# Путь Бахи

Тео Фардин

Жизнь обычного работяги Бахытжана развалилась в один прекрасный день ,когда начальник уволил с работы ,а отец выгнал из дома. Баха шел холодным вечером по районам города и не знал что делать. Но всё изменилось ,когда ему на пути встретились говорящие крысы…

Я помню тот день.

Глава 1: начало

На часах было одиннадцать тридцать. Еще один из тех бесконечных серых будней, где я, словно робот, сидел за монитором в офисе, окруженный одинаково серыми стенами и лицами коллег. Мир казался блеклым и безликим, и ничто не предвещало перемен. Но вот, как будто дьявол из ящика, в тишине раздался звук открывающейся двери. Я неохотно поднял голову, и мой затуманенный разум на миг прояснился – передо мной стоял мой директор, вечно недовольный и угрюмый.

– Бахытжан, ты закончил отчет? – его голос был острым, как всегда.

– Осталось немного. Нужно только кое-что подправить в Paint, и всё будет готово, – попытался отшутиться я, понимая, что мой ответ вряд ли его устроит.

Директор раздраженно поморщился.

– Две недели ты уже занимаешься этим "небольшим редактированием"! К концу дня отчет должен быть на моем столе. Ясно?

Я кивнул, изображая погруженность в работу, хотя мысли были далеко от экрана. Я строил планы, как поскорее закончить, сбежать домой и не видеть больше этого угрюмого лица.

– Конечно, я все понимаю. Отчет будет готов вовремя, – заверил я, хотя знал, что вряд ли сдержу обещание.

В тот день я решил уйти с работы пораньше, скрываясь от неизбежной встречи с директором. Мне просто надоело. Но внутри я знал – отчет так и не будет завершен. Не потому что я ленив, а потому что работа в Paint казалась мне сущим адом. В глубине души я надеялся, что увольнение обойдет меня стороной.

Пока я брел домой, мрачные улицы города угнетали меня еще сильнее. Казалось, что и воздух пропитан безысходностью. Заходя во двор, я заметил странную сцену: из моего окна кто-то выбрасывал мои вещи в черном пластиковом пакете. Подойдя ближе, я услышал яростные крики отца, сорвавшиеся на морозный воздух.

– Чертов кретин! – кричал он с окна. – Твой директор только что звонил. Он уволил тебя! Я устроил тебя бухгалтером, а ты даже с этим справиться не смог. Уходишь раньше времени, не делаешь работу. Убирайся из моей квартиры. Ты мне больше не сын!

Его слова жгли как огонь. Я стоял внизу, беспомощный, сдавленный гневом и разочарованием. Отец выбросил меня из своей жизни, словно ненужную вещь. Но я не собирался сдаваться. Что бы ни происходило, я был готов продолжать двигаться вперед, даже если всё придется начинать с нуля.

Собирая свои вещи в снегу, я задумался о том, как жизнь привела меня к этому моменту. Когда-то я был способным, одаренным ребенком. В четырнадцать лет я мог легко умножать сложные числа, а к двадцати у меня была девушка, которую я любил. Правда, она променяла меня на инвалида-колясочника, и с тех пор всё покатилось под откос. Теперь я был один – без работы, без дома.

Город Нур-Сити был темным, опасным, особенно в зимние дни. Холодный ветер пронизывал до костей, а улицы словно дышали безнадежностью. Вдоль дороги мерцала вывеска "Неоновый Кот", её слабый свет был единственным источником освещения в этом забытом богом месте. Вдалеке раздавались крики, сирены и звон бьющегося стекла. Это была мелодия Нур-Сити – мелодия хаоса.

Зайдя за угол, я заметил старую дверь подвала. Возможно, там можно переночевать. Но внезапно до моих ушей донеслось шуршание у мусорного бака. Я подошел ближе и услышал, как кто-то копается в отходах. Я осторожно двинулся к источнику звука, но внезапно крыса выскочила из тени и помчалась в темноту. Испугавшись, я поскользнулся на льду и рухнул рядом с баком. Мир вокруг меня начал стремительно тускнеть, я чувствовал, как сознание покидает меня. В последний момент я услышал голоса.

– Он живой? – раздался один из них, хриплый и грубый.

– Давайте съедим его, – предложил другой голос.

– Да ладно тебе, хотя бы палец откусим! – настаивал третий.

И в этот момент я полностью отключился.

Когда я очнулся, вокруг было темно и холодно. Я лежал на жесткой поверхности, укутанный в шерстяное одеяло. Моя голова гудела от боли. Оглядываясь, я заметил рядом три крысы, одна из которых имела странно крашеный хвост. Они смотрели на меня с любопытством.

– Не бойся, мы не собираемся тебя сожрать, – заговорил грубый, хриплый голос одной из крыс. – Я Ибрагим, старейшина.

– Крысы… говорят? – пробормотал я, едва сдерживая панику.

– Конечно, говорим, – ответила крыса с крашеным хвостом. – Я – Хан. И да, я всё-таки хотел откусить тебе мизинец.

Я с трудом мог осмыслить происходящее.

– Мы помогли тебе, потому что ты когда-то помог нам, – продолжил Ибрагим. – Ты спас Хана и его друга, когда на вашем заводе начали травить грызунов. Ты не убил их, а вынес на улицу. Мы тебя не забыли.

– Но зачем? – спросил я, всё еще не понимая.

– Ты нам нужен, – ответил Ибрагим. – Мы знаем, что ты не сдался. Ты один из немногих, кто еще может что-то изменить.


Глава 2: детство

Лето 1985 года. Яркое солнце щедро согревало землю, дети радостно бегали по двору, их голоса сливались в мелодию беззаботного счастья. Кто-то ловил бабочек, кто-то прыгал через скакалку, а кое-кто рисовал мелом на горячем асфальте, увлеченно творя свои маленькие шедевры. Запах свежей травы и цветов наполнял воздух, напоминая о тех летних днях, когда ни жара, ни усталость не могли лишить детей их веселья. Это было то время, когда каждый момент на улице казался маленьким праздником.

Но трое мальчишек, гонимые духом приключений, решили проникнуть в соседний огород, чтобы набрать сладких яблок. Самый младший из них был поднят на плечи, чтобы достать до веток. И тут, неожиданно, из дома вышла хозяйка. С криком она ринулась к ребятам, готовая наказать их за шалость. На правом плече женщины сидела огромная крыса, больше похожая на чудовище, чем на домашнего питомца. Двое мальчишек бросились бежать, оставив младшего на произвол судьбы. Женщина схватила его за руку, и тотемный зверь на её плече внезапно прыгнул на мальчика. Крыса царапала и кусала его лицо, пока он кричал от ужаса.

После этого случая жизнь мальчика изменилась навсегда. Дети перестали играть с ним, избегали его, смеясь за спиной и называя «чуханом». Шрамы на лице стали мишенью для жестоких насмешек, а одиночество – его постоянным спутником. Дома тоже не было утешения: родители постоянно ссорились, отец уходил рано, возвращался поздно, не обращая внимания на сына.

Однажды, не в силах уснуть, мальчик спустился в гостиную. Там он застал своих родителей в очередной яростной ссоре, но в этот раз всё было гораздо серьёзнее.

– Я не могу больше это терпеть! – закричала мать, – Я устала от тебя, от этого урода-чухана! Я вышла за тебя только ради денег. Если бы не беременность, я бы никогда не связала свою жизнь с тобой!

Отец, в отчаянии, попытался её остановить:

– Не уходи. Я люблю тебя. Мы сделаем операцию, и наш сын станет таким же красивым, как Джеймс Эрл! Наш ресторанный бизнес скоро станет империей, и мы будем править этим городом!

Но женщина не слушала. Её лицо исказилось от злобы.

– Я никогда не любила ни тебя, ни этого урода!

В порыве ярости она схватила вазу с цветами и швырнула её в мужа. Стекло разбилось, а мужчина рухнул на пол, кровь медленно начала растекаться по ковру. Мальчик, услышав грохот, выбежал из-за угла и увидел, как его мать, осознавшая, что только что убила собственного мужа, выскочила из дома и скрылась в красном Ferrari. Через несколько минут на пороге появились слуги, они нашли тело отца и вызвали скорую помощь, но было уже поздно.

На следующее утро полиция сообщила мальчику ужасную новость: его мать погибла в автокатастрофе. На трассе её автомобиль столкнулся с лошадью, которая влетела в лобовое стекло и мгновенно убила женщину.

Так в десять лет мальчик остался совсем один, единственный наследник будущей империи, которую его отец так мечтал построить.

Наши дни.

– Мирон Степанович, как человек, построивший одну из самых успешных ресторанных империй в нашей стране, что вы могли бы посоветовать начинающим предпринимателям? – ведущий программы «Ұлы жол» смотрел на крупного мужчину, сидящего напротив. Его лицо, покрытое старыми шрамами, было невозмутимым, а глаза полны спокойствия.

– Я прошел через многое, – начал Мирон, голос его был спокойным и уверенным, – И могу сказать одно: всё начинается с идеи. Вы должны чётко понимать, чего хотите добиться, и идти к своей цели, несмотря ни на что. Не бойтесь рисковать. Иногда нужно подняться на следующую ступень, даже если это кажется страшным. Ошибки неизбежны, но каждая из них – это урок, который делает вас сильнее.

Он сделал паузу, оглядев зал.

– Не забывайте о своих клиентах и работниках. Если вы создаете качественный продукт, если слушаете людей, они ответят вам доверием. Важно не только расти самому, но и помогать развиваться тем, кто работает на вас. Это путь к настоящему успеху.

Мирон склонился вперёд, добавляя последний совет:

– И никогда не забывайте о честности. Ваш бизнес – это отражение вас самих. Будьте верны своим принципам, даже если будет трудно. Не останавливайтесь, верьте в свою идею, и успех придёт. Желаю удачи каждому, кто готов идти этим путём.

– Спасибо, Мирон Степанович, за мудрые слова. Это был настоящий урок для всех нас. На этом наше интервью подходит к концу. С вами была программа «Ұлы жол». Всего доброго! – ведущий повернулся к камере и, улыбнувшись, завершил эфир.


Глава 3: абсурд

Мы были частью этого города уже не одно поколение. Жили в тени, незаметно, существуя на обрывках и мусоре, что оставляли люди. Никогда прежде мы не сталкивались с враждебностью. Но всё изменилось, когда появились те, кого мы называли «Ибрагимовы охотники». Их атаки были жестокими и неожиданными. Мы, крысы, привыкли избегать людей, но эти охотники преследовали нас, словно мы были врагами. Они ставили ловушки, применяли яды. Каждый день мы теряли близких. Те, кто пытались найти пропавших, не возвращались.

И вот теперь мы здесь, беспомощные, стоим перед тобой, человек, который может понять нашу боль. Мы пришли просить помощи. Ты – наш единственный шанс.

– Нет, это какая-то нелепость! —мой голос дрожал от изумления. – Я понимаю крыс? А вы ещё просите меня помочь вам разобраться с охотниками? Это уже слишком! Спасибо, конечно, что вытащили меня с улицы, но, честное слово, я просто бывший бухгалтер! Что я могу? Максимум, могу подсчитать вам электричество или составить таблицу в Excel! Нет, простите. Лучше пойду ночевать на теплотрассу.

– Брат, не уходи так просто! – вдруг вмешался Хан, с его характерным смешанным акцентом. – Мы знаем тебя всего… ну, хмм… бір, екі, үш… всего пятьдесят две минуты. Но ты уже как родной! Помоги нам, плиз!

– Нет, Хан. Прости, но я ничем не могу помочь. – я уверенно направился к выходу.

Оставив тёмный подвал позади, я всё ещё пытался осознать произошедшее. Крысы говорили со мной. Они просили о помощи, как будто это был обычный день. Но день, конечно, был далёк от обычного. Нужно было найти место для ночлега и утро, чтобы со свежей головой обдумать всё это безумие.

я брёл по городу, пока не наткнулся на ту самую новенькую теплотрассу, о которой не раз слышал в новостях. Трубы из углеродистой стали излучали тепло, и это было идеальное место для ночлега. Тогда я устроился на одной из них, в надежде немного отдохнуть. Но вскоре мой покой был нарушен. Кто-то грубо пнул меня по ноге.