Лия Виата
Ведьмы

ЗМЕЯ И ПАУК Глава 1

Змея

День сегодня начался хорошо. Цепи натерли мне запястья, в горле пересохло, а есть последний раз давали позавчера, но за мной сегодня не пришли. Раз этого не случилось, то можно было считать, что день начался хорошо.

Попыталась поближе прислониться к стене камеры высотой по пояс взрослого, в которой невозможно встать в полный рост. Лежать хотя бы всё ещё представлялось возможным. Правда, если вырасту ещё немного, то ноги начнут упираться. Могут ли они забрать меня из-за этого?

Шершавая и холодная стена привычно царапала кожу спины. Костлявым запястьям стало чуть легче от смены положения. Я вздохнула. Судя по тому, что спать не хотелось, сейчас шло время бодрствования. Интересно, сегодня нас покормят?

Я закрыла глаза, прислушиваясь к происходящему в коридоре. Слышны лишь шорохи из других тёмных камер идентичных моей. Разговаривать нам не разрешали, а нарушать правила обычно чревато избиениями, поэтому мы всегда сидели тихо. Постаралась различить звук шагов надзирателей, но ничего не вышло. Пространство неожиданно разорвал крик дикой агонии. Я непроизвольно вздрогнула. Снова началось.

Если бы у меня была возможность дотянуться руками до головы, то точно бы закрыла себе уши, но это невозможно из-за цепей. Приходилось слушать, как крики и скулёж отскакивают от пустых стен эхом. В голове звучал лишь один факт – сегодня там нахожусь не я.

В коридоре раздался шум тяжёлых шагов: кто-то подошёл к камере и открыл еë. Я подавила инстинктивное желание забиться в угол. Надзиратели этого не любили. На каменный пол полетел ключ, звонко об него ударившись. Дрожащими руками взяла его и поняла, что замёрзла. Мои пальцы почти не гнулись.

– Быстрее, номер 27, – слишком громко для этого места сказал мужчина.

Его голос разнесся в оглушающей тишине. Я постаралась поскорее избавиться от цепей и до крови расцарапала большой палец. Надзиратель недовольно цокнул языком. Как только цепи упали на пол, быстро выбралась из камеры. Спина отдалась болью, когда, наконец, смогла еë выпрямить.

Надзиратель протянул мне руку, и я вложила в его огромную ладонь ключ. Он толкнул меня в плечо, чтобы я шла вперёд по коридору. Ноги тоже затекли, поэтому от его толчка чуть не упала. Не сопротивлялась. Зачем вообще бороться, если исход предрешен? Крики из главного зала тоже затихли, но все знали, что это ненадолго.

Надзиратель открыл дверь из моего коридора, и меня ослепил свет от ламп с огнём. На секунду пришлось зажмуриться, и, видимо, я потеряла в скорости, потому что снова получила толчок в спину. Повернула голову и смогла рассмотреть того, кто сопровождал меня. Этот толстый и высокий мужчина с лысиной появлялся в коридоре каждые пять дней. Значило ли это для меня хоть что-то? Определённо. Этот надзиратель не любил шум и медлительность, но всегда нас исправно кормил. Значит, сегодня точно получу свою порцию еды. Если, конечно, меня не вели туда.

Обычно в ту комнату забирали сразу после сна. Я слышала, как надзиратели сегодня уже ходили по коридору. Интересно, кроме камер и длинных коридоров здесь ещё что-то есть? В этот раз они забрали мою соседку. За всё время мы с ней ни разу не поговорили, но чувствовала я себя тогда странно. Мне до головокружения было радостно от того, что выбрали не меня, но еë взгляд, который она кинула в мою сторону перед уходом, не выходил из головы. Неужели я тоже буду смотреть на кого-то в тот миг так обречённо, будто душа уже вышла из тела? Сердце тогда сжалось, но природу того чувства так и не поняла.

Наверное, хорошо работать здесь надзирателем. Я слышала, как они порой обсуждали что-то из совсем другой жизни. Многие их слова были мне непонятны. С ними у нас не было ничего общего, хоть мы похожи внешне.

Мы преодолели несколько светлых коридоров с другими незнакомыми надзирателями. С каждым шагом идти становилось всё труднее: мы приближались к главной комнате. Я отчаянно пыталась подавить внутреннюю дрожь. Со всех сторон слышались стоны от боли и страданий. Они сводили меня с ума. Ощущать магию, терпеть приступы, но не иметь никакого сродства со стихиями было отвратительно. Будь оно у меня, я хотя бы понимала, почему меня называют ведьмой… Я резко вздрогнула от своих мыслей. Это очень плохое слово. Даже мысленно его лучше не произносить.

Когда мы вышли в большое помещение, то сразу узнала большую резную дверь в противоположном конце, хотя ни разу не видела еë лично. Это была дверь в ту комнату. Я это чувствовала. От неë исходила настолько тёмная энергетика, что меня затошнило. Я сбилась с шага. Надзиратель повернулся ко мне, чтобы снова пихнуть, но тут дверь в ту комнату открылась. Из неë вышли трое надзирателей, а между ними извивалась в попытках вырваться девочка на пару лет младше меня.

Разве оттуда выходят живыми? Я как зачарованная смотрела на то, как трое огромных надзирателей никак не могли справиться с ней. Она укусила кого-то за руку, и тот надзиратель завопил от боли. Им надоело пытаться успокоить еë, поэтому они швырнули еë в стену. Глухой звук вышел крайне неприятным. Она кучкой свалилась на пол. Наши взгляды пересеклись. Еë жёлтые глаза и очень черные волосы показались мне знакомыми. Где-то точно их уже видела. Мой взгляд упал на мои собственные черные волосы. Какого цвета мои глаза? Вспомнить не получилось. Неожиданно девочка мне задорно улыбнулась, от чего я мгновенно оцепенела. Меня привёл в себя надзиратель. Он снова толкнул меня в плечо, заставив идти дальше. Что произошло потом с этой девочкой, я не увидела. Мы скрылись за очередным поворотом.

Шли недолго. Надзиратель остановился около одной из непримечательных деревянных дверей, открыл еë и затолкал меня внутрь. Там меня встретило тепло от камина, массивный стол и стройный мужчина в белых одеждах за ним. Он что-то чиркал, когда мы вошли, но сразу оторвался от своего занятия.

– Это она? – уточнил мужчина в белом у надзирателя.

– Верно, кон, – с почитанием отозвался тот.

Мужчина в белом улыбнулся и кивнул надзирателю на дверь. К моему удивлению, тот уважительно поклонился и вышел. Я осталась стоять посередине слишком горячей для меня комнаты.

– Ты знаешь кто я? – спросил мужчина.

Если бы мы не остались с ним только вдвоём, то я могла бы решить, что он обращается не ко мне. Его голос прозвучал мягко и спокойно.

– Священник, – кое-как выдавила я из себя слово.

Мой голос был глухим и хриплым из-за долгого молчания. Мы различны с этим мужчиной даже в этом. Я окинула взглядом свои локоны спутанных волос и чёрное платье, которое уже давно мне мало. Он же имел светлые волосы и чистое невинное лицо.

– Меня зовут Микаэль. Я являюсь коном в храме Шери, – дружелюбно отозвался он.

Я с трудом вспомнила, что у них там действительно есть такой храм. Иногда нам священники даже обряды проводили, хоть и считали нас совершенно и бесповоротно проклятыми. Опустилась тишина.

– Ты не хочешь что-нибудь узнать у меня? Например, почему оказалась здесь? – спросил мужчина.

– Я здесь, потому что меня проклял Бог Шери. Он наделил меня магией, отравляющей мою плоть и кровь, – отрешённо ответила я.

– О, ведьмы действительно являются проклятыми созданиями. Хорошо, что этой заразе подвержены только женщины. Правда, я думал ты спросишь о том, зачем тебя привели в эту комнату, а не расскажешь про ситуацию в целом. – Микаэль мягко рассмеялся.

Я начала чувствовать себя неловко. Мне редко выпадал шанс с кем-то поговорить и, наверное, поэтому, совсем перестала улавливать тонкие нити разговора.

– Зачем меня привели? – в итоге тихо спросила я.

– Скажи, ты знаешь, что происходит в центральном зале этого скромного центра? – вместо ответа спросил он.

– Очищение, – коротко ответила я и добавила, когда поняла, что от меня ждут более развёрнутого ответа: – наши грешные души там очищаются перед Богом.

Микаэль энергично закивал головой. Мой ответ его очень порадовал.

– Всё совершенно верно, но знала ли ты, что есть ещё один вариант очищения? Он более долгий, но такой же эффективный, – с энтузиазмом сказал кон.

Я отрицательно покачала головой.

– Конечно, не знала, – удовлетворённо произнёс Микаэль. – Однако именно тебе выпал шанс узнать о нём подробнее. Видишь ли, проявления твоей магии слишком слабые. Судя по записям, тебе уже почти исполнилось пятнадцать, а проявления случаются очень редко. Они не стабильны, поэтому нами было принято решение перевести тебя к роженицам. Не переживай, сначала будет обучение.

В дверь постучали, и я вздрогнула.

– Входите, – сказал Микаэль и в комнату вошла самая старшая из нас кого я только видела.

Девушка с короткими волосами и веснушками была на несколько лет старше меня. Она уважительно поклонилась кону.

– Как раз вовремя. Игритт покажет тебе твою комнату и объяснит детали. Надеюсь, ты справишься и скоро получишь имя, номер 27. – Микаэль мягко улыбнулся.

Я неловко кивнула ему и вышла в коридор вслед за Игритт. Поняла ли я хоть что-то из речи Микаэля? Определённо. Меня не отправляют в ту комнату сейчас. Значит, день всё ещё хороший.

Глава 2

Змея

Мы снова начали преодолевать коридор за коридором. Я отчаянно старалась не обращать внимания на стоны со всех сторон, но они уже начинали отдаваться болью в голове. Очень хотелось вернуться в тихую темноту.

Игритт продолжала молчать до тех пор, пока мы не вошли в один из тёмных коридоров. Надзирателей здесь уже не было.

– Если вкратце, то просто веди себя так же, как и до этого – тихо. Не выделяйся, не раздражай и не задавай вопросов. Следующие пару месяцев они будут решать: давать тебе имя или нет. – Игритт выпятила вперед подбородок.

Некоторое время мы шли в тишине, а потом она резко остановилась и открыла дверь в маленькую комнату с двумя подстилками. В этом помещении заметно холоднее, чем у Микаэля, но всё ещё теплее, чем в моей камере. Довольно комфортно.

Игритт внимательно на меня посмотрела и печально усмехнулась. Еë гримаса показалась мне странной. Такие как мы редко проявляли эмоции, но её даже в какой-то мере подходила ситуации. В моей памяти всплыла улыбка той девочки. Вот она действительно странная…

– Ты быстро схватываешь, значит, освоишься. – Игритт пожала плечами и села на подстилку.

Я последовала еë примеру и села на соседнюю. Она на ощупь оказалась чуть шершавой и мягкой. В комнате даже не было цепей. Значило ли это, что запястья у меня больше не будут болеть?

– Если ты считаешь, что тебе повезло, то нет. Наша ситуация ничем не лучше камерной, – шёпотом сказала Игритт. – Роженицы вынашивают и приводят в этот мир новых ведьм, которых потом отправляют в те камеры. Чтобы новые ведьмы были сильнее, священники дождутся твоего шестнадцатилетия, прежде чем поручат тебе выносить первого ребёнка. До этого момента пока далеко. Должно смениться несколько циклов надзирателей, чтобы прошёл месяц, а из нескольких месяцев будет складываться год.

Игритт села поудобнее и снова выпятила вперед подбородок. Я старалась слушать еë со всем вниманием.

– Сейчас тебя должно больше волновать имя. Его тебе может дать только ведьма, которая его уже имеет и знает, как дать другим. Как только ты его получишь, приступы боли прекратятся, – серьёзно произнесла она.

Мои глаза загорелись. Приступы у меня бывали редко, но чем старше я становилась, тем чаще они приходили. Точно знала, что рано или поздно они убьют меня. Правда, скорее всего меня отправят в ту комнату до того, как это случится. Если существовал способ избавиться от них, то он стоил всего вышеперечисленного. Какое мне дело до других, если это позволит мне жить без боли?

Игритт легла на подстилку и отвернулась от меня. Так я поняла, что разговор закончен. Осторожно легла на свою. Чувствовала себя непривычно, имея возможность вытянуться в полный рост и даже поднять руки. Интересно, почему Игритт была против такого очищения? По-моему, это куда лучше, чем возможность просто отдать свою душу в пользование Богу. Стоны тех, кто сделал это, не говорили мне ни о чем хорошем. От их энергетики посмертной агонии меня разве что мутить начинало.

Я на минуту закрыла глаза, а в следующее мгновение кто-то дотронулся до моего плеча. С ужасом подскочила и вжалась в стену. Игритт осторожно подняла руки вверх. Моё сердце всё ещё отчаянно колотилось. Неужели заснула?

– Время ужина, – сухо произнесла она.

Я кивнула и начала успокаиваться. Игритт посмотрела в сторону деревянных тазиков, что стояли в углу. Перевела на них взгляд.

– Сначала нужно привести себя в порядок. Бери один, и иди за мной, – сказала Игритт, взяла свой и вышла из комнаты.

Осторожно повторила еë действия. Мы прошли чуть дальше по тёмному коридору и вышли в помещение с озером. Там уже стояли несколько ведьм. Игритт кивнула им, а они ответили ей тем же. Никто не произносил ни слова. Заметила у стены надзирателя. Мужчина откровенно скучал.

Игритт подошла к воде и набрала немного в тазик. Сделала всё то же самое. Мы отошли от озера, позволяя другим к нему подойти, затем Игритт окунула в воду ладони и начала умываться. Я заглянула в тазик и вздрогнула. Так вот почему глаза той девочки показались мне знакомыми. Моё отражение обладало такими же жёлтыми глазами. Видела ли я ещё ведьм с такими же?

Кинула взгляд на Игритт. Еë глаза были серыми, как камень, и мало отличались от глаз надзирателей. Значит, мои яркие глаза не были отличительной особенностью всех наших. Поймала на себе хмурый взгляд Игритт и вспомнила, что не стала повторять за ней умывание. Немного смутилась, но окунула руки в холодную воду, которая после нескольких прикосновений к моему лицу начала чернеть.

После лица, Игритт сказала мне помыть голову. Волосы мои свалялись, поэтому распутывать их пришлось долго. Тем временем ведьм у озера становилось всё больше: видимо, Игритт привела меня сюда заранее. Другие ведьмы были куда старше нас двоих. У некоторых из них были раздутые животы. Интересно почему?

Ждать, пока я закончу с процедурами, Игритт не стала. Она наказала мне после мытья тела вернуться в комнату и ни в коем случае не влезать снова в моё чёрное платье. От холодной воды тело покрылось мурашками. Когда закончила, то уже не чувствовала пальцев на руках.

Дорогу назад нашла быстро. Отсутствие сзади надзирателя меня настораживало. Ранее мне никто не позволял ходить в одиночестве. Игритт уже ждала меня в комнате. Она молча впихнула мне в руки серый свёрток. Я развернула длинное и бесформенное платье. Оно было мне большим, значит, не будет натирать плечи и грудь.

Как только оделась, мы снова вышли в коридор и пошли куда-то. Через пару минут Игритт вывела нас в круглую комнату, в которой царил полумрак. На столах стояли тихие свечи. Светильники в коридорах надзирателей были в отличие от них слишком громкими.

Моя сопровождающая села за стол и махнула мне рукой, чтобы я повторила и это. Сразу же подчинилась. Рядом со мной сели несколько ведьм. Они внимательно изучали меня обычными глазами, но я спокойно встретила их любопытные взгляды. Среди них не было ни одной с желтоглазой. Почему меня так сильно взволновал этот цвет?

– Новенькая? – неожиданно спросила ведьма с волосами цвета грязи.

– Да, моя соседка, – раздражённо отозвалась Игритт, выпятив подбородок.

– Давно бы пора, а то из-за твоей хандры у всех проблемы. – Ведьма с карими глазами справа сморщила нос.

– Не вам меня судить, – ещё более грубо прошипела Игритт.

Ведьмы одновременно поморщились и отвернулись. В зал вошли еще несколько с большой кастрюлей, от которой шёл пар. Неужели еда будет горячей? Нам налили супа. Он и вправду оказался тёплым. День становился всё лучше и лучше.

Пока ела, заметила на себе чей-то внимательный взгляд и с осторожностью начала осматриваться. Когда столкнулась с еë глазами, замерла. Возраст ведьмы с чёрными волосами и яркими жёлтыми глазами определить не смогла. Значило ли это, что нет никакой связи у моего состояния и цвета глаз? Скорее всего. Однако мне опять стало не по себе. Та девочка была странной, а эта ведьма выглядела очень мрачной. К счастью, она быстро отвернулась. Мне стоило бы выбросить из головы весь этот бред, но почему-то разыгралось дурное предчувствие.

Глава 3

Змея

Я проснулась от безумно сильной боли. Внутренности переворачивались, а кости тянулись и ломались, нечем было дышать. Сердце упрямо колотилось, поддерживая во мне жизнь. Из глаз брызнули слезы. Меня вырвало.

Приступ закончился также внезапно, как и начался. Стало очень жарко: видимо, поднялась температура. Игритт даже не проснулась. Обычно у ведьм часто случаются приступы, но мои меня мучают раз или два за смену цикла службы надзирателей в моём прошлом коридоре. Я постаралась вспомнить то, о чем говорила Игритт. Судя по всему, приступы у меня происходили раз в неделю.

Осторожно поднялась на ноги. Заснуть уже не выйдет, и мне надо убрать рвоту с пола и с волос. Взяв второе своё серое платье, вышла в тёмный коридор.

Игритт вчера сказала, что прошёл месяц с моего пребывания здесь. Стоило бы запомнить этот промежуток времени. Жилось здесь лучше, чем в камере. Например, надзиратели редко появлялись в этом коридоре, да и крики из той комнаты до нас почти не долетали.

Мы практически ничем не занимались. Вставали утром, приводили себя в порядок, завтракали, потом мыли полы в коридорах надзирателей, вытирали пыль или готовили есть, затем снова приводили себя в порядок и шли на ужин. После него некоторые ведьмы куда-то уходили, а остальные возвращались в свои комнаты. Меня такой расклад устраивал, а вот Игритт скорее раздражал. Я заметила, что еë недолюбливают как ведьмы, так и надзиратели. В причинах всё ещё не разобралась.

Дошла до кладовки с тряпками, взяла одну и пошла к озеру. В коридоре было очень тихо, ведь все ещё спали. Намочила тряпку, вернулась в комнату и начала уборку. Игритт резко перевернулась на своей подстилке. Я вздрогнула, но она мне ничего не сказала. Спустя несколько секунд, поняла, что она всё ещё спит. Еë лицо исказилось, и она что-то пробормотала.

Я подозревала, что она спит плохо из-за еë бледного вида. Может стоит разбудить? Отложила грязную тряпку в сторону и подошла поближе к Игритт.

– Оставьте меня в покое… Я не хочу, – кое-как разобрала еë бормотание.

– Игритт? – позвала и прикоснулась к еë плечу.

Она резко села и распахнула глаза. Еë дыхание сбилось так же, как и моё при пробуждении сегодня. Она оттолкнула мою руку в сторону. Я вернулась к грязной тряпке, взяла еë и вышла, чтобы вымыть. Когда пришла обратно, Игритт уже делала вид, что ничего не произошло. Мы часто играли в эту игру, и я с удовольствием еë поддержала.

Дверь в нашу комнату открылась, заставив меня снова подпрыгнуть: один из надзирателей заглянул внутрь. Вспомнила, что видела этого худого мужчину в свой первый день здесь.

– Кон желает увидеть номер 27, – недовольно сказал он.

Тут же вышла из комнаты. Мужчина ещё что-то проворчал, но я его не расслышала. Мы начали свой путь по совершенно одинаковым коридорам. Чем ближе мы подходили к той комнате, тем больше мне становилось не по себе. Никто не кричал, но стоны душ снова начали вонзаться ножами в мою голову.

Когда вошли в кабинет Микаэля, я чувствовала себя почти так же, как и при пробуждении. Меня затошнило. Сегодня моя магия вела себя крайне нестабильно. Он снова сидел за столом и при моём приближении тепло улыбнулся. Надзиратель вышел.

– Слышал, тебя хвалят. Это просто замечательно, – начал разговор кон.

Кивнула на его фразу.

– Как тебе жизнь с Игритт? – спросил Микаэль.

– Хорошо, – сухо ответила я.

– Ты не заметила ничего странного в еë поведении? – с улыбкой уточнил он. – Например, еë ночные кошмары, настороженность или плохие отношения с другими?

Это определённо было странно. В мою голову закралась мысль о том, что меня не просто так поселили к ней. Неужели ожидали, что я буду им всё докладывать?

– Нет, – сказала я.

– Ты уверена? Поверь, я всего лишь пытаюсь помочь. Видишь ли, у неë никак не получается выносить ребёнка, и никто не понимает почему. – Микаэль печально вздохнул.

Что-то в его тоне мне совсем не понравилось.

– Я уверена, – твёрдо отозвалась я.

Улыбка кона дрогнула – он явно не на такой ответ рассчитывал. Опустилась тишина. Микаэль сверлил меня своими холодными зелеными глазами, я же решила молчать до конца. Чем бы Игритт не занималась, но сейчас я уверилась в том, что ему об этом знать не нужно. Его мягкий тон в разговоре со мной не делал нас друзьями или хотя бы просто равными существами.

– Очень хорошо, – в итоге процедил он.

Из той комнаты раздался душераздирающий крик. Приложила все свои силы, чтобы не вздрогнуть. Микаэль нахмурился. Кажется, его эти звуки раздражали. Внезапно раздался взрыв такой силы, что даже здесь книги покачнулись.

– Лорри! – гаркнул Микаэль.

В комнату заглянул тот надзиратель, что привел меня.

– Простите, это снова она, – виновато сказал Лорри.

Микаэль ещё сильнее нахмурился, а потом посмотрел на меня.

– Скажи мне, если бы я попросил тебя немедленно отдать душу Богу Шери, то что бы ты сделала? – серьёзно спросил он.

У меня внутри всё похолодело. Неужели, из-за того, что я ничего не рассказала ему про Игритт, он отправит меня туда? Усилием воли запихнула панику подальше. Может ещё не поздно всё рассказать? Эта идея столкнулась с его выжидающим взглядом. Мне показалась, что он готовиться порвать меня на куски.

– С удовольствием исполню вашу волю, – заученно ответила я.

Он ещё несколько секунд сверлил меня взглядом, а потом кивнул.

– Она не слушает нас, но может послушать кого-то похожего. Пусть номер 27 попробует её переубедить, – задумчиво себе под нос произнёс Микаэль.

Лорри поклонился ему, я повторила его действие, и мы вышли из кабинета. Смысл последней фразы кона дошёл до меня только тогда, когда осталась один на один с той яркоглазой девочкой, что сидела в одиночной камере с очень крепкими стенами.

Глава 4

Паук

Мои внутренности будто кипят и плавятся. Сердце бешено колотится, а пот льёт градом. Прекрасно осознаю, что температура тела зашкаливает. Как только у меня проявилось сродство с огнем, поняла, что мне суждено в нём сгореть. Тогда стоило сделать это ярко! Сдаваться не намерена: не хочу подчиняться, не хочу очищения, не хочу умирать. Почему вообще должна?

Мир не может состоять только из этих отвратительных камер и коридоров. У меня не было никаких доказательств того, что где-то ведьмы живут по-другому, а и у них не было доказательств существования их Бога. Эти мысли заставляют не сдаваться. Скоро они снова придут за мной.

Заслышав шаги в коридоре, усмехнулась: они никогда не заставляют себя ждать. В мою просторную камеру вошли трое. Двое надзирателей начали снимать цепи с моих запястий. Сжала руки в кулаки. Может немного с ними поиграть?

Закрыла глаза. Дышалось с трудом. Лихорадка больше не проходила, но сейчас это шло на пользу, ведь я отчётливо чувствовала жар своего тела. Если усилить его хоть немного, то тело загорится. Направила поток ближе к рукам, и пальцы закололо от резкого скачка магии.

Надзиратели по бокам успели заметить огонь и увернулись. Жаль, что не получалось сделать пламя больше кулака, однако надзирателям и этого хватило, чтобы забеспокоиться. Тот, что остался в центре, дал мне пощёчину. Концентрация сразу пропала, забрав с собой огонь. Голова у меня закружилась, а из носа заструилась холодная кровь.

Они подняли меня с пола. Покорно пошла в комнату за большими резными дверьми. Сейчас сопротивляться бессмысленно, потому что они сильнее, выше и крупнее. К тому же, скоро мне понадобится вся моя сила воли.

Мы вошли. Меня окатила тошнотворная энергия смерти. Яркий свет комнаты не совпадал с ощущениями. Под ногами захлюпала кровь – видимо, я сегодня здесь не первая. Постаралась не смотреть вправо. Обычно они именно там складировали бездушные искореженные тела.

Надзиратели уверяли, что после очищения ведьмы находят покой, но я в это не верила. Вряд ли кто-то ещё проходил через него и остался жив. Очищение? Вот ведь бред. Они доводили ведьм до агонии, ломали им кости, выжигали глаза, вырывали ногти, а потом вынимали душу и помещали в разные предметы и называли их шизе.

Учитывая моё сродство, из меня скорее всего пытаются сделать очередной светильник. Вот только если воля ведьмы не сломлена, то и переместить душу нельзя. Это я поняла довольно быстро. Пусть делают что хотят. Я не сдамся. Уж лучше сгорю от собственного пламени.

Они усадили меня в кресло и закрепили в нём цепями. Один из надзирателей взял в руки нож. Я усмехнулась. Несколько продолжительных пыток, а затем меня снова оставят в одиночестве до тех пор, пока всё не срастётся. Надо только вытерпеть. У меня получится. В первый раз было намного страшнее. Я закрыла глаза и расслабилась.

Напоследок снова призвала свою магию. К моему удивлению, она отозвалась быстро и сработала взрывом в помещении. С каждым разом выносить их действия становилось всё проще. Возможно, когда-нибудь они не рассчитают силу и действительно убьют меня, но не сегодня. Хотя, может, приступы справятся с этим быстрее. В любом случае моё время уже на исходе.

***

Руки и ноги ужасно болели. Пошевелить ими почти невозможно. Вспомнить, что надзиратели сделали со мной в этот раз не получалось. Если бы зацикливалась на пытках, то просто сошла бы с ума, а, может, и уже сошла, только не поняла этого. С тех пор, как впервые посетила ту комнату, меня поселили в отдельную укреплённую камеру. Иногда приходили священники, чтобы попытаться убедить меня в необходимости очищения, но результатов это не принесло. Больше ни с кем не разговаривала. Во всяком случае до сегодняшнего дня.

Я с любопытством осматривала девочку с желтыми глазами, которая стояла по ту сторону решётки моей камеры. Вспомнила о том, что мы уже с ней виделись. Зачем они привели еë ко мне?

– Привет? – мой язык кое-как шевелился, а в горле пересохло.

Она промолчала, упрямо смотря на пол. Я ей улыбнулась, а она вздрогнула. Странная реакция.

– У тебя красивые глаза, – сказала я правду.

Мне нравился их яркий цвет. Раньше с таким не сталкивалась. У всех глаза здесь довольно тёмные.

– У тебя такие же, – тихо произнесла она.

– Спасибо?.. – я попыталась вспомнить манеру речи надзирателей.

Девочка нахмурилась.

– Я говорю о том, что у тебя такие же ярко-жёлтые глаза, а не о том, что они красивые, – более уверенно пояснила она.

– Это тоже здорово, – ярко улыбнулась я.

Повисла тишина. Отчётливо видела, что она не хочет здесь находиться, но и уходить не спешит.

– Может, тебе стоит сделать то, зачем тебя послали? – задумчиво спросила я.

– Это бесполезная трата времени, – угрюмо ответила она. – Ни одно моё слово не убедит тебя в том, что стоит подчиниться им.

– А ты в это веришь? В то, что единственный верный путь – страдания? – неожиданно даже для самой себя спросила я.

Поднимать такие темы здесь – плохая идея. Впрочем, мне уже давно на это всё равно. Девочка промолчала. Она была не очень разговорчивой.

– Я не верю. Не хочу в это верить. Не хочу становиться чем-то другим, получать удары или ходить по этим длинным и жутким коридорам, – упрямо заявила я.

– Может тогда стоит умереть? – поддержала тему она.

– Ты можешь дать мне обещание, что тогда больше не будет больно? – отчаянно спросила я.

Наши взгляды пересеклись, и я прочитала в еë глазах ответ. Она не была уверена в том, что говорила. Я снова широко улыбнулась. Эта девочка мне нравилась.

– Ты странная, – неожиданно сказала она.

– Спасибо. – Усмехнулась я. – Раз не собираешься рассказывать про их Бога, то, может, расскажешь про себя? Ты же тоже ведьма, но на тебе нет цепей и рядом не ходят надзиратели. Почему?

Девочка ненадолго задумалась о том стоит ли вообще мне что-то говорить. Я молчаливо ожидала итога еë размышлений.

– Я сама плохо ещё в этом разобралась. Не так давно сидела в камере рядом с другими нашими. Приступы у меня случаются редко, хотя мне уже, по их мнению, слишком много лет, поэтому меня перевели к роженицам. Они вынашивают новых ведьм для очищения, – не очень понятно сказала она.

– И тебя это устраивает? – скривилась я, не услышав ничего хорошего.

Девочка снова задумалась, а потом на еë лице промелькнула тень улыбки.

– Я хотела спросить, есть ли у меня выбор, но твои поступки говорят сами за себя. Ты не сдаешься. Вряд ли я могу жить так же, – печально закончила она, обведя взглядом мою одиночную камеру.

– Может и не так же, но что-то точно можешь поменять. – Подмигнула ей.

Девочка замерла. Я почувствовала себя странно: с ней мне слишком комфортно. Будто мы во многом сходились, а в чём-то сильно разнились. Я была точно уверена в том, что она поняла то, о чем я говорила. Меня ещё никогда никто не слушал настолько внимательно. Хотелось поговорить с ней подольше, но дверь в мой коридор открылась и раздался низкий голос надзирателя:

– Номер 27, на выход, – гаркнул он.

Девочка вздрогнула, очнувшись от наваждения. Я снова ей улыбнулась, и она ушла, оставив меня наедине с мыслями и болью.

Глава 5

Змея

Я оказалась права. Та девочка самая странная из всех, кого я когда-либо видела, однако это было не из-за цвета еë глаз. Она скорее другая внутри, потому что думала иначе, чем все остальные. Я не могла сказать, что еë слова не логичны. Всё это заставляло меня чувствовать себя запутанной. Наш разговор глубоко засел в мою душу. Хотелось поговорить с ней ещё хотя бы раз, но меня больше туда не приглашали, ведь я не добилась того, чего они хотели.

Она была в очень плохом состоянии. То, что она жива, уже достижение. Ей недолго осталось, и это удручало. Меня впервые взволновала чужая жизнь. Вряд ли это хорошая новость в моём положении. Хотелось поговорить хоть с кем-то об этом, но Игритт не любила шум и вопросы, а с другими ведьмами так и не сблизилась. Приходилось молчать.

Жаль, что у меня не было ни единого способа повлиять на что-то. Даже если представить ситуацию, в которой смогу дать имя той девочке, то как бы я до неë добралась? Почему мне вообще приходят в голову подобные мысли? Я видела еë всего дважды. Почему она не выходит у меня из головы?

Ответ вскоре приснился. Это был очень глупый сон, в котором я стояла посередине пустоты. Она обволакивала меня, утешала и успокаивала. Чувствовала себя в ней практически невесомой. Впервые было так хорошо и уютно: никто не наблюдал за мной, не запирал и не стремился причинить боль. Могла даже уйти куда угодно и не получить сопротивление. Всё закончилось печально. Я проснулась со слезами на глазах.

Перевернувшись на другой бок, позволила себе выплакаться. Нельзя начинать надеяться на что-то, но та девочка пробудила во мне те чувства, которые отчаянно подавляла. Не думать об этом стало невозможно. В голову внезапно пришла мысль о том, что если я ничего не сделаю сейчас, то не решусь на подобное уже никогда.

Вопрос о том, что я могу, встал очень резко. Если бы у меня было хоть какое-то сродство со стихией, то можно было бы что-нибудь придумать, но за всё время моей жалкой жизни у меня не вышло ничего призвать. Наверное, я просто очень слабая ведьма. Значит, и помочь ничем не могу. Мне даже спрашивать о чем-либо других запретили.

– Эй. – Перед моим лицом кто-то щёлкнул пальцами.

Я захлопала глазами и уставилась на недовольную Игритт. Мы сегодня убирались в одной из комнат надзирателей, и я опять выпала из реальности. В последнее время мысли захватывали меня полностью.

– Ты протерла этот стол уже три раза. Он чистый, – пробурчала Игритт, выпятив подбородок.

Я заметила, что она делает так неосознанно, но этот жест всегда говорил о том, что она не потерпит препирательств. Пришлось сосредоточиться на своих руках и тряпке. Они лежали на небольшом пустом столе. Посмотрела на него так, будто вижу впервые. Игритт напряжённо вздохнула.

– Что с тобой происходит в последнее время? – неловко спросила она.

– Я… хотела бы узнать кое-что, – промямлила я.

– Дай угадаю, про Адериду? – вздохнула Игритт.

Удивлённо посмотрела, не поняв о ком она.

– Я про ведьму, на которую ты постоянно смотришь, – уточнила Игритт. – Думаю, ты всё равно узнаешь, так что можно и сказать. Да, всё верно.

Никак не могла понять сути разговора. Переключение произошло внезапно. Игритт говорила про взрослую ведьму с жёлтыми глазами. Сейчас она волновала меня меньше всего, но ранее я задумывалась была ли между нами хоть какая-то связь.

– Она меня выносила? – тихо уточнила я.

Игритт кивнула. Это кое-что объясняло. Например, еë мрачное настроение при моём приближении. Могло ли это также означать, что…

– Здесь есть ещё ведьмы с именем и жёлтыми глазами? – спросила я, полностью сосредоточившись.

– Я не видела. – Игритт продолжила мыть пол под кроватью.

Значит, вероятность нашего родства с той девочкой значительно увеличилась. Не замечать внешнего сходства между нами довольно глупо. Хотя всё равно сложно сказать менял ли этот факт хоть что-то.

Я решила вытереть полки у шкафа. Снова опустилась тишина. Слышно было только скольжение тряпок по поверхностям. Не знаю, что сподвигло задать этот вопрос, но я почти сразу пожалела о том, что спросила:

– Игритт, тебя всё здесь устраивает?

Я услышала звук глухого удара и повернулась к ней лицом. Игритт приложилась лбом об ножку кровати. Смотрела она при этом на меня настолько кровожадно, что мне захотелось прикусить язык. Она злилась и была чем-то сильно опечалена, а ещё напугана. Спустя секунду, Игритт кинула тряпку в таз с водой и вышла в коридор. Её реакция показалась мне странной, но вполне однозначной. Она не станет отвечать на мой вопрос.

Я вздохнула и пошла намочить свою тряпку. Окунула еë в воду и задела рукой тряпку Игритт. Меня как будто ударило чем-то. По телу пошла дрожь, комнату поглотила темнота, а в голове зазвучали голоса.

– Тварь, как ты посмела? – рычал чей-то мужской голос.

– Я ничего не делала. – Игритт задрала подбородок так высоко, будто пыталась не дать упасть слезам на щеки.

– Ложь. Ты намеренно убиваешь своих нерождённых детей! – продолжал кричать голос.

Послышался звук удара, от которого я вздрогнула.

– Нет, – тихо, но упрямо промямлила Игритт.

– Дай нам возможность доказать это, и ты будешь завидовать тем, кто уже прошёл очищение, – угрожающе сказал мужчина.

– Я ничего… не… делала. – У Игритт заканчивались силы.

Я отчётливо поняла одно – она врала. Всё прекратилось резко. Голова у меня закружилась, и я осела на пол. Что это вообще сейчас произошло? Я видела пару раз, как ведьмы со сродством к воздуху закрывали себе уши, но была уверена в том, что то, что я слышала происходило не сейчас и не здесь. Низкий голос Игритт там отличался, но был узнаваемым. Это произошло в прошлом? Может это очередной сон? Верилось слабо. Пальцы на руках у меня всё еще покалывало. Я ни разу не применяла магию, но это на неë похоже. Понимание этого факта сидело где-то глубоко внутри моей сущности.

Неужели сейчас я увидела и узнала то, что хотел знать Микаэль? Впрочем, это и на мой вопрос отвечало. Игритт совсем здесь не нравится. Я не смогла побороть любопытство и снова взяла еë тряпку в руки. Ничего не произошло. Может нужны какие-то условия? Какое тогда у меня сродство? Это совсем не похоже на стихийную магию.

Голова начала болеть ещё сильнее. Почему один ответ принёс ещё десять вопросов? Зато, если смогу разобраться, то найду способ помочь той девочке и, возможно, увижу наяву тот мир, который так чётко видит она. Мои руки неосознанно сжались в кулаки. Необходимо начать действовать.

Глава 6

Змея

Проблема первая: ни у меня, ни у той девочки нет имени. Если мне это мало чем угрожало в ближайшем будущем, то еë это скоро убьёт. Дать ей имя я не могу, значит, надо найти того, кто сможет. Ведь кто-то же должен знать, как это сделать?

В следующие пару дней я старалась прислушиваться к тихим разговорам. Конечно, никто не обсуждал нужную мне тему, но, по их словам, и интонациям мне удалось мысленно составить список тех, кто находится здесь давно. Они вели себя куда спокойнее и расслабленнее, чаще других давали советы и получали порции еды побольше. Внешне отличались от других мало, но скорее всего мы старели не так, как надзиратели, у которых после тридцати начинали появляться морщины.

Тех, кто подходил под все требования оказалось немного. Мой выбор пал на желтоглазую ведьму. Всё время моего пребывания здесь Адерида выглядела мрачной. Меня она избегала. Возможно, это могло мне помочь.

Проблема вторая: как поговорить с Адеридой? Наедине я оставалась только с Игритт, которая после моего вопроса опять замкнулась в себе. Кажется, даже еë кошмары ухудшились. Чувствовала себя немного виноватой из-за того, что как-то залезла в еë голову. Впрочем, совесть грызла меньше, чем любопытство. Проявления магии были для меня слишком интересными.

Сама со второй проблемой не справлюсь. Значит, Игритт должна мне помочь. Придуманный способ мне не нравился, но других вариантов не нашлось. То, что я узнала, уже могло погубить еë, но мне нужно что-то более весомое.

Отсюда вытекала третья проблема: как я могу это сделать, если совсем ничего не знаю о своей магии? За последние несколько дней попробовала себя в самых простых стихийных заклинаниях. Если бы у меня было сродство, то хоть что-то бы как-то откликнулось, но ничего не вышло. Это огорчало.

Пока размышляла над третьей проблемой, думала одновременно и о четвёртой: как незаметно выйти из нашего коридора и дойти до неё? Чтобы провернуть подобное надо знать маршруты надзирателей и время, по которому они проверяют коридоры. Для этого пришлось наблюдать – они всегда вели себя с нами расслабленно. Вряд ли кто-то мог бы догадаться, что творилось в моей голове.

Творилось в голове? Может это как-то связано с моим видением? Если бы я исчезла из комнаты даже на короткий промежуток времени, то кто-то бы заметил. Значит, я стояла там. Комната тоже скорее всего не изменилась и люди в ней не появлялись. Будь у меня такие возможности, то и приступы были бы сильнее. Могло ли всё услышанное происходить только в моей голове? Я не сомневалась в том, что Игритт когда-то пережила тот разговор. Может это отпечаток еë воспоминания? Даже если это так, то вопрос о повторении был открыт. Понятия не имела о том, как снова что-то услышать. К тому же, мне теперь нужна определённая информация, а не просто какая-либо.

Если смогу заставить Игритт и Адериду помочь, то мы получим имена, но что делать дальше? Выбраться отсюда не получится. У нас нет таких сил… или есть? Стоит ли надеяться на огонь той девочки? Если она не справится, то нас убьют, на этом всё и закончится. Может моя жизнь не так уж и плоха сейчас?

Ударила ладонями по щекам. Если меня захватят подобные мысли, то точно не решусь на то, что задумала. Прислушалась. Сейчас было время сна, поэтому было очень тихо. Для задуманного это лучшее время. Игритт мерно сопела на своей подстилке. Я сидела на своей и ждала, когда у неë начнётся кошмар.

Много времени не прошло. Дыхание Игритт стало тяжёлым и прерывистым. На сморщенном лбу начали появляться капли пота. Она стала беспокойно переворачиваться. Симптомы обычные. Я осторожно встала и села к ней как можно ближе. Если это сейчас не сработает, то даже не знаю, что можно ещё попробовать. Пару раз судорожно размяла пальцы, а затем осторожно положила свою руку на еë горячий лоб.

Магия откликнулась сразу же. Она потекла по венам к рукам, чтобы втянуть меня в другое помещение. На секунду растерялась. Новая комната была больше нашей и там стояла хорошая кровать. Сразу поняла, что я здесь лишь наблюдатель. Было не темно, но двое на кровати меня не заметили. Мужчина в таких же белых одеждах, как у Микаэля нависал над Игритт. Кровать под ними ходила ходуном. Он тяжело дышал. По комнате разносились какие-то непонятные хлопки.

Я решила подойти и рассмотреть поближе, но звук прекратился. Мужчина приблизил своё лицо к Игритт и прикоснулся губами к еë губам, а потом резко откинул голову назад.

– Грешница! – воскликнул он и наотмашь ударил еë по щеке.

Заметила, что на губе мужчины появилась кровь. Она его укусила? Перевела взгляд на Игритт. Она была растрепанной, раздраженной, но не сломленной. Даже с закреплёнными над головой руками, которые цепями крепились к каркасу кровати, Игритт смотрела на него со злостью и презрением. Это вызывало восхищение. Сейчас она была похожа на ту девочку. Думаю, у меня бы так не вышло. Мужчина снял с Игритт цепи и толкнул еë на пол.

– Иди в свою комнату, – произнёс он, завязал пояс на одеждах и вышел.

Игритт ещё пару секунд просидела на полу. Еë била мелкая дрожь. Она злилась и ощущала свою беспомощность. Знакомые эмоции. Затем неловко поднялась и вытащила из-под кровати своё серое платье, но до того, как начать одеваться, она приложила руку к животу. Я скорее почувствовала еë магию, чем увидела. Всё закончилось быстро. Игритт оделась и направилась к выходу. На полу осталась белая лужица, которая очень быстро высыхала под влиянием еë водной магии.

Меня выкинуло из еë сознания. Голова разболелась, начало тошнить, но я подавила этот порыв. Из увиденного поняла мало, но этого хватило для выводов. Игритт действительно мешала себе выносить ребёнка магическим путём. Это должно оставить на ней свой след. Я переместила руку с еë лба к низу живота и почувствовала отголоски магии. Об этом могла бы рассказать любая ведьма, но видимо их не спрашивали. Во всяком случае пока.

Игритт резко схватила меня за руку. Я вздрогнула, но не отодвинулась.

– Ты что делаешь? – прошипела она.

– Отпусти. Я уже всё знаю, – коротко ответила я.

– Ты о чем? – удивлённо спросила Игритт.

– Обо всём. – Я внимательно посмотрела на еë живот.

Игритт побелела и отпустила меня. Повисла тишина. Она пыталась совладать со своим паническим ужасом, а я просто ждала.

– Расскажешь им? – в итоге выдавила Игритт из себя вопрос.

– Нет… Возможно, – многозначительно ответила я.

– Чего ты хочешь? – быстро сообразила Игритт.

– Хочу поговорить с Адеридой наедине, – выдвинула свои требования.

– Это сложно… – задумчиво сказала Игритт.

– Вся эта ситуация сложная, – непреклонно ответила я.

Игритт медленно кивнула.

– Хорошо, я устрою вам встречу, но…

– У меня нет желания докладывать им хоть о чём-то, – резко прервала еë опасения.

Снова опустилась тишина. Я почувствовала себя неловко. Если бы время не поджимало, то выбрала бы менее болезненный способ. Мне не по нраву залезать в чужую душу.

– Мне тоже здесь не нравится, и я также пытаюсь сражаться. Только по-своему, – тихо произнесла я.

Игритт сделала вид, что меня не услышала. Что ж… Главное то, что я добилась нужного результата. Если всё пройдёт хорошо, то возможно она когда-нибудь сможет меня простить.

Глава 7

Змея

План продвигался медленнее, чем хотелось. Подготовить момент для разговора даже для Игритт оказалось сложной задачей, зато я смогла узнать, когда проверяют коридоры. Учла и походы девочки в ту комнату. Знать о том, что там происходило мне не хотелось. Хватило и вида еë поломанных конечностей, ожогов и шрамов.

Я стала лучше понимать свои магические способности. Они сильно отличались от обычных, да и пришли слишком поздно, но подходили мне. Залезть в голову кого-нибудь можно через прикосновение. Длилось это недолго, а потом у меня начинала болеть голова. Приступы ухудшились. Ещё заметила, что мне довольно просто чувствовать эмоции окружающих. Возможно ли, что моя магия не проявлялась только потому, что я не могла ранее контактировать с другими?

– Номер 27, иди сюда! – гаркнул один из надзирателей, когда я вышла к воде сегодня утром.

Безропотно подчинилась. Мужчина окинул меня скучающим взглядом. Ему совершенно не хотелось работать.

– За мной, – проворчал он.

Спустя пару минут, поняла, что меня ведут в комнату Микаэля, и это наблюдение меня не обрадовало. Что ещё он от меня хочет? С каждым шагом в душе нарастало плохое предчувствие. Его природу поняла, когда мы подошли к той комнате. От неë всё ещё сквозило болью и отчаянием, но было тихо. Слишком тихо…

– Разве сегодня еë туда не повели? – спросила до того, как успела подумать.

К счастью, сегодняшний надзиратель не был настроен агрессивно.

– Номер 4 больше не будет посещать комнату очищения, – кратко ответил он, а я прикусила язык.

Неужели уже поздно? Что если она умерла? Но мужчина не говорил о ней в прошедшем времени. Странно, что он вообще понял о ком я и решил ответить. В прострации дошла до комнаты Микаэля и зашла внутрь. Он, как обычно, широко мне улыбнулся, а я поняла почему чувствовала себя некомфортно. Каждый его жест был насквозь пропитан фальшью. После того, как проснулась магия это стало очевидным.

– Привет. Как самочувствие? – без интереса спросил он.

– Всё хорошо, – ответила я.

– Это замечательно. – Его улыбка стала ещё шире. – У меня для тебя есть отличные новости. Твой испытательный срок закончен, и скоро ты получишь имя.

– Спасибо, – выдавила из себя слово.

Почему-то идея не оказывать сопротивления теперь воспринималась мною негативно. Микаэль впервые искренне обрадовался. С отвращением осознала, что ему нравилась моя беспрекословность. Я поняла, что сейчас он собирается закончить наш маленький разговор.

– А что случилось с номером 4? – с бунтарским духом, спросила я.

Микаэль чуть прищурился. Мой вопрос ему не понравился, но затем он смягчился. Моё смирное поведение ранее усыпило его бдительность.

– Было решено отказаться от попыток очистить еë душу здесь. Если уж она решила умереть грешницей, то придется отправить её в главный храм, – наигранно печально сказал он.

У меня в душе всё похолодело. Время неожиданно утекло сквозь пальцы, но она ещё была жива. Мне нужно поторопиться.

Я кивнула Микаэлю, и он позволил мне уйти. С трудом удерживалась от того, чтобы не сорваться на бег, когда мы возвращались к комнатам рожениц. Нельзя привлекать ненужное внимание. Итак достаточно уже вопросов задала.

Как только надзиратель меня покинул, я сразу вернулась в комнату. Там застала Игритт на подстилке. Она о чём-то напряжённо думала.

– Мне нужно поговорить с Адеридой сегодня. Ещё лучше – прямо сейчас, – серьёзно сказала я.

Игритт встретила мой взгляд и кивнула.

– Как раз хотела это тебе предложить, – безразлично и упрямо произнесла она.

Мысленно прикинула план и время обхода. Если у меня не получится уговорить Адериду помочь сегодня до его начала, то всё для нас закончится так и не начавшись.

План Игритт был простым, но сработал чётко и без проблем. Вчера была наша очередь готовить еду. Она умудрилась что-то подсыпать соседке Адериды, а сегодня сделала вид, что и ей самой плохо. На счёт порошка решила ничего не спрашивать. Что-то мне подсказывало, что его Игритт достала с огромным трудом. Самым главным было то, что надзиратель немного проворчал, а потом объединил меня и Адериду для уборки в комнатах.

Она этому была совсем не рада. Её эмоции были слишком запутанными, чтобы я могла их правильно понять, однако, они негативные. В моей душе начала подниматься злость. Если Адерида действительно выносила меня и её, то почему она не предприняла ни одной попытки помочь нам? Сколько здесь вообще внешне таких же, как мы?

Под взором надзирателя взяла тряпку и начала мыть полы. Мужчина ещё пару минут постоял в дверях, а потом ушёл. Я резко выпрямилась и посмотрела на Адериду, заставив ту вздрогнуть. Она сразу потупила взгляд. Меня это разозлило ещё больше.

– Е-если ты хочешь обвинить меня в чём-то, то сейчас самое время, – тихо произнесла она.

Я сделала пару вдохов и выдохов. Сейчас не время и не место для того, чтобы поддаваться эмоциям. Потом точно ей всё выскажу.

– Не до того, – сухо ответила я. – Ты знаешь о том, что в ближайшее время они собираются убить ту… мою младшую сестру?

Произносить вслух свои мысли и переживания было тяжело. Адерида снова вздрогнула. Я почувствовала еë смятение. Этот разговор заставлял её смутиться, что ей не нравилось.

– И чего ты ждёшь от м-меня? – она постаралась придать голосу безразличие.

Получилось у неë плохо, потому что я наблюдала настоящий всплеск эмоций. Бессилие, страх, стыд и очень много вины. Безразличием там и не пахло. Я неожиданно поняла, что вполне смогу еë уговорить.

Адерида привыкла подчиняться другим. Она всегда так жила. Возможно, если бы я не встретилась с сестрой, то и сама бы жила так же. Просто пыталась бы игнорировать то, что не касалось меня напрямую.

– Мне нужна помощь, – прямо ответила я.

Адерида промолчала. Ей становилось всё страшнее.

– Я хочу, чтобы ты дала мне и сестре имя. Сегодня. Сейчас, – напористо продолжила я.

– Н-но… – начала она, но я не дала ей договорить.

– Хочешь продолжить так же? Интересно каково это: жить здесь, рожать, а потом наблюдать, как из детей убивают? Забавное зрелище? – эмоции всё-таки взяли надо мной вверх.

– Ты ничего не понимаешь. Если бы я этого не д-делала, то они бы убили меня. – Адерида разозлилась.

– Ошибаешься. Я как раз понимаю, но не принимаю. Не хочу жить так, как они мне говорят. А ещё больше этого не хочет сестра и сегодня они убьют еë за это. – Я постаралась успокоиться.

Во мне говорили скорее не мои чувства и стремления, но эмоции сестры позволяли мне идти дальше. Я чувствовала эту необходимость. Адерида снова вздрогнула и замолчала. Мне многое хотелось ей сказать, но я понимала, что не стоит добавлять ещё хоть что-то. Она дала нам жизнь и сейчас её решение может позволить нам жить дальше. Адерида посмотрела на меня такими же яркими глазами, как и мои собственные. Ещё до того, как она открыла рот, я знала ответ.

– Я дам вам имена, – серьёзно произнесла она.

Еë эмоции смешались. Могло ли еë тоже достать такое положение дел или всё именно из-за моих слов?

Глава 8

Паук

Уже не помню, когда в последний раз видела кого-то живого. После прихода яркоглазой меня ещё раз водили в ту комнату, но быстро поняли, что ничего не изменилось. Я всё ещё не хотела сдаваться. С тех пор меня закрыли в камере и не приносили ни еды, ни воды.

Горло нещадно жгло, а губы пересохли. Била дрожь лихорадки, но я жива. Пришло осознание того, что мне осталось совсем недолго. Смогу ли я завтра проснуться? Неужели это конец? Умру вот так, ничего не добившись? Стоило ли тогда моё упрямство хоть чего-то? Нет, точно стоило. Пусть никто и никогда о нём не узнаёт, но я осталась верна себе.

Глаза защипало. Если бы в моём теле ещё осталась вода, то расплакалась бы от жалости к себе. От этого стало стыдно, но что я могла сделать? У меня нет сил вырваться. Будь у меня хоть один реальный шанс, то всё сложилось бы по-другому. Как же хотелось увидеть мир, в котором ведьмы живут свободно, но он нереален. Наверное, пришло время сдаться и уйти…

Я услышала шаги в коридоре, но даже голову не подняла. Вытащить душу всё равно им не позволю. Моя лихорадка достигла пика. Возможно, мы даже до той комнаты дойти не успеем.

– Надеюсь, ты ещё не сошла с ума окончательно. – Услышала знакомый голос, который заставил меня встрепенуться.

На меня спокойно смотрела та девочка, с которой мы ранее разговаривали. С трудом улыбнулась ей.

– Кто знает, – неопределённо ей ответила и перевела взгляд на ведьму постарше.

У неë тоже были жёлтые глаза и чёрные волосы. Они с ведьмочкой очень похожи. Эта женщина тоже ведьма? Скорее всего да, но как они сюда смогли прийти вдвоём? Я встретилась со старшей взглядом. Она тут же отвела глаза в сторону, будто не хотела на меня смотреть.

– У нас мало времени. – Привлекла к себе внимание ведьмочка. – Ты можешь порвать цепи и подвинуться к решётке?

– Зачем? – с любопытством спросила я.

– Я дам вам имена. Тогда п-приступы прекратятся, – тихо ответила ведьма.

Ненадолго задумалась, а затем кивнула.

– Дайте имя сначала ей. – Кивнула в сторону ведьмочки.

– Нет, твоя лихорадка…

– Мне казалось у нас мало времени, – упрямо и нагло прервала еë.

Она нахмурилась, но повернулась лицом к женщине. Старшая ведьма закрыла глаза и положила руку в центр своей груди. Появился слабый желтый свет. Она начала отдалять руку, будто вытаскивая что-то. Через секунду у неë в руках появилась книга с серым рисунком.

– Это гримуар, – пояснила она, будто это что-то объясняло.

Ведьма открыла его. По помещению прошёлся звук шуршания страниц, он даже немного успокаивал. Она положила руку внутрь гримуара и сосредоточилась. Около ведьмочки вспыхнул огонёк, чуть правее из кладки на стене выбился камень, потом я почувствовала лёгкое дуновение ветра слева от неë, а сзади начала капать вода. Стихии образовали круг, а женщина завершила его своей магией.

– То, что потеряно, пусть будет найдено. – Пространство в комнате задрожало. – Я открываю поток и вплетаю новую судьбу.

Голос у женщины стал совсем нереальным. Он будто отражался миллионы раз от стен и возвращался с такой же силой обратно. Глаза ведьмочки были широко открыты. На полу что-то заструилось. Присмотревшись, поняла, что это змеи: я видела их только однажды в той комнате и наше знакомство было неудачным. Их появление отвлекло, что позволило сосредоточиться на своей проблеме. Мне всё ещё нужно было избавиться от цепей. Сжала руки в кулаки до боли, но магия никак не хотела подчиняться. Усилила хватку. По рукам заструилась кровь. Появилось знакомое покалывание, и я направила его на цепи. Действовало слабо, но я почувствовала, как цепи потихоньку плавятся.

– Отныне имя твоё – Медуза. – Прорезал пространство голос женщины.

Она дотронулась до лба ведьмочки, и всё резко пропало. Медуза ошарашенно осматривалась вокруг. Потом она посмотрела на свои руки, словно искала что-то. Мне хотелось понаблюдать ещё, но в этот момент одна цепь спала, и я чуть не упала вперёд. Резкое движение в скованной левой руке отдалось болью и цепь на ней тоже порвалась, оставив ожог. Одним шрамом больше, одним меньше – роли не играло. Я подползла вплотную к решётке. Ведьма посмотрела мне в глаза и приготовилась снова начать ритуал.

Вокруг образовался такой же круг из стихий. Моя магия откликнулась на него настоящим пожаром, только в этот раз он не обжигал, а скорее обволакивал. Он подчинялся мне и моей воле.

– То, что потеряно, пусть будет найдено. – Голос женщины проник в меня, заставив дрожать. – Я открываю поток и вплетаю новую судьбу.

Меня обдало жаром такой силы, что пришлось зажмуриться. Именно в тот момент всё изменилось. Магия была повсюду, и я еë чувствовала. Пламя свечи в далёком коридоре, тепло от тел двух ведьм рядом и жар от моего внутреннего огня. Они различались, но в то же время были едины. Я – часть целого, а целое – часть меня. Этого не разорвать и не стереть. Так было правильно.

Пол под ногами пришёл в движение, и маленькие чёрные создания на тонких лапках окружили меня. Я смотрела на мир их глазами, а они моими. Мы были также едины друг с другом, как и магия с окружающим миром. Впервые в жизни мне стало так легко и хорошо.

– Какого дьявола здесь происходит? – мужской голос заставил нас всех вздрогнуть.

В коридоре стоял один из надзирателей и ошарашенно наблюдал за нами. Первой очнулась ведьма.

– О-отныне имя твоё…

Быстро начала произносить она, а надзиратель вздрогнул от еë голоса. Он подлетел к ней и схватил за волосы, оттащив от решётки.

– Совсем страх потеряла? – рявкнул мужчина и приложил еë головой об стену.

Из носа у ведьмы тут же пошла кровь. Надзиратель вытащил из-за пояса нож. Она попыталась вырваться, но он оказался быстрее. Надзиратель воткнул ей нож в живот. Она издала тихий вздох и упала на пол. Он повернулся лицом к бледной и оцепеневшей Медузе. Надзиратель с перекошенным от гнева лицом попытался сократить между ними расстояние, но ведьма неожиданно схватила его за ногу.

– Окончательно сдохнуть захотела? Что ж, исполню эту волю, – произнёс он и снова занёс нож над головой.

– Стой! – отчаянно крикнула Медуза, и он… остановился?

Надзиратель буквально замер, дрожа всем телом. На лбу Медузы выступили капли пота от сосредоточенности. Она его контролировала? Как?

Ведьма отпустила надзирателя и тяжело привалилась спиной к решётке. Дышалось ей с трудом. Левой рукой она пыталась прикрыть рану, но крови с каждой секундой становилось всё больше. Она вытянула вперёд правую руку и дотронулась кровавыми пальцами до моего лба.

– Арахна, – выдавила она из себя и потеряла сознание.

Мир вокруг приобрёл чёткость. Магия переполняла меня и пространство. Внутри разливалось приятное тепло. Положила руку на грудь. Пальцы неожиданно нащупали не кожу, а что-то твёрдое и холодное. Лёгким движением руки, я достала гримуар. Он был ярким и похожим на огонь. Повторив движение ведьмы, открыла книгу, но она оказалась совершенно пустой. Что это значит?

Надзиратель начал содрогаться всём телом. Что бы Медуза не делала, все тщетно: она начала терять контроль над происходящим. Я положила руку внутрь гримуара. События начали происходить стремительно. Мужчина вырвался и сделал шаг к Медузе. Она попятилась. Вокруг меня начали появляться искры, и тут я увидела огонь внутри себя. Он был не таким большим, как казалось ранее. Вспомнила свою лихорадку и попробовала усилить настолько, чтобы сжечь всё дотла. Магия отозвалась мгновенно. Она вспыхнула в воздухе, прошла через меня и снесла решётку, впечатав надзирателя в стену. Мужчина истошно заорал, но времени у него было мало. Огонь пожирал его так, как до этого меня, но теперь пламя стало ненасытным. Кожа на лице надзирателя начала обугливаться. Неприятный запах жареного заполнил помещение, а через пару секунд надзиратель упал замертво.

Я вышла из своей камеры, подошла к ведьме. К сожалению, еë тепло угасало. Я поднесла руку к еë лицу, и осторожно закрыла остекленевшие глаза. Она уже не дышала. Медуза приблизилась к нам и окинула её печальным взглядом.

– Что дальше? – спросила я у неë.

– Не знаю. Мой план закончился примерно на этом моменте, но, думаю, что нам стоит выбраться отсюда как можно скорее, – ответила она.

Я ненадолго задумалась.

– Не хочу, – произнесла в итоге.

Медуза опешила. Кажется, у неë даже всё слова исчезли.

– Нельзя оставлять здесь других, – категорично заявила я.

Медуза нахмурилась.

– Арахна…

– Хана, – резко прервала еë. – Арахна звучит слишком длинно. Кстати, можно звать тебя Меди?

– Не переводи тему, – раздражённо произнесла Меди. – Ты считаешь, что у нас есть возможность реализовать твой план?

– Это не план. Скорее просто желание. – Я пожала плечами. – Однако теперь я собираюсь делать только то, что хочу. Ты со мной?

Я протянула ей руку и широко улыбнулась. Меди напряжённо вздохнула, но взяла мою руку в свою. Этого вполне достаточно для ответа.

Глава 9

Змея

Ситуация окончательно вышла из-под контроля – находиться с двумя трупами в коридоре не входило в мои планы. Ещё раз кинула взгляд на Адериду. Мне было жаль еë. Полагаю, пару минут назад она спасла мне жизнь. Причин этого поступка я не поняла. Ей столько лет не было до нас дела, так почему она решила измениться сейчас? Из-за нашего разговора? Думаю, я этого уже никогда не узнаю.

Вокруг меня всё ещё вились различные тонкие нити. Откуда они исходили и куда шли непонятно. Магия всё ещё оставалась для меня загадкой, но я точно могла как-то влиять на людей. Мой взгляд упал на Хану. Ей не терпелось выйти отсюда, и она нервно ходила по коридору туда-сюда. Пришлось заставить еë немного подождать, так как надо переварить случившееся. Если что-то пойдёт не так, то я скорее всего не смогу ничем помочь сестре. Моя магия была слишком слабой. Хана перестала ходить из угла в угол и решила рассмотреть свой гримуар. Я положила руку на грудь, но ничего не произошло.

– Как ты это сделала? – тихо спросила я.

– Сделала что? – не поняла она меня.

– Вытащила гримуар, – уточнила я.

Хана задумалась, а потом пожала плечами.

– Это само собой получилось, – ответила она.

Меня такой расклад не устроил. Я попыталась сосредоточиться, но снова ничего не вышло. Что я делаю не так? Может не все могут его вытащить?

– Это так странно, – отвлекла меня Хана.

– Что именно? – сразу насторожилась я.

– Здесь что-то появилось. – Она указала на страницы гримуара.

Я подошла к ней ближе и увидела на страницах линии и круги.

– Это похоже на то, что я сделала. Взяла энергию с одного места, – Хана указала на линию и провела пальцем по ней через круги, – и перевела в другую.

Действительно стоило бы обдумать все получше, но сейчас совсем не до того. Наши шансы даже с магией не так уж велики. Интересно Хана сможет повторить то, что сделала? Да и смогу ли я?

– Меди, посмотри! – снова окликнула меня Хана.

Она приложила руку к странице с каракулями, которая от этого засветилась. Около неё начали вспыхивать маленькие огоньки.

– Я не вливаю магию, но оно уже откликается! – с диким восторгом сказала она.

Мне в голову пришла идея. Я подошла ближе к ней и положила руку на еë. Искры сразу пропали. Значит, использовать страницы может только владелец гримуара? Как много непонятного. Я снова приложила руку к груди. Ничего не происходило.

– Может он тебе не нужен? – спросила Хана.

– Ты о чем? Если бы был не нужен, то я бы не пыталась его вытащить, – пробурчала я.

– Я о том, что не так уж нужен, – задумчиво высказалась Хана.

Теперь задумалась я. В чём-то она была права. Адерида и Хана вытащили его, когда собирались колдовать. Я сосредоточилась и попыталась призвать свою магию. Нити вокруг натянулись. Моя рука на груди нащупала что-то твёрдое. Через секунду гримуар уже оказался у меня в руках. Он был куда темнее, чем у Ханы, но размер и толщина совпадали. Я открыла его и заметила страницу с похожими кругами. Больше там ничего не было. Это то заклинание, которое я недавно использовала?

Скоро мне предстояло это выяснить. Одна из нитей затряслась – сюда кто-то шёл. Я напряжённо повернулась лицом к проходу. Хана заметила моё движение и тоже насторожилась. Услышав звуки в коридоре, сразу напряглась: каждый шаг надзирателя отдавался натяжением в пространстве.

– Чего?! – воскликнул он, когда увидел происходящее, но я не дала ему подумать лучше.

Как только положила руку на страницу гримуара нити застыли, а надзиратель замер. Узнала в нём Лорри. Он посмотрел на меня с диким ужасом в глазах. От неожиданности чуть не убрала руку со страницы. Магия поддалась настолько быстро и охотно, что это даже меня испугало.

– Вот это да, – восхищённо произнесла Хана.

– Так… Ладно. Я его остановила, – напряжённо сказала я больше самой себе, чем Хане.

– Ты можешь заставить его делать что-нибудь? – спросила она.

– Знать бы как. – Я Нервно хихикнула.

Лорри смотрел на меня, а я на него. Я ужасно боялась убрать руку с гримуара. Вдруг заклинание отменится. Что теперь делать то вообще?

– Попробуй его попросить. – Хана пожала плечами.

– Эм… Повернись, – неловко произнесла я.

Ожидаемо, ничего не произошло. Хана задумалась. Моё внимание вновь привлекли нити. Может надо что-то с ними сделать? Я попыталась перехватить гримуар так, чтобы освободить руку, но ничего не вышло.

– Хана, можешь попробовать потрогать нити? – попросила я.

– Какие нити? – огляделась она.

Я удивлённо на неë уставилась.

– Они здесь повсюду. Ты их не видишь?

Хана отрицательно покачала головой. Я вздохнула. Значит, придётся оторвать руку от страницы. Осторожно сместила еë к обложке. Лорри всё также продолжал смирно стоять. Я резко оторвала руку и приготовилась вернуть еë обратно, но ничего не случилось. Заклинание продолжало действовать. Интересно, сколько так я смогу его удерживать? Заметила, что у меня снова начинает болеть голова.

Нити на ощупь оказались мягкими и упругими. Заметила, что некоторые из них прикреплялись к Лорри. Осторожно провела по ним пальцами. Надзиратель никак не отреагировал. Я сжала их в кулак и чуть не упала от нахлынувших воспоминаний Лорри, потому что в голове пронёсся его день всего за пару секунд. Он встал, умылся, оделся, позавтракал с другими надзирателями, обход, отвёл одну из ведьм в ту комнату и… Крики, запах горелых тел, мольбы. Я резко отпустила нити. Хана помогла мне устоять на ногах. Голова начала пульсировать от боли. Нам надо что-то предпринять…

– Кажется, ты так долго не сможешь. – Хана кивнула в сторону Лорри.

До того, как я ответила, она приложила ладонь к своему гримуару, и надзиратель загорелся. Он так и не издал ни звука, а потом тело с тихим звуком упало на пол.

– Предлагаю изменения. Я атакую, а ты поддерживаешь. Давай просто всё здесь очистим, – серьёзно произнесла Хана.

После увиденного в воспоминаниях Лорри во мне исчезло всё чувство сострадания к надзирателям, хотя его и раньше было немного – пора им ответить за то, что они делали всё это время. Полагаю, с гримуарами и внезапностью у нас были шансы, но медлить нельзя. Я кивнула в ответ на слова Ханы.

Глава 10

Паук

Полагаю, Меди волновалась за нас обеих. Выглядела она очень напряжённой. Я же не переживала совсем: гримуар в руках придавал мне чувство уверенности и окрыленности, а магия вокруг только поддерживала это ощущение. У меня даже ничего не болело. Не могла сейчас вспомнить, когда в последний раз так хорошо себя чувствовала, впрочем, это не важно. Я бодро зашагала по коридору к двери, а Меди поплелась следом. Мне пришлось очень постараться, чтобы подавить в себе желание снести дверь так же, как решётку до этого. Магия просто бурлила внутри. То, что я сделала, никак на меня не повлияло. Значит, было даже не близко к пределу. Что вообще я бы смогла сделать с помощью такой магии? Сожалений во мне не было. Надзиратели сами виноваты.

Мы выглянули в другой коридор – пусто и светло. Меди перекосило. Я удивленно на неё посмотрела, но она лишь отмахнулась. Мы быстро преодолели этот коридор и остановились у очередной двери.

– Там много людей, – тихо произнесла Меди, схватив меня за руку.

Кивнула ей и резко толкнула дверь. Она открылась с оглушительным грохотом. Перед глазами оказалось помещение с дверью в ту комнату. Нахлынувшая тёмная энергия отдалась тошнотой. Голова у меня закружилась, но сейчас нельзя было поддаваться ощущениям. На нас хмуро уставились четверо надзирателей. Я призвала огонь до того, как они успели хоть что-то сказать. Один из них вспыхнул. Его крики заставили других очнуться: мужчины выхватили своё оружие и начали наступать на нас. Сердце начало колотиться быстрее, пальцы закололо. С улыбкой на лице, перенесла пламя с одного на другого, заставив уже четвертый труп за сегодня упасть на пол.

Второй мужчина истошно закричал, а третий кинулся на меня, но дойти так и не смог. Меди, стоящая за моей спиной, остановила его. Четвертый замешкался у стены и тоже умер от огня. Я хотела помочь Меди, но оказалось, что она уже разобралась со своей проблемой. Третий надзиратель тоже лежал на полу с ножом в груди. Меди тяжело дышала.

– Не спрашивай, – глухо попросила она.

– Хорошо. Разговоры будут потом, – согласилась я.

Неожиданно по всем помещениям разошелся громкий и надрывный звон. Нам пришлось зажать уши руками. Через секунду Меди подскочила ко мне почти вплотную. Из всех проходов начали появляться надзиратели и священники. Один из мужчин в белом вышел вперёд и улыбнулся нам. От этого его жеста у меня по спине мурашки побежали…

– Номера 27 и 4, не объясните, что здесь происходит? – чересчур дружелюбно спросил он.

Я хотела ответить, но Меди схватила меня за руку, останавливая. Выглядела она очень серьёзной, поэтому спорить с ней не стала.

– Очищение, – коротко ответила она ему.

Мужчина нахмурился. Еë слова ему не понравились.

– Не совсем понимаю, о чем ты, – приторно произнёс он.

– По-моему, всё очевидно. Разве вы не рассказывали нам про пламя очищения? – продолжила гнуть своё Меди.

– Ведьмовское пламя не может быть священным, – резко и грубо отозвался мужчина. – Сам Бог Шери признал магию грехом.

Его лицо перекосило от гнева. Вот это, по-моему, ему подходило больше. Смотрелось естественнее.

– Простите, но, кажется, я забыла при первой встрече упомянуть о том, что я не верю в вашего Бога, – на удивление едко сказала Меди.

Тот мужчина состроил такую презрительную физиономию, что я рассмеялась. Мы были окружены, но у меня появилось чёткое ощущение того, что они ничего не смогут нам сделать. Ощущение свободы и безнаказанности наполнило меня изнутри.

Я сжала ладонь Меди крепче. Наверное, ей пришлось очень постараться, чтобы дать мне имя. Значит, теперь пришла моя очередь помочь ей.

– Ты разочаровала меня, номер 27. Вы обе не заслуживаете наказания. Убейте их, – громко скомандовал священник.

Надзиратели начали продвигаться к нам. Я положила руку на гримуар. Огненные шары, конечно, хорошо, но сейчас они нам вряд ли помогут. Нужно что-то другое. Мой взгляд упал на наши скреплённые руки. Может щит вокруг смог бы помочь?

Я сосредоточилась, пытаясь представить его. Близко. Быстро. Тепло. Мои пальцы закололо. Гримуар в руках встрепенулся, и я убрала с него руку. Он сам собой начал открываться в другом месте. На моих глазах в нём появились новые письмена. Мужчины вокруг настороженно остановились, а я широко улыбнулась и положила руку на эту страницу. Магия влилась и вышла огненным вихрем, что окружил меня и Меди. Она даже вздрогнула от неожиданности.

Теперь надзиратели не смогут до нас добраться, но что дальше? Моя магия закончится раньше, чем их терпение. На ум пришло воспоминание о том, как я устроила взрыв в той комнате. Магия тогда откликалась плохо. Ей будто что-то мешало, поэтому она накапливалась в пальцах, а потом резко высвободилась. Может попробовать сжать вихрь?

Я снова постаралась сосредоточиться. Пламя дрогнуло и начало местами затухать. Это оказалось труднее, чем я думала. Мне не хватало жара? Но, что может быть горячее огня? Вспомнила про красные палки. Они были очень горячими и оставляли следы на коже. Потому что впитали и сохранили тепло? Возможно, если не дать остывать, то жар усилится. Стоило это проверить.

На лбу у меня выступил пот, голова начала кружиться. Это было похоже на то, что происходило ранее с Меди. Надо поспешить… Я ускорила вихрь и сконцентрировалась на жаре. Спустя пару секунд, цвет пламени начал меняться на более светлый. Теперь попыталась сжать. Магия поддалась не так охотно, но у меня это получилось.

– На пол! – крикнула я, когда поняла, что больше не смогу удерживать окружающий нас щит.

Меди среагировала ещё до моих слов, и мы кое-как избежали последующего за моими словами взрыва. Пол начал ходить ходуном, а с потолка посыпалась земля. Меди первая вскочила на ноги и осмотрелась, а потом протянула мне руку.

– Никаких признаков жизни, – произнесла она.

Я схватила за неё и встала. Ноги держали плохо, а голова пульсировала от боли.

– Это было здорово, – впервые искренне улыбнулась мне Меди.

– Спасибо, ты тоже ничего. – Я рассмеялась.

– Полагаю, нам надо будет разобраться в наших способностях получше. Например, испытать свои возможности, – задумчиво сказала она.

Я спорить не стала. Моя идея оказалась опаснее, чем выглядела на первый взгляд. Меди провела меня по пустым коридорам, ничем друг от друга не отличавшихся, и остановилась в одном из них.

– Выходите, – громко крикнула она.

Двери начали открываться, и оттуда показались другие ведьмы.

– Ты с ума сошла? —со злостью прошипела одна из них с короткими волосами.

Она подошла к нам вплотную, выпятила вперед подбородок и сложила руки на груди.

– Долго объяснять, но надзирателей больше здесь нет, Игритт, – устало произнесла Меди.

Ведьмы судорожно переглянулись.

– Ну и чего ты хочешь дальше? – спросила у меня Меди, вогнав меня в ступор.

Ведьмы уставились на меня. Чего хочу? От пришедшей в голову идеи широко улыбнулась.

– Пусть они освободят здесь всех, а мы найдём выход, – весело сказала я.

– Но…

– Надзирателей здесь больше нет, – прервала одну из ведьм Меди.

Они переглянулись, но я не стала ждать ещё возражений и потянула Меди за руку назад. Она здесь ориентировалась лучше, чем я, но мы всё равно долго петляли по пустым проходам до того, как нашли длинную лестницу. Подниматься по ней пришлось долго: ноги успели устать, а дыхание сбилось.

Когда мы подошли к двери наверху, то меня уже сжирало любопытство. Толкнула еë изо всех сил, но она не поддалась. От одной мысли, что мне надо призвать для этого магию, живот свело, а голова закружилась. Неожиданно Меди схватилась за ручку и потянула еë на себя. Дверь с лёгкостью отошла в сторону.

Я зажмурилась от яркого света. По щеке прошёлся лёгкий ветерок. Мы вышли из помещения в огромное пространство: голубой потолок терялся где-то очень высоко, а стен и вовсе было не видно. От жёлтого круга вверху исходил мощный жар. Впервые пространство заливал настолько яркий свет. Воздух был такой чистый, что дышалось с трудом. Ветер колыхал зелёные нити на земле. Я заметила, что некоторые из них имели цветные кончики и сорвала один. Он очень вкусно пах. Заметила, что Меди тоже восхищена увиденным. Недолго думая, свалилась на землю и утянула еë за собой. Мы встретились взглядами и рассмеялись. Я подняла глаза вверх. То, что мы сегодня сделали, определённо стоило подобного зрелища.

Глава 11

Змея

Понятия не имею сколько мы с Ханой пролежали на зелёной подстилке, но чувствовали себя великолепно. Под высоким голубым потолком мне было спокойно. Неожиданно почувствовала себя очень маленькой. Значило ли это, что такую кроху никто даже не найдёт в таком огромном месте?

Ведьмы начали одна за другой покидать тёмные подземные коридоры. С удовольствием откликалась на их эмоции, потому что они вторили моим. Воодушевление, немного страха и шока. Маленьким ведьмам здесь нравилось куда больше, чем взрослым.

Хана начала что-то напевать себе под нос. Большой жёлтый шар начал катиться куда-то за границы обозримого, а потолок окрасило в оранжевый, когда Игритт прервала всеобщее молчание.

– Всё, конечно, замечательно, но что дальше? Вы же не думаете, что они не вернутся? – напряжённо спросила она, выдергивая нас из приятного состояния.

– Пусть приходят. – Хана резко села.

Ведьмы заметно напряглись. Еë ответ им не понравился. Мне тоже.

– Ты хочешь остаться здесь? – осторожно спросила я.

– Почему нет? Большинство из нас провели здесь всю жизнь. Многие умерли. Ты хочешь просто забыть об этом? – с вызовом отозвалась она.

– Игритт права. Они придут, и всё вернётся назад, – робко произнесла одна из старших с длинными светлыми волосами.

Ведьмы одобряющие загалдели. Хана нахмурилась.

– Я думаю, что нам будет лучше самим к ним вернуться. Не так уж плохо мы жили, – высказалась ведьма, что жила в соседней нашей с Игритт комнате.

К своему ужасу заметила, что некоторые ведьмы кивнули. Неужели кого-то и вправду могла устраивать та жизнь? Хана встала на ноги и окинула толпу уверенным взглядом.

– Я останусь здесь и буду ждать их визита. Ничто в этом мире не заставит меня вернуться в клетку, а вы делайте, что хотите, но если решите остаться, то придётся сражаться вместе со мной. – Еë голос донёсся до ушей каждой в полной тишине.

После этого Хана направилась обратно к лестнице. Ведьмы остались на местах в полном замешательстве. У меня же не было ни капли сомнений. Я уже раз доверилась Хане и именно это привело нас сюда. Да и не могу я оставить свою младшую сестру одну.

Коридоры уже не выглядели такими мрачными, но всё ещё были наполнены страданиями. После высокого голубого потолка каменные давили. Хану я нашла в одном из коридоров надзирателей. Она с любопытством осматривала светильники.

– Они отличаются от свечей, – задумчиво произнесла Хана.

– Да, они живые… или когда-то были живыми, – осторожно ответила я, пытаясь правильно донести свои мысли.

Хана поняла меня с полуслова, поморщилась и попыталась осторожно взять светильник в руки. Я подошла к ней, встала на цыпочки и с лёгкостью сняла один из них. Всё-таки были преимущества в том, что я была выше.

– Ты решила остаться? – удивлённо спросила она.

– А ты считаешь, что мне стоит уйти? – задумчиво откликнулась я.

– Нет, я рада тебя видеть. – Широко улыбнулась Хана и вновь посмотрела на светильники. – Думаю, будет лучше убрать их в ту комнату и больше не использовать. Во всяком случае, пока мы не найдём способ им помочь.

Возражений у меня не нашлось, поэтому мы продолжили снимать светильники со стен. После седьмого коридора мы окончательно выбились из сил.

– Остальное завтра, – устало произнесла я, садясь на корточки.

– Да, – согласилась Хана. – Думаю, дел будет много. Надо лучше узнать это место, разработать планы на случай вторжения и понять, как нормально использовать магию.

– Надеюсь, ты это всё не на завтра запланировала? – чуть ли не проскулила я.

– Почему нет? – удивительно спросила Хана.

– Потому что такой объем невозможно сделать вчетвером, – ответила Игритт, заставив нас резко обернуться.

Она и ещё одна девочка примерно нашего возраста стояли в начале коридора.

– Ты тоже решила остаться? – пораженно спросила я.

– С чего такое удивление? – выпятила подбородок она.

– Я думала, что ты сбежишь самая первая, – с усмешкой, отозвалась я.

– Чтобы всю оставшуюся жизнь по углам прятаться? Ни за что. – Игритт сложила руки на груди.

– Как тебя зовут? – спросила Хана у очень худой девочки с узкими глазами и серыми волосами.

– Сней, – робко ответила она.

– Ещё одна змея? – притворно поморщилась я.

– Тебе что-то не нравится? – вскинулась Сней.

Хана заливисто рассмеялась. Я поняла, что со Сней мы не поладим.

– Давайте пойдём и выберем комнаты для сна, – предложила Хана, когда отсмеялась.

– Иди вместе со Сней, а у нас с Игритт одно дело, – туманно отозвалась я.

Хана легко пожала плечами и пошла дальше по коридору. Сней спешно побежала за ней. Мы с Игритт остались наедине.

– Я не стану извиняться, – пробурчала я.

– До меня дошло, что ты не просто так поиздеваться решила. – Игритт сверлила меня взглядом.

– Тогда думаю, что правило о не задавании вопросов устарело, – серьёзно сказала я.

Игритт нехотя кивнула.

– Ты хочешь что-то узнать? – она сильно напряглась.

– Не сейчас, но скоро Хана замучает тебя вопросами о магии. – Я отмахнулась от её слов.

– Тогда почему мы не смотрим комнаты с ними? – недоуменно спросила Игритт.

– Мне нужна помощь, – произнесла я и, не дожидаясь ответа, пошла в противоположную сторону коридора.

Игритт молча дошла со мной до камеры Ханы. От надзирателя осталась только кучка пепла, но тело Адериды нетронуто.

– Я думаю, что стоит вытащить еë отсюда, – неловко сказала я.

Игритт кивнула. Я подошла ближе к похожей на меня ведьме и задумалась. Если не решусь сейчас, то шансов больше не будет. Осторожно вытащила свой гримуар и покрутила его в руках. Подходящего заклинания там не было, но я уже делала нечто подобное. Правда, Адерида мертва. Гримуар сам собой раскрылся на странице с письменами. Осмотрела их и поняла, что эта страница мне не знакома. Впрочем, про магию я не знала практически ничего. Положила гримуар на колени, левую руку на страницу, а правой дотронулась до лба Адериды.

Пространство вокруг переменилось. Адерида сидела на кровати и плакала. Рядом с ней стоял мужчина в белом. С удивлением, узнала в нём Микаэля. Он гладил еë по спине, но его взгляд был холоден, как лёд. От этого зрелища меня переполнило отвращение.

– Мне страшно, – задыхаясь, сказала более молодая Адерида.

– С тобой ничего не случится, – мягко ответил Микаэль.

– А с нашими детьми? – с надеждой спросила Адерида.

Микаэля передёрнуло от слова «нашими». Он изо всех сил постарался сохранить лицо.

– Всё будет хорошо, – соврал кон.

Я почувствовала грусть, когда поняла, что Адерида тоже ему не поверила: наверное, ей было проще жить обманутой им. Печальная судьба, а впрочем, она лишь одна из многих. Адерида чувствовала вину перед нами и поэтому не смогла отказать в моей просьбе. Из-за этого и умерла. Микаэль тоже мёртв. Если верить учениям священников, то они больше никогда не встретятся. Это хорошо хотя бы потому, что после смерти еë душа будет спокойна.

– Спасибо, – тихо прошептала я и убрала руку с еë лба.

Игритт всё так же молча помогла мне вытащить Адериду к зелёной подстилке. Голубой потолок сменился на чёрный с белыми точками, а жёлтый шар на серый. Мы оставили еë там, где ранее лежали с Ханой. Интересно, ей бы здесь понравилось? Усилием воли, выкинула эти мысли из головы. Я почти не знала эту ведьму, да и не получится узнать – сейчас надо было позаботиться о себе. Когда мы спустились, то натолкнулись на Хану.

– Вот вы где! Я повсюду вас ищу. Мы нашли еду и подготовили комнаты, – с энтузиазмом сказала она.

Хана проводила нас до столовой священников. Кусок в горло мне не лез, зато спать хотелось жутко, поэтому сразу отправилась в свою новую комнату. Кровать там была слишком мягкой. На ней мне было не очень комфортно, но сил сменить положение уже не осталось. Мебель тоже вызывала отторжение. Она напоминала о том, что мне нечего повесить в шкаф или поставить на полки вместо чужих вещей. Дверь в комнату приоткрылась.

– Ты спишь? – неловко спросила Хана.

– Ещё нет, – отозвалась я.

Она зашла, села на кровать и затихла. Еë нерешительность меня напрягла.

– Что-то случилось? – уточнила я.

– Нет, ничего, – быстро ответила Хана. – Я просто… Могу ли я сегодня поспать с тобой? Не хочу оставаться одна.

Я молча подвинулась к стене, а она легла рядом и взяла меня за руку. На душе у меня стало спокойнее. День сегодня выдался трудным, а завтра будет не легче, но сейчас мы живы, а, значит, день хороший.

Глава 12

Паук

Следующие пара дней были насыщенными. Мы убрали все предметы с душами в ту комнату, сделали карту и даже смогли немного попрактиковаться в магии. Такой темп мало нравился другим, но я не хотела останавливаться ни на минуту. Думаю, на всю жизнь в камере наотдыхалась.

– Можно ли переписать заклинание с одного гримуара в другой? – спросила я за завтраком четвёртого дня на свободе.

Меди закатила глаза, Игритт скрипнула зубами, а Сней пожала плечами.

– Ну почему нет? У нашей магии разные потоки? Меди сказала, что ощущает свою примерно так же. Как вообще появляются письмена? Гримуар же изначально был пустым. Что нужно сделать, чтобы получилось заклинание? Есть ли предел у создания заклинаний? – продолжала безмятежно щебетать я.

Игритт резко положила ложку на стол, прервав мой поток вопросов.

– Ты молчать умеешь? У меня уже голова болит, а мы только встали, – гневно произнесла она.

– От моих вопросов зависит наше выживание. – Я упрямо сложила руки на груди.

– Ну так вот ответ: я не имею ни малейшего понятия, собственно, как и все здесь. Будь добра вылезти на поверхность и узнать обо всём самостоятельно! – прорычала она, а затем встала и ушла.

Я почувствовала укол совести. Может всё же слишком сильно на них давлю?

– У Игритт сложный характер, – будто прочитав мои мысли сказала Меди.

– Не у неё одной, – очень тихо прошипела Сней и перевела внимание на меня, когда Меди её проигнорировала. – Мне тоже всё это интересно

– Тогда давайте последуем совету Игритт. – Согласно кивнула я.

Мы решили пойти тренироваться втроём. Игритт последние сутки сидела за книгами, которые мы нашли при уборке. Откуда она знала письмена было непонятно, а рассказывать она наотрез отказалась. Я знала, что Меди могла бы посмотреть еë воспоминания, но она сказала, что не будет этого делать. Так же она рассказала мне про Адериду и наше родство. Впрочем, последнее становилось очевидным, как только мы встали вдвоем у зеркала.

Игритт дала нам знать о том, что наш центр не единственный, голубой потолок назывался небом, а зеленая подстилка травой. Так же она рассказала о местности и расположенности ближайшей деревни. Больше информации у неё не было. Зато она пообещала позже научить нас читать. Пришлось удовлетвориться этим.

Когда мы вылезли на поверхность солнце светило ярко. По небу плыли белые облака. На далёких деревьях сидели птицы и о чём-то галдели. Я достала гримуар, который уже успела посмотреть вдоль и поперёк несколько раз. Меди и Сней сделали тоже самое.

– Тогда начнём с первого вопроса. Попробуй переписать моё заклинание к себе, – сказала Меди и протянула мне свой гримуар.

Я села на траву и осторожно положила гримуары на колени. Вот только, чем писать-то? Недолго думая, прокусила палец и начала выводить письмена кровью.

– И… готово! – с удовольствием посмотрела на свою работу, а потом продемонстрировала еë.

– Выглядит похоже, – восторженно отметила Сней.

Я отдала гримуар Меди обратно, встала и положила руку на страницу. Магия начала привычно покалывать пальцы, но ничего не произошло. Когда я опустила взгляд на страницу, то поняла, что письмена исчезли. Меди заглянула в мой гримуар и нахмурилась.

– Видимо, таким образом создать заклинание нельзя, – задумчиво произнесла она. – Думаю, стоит сначала разобраться в том, как письмена вообще появляются в гримуарах.

– Понятия не имею. Я просто хочу этого, представляю и всё получается, – не думая, ответила я.

– Тогда, может, именно это и попробуем? – спросила Меди, сбив меня с толку.

Сестра посмотрела на моё ошарашенное лицо и вздохнула.

– Сней, можешь рассказать о том, как ты вызываешь ветер? – Меди перевела взгляд на неё.

Сней недовольно долистала гримуар до своей страницы с письменами и положила руку на страницу. По нашим волосам прошёлся лёгкий ветерок.

– Я не об этом, – чуть раздражённо произнесла Меди. – Расскажи о том, как сделала это впервые.

– А… Ой. – Сней задумалась. – Вокруг меня огромное пространство. Оно чуть рябит и постоянно перемещается. Здесь его больше, чем под землёй и колдовать проще. Я просто сдвигаю его в разные стороны.

Мы с Меди переглянулись. Понятнее мне не стало.

– Можешь рассказать больше о пространстве? – попросила я.

– Оно очень разное. Мы вдыхаем одно, но выдыхаем уже другое. С тем, которое вдыхаем, работать проще. Оно более лёгкое, – попыталась объяснить Сней.

Я сделала глубокий вдох, а потом выдох. Тот воздух, что выдохнула был чуть теплее.

– Ты про то тепло, что в итоге получается от соприкосновения с нашим телом? – уточнила я, но только сбила еë с толку.

– Он становится теплее? – удивлённо спросила Сней.

– Такое чувство, что мы все на разных языках разговариваем. – Покачала головой Меди.

Опустилась тишина. Отступать мне не хотелось, но идеи закончились.

– Можешь поджечь траву? – неожиданно попросила меня Меди.

Быстро положила руку на гримуар, призвала магию, и трава загорелась. Проще простого. Сней сразу зажала нос рукой. Она была очень чувствительна к запахам и шуму.

– У тебя получится управлять таким воздухом? – спросила Меди у Сней, указав на дым.

Сней кивнула, положила руку на гримуар и дым сформировался в кольцо.

– Как вы обе это сделали? – попросила Меди разъяснений.

– Вокруг нас много разного тепла. Есть два вида – внутреннее и внешнее. Если сосредоточить тепло в одной точке, то температура возрастёт и предмет загорится, – быстро ответила я.

– Я сосредоточила пространство в круге и чуть сжала, – почти шепотом ответила Сней.

– Значит, вы обе работаете с окружением, только Хана с огнём, а Сней с воздухом. Собственно, это то, с чем у вас есть внутреннее сродство. Вам надо попробовать поменяться пространствами, – сделала вывод Меди.

Мы со Сней недоуменно переглянулись. Потоков Сней я не видела, но дым был очень даже осязаемым. Только сейчас до меня дошло зачем Меди попросила меня поджечь траву. Я закрыла глаза, пытаясь представить чуждое мне пространство. Получалось плохо. О чем там говорила Сней? Дым должен был быть более тяжёлым по сравнению с невидимым воздухом и неприятно пах. Я вытянула руку и попыталась его потрогать. Он тёплый. Постаралась затолкать своë сродство подальше, а затем начала медленно отводить руку в сторону. Дым оставался на месте. Я повторила ещё раз, ещё и ещё. Ничего не происходило. Это начинало меня злить. Может правда невозможно использовать магию другого сродства?

Я сделала несколько вдохов и выдохов. Запах у дыма правда был неприятным. Как он вообще получался? Шел от травы, но трава твёрдая, так почему она вдруг стала лёгким воздухом? Из-за огня. Моего огня. Я выпустила своё сродство на волю и только тогда заметила около пламени искажения пространства. Огонь будто пожирал его для того, чтобы жить. Я потянула его на себя, и оно послушно откликнулось. Сней вскрикнула, а я резко открыла глаза.

– У тебя получилось! – воскликнула она.

Меди пораженно посмотрела на Сней, а потом на меня. Видимо, она никаких изменений не почувствовала. Я пролистала свой гримуар. Новые письмена не появились. Скорее всего то, что я сейчас сделала, не тянуло на полноценное заклинание, но начало положено. Я сжала руки в кулаки. Надо как можно скорее разобраться в своих возможностях, ведь спокойные дни не продлятся долго. Они точно придут за нами, я в этом ни секунды не сомневалась.

Глава 13

Змея

После успеха Ханы прошло ещё несколько дней. Всё это время мы продолжали усиленно тренироваться, но особых достижений не было. Хана уже неплохо могла тянуть воздух в разные стороны, но на ветер это не походило. У меня получилось высечь искру, а Сней не справлялась ни с чем. Игритт пока участвовать отказывалась. До сих пор не могла понять, что конкретно она пыталась найти, но решила не лезть к ней в голову. Нити вокруг Игритт ясно говорили мне о том, что если ещё раз это сделаю, то она начнёт предпринимать ответные действия, а ссориться сейчас глупо. Особенно если учесть, что у нас полно других проблем.

– Это всё? – напряжённо спросила я, осматривая наши скудные запасы еды.

Возможно, из-за того, что мы решили не голодать, пропитание быстро исчезало. Сней кивнула, а я нахмурилась. Почему-то эта худощавая змейка мне не нравилась. Поводов к такому поведению, кроме её порой резких слов, у меня не было, поэтому старалась сдерживаться, но постоянно подсознательно еë в чём-то обвиняла.

– Что вы тут делаете? – Хана заглянула на склад с полками и продуктами.

– Оцениваем количество оставшейся еды, – сухо ответила я.

Хана окинула склад взглядом и улыбнулась.

– Кажется, нам пора наведаться в деревню, – хитро произнесла она.

Я напряглась ещё сильнее. Контактировать с людьми мне не хотелось. Хана взяла меня за локоть.

– Ты же пойдёшь со мной? – я уловила просительные нотки в еë голосе.

Игритт не выйдет, а отправлять с ней Сней было плохой идеей. Я устало вздохнула, а Хана приняла этот жест за согласие. Мы отправились сразу после обеда. На небе всё ещё плыли пушистые белые облака. Игритт как-то раз сказала, что чувствует в них влагу. Ветер приятно ерошил нам волосы, а трава щекотала босые ступни. Перед нами растянулись поля разных цветов и аккуратных размеров. Мне в голову пришла мысль, что растения не смогли бы так вырасти самостоятельно. Мы заметили каких-то животных на зеленых полях. Они тоже имели разный внешний вид и размер. Кто-то был пушистым и белым, другие имели пятна и рога. Дальше потянулись деревья с яркими пятнами на них. Подходить к чему-либо мы не решились. Вернее, мне пришлось сдерживать Хану от этого. Чем ближе мы подходили к деревне, тем неспокойнее мне становилось.

Строения людей совсем не походили на наш вход в подземелья центра. Они были каменные или деревянные и их украшали узоры. Почти около каждого дома стояли злополучные светильники с душами. Заметила, что во дворах у людей стояли ещё какие-то вертушки и палки с душами. Меня передёрнуло. Я, конечно, подозревала, шизе используются не только священниками и надзирателями, но увидеть вживую – совсем другое.

Мы подошли достаточно близко, чтобы я смогла разглядеть некоторых людей. Они отличались от тех, кого видела ранее: там были женщины и дети. Каждый куда-то спешил, со стороны детей разносился смех. Хана хотела направиться прямо в толпу, но я схватила еë за руку и оттащила в сторону.

– Что не так? – напряжённо спросила она.

Я указала рукой на разноцветную одежду людей, а потом на наши просторные и уже потрёпанные платья серого и чёрного цвета.

– Мы выделяемся, – коротко ответила я.

Хана задумалась, а потом кивнула. До того, как нас заметили, мы прошли мимо центральных ворот к окраинам. Дома здесь выглядели хуже, но всё ещё не шли ни в какое сравнение с камерами. За забором одного из домов сушилось бельё. Хана быстро высушила его, и мы влезли в огромные платья голубого и красного цвета. Их подолы мешали идти, но это всё равно было лучше чем то, что было. У одного из домов я заметила обувь. Она подошла нам немного лучше.

Мы вернулись к воротам и направились в гущу людей. Я схватила Хану за руку – очень не хотелось потеряться. Люди смотрели на нас кто с любопытством, кто с презрением, а кто с жалостью. Я остро реагировала на все изменения. Пальцы покалывало от магии, но отпустить еë сейчас не получалось. Мы прошли по каменной улице и увидели впереди цветные навесы. Они расположились вокруг статуи широкоплечего Бога Шери. Мне стало окончательно не по себе.

До носа донёсся запах еды. Впервые что-то пахло настолько вкусно. Мы с Ханой остановились у одной из открытых лавок. Внутри неë жарили что-то на большом шизе. Его стоны и крики заглушали толпу. Я поежилась.

– Вы в очереди? – спросил у нас какой-то старик.

Мы уставились на него, но не знали, что ответить. Худой и сгорбленный мужчина начал раздражаться.

– Если нет, то подвиньтесь, – воскликнул он и с помощью палки в руках отодвинул нас на пару шагов.

Я вцепилась в сестру мертвой хваткой.

– Мне 3 пины свинины, Гарольд, – уже спокойнее сказал старик.

– 7 крайв, – отозвался тот полный человек, что жарил что-то на шизе.

Старик протянул ему какие-то квадратики и получил то, что жарил мужчина. Наши взгляды с толстяком встретились.

– Привет, вы чьи будете? – удивленно спросил мужчина.

– Свои, – уверенно ответила Хана.

Он заливисто рассмеялся.

– Конечно ж, свои. Я хотел узнать, где ваши родители, – пояснил он.

Я вспомнила про Адериду и Микаэля. Было бы лучше вообще про них забыть.

– Их нет, – тихо ответила я.

Мужчина неловко затих и задумался. Я поняла, что сейчас диалог закончится.

– Как получить еду? – быстро спросила я.

– Для этого нужны монеты, – нехотя ответил он.

– А их где взять? – тут же с энтузиазмом спросила Хана.

– Работать надобно. – Мужчина вернулся к жаровне.

Понятнее нам не стало. Мы с Ханой переглянулись: нам точно нужно было что-то принести на ужин. Сестра хитро улыбнулась. Я начала отрицательно качать головой, но она меня не послушала. Уже через секунду пламя жаровни вышло из-под контроля. Мужчина вскрикнул и отскочил в сторону, а Хана схватила ближайший вкуснопахнущий кусок с прилавка. Мужчина даже сориентироваться не успел, когда мы уже исчезли в толпе. Мы забежали в переулок подальше от людей и попытались отдышаться.

– Что, если бы нас заметили? – злобно пробурчала я.

– Не шипи, – Хана отмахнулась.

Во мне всё ещё бурлил гнев, но сестра мило мне улыбнулась, и я поняла, что спорить с ней бесполезно.

– Давай возвращаться, – попросила я еë.

– Ни за что! Мы ещё ничего толком не посмотрели, – пожаловалась она.

Хана оторвала свой подол, завернула в него еду и закинула на плечо. Я устало вздохнула.

– Хорошо, но больше никакой магии, – строго сказала я ей.

– Обещаю, – с восторгом ответила она.

Мы вышли из переулка и пошли вдоль лавочек. Чего там только не было. Моё внимание больше привлекала необычная еда, а Хана рассматривала различные людские подделки. Особенно её заинтересовала вертушка, которая крутилась от ветра. Я не успела возразить, как она уже спрятала в рукав одну из них.

– Она может пригодится в тренировках, – потом пояснила свои действия Хана, но глаза у неë горели по другой причине.

Солнце начало клониться к земле, когда она решила возвращаться. Я уже ног не чувствовала. Ходить с ней по деревне – сущее наказание, зато теперь я чувствовала себя в компании людей чуть более спокойно. Никто не догадался о том, кто мы. Осознавать это было странно. Всю жизнь мне внушали то, что грешников видно сразу, а сейчас оказалось, что мы слишком похожи на людей. От этой мысли мне поплохело. Быть на них похожей не хотелось.

Неожиданно мои нити натянулись, заставив меня застыть. Я не сразу поняла, что толчок мне дали те нити, что были прикреплены к Игритт и Сней.

– Что-то случилось? – Хана в миг стала серьёзной.

– Да. Кажется, в подземельях что-то происходит, – сосредоточенно ответила я.

Мы переглянулись и бросились бежать. Магия не давала мне подробностей, что расстраивало. Присутствие других людей в подземельях я почувствовала сразу. Мы с Ханой сбежали вниз по лестнице, и я затормозила.

– Трое в обеденной зоне, четверо около той комнаты и ещё двое у комнат священников. Игритт и Сней у озера, – чётко выговорила я.

Хана кивнула, и мы начали пробираться к озеру. Когда мы вошли под своды помещения, нас чуть не снёс поток ветра.

– Ой, – неловко произнесла Сней.

Ветер тут же пропал. Они с Игритт сидели у кромки воды. Игритт была ранена. В озеро медленно стекала еë тёмная в таком освещении кровь.

– Я в порядке, – сразу сказала Игритт. – Они застали нас врасплох. Скорее всего скоро придёт подкрепление. Надо отсюда уходить.

Игритт врала, но я не могла понять в чем именно. Меня затопило плохое предчувствие. Она уже давно вела себя странно.

– Нет, – резко и упрямо произнесла Хана.

Я задумалась. Упрямство сестры Игритт не понравилось.

– Сидите здесь, а мы попробуем разобраться с ситуацией, – поддержала я Хану.

Сней что-то раздраженно прошипела. Её мои указания не порадовали. Мы с сестрой начали идти обратно к коридорам, когда Игритт меня окликнула.

– Медуза. – Я повернулась и встретилась с ней взглядом. – Будьте осторожны. С ними Микаэль и они очень сильны.

Глава 14

Паук

От слов Игритт Меди замерла и побледнела, моё приподнятое от похода в деревню настроение улетучилось. Спустя пару секунд, вспомнила того, кого они называли Микаэлем. Он выжил после моей последней атаки? Как он выбрался? Мы обшарили здесь всё, но другого выхода кроме лестницы не было. Там мы бы его заметили.

– Под водой есть туннель. Наверное, он переплыл, – будто прочитав мои мысли, проворчала Сней.

Да какая разница? Он просто ещё один человек. Притом не особо приятный. Я взяла Меди за руку, пожала еë и улыбнулась. Она мне медленно кивнула. Время думать закончилось, теперь надо действовать.

Мы покинули комнату с озером и пошли по тихим и пустым коридорам. Мне не до конца верилось в то, что здесь есть кто-то ещё кроме нас. Сердце билось слишком громко. Ожидание сводило с ума. Я вновь почувствовала себя в той клетке – враги были вне досягаемости, но так близко, что ощущалось их призрачное присутствие рядом.

После очередного поворота, Меди остановилась и вытащила гримуар, я сделала то же самое. Сестра указала мне на дверь.

– Двое, – чуть приоткрыв губы, прошептала она.

Я кивнула, встала напротив двери и положила руку на страницу. Только теперь смогла почувствовать в комнате тепло живых тел. Может, нам повезёт, и я сейчас убью этого Микаэля? Мне очень не нравилась реакция Меди на него.

Пока я настраивалась и призывала магию, сестра взялась за ручку двери. Я снова кивнула, и она резко открыла её. Мужчины среагировать не успели. Моя магия вмиг заполнила всю комнату, выжигая еë дотла, и их крики заполнили коридоры. Теперь все знали, где нас искать, а впрочем, неважно. Их в этот раз намного меньше. Чего они ожидали, когда пришли сюда в таком составе? Меди закрыла дверь, немного заглушив звуки из комнаты.

– Они бегут сюда. Думаю, будет лучше дойти до той комнаты. Там больше места для действий, чем в коридоре, – произнесла она.

– Хорошая идея, – поддержала я.

Стоило нам только дойти до туда, как пространство резко изменилось. Воздух сжался, а мой огонь потух. Магия будто растворилась в воздухе. От душераздирающего крика затряслись стены. Я зажала уши руками и почувствовала толчок в спину: мы с Меди упали на пол, а над головами просвистел меч с такой тёмной энергией, что она перебивала по этому свойству даже ту комнату, где происходило очищение.

Только сейчас заметила, что нас окружили. Надо было атаковать. Попыталась встать на дрожащие ноги, но ничего не вышло. Высокий мужчина занёс меч для удара. Я с силой призвала магию, но она не откликнулась. Мужчина опустил меч, чтобы разрубить нас напополам, но мы снова уклонились в разные стороны. Мои руки сжались в кулаки. В душе начал подниматься гнев, затмевая тот животный страх, который внушал меч. Всё не может закончиться так. Я не позволю этому случиться!

Пальцы закололо, и, когда мужчина снова занёс меч над головой, я атаковала. Моё пламя вырвалось с привычной силой и понеслось в его сторону, но он с лёгкостью разрубил его. Огонь рассыпался искрами в воздухе.

Мужчина нанёс боковой удар, который задел мой гримуар. По всему моему телу прошлась невыносимая боль. Его будто выворачивало наизнанку, игнорируя кости и органы. Крик не удалось сдержать. Я упала. Сил не осталось даже на то, чтобы просто пошевелиться.

Неожиданно что-то сбило мужчину с ног – Игритт налетела на него со всей скоростью. Люди вокруг напряглись. До этого момента они не вмешивались, но, видимо, три ведьмы даже для этого мужчины было перебором.

– Бегите! – воскликнула Игритт.

Нельзя, ведь… ведь… Меди подскочила ко мне и подняла с пола. Пока тот мужчина искал свой меч, пространство нормализовалось. До меня дошло, что сестра заставила других людей стоять на месте. Мой взгляд столкнулся с глазами Микаэля. Он больше не играл в дружелюбие, его переполнял гнев. Что ж, в этом мы с ним были едины. Меди потащила меня с поля боя, устремившись к озеру.

– Мы не можем… Не можем оставить там Игритт, – кое-как выдавила из себя я.

– Уже слишком поздно, – тихо ответила Меди.

По еë щекам потекли слезы. Я печально рассмеялась. Снова всё вернулось назад. Снова они причиняют нам боль. Снова кто-то умирает. Неужели, мы не можем жить спокойно?

– Что там случилось? – нервно спросила Сней, когда нас увидела.

– Не сейчас, – прервала еë Меди. – Мы уходим.

Не слушая моих возражений, она нырнула и утащила меня за собой. Вода была тёмной и холодной настолько, что, оказавшись на поверхности, я сразу начала дрожать. Мне отчаянно хотелось вернуться, но сестра слишком крепко держала. Мы скрылись в ближайшем лесу, найдя скрытое от чужих глаз место. Никто ни с кем не разговаривал. Почему всё вышло именно так?

– Ты в порядке? – тихо спросила Меди, грея руки у моего огня.

– Нет, – мрачно ответила я. – Это из-за меня Игритт…

– Она была сильно ранена до этого, – медленно произнесла сестра и вытерла всё ещё мокрым рукавом лицо.

У меня не хватило сил на то, чтобы высушить одежду. Хорошо хоть, смогла создать огонь для обогрева. Царапина на обложке гримуара отдавалась пульсирующей болью по всему моему телу – тот мужчина точно знал, куда надо бить. Сней сочувствующе на меня посмотрела. Это заставило меня чувствовать себя ещё более жалкой. Они доверились мне, а я всех подвела. Заметила, что Меди прижимает к себе какую-то небольшую книгу.

– Это мне дала Игритт, когда они с кирасиром упали на пол, – пояснила Меди.

– Кира… кто? – включилась в разговор Сней.

– Я про мужчину со странным мечом, который разрубал магию, – ответила Меди. – Они сотрудничают с храмом и убивают ведьм. Нам повезло, что их не было на месте в день нашего побега.

– Откуда ты… – я замолчала до того, как смогла закончить вопрос.

Меди сильно трясло и что-то мне подсказывало, что не только от холода. Мне стало стыдно от того, что я не заметила этого раньше.

– Игритт… То, что она делала со своим телом не прошло просто так. Она уже умирала. У неë был магический сбой, а я этого не поняла. Поэтому она и не тренировалась с нами. Зато… Зато Игритт… – голос Меди сорвался.

Я подвинулась ближе и обняла сестру за плечи. Еë дыхание стало тяжёлым. Она отчаянно пыталась успокоиться.

– У неë тоже была сестра, ну или та, кого она считала сестрой. Про свою мать Игритт ничего не знала. Та ведьма была из рожениц, но в отличие от Игритт у неё были дети. Они страдали вместе, когда их забирали, а потом уводили на очищение. Та ведьма медленно сходила с ума из-за этого, а потом еë забрали. Игритт пыталась найти еë. Она даже выучила письменность, научилась читать и многое узнала о мире над подземельем. – Меди говорила так быстро, что некоторые слова было сложно разобрать. – В этой книге написано о том куда они забрали ту ведьму. Игритт не просила, но…

– Мы еë найдём, а затем вернёмся в наше подземелье за телом Игритт, – уверенно произнесла я.

Меди благодарно кивнула. Хоть сейчас мы и находились на поверхности, но я совсем не чувствовала себя свободной. Надо стать сильнее. Такой сильной, чтобы одно только моё имя внушало кирасирам такой же ужас, как тот меч нам, а пока придётся прятаться и выживать.

Глава 15

Змея

Я протяжно зевнула и пошатнулась: сказывался ужасный недосып. Почти всю ночь я переваривала полученную информацию, вылившуюся огромным потоком. Глаза закрылись сами собой.

– Небула! – зазвенел в ушах крик Игритт.

Раздался ответный визг. Один из надзирателей наотмашь ударил Игритт по лицу. Ведьму с рыжими волосами выволокли из нашей прошлой комнаты. Игритт попыталась выйти следом, но еë грубо оттолкнули.

– Небула! – снова прокричала она.

Моя рука соскользнула с подбородка, и я больно ударилась головой о низкую ветку дерева, на которую опиралась. Острые иголки поцарапали мне щеку. Это быстро меня отрезвило. Я потянулась и снова зевнула.

Хана и Сней тренировались, но присоединиться к ним сегодня я бы не смогла, поэтому следила за окрестностями, сидя на дереве, вот только ни одного человека рядом не наблюдалось. Чтобы снова не войти в бушующие воспоминания Игритт, я решила разобраться в мыслях.

Если говорить про самое основное и самое важное, то мы сейчас находились на территории Лаппии. Власть здесь делили между собой так называемые аристократы (понятия не имела, чем они отличаются от других людей, но слово запомнила) и священники храма Шери. К кому относились кирасиры я не знала. Кажется, это звено подпитывали и с одной, и с другой стороны, но тайно. Если судить, по информации из книг, которые прочитала Игритт, а потом насильно впихнула в меня, то про ведьм обычные люди не знали. Это объясняло тот факт, что жители деревни Гуц не пошли за нами после того, как Хана открыто использовала магию.

Я открыла книгу и посмотрела на карту. Лаппия представлялась мне огромной, но на следующей странице показывались другие королевства и там уже она была крошечной. Оказывается, мир всегда был таким большим. Я вспомнила про свою маленькую камеру, где было сложно полностью вытянуться. У нашего подземелья тоже было название, но иначе, чем ад я его интерпретировать не могла. Возможно, просто не хотела. Хана желала остаться там, чтобы не забывать о страданиях, а я же на самом деле хотела иного, хоть и понимала, что мы всё равно так или иначе туда вернёмся. Надеюсь, когда-нибудь и мы сможем жить спокойно.

Взгляд упал на картинку с золотым щитом. Я поморщилась. Символ храма Шери вызывал у меня приступ тошноты. Они поклонялись Богу, которого описывали, как существо милосердное и справедливое. Ни то, ни другое понятие мне не знакомы, хотя священники часто нам об этом говорили. Описывалось это, как что-то очень тёплое и радостное, но разве могут те люди быть такими, как этот Бог? Значило ли это, что они служат ему, не разделяя его взглядов? Впрочем, неважно. Лучше не верить и не забивать голову. Если бы тот Бог мог что-то сделать, то уже бы сделал.

Я снова посмотрела на карту. Интересно, сколько людей живёт в этом мире? Сколько из них являются ведьмами? Учитывая, что шизе здесь в доступности, а про ведьм не знали, то ситуации в других королевствах тоже должны быть похожими. Я задумалась, стоит ли говорить про это Хане. Если узнает, то точно захочет помочь им, но лучше бы сейчас кто-то помог нам – ситуация сложилась не самая приятная.

Сонливость взяла вверх, и я снова зевнула. Такие мысли меня усыпляли, поэтому вытащила из памяти Игритт письмена и начала выводить их на дереве пальцем в попытке запомнить: эти знания очень важны. Пока мы тренировались, Игритт сидела за книгами и узнала намного больше ценной информации, чем мы. Нехотя, снова посмотрела на карту Лаппии. К западу от нас, рядом с горой, Игритт обвела центр, где по еë мнению держали Небулу. Надеюсь, она всё ещё жива.

Внезапно по дереву снизу постучали, и я чуть не упала. Хана удивлённо на меня уставилась. Мне резко стало стыдно. Плохой из меня сегодня охранник.

– Мы поймали что-то на обед, – известила меня сестра.

Я спустилась вниз и отряхнулась. Все волосы были в иголках.

– Ты в порядке? – неожиданно спросила она.

– Не думаю, – честно призналась я.

Хана мрачно кивнула. Даже еë энтузиазм немного угас.

– Как успехи? – сменила я тему, пробираясь между деревьев.

Хана загадочно улыбнулась, а я насторожилась. Мне в лицо подул слабый и едва заметный ветерок. Я удивлённо посмотрела на сестру.

– Я, наконец, поняла, как это сделать, но не уверена, что мой способ тебе пригодится, потому что он основан на сродстве с огнём, – пояснила Хана.

– Это всё равно хорошие новости, – поддержала еë я.

Один из кустов больно царапнул мне руку. Место для остановки мы выбрали очень непроходимое.

– Ещё я подумала о том, что колдовать нам стоит без вытащенного гримуара, – произнесла Ханна, проползая под ветками ели.

– Это будет сложнее. Для начала было бы неплохо освоить все стихии, раз уж это возможно, – ответила я, повторяя еë действие.

Мы выбрались на поляну. Хана кивнула, соглашаясь с моими словами. Сней приветливо помахала мне, чем удивила. Моё состояние было настолько плохим? Внимание привлекло маленькое животное с мехом у еë ног. Книг не про людей Игритт не читала.

– Вы уверены, что это можно есть? – настороженно спросила я.

– Нет, но разве есть другие идеи? – упрямо заявила Хана.

Я вздохнула и сдалась. Сестра в мгновение ока зажарила это нечто. Есть его было трудно. Мех оказался несъедобным, а мясо подгорело. Когда мы закончили обед, Хана вопросительно на меня посмотрела.

– Что не так? – не выдержала я еë взгляда.

– Я считаю, что Игритт должна была узнать о местонахождении той ведьмы, – осторожно произнесла Хана.

Я отвела взгляд в сторону.

– Да, опасно идти сейчас, но сама посуди: для развития нам нужны ведьмы с другим сродством. Чем нас будет больше, тем лучше. Я жалею о том, что тогда всех отпугнула своими словами. Выживать в одиночку очень сложно, – на удивление вдумчиво продолжила Хана.

Я посмотрела на еë серьёзное лицо и снова уступила.

– Да, она узнала, – сухо ответила я.

– Когда мы туда пойдём? – неожиданно подала голос Сней.

Я ощущала её нетерпение в воздухе. Ей очень не понравилось то, что мы с Ханой пошли тогда к кирасирам вдвоем. Она считала, что использует магию лучше меня. В чем-то даже Сней права.

– Сначала соберем всё необходимое. Нам нужна еда и вода в дорогу, а ещё стоит попрактиковать собственные заклинания. Не думаю, что мы сможем пока что не вынимать гримуары, – коротко известила я.

Сней прищурилась и посмотрела на Хану. Мои слова она не воспринимала, но, когда сестра кивнула, спорить не стала. Мне стало немного спокойнее.

Отсутствие Игритт ощущалось болезненно. Жаль, что мы мало что смогли узнать про еë магию. Меня неожиданно осенило: если я могла посмотреть еë воспоминания, то могла и примерить на себя еë способности. Верно?

Я призвала магию и сосредоточилась на книге в руках. Проникнуть в эту часть еë сознания оказалось сложно. Вокруг неë всё как будто блестело. Вода журчала, переливалась и бесконечно перетекала из одно места в другое. Я чувствовала еë магию, но как только открыла глаза, всё пропало. Потянуться к водному сродству просто так невозможно, значит, мне надо искать те точки, которые ранее нашла для себя Хана. Мне предстояло хорошо поработать.

Глава 16

Паук

Следующие пару дней Сней и Меди собирали всё необходимое. В деревню меня одну Меди наотрез отпускать не хотела. К счастью, было чем заняться и здесь, а эти двое друг друга ещё не убили. Искренне не понимала почему у них плохие отношения.

Как только я поняла принцип магии, дело начало продвигаться быстрее. Мне удалось создать такой поток ветра, что он записался в гримуар. Символы стали чуть понятнее, но разобраться в них мог только владелец гримуара. Использовать воздух в бою было плохой идеей: он слишком сильно сопротивлялся, зато охотно мог служить в качестве поддержки огню. Пламя пожирало его и начинало гореть куда лучше. Мой контроль от этого улучшился. Ещё я попробовала создать заклинание на более длинную дистанцию. Это оказалось труднее: огонь быстро терял температуру, а потом и вовсе исчезал, но проблему решило воздушное ускорение. От этого толчка и воздушной оболочки огонь наращивал силу и достигал цели, но двигался медленно. Причину понять никак не могла.

У Сней особых успехов не было, она разбиралась со своей стихией, что выходило удачно. Меди порой задумчиво смотрела на воду. Возможно, я натолкнула еë на какие-то мысли. Сестра вообще очень много и часто думала. Я предпочитала пробовать, а потом тушить пожары.

Облака сегодня быстро плыли по небу. Я чётко чувствовала инородную стихию в воздухе, но дотянуться до неë не могла. У меня возникла мысль о том, что можно поработать с землёй. Много что горело, а, значит, здесь тоже можно найти принцип работы, но что делать с водой? Огонь подразумевает под собой её отсутствие, верно?

Я зажгла огонек на ладони. Этот трюк давался мне без гримуара, правда, приходилось больше сосредотачиваться и терпеть медлительность. В бою эти пара секунд могут дорого обойтись.

Справа что-то зашуршало, и я резко направила туда пламя. Послышался визг. Из кустов выпрыгнуло серое животное с длинными ушами. Магия во мне переливалась, но не выходила из-под контроля. Я дождалась, пока животное перестанет дёргаться, а потом отпустила стихию.

Было немного жаль это существо, но у нас всё ещё имелся недостаток в еде. Облака окончательно заслонили солнце. Я поежилась. Мне без него было как-то некомфортно.

– Хана, мы вернулись, – произнесла Меди у меня за спиной, заставив повернуться.

– А я поймала ужин. – Указала пальцем на тушу.

Меди кивнула и подняла животное с земли. После первого раза мы попробовали убрать мех и не использовать такую сильную температуру. Мясо получилось лучше, но до того из деревни по виду не дотягивало. Вкус крови мне не понравился.

– В этот раз стоит жарить дольше, – убеждённо сказала я.

– Согласна, – задумчиво ответила Меди.

Мы вернулись к нашему небольшому убежищу. Спать на земле неудобно, ведь потом все волосы оказывались в листьях и иголках, а спина болела, но выбирать не приходилось. Сней копошилась в мешках, но при моём появлении дружелюбно мне кивнула. Ответила ей тем же.

– Мы всё собрали. Завтра выдвинемся, – известила Меди.

Сней что-то тихо пробурчала. Когда она так делала это напоминало мне шипение. Я считала забавным то, что эти двое иногда напоминали змей. Правда шипели совсем по-разному. Меди никогда себя не ограничивала.

– Отлично. – Я широко улыбнулась, подавляя волнение.

Что делать и как действовать при встрече с кирасирами мы так и не решили. Однако в этот раз я была уверена в том, что не растеряюсь и смогу хотя бы использовать магию. Пусть они еë и разрубят, но это даст нам шанс уйти невредимыми. Я снова вспомнила про Игритт. Она же нас предупреждала, но…

Меди неожиданно взяла меня за руку и сжала еë. Я ответила на еë прикосновение. Стало немного легче. Мы приступили к готовке. Сней избавила нашу будущую еду от шерсти, потом я вытащила гримуар и начала медленно нагревать тушу животного. До нас донёсся запах жарящегося мяса и напомнил о том, как пахли надзиратели после встречи с моим огнём. Не самое аппетитное воспоминание. Я начала злиться сама на себя. Хватит негативных мыслей, они мне никак не помогают.

В этот раз мясо получилось вкусным, и мы быстро всё съели. Начало темнеть. Мой огонь мерно трещал посередине убежища из веток, а Сней ловко разгоняла дым. Я широко зевнула и легла на землю, а после сама не заметила, как меня накрыл сон.

Проснулась от дикого грохота. Резко подскочив, наши перепуганные глаза встретились с настороженными взглядами ведьмочек. Грохот повторился. Ветер разошёлся ни на шутку, и сейчас сильно трепал деревья своими мощными порывами. Я поежилась от холода. Меди немного помедлила, а потом вылезла из убежища. Долго не думая, отправилась за ней.

На небе не было видно ни одной блестящей точки – даже луна скрылась. Неожиданно наверху вспыхнула линия яркого света, а потом опять раздался грохот.

– Гроза, – тихо прошептала Меди, выкопав слово не из своих воспоминаний.

Я закрыла глаза и попыталась сосредоточиться. Моя магия поддалась с трудом. Воздух был слишком тяжёлым. Тепло чувствовалось только от Меди рядом. Небо снова расчертила гроза. От неë исходил жар, но какой-то другой. Его природа мне непонятна, но узнать хотелось бы.

На нас начала капать вода, из-за нее я поежилась и потеряла контроль. Магия тут же отступила. Мы вернулись обратно под ветки к Сней.

– Всё в порядке. Там просто дождь, – сказала я, когда ввалилась внутрь.

Сней недоверчиво кивнула. Дождь под землёй ощущался совсем не так. Впрочем, многое сейчас было иначе.

В этот раз засыпалось с трудом. Меня колотил озноб. Утром уже всё закончилось, но я поняла, что дождь мне не нравится. Солнце нежно гладило лицо и согревало конечности. Меди отдала мне несколько мешков, мы позавтракали и отправились в путь.

Лес тянулся очень долго. Он то редел, то вставал стеной. Ноги быстро устали, но я упрямо шла вперёд. Меди и Сней пришлось подстроиться под мой шаг. Солнце успело несколько раз встать и сесть, когда мы дошли до огромного камня, который Меди назвала горой. Сестра постоянно смотрела в книгу Игритт.

– Мы почти на месте, – произнесла она и указала пальцем в сторону. – Там должен быть… Водопад? Не знаю, что это, но похоже на реку, только странную.

– С той стороны идёт какой-то шум, – подала голос Сней.

– Чудно, идём туда, – с энтузиазмом отозвалась я.

Меди напряжённо кивнула. Этот водопад вскоре даже мы с ней услышали. Грохот стоял куда слабее, чем от грозы, но он всё же был сильным. Мы вышли к озеру с рекой рядом и увидели, как вода падает в него с огромной высоты. Меди закрыла глаза и сосредоточилась, а потом кивнула. Волосы и платье у меня промокли от брызг. Мы пошли за ней прямо за водопад. Там обнаружился точно такой же вход в подземелья, как и наш. За ним шла лестница вниз.

– Останься здесь. Если услышишь что-то подозрительное – беги, – сказала я Сней.

Она неохотно кивнула, но спорить не стала. Я начала спускаться первой. Меди спешно пошла вслед за мной.

– Там много людей и ведьм. Не могу определить, кто есть кто с такого расстояния, – тихо прошептала она.

Я кивнула, и мы продолжили спуск в тишине. Когда мы подошли к двери, Меди замерла. Дала ей время проверить обстановку и вытащила гримуар, постаравшись прижать его поближе к себе. Царапина на обложке всё ещё отдавалась какой-то призрачной болью у меня в груди.

– Пойдём направо, там комнаты надзирателей и священников, – в итоге сказала Меди.

Я резко открыла дверь и призвала пламя. Мы рванули в правый коридор. Многие из них даже не смогли понять, что происходит. Они загорались быстро, а сбросить мой огонь не так уж просто. Я об этом позаботилась. Мужчины громко кричали, горя заживо. До носа снова донёсся знакомый запах жареного мяса.

В подземелье начал звучать их сигнал об опасности, только меня это ни капли не взволновало. Меди резко остановилась и указала пальцем на конец коридора, но это действие было излишним. Я тоже его почувствовала. Худощавый мужчина с огромной шипастой дубинкой подавил магическое пространство, подходя к нам. Моя магия начала исчезать. Я с силой сжала руки в кулаки, не дав ей вытекать дальше.

Мужчина посмотрел на нас своими карими глазами и ухмыльнулся. Он не считал нас соперниками? У меня в душе поднялась злость. Воздух затрясся от крика его оружия, но я не стала затыкать уши. Кирасир в несколько шагов преодолел расстояние между нами и ударил дубинкой из-за спины. Мы с Меди прыгнули в разные стороны. Дубинка ударилась о камень и разошлась огненными искрами. Одна из них попала на меня: потусторонний крик стал таким громким, что из глаз хлынули слезы. Я прижала к себе гримуар и упрямо удержала магию в пальцах. Мужчина повернулся лицом к Меди.

– Ну уж нет! – воскликнула я, положила руку на гримуар и вызвала огненный вихрь.

Кирасир отклонился в сторону, а через секунду разрубил огонь. Я снова призвала его. Он разрубил и начал подходить ко мне ближе. Голова отдалась болью, начинало тошнить. Стоит ли нам сейчас бежать? Магия всё ещё покалывала мои пальцы. Нет, нужно узнать о них больше, иначе мы никогда не сможем их победить. Внезапно я почувствовала другую энергию. Меди начала использовать свои способности.

Кирасир замешкался. Гримуар тут же открылся на нужной мне странице. Огненный шаг с ускорением впечатал его в стену. Он выронил дубинку и истошно заорал. Я усилила пламя, начиная увеличивать температуру. Меди резко схватила меня за руку.

– Он мёртв, – произнесла она.

Я отпустила магию. От этого человека даже тела не осталось. На стене нарисовался чёрный отпечаток. К моему горлу подступила тошнота. Больше я сдерживаться не смогла, поэтому опорожнила желудок около стены. Меди мягко похлопала меня по спине и помогла встать. Дубинка всё ещё сочилась тёмной энергией. Сестра осторожно подошла к ней, оторвала кусок ткани от платья и завернула еë, стараясь не прикасаться.

– Скоро здесь будут другие надзиратели. Больше кирасиров не чувствую, но стоит поторопиться, – высказалась Меди.

Я кивнула. Ноги и руки начали дрожать, но я всё ещё могла сражаться. Ни в коем случае нельзя было оставлять сестру одну. Тем более, что мы уже так близко. Верно, Игритт?

Глава 17

Змея

Мы начали плутать по коридорам, попутно открывая камеры и снимая цепи с ведьм. Реакции были разными. Кто-то пытался забиться в угол, а другие спокойно смотрели на нас. Хану немного шатало, что было плохой новостью. Нитей передо мной стало слишком много, и это осложняло задачу, ведь вытащить нужную из этого клубка практически невозможно. Я долго возилась с кирасиром. Хорошо, что моя магия не так заметна, как стихийная. Он не сразу еë увидел, поэтому проиграл. С его смертью нить исчезла. Я уже давно заметила, что мои способности действуют только на живых и влияют скорее не на тело, а на разум. Сестре это не понравится. Я не решалась рассказать ей.

Рожениц мы нашли последними. Они сидели в своих комнатах и выглядели такими же ошарашенными, так и те в нашем центре. Грива рыжих волос Небулы выделялась на фоне остальных. Она отличалась от воспоминаний Игритт. Ведьма передо мной была худой, словно скелет, и будто смотрела куда-то сквозь меня и Хану.

– Вы должны немедленно покинуть это место, – произнесла сестра.

Ведьмы переглянулись. Эта идея им не понравилась. Вернее, вызывала у них настоящий ужас и смятение. Это было ошибкой: отпускать ведьм из нашего центра, но как их убедить пойти с нами? Я поймала гневный взгляд Ханы.

– Расскажи им. – Неожиданно пришёл ко мне в голову ответ.

– О чем? – удивлённо уставилась на меня сестра.

– О том мире, что видишь ты, – уверенно продолжила я.

Хана кивнула и повернулась к ним лицом. Она гордо выпрямилась, обвела толпу взглядом и только после этого начала говорить.

– Я знаю, что вам страшно. Неизвестность пугает, но знаете, что пугает ещё больше? Определённость. Вы готовы так прожить свою жизнь? Вечно подчинятся и унижаться. Смотреть на то, как ваших детей забирают и слышать их крики. Сейчас вы можете уйти. Там наверху есть огромный мир без коридоров, камер и цепей. Там можно жить иначе.

Хана сделала паузу. Еë теплая энергия захватила пространство вокруг.

– Однако, выжить в одиночку слишком трудно, поэтому предлагаю вам свою помощь в обмен на вашу. То, что мы сделали сегодня говорит о том, что дать отпор возможно. Я не хочу отступать, не хочу страдать и не хочу умирать. Поддержите меня, и я приложу все силы, чтобы защитить вас. – Хана гордо подняла голову.

Я почувствовала их колебания. Еë речь возымела на ведьм тот же эффект, как уже когда-то на меня. Я сглотнула комок в горле. Придется всё-таки рассказать.

– Мы вывели ведьм из нашего центра, и они ушли. Я не могу точно сказать, что именно произошло с каждой из них, но много нитей пропало. Они исчезают после смерти живого, – добавила я, стараясь не смотреть на Хану.

Она вперила в меня негодующий взгляд.

– У нас было слишком много других проблем, чтобы ещё и об этом заботиться, поэтому я молчала, – тихо и неловко ответила ей.

Сестру это не убедило. Она продолжала смотреть на меня, как на предательницу. Ей даже не надо было ничего говорить. Еë эмоции и выражение лица сказали мне всё, что нужно и даже больше. Я поняла, что потом у нас состоится сложный разговор и перевела внимание на Небулу. Хана проследила за моим взглядом.

– Ты подруга Игритт? – спросила она, заставив рыжую ведьму вздрогнуть.

– Вы знаете Игритт? – тихо уточнила она.

Мы с Ханой переглянулись. Реакция Небулы была странной. Вместо того чтобы обрадоваться она испугалась.

– Да, – неловко ответила Хана.

– Как она? – тут же спросила Небула.

Сестра растерянно перевела взгляд на меня. Я вздохнула.

– Сейчас не до рассказов. Нужно уходить, если вы готовы пойти с нами, – уверенно заявила я, хотя уже знала ответ.

Мы были достаточно убедительны. На поверхности нас ждала удивлённая Сней и пара десятков маленьких ведьм. Сней что-то недовольно профырчала. Она что, ожидала, будто я умру?

Капли воды от водопада попали на лицо, приводя в чувство. Я постаралась сосредоточиться, но толком ничего не получилось. Все мои попытки посмотреть нет ли кого ещё поблизости заглушили эмоции ведьм. Голова сразу закружилась.

– Куда мы теперь пойдём? – тихо спросила у нас с Ханой Сней.

Сестра уставилась на меня. Я нахмурилась.

– Ну уж нет. Ты лидер, поэтому тебе и решать. – Раздражённо ткнула пальцем на Хану.

Эта роль мне не подходила и вести кого-то за собой не хотелось. Меня больше устраивала спокойная жизнь в тени.

– Последнее моё решение плохо закончилось, – потерянно сказала она.

– Если бы не ты, то ничего из этого вообще бы не было, так что делай то, что собиралась, – уверенно произнесла я.

– У меня нет плана, только желание. Ты уверена? – Хана всё ещё была напряжена.

Вместо ответа я отошла в сторону и указала рукой на толпу. Ведьмы смотрели на нас в ожидании. Хана кивнула и вернула себе тот боевой настрой, который потеряла после смерти Игритт.

– Мы скроемся в лесу на время, – громко сказала она им.

Место пришлось искать почти весь день. Такое большое количество ведьм скорее мешало, чем помогало. Они удивлённо осматривали окрестности и отбивались от группы. Как только мы решили, что остановимся под сводом больших деревьев с ниспадающими до земли ветками, Хана и Сней ушли за едой. Я же попросила старших ведьм дать имена младшим. Пока длилась эта процедура, ко мне подошла Небула.

– Ты хочешь узнать про Игритт. – Не дала я ей и рта открыть. – Боюсь, у меня неутешительные новости.

– Что-то случилось? – напряжённо спросила она.

– Она часто применяла на себе магию и повредила своему телу. Это медленно убивало еë, а потом мы столкнулись с кирасиром. Она осталась с ним, чтобы дать нам уйти и я… Я не вижу еë нити, – с трудом закончила рассказ.

Небула замолкла. Она чувствовала недоверие к моим словам и подступающую горечь.

– Твои нити – это магия? – уточнила она.

– Да, но я сама мало что о них знаю. Я могу увидеть воспоминания или заставить кого-то замереть, чувствую чужие эмоции и как обрываются жизни. Мне тоже не хочется в это верить, но… – Я печально покачала головой.

Небула решила больше ни о чем не спрашивать. Она молча ушла к остальным и больше не поднимала эту тему. Я призвала магию. Разноцветные сверкающие нити шли во всё стороны. Они сплетались и расплетались. Одни были тонкими, а другие толстыми. О чем вообще мне должно всё это говорить?

Я выловила взглядом знакомую эластичную алую нить из целого нового вороха. Она принадлежала Хане. Они со Сней довольно далеко, но я всё ещё еë чувствовала. Если потяну нить на себя, то она должна заметить что-то. Много нитей сразу я удержать не могу. Я осторожно коснулась еë нити пальцем. Она была тёплой и мягкой. Как мне вообще тренировать свою магию, если я почти ничего не могу с ней делать? Сражаться самостоятельно не получится. Я начала убирать руку и случайно столкнулась с другими нитями. Моя рука запуталась. Я начала судорожно и быстро еë распутывать. Мало ли, чего могу натворить из-за своей невнимательности. Нити никак не хотели меня отпускать. Некоторые из них даже разделились на несколько новых… Почему они разделились? Я внимательно их осмотрела. Выглядели они нормально, а никто из ведьм вдруг не располовинился. Что это значило?

Я мягко провела по одной из новых серых нитей пальцем и почувствовала неуверенность. Другая принесла мне чувство страха, а третья восхищения. Меня охватило любопытство. Я осторожно уменьшила размер нити неуверенности и вздрогнула, когда кто-то положил мне руку на плечо.

– Мы вернулись, – произнесла Хана, держа в руках нашу будущую еду ещё в шерсти.

Я нашла взглядом Сней рядом с Ханой. Она выглядела расслабленной и очень спокойной. Редкое зрелище.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила я у неë.

– Хорошо, – удивлённо отозвалась Сней.

Хана прервала мою сосредоточенность, поэтому нити исчезли, но я была уверена в том, что работала с нитью Сней. Если это повлияло на еë разум, то моя магия может оказаться не такой уж бесполезной в бою.

Глава 18

Паук

Наше временное проживание затянулось настолько, что сезон дождей сменился снегопадом, за ним пришли ветра и тепло и так повторилось несколько раз. Даже мне стало ясно, что вернуться в наш центр будет сложной задачей. После разрушения того, что был за водопадом, они усилили охрану. Мы, однако, тоже не отдыхали.

Вместе развиваться стало намного проще. Ведьмы со сродством к земле взяли на себя всё вопросы по обеспечению жильём, мебелью и одеждой. Уже через пару дней после нашей остановки вокруг разрослись огромные деревья с пустотой внутри. Далее изнутри они начали обрастать деталями, такими как кровати и шкафы. Ответственность за всё это взяла на себя Небула. К Меди она относилась настороженно, но хоть про Игритт спрашивать перестала. Изначально мне было неловко еë о чём-то спрашивать, но любопытство перевесило.

– Я вижу структуры. Одни мягче, а другие твёрже, что-то более ломкое, а другое очень крепкое. К каждой нужен свой подход, – попыталась она объяснить свою магию.

– Дерево же крепкое, но если его поджечь, то становится ломким, это отражается на магии? – продолжила я допрос, наблюдая за тем, как Небула обустраивает один из домов.

Из стены только что выехал вперёд прямоугольник. Небула сосредоточилась с рукой на странице коричнево-зеленого гримуара, и прямоугольник разделился на отсеки.

– Угу, ведь меняется сама структура, – ответила она, не смотря на меня

– Означает ли это, что дерево перестаёт быть деревом? – внесла я догадку.

Небула закончила с тумбочкой и приступила к кровати.

– Неверное, – пробурчала она.

На еë лбу выступил пот. Сегодня это было уже шестое обустройство.

– Может…

– Может, тебе и Медузе стоит посещать общие занятия для ведьм, а не мучить потом кого-то по отдельности? – сорвалась Небула, посмотрев на меня со злостью.

– Если бы это было возможно, – раздражённо ответила я.

Небула замялась. Я до сих пор не понимала, почему никто не решился оспаривать моё командование. Чем больше нас становилось, тем сложнее мне приходилось. Сначала я разбиралась с вопросами защиты. Было решено, что ведьмы со сродством к воздуху под покровительством Сней будут наблюдать за окрестностями. С их слухом это не составляло труда. Если что-то происходило недалеко от нас, и они не могли справиться с ситуацией, то уже подключались ведьмы со сродством к воде, которыми управляла Кикона, или мои подопечные со сродством к огню. Помимо этого, первые ещё обеспечивали нас водой и лечили нас. На огненных лежала ответственность за создание освещения и тепла. Учитывая то, что меня признали главной, все группы докладывали информацию и ждали дальнейших указаний. Это немного сводило с ума, так как времени на отдых почти не оставалось.

Мы с Меди также ходили в деревню за информацией, выискивали новые центры, приводили сюда других и всё ещё безуспешно пытались разобраться с оружием кирасиров. Пока было ясно только то, что дубинка похожа на шизе и сделана из чьей-то души. Как вытащить её обратно и возможно ли это вообще, неизвестно. Мы уже неоднократно пробовали сломать оружие, но, кажется, только причинили ещё больше боли ведьме внутри, потому что тёмная энергия стала сильнее.

– Ну уж прости, знаю, что у тебя много дел, но никто не заставлял тебя принимать эту роль, – назидательно проворчала Небула.

Я устало вздохнула. Мои личные достижения тоже шли неплохо. Контроль над огнём стал настолько хорошим, что стандартные действия с призывом и увеличением температуры я делала за несколько секунд без гримуара. С другими стихиями было сложнее. Воздух поддавался и мог усилить пламя или донести сообщение. Знание земли помогало зажигать огонь, потому что не всё горело одинаково. Конечно, с гримуаром можно было поджечь воздух, увеличив отдачу тепла от тела, но без него этот фокус работал с перебоями. Водная стихия упиралась изо всех сил. Кикона пыталась объяснить мне их «течение жизни», но в голове у меня это уложилось плохо. Наши принципы были практически противоположными. Зато Меди никаких трудностей не испытывала. После того, как она разделила нити и смогла увидеть магию чужими глазами, то вполне могла вызвать любую стихию.

– Ты забываешь о том, что большое состоит из бесконечного числа маленького и пытаешься сразу управлять тем, что тебе не под силу, – как-то раз сказала она мне на моё нытье.

Понимание еë картины пока складывалось с трудом, поэтому я и мучила сейчас Небулу, чтобы попробовать в этом разобраться.

– Медуза! – неожиданно крикнула Небула, заставив меня вынырнуть из своих мыслей.

Я обернулась и увидела, что к нам мимо толпы земельных ведьм идёт сестра. Помахала ей рукой.

– Пожалуйста, скажи, что ты заберешь отсюда Арахну! Ох, магические камни! Ещё пара вопросов на засыпку и мы никогда не закончим план на неделю, – умоляюще произнесла Небула.

Я закатила глаза. Выражение «магические камни» у нас быстро переросло в степень ругательства именно из-за Небулы.

– К твоему счастью, я за ней. – Меди утвердительно кивнула.

– О нет, – проскулила я.

Сестра поманила меня за собой, в ответ на это я послушно поплелась следом. Раньше она была выше меня, но сейчас наш рост почти сравнялся, хотя Меди всё ещё убеждала меня в том, что она выше. Мы отошли от других ведьм к искусственной реке, над которой пару дней назад закончила работать Кикона со своими ведьмами.

– Не ной, – строго произнесла Меди.

– Тебе легко говорить. У тебя даже работы толком никакой нет. – Не послушалась еë.

– И это совершенно прекрасно. Ничуть не жалею о том, что ты решила быть лидером. – Меди широко мне улыбнулась, а я вздохнула.

– Могла бы и меня предупредить о том, что эта роль настолько кошмарна. – Я упрямо сложила руки на груди.

– Тогда кто бы еë на себя взял? Сней?

Я представила, как мы все эти четыре года разрушаем деревню за деревней. Сней терпеть не могла людей и каждый раз громко об этом заявляла. Мне с ними воевать не хотелось.

– Только не это, – неожиданно произнесли мы с Меди одновременно и улыбнулись.

– Если эта тема закрыта, тогда выслушай мою идею, – сосредоточилась сестра.

Я кивнула и приготовилась слушать.

– Это лишь предположение, но что, если попробовать отнести дубинку в ту комнату? Возможно, это создаст напряжение в сознании заключенной ведьмы, и она ослабит защиту, – высказалась Меди.

– Идея хороша, но у нас нет такой комнаты под боком. – Я нахмурилась.

– Но мы знаем, где она есть, – серьёзно продолжила Меди.

– Ты же знаешь, что теперь на один центр приходится по три, а то и четыре кирасира. Мы же именно с твоей подачи туда не ходили, а выискивали ведьм на свободе, – неохотно произнесла я.

Мне эта позиция не нравилась, но сестра говорила очень умные вещи. Хотя мы много тренировались…

– Ещё я знаю о том, что тебе такой расклад не нравится и о том, что мы много тренировались в эти годы. Если возьмём с собой Кикону и Небулу, то всё вполне может получиться, – Меди будто прочитала мои мысли.

– Думаю, не стоит оставлять Сней одну. – Я задумчиво покачала головой.

– Она, может, и странная личность, но со своей работой справляется хорошо. В крайнем случае пришлёт нам сообщение, – высказалась сестра.

Еë слова звучали очень убедительно, а у меня уже давно руки чесались сделать что-то покрупнее мелких стычек на границе территории. Удивительно, что нас практически не искали. Они даже не признали публично наше существование. Неужели люди были настолько уверены в себе? Что ж, тогда это станет их роковой ошибкой.

– Я подниму этот вопрос на собрании ковена, – в итоге произнесла я. – Ты и сама бы могла это сделать.

– Ты же знаешь, что я не люблю привлекать внимание к себе. – Меди хитро улыбнулась, а я поняла, что снова попалась.

– Ты точно змея, – со вздохом сказала я, а сестра рассмеялась.

Мне нравилось смотреть на еë улыбку. Раньше она себе этого совсем не позволяла, да и сейчас старалась держать лицо. Хорошо, что не делала этого передо мной.

– С ковеном разбирайся сама. Почему ты вообще решила так его назвать? – хмуро уточнила Меди. – Священники называют так сборища тех, кто служит дьяволу.

– Именно поэтому. Зачем что-то придумывать, если уже есть вполне запоминающееся слово, – назидательно ответила я.

– А что на счет названия для деревни? – хитро уточнила сестра.

Я кинула на неё недовольный взгляд. Она прекрасно видела, что мне это не дается. Пришлось сделать вид, что я её не расслышала. Меди рассмеялась. Солнце уже начало клониться к горизонту, а значит скоро начнётся собрание, где мне сообщат о результатах дня. Та ещё нудятина, но с предложением сестры всё должно пройти куда оживлённее, чем обычно.

Глава 19

Змея

На совете ковена мою идею с энтузиазмом приняла только Сней, и то до того, как узнала, что еë просят остаться. Другие ведьмы нашего возраста и старше сильно напряглись. Будь их воля, то они так и жили бы здесь, носа своего не показывая, а в прочем, это не было их виной. Мы с Ханой сочли лучшим решением притупить их ненависть и сосредоточиться на выживании. Этим и занималась я, поддерживая ограничивающий купол из нитей. Параллельно с этим на границе купола я натянула усиливающие страх заклинания. Они хорошо доказывали свою эффективность. Стычек практически не было, но решением проблемы здесь даже не пахло. Чем больше нас становилось, тем сложнее мне было управлять куполом. Период спокойствия подходил к концу, и я предчувствовала надвигающуюся бурю.

– Заклинания Медузы достаточно для того, чтобы охранять территорию. Почему я не могу пойти? – гневно спросила Сней.

Хорошо, что она не знала о том, что данное обсуждение – моя идея. Тогда возражений посыпалось бы бесчисленное множество. Я скучающе осмотрела наш круглый стол с одинаковыми стульями, потом перевела взгляд на других ведьм в атриуме, которые пришли послушать. Хана настояла на том, что собрания должны быть открыты каждой по достижении шестнадцати лет. Ведьмы с энтузиазмом наблюдали за происходящем. Их чувств не разделяла. Мне хотелось как можно быстрее уйти отсюда.

– Я не смогу поддерживать его на таком расстоянии, – спокойно отметила я, когда поняла, что внимание переключилось на меня.

Сней посмотрела на меня настолько красноречиво, что всем присутствующим стало понятно, о чем она думает. Она считала, что лучше, чтобы осталась я вместо неë. Учитывая, что кроме Ханы никто толком не знал моих способностей, вывод был логичным.

– Медуза нужна мне на месте, – жёстко произнесла Хана.

Возражений не последовало. Авторитет сестры никто не оспаривал. Им нравились еë идеи, и они привыкли подчиняться. Остальные углы сглаживала моя магия. Я встретилась взглядом с Небулой, свой она быстро отвела в сторону. Вокруг неë витал целый клубок противоречивых эмоций.

– Если других возражений нет, то отправимся завтра на закате, – сказала Хана и встала из-за стола.

Послышался шум отодвигающихся стульев с длинными прямоугольными спинками. Он отдался эхом от высоких стен атриума. Я подошла вплотную к Небуле.

– Даже не думай о том, чтобы сбежать, – очень тихо прошептала я ей.

Она вздрогнула и повернулась ко мне лицом. Я спокойно покинула зал совещаний. Небула догнала меня на улице с каменной дорогой, ведущей к фонтану и буквально затащила в переулок.

– Что ты знаешь? – Небула крепко сжала мои плечи.

Я скинула еë дрожащие руки с себя.

– О чем именно? Ты про свою дочь или про то, как предала Игритт? – равнодушно спросила я. – Она уже точно мертва, да и не догадалась о том, что ты натворила.

Небула напряглась ещё сильнее. Она давно чувствовала вину и желание помочь Игритт, а ещё очень боялась её реакции. Подавлять еë эмоции было сложнее всего.

– Арахна знает? – дрожащим голосом спросила Небула.

– Планирует узнать, – донёсся до нас голос сестры.

Мы резко повернулись в еë сторону. Хана недовольно посмотрела на меня.

– Как раз собиралась тебе рассказать, – сказала я чистую правду.

Хана довольно однозначно высказалась о том, что хочет знать всю информацию, когда вскрылся факт смерти некоторых ведьм из нашего центра. После этого я рассказала ей всё, включая все воспоминания Игритт и Адериды.

– Тогда давай с этого момента подробнее, – высказалась сестра.

Небула сжалась. Слышать правду ей не хотелось.

– Нечего особо и рассказывать. У неё было пятеро детей. Четверо из них родились мальчиками. Как известно, им магические способности не передаются, но они тоже страдают от приступов, хоть и не считаются грешниками, поэтому священники избавляются от них. Когда же у неë родилась дочь, то Небула захотела защитить еë. Она рассказала Микаэлю о том, чем занимается Игритт. Доказательств у неë не было, но подозрения взросли быстро. Когда Микаэль понял, что больше Небула ничего не знает, он перевёл еë в другой центр и начал подселять к Игритт других ведьм, чтобы выяснить правду. Заменить еë в качестве роженицы без причины было бы трудно. Слишком много бумаг, а он уже перевёл одну из ведьм недавно. Это было бы подозрительно. Он выждал время, а потом решил взять новую роженицу – меня. Дальнейшая история тебе известна. Что случилось с ребёнком ни я, ни Небула не знаем, – рассказала я всё что знаю.

Хана задумчиво посмотрела на поникшую Небулу.

– Это был жалкий поступок. Магический камень, если бы я знала тогда, что Микаэль не сдержит слово, то я бы ни за что не рассказала бы ему про Игритт! Она доверяла мне. Я не хотела причинить ей боль, – печально и вспыльчиво произнесла Небула.

– Тогда тебе придётся искупить вину, – сказала Хана.

Небула ошарашено посмотрела на нас.

– Какой смысл обвинять тебя, если ты и сама хорошо с этим справляешься? – ответила я на еë немой вопрос. – Но повторю: даже не думай о том, чтобы сбежать. Я не знаю, с чем мы столкнемся завтра, но это может разбудить болезненные воспоминания. Игритт приложила слишком много усилий, чтобы вновь увидеть тебя. Полагаю, какая-то еë часть могла остаться там.

Небула серьёзно кивнула. Она всё ещё не верила в смерть Игритт, но спорить не стала. Разговор был закончен, поэтому я развернулась и вышла из переулка. Хана догнала меня у фонаря.

– Ты была довольно резкой, – высказалась она.

– Ей полезно, – пробурчала я и зевнула.

Мы остановились около одного из витиеватых домиков, который я взяла себе в качестве жилья. Хане, как главе ковена, выделили комнату над залом совещаний, но она ей не очень нравилась. Порой сестра сравнивала еë со своей камерой с коридором. Хоть в новой комнате не было цепей с решёткой и была она куда больше, но в ней ей одиноко.

– Дай мне выспаться. Завтра будет очень сложный день, – попросила я еë.

Хана надулась, но отступила. Обычно мы болтали полночи, когда она оставалась у меня. Сегодня я легла на мягкую кровать одна и тут же уснула.

Утро выдалось солнечное. На улице потеплело. Завтрак из фруктов и хлеба оказался не так уж плох, и чувствовала я себя после него прекрасно. Хана раньше обеда вниз не спускалась. Я проверила купол и решила навестить Кикону. Когда мы только вызволили ведьм из центра узнали, что еë, как и меня, не так давно перевели в роженицы. Детьми она обзавестись не успела.

Я преодолела мерно журчащий круглый фонтан и вошла в лазарет. Хоть ведьмы со сродством к воде и заведовали лечением, но напрямую им не занимались. Они лучше других разбирались в том, как делать различные микстуры от болезней, но затянуть раны щелчком пальцев у них не получалось. Во всяком случае пока. Кикона и Гата уже несколько месяцев безуспешно работали над этим.

Еë ворох каштановых кучерявых волос я заметила сразу, как только вошла. Она внимательно смотрела на свою руку.

– Доброе утро, – поздоровалась я.

Кикона так сильно вздрогнула, что чуть со стула не упала.

– Сколько раз я просила ко мне не подкрадываться? – нервно спросила она.

– Много, но я даже не пыталась этого сделать, – ответила я ей. – У тебя появилась новая идея?

– Мммм… не совсем, – произнесла она и вытянула вперёд свою правую руку. – Тело – это слишком сложно. Я могу управлять потоком крови, но как соединить кожу? С этим, наверное, земные должны справиться лучше. Делать это одновременно в одиночку никак не получается. А это мы только про царапину говорим! Для чего-то более серьёзного может понадобиться контроль над дыханием и температурой тела. Самое ужасное, если пострадает голова. Тогда вообще только ты и сможешь что-то сделать. Почему всё должно быть так сложно?..

Кикона запустила обе руки в свою гриву. Еë контроль над другими стихиями был хорош, но без гримуара она колдовала плохо. Я уставилась на птицу, которую она поймала для экспериментов. На сером крыле у неë была глубокая рана. Я достала свой гримуар и сосредоточилась. Сначала осторожно включилась в ток крови птицы, а затем переключилась на кожу, восстанавливая еë структуру. Неожиданно раздался хлопок. От птицы осталась только кровавая каша с перьями.

– Угум, ты ускорила поток крови. Гата это уже вчера пробовала, – без эмоций отметила Кикона и указала пальцем на угол комнаты.

Там валялась ещё одна похожая куча.

– Это и вправду сложнее, чем выглядит, – со вздохом произнесла я.

Она кивнула. Во всяком случае я точно знала, чем мы будем заниматься до самого вечера. Возможно, у других водных ведьм будут какие-нибудь более реальные идеи на счёт прямого лечения.

Глава 20

Паук

С заходом солнца мы отправились в путь, оставив позади нашу небольшую деревню и очень недовольную Сней. Мне пришлось нести свёрток с дубинкой. Он напрягал всех присутствующих своей энергией. Хуже всего приходилось Меди, ведь еë чувствительность к таким вещам была куда выше, чем у остальных. Небула пребывала в своих мыслях, а Кикона вообще из своей головы выбиралась редко.

Вечер начал медленно переходить в ясную ночь, когда мы подошли к полю. Я полной грудью вдохнула запах лаванды. Она до сих пор здесь росла. Если бы не дубинка, то на меня бы точно нахлынула ностальгия о первом дне на свободе. Мы остановились.

– Я, Небула и Медуза войдем внутрь. Кикона – останься здесь. Если что-то пойдёт не так, то тебе придётся нас вытащить. Медуза даст знать, – коротко проинформировала их я.

Они мне кивнули. Знакомая дверь центра поддалась легко. Хоть все проходы в подобных местах были схожи, эти коридоры я бы ни с чем не спутала. Мы спустились вниз. Меди указала направо и подняла четыре пальца, я уставилась на левый проход. Она покачала головой и показала два на пальцах. Небула недоуменно наблюдала за нашей мимикой.

– Всё, конечно, замечательно, но я вас вообще не понимаю, – тихо и раздраженно прошептала она.

Мы с сестрой синхронно вздохнули. Работать ещё с кем-то довольно неудобно.

– Справа четверо кирасиров, слева два. Идём направо, – чуть слышно произнесла Меди.

Небуле еë слова не понравились. Она сморщилась и что-то неразборчиво пробурчала, но спорить не стала. Мы быстро пошли по коридору. Наши шаги отдавались эхом от стен. Через пару минут я почувствовала тепло живых за дверью. Если с надзирателями можно просто открыть дверь и атаковать, то с кирасирами такой фокус не пройдёт. Раз их почувствовала я, значит, и они уже знают о нас. Дверь резко распахнулась.

– На пол! – скомандовала Меди.

Мы с Небулой успели пригнуться за мгновение до того, как над нашими головами просвистело гасило на цепи. От глухого удара в стену на пол посыпался раскрошенный камень. Мы достали гримуары: Небула воздвигла стену, которую мечник разрубил так, будто она была сделана из масла. Я призвала пламя. Оно окружило меня и завихрилось, пожирая воздух, огонь становился всё сильнее и жарче. Кирасиры спрятались за огромным щитом, что не пропускал магию. Я направила огонь на щит. Он с лёгкостью выдержал атаку. Если так продолжится, то мы выдохнемся быстрее, чем противники. Кстати, а где четвертый?

Пол под моими ногами затрясся, и я неловко упала вперёд, потеряв сосредоточенность. Магия рассеялась, а рядом со мной, чуть не задев плечо, опустилась алебарда. Кирасиры вынырнули из-за щита и попытались взять нас в кольцо. Мы встали спиной друг к другу.

– Щит! – воскликнула сестра.

Воздух был настолько разогрет от нашего дыхания и моего прошлого вихря, что мне даже не пришлось использовать гримуар. Магия поддалась легко. За мгновение я создала огненную стрелу и с воздушным ускорением отправила еë прямо в огромного кирасира со щитом. Он приготовился защищаться, но руки его уже не слушались. Стрела пробила грудь щитовика насквозь, залив пол первой кровью.

– Камен! – отчаянно крикнул мечник, чьи руки сжались на эфесе меча.

Через секунду он без раздумий кинулся на меня. Его злость дала Меди преимущество. Моё уже почти белое от постоянного разогрева и движения пламя достигло цели, когда кирасир замахнулся и застыл. Он истошно заорал, а потом свалился на пол бесформенной кучей. Кирасир с гасилом попятился, чем воспользовалась Небула. Тот худощавый мужчина споткнулся и выронил оружие, после чего за секунду ушёл под землю.

Кирасир с алебардой попытался атаковать Меди, но она ловко увернулась, а потом так же быстро контратаковала. Его глаза расширились, когда он вместо удара по ней прошёлся алебардой по своей голове. Из-за угла выбежали ещё двое кирасиров, но они опоздали. Не дав им времени на оценку ситуации, я расширила область распространения пламени, позволив ему сожрать почти всё свободное пространство. Один из них заблокировал огонь, но тут же попал под контроль Меди. Небула раскроила его голову практически пополам, обрушив часть потолка. Второй сгорел, даже не успев издать ни звука.

Мы развеяли магию и убрали гримуары. Дышалось с трудом. Огонь забрал почти весь воздух, а из-за температуры пот лился с нас градом. Голова начала немного кружится. Меди села на пол в попытке отдышаться, а Небула прислонилась к стене.

– Магический камень, вы просто чокнутые! – вынесла она нам вердикт.

– Правда? Я думала, что это было понятно ещё при первой встрече. – Я громко рассмеялась.

– Пойдёмте, – сказала сестра и поднялась на ноги.

Теперь всё еë платье было пропитано кровью. На меня попало чуть меньше. Мы дошли до той комнаты. Я поморщилась от неприятных воспоминаний. Мы открыли дверь и вошли. За ней ничего не изменилось, перед глазами оказалась всё та же тёмная комната, цепи и орудия пыток. Никакого разнообразия. Не дойдя до середины, Меди неожиданно остановилась и с ужасом уставилась на что-то в тени. Мы с Небулой повернулись в ту сторону и заметили там человека. Священник в белых одеждах стоял там и спокойно наблюдал за нами. Его лицо расчертили ожоги, а один глаз ослеп, но я его узнала. Микаэль. Мужчина, что участвовал в нашем с Меди рождении.

– Я знал, что вы вернетесь, – произнёс он. – Как вам на воле? Наверное, испытываете некоторые сложности.

Я без слов вытащила гримуар. Если этот человек считал, что сходство нашей крови что-то для меня значило, то он ошибался. Меди продолжала стоять в оцепенении. Вот это настораживало меня куда больше.

– Сними его, – тихо произнесла она.

– Номер 27, говори громче. Я плохо тебя слышу, – высокомерно отозвался Микаэль.

– Немедленно сними его, – со злостью прорычала Меди.

– А… Ты про эту безделушку? – Микаэль поднял вверх руку с большим зелёным кольцом на большом пальце. – Хоть на что-то она сгодилась. Мило, верно?

До меня не сразу дошёл смысл его слов. Это же не может быть правдой? Не могли же они пытать еë так же, как меня когда-то?.. Я посмотрела на довольное лицо Микаэля и поняла, что Игритт умирала в адских муках, позволив нам тогда уйти. Меня наполнил гнев.

– Нет. Неправда… Это неправда, – никак не могла поверить в случившееся Небула.

Она затряслась и разразилась слезами. Я же положила руку на страницу своего гримуара. Пора было закончить с этой историей раз и навсегда. Микаэль неожиданно рассмеялся.

– Давай. Сожги меня. Я уйду, как истинный верующий, что всю жизнь боролся со злом и помогал людям, даже в ущерб себе. Как же мне было противно трогать таких отвратительных созданий, но это был мой долг. Зато теперь всё закончится. С моей смертью всё изменится, ведь никто не верил, что вы можете представлять угрозу. После сегодняшнего они точно всё осознают, а я стану героем. Какая славная смерть! – он развёл руки в стороны и с надеждой посмотрел наверх.

Чего он ожидал там увидеть? Своего отвратительного Бога? Не раздумывая, подожгла его. Смех Микаэля становился всё более истеричным. Он продолжал смеяться до самого конца.

Небула на шатающихся ногах дошла до его останков, упала на колени и вытащила из пепла кольцо с душой Игритт. Я чувствовала в нем нечто знакомое, поэтому сомнений в словах её сестры не имела. Небула тоже это осознавала. Она прижала кольцо к груди, продолжая горько и надрывно плакать. Смотреть на это было больно, поэтому я отвернулась.

Дубинка в мешке за моим плечом затряслась. Я почувствовала еë присутствие быстрее, чем увидела. Маленькая ведьма, что была не старше меня, когда я встретила Меди, внимательно смотрела в мою сторону. Меня затопили еë чувства: страх, боль, ненависть, но сильнее всего было острое желание жить. Оно откликнулось во мне, и я поняла почему оружие кирасиров разрубало магию. Ведьмочки в них до сих пор отчаянно сражались за жизнь, вот только мы ничем от них не отличались. Я собрала все свои эмоции в тугой узел, который встретил чувства заключенной жёстким отпором.

– Грядёт война, – тихо произнесла Меди, подойдя ко мне.

Она обхватила себя руками, пытаясь защититься от собственных эмоций.

– Мы к ней готовы, – уверенно ответила я, зажгла огонь на руке и позволила ему лизнуть своим языком дубинку.

Оружие больше не сопротивлялось и послушно обуглилось. Душа ведьмы поняла, что моя воля к жизни была куда сильнее её.

Глава 21

Змея

Тёмную безлунную ночь окрашивали яркие языки пламени, искры и крики. Всё живое попряталось в свои норы. Даже ветра сегодня не было. Я зевнула и потянулась. Неделя вышла очень напряжённой. Вверх вновь взвился огонь – Хана разошлась не на шутку.

Я достала пергамент из сумки и снова посмотрела на список. Это был последний центр, что расположился на границе с Кориндой. После изучения информации мы выяснили, что нам очень повезло, потому что созданием шизе промышляла в основном только Лаппия. Было ещё несколько центров в Коринде и Зархее, но у них почти не было кирасиров. Собственно, с ними легко разобралась Сней, которая всё-таки уговорила отправить её туда.

После того, как мы окончательно зачистили наш родной центр, люди решили объявить о том, что существуют женщины с собственной магией. С тех пор проблем прибавилось. Я перестала сдерживать ненависть других ведьм, и она полилась неиссякаемым потоком. Если не считать центров, то было всего несколько крупных стычек около деревень. Успех был переменным. То, что мы могли отбить, забиралось кирасирами и наоборот.

Больше всего меня удивил тот факт, что никто из людей не знал толком о том, как создаются шизе. Надзиратели и священники не распространялись, а о создании оружия для кирасиров и вовсе ничего не знали. Основная информация хранилась в столице.

Хана объяснила мне общий принцип работы с оружием кирасиров, но у меня получалось взять ситуацию под контроль через раз. У других это реже выходило, поэтому в открытый бой никто кроме Сней не рвался. Серьёзные проблемы были с кирасирами, которые действительно умели сражаться. Таких оказалось немного, но они могли использовать сродство своего оружия себе на пользу.

Освобождённые ведьмы начали о чём-то спорить, и я кинула на них предупреждающий взгляд. Мало того, что прятать такую большую группу было сложно, так они ещё и совсем не старались мне в этом помочь.

Наконец, из-за двери центра появились довольная Сней и уставшая Хана, которая всеми силами пыталась это скрыть. Впрочем, безрезультатно. Восемь центров за неделю стали нашим новым рекордом. Я очень надеялась, что и последним тоже.

– Это было просто невероятно. Они даже подойти к тебе не смогли. – Сней восторженно рассмеялась.

Хана сдержанно улыбнулась и кинула на меня молящий взгляд. Я подошла к ним.

– Жаль прерывать, но у меня есть разговор к Арахне, – скучающе произнесла я.

Сней сразу замолчала и недовольно на меня посмотрела. Если что-то с годами и не менялось, так это наши отношения. Сней уважительно кивнула сестре и ушла к освобождённым. Мы с Ханой скрылись в тени дерева, и она тут же повисла на мне.

– Я сейчас помру, – проскулила она.

– Ты тяжёлая, – произнесла я, пытаясь скинуть еë руки со своих плеч.

У меня ничего не получилось, и я лишь тяжко вздохнула.

– Это был последний центр, – высказалась я, а потом почувствовала смятение Ханы.

С подозрением прищурилась.

– Последний же. Верно?

– Ага… – неопределённо отозвалась она.

Оторвала еë от себя и серьёзно посмотрела в глаза.

– Я думала отложить этот разговор, но от тебя очень сложно что-то скрыть, – неловко начала сестра.

– Конкретнее, – пробурчала я.

– Центр последний, но что им мешает создавать новые? Пусть ведьм и немного, а с нашей их защитой людям будет очень сложно вернуться к привычному образу жизни, но саму проблему мы не решили, – серьёзно ответила Хана.

– Поэтому ты хочешь уничтожить информацию в столице Лаппии? – закончила я еë мысль и ужаснулась. – С ума сошла?

– Не шипи на меня! – она упрямо сложила руки на груди. – Это лучший способ, и вдвоём у нас получится провернуть нечто подобное. Люди уже говорят про сильную огненную ведьму.

У меня пропал дар речи. Спорить с Ханой сейчас было бесполезно. Когда она что-то решила, ничто в мире не могло еë переубедить. Впрочем, именно из-за еë упрямости мы и оказались сейчас здесь. Я снова вздохнула, а она приняла это за знак согласия и широко улыбнулась.

– В столицу двинемся завтра, а сейчас я хочу выспаться. Как думаешь, Сней позволит нам поспать сегодня в ближайшей деревне? – Хана слишком легко переключилась с опасной операции на повседневные вещи.

Порой эта еë манера меня раздражала, но сегодня я слишком устала.

– Хочет или нет, но сегодня еë очередь следить за новыми ведьмами. Правда известить еë о том, что ей придётся вести их к нам самостоятельно лучше тебе. Меня она и так недолюбливает, – категорично заявила я.

– Ла-а-адно, – протянула Хана и пошла искать Сней.

Как жаль, что на этой неделе с нами была именно она. С Киконой или Небулой договориться можно в разы проще. Ждать Хану не стала, и вместо этого поплелась в деревню. Сверившись с картой, поняла, что ближайшим к нам был Эрф, который являлся пересечением нескольких торговых путей Лаппии.

Он встретил меня ярким светом фонарей. Учитывая, что производство шизе влекло большие трудности, а ведьмы в камнях быстро истощали свою магию, то сейчас всё реже их можно было где-либо застать. Эрф был в этом плане не богат – я не почувствовала в нём ни одного камня. Стало немного легче дышать. Таверну на окраине с покосившейся крышей я нашла быстро, хотя люди на улице сильно мешали. С чего вообще поздно ночью их так много?

– Одну комнату с двумя кроватями, – сказала я мужчине за стойкой, перекрикивая пьяных дебоширов.

Толстый и уже почти полностью лысый владелец окатил меня неприятным взглядом. Полагаю, моё потрёпанное платье производило плохое первое впечатление. Стоило его привести в порядок, но я совсем про это забыла, а колдовать сейчас плохая идея. Вместо этого выдавила из себя улыбку.

– Семь крайв за ночь, – в итоге произнёс он.

Настоящая обдираловка, но мне было всё равно. Если и есть плюсы от того, чтобы быть ведьмой, так они заключались в возможности создавать деньги. Я засунула руку в карман. Небула справлялась с подобной задачей щелчком пальцев, но мне приходилось хорошенько сосредоточиться. В итоге, вытащила на прилавок мешочек наполненный зирами доверху. У владельца округлились глаза. Я подавила желание снова зевнуть и протянула ему один зир. Он взял его в руки, проверил подлинность и широко улыбнулся.

– Не желаете поужинать? – заискивающе спросил он.

Я задумалась. Есть мне не хотелось, но Хана точно будет голодной. Она потратила много энергии.

– Да, но чуть позже, – ответила я.

Группа людей ввалилась в таверну громко хохоча.

– Смотрю вы не местная. Приехали на ночной базар? – спросил владелец.

– О нет… – чуть слышно проскулила я.

Теперь никакого отдыха не будет. Хана потащит меня посмотреть на людские поделки.

– Что? – громко переспросил мужчина, привлекая моё внимание.

– Да, приехали на него с сестрой, – ответила я.

В таверну вплыла взбудораженная Хана. Я подавила отчаянный вздох.

– Ты слышала о том, что сегодня здесь проходит ночной базар? – с ходу спросила она.

– Может, позволишь мне поспать? – ни на что не надеясь, уточнила я.

– Ты оставишь меня одну в незнакомой деревне? – она хитро на меня посмотрела.

Я вспомнила о том, что последний еë самостоятельный поход закончился двумя заикающимся мужчинами, которые пытались заставить еë с ними погулять. До сих пор не знала, что она с ними сделала, но теперь все в Шерше знали о том, что она ведьма.

– В одиночестве такой молодой леди здесь может быть очень опасно, – с умным видом сказал владелец.

Хана заливисто рассмеялась, а я снова вздохнула. Этот человек явно не о тех волновался. Мы вышли из таверны и пошли по узкой улице к самому большому скоплению шума. Когда вышли на площадь меня ослепили разнообразные фонарики с настоящим огнём. Дальше по улице тянулись более добротные дома, а завершалась она храмом. Хана тут же исчезла в ближайшей лавке с посудой, а я постаралась занять позицию, с которой мне будет еë хоть немного видно. Теперь пока всё не осмотрит, мы отсюда не уйдём.

– Осторожно! – услышала я возглас и тут же отреагировала.

На меня нёсся мужчина с огромным количеством предметов в руках. Ноги у него заплелись, а ноша опасно накренилась в мою сторону. Я сама не заметила, как с помощью воздушного пространства вернула мужчине прямое положение. Когда до меня дошло произошедшее, я опасливо огляделась. К счастью, никто кроме Ханы ничего не заметил. Сестра кинула на меня напряжённый взгляд, а я покачала головой, показывая, что всё в порядке и еë вмешательство не требуется. Хана вернулась к разглядыванию бус за соседним прилавком. Мужчина неловко поставил предметы на землю и отдышался.

– Вы в порядке? – неожиданно спросил у меня он.

– Да, – ответила, не смотря в его сторону.

– Ух ты, у вас такой необычный цвет глаз! Это очень красиво, – жизнерадостно произнёс он.

Я перевела на него взгляд. Он был чуть старше меня, но, кажется, предпочитал вести себя, как ребёнок. Впрочем, ему это шло. Во всяком случае внешность позволяла. Представить себе детский энтузиазм у огромного мужчины с бородой я не могла, а вот у кучерявого блондина с голубыми глазами вполне.

– Спасибо? – растерянно ответила я.

– Вы тоже сюда на базар приехали? – продолжил он диалог.

– Да, – сухо ответила я.

– Он здесь просто невероятный, можно сказать, лучший в Лаппии! Я бы хотел жить в Эрфе, – мечтательно улыбнулся мужчина, показав ямочки на щеках.

Мне стало как-то совсем не по себе. Почему он не уходит? Мужчина посмотрел мне прямо в глаза. Его энергетика чем-то напоминала мне сестру. С ним было как-то слишком просто разговаривать. Он неожиданно открыл одну из коробок, порылся там и вытащил деревянную фигурку девушки.

– Я понял, кого вы мне напоминаете: Богиню Тивию, жену Бога Шери. Я здесь продаю такие вот штуки. Это семейное дело. – Он протянул мне еë.

Я замялась, поэтому он взял мою руку и вложил в неë фигурку. От его прикосновения магия у меня внутри всколыхнулась. Что вообще происходит?..

– Это подарок. – Мужчина широко улыбнулся. – Меня, кстати, Адам звать.

Если раньше мне было неловко, то сейчас я почувствовала самое настоящее смущение. Я молчала, а он продолжал выжидающе смотреть на меня. Поняла, что он не уйдёт, пока не узнаёт моё имя.

– Меди, – кое-как выдавила из себя я.

– Что ж… Надеюсь, мы ещё увидимся, Меди. – Адам взял коробки, подмигнул мне и исчез в толпе.

Стало как-то совсем жарко. Мои щеки просто горели. У меня лихорадка? Я постаралась сосредоточиться. Хочет Хана или нет, но мы идём в таверну. Если я заболела, то наши планы по уничтожению информации в столице придётся существенно сдвинуть дальше по времени.

Глава 22

Паук

Деревни без шизе меня одновременно радовали и огорчали. С одной стороны мы практически остановили это ужасное производство, а с другой до сих пор не нашли способа уничтожить камни. Магия ведьм, заключенных внутри истощалась, но они по-прежнему оставались заперты в них. Меди говорила, что некоторые из заключенных видят и слышат нас. Насколько это, должно быть, ужасно – просто наблюдать.

Я постаралась выкинуть эти мысли из головы и перевернулась на другой бок. Меди на соседней кровати либо спала, либо делала вид, что спит. Она вела себя странно после разговора с тем мужчиной. Он ей что-то сделал? Будь это так, сестра бы об этом сказала.

У меня ломило всё тело, а голова ужасно разболелась: сегодня я исчерпала весь свой внутренний запас магии. Хорошо хоть, что не вырвало. Немного полежав, я всё же встала, нашла в сумке микстуру от Киконы и залпом выпила. Голова болеть перестала, а глаза начали закрываться. Даже не запомнила, как вернулась в кровать.

Утро выдалось пасмурным. Скоро должна была прийти осень, это означало, что начнутся дожди. Они мне не нравились. Подчинять территорию для колдовства осенью и зимой мне было труднее. Нагревать сухой воздух проще, чем влажный. Всё это означало, что нам стоит поспешить. Кирасиров в столице должно быть очень много. Нам нужно использовать любое возможное преимущество.

Завтрак в таверне состоял из яичницы, хлеба и чая. Вкус у всего этого был средний. Меня в целом устраивало, а вот Меди задумчиво ковырялась в тарелке вилкой. За всё утро она не сказала мне ни слова. У неë и раньше случались периоды задумчивости, но сегодня она совсем в своих мыслях утонула.

Я решила еë не трогать. Пусть лучше разберётся с ними до нашей вылазки, чем будет заниматься этим во время. Толстый владелец таверны посылал в нашу сторону заискивающие взгляды. Ещё немного и он добьётся своего. Чтобы он на нас не смотрел, я уже была готова отдать ему весь мешочек с деньгами. Сестра неожиданно вздрогнула и повернулась ко входу. Проследила за еë взглядом и увидела вчерашнего блондина.

– Меди, доброе утро. – Он жизнерадостно помахал ей рукой.

Она отвела взгляд в сторону. Я прищурилась. Что-то во всём этом казалось мне очень странным, но сформулировать свои мысли нормально никак не получалось. Мужчина подошёл к нам ближе.

– Погода сегодня ужасная. Это твоя сестра? Чем планируете заниматься? – с широкой улыбкой спросил мужчина.

– Да, сестра. Мы уже покидаем город, – немного растерянно произнесла Меди.

– Правда? Какая жалость. Я думал, что мы можем сегодня провести время вместе, – расстроенно сказал он.

Меди окончательно смутилась. Она бросила на меня взгляд, говорящий о том, что ей нужна помощь.

– У нас есть срочные дела, поэтому мы пойдём, – вклинилась я в разговор и встала.

Сестра тут же последовала за мной.

– Подожди минутку, – попросил блондин и вытащил из-за пазухи несколько жёлтых тюльпанов. – Они мне напомнили цвет твоих глаз… Ну… Я и…

Он протянул Меди цветы. Я с удивлением уставилась на растерянную сестру.

– Спасибо, – буркнула она, взяла их и быстро ретировалась.

– Ты же ещё приедешь в Эрф? Я тут надолго, потому что отец решил открыть здесь мастерскую, – сказал он ей в спину, но Меди его проигнорировала.

Мы вышли на улицу. Погода и правда портилась на глазах, скоро мог начаться дождь, и нам надо поскорее добраться до столицы. Лучшим вариантом было найти повозку. Я кинула взгляд на всё ещё взволнованную Меди.

– Мне кажется, я чем-то заболела, – в итоге произнесла она.

– Да, похоже на лихорадку. Может, нам стоит отложить наш визит в столицу? – неловко уточнила я.

– Не настолько всё плохо. К тому же, если отложим сейчас, то придётся, скорее всего, ждать весны, – серьёзно ответила она и пошла дальше по улице в сторону конюшен.

Поездка прошла без приключений: меня только слегка укачало. Столицу окружали поля, так что смотреть оказалось не на что. Моё внимание привлекла разве что небольшая река, которая разделила Арфель на две части. С одной стороны стоял замок с правителями, храм и высокие здания из камня с причудливыми шпилями, флагами и фонарями, а с другой дома ничем не отличались от отдаленных деревень.

Когда нас высадили на площади, сразу увидела шизе в фонарях. Я их почти не ощущала, а Меди сморщилась. Вот теперь мы столкнулись с первой неприятностью: я понятия не имела, где конкретно находится главный храм.

Меди ткнула меня локтем в бок и указала на что-то позади нас. Я обернулась и замерла, уставившись на статую из блестящего золота. Через секунду я узнала в ней фигуру Бога Шери. Он стоял около белого здания с крышей, усыпанной драгоценными камнями, и держал перед собой щит. Полагаю, нас привезли куда надо. Рядом с разными дверьми стояли два кирасира. Я скривилась, когда поняла, что они оба мечники: с ними мне не нравилось драться больше всего. В небе над нами громыхнул гром.

Мы с Меди переглянулись и кивнули. По еë настоянию надели на головы капюшоны. Сестра сказала, что светить нашей узнаваемой внешностью – плохая идея. Когда еë сложно рассмотреть, ей легче подчищать воспоминания.

Я направилась прямо к главным воротам. Кирасиры при моём приближении даже не пошевелились. Видимо, они не могли представить себе, что я могу оказаться ведьмой. Люди сами объявили нам войну, но до сих пор не почувствовали в столице существенных изменений. Пора это изменить. Может, узнав об угрозе они перестанут соваться к нам? Во мне нарастала волна раздражения. Пальцы закололо.

– Храм сегодня закрыт…

Я не дала низкому мужчине договорить. Мой огонь вырвался и впечатал его в стену. Через секунду он упал на каменную лестницу и больше не встал. Его напарник схватился за оружие, но так и остался стоять в этой позе. Я повернулась к нему и послала в его голову огненную стрелу. На площади началась паника.

Усилием воли я создала мощный для себя воздушный поток, сдвинув жар в сторону двери. Она с грохотом отворилась. Без гримуара колдовать сложнее, но доставать его сейчас – неоправданный риск. На шум сбежались священники, это шло мне на руку. Было что-то необычное в том, что они сгорали у себя дома перед глазами их Бога.

Выбеленные стены потемнели от копоти. Крики меня никогда не волновали. Слишком часто за свою жизнь я их слышала. Сейчас оставалось только идти вперёд. Я не позволю им дальше издеваться над ведьмами.

На лестнице с правой стороны показались двое кирасиров: щитовик и стрелок. Не самая удачная комбинация. Для них. Стрелок натянул тетиву и выпустил стрелу с ускорением. Я воздвигла огненную стену. То, что он мог использовать сродство заключённой в лук ведьмы мне не понравилось. Кирасир выпустил ещё несколько стрел, но моё пламя было сильнее. Я попыталась контратаковать, но щитовик заблокировал мои стрелы. Они тянули время, чтобы дождаться подкрепления. Жаль, что люди никогда не учитывали тот факт, что я никогда не сражаюсь одна. Выждав момент, Меди заставила стрелка промахнуться. Его стрела отрикошетила и попала ему в бедро. Мужчина закричал и отвлёк щитовика, моя магия достигла его головы в мгновение ока. Сестра тем временем разбиралась со стрелком. Кирасир вытащил стрелу из бедра и воткнул себе в шею. Лестница с золотистым ковром пропиталась кровью. Мы перешагнули через трупы и поднялись на второй этаж. Моё внимание сразу привлекла изящная дверь в конце коридора.

– Нам надо поспешить, – тревожно произнесла Меди.

Она выглядела очень бледной. Я кивнула и снесла ещё одну дверь, открыв перед нами комнату с большим столом, книжными шкафами, золотым стулом и священника с драгоценностями на каждом пальце. Низкий мужчина попятился.

– Не убивайте. Всевышний Шери, помилуй, – взмолился он.

Я призвала свой огонь и без колебаний подожгла его робу. Священник завизжал. Меди пошатнулась, а я схватила её под локоть.

– Я в порядке, только голова кружится, – ответила сестра и отстранилась.

Она подошла к его трупу и сняла с него одно из украшений.

– Он отдавал приказы, – прошипела она.

Мои руки сжались в кулаки от мыслей о том скольких он убил, пусть и не своими руками. Меди мрачно окинула взглядом комнату. Больше мне здесь ничего было не нужно. Я достала гримуар, который тут же откликнулся на мою злость. Храм вмиг поглотил огонь. Мы с Меди вышли в холл. Там нас уже ждал десяток кирасиров. Я сжала свободную руку в кулак. Меди спряталась за моей спиной. Кирасиры приготовили оружие для боя.

Вместо того, чтобы атаковать, я громко рассмеялась. Кирасиры, оторопев, замерли.

– Вы уже опоздали. Кон-кер уже разговаривает с вашим безжалостным Богом лично. Жаль, что умер он так просто, но у нас не хватило времени, – громко и уверенно произнесла я.

Мои слова возымели эффект. Кирасиры напряглись ещё больше. Чувствовала, что это их разозлило. Огонь продолжал поглощать всё на своём пути: я была не намерена сдаваться так просто и знала, что Меди усилит их впечатления от моих действий.

– Вы объявили охоту на нас и решили, что мы будем смиренно ждать? Какая чушь! – Я снова громко рассмеялась, а потом с презрением посмотрела на каждого кирасира.

Они были разными по росту, комплекции и полу, но всех их объединяло общее разгневанное выражение лица. Интересно, Микаэль смотрел на такие же наши лица, когда умирал? Что-то в них и правда было. Балки над нами затрещали.

– Запомните то, что я вам сейчас скажу, потому что повторять не стану. С этого момента если захотите и дальше убивать ведьм, то я, Арахна, стану для вас сущим кошмаром.

Потолок храма резко начал уходить вниз. Кирасиры были так загипнотизированы моими словами, что не сразу заметили это. Я сделала шаг назад и едва избежала удара камнем по голове. Меди схватила меня за руку и потащила куда-то. Через секунду мы оказались на улице позади храма. Оставаться здесь и дожидаться кирасиров было глупо, ведь скоро их будет здесь куда больше десяти, а мы сделали всё, что хотели. Мне обычно претила мысль о бегстве, но не сейчас. Пока мы убегали по переулкам к воротам, а из них к лесу, мне в голову пришла мысль, что кирасиры должны чувствовать себя куда более загнанными в угол, чем мы. Это заставило меня улыбнуться.

Глава 23

Змея

Я стащила вниз ящик и чуть не упала от его тяжести. Работать руками сложно. С помощью магии управилась бы на час раньше, а впрочем, смена деятельности на сказывалась хорошо. Хана в последнее время меня нещадно эксплуатировала. Ею было принято решение о том, что о правилах создания оружия кирасиров и в целом шизе должна знать только она. Я была с ней согласна. Эти знания представляли угрозу. Правда, запечатывать воспоминания оказалось сложной задачей. Голова у меня теперь постоянно болела.

Принцип оказался настолько же простым, как и ужасным. Я догадывалась, что для того, чтобы вытащить душу, надо довести ведьму до отчаянной агонии по словам сестры. Ведь она сама должна сдаться и позволить это сделать. Если же этого не происходило, и ведьма продолжала сопротивление, то еë начинали морить голодом, но не позволяли умереть. В это время ведьмы начинали впадать в пограничное состояние между жизнью и смертью. Всё усугубляли магические приступы: магия требовала энергии и начинала разрушать тело. Первыми выпадали волосы, затем ногти и зубы, потом начинала шелушиться кожа. Она отваливалась кусочками вместе с мясом. Ведьма при этом оставалась жива. Сильное магическое сродство не позволяло ей умереть. Слабые ведьмы оружием стать не могли. Когда у них вытекали глаза и переставали работать органы, душа ведьмы сама впитывалась в кости. Они теряли человеческий облик и наполнялись неистовой яростью.

Это зрелище никак не хотело покидать мои мысли. Может, Микаэль и был откровенной сволочью, но он собирался отправить Хану в столицу, а не делать из неë оружие. По незнанию или доброй воле уже неизвестно. Особой благодарности за это я к нему не испытывала. Мне жаль оставлять сестру с такой ношей в одиночестве, но чужие эмоции слишком сильно на меня влияли.

– Меди? – Адам помахал рукой у моего лица, и я поняла, что застыла у стены.

– Что? – резко вздрогнула я.

– Мы закончили со вторым этажом. – Он мне мягко улыбнулся.

– Я тоже уже почти всё. – Кивнула в сторону ящика.

Адам с лёгкостью взял его в руки и подмигнул мне. Я постаралась запихнуть свои волнения подальше, иначе так и с ума сойти недолго. Лучше сосредоточиться на настоящем. Сегодня Адам вызвался помочь пожилой паре, которая собралась покинуть Эрф. Им надо было перетащить вещи в повозку. Собственно, этим мы и занимались. Мне пришлось трижды прижимать к полу сундук, который так и норовил с помощью воздуха самостоятельно отправиться к другому багажу. До этого я даже не замечала, насколько сильно магия вошла в мою повседневную жизнь. Такие бытовые вещи обычно получались сами собой. В деревне ведьм постоянно что-то летало или перемещалось в пространстве. Ведьмы себя в этом не ограничивали.

Мне же больше нравился людской подход к жизни. Если не брать в расчет священников и кирасиров (их я не понимала и действий их не принимала), то обычные люди жили тихой и размеренной жизнью. Им не надо было вскакивать посреди ночи, чтобы отбить очередную атаку или постоянно беспокойно оглядываться в деревнях. Хана верила, что когда-нибудь ведьмы тоже смогут жить так же, но время шло, а ничего не менялось. Мы просто продолжали выживать. Меня это угнетало.

Я вышла на улицу вслед за Адамом. Мои волосы тут же растрепал прохладный ветер. Осень окрасила деревья в золотые и красные цвета. Все начали готовиться к зиме, а у сестры резко прибавилось работы. Адам осторожно поставил ящик в повозку к другим вещам. Одна из лошадей недовольно фыркнула. Кажется, их не радовала идея тащить на себе такой груз. Мой взгляд привлекло объявление на доске. Последняя выходка Ханы закончилась тем, что теперь только глухой не слышал про ведьму с именем Арахна и только немой еë не обсуждал.

Нападения на нас со стороны людей увеличились. Из-за этого не хватало рабочих рук. Не так давно Хана разрешила наведываться в деревни и забирать у них припасы. Изначально мы пробовали их покупать, но год выдался неурожайным, поэтому того, что люди могли продать нам хватало. Хана не могла позволить нам голодать. Впрочем, подчистую ведьмы всего не забирали. Могли же люди хоть немного потерпеть? Мы же их не пытали, как нами, но это всё равно ещё больше ухудшило наши с ними отношения.

Некоторые ведьмы восприняли новшества с энтузиазмом. Они хотели мести за то, что с ними сделали. Главной в этой группе была Сней. Я же предпочла отстраниться. У меня не было желания драться. Мне, как и Хане, хотелось просто спокойно жить.

– Ты сегодня очень задумчивая. Что-то случилось? – с волнением спросил Адам.

– Ничего серьёзного. – Я выдавила из себя полуулыбку.

Адам мне не поверил, но расспрашивать не стал. Мне нравилось проводить с ним время. Он очень часто помогал людям и не лез ко мне в душу. Например, на той неделе мы с ним раздавали еду сиротам. Те дети мало отличались от маленьких ведьмочек. Так же жили, создавали неприятности и учились. Там разве что ничего периодически не взрывалось, как у нас. Кикона по просьбе Ханы учредила академию для более систематизированного изучения магии. Эту идею, как и многие другие, мы взяли от людей.

Ещё я заметила, что человеческие дети были очень привязаны к родителям. К Адериде я таких чувств не питала. К Микаэлю тем более. Кикона как-то рассказала мне о том, что когда ведьма даёт имя другой, то между ними образуется особая связь. Я видела еë с помощью своей магии, но полного понимания у меня не было. Ни я, ни Хана не давали имён и никого лично не обучали. И без этого проблем очень много.

Ещё Адам познакомил меня со своими родителями и друзьями. Он очень быстро сходился с другими, поэтому почти весь Эрф души в нём не чаял. Единственное, что ему не нравилось – работа в отцовской мастерской. Фигурки у него выходили порой кривыми и удовольствия от работы он не получал, но не мог подвести отца. Его жизнь была наполнена стабильностью, которой мне не хватало. Это являлось одной из основных причин моих походов сюда.

– Последняя, – радостно известил Адам стариков, устроив мешок между сундуком и коробкой.

– Спасибо. Даже не знаю, как вас отблагодарить. – Старушка схватила меня и Адама за руки.

Еë ладонь была тёплой, а благодарность очень искренней. Я широко ей улыбнулась.

– Ничего не нужно. Мы были рады помочь, – ответил за нас Адам.

– Возьмите хоть это. – Мужчина протянул Адаму пару крайв.

Глаза у Адама загорелись. Мастерская его отца приносила мало прибыли, поэтому жили они бедно.

– Спасибо, – неловко произнёс он и взял деньги.

Пожилая пара ещё раз нас поблагодарила, села в повозку и уехала.

– Как насчёт ужина? В этот раз я угощаю, – весело произнёс Адам.

– Я не против ужина, но хочу сама тебя накормить, – ответила, понимая его проблему с деньгами.

У меня ни с зирами, ни тем более, с крайвами проблем не было. Создавать их с каждым разом становилось всё легче. Их делали из того же материала, что и наконечники стрел. Придавать им новую форму проще, чем вытаскивать нужные части структур из пространства вокруг.

– Тогда как насчёт того, чтобы пойти к Риве? – с энтузиазмом спросил Адам.

Риве владел рестораном в аристократической части Эрфа. Кормили там вкусно, поэтому я согласно кивнула. Мы пошли мимо лавочек к более широкой улице с заборами и повозками. Дома становились всё выше, шире, крепче и надежнее. Их начали окружать заборчики, повозки превратились в изящные кареты. Каждый раз приходя сюда будто в другой мир попадала. Адам восхищенно рассказывал про недавних покупателей из Шерша, но я его особо не слушала. Он мог болтать часами.

Мы дошли до ресторана Риве. Внешне он ничем не отличался от средних по устройству домов, но был без дополнительной территории вокруг. Внутри здание выглядело намного лучше: столики были уединенные, стулья удобные, а свечи вокруг создавали уютную атмосферу.

– Адам, сколько лет, сколько зим! – радостно поприветствовал нас владелец.

Риве был чуть старше Адама и имел пышную бороду. С его щуплым телосложением он напоминал мне старика.

– Риве, рад тебя видеть. – Адам дружелюбно пожал ему руку.

– Ты со своей девушкой? – с усмешкой спросил Риве.

Я сделала вид, что их не слушаю. Сколько не думала никак не могла понять почему слово «девушка» приводило Адама в смятение. Я же не была мужчиной. Вот и в этот раз мой спутник смутился.

– Я предложу вам лучший столик. – Риве рассмеялся. – Только друг… Ты не забыл о деньгах?

Адам растерялся ещё больше, а я перевела взгляд на Риве. Мне не нравилось, когда кто-то попрекал его этим. Счастья эти квадратики мне не приносили. Почему люди так много о них думают?

– Всё нормально. Я заплачу за еду, – сухо ответила я.

– Да, конечно, но я не об этом, – стушевался Риве.

– Тогда о чем? – надавила я.

– Я не хотел говорить тебе, но не так давно мне пришлось занять у Риве пару зир, – тихо ответил Адам.

Я засунула руку в карман, нащупала мешочек с деньгами, вытащила из него шесть зир и протянула их Риве.

– Это слишком много, – растерянно сказал он.

– Там ещё за еду. Можешь проводить нас к столику? – резко произнесла я.

Риве открыл рот, чтобы возразить, но мне не хотелось этого слушать, поэтому я немного уменьшила его чувство вины и справедливости. Он вздохнул и проводил нас. Адам помог мне сесть и взял за руку. Мне нравились такие прикосновения, они очень успокаивали. Вспомнила о том, что мы с Ханой уже давно не держались за руки.

– Ничего не говори, – произнесла я, поняв, что он снова хочет начать извиняться за свою бедность.

Его желание помогать другим мне казалось более важным. Именно эти стремления меняли жизнь. Была уверена, что деньги он занимал не для себя. Вот, желание Ханы довело нас досюда. Я ни о чем не жалела, хотя моё тело и душа покрылись шрамами и рубцами.

Риве принёс нам вкусно пахнущее мясо и овощи. Они буквально таяли во рту. От еды моё настроение улучшилось.

– Меди… Я хотел кое-что сказать тебе… Вернее спросить… – с волнением начал говорить Адам.

Я выжидающе на него посмотрела. Он придвинулся ближе.

– Ты выйдешь за меня замуж? – неожиданно спросил он.

Я растерянно на него посмотрела. Замуж? Что означает это слово?

Глава 24

Паук

Я просидела в той комнате в бывшем нашим центре больше шести часов. С одной стороны, это позволило мне не заниматься утеплением домов к зиме. Прошлая была такой холодной, что Кикона и Небула, несмотря на свою занятость, начали решать проблему. Они выяснили, что если обложить дома пористыми структурами, то можно лучше сохранять тепло. Вот уже две недели, как они забрали от меня Линей, которая в моё отсутствие брала на себя руководство над огненными ведьмами. Совершенно уверена, что меня бы тоже заставили этим заниматься если бы поймали. Будто других проблем мало.

Я с раздражением села на один из пыточных стульев. Уже голова раскалывалась от скопления тёмной энергетики. С другой стороны, у меня не было никаких успехов. Меди в этой комнате находиться не могла, а после того, как пару дней назад она заставила себя забыть о создании шизе и оружия кирасиров, я не могла даже поговорить с ней о их разрушении. На данный момент я могла доказать только одно – обычными методами разрушить их нельзя.

Идеи у меня закончились, магия иссякла, а настроение стало хуже некуда. На сегодня пора заканчивать. Я встала, отряхнулась и быстро покинула центр. Ходить по лесу мне нравилось, но иногда хотелось перемещаться быстрее. Интересно, можно ли было щёлкнуть пальцами и вдруг появиться в совершенно другом месте? Надо будет подкинуть идею Киконе. Может, когда она не будет ругаться на ведьмочек, то подумает над этим?

Наша деревня разрослась как на дрожжах. Пусть ведьм всё ещё намного меньше, чем людей, но все вместе они создавали ощущение масштаба. Когда-то я пыталась узнать, откуда появилась магия и ведьмы, но, кажется, это уже невозможно выяснить. Даже сейчас у обычных людей могла родиться девочка с магией. Это редкость. Линей как раз была одной из таких. Еë в деревню привела Сней несколько лет назад. С тех пор она успела вырасти, показать свои способности и занять место моей левой руки. Как же быстро текло время. Неужели я начала стареть? Сколько живут ведьмы? Из всех Небула была самой старой и, судя по всему, как минимум ещё лет двадцать пять мне переживать не о чем, кроме кирасиров.

Когда я вышла на главную улицу, то заметила, что работа над утеплением, наконец, закончена. Мне на глаза попалась смуглая и высокая Линей. Она сидела на камне и смотрела в пустоту. Когда она меня заметила, то сразу вскочила на ноги. До сих пор не могла понять, почему младшие ведьмы при появлении меня вели себя так странно. Я неловко ей улыбнулась.

– Мы закончили с утеплением, – известила она.

– Я вижу. Хорошо потрудились, – ответила ей. – Ты не знаешь где Медуза?

Линей задумалась. Моя сестра в последнее время вела себя странно. Она постоянно пыталась спрятаться, хотя и раньше желанием общаться не горела.

– Сегодня еë не видела, – в итоге произнесла Линей.

– Тогда пойду поищу еë. Отчёт можешь предоставить чуть позже, – сказала я и направилась к жилищу Меди.

Ожидаемо обнаружила еë там в холоде и темноте. Я поежилась и зажгла огонь.

– По-моему, уж слишком не по погоде у тебя температура, – проворчала я и подошла к кровати.

Сестра закуталась в одеяло с головой и никак не отреагировала. Я церемониться не стала, и с помощью потока воздушной магии сдернула с неë одеяло. Она попыталась сопротивляться, но ничего не вышло. Я слишком упрямая. Меди вздохнула и кинула на меня раздражённый взгляд. Только сейчас заметила на полу книги. Одна из них тут же перекочевала ко мне в руки.

– «Правила замужней жизни»? – прочитала я название.

Меди нахмурилась сильнее. Она всё ещё о чём-то думала.

– Нам надо поговорить, – твёрдо сказала я и уставилась на неë.

В итоге Меди сдалась.

– Я в порядке, просто… Адам предложил мне выйти за него замуж, – медленно произнесла она.

– Замуж? Что это? – насторожилась я.

– Это когда мужчина и женщина начинают жить вместе и заводят детей, – ответила сестра.

– Разве дети не от зелий получаются? – недоуменно уточнила я, вспомнив наших беременных ведьм.

Когда они решали, что хотят иметь детей, то брали зелье в лазарете у Гаты и уходили в ближайшую деревню. Потом у них рос живот и на свет появлялся ребёнок. Мне это их желание не совсем понятно. Детей у нас итак имелось в количестве достаточном для головной боли. Всё равно после того, как ведьмочке дадут имя, еë наставник станет ей ближе матери. Далеко не у всех хватало сил и родить, и учить. Почему-то после рождения ребёнка способности ведьмы становились менее устойчивыми. По этой причине Небуле требовалось больше времени на заклинания, а в бой её брали очень редко.

– Это не так. Дети появляются от взаимодействия мужчины и женщины, а зелье нужно для того, чтобы побудить мужчину на эти взаимодействия, – назидательно ответила Меди.

Я сделала вид, что поняла еë.

– Значит, Адам хочет, чтобы вы жили вместе? – вернула я тему к интересующему меня вопросу.

– Да, – просто ответила сестра.

Мне это не понравилось. Походы Меди в Эрф ещё могла вытерпеть, но если она меня покинет, то я останусь совсем одна. Ни одна ведьма мне еë не заменит.

– Не переживай, я ему отказала, когда разобралась в ситуации, – со вздохом дополнила она.

Мне стало не по себе. Впервые видела еë настолько печальной. Я и раньше замечала, что у неë не очень здоровые отношения с тем мужчиной. Меди напрочь забывала про осторожность рядом с ним. Она будто примеряла на себя роль обычного человека.

Мне на глаза попалась полка с деревянными фигурками, которые Меди постоянно притаскивала их из Эрфа. Они были любовно расставлены ею по размеру. Даже не сомневалась в том, что на той полке никогда не было пыли. Я села на кровать рядом с Меди и вздохнула. Ей бы подошла более спокойная жизнь.

– Ты уверена в том, что не хочешь этого? – нехотя спросила я.

– Я не могу оставить тебя одну, – ответила Меди.

Моё сердце сжалось. Мне бы стоило сейчас просто с ней согласиться, но еë несчастный вид мне этого не позволил.

– Мне уже далеко не двенадцать. Я справлюсь, – с наигранным энтузиазмом сказала я.

– Он человек. – Меди нахмурилась.

– Я не верю в то, что тебе мог бы понравится кто-то типа Микаэля, – категорично заявила я, хотя не была в этом до конца уверена.

Адам казался мне не самым надежным человеком. Сестра замолчала и задумалась. Она сомневалась, а ещё я знала, что Меди очень устала. Всё это время мы сражались с ней плечом к плечу и она всегда меня во всём поддерживала. Я желала мира, но с людьми было невозможно договориться, верно? Может, Меди сможет убедить меня в обратном?

– Я не могу решать за тебя, но подумай, о чем ты будешь жалеть меньше. Мы останемся сёстрами при любом раскладе. Я всегда приду на помощь, если ты будешь в этом нуждаться, и уверена в том, что ты поступишь так же. – Я крепко обняла Меди.

Она ответила мне такими же объятиями.

Спустя время, сестра озвучила решение. После она вернулась в Эрф и вышла замуж за Адама. На осмысление всего, и на то, чтобы принять текущее положение вещей мне понадобилось много времени. Возможно, другие этого не заметили, но я слишком хорошо еë знала. Сестра лучилась счастьем и в светло-жёлтом платье на свадьбе напоминала собой маленькое солнышко. Я пожелала ей оставаться такой и решила не лезть к ней с нашим шатким положением ведьмовского общества.

Ковен воспринял эту новость бурно. Больше всего возмущалась Сней:

– Это настоящее предательство, как она посмела? – прошипела она, не скрывая гнева.

Мой контроль надломился. Огни свечей по периметру атриума ярко вспыхнули, заставив всех замолчать. Я с трудом запихнула свою злость подальше.

– Если я ещё хоть раз услышу нечто подобное в адрес своей сестры, то предоставлю вам возможность разбираться со всем самостоятельно. Никто из присутствующих не будет вредить ей, что бы не произошло. Вы меня услышали? – мой голос донёсся до всех в идеальной тишине.

Даже Сней опешила от моей реакции. Я же встала и с вызовом посмотрела на своих людей. Никто не решился возразить мне. Уважение, которое я заработала за столько лет играло свою роль.

– Собрание закончено, – твёрдо сказала я и покинула зал первой.

Сейчас я почувствовала желание выговориться Меди, но быстро осознала, что это теперь невозможно. Нужно научиться жить без своей правой руки. Надеюсь, это хотя бы возможно. Я села на кровать в своей огромной комнате и закрыла лицо руками. На меня нахлынула волна тоскливого одиночества.

Глава 25

Паук

Зима без сестры ощущалась очень тоскливой. Я пыталась занять себя настолько сильно, чтобы у меня не появлялось желания увидеться с Меди, иначе точно начала бы жаловаться ей на что-нибудь, и она могла захотеть вернуться, чтобы помочь мне. Я не могла позволить ей испытывать чувство вины за своё счастье.

Во всяком случае, моё решение нравилось ковену. Во-первы, оно повысило скорость моей работы. Во-вторых, Сней продолжала тихо шипеть если упоминалась Меди, а с ней никто связываться не хотел.

Мы отладили основные направления в благоустройстве, создали собственные книги и библиотеку, обучали, учились сами, ставили на манер людей представления, проводили праздники и отражали нападки кирасиров. Единственное, что не менялось – я ничего не могла сделать с шизе. Мне было очень жаль заключенных ведьм, но, кажется, мои попытки только причиняли им ещё больше боли.

Настроение у меня становилось всё хуже. Неужели теперь все дни будут такими? Ковен даже попросил меня не ходить в деревни. Не то чтобы я не могла просто проигнорировать их, но, если что-то пойдёт не так, за моей спиной не будет Меди. От меня куда больше пользы здесь: это доказывала огромная моя статуя посередине нашей деревни. Из моего окна открывался великолепный вид на неё, поэтому шторы почти всегда у меня были задернуты. Мне она совершенно не нравилась. Что такого я сделала, чтобы в мою честь ставили статуи? Пыталась выжить? Хороша же заслуга.

В комнате подул ветер, растрепав мои волосы. Я почувствовала энергетику Сней: снова что-то произошло на границе. Хоть какое-то развлечение. Шустро сбежала вниз по лестнице и устремилась следом за потоком воздуха. На полпути меня догнала Линей с другими огненными ведьмами и уважительно кивнула. Ответила ей ничего не значившей улыбкой.

Ещё издалека послышался шум боя. Мы появились там как раз вовремя, чтобы успеть откинуть кирасира с алебардой от головы Сней. Мужчина попытался разрубить моё пламя, но удивлённо вскрикнул, когда это у него не получилось. Через секунду я уже взяла контроль над территорией. Снег растаял, а воздух и земля стали сухими. Кирасиры неожиданно развернулись и начали убегать. Что-то больно быстро сегодня, я толком и сделать ничего не успела. Линей помогла Сней встать с земли. Она напряжённо посмотрела на лес. Ещё до еë слов я сорвалась с места. Уточнений мне не требовалось.

– Проследите, чтобы кирасиры не вернулись, – не бегу отдала я приказ Линей.

Еë ответа не услышала, углубившись в лес. Мечника быстрее услышала, чем увидела. Его энергия чуть не заставила меня остановиться. Мужчина твёрдо знал как нужно еë использовать, а, значит, мог воспользоваться сродством своего оружия. Это очень плохо. Когда я выбежала на поляну, моему взору предстала ужасная картина: ведьмочки опять решили погулять у границы, хотя им это запрещалось. Особенно после последней встречи с медведем. В этот раз они наткнулись на ещё более опасного противника.

Кирасир занёс меч для удара. Феррет и Канари растерянно вцепились в гримуары. Им имена всего пару дней назад дали. Они ничего не могли ему противопоставить. Я призвала гримуар, но даже с ним понимала, что не успею ничего сделать. Неожиданно мужчина опустил меч. Меня это обескуражило, заставив замереть. Он резко развернулся, видимо, только сейчас ощутив моё присутствие. Атаковала. Огонь вышел слабым, и кирасир с лёгкостью его разрубил. Сосредоточилась и приготовилась к затяжному бою, но всё закончилось быстро. Кирасир внезапно упал на землю и потерял сознание: Канари смогла поднять в воздух один из больших камней и ударила его сзади. Я гневно уставилась на ведьмочек. Они потупили взгляды.

– Живо вернулись в академию и рассказали всё директрисе Киконе, иначе к ней схожу я, и вам будет очень грустно, – серьёзно произнесла я.

Феррет и Канари как ветром сдуло. Я устало вздохнула и уставилась на кирасира. Мне стоило бы убить его, пока он без сознания, но его поведение показалось мне странным. Он так задумался, что даже не сразу заметил моё присутствие. В душе вспыхнуло любопытство. Я подняла его в воздух, связала и решила расспросить, когда проснётся. Вот только где его держать? В деревне совсем не вариант. Ковен такому соседству не обрадуется. В итоге не придумала ничего лучше, чем мой родной центр.

Дойдя до него, тоже долго размышлять не стала и решила определить нового знакомого в свою бывшую камеру, предварительно поставив решётку на место. Его оружие я забрала и отнесла к остальным вещам в ту комнату. Когда вернулась обратно, он успел очнуться. Кирасир со злостью уставился на меня своими холодными серыми глазами. Я только сейчас заметила, что он ненамного старше меня.

– Хорошо поспал? – насмешливо спросила, отметив, что чёрные волосы у него встали дыбом от недавнего полёта.

Жаль, что себя в воздух поднимать куда труднее. Ведьмы со сродством к воздуху без проблем справлялись, а я предпочитала ходить на своих двоих.

– Чего тебе нужно? – зло сказал он.

– Ничего особенного. – Я пожала плечами. – Мне просто кое-что интересно.

Он напрягся и сменил положение тела, убедившись, что крепко связан.

– Я не собираюсь отвечать на твои вопросы, – произнёс кирасир.

– Ну вот зачем сразу начинать со сложностей? – с раздражением спросила я. – Мне не интересны ваши боевые позиции, приемы, политика и тому подобное.

Он мне не поверил. Об этом говорил каждый мускул его тела.

– Как тебя зовут? – в итоге спросила я.

Кирасир промолчал.

– Откуда ты? – снова попыталась втянуть его в диалог.

Он демонстративно отвернулся. Меня это разозлило.

– Хорошо. Посиди здесь в одиночестве. Может захочется с кем-нибудь поговорить, – насмешливо произнесла я и ушла.

В последнее время всё шло не так, как мне хотелось, что раздражало. Какое-то время я провела за исследованием его меча. Там находилась душа ведьмы с водным сродством. Огонь и вода сочетались плохо. Может поэтому он меня так бесит? Кстати, о воде… В той камере нет ни еë, ни еды. На меня нахлынули очень давние воспоминания о моём пребывании там, и я почувствовала укол совести. Пришлось создать кувшин из камня и наполнить его водой.

Я осторожно выглянула из коридора, чтобы незаметно посмотреть на кирасира. Он сидел на полу и потирал затекшие запястья. Поняла, что перед уходом забыла его развязать. Хорошо, что он сам с этим справился. Мужчина напрягся и посмотрел мне в глаза. Я вышла, поставила кувшин с водой у камеры и села на пол так, чтобы наши лица оказались примерно на одном уровне.

– Кажется, мы немного не так начали. Я принесла воды, – произнесла и постучала пальцем по кувшину.

Кирасир сложил руки на груди, но ничего не сказал. Ощущала его недоверие почти на физическом уровне. Вместо разговоров, взяла кувшин в руки и сделала большой глоток, а потом поставила его на место. Он задумался. Сегодня точно поговорить не выйдет.

Я встала и, лёгким движением руки, выдвинула вперёд часть камней, образовав каркас кровати. Кирасир сразу вскочил на ноги и попятился в другой угол. Я не стала обращать на него внимания. Вместо этого размягчила верхнюю каменную структуру. Теперь там вполне можно нормально поспать.

– Увидимся завтра, – сказала я и ушла.

Он никак не отреагировал. Что ж, общение с ним обещало стать моей новой забавой.

Глава 26

Паук

Попытки разговорить кирасира стали моей навязчивой идеей. Он упрям, но я ещё упрямее, а всё потому, что трудности преследовали меня на протяжении всей жизни, и я с ними всегда справлялась. Этот случай не станет исключением. Спустя почти две недели мужчина решил, что лучше всё же со мной поговорить.

Я принесла ему воду и порцию еды на день. Последние дни даже не пыталась с ним поговорить, поэтому сразу направилась на выход, но кирасир меня окликнул.

– Эй, ведьма… – неловко произнёс он.

Я обернулась и посмотрела на него.

– Чего тебе от меня надо? – устало спросил он.

– Я уже говорила о том, что мне просто кое-что интересно, – стараясь скрыть победную улыбку, сказала я.

Кирасир задумался. За эти две недели он испробовал все способы выбраться. Видимо, идеи закончились.

– Что ты собираешься со мной сделать, когда получишь ответы? – осторожно спросил он.

– Зависит от твоих ответов. Если решу, что ты представляешь опасность, то убью, – честно произнесла я.

Мужчина кисло мне улыбнулся.

– А если не ответишь, то будешь сидеть здесь пока сам не умрёшь. Возможно, я скоро потеряю интерес и перестану приносить тебе еду и воду, – наигранно безразлично попыталась его зацепить.

Он снова задумался. Было похоже, что у него скоро дым из ушей повалит от напряжения.

– Что ты хочешь знать? – медленно, будто пробуя слова на вкус, спросил он.

Я подавила в себе желание захлопать в ладоши и медленно села напротив него.

– Как тебя зовут? У тебя же есть имя? – чуть быстрее нужного спросила я.

– Калеб Рейзен, – ответил он.

– Ты откуда? – сразу перешла я к другому.

– Недавно переехал в Арфель, – ответил кирасир.

Мне понадобилось несколько секунд, чтобы вспомнить о том, что Арфель – столица Лаппии. В последнее время редко о ней слышала.

– Почему ты решил стать кирасиром? – задумчиво спросила я.

– Я сирота, а там платят хорошие деньги. К тому же у меня есть талант к этому, – чуть надменно ответил Калеб.

– О, я заметила. – Я рассмеялась, вспомнив о том, как он свалился мешком на землю.

Калеб смущённо покраснел, и я поняла, что его бахвальство было наигранным.

– Ты впервые дрался с ведьмами? – снова спросила я.

Он промолчал.

– Можешь не отвечать. Всё и так понятно, – ответила я сама на свой вопрос.

Кирасир поморщился, осознав, что вижу его насквозь.

– Впрочем, талант у тебя правда есть. Вода отзывается на твои эмоции и желания, – задумчиво произнесла я.

Калеб вздрогнул и в упор посмотрел на меня.

– Откуда ты знаешь, что мой меч способен призывать воду? Я же ее не использовал тогда, – мгновенно спросил он.

– Почувствовала. За конкретикой лучше обращаться к Меди. Моя сестра лучше объясняет, – весело ответила я.

– Ты не можешь описать свои собственные способности? – Калеб насмешливо изогнул бровь.

– Ты можешь объяснить, как дышать, слышать или видеть? – раздражённо уточнила я.

Калеб задумался. Его лоб расчертила задумчивая складка. Он был шире меня в плечах, выше и имел более короткие волосы, но больше особо ничем не отличался. Мы оба дышали, думали, страдали и не хотели умирать.

– Почему? – серьёзно спросила я.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.