Посвящается моей всем, кто в меня верил..

Бог ниспослал нам всем прощенье,

В его распятом сыне нашли мы утешенье.

Но дьявол губить людские души продолжит

И взамен свой дар предложит.

Пролог

Утро очень медленно наступало. Едва показались первые лучи солнца на востоке, оповещая людей о начале нового дня. Это самое холодное время суток. Прохладный ветер гулял в высокой траве, немного разбрызгивая росу, которая появилась на этих зарослях буквально несколько минут назад. Невысокая гора, угрожающе возвышалась над этим роковым местом. Оно вполне могло вызывать умиротворение, если не знать его историю. Впрочем, сейчас, когда страсти улеглись, а кресты давно опустели, здесь всегда было тихо, спокойно и безлюдно. Голгофа… то самое место, на котором должна была быть поставлена точка в этой бесконечной борьбе за людские души и власть над миром. Должна была быть поставлена, но темный властелин никогда не сдается. Что не удивительно, ведь без зла не может быть добра, поэтому оппоненты этой борьбы навечно связаны друг с другом.

В этом пустынном месте у подножья пустых крестов, назидательно возвышающихся над Иерусалимом, одиноко стоял мужчина. В белой тунике с расшитыми золотыми нитками узорами и дорогой кожаной обуви. Из-за складок богатой шелковой с пурпурным узором тоги выглядывала рукоятка меча, мирно покоящегося на поясе и сокрытого от посторонних глаз. Черные волосы ниспадали на его могучие плечи и слегка колыхались на ветру. На первый взгляд может показаться, что волосы мешают мужчине, но это было не так. Пряди, развиваясь на ветру, постоянно попадали в лицо и закрывали обзор, но мужчина даже не задумывался о том, чтобы их убрать или поправить. Он был погружен в собственные размышления. Озлобленный взгляд холодных темно-карих глаз был устремлен на распятия. Хоть брюнет и обладал очень привлекательной внешностью, но все же, он отталкивал. Мужчина на подсознательном уровне вызывал страх. Ярко выраженный волевой подбородок придавал ему еще более жестокий вид. Тонкие губы, что-то шептавшие, скривились в злобной усмешке, руки самопроизвольно сжимались в кулаки. Он был не просто зол, а в ярости. Ярость эта часто охватывала брюнета и мешала мыслить здраво, но сейчас именно ярость подталкивала его к определенным мыслям.

Произошедшее здесь тринадцать лет назад сильно пошатнуло его позицию в давней и нескончаемой войне за власть. Он никогда не отличался покорным нравом и был подвержен всем смертным грехам. Однажды гордыня полностью затуманила его разум, за что он расплатился очень жестоко. Слухи о милости и милосердии его отца были не обоснованы по мнению мужчины. Но наказание не зародило смирение в мужчине, а только озлобило еще больше. Он за тысячи лет так и не признал справедливости кары. Чувство несправедливости и обиды подталкивало его дальше бороться. Тысячи лет уже длится это вечное противостояние, в котором сейчас ослабленный, брюнет всегда держался на равных со своим врагом. И понимание этой слабины злило его еще больше.

– Вот уж не ожидал тебя здесь увидеть, – раздался за его спиной спокойный и тихий, но вместе с тем властный голос, – Я думал, ты будешь обходить это место стороной.

Брюнет обернулся и его тяжелый взгляд встретился с мягким улыбающимся взором голубых глаз. Ветер стих в этот момент, казалось, будто время остановилось. Перед ним стоял его вечный враг. Его родной отец, который лишил мужчину всего. Недостойный отец по мнению брюнета.

– Ты?! – воскликнул мужчина. Его голос эхом прошелся по долине. Он инстинктивно схватился за рукоятку меча. Однако, меч так и остался в ножнах, хотя брюнет и занял атакующую позицию, но не сдвинулся ни на миллиметр. Сейчас это явно не к чему хорошему не приведет, да и отец явно не собирался нападать.

– А кого ты еще ожидал здесь увидеть, Люцифер? – улыбнувшись, ответил старик. Казалось, старец и не заметил агрессивного жеста падшего ангела, хотя он видит все, просто его это не тревожило. Пожилой мужчина прекрасно знал, что сын достаточно благоразумен и не бросится в бессмысленную драку, просто со злостью справиться не всегда может. Вернее, не может совсем.

С виду этот старец был слаб и немощен, но, как известно, внешность обманчива. Коротко стриженные седые волосы, лицо изрезано морщинами, спина согнулась, будто под тяжестью времени. Не в силах стоять старик опирался на трость. Самый обычный бедно одетый беззащитный старик с доброй душой. Глядя на него, нельзя было и подумать, что это старец и есть всемогущий Бог. И хотя Бог мог принять абсолютно любой облик, чаще всего он предпочитал спускаться к людям в виде немощного старика. Впрочем, среди людей он появлялся не часто, да и сыновья его, ангелы, давно не видели его лица. И нет, это не равнодушие к собственным творениям, а лишь высокая занятость. Богу попросту некогда следить за своими детьми и творениями, ведь он создал множество миров, каждый из которых нуждается в его внимании.

– Когда я пришел, я был один, – фигура молодого мужчины грозно возвышалась над старцем. Могло показаться, что Люцифер сейчас вцепится старику в горло, но у того на самом деле даже в мыслях этого не было, – Зачем ты пришел?

– Решил составить тебе компанию, мы ведь не враги, а две части одного целого, – пожал плечами Господь, – Я никогда не считал тебя врагом. Я настолько сильно всегда любил тебя, что возвысил над другими ангелами, хотя ты считаешь, что тебя низвергли. Подумай сам, Люцифер, ты равный мне, это ли не любовь с моей стороны?

– Как милостиво, – губы Люцифера скривились в усмешке. Слова отца о мнимом возвышении болью отозвалась в сердце падшего ангела. Ему никогда не нравилось, когда кто-то напоминал о поражениях в прошлом, – Не считал врагом, однако, сейчас ты празднуешь победу. Неужели, ты и вправду думаешь, что принеся в жертву собственного сына, спасешь души людей? Думаешь, они стали резко безгрешными? Да они даже не оценили и не поняли твоей милости! – князь тьмы сорвался на крик. Но это не от бессилия, его просто всегда раздражала эта слепая вера в людей. Именно этой веры когда-то отец хотел и от своих сыновей. Ангелы слепо подчинились, кроме Люцифера. Брюнету было противно почитать и любить людей, ведь он видел их насквозь. Мелочные, злобные, лживые. Ангел пытался поговорить с отцом, но тот его не слышал и даже не хотел слышать. И что ему оставалось? Только восстание, которое с треском провалилось, а сам Люцифер был изгнан из дома.

– О нет. Они так же будут грешить, но на то они и люди, чтобы отличаться своей грешностью. От того они и интересны, – он, утомившись стоять на ногах, сел на близлежащий валун, предчувствуя длинную беседу. Старик смотрел на возмужалого сына с нескрываемой любовью и даже гордость промелькнула в глазах отца, но Люцифер, естественно, не заметил этого. Ведь обиды за прошлое не давали ему подмечать важных деталей.

– И ты считаешь, что я после этого сдамся? Признай, их души больше принадлежат мне, чем тебе, – уже спокойнее промолвил властитель подземного царства.

– Нет, нет и нет. Ни за что не признаю. И прекрасно знаю, что ты не остановишься, – развел руками старик, – Но тебе не кажется, что ты всегда ждал от них слишком многого? Взгляни на себя. Ты был ангелом, не просто ангелом, а архангелом. Ты был близок к тому, чтобы стать серафимом, но все равно согрешил. А ведь ты был ангелом. Что тогда взять с простых людей?

Упоминание о прошлом пробудило в Люцифере новый приступ ярости. Его ткнули носом в его же поступки, как нашкодившего мальчишку. И хотя в словах Бога не было заложено цели уколоть падшего, брюнет воспринял эти слова именно так. Почти как оскорбление. Лицо Люцифера исказила гримаса ярости, обиды и боли, но мужчина быстро взял себя в руки, вернув лицу беспристрастное выражение.

– Да что ты понимаешь, старый дурак?! – взревел точно раненный зверь дьявол. Его голос раздался по Голгофе, как гром, таким громким эхом, что вдали с дерева разлетелись вороны, криком известив округу о своем отлете.

– Ну не злись, – миролюбиво отозвался собеседник, все так же улыбаясь. Злость падшего ангела его вовсе не беспокоила, – Честно говоря, я не просто так поговорить сюда пришел. Мне любопытно, что ты предпримешь теперь?

– С чего ты взял, что я буду тебе рассказывать? – на лице мужчины появилась улыбка, больше напоминавшая оскал шакала.

Старик довольно кивнул головой. Опять он не ошибся. Все же за такое огромное количество лет Бог настолько изучил бывшего ангела, что читал его, как открытую книгу. Впрочем, и Люцифер зачастую был очень предсказуем, о чем понимал и сам.

– Прошло тринадцать лет. Символично, не находишь? – он взглянул на Господа из-за плеча, мельком и вновь вернулся к рассвету, – Я дарую силу тринадцати людям. Тринадцати избранным. Вернее, я уже ее даровал. Тринадцать детей, рожденные под тринадцатью разными знаками, которым в этом году исполнилось тринадцать лет. В этом году в них проснется сила.

– И что же тебе это даст? – после недолго молчания сказал старец, с трудом вставая на ноги, – Посягаешь на невинных? На детские души? – он посмотрел на сына разочаровано. Дети для Люциферы были слишком легкой мишенью, и отец не мог предположить, что падший ангел выберет настолько простой путь.

– Сила. Она развращает. Она развратит их невинные детские души, а они в свою очередь развратят остальных. Это будет как цепная реакция, из поколения в поколение будет продолжаться это. Избранные будут сеять смуту, сомнения, смятение. Будут склонять к греху, и люди с превеликим удовольствием склонятся к нему. Мир погрузится в хаос.

– Чтож, возможно, ты и прав, – сказал седовласый напоследок и стал не спеша спускаться по склону, оставляя величайшего грешника наедине со своими мыслями.

1 глава.

Средние века по праву считались смутным временем, ведь уровень людской необразованности был предельно высок. Надо сказать, что такое положение дел было на руку многим людям, ведь человеческую глупость очень легко можно использовать для достижения собственных целей.

Однако, также легко глупые люди могут выйти из-под контроля, привнося в мир толику хаоса. Именно это и произошло в Средневековье, когда была начата охота на ведьм. Стоит ли обвинять этих людей в жестокости? В конце концов, они просто боролись с собственными страхами, уничтожая все, что понять не в силах, да и заниматься их просвещением никто особенно не торопился. К тому же времена были достаточно жестокие, как и нравы. Но в то же время тысячи сожжённых заживо женщин вряд ли примут какие бы то ни было оправдания.

Со временем непонятного становилось все больше. И в итоге в каждом городе не успевали даже остывать пепелища, на которых сожгли одну ведьму, как люди собирали костер для новой обреченной на мучительную смерть женщины.

Но все-таки следует отдать должное, ведь какое-то подобие справедливости здесь существовало. В конце концов, всех потенциальных ведьм судили перед сожжением на костре, хотя судом это трудно было назвать. Из подозреваемых в столь тяжком преступлении людей просто выпытывали признание самым жесточайшим образом, держа их все время в темнице.

Пренеприятнейшее место, надо заметить. Маленькие комнаты, где выход был перекрыт решеткой и практически не проникал солнечный свет. Узникам приходилось спать на голой земле в окружении крыс и с ними же буквально сражаться за ту скудную еду, которую давали заключенным, чтобы они не умерли от голода, так и не дождавшись казни. И если людям из низших сословий подобные условия содержания были более или менее привычны, они не испытывали ничего кроме легкого дискомфорта, то представителям благородных кровей выносить такое было куда тяжелее. Хотя представители благородных кровей попадали в такие условия крайне редко.

Но именно сейчас в одной из камер, как раз и пребывала представительница благородного и древнего рода, которую также обвинили в колдовстве. Хотя в столь убогой обстановке она слабо напоминала дворянку. Ее платье, еще несколько дней назад ослеплявшее своим великолепием, сейчас больше походило на какие-то лохмотья. Волосы всклочены и растрепаны, а на лице уже кусками прилипла грязь. Она уже даже не понимала, сколько времени провела в заточении. Время для нее будто остановилось. Впрочем, в таком состоянии было и нечто положительное. Девушка уже практически не воспринимала боль, а потому ни дальнейшие пытки, ни костер ее уже не пугали.

Девушка открыла глаза, когда услышала глухой звук шагов, раздавшийся в конце коридора. Это был не палач, который должен был вести ее на очередной допрос. За время пребывания в этом недостойном ее месте, она выучила шаги палача наизусть. Его тяжелую хромающую походку никто из обитателей темницы ни с чьей больше не спутает. Дворянка прекрасно поняла, кто решил ее навестить, ведь эти размеренные шаги она знала с детства. Однако, она даже не пошевелилась, пока стук каблуков не затих около решетки, ограничивающей ее свободу.

– Вот уж никогда не подумал бы, что ты окажешься в таком месте, Элеонора, – раздался бархатный мужской голос. Факел в его руках осветил усмешку на лице молодого дорого одетого мужчины. Густые темные, чуть вьющиеся, волосы собраны в низкий хвост, а лицо лоснилось от кремов и лосьонов, используемых для ухода за кожей. От мужчины исходил тонкий аромат дорогого парфюма.

– Брось, ты сам меня сюда закрыл, и давно это планировал. А мне уже даже начинает здесь нравиться, Лютер, – спокойно ответила она, принимая сидячее положение. Тело ужасно болело от нескольких дней, проведенных на холодном твердом полу, но дворянка не подала виду, сохраняя достоинство, – А тебя, никак, послали вытащить меня отсюда? Неужели, они вернули тебе разум?

Элеонора поднялась на ноги, разминая затекшие мышцы. Слабость от недоедания давала о себе знать, но девушка старалась не показывать ее. Единственное, о чем она мечтала в данный момент, это горячая ванна, чистая одежда и плотный ужин. Хотя головой Элеонора прекрасно понимала, что ей назад пути нет. Совет никогда не менял своих решений, но показаться перед Тенью сломленной и слабой не позволяла гордость. В конце концов, девушка прекрасно понимала, ради чего она шла на эту жертву. И не жалела ни о чем.

– Нет, – глухо отозвался мужчина, переминаясь с ноги на ногу от нетерпения будто боялся запачкать дорогие туфли, – Никто тебя спасать не будет.

От услышанного девушка замерла, сделав лишь шаг к решетке, разделявшей их. Эти слова поразили ее, как гром среди ясного неба. Не верилось, что ее решили бросить. Нет, конечно, она давно знала, что решение избавиться от нее принято, но принял его только Лютер. Девушка до последнего надеялась, что остальные его не поддержат, ведь они же всю жизнь были рядом друг с другом. Их семьи были связаны уже много поколений, и всегда защищали друг друга. Но это была лишь бесплотная надежда, которая разбилась на мелкие осколки в один миг.

– Тени так решили? – спросила она дрожащим голосом. Все казалось ей кошмарным сном, – У вас нет права так поступать со мной. Я тоже вхожу в Совет Теней, я одна из вас. Нельзя так поступать.

Девушка из последних сил сохраняла достоинство и спокойствие, а в ответ получила лишь тяжелое молчание. Казалось, они уже вечность стоят в этой гнетущей тишине. Элеоноре хотелось, чтобы все это оказалось всего лишь сном, чтобы она никогда не слышала того разговора. Но вместе с тем она прекрасно понимала, что такой исход лучшее, что может быть. Так она сможет защитить кого-то очень дорогого для себя. Хотя больше всего на свете она хотела бы выйти из этой камеры и воссоединиться с этим человеком, но это было невозможно.

– Совет решил, что смогут и без тебя. Потеря одного не ослабит всех нас, – Лютер тяжело вздохнул, ему не нравилось объяснять такие очевидные вещи, – Да и после того представления, что ты устроила при аресте, вытащить тебя отсюда не получилось бы даже при наличии у меня на то желания.

– И что же? Мне дальше терпеть пытки? – ее голос сорвался на крик. Дворянка злилась от жестокости, которую приходилось терпеть уже несколько недель. Элеонора прекрасно знала методы, которыми пользуется Совет Теней, но на собственной шкуре ощутила их впервые, – И ради чего? Раз уж решили убрать меня, так хоть сделайте это быстро.

– Нет, – он покачал головой, – Пытки кончились, завтра тебя казнят, – мужчина замялся, будто подбирая слова, – Однако, если ты скажешь, где спрятала страницы, похищенные тобой из Книги Теней, то мы организуем казнь так, чтобы ты могла сбежать. Да, придется всю жизнь скрываться, но ты будешь жить.

В ответ Элеонора лишь засмеялась безудержным смехом и вцепилась в решетку так, что костяшки ее пальцев побелели. В этот момент девушка больше напоминала безумную, а не дворянку из одного из древнейших родов в мире. Впрочем, это было не так уж далеко от истины, ведь Элеонора сама уже не понимала в своем ли она уме.

– Ну, уж нет! Я не дам вам шанса меня обмануть! – она выплевывала эти слова, как яд, – Сначала освободите меня, а потом я, может быть, верну страницы. Только из-за них я еще жива, а вам следует помнить, что если они попадут не в те руки, то вам всем конец!

– Это твой выбор, – в голосе Лютера на секунду пробежала печаль. Мужчина развернулся на каблуках и пошел прочь, не обращая внимания на крики девушки за его спиной.

Когда камера Элеоноры вновь погрузилась в кромешную тьму, она обессилено рухнула на холодный земляной пол. Последняя ее надежда угасла. Зря она надеялась на благоразумие остальных и вернулась в город. Хотя, не вернись она, спокойной жизни у нее бы все равно не было. Ее не прекратили бы искать, она всегда жила бы с ощущением смертельной опасности. К тому же, только так она могла защитить того, кто ей стал дороже целого мира. Да, так было определенно лучше. Время вновь стало тянуться, как каучук. Но в ее прекрасной голове не было ни единой мысли. На смену ярости и гневу пришло тотальное равнодушие, а потому она даже не отреагировала, когда дверь ее камеры с громким лязгом отворилась.

Двое стражников подхватили ее, как безвольную куклу, под руки и потащили по бесконечным запутанным коридорам. На секунду в ее душе загорелась надежда на спасение, ведь ее вели к воротам, выходящим на улицу. Но она погасла в ту же секунду, как ее протащили мимо них дальше по коридору в большой зал.

Элеонора окинула безразличным взглядом тех невежд, что приговорили ее к смерти. Никто не проронил ни единого слова, пока девушку заковывали в цепи у столба посреди огромного костра, который и станет ее могилой. Наличие крыши над костром лишало ее малейшей надежды на спасение и побег, в помещении были лишь небольшие оконца, через которые будет выходить дым. Умирать все-таки было страшно. Перед глазами у девушки появилось улыбающееся лицо того, ради кого она, не задумываясь, пошла на смерть. Того, кого она защищала всеми силами. Того, о ком не знает Совет Теней, и она надеялась, не узнает никогда.

– Элеонора де Ламаш, – заговорил один из судей, но девушка даже не повернула в его сторону головы, – Вы признаетесь виновной в использовании колдовских сил. Ранее вам было предложено отречься от дьявольской силы, покаяться и вернуться к нашему Великому Господу Богу, – девушка усмехнулась. «Великому Господу Богу». Если бы они знали, насколько в действительности дворянка далека от него, они ни за что даже не произнесли бы подобного предложения. Даже если бы Элеонора захотела, она никогда не вернулась бы к нему. Ее кровь, ее сила и жизнь принадлежали другой ипостаси, – Вы отказались от милости Божьей, а посему лишь праведный огонь может очистить вашу очерненную душу. Приговор будет приведен в исполнение немедля.

Он сделал повелительный жест рукой, и к костру приблизились люди с факелами. Они подожгли его с разных сторон, и отошли на безопасное расстояние. Первые языки пламени коснулись ее ног очень быстро, но девушка, будто, не обращала внимания. И только когда вся она была охвачена огнем, Элеонора закричала. Закричала настолько сильно, что девушку услышали даже за пределами крепости. Ее крик оглушал и заставлял кровь стыть в жилах. Это был первобытный крик боли. За пределами крепости вороны, вторя душераздирающему воплю, закричали и покинули насиженные места. Птицы закружили над зданием, из окон которого медленно поднимались струйки черного едкого дыма.

– Предатели! Будьте прокляты! Вы и ваши потомки поплатитесь за это!

Но ее уже никто не слышал, ведь люди давно покинули этот зал. А Элеонора еще долго выкрикивала проклятья, пока жизнь не покинула ее ослабшее хрупкое тело.

2 глава.

Малка подскочила в кровати так, будто ее окатили кипятком. Казалось, она до сих пор ощущала жар пламени на своей коже, а крик женщины из ее сна до сих пор звенел в ушах. Малка встряхнула своими длинными каштановыми волосами, разгоняя остатки странного сна, и размяла рукой шею. Ей и раньше снились дурные сны, но этот был особенно реалистичным. Было не по себе от осознания, что подобное вполне могло происходить в действительности во времена охоты на ведьм.

Но чем вызван столь необычный кошмар? Шатенка никогда не страдала от проблем со сном, да и снов как таковых за всю жизнь видела не много. О ночных кошмарах нечего и говорить. Малка напрягла память, стараясь вспомнить, что так сильно могло впечатлить ее. Вечер накануне девушка отдыхала в одном из модных клубов города. Ничего необычного. Запрещенных веществ девушка не употребляла принципиально. А вот алкоголя накануне вечером было выпито действительно много. Впрочем, как и всегда, когда Малка отдыхает от каждодневной рутины. Решив, что причиной подобных снов является излишний алкоголь, шатенка успокоилась.

Девушка спустила на пол босые ноги и подошла к панорамному окну своей спальни. Холодный паркет приятно холодил кожу ее ступней. Она одним движением распахнула шторы, и комнату мгновенно залил яркий солнечный свет. Хотя время уже и близилось к полудню, у Малки вошло практически в привычку начинать день поздно, да и она могла себе это позволить. Девушка с усмешкой думала об обычных людях, которые с утра пораньше бежали на работу и суетились будто муравьи. Ей эта суета была чужда. В сущности, ее непосредственное присутствие в офисе требовалось крайне редко, а потому девушка не утруждала себя работой лишний раз.

Краем уха девушка услышала шевеление под одеялом позади себя. Из-под него вынырнула взъерошенная голова молодого и весьма привлекательного парня. Помнила ли Малка хотя бы имя человека, с которым провела ночь? Определенно нет, да и не нужно ей это. Молодой человек, еле разлепив глаза, с вожделением глядел на обнаженную девушку у окна. В свете солнечных лучей ее тело выглядело особенно соблазнительно. Она напоминала нимфу, вышедшую из лесной чащи. Юноша хотел подойти к этой красавице и утащить ее обратно в постель, но этому не суждено было случиться.

– Проснулся? – холодно спросила она, даже не удосужившись повернуться, – Даю две минуты, чтобы одеться и уйти.

И в этом была вся Малка: холодная, расчетливая и властная. По крайней мере, такой она показывала себя окружающим, ее настоящую знали только самые близкие люди, а таких можно посчитать по пальцам одной руки. Она даже не думала провожать своего любовника и просто пошла в душ. Девушку все никак не отпускал сон, и даже прохладные струи воды не помогали. Ее никак не покидало ощущение, что это был не просто сон. Малка даже хлопнула себя пару раз по щекам, отгоняя это чувство, но все тщетно. Запах паленой плоти преследовал шатенку, заставляя ежиться от отвращения.

Глубоко задумавшись, она вернулась в спальню. Заметив в кресле девушку, Малка вздрогнула, что было совершенно на нее не похоже. Этот день определенно начался более чем странно.

– Я испугала тебя? – с усмешкой спросила блондинка, удивленно выгнув бровь.

На первый взгляд нельзя было сказать, что Мэри является президентом и главным разработчиком в крупной компании, производящей технологии для кибернетической безопасности. Типичная блондинка с голубыми наивно распахнутыми глазами. Точеная фигурка выдавала активные тренировки в спортивном зале, которые Мэри никогда не пропускала. Однако, под этой розовой со стразами картинкой пряталось нечто иное. На самом деле в этой блондинистой головке скрывался высокий интеллект, но носить маску глупой стервозной девочки Мэри привыкла еще с юности.

– Мэр, черт возьми, достала твоя привычка заходить, когда захочется, – недовольно ответила она, без малейшего стеснения начав переодеваться, – Я тебе ключи дала на всякий случай, а не чтобы ты меня довела до инфаркта.

Девушки были знакомы с детства, и хотя их в компании было достаточно много, но именно с Мэри Малка была особенно близка. Наверное, именно поэтому у каждой из них были ключи от домов друг друга. Мэрии о чем-то рассказывала, активно жестикулируя при этом, но Малка совершенно не обращала на нее внимания, погруженная в собственные мысли.

Впрочем, определить, когда нужно было слушать блондинку внимательно, было не сложно. Мэри всегда выдавало настроение и выражение лица. Когда девушке требовалось серьезно поговорить, это было видно с первого взгляда. А слушать сплетни блондинки можно было бесконечно. Сейчас Мэри улыбалась и пребывала в прекраснейшем настроении, что говорило о том, что ничего важного девушка не расскажет. Значит, Малка могла и не слушать подругу. Последняя никогда даже не обижалась на такое поведение.

– Эй, да что с тобой сегодня такое? – спросила Мэри, тряхнув подругу за плечо, когда поняла, что та ее совершенно не слушает. Ситуация привычная и не обидная, но вызывала беспокойство. Блондинка прекрасно знала, что Малка не слушает только когда загружена собственными мыслями.

– Я просто задумалась, – отстраненно ответила Малка, решая внутри рассказать подруге про сон, или не стоит. Девушка, разумеется, знала, что подруга не станет ее высмеивать и даже попробует как-то помочь, но следует ли беспокоить Мэри по такому пустяку.

– Ты какая-то потерянная. Если вечером на совете будешь такой же, то это воспримут, как слабость, – слова блондинки были истинной правдой. Совет Теней не терпит слабости, голоса слабых не учитываются, их давят. И хотя со стороны он всегда выглядели все друзьями, на самом же деле настоящая дружба была крайне редким явлением. Каждый просто использовал ближнего в собственных интересах. Впрочем, такое встречается в современном мире повсеместно.

– Мне сегодня очень странный сон приснился, – тяжело вздохнув, сказала Малка, – Вроде как Совет предал одну из Теней, и ее сожгли.

– И всего-то? – она вскинула брови, удивляясь. Малка никогда не относилась к числу людей, которых может выбить из колеи какой-то кошмар, а потому состояние подруги вызвало у Мэри серьезное беспокойство, – Или тебя что-то другое так тревожит?

– Ты знаешь, я не уверена, что это сон, – задумчиво проговорила Малка, – Я до сих пор слышу ее проклятия и ощущаю жар огня. Будто я даже не увидела прошлое, а сама была на том костре.

– Знаешь, а что если это действительно видение? Ты ведь можешь видеть не только будущее, но и прошлое, – блондинка на секунду задумалась, а в ее голубых глазах мелькнуло беспокойство, – И потом, это же можно проверить, ведь отец передал тебе все свитки с историей Совета. В Книге Теней я такого точно не помню.

– Наверное, так и поступлю, – кивнула она подруге, – Удивительно, что мы ни разу к ним не обращались.

– Не было особой нужды, – безразлично сказала она и взглянула на часы, – Ох, мне уже пора бежать. Расскажи, если что-нибудь интересное узнаешь, и не забудь, вечером на Совет.

Не дожидаясь ответа подруги, Мэри ушла. Малка сразу же направилась к библиотеке, где хранились все свитки, но перед самой дверью замерла, будто, не решаясь узнать нечто новое. Она несколько раз глубоко вздохнула, как перед прыжком в воду, и повернула дверную ручку.

Комната встретила ее полнейшей тишиной. И хотя Малка туда практически не заходила, она вовсе не выглядела заброшенной и могла похвастаться идеальной чистотой. Еще бы! Ведь уборщица здесь очень хорошо справлялась со своими обязанностями. Малка не беспокоилась, что прислуга залезет в библиотеке туда, куда не нужно, поскольку девушка отличалась особой педантичностью. Она знала буквально до миллиметра, где и какая книга находилась, а потому любопытство посторонних заметила бы сразу. С другой стороны, шатенка слишком хорошо платила прислуге, чтобы они выполняли свои обязательства и требования хозяйки неукоснительно, не задавая лишних вопросов.

Девушка подошла к старинному стеллажу, в котором покоились интересующие ее свитки. Этот стеллаж занимал практически всю северную стену библиотеки по ширине и высоте, упираясь в потолок, а между тем высота помещения составляла добрых пять метров. На первый взгляд могло показаться, что бумаги находятся в полнейшем беспорядке, однако, на практике это не соответствовало действительности.

Решив начать свой поиск с самого начала, Малка взобралась на приставленную лестницу и достала свиток с самой верхней полки. Лестница под ее ногами опасно заскрипела, но вопреки ожиданиям она не развалилась под девушкой, и та благополучно спустилась.

– Надо будет заменить ее, на всякий случай, – буркнула Малка себе под нос и разложила свиток на рабочем столе, удобнее устраиваясь в кресле.

Текст был написан на арамейском языке, что ничуть не упростило Малке задачу. Да, она немного знала этот древний язык и даже могла с него переводить, но на это приходилось тратить значительное время. Буквы постепенно стали расплываться, а сама комната исчезать. Девушка будто снова погружалась в сон, пока перед ее глазами не возникла совершенно незнакомая местность. Шатенка с удивлением оглядывалась, понимая, что при чтении погрузилась в видение. Раньше такого не было, но происходящее жутко интриговало.

3 глава.

Солнце, находящиеся в зените, пекло во всю силу, которая была у него на тот период. Это был обычный день для жителей Иерусалима, для всех кроме Равулы. Сегодня был ее день рождения. Ей исполнилось уже тринадцать лет. Девочка родилась в знаменательный день. В день воскрешения сына божьего Иисуса Христа. Все жители восприняли это как благой знак и пророчили ей судьбу новой мессии.

Хотя ее отец, всегда отличавшийся бунтарством и вспыльчивым нравом, даже имя дал дочери наперекор всем пророкам. Дрор никогда не терпел, что кто-то решает за другого, каким кому быть и как жить. Он поддерживал свободный выбор за каждым. И принимал выбор каждого. Такое видение мира мужчина старался привить своим детям. Поэтому и дочь свою назвал Равулой. Наперекор всем, одним именем сказал, что девочка не святая, а, наоборот, будет обладательницей вздорного характера. В тот день его никто не понял, а, собственно, Дрору было плевать. Имя он отстоял, и переубедить его не смог никто: ни жена, ни друзья, ни соседи.

Однако, дочь росла и с годами совсем не оправдывала своего имени. Девочка была очень послушная, трудолюбивая и всегда помогала родителям по хозяйству. Но вопреки всем ожиданием, отец от этого не стал меньше любить Равулу, ведь это был ее выбор трудиться и помогать. Никто никогда не заставлял ни ее, ни других детей в семье работать. Мотивировали на работу, да, этого не отнять, но принуждения или запугивания не было. За это глава семейства уважал всех своих детей, как равных себе.

Равула была младшей в семье, но никаких поблажек по этой причине не имела. Все равны были, что было достаточно странно для всех соседей. Все семейство слыло чудаками среди горожан. Их старались избегать и без лишней надобности не общаться, а Дрору и его домочадцам такое положение дел не доставляло особого дискомфорта. У них был свой мир, и остальные были не нужны.

Девочка уже давно встала, Равула привыкла вставать на рассвете. Время близилось к обеду, а младшенькая уже успела подоить козу, накормить все хозяйство и поработать в поле. В дом она вошла с крынкой вкуснейшего козьего парного молока.

– С днем рождения! – сказала маленькая коренастая женщина, ее мать Соломея, – Как же быстро ты растешь! И какой красивой становишься. Скоро уж замуж.

Соломея с юности отличалась красотой и изяществом. Густые черные вьющиеся волосы, темно-синие глаза с пушистыми ресницами и пухлые губы. Это личико сводило с ума всех мужчин в округе. Однако, ей их внимание было совершенно не интересно. Хотя все же это не совсем так, ведь ей нравилось играть с мужчинами, дарить им ложные надежды, но не больше. С юности женщина двигалась грациозно, как кошка, и имела тонкую хрупкую фигурку. Со временем семейная работа и рождение детей оказали свое влияние на ее фигуру. Брюнетка стала немного покрупнее и сильнее, но это ничуть не испортило ее, а наоборот, ведь своей грациозности еврейка не утратила. Соломею родители выдали за Дрора насильно. В тот момент она его ненавидела и смотреть на него не могла. Дрор это видел, и ему это было неприятно, но отказаться от женитьбы уже не мог. Тогда еще юноша опозорил бы свою возлюбленную, а она этого не заслужила. Со временем он смог показать ей свои взгляды на жизнь, за что Соломея и полюбила своего мужа уже после свадьбы. Для него она не была его вещью и рабой, в отличие от других мужчин, жена для него была человеком и свободным, он всегда считался с ее мнением.

– Ну мам, – смущенно ответила дочь на комплимент. Равула еще к такому не привыкла, да и не видела она себя красивой. Девочка всегда себя считала самой обычной, хотя, зря.

Ее мама ни разу не преувеличила. Равула и правда была очень красивой, разумеется унаследовав привлекательность от матери. Кареглазая смуглянка с густыми черными вьющимися волосами, которые доходили ей до пояса. Брюнетка постепенно превращалась из девочки в статную девушку с очень привлекательными округлыми, в нужных местах, формами. Еще год другой и Дрору придется метлой отгонять от дома женихов своей младшей дочери.

– Равула, сходи на рынок и купи овощей, – женщина, порывшись в складках своего старого платья, протянула дочери несколько медных монет.

Надо сказать, что семья жила достаточно бедно. Впрочем, как и большинство простых жителей Иерусалима. Не смотря на то, что это столица, хорошо здесь жили только власть имущие люди. Хотя, так было всегда во всем мире. Святой город ничем не отличался от других городов. В доме Равулы были только самые необходимые предметы мебели и быта. Старая глиняная посуда, местами уже потрескалась, да и краска давно облупилась. Стулья и стол сделал отец сам много лет назад. Конечно, за годы это старое подобие мебели многое повидало и пережило ни один ремонт, но пока держалось. Кровати вовсе не было. Вся семья спала под овечьей шкурой на куче соломы.

Девочка взяла деньги и отправилась за покупками. Равула спокойно выбирала овощи, складывая покупки в плетенную корзину. Девушка внимательно рассматривала каждый взятый с прилавка плод, чтобы продавец не смог подсунуть ей гнилые овощи. Прежде несколько раз продавцы на рынке пытались сделать нечто подобное, но еврейка, давно наученная матерью, обзавелась привычкой внимательно выбирать овощи. Для продавцов такое поведение же совершенно не удивительно, ведь торгашей больше всего заботит лишь собственная прибыль.

– Смотри, какие люди. Это же наша мессия! – с издевкой прозвучал девичий голос рядом.

За пророченную для брюнетки судьбу, взрослые относились к ней иначе. Равулу всегда ставили в пример остальным детям в округе. Но как раз это и не нравилось сверстникам. Брюнетку не любили, но она стойко переносила все издевки и унижения, не обращая внимания на обидчиков. Девушка обернулась на голос и увидела уже давно знакомую компанию. Серафима и ее друзья, вернее приспешники. Девушка не уступала в красоте Равуле, но у нее было то, чего не было у дочери Дрора никогда: лидерские качества, шкодливость, присущая всем детям, смелость и немного бунтарства. Все эти качества привлекали других детей, которые всегда вились вокруг Серафимы. Известная многим хулиганка направилась к Равуле.

– Здравствуй, Серафима, – спокойно ответила брюнетка, – Я не хочу с тобой ругаться и ничего плохого тебе не сделала, поэтому оставь меня в покое, – брюнетка, протянув продавцу монетку, развернулась и пошла прочь. Равула всегда поступала так. Старалась не развивать конфликт, а, молча, уходила. И главное, девочка всегда сохраняла спокойствие. Но последнее особенно сильно раздражало сверстников. Если бы Равула хоть раз накричала на обидчиков, то скорее всего они перестали бы ее задирать. Но ни разу за много лет девочка не позволила себе даже намека на злость или раздражение. Равулу поведение сверстников скорее утомляло, чем злило или хотя бы обижало.

– Эй, я с тобой не договорила! – Серафима догнала девочку и схватила за руку.

В этот момент у Равулы будто пелена возникла перед глазами и замелькали картинки. Вся жизнь Серафимы пролетела будто наяву и в ускоренном режиме перед глазами Равулы. От рождения до нынешнего момента, но то, что увидела девочка дальше, еще не было. Серафима не понимающе посмотрела на нее, что-то сказала и пошла прочь. Равула видела, как пошла сама в сторону дома, но неожиданно сменила направление и, не спеша, стала идти за обидчицей. Та переходила дорогу, как раздался громкий ржач лошадей, запряженных в колесницу, которая неслась прямо на девочку. Серафима отпрыгнула в последнюю секунду, и беда миновала. В голове Равулы пронеслась мысль, что если бы сзади кто-то стоял, то девчонка погибла бы под ногами лошадей. Эта мысль ничуть не напугала Равулу, а, наоборот, даже принесла какое-то подобие умиротворения, ведь тогда ее перестанут третировать сверстники. Равула явственно представила себе спокойную жизнь без утомительных попыток сверстников разозлить ее, которые подросткам казались весьма остроумными.

– Эй, ты чего застыла?! – тормошила девочку Серафима. Она всегда видела, что эта святоша немного странная, но сейчас ее ненормальность не на шутку испугала всю компанию.

Равула смотрела на нее и не могла понять, что же произошло только что. То, что она видела, точно было правдой, ведь о многом девчонка сама рассказывала всем подряд. Но вот потом? Будет все так, как она видела? Или Серафима не успеет? А может и не будет никакой колесницы? Может ей все померещилось?

– Вот припадочная, – сказала Серафима и, фыркнув, пошла подальше от нее. Девочка потеряла интерес к Равуле, ведь издеваться над девчонкой, которая стоит, как истукан, скучно.

Ноги Равулы будто сами понесли ее вслед за сверстницей. Девочка была будто во сне и казалось, что она снова смотрела за всем происходящим со стороны. Брюнетка бесшумно шла почти вплотную за Серафимой, но не понимала зачем. Вот они дошли до того злосчастного перекрестка из видения. Серафима хотела было отпрыгнуть, но, сразу за ней стоявшая, Равула помешала это сделать, и девочка упала под копыта лошадей и колеса транспорта. По оживленной площади пролетел крик страха, смешанный с болью. Серафиму переехали. Быстрая смерть. Скорее всего, она даже понять почти не успела, что произошло. Просто раз – и нет человека. На удивление Равула не испугалась, а спокойно посмотрела на размозжённую голову сверстницы, а затем неспешно ушла.

Дома девочка была сама не своя. До нее только дошло произошедшее. Она убила человека, но никакой вины не чувствовала. Равула не нервничала, но пребывала в глубокой задумчивости. Девочка старалась осмыслить произошедшее, а потому домашние дела делала несколько заторможено. Мать заметила, что с дочерью что-то не так и тоже забеспокоилась. Соломея подошла к младшей, решив поговорить.

– Дорогая, что произошло? Ты сама не своя, как пришла с рынка, – женщина ласково посмотрела на Равулу.

– Мам, это очень сложно объяснить, да и не поверишь ты мне, – она боязливо подняла глаза на мать, – Сегодня умерла Серафима на моих глазах. Я могла ее удержать, но не сделала этого и не испытываю вины.

– Ну в это я поверю, она всегда тебя донимала, так что не удивительно, что ты не чувствуешь вины, – женщина обняла девочку, желая успокоить.

В этот момент у Равулы опять появилась пелена перед глазами, и она увидела свою мать в объятиях кузнеца. Весь мир в этот момент для нее рухнул. Ее идеальная семья оказалась не такой уж идеальной. Ее мать изменяла отцу. Брюнетка отпрянула от матери и оттолкнула ее от себя.

– Как ты могла?! Отец не заслужил такого! – девочка свирепо смотрела на мать и попятилась от нее. Злость душила юную еврейку, Равуле казалось, что воздух из комнаты исчез совсем.

– Равула, ты о чем? – она улыбнулась и медленно подходила к дочери. Но сейчас девочке материнская улыбка казалась злобной усмешкой. Увиденное сильно шокировало ее, но почему-то она не сомневалась в том, что все это правда.

– Ты изменяешь папе с кузнецом, – закричала она, отходя от матери, которая сейчас была Равуле противна.

– Откуда ты знаешь? – испуганно прошептала Соломея. Женщина была уверена, что о ее связи с другим мужчиной не знает ни одна живая душа. Она с опаской посмотрела на собственную дочь, ведь Дрор не станет терпеть предательства и опозорит ее на всю округу.

– Я это видела, когда ты меня обняла. Так же я видела всю жизнь Серафимы, когда она схватила меня за руку, – девочка в этот момент испугалась матери, чье лицо было искажено ненавистью, страхом и презрением.

Она сама не осознавая того толкнула женщину, желая защититься, но та упала с грохотом на каменный пол, глухо ударившись затылком. Под ней растекалась лужа крови. Она была такой алой, что зрелище заворожило девочку. То, что произошло дальше, Равула помнила слабо. Девочка взяла один из пустых свитков отца и стала что-то писать на нем кровью матери. Брюнетку отец еще не начал обучать грамоте, но, видимо, она и так уже знала все. В трансе она просидела несколько часов и исписала весь свиток.

Когда забытье прошло, брюнетка взглянула на свитки и окровавленные руки, но не смогла понять, ни слова. Мертвую мать она заметила не сразу, только когда скрипнули полы в другой комнате, извещая о приходе отца. Девочка заметила тело матери и испугалась, что ее обвинят в убийстве. Мысли проносились в голове бешенным роем, но выход из сложившейся ситуации еврейка видела только один. Бежать! Немедленно! Хотя бы на какое-то время, хоть на несколько часов. Этого вполне хватит, чтобы ее ни в чем не стали обвинять. Равула молниеносно собрала свиток и сбежала с ним через окно, оставшись не замеченной. А отца, зашедшего в комнату, ждала самая не приятная картина в его жизни.

4 глава.

Касс пользовался популярностью среди женщин, и это было не удивительно. Дело не только в том, что мужчина был хорошо обеспечен, ведь его семья уже несколько поколений владела крупным фармацевтическим холдингом, а в последнее столетие его компания также стала производить и медицинское оборудование, что увеличило капитал семейства Христопулос в несколько раз. Касс также обладал привлекательной внешностью, от которой женщины были просто в восторге. Слегка кудрявые волосы цвета вороньего крыла практически не поддавались укладке, но придавали ему особый шарм. От матери он унаследовал миндалевидные янтарного цвета глаза, а отец наградил фамильным носом с небольшой горбинкой.

Касс был отлично слажен. Фигура сразу выдавала многолетние занятия спортом, в который его всю юность определял отец. В каких только секциях в прошлом не побывал мужчина. Футбол, легкая атлетика, плавание, фехтование. И вроде бы, юный Касс даже добивался определенных успехов, но проблема в том, что ему быстро надоедало любое занятие. Христопулос старший настаивал же на спорте не просто так. Отец мечтал сделать из сына достойного наследника. По крайней мере такого, какого сам хотел видеть. Но все действия имели противоположный эффект. Касс категорически не хотел соответствовать ожиданиям отца. Начались бесконечные вечеринки. Наследник семьи Христопулос стал постоянно появляться домой пьяным. Отец даже сомневался, что сыну можно доверить семейное дело, но выбора не было.

Илиас Христопулос умер несколько лет назад от онкологии, и крупный холдинг закономерно перешел во владение единственного сына – Касса. Однако, управление бизнесом не привлекало молодого мужчину. Он не был готов отказаться от привычного веселого образа жизни, а потому достаточно быстро нанял управляющего, который и решал все деловые вопросы. Сам же Касс лишь получал положенную прибыль, и даже не появлялся в офисе своей компании и не проверял деятельность управляющего. Да, он прекрасно понимал, что управляющий занимается в его компании небольшими махинациями, об этом ему с превеликим удовольствием докладывали сотрудники и знакомые, но мужчина закрывал на это глаза. В конце концов, ему эти махинации существенного вреда не наносят, а дела компании идут в гору. А пока это так, мужчина может не беспокоиться и продолжать жить в свое удовольствие. Еще бы можно было бы делегировать свои обязанности в Совете Теней, и жизнь точно стала бы прекрасной. Впрочем, и этими обязанностями он себя не слишком сильно утруждал.

Касс вышел из ночного клуба уже под утро, что в принципе было для него совершенно не в новинку. В сущности, его образ жизни состоял почти полностью из кутежа и бесконечных гулянок. Даже на Совет Теней Касс далеко не всегда появлялся в трезвом и здравом виде. Если не выпившим, то хотя бы с похмелья он приходил на Совет. Решения он принимал соответствующие. Поэтому его голос в Совете Теней не имел особого веса, но самого Касса такое положение дел вполне устраивало. Так что трезвым он себя видел крайне редко, а еще реже он покидал увеселительные заведения в одиночестве.

Сегодня, как раз, был такой редкий случай. Охота на красавиц не задалась. В клубе ему совершенно не понравилось. Ни одна девушка не приглянулась кутиле. Но и ехать в другое заведение совершенно не хотелось, а потому весь вечер Касс провел у барной стойки, старательно уничтожая запас алкоголя в баре. И, быть может, он бы смог с этой задачей справиться, но режим работы увеселительного заведения сильно ограничивал возможности Касса. Домой мужчина отправился под закрытие заведение весьма нетвердой походкой.

И это было особенностью Касса, вернее способностью, выработанной с юности. Как бы сильно он не напивался, продолжал стоять на ногах и сохранял способность к самостоятельному передвижению. После того количества, выпитого за прошедший вечер, любой другой бы уже мирно похрапывал на барной стойке. Но только не Касс.

Мужчина свернул с проспекта в небольшой переулок. Проспект, конечно, был красив, особенно в свете фонарей и звезд. Мощенная дорога, красивая архитектура, но Касс был не в том состоянии, чтобы в полной мере насладиться красотой города. Другому было бы весьма неразумно ходить в такое время одному, да еще и пьяному. Ведь в Марселе все же не малый уровень преступности, да и транспортное движение даже ночью достаточно оживленное. Однако, Касс был не таким, как все, а потому из всех передряг выходил целым и невредимым.

Молодой загорелый мужчина шел нетвердой походкой по плохо освещенной улице в сторону собственного дома. Не самый удачный маршрут, но зато самый короткий. В определенный момент он периферийным зрением заметил шевеление в углу. Несмотря на сильное алкогольное опьянение, мужчина сумел сосредоточиться и по привычке уже остановил время. Жизнь вокруг Касса замерла в прямом смысле слова. Окурок, выброшенный из окна, замер в воздухе, крыса в мусорном баке застыла, как и каждое живое и не живое существо в округе. Мужчина оглянулся по сторонам, убедившись, что его контроль на собственной силой не утрачен. Однако, на таинственную тень это не произвело никакого эффекта. Неизвестный продолжал, не спеша приближаться к Кассу. Алкоголь замедлил реакцию у последнего, но он прекрасно понимал, что намерения у незнакомца далеко не дружелюбные.

Случившееся было максимально необычным. Раньше сила не подводила мужчину. Впрочем, она и сейчас не подвела, ведь все в округе остановилось, кроме незнакомца, скрывающегося в тени. Мозг Касса судорожно старался найти объяснение случившемуся, но его попросту не было. Может быть выпитый алкоголь оказал свое воздействие? Но раньше подобного не происходило, и даже в пьяном состоянии Касс без труда заставлял время остановить свой ход. Да и потом, если бы причина была в алкоголе, и сила стала сбоить, то скорее он в принципе не смог остановить время, а не сила обошла бы кого-то одного.

Касс стал трезветь с невероятной скоростью. Мужчина постарался сосредоточиться еще сильнее, но результата так и не последовало. Вокруг все также оставалось неподвижным, кроме таинственного незнакомца, который продолжал приближаться. Обычно, у людей в экстремальных ситуациях есть несколько реакций: замри, бей или беги. Касс относился к людям, для которых характерен первый вариант. Мужчина замер, как олень, попавший в свет фар автомобиля.

– Что за? – проговорил Касс, еле шевелящимся от алкоголя, языком, но не успел закончить фразу.

Тень молниеносно кинулась к нему, и в следующее мгновение он ощутил глухую боль в затылке, а весь мир для него сразу же погас. Мужчина не успел почувствовать страх или растеряться, настолько быстро его преследователь приблизился и оглушил его. Перед тем, как потерять сознание, Касс отметил, что незнакомец явно находится в отличной физической форме. За секунду до того, как отключиться, мужчина успел пожалеть, что пренебрегал спортивными занятиями, на которых настаивал отец, желая дисциплинировать сына. Быть может, тогда сейчас он смог бы дать отпор и не стать жертвой какого-то уличного грабителя. По крайней мере именно к грабителям Касс причислил напавшего на него мужчину.

5 глава.

Малка почувствовала, будто выныривает из воды, настолько резко ее видение прервалось. Она растеряно оглядывалась по сторонам, признавая собственную библиотеку. В комнате все осталось без изменений. Девушка прислушалась к собственным ощущениям. Ей показалось, что прошло несколько дней с того момента, как она начала читать. Но, повернувшись к окну, шатенка поняла, что прошло всего лишь пара часов. Все происходящее было настолько необычно, что девушка с трудом верила в реальность происходящего. Тем ни менее Малка никогда не страда от психических проблем, а потому придется поверить, что все это с ней и правда произошло.

Зрение постепенно возвращало свою четкость, а сердцебиение нормализовалось. Девушка чувствовала большую усталость, будто пробежала марафон. Для шатенки подобные ощущения были в новинку, ведь раньше использование способностей совершенно не утомляло ее. Однако, собственная усталость ее сейчас совершенно не волновала. Важнее было понять, что с ней произошло.

– Воу, что это было? – Малка немного тяжело дышала и говорила с небольшим предыханием. Впервые ее способности отреагировали на чтение. До этого видения появлялись лишь от прикосновений, от чего ее руки почти всегда украшали перчатки. Видеть прошлое и будущее каждого, к кому даже случайно прикоснулась, было не самым приятным. Естественно ответа на ее вопрос не последовало, ведь он был адресован в темноту библиотеки и самой себе.

Девушка задумалась, пытаясь вспомнить, рассказывал ли ей хотя бы отец о подобном проявлении силы провидения. Но как бы она не пыталась копаться в собственной памяти не могла припомнить ничего подобного. Она задалась вопросом: мог ли отец умолчать о подобном? Малка тут же отрицательно покачала головой, отвечая на собственный вопрос. У нее с родителями были слишком хорошие отношения, особенно с отцом, чтобы удерживать такую информацию в тайне. Тем более отец готовил единственную дочь на свое место не только в издательстве, история которого насчитывала несколько столетий, но и в Совете Теней.

Пинхос Хазан всегда относился к воспитанию и образованию дочери с полной ответственностью. Девушка до сих пор с содроганием вспоминала многочасовые тренировки, через которые ее заставлял проходить родной отец, чтобы полностью раскрыть силу дочери. А от постоянной учебы хотелось волком выть, особенно в подростковом возрасте, когда голова была забита совершенно другими вещами. Но тем ни менее сегодня Малка была благодарна за такое отношение папы, ведь он дал ей все и даже больше. Только благодаря отцу, сегодня девушка свободно разговаривала на нескольких языках, в том числе знала и мертвые языки.

Малка постепенно приходила в себя после случившегося, силясь понять, что это вообще было. Очевидно, что она увидела первое проявление силы у ее предка, и, похоже, в первом поколении. Но как такое возможно? Раньше видения девушки не заходили настолько далеко. Максимум девушка видела на пару столетий вперед или назад. Неужели ее сила до сих пор растет? Малке было интересно, а знал ли отец о таких возможностях их силы? Одно шатенка знала наверняка: если и знал, то никогда не говорил ни о чем подобном. Сейчас же спросить было попросту не у кого, ведь родители Малки умерли несколько лет назад. Остальные Тени если что-то и знают, то вряд ли расскажут без острой необходимости или прямого приказа Совета. Как же тогда узнать, что с ней происходит? Из размышлений девушку вырвала трель телефонного звонка.

– Слушаю, – ответила она, даже не взглянув, кто ей звонит. Голос девушки не скрывал внезапной вспышки злости, ведь звонок отвлек ее от размышлений. Если сейчас окажется, что звонивший не хочет ничего важного ей сказать, то он или она определенно услышит несколько выражений, от которых истинная леди упадет в обморок. К таким выражениям Малка прибегала редко, но сейчас вполне была на это способна.

– Долго же ты отвечаешь, – в трубке явно послышалась усмешка в мягком баритоне Люция. Если мужчина и заметил плохое настроение в голосе девушке, то никогда бы не заострил на нем внимания.

Его не волновало чужое настроение. По крайней мере не сейчас. Хотя еще несколько лет назад он точно поинтересовался бы у Малки, что ее так разозлило. И девушка в ответ откровенно бы поделилась произошедшим. Но не сейчас. За прошедшие годы многое изменилось, и между некогда лучшими друзьями появилась пропасть. Удивительно, но причин таких изменений никто из них назвать бы не смог. Просто Люций и Малка повзрослели, и жизнь расставила все по своим местам.

– И тебе здравствуй, – ответила в его же стиле Малка, чувствуя закипающее раздражение, которое в последние годы всегда вызывал этот парень, – Ты по делу или соскучился?

– Скучать по тебе? Я еще в своем уме. Надо встретиться вечером, – он замолчал на секунду, – Это касается всех, и тебя, к сожалению, тоже. Хотя если ты проигнорируешь собрание Совета Теней, то уверяю никто не расстроится.

– Поверь, от твоего отсутствия на Совете тоже ничего особо не поменяется. Разве что всем не придется выслушивать твое высокомерное самолюбование, – девушка сказала колкость совершенно буднично. Не то что ей хотелось вступать с Люцием в перепалку, просто его нужно было периодически ставить на место. Иначе мужчина может начать наглеть и совсем перестать следить за языком.

– Уела, – собеседник достойно признал поражение, – Я просто решил напомнить. Слышал, что ты вчера хорошо проводила время. Могла и забыть, ведь с похмелья тяжело соображать.

– Ладно, я буду, – девушка не стала слушать дальше высокомерие ее собеседника и просто отключила вызов.

Причину такого срочного сбора, она прекрасно понимала, ведь только слепой не видит обстановку в мире, и как стремительно она накаляется. Впрочем, они сами же и спровоцировали эту обстановку. А последние события означают только то, что им предстоит принять важное решение. Но на удивление судьбоносное решение для всего мира на данный момент Малку совершенно не волновало. Еще вчера она пребывала в приятном предвкушении грядущих изменений и финансового потока, который они принесут. Но сегодня все это отошло на задний план. Сейчас ее больше волновала тайна сожжённой в Средние Века Элеоноры и их предков.

Малка отложила прочитанный свиток и задумалась. На секунду ей показалось, что во сне она действительно увидела прошлое. Когда-то в Совет действительно входило больше людей. Но могли ли остальные вот так бросить одну посланницу и обречь ее на мучительную смерть? Выглядело это весьма сомнительно, ведь вся философия совета основывалась на единстве, на протяжении уже многих веков. А может, этого никогда и не было? Что если их много столетий обманывали? Подтасовка фактов вполне реальна, ведь члены Совета Теней за всю свою историю совершали это неоднократно. Да и правда забывается тогда, когда умирает последний свидетель каких бы то ни было событий. Значит, о тринадцатой Тени могли забыть уже через полтора столетия, когда умерли внуки Лютера и остальных.

– Но они же могли просто с кем-то так и не встретиться, – встряхнув головой, сказала она сама себе, – И вообще, как появился Совет?

Вопрос был адресован в пустоту. Малка быстро бросила взгляд на стеллаж, понимая, что ответы найдет где-то там. Но сейчас у нее на это совершенно нет времени, поэтому она быстро положила в сумку пару свитков и пошла собираться. Хотя Совет планировался только вечером, у Малки были еще дела в городе, которые откладывать дальше было нельзя. Натянув на себя первую попавшуюся в шкафу одежду, девушка спешно покинула свой дом.

6 глава.

Как всегда, собрание Совета Теней проходило в доме их лидера – Люция. Нельзя сказать, что ему эта роль досталась демократическим путем, ведь издавна повелось, что маяк ведет за собой остальных. Хотя стоит отдать должное – решения здесь все-таки принимались сообща, иначе все собрания Совета Теней были бы бессмысленны.

Да и сами эти собрания за последние пару столетий претерпели значительные изменения. Еще их родители рассказывали, что раньше собрания были более церемониальными: все Тени являлись в длинных плащах с капюшонами, скрывающими лицо, а обсуждения проходили в кромешной тьме. Сегодня это больше походило на обычную деловую встречу, хотя вопросы, обсуждаемые на ней не очень обычные. В небольшом кабинете в доме Люция решалась без малого судьба целого мира. Именно от их слова зависело начнется ли завтра война или будет подписано перемирие. Совет имел влияние на политику всех стран без исключения. При этом никто даже не подозревал о их существовании. Тени действовали осторожно, скрывая от посторонних глаз свою деятельность. Для всего мира решения принимали короли, президенты и премьер-министры, но в действительности все они были лишь марионетками. Для этого использовались разные методы. В ход шло все: подкуп, шантаж, прямое воздействие, использование шпионов и множество других приемов ведения интриг, которые известны человечеству издавна.

Сами же члены Совета Теней для всех были лишь бизнесменами в разных сферах. Некоторые даже вели вполне публичный образ жизни. Разглядеть в светской львице или кутиле вершителя судеб вряд ли кто-то способен. Поэтому публичность была еще и прекрасной ширмой для сокрытия их реальной деятельности. Разумеется, свое влияние члены совета направляли, опираясь исключительно на собственный интерес.

Малка прекрасно знала, что Люций не запирает двери, когда собирает Совет, а потому без труда вошла в дом. С порога было видно, что хозяин не просто любит роскошь, но и также имеет прекрасный вкус и размах. Дом действительно был большим, легко сравнимый со дворцом. Простор и количество комнат в доме позволяло разместиться в нем с полным комфортом пару десятков человек, но главное, что он весь выдержан полностью в классическом стиле, который во все времена смотрится статусно. Семейный особняк Люция насчитывает историю без малого в несколько столетий. Разумеется, за прошедшее время родовое гнездо претерпело множество реставраций и ремонтов, но общий стиль оставался без изменений со времен постройки. Разве что появились современные коммуникации и различная аппаратура. В окружении антикварной мебели современная техника на удивление не смотрелась неуместно.

Малка знала этот дом с самого детства. Каждое посещение вызывало в девушке чувство легкой ностальгии по тем временам, когда они все не были обременены ответственностью и властью. В те времена все казалось простым, а будущее выглядело безмятежно. Но с пробуждением силы детство для каждого закончилось, и всех начинали готовить к будущей роли в Совете Теней. С момента пробуждения силы больше не было времени на беззаботные игры и беготню по коридорам этого дома. На смену веселым развлечениям пришли бесконечные уроки и тренировки силы, на что уходило не меньше восьми часов ежедневно.

Девушка инстинктивно огляделась по сторонам. На секунду ей показалось, что наверху лестницы мелькнуло пара детских силуэтов, бегающих по коридорам. Это была она сама и Люций, игравшие в салки на втором этаже. Малка отогнала от себя воспоминание, покачав головой, и опустила глаза.

Сразу от порога гостей встречал дорогой ковер, но тем ни менее разуваться в этом доме было совершенно не принято. Не задерживаясь, девушка повесила свою легкую куртку на вешалку в правом углу и сразу же прошла в гостиную. Хозяин дома спустился на стук ее каблуков.

– Ты рановато, – заметил Люций, его губы растянулись в улыбку, обнажая ряд идеально ровных белоснежных зубов. Мужчина не спеша преодолевал последние ступени, поправляя бриллиантовые запонки на рубашке.

– Так получилось, – Малка пожала плечами, усаживаясь на антикварную софу. Пожалуй, единственное, что осталось от того, кого она знала всю жизнь, в этом курчавом брюнете, так это его безупречный вкус, привитый родителями еще в детстве. И девушке это нравилось. Он с детства знал толк в роскоши. Впрочем, это заслуга его родителей.

– Так и скажи, что не терпелось меня увидеть, – с издевкой самодовольно произнес парень. Его темно-карие глаза уже привычно похотливым взглядом осмотрели шатенку. Люций облизнул пухлые губы в ожидании ответной колкости, но Малка была не намерена продолжать перепалку.

Девушка, не желая отвечать, демонстративно достала из сумки свиток, намереваясь погрузиться в чтение, пока есть время. Удивительно, что в юности они были самыми близкими друг для друга людьми, но их дружба не выдержала взросления. Каждый стал меняться, и каждому не пришлись по вкусу эти изменения. Впрочем, полностью прекратить общение пара не могла, поскольку на них возлагались определенные обязанности родителями, и оба это прекрасно осознавали еще с детства. Какое-то время Люций и Малка постоянно ссорились, но в итоге сошлись на нейтральном общении и постоянном обмене колкостями. Так было лучше для общего дела.

– Что это? – спросил с искренним любопытством Люций, усаживаясь в кресло напротив. Мужчина разглядывал старую подругу оценивающим взглядом. От его карих глаз не укрылись круги под глазами шатенки, тщательно замазанные косметическим средством, да и общая усталость девушки была ему очевидна.

– Свитки с нашей историей, – она раздраженно вздохнула. Читать на арамейском и так было не просто, а Люций еще и отвлекает. Малка посмотрела на него внимательно, понимая, что от вопросов ей не отмолчаться. Поэтому проще было быстро ответить на все их, и потом спокойно продолжить начатое занятие.

– Не понимаю, зачем тебе это? – он скорчил такое лицо, будто разговаривает с умалишенной, испытывая смесь жалости и отвращения, – Что нового ты там можешь узнать? Наши родители и так все рассказали.

– А мне интересно знать, действительно ли все так, как они рассказали, – она свернула свиток и посмотрела Люцию в глаза, – Правда ли, что мы избранные Господом нашим? И что мы должны править этим миром, беря от жизни все? И зачем нужен Совет Теней?

– Думаешь, нас обманули? – он дернул щекой, будто сама мысль об этом была ему неприятна. Впрочем, так и было. Люций рос в хорошей любящей семье и его уважение к родителям было безграничным. Любой упрек в их адрес мужчина воспринимал как личное оскорбление.

– Нет. Они могли и сами всего этого не знать, либо знать искаженные факты.

На минуту комната погрузилась в тишину, каждый присутствующих задумался, будто оценивая вероятность подобных событий. После своего сна Малка уже могла спокойно допустить такую возможность, но Люцию, который ранее даже не думал об этом, прийти к такому выводу было несколько сложнее.

– Ты знаешь, это вполне может быть правдой, – задумчиво протянул Люций, первым нарушая тишину, – Ведь в эти свитки никто не заглядывал несколько столетий, – он подошел к панорамному окну и взглянул на небо, – В таком случае, не буду тебе мешать. Присоединяйся в кабинет, когда все придут.

Когда шаги хозяина дома стихли, Малка снова развернула свиток, погружаясь в чтение. Совсем скоро она ощутила уже знакомое чувство, будто проваливается в бездонную пропасть.

7 глава.

На окраине Иерусалима жизнь еще даже не началась, весь великий город спал. В благополучном районе, где жил мальчишка по имени Наор, была тишина и спокойствие. Тут никогда не случалось ничего плохого. Люди не воровали, не ругались и не убивали друг друга. В такой мирной обстановке вырос Наор.

Юноша, как и все его соседи, так же лежал в теплой кровати и спал. Его черные волосы до плеч разметались по подушке, а уже немного возмужалая грудь неспокойно вздымалась. Мальчишка ворочался с боку на бок и что-то бормотал во сне. Хотя кошмары ему были не присущи, ведь жизнь мальчика была счастливой и не обременена трудностями, с которыми были знакомы простые жители древнего города.

В сущности, мальчику очень сильно повезло, он родился в обеспеченной семье и был единственным ребенком, а в будущем единственным наследником. Хотя Наора не интересовало семейное состояние от слова совсем. Мальчишка всю жизнь жил только в своих собственных мечтах, где он путешествует по миру и постигает невероятные приключения и знания. Юноша еще не знал, что именно это и уготовано ему судьбой.

Этой ночью его судьба должна была круто измениться, ему исполняется тринадцать лет, а значит, он уже становится мужчиной. Мальчик должен был пройти через обряды посвящения в мужчину и очень волновался перед сном от этого, но всем планам на его дальнейшую жизнь не суждено было сбыться. У судьбы на него другие планы.

Наор проснулся в холодном поту. Ему приснился страшный сон. Он видел много разных людей, но было такое чувство, что он их знает. Что он такой же необычный, как они. Люди во сне обладали пугающей силой. Силой, которой не было ни у одного царя. Он видел девушку, руки которой были покрыты огнем. Во сне был юноша, проходящий сквозь стены. Другой юноша ходил по воде. Третий был способен приручить любого дикого зверя. И множество других с не менее могущественными силами. Все они звали его так, будто отчаянно нуждались в нем.

Юноша сонный подошел к окну. На горизонте виднелся рассвет. Мальчика не покидало чувство, будто он знает, где их искать. Он чувствовал зов. Это они звали его. Люди из его сна. Как в бреду юноша покинул свой дом и отправился вглубь великого города, в поисках первой посланницы. Пока он шел, у него было очень странное чувство, будто все происходящее только сон, хотя он осознавал все прекрасно. Юноша пришел к какому-то дому, но никак не мог вспомнить, как именно он здесь оказался. Постучаться в дверь этого дома парнишка тоже никак не мог решиться. Но в самом деле, что бы он сказал? Что его ведет сюда неведомая сила? И что потом? Идти на смертную казнь за богохульство? Нет, этого он точно не хотел, поэтому сбежал прежде, чем его могли бы заметить. Только придя домой Наор понял, что видел этот дом раньше. В последние дни он то и дело по какому-то неведомому стечению обстоятельств оказывался поблизости от этого домишки. Но всегда Наор сбегал раньше, чем его могли заметить. По крайней мере он так думал. Сбежал он и в этот раз.

Следующее утро не предвещало ничего необычного. Однако, именно оно должно было изменить жизнь юноши в корне раз и навсегда. Наор, как обычно, проснулся с первыми лучами солнца. Но продолжал лежать в кровати и нежиться в ласковых лучах небесного светилы, пробивающихся сквозь окно.

Юноша окинул сонным взглядом свою комнату: здесь было все, что нужно ему для комфортной жизни. И это не удивительно, ведь родители юноши не бедствовали. Комната была обставлена всевозможной мебелью, которая в Иерусалиме стоила далеко не дешево. По подсчетам Наора у него был еще где-то час на спокойный отдых, потом в комнату, как обычно, зайдет отец и поднимет его с постели.

Надо сказать, что отец его был суровых нравов, чем давно прослыл на всю округу. Зев отличался твердостью характера, жесткостью, порой доходившей до жестокости. Эти качества мужчина пытался привить своему сыну с раннего детства. Получалось это с переменным успехом. Дверь распахнулась совсем неожиданно для Наора.

– Вставай, – сказал приказным тоном отец, входя в комнату юноши. Он всегда так разговаривал. Глава семейства не знал другого тона, привык командовать, – Сегодня очень важный день, так что хватит валяться в кровати.

– Что сегодня такого настолько важного, что я не могу спокойно поваляться в кровати? – парнишка нехотя уселся на своей кровати. Он вообще не любил, когда его планы нарушались, а сегодня это произошло с самого раннего утра. Так что можно смело сказать, что его день испорчен окончательно и бесповоротно.

– Сегодня ты пойдешь знакомиться со своей будущей женой, – то с каким тоном мужчина это сказа подразумевало, что его слова не подлежат возражениям.

– И кто она? – спросил юноша, оторвавшись от умывания с одеванием. Он прекрасно знал, что рано или поздно родители найдут ему жену, но не ожидал, что все произойдет настолько рано. День однозначно испорчен окончательно и бесповоротно.

– Я думаю, ты ее уже знаешь. Но всему свое время. Жду тебя у ворот.

С этими словами мужчина покинул комнату своего сына. Юноша обречено вздохнул. Женитьба не входила пока что в его планы, но перечить отцу Наор не мог. Уж очень он не хотел потерять ту прекрасную и комфортную жизнь, которая есть у него сейчас. А это значит, что жениться придется, как ни крути.

Наор наскоро оделся, вышел из дома и пошел рядом с отцом по извилистым улочкам родного города. Юноша не знал, кого выбрал ему отец в спутницы жизни. На данный момент он мог лишь надеяться, что не проиграет от этой выгодной для отца сделки.

– Ну вот, мы и пришли, – сказал мужчина и остановился напротив одного из домов.

Наор, смотревший до этого под ноги, поднял глаза и потерял дар речи. Юноша стоял перед тем самым домом, возле которого он в последнее время по необъяснимым для него причинам постоянно оказывался. Парень не мог понять, почему отец привел его в дом, который буквально звал мальчишку.

– Отец, это, – юноша был не в силах вымолвить и слова. Все происходящее казалось ему абсолютно нереальным, будто он опять спит. Неужели судьба настолько решила говорить с ним прямо, что заранее привела его к дому будущей жены?

– Я знаю, – он положил руку на плечо сыну. Зев никогда не отличался чувствительностью и эмпатией, поэтому от него это был огромнейший жест поддержки и любви к собственному ребенку, – Тебя в последнее время часто видели у этого дома, а в нем живет девушка твоего возраста. И я сам все понял. Мой сын всегда получает то, что хочет.

– Но, отец, это же дом бедняков, а значит, девушка, живущая здесь, простолюдинка, – к Наору, наконец-то, вернулась способность говорить, и он колебался. Его грызло любопытство, узнать, что же и кто так звал его, но в то же время он ужасно боялся этого.

– Тем лучше, она будет благодарна за улучшение жизни, а значит, и женой будет покорной, что немаловажно, – он посмотрел на юношу и невольно улыбнулся, вспоминая себя в его годы, – Я понимаю, что ты чувствуешь, сам был на твоем месте когда-то. Помню, жутко волновался перед встречей с твоей мамой.

Зев, как обычно, понял чужие чувства на свой лад. Понимал ли он Наора? Естественно, нет. Да и, в сущности, он не особо и хотел этого. Таким уж был Зев. Ему вполне комфортно жилось в своем микромирке, и выходить за его пределы мужчина не хотел и боялся.

Тем ни менее пара не могла стоять на пороге вечно, поэтому они прошли в дом, где их встретил Дрор. Отец девушки принарядился по такому случаю, в меру своих финансовых возможностей. Хотя все равно внешне он существенно отличался от своих гостей.

– Я уж было подумал, что вы передумали, – Дрор широко улыбнулся, чего не было уже достаточно давно. После смерти жены мужчина никак не мог выйти из объятий своего траура и продолжать жить дальше у него тоже не выходило. Его дом тоже изменился и пришел в запустение, будто он умер вместе с хранительницей очага, – Прошу прощение за беспорядок. У моей семьи сейчас не самые лучшие времена.

– Да, я слышал о вашей трагедии, соболезную, – Зев сдержано кивнул в знак сочувствия, хотя этого чувства в нем не было совсем.

– Отец, гости уже приехали? – откуда-то со стороны заднего двора раздался девичий голос.

Этот голос заставил Наора замереть от удивления. Его юноша узнал бы из миллиона других голосов, ведь он уже слышал его в своей голове. Именно этот голос звал Наора, не переставая. То совсем тихо и едва различимо, то практически крича внутри его собственной головы. Парень никак не мог поверить в правдивость всего происходящего. Он чувствовал себя будто во сне и, глядя на девушку, никак не мог понять, откуда он ее знает.

– Уважаемые, позвольте представить вам мою дочь Равулу, – с гордостью в голосе сказал Дрор, – Равула, это твой будущий муж Наор. Если, конечно, ты этого захочешь.

Мужчина прекрасно понимал, что этот брак единственный шанс для его дочери на лучшую жизнь, но не мог переступить через свои принципы и заставить ее выйти замуж.

– Очень приятно познакомиться, – девушка подошла к юноше и пожала ему руку. Она уже привыкла, что прикасаясь к человеку, видит всю его жизнь и ожидала так узнать своего жениха лучше. Однако, прикосновение к Наору не дало ей ничего, и она недоуменно посмотрела на парнишку.

– Ну, мы вас, пожалуй, оставим ненадолго, – заявил Зев, – Пообщайтесь немного и познакомьтесь. Нам еще нужно обсудить тонкости предстоящего праздника.

Оба мужчины, не спеша, покинули комнату, а пара смотрела друг на друга с недоумением и опаской.

– Кто ты? – первой нарушила тишину Равула.

– Ты разве не знаешь меня? Это ведь ты звала. Я узнал твой голос.

– О чем ты говоришь? Я впервые тебя вижу.

– Я слышал в своей голове твой зов и не один раз подходил к твоему дому, но не понимал, как, – Наор совсем запутался. Он был уверен, что девушка должна было что-то знать о том, что происходит.

– Ты маяк, – прошептала Равула, – Послушай, ты особенный, как и я. Поэтому ты слышал зов. Я должна тебе кое-что показать. Побудь здесь.

С этими словами Равула вышла из комнаты, оставив ничего не понимающего юношу в одиночестве. Наор растерянно глядел вслед удалившейся девушке.

Прошло совсем немного времени, как Равула вернулась в комнату. В руках у девушки был небольшой свиток. Она протянула его юноше с какой-то надеждой в глазах.

– Что это? – спросил юноша, открывая свиток. Как и положено выходцу из состоятельной семьи, он был обучен грамоте.

– Хотела бы я знать, – девушка тяжело вздохнула и села на один из стульев, – Я безграмотна и не могу их прочесть. Однако, написала их я. Не знаю, как. В тот момент, когда я это писала, я будто не владела собственным телом.

Наор углубился в чтение свитка, поражаясь полученной информации. В свитках говорилось о тринадцати особенных, которые должны были изменить этот мир. В описании способности одного из них молодой человек без труда узнал свои особенности. Это определенно порадовало юнца, ведь это означало, что он не сходит с ума. В этот момент юноша все понял.

– Теперь мне все ясно, – пробормотал он, не поднимая глаз от написанного.

– Что там? – девушку явно очень волновала тайна, хранящаяся в этих бумагах.

– Таких, как ты и я, всего тринадцать в мире. Теперь ясно, кого я слышал.

– Ты можешь объяснить более понятно? Я ничего не понимаю, – Равулу злило ее не понимание ситуации. Раньше эта девчушка отличалась спокойствием и сдержанностью, но в последние несколько месяцев ее характер кардинально поменялся. Она стала вспыльчивой, истеричной и немного агрессивной.

– Смотри, нас тринадцать избранных. Не таких, как все. Каждый из чертовой дюжины умеет что-то недоступное обычным людям. Я маяк, я способен найти каждого в любой точке мира, поэтому я приходил к твоему дому снова и снова. А вот ты всевидящее око чертовой дюжины.

– То есть я не одна вижу всю жизнь тех, к кому прикасаюсь?

– Не совсем так. У других другие способности.

– Но почему я не увидела ничего, когда прикоснулась к тебе?

– Потому что наши способности не работают на других избранных, только с их позволения. Только моя сила является исключением из этого правила, иначе она была бы бессмысленной.

– Как это? – до Равулы только начал доходить смысл его слов, но далеко не полностью.

– Я недавно стал слышать в голове голоса. Честно признаться, я думал, что схожу с ума. Но сегодня я понял, что это не так, – девушка все еще недоуменно смотрела на парня, – Ведь твой голос был самый громкий на фоне остальных одиннадцати. Вы все звали меня, но ты была ближе всех. Потому и голос был громче.

– Постой, что значит с позволения другого избранного?

– Наверное, вот так.

Наор взял Равулу за руку. В этот раз девушка смогла увидеть своего жениха. У нее перед глазами пробежала жизнь брюнета за последние несколько месяцев, только теперь все было иначе. Раньше она все происходящее видела со стороны, сейчас же девушка смотрела на все глазами Наора. Равула увидела, как он приходит к ее дому, услышала все голоса, почувствовала все его душевные терзания.

– Это удивительно, – резюмировала она, отпуская его руку, – И что нам теперь делать?

– Ну, мы однозначно должны быть вместе, – улыбнулся Наор, – А потом мы найдем всех остальных.

– Но для чего это нужно?

– А ты не понимаешь? В свитке сказано, что способности у всех разные и некоторые очень опасны для других людей. Ты понимаешь, что становится возможным, направь всю эту силу в нужную сторону? – девушка лишь недоуменно пожала плечами, – С такой силой мы действительно сможем изменить этот мир! Сможем управлять им все вместе! Если объединиться, нас никто не сможет победить. Осталось всех их найти.

8 глава.

Когда Касс пришел в себя, то понял, что безумно замерз. Это было не удивительно, ведь лежал он на холодном каменном полу. Мужчина болезненно схватился за голову, понимая, что выпил вчера все же слишком много, и с трудом принял сидячее положение, пытаясь понять, где он находится.

Помещение было безумно маленьким и темным. Больше напоминало какую-то землянку, чем помещение. Подняться в нем на ноги Касс не смог бы при всем желании. Во-первых, не позволила бы высота потолка, об которую он стукнулся головой, даже слегка приподнявшись. Во-вторых, за то время, что мужчина был без сознания, кто-то надел на него ошейник и посадил на цепь в прямом смысле этого слова. Мужчина несколько раз дернул цепь, сам не зная зачем, но она крепко держалась в дальней стене. Толщина звеньев при этом была не меньше пальца. Порвать такой поводок Касс не смог бы при всем желании.

– Что толку обладать силой, если не всегда можешь себе помочь? – пробурчал он недовольно себе под нос. В этот момент о жалел, что не обладает силой Супермена, уж она бы пришлась здесь очень кстати.

Повелитель времени постарался напрячь мозги и вспомнить события прошедшего вечера. Тяжелейшее похмелье определенно мешало мыслить рационально, а воспоминания мелькали какими-то неясными глазами. Точно! Мужчина вспомнил странную тень в переулке, на которую не подействовала его сила. Касса охватил гнев. А ведь его предупреждали, что безрассудный образ жизни до добра не доведет. Он прекрасно понял, что сам виноват в сложившейся ситуации и мысленно пообещал завязать с гулянками, если сможет выбраться из этой передряги живым.

Но его еще беспокоило и другое. Сила никогда не подводила. И мужчина точно знал, что за минуту до нападения он остановил время. Но нападавший продолжил двигаться, как ни в чем не бывало. Как такое возможно? Касс прекрасно знал, что сила не действует только на других Теней без их разрешения. Кто его похитил? Нападавший точно был не знаком повелителю времени, а, значит, это не один из членов Совета. Неужели есть кто-то еще с такой же силой, как у них? Почему он не вошел в Совет? Как они могли ничего не знать о такой возможности? В голове Касса крутилась целая вереница вопросов, но ответов не было.

И самое главное зачем его похитили? Шутку или попытку перевоспитать мужчину можно исключить сразу, поскольку нападавший не знаком Кассу. Но поиск ответов на возникшие вопросы пришлось отложить на неопределенный срок.

Поблизости раздались глухие шаги, которые постепенно приближались. Он попытался остановить по привычке время, но некто все равно продолжал приближаться. Его сила не сработала, что вызвало в мужчине впервые в жизни страх. В этот раз сила не сработала не на конкретном человеке, а вообще не сработала. Цепь продолжила качаться, позвякивая. Он теперь понял, что несмотря на его силу и отсутствие решетки перед ним, выбраться все равно не получится.

На пол перед ним поставили две миски и поочередно ногой толкнули к нему. Вода из одной из мисок расплескалась, но похитителя это, очевидно, не беспокоилось. Впрочем, пленника сейчас это тоже мало интересовало. Важнее было определить, чего добивается этот человек. Мужчина старательно вглядывался в темноту, но Касс разглядел только мужские ботинки перед собой, посетитель ничего не говорил и развернулся уже, чтобы уйти.

– Чего тебе надо?! – крикнул пленник, шаря по карманам в поисках телефона. Естественно Касс ничего не нашел.

– Узнаешь, когда придет время, – раздался хриплый мужской голос, который был совершенно не знаком узнику.

– Сукин сын, ты хоть знаешь, с кем ты связался? – он в гневе дернулся вперед, будто намереваясь порвать цепь, но лишь неловко завалился на спину.

– Я все прекрасно знаю, а ты не представляешь, кто я такой, – незнакомец пошел прочь, говоря на ходу, – И да, не пытайся использовать силу, вы равно не получится.

Мужчина усмехнулся и, не спеша, удалился, оставив Касса в темноте, страхе и неведении. В спину летели оскорбления и угрозы, но похитителя они даже забавляли.

Услышав хлопок двери, Касс перестал выкрикивать оскорбления и угрозы. Это было лишено смысла изначально, но на душе у мужчины от выплеска эмоций определенно стало легче. Жутко хотелось пить. Крики в совокупности с похмельным синдромом усилили жажду в несколько раз. Горло саднило и разрывало от сухости. Касс подполз к оставленной миске с водой и жадно осушил ее полностью. Жизнь стала немного лучше. Утолив жажду, мужчина сел и стал думать, стоит ли ему есть или нет.

– Нет, если бы он хотел убить меня, то сделал бы это вчера, – покачал головой Касс, говоря сам с собой, – Есть нужно. Силы еще пригодятся.

Он взял миску с едой и осторожно повел носом. Оставленная еда определенно не имела ничего общего с привычным рационом Касса. Это была обычная варенная картошка с несколькими кусочками мяса. Определенно недостаточно, чтобы полностью насытиться, но этого вполне хватит для того, чтобы не умереть от голода или упадка сил. Пища пахла так, будто она простояла в тепле несколько часов и уже начала протухать. Но делать нечего. За неимением лучшего Касс стал руками есть картофель. На вкус еда оказалась немногим лучше, чем на запах.

– Дожил, – он горько усмехнулся и в гневе бросил пустую миску подальше, – Я, Касс Христопулос, обладающий властью и большими деньгами, ем какую-то картошку. Руками. На полу. Будто какой-то бомж.

Касс потер ладонями лицо, отгоняя подальше негативные мысли. Нельзя придаваться унынию сейчас. И тратить силы на злость тоже нельзя. Касс запретил себе это все моментально. Нужно собраться с силами и ждать. Мужчина верил, что остальные его точно не бросят. Нужно только дождаться помощи, ведь самому ему не выбраться. А значит до тех пор главной его задачей становится выживание. Он должен выжить во что бы то ни стало.

9 глава.

Вернувшись в действительность, Малка быстро глянула на часы. Собрание Совета Теней уже должно было начаться. Девушка убрала свиток в сумку и направилась к остальным. Заблудиться она не опасалась, ведь с раннего детства проводила в этом доме много времени.

Малка вошла в комнату, где уже собрались все те, кого она знала с самого детства. Люций определенно любил роскошь, о чем явно говорила обстановка комнаты. Конечно, особой вычурности не было, но сразу становилось понятно, что здесь нет ни одного дешевого предмета интерьера. Стены украшали несколько подлинников картин времен раннего ренессанса, на полу расстелен натуральный персидский ковер с высоким ворсом нежно-бежевого цвета. По углам расставлены на столиках с витиеватыми ножками вазы с цветочными композициями, а в центре комнаты полукругом напротив камина расположились несколько диванов и кресел с бордовой обивкой из бархата.

Все члены Совета Теней удобно расположились на бархатных диванах и в креслах, каждый был занят своим делом. Кто-то потягивал дорогой алкоголь, кто-то погрузился в собственные мысли, слушая потрескивающий в камине огонь, а некоторые что-то рассматривали в своих телефонах.

Малка, освободившись от неудобных надоедливых туфель, погрузила ноги в мягкий ворс ковра, устраиваясь максимально удобно в излюбленном кресле поближе к камину.

– Итак, когда все собрались, можем приступить к обсуждению важного вопроса, ради которого все и собрались, – спокойно заговорил Люций и уселся, закидывая ногу на ногу, в свое кресло напротив дивана, по бокам от которого стояли места для остальных собравшихся.

– Постой, мы не все собрались, – раздался мягкий мужской баритон с соседнего от Малки кресла, в котором разместился Джинггуо. Взгляд его почти черных глаз, выдававших по своей форме в мужчине азиатские корни, устремился на пустующее кресло рядом с Люцием, – Где Касс?

Отсутствие одного из Теней на Совете никого особенно не волновало, тем более, что это давало гарантию принятия решения, ведь вероятность ничьи при голосовании полностью исключалась. Тем более, что отсутствовал Касс. Мужчина никогда ответственностью не отличался и часто просто прогуливал собрания Совета. Если в юности за ним бегали и уговаривали присутствовать на Совете и исполнять свои обязанности, то сейчас нянчиться с ним никто не собирался. Остальные попросту устали от его выкрутасов. Вот так безответственность сыграла с Кассом злую шутку. Практически всем в сущности было плевать на то, где пропадал в этот раз повелитель времени.

– Наверное, в очередной раз решил проигнорировать нас и ушел в загул, – недовольно фыркнула смуглая кареглазая брюнетка. Девушка тряхнула своими идеальными локонами до пояса, презрительно скривив губы. Ева никогда не скрывала своей неприязни к тому, кого считала прожигателем жизни. Поэтому ее реакция на отсутствие Касса никого не удивила. Более того, ее слова очень походили на правду.

– Это вполне на него похоже, – кивнул Люций, – Хотя раньше он меня всегда предупреждал. Кто-нибудь с ним связывался?

Головой Люций понимал, что для Касса отправиться в круиз приключений и удовольствий дело вполне обычное, а значит, и поводов для беспокойства нет. Но что-то не давало ему покоя в сегодняшнем исчезновении друга, однако, понять, что именно, мужчина не мог. Ответ крутился где-то на грани его сознания, но постоянно ускользал, не давая понять причину легкой обеспокоенности в груди. Тревожное чувство, будто пыталось его о чем-то предупредить. Это сродни инстинкту или интуиции. Он пару раз попытался ухватиться за какую-то мысль, но сразу же сдался, решив, что это просто волнение перед предстоящим принятием решения. В конце концов, что могло с ним случиться? Касс же не беззащитный котенок.

– Вчера он собирался в клуб, – задумчиво проговорил Марс, взъерошив свои непослушные рыжие волосы. Он всегда ерошил свои волосы, когда испытывал хоть какие-то эмоции, этот жест помогал мужчине держать их под полным контролем. Сейчас он был немного взволновал, что стало видно каждому присутствующему, – Но сегодня утром телефон недоступен был, и до сих пор он на связь так и не выходил.

– Люций, ты не считаешь, что нам стоит беспокоиться? – Селине устремила свои зеленые ведьмовские глаза на лидера испытующий взгляд, однако, ее поза выдавала полное спокойствие девушки. Она расслабленно сидела на диване, улыбаясь.

– Нет, Селине, – губы Люция дрогнули в наглой усмешке, – Я не думаю, что есть повод для беспокойства. Подождем пару дней, он объявится. По правде говоря, даже хорошо, что нас не четное количество, ведь решить вопрос, по которому мы все собрались, будет проще. Кстати, предлагаю вернуться к его обсуждению.

Люций, не спеша поднялся со своего места и подошел к камину, где стоял графин с бурбоном. Он налил себе немного в стакан, поболтал напиток в руке, будто размешивая, и повернулся к остальным, облокотившись спиной о каминную полку. Мужчина окинул всех присутствующих властным и довольным взглядом, готовясь начать говорить.

– Вы все прекрасно знаете политическую обстановку сегодня в мире, – он немного отпил из бокала и продолжил, – Думаю, уже каждый из нас ощутил финансовую выгоду от нынешних конфликтов.

– Это точно, – довольно улыбнулась Хелена, откинув свою гриву вечно непослушных кудрявых волос цвета вороньего крыла, – Я такой прибыли не получала даже тогда, когда мы спровоцировали военный конфликт американцев в Ираке. Думаю, наши родители в последний раз такую прибыль получили во времена Второй Мировой Войны. Лично у меня только в этом квартале правительство увеличило в три раза закупки. Их желание помочь бедняжкам продолжить воевать увеличило мое состояние.

В словах девушки была правда. Семья Хелены много лет зарабатывала на военной промышленности. Компания, которую вот уже пару лет возглавила девушка, производила различную военную технику, имея множество заводов по всему миру и удерживая несколько столетий лидерские позиции на рынке. Естественно основным рынком сбыта были государственные секторы различных стран, но помимо обеспечения армий вооружением, Хелена через подставных лиц и компании продавала технику на сторону. В числе покупателей были различные террористические организации, мафиозные кланы, наемники и многие другие.

– Поддерживаю Хелену, – вмешался Бат, оперевшись подбородком на сцепленные в замок руки. Он слушал присутствующих в пол уха, бросая многозначные взгляды на Селине, что не мешало ему улавливать суть разговора. Эта парочка давно находилась в отношениях, но открыто о них не заявляла. Впрочем, все видели происходящее между людьми, а потому и слова были лишними. Хотя и отношениями это назвать было сложно, ведь по сути Бат и Селине лишь делили постель. Их не связывали никакие романтические чувства. Отведя взгляд от зеленоглазой ведьмы, мужчина продолжил, – Сегодня мир на пороге третьей мировой войны, так что нас ждет еще большая прибыль.

– Именно поэтому я вас и собрал, – вернул к себе всеобщее внимание Люций, – Нужно сделать последний шаг и развязать уже эту войну. Тогда мы увеличим собственное состояние в несколько раз.

– А мы не совершаем ошибку? – впервые подала голос Малка. Что-то в предстоящих событиях девушку отталкивало и пугало. Хотя Малка не была из тех, кто отличается сентиментальностью или чрезмерной эмпатией, так что эмоциональная сторона здесь точно была не при чем. Шатенка осмотрела присутствующих, размышляя о том, что ее смущает в предстоящем решении.

– Малка, только не говори, что тебе стало жалко людей, которые воюют, – Лиссана снисходительно засмеялась, прикрывая пухлые губы тонкими изящными пальчиками.

– Не говори глупости, Лиссана. Пусть умирают, людей на планете будет еще много, – Малка задумчиво потерла переносицу, – Меня тревожит Россия. Это очень непредсказуемая страна. Пожалуй, единственная, которая не поддается управлению и может спутать карты. И силы они не лишены. Это может быть опасно. Особенно если учесть их военный потенциал. Вдруг, что-то пойдет не так? Тогда уже не будет ни победителей, ни выгоды. Нужно направлять их в правильном направлении и контролировать.

– Ты, как всегда, подмечаешь нужные детали, – одобрительно кивнул Люций. Он всегда знал, что эту девушку небеса наградили не только красотой, но и острым умом, что она невольно доказывала постоянно, – Это действительно проблема. Надо бы за ней приглядывать внимательнее. И лучше лично.

Люций обернулся к собравшимся и внимательно посмотрел на брюнета, вальяжно развалившегося на одном из диванов. По тому, как футболка обтягивала его рельефный торс, было понятно, что он проводит в спортзале львиную долю своего времени. В голубых глазах, скрывающихся за очками в роговой оправе, плясали чертики. Ему не нужно было читать мысли Люция, чтобы понять его замысел.

– Что скажешь, Локи? – Люций вопросительно поднял брови, – Сможешь уделить им особое внимание? У тебя ведь глаза и уши повсюду. Но, конечно, лучше, чтобы ты лично был где-то поближе к верхушке. Нужно знать, что крутится в головах наверху.

– Да без проблем, – он жестом попросил налить ему виски, – А если что-то пойдет не по плану, то Джин поможет внести внутренний раздрай и отвлечь от основных событий. Это, конечно, создаст небольшой хаос в наших планах, но существенно ничего не изменится.

Джин посмотрел на беседующих мужчин так, будто разговор его не касается. Впрочем, возражений у него не было. Какая разница, кто будет возглавлять ту или иную страну? Если глава какого-то государства мешал их планам, то они его устраняли любыми способами. На счету Совета Теней был уже не один такой случай. Убийства президентов Кеннеди и Линькольна, революция на Кубе, разделение Кореи, свержение Романовых, гражданская война в Америке, Сараевское убийство. Все это и многое другое произошло с легкой руки членов Совета Теней. Они смогли заработать на всех этих событиях. Даже к сбросам атомных бомб на Японию родители присутствующих имели непосредственное отношение, хоть это никому и не известно.

Главное, чтобы они в итоге остались в плюсе. Совет Теней действовал так постоянно. Остального никого из присутствующих особо не волновало. Война была им выгодна, но только не война на тотальное уничтожение. Поэтому решение было вполне разумным.

– В таком случае предлагаю приступить к принятию решения, – Люций поставил пустой бокал на каминную полку к графину и вернулся на свое место, – Итак, кто за совершение решающего шага?

Комната на несколько минут погрузилась в полную тишину. Каждый из них тщательно обдумывал предстоящее решение. Нет, они думали не о моральной стороне вопроса, она их не интересовала. Каждый из них просчитывал собственные риски, а затем стали одна за другой подниматься руки, выражая согласие присутствующего. Решение принято.

Малка сразу же поднялась со своего места и направилась к выходу. Впрочем, ее примеру последовали и остальные. Всю дорогу до дома она продолжала размышлять над всех происходившим в этот день, и ее не покидало предчувствие чего-то ужасного. Однако, крик ее интуиции связан был определенно не с новой мировой войной, которая вскоре начнется.

Странные сны, усилившиеся видения, пропажа Касса. Что-то подсказывало девушке, что события связаны. Но только как? Что общего может быть между всем этим? И что случилось с Кассом? Ответа Малка найти не могла.

Войдя в дом, девушка удивилась, что ее не встречает никто из прислуги, но потом ее взгляд упал на стену слева. Там стояли старинные напольные часы, которые ее семья приобрела еще несколько столетий назад. Надо отметить, что время будто не задело их вообще. Сказывается тщательный уход. На весь дом раздался их бой, оповещающий о наступлении двух часов ночи.

Однако, Малке спать совершенно не хотелось, поэтому она сменила свое направление со спальни на библиотеку. Внутри что-то подсказывало, что она должна узнать их историю. Ей казалось, что сейчас нет ничего важнее этого, но понять причину такой важности знаний именно сейчас Малка никак не могла.

Девушка поудобнее устроилась и развернула новый свиток, погружаясь в чтение. Совсем скоро она почувствовала знакомое ощущение, будто она буквально проваливается сквозь неровные строчки в описываемые события.

10 глава.

Долгие месяцы Наор потратил на изучение свитка своей уже супруги, но за это время пара посланников ничего нового так и не узнала. Они каждый день надеялись, что видения Равулы повторятся и покажут им больше правды, но это так и не произошло. Поэтому вопросы по-прежнему остались без ответов. Кем они избраны? Богом или Дьяволом? Что несет их сила в мир: добро или зло? Эти вопросы не давали покоя юной супружеской паре. А между тем, зов в голове Наора с каждым днем становился все громче, постепенно перерастая в крик отчаяния. В конце концов, им стало понятно, что узнать это они смогут, лишь отыскав всех посланников.

Молодая семья уже много раз пыталась отделиться от родителей и отправиться на поиски, но все попытки поговорить с Зевом ни к чему не приводили. Отец был непреклонен. Поэтому пара решилась на отчаянный шаг – побег.

В одно спокойное летнее утро Зев обнаружил в комнате детей вместо них прощальное письмо. Отец бросился было на поиски беглецов, но Равула и Наор уже были достаточно далеко от дома. Пара пешком пробиралась через лес, двигаясь на зов, который вел их прямиков в Грецию. Наор прекрасно знал это направление и те места, поскольку частенько ездил с отцом туда. Сейчас все эти поездки казались ему каким-то очень далеким сном.

– Наор, я устала, давай отдохнем, – Равула, тяжело дыша, уселась на траву и положила рядом с собой кулек собственных вещей, – Ты понял, куда мы направляемся?

– Не совсем, – юноша нахмурился. Ему совсем не нравилось состояние его спутницы. У нее на лице была видна не просто усталость, а самое настоящее изнеможение, – Вместе со становящимся громче зовом я отчетливо слышу греческую речь. По всей вероятности, наш путь лежит туда.

– Ты знаешь греческий? – девушка искренне удивилась. Как это ни странно, Равула практически не знала своего супруга. Пара стала узнавать друг друга лишь после свадьбы.

– Мы с отцом часто ездили в Афины раньше, – юноша улыбнулся и сел рядом с ней, – Пожалуй, мы здесь сегодня заночуем. Нам необходим отдых.

Наор оставил свою спутницу и отправился в чащу за дровами для костра. Путь лежал не близкий, да и торопиться им было некуда. Поэтому силы лучше было экономить. Утром они продолжили свой путь, впрочем, двигаясь с перерывом на обед и ночной сон, они шли не один день. При этом нельзя сказать, что дорога их особо утомила, особенно Равулу, которая была только рада посмотреть мир, что окружает их. Но им все еще предстоял неблизкий путь.

Афины. Этот город всегда был величественной неприступной крепостью. Ни один налетчик не мог его взять. Так было до прихода римлян. Осада города римлянами была жестокой, кровопролитной, и город понес огромные потери. Афиняне не сдались, они стояли за свой дом, свою родину и семьи до последнего вздоха. Это не могло остаться незамеченным и не вызвать уважение захватчиков, поэтому они оставили этому городу некое подобие независимости. Афиняне платили дань Римской империи и не маленькую. Однако, даже не смотря на это, горожане продолжили вести свою обычную жизнь в достатке и сытости.

Афины встретили Наора и Равулу привычной суетой. В этом городе всегда кипела жизнь. Это Наор помнил еще со своих немногочисленных путешествий с отцом. Юноше даже казалось раньше, будто жители этого великого города никогда не спят. Сейчас-то он понимал, что это, естественно, не так.

– Итак, дорогая моя Равула, добро пожаловать в Афины, – юноша улыбнулся и посмотрел на свою супругу.

Брюнетка совершенно его не слышала. Девушка замерла и, открыв рот, любовалась величием этого города. До этого момента Равула ни разу не покидала пределов родного края. Так что это было первое в ее короткой жизни путешествие, и весь мир был для нее удивительным чудом.

– Какой большой город, – только смогла пробормотать она, когда немного осмотрелась, – Но как здесь ты найдешь посланника?

– Посланницу, – поправил он жену, – Не забывай, я ее слышу. Она точно здесь, зов стал очень сильным.

– Так значит, мы ищем девушку? – в голосе Равулы послышались нотки ревности.

Наор для еврейки за это время стал не просто другом, а любимым мужем, который каждый день открывал для нее мир с новой неизведанной и от того такой удивительной стороны. Собственно, это было не удивительно, учитывая, что юноша был гораздо образованнее своей супруги. Но он никогда не упрекал ее в скудности ума или недостатке знаний. Наоборот, Наор всегда терпеливо объяснял ей, как маленькому любопытному ребенку, все то, что по пути казалось ей удивительным и не понятным.

– Пойдем, – он взял ее за руку, – Не отпускай мою руку, а то потеряешься. А я меньше всего на свете хочу потерять тебя.

Парочка, держась за руки, прошла через рыночную площадь. Как и в любом другом городе, это было самое оживленное место. Кто-то покупает, кто-то продает, кто-то ворует, но все достаточно быстро передвигаются, как мураши в муравейнике.

– Наор, куда все эти люди так спешат? – привыкшей к степенной жизни в Иерусалиме, Равуле такое оживленное движение стало не привычным и пугающим зрелищем.

Толпа людей была будто живая. Она поглотила путников, едва они ступили на рыночную площадь. Каждую секунду эта толпа грозилась разделить их и выплюнуть в неизвестных местах по отдельности. Наора такое большое скопление людей вообще не смущало, но вот его супруга чувствовала себя неуютно, поэтому крепче сжала руку юноши.

– Не знаю, у всех свои дела, – парень беззаботно пожал плечами и пошел дальше, – Не обращай внимания, здесь такой ритм норма.

Когда пара проходила через площадь, Равула заметила в закутке компанию сверстников и пристально посмотрела на них. Несколько ребят шпыняли одну девушку и выкрикивали оскорбления в ее адрес. Путнице стало искренне жаль эту толстушку, ведь она прекрасно знала, каково ей. В родном городе она была таким же изгоем, и только Наор смог спасти ее от вечных насмешек. Муж взглянул в ту же сторону и скривился.

– Отвратительно, – буркнул он и задумчиво потер подбородок, – Ничего не понимаю. Здесь самый громкий зов, но дальше я не могу понять, куда идти.

– Значит, она где-то здесь, – улыбнулась его супруга.

Пока пара думала, куда дальше двигаться, вокруг них начало твориться что-то странное. Девушка, которую травила компания ребят, с криком, чтобы ее оставили в покое, толкнула одного из обидчиков. В этот момент время будто замедлило свой ход, пока все вокруг не застыло окончательно. Энио уже давно обнаружила у себя силу управлять временем и даже неплохо освоилась с ней. Это произошло несколько месяцев назад в день ее рождения.

Энио родилась в семье фермеров. Имея свою ферму, ее семья всегда была сыта, одета и обута. Богатый урожай шел не только на стол, но и на рынок. Овощи хорошо покупались теми, кто не имел возможности или желания возделывать землю. К тому же отец девочки был обучен мастерству, он был кузнецом. Это тоже приносило не плохой доход. Хотя и богатыми назвать их было сложно, такие же, как и все.

Энио была единственным ребенком в семье, но в отличие от ожиданий окружающих не стала избалованной неженкой, а, наоборот, отличалась трудолюбием и всегда с утра до вечера работала вместе с родителями, ведь владения у них были не маленькие, и возделывать такой объем земли вдвоем было нелегко. Мать не могла нарадоваться такой дочери. И ей было даже жаль отдавать ее замуж. Но так было необходимо, так было положено. Свадьба уже запланирована и обговорена со второй стороной много лет назад.

По греческим традициям родители выбирают невесту для своего сына, когда ему исполняется десять лет. Конечно, в высших сословиях общества эту традицию не особенно соблюдали, но вот средний класс и бедняки держались за привычные устои жизни. К тому же, замужество для многих девочек было единственным шансом жить лучше, чем с бедными родителями. Впрочем, для среднего класса это тоже было единственным способом выжить девочке, ведь жить одной ей запрещали строгие традиции.

Хотя несколько лет назад во время договора на свадьбу никто подумать не мог, что девочка вырастет не красавицей. Излишне полной, хоть она и почти ничего не ела и много работала, с жидкими бледными волосами. Одному радовалась семья жениха, что девочка работящая, значит, просто так есть их хлеб не будет. Да и оставалась надежда на рождение наследников, хоть и слабая, учитывая, что ее мать не смогла родить больше одного ребенка. Но никто даже не подозревал, какая удивительная судьба ждала девочку, которая определилась в день ее тринадцатилетия.

Энио вместе с родителями, как обычно, работала в поле, и ничего не предвещало беды. Но в этот раз на их поле забрел медведь. Обычно эти звери не представляют опасности, да и к людям не выходят, сами их боятся, но в сезон сбора урожая косолапым еды не хватало, и они от голода не редко нападали на людей. Девочка заметила зверя, только когда тот зарычал у нее за спиной. Гречанка повернулась и закричала. Это было ее главной ошибкой. Крик стал для зверя сигналом к атаке, напугал его. Медведь приготовился к атаке и прыгнул. Энио закрыла глаза и приготовилась умереть, как вдруг, произошло нечто необъяснимое.

Время и с ним весь мир остановились. Девочка открыла глаза и осмотрелась. В паре сантиметров от нее в воздухе завис свирепый голодный зверь. Гречанка осторожно выползла из-под него и огляделась, ища глазами родителей. Она увидела свою мать, которая так же замерла, когда бежала к ней. Брошенное в спину зверя ее отцом копье, которое угрожающе повисло в воздухе. Она так и не поняла, сколько прошло времени, но в какой-то момент жизнь снова пришла в движение. Копье пронзило сердце зверя, и тот упал. Мать добежала до дочери, отец вздохнул с облегчением, когда понял, что его девочка спасена.

– Энио, что случилось? – мама крепко обняла девочку. Женщину била мелкая дрожь от пережитого только что стресса, – Как ты спаслась?

Если бы девочка могла ответить на этот вопрос, то с радостью поведала бы матери, что же произошло всего несколько мгновений назад. Но она просто смотрела растеряно на мертвого зверя через плечо матери. Сказать, что она испугалась, значит, ничего не сказать.

– Я не знаю, – маленькая гречанка разрыдалась от переживаний. Она очень испугалась, и не понимала, что произошло и как такое возможно. Кто ее спас? Зачем? Как смогли остановить время? Все эти вопросы терзали маленькую блондинку, но ответов ее светлая головка не находила.

– Я же видела, как он кинулся на тебя, – растеряно лепетала женщина. Аглая тоже не могла понять, как ее дочь выжила, но была безмерно счастлива и благодарила всех богов за такое чудо.

– Наверное, он промахнулся, – девочка и сама искренне хотела поверить в собственные слова, но что-то внутри заставляло ее думать совершенно иначе.

Сказав матери, что она хочет отдохнуть после пережитого, Энио вернулась в дом. Событие этого утра никак не хотело отпускать его, а потому она снова и снова прокручивала в голове каждый момент этого происшествия, стараясь вспомнить даже собственные мысли с тот миг. Удалось ей припомнить лишь то, что она отчаянно не хотела умирать.

Несмотря на то, что она совершенно ничего не понимала, ее не покидали мысли о том, что все это сделала она сама. Правда она не понимала, как именно это произошло. Погрузившись в свои размышления, гречанка прохаживалась по окрестностям собственного дома. Справедливо будет заметить, что и хотя он находился далеко от самых оживленных кварталов, безлюдным его тоже никак не назовешь.

Окружающие люди, каждый из которых был занят своим делом и не обращал внимания на девочку, натолкнули ее на одну интересную мысль. Энио решила проверить действительно ли это она сама сделала. Она уселась на траву в тени раскидистого дерева и стала внимательно наблюдать за окружающими. Девочка совершенно не представляла, как остановить время, но верила, что способна повторить.

Гречанка просидела под деревом несколько часов, отчаянно мысленно прося время остановиться. Но в конечном итоге у нее ничего не получилось. Девушка улыбнулась собственным мыслям, отмечая глупость, пришедшую ей в голову, и встала, облегченно вздыхая.

– Да, я время остановила. Какая же чушь, – чуть слышно сказала она самой себе и отряхнула одежду, – Будто я сейчас скажу «Стоп», и все замрут.

Гречанка подняла глаза на улицу и замерла в изумлении. Жизнь вокруг нее вновь замерла. Даже ребенок, который шел по дорожке вприпрыжку, замер прямо в воздухе. Наблюдать такое в первый раз было странно, но сейчас ей стало жутко. Теперь она была точно уверена, что делает это сама, но как у нее это получается, пока ей не ясно. Зато она прекрасно осознает другое: об этом ни в коем случае нельзя говорить.

Энио постаралась расслабиться и глубоко вздохнула. Теперь ей надо вернуть жизнь в этот уголок, ведь не могут же они так замереть навечно. Разумеется, на это тоже ушло немало времени, однако, когда девочка полностью успокоилась, жизнь снова пошла своим чередом. Но никто даже не заметил, что произошло. О таком определенно рассказывать никому нельзя. Девочка и сама не знала, почему эта мысль сразу же пришла ей на ум, но в ее правильности не сомневалась ни на секунду.

С тех пор девушка ежедневно практиковала свой дар, который она использовала, чтобы наказывать своих обидчиков. Какая ирония: в первый раз дар спас гречанке жизнь, а сейчас девушка была готова с ее помощью отнять чужую. Энио искренне считала это справедливым возмездием, ведь ей долгие годы приходилось терпеть издевательства от сверстников. После каждого ответа обидчику девушка чувствовала некое умиротворение и даже гордость. Гречанка была убеждена, что поступает правильно. Мир без гнилых людей ведь станет только лучше.

Тем временем все обитатели площади замерли в своих позах, и только Наор с Равулой сохранили способность к передвижению. Только ли они? Не совсем. Девчушка, которую только что обижали, злобно усмехнулась и что-то пробормотала, глядя на своего обидчика. Затем она спокойно прошла несколько метров и взяла достаточно тяжелый камень у ног одного из торгашей. Девушка поставила этот валун позади падающего парнишки и вернулась в то место, где стояла изначально. В этот момент время вернуло свой ход, и мальчишка упал затылком на камень. Раздался крик его друзей, и площадь будто замерла, глядя, как вокруг еще совсем молодого мальчика растекается багряная кровь. Толстушка же спокойно развернулась и пошла прочь.

– Она его убила, – прошептала Равула, – Так хладнокровно. Это ужасно.

– Откровенно говоря, он это заслужил, – ответил Наор, ведя жену следом за толстушкой, – Она повелительница времени и заслуживает почтения, а не такого обращения. Как и ты в свое время, – он так и шел следом, но старался идти медленнее, чтобы посланница их не заметила.

Толстушка ушла уже на самую окраину великолепного и могущественного города, и только потом свернула на одну из тропинок, ведущую к небольшому домику. Девушка уже давно заметила пару чужеземцев, следившую за ней с самой рыночной площади, поэтому остановилась посреди дорожки.

– И зачем же вы следуете за мной? – сказала Энио, не поворачиваясь. Она прекрасно знала, что ее услышали, хоть и говорила гречанка очень тихо.

– Интересная у тебя способность, повелительница времени, – также тихо и спокойно ответил Наор.

Энио в этот момент будто молнией поразило. Они знают. Но как? До этого момента еще никто не замечал ее манипуляций со временем. Страх тяжелым одеялом окутывал ее. Больше всего она боялась того, что не могла понять, с миром ли пришли эти странники или убить ее.

– Не волнуйся, мы друзья тебе, – будто прочитав ее мысли, сказала Равула, – Меня зовут Равула, а это мой муж Наор. Мы тоже особенные.

Девушка опасалась верить им так сразу на слово. И это не удивительно, ведь человек всегда боится нового и неизвестного, стремясь уничтожить это. Вот и сейчас она столкнулась с двумя неизвестными, поэтому гречанка снова остановила время.

– Друзья, как же, – усмехнулась она и пошла дальше. В голове гречанки мысли стремительно сменяли одна другую. Девушка изо всех сил старалась придумать, как избавиться от непрошенных друзей и сохранить свою тайну.

– Можешь не стараться, – сказал ей вслед Наор, – На нас твоя сила не действует.

Энио просто оцепенела от услышанного. Это было правдой. Она не единственная в мире особенная. Но друзья ли они ей? Этого гречанка никак не могла понять. Она медленно развернулась и с опаской оглядела чужаков. Они могли ответить на многие вопросы, а может быть, и нет. Но и сама она найти этих ответов не могла. Это все было для гречанки так странно: весь мир вокруг замер и птицы, и ветер, и облака, кроме этой пары.

– Значит, вы видели, что произошло на рыночной площади, – подытожила она. В ее голосе слышались нотки страха, ведь она до сих пор не знала, чего от них ожидать. А верить кому-то на слово она не привыкла.

– Да, – кивнул юноша, – И они это заслужили. Эти нахалы вели себя недопустимо, а, как известно, каждому воздается по заслугам. Но я уверен, что у тебя много других вопросов.

– А ты знаешь на них ответы? – с вызовом бросила она. Этот юноша показался девушке излишне самоуверенным, будто он хозяин жизни. Энио с самого детства терпеть не могла таких личностей, ведь именно такие всегда травили ее.

– Я нет, – невозмутимо ответил он, будто не услышал враждебности в голосе посланница. Наор никогда не был глуп и прекрасно видел, что гречанка напугана, растеряна и не доверяет им, – Но вот моя жена знает, – он кивнул на свою молчаливую спутницу.

– И что же вы готовы дать их мне? – гречанка уже не обращала внимания на Наора и обращалась исключительно к Равуле.

Такое поведение больно ударило по самолюбию юноши, но он не подал виду и молчал, давая возможность своей жене самой ответить на адресованный ей вопрос. Сейчас было совсем не время утверждать себя, как лидера и учинять ссоры. Равула только кивнула в ответ на вопрос гречанки, но вместе с тем удивилась, что прекрасно ее понимает. Это было странно, ведь девушка никогда не изучала греческого языка.

– И что же вы хотите взамен? – гречанка была убеждена, что просто так ничего не дается, даже информация. Потребовать что-то взамен на интересующие блондинку вопросы эти чужаки должны были определенно. Но сможет ли Энио уплатить названную цену? Девушка ответа на этот вопрос не знала, но узнать это она могла лишь на практике.

– Пойдем с нами, – Наор протянул ей руку. Юноша добродушно улыбнулся новой знакомой, показывая мирные намерения.

– С вами, это куда? – она с недоверием взглянула на протянутую ей руку.

– На поиски других особенных. Где-то там, в огромном мире, есть еще десяток таких, как мы. Я слышу их зов, как слышал твой, и иду к нему.

Услышанное казалось Энио невероятным. Столько особенных. Ей очень захотелось их всех узнать, но как же дом и ее семья? Девушка растеряно оглянулась то в сторону дома, то в сторону незнакомцев, не зная, какой путь ей выбрать.

– Послушай, у тебя есть выбор, – вдруг решительно заговорила Равула, – Ты можешь остаться дома и спокойно жить дальше. Правда ты никогда не узнаешь ответов на свои вопросы, и всегда будешь бояться разоблачения, – девушка сделала паузу, давая Энио задуматься, – Или можешь отправиться с нами, узнать все и, возможно, совершить нечто великое. Тебе решать.

Гречанка с грустью взглянула на свой дом. Решение у нее уже было. К тому же, в Афинах ее ничего невероятного не ждало. Останься она дома, то через полгода вышла бы замуж, позднее родила детей таких же фермеров, как и она сама. Не о такой жизни она мечтала каждый вечер перед сном.

– Я иду с вами, – тихо ответила она и взяла за руку Наора.

Голос гречанки в голове юноши в этот момент затих. А его супруга, вдруг, упала на землю на колени и будто в трансе начала писать что-то на свитке, который достала из своей сумки. Наор внимательно наблюдал из-за ее плеча, читая каждую написанную девушкой букву.

– Так значит, мы единственными между кем нет языкового барьера. Не важно, в какой стране мы родились, понимать речь друг друга все равно будем, – он задумчиво потер подбородок. Такая особенность могла значительно упростить им жизнь.

11 глава.

Для Евы это был очень тяжелый день. Не из-за принятого решения на совете, просто весь день она была, как белка в колесе. Бесконечные переговоры и деловые встречи отнимали много сил, не говоря уже о времени, однако, они приносили свои результаты в виде постоянно увеличивающихся цифр на ее банковских счетах. Конечно, нельзя сказать, что свои дела она вела честно, но формально все равно ее компания по биологическим разработкам была чиста, как первый снег. Дело в том, что смуглянка не была лишена ума и проницательности.

Впрочем, умению вести дела не совсем законно, но при этом незаметно, девушка должна была благодарить не себя, а родителей. Именно они первыми стали вести двойную игру и зарабатывать не всегда честно. Родители передали дочери все знания и отлично подготовили прежде, чем уйти на покой. И сегодня они безумно гордятся дочерью. Периодически они прибывали в компанию на правах членов правления и проверяли работу любимой дочери. И ни разу они еще не остались недовольными. Со временем частота визитов существенно сократилась. А сегодня чета Хассан постоянно проживала Австралии, наслаждаясь ранней пенсией.

Ева забрала почту из почтового ящика и стала на ходу просматривать ее. Увидев конверт от родителей, девушка улыбнулась и остановилась на полпути к собственному крыльцу, тут же вскрывая полученное письмо. Мама с папой приглашали ее к себе на ближайший уикенд. От такого предложения Ева довольно улыбнулась, мысленно согласившись на поездку. Девушка была чуть ли не единственной в действующем Совете Теней, которая смогла сохранить добрые отношения с родителями. У других настолько крепкие семейные узы вызывали зависть и непонимание.

Убрав почту в сумочку, девушка преодолела несколько ступенек и поднялась на крыльцо. Она мечтала сейчас о горячем душе и крепком сне. Но сперва ей нужно забронировать билеты на самолет. Длительный полет, конечно, то еще удовольствие, особенно если учесть страх девушки перед полетами. Но некоторые неудобства никогда не стали бы причиной для отказа от посещения родителей. Ева сильно соскучилась, ведь в последний раз она видела родителей несколько месяцев назад. Да и поездка отличный способ отвлечься от ежедневной рутины, хотя бы ненадолго.

Входя в дом, девушка даже не обратила внимания на незапертую дверь. В отличие от остальных членов Совета Теней Ева отказалась от проживания в шикарных особняках, предпочитая небольшой и уютный таунтхаус. Девушка предпочитала уединение, а потому постоянной прислуги в доме также не было. Пара горничных приходили периодически и наводили порядок, а в остальном девушка обходилась собственными силами. Сегодня как раз был день уборки, но внутри на момент прихода Евы уже никого не было. Брюнетка не придала этому обстоятельству никакого значения, решив, что горничные справились с уборкой раньше обычного и не стали ее дожидаться. Да и зачем? Ева расплачивалась с ними дважды в месяц, а не за каждый визит.

Разувшись в прихожей, брюнетка блаженно застонала, когда ступила на холодный пол. За целый день беготни она настолько устала, что ноги буквально горели. Еле волоча их, Ева поднималась наверх, мечтая лишь о горячем душе и мягкой постели. Учитывая ее усталость, стоит ли удивляться, что она не заметила тень, мелькнувшую справа?

Ева, не спеша, поднялась в свою спальню, чтобы раздеться и оказаться под теплыми струями воды, отлично смывающими усталость. Девушка, зайдя в комнату, не стала закрывать за собой дверь. Да и зачем? Она была уверена, что в доме находилась одна. Смуглянка разделась и бросила одежду прямо на пол, решив, что уберет ее утром. Если на то, конечно, будет подходящее настроение. В одном белье она прошла в ванную и включила кран, настраивая температуру воды. Девушка терпеть не могла горячий или даже теплый душ, предпочитая расслабляться в прохладной воде. Она подставила лицо освежающим струям воды, простонав от удовольствия.

Наслаждение прервал какой-то грохот, раздавшийся за ее спиной, будто кто-то что-то уронил в ее спальне. Ева выглянула из душевой кабины, вглядываясь в дверной проем. В комнате было все спокойно. Ничего не выдавало постороннего присутствия. Девушка решила, что это с полки упала одна из кукол из ее коллекции.

Иллюзионистка с детства коллекционировала редких кукол, которых хранила в комнате на многочисленных полках. В сущности, вся ее спальня была ими уставлена, что многих гостей несколько пугало и заставляло чувствовать себя неуютно. Еще бы! Сотни кукол, смотрящих на человека со всех сторон действительно вызывают неприятные ощущения, особенно если у человека педиофобия.

Простояв под душем еще несколько минут, Ева ступила мокрыми ногами на кафельный пол и обмоталась большим банным полотенцем цвета фуксии. Полностью расслабленная девушка вернулась в свою комнату, намереваясь быстро забронировать билеты и лечь спать. Но этим планам не суждено было сбыться.

В следующую секунду девушка ощутила удар по голове и упала бы на пол, но сильные мужские руки подхватили ее. Брюнетка потеряла сознание быстрее, чем успела разглядеть нападавшего. Полотенце распахнулось, обнажив подтянутое тело девушки.

– Черт, так и знал, что брать ее нужно сразу у входной двери, – пробубнил сердито себе под нос крепкий мужчина, – Надо что-то на нее накинуть, а то еще простудится и помрет раньше времени.

Он разговаривал сам с собой, ища хоть какую-то одежду для Евы. Быстро натянув на безвольное тело какой-то свитер и спортивные штаны, незнакомец закинул Еву на плечо и покинул комнату. Верный, хоть и видавший виды, пикап ждал его сразу же за поворотом. Мужчина небрежно закинул девушку в багажник и, сев за руль, быстро дал по газам, пока его никто не заметил.

12 глава.

Элеонора, как преступница, шла ночью по темным переулкам. Шум дождя успешно заглушал чавкающий звук ее шагов по размытой грязевой дороге. Грязь прилипала к одежде, и подол платья был уже испачкан на добрую треть, но девушку это обстоятельство совершенно не волновало. Под капюшоном черной накидки она скрыла свои длинные рыжие волосы и лицо, опасаясь, что ее заметят.

Действительно, квартал, по которому шла девушка, был не самым благополучным. Грязь и нищета здесь были буквально на каждом шагу, а потому появление здесь благородной девушки вызовет много вопросов. Конечно, находиться здесь в темное время суток, кроме всего прочего, было еще и опасно для одинокой девушки, но погодные условия в эту ночь были не самыми приятными, а потому улицы пустовали. Впрочем, такую погоду Элеонора сделала сама для прикрытия.

Элеонора постоянно оглядывалась, проверяя, чтобы за ней не было слежки. После последних событий на душе у девушки было очень неспокойно, ее могли схватить в любой момент, ведь последние несколько месяцев ее искали многие люди. И самое ужасное, что охоту эту начали те, кому она доверяла больше всего, а уж они-то точно уже знали о возвращении Элеоноры в город.

Девушка остановилась около неказистого маленького домика в конце переулка и, воровато оглядевшись по сторонам, тихонько постучалась. До нее донеслось какое-то шебуршание и неразборчивое бормотание, которое, судя по интонации, было руганью. Дверь со скрипом приоткрылась, но раскат грома скрыл этот звук. В дверном проеме показалась фигура сгорбленной старухи.

– Кто это? – спросила она скрипучим голосом, вглядываясь своими полуслепыми глазами в незнакомую фигуру. Старушки не спешила открывать дверь полностью, ведь она была легкой добычей для разных разбойников, способных отобрать последний кусок хлеба.

– Няня, впусти меня скорее, – Элеонора приподняла капюшон, показывая лицо старушке. Пожилая женщина не видела собственную воспитанницу уже много лет, но сразу же узнала ее по веснушечному лицу и глазам лазурного цвета.

– Норочка, что ты здесь делаешь? – она на секунду задержала взгляд на уровне груди девушки, заметив, что та что-то прячет под плащом, но затем все же отступила в сторону.

Элеонора на нетвердых ногах прошла в лачугу. Вид у девушки был нездоровый, она была очень бледная, будто потеряла много крови. Конечно, старушка не могла разглядеть обескровленных губ, впалых щек и синяков под глазами, но шаткая похода все-таки бросилась ей в глаза, вызывая беспокойство в старческом сердце.

– Ты же сейчас упадешь, – запричитала старушка, – Присядь на скамью и расскажи, что с тобой приключилось.

Элеонора последовала совету и опустилась на ветхую скамью, оглядевшись. Вид этого жилища вызвал в ней глубокую печаль и разочарование. Старая Луиза была ее няней с самых ранних лет и долгое время оставалась для Элеоноры самым близким человеком. Когда ей было лет десять, родители выгнали Луизу, а найти свою няню она смогла только уже во взрослом возрасте. Увидев нищету, в которой прозябал дорогой человек, Элеонора испытывала жгучую боль. Конечно, Нора много раз предлагала свою помощь, но старушка только отмахивалась.

– Няня, мне нужна твоя помощь, – девушка распахнула плащ, показывая, что прятала под ним. Элеонора одной рукой к груди прижимала младенца, который сладко спал, мерно посапывая.

– Деточка, что же это? – прошамкала Луиза, – Чей это ребенок?

Старушка открыла сундук, стоявший под небольшим окном, и достала оттуда старенькое одеяло. Она расстелила его на скамье поближе к печке, организуя некое подобие детской колыбели. Элеонора подошла и аккуратно уложила малыша. Девушка глядела на младенца глазами полными нежности и любви. Норе было крайне тяжело расстаться с только что рожденным сыном, но она понимала, что так будет лучше. Это единственный способ сохранить малышу жизнь.

– Генри – мой сын, – с тяжелым сердцем проговорила девушка, усаживаясь на место, – Ему всего несколько часов, но ему нельзя быть рядом со мной.

– Девочка моя, что ты такое говоришь? – Луиза растеряно смотрела то на малыша, то на свою воспитанницу.

– Ах, няня, не спрашивай меня ни о чем, – она смахнула, навернувшиеся на глаза слезы, – Позаботься о нем, пожалуйста. Я больше никого не могу попросить о таком. Только тебе могу его доверить.

– Да я же старая уже, и разве дело, что малыш будет жить впроголодь? – женщина прекрасно понимала, что не сможет прокормить ребенка, ведь ей и себе на пропитание не всегда хватало.

– О деньгах не беспокойся. Я об этом уже позаботилась. Каждый месяц тебе будут приносить хорошую сумму, чтобы вы оба не бедствовали, – она с нежностью посмотрела на младенца, – Ему нельзя быть со мной, иначе его убьют.

Элеонора заметила озабоченный взгляд старушки и стыдливо отвела глаза. Она безумно хотела рассказать все своей няне, но прекрасно понимала, насколько правда опасна. Да и вряд ли старая женщина поверит в рассказ своей воспитанницы. Нет, Луиза, конечно же, знала, что семья Элеоноры очень влиятельна, но о происхождении влияния даже не подозревала. К тому же, следует заметить, что старушку всегда отличал отличный аналитический ум и абсолютное отсутствие веры в сверхъестественное и божественное, так что в рассказ о Совете и силах, которыми обладают его члены, вызвал бы у женщины только смех.

– Но что скажет твой муж? – все это время старушка готовила какой-то отвар. Луиза шаркающей походкой подошла к девушке и протянула старенькую кружку, – На, выпей-ка, поможет восстановить потерянную в родах кровь.

– Спасибо, – Нора слабо улыбнулась и отхлебнула отвар. В этот же момент она закашляла от горечи напитка, – Я не замужем, только не осуждай меня.

Некоторое время они были в полной тишине, которую прерывал только прихлебывающий звук. Это Элеонора пила отвар, размышляя о правильности своего решения. Сердце девушки разрывалось, и ей очень хотелось отказаться от этой идеи и уехать куда-нибудь на другой конец Земли. Но она сразу же отмахнула подобные мысли, ведь понимала, что рано или поздно ее найдут, а значит узнают и о сыне.

– И вот еще, – Элеонора достала из складок платья какой-то сверток и положила его на стол, – Сохрани это для него и его потомков. Я не знаю, когда, но это точно пригодится. Только береги эти страницы, как зеницу ока.

Луиза не стала ничего спрашивать, а просто взяла сверток и спрятала его поглубже в свой сундук. Конечно, она хотела узнать, от чего так отчаянно бежит ее воспитанница, но прекрасно понимала бессмысленность своих расспросов, зная характер Норы. Даже в раннем детстве девушка никогда не рассказывала ничего, если сама того не хотела. Впрочем, няня редко приставала к воспитаннице с расспросами, за что и получила безусловную любовь ребенка.

– Я все сделаю, дочка, – твердо сказала старушка. Несмотря на возраст, у женщины сохранился сильный волевой характер, а потому она не сомневалась, что справится с порученным ей делом. Тем более девушка сказала, что позаботилась о содержании ребенка. В какой-то степени женщина даже была рада такому повороту событий, ведь у нее снова появился смысл жизни.

– Спасибо тебе, – она порывисто обняла няню. Всего на пару секунд Элеонора прижала к себе женщину и также быстро отстранилась.

Девушка стремительно пошла к выходу, будто боясь передумать. У самых дверей она, вдруг, оглянулась.

– Ах, да, чуть не забыла, – Элеонора достала из кармана маленький серебряный крестик на веревочке и вложила его в руку женщине, – Он пока не крещенный, покрести его. Пусть никогда не снимает этого креста, хотя бы в память обо мне.

Девушка накинула на голову капюшон и скрылась во тьме, оставляя своего сына навсегда, о рождении которого не знал никто. И оно должно оставаться тайной.

13 глава.

Малка проснулась с громким вздохом, будто вынырнула из ледяной воды. Тело била мелкая дрожь. У нее до сих пор сердце разрывалось на куски, будто это она, а не незнакомка из сна, навсегда рассталась с собственным ребенком. Настолько живые ощущения и эмоции от простого сна девушка испытывала впервые. Девушка обхватила себя за плечи, пытаясь угомонить эмоции, которые бушевали внутри. Сделать это было не так легко. Хотелось плакать, кричать и крушить все вокруг одновременно. Совладав с чувствами Малка тяжело вздохнула и подняла голову.

С вечера девушка не задернула шторы, а потому сейчас она болезненно щурилась от яркого света, который шел через панорамные окна ее спальни. Здесь она отметила странность, ведь она не помнила, как оказалась в кровати, и была уверена, что не покидала прошлым вечером библиотеку. Каким же образом она оказалась в спальне? Девушка быстро оглядела себя и отметила, что одета в ту одежду, в которой пришла домой минувшим вечером.

– Леонард! – громко крикнула она, зовя дворецкого.

В ту же минуту в комнату вошел высокий худощавый мужчина, будто все это время он преданно стоял под дверью. Седина на висках отчетливо говорила о его возрасте, а безупречно выглаженный черный строгий костюм-тройка выдавал в нем педантичность, которая присуща всем бывшим военным. Леонард, молча, посмотрел на хозяйку дома, ожидая ее дальнейших распоряжений. В этом заключалась черта характера мужчины, которую Малка ценила больше всего. Он был немногословен и исполнителен. И это было его главным преимуществом в глазах Малки. Девушка терпеть не могла, когда прислуга болталась по дому без дела, собирая сплетни. Но Леонард прекрасно поддерживал дисциплину в доме среди персонала, не позволяя никому отлынивать от работы.

Леонард служил семье Малки долгие годы. Его наняли еще ее родители, а потому был посвящен в некоторые странности своих нанимателей. За столь продолжительное время не заметить ничего было попросту нельзя. Однако, мужчина считал, что все это его совершенно не касается. Его наняли с определенной целью, и он просто должен делать свою работу, а не вынюхивать что-то о хозяевах. Это стало еще одной причиной, по которой Леонард не покинул дом после гибели родителей Малки. Найти другого дворецкого, который смог бы сохранить в доме такую строгую дисциплину и не стал бы задавать никаких вопросов, было бы очень непросто.

– Как я оказалась в своей кровати? – девушка строго посмотрела на дворецкого, которого знала много лет. Но на Леонарда взгляд хозяйки не возымел ровно никакого воздействия.

– Под утро вас нашли в библиотеке и перенесли сюда, – по лицу мужчины нельзя было прочитать не единой эмоции, – Вы крепко спали. Я перенес вас в кровать, беспокоясь, что после такого сна сегодня у вас будет все болеть.

Девушка слегка подняла брови в удивлении. Леонард беспокоился? До сегодняшнего дня Малка была уверена, что мужчине чужды какие бы то ни было эмоции. Она мысленно усмехнулась, решив, что ничего человеческого ему не чуждо. Шатенка уже было расслабилась, как вспомнила, что в библиотеке занималась чтением свитков. Разумеется, прочесть в них никто из прислуги ничего не смог бы при всем желании, но тем ни менее в девушке зародилось легкое беспокойство. Просто это были те вещи, к которым никто не должен прикасаться кроме нее самой. Нечто слишком личное, чтобы чужие руки лапали это.

– Вы там ничего не трогали? – нахмурившись, спросила она. Малка была крайне строга в отношении библиотеки и хранившейся в ней информации.

– Нет, мэм. Если желаете, я подам завтрак.

– Немного позже. Можешь идти, – уже спокойно ответила она, – Хотя постой. Принеси кофе. Он мне сейчас точно не повредит.

– Как скажете. Звонила мисс Мэри. Просила вас перезвонить.

Девушка улыбнулась, кивнув дворецкому. Ее всегда забавляло, как Леонард называл ее подругу. Разумеется, согласно субординации он должен был обращаться к Мэри по фамилии, но последней подобное обращение не понравилось. Блондинка строго запретила ее так называть. Мэри всегда казалось, что подобное обращение допустимо только к старухам, к которым себя не причислила бы даже на склоне лет. Так и появилось это полуформальное «мисс Мэри».

Мужчина развернулся на каблуках и покинул комнату. Малка же накинула на плечи халатик и опрометью бросилась в библиотеку. Еще никогда в жизни чтение не вызывало в ней подобного интереса и нетерпения. Она в сущности и не понимала, почему сейчас это так важно. Девушка просто чувствовала, что сейчас нет ничего важнее. Она влетела в библиотеку и тут же закрыла за собой дверь. Девушка уже хотела продолжить вечернее занятие, как раздался стук в дверь.

– Ваш кофе, мэм, – раздался голос Леонарда из-за двери.

– Спасибо, – коротко поблагодарила она его, на секунду открыв дверь и забрав дымящуюся чашку.

Кофейный аромат сам по себе отлично бодрил. Леонард умел варить кофе, вкуснее которого Малка не пробовала за всю свою жизнь. Девушка была в разных местах и множестве профессиональных заведений, но самый вкусный кофе был у нее дома. Горячая кружка приятно грела руки. Шатенка отхлебнула терпкую на вкус жидкость и направилась к рабочему столу с легкой улыбкой на лице. После первого же глотка настроение заметно стало лучше.

На столе с вечера были разложены свитки, и Малка взяла один из них наугад, погружаясь в чтение едва усевшись в кресло. Уже знакомое чувство падения в пропасть наступило быстро, и Малка снова оказалась в далеком прошлом.

14 глава.

Прошло несколько дней с того момента, как Энио присоединилась к новым знакомым в их путешествии. Троица передвигалась пешком от одной деревни к другой, следуя за зовом других посланников, который слышал Наор.

– Может быть уже скажешь, куда лежит наш путь? – нетерпеливо спросила гречанка. Иногда ей казалось, что они просто бродят, ища наугад.

С детства Энио отличалась добрым и кротким нравом, но все изменилось с появлением у нее силы. Девушка стала агрессивной, заносчивой, высокомерной и часто даже жестокой, последнее, пожалуй, проявлялось слишком часто. Впрочем, сила изменила каждого из троих, в той или иной степени. Зло дало свои плоды в каждом. Это они прекрасно понимали, и именно это пугало их больше всего.

– Если бы я это знал, – вздохнул Наор и посмотрел куда-то вдаль. Он вопросов в подобном повелительном тоне юноша приходил в настоящую ярость и прикладывал немалые усилия, чтобы держать себя в руках и не сорваться на гречанку.

Юноша не мог не только определить точные координаты источника зова, но и даже город или страну. Единственное, что мог сказать Наор – это то, что идти осталось недолго и, что посланник живет у моря. Он отчетливо слышал шум морского прибоя.

Наор всегда любил море. Безмятежный вид бесконечной воды успокаивал, а шум волн дарил умиротворение. Хотя, откровенно говоря, видел он море всего лишь несколько раз за всю свою жизнь, но полюбить все равно успел. Ближе все к ним из прибрежных городов был только Амфиполис. Наор там ни разу не был, но из путешествий, в которых бывал с отцом, знал расположение многих греческих городов.

– Какой у тебя бесполезный дар, – отрезала толстушка и презрительно фыркнула в сторону парня.

– Это не так, – вмешалась Равула, – Он же нашел нас.

– Ну, нашел, а дальше что? – огрызнулась Энио.

Равула замолчала, не найдя, что ответить на это. Она и сама не понимала, для чего они ищут других посланников, но девушка шла следом за своим супругом, как того просило ее сердце. Равула просто верила, что в конце пути их ждет дверь в новую невероятную жизнь.

– За холмом виднеется деревня, – сказала толстушка уже более спокойно, – Неплохо было бы отдохнуть и пополнить наши запасы.

– Это верно, – кивнул юноша, – Только есть одна проблема: деньги у нас закончились в прошлой деревушке.

– Вы бесполезны, – Энио начала закипать от злости, – Все равно. Пойдем, а на месте разберемся.

Когда они дошли в деревню, уже темнело. А потому жизнь деревенских жителей постепенно затихала, как это всегда было в таких селениях. Люди, не спеша, расходились по домам, где их ждали семьи и горячий ужин. Именно этого сейчас и не хватало странствующей троице.

– Ну и как поступим? – спросила Равула, – Попросим нас покормить в каком-нибудь доме?

– А зачем просить, если мы можем взять все, что нам нужно? – Энио с усмешкой посмотрела на свою спутницу.

Девушка глубоко вздохнула, сосредоточившись, и жизнь в деревушке замерла. Наор понял ее намерения и улыбнулся, Равула же лишь покачала головой, но голод давал о себе знать, поэтому она ничего не возразила своим спутникам. Троица вошла в один дом и увидела стол с полным изобилием различной вкусной еды. Отбросив в сторону все свои убеждения и заглушив голоса совести, они стали собирать припасы со стола. Однако, ребята не заглушили разум, а потому взяли немного, чтобы хозяева ничего не заметили. Так они прошлись почти по всем домам в деревне, а после устроились на ночлег в сарае на окраине деревни.

– Ну вот, теперь у нас есть еда и вода на ближайшие три дня, – подытожил Наор, наевшись досыта и развалившись на сене поудобнее.

– А все благодаря мне, – усмехнулась Энио, – Кажется, у меня одной есть действительно полезная способность.

Юноша в ответ лишь хмыкнул. Девушку так и распирала гордость, ведь это она обеспечила их провизией, и без нее эта парочка бы с голоду умерла. По крайней мере, толстушка в это верила. Правда она не учла, что большая часть провизии уходит на нее же, однако, ее ни разу не упрекнули в этом.

– Это был трудный день, – раздался строгий голос Равулы. Девушка пыталась как-то опекать своих спутников и заботиться о них, – Давайте спать, а завтра рано утром нам нужно продолжить свой путь.

В ее словах была правда. Троица находилась в пути от рассвета и до самого заката, поэтому хороший отдых им был жизненно необходим. Ребята устроились поудобнее на мягком сене и уснули мирным и безмятежным сном практически мгновенно. До самого сна Наор слышал звук морского прибоя, который действовал успокаивающе. Уснул юноша в полном умиротворении.

Амфиполис уже через неделю встретил троицу путешественников более дружелюбно, чем Афины. В сущности, этот город, расположившийся на морском побережье, больше походил на большую деревню, чем на город. Наор, привыкший к жизни в роскоши, сразу отметил, что город отличается большим количеством бедняков. Складывается впечатление, что некогда прекрасный город умирает. И это почувствовали все трое.

Море такая опасная стихия. Самая не предсказуемая и не постоянная. Жители Амфиполиса знали это, как никто другой. За то время, что город стоит, жители греческого городка пережили ни один приступ гнева Посейдона в виде штормов, в которых сгинуло бесчисленное множество рыбаков. Даже видя, бушующее море, всегда находились и найдутся те смельчаки, а быть может глупцы, которые шли навстречу верной гибели. Нужда на многое может вынудить, а в портовом городке она была почти у всех.

– Так, значит, слухи, что доходили до Афин, правдивы, – чуть слышно буркнула Энио. Ей было больно смотреть на то, что происходило с ее родиной.

– Ты о чем? – спросила Равула. Девушка ранее нигде не была за пределами родного города, поэтому она искренне не понимала, что вызывает такое негодование и злость у ее спутницы, – Здесь что-то произошло?

– Римляне здесь произошли, – она рефлекторно сжала руки в кулаки, – Они оккупировали мою страну, и не только мою. До Афин доходили слухи, но им никто не верил. Оказывается, все правда. Эти захватчики настолько обложили налогами захваченные города, что людям не на что жить. Многие сейчас умирают от голода. Целые села и города вымирают. Я не верила и думала, что это лишь слухи, но судя по тому, что я вижу здесь, все слухи правдивы.

– Это ужасно, – только смогла прошептать Равула. Она жила всю свою жизнь в крохотном спокойном мирке и даже не слышала о таких ужасах.

– Хватит вам болтать, – прервал их Наор. Он видел прогуливающихся по улицам Амфиполиса римлян и боялся, что Энио может сорваться, – Вы заглушаете зов, – юноша закрыл глаза, – Мы уже близко.

Парнишка повел своих спутниц дальше на зов, который влек их к бескрайнему морю. Синяя бездна встретила их своим беспокойством. Наор оглянулся по сторонам и увидел вдалеке корабль, который море нещадно влекло к острым рифам недалеко от берега.

– Смотрите! – воскликнула Энио, указывая куда-то в сторону рифов.

Супруги глянули туда, но ничего не увидели. Однако, гречанка не унималась, поэтому ее спутники стали приглядываться. Очень быстро путешественники увидели человека неподалеку от рифов, стоящего прямо на водной глади, словно на земле.

– Это он, – сказал Наор, стараясь перекричать шум моря, – Но что он делает?

Троица стала наблюдать дальше за морем и кораблем, и вскоре они стали свидетелями кораблекрушения. Корабль, наткнувшись на рифы, быстро шел ко дну, а вокруг плавали обломки и ящики с припасами моряков. Эти ящики, вдруг, поплыли к берегу, будто их кто-то тянул. Посланник пошел следом за уловом до самого берега, и как только он ступил на твердую землю, море резко успокоилось. Настал полный штиль.

В последнее время Нереус только так и обеспечивал свою семью всем необходимым. Юноша делал все, чтобы его родители и сестры не голодали. Ему ничуть не было жаль погибших в море моряков. А ведь свою силу он обнаружил, находясь буквально на волосок от смерти. То судьбоносное утро встречало добытчиков холодом. Морской бриз обдувал обветренные лица рыбаков. В это утро море было немного не спокойное, и далеко не каждый решился идти за уловом. Нереус и его отец Мназон толкали свою ветхую лодчонку в волнующееся море. Нужда заставляла эту пару рыбачить в любую погоду, ведь их семья жила за порогом бедности. Впрочем, таких семей хватало абсолютно во все времена.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.