей явно будет не по вкусу. А ты, – Иоши сделал паузу и показал на собеседницу пальцем, – останешься крайней.

Сара почти плакала.

– Чувак, я прошу. Я тебе всё скажу.

– А если ты меня обманешь, я не только с Лолой пообщаюсь. Я пущу слушок, что ты всё это время собирала информацию для Хидео. Поэтому я тебе и искал. Потому что ты – мой информатор.

– Меня же убьют, – на выдохе прошептала вмиг протрезвевшая девушка.

– Вот ТЕПЕРЬ мы с тобой доверяем друг другу, правда?

Иоши ухмыльнулся. Сара едва заметно кивнула и опустила глаза в пол.

– Ты недавно у Айгуль покупала яд. Явно не для себя. Я хочу знать имя.

Сара буквально перестала дышать.

– Любой другой вопрос, пожалуйста.

– Нет, Сара. Я хочу знать именно это.

Сара молча смотрела на него глазами полными настоящего животного ужаса. Иоши подсел к ней ближе и угрожающе повторил:

– Я хочу знать имя.

– Ки… Киган.

Она закрыла рот ладонью и разразилась беззвучным плачем, не отрывая взгляда от Иоши.

– Так, мне нужно больше деталей. Адрес или род деятельности.

– Он… он вроде электрик в паучке. Ну, на фабрике.

– Всё?

– Рыжий, имплантов нет. Я не знаю!

– Ладно.

Иоши немного смягчился, приобнял девушку за плечи и перевёл ей небольшую сумму.

– Никому не рассказывай о нашем разговоре. Придумай правдоподобную историю.

Иоши запросил в системе координаты Эри и направился ей навстречу. Он перехватил её по пути домой и рассказал о том, что удалось узнать.

– Я запросил доступ на допрос сотрудников фабрики. Сама понимаешь, это займет несколько дней. Параллельно я запустил процесс поиска по критериям. Но рыжий электрик Киган… кто знает, один он там или их целая сотня. Если он вообще работает официально.

– Я хотела после Айгуль поехать по адресу из записки, которую мы нашли у Инари. Но Кьяра сказала, что там только лес.

– Я бы всё равно проверил.

Эри кивнула.

– Я хочу, чтобы ты поехала домой и поспала. Не будешь отдыхать – отстраню тебя от дела.

– А ты?

– Отдохну немного и опять сяду за отчёты. Преступления никто не отменял, работы полно. Держи меня в курсе, получим доступ и поедем на фабрику.

На самом деле Иоши не собирался спать, он хорошо поработал и планировал вознаградить себя более интересным отдыхом.

Глава 5. 25 апреля. Поздний вечер. Квартира Эри.

Итан ждал Эри у подъезда. Он видел по координатам, что она движется из центра в сторону дома, но решил не идти навстречу. Итан переживал из-за смерти Инари. И прежде всего, он переживал за Эри. Из всех коллег, Эри Итан любил больше всех остальных. Он находил её одновременно и привлекательной, и интересной, умной и перспективной. Кроме того, Эри надежный напарник и отличный эксперт. Им часто приходилось работать вместе, поскольку Эри вела дела, затрагивающие жителей корпоративного центра и района интеллигенции, а из всех коллег Итан знал эти районы и местных жителей лучше остальных. Своё прозвище «золотой чудо-мальчик» он получил по нескольких причинам. И его состоятельные родители – одна из них. Его мать пребывала в длительном шоке от выбранной сыном профессии, но после смирилась и лишь попросила обещать, что он непременно добьется невероятного успеха. Итан с самого детства точно знал, чего хочет и уверенно двигался к своей цели. И хотя все считали его душой компании, настоящими друзьями Итан так и не обзавёлся. Ближе всех к этому званию приблизилась разве что Эри.

И сейчас он ждал у подъезда с двумя четкими целями: Итан хотел осмотреть комнату Инари и убедиться, что Эри в порядке. Насколько можно быть в порядке в сложившейся ситуации.

Итан никогда не бывал в гостях у Эри. Во-первых, они с Инари недолюбливали друг друга. А во-вторых, на нейтральной территории в парке или баре, он чувствовал себя увереннее. В то же время Эри несколько раз приходила к нему в гости, когда они допоздна засиживались над сложными расследованиями. И хотя Итан имел репутацию ловеласа, по отношению к Эри он никогда не позволял себе ничего лишнего.

Эри заметила Итана издалека. Его выдавал не только рост, но и манера одеваться в ретро-стиле. Все эти рубашки под свитер, винтажные джинсы прямиком из 2020х и старомодная стрижка андеркат с этой его небрежной, но стильной челкой, которую он вечно откидывал со лба.

– Давно ждёшь?

Итан улыбнулся и наградил её своим самым мягким взглядом.

– Не больше 15 минут, так что даже замерзнуть не успел, – он улыбнулся и вскинул брови. Внешние уголки бровей опустились, а внутренние поднялись, делая взгляд Итана еще более сочувствующим. На лбу очертились три мимических горизонтальных морщинки.

– Я немного устала и не смогу с тобой погулять.

– Вообще-то я хотел напроситься в гости.

Эри от удивления округлила глаза.

– Если у тебя есть подобие дивана или вроде того. Я бы хотел осмотреть комнату Инари на предмет подсказок по делу. И заодно проследить, чтобы с тобой ничего не произошло.

– Тебя Иоши подговорил?

Итан оскорбленно фыркнул. Эри кивнула и жестом пригласила его идти следом. В глубине души она радовалась его присутствию. Мысль о том, чтобы остаться дома одной тревожила.

Они зашли в квартиру, подверглись трехступенчатой обработке, после чего Эри направила Итана мыть руки. Любой другой удивился бы расточительству и лишнему расходу воды. Но Итан на оплату счетов отдавал почти половину своей зарплаты и никогда не отказывал себе в простых бытовых радостях. И это не считая персонального многоуровневого фильтра для питьевой воды. Эри жила значительно скромнее. Небольшая гостиная, совмещенная с кухней, выполненная в псевдокосмическом стиле. Серо-белые спокойные тона, минималистичный диван, интерактивный столик, проекционное телевидение, встроенный в потолок свет. Вся гостиная по площади занимала не больше 8 квадратов, что уже считалось довольно роскошным в современных условиях жизни в Ливэе. Но даже рядом не стояло с просторной трёшкой Итана с панорамными окнами в корпоративном центре.

Основная большая стена гостиной разделялась пополам. Итан сразу понял, для чего. Ему приходилось видеть подобные инженерные решения в более дешевых кварталах. Часть стены поднималась и за ней находилась мини-комната. Как правило вмещающая в себя небольшой шкаф, кровать и окно в половину стены.

Эри открыла свою комнату, опустила стену и спустя несколько минут вернулась в гостиную уже переодевшись в домашнюю одежду – тонкие спортивные штаны и толстовку.

– У тебя прохладно, – заметил Итан, беззастенчиво разглядывая квартиру.

– Меня вчера не было, не включала отопление. А ночи еще холодные.

– Ты гуляла всю ночь? – Итан обеспокоенно посмотрел на Эри.

– Нет. Я была у Иоши, – Эри замялась. Сама не понимая почему, покраснела и быстро добавила, – спала на его крошечной кухне.

Итан на секунду нахмурился, но тут же улыбнулся:

– Более крошечной, чем твоя?

Эри вернула ему улыбку.

– На моей кухне хотя бы можно найти еду. Ты голоден?

– Только если у тебя есть свежие овощи.

Эри отрицательно покачала головой.

– Давай тогда осмотрим комнату Инари, пока силы не покинули нас? – Итан подошёл к той части стены, которая вела во вторую мини-комнату.

– Думаешь, сможем там что-то найти?

– Мы очень постараемся.

Эри обхватила себя руками в попытке успокоить нарастающее волнение. Сжала губы, кивнула и запустила подъем стены.

Мини-комната Инари в отличие от комнаты Эри олицетворяла собой хаос. Даже удивительно, как они уживались, учитывая неудержимую страсть Эри к наведению порядка. Итан прикоснулся к плечу Эри, девушка вздрогнула.

– Давай я сам посмотрю, что здесь можно найти? Тебе сейчас очень тяжело.

Эри кивнула и села на пол, облокотившись о дверной проём. Итан цепким взглядом осмотрел крошечную комнату. Среди хаоса разбросанных вещей на первый взгляд не было ничего важного. Брошенный на кровати читательский чип, провода, запчасти, несколько сменных масок-фильтров на навесной полке, служившей столом. Ничего, что могло хоть немного пролить свет на произошедшее.

– Она никогда не вела записи, ужасно раздражающе, – сердито констатировала Эри.

Итан поднял один из фильтров и обнаружил записку. Задумавшись лишь на мгновение, он передал находку Эри.

«Ичиро. Купить трав. Пройти ТО»

– Бессмыслица. Обычный список дел. Зачем записывать на листке? – Эри нахмурилась и еще несколько раз перечитала. После достала записку с координатами, найденную на месте преступления. – Знаешь, Итан, я хочу всё-таки проверить это место.

– Хорошо. Поедем завтра вместе?

– Да. Еще бы облако Инари проверить, но у меня нет доступа. И последние звонки… Я запросила данные у технического отдела, но ты же знаешь, как они работают. Я сегодня получила её последнее дело – там о пропаже девочки Фарии. Блогерша вроде.

– О, я знаю Фарию. Пропала около недели назад. Можем попробовать распутать это дело, вдруг найдём какую-то ниточку.

– Если блогерша – надо её облако тоже проверить. И связь. Но на это уйдет так много времени…

Итан засомневался, но вскоре кивнул своим мыслям и отправил сообщение по связи.

– У меня есть старая знакомая. Она – технарь, одна из лучших, – Итан показал на браслет, – попросил её помочь. Работает с нашим департаментом, так что всё легально. Завтра встанем пораньше и поедем к ней.

Эри кивнула и улыбнулась. Помощь и поддержка Итана много значили для неё. Если не брать в расчет Инари, Итан – её единственный друг. Эри никогда и не стремилась обзавестись друзьями, люди в принципе ей не очень импонировали. Но Итан сильно отличался от других её знакомых. Эри нравился его цепкий ум, аккуратность, чистоплотность и способность находиться рядом, не утомляя скучными разговорами ни о чём. И то, как тонко Итан чувствовал границы.

– Ты знал, что мои квады² – это подарок Инари с её первой зарплаты в нашем департаменте?

– Качественная вещь, – с неподдельным уважением отозвался Итан, продолжая осматривать комнату.

– Она влезла в жуткие долги, чтобы сделать мне подарок. Говорила, что это должно быть обязательно что-то настоящее, хорошее, чтоб на века.

Итан с пониманием кивнул. Со своей первой зарплаты он купил сборник энциклопедий на бумаге. Потратился до нуля, но оно того стоило.

– А я с первой зарплаты купила ей годовой читательский чип. Ты ведь знаешь, Инари ни дня не могла прожить без книг.

Эри плотнее вжалась в стену, обхватив колени руками.

– Мама этого никогда не понимала, а отцу дела не было. Маленькими мы убегали в лес. Знаешь старый деревянный дом на краю леса?

– Ведьмина изба? – Итан ностальгически улыбнулся.

Эри тоже улыбнулась и едва заметно кивнула.

– Иногда они злились, когда я перегружалась. Начинали сильно кричать, делали только хуже. Тогда Инари уводила меня в лес. Сидели на веранде ведьминой избы целый день, она читала мне вслух. Птицы пели. Шума города почти не слышно. Никого нет. Лучшие моменты из моего детства.

Итан сел напротив и тоже облокотился о дверной проём.

– Инари самый близкий и родной мне человек, никто и никогда не понимал меня так, как она. Никто не любил, как она. И не заботился, как она.

– Даже мама? – Итан снова поднял внутренние уголки бровей.

– Мама меня не понимала. Она гордилась Инари, а я была для неё ошибкой. Но не для Инари. Инари всегда любила меня, – сдерживаемые больше суток эмоции нахлынули и подступили к горлу, – всегда.

Голос Эри сорвался на хрип, и она разрыдалась. Сильно, отчаянно, опустошающе. Она рыдала и рыдала, пока слез совсем не осталось.

Итан наклонился к ней ближе. Эри ощутила еле уловимый древесный аромат с нотами мяты. Лицо Итана оказалось совсем рядом. Они сидели на полу так близко, что перехватывало дыхание. Итан едва ощутимо прикоснулся ладонью к её щеке, посмотрел прямо в глаза и тихо произнёс:

– Мне так жаль.

Эри смотрела в его глаза, не смея пошевелиться.

– Мне так жаль, что тебе приходится проходить через всё это.

Он резко отстранился и добавил:

– Уже поздно, я останусь на диване?

– Д-да, – Эри опустошенная так и сидела на полу, пока Итан расстилал себе место для сна.

Итан подошёл к Эри и протянул ей руку.

– Прошу, тебе нужно отдохнуть.

Эри глубоко вдохнула и протянула руку в ответ. Итан помог ей подняться.

– Я чувствую такую пустоту внутри, – Эри стояла напротив Итана и не могла поднять на него глаза. Казалось, что воздух в комнате стал невыносимо густым и почти непригодным для дыхания.

Итан прижал её к себе. Эри слышала, как ровно бьётся его сердце.

– Это пройдёт, – Итан коротко улыбнулся и добавил, – пусть сегодня тебе приснится ведьмина изба.

Глава 6. 26 апреля. Вторник. Утро.

Эри проснулась по будильнику, едва рассвело. Подняла стену своей комнаты и обнаружила, что диван застелен. Итан понуро сидел за кухонным столом.

– Ты вообще спал? Выглядишь не очень.

Итан выпрямился и улыбнулся.

– Встречались на моем жизненном пути диваны и поудобнее.

– Позавтракаем и поедем к твоей знакомой?

– Отличное предложение. Многое отдал бы за салат из свежих овощей.

– Ну, – Эри смущенно почесала затылок, – такого у меня не водится. За еду обычно Инари отвечала, это она у нас гурман.

– Мне страшно предположить, чем ты питаешься, – Итан с опаской заглянул в холодильник. – А есть что-то без водорослей?

– Вот это у тебя запросы, весь более-менее доступный фаст-фуд с водорослями. Ты ж не в начале века живешь.

– У меня просто аллергия.

– Ого! Итан, ты никогда не говорил. Ты как вообще выживаешь в современном мире?

– Я богат. Может, в этом дело.

Итан сделал нарочито серьезное пафосное лицо. На секунду Эри даже поверила ему. Но спустя мгновение они уже вместе от души хохотали.

– А я всё гадала, откуда эта твоя одержимость овощами. Ты, наверное, всех фермеров и животноводов лично знаешь. Хранишь дома свежее молоко и натуральное мясо.

– Эри! – Итан выставил ладони вперед в защитном жесте. – Я же не варвар. Ты сама-то пробовала молоко или натуральное мясо? Какая маргинальщина.

Эри обыскала всю кухню, но не смогла найти продуктов, в которых на 100% не было бы водорослей, поэтому в итоге предложила Итану просто попить чая.

– Ты-то можешь поесть, ни к чему эти жертвы, – Итан покачал головой и настороженно принюхался к содержимому чашки.

Эри в пару глотков осушила свою порцию чая и направилась на выход. Итану пришлось буквально догонять её.

Погода навевала тоску своей мрачностью. Тёмное от туч небо, холодный пробирающий до костей ветер, мелкая морось.

Эри довольно улыбалась. Итан всегда удивлялся этой странной любви к неприятной погоде. Он и сам не выносил жары, предпочитая прохладную погоду. Прохладную, но сухую. Никто в отделе не разделял любви Эри к повышенной влажности и мрачности. Эри направилась в сторону трамвайной остановки, Итан выдохнул с облегчением. Идти пешком через весь город по такой погоде ему совершенно не хотелось. А Эри знатная любительница перемещаться на своих двоих.

– А что за старая знакомая? – Бросила через плечо Эри.

– Хлоя Митчелл.

– Хлоя? Это случайно не та самая Хлоя?

Эри остановилась и, прищурившись, уставилась на Итана. Тот лишь пожал плечами.

– Легендарная Хлоя Митчелл. Девушка-киборг, оставившая дыру в сердце нашего дорогого Итана.

– Да брось. В этом куске камня никто не может оставить дыру. И она не киборг.

– Я в жизни не видела никого настолько нашпигованного технологиями, – возразила Эри и округлила глаза для пущего эффекта.

– У неё были на то причины.

– Не представляю, что должно произойти, чтобы заменить такой процент тела имплантами, – Эри снова остановилась, покачала головой, показала пальцем на своё лицо, – фильтры ладно. Но руки, ноги, глаза и уши!

– И половину внутренних органов.

Эри раскрыла глаза еще шире, хотя казалось бы – шире уже некуда.

– Это всё прошлая глобальная пандемия. Она была совсем девчонка. Только закончила универ, много тусовалась. Пренебрегала мерами предосторожности. Она тогда подцепила сразу три крупных вируса. Врачи были уверены, что не выкарабкается. Но её отец занял денег у Хидео и смог спасти, но пришлось почти половину тела заменить имплантами. А вот мать Хлои спасти не удалось. Отец так и не расплатился с Хидео, потому что погиб в пьяной уличной драке. Там какая-то мутная история.

– Какой кошмар! И теперь она должна огромную сумму денег самому Хидео Окава?

– Нет.

По тону ответа Эри мгновенно поняла – этот разговор закончен. И вряд ли они когда-нибудь к нему вернутся.

Они добрались до IT-квартала, прилегающего к корпоративному центру. Архитектура, контингент и жизнь в корпоративном центре настолько сильно отличалась от других районов, что казалось, будто это совершенно другой город, живущий в ином времени.

– Мы встретимся с Хлоей в Технопарке. Она согласилась поговорить с нами до работы, – Итан кивнул в направлении самого технологичного и странного, на вкус Эри, парка в городе.

– А почему не в офисе?

Итан поморщился, но ответил.

– Мне бы не хотелось сегодня идти в центр.

– Вдруг мы бы увидели руководство.

– Именно поэтому.

Итан остановился, проверил данные по браслету, сам себе кивнул и подошёл к ближайшей скамейке. В Технопарк редко заглядывали гости из других районов. Как правило здесь можно встретить только сотрудников айти или студентов центрального университета. Да и парком это место назвать сложно: металл, стекло, технологии и почти никакой зелени. Несколько раз в неделю здесь собирались для совместного отдыха и соревнований геймеры и киберспортсмены. Раз в пару месяцев открывалась точка для виртуальных концертов, билеты на которые не могли позволить себе обычные жители города. Раз в год проводится хакатон – самое крупное и ожидаемое мероприятия для всех специалистов, связанных с высокими технологиями. На одном таком мероприятии 28 лет назад группа сотрудников создали прототип Связи – системы, объединяющей в себе ряд технологий, позволяющих жителям города обмениваться друг с другом абсолютно любой информацией. В совокупности с определенным набором имплантов можно напрямую получать данные от других людей, выводить на виртуальный экран, встроенный в глазные импланты и воспроизводить без особых усилий. Особо талантливые контент-мейкеры могут создать даже файлы с ощущениями и передавать их по связи своим спонсорам. В последствии к системе стали подключать даже медпомощников. Связь оказалась настолько эффективной и прогрессивной технологией, что в конечном итоге Россия выкупила на неё патент и внедрила по всему миру. Но зародилась она именно здесь, в крошечном Ливэе. Данный факт – самая большая гордость города.

В скором времени к скамейке подлетела на гравидоске Хлоя. В дождливую погоду гравидоски пользовались особой популярностью у горожан. Всего 10 сантиметров над землей – а уже никакой грязи на обуви. Миловидная высокая девушка, светлые волосы чуть выше плеч, одета по последней моде. В любой другой профессии такое огромное количество имплантов в теле могло стать проблемой, но ведущему эксперту отдела технологий это даже добавляло определенного шарма.

– Привет, крошка, – Хлоя одарила Эри своей мягкой очаровательной улыбкой.

Она прикрыла глаза, коснулась двумя пальцами своего правого виска и смахивающим движением направила Эри по связи пакет данных. Эри никогда до этого не получала данные с ощущениями, но сразу поняла, что именно ей отправила Хлоя. В голове раздался мягкий щелчок, по телу разлилось странное уютное теплое ощущение, будто кто-то невероятно нежный, близкий, родной обнял, прижал к себе, к самому сердцу и поцеловал в макушку. Эри невольно закрыла глаза, её окутал запах леса после дождя, старых книг и руты. На несколько секунд показалось, что она снова маленькая девочка, сидящая с любимой сестрой на веранде ведьминой избы. И что всё будет хорошо. Ощущение безмятежности наполнило каждую клеточку тела и медленно, тая, как туман, рассеялось, возвращая в реальность. Оставляя после себя приятное послевкусие.

– Ну, пока, красавчик, – раздался мягкий голос Хлои, после чего девушка развернулась и покинула парк.

Эри ошеломленно смотрела на Итана, не находя слов. Услуги контент-мейкеров такого уровня, создающих столь живые яркие воспоминания, внедряющиеся в память постоянным ощущением, к которому можно возвращаться, стоят целое состояние. Сравнимое разве что с набором имплантов не уступающих по количеству имплантам Хлои. Эри не понадобилось задавать уточняющих вопросов, картина всего произошедшего чётко сформировалась. Не было никаких сомнений, почему Итан не хотел продолжать тот разговор. И с чего вдруг малознакомая IT-эксперт решила сделать Эри такой подарок. Незавершенным оставался лишь вопрос, почему Итан…

– Хлоя прислала мне все отчёты еще утром, но я хотел прогуляться, – голос Итана прервал размышления Эри, – как думаешь, что там?

Эри продолжала смотреть на Итана, в поисках ответа на свой несформированный вопрос.

– Там ничего. Оба облака пустые.

– Это очень странно, – Эри нахмурилась, вспоминая условия для очистки облака.

– В логах тоже пусто.

– Такое возможно только если очистку производили с уровнем доступа Руководства.

Итан медленно кивнул, погруженный в размышления.

– Это всё объясняет, – лицо Эри посветлело.

Итан вопросительно посмотрел на неё.

– Если в деле замешано руководство – это всё объясняет. И секретность, и выбор места, и даже то, что не побоялись напасть на ведущего эксперта.

– Что такого опасного могла узнать Инари? – спросил Итан, внимательно глядя на Эри. Та лишь пожала плечами, – да и я не думаю, что руководство стало бы марать руки.

– Согласна, – Эри воодушевленно закивала, – нужно найти исполнителя. Тогда выйдем на заказчика.

Итан запрокинул голову и всмотрелся в небо, затянутое черными тучами. Глубоко вдохнул, тяжело выдохнул, перевел взгляд на Эри и покачал головой.

– А мотив? Есть так много способов заставить человека молчать. Почему сразу убийство?

– Может, такая тайна, которую нельзя замолчать?

– Или Инари запросила слишком высокую цену.

Эри вспыхнула и бросила на Итана гневный взгляд.

– Инари не стала бы никого шантажировать!

– Кто знает…

– Я! Я знаю.

Итан смотрел на пылающую от ярости Эри, сейчас она была хороша как никогда. Он отогнал от себя эти мысли и твёрдо кивнул.

– Хорошо, если ты так говоришь, то шантаж мы исключаем.

Эри мгновенно залилась краской от накатившего смущения. Почему она смущается? Почему это короткое признание доверия так взволновало её?

– Найдём исполнителя, тогда и подумаем о мотиве, – в конце концов выдавила она.

– Значит, заказчик из руководства – это твоя основная версия? Другие варианты ты не будешь рассматривать?

– Найдём исполнителя, тогда и подумаем о мотиве, – уже твёрже упрямо повторила Эри.

Итан в два касания переслал ей координаты.

– Это последние геоданные Фарии. Девочки из дела Инари.

Эри вскинула брови от удивления.

– Это координаты из бумажки в кармане Инари.

– Я тоже заметил. Отправил утром туда дрона.

– Почему мне не сказал? – рассердилась Эри, едва удержавшись от того, чтобы топнуть ногой.

– Хотел проверить догадку, прежде чем сообщать.

– Мне это не нравится, не делай так, пожалуйста.

– Хорошо, – пожал плечами Итан.

Они молча смотрели друг на друга. Эри сердито, Итан выжидающе.

– НУ И? – не выдержала Эри.

– Дрон нашел тело Фарии.

– Еще одно убийство? – Эри нахмурилась.

– Автодетектив установил несчастный случай. Судя по данным анализа, есть вероятность, что Фария что-то снимала, взобравшись на дерево, и упала.

Эри смотрела видео с места происшествия снова и снова. В конце концов она кивнула.

– Значит, совпадение, – Итан закрыл отчёт.

– Я так не думаю.

Эри напряженно размышляла, складывая в голове картину событий.

– Думаю, это Фария что-то нашла. Инари обнаружила тело Фарии и её находку. И это и стало мотивом для заказчика.

– Сыроватая теория. Но не самая плохая. Почему медпомощник не отправил данные по связи? Почему Инари не сообщила о теле?

– Хорошие вопросы, – Эри довольно кивнула, – нам надо поехать туда.

– Полезем на дерево?

– Если придется.

– Давай сначала посмотрим в офисе бумаги Инари.

Эри с сомнением покачала головой.

– Только время потеряем.

– Должны же быть хоть какие-то записи.

– Она не…

– Да знаю я! – неожиданно вспылил Итан. – Почему она занялась пропажей девочки? Это ведь не её специализация. Этот лес к её району тоже не относится. Что её сюда вообще привело?

Эри чувствовала, что Итан хочет найти ответы на вопросы не меньше её. И была за это благодарна.

– А что там вообще рядом есть по карте?

– Дачи, в основном.

– Руководства? – глаза Эри хищно заблестели.

– Не только. И мои родители неподалеку там живут. Их тоже допросим?

– Ты хочешь познакомить меня со своей мамой? – отшутилась Эри и неожиданно покраснела.

– Моей маме ты не понравишься. Она любит только заносчивых снобов из высшего общества.

Итан привычно отшутился, но Эри знала, что тема семьи для него больная. Мать Итана – уважаемая профессорша в центральном университете. Очень амбициозная и серьезная женщина, посвятившая свою жизнь карьере. Отец Итана крупный начальник в финансовом департаменте. Родители не одобряют выбор профессии Итана. Вот и всё, что окружающие знали об отношениях Итана с семьёй. Эри знала, что Итан работает больше остальных поскольку хочет во что бы то ни стало доказать своим родителям, что сделал верный выбор. И что им можно гордиться.

– Самая большая дача у Фрейзеров, – прервал молчание Итан, – в детстве мы часто пытались туда пробраться. Но там очень серьезная охрана. Моя семья не входила в ближний круг. Хоть Захаровы и Одоевские с нами и общались, но Фрейзеры всегда держались особняком.

– Наверное, это непросто быть частью самой влиятельной семьи в городе.

Итан недовольно скривился и пожал плечами. Погруженные каждый в свои мысли, они довольно быстро добрались до офиса, поднялись в кабинет Инари и принялись разбирать отчёты. Эри периодически тихонько ругалась на хаотичность записей и отсутствие системы хранения. Итан лишь в ответ ухмылялся и продолжал искать зацепки.

– Нашла! – победоносно вскочила Эри. – Нашла!

Она держала трясла в воздухе бланком заявления.

– Ого! На бумаге. Дай посмотреть.

– Посмотри, локацию посмотри!

Итан уже увидел, что так взбудоражило Эри. Заявление от Ичиро Като о перебоях с электричеством в частном секторе недалеко от координат, где нашли тело Фарии.

– Я говорила! Это не совпадение.

Эри на мгновение застыла.

– Пришёл отчет от техников по имплантам Инари.

– Что там?

Эри нахмурилась, просмотрела все отчёты несколько раз. И недовольно покачала головой.

– Бессмыслица какая-то.

– Либо говори, либо пересылай мне отчёт.

– Последний полученный звонок был из бара Одоевских.

– Прям звонок? Не сообщение по связи? Это странно.

– Ну, ты чего. Очевидно же – чтобы не оставить цифровой след.

– Что-то еще?

Эри закусила губу и кивнула. Итан терпеливо ждал.

– Она сама отключила медпомощника.

– Вот чёрт.

– Если бы она не отключила медпомощника, он бы её спас. Она бы не умерла, понимаешь?

– Да, это многое объясняет.

Эри сердилась. И не понимала, зачем сестра отключила медпомощника, направляясь на явно непростую встречу.

– Может, не хотела, чтобы её отследили? – рассуждал вслух Итан. – А связь она отключала?

Эри кивнула.

– Не говори, пожалуйста, об этом Иоши. Не сейчас, попозже я сама скажу.

Итан вопросительно выгнул правую бровь.

– Он с самого начала это предположил. Говорил, что это может быть трагичная случайность. Я так понимаю, типа напугать, а не убить.

– Ты тоже так считаешь?

Эри упрямо стиснула челюсти, уставившись в пол.

– Эри?

– Для меня это не имеет значения. В конечном итоге, её убили.

– Да, но мотив тогда может быть иным.

Эри вскочила и быстро вышла из кабинета. В коридоре она буквально налетела на Иоши, выбив у него из рук стакан с водой.

– Эри, – хладнокровно констатировал он, глядя на осколки на полу.

– Я нашла зацепку, – выпалила Эри, – пойдем завтра вечером в бар Одоевских к вип стойке.

Не дожидаясь ответа, она развернулась и направилась к выходу из офиса.

– Утром проверим зацепку по последнему делу Инари, – добавил подошедший Итан.

– Пойдешь за ней? – уточнил Иоши, продолжая с тоской рассматривать лужу на полу.

– Сегодня ей лучше побыть одной.

Иоши включил трекер отслеживания, чтобы убедиться, что Эри дошла до дома и вернулся в свой кабинет. Итан покинул офис и отправился к себе домой. Сегодня ему хотелось принять горячую ванну и поспать хотя бы пару часов.

Уже на полпути к дому Эри остыла. В словах Итана была логика, хоть и не хотелось её признавать. Она написала ему по связи, что всё в порядке, и завтра утром они едут к Ичиро. Холодный душ и травяной чай помогли окончательно прийти в себя.

Эри залезла под одеяло в кровати Инари и вспомнила утренний подарок от Итана, переданный Хлоей. Воспоминание легким отголоском наполнило тело приятным теплом. Эри подумала, насколько удивительный Итан человек. Что он хороший друг. И что у него очень красивые глаза.

Глава 7. 27 апреля. Среда. Утро.

Рано утром Итан уже стучался в дверь Эри.

– Ты еще не ела, – уверенно заявил Итан, протягивая Эри контейнер с салатом.

– Это овощи? – Эри сонно плелась в сторону кухни.

– Фирменный салат из ресторана Моро. С секретным ингредиентом, который ты никогда не пробовала.

Эри резко развернулась, практически столкнувшись с Итаном.

– Что происходит? – требовательно уставилась на Итана Эри.

– Я принёс тебе еды. – Итан смотрел на Эри прямо и без смущения, не увеличивая неприлично маленькое расстояние между ними. – Чтобы ты не умерла от голода. Ты почти ничего не ешь.

Спокойный и уверенный он указал на салат.

– Поешь и поедем к Ичиро. Нам повезло, что будучи в отпуске он согласился нас принять.

Хоть Итан держался хорошо, на лице присутствовал отпечаток усталости и печали. Как он ни старался скрывать свои чувства, события прошедших дней не оставили его равнодушным.

Эри открыла контейнер и с удивлением посмотрела на Итана.

–Это фрукты?

Он лишь хитро улыбнулся в ответ.

– Я вижу кусочки клубники, мяту, кажется, мякоть дыни, – Эри принюхалась, – чувствую запах имбиря и лимона. Зеленое мелкопорезанное – это что?

– Перец чили.

– Чили во фруктовом салате? – Эри посмотрела на Итана с сомнением.

– Нам обязательно надо будет заглянуть в кафе «Вивьен». Они профилируются исключительно на необычных блюдах.

Эри еще раз принюхалась, и постаралась попробовать одновременно всё сочетание вкусов.

– Это просто восторг! – Эри дожевала и неожиданно для себя рассмеялась. – Так вкусно, что хочется танцевать!

Итан довольно кивнул.

– А это что за странные штуки?

– Это виноград.

– Я знаю, как выглядит виноград. И какой он на вкус, – гордо вздернула подбородок Эри, – это что-то другое.

Итан довольно рассмеялся.

– Это очень редкий сорт винограда. Ты пробовала Изабеллу. Или Кишмиш. Может быть, Восторг.

– Изабеллу же запретили, – нахмурилась Эри, – в О.П. и Р.П. из неё делали очень токсичное вино.

Итан пожал плечами и снова улыбнулся.

– Так что это?

– Это виноград. Я тебе клянусь.

– На вкус как сахарное облако, – Эри описала в воздухе круг, – ну, такие штуки на ярмарках продают.

– Этот редкий сорт винограда у нас не выращивают, его иногда импортируют в небольших количествах для руководства и кафе «Вивьен», – Итан выдержал небольшую паузу и добавил, – он называется Пальчик Ведьмы.

– Ты серьёзно?

Эри с осуждением покачала головой.

– Прости, когда я увидел сегодня, что им завезли новую партию, не удержался. Это так иронично.

Итан снова рассмеялся. В этот раз немного напряженнее.

– И кофе тебе захватил с авокадо, – Итан протянул горячий стаканчик Эри. Их пальцы едва соприкоснулись.

– Ты сам-то это пробовал? – Эри попыталась скрыть смущение за ехидной усмешкой.

– Авокадо добавляет приятный сливочный вкус. Нам уже пора выдвигаться.

– Пойдем пешком. Отсюда по тропинкам через элитный частный сектор до дач идти не больше 40 минут.

На улице Эри с отвращением прищурилась и запустила противосолнечную заслонку. Из крошечного шарика развернулся настоящий защитный шлем. Прозрачный, но очень эффективный против ультрафиолета и яркости солнечных лучей.

– Ты в этой штуке и своей кожанке, как мотоциклист без мотоцикла.

– Не хочу обгореть и ослепнуть.

– Защитные крема и линзы для кого придумали?

– Для людей с идеальной кожей, способным обмазываться всякой химией и не покрываться сыпью и пятнами.

Эри с радостью мазалась бы кремами вместо использования заслонки, но все доступные ей средства либо вызывали сыпь и раздражение, либо были липкими и мерзкими наощупь. Конечно, Итан привык пользоваться куда более дорогими средствами, которые наверняка и не ощущались вовсе. Но Эри всё еще выплачивала кредит за обучение и не могла позволить себе таких трат.

До дачной полосы они добрались даже быстрее – всего за полчаса. Все дачные участки являются собственностью корпорации и изначально строились с учётом самых первых привлеченных сотрудников.

Дача начальника кадровой службы Ичиро Като первоначально принадлежала китаянке Янлин Чжао. Архитектура классического китайского дома и сада существенно выделялась на фоне остальных участков. Первое, что бросилось в глаза – довольно специфический забор из бамбука и дорожка из крупных гладких камней. Тропинка от входа переходила в красивый крытый мост с каменным парапетом и резными металлическими фонарями. Больше всего Эри впечатлил не сам мост, и даже не вычурная на её вкус китайская архитектура, а буйство зелени. Они будто оказались в лесу, в котором собрали деревья со всего мира.

– Я такие никогда не видела, – показала Эри на величественное печальное дерево, тянущее сотни тонких, как плети, веток к воде.

– Это плакучая ива.

– Впечатляюще.

Мост, деревья и небо отражались в пруду, создавая симметрию, радуя глаз.

– Чувствую себя очень важной и неспешной, – шепнула Эри, проходя с Итаном по мосту.

Ичиро ожидал их рядом с мостом около резной беседки с круглым входом. Сдержанным кивком он пригласил их присоединиться к чаепитию. Высокий, худощавый и невероятно бледный он казался даже выше Итана. Серые глаза, длинные прямые белые волосы, овальное вытянутое лицо. Черную кашемировую водолазку, строгие брюки и современное широкое пальто дополняли дорогие туфли, сделанные явно на заказ. Когда Ичиро начал чайную церемонию, Эри невольно подумала о пауках. Настолько тонкими и длинными были его пальцы.

– Ичиро ведь японское имя, – как бы невзначай бросил Итан.

– Да, это так. – Ответил Ичиро твёрдым уверенным голосом.

– Разве не иронично, что вам достался дом, так тесно связанный с китайской культурой?

Итан очаровательно улыбнулся. «Значит, я – тактичный эксперт», – мгновенно сообразила Эри.

– Как человек, родившийся в Ливэе, я считаю себя носителем мультикультурного наследия нашего города, – спокойно и совершенно хладнокровно отреагировал Ичиро.

– У вас очень впечатляющий сад, – перевела тему Эри, – стоит немалых трудов поддерживать такое буйство жизни.

– Я мало бываю дома, им в основном занимается моя жена Минори, – холодно ответил Ичиро.

На скамейку рядом Итаном запрыгнула маленькая черная кошка и требовательно мяукнула. Лицо Ичиро на несколько мгновений просветлело, после чего он вернул себе маску безразличия.

– Вы подавали жалобу на сбой электричества, – прерывая обмен любезностями перешел к делу Итан.

– Были сильные заморозки в конце марта. Вместо того, чтобы подать нам больше электричества, нас на несколько часов отключили от системы. Если бы у меня не было личного генератора, мы могли потерять сад.

– Мы узнаем, в чём была причина сбоя, чтобы в будущем этого не повторилось.

– Ваша коллега сказала, что уже всё выяснила и это не повторится. Что за бардак творится у вас в отделе? У вас нет общей базы данных? Ваш руководитель всё еще Хардвин Вебер?

– Коллегу, которая расследовала ваш запрос, убили.

Ичиро строго посмотрел на Итана.

– Это повод, чтобы не вести записи? Её убили раньше, чем она успела внести информацию в систему?

Итан увидел, как Эри вскипает и незаметно сжал её руку под столом.

– Если вы подскажете, когда последний раз общались с нашей коллегой, то я смогу дать точный ответ, – Итан прямо посмотрел на Ичиро, продолжая держать руку Эри.

– 20 апреля днём мы беседовали в моём офисе.

– Значит, она просто не успела внести данные в систему.

Ичиро задумчиво кивнул.

– Тогда вопрос о профпригодности вашего руководства можно пока не поднимать. От меня что-то еще требуется?

– Нет, спасибо, что уделили нам время.

На середине моста Эри резко развернулась, снова столкнувшись с Итаном.

– Напыщенный индюк!

– Хорошо-хорошо, я буду идти на пол шага дальше от тебя, – засмеялся Итан, поднимая ладони.

Эри сердито покачала головой.

– Ты понял, что я не про тебя.

– Слушай. Ты ведь представляешь, какого уровня начальник нас с тобой сейчас поил чаем?

Эри фыркнула, как это обычно делал Итан, и продолжила идти в сторону выхода. Она остановилась лишь у плакучей ивы и вздохнула.

– Красивое всё-таки дерево. Мне нравится.

– Я послал запрос на электростанцию, пришёл ответ, что нас может проконсультировать Адриана Миллер. – Итан внимательно посмотрел на Эри, – ты как? Поедем сейчас?

Эри молча ускорила шаг в сторону трамвайной остановки. Добраться до района фабрик и заводов пешком можно, но слишком трудоёмко – очень большие площади. Даже если точно знаешь, в какой цех тебе нужно, может понадобиться помощь внутризаводского авторазвозчика.

Производственные заводы по выработке и очистке сильно отличались по строению и архитектуре от фабрик, связанных с паучьей фермой. Совершенно безжизненные территории, сплошь металл, провода, роботизированная техника, двенадцатиметровые потолки, холодное искусственное освещение, еще более строгий пропускной контроль.

– Мы будто попали в фильм про космос далекого будущего, – не сдерживая восторг оглядывалась по сторонам Эри, пока они шли к кабинету Адрианы.

Поскольку Итан занимался в основном производственными преступлениями, то был частым гостем в заводских районах и не впечатлялся так сильно, как Эри.

Кабинет Адрианы заполняли щитки, экраны и стенды с переключателями. Сама Андриана – темнокожая, высокая, крепкая девушка в черном комбинезоне и огромной мешковатой куртке военного образца – стояла у самого крупного экрана с техническим планшетом и что-то проверяла.

– Добрый день. Мы из департамента безопасности, связывались с вами утром.

– Добрый день, – медленно, будто из последних сил ответила Адриана.

– Я получил ваш отчёт, но хотел бы услышать и ваше мнение.

– Моё мнение, – Адриана говорила еле слышно на выдохе, словно работала без выходных и перерывов несколько лет подряд.

– Как думаете, что спровоцировало сбой электричества в районе жилья господина Ичиро Като.

– Перераспределение энергии, – Адриана повернулась к большому экрану и вывела на него интерактивную карту, – вот здесь возникла сильная перегрузка из-за погодных условий. Пришлось перераспределять по узлам. У Ичиро есть генератор, поэтому его узлом пожертвовали на несколько часов. Это помогло стабилизировать систему быстрее.

– Там, где возникла необходимость, нет своих генераторов?

– Это недалеко от координат, где нашли Фарию! – вдруг осознала Эри.

Адриана лениво обернулась на голос Эри и оглядела ту с ног до головы.

– Так что насчет генераторов? – нетерпеливо переспросил Итан, он чувствовал, что скоро будет максимально близок к разгадке причин случившегося.

– Поступил запрос, мы перераспределили энергию. При таких обращениях мы вопросов не задаем. Нужно было найти решение, я нашла.

– Кто подал обращение?

Адриана посмотрела на Итана, как на слабоумного.

– Жители этого квадрата, где произошла перегрузка, – она снова показала на карту.

– Да, но кто именно?

– Вот эта лампочка загорелась красным, – Адриана показала на щиток, – я сделала так, чтобы она снова загорелась зеленым.

– Ясно. Спасибо. Не будем вас больше отвлекать.

Выйдя из кабинета Адрианы, Итан остановился и задумался.

– Какие мысли? – заглянула ему в глаза Эри.

– Я знаю, что ты ищешь исполнителя.

Эри кивнула.

– Но мне хочется понять мотив. Я хочу понять причину, по которой от Инари решили избавиться.

– Найдем исполнителя – узнаем мотив.

– Ты хочешь найти исполнителя. Но мне нужно узнать мотив.

Эри упрямо насупилась.

– В том квадрате несколько дач, – задумчиво продолжал Итан, – и все они очень высокопоставленных людей. Захаровых, Моро, Одоевских и Фрейзеров.

Эри присвистнула.

– Вся верхушка, понимаешь? Я просто обязан выяснить, что такого узнала Инари.

– Я собиралась вечером сходить с Иоши в бар Одоевских, по зацепке со звонком.

– Пустая трата времени.

– Я всё равно проверю.

– Хорошо. А я посещу логово семейства Мёрфи и попробую вытащить что-нибудь из родителей.

Итан коротко улыбнулся и направился в семейный дом. Эри отправила Иоши сообщение с координатами, где они встретятся, чтобы пойти в бар. Близился закат, до назначенного места дорога на квадах займёт не более часа. Эри решила немного прокатиться, хотелось побыть наедине с собой и разложить всю собранную информацию в голове по полочкам.

Глава 8. 27 апреля. Среда. Вечер.

Иоши ждал Эри в сквере около музея рядом с фестивальной площадью. Оттуда до бара Одоевских идти минут 15, не больше. Эри, как и предполагалось, приехала без опозданий.

– Пойдем сразу к Трикси, – Иоши спокойно дождался, пока Эри отсоединит квады, и продолжил, – съемка в баре не ведется, так что нам придётся полагаться на её прекрасную память.

– Ты знаешь барменшу?

– Еще с тех времен, когда она работала в барах О.П. и Р.П. Лет 7 назад мы недолго встречались.

– И какая она?

Иоши остановился, посмотрел Эри в глаза и ответил:

– Красивая, целеустремленная и молчаливая, – он улыбнулся и добавил, – и немного безумная.

Бар Одоевских представлял из себя большое двухэтажное здание. Высота потолков первого этажа составляла почти 15 метров, второго – 12 метров. Нижний этаж полностью занимал ночной клуб. Первый зал, поменьше, предназначался для танцев под живую музыку в реальном мире. Стеклянный разноцветный потолок, словно собранный из осколков, просторный танцпол, разделенный на несколько танцевальных зон. В центре возвышалась стойка диджея, отгороженная от танцпола по всему периметру подсвеченным аквариумом с диковинными водорослями. Всё освещение в клубе организовывал координатор по свету: все оптические иллюзии, рассеянные лучи закатного света, вздымающиеся волны разноцветного света, окружающие профессиональных танцовщиц. Самая большая стена клуба также представляла из себя аквариум из специализированного материала, наполненный причудливыми кораллами и водорослями. По выходным в стенном аквариуме плавали специальные танцовщицы клуба. Несмотря на обилие света, в клубе сохранялся интимный полумрак. Выступать у Одоевских мечтали все диджеи города. Это и статус, и отличные деньги. И возможность выступать перед искушенной публикой.

Второй зал побольше был абсолютно белым и пустым, разделенным на квадраты полтора метра на полтора. Здесь отдыхали любители танцев в виртуальном пространстве. Музыка здесь играла скорее для того, чтобы заглушать топот и дыхание танцующих. На самом же деле каждый подключенный к виртуальной танцплощадке клуба получал свой плейлист, наушники и очки дополненной реальности. В этом зале можно побывать в абсолютно любом ночном клубе. Как современном на другом конце планеты, подключившись по сети. Так и в любом клубе любого города в прошлом, бережно воспроизведенном современными контент-мейкерами по сохранившимся записям. Единственное правило второго зала – соблюдение дистанции и никаких физических контактов. Все доступные перемещения строго в рамках своего квадрата. В случае, если человеку нужно прервать танцевальную сессию и покинуть зал раньше обозначенного времени, квадрат поднимается к потолку и, избегая столкновения с другими танцующими, вывозит его к выходу.

Второй этаж также делился на два больших зала. Первый, выполненный в китайском стиле в черно-красно-золотой цветовой гамме, выделялся дорогой резной винтажной деревянной мебелью. В дальнем углу зала располагалось большое искусственное дерево сакуры, которое окружала барная стойка, занимающая почти треть помещения. Остальная часть зала железными кованными перегородками делилась на несколько зон со столиками. Деревянный паркет, огромные окна до самого потолка с видом на Центральный парк, комфортные стулья, мягкий нижний свет и замысловатые кованные потолки. И самая вкусная очищенная вода во всём городе.

Иоши и Эри интересовал зал для особо почетных гостей, в него вёл отдельный вход. Вип-зал представлял из себя настоящее произведение искусства. В центре располагалась инсталляция в виде огромного раскидистого дуба, по всему помещению тянулись корни и ветки дерева. С ветвей свисали тусклые светильники-капли, корни же обвивали пол и стены до самого потолка. Вокруг ствола дерева располагалась центральная барная стойка, за которой и работала Трикси. На стволе дерева красовались полки с напитками. Центральный зал казался очень маленьким, уютным и винтажным. Но основная фишка вип-зала – это, конечно, закрытые кабинки. По всему периметру помещения выделялись круглые окошки, прикрытые тяжелым фиолетовым бархатом. Всего 18 вип-комнат, оформленных в различных стилях на любой вкус. Будь то китайский, японский, славянский, английский. Или неоклассика, фьюжн, стимпанк, киберпанк, лофт или скандинавский. Бохо, футуризм, готический, прованс, средиземноморский, кантри, индустриальный. И даже классицизм.

Трикси приветливо помахала рукой Иоши и Эри. Невысокая, всего 150см ростом, она носила грубые ботинки на высокой платформе. Трикси любила практичные штаны с большим количеством карманов, откровенные топы и неприличное количество украшений: ремни, цепи, кольца, серьги, подвески, пирсинг. Спину от плеча до самого бедра наискось украшала татуировка с японским мотивом. Трикси всегда ярко подводила свои глаза орехового цвета, вырисовывая вычурные стрелки и рисунки. У неё маленький вздёрнутый носик, острый чуть выходящий вперед подбородок, острые скулы, широкие плечи и бедра. Светлые волосы с персиковым отливом как правило собраны в два больших пучка.

Иоши кратко рассказал о цели визита. Трикси задумчиво покачала головой.

– Записи не ведутся, не в этом зале. Мы гарантируем абсолютную приватность, здесь ведь отдыхают очень серьезные люди.

Трикси старательно протирала бокалы и внимательно смотрела на Иоши. Эри подумала, что возможно, эта девушка всё еще питает к нему нежные чувства.

– Может быть, ты помнишь, кто пользовался телефоном?

– Да кто угодно. Это мог быть абсолютно любой гость в тот вечер.

– И много гостей принимали 23 апреля?

– В субботу вечером? – Трикси хитро улыбнулась, – заняли все стулья за баром. Даже кресло, – Трикси махнула в сторону одинокого винтажного кресла возле деревянного шкафа с книгами, – а комнаты на субботы всегда бронируют заранее.

– И ты, конечно, знаешь всех, кто приходил.

– Знаю, – Трикси перегнулась через барную стойку, её лицо оказалось в нескольких сантиметрах от лица Иоши, – и ни одного имени тебе не назову.

– Даже по старой дружбе? – усмехнулся Иоши.

– Даже если ты начнешь меня допрашивать.

Иоши довольно ухмыльнулся, другого он и не ожидал. Трикси мечтала об этой работе со школы, она ни за что не станет рисковать карьерой.

– Но ты можешь спросить у своего коллеги, он заходил в тот вечер.

– Итан? – Иоши помрачнел, – что хотел?

– Просто пообщаться, – бросила Трикси нарочито равнодушно.

Возникло напряженное молчание, Трикси смешала два напитка и передала их официанту.

– Вы снова встречаетесь? – Иоши неотрывно смотрел на Трикси.

– Нет! Ты прекрасно знаешь, что это невозможно! – Трикси сердито погрозила Иоши пальцем, – мы договаривались с тобой не поднимать эту тему.

– Вы с Итаном встречались? – Эри растерянно смотрела на барменшу.

– Это давно закончилось. И всё не так драматично, как Такахаси выставляет.

Эри от удивления потеряла дар речи. Никто не позволял себе называть Иоши по фамилии.

– Не драматично, конечно. И никакому старому знакомому потом не пришлось собирать твою душу по осколкам, – Иоши сердился и выглядел еще более грозным, чем обычно.

– Дела прошлого, – Трикси отмахнулась и добавила, – я обещаю тебе, со мной всё будет хорошо.

– Если вы не сойдетесь заново.

– Мы не сойдемся, он приходил не для этого.

Эри затаила дыхание и замерла в ожидании продолжения диалога.

– Если он пришел не лапшу тебе на уши вешать, то зачем? Что ему тут еще делать, нашему золотому мальчику?

– Хотел поговорить с Вивьен, – Трикси негодующе смотрела на Иоши, не понимая, почему он вдруг взъелся на Итана, – они общались в комнате некоторое время, потом он проводил меня до дома, ты же знаешь, в предрассветный час опасно возвращаться в одиночку. Не веришь мне – спроси у неё сам, она в пятой!

Вдруг Трикси застыла, на её лице негодование сменилось удивлением, затем гневом, а после она рассмеялась.

– Иоши! Ты – мерзавец!

– Прости, но ты ведь ни слова бы мне не сказала. Рабочая этика и все дела, – Иоши встал из-за барной стойки.

– Провернешь со мной этот трюк еще раз – и я серьезно обижусь.

– Вопрос действительно важный, иначе я бы никогда. Ты же знаешь.

Трикси сердито покачала головой.

– Чего сидишь? – Иоши повернулся к Эри, – ты же слышала. Нам в пятую.

За массивным занавесом из темно-фиолетового бархата находилась дверь, открыв которую, Иоши и Эри оказались в небольшой комнате, оформленной в стиле прованс. Деревянные состаренные полы, пошарпанные деревянные балки на потолке. Одна стена отштукатурена и покрашена в нежно розовый пастельный оттенок, другая оклеена обоями с мелким цветочным рисунком, остальные две окрашены имитацией грубой кирпичной кладки. В центре красовался белый столик на гнутых ножках, вокруг которого стояли диван и три кресла на таких же гнутых деревянных ножках с мягкой тканевой обивкой с цветочным рисунком. На стенах висели полочки разной высоты и ширины, на которых дизайнер бережно расставил множество вазочек, шкатулок, подсвечников и фарфоровых тарелочек. На одной из стен в лепных рамах располагались фотографии, зеркала и картины. На небольшой тумбе в углу в расписной вазе стоял букет высушенной лаванды.

На стене напротив входа располагался светильник, имитирующий большое окно, его прикрывала кружевная занавеска. Все детали подобрались тонко и точно, перекликаясь между собой и создавая гармонию и уют. Возникала полнейшая иллюзия семейной посиделки в загородном доме на побережье Франции.

Вивьен Моро расслабленно сидела в кресле в одиночестве, пила коктейль и читала книгу. Когда дверь открылась, Вивьен лишь на мгновенье оторвалась от своего занятия, взглянула сквозь пушистые ресницы на виновников шума и вновь погрузилась в литературный мир.

Иоши спокойно сел в кресло напротив. Эри немного посомневалась и села в третье кресло. Диван так и остался пустовать.

Эри много раз видела Вивьен раньше, но никогда не приходилось общаться с ней лично. Наследница семьи Моро – высокая темнокожая девушка с голубыми глазами и длинными черными волосами собранными в сотни тонких косичек, одетая в дорогие наряды из кожи. Широкий прямой нос, похожие на эльфийские уши, на которых всегда красовались невероятные массивные серьги. Сегодня это металлическое украшение размером с ладонь работы местного ювелира – три щита, с которых свисают 7 крошечных кинжалов. Семья Моро владеет элитным рестораном в центре города с одной стороны от бара Одоевских и небольшим кафе «Вивьен» с другой. На текущий момент Вивьен обучается в университете управлению персоналом и руководит кафе, славящимся своим необычным экспериментальным меню.

– Что привело вас ко мне в этот час?

Голос Вивьен густо разлился по комнате, она говорила с чувством и мягко картавила.

– Ведём расследование, – коротко ответил Иоши.

– Слышала, интересное дело.

Эри молча смотрела на фотографии на стене.

– Вы виделись с нашим коллегой в тот вечер, когда всё произошло, – продолжил Иоши.

– С Итаном? Общались. Ничего серьезного не обсуждали, убийство не планировали.

Вивьен немного наклонилась в сторону Иоши, сохраняя расслабленность позы.

– Может, видели, как кто-то звонил с местного телефона?

– Кто-то всерьез использует эту древность? – Вивьен усмехнулась, – я думала он тут для красоты.

– О чём говорили с Итаном?

– У него и спроси, – Вивьен расхохоталась и откинулась на спинку кресла.

Эри показала на фотографии на стене.

– Тут вы, Фёдор Захаров, Егор Одоевский, Габи Фрейзер. Почти на всех фото вы вчетвером. А вот на этом, где дети, – Эри указала на самую крайнюю рамку, – вас пятеро. Кто этот пятый мальчик?

– Глеб. Брат Феди. Умер совсем мальчишкой от анафилактического шока. С тех пор Федя всюду таскает с собой такой маленький шприц для инъекций.

Эри многозначительно посмотрела на Иоши, тот лишь отрицательно покачал головой.

– Какая-то распространенная аллергия?

– Я точно не знаю, какое-то насекомое. Это лучше у Феди спросите.

Иоши встал с кресла, кивнул Вивьен и направился в сторону выхода.

– Вы в хороших отношениях с Итаном Мёрфи? – внезапно спросила Эри.

Вивьен пожала плечами и улыбнулась. Иоши указал глазами Эри на выход, она лишь отмахнулась.

– И всё же, он пришёл сюда ради разговора с вами. Что вас связывает?

– Ради разговора со мной? – Вивьен снова мягко рассмеялась, – сильно сомневаюсь. Но да, мы виделись.

– И о чём же вы говорили?

– Это допрос?

Иоши подошёл к Эри и сжал её плечо. Эри сердито скинула его руку.

– О чём вы говорили?

– Просил помочь устроить сюрприз для одной особенной девушки.

Эри не ожидала такого ответа и пришла в замешательство. Вивьен раззадорила такая реакция.

– У меня есть небольшое хобби, которое я попрошу оставить строго между нами, – Вивьен посмотрела на Иоши, тот подтверждающе кивнул, – мне иногда из России привозят разные редкие ингредиенты, которые не достать в Ливэе. И я добавляю их в некоторые блюда в моём кафе. Люблю, знаете, наблюдать, как люди пытаются разгадать вкус, который никогда не пробовали.

– Итан помогает вам с такими поставками? – нахмурилась Эри.

– Что? Итан? Нет, – Вивьен наклонила голову и внимательно осмотрела Эри, – он хотел впечатлить какую-то девчонку. Спрашивал, могу ли я организовать что-нибудь незабываемое. Вот и всё.

– Какую «девчонку»? – продолжала давить Эри.

– У него и спроси, – Вивьен вдруг утратила дружелюбие в голосе, – покиньте комнату, мне надоел этот разговор. У меня сегодня выходной, хочу отдохнуть.

Иоши взял Эри под локоть и вывел из комнаты. Уже за дверью он угрожающе зашипел:

– Да что на тебя нашло? Как свидание Итана с какой-то там девушкой связано с нашим делом?

Эри сердилась, но не могла понять, почему её так разозлил разговор с Вивьен.

– Я хочу, чтобы ты взяла себя в руки. И включила голову.

– Фёдор носит с собой инъекционный шприц. В районе дачи Захаровых случился скачок электроэнергии, неподалёку Инари нашла мёртвую девушку. Уже несколько ниточек ведут к семье Захаровых.

– Ты торопишься с выводами.

– Пока всё выглядит довольно очевидным. Но ты прав, картина не полная.

– Нельзя просто так допрашивать таких влиятельных людей, тебе ли не знать.

– Я, – Эри запнулась, – я потеряла контроль. Это не повторится.

Иоши проверил поступившее по связи сообщение.

– Пришли данные по возможному покупателю яда. По нашему описанию нашёлся подходящий кандидат – Киган Дойл. Утром наведаемся к нему домой в О.П., а потом доедем до паучки – проведаем его на рабочем месте. Встретимся в районе Обслуживающего персонала в парке культуры и отдыха. Оттуда пойдем на Барную улицу.

Эри чувствовала странную тревогу, но никак не могла идентифицировать причину. Уже на улице Иоши подошёл к Эри, наклонился, посмотрел прямо в глаза и мягко предупредил:

– Я настоятельно не рекомендую тебе влюбляться в Итана Мёрфи.

Глава 9. 28 апреля. Четверг. Раннее утро.

Самый неоновый район города в рассветный час выглядел намного унылее, чем любой другой. Словно всем своим видом передавая ощущения, которые испытываешь ранним утром после бурного ночного веселья по клубам и барам. В районе обслуживающего персонала в 6 утра людей на улице даже больше, чем по вечерам. С той только разницей, что по утрам они все торопятся на работу, и это накладывает свой отпечаток на общую атмосферу.

Ночные работники вяло плелись по улицам, разбавляя общее оживленное движение. Некоторые устраивали привал у местных окон быстрого питания или крошечных китайских забегаловок. Одна такая лапшичная находилась неподалёку от назначенного места встречи – в боковой стене дома, полностью завешанной коробами систем вентиляции и очистки воздуха. От стены отходила небольшая стойка, за которой сидели несколько человек и поглощали стряпню местного повара, который по совместительству владел лапшичной и одновременно стоял за прилавком в широком оконном проёме, прилегающем к стойке. Большинство уличных заведений для клиентов низкого достатка ограничивались таким оконным обслуживанием, некоторые умудрялись использовать прилегающую территорию для установки столиков. После череды смертоносных пандемий на законодательном уровне закрепили положение для общественных заведений относительно мер предосторожности. Например, обязательные условия очистки воздуха, технологии для которой не могут позволить себе крошечные заведения вроде лапшичной у парка культуры и отдыха. Также не в пользу таких заведений закреплены положения о дистанции между посетителями и наличии комнат гигиены.

Эри поежилась, плотнее застегивая свою куртку. Иоши уже ждал её у входа в парк. Не заходя в сам парк, они направились на Барную улицу.

– Дом, который нас интересует – своего рода общежитие.

Эри поморщилась. Ей всего пару раз приходилось бывать в таких местах. И ей не понравилось.

– Не всем повезло так, как тебе. В районах О.П., Р.П. и П.П. довольно много общежитий и бараков.

– Я видела такие, где люди живут в капсулах отдыха, поставленных друг на друга. Там буквально спальное место на одного и пара полочек на стене. Это же нечеловеческие условия!

– Или так, или жить на улице. Выбор очевиден.

– Инари рассказывала, что это связано с первоначальной планировкой города. Никто не рассчитывал, что он станет настолько густонаселённым.

– И с тем, что нельзя строить новые дома и сносить старые. По договору аренды здесь всё в будущем принадлежит России. А значит, разрушая любое здание, мы разрушаем их собственность. Люди, конечно, у нас разные. Но настолько отчаянных сумасшедших нет.

Нужный дом нашёлся быстро. По первоначальной задумке это небольшая двухэтажная гостиница для туристов, которую пару десятилетий назад захватили родители Даны Мареш. А теперь здесь обитала её банда – самая малочисленная в городе, но не самая дружелюбная. Здание образовывало квадратный колодец, в центре которого предполагался зелёный двор. Три стороны здания представляли из себя жилой комплекс высотой 8 метров, фасадная сторона меньшей высоты – 6 метров – позиционировалась как завлекающая. На первом этаже красовалась дверь наполовину деревянная, наполовину стеклянная. Левее стояла скамейка и декоративный куст в горшке, над скамейкой располагалось окно в пол стены. В реалиях современной жизни и на окно, и на дверь дополнительно установили железные решетки. На втором этаже над окном находился пустой открытый балкон, что даже странно в условиях нехватки жилой площади. Многие дома в округе перекрывались самодельными пристройками из подручных материалов всех видов. Дом-отель Даны, конечно, визуально сильно выделялся на фоне остальных.

– Итак, наш заказчик яда живет в доме Даны Мареш, которая в своё время помогла Саре Векслер, которая купила яд у Айгуль.

– Что подводит нас к мысли, что эта ниточка ведет скорее к Дане Мареш, чем к Кигану Дойлу.

– Согласен. Но Кигана всё равно надо допросить.

На входе в дом совсем юный мальчишка проверил их ордер на обыск и дал ключи от ячейки Кигана.

– Левое крыло, первый этаж, ячейка номер 12.

Их путь лежал через серый коридор без окон и каких-либо украшений. Лишь голая стена с одной стороны и двери с номерами с другой.

– Был у меня опыт посещения правого крыла. Там всё, как ты описывала – стоящие в ряд друг на друге капсулы отдыха. В каждой спальное место, небольшой телеэкран, пара полок для вещей и подсветка. Стена открывается, стена закрывается. И ты один в светлом чистом и неприятно тесном пространстве.

Эри снова поморщилась.

– Знаешь, а ведь так было и раньше. В Китае, например, лет 100-120 назад люди просто ставили в квартирах перегородки из чего попало, разделяя пространство на микро-помещения полтора на полметра. По сравнению с такими койко-местами наши капсулы – это прям дворцы. Тем более там, конечно, ни о какой гигиене речи не шло. Грязь, вонь, вши, клопы, тараканы. Настоящий ад.

Эри округлила глаза и не веря покачала головой.

– Я не шучу. В капсулах хотя бы есть системы очистки и фильтрации. Плюс, в каждом крыле есть довольно приличные душевые и кухня. – Иоши остановился, – пришли. Вот, номер 12.

Он открыл дверь выданным ключом. Это, конечно, оказалась совсем не капсула отдыха. Маленькая квадратная комната площадью 8 квадратный метров. По центру стены красовалось большое круглое окно. С правой стороны стояла аккуратно застеленная кровать, над ней висела под самым потолком полка с ровно сложенными вещами. С левой стороны – стол с компьютерной системой, настольным светильником и небрежно разбросанными мелочами. Между столом и кроватью вместился дешевый стул. У самого входа в комнату слева стоял мини-холодильник, а справа размещалась система очистки. Не такая полноценная, как у Эри, но учитывая дополнительную очистку при входе в здание, достаточная.

Иоши внимательно осмотрел помещение и показал Эри найденный розовый волос. Прогнав его по базе данных, обнаружилось совпадение с ДНК волоса с тела Инари.

– Мы на правильном пути, – сердце Эри забилось быстрее, – Киган рыжий. Волос, я думаю, принадлежит Дане Мареш. Конечно, розовый цвет довольно распространенный. Но совпадение очень уж странное.

Иоши задумчиво почесал подбородок.

– Не вижу мотива.

– Нужно допросить Кигана.

Эри открыла холодильник, до верху забитый жидкой едой и водорослями в разных формах. Иоши с отвращением поморщился.

– Тоже не любишь водоросли?

– Жидкую еду не выношу. Ты не любишь водоросли?

– Не я.

Иоши лишь закатил глаза.

– Сначала на фабрику, потом отыщем Дану, – подытожила Эри.

– Бывала на паучке?

– Знаешь, я… Я в целом пауков не люблю.

Иоши ухмыльнулся.

– Тебе понравится. Там очень технологично. И при этом зелено.

– А ты на самой паучьей ферме был?

– Там всё очень аккуратно и безопасно. Сотни метров специализированных изолированных стендов и капсул. Там заботятся даже о возможных чувствах пауков. Которых у них, конечно, нет. Но им включают классическую музыку, строгий распорядок дня, контроль атмосферы и прочее. И после того случая, всех сотрудников на выходе обязательно сканируют. Больше никаких утечек.

Эри всё равно чувствовала напряжение. Одно дело вовсю пользоваться обработанным паучьим шелком, другое дело оказаться в помещении с миллионом, а может, даже и миллиардом крошечных существ с 8 лапами и 8 глазами. Хоть ученые и утверждали, что данный вид не агрессивен, побочный эффект в виде особо токсичного яда убрать пока никому не удалось. И это не считая того, что Эри просто находила пауков отвратительными.

К счастью, им нужно центральное здание фабрики. На само производство никого со стороны не пускают, руководство согласилось вызвать к себе в переговорную подозреваемого под незначительным предлогом, чтобы не спугнуть.

– В начале своей карьеры, – Иоши остановился и посмотрел в сторону фабрики, – я расследовал дело об утечке пауков. Сбежало всего несколько особей. Даже не специально, просто прицепились к костюму работника. Но в городе случилась настоящая истерия. Нейродоктора не справлялись, люди толпами шли в медпункты. Каждый второй находил у себя симптомы отравления токсинами пауков еще несколько недель. Хотя беглецов нашли через пару дней и нейтрализовали. У людей с фабрики с тех пор укоренилась привычка дополнительно осматриваться после работы. Ну, и дополнительных сканеров поставили пару штук на выходе.

Эри и Иоши подошли к высокому зданию. Атриум центрального здания по величественности переплюнул даже корпоративный центр. Высота потолка почти 30 метров. Невероятное количество света, стекла и белого цвета. На первом уровне находились стартовые лифтовые площадки для сотрудников. Иоши не преувеличивал, когда говорил о зелени. В каждый метр площади гармонично вписана различная растительность. Эри поймала себя на мысли, что это скорее высокотехнологичная теплица или ботанический сад, чем атриум паучьей фабрики. У фронтальной стены полностью выполненной из высокопрочного стекла возвышалась статуя Ли Лин-Вэй. Первые несколько уровней, располагавшихся вдоль остальных трёх стен носили характер декоративных, чем рабочих площадей. С высоты 4 уровня всё, что ниже, напоминало скорее парк культуры и отдыха, чем центральное здание паучьей фермы. Тем не менее уже с 5 уровня начинались кабинеты и лаборатории.

Узкие, не больше 2 метров в ширину дорожки вели вдоль многочисленных дверей. Не самое приятное место для тех, кто боится высоты.

Вся территория паучьей фермы занимала площадь чуть больше, чем самый крупный жилой район города. Большая часть, конечно, приходилась на производственные здания, но и центральное впечатляло своей масштабностью.

– Нам с тобой на десятый уровень, к местному руководству.

– На самый верх, – у Эри перехватило дыхание.

– Высоковато, да.

Они дошли до административного прозрачного лифта, который плавно поднял их к самому потолку. Иоши обратил внимание, что Эри позеленела.

– Смотри вперёд, не смотри вниз.

– Ммм.

Иоши взял Эри под локоть и вывел на деревянную дорожку. Наличие непрозрачного пола немного помогло, но голова продолжала кружиться.

– Неужели им всем нормально? – глухо выдавила из себя Эри.

– Привыкли, наверное. Держи, – Иоши протянул Эри крошечную круглую таблетку.

– Что это?

– Конфета.

Эри вскинула брови.

– Немного сахара тебя взбодрит.

– Ты не перестаешь меня удивлять.

У одной из дверей их ждал совершенно неприметный человек в униформе. Он молча кивнул и передал Иоши ключ от кабинета. Внутри на сером невысоком стуле сидел Киган Дойл. Тёмные золотисто-рыжие волосы, небрежные кудри с пробором на бок, низкие густые брови, тонкий нос, чувственные губы, нависшие веки и квадратный подбородок. В целом, несмотря на довольно красивые черты лица, выглядел он странно. Из-под дорогого пальто выглядывала растянутая старая потрёпанная водолазка, видавшие лучшие дни джинсы. Дополняли картину сапоги с острыми металлическими носами. Держался Киган уверенно и раслабленно.

–Я знаю таких, как ты. – Иоши подошёл к Кигану и с презрением посмотрел на того сверху вниз.

Киган самодовольно ухмыльнулся.

– Мы в курсе, что ты захаживаешь к Саре Векслер.

Киган пожал плечами.

– Также мы в курсе, что ты купил у неё яд.

Киган покачал головой и закинул ногу на ногу.

– Этот яд фигурирует у нас в одном деле. Деле об убийстве, – нарочито бесстрастно продолжил Иоши.

– Для кого яд, а для кого лекарство. – Киган говорил сдавленно и немного гнусаво, – Вы рассуждаете однобоко, господин ведущий эксперт.

– Ты умеешь разговаривать, – скорее констатировал, чем спросил Иоши.

– Вы ведь люди с образованием, из хороших семей. Бедной жизни не знали, поэтому считаете себя умнее других. А такую элементарную вещь не знаете. Я купил лекарство, а не яд. Так что ищите в другом месте.

Киган выглядел очень довольным собой. Очевидно, что он считал, будто переиграл «великих экспертов».

– Может, у вас и алиби имеется? – совершенно буднично продолжил Иоши.

– Может, и имеется. Почем мне знать.

– Не знаете, есть ли у вас алиби?

– Не знаю, про какую дату вы говорите.

Самодовольная улыбка Кигана приобретала всё более мерзкий оттенок.

– И правда. – Спокойно согласился Иоши, – я ведь вам не сказал. А вы – человек невиновный. Поэтому не можете знать дату.

– Вы не безнадежны, господин эксперт.

– На самом деле вы нас и не интересуете, потому как еще до нашей встречи мы определили другого подозреваемого.

– Тогда я могу вернуться к своей работе?

– Безусловно.

Киган довольно встал и направился к двери.

– Но всё же стоит уточнить, что вы делали 23 апреля после 10 вечера.

– Я был у Сары Векслер, она подтвердит, – Киган едва сдерживался, чтобы не рассмеяться.

Иоши довольно кивнул.

– Замечательно, – он повернулся к Эри, – значит, у нашей подозреваемой не будет алиби. Можем, направляться к ней.

Киган преградил выход и нахмурился.

– Какой подозреваемой?

– О, господин Дойл, мы ведь и не интересовались вами. Как я уже сказал, мы нашли доказательства, которые указывают на нашу с вами общую знакомую. Мне лишь требовалось убедиться, что вы не предоставите ей алиби.

Лицо Кигана преобразилось, он пылал яростью и явно готовился напасть.

– Не стоит. Во-первых, я сильнее вас. Во-вторых, этим вы ей не поможете. Только подтвердите все подозрения.

– Отойдите, – спокойно, но требовательно произнесла Эри.

Киган медленно, немного угрожающе отодвинулся от двери и мгновенно начал набирать сообщение по связи.

– Подумайте дважды, прежде чем написать что-то опрометчивое. Наши коллеги уже задержали Дану.

Всю дорогу до офиса Эри дергалась и нервничала. Её тревожило приближение разгадки. Казалось, что как только они окончательно разберутся в этом деле, ей придётся по-настоящему и навсегда проститься с Инари. Что конечно, абсолютно глупо. Ведь Инари мертва уже 6 дней. И раскрытие дела никак не повлияет на способность вспоминать о ней. Только Эри хорошо понимала, что в городе есть от силы пара-тройка людей, которые действительно будут вспоминать Инари. Она сама, да Егор. Которого надо проведать и допросить.

– Почему мы до сих пор не допросили Одоевского? – Эри остановилась у входа в офис.

– Мы его не подозреваем. Коллеги направляли ему запрос, он сказал, что не знает ничего, что могло бы нам помочь.

– Он лжёт. Он тесно связан с Захаровыми. И точно что-то знает.

Иоши согласно кивнул и зашел в офис первым. Дана Мареш уже ждала в допросной.

– Она сразу предоставила алиби, – сообщил подошедший Итан, – мы его проверили. Куча свидетелей, утверждающих, что видели её весь вечер чуть ли не до самого утра.

– Она глава банды. Думаешь, у нее мало подручных? – холодно парировал Иоши.

Эри, игнорируя их обоих, зашла в допросную.

Дана Мареш – хитрая и жестокая предводительница неоновой банды. Розовые волосы в рваном карэ, крупный широкий нос, тонкие нарисованные брови, сиреневые глаза (импланты). Одета в довольно броскую одежду из экокожи. Дана смерила Эри оценивающим взглядом.

– Я знаю, что ты связана с этим делом. Меня не волнует твоё алиби. Ниточек достаточно, чтобы считать тебя причастной. И если ты будешь отмалчиваться, если ты не будешь сотрудничать, – Эри вспыхнула, – я уничтожу тебя. Если придётся, я обращусь за помощью к Хидео Окава!

Иоши, наблюдающий за допросом за стеклом, усмехнулся.

– Деточка, вы бы между собой договорились, прежде чем мне угрожать. – Дана твердо посмотрела в сторону Иоши, точно зная, что он там. – Я бы против мистера Окава никогда в жизни не пошла. В городе без его согласия ничего не происходит.

Эри нахмурилась и тоже невольно посмотрела в сторону Иоши.

– Больше я ничего не скажу, не трать на меня время.

Эри развернулась к выходу.

– Эй, подожди.

Эри остановилась. Дана с довольной улыбкой сорвала с себя розовый парик. Она была абсолютно лысой.

Глава 10. 29 апреля. Пятница.

Иоши проснулся задолго до рассвета. В ближайшие дни Эри должна проверить все дополнительные зацепки, Иоши же предстоит получить информацию от Хидео. Задача не из простых. Несмотря на их связь и прошлое, Хидео прежде всего лидер кадзоку, а значит, за информацию придется заплатить. И явно не деньгами.

Когда родителей Иоши убили, ему едва исполнилось 6 лет. Маленький хмурый растерянный мальчишка, он довольно быстро сообразил, насколько опасен теперь для него окружающий мир. Родители Иоши состояли в местной крупной банде, и совсем не пытались оградить Иоши от реалий жизни. Что мог противопоставить безжалостным взрослым одинокий маленький ребенок? Бежать, прятаться, выживать. Несколько месяцев скитаний по улицам завершились встречей с молодым красивым юношей лет 19. Высокий, худой, изящный парень с черными волосами, собранными в тугой пучок на затылке, посмотрел на маленького Иоши бесстрастным взглядом и сухо сказал: «идём со мной, младший брат». Иоши никогда раньше не видел этого парня, но что-то в нём внушало доверие.

Они много лет ютились вдвоём в крошечной комнате Хидео в трущобах, пока тот пробивался на вершину кадзоку сквозь все преграды жесткой иерархии. Иоши никогда не спрашивал, почему Хидео приютил его. Зачем оплачивал учёбу, учил всему, что знал и умел, защищал и оберегал. Почему никогда не просил ничего взамен своей помощи.

Именно Хидео в своё время подтолкнул Иоши к пути сотрудника безопасности, желая ему лучшего будущего и видя в нём потенциал.

В детстве Иоши несколько раз слышал, как прежний глава кадзоку называл Хидео своим лучшим ниндзя, но не понимал значения этого устаревшего слова.

По окончании института Хидео вызвал Иоши к себе, и между ними состоялся первый и единственный откровенный разговор, раз и навсегда выстроивший между ними границы.

– Ты теперь правопорядчик, младший брат, – как всегда сухо начал Хидео, – мы теперь принадлежим разным мирам.

Хидео привычным жестом указал Иоши на чайник с чаем.

– Я отпускаю тебя жить своей жизнью. Ты ничего не должен кадзоку, ты ничего не должен мне. – Хидео отвел взгляд в сторону, – но впредь, если тебе понадобится моя помощь, я буду брать с тебя полную цену.

Хидео перевел взгляд на Иоши, выдержал небольшую паузу и добавил:

– Свой долг перед тобой я покрыл с полна.

Иоши мрачно уставился на единственного близкого человека. Он ожидал подобного разговора, но всё же чувствовал давящую грудь тоску. Хоть они уже давно не делят одну комнату на двоих, именно сейчас наступил момент настоящего прощания.

– Мне приказали убить всю семью. Первое по-настоящему серьезное задание. Но я не смог убить ребёнка. Я оставил тебя в живых, – на лице Хидео едва заметно читались давно подавленные эмоции, – а значит, нёс за тебя ответственность.

Слова Хидео не стали для Иоши неожиданностью, он уже давно понял, какой именно душевный груз заставил молодого перспективного убийцу кадзоку приютить незнакомого маленького мальчика.

– Мы никогда не вернёмся к этому разговору. Не переходи мне дорогу, Иоши Такахаси, – на секунду на красивом бледном лице Хидео заиграла легкая улыбка, – и заходи на чай хотя бы раз в год.

С того знаменательного разговора прошло больше 10 лет, им приходилось пересекаться по вопросам жизни города много раз. Но каждый год Иоши приходил на чай как частное лицо, как младший брат. Они молча пили чай, жали друг другу руки и возвращались к своим делам.

Хидео жил на Жемчужной, 8 в районе рабочего персонала. Дом с видом на водохранилище, парк и район энтертеймента в центре. По расположению в районе Р.П. самый элитный дом. На первом этаже располагались различные заведения, связанные с делами кадзоку, и что-то вроде офиса. На втором этаже жил Хидео. Половина этажа отводилась на личные покои – огромное открытое пространство типа лофта, но с добавлением уюта. Дизайн помещения выполнен в современном стиле. Встроенный в стену открытые шкафы, полки, хранилища оружия и предметов искусства. Большие окна, сдержанные минималистичные цвета – сплошь оттенки серого и белого, много живой растительности, в том числе икебаны и множество деревьев бонсай разных видов и стилей.

Хидео любил деревья бонсай. В его коллекции встречались фикусы, айва, боярышник, вяз, можжевельник и даже осина. Больше всего ему нравился «Неправильный стоячий стиль» и «Изогнутое дерево дракон». Именно в этих стилях он вырастил большинство своих деревьев.

На первый взгляд могло показаться, что это больше сад, чем дом. Настолько наполнено пространство зеленью. В одном углу даже расположился небольшой искусственный водопадный фонтан. Из мебели лишь кровать, диван, пару кресел, журнальный столик, обеденный стол и небольшая кухня. Единственное огороженное пространство – ванная комната с уборной.

В жилой половине Хидео принимал только самых близких – Иоши и свою девушку Тоши. Вторая же половина этажа, выполненная в традиционном японском стиле: от цветовой гаммы, татами, ширм и перегородок до подушек на полу и низкой деревянной мебели – делилась на три просторных помещения и предназначалась для деловых встреч и сбора членов Кадзоку.

Иоши на мгновение задумался и постучал в дверь 4 раза. Хидео встретил его сдержанной улыбкой и жестом пригласил пройти к столу для чаепитий.

Все ступени очистки Иоши прошёл еще в тамбуре перед входом в само жильё. Дом Хидео – единственное место в городе, где Иоши не чувствовал, что воздух переработан. Возможно, из-за обилия растений. А может, причина крылась в чём-то другом.

– Ты пришёл как эксперт или как младший брат? – сдержанно поинтересовался Хидео.

– Как эксперт, – Иоши сел за стол и начал разливать чай.

Хидео поднял ладонь в останавливающем жесте.

– Сначала дела.

Иоши остановился, кивнул и коротко изложил суть вопроса.

– Я действительно знаю, кто и для чего заказал яд. Это довольно любопытная информация.

– Цена?

Хидео коротко ухмыльнулся.

– Какая тебе с этого выгода, ведущий эксперт Такахаси?

– Мне нужно раскрыть дело.

Хидео отрицательно покачал головой.

– Убили мою коллегу. Это принципиальный вопрос.

Хидео сердито цыкнул и нахмурился.

– Какая твоя личная выгода, Иоши? Почему ты пришёл ко мне? Ты мог и без меня распутать этот клубок. Но ты торопишься. Срезаешь углы. Я хочу знать причину.

Иоши упрямо посмотрел в глаза Хидео и поджал губы.

– Вот как, – Хидео рассмеялся, – хорошо. Я слишком хорошо тебя знаю, младший брат.

Хидео резко изменился в лице и продолжил уже холодным деловым тоном:

– Мне нужна информация, которую хранит на съемном чипе Илва Йоргенсен. Меня интересуют маршруты поставок.

– Илва ведь связана с охраной порядка. Это будет непросто.

– Ты найдёшь подход, я уверен.

Хидео слегка наклонил голову и с любопытством наблюдал за внутренней борьбой Иоши.

– Или ты можешь мне сказать, какая твоя настоящая личная выгода. Сказать вслух. И я сразу тебе всё расскажу.

Иоши встал из-за стола.

– Мы выпьем чай, когда я вернусь с чипом Илвы.

Иоши вышел от Хидео рассерженный и задумчивый. Почему он рассердился? И почему Хидео не устроили его ответы?

Не желая копаться в себе, Иоши отправился в ближайший парк, чтобы проанализировать расписание и перемещения Илвы. План по получению информации созрел мгновенно, ему нужно лишь в правильное время и в правильном месте пересечься с ней. Поэтому Иоши внимательно изучал все доступные данные по привычкам и образу жизни Илвы. К вечеру план действий оказался завершен. Но мысль об утреннем разговоре с Хидео продолжала изнутри грызть и тревожить Иоши. Чтобы окончательно разобраться с назревающими переживаниями, он использовал классический для себя приём – направился в ближайший стрип-бар, где и провел остаток вечера, прежде чем отправиться домой спать. Завтра вечером ему предстояло подкараулить Илву и убедить поделиться информацией.

Уже дома Иоши вспомнил, что не рассказал Эри о продвижении расследования. Он начал набирать ей сообщение по связи, но остановился. Посмотрел на время, нахмурился и отменил отправку. Перед глазами всплыла ухмылка Хидео.

Не желая бороться с собственными мыслями, Иоши принял снотворное и мгновенно уснул.

Глава 11. 29 апреля. Пятница.

Ранним утром Эри связалась с Егором Одоевским, он сразу согласился на встречу в послеобеденное время. В ожидании назначенного часа Эри отправилась в офис, чтобы разложить и структурировать все полученные данные. Её задача – проверить все зацепки, пока Иоши выясняет имя заказчика через Хидео. В кабинет ворвалась, как ураган, Кьяра.

– Эй, коллега, – Кьяра вальяжно присела на угол стола, – слышала у тебя сегодня встреча с синеволосым мечтателем.

Эри лишь пожала плечами. Все в офисе знали о том, что Кьяра с ума сходила по Одоевскому.

– Может быть, в теории, – Кьяра наклонилась к самому уху Эри, – чисто в теории тебе нужна помощь?

Эри отклонилась в сторону. Привычка Кьяры нарушать личное пространство ужасно раздражала.

– Я просто подумала, – Кьяра взяла со стола Эри блокнот и начала с интересом его изучать, – мы вроде неплохо сработались с тобой тогда у Айгуль. Кто знает, когда тебе еще пригодится помощь в фермерском районе, но пригодится однозначно…

Эри отложила документы и вздохнула. Так просто ей от Кьяры не избавиться, придётся брать её с собой.

– Ты к тому же сестра его погибшей девушки и всё такое. Пока будете вздыхать и сочувствовать друг другу, я осмотрюсь, может, и замечу что интересное, – Кьяра проигнорировала обращенный к ней сердитый взгляд Эри, положила блокнот, встала со стола и начала разглядывать кабинет, – детали там какие-нибудь. Улику найду или мотив там. Не знаю. Ты как думаешь, он причастен?

Кьяра на секунду посерьезнела и внимательно посмотрела на Эри, та отрицательно покачала головой. Довольно улыбнувшись, Кьяра продолжила изучение помещения.

– Я не утверждаю, что присутствие красивой темпераментной девушки позволит Егору забыть о своём горе, но если это сработает, – Кьяра мечтательно улыбнулась, – то это пойдет на пользу расследованию. Ведь так? Так, даже не сомневайся. Там времени до встречи осталось уже немного, я быстро приведу себя в надлежащий вид и поедем. Мы ведь поедем? Хотя можем и пойти. Тут недалеко. Мы ведь к нему домой? Ну, конечно, домой. Где ему еще быть в обед. Наверное, рисует.

Эри почувствовала, как от избытка Кьяры в её жизни, начинает болеть голова.

– Встретимся на месте, в атриуме.

– Да? – Кьяра ничуть не расстроилась тому, что Эри хочет добраться до места одна, – ты только дождись меня, я не опоздаю. Ну, может, только совсем чуть-чуть. Девушкам ведь положено опаздывать. Хотя тут я скорее эксперт, а значит, должна прийти вовремя и показать свой профессионализм. Как думаешь, лучше красная помада или коричневая?

– Опоздаешь, пойду одна, – Эри, немного поколебавшись, отклонила предложение медпомощника ввести лекарство от головной боли.

Кьяра закатила глаза, махнула рукой и покинула кабинет.

Эри действительно отправилась пешком. От офиса до жилого дома номер один корпоративного центра на квадах дорога заняла всего 40 минут. Впечатляющее пятнадцатиэтажное здание, в котором проживали только высокопоставленные сотрудники со своими семьями. Первые два этажа занимал атриум – просторный, светлый, настолько зелёный, что скорее напоминал оранжерею.

Егор и его семья жили на последнем этаже, половина этажа принадлежала родителям, вторая половина – Егору. Между помещениями также располагалась небольшая оранжерея. Несмотря на то, что здание включало в себя только 15 этажей, на деле же в высоту оно составляло почти 90 метром из-за высоких двухуровневых квартир.

Кьяра уже ждала Эри в атриуме. Она выбрала своё самое впечатляющее платье, ярко накрасилась и сменила сапоги на туфли на каблуке.

– Знаешь, сапоги с платьем – это твоя фишка. Стоит ли менять себя ради мужчины?

– Я бываю разная. – Неожиданно лаконично отрезала Кьяра.

Эри впервые видела, чтобы её коллега нервничала. Егор встретил их на своём этаже у лифта. Высокий, немного худощавый, синеволосый, одетый по последнему слову моды. Широкие ухоженные брови, с горбинкой чуть вздернутый нос, голубые глаза и мягкие юношеские черты. Егор бросил короткий взгляд на девушек и нахмурился.

– Добрый день, – мягкий вкрадчивый голос словно туман заполнил помещение, – разве назначалась не личная встреча?

Кьяра стушевалась, но взяла себя в руки и подарила Егору свою самую очаровательную улыбку. Он вежливо улыбнулся в ответ одними уголками губ и повернулся к Эри.

– Намечался разговор по душам или допрос? Встреча обозначалась как личная, исходя из сообщения, – Егор указал Эри на Кьяру одними глазами.

– Я подумала, Кьяра будет полезна.

– Для допроса стоило вызвать меня в офис. Сегодня у меня назначены только личные встречи.

Кьяра сжала челюсти, резко выдохнула, развернулась и зашла в лифт. Её глаза горели яростью, не предвещая ничего хорошего.

– О вас ходит слава очаровательного, одаренного и образованного парня, – Кьяра подалась вперед, нажимая кнопку первого этажа, – понимаю, почему в этот списке нет слова «воспитанного».

Егор усмехнулся, провожая взглядом уезжающий лифт.

– Какая твоя коллега взбалмошная, – он снова усмехнулся и жестом пригласил Эри в свою квартиру.

Просторное помещение с шестиметровыми потолками, наполненное воздухом и светом, выполненное в индустриальном стиле. Сделанные под старину окна под самый потолок, массивные металлические и гофрированные трубы, облицовка из кирпичной кладки и нарочно состаренной побелки. Нижний уровень квартиры условно делился на кухню, гостиную, библиотеку и ванную, которая отделялась лишь декоративной перегородкой. По периметру по трем стенам располагался второй уровень – спальня и художественная мастерская, – отгороженные от свободной центральной части прозрачными перилами с металлическими поручнями. Помимо естественного освещения, квартиру наполняли всевозможные светильники. Но больше всего Эри в глаза бросался общий беспорядок и покрывающий стены плющ как минимум 5 разных видов. Одна из стен второго уровня закрывалась тяжелым чёрным занавесом. Об этой особенности интерьера Инари рассказывала – за занавесом пряталась огромная картина, над которой работал Егор к открытию собственной выставки.

Эри села на большой коричневый кожаный диван в центре квартиры и начала с интересом рассматривать окружающие детали. Егор поставил на столик перед ней бокал с чистой водой и сел на противоположный конец дивана, подобрав под себя вечно мерзнущие ноги. Эри тоже приняла более удобную и расслабленную позу. Без Кьяры разговор пройдёт явно лучше. И всё же стоило аккуратнее подбирать слова. Хоть Егор и был расположен к ней из-за родства с Инари, Эри не забывала насколько влиятельна его семья в городе. И каким влиянием обладает этот синеволосый парень с мечтательным взглядом и загадочной улыбкой.

– Без неё всё другое, – прервал молчание Егор, – планировалось познакомить Инари с моими родителями, ты знала?

Эри кивнула.

– Нравилась. Мне, Вивьен, Фёдору, Габи. Всем. Хорошая девушка, умная, смелая. Заботливая.

– Ты тоже ей нравился.

Егор скривился, как от удара. Всего на мгновение, но Эри увидела. И распознала. Боль вины.

– Я просто хочу знать, почему, – Эри понимала, давить бессмысленно, но сдерживаться становилось всё сложнее.

Егор отвернулся.

– Мы найдём и исполнителя, и заказчика – это вопрос времени. Найдём и накажем.

Егор горько усмехнулся, лишь подтверждая догадки Эри о высоте ранге заказчика.

– Что такого можно узнать, чтобы вот так… как животное оставить под дождём, – Эри еле держалась, но боль, идущая изнутри, подсказывала, за какие струны дёргать, – никто даже охрану не вызвал, она так и лежала на тротуаре до самого утра.

– Остановись, пожалуйста, – еле слышно прошептал Егор и отвел взгляд к потолку.

Эри подвинулась к Егору вплотную, и легким движением кончиками пальцев за подбородок повернула его лицо к себе. Глядя в печальные глаза, она тихо прошептала:

– Инари мучалась, – глаза Егора заблестели от подступающих слёз, он прикусил край нижней губы, Эри безжалостно добавила, – и я вижу, что это твоя вина!

Вопреки ожиданию, Егор не рассердился, не оттолкнул, не вскочил. Он лишь продолжал смотреть в глаза Эри, а по щекам лились слёзы. Секунды отчаяния растянувшиеся в вечность горя. Здесь и сейчас они вдвоём, разделённые социальными уровнями и объединённые общей трагедией. Эри видела вину в его глазах, отражающую как зеркало её собственные чувства. Её собственную боль. Обожжённая осознанием она отпрянула и вскочила с дивана.

– Ты действительно знаешь, почему! – Эри кричала, готовая наброситься на Егора с кулаками.

– Я…

– Ты всё мне расскажешь! – Эри угрожающе двинулась на Егора.

– Словами смерть не отменить, – Егор встал с дивана и направился к мастерской.

Эри мгновенно взяла себя в руки и максимально внимательно наблюдала за его действиями.

– Вот, – Егор протянул картину, – больше ничем помочь не получится.

– Ты издеваешься?

– Если ты хороший эксперт, этого хватит.

На портрете Инари, окруженная зеленью и цветами в какой-то беседке пьёт чай со сладостями. Вокруг летают птицы и странные насекомые.

– Это всё?

– Тебе стоит покинуть помещение, охрана уже вызвана.

Осознав, что из этой встречи больше ничего не вытащить, Эри коротко кивнула, взяла картину и направилась к выходу.

– Правда нравилась, – тихо бросил вслед Егор.

Дома Эри около часа внимательно рассматривала картину, каждую деталь, но так и не смогла понять, чем та должна помочь в расследовании. Поэтому приняла решение разобраться пока с другими зацепками. Ближе к вечеру, Эри направилась в бар Одоевских, чтобы поговорить с Трикси Нокс. Эри заказала бокал воды и сразу перешла к делу.

– Мне нужна помощь, ты можешь организовать мне неформальную встречу с Фёдором Захаровым?

– Сомневаюсь, что он согласится, – Трикси сочувствующе посмотрела на Эри.

– Может, есть какой-то подход? Ключик. Ко всем есть ключик.

Трикси надолго задумалась.

– Как у тебя с деньгами?

– Хуже, чем у Захаровых.

Трикси рассмеялась.

– Фёдор курирует организации, помогающие адаптироваться детям и взрослым с особенностями развития. Я могу свести вас, но при одном условии.

– Согласна.

Трикси снова рассмеялась.

– Я скажу, что ты хочешь внести пожертвование и поучаствовать в деятельности фонда. И тебе ПРИДЁТСЯ это сделать.

Эри задумалась.

– Я хочу, чтобы ты подтвердила, что прежде чем приступишь к расспросам, выполнишь эту часть. Внесешь пожертвование и подпишешься на волонтёрство. Иначе я помогать не стану.

– Договорились.

– Подведешь меня, больше никогда не помогу.

– Не подведу. Спасибо.

– Скажешь спасибо Иоши, который за тебя поручился.

Эри вопросительно посмотрела на Трикси, но та лишь отмахнулась и вернулась к работе. Эри уже собиралась уходить, как увидела, что в одну из вип-комнат заходит Итан. Трикси поймала её взгляд и улыбнулась.

– Его любимая вип-комната в стиле киберпанк. Всё такое неоновое, – Трикси подмигнула, – он там один если что.

Эри нахмурилась, скрывая смущение, коротко кивнула и направилась к комнате с Итаном. Немного поколебавшись, борясь с нарастающим волнением, она глубоко вдохнула и открыла дверь.

– Мне компания не нужна, – раздраженно бросил Итан, не глядя на вошедшего.

– Тогда ладно, – Эри застыла в ступоре.

Итан обернулся на неё и изменился в лице.

– О, прости, я думал… неважно, присоединяйся.

– Я сегодня разговаривала с Егором Одоевским.

Эри села рядом и кратко пересказала события дня. Крошечный диванчик не позволял соблюдать дистанцию, но Итан выглядел рассеянным и невыспавшимся, и словно не замечал этого.

– Ты думаешь, в деле замешаны Захаровы? – отстраненно спросил он.

– Сам посуди, к ним ведёт много ниточек. Даже Егор. Не пойму только, к чему эта картина.

– Ты не сделала снимок? Мне бы посмотреть, что там.

– Для этого тебе придётся снова посетить моё скромное жилище.

Эри вдруг вспыхнула от смущения. Итан словно не заметил этого. Облокотившись о спинку дивана, подперев кулаком висок, он открыто смотрел на Эри. Итан думал о том, что Эри не самая красивая и эффектная из всех его знакомых. И даже не самая эрудированная. Однако, в отличии от других девушек, Эри смогла каким-то непостижимым образом коснуться его души. Всю прошедшую с момента гибели Инари неделю, он не переставая думал об Эри. Думал о её чувствах, невольно вспоминал серьезный взгляд и милую улыбку. Снова и снова вспоминал все вечера, которые они проводили вместе, распутывая очередную загадку. Как искренне и бескорыстно она дружила с ним, не пытаясь что-то поменять. Все эти годы Итан блокировал любые романтические мысли в её адрес, поскольку искренне дорожил их своеобразной дружбой. Но то ли бессонная неделя, то ли крепкий коктейль, то ли все произошедшие события вместе взятые заставили его теоретически рассмотреть вариант, при котором он ненавязчиво напрашивается к ней в гости, чтобы посмотреть картину, которую нарисовал Егор. Как они говорят весь вечер, находясь в личном пространстве друг друга, как лёгкое касание вызывает мириады мурашек, как её распахнутые красивые глаза взволнованно смотрят на него.

Затерявшись в потоке собственных мыслей, Итан невольно протянул руку к лицу Эри и аккуратным нежным движением убрал прядь волос. Эри замерла и взволнованно посмотрела на него.

Признание, которое она прятала все эти дни сама от себя, рвалось наружу, просило обозначения. Сердце забилось вдвое быстрее, дыхание сбилось. Всего мгновение, одно прикосновение, запустившее крошечный ток по всему телу, глаза, смотрящие на неё с незнакомой ранее нежностью и тоской, и мир вокруг рассыпался на искры. Эри подалась вперед, стремительно сокращая расстояние между ними до пары неприличных сантиметров. Повинуясь непреодолимому чувству, Итан с нежностью провел кончиками пальцев по щеке, едва ощутимо приподняв её лицо за подбородок. Замерев всего на долю секунды, он прильнул к её губам. Целуя осторожно, давая ей возможность отстраниться. Но Эри не хотела отстраняться, она хотела быть ближе.

Итан притянул Эри за талию, жадно впиваясь в её губы, не в силах сдерживать вспыхнувшую страсть. «Нельзя, нельзя, нельзя!» – пульсировало в висках, сводя его с ума.

Одна ладонь Эри лежала на плече у Итана, второй она нежно прикасалась к его щеке. Прикосновения, поцелуй, он и она – всё это казалось таким правильным. Эри чувствовала, как в этом пламени страсти и нежности расколотая горем душа снова становится целой.

Резко оборвав поцелуй, Итан прижался лбом ко лбу Эри. Не в силах вынести груза навалившихся эмоций он лишь шептал: «Прости меня, прости меня, прости меня». Эри обхватила его лицо ладонями, пытаясь заглянуть ему в глаза, чувствуя, что сейчас всё разрушится. Пытаясь ухватиться за ускользающий момент близости.

– Пожалуйста, ничего не говори, – почти беззвучно взмолилась Эри.

Лицо Итана исказила боль.

– Прости, Эри.

Он резко встал и, не оглядываясь, вышел из комнаты. Эри ошеломленная и растерянная осталась сидеть на диване. Она пыталась понять, почему он оставил её здесь вот так.

Тот порыв, то чувство, что возникло между ними – это было по-настоящему. Эри не могла объяснить себе, почему Итан сбежал. Почему отказался от того, что сам же начал.

Дверь открылась, Эри с надеждой подняла взгляд.

– Я договорилась с Фёдором, он примет тебя в воскресенье, – Трикси окинула взглядом помещение и внимательно присмотрелась к Эри. Сопоставив увиденное с выскочившим из бара Итаном и всеми событиями прошедшей недели, Трикси мгновенно сделала наиболее логичные выводы.

Трикси аккуратно присела рядом с Эри, взяла её за руку и грустно улыбнулась.

– Я дам тебе непрошенный совет.

Эри подняла на девушку глаза, полные слёз.

– Хороший совет, проверенный, – продолжила Трикси, – сердце, разбитое Итаном, не стоит исцелять с помощью Иоши.

Глава 12. 30 апреля. Суббота.

Кьяра проснулась рано утром по будильнику. Весь прошлый вечер она яростно изучала все материалы дела, чтобы обставить Эри Сато и впечатлить Егора, который её взбесил своим поведением. После чего психанула и отправилась пить абсент и танцевать с Джеки Джонс, своей самой близкой подругой, которая сейчас мирно спала у стенки. Голова гудела, но Кьяра знала отличное средство от похмелья.

Комната Кьяры находилась в пристройке к дому и граничила со спальней бабули, которая наверняка уже приготовила им с Джеки завтрак и чудо-коктейль. Маленькая и уютная комната вмещала в себя кровать, шкаф и столик для макияжа. Стены увешаны полками с разной приятной мелочью, зеркалами и деревянными поделками. Кровать накрыта лоскутным одеялом, которое ей когда-то сшила бабуля. На окнах красовались ажурные белоснежные занавески, пошарпанный пол застилали мягкие ковры.

Джеки Джонс лениво потянулась и присела на край кровати. Высокая крепкая длинноногая темнокожая девушка с крупными чертами лица и курчавыми черными волосами до плеч. Джеки и Кьяра родились в один день и дружили с самого детского сада. В подростковом возрасте они были настоящей грозой района. Громкие, взбалмошные, весёлые и безудержные. В отличие от Кьяры, Джеки не отличалась особой дружелюбностью. Может, этому способствовал грубый низкий голос и манера говорить сквозь зубы. А возможно, заложенное с детства тотальное недоверие к окружающим. Джеки работала на ферме в ягодном секторе, а по вечерам гоняла вокруг города на своей старой машине на солнечной батарее с круглыми фарами и звериной мордой.

– Чего подскочила в такую рань? – зевая, прогундела Джеки.

– Надо размотать этот клубок раньше Эри Сато.

– А, ты что-то такое вчера говорила, да. Кому не плевать на серую мышь? – Джеки отмахнулась и снова зевнула.

– Одоевскому, кому еще, – рассержено парировала Кьяра.

– Вкуса нет у твоего Одоевского. Ну или еще что, я не знаю. Эта серая мышка Сато наверняка околдовала его, – завела привычную тему Джеки, – говорила тебе, давай у местных колдуний поспрашиваем. Наверняка, она к кому-то ходила. Не поверю, что человек искусства выбрал бы такую невзрачную мадам.

– Джекс, я ценю твою поддержку, – Кьяра улыбнулась подруге, – но мне правда нужно распутать это, чтобы впечатлить Егора.

– Но ведь он тебя прогнал.

Кьяра пожала плечами.

– Это не имеет значения. Теперь конкурентки нет, а значит, ему ПРИДЁТСЯ обратить на меня внимание.

Джеки устало покачала головой и начала одеваться. Вряд ли в мире существовала одержимость сильнее, чем одержимость Кьяры Егором.

– Что делать-то будешь?

Кьяра прищурилась, вчера ей в голову уже перед сном пришла замечательная идея. Вспомнить бы только. Она осмотрелась по сторонам и нашла клочок бумажки.

– Копош, – прочитала Джеки, заглядывая подруге через плечо.

– Копош, – подтвердила Кьяра.

Ну, конечно. Ниточка, которую все забросили: розовый волос. И лысая Дана Мареш.

– Есть только один человек во всем городе, который точно знает, чей это волос, – Кьяра победно улыбнулась и достала из шкафа яркое белое платье с крупными красными маками.

Рэду Копош – лучший парикмахер в районах рабочего, производственного и обслуживающего персонала. Потомственный мастер красоты. Самый известный в трех районах салон «Гожо» принадлежит его семье уже 4 поколения, и трудятся в нём только свои. С Кьярой они познакомились на вечеринке. Любовь к танцам и небу объединила их сердца в краткосрочный бурный роман. Рэду обожал Кьяру, восхищался её невероятной шевелюрой и горячим характером. Кьяре нравились его небрежные кудри, чёрные, как ночь, глаза и ловкие ухоженные пальцы. Но Кьяра не цыганка и даже не румынка, так что у их отношений изначально не было будущего. Впрочем, им удалось расстаться добрыми друзьями.

Кьяра вошла в салон и мгновенно приковала к себе все взгляды.

– Душа моя, – с улыбкой вышел ей навстречу Рэду, раскрывая объятия, – какими судьбами?

– Я по делу, – Кьяра заметила перемену в лице друга и поспешно добавила, – но любое дело подождет, пока мы с тобой выпьем чаю и поговорим за жизнь, да?

Рэду заварил отличный чай и позвал Кьяру в комнату персонала, где они несколько часов разговаривали и смеялись, прежде чем Кьяра почувствовала, что пора переходить к расспросам. Внимательно рассмотрев изображение парика и изучив волос, Рэду уверенно кивнул.

– Этот парик точно делал я. Всего один экземпляр и продал его Дане Мареш.

– А чьи волосы ты использовал?

– Юко Ёсикава.

– Да ты гонишь! – Кьяра рассмеялась.

– Обижаешь.

Такого поворота событий Кьяра не ожидала. Ни Эри, ни Иоши совершенно точно не смогут предположить, что владелицей волос окажется популярная контент-мейкерша. Довольная собой и сложившимися обстоятельствами Кьяра вскочила из-за стола.

– Вечеринка! Прямо сейчас! Спонтанная тусовка, зови всех, я угощаю!

Рэду залюбовался горящими глазами подруги, мгновенно собрал по связи друзей для спонтанного веселья и установил на входе в салон красоты табличку «закрыто». Джеки Джонс привезла напитки и закуски, невеста Рэду организовала музыку, подошедшие друзья освободили пространство для танцев.

Кьяра пила коктейли, хохотала и танцевала. Она распутает это дело быстрее остальных, получит всю славу и уж тогда Одоевскому ничего не останется, кроме как пригласить её на свидание. Ближе к вечеру импровизированный праздник подошел к логическому завершению, и Кьяра пригласила Юко в бар Одоевских на разговор. Та согласилась без колебаний. Они раньше тусовались вместе некоторое время, так что Юко предположила, что это просто приглашение на вечеринку.

Кьяра добралась раньше и заняла отличные места за барной стойкой.

– Экспертам тут как мёдом намазано на этой неделе, – саркастично заметила Трикси, подавая Кьяре коктейль.

– Чем? – нахмурилась Кьяра.

Трикси отмахнулась и продолжила обслуживать посетителей. Как всегда в субботу в баре было людно. Юко Ёсикава пришла вовремя. Невысокого роста немного пухленькая молодая девушка с розовыми волосами и васильковыми глазами. Белоснежная кожа, стильная стрижка, модная одежда и гаджеты.

– Добрый вечер, Кьяра! – раздался звонкий голос Юко.

– Приветики, угощайся! – Кьяра подвинула девушке бокал чистой воды.

– Ого, щедро с твоей стороны, – Юко очаровательно улыбнулась.

– Я никогда не спрашивала, твои волосы – это родной цвет?

– Ага.

Кьяра вопросительно посмотрела на Юко, ожидая подробности.

– Это моя биологическая мать. Записалась на какие-то эксперименты ради денег. Мне где-то на генном уровне вывели такой цвет.

– А как так вышло, что твоих данных нет в медицинской системе?

– Мои данные есть. А данных моих волос нет, – Юко загадочно улыбнулась.

– Это как?

– Пёс его знает. Спроси у моей мамаши. Если найдешь её, конечно.

– Просто твои волосы фигурируют у нас в одном грязном дельце.

– Паучий случай! – Юко округлила глаза.

– Чего ругаешься? – Кьяра довольно улыбнулась, – ты знаешь Инари Сато? И где ты была 23 апреля?

– Инари? Нет, не думаю. Она твоя коллега?

Кьяра кивнула.

– Из ваших я знаю только тебя и Итана.

– Мёрфи?

– Да, мы встречались некоторое время, – Юко смущенно улыбнулась, – 23го я была в студии, моя команда может это подтвердить.

– Странно. А Итана давно видела?

– Пару недель назад, а что?

Кьяра задумчиво смотрела на Юко.

– Думаю, мог ли твой волос оказаться на одежде Итана.

– Мог, конечно, мы иногда тусуемся вместе, – Юко неожиданно покраснела, – ничего такого.

– Итан был здесь весь вечер до утра, – встряла в разговор Трикси.

Кьяра перевела на неё взгляд.

– Мы с ним общались, потом он общался с Вивьен Моро, а после смены проводил меня домой.

– Ну, в субботу здесь довольно людно. Он мог отлучиться, а ты и не заметила бы, – резонно предположила Кьяра.

– Я знаю Итана много лет, он – не убийца, – твёрдо заявила Трикси.

– Согласна, – поддержала Юко.

– Ты ведь тоже с ним встречалась, насколько я знаю, – Кьяра внимательно следила за реакцией Трикси.

– Какое это имеет значение…

– Итан, конечно, та еще свинота, но не убийца, – резко сдала назад Кьяра, – тут вынуждена с вами согласиться. Да и мотив, какой мотив? Зачем ему это? Даже у меня мотив лучше.

– Может, ты и убила, – колко бросила Трикси, – ты с фермерского района, знаешь травниц, можешь достать яд.

– Откуда тебе известны подробности дела?

– Люди говорят, я слышу, – отрезала Трикси и ушла к другому концу барной стойки.

У Кьяры появилось несколько теорий, требующие проверки данных с помощью офисных возможностей. Она поблагодарила Юко за информацию и направилась на улицу, столкнувшись у выхода с Егором Одоевским.

– Простите, – он взмахнул пушистыми ресницами и посмотрел на Кьяру своими голубыми глазами.

– Прощаю, – великодушно махнула рукой Кьяра.

Егор рассмеялся.

– Вы ведь Кьяра? Кажется, в прошлый раз разговор не задался. Могу ли я загладить вину?

– Я спешу, занята расследованием убийства, – гордо вскинула голову Кьяра и смерила Егора высокомерным взглядом, – вы можете попробовать назначить мне встречу через пару дней.

Кьяра подняла ладонь в прощальном жесте и направилась в сторону трамвайной остановки. Егор проводил её взглядом, улыбнулся, кивнул своим мыслям и зашёл в бар.

В офисе Кьяра запустила процесс симуляции, прочитала несколько раз отчеты коллег, расставила вероятности исходя из временных рамок от самых логичных до наименее возможных, выдохнула и недовольно покачала головой. Общая картина постепенно сложилась, но совсем ей не понравилась.

Ближе к полуночи она получила сообщение от Джеки с приглашением потусить на загородных гонках.

– Не моё дело. Не мой головняк. Не стоит лезть к этим людям, пусть уличают убийцу без меня, – в конечном итоге решила Кьяра, поправила макияж и отправилась на вечеринку к подруге.

Глава 13. 30 апреля. Суббота.

Пока Кьяра вела своё расследование в баре Одоевских, Иоши поджидал Илву Йоргенсен в баре «Мотылёк» в районе обслуживающего персонала. Типичное маргинальное заведение. Стриптизёрши, дешёвый алкоголь, толпы людей, громкая музыка и густой от дыма воздух. Иоши нарочно занял любимый стол Илвы, и не ошибся.

Она подошла к своему столу и смерила Иоши ледяным взглядом. Её довольно обычное лицо рассекал шрам от переносицы до самого уха, правую кисть заменял кибер-протез. Одетая в кожу и метал, она выглядела настоящей воительницей.

– Это моё место, – Илва затянулась сигаретой и медленно выпустила дым, мгновенно смешавшийся с и без того прокуренным воздухом заведения.

– Знаю, – спокойно отреагировал Иоши.

– Не знакомлюсь, – Илва села напротив Иоши и жестом приказала ему уйти.

– Предпочитаю девушек иного типа, – Иоши сделал несколько глотков воды и поморщился. Её качество в этом заведении оставляло желать лучшего.

– Значит, по делу. По выходным я работой не занимаюсь.

Иоши кивнул. Он хорошо изучил всю доступную информацию об Илве, и пришел к выводу, что единственный верный способ добиться желаемого – действовать напрямую.

– Мне нужна информация с вашего чипа. Маршруты поставок.

Илва поперхнулась коктейлем и закашлялась.

– Боже, молодой человек, кто вас учил вести переговоры?

– Хидео Окава.

Илва неожиданно улыбнулась.

– Вот как. Вам что-то нужно от него, а я выступаю в качестве проверки силы вашего желания.

– Меня зовут…

– Не желаю знать вашего имени.

– Иоши Такахаси.

Илва закрыла лицо ладонями и покачала головой.

– Взамен информации я могу предложить вам килограмм настоящего молочного шоколада.

– Настоящего? – глаза Илвы жадно заблестели.

Найти настоящий молочный шоколад не то что в Ливэе, во всем мире не так уж и просто. Из-за дефицита какао, молока и сахара.

– Хорошо, килограмм шоколада и услуга.

– Нет. Только шоколад. Вы всё равно поменяете маршруты через три дня. Информация не настолько ценная.

Илва довольно улыбнулась и откинулась на спинку стула.

– Гарантии? Чип, я так понимаю, нужен прямо сейчас. Но шоколада у вас с собой нет.

– Только моё слово.

Илва сняла с шеи подвеску с пулей, встала из-за стола, подошла к Иоши и вложила её ему в руку. Наклонившись на уровень его глаз, она лукаво подмигнула.

– Если не обманешь и не растеряешь свою смелость, можешь как-нибудь пригласить меня выпить.

Иоши посмотрел на чип в своей руке и вздохнул. Данные получены, осталось раздобыть шоколад. Придётся подергать старых должников. На место Илвы с размаху плюхнулась Дана Мареш.

– Господин ведущий эксперт, какими судьбами? Может быть, подогнать вам девчонок? Слышала, вас интересуют совсем падшие. Как Сара Векслер.

– Сара Векслер интересует только твоего любовника Кигана, – сквозь зубы выдавил Иоши.

– Как грубо! – Дана жестом подозвала официантку, – нашли уже убийцу своей коллеги?

– В процессе. Кто донор твоего парика, Дана?

– С какой стати мне тебе помогать? – Дана закурила и посмотрела с презрением на подошедшую официантку, – принеси мне покрепче и побыстрее.

– Добрый я лучше, чем злой.

– Напугал ежа жопой.

Иоши поморщился. Дана Мареш всегда казалась ему слишком вульгарной. Она хорошо справлялась с ролью лидера банды, но приятным человеком это её не делало.

– Я могу найти эту информацию и без твоей помощи.

– Ну, так и найди, – Дана самодовольно ухмыльнулась, – время поджимает, да? Сколько там у вас обычно отводится на такие дела? Неделя?

– Десять дней на интенсивное расследование.

– Ну, не в архив же потом. Просто людей заберут на другие дела. Уверена, – Дана наклонилась в сторону Иоши, – ты умный мальчик и справишься даже в одиночку.

– Ты права. Знаешь, мне стоит забрать у тебя парик как вещественную улику по делу об убийстве.

– И чего ты этим добьешься?

Иоши пожал плечами.

– Думаешь, я снова закажу из волос той же девчонки? Сменю имидж! И ты всё равно через меня на неё не выйдешь.

Иоши максимально безразлично предложил:

– Одна маленькая услуга.

Дана заколебалась. С одной стороны, ей ужасно хотелось сделать Иоши пакость. С другой, в интересах банды одна маленькая услуга от ведущего эксперта и протеже главы кадзоку значила очень много.

– Юко Ёсикава.

– Маленькая услуга, – Иоши встал из-за стола, – выбирай с умом.

Иоши вышел из бара и назначил встречу с Хидео на вечер следующего дня. С Юко он не был знаком лично, но знал, что это бывшая Итана Мёрфи. Разговаривать с ней напрямую Иоши не видел смысла, поэтому решил поговорить с Трикси Нокс.

– Ты разминулся со своей кучерявой коллегой, – сообщила Трикси, ставя перед Иоши бокал воды.

– Не думал, что она бывает в таких местах, – Иоши с удовольствием осушил бокал и попросил повторить.

– На этой неделе я экспертов вижу чаще, чем хотелось бы. Итан, Эри, Кьяра, ты.

– Но мне-то ты рада?

– Я вам всем была бы рада, если бы вы не разводили такое количество драмы. Мне работать надо, а я то слёзы вытираю, то алиби подтверждаю. То становлюсь источником информации против своей воли.

– За это я уже извинился. А кто плакал? Неужели Кьяра?

– Мечтай.

Иоши нахмурился.

– Эри плакала из-за сестры?

– Я… не думаю, что это моё дело. Спроси у неё сам.

– Только не говори, – Иоши начал медленно закипать, – что дело в этом самовлюбленном мудаке Мёрфи!

– Тебе-то что? Зачем так нервничать?

– Не расскажешь ты, узнаю у него лично.

– Если найдёшь. Я уже сутки не могу с ним связаться.

Иоши попытался выйти на Итана через связь, но тот оказался вне сети. Иоши подумал, что смерть еще одного эксперта сейчас совсем не кстати, но тут же отбросил эти мысли. Немного поколебавшись, набрал сообщение Эри. Она ответила, что взяла выходной из-за плохого самочувствия и вернётся к работе в воскресенье для встречи с Фёдором Захаровым.

– Он разбил ей сердце, так ведь, – скорее утверждающе, чем вопросительно сказал Иоши.

Трикси поджала губы и нахмурилась.

– Я не знаю, с чего такая драма, – вдруг вспыхнула она, – я встречалась с Итаном почти два года! Два года!

Иоши откинул чувства и внимательно присмотрелся к старой подруге. На её лице читался такой широкий спектр эмоций, что он сразу понял – сейчас она выдаст важную информацию.

– А с этой он значит поговорил 15 минут, или что они там делали, и выбежал. Ты бы видел его лицо!

Трикси со злостью швырнула на стойку тряпку, которой натирала бокалы.

– Выскочил белее смерти! Будто случилась настоящая трагедия! И она там сидит вся в слезах.

Трикси сердилась с каждым словом всё сильнее. Хороший друг сейчас успокоил бы её. Но Иоши прежде всего хороший эксперт, и только потом друг.

– Даже не попрощался со мной! Когда мы расстались, он таким не был! – Трикси снова поджала губы, шумно выдохнула и продолжила, – что в ней такого особенного?

      Внешне совершенно хладнокровный Иоши постепенно закипал изнутри. Что произошло между Мёрфи и Эри за те 15 минут? Она призналась ему в чувствах, а он её отверг? Не подходит. Что могло довести до описанного Трикси состояния самовлюбленного и избалованного женским вниманием Итана? Он признался ей в чувствах, а она его отвергла? Но Эри тогда не плакала бы.

Иоши нахмурился и потёр виски. Картина не складывалась и это ужасно раздражало.

– Для тебя это просто нерешенная загадка, да? – горько усмехнулась Трикси.

Иоши не ответил. Не сходилось. Что-то не так, прямо здесь, у него под носом, а он не видит. Внутри появилось странное зудящее чувство. Ответ вертелся в голове, но никак не формировался в слова, только в смутное ощущение.

Посидев еще немного в баре, Иоши направился пешком к дому Хидео. Пора получить ответ хотя бы на один вопрос.

Хидео его ждал. С лёгким разочарованием забрал чип с информацией и предложил выпить чаю.

– Имя, Хидео. Мне нужно имя.

– Заказчик не приходил лично. Заказ и оплату я получил, товар передал с посыльным по адресу.

– Но ты знаешь имя.

– И ты знаешь.

Хидео протянул листочек. Иоши заглянул внутрь и с удивлением посмотрел на Хидео.

– Это шутка какая-то?

– Ты знаешь, в делах я не шучу, – строго ответил Хидео.

Удивление смешалось с раздражением. Полученный ответ лишь породил еще больше вопросов. Иоши задумался, стоит ли писать Эри, но почти сразу решил, что сначала разберется в ситуации сам. Лучше подождать, окончания её встречи с Захаровым, может, он дополнит картину. А сейчас Иоши собирался отправиться домой и снова, и снова, и снова перечитывать всю документацию. Пока полученное от Хидео имя заказчика не обретёт смысл.

Глава 14. 1 мая. Воскресенье

Эри проснулась с рассветом. Весь прошлый день она пролежала в кровати, раздавленная грузом эмоций и чувств. Ей очень хотелось, чтобы Инари сейчас была рядом и помогла справиться с нахлынувшими переживаниями. Эри пыталась интерпретировать всё, что творилось в душе. Пыталась разложить по полочкам, раскрасить, понять. Но чувства смешались в причудливый коктейль, из которого не вытащить и не очистить каждое отдельное ощущение. Эри старалась ответить на вопрос, почему ситуация с Итаном так сильно повлияла на неё. Она действительно влюбилась в Итана? Или дело в том, что сразу после эмоционального порыва он оттолкнул Эри? Может, в его словах? Что-то не складывалось. Картина никак не хотела проясняться. Возникшая ситуация тревожила Эри, она чувствовала, что нужно откровенно поговорить с Итаном и расставить всё по местам.

Если бы только это было так просто. Он ведь знает, как ей тяжело сейчас. Эри казалось, что они друзья. Но разве друзья так поступают? Запутал, сбежал, отключил связь. Бросил её одну в таком уязвимом состоянии. Эри сокрушенно покачала головой. Наверное, она всё же немного влюбилась в Итана. Так несвоевременно и неправильно. Как будто сейчас нет никаких других серьёзных проблем.

Эри подумала, что скажет Иоши, когда узнает. На душе стало еще тоскливее. Он ведь предупреждал. Эри разозлилась: как будто можно самому решить, к кому что чувствовать.

И на фоне всего этого безобразия, нужно взять себя в руки и отправиться на разговор с Фёдором. И вытянуть из него максимум информации. Хоть Иоши и сомневался, но Эри чувствовала, семья Захаровых точно замешана в произошедшем. Нужно лишь узнать, как именно.

Фёдор и его родители жили, как и Егор, на пятнадцатом этаже корпоративного жилого дома, но только в доме номер 2. Он встретил Эри в атриуме. Фёдор обладал приятной и совершенно незапоминающейся внешностью. Среднего роста, светлые волосы и глаза, одетый просто и удобно.

– Вы, должно быть, Эри, – улыбнулся он и поднял руку в приветственном жесте, всё в нем мгновенно располагало собеседника.

– А вы – Фёдор Захаров. Приятно познакомиться с вами лично.

– Это мне приятно, наша организация ценит каждого, кто стремится поддерживать людей, которым повезло меньше, чем нам. Если вы не против, я бы пригласил вас к себе. Люблю решать важные вопросы в тишине и без лишних глаз.

Эри лишь кивнула. Они молча поднялись на пятнадцатый этаж и зашли в квартиру. Интерьер внутри сильно отличался от дома Егора. Чистое просторно светлое помещение, выполненное в немного вычурном, но в целом современном стиле. Низкие светильники, бежевые тона, камень и зонирование потолками разной высоты и подтоном окраски стен. Панорамные окна в пол, открывающие потрясающий вид на весь город и находящийся за его пределами лес.

– Располагайтесь, – Фёдор указал на удобный стул около барной стойки, – какие напитки предпочитаете?

– Ой, это необязательно, – смутилась Эри.

– Вода всегда актуальна, но я позволю себе вольность и предложу вам свежевыжатый грейпфрутовый сок.

У Эри мгновенно пересохло во рту. Ну, конечно, она всё время забывает, насколько высоко находятся все эти люди. Годы работы с корпоративными делами иногда вводят в заблуждение, что элита такие же простые смертные, как и все. Но это не так.

– Эри, вас интересует какое-то конкретное направление деятельности?

– Да нет, фонд в целом. Я… как-то никогда не задумывалась о помощи другим.

– И что же изменилось?

Эри тяжело выдохнула. Сейчас самое время разыграть самую отвратительную карту из всех припасенных.

– Моя сестра умерла.

Как и ожидалось, данное заявление живо отозвалось в Фёдоре. Эри понимала, смерть брата оставила в его душе шрам, который болит до сих пор. Понимала по собственному опыту.

– Слишком рано, она должна была прожить долгую жизнь. Полную счастья и великих дел.

Фёдор внимательно слушал, на его лице отчетливо читалось сочувствие.

– Дурацкий несчастный случай. Если бы она только не выключила медпомощника…

Фёдор побледнел и еле слышно прошептал:

– Анафилактический шок?

Эри аккуратно изобразила на лице удивление.

– Что? Нет. Нет, не думаю, что дело в аллергии.

– Просто, – Фёдор неосознанно немного наклонился в сторону Эри, – мой брат тоже погиб. Слишком рано. Думаю, тогда и зародилось моё желание помогать другим.

– Мне кажется, я понимаю это чувство.

Некоторое время они сидели молча. Несмотря на то, что мотивы Эри отличались от заявленных, их с Фёдором действительно объединяло схожее горе.

– Когда-нибудь станет легче? – неожиданно для самой себя спросила Эри.

Фёдор печально покачал головой.

– Но вы научитесь с этим жить.

– Простите за бестактный вопрос, но…давно?

Фёдор грустно улыбнулся.

– Давно. 23 апреля 2120 года. И конечно, – Фёдор обратил внимание, как Эри побелела, – датой основания моего фонда я тоже выбрал это число. Вы в порядке?

– Нет.

Фёдор принес Эри стакан воды. Та с благодарностью выпила, но легче не стало.

– Мы гостили всей семьёй у друзей, – Фёдор обеспокоенно смотрел на свою гостью, – и его укусило какое-то насекомое, анафилактический шок.

– А медпомощник? – прохрипела Эри.

– Я не знаю, если честно. Мне тогда было-то всего 6 лет. Что с вами?

Фёдор подошел ближе и бесцеремонно запросил данные медпомощника со своей расширенной консоли.

– Я не знала, что такие выдают не только медикам.

– Вы многого обо мне не знаете.

Все жизненные показатели Эри указывали на сильнейший стресс.

– Как давно погибла ваша сестра?

– 23 апреля. Неделю назад.

Теперь побледнел Фёдор.

– Вы, – Фёдор стиснул зубы, – вы ведь здесь не ради детей с особенностями.

«Проницательный», – только и подумала Эри.

– Ваша сестра хоть вообще существовала? – Фёдор выглядел разъяренным.

– Что? – Эри совершенно не ожидала такого хода мыслей, – да! Её убили неделю назад!

Фёдор распахнул глаза и сделал шаг назад.

– То есть вы, – он недоуменно нахмурился, – то есть это совпадение?

– Если честно, я так не считаю.

– Кто вы?

– Ведущий эксперт Эри Сато. Моя погибшая сестра – ведущий эксперт Инари Сато.

– Ваши имена мне незнакомы, – развел руками Фёдор, – если гибель моего брата и связана с гибелью вашей сестры, то мне об этом ничего не известно.

Эри сердилась сама на себя. На что она вообще рассчитывала? Что застанет его врасплох, а он признается? Фёдор не лгал, очевидно, что если его семья и замешана, он об этом не знает.

– Знаете, вот возьмите, – Фёдор сбросил по связи свой контактный номер, – если вдруг, ваше чутье вас не подвело, и моя семья каким-то образом связана с этой ситуацией, я хотел бы знать.

Фёдор проводил Эри до атриума и в полной задумчивости вернулся домой. Уже на улице Эри запросила архивные данные по смерти Глеба Захарова. И конечно, данных в системе не нашлось. Тогда она проверила рабочие графики и узнала, кто в тот день дежурил из судмедэкспертов. Нашлось всего одно имя. К счастью, вполне знакомое. Эри отправила сообщение по связи и направилась в морг.

– Это же несравненная Эри Сато, – встретил её неприятный голос.

Риваль Муратов. Ведущий судмедэксперт Ливэя. Прямой нос с горбинкой, тонкие нависшие брови, три горизонтальных глубоких морщины на лбу, чёрные волосы, чёрные глаза, короткая бородка. Широкие потёртые джинсы, белая майка и тонкая куртка из экокожи. От него всегда пахло медицинским кабинетом. Что и не удивительно, учитывая его род деятельности.

В начале своей карьеры Риваль работал судмедэкспертом на подхвате, именно в то время в морг поступило тело Глеба Захарова. И именно этот случай стал толчком для карьеры Риваля.

– Привет, Риваль. Как жена, как дети?

– Лучше, чем твои, – Риваль расхохотался довольный собой.

– Да, наверное. Я к тебе с дарами, – Эри протянула мешочек с купленным у Айгуль травяным чаем.

– Вот поэтому, – Риваль поднял вверх указательный палец, – ты мой любимый эксперт.

Такая очевидная ложь, что Эри даже улыбнулась. Все знали, его любимый эксперт Кьяра Бруно, способная флиртовать даже с камнем.

– Мне нужно одолжение.

– Слушаю.

– Ты производил вскрытие 20 лет назад, 23 апреля. Мальчик 10 лет, анафилактический шок.

– Глеб Захаров.

– Даже документы не посмотришь?

– Это ж мой счастливый билет по жизни. Я все детали наизусть помню. Почему тебя интересует это дело?

– Не всё дело. Только причина смерти.

– Анафилактический шок, – Риваль смотрел на Эри с недоумением.

– Да. А от чего? Яд какой-то? И что с медпомощником? Медпомощники же должны предотвращать такие ситуации.

– Вот поэтому, – Риваль дважды постучал указательным пальце по виску, – ты самый умный ведущий эксперт.

Тоже очевидная ложь, но в этот раз приятная.

– Так что? – Эри почувствовала как сердце ускорило ритм.

– У мальчишек не было медпомощников. В то время какая-то тема такая двигалась против вживления. Сама понимаешь, это же не часы надеть.

– Часы надеть?

Риваль покрутил перед глазами Эри свои наручные механические часы, доставшиеся ему от прадеда.

– Ясно. Так и что?

– Ну и всё. Не было помощника, пацана цапнуло насекомое, анафилактический шок, смерть.

– Ясно.

– Ты ожидала чего-то другого?

– А какое насекомое? Паук?

– Пауки не насекомые, госпожа ведущий эксперт. Вы вообще из Ливэя?

– Не нуди.

– Нет, не паук. Типа осы, наверное. Шершень, может. Они прям смертельные, я слышал. Вообще я в этом не силён. Я тогда только выпустился, профилировался в основном на колотых и огнестрельных.

– А как определил?

– Жало достал из раны, – пожал плечами Риваль.

– Ясно. Спасибо.

В истории снова что-то не сходилось. Эри чувствовала бессильную злобу от того, что мысль буквально ускользала от неё. Она снова и снова обходила парк по кругу, словно пытаясь догнать собственный ход мыслей. Внезапно её осенило, Эри села в ближайший трамвай и поехала в район фермеров. Калитку открыла Айше.

– Бабушка Айше, мне бы поговорить!

– Айгуль отдыхает.

– Мне с вами поговорить.

Старушка прищурилась и пошла в глубь двора. Эри направилась следом.

– Чай заварила только. Садись, – Айше указала на плетеную скамейку.

– Спасибо.

Беседку для чаепития окружал палисадник из самых разных цветов. Больше всего Эри впечатлил красный цветок, который почему-то напомнил паука. Невольно поежившись, она поинтересовалась:

– А это что за растение?

– Ликорис.

– Ликорис…

– Паучья лилия. Символ несчастья и смерти.

– Зачем же тогда держать его в саду?

– Ухажеров отпугивать, – Айше налила чай в фарфоровую кружку, – и лекарства делать.

– Он лечебный?

– Скорей ядовитый.

– Но…

– В сочетании с ядом наших пауков лечит душевные раны.

– Это как, – искренне заинтересовалась Эри.

– Память отшибает.

Эри поперхнулась. В голову закралось подозрение.

– Уж не его ли у Айгуль покупала Сара Векслер.

– Наркоманка-то? Наверное, его. Что им наркоманам еще надо. Стирать воспоминания о том, на что идут ради дозы.

Внутри неприятно зашевелилось предчувствие. Эри решила отложить его на потом и задать вопрос, ради которого приехала.

– Бабушка Айше, у меня вопрос.

– Ммм.

– Вот есть же всякие насекомые типа осы, шершни.

– Мерзопакостные да.

– Кто из них оставляет жало?

– Никто.

– Никто, – эхом отозвалась Эри, получившая подтверждение своей догадки.

– Мерзости могут по несколько раз жалить, – бабушка Айше плюнула на землю с отвращением.

– Чьё же тогда жало…

– Пчёлы оставляют жало. И погибают, защищаясь. Так поэтично, – улыбнулась Айше.

– Пчёлы? – Эри ввела незнакомое слово в архивный поисковик.

– Медоносные, – мечтательно промурчала Айше, – был бы у меня десяток другой тружениц пчёл, я бы пол города купила.

– Почему?

– Мёд, – терпеливо пояснила Айше, – всё эти ваши нанороботы. С опылением они справляются, а мёд делать не умеют.

– Интересно, почему я никогда о них не слышала.

– Потому что они вымерли сто лет назад.

– Что?

– Ну, может, не сто, а чуток поменьше. У моей прабабки пасека стояла за городом. Да всплыла. Остался только десяток другой банок мёда. Я пробовала еще маленькая. А потом и закончился. И всё.

– Пасека за городом, – словно не веря повторила Эри.

– Мне бы маленькую пасеку – вот бы мы с Айгуленькой зажили. Правда пришлось бы от правопорядчиков прятаться, – Айше подмигнула.

– Почему?

– Так нельзя же скрывать у себя вымершие виды, ну. Всё должно быть в базе учета России.

– Ну, конечно, – Эри ошарашенно смотрела на Айше.

– Лет 30 назад в городе нашли в фермерском районе какую-то траву из красной книги. Шуму было мама дорогая… Бабка моя тогда еще нервничала, что у нас вроде тоже на огороде что-то росло.

Эри сидела ошеломлённая. Все детали расследования один за одним собирались в стройную теорию. Из ступора её вывело сообщение от Иоши. «Срочно в офис. Я знаю имя».

Глава 15. 1 мая. Воскресенье.

Иоши ждал. Он искренне надеялся, что Эри привезет ответы, которые окончательно расставят всё по местам. Потому что текущая картина выглядела мрачно и нелогично. Когда Эри зашла в кабинет, Иоши прежде всего постарался оценить её эмоциональное состояние. Она выглядела задумчивой. Эри кратко рассказала о событиях дня и подытожила:

– Я уверена, что в смерти Инари замешаны Захаровы. Слишком много ниточек ведет к их семье.

– Но имя заказчика яда Хардвин Вебер.

Эри сердито нахмурилась.

– Вебер? Ты шутишь должно быть.

– Нет.

Эри отвела взгляд в сторону и начала анализировать полученную информацию, сопоставляя её с уже имеющейся. Иоши внимательно наблюдал за ней. В такие моменты Эри была удивительно хороша: сосредоточенная и светлая. Иоши знал, сейчас она достроит все логические цепочки, которые сам он упустил.

– Да, такое возможно, – в конце концов отозвалась Эри, – неприятно это признавать, но Захаровы вполне могли обратиться за помощью к нашему начальнику. Это даже логично, учитывая как Вебер боготворит руководство.

– Ты не рассматриваешь другие варианты?

– Доверься мне. Я уверена, что это их рук дело.

– И какая картина в целом?

– Та девочка в лесу. Думаю, всё началось с неё. Инари расследовала это дело, потому что координаты совпали с другим обращением – по скачку электроэнергии. Она сопоставила их и копнула слишком глубоко. Я думаю, – Эри посмотрела на Иоши и кивнула, – я уверена, что у Захаровых за городом тайная пасека. Они делают незаконный мёд, девочка стала случайной свидетельницей – её убили и выставили всё как самоубийство. Инари тоже докопалась до истины, и её тоже убили. Предполагаю, что хотели запугать или стереть память, учитывая, что я узнала про яд. Но по трагической случайности Инари выключила медпомощника и погибла.

– Пасека? Мёд? Ты серьезно?

– В пользу этой версии говорит смерть брата Фёдора Захарова. От аллергии на пчелиный укус.

Иоши молча смотрел на Эри. Теория складывалась и правда стройная и логичная.

– Нас всё еще интересует исполнитель?

– Да. Но больше я хочу добраться до Захаровых. Думаю, Фёдор не при делах. Остаются его родители.

– Эри, так далеко нам не зайти, ты же понимаешь?

Эри упрямо поджала губы.

– Давай попробуем прижать Вебера.

– И как ты собираешься давить на шефа, Эри?

– Хочу как минимум в глаза ему посмотреть.

Иоши вдруг подумал, что это отличная возможность для карьерного роста. Если им удастся доказать причастность Вебера, того отстранят. И нужно заручиться поддержкой высокопоставленных людей, чтобы занять его место. Кто мог бы помочь? Иоши отлично понимал, что лучше всего в этой ситуации подходят Захаровы. Если они действительно причастны, если они владеют частной пасекой, о которой не сообщили ни одному из государств, то у него есть прекрасный рычаг давления. Отдать их под суд всё равно не получится, Инари уже не вернуть, Эри получила свои ответы. Может быть, и он сможет найти свою собственную выгоду в данном деле.

– А потом я уничтожу Захаровых, – голос Эри вырвал Иоши из размышлений, – мне нужна справедливость.

– Эри…

– Ты не сможешь отговорить меня.

Иоши пришла в голову мысль, что Итан Мёрфи мог бы отговорить Эри. Если то, что между ними произошло, не уничтожило их связь.

– Эри, что случилось между тобой и Итаном?

– Шеф в кабинете, – Эри проигнорировала вопрос Иоши, – и я получу свои ответы. Ты или со мной, или против меня.

Хардвин Вебер действительно сидел в своём кабинете. Квадратная челюсть, высокий лоб, грустные глаза. Крепкий высокий и немного сутулый мужчина далеко за 40. Вебер работал в департаменте внутренней службы безопасности уже более 25 лет. Строгий, справедливый, надежный, консервативный. Хардвин не обзавелся отношениями, поскольку фактически жил на работе. Его квартира располагалась на мансарде офиса департамента. Вебер искренне любил город и руководство. Верил в совет директоров, регламенты и внутреннюю справедливость. Самой его большой мечтой всегда было благополучие и стабильность города.

Эри стояла напротив начальника, смотрела ему прямо в глаза и думала, что могло заставить такого человека причинить вред собственному сотруднику.

– Я знаю, что вы заказали яд, которым убили Инари, – прямо сказала Эри, следя за реакцией начальника.

Лицо Вебера не выражало никаких эмоций.

– Я не убивал Инари Сато.

– Вы не убивали, конечно, – Эри подошла ближе, – у вас и алиби есть, наверняка, только мне плевать. Вы смотрели мне в глаза, и обещали, что найдёте виновника.

Эри подошла еще ближе.

– Вы сказали, что убьёте урода.

На лице Вебера появилось сочувствие.

– Мне правда жаль, что так вышло с Инари. Но я не заказывал яд. И не убивал твою сестру.

– Я знаю, что яд должен был только стереть память. Инари узнала что-то очень важное. И её хотели просто нейтрализовать, а не устранить.

Эри решила придержать информацию о пасеке. Иоши невольно улыбнулся. Даже в такой тяжелой эмоциональной ситуации ведущий эксперт Сато остается профессионалом.

– Выяснили, что это за яд?

– Да, из паучьей лилии и яда местных пауков.

Вебер кивнул.

– Часто фигурирует у нас в разных делах.

– Я не сталкивалась.

– Ты обычно таким не занимаешься, вот и не сталкивалась. Если это не я, не ты, и не Иоши. То остается не так много вариантов, кто еще мог сделать заказ от моего имени.

Вебер указал на дверь.

– Попрошу вас покинуть мой кабинет и вернуться к расследованию.

Эри на удивление спокойно кивнула и вышла в коридор. Иоши последовал за ней.

– Итан или Кьяра? – резко обернулась Эри, практически столкнувшись с Иоши. Её ледяной взгляд, пронзил его словно нож.

– Меня не стоит исключать из списка подозреваемых.

– Итан или Кьяра? – упрямо повторила Эри.

Иоши задумался. Какой мотив? Кьяра, влюбленная в Егора, устранила конкурентку? Схема для неё слишком сложная. В то же время Итан достаточно умён и странно себя ведет в последнее время. Но какой у него мотив? Карьерные перспективы? Иоши ведь и сам только что рассуждал о том, как использовать найденную Инари информацию для улучшения своего будущего.

Пока Иоши анализировал ситуацию, Эри отправила по связи сообщение об общем сборе, и уже через полчаса они стояли в переговорной. Иоши молча следил за реакциями коллег, Эри обводила присутствующих ледяным взглядом, Кьяра скучающе зевала, осунувшийся и помрачневший Итан смотрел в окно. У Иоши не осталось ни малейших сомнений о том, кто из этих двоих причастен к смерти Инари. Тишину прервала Кьяра.

– Я недавно решила посодействовать вашему расследованию, узнала, что парик сделан из волос Юко Ёсикавы.

– Мы знаем, – спокойно прервал её Иоши.

Кьяра фыркнула, закатила глаза и лениво откинулась на спинку стула. Итан продолжал молча смотреть в окно.

– Мы знаем исполнителя, Мёрфи, – Иоши повернулся к Итану, – знаем, кто убил Инари.

Итан медленно развернулся и спокойно, еле слышно сказал: «Я не убийца».

– Я верю тебе, – продолжил как ни в чем ни бывало Иоши, – ты пафосный самовлюбленный идиот, разрушающий жизнь каждой встречающейся на твоём пути девушке. Ты амбициозный карьерист, готовый идти по головам. Ты, безусловно, мудак. Но точно не убийца.

Итан снова повернулся к окну. Эри наблюдала за ним, за Кьярой, за Иоши. Сейчас она не делала выводов, только собирала каждую эмоцию, каждое слово, интонацию, жест.

– Правда в том, что мы также знаем, что Инари и не собирались убивать. Знаем, что это лишь несчастный случай. Кто-то, вдохновленный расследуемыми делами, в которых частенько фигурировал яд из фермерских районов, решил стереть Инари память. Временно вывести её из игры. Заставить её забыть важную информацию, которую ей не стоило знать.

Итан смотрел в окно и думал об Эри. Как глупо. Зачем он вообще поцеловал её тогда в баре? Нельзя. Нельзя так поступать с ней. Эри хороший эксперт. Когда правда вскроется, это разобьет ей сердце. И поэтому он решил разбить его заранее? С другой стороны, а что ему было делать? События последних дней слишком сильно сблизили их, грань, которую он так старался не переступать, оказалась стёрта. Не удивительно, что под гнётом напряженных эмоций он поддался порыву и поцеловал её. И всё же он поступил подло. Сбежал, не дав никаких объяснений своему поступку. И этот факт сейчас беспокоил его больше, чем всё остальное.

– Кьяра, – Иоши сделал два шага в сторону коллеги, – ты единственная, чьё алиби мы не узнавали. Чем ты занималась вечером 23 апреля?

Кьяра вскинула брови и презрительно сморщилась.

– Если б я хотела избавить от конкурентки, если ты на это намекаешь, Такахаси, – Кьяра встала и подошла к Иоши вплотную, – не стала бы убивать или стирать память. Я предпочла бы, чтоб Инари как можно дольше наблюдала мой триумф. Смотрела, как день за днём я сближаюсь с Егором и становлюсь для него более важной, чем она.

Кьяра хмыкнула и подошла к Эри.

– Я терпеть не могла твою сестру, вот тебе правда. И мне, наверное, вообще всё равно, что она умерла, уж извини. Для меня всё вышло как нельзя лучше. Так что если вы ищете убийцу среди нас, то это золотой мальчик Мёрфи. Какие ж вы эксперты, если не видите того, что у вас перед глазами. Купились на алиби от девчонки, по уши влюбленной в нашего красавчика? Такие вы, конечно, смешные, – Кьяра повернулась к Иоши и покачала головой, – я думала, ты сразу раскусишь Трикси. А ты не понял.

– Итан… – на выдохе прошептала Эри, сама не веря в настолько очевидный вывод Кьяры.

– Эри, я…

Кьяре по связи пришло сообщение, и она довольно заулыбалась.

– Что ж. Это всё стало слишком мелодраматично, я пойду. У меня свидание с Егором, спасибо, Итан.

Кьяра хихикнула и вышла из переговорной, хлопнув дверью.

– Итан, за что? – Эри смотрела на Итана глазами, полными слёз.

– Я не знаю.

– И поэтому ты так стремился раскрыть это дело со мной? Ты с самого начала хотел узнать мотив. Чтобы что?

Итан молчал, не в силах посмотреть на Эри.

– Ты помогал мне из чувства вины или хотел использовать то, что узнала Инари в своих целях?

Эри вытерла слёзы и нахмурилась.

– Это Захаровы? – твёрдо спросил Иоши.

– Что? Нет! – Итан повернулся к Иоши, на его лице читалось неподдельное удивление, – Это Вебер. Он дал мне прямой приказ. Я думал, ты знаешь, что заказчик яда Вебер. Ты ведь наверняка ходил к Хидео. Я ведь оставил подсказку.

– И ты просто взял и согласился нейтрализовать свою коллегу? Вебер пообещал тебе крупную должность?

Итан подтверждающе кивнул.

– Ничего личного. Я, – Итан тяжело вздохнул, – я хотел бы знать, почему. Но Вебер игнорирует мои расспросы.

– Если тебе дал приказ Вебер, и ты до сих пор на свободе. Значит, они и не собираются сваливать всю вину на тебя, – Иоши чётко представлял схему дальнейших действий, – значит, просто оставят в категории несчастных случаев и закроют дело. Всё это расследование – фарс.

Итан снова кивнул. Иоши поднял взгляд на потолок. Карьерного скачка можно не ждать, и к тому же сегодня он потеряет одного из экспертов. Либо отстранят Итана, либо Эри, не получившая справедливости, подаст заявление об уходе.

Эри требовательно смотрела на Итана. Она так сильно хотела найти убийцу своей сестры и выбить из него ответы на все свои вопросы. И вот он стоит прямо перед ней, боясь встретиться взглядом. Разбитый и раздавленный. Все эти дни он находился рядом, обманывал, поддерживал, а сам и был причиной её боли. И в то же время разрушался изнутри от совершенного поступка и невозможности открыться. Сердце Эри сжало тисками боли. Она ненавидела его. Ненавидела. Ненавидела и жалела. Ей хотелось бы испытывать только ненависть, но глядя на него здесь сейчас такого несчастного и раскаивающегося…

Эри поддалась порыву, подошла к Итану, встала на носочки, взяла его лицо в свои ладони и посмотрела прямо в глаза.

– Ты должен был сказать мне. Ты должен был сказать мне, слышишь? Я бы никогда не простила тебя, но ты не остался бы с этим один на один. Ты должен был мне сказать.

– Мне очень жаль.

– Все эти дни, Итан. И там, в баре…

Эри горестно покачала головой и крепко обняла Итана. Неожиданный и такой простой жест одновременно освободил и окончательно уничтожил Итана.

– Ты больше не можешь называться моим другом, – Эри последний раз посмотрела в глаза Итана, -Я буду ненавидеть тебя до конца жизни.

Лицо Итана исказила гримаса боли. Эри вложила пустой шприц от инъекций ему в руку.

– Не переживай, – Эри подошла к Иоши, – он не умрёт, его-то медпомощник работает. Идём, у нас еще есть дела.

Иоши смотрел на Итана, которого скрутило от боли на полу, и вызывал по связи скорую помощь. Настоящих хороших врачей. Иоши не позволит Эри стать убийцей.

Глава 16. 1 мая. Воскресенье. Поздний вечер

Егор встретил экспертов на пороге своей квартиры. Его впечатлила перемена в лице Эри.

– Раскрылось! – воскликнул он и закрыл рот ладонью, словно боясь сказанного.

Эри решительно перешагнула через порог, указала Егору сесть в кресло и закрыла за собой дверь. Иоши, всю дорогу молчаливо следовавший за Эри, встал за её спиной.

– Какое облегчение! Всё-таки ум – это семейная черта, да?

Егор с облегчением выдохнул.

– Как же тяжело ждалось, пока догадаешься. Мне казалось, что оставленная подсказка очень уж очевидная. Но видимо, не настолько.

Эри продолжала молча сверлить его взглядом.

– Стоило нарисовать крупнее, конечно, – продолжал разговор с самим собой Егор.

– Нарисовать? – Иоши устал слушать несвязную речь и решил направить монолог в правильное русло.

– Да. На картине, – Егор повернулся к Эри и закатил глаза, – там Инари пьёт в беседке чай с мёдом, а рядом ликорисы и пчела. Куда уж очевиднее.

Эри вмиг растеряла хладнокровие. Она растерянно смотрела на Иоши. Вот что ей тогда показалось странным на портрете Инари. Пчела.

– А почему ликорисы? – аккуратно уточнила Эри.

– Красивые, – пожал плечами Егор.

Эри громко, звонко и совершенно безудержно расхохоталась. Иоши с тревогой посмотрел на неё.

– Потому что… хахаха… потому что… ох я не могу… Иоши, потому что красивые!

Эри смеялась и смеялась, постепенно её смех перерос в глухие рыдания.

– Выходит, что всё-таки Фёдор в этом замешан, – Иоши всё еще посматривал на Эри, но упускать откровенность Егора не хотел.

– Не, Федя-то причем? Только если через Вивьен.

– Вивьен Моро замешана? – Эри мгновенно взяла себя в руки, – поэтому Итан встречался с ней в твоём баре?

Егор смотрел на Эри с неподдельным удивлением и хлопал своими пушистыми ресницами.

– Не понимаю, – в поисках объяснений Егор перевел взгляд на Иоши.

– Я бы тоже хотел чуть больше подробностей, раз уж мы тут откровенничаем.

Егор коротко кивнул.

– У Вивьен в ресторане принято кормить гостей всякими диковинами, которых не встретить в Ливэе. Показалось, что будет забавно на годовщину удивить Инари.

– Ты отвел её к Вивьен?

– Зачем? Оставалось немного мёда со дня рождения. Сладости – страсть Инари. Казалось, хорошая идея.

– Ты угостил её мёдом? – Эри распахнула от удивления глаза. Она и не подозревала, что Инари настолько нравилась Егору.

– Беспечно с моей стороны, понятное дело. Такие вещи должны держаться в строгом секрете, – Егор отмахнулся, – просто хотелось порадовать.

– А Инари знала историю про брата Фёдора? – Эри начинала понимать, как именно сестра узнала информацию, ставшую роковой.

– Это не секрет. Наверное. Ну, и мёд понравился, стала расспрашивать, ну, и видимо… не знаю.

Эри сердилась. Такой талантливый художник, но как же тяжело вести с ним диалог. Эри смотрела на Егора и понимала, что вся эта история возникла не из любви, а из-за его безответственности и незрелости. Одна новость хуже другой.

– И что, получается, Инари сопоставила все факты, догадалась про пасеку Захаровых за городом, – Эри теряла терпение, – и решила рассказать об этом всем? Стала для них опасна, так?

– Нет! У Захаровых нет пасеки!

Эри шумно выдохнула. Иоши внимательно следил за каждым её действием. Он искренне опасался, что у Эри в запасе еще несколько шприцов с ядом.

– Егор, ты сейчас нормально всё объяснишь мне, или клянусь, я тебя убью.

Иоши аккуратно сделал маленький шаг в сторону Эри. Егор пожал плечами и налил чашку чая.

– Егор! Брат Фёдора умирает от укуса пчелы, скачок электричества за городом в непогоду, у тебя есть мёд, когда во всём мире пчёлы вымерли сотню лет назад. Не держи меня за идиотку.

– Не их это пасека, что непонятно.

Иоши сделал еще шаг в сторону Егора, оказавшись между ним и Эри. Если ей захочется применить яд к Иоши, всё равно не выйдет. Он сильнее, быстрее, а главное – настороже.

– И самое интересное, что Инари убивают в годовщину смерти брата Фёдора, не кажется ли тебе это странным совпадением?!

Егор вдруг резко выпрямился, словно что-то осознав. Эри замерла, боясь спугнуть его.

– В этом есть смысл, если только…

Эри держалась изо всех сил.

– Ну, конечно. Это имеет смысл. Понятно, почему она… но как же… меня использовали?

Егор смотрел своими большими невинными глазами на Эри и не замечал, что та уже на пределе. Егора искренне удивлял тот факт, что близкий семье человек мог использовать его для своих целей.

– Идея угостить Инари мёдом. Мне казалось, что сам так решил.

Иоши мягко взял Эри за запястье в попытке успокоить бушующий в ней ураган нетерпения. Он видел, как тяжело той держаться, но нельзя спугнуть Егора, нельзя дать ему возможность перескочить на другую тему.

– А теперь припоминается, что разговаривали с Анастасией Викторовной, – Егор вынырнул из омута воспоминаний и пояснил, – мамой Феди. Кажется, что всё же идея с угощением мёдом шла от неё.

– Егор, чья пасека? – строго спросила Эри.

– М? – отозвался вновь погрузившийся в свои мысли Егор, – а. Ну, да. Фрейзеров, конечно. У кого еще хватит власти держать такое в секрете? И вам придётся молчать, если планировалось остаться в живых.

Иоши смотрел, как преображается лицо Эри. Она собрала всю картину.

– Месть, – Эри обращалась к Иоши, – месть, понимаешь. Мать Фёдора решила отомстить за сына Фрейзерам. Поэтому 23 апреля, поэтому мёд, поэтому Инари.

– Ты думаешь, не Фрейзеры заказали Инари?

– Нет, как я и говорила, это Захаровы. Инари убили, чтобы вывести следствие на пасеку Фрейзеров. Понимаешь? Такое большое количество людей узнают о ней, не получится замолчать, не получится скрыть. Они лишатся положения, лишатся всего. Их будут судить. И скорее всего, информацию передадут России, ты понимаешь, чем это всё обернется для Фрейзеров? Это месть за сына. Хладнокровная и жестокая.

– Ты упускаешь тот факт, что Инари не собирались убивать, только стереть память. И это выгоднее для Фрейзеров, чем для Захаровых.

Эри сердито отмахнулась от Иоши.

– Ты хочешь, чтобы это оказались Захаровы. Потому что понимаешь, что никогда не доберешься до Фрейзеров. А ты не можешь сдаться, не можешь проиграть. Не в этот раз.

Иоши еще никогда не видел такой сильной борьбы чувств у Эри. Всё это слишком и для обычного человека. Смерть сестры, все эти любовные или не любовные переживания с Итаном, его предательство и такая дурацкая причина всего произошедшего. Иоши понимал, Эри нужна справедливость, чтобы не сойти с ума. И также он понимал, что им никогда не победить в этой битве.

Эри отправила сообщение по связи и мгновенно получила ответ.

– Идём, нас ждут в соседнем доме.

Егор пил чай и смотрел в стену. Иоши убедился, что Эри не собирается совершать ничего опрометчивого и вышел из квартиры вслед за ней.

Фёдор их ждал. Эри ворвалась в его квартиру, как ураган, и коротким эмоциональным монологом выложила всю цепочку событий и своих предположений. Фёдор сидел за стойкой мрачнее тучи.

– Не похоже, что новости тебя шокировали, – подвела итог Эри.

Фёдор молча закурил и погрузился в размышления. Иоши сердито нахмурился и открыл окно. С улицы не доносилось никаких звуков. В ночь с воскресенья на понедельник в центре обычно не проходило никаких гуляний. До 15 этажа на высоте почти 90 метров от земли звуки и в праздничные дни долетали редко, а сейчас и вовсе возникало ощущение, что они где-то за городом. Фёдор курил и молчал. Иоши осуждающе смотрел на него и параллельно следил за реакциями Эри. Та лишь терпеливо ждала. Казалось, что сейчас она пребывает в своем максимально спокойном состоянии. Они дошли до финальной точки расследования. По какой-то неизвестной для себя причине Эри пришла именно сюда, твёрдо уверенная, что Фёдор не оставит всю эту ситуацию просто так. Она пришла сюда, уверенная, что именно он поможет ей добиться справедливости. Эри хотела, чтобы Фёдор почувствовал свою сопричастность и ответственность за произошедшее.

И он чувствовал. Прямо сейчас он сидел и винил себя за всё, что произошло. За то, что произошло много лет назад на пасеке Фрейзеров с его братом. И за то, что произошло с сестрой Эри сейчас. Ему тоже казалось, что намного правдоподобнее версия, в которой заказчики Фрейзеры. Потому что заказали стереть память, потому что это логичнее. Но в отличие от экспертов, Фёдор знал свою мать. И понимал, что версия, в которой все события закрутились из-за её желания отомстить, более вероятная.

Фёдор тяжело вздохнул, встал и начал ходить по комнате. Он точно знал, что должен что-то сделать. Должен каким-то образом восстановить справедливость. Должен исправить то, что началось из-за его неосторожности много лет назад. Он ходил и ходил кругами, вдруг резко остановился и повернулся к Эри.

– Вы хотите знать точное имя, или чтобы наказание понесли все причастные? У меня нет ответа, виновата моя мать или семья Фрейзеров. И боюсь, что нам не удастся добиться от них правды. Ни вам, ни мне. Фрейзеры слишком могущественные, никто в городе не посмеет выступить против них. Даже Хидео Окава. И всё же кое-что сделать я могу.

Эри чувствовала себя максимально спокойно. Она пришла по адресу. Пусть сестру уже не вернуть, но виновные понесут наказание. И это именно то, чего ей хотелось сейчас больше всего. И еще, чтобы убийцей оказался не самый близкий ей человек, единственный, кому она доверилась за долгие годы. Но придётся довольствоваться справедливостью.

Фёдору не потребовалось никакого ответа, он всё видел на лице Эри.

– Я сообщу о пасеке в головной офис. Они пришлют детективов и команду для полноценного расследования. Им давно пора навести порядок в городе. Возможно, даже привлекут полицию из России. Скоро здесь всё изменится.

Эпилог. 1 июня. Среда.

Эри и Иоши сидели за барной стойкой в баре Одоевских. Трикси болтала о погоде с постоянными посетителями и изредка бросала взгляды на Иоши.

За прошедший месяц прибывшие в город детективы провели масштабное расследование. Пчелиную пасеку изъяли в качестве мирового достояния и поместили под строгую охрану на территории России для попыток восстановления исчезнувшего вида. Семью Фрейзеров в полном составе депортировали из города, изъяв всю собственность и накопленный капитал. Для большинства жителей города это стало настоящим потрясением, поскольку Фрейзеров почитали и почти боготворили.

Семья Фёдоровых лишилась места в аппарате правления, но сохранила за собой все свои активы и положение в обществе. Фёдор продолжил курировать социально значимые организации, а также работать помощником у Ичиро Като.

В ходе внутреннего и внешнего корпоративного расследования провелись масштабные кадровые перестановки. В город приехали новые члены правления со своими семьями. Относительное спокойствие города оказалось нарушено, начались беспорядки и борьба банд за власть. Большой поток новых людей, задействованных в расследованиях и кадровых перестановках, повлиял и на эпидемиологическую ситуацию в городе. В Ливэе зафиксировали вспышки нескольких новых вирусов, повлекших за собой дополнительную нагрузку на перегруженное здравоохранение.

Хардвина Вебера уволили с выплатой компенсации и выселили из города. Его место занял Иоши, возглавив департамент внутренней службы безопасности.

Благодаря грамотным действиям врачей скорой помощи Итан Мёрфи практически не пострадал от укола с ядом. Все воспоминания и сожаления остались с ним. После небольшого разбирательства его оправдали и перевели в бюро внутренних расследований. Семья Мёрфи использовала все свои многочисленные связи и средства, чтобы максимально очистить имя своего сына. Как ни странно, но эта история сблизила его с родителями. Хотя, конечно, ему придётся до конца жизни жить с последствиями всех принятых решений.

– Видела Кьяру с Егором, – поделилась Эри, – похоже, в этой истории одни победители.

Иоши горько усмехнулся.

– Какие у тебя планы?

– На свидание хочешь пригласить? – колко отреагировала Эри.

Иоши нахмурился и отрицательно покачал головой.

– Заберу компенсацию, продам квартиру и уеду. Всегда мечтала повидать мир, – Эри допила свой стакан воды, – а ты?

– Я не мечтаю.

Эри вопросительно посмотрела на начальника.

– Останусь тут, грядут тяжелые времена. Хочу удержать город в равновесии.

– Удачи, – Эри усмехнулась и осмотрелась.

Мимо прошла высокая девушка с яркой татуировкой ликориса под ключицей. Что-то заставило Эри вздрогнуть.

– Знаешь, – она придвинулась к Иоши и прошептала, – кажется, я ненавижу ликорисы даже сильнее, чем пауков.

Если тревога отступила

Пролог.

Сквозь распахнутое настежь окно комнату заполнял тусклый зеленоватый свет неоновых вывесок единственного официального мотеля города Ливэй. Скрипучие металлические лестницы выдавали приходящих и уходящих в ночи постояльцев. Цветочный свежий майский воздух наполнял комнату.

Мариса задумчиво рассматривала полученные вчера снимки. Изначально идея поездки в этот удивительный городок казалась ей просто превосходной. Жизнь в столице кого угодно может вымотать. Высотки, высотки, высотки, невыносимый траффик, непригодный для дыхания воздух, бесконечный поток вечно опаздывающих людей, бешеный ритм жизни и тотальное одиночество.

Мариса мечтала посетить каждый уголок планеты. Но Ливэй много лет носил статус закрытого города. Вся жизнь местного населения строилась вокруг производства паучьего шёлка. Изначально задуманный как интеллектуально-производственная утопия город, с годами становился всё более закрытым в себе. К моменту официального открытия в Ливэй со всего мира переехали специалисты разных областей, многим хотелось прикоснуться к истории будущего, оказаться в прогрессивном и экологичном месте. Город жил по своим внутрикорпоративным правилам, постепенно формируя свою собственную культуру. Для Ливэя установили особые правила относительно застройки в виду того, что со временем город из статуса корпоративного населенного пункта на арендуемой земле должен перейти в состав России. Поэтому к 2145 году Ливэй являлся единственным низко этажным, зелёным и по-настоящему экологичным городом.

Всего 5 лет назад сюда не пускали никого, кто не относился непосредственно к производству, даже поставки осуществлялись строго по особому протоколу. Однако после крупного скандала, в котором оказалась замешана руководящая верхушка, статус Ливэя пересмотрели и открыли въезд для всех желающих. Город заполнился любопытными туристами, отбросами общества, желающими изменить свою жизнь и преступниками разных мастей. Наплыв приезжих запустил несколько крупных пандемий, заставив жителей Ливэя сплотиться и выступить против неконтролируемого въезда посторонних на территорию города. В конечном итоге, Ливэй снова получил статус закрытого населённого пункта, но уже силами местных жителей и Администрации. Приезжим не давали работу, не позволяли приобретать и снимать жилье, угрожали на улицах и открыто нападали средь бела дня.

Имея на руках специальный пропуск, ехать сюда Мариса не боялась. И всё же статус приезжей накладывал на неё определенные ограничения.

Сам город оказался ещё интереснее, чем рассказывал отец. Районы обладали разным обликом и культурой. Несмотря на наличие трамвайной линии, большинство людей предпочитали перемещаться пешком или на самокатных изделиях и велосипедах. Центральный район Ливэя, окруженный водохранилищем, единственный имел несколько высотных жилых зданий и большой фонтан. Центральный парк, выполненный в духе японских садов, в мае казался совершенно сказочным. Впечатляющая торговая зона и фестивальная площадь, на которой проводилось большинство городских праздников, соседствовали с театром, музеем, а также Баром Одоевских – самым крупным и элитным в городе. Окружающая район прибрежная зелёная зона впечатляла разнообразием красок и видов растительности. Чем-то всё это напоминало самый крупный Томский парк. Разве что в Ливэе не ощущалось давления ограниченности времени и груза неотложных дел.

Район интеллигенции Мариса нашла довольно скучным, похожим на Англию 19 века, поклонницей которой она никогда не являлась. Зелёные кирпичные улочки населяли сотрудники образования и их семьи, живущие закрытым сообществом. Раз в месяц в Парке просвещёния проходил сбор членов онлайн клуба любителей чтения, летом выступали музыкальные группы. И это один из трех районов, где нет никаких пристроек к домам. Вот и всё, что Мариса знала об этом месте.

Район обеспечения безопасности с отголосками старой Праги в архитектуре оставил Марису абсолютно равнодушной.

Район производственного персонала показался скучным и вгоняющим в тоску. Асфальт, дома выполненные в обычном стиле начала 20 века, большие окна, высокие потолки, прямые линии фасадов. Плоские крыши домов, уставленные солнечными батареями и небольшими оранжереями. Со временем в районе появились пристройки, в основном, на плоских крышах.

Наиболее необычными оказались два фермерских района. Один – связанный с животноводством, второй – с ботаникой во всех её видах. Больше всего Марису впечатлили частные одноэтажные домики с участками земли. Представить, что в 22 веке кто-то живет вот так запросто в отдельном доме, не являясь при этом представителем элиты, казалось совершенно невозможным. Но вот они – эти маленькие, словно сказочные, домики и совершенно простые люди, живущие в них. Ходят слухи, что в фермерских районах даже можно найти целителей и травниц.

Самым весёлым и живым казался район обслуживающего персонала, чему способствовало обилие неоновых вывесок и ночных заведений, в том числе питейных и азартных. Сердце района – Парк культуры и отдыха, окружённый школой, детским садом и техникумом. В конце Транспортной улицы стояло депо №2 для трамваев и электробусов, развозящих обслуживающий персонал. На самой шумной улице Барной по слухам располагался жилой комплекс банды под управлением Даны Мареш.

Есть также район пенсионеров и казенных домов. Но там по понятным причинам приезжим делать нечего.

Мариса же остановилась в районе Рабочего персонала. Самой неблагополучной, потрепанной и перенаселённой части города. Изначально город конструировался с широкими мостовыми для велосипедов и тротуарами для пешеходов, однако из-за количества пристроек и надстроек на некоторых улицах стало крайне сложно перемещаться. Проживал здесь в основном рабочий персонал низкого уровня со всех заводов, складов и производств, в том числе низкоквалифицированные рабочие. Средний уровень образования по району составлял 7 классов общеобразовательной школы плюс профильный техникум.

Мотель, в котором остановилась Мариса, сиял неоном: голубые, зеленые, жёлтые вывески на разных языках. Тусклый зеленоватый свет окон, обшарпанная облицовка стен, металлические опасные лестницы. Всё это напоминало кадры из старых фильмов про будущее, которые так любил отец.

Мариса ловким движением откинула назад длинные рыжие локоны и перехватила их бантом у самого затылка. Подвела большие зеленые глаза темным карандашом, как когда-то делала мама, поправила ремень цветастого платья и подмигнула своему отражению в мутном зеркале. Дело простое, ничего сложного. Она и раньше помогала отцу. Встретиться с нужным человеком, сказать правильную фразу и совершить обмен.

Однако она ещё никогда не оказывалась в подобных сложных ситуациях так далеко от дома. К тому же само по себе население города враждебное ко всем приезжим вызывало у Марисы легкую дрожь тревоги. До назначенного часа оставалось совсем немного времени.

Мариса вышла из отеля, когда уже начало темнеть. Улица заполнилась светом фонарей. Свежий весенний воздух наполнял лёгкие, добавляя к общему волнению нотку эйфории. При других обстоятельствах, стоило бы задержаться здесь подольше и насладиться неспешностью и самобытностью местного уклада. При её средствах, можно было бы даже позволить себе небольшой домик в лесу за чертой города, где природа, заботливо сбережённая местными управляющими, впечатляла своей красотой. После смещения климатических поясов на планете осталось не так много мест, которые могли бы называться оазисами жизни. Сплошь ураганы, засухи, стихийные бедствия, повлекшие за собой массовые переселения и полную перестройку жизни страны. Да и всего мира, если уж говорить до конца откровенно.

Вчера, чтобы получить фотографии, Мариса отправилась в Центральный район. Аккуратные маленькие уличные кафе, расположенные вдоль побережья, переплетённые ветви деревьев над головой, создающие зелёную арку и естественную тень, повсеместные тёплые огни гирлянд и мощёные тротуары создавали атмосферу абсолютного уюта и комфорта. Люди расслабленно сидели с напитками и натуральными фруктами и вели непринужденные беседы. На их лицах не отражалось ни напряжения, ни агрессии, ни следов чрезмерного стресса. Казалось, они полностью довольны своей жизнью и никуда не торопятся. А ведь речь идет о вечере вторника! Мариса весь вечер и пол ночи бродила по центральному району и никак не могла поверить в реальность происходящего. При этом, исходя из разговоров, эти люди также не являлись представителями элиты высшего уровня. Впрочем, и к рядовым сотрудникам они не относились. Девушки в основном аккуратно и опрятно одетые, с расслабленными причёсками и понятным кроем одежды. Парни модно подстриженные в неброских костюмах. И самое главное – большинство их них действительно разговаривали друг с другом, не переключаясь каждые несколько минут на «срочные сообщения» с работы или от «проверенных людей».

Сегодня же Мариса шла на стыке Рабочего района и района Обслуживающего персонала, наблюдая с одной стороны буйство неона и каменных джунглей, а с другой ухоженные, но всё же трущобы. Мимо проехал последний вечерний трамвай.

Её сегодняшнее место назначения – небольшое заведение на Барной улице. Развлекательные заведения различного направления в районе Обслуживающего персонала располагались буквально на каждом углу. Ночная жизнь по большей части локализовалась именно на Барной улице: ночные клубы, бары, наливайки и азартные клубы почти в полном объёме. Здесь же в закоулках, освещённых неоном всех цветов, можно найти всё: от эскорта до запрещённых веществ и предметов.

Простые линии домов, местами обшарпанных, местами загруженных пристройками, проводами и вывесками; холодный свет неона, асфальтовые тротуары и повсеместное граффити навевали приятные воспоминания о прошлогоднем летнем путешествии заграницу.

Уже стемнело, но вечер только начался. На углу нужного здания стояла толпа шумных молодых людей. Один из них облокачивался на массивный мотоцикл. Что-то старинное, явно не из последнего десятилетия. Брутальный бородатый в кожаной куртке, словно вышедший напрямик с экрана отцовских сериалов, мужчина ловким движением закинул окурок в урну и подмигнул Марисе. Ответив вежливой улыбкой, девушка поспешила зайти в клуб.

Внутри помещение окутывал дым от электронных курительных устройств, сквозь который мерцанием пробивались бегающие лучи неоновой светомузыки. Девушки в откровенных нарядах и массивных очках виртуальной реальности танцевали у шестов, стоявших вдоль центральной барной стойки. Мариса присмотрелась внимательнее и обнаружила, что и провода, опутывавшие девушек, и массивные VR-очки оказались лишь пустышкой, деталями образа.

В углу помещения находился диджей, контролирующий музыкальный поток. Судя по всему, он использовал творчество местных групп, поскольку мелодии сильно отличались от тех, что крутили в российских клубах.

Мариса осмотрелась и направилась к боковой барной стойке, где заказала коктейль и начала пританцовывать, чтобы не привлекать к себе особого внимания. Это оказалось сложнее, чем она рассчитывала. Что именно выдавало в ней приезжую, Мариса так и не поняла, но местные считывали её мгновенно.

К ней подошел бородатый мужик со входа и снова подмигнул.

– Надолго к нам? – буквально прорычал он. От его оскала становилось не по себе.

– Я буквально на пару дней и уеду, – Мариса одарила мужчину своей самой безобидной улыбкой.

– Ясно. Затусуемся? – мужчина придвинулся к Марисе ближе и окинул её взглядом.

– Простите, но я здесь правда всего на пару дней. И по делу, – вдруг забеспокоившись, что говорила слишком резко, Мариса добавила, – от меня не будет проблем.

– Ладно, – разочарованно отодвинулся мужчина, – выпей за мой счёт и вали.

Он подвинул к ней бокал, который принес с собой.

– Спасибо, но я…

– Пей, говорю. Это чистая вода. У нас в городе самая лучшая.

Мужчина выжидающе смотрел, а Мариса ещё некоторое время боролась с соблазном, но в конце концов сдалась. Вода оказалась и правда выше всяких похвал. Даже у них дома при наличии самых последних высокотехнологичных фильтров вкус заметно уступал. Может быть, дело в их водохранилище? Возможно, они берегут хранящуюся там воду от слива промышленных отходов. Или может быть, у них даже сохранились чистые водные скважины.

Мысль о безграничном доступе к такой совершенной вкусной воде вскружила Марисе голову. А ведь это третьесортный клуб. Может быть, у города закрытый статус вовсе не из-за производства паучьего шёлка, а именно из-за наличия такой восхитительной воды? Мариса подумала, что обязательно поговорит об этом с отцом, как только вернется домой.

– Скучаешь по столице? – донесся тихий мужской голос над ухом.

– Мечтаю о жизни в провинции, – автоматом ответила Мариса, не оборачиваясь.

Она почувствовала, как чья-то рука положила в карман платья что-то небольшое, забрав взамен чип с данными. Уже через мгновение загадочный посредник исчез. Обмен прошёл успешно.

Теперь можно расслабиться и насладиться остатком вечера. Может быть, потанцевать. Может быть, даже пофлиртовать с очаровательным парнем, который весь вечер поглядывал на неё. Может быть, даже заказать ещё один стакан воды, прежде чем отправиться в номер.

Завтра Мариса покинет этот прекрасный город. Но кто знает, вдруг ей удастся убедить отца приобрести здесь небольшой участок в лесу для летних отпусков.

Глава 1.

Ночь не задалась. Обычно утром в четверг Дэя чувствовала себя значительно бодрее. Но в эту среду в районе рабочего персонала проходило несколько крупных маргинальных вечеринок. И естественно, половина жителей её дома шумные и пьяные в течение всей ночи с грохотом возвращалась домой. И Дэя могла поклясться, это первый раз, когда она настолько искренне пожалела, что снимает эту квартиру. А ведь всего пару лет назад, подписав договор аренды, она была вне себя от восторга.

Впрочем, если сравнивать с той дырой, которая служила ей домом много лет до этого, жилье и правда казалось шикарным. Арендодатель сразу предупредил, что за единственным окном проходит металлическая лестница, по которой постоянно ходят соседи. Дэя тогда откинула медно-рыжие кудри нарочито кокетливым жестом, очаровательно улыбнулась и отшутилась, что может быть, и ей понравится выходить на улицу через окно.

Ей не понравилось.

В остальном, квартира оказалась очень даже уютной. В первую неделю Дэя заменила половину мебели, разложила по местам все свои скромные пожитки и начала привыкать к новому дому. Пока училась в институте, параллельно работая на двух-трех низкооплачиваемых работах, Дэя ночевала в арендованном койко-месте в 3 квадрата. Где помещалась лишь кровать с отсеком для хранения вещей и пара полок. Здесь же в её распоряжении оказалось аж 20 квадратов. Только для неё. На входе стоял дешёвая, но персональная система очистки. Прихожей не было. Слева от входа в огороженном пространстве располагалась её личная ванная комната – свой собственный туалет и душ. Справа сразу от входа стояла закрытая система хранения для основной части вещей. А уже дальше оставшиеся 15 квадратов комнаты удачным зонированием разделялись на кухню, спальню и кабинет.

Первое, что сделала Дэя после въезда – избавилась от старой мебели и хорошенько всё вычистила. Она сидела совершенно вымотанная и абсолютно счастливая в своей огромной чистой квартире. Её собственное жилье, хоть и съемное. Но договор аренды надежный, долгосрочный, можно смело обживаться.

Через пару дней приехала вся нужная мебель, Дэя распаковала свои вещи и забрала из хранилища свои основные сокровища – книги и цветы. И теперь этот дом стал её личной книжной оранжереей. Свою библиотеку и коллекцию цветов Дэя начала собирать ещё в 12 лет. Приняв решение жить самостоятельно, но не имея возможности снимать полноценное жилье, Дэя сначала планировала отказаться от всего своего имущества. Однако в городе в то время существовала программа дополнительного озеленения, в рамках которой каждый желающий мог взять в аренду небольшие площади теплиц в районе Фермерства. Учитывая качество и количество её растений, Дэе разрешили заключить долгосрочный договор аренды на выгодных условиях. Каждую неделю она приходила проведывать своих зелёных друзей, заботилась о них и проверяла, чтобы условия содержания соответствовали их потребностям. И вот, наконец, два года назад они воссоединились в её персональном зелёном царстве. Несмотря на серьёзную загруженность на работе, Дэя всегда находила время и силы для ухода за своими растениями. И конечно, всегда находилось время для чтения книги перед сном.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Кадзоку (яп. «Цветы народа») – высшая японская аристократия периода Мэйдзи. Учреждена 7 июля 1884, прекратила существование 3 мая 1947 с принятием новой конституции. В Ливэе используется в качестве наименования самой крупной преступной группировки города.

Вернуться

2

Квады – здесь и далее: четырехколесные съемные роликовые колёса, подходящие для любой обуви

Вернуться