Мария Сакрытина
Мой парень дышит огнём

© Сакрытина М.Н., текст, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

* * *

Мой парень дышит огнем

Из речи Верховного мага Óстиса, графа Дэтрэ́, на ежегодном Королевском совете

576 год с начала правления Вильяма Первого

«Каэ́лию ошибочно называют Драконьим королевством, хотя чистокровных особей этого вида у нас не осталось.

Тысячи лет эта земля принадлежала драконам. Мы для них были вроде овец. Они жрали наших женщин, громили замки, закусывали рыцарями и считали, что так будет вечно.

Мы заключали с драконами союзы. Мы отдавали им наших дочерей и стада, а взамен они позволили нам жить на своей земле и не трогали наших детей. Как слуги, бессловесные рабы мы проникли в их пещеры, выучили их язык и переняли их мудрость.

Драконы в те времена жили долго, куда дольше нас. Целые поколения людей рождались и умирали у них на глазах, и драконы привыкли к нам и не заметили, как мы изменились. Они по-прежнему считали нас неразумным скотом, пусть двуногим и говорящим.

Мы были слабее могущественных драконов, но нас было много, и в этом мы нашли силу. Наши волшебники стали практиковать кровавые чары. Такая магия требует жертв, но мы смирились с ними за века жизни бок о бок с драконами.

В конце концов под самым их носом маг О́ндер вывел формулу печати. Она отрезала драконам крылья, заперла их в человеческом облике и заставила служить хозяевам – нам – беспрекословно.

Очень скоро мы обнаружили, что драконы умирают в неволе. Однако, если скрестить дракона и человека, потомство будет всегда драконьим – слабее, чем чистокровные, зато покорным.

Так мы вывели полукровок. Сейчас их поголовье в Каэлии колеблется от трёх до пяти тысяч взрослых особей. Мы используем их в магических практиках: волшебный потенциал полукровок по-прежнему выше человеческого, и уважаемое собрание, безусловно, согласится, что гуманнее брать кровь для заклинаний у них, чем у людей.

К тому же это на пользу самим полукровкам: в Южном питомнике неоднократно исследовали поведение дракона, с которого сняли печать. Результаты неутешительны и подтверждают истину, известную в Каэлии даже ребёнку: драконы-полукровки похожи на человека лишь внешне, в душе они – если у них вообще есть душа – кровожадные чудовища. Маги из Южного питомника в своих докладах уверяют: на воле дракон-полукровка теряет даже зачатки разума и подчиняется лишь одному желанию – убивать».

Комментарии к речи:

«Да отстреливать их надо, как в Аста́рии», – спикер народного совета, Или́ар Тер.

«Завязывали бы вы, господин Верховный маг, с пропагандой», – граф Ла́влес.

Часть I

Каэлия, столица, 581 год с начала правления Вильяма Первого, июнь

Глава 1

Будь эта история сказкой, она бы начиналась так: жила-была ведьма.

Нет, лучше: жила-была волшебница. Ведьмы старые и уродливые, а эта… Не красавица, конечно, но таких худощавых блондинок с открытой улыбкой называют симпатичными. И до старости ей было далеко, даже двадцати лет ещё не исполнилось. А ещё она была очень общительной ведьмой, то есть волшебницей, поэтому друзей у неё хватало.

И однажды она встретила дракона.

Но эта история не сказка, и потому она начнётся так…

* * *

– Ошибка кода, ошибка кода, кода, кода, – ныл в ухо механический помощник-клипса.

В другое так же монотонно, только через другую клипсу, надрывался домашний робот, он же компьютер, а ещё точнее – система «умный дом», у которой был доступ ко всей бытовой технике:

– Посетители, к вам посетители, посетители!

Не открывая глаз, я попыталась отмахнуться. В ответ что-то звякнуло, бумкнуло и наконец зашипело. В нос ударил запах гари и озона – сработала пожарная сигнализация.

Всё как всегда: моё обычное пробуждение за лабораторным столом в попытке закончить курсовой проект.

Который только что взорвался.

– Посетители! – не умолкал домбот.

– Кода, кода, кода, – вторил помощник.

Я зевнула, открыла глаза, упёрлась взглядом сразу в пять вирт-экранов над столом и подумала, что зря я это – надо было спать дальше. Если бы не помощник с домботом, так бы и сделала. Но они в унисон долбились мне в ухо, и где-то в висках им отвечала мигрень.

– Посетители, кода, посетители!

Для начала я попробовала встать. Или хотя бы разогнуться. Получилось с третьей попытки и вместе с клеёнкой. А ещё транзисторами, платой, проводами и отвёрткой. Суперклей – он такой, работает на совесть, не то что я.

– Кода, посетители, кода!

Да-да, щас… Я на ощупь нашла кружку, но вместо кофе в ней оказались скрепки, а под ними – мой курсовой проект, напоминающий ежа из проводов и транзисторов.

А что тогда сгорело?

– Посетители! Кода, посетители, кода!

Стоило решать проблемы поочерёдно, и первым делом я разобралась с клеёнкой: отодрала её от себя, швырнула плату с транзисторами обратно на стол, а отвёртки – в ящик под ним. Потом смахнула вирт-экраны, чтобы перед глазами не маячили. Ремешок планшета на руке замигал алым, но стоило на него посмотреть, как он погас. А я в который раз подумала, что неплохо бы взять его и усовершенствовать. Как тот умный артефактор, который превратил планшеты, целиком состоящие из экранов – как чёрные зеркала – в такие вот браслеты. Удобно: лёгкие, всегда с собой и экраны можно вызывать когда хочешь, любого размера. Важно только не забыть скрыть их в настройках от окружающих, а то зачем другим видеть, как ты читаешь любовный роман со взрослыми картинками, например? Теперь от тех древних планшетов только название и осталось.

Второй проблемой был код, и тут уж делать нечего. Я посмотрела на курсового «ежа», вытащила из него плату – и отправила остатки в утилизатор. Механический помощник тут же заткнулся, а я мысленно поздравила себя с очередным неудачным экспериментом.

Но когда-то же он должен получиться, верно?

Да, я оптимистка.

Дальше пришёл черёд магической формулы. До того, как заснуть, я начертила её прямо на столе. М-да, это я точно зря. Сейчас попыталась солью посыпать в надежде стереть, но всё равно остался выжженный след. Там и так живого места не было, проще новый стол купить. Об этом я решила позже подумать.

Ещё одна такая же – ну, почти – формула оказалась под столом. И загорелась именно она. Сейчас пол в том месте траурно чернел досками, а от защитного коврика и воспоминаний не осталось. М-да, это я мощно колданула. Ещё бы с пользой!

Ладно, теперь посетители.

В двух шагах от двери в коридор меня повело. Перед глазами закружились плакаты: «Карта желаний – вспомни, зачем ты пашешь», «Каждый артефактор должен знать: кофе, кофе и только кофе спасёт мир», «Оставь надежду, всяк сюда входящий. Твоя любимая академия». Потом я чуть не приложилась лбом в мишень-дракона, куда полагалось метать дротики, чтобы успокоиться. Но дротики я давно пустила на какой-то артефакт, а мишень приспособила под доску для заметок. Слева ещё висело зеркало, но оно было таким грязным, так густо заляпано краской и кровью, что моё отражение в нём напоминало силуэт – тонкий, с вороньим гнездом вместо волос, если помыть, то блондинистым, и в бесформенной футболке. Лица было не разобрать, но вряд ли хоть кто-то назвал бы меня сейчас красавицей.

И тут на глаза попался электронный циферблат, который показывал два часа ночи. Я перевела взгляд с него на закрытое ставнями окно и мысленно взвыла. Цепочка «ночь – посетители – кто-бы-это-мог-быть?» оформилась в сознании моментально и увенчалась единственно возможным ответом.

Тео.

Ну, братец, я тебе сейчас устрою!

Лаборатория у меня находилась в дальней части дома. От неё до входной двери ещё был коридор, лестница, за ней – второй коридор и прихожая. Но! Я весь этот путь преодолела за пару мгновений и на одном дыхании. Голова взорвалась болью, звонок – воплем о посетителях, зато все наконец заткнулись, когда я распахнула дверь.

На пороге действительно стоял Тео. В тусовочном прикиде – узкие зелёные брюки, которые я ещё на прошлом дне рождения высмеяла, и рубашка а-ля драконья чешуя. Всё это в облипочку. Представьте парня с фигурой бодибилдера в таком наряде – гора мышц в блёстках. И так Тео ходит в ночные клубы. Ну не идиот ли?

Сейчас он был ещё и босиком.

– Сеструля!

Я ответила ему тепло и по-родственному – локтём под рёбра.

– Вали отсюда!

– Уй! Эля-а-а!

– Вали, я сказала! Не дам у меня переночевать!

Тяжело было одновременно сдерживать пьяного брата, который ростом как две меня – и в обхвате столько же, – при этом вызывая кар. Своего у меня не было – зачем? Академия в двух шагах, и вообще, я за экологию и разумную экономию, поэтому пользовалась велосипедом. А Тео для вождения ещё маленький – ему всего-то пятнадцать.

Да, знаю, он умудряется выглядеть старше меня – в мои-то почти двадцать, – и только поэтому его в ночных клубах на фейсконтроле не заворачивают. Но сейчас мой младший братик страшно боялся возвращаться домой, где родители, увидев его пьяную физиономию, будут, мягко говоря, недовольны.

– Сеструха, да пусти! – выл Тео. – Я ж с подарком! С днюхой тебя!

– Мой день рождения почти через три недели!

И тут я увидела подарок. Тео держал его за широкий стальной ошейник-ограничитель и, когда я, обомлев, застыла на пороге, подтащил к двери.

– Ну? Пустишь?

Сглотнув, я подвинулась. Мысли из головы вымело, только сигнализацией взвыло: «А-а-а! Драко-о-о-он!» Пьяный Тео наверняка не осознавал, в какой он – то есть мы – сейчас опасности.

Поймите меня правильно: я всё-таки волшебница. Да, студентка, всего-то второй год обучения, но курс драконоведения нам уже прочитали. Правда, я его почти весь прогуляла, но экзамен всё-таки сдала. И хоть драконов раньше видела только на картинках, до меня моментально дошло, кого этот идиот приволок.

Дракон был… ну… Похож на человека. Избитого, окровавленного, еле живого человека – это если не сильно присматриваться. На первый взгляд – молодой парень, худой до невозможности, в каком-то рванье. Наверное, раньше это были брюки и рубашка, но сейчас они висели грязными лохмотьями. Грязь покрывала и его волосы – непонятно какого цвета. И чешую на шее и руках – тоже невесть какую, а это ведь важно, чтобы узнать, что за дракон – водный, воздушный, земляной или, не дай бог, огненный.

Я к чему – человек мог бы и обознаться. Решил бы, что парень какой-то подозрительный, но мало ли, может, помощь нужна? Трезвый человек, разумеется, и умный, а не как Тео.

Но я – волшебница – видела опутывающие дракона силовые линии, по которым текла, а точнее, сейчас билась и пульсировала магия. Если бы не ошейник, даже в таком состоянии дракон запросто мог разнести мой дом к чёртовой матери.

– Ну? Кто молодец? Я молодец! Элька, ты чё застыла? От восторга?

Я пошарила рукой по груди, нащупала янтарный кулон (защитный амулет) и немного успокоилась. Потом закрыла дверь – Тео как раз уложил дракона прямо на мой любимый сиреневый коврик в прихожей.

– Сеструха, ты чего? Не нравится?

– Тео, это дракон!

– Ну да. Говорю же, подарок.

И всё-таки я переоценила его умственные способности. Он ещё тупее, чем я думала.

– Ты где его взял?

– Да какая разница!

Я наклонилась над драконом. Он не шевелился, даже глаза не открыл. И дышал как-то рвано, со всхлипами. Похоже, его хозяин превысил срок эксплуатации. В смысле, перестарался.

– Тео. Где. Ты. Его. Взял?

– Э-э-эль, ну чё ты…

Я выпрямилась и вцепилась брату в ухо. Тео взвыл.

– Пусти-и-и! А-а-ай! Ладно-ладно, расскажу! Короче…

Рассказ действительно вышел не длинный. Просто какой-то идиот в клубе схлестнулся с Тео в покер – и проиграл.

– Вот! Вот, видишь? – Тео сунул мне под нос дарственную. – Легально всё! Я для тебя старался, ты же маг – вот тебе дракон. Эль, ну правда, ты чего?

Буквы перед глазами расплывались, пришлось трижды перечитывать, но я убедилась: Тео прав, действительно – легально. Если забыть про один пункт: Тео не маг.

– Люди без магической силы не могут владеть драконом.

– Так это… смотри… – Тео спихнул с тумбочки мой рюкзак, слава богу, пустой и, высунув язык, прижал к дарственной свой палец. – Вот, я только посредник. Давай-ка…

Ничего я ему не дала, пока не убедилась, что имя нового владельца в документе и впрямь не указано, а Тео упоминается только в качестве посредника.

– Сеструля, да ладно тебе, я текст сам составлял.

Мой брат был, конечно, идиот, к тому же пьяный. Но даже он и даже в таком состоянии способен составить официальный документ так, чтобы потом было не придраться. Это у нас семейное.

Однако я всё равно перечитала дарственную ещё раз и только тогда прижала к ней палец. Сработал встроенный в бумагу артефакт, и на ошейнике дракона загорелась строка подчиняющей формулы. Я затаила дыхание, но дракон и теперь не проснулся, только рвано выдохнул сквозь зубы.

– Выметайся, – сказала я Тео.

– А спасибо?

– Спасибо, выметайся.

По дороге Тео свалил этажерку, запнулся о мой рюкзак, крепко выругался и на улице чуть не улетел в кусты. Пришлось поднимать этого громилу и запихивать в круглую, как мыльный пузырь, кабину кара самой, а Тео ныл, что он бедный-несчастный, сестра у него неблагодарная и вообще – никто его, такого замечательного, не любит. Я вбила в бортовой компьютер адрес родителей, заперла дверь, и только когда кар, сверкнув прозрачным боком, поднялся в небо и влился в череду других воздушных такси, выдохнула и оперлась о перила лестницы на крыльце.

На часах было полчетвёртого ночи.

Глава 2

Дракон лежал, как его оставили – на боку, закрыв голову руками и поджав колени к животу. Ковёр под ним уже промок от крови и почернел.

Чёрт возьми, Тео, я любила этот коврик! Теперь придётся выбрасывать.

Я села рядом и изо всех сил пожелала, чтобы всё это оказалось сном. Потом осторожно протянула руку и потыкала дракона в плечо пальцем. Тут же об этом пожалела: дракон даже глаз не открыл, а палец я в крови испачкала. Пришлось опрыскивать санитайзером. Чёрт его знает, может, драконья кровь для людей ядовита? Я не помню, я на экзамене списывала.

Чёртов Тео, который волочёт мне в дом всякую падаль!

В общем-то, порядок действий дальше мне был примерно понятен. Если дома пожар – звоним в службу спасения. Если кому-то стало плохо – звоним в службу спасения. Угадайте, что мы делаем, если пьяный младший брат приволок подыхающего дракона? Правильно, звоним в службу спасения. Осталось коммуникатор найти.

Он оказался почему-то в ванной, на полочке рядом с шампунем, маскировался под серьги, которые я после какой-то из вечеринок там бросила. И пока бегала его искала, дракону окончательно поплохело. Он стал всхлипывать – по-звериному, как раненый щенок. Очень жалобно.

Я не совсем дура и, конечно, понимала, что раз моя специализация «артефактор», а не «целитель» и тем более не «драконовед», помочь я ничем не могу. Человеческие лекарства на драконов не действуют, мне ему даже кровь самостоятельно не остановить, только бинт зря изведу.

А ещё я понимала, что пока дозвонюсь в службу спасения, пока те договорятся с питомником, а они ко мне – в три ночи, ну да – приедут, дракон точно сдохнет.

В принципе, была мысль завернуть его в коврик и отлевитировать на ближайшую свалку. Но я как представила, что он там, весь из себя жалобный, будет метаться и умирать…

Что? Что?! Да, мне стало его жалко. Дракон, конечно, но всё-таки… это… живой. Не могу я так с живым существом. Я даже червяков на подъездной дороге после дождя собираю и на газон отношу, чтобы не раздавили. Поэтому не надо считать меня драконолюбом, это не так. И дурой тоже. Да, я знала, что у меня на коврике умирает чудовище, которое в другое время с удовольствием мной закусило бы. Но и чудовище можно пожалеть. Я-то, в отличие от него, человек.

Короче, я ещё пару секунд сомневалась, а потом аккуратно порезала себе запястье и кровью начертила на лбу дракона формулу – ту, что свяжет мою магию и его. Минут на пять, не дольше. Как подключиться к чужому планшету и дистанционно там покопаться: тут код изменить, здесь кой-чего добавить. У меня в голове это напоминало одновременно столбец с формулами и сеть, отчаянно запутанную.

Дракон мог бы осушить меня сейчас одним только желанием, если бы проснулся. И даже не просыпаясь, мог. Ошибись я с формулой или плетением, на коврике оказались бы два трупа. Так что, может, я и дура. Но точно жалостливая.

Однако мне повезло. Когда я «отключилась», магия дракона успокоилась, дракон тоже успокоился, и кровь с него больше не текла.

Зато она текла у меня из носа.

Я повторно свалила этажерку, когда вставала. В голове шумело, как в древнем модеме, который никак к Сети не подключится. Глаза слипались, во рту было солоно от крови.

И стоило бы послать всё к чёрту, выпить укрепляющее зелье – где-то оно у меня точно есть – и завалиться спать, а проблема с драконом как-нибудь сама бы решилась. Умереть он теперь не должен, печать на нём моя – всё, вопрос закрыт, завтра сдам его в питомник и успокоюсь.

Но, умывшись, я почему-то вернулась в прихожую.

Дракон теперь казался спящим. Я села рядом, поморщилась от запаха – он вонял кровью, грязью, потом и дымом. Попробовала протереть чешую, узнать цвет, но то ли плохо старалась, то ли грязь в дракона въелась – ничего у меня не вышло.

Зато я оценила его когти на руках и ногах. Длинные, загнутые, очень острые. Один такой мою ладонь на раз-два проткнёт. Или шею.

Может, позвонить в питомник сейчас?

Ага, и лечь спать часов через пять, и потом весь день насмарку, а у меня курсач. Пока из питомника приедут, пока мы разберёмся с документами… Ой, нет!

Дракон всхрапнул. Я мысленно назвала себя дурой – трижды. После чего простеньким заклинанием, на которое ушли остатки сил, слевитировала дракона в прихожую на диван. И уже в коридоре поняла, что чего-то не хватает.

Вернулась, достала из встроенного в стену шкафа плед с подушкой – старые, которые не жалко. Сунула всё это дракону.

Ещё думала его санитайзером опрыскать, а то вдруг вши или какие-нибудь другие специфические паразиты. Но тут дракон во сне улыбнулся, я оценила его клыки и резко передумала.

Не-е-ет, завтра первым же делом звоню в питомник, и пусть это чудовище у меня забирают. Мне лишние проблемы ни к чему. И так любимым ковриком придётся пожертвовать. И, наверное, диваном.

Поищу в поисковике драконьих паразитов, наверняка же есть – и я не хочу потом жить с ними в одном доме!

Ну а пока – спать.

И всё-таки я дура. Это ж додуматься надо – извести всю магию на дракона!

Наверное, глупость у нас – семейное.

Глава 3

Меня разбудили солнце и запах кофе.

В голове царил туман, эхом перестукивались молоточки мигрени, как воспоминание о том, что пить вредно. Засиживаться допоздна тоже. А ещё – лечить полудохлых драконов.

Может, дракон мне всё-таки приснился?

Морщась от света, я села на постели и попыталась вспомнить, что вчера было. Курсач – это точно. Эксперимент не получался. А дальше?

А дальше пятьдесят на пятьдесят: или я с горя затусила в клубе с девчонками – они вроде звали. Или в клубе затусил Тео и потом ввалился ко мне пьяный с подарком-драконом, который оказался полудохлым, и я так успешно его лечила, что извела всю свою магию.

Хм. Симптомы у похмелья и магического истощения примерно одинаковые: мутит, голова не варит и слабость убийственная. Мысли точно мухи в паутине – дрыг-дрыг. Но даже в таком состоянии я понимала, что версия с клубом и девчонками убедительнее, чем Тео и дракон.

Кстати, откуда кофе?

Я потянула носом и поняла: пахнет из коридора. Божественно, как я люблю – запах кофе по утрам способен разбудить меня быстрее, чем даже сообщение от старосты о предстоящей проверочной по артефакторике.

Внимание, вопрос: кто в моём доме варит кофе? Я-то в спальне. Остаётся… э-э-э… Кто?

Вопрос на миллион, и я решила, что он стоит того, чтобы вытащить себя из кровати. Только надо сначала солнце потушить, а то аж бесит! Но с этим я быстро справилась – в смысле, прохрипела домботу приказ закрыть ставни. Тупой он у меня, не понимает, когда хозяйке плохо. Или опять связь с медботом потерял. Надо бы в нём покопаться… как-нибудь в другой раз.

Спальня тут же погрузилась во тьму, и я на ощупь, натыкаясь то на тумбочку, то на туалетный столик, то на платяной шкаф, выбралась в коридор. Там снова пришлось зажмуриться, потому что от солнца мой дом буквально сиял. Ещё и птицы орали. Мне и так было плохо, а они надрывались, счастливые ещё такие! Давно хотела пугалки для них в саду поставить, но руки не доходили. Сегодня же займусь.

На кухню я добралась, держась за стену, тоже на ощупь, разок столкнувшись с дверью и буфетом. Если это похмелье, то я точно вчера отжигала, как в последний раз. Интересно, обезболивающие у меня вроде есть? Если да, то где?

Кухня у меня была большая. Это минус. Зато её можно было обозвать столовой, что я и делала – и это плюс. А что? Я всё равно не готовила, разве что кофе себе могла сварить, но ленилась и заказывала из ближайшей пекарни вместе с булочками. Заодно можно с курьером поболтать, он милаха. Вихрастый такой блондин, я всё думала, стоит его как-нибудь попросить остаться или ну его?

Сейчас кофе стоял на столе. Не в картонной одноразовой кружке, а в моей любимой – чёрной, с рисунком-единорогом, который неуловимо похож на меня по утрам – такой же всклоченный и злой. Пьёшь – и он меняется, становится милым и симпатичным. Прямо как я.

М-м-м, ещё и взбитые сливки с кокосовой стружкой сверху – красота! Я вдохнула поглубже горько-сладкий аромат, сделала глоток и не смогла сдержать стон удовольствия. Кофе был не просто вкусным. Он был божественен! О, эта тонкая, сложная гармония молока и моего любимого сорта зёрен с Островов и капелька фисташкового сиропа. Господи ты боже мой, откуда у меня на кухне такое чудо?

Только сейчас до меня дошло, что на плите что-то шкворчит, а рядом стоит длинный силуэт, вроде бы мужской, и сноровисто орудует лопаточками сразу на двух сковородах, прямо как заправский шеф-повар.

Щурясь от света, я присмотрелась.

У плиты действительно стоял парень, красиво облитый солнечными лучами. Рыжий, высокий, худой, в моём халате с единорогом и стразами. Поверх был мой же фартук, розовый, с котиками. Смотрелось убойно, а сверкало вообще крышесносно. Лицо парня я как следует разглядеть не могла – перед глазами всё ещё плыло после вчерашнего – но поняла, что кофе мне приготовил именно он, а сейчас, похоже, был занят завтраком.

Ничего себе! Я что, бариста вчера в баре подцепила? Или сразу повара?

И, зараза, ведь даже как зовут, не помню! Вдобавок сижу тут, как лахудра, в пижаме. М-да. Надо спасать положение, вон как он кофе готовит. А то разочаруется сейчас во мне и больше не придёт. Ай-ай-ай, такой нужный человек для артефактора, мы ведь без кофе никуда, можно сказать, колдуем только с ним. Эля, ну-ка давай, включи харизму, объясни ему, что красота с утра вообще не главное.

Я протёрла глаза и отсалютовала кружкой.

– Спасибо! Кофе обалденный.

Парень молча посмотрел на меня. М-да, с харизмой у меня по утрам не очень. С другой стороны, он ещё не сбежал, значит, есть шанс.

Я встала, подошла к раковине, помыла кружку. Попыталась вспомнить, где у меня сушилка. Не смогла, поставила мокрую кружку на разделочный столик. Вроде как так и надо.

– Кстати, мой халат тебе идёт, я заценила.

И любой бы заценил: вблизи парень выглядел очень брутально. Или нет – сурово. Вот, отличное слово. Высокий, мой взгляд ему в ключицы упёрся, когда я подошла – не вплотную, разумеется, а то правда сбежит. Вряд ли я после бурной ночи – у нас же была бурная ночь? – пахну розами.

М-м-м, какой он худой, аж до болезненности. Наверное, на диете сидит. И лицо такое – ух! Я почему-то решила, что если он не бариста, то наверняка военный.

Или нет? Волосы у него были насыщенного оранжевого цвета, почти как в детских мультиках. Точно не военный, им нельзя краситься. Это же у него не свой?..

– Слушай, прости, пожалуйста, но кому-то надо это сказать. Мне не то чтобы неловко, просто я не помню…

Тут парень как-то так повернулся, что на свету сверкнула чешуя.

Че-шу-я.

Твою мать!

Сердце ухнуло в пятки, а мой взгляд заметался, подмечая и вертикальные зрачки, и острые уши, и, чтоб её, чешую на шее. А ещё стальную полоску ошейника-ограничителя в вороте халата.

– Ты дракон! – прохрипела я и отшатнулась, сжимая защитный амулет, который никогда не снимаю. Вот примерно ради такого случая.

Дракон не торопился меня пожирать – или что они делают с молодыми ведьмами? Он поднял брови, тоже рыжие, и хриплым голосом, в котором мне послышался треск пламени, произнёс:

– Да, хозяйка.

Тут на плите что-то зашипело, дракон снова подхватил силиконовую лопатку и отвернулся. А я опустилась на пол – захотелось мне вдруг посидеть, знаете ли. Ноги держать перестали.

У меня на кухне дракон. У меня на кухне дракон. У меня на кухне дра…

Спокойно, Эля. Он тихо-мирно готовит.

Дракон. Готовит. Это как вообще?

Ну, как-то так.

Я сглотнула и, сжимая амулет, который почему-то молчал – или опасности не было, или дракону он не помеха – выдавила:

– А ты… чей?

Дракон обернулся и окинул меня внимательным взглядом. Таким в кино на больных в психушке смотрят.

– Ваш.

Я снова сглотнула.

– М-мой?

– Да, хозяйка.

О господи. Так Тео мне вчера не приснился? Но… но…

– Ты же… Я тебя на диване оставила… Ты пластом лежал, я думала, умираешь.

Дракон пожал плечами.

– Мой наставник в питомнике говорил, что на нас всё заживает, как на собаках. Наверное, был прав.

– Ха! Это он собак никогда не лечил, – вырвалось у меня.

Питомник! Я же собиралась позвонить в питомник! Первым делом. Вот, сейчас, похоже, самое время. Осталось вспомнить, где коммуникатор.

Стараясь не делать резких движений, я поднялась. Потом осторожно отошла к столу. И попятилась было к двери в коридор, но дракон объявил:

– Завтрак готов, хозяйка. Прикажете подавать?

Я зависла. В моей картине мира дракон и завтрак сочетались так же плохо, как дракон и кухарка. Или дракон и горничная. Или кем он себя возомнил? Дворецким?

– Ты приготовил мне завтрак?

Дракон кивнул и спокойно, медленно, как люди разговаривают с детьми и умалишёнными, повторил:

– Да, хозяйка. Прикажете подавать?

Мне стало интересно, что будет. Амулет молчал, в голове после кофе немного прояснилось, но отчёт я себе отдавала плохо, поэтому сказала:

– Давай.

Дракон тут же принялся накрывать на стол. Откуда-то появилась скатерть – я даже не знала, что она у меня есть. Потом фарфоровая тарелка с брускеттой – сливочный сыр, авокадо, запеченный лосось, помидоры и варёная спаржа. Всё это как-то хитро украшало яйцо-пашот. Рядом словно по волшебству возник соусник, потом – вазочка с десертом. Кажется, там был чизкейк с черносливом.

Последним дракон поставил чайник с чем-то розово-молочным и прозрачную кружку. Ещё и повернул так красиво, чтобы она солнечные лучи ловила. Хоть сейчас снимай и отправляй в соцсеть с подписью «Красиво жить не запретишь», как в одноимённом сериале.

– Обалдеть, – выдохнула я.

Дракон замер между столом и буфетом, как официант в дорогом ресторане.

– Обалдеть, – повторила я в унисон урчанию желудка.

Желание позвонить в службу спасения пропало. Захотелось сесть за стол и позавтракать. Брускетта с лососем меня прямо-таки манила.

Я вздохнула и посмотрела на дракона.

– Давай всё-таки проясним. Ты не собираешься меня есть, верно?

Дракон растерянно нахмурился.

– Нет, хозяйка. – И тише добавил: – Как я могу?

Я фыркнула:

– Логично. Как ты можешь? Покажи печать, пожалуйста.

Дракон кивнул, стянул фартук и чуть раздвинул полы халата, открывая ключицы. Я прищурилась и целую минуту пыталась разглядеть в сплетении невидимых для обычного человека нитей у него на шее мой знак – этакую магическую роспись волшебника.

А разглядев, выдохнула:

– Ну да. Не можешь.

Дракон запахнул халат обратно. Я налила в кружку… что бы это ни было, но пахло оно малиной и на вкус было как молоко с мёдом и травами. Потом попробовала брускетту. Господи ты боже мой!

– Обалдеть, как же классно ты готовишь!

Дракон промолчал. Он по-прежнему стоял навытяжку, и лицо его теперь ничего не выражало.

Я прожевала кусок запечённого лосося – он прямо-таки таял во рту.

– А там добавка осталась?

Дракон посмотрел на меня.

– Нет, но есть утка, запечённая со сливами, если хотите.

– Утка? – Я оценивающе посмотрела на дракона. – А ты любишь утку со сливами?

– Не знаю, хозяйка, ни разу не пробовал.

М-да, совсем он мне не помог. Я помнила, что драконы едят мясо. Только какое? Сырое? Точно, да. А от запечённого он не окочурится?

– Ладно, а если так: тебе станет плохо от утки со сливами?

Дракон снова посмотрел на меня с таким видом, словно я сморозила жуткую глупость. Мне даже на мгновение стало стыдно, что я прогуливала драконоведение и теперь не знаю прописных истин.

– Нет, хозяйка, не станет.

– Точно? Тогда давай сюда эту утку, садись, – я кивнула на соседний стул, – и ешь.

Дракон окинул меня долгим, внимательным взглядом.

– Вы желаете завтракать со мной? – уточнил он, и в его словах мне почудилась издёвка.

– Ну да. Что? Допустим, у тебя ускоренная регенерация, но от голода она быстрее не станет. Ты вчера был в ужасном состоянии, а сейчас вроде бодрячком. Учитывая, сколько магии я в тебя вбухала, неудивительно. Но теперь-то тебе надо откуда-то брать энергию, верно? То есть из еды. А драконьего корма – или что вы там едите – у меня нет. Так что тащи сюда утку и давай завтракать.

– Вы хотите, чтобы я сел… за стол?

– А что, есть другие варианты? С пола тебе есть будет неудобно, ты же не собака. Давай садись, ну.

Дракон повиновался. Правда, теперь он даже не пытался скрыть свои мысли – у него на лице просто громадными буквами было написано: «Моя хозяйка чокнутая».

А я решила, что отправлю его в питомник сытым. В качестве благодарности за завтрак.

Стул дракон отодвинул от меня подальше. И для себя стараться с сервировкой не стал – бухнул утку прямо в керамической форме для запекания на стол, уселся и принялся на неё смотреть.

Согласна, полюбоваться было чем, утка даже меня манила, хотя я уже успела наесться. Золотистая корочка, сочная, покрытая сливовым сиропом, точно карамелью, м-м-м!

– Ты вилку забыл. И нож, наверное. – Я, не глядя, слевитировала приборы из буфета, заодно проверяя, как работает моя магия. Нормально.

Дракон проследил за тем, как они ложатся перед ним – плавно и под линеечку, – потом посмотрел на меня.

– О, и чай, – опомнилась я. – Сейчас.

Левитировать кружку я не стала. Мало ли. Так что пришлось встать, забрать мою любимую, с единорогом, с разделочного стола – не лазить же по шкафам, я понятия не имела, где у меня посуда – поставить её перед драконом и налить остатки этой молочно-малиновой вкуснотени, которую он для меня приготовил.

– Вот. Приятного аппетита.

Дракон посмотрел на кружку. На меня. Перевёл взгляд на утку. Вздохнул.

– Проблемы? – уточнила я, на всякий случай поглаживая амулет.

– Не уверен, хозяйка, – протянул дракон.

– В смысле?

Дракон взял вилку. Покрутил её. Вонзил в утку – во все стороны брызнули сливовый сок и жир.

– Прошу прощения, – манерно заявил дракон.

Я протянула ему салфетку, потом показала на свою вилку.

– Смотри, вот как надо держать. Это несложно. А вот нож. Помочь тебе утку разделать?

Дракон нахмурился.

– Не нужно, хозяйка, я сам.

– Меня зовут Эля.

– Очень приятно, хозяйка.

– Эля. И ни черта тебе не приятно. – Я поймала его внимательный взгляд и почему-то смутилась. – Извини. Просто мне бы тоже очень хотелось, чтобы вчерашняя ночь оказалась сном. Как тебя зовут?

– Инна́р, хо… Эля?

Дракон задумчиво повертел в руке утиную ножку и надкусил. Потом посмотрел на меня и принялся невероятно медленно её есть. Не сводя с меня глаз.

– И тебе приятного аппетита, – пробормотала я, поёжившись.

– Спасибо, Эля, – спокойно ответил дракон, не отводя взгляда. И так же спокойно сказал: – Пожалуйста, не надо звонить в питомник.

Глава 4

Кухня купалась в солнечных лучах – сверкала бежевая мраморная плитка, стеклянные дверцы буфета, белоснежная вытяжка и громадный, едва не во всю стену холодильник, сейчас наверняка пустой.

Сверкал дракон в моём халате, и посуда на столе тоже сверкала. А ещё сверкало открытое окно, и тёплый, пахнущий шиповником ветер приносил разноголосый птичий гомон, от которого хотелось удавиться. Разорались! Сегодня же закажу пугалки в сад.

Я откинулась на спинку стула и, как могла спокойно, поинтересовалась:

– Почему ты решил, что я собираюсь звонить в питомник?

Дракон вздохнул и вызвал панель меню домбота. Голографическую, прямо над столом. Мысленно.

– Вы заметку сделали, Эля.

– Угу. А как ты моего домашнего робота взломал?

Дракон изумлённо посмотрел на меня сквозь полупрозрачное меню.

– Эля, я прошу прощения, это, должно быть, проверка?

Я сжала амулет и усмехнулась.

– Ну да.

Дракон кивнул, словно волшебник, задающий тупые вопросы, для него был не в новинку.

– Я подключён к вашему домашнему компьютеру с тех пор, как вы подтвердили на меня право владения. – Дракон помедлил и добавил: – Точно так же, как ваша домашняя техника. Плита, холодильник, соковыжималка, кофеварка…

– Ага. Только кофеварка не может просматривать мои заметки.

Дракон улыбнулся, как будто нарочно показывая клыки.

– Разумеется. Просто я несколько умнее кофеварки. Разрешите, я прикрою шторы? Кажется, яркий свет причиняет вам дискомфорт.

Я кивнула и на этот раз смогла отследить колебания магии: дракон не врал. Он и впрямь хозяйничал в моём домашнем компьютере с уровнем доступа… э-э-э… кофеварки. Просто мне раньше в голову не приходило вешать на заметки ярлык «конфиденциально».

– Спасибо.

– Всё для вашего удобства, Эля, – снова улыбнулся дракон, теперь уже без клыков. – Могу я попытаться убедить вас не звонить в питомник?

– Давай.

Дракон еле заметно выдохнул. Потом убрал панель домбота и сложил ладони перед грудью так, словно собирался молиться.

– Эля, я понимаю, что стал для вас неожиданностью. Возможно, даже неприятной. Однако хочу заметить, что при должном уходе я смогу напитывать ваши заклинания магией, поддерживать ваши эксперименты, а также готовить вам кофе, который, как мне показалось, пришёлся вам по вкусу.

– Ну да, с кофе было сильно, – пробормотала я. – Иннар, да? Начистоту: мне сейчас не нужен дракон. Даже с кофе. Извини.

Дракон опустил голову. В сумерках я смогла его рассмотреть получше: красивый парень, был бы человеком, я бы точно с ним замутила.

– Это мне нужно извиняться, Эля. Это я не смог вам угодить.

– Вообще-то смог, просто… Иннар, я уверена, что в питомнике тебе будет лучше.

Уж точно не хуже, чем с хозяйкой-ведьмой, которая по драконоведению полный ноль, в этом я не сомневалась.

Дракон бросил на меня короткий взгляд. И сказал:

– Меня там убьют.

Я замерла.

– Чего?

Он что, бредит? Или не в себе?

– Чепуха какая, ты хоть знаешь, сколько ты стоишь? Да планшет нового поколения купить дешевле! В питомнике за вами ухаживают, потому что было бы ну очень глупо терять такое капиталовложение. Не пудри мне мозги, пожалуйста.

Дракон устало посмотрел на меня.

– Тогда продайте.

Ага, и потрать кучу времени на заполнение бумаг, регистрацию сделки – вот это вот всё. Спасибо, я не настолько нуждаюсь в деньгах.

Дракон неожиданно подался вперёд и потянулся ко мне через стол, заглядывая в глаза. И если сначала я испугалась, то уже через мгновение мне не хотелось, чтобы он отворачивался, не хотелось, чтобы отпускал мои руки, и не хотелось, чтобы он замолкал.

– Эля. Пожалуйста. Прошу вас. Только не питомник. Я вам пригожусь. Поверьте мне.

Я говорила, что как парень он ничего? Ха, да он прямо как тот кофе – божественен! Меня в жар бросило от его прикосновений, хотя он всего лишь сжал мои пальцы. А его взгляд… Господи, да плевать на глаза, плевать, что зрачки змеиные – да я мечтала, чтобы он смотрел только на меня! И…

И, даже глупея от одного его присутствия, я была не настолько дура, чтобы не понимать: это чёртовы драконьи чары!

– Лапы убрал.

Дракон отпрянул. Я, специально не отводя от него взгляда, сказала:

– Ещё раз так сделаешь, и питомник покажется тебе раем. Обещаю.

На мгновение мне почудилось, что в глазах дракона полыхнул огонь. То есть, буквально – зрачок и радужку заслонил язычок пламени. Но потом дракон отвернулся и выверенно покорным голосом сказал:

– Прошу прощения. Я лишь хотел показать, как ещё могу вам пригодиться.

– Да как ты смеешь!

– Прошу прощения.

Драконы похожи на людей, и ключевое слово здесь «похожи». На самом деле они звери. Спать с драконом немногим лучше, чем спать с собакой. Есть, конечно, извращенцы, но это точно не я!

Где валялся коммуникатор, я не знала. Но и чёрт с ним, я же всё-таки артефактор – при большом желании мы можем позвонить в службу спасения через браслет планшета. Не скрываясь, я вызвала голографический экран, нашла программу, набрала номер.

И замерла, поймав взгляд дракона. С таким, наверное, преступники ждут исполнения смертного приговора. Кошмар, короче. Уверена, больше никаких чар не было, это никакая не магия, просто… мне правда стало его… жаль.

– Ты действительно веришь, что тебя там убьют?

Дракон отвернулся.

– Эля, я не смею с вами спорить. Если вы считаете, что так будет лучше, кто я такой, чтобы возражать?

Я открыла было рот сказать, что он уже возражает, причём очень изящно. Но тут планшет мигнул сообщением. Потом ещё одним. И ещё.

С нехорошим предчувствием я закрыла программу вызова и открыла личный чат.

Писал отец:

«Эля».

Я напряглась, взгляд скользнул ниже, на новое сообщение:

«Дракон».

«Появился».

«У тебя».

Пауза. Люди делятся на два типа: те, кто пишет отрывочные сообщения и те, кто любит строчить целые простыни. А, ещё есть третий тип – аудиофилы. Не знаешь, кто хуже.

Отец тем временем продолжил:

«Можешь».

«Его».

«Оставить».

Мелькнуло уведомление банка: кругленькая сумма упала на мой счёт. Как мило!

«Это на содержание».

«Дракона».

По-моему, отцу я дешевле обхожусь.

Следом пропищал календарь – меня записали на какие-то курсы.

«Ты должна», – продолжил отец. Я снова напряглась. С «должна» всегда начиналось самое неприятное.

«Пройти курс».

Последний раз я проходила курс бальных танцев. Ничему хорошему и тем более полезному там не учили: во время вальса на балу дебютанток я наступила принцу на ногу только два раза, а хотела три. Вот чему надо учить на курсах! А вальс и дурак станцует. Особенно с принцем.

Так какой курс я должна пройти?

«Драконозаводчика».

Ого! И такой есть?

Погодите, что? Да вы издеваетесь – в выходные! В мои законные выходные!

«Я прослежу», – припечатал отец и исчез из Сети.

Я посмотрела на дракона.

– Мне только что велели тебя оставить. Отец считает, что ты мне пригодишься.

Дракон наклонил голову набок.

– Но решаете вы, не так ли?

Я помедлила.

– Так. Что ж… Давай подумаем. Я студентка – это раз. Студентки не владеют драконами.

– Нет закона, который запрещает студентам-волшебникам заводить дракона.

Я прищурилась.

– Ты хорошо знаешь законы?

Дракон покачал головой.

– Только те, что касаются драконов. Этому нас учат.

– В том питомнике, в котором убивают? – Честное слово, я не хотела его поддеть, но ведь явное же противоречие!

Дракон вздохнул.

– Я неправильно выразился. На тех особях, от которых отказался хозяин и которые не получается продать, проводят эксперименты. Заканчиваются они смертью. Всегда. Этому нас тоже учат, хозяйка. Чтобы была внутренняя мотивация служить. А не только внешняя. – Дракон указал когтем на печать.

– Понятно… То есть послужной список у тебя не очень, – хмыкнула я.

Дракон промолчал.

– Ладно, ты прав. Закон не запрещает мне тобой владеть. Это не принято, но допустим. Я артефактор. Мне не нужна магическая батарейка для экспериментов. Моего потенциала пока вполне хватает.

Дракон снова поймал мой взгляд.

– Правда? Хватает?

Я осеклась, вспомнив неудачный курсовой проект. С подпиткой в виде драконьей магии я могла бы клепать десятки таких в день, и уж какой-то точно вышел бы удачным!

Это как читерить с кодом, если у тебя есть пароль от админки. В смысле, как в игре, когда патроны бесконечные.

Я потёрла переносицу.

– А ты блинчики печь умеешь?

– И не только, хозяйка.

Я прикрыла глаза, пытаясь оценить, так ли мне нужен личный повар, если при некотором желании – мало ли, печать сбойнёт – он сам может мной закусить.

– Я также могу вас защищать.

– Если только от самого себя, потому что ты единственный, кто меня сейчас пугает.

– Прошу прощения?

Я открыла глаза, окинула взглядом его чешую на шее, острый подбородок, типичные для дракона выраженные скулы, змеиные глаза, волосы… Стоп. Он же рыжий! И чешуя золотая!

– Ты огненный?!

Дракон вздохнул и обречённо ответил:

– Да, хозяйка.

Огненный! И о чём я только думаю, в питомник, срочно надо сдать его в питомник, а то он точно меня сожрёт! Огненные – элита среди драконов, стоят бешеных денег, редкость неимоверная, потому что дохнут быстро и в содержании уж очень привередливы. Единственные драконы, которые дышат огнём – собственно, с огнём они делают вообще всё, особенно дерутся. Жуткие забияки, холерики, задиры. Их обычно покупают маги-боевики, потому что огненные специализируются на нападении, реже – защите.

Нет, надо смотреть правде в глаза.

– Иннар, я тебя не потяну.

– Эля, я буду послушным. Особенно если это отсрочит моё попадание в питомник.

– Ты мне условие ставишь?

Дракон устало покачал головой.

– Нет, хозяйка. Просто пытаюсь остаться в живых. Прошу прощения.

Я потёрла виски. Мигрень, спрятавшаяся было после обалденного завтрака, вернулась. Мысли скакали, не давая сосредоточиться.

– Ты меня однажды во сне сожрёшь.

– Хозяйка, я не страдаю лунатизмом и предпочитаю оленину.

– Угу. Или будешь испытывать на прочность. Я слышала, вы, огненные, все так делаете.

– При должном уходе мы прекрасно себя ведём, Эля.

Я вздохнула. Чёрт. Проклятый Тео, зачем он меня в это втянул! Толкнул бы этого дракона сразу на каком-нибудь чёрном рынке. Есть же на него выход там, где играют в покер с такими ставками. А мне теперь отцу объяснять, что дракон на самом деле не нужен, потому что я испугалась с ним не справиться. М-да.

– Ладно. Давай договоримся.

Дракон поднял брови.

– Разве волшебники договариваются с драконами?

– Ты хочешь у меня остаться или нет?

– Да. Прошу прощения.

Я вздохнула и начала снова:

– Договоримся. Я обещаю не отправлять тебя в питомник. Даю слово. Идёт?

Дракон молча продолжал смотреть на меня.

– А ты взамен ведёшь себя хорошо. Но если меня что-то не устроит, я тебя продам. Ладно?

– Как скажете, хозяйка.

– И с тебя кофе. Утром. Вот как сегодня. Идёт?

– Как скажете.

Я посмотрела на дракона и снова помянула Тео недобрым словом. Надеюсь, родители его наказали, потому что, если справедливость не восторжествовала, я ей помогу!

– Так, говоришь, предпочитаешь оленину? А что ещё? Что включает в себя «должный уход»? – Я снова вызвала голографический экран планшета, который послушно завис над столом, и повернула его к дракону так, чтобы он тоже видел строку поиска. – Рассказывай.

Глава 5

В Сети был целый один сайт для драконовладельцев, и чтобы на него зайти, мне пришлось сначала вбивать номер своей магрегистрации, потом – студенческого билета. Затем система потребовала всё то же самое, но уже на видео, и чтобы лицо крупным планом обязательно в режиме реального времени. Я на полном серьёзе ждала, что следующим этапом проверки станет демонстрация моей способности колдовать, но обошлось. Сайт только предупредил, что вот так будет каждый раз, когда я попытаюсь авторизоваться, и нет, пароль меня не спасёт. А чтобы окончательно добить, терпеливый женский голос зачитал мне выдержку из закона о владении драконами. Длинную, минут на пять, смысл которой сводился к одному: дракон не может принадлежать обычному человеку, только магу, а нарушение жестоко карается чуть ли не смертной казнью.

И только после этого мне открылось всё разнообразие каэльского рынка для драконов: ровно один вид сухого корма, набор одежды «Стандартный» (что-то вроде тюремной пижамы, только красной) и закрытая секция артефактов-ограничителей. Чтобы в нее попасть снова пришлось вводить номер магрегистрации и позировать со студенческим. В основном там были ошейники. Впрочем, имелись и поводки, даже с рулеткой. Стоило всё это примерно как мой новый планшет.

Я сделала мысленную пометку прочитать все каэльские законы, которые имеют отношение к драконам. Например, поводок – это обязательно или у каких-то магов просто фетиш?

Ладно, прогулки у нас сейчас точно не в приоритете.

Я вернулась к главной странице сайта и с сомнением посмотрела на рекламу сухого корма. Реклама была серой, если не сказать мрачной. Она просто сообщала, что всего за сто кэлов мой дракон будет сыт целый месяц и вдобавок получит все необходимые для здоровья витамины и микроэлементы. О вкусовых качествах ничего не сообщалось.

Я с сомнением покрутила картинку с формулами тех самых микроэлементов. Был у меня неудачный опыт с сухим кормом, только не драконьим, а собачьим. То есть даже не у меня, а у мамы: когда её пекинес Фунтик был ещё щенком, его пытались кормить рекомендованным заводчицей кормом, который тоже обещал сбалансированное питание и сытость. Спустя месяц такого рациона Фунтик подрал обои, сожрал штукатурку в пределах своего роста и искусал деревянные ножки у мебели. Когда он начал примеряться к нашим ногам, до мамы дошло, что пора что-то делать, и теперь Фунтик получает на завтрак говяжий фарш премиум категории и сушёные заячьи желудки. А маме пришлось делать ремонт.

Что-то мне подсказывает, если оголодает дракон, одним только ремонтом не обойдётся.

– Иннар, – позвала я, пролистывая главную страницу, – ты себя нормально после утки чувствуешь?

Дракон замер рядом с раковиной, куда аккуратно и тихо, наверное, чтобы мне не мешать, складывал грязную посуду.

– Да, хозяйка.

– Ага. А в «должный уход» сухой корм точно входит? – Я подтолкнула голографическое изображение к дракону, и то мягко подлетело прямо к его глазам.

Дракон коротко взглянул на него, потом – растерянно – на меня.

– Хозяйка, мне надо что-то есть.

– Да, но я слышала, что вы предпочитаете мясо. А как же оленина? – На «вы» я запнулась, потому что не была уверена, правильно ли относить дракона-полукровку к тем древним чистокровным драконам, которые в Каэлии давным-давно вымерли. Они точно предпочитали мясо. А полукровка, который всю жизнь провёл в человеческом теле?

Он удивлённо посмотрел на меня и пожал плечами.

– В питомнике молодняк кормят сырым мясом, но редко, только если кто-то болеет.

– Почему?

– Дорого.

Я кивнула и вбила в строку поиска «дикая оленина купить». Да, сто кэлов за мешок сухого корма, которого должно хватить на месяц, и тысяча за десять килограммов оленины, которой чёрт знает, на сколько хватит. «Драконий аппетит» и «жрёт как дракон» давно вошло в пословицы.

К счастью, мой щедрый папа открыл счёт «На содержание дракона» и положил туда кругленькую сумму. Даже после того, как я заказала «Усовершенствованную защиту от огня – пусть ваш ребёнок балуется с зажигалкой, вы можете спать спокойно», там ещё осталось столько, что хватило бы кормить дракона олениной целый год, если не дольше.

– А какое мясо, кроме оленины, ты любишь?

Дракон растерянно посмотрел в ответ, и я кинула ему вирт-экран с открытым сайтом магазина «Для любителей экзотики и не только». Там было мясо крокодила, королевского питона, рыбы фугу и – да, даже драконье, привезённое из Карвеста, где оно продавалось вполне легально. Но эту строку из поиска я благоразумно скрыла.

– Выбирай что хочешь.

– Хозяйка, это же очень дорого, – тихо заметил дракон и посмотрел на меня так, словно ждал, что я сейчас закричу: «Розыгрыш!» И рассмеюсь.

– А я очень боюсь, что ты съешь меня. – Это было шуткой едва ли на треть. – Выбирай. Оленина – это замечательно, я её уже в корзину кинула, но нам ведь нужно всё многообразие микроэлементов.

Дракон кинул на меня последний, полный сомнения взгляд и послушно углубился в выбор мяса. Я тем временем отправила грязные тарелки в посудомоечную машину и налила себе воды. Голова разболелась, и я знала, что таблетка не поможет – только долгий глубокий сон, однако у меня тут потенциально голодный и больной дракон без одежды, с которым надо что-то делать.

– Я закончил, хозяйка.

– Меня зовут Эля. – Я не глядя оформила заказ. – Ты сможешь принять курьера? Мне надо поспать. Вон тот второй холодильник слева, видишь – встроенный в стену. Должен быть пустым. Вот туда всё и положи. Ты же умеешь мясо размораживать? Его не нужно как-то… ну, по-особенному, хранить? В смысле, ты ведь огненный, наверное, умеешь.

Дракон бросил на меня ещё один удивлённый взгляд и вдруг заметил:

– Ваш холодильник тоже пуст.

От мигрени меня подташнивало, а завтрак был очень сытным, так что от мысли о еде я постаралась поскорее избавиться – то есть свалила её на дракона.

– Тогда купи что нужно, чтобы его заполнить. Я редко готовлю, совсем не разбираюсь в продуктах, поэтому ты точно справишься лучше меня. Доступ у тебя есть, магазин сам спишет с моего счёта деньги.

Дракон снова кивнул, словно не было ничего странного в том, что я превратила его в шеф-повара.

– У вас есть какие-нибудь предпочтения, Эля? Аллергия? Что бы вы хотели, чтобы я приготовил?

Я зевнула, изо всех сил стараясь не заснуть прямо здесь, за столом.

– Вообще никаких, я чертовски всеядна. Иннар, давай разберёмся с твоей одеждой, я покажу тебе комнату и пойду спать, ладно?

Дракон окинул меня внимательным взглядом.

– Я видел у вас травы, хозяйка. Быть может, приготовить вам укрепляющий отвар? Обычно он помогает магам с истощением быстро восполнить силы.

А, тот настой ромашки, укропа с петрушкой и мятой? Я не особенно в него верила, хоть и знала рецепт, но готовила лишь раз – чтобы сдать в колледже зельеварение. Курс архаичный, может, и был нужен сто лет назад, когда его ввели в программу, но в наши дни мы проходим его «для галочки». И сбор покупаем по этой же причине – чтоб было. Вдобавок, он дешёвый.

– А ты умеешь? Ну, приготовь.

Дракон достал шкатулку с травами – «Сбор № 33», для ленивых ведьм вроде меня, которым в лом тащиться в полнолунье в лес за папоротником. Кстати, некоторые энтузиасты до сих пор таскаются. Моя подруга из колледжа, Зира́на, например. Всегда в компании с симпатичным парнем. Говорит, парни особенно магии способствуют.

Что ж, каждому своё. Я вот не люблю магичить голой на земле, пусть и под луной с красавцем в придачу. Сырая трава, муравьи, хвоя точно не способствуют… э-э-э… магии.

Дракон тем временем разложил пакетики с травами в нужном порядке и вскипятил чайник. А я открыла сайт любимого магазина одежды, нашла мужскую секцию, потом вывела на экран-голограмму меню и бросила её дракону.

– Как закончишь, выбери себе всё, что нужно, хорошо?

Дракон изумлённо посмотрел на голограмму, потом повернулся ко мне.

– Вы не хотите сами выбрать для меня одежду? – В его голосе сквозило вежливое удивление. Мол, хозяйка у меня с придурью, но я слишком хорошо воспитан, чтобы дать ей это понять.

– Нет, мне всё равно – тебе же её носить.

Дракон не стал спорить – ну ещё бы! Он быстро смешал травы – туда-сюда мелькнули чёрные, словно покрытые лаком когти, сверкнула золотистая чешуя. Потом залил смесь кипятком и дохнул на неё струёй пламени.

Я уставилась на него. Словно почувствовав мой взгляд, дракон обернулся.

– Извини, – внимательно глядя на его ключицы, где под халатом была печать, сказала я. – Просто я впервые вижу это вживую. Я привыкну.

Дракон молча вернулся к отвару, а я с огромным трудом заставила себя не думать, что при желании он легко мог бы в один присест спалить мой дом, а то и весь квартал. Всё, что его останавливает – печать. Для обывателя это, наверное, как стальная дверь – без ключа не войдёшь. Но я-то маг, и знаю, как порой хрупки бывают заклинания.

Господи, на что я подписалась?

– Хозяйка, попробуйте. Только осторожнее, горячо, – сказал дракон, ставя передо мной исходящую паром кружку.

– Ага, – пробормотала я, сглотнув.

Дракон потянул носом, и мне вдруг вспомнилась строка из школьного учебника, где рассказывалось, как легко драконы чуют страх. А мой дракон ещё и огненный, для них пугать человека в порядке вещей. Короче, печать печатью, а провоцировать его не стоит.

– Вернись, пожалуйста, к выбору одежды, – как могла спокойно сказала я, осторожно берясь за кружку.

Дракон плавно отошёл к разделочному столу, где его дожидалась голограмма, и молча углубился в её изучение.

Отвар и впрямь оказался неплох, хотя я сомневалась, что он мне поможет. Но он был вкусным и отлично успокаивал. Может, поэтому дракон и предложил его сварить? Наверняка чувствовал, что я нервничаю.

Позже, пока я оформляла заказ, а дракон убирал травы обратно в шкатулку, я заметила, как он вдруг тяжело опёрся о разделочный стол, закрыл глаза и рвано выдохнул.

– По-моему, тебе тоже не помешает отлежаться.

– Со мной всё в порядке, хозяйка. – Голос у него звучал спокойно и безмятежно, но меня было не обмануть.

– Ну да. Оставь-ка всё это и пойдём, я покажу твою комнату.

Дракон нахмурился, словно я вдруг заговорила на астарском и он не понял ни слова.

– Мою комнату, хозяйка?

– Надо же тебе где-то спать. – Я встала, поморщившись от вспышки мигрени. – Идём.

Дракон послушно вышел за мной в коридор. А потом зачем-то поделился:

– Обычно я сплю в подвале.

– Правда? У меня в подвале гардеробная. Там хранятся мои сумочки. Видишь? – Мы оказались в гостиной, и я кивнула на шкаф-витрину. – Здесь жемчужина моей коллекции и её же десятая часть. Короче говоря, в подвале буквально всё завалено сумочками. И артефактами. И ещё каким-то хламом. Возможно, туфлями. Тебе там просто не хватит места.

Дракон покосился на шкаф-витрину – без всякого уважения, а ведь там лимитированные коллекции, за которые модницы со всего мира душу бы отдали. И сказал:

– Ещё можно в вашей спальне.

– Туда вторая кровать не поместится.

– На полу.

Я остановилась перед лестницей на второй этаж.

– Ты так шутишь? Не смешно. Поднимайся.

На втором этаже как раз над кухней была гостевая. Я не любитель устраивать вечеринки – или приёмы, как мама, мне их в детстве в родительском доме за глаза хватило – поэтому гостевая у меня пустовала. Мой дом – моя крепость, вот что. Если бы не домашний робот, комната была бы покрыта, наверное, годовым слоем пыли, а так там просто было душно и пахло, как и должно в комнате, если там давно не проветривали, а дом старый. Я поскорее открыла окно и впустила свежий воздух из сада. Вместе с птичьими трелями. Они когда-нибудь затыкаются, а?

Дракон зашёл в спальню следом за мной, окинул нечитаемым взглядом кровать, пустой платяной шкаф, ковёр на полу, низенький столик и пару кресел – всё в серо-синей нейтральной гамме – и остановился посреди комнаты, словно не представлял, что со всем этим делать.

Я тоже осмотрелась. Да, пустовато, но чего ещё ждать от гостевой?

– Вон та дверь слева – это ванная. Теперь она тоже твоя. И если тебе что-то понадобится – не знаю… Короче, заказывай. В пределах тысячи кэлов любой магазин спишет деньги с моего счёта сам.

Дракон нахмурился.

– Хозяйка, вы так шутите? Не смешно.

– Конечно, не смешно, я же не шучу.

Дракон снова окинул спальню странным взглядом.

– Это человеческая комната.

– Ну да. А как должна выглядеть драконья комната?

Дракон молчал. Так и не дождавшись ответа, я спросила:

– Тебе здесь не нравится?

Дракон с сомнением посмотрел на кровать – или коврик перед ней, не знаю.

– Очень нравится, хозяйка.

– Вот и славно, тогда обживайся. Я сейчас тебя оставлю, только… э-э-э… Короче, ляг, пожалуйста, на кровать.

Дракон вздохнул, словно детали головоломки для него наконец сложились, и взялся за пояс халата. Я нервно улыбнулась.

– Нет, оставь, он не помешает, а твоя одежда ещё в пути. Ложись так.

Дракон пожал плечами и устроился поверх одеяла. Я сначала села на край кровати, потом поняла, что, когда закончу, вряд ли смогу сразу встать, а лежать на одной кровати с драконом как-то не очень – и переместилась в кресло.

Дракон удивлённо за мной наблюдал. Сложив руки на коленях и выпрямившись, как примерная ученица – просто из такой позы колдовать удобнее – я сказала ему:

– Сейчас, пожалуйста, лежи спокойно и – не знаю, думай о хорошем? То есть не мешай.

У дракона сделалось забавное выражение лица – я бы оценила, если бы не сосредоточила всё внимание на его силовых линиях. Соединить их с моими сейчас было не легче, чем ночью. Я снова подумала, что зря всё это затеяла, но если уж взялась, если уж это теперь мой дракон, надо о нём заботиться. К тому же поработать над курсовой мне сегодня и так не светит – ничего не теряю.

Голова взорвалась болью, в глазах потемнело. Вдобавок дракон, похоже, запаниковал – он дёрнулся, а потом стал рваться, как муха из паутины, и наши только-только сплетённые силовые линии опасно натянулись.

– А ну, лежать! – прохрипела я. – Уймись!

Сработала печать: дракон замер, и я смогла без помех закончить работу. Потом долго сидела, обмякнув, в кресле, разглядывая тени от яблонь на потолке.

Дракон не шевелился, и когда я немного пришла в себя, до меня дошло почему.

– Я отменяю свой приказ. Извини.

Дракон выдохнул, сел на кровати и странно – как будто даже испуганно – посмотрел на меня.

– Зачем вы это сделали? Это какой-то эксперимент?

– Ага. Как поставить на ноги полудохлого дракона за сутки. – Я поймала его взгляд и криво улыбнулась. – Как ещё мне тебя лечить?

– Я дракон. Мы быстро регенерируем.

– Да ладно! Из состояния «вот-вот сдохну»? Слушай, а как тебя другие хозяева лечили?

Он усмехнулся.

– Им бы это в голову не пришло.

– Ну, а мне пришло. – Я осторожно, держась за кресло – сначала за подлокотник, потом за спинку – встала. – Короче, осваивайся, прими курьеров, когда приедут, и поужинай. Я спать. Не буди меня до завтра, ладно?

Дракон тоже поднялся.

– Разрешите вам помочь.

– Чего?

– Вы же еле стоите.

О да, он был прав. С большим удовольствием я бы легла прямо тут – коврик у кровати и правда казался удобным.

– Ладно. Просто помоги мне спуститься.

Наверное, без его помощи я бы свалилась с лестницы. Может, даже шею бы сломала. Кто меня просил лечить дракона повторно? Он – точно нет. Может, и впрямь сам бы выздоровел.

Но должно же у нас с Тео быть что-то общее? Например, глупость.

У двери в мою спальню я остановилась, и дракон, до этого мягко поддерживавший меня за локоть, убрал руки и отступил.

– Спасибо, – сказала я ему. – Прошу, не спали мне дом.

Дракон нахмурился и сказал уже мне в спину, когда я перешагнула через порог:

– Спокойных снов, хозяйка.

– Эля.

Он кивнул, и я закрыла перед ним дверь. А потом дотащилась до кровати, упала на неё, не раздеваясь, и прежде чем заснуть, успела подумать, что Тео в кои-то веки нарвался – вот я ему устрою!

Глава 6

Знакомьтесь: Свен.

Два метра, глаза голубые, волосы светлые, челюсть выдающаяся. Типичный астарец. Беженец, мигрант – с семьёй приехал в Каэлию, спасаясь от революционеров. Фанатично влюблён в артефакторику. Чудом получил стипендию для учёбы в столичной академии магии и теперь маньячит на занятиях как проклятый, потому что любой неуд может закончиться для него исключением.

Единственный парень в моей группе. Одевается как бомж, за собой следит от случая к случаю. Необщителен, груб, замкнут. Вокруг Свена на метр – зона отчуждения, и его это абсолютно устраивает.

Увы для Свена, он вдобавок дьявольски умён. Когда в первом семестре он отличился на семинаре, затем единственный во всём потоке сдал тест по формулам заклинаний, а после получил зачёт автоматом от драконоведа – жуткого зануды, у которого за всю историю учёбы автомат вообще никто не получал – вот тогда наша звезда Ирма выразила общее мнение всей группы: «Красота для мужчины не главное».

Оставшееся до сессии время Свен отбивался от приглашений сходить в клуб, провести ночь на министерской даче или – ладно уж, потерпим – послушать оперу. Перед Свеном спотыкались, на него роняли книги, сумки и пару раз даже планшет. Его брали измором, а Ринка – она у нас без комплексов – пробовала раздеваться.

Свен шарахался от нас, как от чумных: «Просто дайте мне учиться!» Мы же считали, что одно другому не мешает: учись, ради бога, но поделись конспектами, будь человеком!

Но Свен – типичный астарец, говорят, они даже на экзаменах не списывают, словно это грех – берёг свою интеллектуальную собственность, как дракон золото.

Так и получилось: первая сессия, билеты по лекциям нудного драконоведа – и неприступный Свен с автоматом. Мы объявили Свену бойкот и уже приготовились всей группой – кроме этого жадюги – идти на пересдачу, но тут отец подбросил мне два билета на закрытый показ Ри́хтера.

Ага, это тот самый чокнутый артефактор ещё Драконьей эпохи, который собирал бутылки и засовывал в них целые дворцы. Даже в Каэльском Национальном музее есть лишь одна такая бутылка, и та в запасниках. А тут – частная коллекция, и мой отец среди организаторов выставки. Сам бог велел попытаться!

И вот на последнем занятии я подкатываю к Свену: «Привет, что делаешь в выходные?»

А он тут же:

– Списать не дам. – И: – Как девушка ты меня не интересуешь.

Если он думал, что я обижусь и уйду, то здорово просчитался.

– Расслабься, ты меня как парень тоже не привлекаешь. А вот с твоим конспектом я бы переспала.

Свен посмотрел на меня сквозь линзы огромных, жутко уродливых очков и хмыкнул.

– Извращенка. Не обольщайся, сказал же – не дам.

Мне стало смешно. Раньше мы со Свеном и парой слов не перекинулись – зачем лезть к человеку, который ясно даёт понять, что твоё общество ему не интересно? Только если знаешь, что он много потеряет, если откажется.

В общем, без дальнейшей прелюдии я протянула ему билет.

– Пойдёшь со мной на Рихтера?

Свен задумчиво изучил приглашение.

– Всё равно списать не дам.

Тут бы мне развернуться и гордо уйти, но где я найду второго идиота, в смысле энтузиаста, который разделит мою страсть к рихтерским бутылкам?

– Да и к чёрту, просто не хочу идти одна. Соглашайся, это же Рихтер.

Свен окинул меня задумчивым взглядом.

– Одна ты точно не пойдёшь.

Он прав, стоило мне кинуть клич в соцсетях, человек десять бы набежало – преимущественно парни. Я довольно популярна.

– Остальные даже не в курсе, кто такой Рихтер. Свен, не ломайся. У тебя галстук есть?

Галстук у Свена был, как и нормальная рубашка, брюки и даже пиджак. А ещё линзы. Свен вообще оказался каким-то там виконтом в этой своей Астарии – потому и сбежал, когда они короля свергли. Ещё у Свена обнаружились манеры. Чопорный оказался Свен – караул! Встретил меня на стоянке, старательно не сходя с красной ковровой дорожки, галантно открыл дверь, поцеловал ручку и прямо-таки ослепил улыбкой.

– С ума сойти, – выдохнула я. – Ты бы предупредил, я бы веер захватила.

Свен позволил себе только удивлённо поднять брови.

– Зачем?

– У меня там встроенный артефакт от зевоты. Ты страх какой душный, ты в курсе?

Он замаскировал смех кашлем, снова поцеловал мне руку и полвечера изображал лорда в изгнании, пока все со всеми обнимались и говорили о погоде.

А потом пришла пора смотреть рихтерские бутылки – и вся чопорность Свена испарилась. Мы с ним одинаково прилипли к прозрачным коробам, за которыми скрывались заветные артефакты.

– Смотри-смотри, какая формула!

– Да-а-а, какое изящное применение пространственной магии!

– Это же принцип Кри́спе-Паука́ра!

– Да, но у него в формуле не три, а пять переменных, а здесь… Погоди, да их здесь семь!

– О-о-о!

По-моему, для светской публики куда занимательнее бутылок стали мы со Свеном. Нам было плевать, а отец под шумок объявил, что его дочь – будущий великий артефактор, и мой рейтинг на рынке невест вырос. Папа забыл только сказать, что я не собираюсь замуж, но да бог с ним – я сама скажу.

Всё равно эта вакханалия продлилась недолго, потому что нам со Свеном пришёл в голову умный план: выкрасть одну из бутылок, найти добровольца и узнать, каково там внутри.

Доброволец нашёлся быстро: пьяный Тео согласен на всё. Мы взломали защиту, запихнули его в бутылку, и только тогда сработала сигнализация.

Что потом началось!

Отец орал, Тео из бутылки никак не вылезал – оказалось, он там заснул. Приехал наряд дежурных магов, нас со Свеном сначала обвинили, потом – только меня, я же взламывала, Свен лишь советы давал, и то подальше от камер наблюдения. Но и Тео, и бутылка не пострадали, закончилось всё хорошо – нас всего лишь высмеяли, даже протокол составлять не стали.

А наутро Свен подкараулил меня в коридоре перед аудиторией и вручил заветный конспект по драконоведению. Так я смогла получить тот трояк, как и половина моей группы. Мы были спасены.

Потом Свену понадобилась помощь с регистрацией – ему статус беженца не хотели продлять. Я бы об этом не узнала, если бы у нас не оказались похожие курсовые проекты по артефакторике, и я прилипла к нему после первого же занятия во втором семестре: ну дава-а-ай будем работать вместе, я тебе пригожусь.

И правда, пригодилась, как и он мне – Свен хорош в формулах, а у меня для человека неплохой волшебный потенциал, и я интуитивно чувствую движение магических линий. А ещё у меня чуйка на артефакты. Свен говорит, интуиция развитая.

А с регистрацией Свену помог мой отец – познакомил с кем надо, и там они уже сами разобрались. Отцу Свен понравился. Да что там – он даже маме понравился. Они принялись усиленно мне намекать, что неплохой бы вышел из Свена муж. Мать очаровалась его светскими манерами, отец давно мечтает получить титул, а Свен всё-таки виконт, пусть и астарский. Короче, им казалось, что это судьба, но мы со Свеном так и остались друзьями. Он действительно меня как парень не привлекает вообще, и это, слава богу, взаимно.

Зато я стала единственной из нашей группы, с кем он разговаривает, а значит, получила вечный доступ к его конспектам. Другими словами, я могла не беспокоиться о зачётах с тем условием, что по первому слову пущу Свена в мою лабораторию и поделюсь с ним магией, например, чтобы паять транзисторы, а потом чертить на них формулу кровью.

Такой вот у нас симбиоз, в смысле, взаимовыгодное сотрудничество, которое устраивало всех, но меня особенно – ведь нудный драконовед, доктор Юрд, никуда не делся. На втором курсе он вёл у нас дракко. Да, тот самый драконий язык, в котором сотня времён и десяток артиклей. Проще сразу застрелиться, на мой взгляд, так что я даже не пыталась его учить. Как и вся наша группа – мы выживали за счёт Свена.

В тот день у нас было аж три пары дракко – две лекции и один семинар. Маленький, круглый и лысый доктор Юрд нудил о каком-то синтаксисе у доски, а я под партой мучила поисковик, отыскивая всё, что можно, про огненных драконов.

В основном это были байки про их последнего короля Дастиса, а ещё про чары, от которых все женщины, особенно девственницы, бросались драконам в объятья прям с разбегу. Если верить Сети, огненные драконы в этом были профи. Вспыльчивые, драчливые и любвеобильные.

Сколько в этом правды, я понятия не имела. Доктор Юрд, наверное, знал ответ, но было бы странно подойти к нему и сказать: «Профессор, я вчера завела огненного дракона и теперь боюсь, что он меня или сожрёт, или изнасилует. Что делать?» Конечно, у меня были знакомые драконоведы, да и друзей-волшебников хватало, к ним я могла обратиться даже с такой просьбой. И хотела, когда вечером пришла в себя. Но потом осознала последствия и передумала. Друзья помогут, без сомнения. А потом замучают просьбами: «Дай дракона на время, у меня курсач не получается». Можно подумать, у меня получается! Да и не в жадности дело, тот дракон сам на ладан дышит, как же я его одолжу? Нет, исключено. Позже – может быть. А пока и речи быть не может. Уж лучше держать его в секрете.

Тем временем Иннар вёл себя тише воды ниже травы. Утром я его вообще не видела. Впрочем, по утрам я имею привычку собираться или в полусне на автопилоте, или в турборежиме со скоростью света. А иногда и всё вместе, как сегодня, потому что домбот таки синхронизировался с медботом, и они сообща решили, что мне нужно как следует поспать. В результате будильник не сработал, и я вылетела из дома за десять минут до пары.

Но даже так мне на глаза попалась корзинка со свежей выпечкой, заботливо завёрнутая в термопакет. А ещё дорожная кружка с кофе. Всё это удобно стояло в прихожей на тумбочке рядом с рюкзаком, так что без завтрака я не осталась и дракон свою часть соглашения выполнил. В перерыве между парами я оценила насколько: его круассаны были круче, чем в моей любимой пекарне. И все с разной начинкой – от банальной ванили и шоколада до ягодного желе, на вкус – домашнего. Я даже делиться ни с кем не стала. От такой выпечки и потолстеть не жалко.

И всё-таки Иннар был огненным, а значит, представлял для меня потенциальную проблему. Статьи и мои отрывочные знания сходились в одном: рано или поздно огненный дракон выходит из себя, загорается и проверяет хозяина на прочность. Сейчас Иннар, как я думала, не вполне окреп и боится питомника, потому такой смирный. Но что будет, когда он освоится?

Тем временем доктор Юрд закончил со своим синтаксисом, сверился с часами – да-а-а, ещё полпары осталось, у-у-у! И объявил начало семинара.

В групповом чате тут же начался шухер. Никто не готовился, кроме Свена, и мой комм теперь надрывался: «Элька, спасай!»

«Свен, спасай», – написала я.

Свен в первом ряду обернулся и гневно сверкнул очками. Это могло означать как «А раньше ты не могла попросить?», так и «Что, опять?» Но уже через мгновение мне на почту упали сканы перевода. Не глядя, я отправила их в чат.

И только по повисшей вдруг тишине поняла: что-то не так.

«Элька-а-а!» – рявкнул комм голосом Свена. Озвучка текстового сообщения, конечно, потому что Свен благоразумно молчал.

Я уставилась на планшет. Чёрт, не тот чат! Этот тоже был групповым, но открытым, куда имели доступ преподаватели. И теперь доктор Юрд с улыбкой смотрел на меня.

– Госпожа Стерн, вижу, решила сдать задание пораньше. – Голос у профессора был, в отличие от его фигуры, высокий и тонкий. – Идите к доске, разберите первый абзац. И сделайте, пожалуйста, акцент на эмотивный синтаксис, особенно на параллелизм в первых предложениях.

Э-э-э… Чё?

Я встала, потом снова села. Опять встала и всё-таки вышла к доске. Надо ли говорить, что мне ни строчки, ни слова в оригинальном тексте понятно не было. Какой ещё эмотивный синтаксис? И этот, как его – паралле… пара… короче!

– Доктор Юрд, я вчера до ночи ваше задание делала и не выспалась. Я не смогу ответить.

– Гениальное оправдание, госпожа Стерн. Быть может, вы ещё расскажете, как на вас напал дракон, проклял и у вас память отшибло?

Я поёжилась.

– Что ж, госпожа Стерн, энтузиазм надо поощрять. Я глубоко растроган тем, что изучение дракко так сильно вас захватило, что вы решили провести с ним ночь. Поэтому вы получите от меня дополнительное задание. Предупреждаю: не справитесь с его переводом, на экзамен можете не приходить. Срок – завтра.

Как прошёл остаток пары, я не помню, потому что уламывала Свена помочь. Но тот был неумолим: «Элька, имей совесть, у меня курсач горит». Дать списать Свен ещё мог, но переводить за меня было выше его сил.

То есть всё я в заднице.

Дополнительное задание доктор Юрд скинул на почту – трехстраничный текст на дракко. Что с ним делать без Свена, я не представляла.

А дома меня ждала прямо-таки стерильная чистота и улыбчивый дракон в чёрных джинсах и такого же цвета футболке. Впрочем, бросив взгляд на моё лицо, Иннар улыбаться перестал, достал откуда-то пахнущую корицей кружку чего-то горячего и выставил перед собой, как щит.

В кружке оказалось какао с зефиром. Первый же глоток немного примирил меня с реальностью.

– Я хочу умереть, – поделилась я с драконом.

Любой бы хотел после неуда от доктора Юрда на экзамене. Это лишит меня стипендии, а значит, доступа к бабушкиному трастовому фонду. Придётся идти на поклон к отцу… Ой, всё!

Дракон побледнел и отступил на шаг. А я со вздохом бросила рюкзак, пнула туфли и поплелась в спальню. Правда, пришлось сделать крен на кухню – оттуда так аппетитно пахло!

Дракон бесшумно следовал за мной, а когда я залезла в кастрюлю – запах шёл оттуда – мягко оттёр в сторону и принялся накрывать на стол.

В меню сегодня был луковый суп и перепела в апельсиновом соусе. Боже мой, так вкусно я не ела, наверное, никогда. По сравнению с этим меркнет даже фуршет в королевском дворце.

– А ты? – Я опомнилась только на перепелах.

Дракон тихо наводил порядок на разделочном столике и теперь посмотрел на меня как-то нервно.

– Я уже пообедал, хозяйка.

– А-а-а, хорошо. Как тебе мясо? Всё нормально?

Дракон медленно кивнул.

– Ладно. Спасибо за завтрак, ты за плитой просто волшебник!

Кажется, сравнение с магом дракону не польстило. Он бросил на меня недовольный взгляд и отвернулся.

– Спасибо, хозяйка, я рад, что вам понравилось.

Ну да. Я проследила, как он изящно и быстро подключается к домашнему компьютеру – и домбот у него не глючит, не сообщает об «ошибке ввода данных», а прямо-таки спешит выполнить драконье повеление. Быстро же они спелись.

– Ты починил моего домашнего робота?

Дракон снова обернулся.

– Да, хозяйка.

– Пожалуйста, зови меня по имени. И спасибо, у меня всё руки до него не доходили. Слушай, Иннар, а ты – ну вдруг – дракко не знаешь?

Я просто так спросила, от отчаяния. Как утопающий, который готов за любую соломинку ухватиться. Драконов не учат магии, это запрещено, а дракко – магический язык. Обычному человеку без артефактов его именно поэтому не освоить, а вовсе не потому, что он дико сложный. Так откуда его знать полукровке из питомника?

Но дракон бросил на меня удивлённый взгляд и ответил:

– Знаю, хозяйка. Эля. Это мой родной язык.

– В смысле – родной? А как же каэльский?

– Я знаю дракко с рождения, – пожал плечами дракон. – Как и все мы. Человеческий, то есть каэльский, нам приходится учить, а на дракко мы говорим с рождения.

Да ладно! Обалдеть!

– А-а-а… – Я быстро вывела задание доктора Юрда на голографический экран. – Ты сможешь перевести, что здесь написано?

Дракон пробежал взглядом по странице и кивнул.

– Если вы дадите мне бумагу и хотя бы карандаш, я напишу вам перевод.

Я не поняла, в чём проблема взять бумагу и тем более карандаш самому, да и перспектива перепечатывать три страницы меня совсем не прельщала.

– Погоди, я сейчас.

Дракон с видом «я никуда и не ухожу» вернулся к уборке.

В моей спальне царил образцовый порядок. Я даже чуть не решила, что ошиблась дверью. На туалетном столике не были свалены в кучу духи, тушь, пудра и бусы. Из шкафа не рвались на волю платья, а кровать не представляла собой поле битвы. Даже трусы с окна дракон снял, а ведь они там благополучно целый год провисели и совсем меня не смущали.

Я не была уверена, что мне это нравится. С одной стороны, порядок – это замечательно, я его люблю и ценю, просто наводить не хочу. С другой – совершенно посторонний дракон, которого я знаю от силы сутки, копался в моём нижнем белье. Фе!

Надо попросить его больше так не делать.

Зато коробку «Старьё. На артефакты» я нашла быстро, и в ней лежал мой прошлогодний планшет. Когда вышла новая модель, я не устояла перед стильным, под кожу, ремешком – он же подойдёт почти ко всем моим сумочкам! – и оперативной памятью в десять раз больше старой версии. В общем, планшет я купила новый, а предыдущий не успела разобрать. Вот и пригодился.

Дракон как раз закончил с уборкой – кухня вполне могла стать филиалом операционной, так там было чисто – и ждал меня, сидя за столом. Стоило войти, как он тут же встал и принялся настороженно за мной наблюдать.

Наверное, его предыдущий хозяин был с придурью, или чего он так нервничает? Ха – наверное! Конечно, с придурью, если умудрился проиграть дракона пьяному подростку.

– Вот. Ты ведь умеешь им пользоваться?

Дракон уставился на планшет как на чудо света.

– Но с домботом же ты совладал, а он у меня капризный. – Я сунула браслет планшета дракону прямо в лапы. – Держи. Разберёшься.

– Вы даёте его мне? – не поверил дракон.

– Ага. Там локальная сеть настроена, скинешь по ней перевод до завтра, ладно? И спасибо за обед, было вкусно. Я в лабораторию. Это там, – я указала на дверь, – по коридору, налево, на втором этаже… Короче, услышишь, там обязательно что-нибудь взорвётся.

Дракон всё ещё потрясённо смотрел на планшет.

– Я могу им пользоваться?

– Нет, только смотреть на него! Конечно, можешь! Ладно, я пошла.

Дракон наконец поднял голову и взглянул на меня.

– Я должен пойти с вами?

– В лабораторию? Зачем? А! – Я пригляделась к его магическим линиям. Сегодня дракон явно чувствовал себя лучше, но здоровым я бы его не назвала. – Нет, пока не стоит. Ешь, наверное, побольше, а то ты какой-то тощий. Закажи ещё мяса, если нужно.

Дракон застегнул браслет планшета у себя на запястье, и тот немедленно сменил цвет на золотистый, в гармонии с чешуёй.

– Тебе идёт, – невольно сказала я. Потом встретилась с драконом взглядом и сглотнула.

Это, конечно, снова были чары, но мне вдруг снова подумалось, что будь Иннар человеком, я бы с ним замутила.

Но он не человек, так что и думать нечего.

– Короче, зови, если что. Но не факт, что услышу.

Дракон почему-то не сводил с меня внимательного взгляда, но мне было не до того. Меня ждал какой-то там по счёту курсовой образец, и я была полна решимости его добить.

Когда-то же он должен получиться!

Глава 7

Но определённо не сегодня. Я сожгла ещё пять образцов, зато изобрела одно матерное слово. Очень красочное и ёмкое – оно у меня вырвалось, когда образец № 4, пылая, свалился мне на ногу.

Нет, я вам его не скажу. Я девушка приличная, я такие слова только в порыве страсти говорю. А я очень страстно тушила образец № 4 и вместе с ним свой рабочий стол. Домбот потом грустно счищал пену с пола, стен и даже потолка, а ещё с меня. Запах озона буквально въелся мне в мозг.

Так что легла я поздно, в первом часу ночи. К этому времени Иннар действительно скинул мне перевод, я на него полюбовалась – какое-то сочинение какого-то древнего зануды. Потом закрыла файл и пошла спать.

А Иннар не пошёл. Иннар в третьем часу ночи попытался сменить пароль на домботе. Идиот, сказала же: я артефактор! Хочешь меня взломать, подсыпь мне галлюциноген в кофе, я тогда сама всё сделаю, но не лезь в мою админку, сволочь! Это хуже, чем снимать трусы с окна – а они, может, не просто так там висели. Это как заняться сексом на моей кровати, чёрт бы тебя побрал!

Проснулась я под вой сигнализации и истошные вопли робота: «Вас пытаются взломать!» Спасибо, я догадалась!

Пока сообразила, что это не покушение. Пока поняла, что это не папа с его ребятами из службы безопасности. Пока добежала до подвала, где у меня, кроме сумок и туфель, ещё транзисторы. Пока разобралась, в чём дело и объяснила домботу, что «хватит паниковать, гад, опасности нет!», было уже полчетвёртого.

Всклокоченная, с гаечным ключом в руках я постучала в спальню к дракону и вежливо поинтересовалась:

– Какого чёрта?!

Он сонно посмотрел на меня, стоя на пороге – актёр! – и спокойно спросил:

– А что случилось?

Что случилось? Что случилось?!

Я прокрутила в руке гаечный ключ – дракон не отрываясь, следил за ним, – набрала в грудь побольше воздуха и объяснила, зачем девушкам для красоты нужен сон. Я злая, когда невыспавшаяся. Я некрасивая, когда невыспавшаяся. А оттого я вдвойне злая!

Дракон всё это выслушал со спокойствием парня, у которого девчонка бесится из-за ежемесячных болей. Удивился только, когда припечатала:

– Хочешь менять пароли – меняй днём!

Короче, на занятия я пошла некрасивая, злая и да, невыспавшаяся. Даже завтрак – пирог с фруктами – не поднял мне настроение.

А в академии поджидал доктор Юрд.

Да уж, это с самой ночи был не мой день.

Доктор Юрд попросил прокомментировать перевод – который я даже не читала, – опираясь на эмотивный синтаксис. Сказка «поздно легла – устала – ничего не помню» снова не подействовала.

– Перевод делали не вы, – припечатал доктор Юрд и влепил мне неуд. – На экзамен я вас всё ещё жду, но буду беспощаден, так и знайте.

Уап-уап-уап. Дракко – самый сложный экзамен на этой сессии, исключая все десять видов артефакторики, которые давались мне сравнительно легко. И я его точно не сдам. Плакала моя стипендия.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.