Андрей Дещеня
Грань реальности

ЧАСТЬ 1

Вики

Сон ли это?

Так темно… Спит дом, объятый ночным мраком. Рядом отдыхают пушистые, слегка тронутые приятным ароматом кусты гортензий, и тихо сопит старая ива. Всё вокруг погружено в состояние глубокого покоя. Только кривые тени навязчиво лезут в окно, тянут свои руки к кровати, кончиками пальцев касаясь уголка подушки.

Такое неуютное чувство… Комната вокруг сейчас словно не принимала меня, была чужой, едва узнаваемой. Даже тонкие линии рисунка на обоях слагали какой-то странный настораживающий узор. Все приятные цвета интерьера впитались в глухие стены дома и больше не хотят показываться на глаза. Чувство тревоги, свёрнутое в тугой ком где-то под сердцем, расползалось внутри меня, словно клубок змей. Я отлично чувствовала всё это сквозь сон, в который то проваливалась, то снова из него прорывалась в явь.

После долгой борьбы стало очевидно, что ночь сильнее меня. Она мягко затягивала в свой омут. И, кажется, я сдалась…

Всё замерло во мраке. Больше не было слышно шёпота растений, ветер тоже замолк. Тело постепенно окутывала всепоглощающая мягкая тишина. Лунный свет всего на несколько секунд прокрался в комнату и пробежался по дальней стене, где я сразу заметила мимолётное движение тёмного силуэта. Я поняла, что я здесь не одна.

– Вики… – раздался голос из темноты. – Прости меня. Я не хотел, чтобы всё так закончилось.

Я знаю этот голос, отличимый от миллионов других. Словно мелодия он прозвучал в моей голове, затронув самые тонкие струны души, оживив вспоминания, взбудоражив покой.

– О чём ты говоришь?

– Я должен оставить тебя. Ты можешь оказаться в опасности, – продолжал он. – Тебе пора забыть меня.

– Не прошло ни дня, чтобы я не думала о тебе. Я всей душой чувствую, что ты где-то рядом, здесь, очень близко, – безуспешно пытаясь в темноте разглядеть хоть что-то, ответила я. – Найду тебя, чего бы мне это ни стоило.

– Ты всегда была сильной. Оставайся такой же, пожалуйста. Ты должна жить дальше, забудь меня, прошу.

– Нет! Я не могу тебя оставить! Каждый раз, думая, что я уже близко, я упираюсь в пустоту. Вместо ответов нахожу лишь новые вопросы. С каждым разом провал всё сильнее терзает мою душу. Никто больше не верит мне. Ещё полгода назад все говорили, что это конец. Но я твердила им, что сдаваться нельзя, мы уже совсем рядом. С каждым днём тех, кто верит в чудо и не готов сдаваться, становилось всё меньше, пока я не осталась одна.

– Вики, ты не понимаешь, – голос стал звучать уже настойчивее, – эта связь между нами… Её необходимо разорвать. Я не буду больше тебя навещать. Он не должен найти тебя.

– Не нужно так говорить! И кто не должен меня найти? О ком ты? – чуть повысив голос, сказала я. – Целый год я боролась. И даже сейчас я всё ещё борюсь. Покажись! Почему я тебя не вижу?

Я медленно протянула ладонь вперёд в пустоту, откуда раздавался голос.

– Мне нужно тебя оставить. Ты не понимаешь, опасность слишком велика.

Я судорожно метаюсь взглядом из стороны в сторону, пытаясь рассмотреть хоть что-то в этой кромешной темноте.

– Пожалуйста… – произношу со слезами на глазах. – Дай мне руку, пошли домой.

Всей душой я молюсь о том, чтобы он показался из темноты и взял за руку. Мне больше ничего не нужно. Я закрыла глаза, пытаясь представить этот момент, будто мысли мои могли материализоваться. Но ничего не происходит. Я чувствую лишь холод, который пробирается под кожу и доводит до мурашек.

– Прости. Хотелось быть рядом с тобой. Ты – единственное, что осталось у меня среди всего этого мрака и холода. Но я понял только сейчас… То, что связывает нас с тобой… Та ниточка, за которую я держу тебя, может оказаться оружием в его руках. Не допущу этого.

– Постой, – плача сказала я, – не надо…

– Надеюсь, что я не опоздал. Люблю тебя, моя дорогая сестра.

Меня мгновенно обдало потоком тёплой энергии, и я распахнула глаза. Мне не нужно было вставать для того, чтобы понять, что голова кружится. Очертания комнаты скрывает мутная пелена. Всё размыто… Чувства тоже. Всем телом и душой я ощущаю тяжёлую пустоту. Нет ничего, лишь кромешная тьма окружает меня. Теперь я чувствую – больше его нет рядом. И снова я одна. Я встрепенулась с кровати, но, почувствовав вязкую слабость, я упала на колени. Слёзы от бессилия так и покатились ручьём по щекам.

– Где ты? – прошептала, осознав, что последние силы постепенно покидают меня. – Я тоже тебя люблю…

Проснулась я в своей кровати рано утром, через окно пробивались первые лучи света. К комнате вернулись уютные красочные тона, но они не могли избавить меня от ноющего чувства тоски. Сон оставил после себя огромную пропасть в моей душе, и заполняли её только грусть и отчаянье. На глазах у меня застыли слёзы. Веки припухли, кожу щипало. Видимо, я долго плакала во сне. Неужели это действительно конец? И мне нужно заставить себя поверить, что его больше нет рядом? Целый год я не могла с этим смириться. Но, кажется, пора. Я больше никогда не увижу Алекса, своего любимого старшего брата. Лишь во снах я могла почувствовать, что он рядом, он здесь. Но это были всего лишь сны…

Мне кажется, что я пролежала неподвижно целую вечность. И тут будильник нервно сообщил, что пора вставать, приводить себя в порядок. День обещает быть насыщенным. Мне нужно встретиться с Хлоей – моей лучшей подругой, обсудить наши планы на ближайшее время. Я обещала ей, что сегодня составлю компанию в забеге по магазинам, ведь Хлоя уже целый месяц страдает без нового платья.

С больши́м трудом пришлось заставить себя встать и пойти умываться. Но я надеялась, что прохладная вода слегка меня приободрит и подарит небольшой заряд энергии. Я надела уютный махровый халат и посеменила к ванной. Когда я проходила мимо комода, в глаза бросилась одна странная вещь. Старая шкатулка с очень необычными узорами в виде рун стояла возле зеркала. Она словно была собрана из нескольких небольших витражей из фиолетового стекла, обрамлённого в тёмный металл. Манила меня к себе не только шкатулка, но и тот факт, что такой у меня никогда не было. Я взяла её в руки и начала внимательно рассматривать. Замка на ней не было, но крышка всё никак не поддавалась. Вдруг я нащупала странную выпуклость с обратной стороны. Это оказалась маленькая кнопка. Нажав на неё, я услышала мягкий щелчок, шкатулка открылась, заставив вздрогнуть. Я замерла, любуясь необыкновенной работой. На крышке красовалась целая картина из кусочков цветного стекла, на которой виднелся лес, словно из сказки. Изображение казалось таким реалистичным, чем больше я всматривалась в картинку – тем сильнее меня затягивало вглубь. В самой шкатулке пестрило обилие шестерёнок из разного металла, весь механизм открыто демонстрировал свою работу. Изюминкой творения стал необыкновенный цветок, который будто вырос по центру шкатулки. Его тёмные фиолетовые лепестки поблёскивали, приковывая к себе всё внимание. Он был похож на махровый колокольчик, только листочки были тоньше и изящнее. Вывело из забвения то, что шестерёнки плавно начали своё движение. И вдруг полилась мелодия. Такая спокойная и умиротворяющая. Я поставила шкатулку на полку и просто слушала, наслаждаясь красотой музыки. Среди томных нот мелодии очень тихо стали слышаться какие-то слова. Но я всё никак не могла разобрать ни звука. Тем временем громкость нарастала. Их произносила маленькая девочка мягким, тонким голоском. И вот теперь я могла их различить:

Солнышко греет, сияют лучи,

Шепчет природа: «Внимай и молчи…»

Вот только из леса туман налетел,

Прячься скорее, чтоб не пожалел.

Стишок дальше повторялся по кругу. Довольно странная вещица. Текст совсем не подходил под красивый таинственный стиль шкатулки. А может, наоборот? Но откуда она тут взялась? Разглядев её ещё внимательнее, я заметила надпись сбоку. Небольшими позолоченными буквами было выведено: «Вики от Алекса».

Как такое возможно? Что это значит? Моё сердце заколотилось. Я уже начала мысленно перебирать все варианты появления шкатулки здесь, как краем уха я услышала, что песенка немного изменилась. Голос девочки стал задорнее и громче, что заставило поёжиться. Скорость звучания увеличилась.

Солнышко греет, сияют лучи,

Шепчет природа: «Внимай и молчи…»

Вот только из леса туман налетел,

Твой Алекс, возможно, тогда уцелел.

Бедненький мальчик плачет и ждёт,

Когда же сестрёнка его найдёт?

Прячься – не прячься, беги – не беги,

Алекс твой милый кричит: «Помоги»!

С ужасом я захлопнула шкатулку. Сердце словно начало вырываться из груди. Тревога заполонила разум. Эта мелодия не выходила из моей головы. Она всё повторялась, словно шкатулка не переставала играть. Я инстинктивно закрыла уши, но песенка продолжала звучать. От страха и паники я закричала так сильно, как могла, но вот крика своего не услышала. Я попыталась выбежать из комнаты. Дверь не поддалась, словно её заколотили с обратной стороны. Тогда, уже совсем обессиленная, я схватила шкатулку в руки, открыла окно и бросила её как можно дальше. Мелодия тут же смолкла. Стало тихо, даже слишком. Моим глазам открылся вид из окна на родную улицу, но она была такой неестественно пустой. Ни одного человека, машины, шороха или другого звука… Просто абсолютная давящая тишина. Лишь вдали я заметила какое-то движение. Из-за домов показался белый, очень густой дым. Сначала медленно, но потом всё быстрее он окутывал всё на своём пути. Вскоре покрыл траву, постепенно переползая на кусты, с них на машины, поднимался всё выше, поглощая каждый сантиметр пространства и уже зловеще парил в воздухе. Мне стало страшно. Такого я ещё не видела. Я захотела закрыть окна, но поняла, что руки меня не слушаются. Я не чувствовала всего своего тела. Мне пришлось просто стоять на месте и наблюдать за происходящим. Хотелось кричать, звать на помощь, но я не могла пошевелить губами. Туман накрывал всё вокруг и всё быстрее приближался к моему дому. И вдруг я заметила человека возле дерева в чёрном пальто. Он совершенно точно смотрел в мою сторону. Взгляд казался сумасшедшим и совсем не человеческим. Кожа была неестественно серого оттенка с лёгкой синевой под глазами. Его лицо я видела отчётливо, и этот взгляд поверг меня в шок. Человек всё стоял и уверенно смотрел в мои глаза, но за пару секунд туман накрыл и его. Дымка всё ближе подкрадывалась ко мне, а с ней рос и мой внутренний страх. Я чувствовала только полный ужас и своё бессилие. И я не могла ничего с этим сделать. Вдруг раздался резкий, оглушительный визг в моей голове, из-за которого всё побелело перед глазами.

Я вскочила с криком, не понимая, что происходит. Только через секунду я заметила маму. Она сидела передо мной и с тревогой всматривалась в моё лицо. Голова кружилась. Было сложно прийти в себя. Я осмотрелась и поняла, что лежу в своей кровати.

– Дорогая, ты в порядке? – мама заботливо гладила меня по волосам, а в её глазах читалось беспокойство.

– Уже всё хорошо, мне просто приснился кошмар. Извини, что так напугала тебя.

– Милая, ты постоянно плохо спишь. Я всё понимаю, тебе приходится трудно. Не закрывайся в себе. Ты ведь знаешь, что всегда можешь поговорить с нами?

В голове пронеслись ночные воспоминания: Алекс, прощание, шкатулка, туман и неописуемый ужас… И накрыло понимание: никто в это не поверит. Поэтому в ответ маме я лишь кивнула и крепко её обняла.

Вики

Осознание

Это был уже не первый раз, когда во сне я видела своего пропавшего год назад без вести брата. По началу эти сны были для меня утешением, давали хоть какое-то ощущение того, что Алекс всё ещё рядом. Там в своих грёзах, я его видела именно таким, каким запомнила в последний день нашей встречи. Тёмно-русые волосы, которые упорно не слушались его руки́ и выбивались из причёски, зелёные глаза, тонкий нос, островатые черты лица. Со своим ростом выше среднего, любовью к рваным джинсам, джемперам и лёгкой щетине на лице, он всегда выглядел слегка небрежно, но прекрасное чувство вкуса было очевидностью. Девчонки сходили по нему с ума. Брат был харизматичен и имел потрясающее чувство юмора. Человек с доброй душой и открытым сердцем… С Алексом мы были неразлучны. Конечно, частенько могли и повздорить, как любые брат и сестра, но всё равно всегда держались друг за друга, ценили и любили. Ему было лишь двадцать три. Он постоянно называл меня маленькой, хоть я и была младше всего на три года, старался от всего защитить, уберечь. Я часто делала вид, что меня это злит, но в душе с трепетом относилась ко всему, что делал для меня Алекс. Сейчас так его не хватает. Мне довелось потерять не просто брата, а лучшего друга, защитника, и целый мир вовсе. Остались лишь сны…

 Но со временем они превратились в нечто большее. Мне постоянно казалось, что Алекс пытается достучаться до меня, сообщить что-то важное. Я придавала снам серьёзный, глубокий смысл. Регулярно видя там брата, я убеждалась, что двигаюсь в нужном направлении для его поиска. Чувствовалось, как осознание этого придаёт мне силы. «Нельзя сдаваться, надо искать дальше». Эта фраза постоянно жила в моих мыслях.

Каждую ночь, засыпая, я уже предвкушала ту комнату, в которой появлялась снова и снова. Несмотря на глухую темноту вокруг, я осознавала, что комната не менялась. Со временем я запомнила её бледные контуры, которые так аккуратно очерчивал лунный свет, сочившийся сквозь оконную щель. Я даже пыталась зарисовать это место. Столько раз я искала подсказки среди предметов, которые находила на ощупь, пыталась выстроить чёткую картинку, но из этого получалось мало толку. Мой брат же появлялся в комнате не всегда. Но как только Алекс оказывался там со мной, он пытался что-то сказать мне. Однако слова его звучали тихо, обрывисто. И тогда я ловила отдельные кусочки фраз, пытаясь потом собрать их воедино, как мозаику. Бывали и моменты, когда брат общался со мной как наяву, словно это и не сон вовсе. Но на все мои вопросы о том, где он, я не получала ответа. Почему так?

– Почему же ты приходишь говорить со мной, но не даёшь ответов на вопросы? Почему моя фантазия загоняет в плен одних и тех же стен странной комнаты? Есть ли в этом всём хоть какой-то смысл? – нервный шёпот то и дело срывался с моих губ.

Спустя долгий и мучительный год поиска необходимо постараться понять: брата больше нет рядом. Я сделала всё возможное для того, чтобы его найти. Даже наши родители сдались ещё полгода назад. Лишь я продолжала искать новые зацепки, хоть какую-то информацию о последнем дне, когда его видели, о том, куда он направлялся и почему мог не вернуться. Хватаясь за любую крупицу, я поддерживала надежду на встречу с братом целый год. И ставить точку сейчас было невыносимо больно.

Жизнь – сложная штука. Конечно, в ней происходит столько всего хорошего. Но горькие вести, как правило, затмевают все остальные события. 22 июня 2019 года навсегда отпечаталось не только в моей памяти, но и в истории городка Хилл Таун. Такое страшное и масштабное событие в стенах достаточно небольшого местечка. Каждая улочка гудела новостями о пропаже двадцати пяти человек. Как такое вообще могло произойти в нашем спокойном и мирном Хилл Тауне – остаётся загадкой для всех и по сей день. Двадцать пять человек просто бесследно пропали, словно растворились в этом мире. Ни одной зацепки, ни подсказки – ничего от них не осталось. Только воспоминания.

Понимаю, что нужно жить дальше, и, надеюсь, сны больше не потревожат тонких струн памяти о брате во мне. Я истощена морально, очень слаба и больше так жить не смогу. Время идёт, и я решила идти вслед за ним…

Вики

Воспоминание

20 июня 2019 года Алекс вернулся домой в отличном настроении, в глазах брата мелькал озорной огонёк и чувствовалась жажда приключений.

– У меня есть шикарные новости! Я сдал экзамен по высшей математике и теперь могу полностью наслаждаться долгожданной свободой.

– Какой свободой, Алекс? У тебя же ещё целых два экзамена впереди.

– Следующий будет только через полторы недели. Так что сейчас можно и расслабиться.

– Как ты так можешь? Я совсем тебя не понимаю. У меня первый экзамен только через две недели, а я уже готовлюсь, днями не отрываясь от книг, просто тону в правилах и схемах. Они теперь преследуют меня повсюду.

– Эй, не вешай нос! Ты молодец. Высокие баллы стоят больших усилий. Ну а у меня есть особый дар, – улыбнувшись подмигнул Алекс, – я могу выучить все билеты за один день.

– Ой, – я демонстративно закатила глаза, – тут абсолютно нечем хвастаться. Ты учишь всё максимально поверхностно, не вдаёшься в подробности и сдаёшь на средний балл.

– Мне и этого достаточно. Я не вижу смысла стараться учиться лучше и гнаться за отличниками. Всё равно это всего лишь отметка.

– А для меня это не просто отметка, – я упёрто стояла на своём. – Я поступила в университет и, как мне кажется, просто обязана вкладывать все силы в обучение.

– Ну здесь мы можем спорить долго. Мала ты ещё и наивна, не то что я, познавший тяготы этого мира, – с ехидной улыбкой протянул Алекс, за это и получил злостный щипок за бок. – Ладно тебе, не дуйся! Лично я считаю, что ты тратишь своё время впустую.

– А я считаю, что это ты тратишь своё время впустую. Ты постоянно с друзьями. Чем вы вообще занимаетесь? Раз не хочешь вкладываться в учёбу – найди тогда себе девушку, заведи отношения, пора взрослеть, братишка.

– Вообще-то, у меня уже есть девушка.

– Ты про Элис? – усмехнувшись сказала я. – А она в курсе, что она твоя девушка? – тут же я поймала на себе испепеляющий взгляд, чем была крайне удовлетворена.

– У меня с ней отличные отношения, все это знают. Зачем формальности: «парень», «девушка»?

– Ты с ней хотя бы целовался?

– Всё ещё впереди, я никуда не спешил. Ждал подходящего момента.

– Это всего лишь твои отговорки. Просто боишься узнать, что для неё ты просто друг.

– А вот и нет. Я чувствую, что я ей тоже интересен.

– И тебя совсем не смущает, что Джек проводит с ней много времени?

– Они лишь одногруппники. Я даже не считаю его соперником. Уж слишком он слабохарактерный хиляк. Да и Элис такие ботаники не по вкусу.

– Ты и не такой уж специалист по девушкам, чтобы судить, чего они хотят, кто нравится, а кто нет. Всё может оказаться совсем наоборот. И если ты не хочешь её упустить – пора делать шаг вперёд, – теперь моё лёгкое злорадство отползло на второй план, и сейчас я ощущала некоторое беспокойство за брата.

– Не переживай на мой счёт. У меня всё продумано.

– Что ты имеешь в виду?

– Мы с одногруппниками решили отметить успешно сданный экзамен и провести выходные в загородном доме. Только представь: природа, шашлык, баня, выпивка – отдых мечты. Мы соберёмся большой компанией и потрясающе оторвёмся. С нами едет и параллельная группа, в которой учится Элис. Многие зовут своих друзей. Я лично уже пригласил некоторых. Они с больши́м удовольствием согласились. Кстати, Джон тоже едет с нами, – сказал Алекс, подмигивая мне.

– А куда именно вы собираетесь?

– Да я даже и не знаю. Ребята из нашей группы уже занялись этим вопросом. Они вроде как нашли отличное место. Говорят, там есть все удобства, вокруг огромный лес и озеро. На территории стоит большой дом, где много комнат для нас всех. Я особо не вникал в подробности. Мне только огласили сумму, которая необходима с каждого, время и место встречи. Сегодня едем закупаться, а завтра утром нас туда отвезут.

– Классно вам. Погода на этой неделе очень хорошая, так и манит поваляться на травке.

– Вот-вот! Я чувствую, что именно там у меня получится сблизиться с Элис. Вот увидишь, завтра всё изменится. Но я не забыл и про свою сестрёнку. Я оставил одно место за тобой. Поедешь с нами?

– Алекс, – не скрывая грусти и опустив взгляд в пол, сказала я, – ты же знаешь, что я очень хочу с вами поехать.

– Ну вот и отлично!

– Нет, Алекс. Мне нужно много готовиться. Я не могу так спонтанно уехать отдыхать и веселиться, зная, что на носу экзамены.

– Да ладно тебе, успеешь всё выучить! Ты же у нас умная. Как можно отказаться от таких выходных? Там же будут и наши с тобой друзья: Лара и Кай. Ты ведь с ними очень хорошо общаешься. Да и вдобавок ко всему Джон будет там. Или ты уже забыла свою первую любовь? – усмехнувшись одними уголками губ, съехидничал Алекс. Я тут же запустила в него подушку и показала всем видом, что обиделась.

– Когда вы планируете вернуться?

– Мы там всего на один день. Завтра, в воскресенье, поедем рано утром, а в понедельник ещё до обеда вернёмся.

– Я не могу, Алекс. После экзаменов – хоть на неделю. А сейчас, как бы я ни хотела, но не могу.

– Ну, как знаешь. Ты упускаешь отличный шанс выбраться из этого тесного, душного города и от души повеселиться.

Алекс уже уверенно направился к двери, но поспешил добавить:

– И пожалуйста, не забудь кормить нашего кота пока меня не будет. Чтобы не было так, как в прошлый раз. Стоило мне уехать на день – никто не додумался его покормить.

– Не волнуйся. Я лично буду насыпать этому царю еду в миску два раза в день.

– Три. Утром, днём и вечером.

– Его Величество не лопнет?

– Но ты же ещё не лопнула, – язвительно ответил Алекс, бросая взгляд на пустые миски, в которых красовались остатки чипсов, попкорна и начос.

– Хорошо, три раза, я поняла, – слегка залившись румянцем, ответила я.

Брат уже вышел за дверь, и меня сразу же одолело чувство грусти. Стало не по себе, как-то тоскливо и тяжело на душе.

– Алекс, стой! – крикнула я, бросившись из комнаты вслед за ним. Подбежав к брату, я крепко его обняла. – Ты только будь осторожен.

– Да что там может пойти не так? – усмехнулся Алекс. – Всё будет хорошо, не волнуйся.

– Отличных тебе выходных. Развлекайся! Жду от тебя подробный отчёт в понедельник, братец.

Алекс поцеловал меня в лоб и бодро зашагал в свою комнату.

Я вернулась к себе, закрыла дверь, достала зачитанный уже, казалось бы, до дыр конспект и продолжила его изучать. Вот только чувство тревоги так и не отпускало меня, оно росло, сжимаясь в маленький, но ощутимый комок в горле. На долю секунды мне показалось, что я паникую. Будто в комнате стало тесно и неприятно, словно какая-то неуютная и чужая энергия заполнила её. Я решила, что это всё из-за переутомления и обиды на то, что все будут отдыхать и веселиться, а я буду день и ночь листать эти дурацкие тетрадки. Но выбор был сделан, и я уверена, что он правильный. Поэтому решила всеми силами вчитываться в конспект и не позволять себе забивать голову посторонними мыслями. Тогда я и подумать не могла, что это был последний раз, когда я видела своего брата.

Оставшийся вечер пролетел для меня быстро. Бессчётное количество заученных формул, совершенно бесполезных, нагоняли на меня сон. Я наконец откинула тетрадку в сторону, чтобы перевести дух. Мой взгляд зацепился за часы на стенке. Стрелки уверенно указывали на три часа ночи. Плюнув на всё, я встала из-за стола и бессильно плюхнулась на кровать. В таком режиме пролетели все мои драгоценные выходные.

В понедельник утром я встала с отличным настроением в ожидании скорого возвращения брата. Уже предвкушая множество смешных и неловких историй, гору позитивных новостей, я немного покрутилась у зеркала, приводя себя в порядок. Затем мы съездили с мамой в магазин за покупками. Она хотела приготовить что-нибудь необычное, так как у отца был сегодня выходной, и мама рассчитывала на прекрасный сытный обед в кругу семьи в её полном составе.

В какой-то момент мы с мамой поняли, что не успеваем приготовить все блюда вовремя. Тогда она попросила меня позвонить брату и узнать, когда именно он вернётся. Я поднялась в комнату за телефоном, шустро нашла своего брата в списке последних контактов, нажала на вызов и включила громкую связь. А пока я решила не терять времени даром и подкраситься у зеркала. Гудки всё тянулись, а в конце переключились на голосовую почту. Я сбросила вызов и набрала номер заново.

– Неужели они ещё не выехали, или, возможно, в дороге связь плохая? – мыслила я вслух. – А может, он так увлёкся своей Элис, что не может найти время ответить на звонок? – дерзко улыбнулась я. А вызов снова перешёл на голосовую почту, и я положила трубку.

– Маме, это не понравится, – подумала я, взяв телефон в руки, и отправилась на кухню. Выходя из комнаты, я решила набрать номер третий раз, наудачу. – Советую тебе взять трубку, братишка, – в шутку говорила я, слушая гудки, – у тебя последний шанс, пока…

Гудки оборвались, и появилась связь.

– Алекс, ну как ты там? Мама интересуется, когда вернёшься? – весело протараторила я в трубку. Ответа я не получила. Лишь обрывистое шипение доносилось с другого конца телефона.

– Алекс, ты меня слышишь? Плохая связь? Вы едете домой? – в ответ всё ещё раздавалось грозное шипение.

– Алекс? – остановившись на лестнице, уже менее весёлым голосом сказала я.

Я сделала громче звук на телефоне и решила прислушаться к шипению. Мне показалось, что среди него я слышу нечто совсем неразборчивое.

– Вики…Пшпшпшпш…Вики… – сейчас я совершенно точно расслышала голос Алекса. – Не надо…Пшщшпщпщп……– голос исчез.

– Что не надо, Алекс? Я не понимаю. Ты что, снова надо мной прикалываешься?

Я упорно вслушивалась, пытаясь разобрать хоть какой-то ответ, но, кроме противного, раздражающего шипения ничего не было.

– Алекс! – рассерженно я буркнула в телефон, отойдя в комнату, чтобы мама не слышала. – Алекс?

Шипение резко исчезло. И теперь из трубки доносилась лишь оглушающая тишина.

– Алекс? – уже более тихо повторила я.

– Нет, – послышался чёткий ответ. Вот только голос был совсем не моего брата. Он был спокойным, зазывающим, но не казался доброжелательным.

– Кто это? Где Алекс?

Ответ я получила не сразу.

– Привет, Вики.

– Кто ты такой?

И опять тишина. Кто бы там ни был – он совсем не торопился отвечать мне.

– Я друг Алекса.

– Можешь, пожалуйста, позвать его к телефону? – изрядно разволновавшись, просила я.

Ответом снова стала глухая тишина, но теперь пауза была более затяжной.

– Алекс занят, – всё тем же спокойным голосом продолжал говорить незнакомец. – Он участвует в моей очень интригующей игре.

– Что за детский сад?! Почему ты не можешь дать трубку моему брату? Я хочу поговорить с ним сейчас же! – настойчиво продолжала я.

– Алекс не может в данный момент с тобой разговаривать. Но зато ты можешь поговорить со мной.

Будучи на грани нервного срыва, я вспылила и завершила вызов.

– Да что там, чёрт возьми, происходит?! – воскликнула я вслух.

В этот момент я вспомнила, что Алекс звал с собой Джона, нашего общего друга. Мы с детства тесно общались, можно сказать, росли вместе. Надо позвонить ему и узнать, кто там такой умный. Быстро найдя Джона в списке контактов, я кликнула на иконку и начала ожидать ответа. Гудки… И вдруг раздался тот же голос, от которого кровь уже начинала стыть в жилах.

– Привет, Вики, – всё так же спокойно и мелодично произнёс он.

– Кто ты? Почему они сами не подходят к телефону? – я чувствовала, как мой голос подрагивал.

– Я ведь уже тебе сказал, что они заняты, всё ещё пытаются пройти мою игру и, хочу отметить, делают это очень хорошо.

– Какую ещё игру? Вы должны были уже вернуться. Я переживаю. Можешь, пожалуйста, дать телефон моему брату или Джону? –  умоляя, произносила я.

– Ты меня совсем не слушаешь. Я же сказал, они не могут с тобой разговаривать. Они очень заняты.

– Когда я смогу поговорить с ними?

– Никогда.

Раздались гудки. Его ответ дикой болью вонзился в грудь и волной прошёлся по всему телу. В этот момент резко распахнулась дверь в мою комнату. От испуга я невольно вскрикнула и машинально повесила трубку.

– Дорогая, ты связалась с братом? – спросила мама, войдя в комнату.

Я в недоумении смотрела на неё, не в силах сказать ни слова. Мои мысли отстранились от реальности, голова кружилась. Я словно находилась в прострации.

– Вики? Что случилось? Ты словно призрака увидела, дорогая, – с лёгким налётом улыбки произнесла мама.

Я, всё ещё прибывая в угнетённом состоянии и обдумывая, что произошло, пыталась собраться с мыслями и хоть что-то ответить маме. Немного замешкавшись, естественно, я решила не воспринимать услышанное в телефоне всерьёз. Но тот голос здорово напугал меня и сбил с толку. Я немедленно приняла решение рассказать о глупой выходке маме.

– Мам…

В этот самый момент раздался звонок в дверь.

– А вот и Алекс! Пойдём, милая, скоро будем садиться за стол, – бросила напоследок мама, выходя быстрым шагом из комнаты.

Меня резко отпустило. Брат приехал, подумала я, и вмиг та неудачная шутка улетучилась в прошлое. Я радостная выбежала вслед за мамой.

Спускаясь по лестнице, я думала о том, как скучала и рада, что он вернулся домой. Скоро мы сядем за стол, и брат расскажет, как провёл выходные. Обогнав маму на полпути, я подскочила к входной двери и схватилась за ручку. Повернув замок, я набрала полные лёгкие воздуха, чтобы перевести дыхание. Брат, конечно же, не должен был понять, что я бежала вприпрыжку ради него через весь дом. Поэтому я задержалась на пару секунд, чтобы успокоиться мысленно и угомонить бешеное сердце, которое так и норовило выпрыгнуть из груди. В этот момент прозвучал ещё один звонок, более затяжной, нетерпеливый.

– Открывай уже! – издалека крикнула мама, а сама при этом направилась на кухню, чтобы подготовить стол к обеду.

Я попыталась стереть со своего лица счастливую улыбку и не показать той детской радости, которая нахлынула в предвкушении возвращения брата. Пусть не думает, что без него жизнь в доме остановилась. И уж, тем более что я скучала. Я мысленно уже рисовала удивлённое лицо брата с оттенком претензии за то, что мне и без него было неплохо. Натянув самодовольную ухмылку, я резко дёрнула за ручку и распахнула входную дверь, старательно держа свои эмоции под контролем. Но мой дьявольский огонёк в глазах потух с первым веянием промозглого ветерка. За дверью никого не оказалось. Из ступора я вышла через секунду, осознав, что он, как всегда, решил поиздеваться и спрятался где-нибудь за кустами возле дома. Поэтому я смело захлопнула дверь, сделав вид, что ничего не произошло. А сама в это время начала подсматривать в глазок, пытаясь застукать Алекса, когда тот будет прокрадываться из своего укрытия к двери. Затаив дыхание и с победным выражением лица, я следила за всеми кустами вдоль дороги, как вдруг звук дверного звонка ударил по барабанным перепонкам, отчего волна мурашек резво пробежала от головы до кончиков пальцев ног. Сказать, что я находилась в недоумении – это ничего не сказать. Я всё ещё пыталась понять, как Алекс подошёл незамеченным. Недолго думая, снова открыла дверь, там всё ещё было пусто. С нотой нервозности я взглянула на звонок.

– Отдаю должное, удивил! Как тебе удалось так незаметно в него позвонить и быстро скрыться? – театрально восхищаясь, прикрикнула я.

На улице резко поднялся достаточно сильный ветер, деревья грозно зашумели листвой. Я почувствовала ледяное прикосновение одного из порывов всем своим телом. Меня охватило состояние беспомощности и отчаянья.

– Алекс, это уже не смешно, слышишь? Заходи домой! – прокричала я сквозь ветер, пытаясь уловить движения брата среди множества ветвей и листьев. Но шквалистые порывы лишь резче начали бить по кустам и макушкам деревьев. В глаза бросалось полное отсутствие людей на горизонте. Вдоль улицы, где обычно довольно многолюдно, не было ни одного человека, ни единой живой души. Странное предчувствие вынудило меня зайти внутрь.

– Алекс, – прошептала я.

К горлу предательски подступил ком, воспоминания о сегодняшнем звонке – дурацком розыгрыше – незаметно подкрались к моим мыслям.

– Что же вы такое задумали? Так же нельзя шутить, – проныла я.

Теперь свист ветра раздавался по всему дому. Из-за незапертых окон шторы развивались под потолком, как паруса на корабле. Всё словно ожило. Агрессивные порывы касались каждого предмета. Стекляшки на люстре наигрывали мелодию невпопад, лампы неуверенно качались, цветы в вазе осуждающе мотали головой, выражая всё своё недовольство происходящим.

– Вики! – послышался мамин голос из кухни. – Закрой же дверь. Смотри, какой сквозняк поднялся.

 В этот же момент она вышла из кухни и увидела меня, стоящей остолбеневшей возле закрытой входной двери.

– Где Алекс? – удивлённо спросила она меня. А я не знала, что сказать, и с потерянно смотрела на неё. Спустя пару секунд безмолвных переглядываний раздался грохот со второго этажа. Что-то очень тяжёлое рухнуло на пол. Это вынудило нас вздрогнуть и уставиться на лестницу, ведущую на второй этаж. Тут же выскочил отец из кухни. Не задавая лишних вопросов, он взглянул на меня, потом на маму и сразу же побежал на второй этаж. Мать последовала за ним. Ветер всё ещё вольно разгуливал по всему дому. Не удивительно, если он вдруг опрокинул что-то. Какое-то время я ещё простояла возле входной двери, ожидая следующего звонка. Но ничего не происходило. Я даже решилась приоткрыть дверь и снова проверить, нет ли на пороге Алекса. Но моим глазам явилась всё та же картина вымершего, безлюдного двора. Ждать дальше было бессмысленно, и я ушла. Всё ещё пребывая в смятении, я решила пойти на звук голосов родителей, которые доносились сверху. Они активно обсуждали произошедшее. Я уже направлялась в комнату, как увидела идущую ко мне навстречу маму:

– Вики, поднимись к нам, – взволнованно сказала она, рукой подзывая к себе. Мы прошли в мою комнату. Там я увидела отца, всеми силами пытавшегося поднять шкаф, упавший на пол. Вокруг валялись все находившиеся на полках ранее книги, тетрадки, рамки с фотографиями. Слегка ошеломлённая происходящим хаосом, я прокручивала в голове лишь один вопрос: как от порыва ветра мог рухнуть огромный, тяжеленный дубовый шкаф? От размышлений меня отвлекла мама:

– Кто звонил в дверь?

– Я не знаю, – тихо проговорила я, – там никого не было.

Мама проигнорировала ответ, словно и не пыталась вдуматься в мои слова, она просто продолжала поднимать книги с пола, при этом постоянно указывая на что-то отцу. Тем временем самобытный сквозняк утих. А я среди всего бардака приметила одну необычную деталь. Мне бросился в глаза маленький листок. Он залетел за кровать, но его краешек маняще выглядывал из-за угла. Узорный контур казался мне крайне знакомым. Я подошла ближе и сразу поняла: так выглядели страницы моего личного дневника. Я вела его когда-то в детстве, но потом благополучно позабыла о его существовании. Внезапно меня окутало ласковое чувство ностальгии, которое постепенно неприятно перерождалось в ощущение какого-то подвоха. Немного потянув время, я вытащила листок из-за кровати, ухватившись двумя пальцами за торчащий край. И тут же чуть не выронила, вздрогнув от маминого голоса:

– Вики, наведи здесь порядок как можно скорее и спускайся на кухню. Мне нужна помощь с обедом, необходимо закончить с блюдами. Когда вернётся твой брат – всё уже должно быть готово, – после этих слов мама выпорхнула из комнаты и поспешно спустилась, оставив меня наедине со своими мыслями.

Сомнения и пока не объяснимые опасения медленно грызли душу. Всё произошедшее сегодня одним моментом проскочило в памяти.

– Алекс, – прошептала я…

– Во-о-от так, – довольно протянул отец. – Надо будет покрепче его прикрутить к стене. Не думал я, что такая громадина сможет упасть, – отец отряхнул руки и взглянул на меня. – Это всего лишь сильный сквозняк, милая, – сказал он, заботливо гладя меня по голове. – Ты выглядишь напуганной, не бойся. Шкаф наверняка оказался достаточно шатким. Такое случается, не стоит переживать. Все целы – это главное, – бодро уверил он меня, поцеловал в лоб и вышел из комнаты.

 Когда затихли его шаги, я опомнилась и снова обратила своё внимание на страницу из дневника. Я бережно провела пальцами по пожелтевшей бумаге и прочла:

– Джон, – всего одно слово. Я перевернула листок, ожидая увидеть ещё хоть что-то, но там было пусто. Повернув его обратно, я ещё раз прочитала единственное слово, написанное на нём, словно пыталась уловить какой-то новый смысл. Но, разумеется, ничего не вышло, и я стала чувствовать себя глупо. «Джон» было трепетно выведено моим почерком красной гелевой ручкой с блёстками, а вокруг сияло множество маленьких пухлых сердечек. Я прекрасно помнила о том, как это писала. Дневник тогда был моим святым кладезем секретов и тайн. Несколько лет назад я была очень влюблена в Джона, поэтому ему была посвящена далеко не одна страница дневника. Только вот теперь найти бы эту глупую книжонку, дабы та не попала в чьи-нибудь руки. Я судорожно начала искать дневник, из которого вылетела страница. Но несмотря на все мои попытки, найти его у меня так и не вышло. Мне вспомнилось, что когда-то очень давно я спрятала дневник у бабушки на даче, вдали от посторонних глаз. Схоронив его на чердаке среди всего старого барахла, я была убеждена, что никто его не найдёт. Но, в таком случае, как этот листик оказался на полу в моей комнате сегодня?

– Ох, мне кажется, что я уже брежу. Не думаю, что эта мелочь вообще стоит моего внимания. Наверняка лист вырвался давно и выпал из дневника, когда он был ещё здесь, – уверенно убеждала я себя вслух.

В тот день я решила не придавать никакого особого значения этому листочку.

Я отбросила дурные мысли, встала, оглядела себя в зеркале с ног до головы, улыбнулась и побрела вниз. Там меня уже вовсю заждалась мама, борющаяся в одиночку с непослушной уткой, которая всё никак не хотела запекаться. Когда мы справились с приготовлением, мама довольная пошла смотреть любимый сериал, а я села возле окна и стала всматриваться в мрачный пейзаж снаружи. Удивительно хмурый летний день. Всё было не так, хотя всё вроде было как обычно. Подумаешь, непогода… Но беспокойство прочно уселось в моей груди. При каждом вдохе и выдохе я чувствовала его присутствие где-то под рёбрами. И как оказалось – не зря. В тот день Алекс так и не пришёл домой. Как и в последующие дни…

Вики

Поиски

На первых порах заявление в полицию об исчезновении Алекса не хотели принимать. Нам всё безустанно твердили, что он совершеннолетний и может находиться, где ему заблагорассудится. Мол загулял, хорошо проводит досуг и забыл о времени. «Зачем же так паниковать, уважаемые? Вы погодите немного, да он и объявится», – все эти стандартные успокоительные фразы глухо отдавались в ушах и не имели совершенно никакого эффекта, в том числе и для родителей. Биться в истерике и пытаться доказать, что наш Алекс не поступил бы так с нами – было абсолютно бессмысленно. Теперь в стенах растревоженного разума пряталось осознание, что мы сейчас беспомощны. А время всё ускользало, словно песок сквозь пальцы.

Прошло несколько дней. И после того, как в участок поступили десятки подобных заявлений – полицейские почуяли неладное и начали шевелиться. В нашем совершенно заурядном небольшом городке такого никогда не случалось, поэтому это таинственное происшествие нашло отклики в сердцах практически всех местных жителей. Вскоре выяснилось, что все пропавшие молодые люди между собой знакомы в той или иной мере, а большинство из них и вовсе являются одногруппниками – это поставило на уши всю администрацию города. Теперь за дело вынужденно взялись не только местные власти, но и прибыли сотрудники правовых ведомств из других городов. Помощь в поисках, помимо родственников, оказывали все желающие, кому была не безразлична судьба пропавших ребят. Пока полицейские опрашивали всех, пытаясь найти вероятных свидетелей, волонтёры организовали поисковые отряды и осматривали все возможные места, где был шанс найти хоть какую-то зацепку. Все знали, что товарищи отправились в некий загородный дом. А некоторые родители, со слов своих пропавших детей, весьма чётко описывали коттедж, в который должны были поехать ребята. Как выяснилось, большинство деталей, рассказанных каждым из них по отдельности, совпадали. Но несмотря на всё это – была одна серьёзная загвоздка: никто не знал точный адрес места, и где компания молодых людей вообще нашла этот дом. В связи со скудностью информации возникали немалые трудности в розыскных мероприятиях. Поисковые отряды досматривали все близлежащие коттеджи, сдававшиеся в аренду. А полицейские объехали дома в округе пятидесяти километров. Но, к огромному сожалению, за месяцы поисков, которые тянулись неимоверно долго, не нашлось ни одной ниточки, связывающей нас с пропавшими.

Я старалась помочь. Все волонтёры были хорошо со мной знакомы, ведь я постоянно была с ними. Каждый день я обращалась к новым людям, черпая множество информации, которая в результате оказывалась бесполезной. Сначала я уделяла поискам только своё свободное время, но потом этого было недостаточно. Казалось, если я не на поисках – значит бездействую. Забросив учёбу, я думала лишь о брате, тонула в мыслях о нём и о том дне, когда он не вернулся. Множество раз фрагменты произошедшего прокручивались в голове. Сначала я опасалась рассказать кому-либо, не хватало ещё прослыть сумасшедшей. Да и как всё это могло бы помочь поискам? Но мысли скоропостижно меня угнетали, пора было поделиться… Я рассказала маме, позже – друзьям. Но все они твердили в унисон, что это лишь плод моего воображения. «Не переживай, такое случается. Ты просто перенервничала. С кем не бывает?»; «Это всё стресс, будь он проклят! Выбрось из головы». Но я не могла забыть про тот дурацкий звонок. Голос странного до жути типа день ото дня вновь оживал в моей памяти:

– Когда я смогу поговорить с ними?

– Никогда.

Мерзкое чувство беспомощности с примесью страха и тоски отравляли моё существование. Ничего не выходило, все попытки найти зацепки были тщетны. И у меня хватило духу рассказать полицейским мои события того дня. Видимо, от усталости и нехватки подвижек в процессе, они попытались воспринять ситуацию всерьёз. Пробив по базе, полицейские выяснили, что в день пропажи Алекса действительно были зафиксированы вызовы в указанное мной время. Но записи звонков у них не было. Определить, откуда они совершались – тоже не вышло. Мне обещали, что этим вопросом займутся специалисты, у которых есть доступ к подобной информации. Но шло время, а результатов всё не было. И на мои вопросы о том, что же выяснилось по поводу звонков, ответа не следовало. Спустя пару недель я прослыла занудой в участке, все отнекивались и не хотели иметь со мной дел.

– Уважаемая, специалисты работают. И если они что-нибудь выяснят, то сразу же нам сообщат. Ну а мы – вам.

Мама долгое время поддерживала меня, но и она в итоге устала. Тянулись месяцы, заставляя мириться с произошедшим. И горе, так нежданно настигшее нашу семью, потихоньку угасало. Веры в результат поисков, тем более хороший, становилось всё меньше.

Однако в какой-то момент полиция начала засыпать меня вопросами. Они настойчиво просили описать последний разговор с моим братом. Пытались собрать информацию в мельчайших деталях. Я, конечно, максимально чётко передала нашу последнюю беседу. Но они не успокаивались, полицейских интересовал список отправившихся в дом людей, озвученный Алексом. Стало понятно, что что-то их очень волнует, не сходится. Они слушали внимательно и записывали всё, сказанное мной, периодически бросая скептические, недоверчивые взгляды в мою сторону. После разговора я, не удержавшись, спросила:

– Простите, но что вас так настораживает?

– Вы владеете недостоверной информацией. Ну или брат вам сказал неправду о том, кто отправится вместе с ним, – резко развернувшись, правоохранители уже было стали двигаться к выходу.

– Постойте, о чём вы говорите? Что имеете в виду? Почему считаете, что Алекс соврал? – я безуспешно бросалась вопросами вслед уходящим мужчинам.

Спешно удаляясь из моей комнаты, полицейские совсем не обращали на меня никакого внимания. И только женщина, которая осталась последней, чтобы собрать оставшиеся документы, остановилась у шкафа с фотографиями. Она бережно взяла в руки одну из стоявших там рамок. Несколько секунд внимательно рассматривала её и затем поставила обратно.

– Джон Коллинз, – протянула она уставшим голосом. – Со слов многих людей он должен был поехать туда. Но Коллинз на самом деле никак не мог с ними отправиться.

– Почему? – её слова меня озадачили.

– А вы не знаете? – спросила полицейская, ещё раз мельком взглянув на фотографию. Я отрицательно покачала головой и вопросительным взглядом уставилась на женщину.

– Не думаю, что мне стоит…

– Прошу вас! – взмолилась я. – Скажите, что происходит? Джон – мой друг. Если у вас есть информация о нём, о том, как он и где – не таите этого от меня.

Полицейская с искренним состраданием смотрела в мои глаза. Наверно ей хотелось меня хоть в чём-то обнадёжить. Немного подумав, она произнесла:

– За день до запланированной поездки ваш друг нарвался на уличную группировку, они хотели ограбить Коллинза, когда тот возвращался вечером после подработки домой. Парню сильно досталось. Многочисленные ссадины, ушибы, даже перелом. Очень странно, что он не обратился после этого в полицию, – задумчиво добавила полицейская и тут же, решив, что она сказала достаточно, женщина медленно пошла к двери, продолжая шептать себе под нос, – Очень странно…

Такая новость меня ошарашила. Конечно, я была напугана тем, что с Джоном стряслось, но при этом была рада, ведь он жив и никуда не пропал. Недолго думая, я подошла к шкафу, откуда полицейская брала фотографию. Мне было понятно, какую именно из нескольких рамок она рассматривала с таким интересом. Самую центральную. На ней были запечатлены, обнявшись: я, Алекс и Джон. Я остановила свой взгляд на последнем: не по годам брутальный брюнет, с густой тёмной щетиной и грубоватыми чертами лица. Он всегда тщательно следил за внешностью и одет был с иголочки. Даже на фото, будучи в одной из своих любимых однотонных рубашек и брюках, с ростом под два метра и широкими плечами, Джон выглядел старше нас с братом. Дело было не только во внешности. У этого парня было крайне развито острое чувство справедливости и ответственности. В детстве я любила тайком тягать конфеты из общей банки со сладостями. И никому я в этом не сознавалась. Но стоило Джону посмотреть на меня своими серыми глазами, слегка прищуриться и уверенно скрестить руки на груди – мне становилось стыдно, и я тут же признавалась в содеянном. При этом он никогда меня не выдавал.

 Джон действительно являлся общим товарищем. Он был частью нашей семьи, так как с Алексом они были лучшими друзьями с раннего детства. Когда я подросла, то ребята с радостью приняли меня в свою компанию. Я и по сей день питала некие тёплые чувства к Джону. Он очень часто бывал в нашем доме, все вместе мы проводили уйму времени. В связи с этим всем, новости меня очень удивили. Почему я не знала про то, что случилось с ним? А потом в голове навязчиво прозвучал другой вопрос, который усиливал чувство смятения: почему, будучи лучшим другом Джона, мой брат накануне выезда тоже не знал, что случилось с товарищем, и был уверен, что тот поедет с ними? Непонимание, обида и растерянность вскружили голову. Почему за это время он ни разу не встретился со мной? Всё-таки мог хотя бы позвонить мне. Дать о себе знать, помочь, в конце концов! Я не видела его ни разу среди поисковых отрядов. Прошёл не один месяц со дня пропажи Алекса, а я ни разу не слышала о Джоне! Всё это не давало мне покоя. Переживание с осадком негодования в ту же минуту подтолкнули меня к уверенному решению: навестить его и узнать ответы на накопившиеся вопросы.

Но этому не было суждено сбыться. Владелица квартиры, которую Джон арендовал, ясно дала понять:

– Он съехал. Куда отправился – не знаем. Нам это и неважно, – без особой заинтересованности в беседе процедила женщина.

После краткого сухого диалога с ней я решила позвонить Джону. Но в трубке то и дело звучала монотонная фраза: «Набранный вами номер вне зоны доступа сети». Я вновь и вновь повторяла вызов, надеясь услышать долгожданные гудки. Это казалось мне странным, ведь номер Джона с детства был в контактах моего сотового. Раньше мы часто общались по телефону. Что же случилось сейчас?

Джон был сокурсником Алекса, но учились они на разных факультетах. На последней сессии им предстояло сдать экзамены, чтобы быть допущенными к защите диплома. Для одних это было главной целью пятилетнего обучения в университете, и к этому они подходили со всей серьёзностью и ответственностью, а для других – формальность. Экзамены сдавали все без исключения. Отличались лишь отметки, разумеется. Тем, кто не стремился к наивысшим баллам, необходимо было явиться на экзамен и ответить по мере своих сил. В таком случае отметки выставлялись по среднему баллу. Так как многих устраивал такой исход событий, они даже и не пытались прыгнуть выше своей головы. Алекс и его друзья были одними из таких студентов. Поэтому, сдав два экзамена, они решили отправиться отдыхать, совершенно не беспокоясь о следующих. Джон должен был оказаться среди них в этом роковом путешествии. Но, раз уж его там не было, то он наверняка благополучно сдал все экзамены, защитил диплом и отправился по распределению на отработку. Так как Джон съехал с квартиры, вероятно, его направили в другой город. И я была твёрдо настроена узнать в университете, куда именно. Но и тут меня ждало поражение. Оказалось, Джон очень плохо сдал третий экзамен, что немало всех удивило. Ему поставили самый низкий проходной балл, а на последние два экзамена друг даже не явился. После этого забрал документы из университета, так его и не окончив. Это меня насторожило. Что же поспособствовало такому опрометчивому поступку? Джон всегда был рассудительным реалистом и стремился к наилучшей жизни. Бросить университет, стоя уже на финишной прямой – это было нелогичным и совсем не похожим на Джона.

Как оказалось, позже он вовсе покинул этот город. Я так и не встречусь с ним, не добьюсь ответов на мои вопросы. Что-то явно было не так, я это чувствовала. В этот же день, когда вернулась домой, зайдя в свою комнату, я стала размышлять: «Может у меня есть номера телефонов родителей Джона, и я смогу связаться с ними?» Долго пришлось копаться в своих старых записях, пытаясь найти хоть какую-нибудь информацию. Я яро разгребала завалы ненужного хлама: книги, тетради, дневники, то и дело отбрасывала в сторону бесполезные безделушки. Когда я окончательно отчаялась, мой взгляд зацепился за одну маленькую деталь. Среди барахла показался уголок знакомого листика. Та самая страница из старого дневника, которая попалась мне на глаза в день пропажи брата. Тогда я не придала этому значения. А сейчас, сидя в позе лотоса среди разбросанных вещей и совершенно оцепенев, я с расстояния вытянутой руки перечитывала вновь и вновь единственное выведенное в уголке слово: «Джон». И звучало это в моей голове каждый раз по-новому.

Конечно, сейчас мне это ничего не даст. Я так и не смогла найти Джона. Тогда словно всё вокруг твердило о том, что это очень важно, и все случайные намёки неслучайны. И что, если… Если бы я встретила его в тот день, то это могло бы что-то изменить?

Наверное, мне просто до боли хотелось в это верить. Я зациклилась. Жила прошлым, душила себя навязчивыми мыслями, которые с удовольствием изощрялись, задаваясь новыми вопросами. А ответы на них я искала в просторах своего внутреннего мира. Но он упорно не хотел отвечать…

Вики

Настоящее

Прошло три года после пропажи Алекса. Все те страшные эмоции, мучительные переживания казались в прошлом. На смену им пришло принятие и смирение. Теперь жизнь шла своим чередом.

Я с отличием окончила университет. Хоть мне это и далось с больши́м трудом, так как много времени я уделяла не обучению, а поискам пропавшего брата. Но я нашла в себе силы вернуться к занятиям. Мне пришлось общаться с преподавателями лично, просить позволения наверстать упущенный материал. Повезло, что я была на хорошем счету, мне пошли навстречу и отнеслись с пониманием. В старом русле реки казалось привычнее и комфортнее.

Также я реабилитировалась в общении друзьями. Особенно с Хлоей – моей лучшей подружкой. На последнем курсе я подрабатывала в кинотеатре большого торгово-развлекательного центра и много общалась с другими работниками, в том числе и бутиков, поэтому всегда знала заранее обо всех огромных скидках. За это Хлоя обожала меня вдвое больше, если такое было возможно. Каждые выходные в ней просыпался маленький проворный шопоголик. Тогда мы до вечера порхали среди витрин со всевозможными аксессуарами, между рядами гламурной одежды и примерочными. Огромной бедой было то, что любая вещь Хлое очень шла. Виной тому была модельная внешность подруги. Но она, конечно, не очень-то переживала по этому поводу. Вот только трудно было в итоге выбрать одно платье из нескольких. Тогда она поднимала свои большие карие глаза на меня, а в них читалась искренняя мольба о помощи.

Сначала Хлоя достаточно часто пыталась приодеть и меня. Ей, как большой любительнице коротких платьев, юбок, стильных нарядов с обложки и каблуков, казалось, что я прячу всю свою красоту, облачаясь в байки, джинсы и кеды. Но спустя огромное количество попыток, не увенчавшихся успехом, она смирилась.

После уморительного забега по магазинам мы отправлялись в наше любимое кафе. Там по традиции закидывали многочисленные пакеты с покупками на диванчик, сами плюхались в уютные маленькие кресла и ловили взгляд уже знакомого официанта. Тот улыбался издалека и одобрительно кивал, чётко зная, что именно нам нужно принести. Спустя десять минут на столике уже красовались две ароматные кружки капучино и пара сочных бургеров. Обычно Хлоя старалась следить за фигурой, но после шопинга позволяла себе проявить подобную слабость. Так мы и сидели до закрытия кафе, насыщаясь непринуждённой болтовнёй ни о чём и обо всём сразу.

Некоторые свободные вечера я проводила со своим парнем Ником. Мы с ним сблизились на последнем курсе университета. Даже интересно вспомнить, как началось наше общение. Учились в разных группах, пересекались изредка на лекциях, интересы вне университета совсем не перекликались. Но судьба позаботилась о нашей встрече.

Это был обычный день. Зачитавшись до глубокой ночи Оскаром Уайльдом, я, разумеется, слегка проспала. Открыв глаза и мельком взглянув на настенные часы, я встрепенулась с кровати. Оставалось пять минут на сборы. Наскоро расчесав волосы, натянув первые попавшиеся джинсы и толстовку, я нервно запихнула конспекты в сумку и закинула в рот печеньку в качестве завтрака. Взгляд снова метнулся к часам и в голове мелькнуло лишь одно слово: «Бежать!»

Спотыкаясь на каждом шагу, я домчалась до остановки. Мне сильно повезло, ведь как раз подоспел автобус. Плюхнувшись на свободное сиденье, я смогла перевести дыхание. Только тогда моему взору открылись косые, но понимающие взгляды остальных пассажиров. Автобус доехал достаточно быстро. Я вышла, глянула на время, самодовольно улыбнулась и сделала большой уверенный шаг вперёд… Приземлилась я на руки и коленки, чудом не испачкав одежду. Отряхнувшись, я поднялась, посмотрела на кеды. Там предательски болтался развязанный шнурок. «Чёрт бы тебя побрал!» Я уныло поплелась до ближайшей лавочки, присела и, недовольно бурча под нос, завязала шнурок.

На занятия я успела как раз вовремя. Сегодня была общая лекция в большой аудитории. Я выбрала место с краю, устроилась поуютнее, принялась внимательно слушать преподавателя и даже что-то записывать.

 Ближе к концу пары меня неуверенно похлопали по плечу. Я обернулась. Позади сидел парень. Он заинтересованно смотрел на меня и словно что-то хотел сказать. Но заметив, как пристально я его рассматриваю, он повременил. А я, в свою очередь, была одурманена его внешностью. Передо мной сидел парень – мечта большинства девчонок. Жилистый, спортивный, уверенный в себе блондин с голубыми глазами. Понимая, что так долго его рассматривать – это уже наглость, я залилась румянцем и спросила:

– Ты что-то хотел?

– Эмм… Ты… Ты испачкалась, – он указал пальцем мне на спину, улыбаясь при этом по-доброму одними уголками губ. Я потянула край толстовки на себя и увидела яркие синие пятна.

– Сегодня подкрашивали спинки лавочек. Наверно ты не заметила, когда садилась.

Я густо покраснела. Мне было неловко, да и досадно, что моё утреннее невезение всё же не прошло бесследно. Прокручивая свои обиды в голове, я поняла, что всё ещё молчу.

– Ох, да. Спасибо тебе большое, что сказал. Утро не задалось. Я наверняка не увидела, что лавка окрашена.

В эту минуту преподаватель объявил об окончании лекции. Аудитория зашумела, люди поспешно выходили из помещения. Я, слегка погодя, тоже начала собирать тетради в сумку, но снова услышала, что ко мне обращаются:

– Ты, кажется, Вики?

– Всё верно. А ты вроде Ник.

– Неожиданно, – парень искренне удивился, когда я назвала его имя.

– Да, у нас в последнее время много совместных занятий. А у меня неплохая память на имена.

– Что ж, я приятно удивлён. Послушай, твоя толстовка… Я могу тебе помочь, – Ник говорил очень уверенно, а вот я совсем не понимала, каким образом это возможно в данной ситуации. Словно прочитав мысли, он добавил: – Ты можешь взять мою рубашку.

Мои глаза округлились, и я, удивлённо улыбаясь, выпалила:

– Прости, что? Ты собрался на всех занятиях дальше сидеть с голым торсом?

Тут Ник весело рассмеялся:

– Нет, что ты, нет, конечно. Я утром был в тренажёрном зале. У меня есть с собой футболка, в которой занимался. Надену её.

Я слегка замялась, удивлённая его предложением и своей глупостью, которую ляпнула. Но ходить дальше в белой толстовке с синими следами краски было действительно не самой лучшей идеей. Нужно было принять предложение.

– Я даже не знаю, как тебя отблагодарить. Огромное спасибо.

Ник одобрительно кивнул и начал расстёгивать пуговицы. Мои щёки запылали, и я поспешно отвела взгляд. Аудитория уже была пуста. Не зная, что делать и куда смотреть, я решила проявить интерес к портретам писателей на стене. Отвлёк от них голос Ника:

– Вот, держи, – он протянул мне свою рубашку. В этот момент я поняла, что Ник уже успел переодеться.

– Благодарю тебя. Скажи, как я смогу тебе её вернуть?

– Давай ты дашь мне свой номер, я наберу завтра вечером, и мы прогуляемся в парке немного.

Я не могла отказать своему спасителю. Так мы встретились на следующий день и потрясающе провели вечер: много разговаривали, смеялись и ели сладкую вату. Ник отказался забирать рубашку, сказал, что всегда предпочитал футболки, поэтому пусть она останется мне на память.

Сначала мы много времени проводили вместе как друзья. Нам было очень комфортно. Я и сама не заметила, как начала в него влюбляться. Позже Ник тоже понял, что я ему очень нравлюсь и стал оказывать знаки внимания. Он был крайне ненавязчив и аккуратен в своих действиях. На каждую встречу Ник приходил с маленьким подарком. Это могла быть белая лилия, моя любимая шоколадка или маленькая аккуратная открытка, бережно подписанная молодым человеком. Я не могла устоять. Всё складывалось, как в романтическом фильме, начиная с первой встречи. Так завязались наши отношения.

Время шло. Когда я получила высшее образование, многое изменилось. Конечно, из кинотеатра я уволилась, чтобы найти более престижную работу по душе. Искать пришлось недолго. Я достаточно быстро наткнулась на объявление издательского центра. Они нуждались в молодом литературном редакторе: инициативном человеке со свежими идеями. В голове тут же метнулась мысль, что я рождена для этой работы. Уже на следующий день я отправилась на собеседование, которое прошло идеально, и мне сразу дали ответ:

– Вы приняты на работу. Приступаете в понедельник.

Тогда в моей жизни случился новый виток.

В моём кругу за эти три года появилось много хороших людей. И неизменным оставалось то, что меня постоянно окружали заботой Ник и Хлоя. А новая работа радовала и заинтересовывала всё больше с каждым днём.

– Вики, ты о чём задумалась? – помахав ладонью у меня перед глазами, спросила Хлоя.

– Не бери в голову.

– Летаешь в облаках? Наверно все мысли о Нике, – ехидно подметила подруга, загадочно улыбаясь.

– Может и так, – ответила я, весело подмигнув. – А сама-то что? Постоянно в конфетно-букетном периоде и сердечных переживаниях? Ну давай, рассказывай, как там твой новенький, Гарри, кажется? – и я тут же рассмеялась.

– Эй, прекрати! – Хлоя тоже заулыбалась не удержавшись. – Гарольд! Его зовут Гарольд! За месяц могла бы и запомнить, – подруга надула свои и без того пухлые губы и смахнула ладонью белоснежные локоны с плеча.

– Ладно тебе, не дуйся. В этот раз запомню, обещаю. Надеюсь, у вас великая любовь, и мне больше не придётся помечать имя нового ухажёра в своём блокноте, дабы потом не опростоволоситься при встрече.

Повисла недолгая пауза. А затем мы дружно рассмеялись в голос. У Хлои действительно достаточно часто заводились новые отношения, и каждый раз она надеялась, что всё будет серьёзно. А после – сама же находила уйму недостатков и разрывала этот недолговременный союз. Несмотря на такой жизненный уклад, она была потрясающим добрым человеком и замечательной подругой. Да и относилась к себе всегда с юмором.

– Знаешь, а у нас всё прекрасно! Гарольд – чудный молодой человек. Он так умеет слушать… Впервые встречаю такого мужчину. Терпеливый, обходительный.

– Ладно уж, не нахваливай. Я безмерно рада за тебя. Вот только он мне кажется слегка странным и каким-то нелюдимым.

– Да брось! Просто вы мало знакомы. Да и он говорит, что очень устаёт на работе.

– О, как я его понимаю. Мне, безусловно, нравится моя работа, но периодически тоже чувствую, что отдых бы не помешал, – сказала я, отпив большой глоток кофе и мечтательно посмотрев в окно. Там я заметила Ника, подходящего к кафе. Он поймал мой взгляд, улыбнулся и приветливо помахал рукой, после чего зашёл внутрь.

– Здравствуйте, девчонки, – произнёс он, бегло чмокнув меня в щёку, – а я с новостями!

– Привет! Надеюсь, что они нам понравятся, – протянула Хлоя, поставив подбородок на ладонь и помешивая капучино.

– Наши одногруппники решили завтра собраться в этой кафешке, чтобы поделиться впечатлениями о так называемой взрослой и скучной жизни. Вроде идея ничего. Расслабимся. Кто со мной? – Ник с надеждой посмотрел на нас.

Мы с Хлоей переглянулись. Первой решила ответить я:

– Ты уверен, что оно того стоит?

Ник заметно погрустнел:

– Неужели ты не хочешь чуточку взбодриться, увидеть старых знакомых?

– А ведь он прав. Завтра выходной. И нам давно пора пошуметь в большой компании. Я – за! – поддержала Хлоя.

– Ваша взяла. Во сколько встречаемся?

– Часа в три я тебя заберу, – заметно воодушевившись ответил Ник.

– Договорились. Ну а сегодня пора расходиться. Лично я устала. Хочу включить любимый сериал и благополучно уснуть.

Мы попрощались с Хлоей. Ник провёл меня до дома, напоследок заключил в крепкие тёплые объятия и прошептал:

– Я уже скучаю.

– Я тоже, – шепнула я в ответ и оставила трепетный поцелуй на его губах. – До завтра!

– Пока-пока, сладкая!

Дома я приняла душ, надела любимую пижаму и плюхнулась в постель. Включить телевизор я даже не успела, так как мгновенно провалилась в сон.

Утро выдалось прекрасным. Давно я не чувствовала, что так хорошо выспалась. Восходящее солнце уже плясало солнечными зайчиками по стене комнаты. Я лениво потянулась в постели и улыбнулась новому дню. Настроение было бодрым и крайне позитивным. Моё сознание уже предвкушало, как полдня я с упоением буду читать любимую книгу, а потом собираться для встречи с давними товарищами. Захотелось даже надеть платье, которое Хлоя подарила на мой день рождения. Мне было радостно оттого, что я не отказалась вчера от всей этой затеи.

Ник приехал как раз вовремя, когда я, стоя перед зеркалом, завершила свой образ любимыми духами.

– У меня нет слов, – негромко пробормотал он, явственно ощущая румянец на щеках. Его обыденная уверенность в себе куда-то испарилась. Я заметила, как Ник на ощупь ищет место, чтобы присесть. Он явно не мог отвести глаз, а во взгляде плясали наглые огоньки. Нетрудно представить, что у парня сейчас в голове.

Мне было приятно произвести такое впечатление. Сердце забилось чаще. Понимая, что времени у нас совсем нет, я дерзко улыбнулась, подошла ближе и грубовато, обжигающе поцеловала в губы.

– Дорогой, нам пора идти.

– Ага, – неестественно промямлил Ник и на всё согласный поплёлся за мной к выходу.

Погода была замечательной. Даже лёгкий отрезвляющий ветерок не портил ощущение комфорта, но зато достаточно быстро привёл в чувства Ника. Дорогу мы провели в уютном молчании, обнимая друг друга.

– Все уже нас ждут. Готова встретить давнишних друзей?

– Да, готова! – бодро ответила я, предвкушая весёлый вечер. После этих слов мы быстро подошли к входу в кафе, и я уверенно распахнула дверь.

– Ребята, как же мы рады вас видеть! – послышались знакомые голоса от дальних столиков. Бо́льшая часть ребят была уже на месте. В том числе и шокированная Хлоя, которая за доли секунды оказалась рядом:

– Вики, мы точно виделись вчера, а не год назад? Уж очень сильно ты изменилась. Признавайся, где прячешь мою простушку-подругу? – гордая своим подарком Хлоя кинулась меня обнимать.

– Перестань, ты меня смущаешь! – нервно заулыбалась я, но всё же ответила на объятие. – Всё, подруга, пойдём к остальным.

Ребята были в восторге от встречи. В кафе царила весёлая, непринуждённая атмосфера. Мы долго делились новостями, смеялись над глупыми и неуклюжими ситуациями из жизни, много-много болтали.

– Так что же получается? Вы всё ещё держитесь вместе? – удивился Люк, поглядывая поочерёдно то на меня, то на Ника.

– Угу.

– Вики, как же ты его столько терпишь? – друг задорно рассмеялся. В это время Ник, не дав мне ответить, скорчил злобную гримасу и кулаком тюкнул Люка в плечо.

– Уж чья бы корова мычала! Тебя и неделю вытерпеть не могут! – теперь уже мой избранник сыпал неприятными колкостями, подначивая товарища. Парни нагло ухмылялись в лицо друг другу, происходящее им доставляло огромное удовольствие. Я смотрела на них и думала: «Всё как всегда!».

Ребята и дальше бы шуточно издевались друг над другом, но вмешалась Хельга:

– Мальчики, прекратите. Это ведь так прекрасно, что наша сладкая парочка всё ещё вместе. Они очень друг другу подходят и счастливы, – девушка мечтательно вздохнула и продолжила, – как бы и мне хотелось так…

– Так вот он я! Готов любить, обожать, обнимать и что там ещё тебе нужно? – Люк раскрыл свои объятия и восторженно уставился на Хельгу. Та скептически оглядела его с головы до ног и недолго думая ответила:

– И не мечтай!

Ребята разразились смехом, а отвергнутый парень в шутку надулся, словно рыба фугу. Ник, явно удовлетворённый увиденным, крепче обнял меня и бросил злорадную улыбку в сторону товарища. Я понимала, что никто не в обиде, парни часто и раньше так подтрунивали друг над другом. Но мне показалось уместным немного вмешаться:

– Люк, всему своё время. Не переживай, ты совсем скоро встретишь половинку и будешь счастлив как никогда, – я мягко улыбнулась.

– Да я особо и не переживаю, нужно жить здесь и сейчас, получать удовольствие. Тем более, нынче не до отношений. На них просто нет времени.

– Ян, я слышала, твоя мама идёт на поправку после выписки из больницы? Как она поживает? – поинтересовалась Дина.

– Да, ей гораздо лучше, врачи сказали, что через месяц будет здоровой, словно ничего и не было.

– Это радует, передавай ей привет.

– Да, передавай от всех нас, – поддержала Хельга.

– Спасибо, передам обязательно.

– А кстати, где ты сейчас работаешь?

– Я после университета устроился инженером-конструктором на Термолюкс.

– Ничего себе! А чем тебе приходится там заниматься? – поинтересовался Ник.

Ян начал подробно рассказывать о специфике своей работы, а остальные его внимательно слушали.

Так мы постепенно переключились с личной жизни на профессиональную. Этот разговор был долгим и информативным. Особенно интересно было слушать девчонок. Их жизнь казалась крайне насыщенной, полной событий и своего рода приключений. Об этом можно было говорить ещё долго. И как бы интересно не звучали истории товарищей, в итоге был сделан не очень утешающий вывод: все немного устали от перенасыщенного событиями года.

– Короче, всё сложилось невесело. Теперь я работаю с отцом. Днями корчусь в автомобильной мастерской. Но я точно оттуда выберусь! – слышались громкие уверенные слова Люка. – А вообще, друзья, мне так вас не хватало!

В знак согласия все одногруппники улыбнулись и, подняв коктейли вверх, дружно выкрикнули:

– За нас, ребята! Ура-а-а-а!

Когда все сделали приличный глоток из своих бокалов, решила высказаться Дина.

– Ох, ребятки, не знаю, чего вы все ноете. А у меня всё прекрасно! Я только вчера прилетела из Парижа. И совсем скоро собираюсь обратно.

Девушка на зависть многим подругам смогла-таки осуществить свою мечту. Дина работала стилистом в известной компании. Устроилась туда благодаря связям отца. И теперь она путешествовала по миру и кайфовала от своей работы.

– Эй, детка, конечно, ты нас не поймёшь! Я иногда без выходных пашу как лошадь. Да и у остальных работы невпроворот. Мы, безусловно, за тебя рады. Но давай-ка поскромнее, – Люк выразил мысли за всех нас.

Стало немного грустно. Мы все завидовали белой завистью Дине. Ей и правда очень повезло. Хоть кто-то из нас не похож на выжатый лимон. Все молча прокручивали в голове обрывки рассказов подруги о море и пляже, о веселье и вечеринках.

Я заметила, что Хельга внимательно разглядывает лица товарищей, впавших в уныние.

– Слушайте! Мне в голову пришла потрясающая мысль! А может быть нам всем вместе выбраться куда-нибудь и отдохнуть как следует?

– Это куда же например? – ухмыльнулась Хлоя, которая, как и все присутствующие, понимала сложность и дороговизну осуществления подобной затеи.

– Да куда угодно. Зачем просиживать прекрасные деньки в городе? Давайте выедем за его пределы. Позовём остальных: Филиппа с Соней, Марка с Миленой, Кирилла.

– Марту, – шустро добавила Дина. – Я бы хотела перед отъездом повидаться с ней тоже.

– А я позвоню Чарльзу, он сегодня не смог прийти из-за работы, а завтра с удовольствием к нам присоединится, уверен в этом, – предложил Ян.

– Это всё круто, но куда вы предлагаете поехать? – спросила Дина.

– Я знаю один заповедник. Там шикарная природа и много кафе. Можно арендовать беседку у озера, – предложила Хельга.

– Ты про тот, что возле Брисберга? – спросила я.

– Ага, – подтвердила мою догадку подруга.

– Так это же далеко.

– Да, – согласился Ник – километров под двести.

– А я слышал, сейчас проходит какой-то музыкальный фестиваль возле города, – высказал своё предложение Ян.

– Не-е-ет, – в один голос протянули ребята.

– А как же наше Накирское озеро? – спросил Люк. – Оно за городом, туда ходят электрички, есть место для шашлыков.

– О, шашлычки! – облизываясь, произнёс Ник. – Вот бы с ночёвкой куда-нибудь отправиться. Веселиться день и ночь, а на завтра спокойно вернуться в наши каменные джунгли.

– Да, но снять на сутки коттедж сейчас будет очень дорого. Да и найдутся ли на завтра хорошие варианты? – разочарованно предположил Люк.

– Ребята, – восторженно вскрикнула Хельга, – у меня есть отличный вариант. Гарольд давно предлагал нам всем собраться у него. Я вам рассказывала, у него богатые родители. У них есть фамильный дом за городом.

Хельга осмотрела нашу внушительную аудиторию и задала вопрос, волнующий сейчас всех:

– А твой парень Гарольд предполагал такое количество  друзей? – смех гулом разошёлся по кафе, а Хлоя притворно улыбнулась. Немного погодя, когда бурные обсуждения утихли, подруга заговорила:

– Он из семьи достаточно обеспеченной, поэтому я думаю, что такое количество людей – не проблема. Там бывали компании и покрупнее. Ну как?

Все сразу задумались над достаточно заманчивым предложением.

– Хлоя, а ты уже была у него в загородном доме? – спросил Ник.

– Нет. Но он часто рассказывал про него. Говорит, что дом там двухэтажный, места для всех хватит. Рядом есть шикарное чистое озеро, – последнее девушка произнесла с ухмылкой, косясь на Хельгу. Она же, в свою очередь, тоже улыбнулась, очевидно, поняв, на что намекает Хлоя.

– Уж больно щедро с его стороны предоставить свой фамильный дом для такого большого числа людей, несмотря на то, что он и половины не знает, – озадаченно произнёс Люк.

– Это его способ познакомиться с вами поближе. К тому же я уже говорила, что его родители достаточно обеспеченные. Вы и не представляете, в каких кругах они крутятся, и какие сборища элиты видал этот дом. Так что Гарольду не привыкать, – явно довольная собой и своим выбором парня, ответила Хлоя. – Поверьте, вы просто его плохо знаете. Но уверена, что ещё полюбите и с радостью примете в нашу компанию.

– А я не против халявного загородного дома. Не мне потом там заниматься уборкой после грандиозной тусовки, – рассмеялся Люк. Хлоя тем временем толкнула его в плечо.

– Я тоже за! – решила я поддержать подругу, – С нашей стороны останется всё организовать, закупиться продуктами и всем необходимым.

– И алкоголем! – радостно перебил меня Ник.

Ребята загалдели, довольные потрясающими планами. Теперь все разговоры были о возможной предстоящей поездке. Идея всем пришлась по душе. Товарищи спорили о том, кто будет мариновать мясо, какие нужно брать с собой напитки, фрукты и овощи. Настроение заметно улучшилось, душу грело предвкушение долгожданного отдыха.

У меня тоже был мечтательный довольный вид. Я понимала, что подобный уик-энд мне сейчас жизненно необходим. Мой взгляд то и дело восторженно блуждал по радостным лицам товарищей. Но в какой-то момент я краем глаза заметила, как среди множества людей мелькнул до боли знакомый силуэт. Высокий мужчина в чёрной куртке расположился за столиком в противоположном от нас углу. Короткие тёмные волосы, широкие плечи. Он сидел спиной ко мне, но даже так, не видя его лица, я понимала, что он мне точно знаком. Смешанные чувства мигом взбудоражили мои мысли. Я вцепилась взглядом в его затылок и суматошно перебирала в голове предположения: «Это точно кто-то из старых знакомых, возможно, мы были близки когда-то. А может одногруппник из универа?»

Мужчина сидел один, на столе у него я заметила лишь стакан с соком и маленькую тарелочку с сэндвичем. Терзания моих мыслей были прерваны Ником, который подошёл ко мне и спросил:

– Милая, ты хочешь мороженое? Или может тебе ещё один коктейль заказать?

Я взглянула на парня немного потерянным взглядом. Мне не хотелось больше коктейлей, да и сладкого тоже.

– Спасибо, Ник, но нет. В меня явно уже ничего не влезет, – забавно ухмыльнувшись, ответила я.

– Ну как знаешь, – сказал он, легонько приобняв меня за талию. – Кстати, что ты думаешь по поводу мяса для шашлыка?

Может действительно, возьмём его в лавке на Фелинградской улице? Говорят, там оно всегда свеже́е, чем в других магазинах, поэтому и цена чуть больше. Да и рядом живёт Хлоя. Будет кому заскочить в лавку. Накануне можно будет купить добротный кусок свинины и замариновать.

Хлоя положительно кивнула в знак согласия и добавила:

– Я как раз хотела испробовать новый рецепт маринада, который мне настойчиво советовала тётя. Ты же знаешь, я сделаю лучший шашлык в мире.

– Да, это хорошая идея, – подтвердила я, не особо вникая в сказанное, если честно.

Компания стала бурно обсуждать ещё что-то, связанное с мясом, но мои мысли снова занял мистер Икс за столиком напротив, и я упрямо устремила свой взор обратно к нему.

Мужчина всё так же неподвижно сидел, сжимая стакан в одной руке, а в другой он держал, скорее всего, телефон. Разглядеть что-либо было сложно, так как перед глазами постоянно сновал развеселившийся народ, а бо́льшая часть столика парня была прикрыта его мощным торсом. Мозг упорно прокручивал воспоминания, а в груди нарастало необычное волнующее чувство. Я была встревожена и заинтересована одновременно. Спустя всего мгновение меня обдало потоком тёплой энергии, душу пронзила волна ностальгии, и в памяти ожили блёклые отпечатки счастливых моментов из детства.

Тёплый летний денёк. Солнце ласково греет лицо и игриво переливается отблесками в моих волосах. Детская площадка возле нашего дома. Я сижу в песочнице и пытаюсь смастерить комнату для любимой куклы. Рядом беззаботно играют и другие дети. Тут сзади ко мне подошёл брат и что-то сказал на ухо. Я тотчас обернулась к нему. Алекс же активно жестикулировал руками и явно пытался что-то объяснить. Несмотря на то что мне до боли приятно было вновь увидеть брата, я не могла на нём сконцентрироваться. В тот момент моё внимание привлёк не Алекс, а другой мальчишка, стоящий возле него. Тёмные волосы, серые глаза, которые, кажется, таят в себе вечную жажду приключений. Уже сейчас очевидно то, что мальчик высокий и выглядит старше других. Я его пока ещё не знаю, но вскоре мы станем очень хорошими друзьями.

Это яркое воспоминание из детства сверкнуло у меня перед глазами, словно вспышка. Теперь я отчётливо поняла, кого мне напоминает этот мужчина.

– Джон…

Это имя вырвалось у меня из уст. Я произнесла его тихо, будто сокровенную тайну, даже мои друзья, наверное, не услышали. И именно в этот момент мужчина в чёрной куртке положил телефон на стол и поставил стакан. Голова его приподнялась немного вверх и повернулась вправо, словно он услышал имя, бережно произнесённое мной. Я напряглась. Небольшая порция адреналина попала в кровь, и оцепенение прошло. «Почему я испытываю такие странные чувства?» Я понимала, что не совсем чётко вижу очертания лица незнакомца и этого недостаточно, чтобы точно понять кто это. Мой взгляд так неприлично долго просверливал затылок загадочного мужчины, что наверняка стал осязаемым. И произошло то, чего и следовало ожидать. Незнакомец повернулся в мою сторону, и я, почему-то испугавшись, резко наклонила голову вниз, попытавшись спрятать таким образом лицо. Конечно, я и подумать не успела о том, что могу лбом врезаться в столик. Так и вышло. Раздался глухой стук от удара о столешницу, который тут же был сопровождён праздничным звоном стоящих бокалов с коктейлями. Парочка из них рухнули на меню, а один, кажется, разбился.

– Вики! Что произошло? – вся компания взорвалась от смеха. Я, взявшись за лоб, тоже рассмеялась, при этом рукой прикрыв часть лица, которую мог разглядеть загадочный мужчина. Хотя уверена, он ничего не понял, потому что я уж очень резко проделала свой провальный трюк. И как же это вышло глупо и странно! Хлоя смеялась сильнее всех.

– Как жаль, что я не смогла это заснять, – давясь от смеха, невнятно пищала она.

Вдоволь раскрасневшись от смущения, я стала нервно поправлять причёску и краем глаза пыталась увидеть, смотрит ли в мою сторону тот парень. Но на его месте никого не было. Уже смелее я повернулась, чтобы точно убедиться в этом. На столике стоял всё тот же стакан, но человек отсутствовал. Я пробежалась взглядом по соседним столам, потом взглянула на выход, осмотрела бар. Компания мужчин что-то бурно обсуждала с барменом, другие просто спокойно сидели и пили пиво, но того, кого я так активно искала, среди них не было. Пришлось встать, чтобы лучше разглядеть всё помещение.

– Вики, ты какая-то странная, – сказала Хельга, – что-то случилось?

Осмотрев всё кафе и убедившись, что парня уже здесь нет, я угомонилась и ответила:

– Всё в порядке, Хельга. Просто показалось, что увидела старого знакомого.

Я даже немного расстроилась. А что, если это и правда Джон? Что произошло со мной в момент, когда он обернулся? Зачем я, словно ребёнок, попыталась спрятаться? Это было не свойственно мне. И я корила себя за глупую выходку. Теперь мне не узнать, кто это был, а любопытство будет и дальше активно поедать изнутри. Я разочарованно размышляла, пока мои успокоившиеся друзья обсуждали предстоящий загородный пикник.

 Мысли о Джоне напомнили мне и об Алексе. Я давно научилась не думать о нём, потому что это было слишком больно. Поэтому всей семьёй мы хранили молчание, и только в день пропажи собирались и поминали брата. Но сейчас воспоминания оказались сильнее меня. Они роем клубились в голове и уверенно давили на больное. Руки задрожали, а горло резко стянуло и начало припекать. Я схватила свой стакан с коктейлем, но он был уже пустым. Теперь мне хотелось ещё немного выпить.

– Пойду к бару, закажу себе коктейль. Кому-нибудь взять ещё напитки? – спросила я, вставая из-за стола.

– Сходить с тобой?

– Не нужно, сама справлюсь. Я мигом! – улыбнулась я Нику.

Получив пару заказов, я направилась к свободному месту у стойки бармена. Взяв меню с алкогольными напитками, я стала изучать ассортимент. Выбрав себе Текилу-Санрайз и заказав остальным их выпивку, я решила немного задержаться и посидеть здесь, у стойки. Бармен смешал коктейль и подал его прямо в руки. Я потянула ароматную жидкость из розовой трубочки и немного расслабилась. Лёгкий напиток всё же одурманил голову. Я уверенно обернулась и ещё раз взглянула на столик, за которым сидел тот незнакомец в чёрной куртке. На его месте уже расположились две девушки и о чём-то оживлённо болтали. Я принялась дальше пить свой коктейль и продолжила размышлять, на сей раз, как это со мной часто бывает, бормотала я вслух.

– А что, если это действительно был Джон? Может он увидел меня и решил уйти?

– А вот я подумал, что ты не хочешь встречи со мной настолько, что даже предпочла пробить лбом стол, чтобы только я тебя не заметил, – усмехнувшись, произнёс мужчина, подойдя ко мне. Передо мной стоял тот самый высокий брюнет в чёрной куртке.

– Джон! – с радостно взвизгнула я и бросилась к нему в объятия.

– О! Всё-таки не зря в мою голову закралась мысль, что я не прав, – искренне радуясь, продолжал он.

– Как же я счастлива видеть тебя! Неужели это действительно ты?

– Ага, всё тот же. А ты, я смотрю, сильно изменилась. Так повзрослела. Стала такой женственной. Я ведь помню тебя совсем другой, – задумчиво произнёс Джон, сверкая серыми глазами.

– Неправда, – улыбаясь, сказала я, – я всё такая же маленькая хрупкая девочка. А вот ты, – тут я сделала паузу и стала оценивающе осматривать его с ног до головы, – ты очень изменился.

Я смотрела Джону прямо в глаза. Они всё такие же притягательные и бездонные. Лицо у него всегда было мужественным. Чёткий подбородок привычно обрамлялся густой щетиной. В уголках глаз виднелись морщинки. Сейчас он выглядел грубее, чем раньше и ещё брутальнее. Большей суровости его виду придавали небольшие шрамы на лице и шее. На правой щеке они были достаточно мелкими, а тонкий рубец на шее брал начало где-то под воротником рубашки и тянулся вверх. Но я решила не заострять на них своё внимание, чтобы не смутить Джона. Сейчас было неуместно расспрашивать о них.

– Я часто вспоминал о тебе, Вики, – так и не опровергнув мои слова, грустно сказал Джон. – Как ты вообще?

Я, почувствовав, как приоткрылась старая рана, неуверенно ответила:

– Знаешь, всё хорошо. Жизнь продолжается и плавно тянет меня за собой, – слегка хрипло произнеся ответ, я ощутила отголоски старой боли. Кажется, Джон это тоже почувствовал и не нашёл, что сказать в ответ. Повисло молчание. Парень повернулся к бармену:

– Стакан минералки, пожалуйста.

Я решила взять себя в руки и продолжить разговор:

– И всё же, как я рада тебя видеть! – сказала я. – Какими судьбами ты вообще тут оказался?

– На самом деле я недалеко отсюда работаю. Зашёл перекусить.

– Вот это встреча. А кем ты работаешь, если не секрет?

– Хм… – усмехнулся Джон. – Я специалист в частной конторе по обеспечению охраны физических лиц.

– Что-то вроде телохранителя?

– Не совсем, но ты близка к правде.

Мимолётно в голове пронеслись фантазии, как Джон мог получить шрамы, учитывая его работу. Это добавило ему мужественности в моих глазах. Рисковать жизнью ради других – не каждый так может. Бармен тем временем принёс стакан с минералкой Джону, и тот жадно отпил пару глотков.

– Жарко сегодня, – произнёс он.

– Погода под стать августу. Я люблю, когда тепло.

– А я вот предпочитаю холод, – задумчиво проговорил Джон, разглядывая пузырьки в стакане.

– Что ж, в этом ты явно остался верен себе, – сказала я, мысленно подмечая, насколько он и сам стал более холодным и закрытым.

Разговор явно не клеился, было трудно найти точки соприкосновения. Между нами, будто была пропасть, в которой парили три последних года, море событий и боли, а все приятные совместные воспоминания валялись где-то на самом дне. И сейчас не было желания лезть туда за ними.

– А ты что тут делаешь? – прервал паузу Джон. – Ты ведь живёшь далеко отсюда, если, конечно, ещё не переехала.

– Да, я живу там же. Мы с друзьями собрались. Месяц назад получили дипломы, устроились на работу. А сейчас решили вновь встретиться, поделиться впечатлениями и повеселиться немного.

– Странно же ты веселишься: сидишь одна у бара.

– Да что ты, нет же, – рассмеялась я, – я отлучилась за напитками, пока все остальные обсуждают предстоящую поездку. Мы решили шикарно провести время всей компанией на даче у знакомого. Так что всё веселье ещё впереди.

– Что ж, рад за вас. Главное – получать удовольствие от жизни…

И мне пришла в голову мысль. Я мгновенно перебила старого приятеля:

– Джон, а поехали с нами. Ты же почти всех знаешь, – и я указала на столик, за которым сидели мои друзья и не обращали на меня никакого внимания. – Там будет очень весело.

– Ох, нет, не стоит. Но спасибо за предложение! – поспешно бросил Джон, даже не взглянув в сторону шумного столика. – Вики, ты прости, работы много, круглосуточно весь в делах.

Я взглянула на него и грустно улыбнулась, давая понять, что не в обиде и всё понимаю. Чтобы скрыть бо́льшую часть досады, я решила перевести тему:

– Кстати, ты же всегда хотел стать программистом, – прищурившись, выпалила я, – как вдруг получилось так, что ты телохранитель?

Я всё ещё пристально всматривалась в его серые глаза. Они всегда меня немного завораживали, манили своей глубиной. Словно агат, радужка сочетала в себе множество оттенков сразу, которые часто подменяли друг друга в зависимости от настроения. Я знала Джона давно, поэтому могла прочесть толику его состояния души лишь по глазам. Они никогда мне не врали. И сейчас, хотя мой друг улыбался, казалось бы, неподдельной улыбкой, его зрачки напитались оттенком свежей хвои, ведь явно скрывали некую глубокую грусть.

– Знаешь, – словно прочитав мои мысли и поспешно опустив глаза, заговорил Джон, – мы часто строим планы, самоуверенно смотрим в своё якобы прекрасное светлое будущее. И кажется, что ты сможешь достичь всего, чего только пожелаешь. И хоть родители учат нас быть сильными и готовят к предстоящим трудностям, мы этого не понимаем, пока сами лицом к лицу не столкнёмся с ними. Хотя ты, как никто другой, знаешь об этом и понимаешь меня, – улыбка с его лица плавно испарилась. – Жизнь оказывается намного сложнее, чем мы думаем в детстве. И все грандиозные планы в один момент могут разрушиться. А потом… Ну а потом приходится импровизировать.

Его слова задели чувства, давно припрятанные глубоко внутри души. Мне стало тоскливо до изнеможения. Я действительно понимала его. И сразу вспомнила брата. Ведь у нас было столько планов, мы так часто делились мечтами. Алекс был так уверен в себе и своих силах. Я ни с кем не говорила о нём после страшной трагедии, не делилась своей болью даже с родителями. Они всегда помнят о нём, фотографии до сих пор стоят на полках, но заводить диалог о произошедшем не хотят ни родители, ни я. А сейчас рана словно вскрылась. С кем же, если не с Джоном можно всё это обсудить, поделиться? И сейчас, по его словам, для этого разговора пришло время. Стараясь долго не раздумывать, я спросила:

– Джон, ты вспоминаешь Алекса? – мой голос подрагивал. Я с осторожностью наблюдала за реакцией друга.

– Постоянно, – уверенно ответил он.

Одно слово – и я уже с трудом сдерживаю слёзы. Кадрами киноплёнки пролетели воспоминания минувших дней: как я видела Алекса в последний раз, как мы его искали, как я пыталась найти Джона, ведь мне казалось странным то, что с ним произошло. И, конечно, я вспомнила о снах, в которых мне являлся мой любимый брат.

– Я тоже постоянно думала о нём. Мне ужасно плохо без него.

– Вики, – Джон взял меня за руку и виновато смотрел в глаза, – я вижу, тебе больно вспоминать об этом. Думаю, не стоит тревожить уже затянувшиеся раны.

– Но я ни с кем не могла и не могу поговорить об этом по сей день. Только ты сможешь меня понять. Ты был его лучшим другом. Он постоянно говорил о тебе, как о своём брате. Ты был и моим другом…

– Всё верно, Вики. Я и сейчас твой друг. Тебе нужно держаться, жить новой жизнью, лишь периодически воскрешать в памяти приятные, светлые воспоминания об Алексе.

– Так и делаю весь последний год, – слёзы предательски начали выступать из моих глаз. – Я перестала искать его и пытаться понять, что произошло потом, после того, как он перестал навещать меня во снах.

Лицо Джона заметно изменилось. Взгляд стал более хмурым и тяжёлым.

– Ты веришь в загробный мир? – спросила я, понизив голос до шёпота.

Парень ничего не отвечал. Он пристально смотрел мне в глаза и молчал. Обычно, когда я поднимала эти темы в беседах с другими людьми, они начинали меня жалеть, вспоминая добрым словом Алекса, и говорили со мной снисходительно, явно ссылаясь в своих мыслях на мою психологическую травму. Но Джон смотрел на меня так, словно прекрасно понимал, о чём я говорю. По его взгляду я видела: ему есть, что мне рассказать по этому поводу. Но парень просто молчал. И это сбивало с толку. Я решила не отступаться.

– Я вот верю… Он постоянно приходил ко мне во снах. Мы общались. И это были не какие-то обычные сны. Это действительно был Алекс. Я точно знаю. Ты ведь не считаешь, что я сошла с ума?

– Нет, – уверенно ответил Джон, вздохнул глубоко и незаметно сжал кулаки под барной стойкой. – Вики, – произнёс он совсем тихо. Я почувствовала его тёплую ладонь и обхватила её в ответ. Сейчас я должна была услышать от него что-то очень важное. Я так долго этого ждала. Но неожиданно за нами нарисовался Ник. Я уже и позабыла, каким он бывает ревнивым иногда.

– Вики, ты обещала быстро вернуться, но тебя уже нет чёрт знает сколько, – взгляд Ника опустился на наши сжатые ладони, и я молниеносно выдернула руку.

– О! Кажется, мы не знакомы, – Ник довольно грубо и самоуверенно обратился к Джону, – и кто же ты?

В свою очередь, Джон даже не взглянул на Ника. Он всё ещё смотрел в мои глаза. Меня смутило поведение молодого человека, даже стало за него стыдно. Зная, как он порой может злиться, когда ревнует меня, я разволновалась и немного испугалась за Джона. Всё-таки Ник был спортивным парнем, занимался кикбоксингом. И он не раз уже демонстрировал свою силу, вступая в потасовки на почве бессмысленной ревности. И в этой ситуации он также мог повести себя весьма неадекватно. Когда Ник понял, что соперник даже не удостоил его своим вниманием, то подошёл на шаг ближе.

Джон шумно выдохнул и встал с барного стула. Я обратила внимание, что друг совсем не уступает моему парню в телосложении и выглядит значительно крепче. Он всё ещё не реагировал на Ника и, кажется, его это напрягло.

– Как я и сказал, жизнь намного сложнее, чем мы когда-то думали, – Джон произнёс это, всё ещё глядя в мои глаза, – она скрывает множество тайн, которых нам, скорее всего, никогда не постичь.

– Так ты представишься или как? – никак не мог угомониться Ник, теперь уже вызывающе положив руку недругу на плечо.

 Джона же это ни капли не смутило. Он спокойно посмотрел на Ника, оценивая его от макушки до пят, после чего поймал взгляд раздражённого мужчины и улыбнулся. В этот момент я заметила, как глаза друга снова загорелись. Во взгляде перестали читаться мрачные нотки. Он казался безмятежным и спокойным, в отличии от Ника. А вот мой парень словно пытался пронзить взглядом потенциального соперника. Его лицо было хмурым и злым. Он изо всех сил желал выглядеть угрожающе. И обычно это срабатывало. Мужчины в этот момент терялись, пытались сгладить ситуацию, шли на попятную, извинялись. Но на Джона подобное не подействовало, в нём не было ни капли страха. Это смутило Ника, и теперь он стал выглядеть неуверенно, словно не знал, чего можно ожидать от нового знакомого. Единственным, по его мнению, правильным решением была попытка ещё сильнее надавить на плечо соперника.

– Это Джон, мой друг детства, я тебе про него рассказывала, помнишь? – высказалась я, вскочив со стула. Мне показалось нужным вмешаться. Лучше это сделаю я, чем Джон, ведь у любого терпения всегда есть предел.

– Джон? Неужели тот самый? Вики много рассказывала про тебя, – виновато сняв руку с его плеча, продолжил парень.

– Знаешь, Ник, ты правильно делаешь, что так яро заступаешься за неё. Рад, что у Вики есть такая крепкая опора в твоём лице, – всё ещё улыбаясь, говорил Джон. – Её нужно оберегать, но ты и так, как я вижу, понимаешь это, – Джон быстро достал деньги из кармана, выложил несколько купюр на барную стойку и напоследок взглянул на меня. – Рад был повидать тебя, Вики, – и после этих слов мой старый друг засобирался уходить.

Ник неуверенно переминался с ноги на ногу и был совсем растерян. Я же очень сильно желала, чтобы Джон остался, хотела обсудить с ним многое, но только наедине и не в баре, но не знала, как себя сейчас вести и что сказать. Мою нерешительность приметил Ник, и я уверена, что если бы на месте Джона был другой человек, то сегодня бы меня ждало целое ревностное представление. Мне было не ясно, почему Ник впал в такой ступор перед Джоном и сдал позиции. Наверно это просто дань уважения моему тяжёлому прошлому.

– До встречи, – Джон подошёл к двери, открыл её и через секунду уже скрылся из виду.

В этот момент Ник что-то говорил мне, но я не слушала. Мой взгляд приковывала только что захлопнувшаяся дверь кафе. Стало тоскливо, сердце словно кололо толстой тупой иглой. Было больно оттого, что нечто близкое мне, родное, частица души будто покинула меня. Я поняла, что не могу и не хочу отпускать Джона просто так. Неизвестно, когда я смогу увидеть его снова. Поток нерешительных размышлений сбила Хлоя.

– Ну, где вы пропали? У нас есть отличная идея!

– Вики, у тебя всё хорошо? – заботливо поинтересовался Ник.

– Да, всё в порядке, – ответила я, – просто я его очень давно не видела. А всё-таки мы знакомы с детства, он был самым лучшим другом моего брата, практически членом нашей семьи.

– Прости меня, если я повёл себя глупо. Просто, когда незнакомый человек, а особенно мужчина, берёт тебя за руку – это здорово выводит меня из себя. Ты же знаешь, детка, – парень поцеловал меня в щёку и ласково приобнял за плечи.

Да, хоть Ник и был ревнивым, но в нём жил отчаянный романтик. Он всегда заботился обо мне, посвящал всё своё свободное время нашим встречам, я никогда не была обделена вниманием рядом с ним. И, конечно, Нику было неприятно видеть подобную сцену с Джоном.

– Всё хорошо, я тебя понимаю. Ты ведь не сделал ничего плохого, Ник, расслабься, – и тут меня словно пронзило стрелой. Я вспомнила, как Джон обратился к моему парню, хотя в первый раз его видел. Я не произносила имени, и сам Ник не представился. Они никогда не были знакомы. Каким же образом Джон с такой уверенностью назвал моего молодого человека по имени, словно давно знал его? В ту же секунду к нам подошёл бармен.

– Вот ваша сдача.

Я взглянула на деньги, которые положили возле меня, и поняла, что это для Джона. Я обернулась к бармену, чтобы сказать, что он может оставить их себе, ведь посетитель уже ушёл, но мгновенно у меня возникла другая идея.

– Спасибо, – взяв деньги, произнесла я, затем повернулась к Нику и сказала, – Джон забыл забрать сдачу. Сейчас быстренько верну ему деньги и прибегу обратно.

Ник не успел сказать ни слова, я пулей выскочила из кафе и понеслась в сторону, куда направился Джон. С трудом разглядев его в толпе, я устремилась к нему. Подойдя уже достаточно близко, я выкрикнула:

– Джон, постой, ты забыл сдачу.

Парень обернулся и ошарашенно посмотрел на меня.

– Оу, серьёзно? Что же, благодарю, но не стоило ради пары купюр оставлять друзей одних и искать меня, – он говорил отстранённо и твёрдо. Но я решила не обращать своё внимание на это и сменила тему.

– Мне жаль, что Ник помешал нам. Как же давно мы не общались… Призна́юсь, сегодняшней встречи мне очень мало. Я бы хотела увидеться с тобой как-нибудь ещё. Думаю, нам есть что обсудить… Мне показалось, ты хотел что-то рассказать. Нечто особенное, важное.

Я с надеждой ловила взгляд друга и ждала его ответа. Но он с этим не торопился. У меня было ещё столько вопросов к нему, я так не хотела его отпускать. Наконец-то Джон здесь, рядом снова. Но, кажется, он не разделял моих эмоций.

– Я был очень рад тебя увидеть и с огромным удовольствием бы пообщался ещё, – медленно начал он, отводя тоскливый взгляд. – Думаю, мы сможем как-нибудь пересечься, но пока у меня очень много дел и совсем нет свободного времени.

От слов Джона разило холодом, и я разочаровалась. «Не понимаю, что с ним стало? Или чем я заслужила такое безразличие?» Я продолжала смотреть на старого друга, который так старательно отдалялся от меня всё больше. И от меня не ускользнуло то, что взгляд Джона резко переключился на что-то позади меня. Он нахмурил брови, приобрёл суровый вид и начал казаться очень уставшим. На мгновение мне захотелось повернуться и посмотреть, что такого увидел Джон, но с его уст в тот же миг непривычно громко сорвался вопрос:

– Куда, ты сказала, вы собираетесь отправиться с друзьями?

– У нашего хорошего знакомого есть дача, хотим с ночёвкой поехать туда. Людей будет много, но как я и говорила ранее, ты почти всех знаешь, – капля надежды, что он согласится поехать тоже, проскочила в моей голове.

По Джону было непонятно, что именно парень испытывает сейчас. По крайней мере, таким я его ещё не видела. Друг смотрел на меня непробиваемым ледяным взглядом, и по спине у меня пробежали мурашки. Стало не по себе. Но я всё ещё надеялась на то, что теперь Джон будет рядом, а с ним и частичка моего брата. Как мы там в детстве клялись? «Друзья навеки?»

Джон

Незабытое прошлое

Ранним утром, когда пурпурно-розовые полосы рассвета малость тронули линию горизонта, томная полная луна всё ещё наблюдала за борьбой ночи и дня. Но как бы ей ни хотелось подольше удержаться на небе, первые солнечные лучи напористо прогоняли остатки ночи, и очертания луны неумолимо растворялись в просыпающихся небесах.

Спустя несколько минут, празднуя свою победу и сменив пурпур на оттенок рубина, показалось солнце. Оно подсветило сонные тучки, резко очерчивая их контуры, и начало наблюдать за городом, медленно проползая по небосклону.

Ещё немного времени – и небо, уже почти дневное, остывает от вечных жарких споров светил и затягивается лазурью, по которой умиротворённо плывут большие пушистые облака.

Я стою в комнате перед окном и наблюдаю за этой необычайно прекрасной картиной.

Утро – это начало новой маленькой жизни, длиною в один день. А начинается она с пробуждения природы. Пожалуй, нет ничего прекраснее, чем смотреть на рассвет, на то, как встаёт солнце, чтобы подарить людям тепло и радость. Но отнюдь не каждый способен оценить подобный дар. Для некоторых людей начало нового дня – это настоящее испытание. Ещё бы, ведь утром нужно просыпаться и идти на работу, а в ранний час ничто не кажется таким необходимым, важным и родным, как подушка и одеяло. И на фоне этой пылкой страсти к тёплым хранителям сна, мало кто уже замечает истинную магию утра. Для большинства людей это просто новый день, который вряд ли будет чем-то отличаться от предыдущих.

Утро – самое подходящее время начать жизнь снова. И для меня это не просто слова. Уже три года я встречаю каждый рассвет, стоя у окна. Раз за разом, когда я вижу, как лучи солнца прорезают сумеречную пелену неба, у меня на сердце становится спокойнее. Ночь уходит прочь хоть на время – значит можно выдохнуть и отогнать тревоги от сердца. Каждый новый день для меня словно новая жизнь.

Всего три года назад я не мог поверить, что когда-нибудь увижу первые лучи солнца. Ведь тогда, во власти ночи, под пристальным присмотром той самой полной луны, произошло сложнейшее испытание в моей жизни. Оно изменило всё. Выжить тогда означало переиграть смерть. Но действительно ли я это сделал? Я всё ещё не уверен, можно ли назвать моё существование сейчас жизнью человека, победившего смерть. Непросто это принять и двигаться дальше, ведь теперь с наступлением сумерек нервно стягиваются струны души, последние лучи солнца тают вместе со вкусом жизни. И после этого становится холодно и страшно.

Я рос в городке Хилл Таун со своими родителями. Моё детство не было каким-то трудным или особенным. Мне посчастливилось расти в полной семье, где царила любовь и взаимопонимание. Родители были достаточно строгими, но они всегда желали мне только лучшего. Отец с раннего детства общался со мной, как со взрослым, поэтому моё поведение и мышление слегка отличалось от сверстников. Мама всегда была солидарна с папой, постоянно находилась рядом и поддерживала меня во всём. Родители научили быть собой, не робеть перед трудностями, добиваться своего и не бояться любой работы. Я всегда мог постоять за себя и за тех, кто в этом нуждался. Пригождалось данное умение частенько, ведь дворы кишели невоспитанной шпаной. С малых лет во мне зрело мудро вложенное отцом чувство справедливости. Настоящих друзей у меня было не очень много. Но самый лучший один – Алекс. Его семья жила неподалёку от нас. Мы не были похожи, но для тесной дружбы этого и не нужно. Я и Алекс сходились в жизненных взглядах и интересах, безмерно доверяли друг другу. Мы были словно братья. Его младшая сестра Вики очень скоро стала и для меня родным человеком. Я чувствовал необходимость заботиться о ней, оберегать. Поэтому можно сказать, что с самого детства у Вики было целых два брата. Время шло. Мы вместе учились, тусовались и, конечно, строили планы, делились идеями дальнейшей жизни. Я всегда хотел стать программистом, был уверен в себе и своём будущем. Оказалось, напрасно.

Всё однажды изменилось. В преддверии окончания выпускных экзаменов мы с ребятами решили провести выходные в загородном доме. Кто-то, даже не помню кто именно, нашёл по объявлению хорошее предложение. Особняк, рассчитанный на большую компанию, окружённый вековыми дубами и соснами, речка, и ничего вокруг. Судя по описанию местоположения, он казался отстранённым от цивилизации, но и не находился при этом крайне далеко от неё. Отличное место, чтобы отдохнуть от городской суеты. Мы купили всё необходимое и весёлой компанией отправились развлекаться. Ехать нам нужно было на электричке чёрт знает сколько. После чего пришлось не один километр идти пешком. Но мы считали, что оно того стоит.

Дарк Гроув – именно так было написано на табличке возле приличного по размерам дома. Выглядел он впечатляюще, ребята даже присвистнули от увиденного. Мысль у всех в голове была одна и та же: «Это то, что надо!» Зарядившись предвкушением предстоящей ночи, все мы смело двинулись к коттеджу.

Всё начиналось хорошо. Девчонки смогли накрыть превосходный стол с закусками. Парни жарили мясо и рыбу. Казалось, что весёлый гул нашей вечеринки доносился прямиком до города. Мы развлекались, смеялись и танцевали. Но никто из нас не подозревал, что ждёт впереди. А там притаились самые настоящие жесточайшие испытания на желание человека жить. Они-то и показали, чего мы стоим и на что способны. Во всяком случае, сейчас я это понимаю и могу об этом рассуждать.

Любой человек вне зависимости от того, признаётся себе или нет, испытывает страх во многих ситуациях. Это состояние основано на инстинкте самосохранения. И всё же, истинный масштаб страха открывается взору только тогда, когда ты сталкиваешься с ним лицом к лицу. Именно в этот момент он начинает носить новое имя – ужас. Я встречал, как всем казалось, бесстрашных людей. Они были невозмутимы в любой ситуации. Но и это только до поры до времени. У каждого есть ниточка, за которую можно потянуть и вскрыть все потаённые страхи, которые могут годами прятаться в самой глубине души. Они, словно вино, бывают разных сортов, вкусов, имеют абсолютно различные последствия и степень контроля над разумом. И какие же сорта встречаются чаще всего?

Природные стихийные бедствия – непредсказуемая штука. Хоть от многих из них человек защищён, всё-таки природа может нанести самый неожиданный сокрушительный удар и даже уничтожить человечество. Именно поэтому страх к ним обоснован. Землетрясения, цунами, извержения вулканов, смерчи – эти явления хоть и не редкость, но бо́льшая часть людей с ними не столкнётся в своей жизни. И к счастью им не вкусить всей ужасающей силы природы и страха перед ней.

Более частой причиной возникновения страха являются действия самих людей. Будь то просто рассказы, или созданные человеком технологии, которые могут нанести вред жизни.

Человек порой творит ужасные вещи, которые пугают всех остальных. Убийцы, маньяки – всё это низший сорт людей, которые становятся монстрами в наших глазах, когда посягают на жизнь других. Но, насколько бы подобный экспонат ни был хитёр или опасен – он всего лишь человек, существо из плоти и крови. Пусть его разум отравлен, и он зачастую не ведает, что творит – это всё ещё человек. Его поступки можно попытаться предугадать, предусмотреть планы и предотвратить ужасные деяния. С ним возможно договориться, вразумить, перехитрить. Ну а в самых запущенных случаях просто оборвать его жизнь. Вариантов множество. Меня никогда не пугали люди. Я всегда умел за себя постоять, был развит физически, часто занимался единоборствами. На улице успел повидать людей, которых и людьми-то невозможно назвать, был готов к проявлению любой жестокости со стороны человека и по большей части противостоять этому. Но не каждый может за себя постоять так же, как я. Многие, среди кого я рос, были безобразниками, которые любили обижать других и издеваться над ними. Соответственно, те, кто не мог противостоять подобным личностям, боялись таких людей. Народу из обоих каст было предостаточно. Я презирал парней, которые издевались над слабыми. Они совершенно ничего путного из себя не представляли и в жизни вряд ли чего-то дельного добились. Но я и не понимал тех, кто позволял над собой издеваться. Заступаться за каждого слабака – дело невыполнимое, да и зачастую неблагодарное. Конечно, защитить девушку, ребёнка, близких и друзей – совсем иное. Но это уже другая тема. Мне всегда казалось, что если человек живёт без каких-либо врождённых патологий, то может научиться давать отпор. И не просто может, а должен. Не обязательно для этого быть сильным физически и обладать здоровым телосложением. Есть много способов заткнуть обидчика, даже не прибегая к силе.

Исходя из всего, можно сделать вывод: человек боится того, чему не может противостоять. Будь то природные стихии, неизлечимые болезни или неадекватные люди.

Но вот Дарк Гроув добавил в эту копилку нечто новенькое, более весомое. На протяжении всей жизни мы сталкиваемся с чем-то необъяснимым. Происходят моменты, которые не поддаются никакой логике. Иногда подобное пугает, а иногда завораживает, но почти всегда мы пытаемся это объяснить и неважно, как глупо или неправдоподобно будет звучать данное объяснение. Часто мы просто закрываем на всё глаза и благополучно забываем о произошедшем. Предчувствие, дежавю, внутренний голос – всё это на самом деле может нас предостерегать от чего-то нехорошего. Но мы не прислушиваемся к тонкой энергетике вселенной, не представляем, как это может быть связано и повлиять на судьбу. Мы часто загадываем желания и надеемся на их исполнение, не задумываясь, каким образом они сбываются. Однако без хорошего нет и плохого. Где есть свет, там и тьма. Где добро – там зло. Это всё две стороны одной медали, части некого баланса вселенской энергии. Заметьте, в мире много чудес, множество всего невероятного, того, что вдохновляет, впечатляет, захватывает дух. Но есть и другая сторона, где живёт нечто мрачное, ужасающее, угрожающее – необъяснимые паранормальные явления, которые до чёртиков пугают. Не знаю, что является приютом или истоком всего хорошего в этом мире, но я точно знаю, где черпает силу истинное зло.

Дарк Гроув предстал пред нами во всём своём могуществе. То, что там произошло, не стереть из памяти, не забыть и невозможно выбросить из головы хотя бы на минуту.

Сначала это место затуманило рассудок, затем, проникнув в самые потаённые углы подсознания, получило доступ ко всем нашим страхам. После чего, уверенно отравив разум, заставило выживать, играя по его правилам. Этот дом словно был живым организмом, который питался ощущением истинного кошмара в наших головах. И чем больше было страха, тем изощрённее были способы нас уничтожить. Именно уничтожить. Ведь просто лишить человека жизни – не настолько ужасно, как сначала обличить его низменные качества, совратить сознание, растоптать личность, заставить бояться самого себя настолько, что мысль о дальнейшей жизни казалась невозможной. И неважно, какой ты был стойкий, отважный или смелый. Дарк Гроув всех заставил трепетать пред ним.

Там я потерял всех своих друзей. Гибель многих из них я видел ещё до наступления самого факта их смерти. Это ужасное место изменило моих товарищей настолько, что они уже были совсем не теми людьми, с которыми я приехал отдыхать в загородный дом. Но отнюдь не всех смогло сломить это место. И несмотря на это, они всё равно оттуда не вернулись. Почему вернулся я? Для меня это останется загадкой. Но в одном я уверен: такое было бы невозможно без моего друга Алекса. Я стараюсь не вспоминать, какой ценой всё произошло. Но именно благодаря ему я вернулся из ада в родной Хилл Таун, который теперь тоже больше не будет для меня прежним. Как и всё остальное в этом мире.

Попытаться кому-либо объяснить произошедшее в доме было не просто невозможным, а чистым безумием. Никто никогда в жизни бы не поверил в это. Со мной могли сделать что угодно: признать невменяемым, посадить в психушку или даже обвинить в убийстве всех, но уж точно не воспринять мои слова всерьёз. Честно признаться, я и сам уже не уверен, происходило ли всё это на самом деле. Или же Дарк Гроув проник в наше сознание настолько, что заставил видеть и пережить всё это только подсознательно? Я не мог растолковать самому себе всё произошедшее, что тут уже говорить о других? Я бы даже дорогу туда не вспомнил. Когда мы вместе добирались к особняку, многие из нас не обращали внимания на детали: едем – ну и хорошо. Кто же знал, что с нами произойдёт такая чертовщина? Обратно я добирался два дня, совершенно ничего не соображая. Сейчас я даже удивляюсь тому, откуда вообще взялись силы на путь домой. Я часто прокручивал в голове мысли: что, если полиция отправится туда для расследования? Что будет, если они возьмут меня с собой? И произойдёт ли с ними всё то, что произошло с нами? И тогда я понял, что ничего не может заставить меня вернуться в это место снова. Да и те же полицейские не заслуживают подобной участи. Лучше сделать так, чтобы меня там якобы и вовсе не было.

Придумать историю о том, что меня избили при попытке ограбления, было несложно. Моё тело было одной сплошной раной. Я выглядел так, словно меня долго пытали, избивали и мучили. А так как внутреннее состояние было не лучше, очень захотелось быть одному. Не было сил взглянуть в глаза родителей. Видеть лица своих оставшихся друзей я тоже не мог. Об учёбе в универе я вообще больше не думал. Поэтому я вскоре покинул Хилл Таун.

Произошедшее изменило меня. В глубине души что-то сломалось. Это совсем неудивительно. Видеть смерть других – всегда не так уж просто. В этот момент словно погибает частичка тебя самого.

Переехав в другой город, я снял очень маленькую квартирку на деньги, накопленные во время учёбы. Первые несколько дней я сидел дома, только один раз выйдя в магазин, чтобы купить воды и чего-нибудь перекусить. Без особого интереса я взял с прилавка какой-то маленький бутерброд, закинул его в рот и запил водой. Долгое время я не включал телевизор, не отвечал на звонки, даже в интернет не заходил. Я просто бездействовал, пытаясь каким-то волшебным способом оклематься. Мои ушибы, ссадины и даже, наверное, треснувшее ребро не волновали меня. Часто я стоял под ледяным душем. Хотелось верить, что вода смоет все мысли об этом месте. Иногда казалось, что это действует, притупляя чувства. Но дурацкий дом не выходил из моей головы, как и лица всех погибших там. Я всё думал о том, можно ли было это всё предотвратить? Почему мы поехали именно туда? Были ли хоть какие-то намёки на что-то плохое? Есть ли на земле ещё подобные места? Я не мог сосредоточиться на чём-то одном. Мысль за мыслью, воспоминание за воспоминанием атаковали мой разум. Ночью мне постоянно снились кошмары. Всё произошедшее словно приходилось переживать заново. Это как адская петля времени. И я долго не мог из неё выбраться.

Спустя несколько недель мои мысли самую малость начали приходить в порядок, и ко мне вернулось логическое мышление. Печальные события продолжали будоражить мою душу, но теперь я хотя бы мог найти в себе силы их обдумать. Начал я с вопроса: кто предложил это место? Как его вообще нашли? Но ответа в моей голове не было. Я попросту не участвовал в этом совсем и не интересовался деталями. Всё, что я сделал – помог закупиться в магазине необходимым по списку. Мне даже было по большому счёту всё равно, куда мы едем. Так что, как Дарк Гроув стал нашим роковым местом, я не узнаю. Далее я пытался вспоминать дорогу к дому. В городе мы сели на электричку, проехали более получаса, вышли на пустой платформе. Удивляло отсутствие знаков и указателей. Людей тоже не было. Те ребята, кто занимался организацией поиска места и вели нас с платформы по полям, а потом и через лес. Нас было много, я не имею понятия, кто шёл впереди. Мы веселились в пути, дорога совсем никого не заботила.

Помню, как дошли до усадьбы. Всё было так красиво! Нашему взору открылось живописное место. В центре всей этой картины стоял, конечно, дом. Построен он был на старый манер, но явно тем человеком, у кого был отменный вкус. Кладка из серого кирпича выглядела потрясающе. А вот фундамент слегка раскрошился. На втором этаже из спален выходило два балкончика, перила на которых были украшены коваными вензелями. Прямо под потрясающей величественной крышей из тёмной дымчатой черепицы был посажен плющ. Он разросся и бережно обнимал колонны усадьбы. Ну просто особняк с картинки! И охраняет его обступивший со всех сторон лес. Недалеко от дома виднелась тропинка, как мне сказали, вела она к озеру, которое робко пряталось за стенами нашего временного пристанища. Внутри дома было всё без излишеств: ухожено, убрано и аккуратно. Мы сразу же распределили комнаты и начали раскладывать вещи. Ничего, абсолютно ничего не смущало нас тогда. Даже природа не удосужилась намекнуть на то, что ожидает нас в скором времени.

День был потрясающим, солнечным, на небе не было ни облачка. Девушки занялись продуктами, а ребята разделились. Кто-то просто нагло отрывался на всю катушку, а кто-то начал организовывать стол и мангал. Нужно было нарубить дров. Этим, к счастью, занялся я. Долгое время мне пришлось искать топор. Я обошёл дом вокруг, полазил по всем комнатам, спустя какое-то время нашёл скрытый подвал, а в нём уже и необходимые инструменты. Как же хорошо, что топор достался именно мне. Он ещё не раз меня потом выручит, но об этом я сейчас не хотел думать. Я продолжил постепенно вспоминать всё, чем мы занимались. Но давалось это очень трудно. Сейчас, когда всех моих друзей больше нет, сложно вспоминать то, как они веселились, радовались и дышали полной грудью. Я так и не смог припомнить ничего, что могло бы вызвать на тот момент подозрения или какие-либо опасения. Страшное случилось внезапно. Всё, что происходило далее, просто мистикой назвать сложно. Место словно ожило. А какие существа попадались на моём пути?! Их даже трудно назвать просто монстрами: безликие, бесформенные создания, отражения страшнейших кошмаров. Такое и не приснится в самом жутком сновидении. Никто не понимал, откуда они взялись. Словно материализовались из воздуха. Наверное, они не могут покинуть это место. Если бы хоть кто-то записал их на видео – взгляды человечества сильно бы изменились. Мы все слышали за свою жизнь много страшных рассказов. Все всегда уверены, что это лишь плод воображения человека, вот и слушаешь их как очередную порцию сказок. После Дарк Гроув я поверю в любые россказни про увиденных призраков или существ, которые сидят у тебя под кроватью, ожидая, когда ты заснёшь. Если бы из моего шкафа прямо сейчас вынырнул какой-нибудь огроменный монстр – меня бы это даже не смутило. У него уже не хватит фантазии сделать мне хуже, чем есть сейчас. После этой мысли я встал и уверенно подошёл к шкафу. Нет, я не думал: «А что, если он действительно там?» Я представлял то, как с ним буду расправляться, выплёскивая всю накопившуюся злость и ярость. Открыв створки, я разочаровался. Он был пуст. Мне в голову не пришло ничего лучше, чем просто кулаком ударить в стену. Боли я не почувствовал, но старые, еле зажившие раны потрескались. Пришлось тащиться в ванную, чтобы смыть кровь.

Я открыл кран и дотронулся кончиком пальца до холодной струи воды, которая тут же поползла по коже дальше. Привыкнув к её ледяным касаниям, я решительно подставил под поток всю ладонь. Холод лёгким покалыванием обволок руку, даря некоторое чувство умиротворения. Раны на костяшках пальцев начали пощипывать, и я машинально сжал руку в кулак. Тонкие струйки крови тут же окрасили воду в красный, и вся эта контрастная смесь быстро стекала в слив. Такая картина резко пробудила вспышки неприятных воспоминаний, но я поспешно отмахнулся о них. Спустя минуту, когда вода потеряла цвет, я закрыл кран и без особого интереса осмотрел кулак. Кровь больше не шла. Я опёрся на край раковины, устало опустил голову, не решаясь взглянуть на себя в зеркало. Не знаю, сколько времени я так стоял. Ноги замлели, в подтверждение этому словно сотни маленьких иголочек начали колоть мои ступни. Нужно было собрать силу воли в кулак, умыться и прилечь. Я начал медленно поднимать голову, цепляясь взглядом сначала за старый смеситель, затем за выложенные идеально ровно белые плиточки и уже скоро подобрался к зеркалу. В левом нижнем углу брала своё начало трещина, походившая на застывшую молнию. Она тянулась по краю, а ближе к середине рассыпалась на несколько тонких веточек. Я медленно осмотрел их, а затем уставился стальным холодным взглядом сначала на себя, а потом на то, что было позади. Увиденное не вызвало во мне ни одной эмоции. Было абсолютно безразлично: нигде не ёкнуло, сердце не замерло, душа в пятки не ушла.

Позади меня стоял человек. Молодой парень, ухоженный, одет с иголочки. Он находился в коридоре возле ванной и сквозь зеркало уверенно смотрел в мои глаза. Это не был посторонний человек, который каким-то образом пробрался в квартиру, нет. Всё было гораздо интереснее. Это был Алекс. Его лицо тоже не выражало никаких эмоций. Он просто стоял молча, не шевелясь, и смотрел на меня. Я не знаю, что должен был почувствовать нормальный человек. Быть может, радость? Может, нужно было воскликнуть: «Алекс, это ты? Я так счастлив! Не верю своим глазам!» Или нужно было испугаться? Но внутри меня была пустота. Я знал, что Алекс мёртв. А стоявший позади меня человек был, скорее всего, плодом моего воображения. Ну или Дарк Гроув всё же решил закончить то, что начал. Я видел Алекса очень чётко. Не поворачиваясь к нему, я спокойно произнёс.

– Ты пришёл за мной?

Человек, который выглядел как мой друг, продолжил стоять молча. Но моя растрёпанная нервная система не позволила оставить силуэт в покое, мне нужны были ответы. Тогда я продолжил говорить, слегка улыбаясь при этом. Наверно примерно так выглядят сумасшедшие.

– Честно признаться, я и не надеялся выбраться оттуда. До сих пор не понимаю, как я оказался здесь. Я всё думал, когда же за мной придут? И вот, ты тут.

Он продолжал стоять, ничего не произнося.

– И конечно же, ты решил убить меня не просто так, а очень изобретательно – руками моего друга. Ха, – небольшой смешок вырвался из уст. – А знаешь, я и не против, – в этот миг что-то тёплое начало щекотать кожу рук. Из ран снова просочилась кровь. Я, смело оторвав взгляд от молчаливого собеседника, включил кран и неторопливо смыл красные потёки. Когда закончил с ранами, я решил вернуться к милой беседе и снова посмотрел в зеркало. Но позади меня уже никого не было. Я раздражённо обернулся и выбежал из ванной. В коридоре было пусто. Быстрым шагом я обошёл всю квартиру, но так никого и не обнаружил.

После всего произошедшего в том проклятом особняке меня преследовало твёрдое ощущение, что я – не я. И, возможно, я ещё не догадывался, насколько сильно прав. Не найдя своего внезапного посетителя, я вернулся в спальню и глубоко задумался.

Алекс выглядел именно так, каким я его видел в последний раз: тёмные синие джинсы, любимая футболка и взъерошенные волосы. Я словил себя на мысли, что впервые за все эти дни улыбнулся.

Измотанный, я опустился на кровать. Проведя минут двадцать в борьбе с тоской и грустью, я уснул.

Следующие дни проходили для меня всё так также мрачно. Мысли обо всём, что произошло со мной, меня не покидали. Не было никаких сил жить дальше обычной, тусклой жизнью. Моё скучное существование разбавляли лишь редкие выходы за едой. Городской телефон каждый день напоминал о себе, разрываясь от звонков. Я не отвечал. А вскоре и вовсе отсоединил телефонный провод.

Мне никто не был нужен, но и в то же время я сгорал от одиночества. В душе постоянно теплилась надежда, что призрак прошлого снова появится в моей квартире, но этого не происходило. Я не боялся его совсем, скорее жаждал с ним встречи. Чувство страха за свою жизнь отсутствовало напрочь. Наверное, мысленно я и вовсе не осознавал, что жив.

Каждый день, просыпаясь перед самым рассветом, я вдумывался: «Как я вообще выбрался оттуда?» Мне не верилось в это. Тогда я находил способ отвлечь мысли. Предвкушая, как увижу первые лучи розового солнца, я поднимался с кровати и шёл к окну. Опираясь ладонями на подоконник, я вглядывался в тёмное небо, встречая восход светила. Понять бы, для чего я это делаю. В этот момент я не чувствовал радости или горя, я просто был постоянным зрителем ежедневного пробуждения мира ото сна.

В течение дня я наблюдал сквозь окно за людьми, не понимая, как раньше жил так же размеренно и спокойно, как все они. Вот кто-то, такой вялый и сонный, бредёт за кофе, а мужчина из соседнего дома каждое утро болтает по телефону, активно жестикулируя руками, женщина торопливо открывает свою пекарню, доброжелательно здороваясь с прохожими. Я всё смотрел на них и думал: «А догадываются ли они, кто может наблюдать за ними по ту сторону реальности? Знают ли, что все их внутренние страхи о неведомом и потустороннем вполне оправданы?»

Прошёл ещё месяц, и я всё-таки решил выйти не просто в ближайший магазин, а немного пройтись по городу. Это был маленький шаг к нормальному существованию. Среди непрекращающегося потока размышлений о Дарк Гроув стали прорываться и обычные, бытовые мысли. Я начал думать, что мои деньги скоро закончатся. Надо где-то искать подработку, обдумывать планы на ближайшее будущее. Дни стали менее туманными, а сон более крепким. Лица друзей всё реже навещали меня в сновидениях и воспоминаниях. Я не мог перестать думать только об Алексе и о том, что он сделал, чтобы я выжил.

Спустя какое-то время я пошёл работать в магазин неподалёку от дома. Там мне нужно было таскать ящики из машины на склад. Работа была монотонной и спокойной. Как раз то, что мне нужно было тогда. Я толком ни с кем не общался, просто приходил и выполнял свои обязанности. Потом шёл домой, садился в кресло и брал в руки книги с художественными произведениями. Раньше мне было несвойственно читать. Но сейчас это занимало бо́льшую часть моего свободного времени. Телевизор я включал редко, а телефон с давних пор оставался отключённым. Больше всего меня тянуло к книгам в жанре ужасы или триллер. Их я щёлкал как орешки. Почему выбор пал на них, и что именно мне нравилось в написанном, я и сам не понимал. Естественно, они мне не казались какими-то пугающими и должного эффекта не производили. Но зачастую мне было просто интересно представить свою фигуру на месте главного персонажа и подумать о том, как бы вёл себя я. Почти всегда мои возможные действия совсем не совпадали с выбором главного героя. В этих книгах я пытался найти то, что возможно произвело бы впечатление. Хотелось эмоций. Но этого не происходило. Невольно я задумался: а что, если авторы этих произведений пишут не выдуманные истории, а что-то реальное? Что, если они действительно пережили подобное, или услышали эти рассказы от кого-то, кто это видел, и поверили? Я пытался найти истории, которые были бы похожи на мою. Но таких не встречалось. Так время и шло, рабочие часы плавно перетекали в мир написанных историй. Проходили дни, недели…

А спустя несколько месяцев я получил письмо. Я медленно вскрыл его ножом и прочёл. Оказалось, что настал призывной месяц, а так как я больше не учился в университете, то по законам мне нужно было пройти срочную военную службу. Неприятное письмецо для многих парней. Но не для меня, я искренне обрадовался.

В военкомате я прошёл медобследование и многочисленные тестирования. Все результаты оказались достаточно высокими. Противопоказаний никаких не было, и меня решили направить в мотострелковые войска. Отслужив положенный срок, могу смело сказать, что армия пошла мне только на пользу. Я повысил свои боевые навыки, укрепил силу воли, меня обучили мастерству владения оружием. Посчастливилось получить несколько грамот за отличную службу, получилось перестать вспоминать о прошлом, лишь иногда во снах встречал Алекса. Но сказать, что я полностью пришёл в норму нельзя. Казалось, что мой характер совсем огрубел, я стал более нелюдимым и закрытым человеком, которого сторонились все остальные. Да, я отлично справлялся с любой поставленной задачей, находил подход к людям по необходимости, но друзей так и не обрёл. На бессчётных тренировках я готов был помочь любому боевому товарищу, прикрыть их собой из соображений долга. Когда срок моей службы подходил к концу, мне настойчиво предлагали остаться и освоить военную профессию полностью, посвятить этому жизнь. Хотя вся данная тематика казалась мне близкой, я не выбрал это направление. Недолго думая, я решил вернуться в родной город и закончить год обучения в университете. А там попробовать себя в чём-нибудь новом, возможно найти истинное призвание. Так я и поступил.

Вернувшись в Хилл Таун, я снял квартиру и устроился на подработку. После долгих раздумий декан всё же дал согласие на то, чтобы в университете меня вернули на мой прежний, неоконченный курс. Как и в армии, тесно общаться с кем-либо желания не было. Я не особо жаждал найти себе друзей. При необходимости, конечно, мог поддержать любой разговор, на практических занятиях активно участвовал в процессе работы. Но всё это носило лишь деловой характер. Я не встревал ни в какие посторонние обсуждения и личностное общение. Меня абсолютно устраивало то, что я был немного старше других. И благодаря суровому виду, лицу с несколькими небольшими шрамами, остальные тоже не особо хотели лишний раз ко мне подходить. После пар я направлялся на подработку, а вечером я всё так же возвращался домой, садился в излюбленное кресло и принимался читать книги. Так каждый прошедший день был близнецом предыдущего. Но один всё же отличился. Но не день, а скорее ночь… Ночь перед экзаменом.

Во сне я почувствовал давно забытую тревогу и излишнюю нервозность. Мне казалось, что кто-то меня преследует. Это шло вразрез с жизнерадостным, на удивление, сном. За каждым углом или поворотом мне чудился силуэт, который пронзал меня своим взглядом. Я погружался в сон глубже и глубже, а сюжет становился всё более непредсказуемым и опасным. Наконец, осознав, что пора выбираться, я начал пытаться проснуться, но мерзкие лапы этого кошмара вцепились и не отпускали меня. Используя всю свою силу воли, я заставлял себя открыть глаза, осознавая, что это всего лишь дурной сон. Но что-то явно мешало мне сделать это. Постоянно оглядываясь, я замечал то тут, то там тот самый тёмный силуэт, следящий за мной. С каждой парой секунд он оказывался всё ближе, а вместе с этим росло и чувство беспомощности. Голос подсознания словно твердил: «Беги, прячься». Но у меня были другие мысли на этот счёт. Убедившись, что проснуться у меня не выходит, я решил совершить нечто неожиданное: пойти навстречу своему преследователю. По мере моего приближения вокруг начала сгущаться темнота, она казалась, осязаемой, становилось очень мрачно. Я чётко видел тёмный силуэт, который неподвижно стоял за углом и не сводил с меня своего взора. Не погружаясь в лишние размышления, я приближался, всё увеличивая темп, пока не осталось пару шагов. Тогда силуэт поднял руку и коснулся меня своим длинным указательным пальцем. Словно лёгкий электрический разряд прошёл сквозь мою грудь, точным попаданием пронзив солнечное сплетение. Больше я не мог пошевелиться, только смотреть на своего обидчика. Спустя несколько секунд голова начала кружиться, казалось, что нечем дышать. Рассудок помутился, почва ушла из-под ног. Вдруг я осознал, что падаю. И стоило мне коснуться земли, как резко стало темно. Осталось ощущение пустоты, будто вокруг нет ничего живого, да и сам я лишь чьё-то мимолётное воспоминание.

Немного времени понадобилось, чтобы слегка оклематься. Оглядевшись, я понял, что нахожусь в своей комнате. Но темнота, царившая в ней, тщательно скрывала нечто в дальнем углу. Я был уверен, что не один. Всматриваясь, я сумел различить очертания, похожие на силуэт из сна. Вдруг он начал двигаться. Медленно и плавно, словно не касаясь пола, он стал приближаться к моей кровати. Было не сразу понятно, что это человек. В воздухе повисло густое напряжение, а в груди возникло знакомое ранее чувство, как тогда в ванной, когда я увидел Алекса.

– Если ты планируешь снова отмалчиваться, то я, пожалуй, продолжу спать, – достаточно смело и борзо я начал разговор.

– Помоги ей, – произнёс силуэт тихим хриплым голосом.

– Кому я, по-твоему, должен помочь?

– Она не виновата, – мне пришлось усерднее прислушиваться, чтобы понять, что он бормочет.

Я щурился в попытках разглядеть лицо, стоящего передо мной, и напрочь не понимал, о ком идёт речь и что мне нужно сделать. Чувствуя лёгкое раздражение, я решительно потянулся к лампе, стоящей возле моей кровати, и попытался нащупать выключатель. Включив свет, я обнаружил, что никого рядом нет. Он просто исчез. Я вновь погасил освещение в надежде, что силуэт вернётся. Но этого не случилось. Кем бы он ни был, если хотел чего-то от меня, почему нельзя было просто и понятно это сказать? Зачем нужны эти напыщенные, эффектные появления? Теперь мне остаётся только гадать, что ему от меня требовалось. Я сразу подумал об Алексе, но в тот же момент решил не тревожить воспоминания.

Проснувшись рано утром, я выпил чашку крепкого кофе и затем отправился в университет сдавать последний государственный экзамен. В этот же день я получил свой диплом. Мои одногруппники собрались отмечать такое событие, а я явно не разделял с ними восторга и предпочёл стандартной тусовке выпускников отправиться в ближайший парк. Диплом был мне нужен для получения работы более квалифицированной, чем грузчик. Отмечать по факту было нечего. Я хотел посидеть в спокойной атмосфере, почитать книгу, которую взял с собой, и заодно обдумать произошедшее этой ночью. А было ли на самом деле, о чём думать? Слишком мало деталей. Какую цель он преследовал? Просто напугать меня? Но зачем? Да и бессмысленно это вовсе.

Разгоняя туман своих мыслей, я добрёл до пустой скамьи, уселся поудобнее, открыл книгу на том месте, где остановился в прошлый раз. С нетерпением приступив к чтению, я отчаянно пытался погрузиться в этот вымышленный мир. Мне хотелось полностью впитать атмосферу очередной истории, познакомиться ближе с персонажами и с радостью абстрагироваться от реального мира. Я уже как раз переставал слышать посторонние звуки и замечать происходящее вокруг, слившись с острым сюжетом рассказа, но меня резко выдернули в реальность:

– Какой друг даёт нам радость и жизнь, но мы чаще его предаём?

Меня отвлёк женский голос, раздавшийся справа от меня. Я повернулся и увидел девушку. Она сидела на краю скамейки в позе лотоса, поправляя свои каштановые локоны и исподтишка посматривая на меня. Я даже не заметил, как она подсела ко мне. В руках незнакомка держала газету.

– Извините, вы это мне?

– Ой, вы меня простите. Бывает, когда я не могу отгадать слово в кроссворде, я машинально произношу вопрос вслух, словно так я быстрее догадаюсь, – произнесла она, робко улыбаясь. Меня зацепил её голос, который был особенно мелодичным и нежным. Словно вишенка на торте, он дополнял образ милой и застенчивой девушки.

– Как называется единственное в Европе герцогство?

– Люксембург, – ответил я.

– Попробуем, – сказала она и начала вписывать ручкой слово. – Спасибо! И извините, что отвлекла вас.

– Ничего, – произнёс я и продолжил вчитываться в книгу.

– В греческой мифологии любимая рабыня Ахилла?

«Да она издевается», – подумал я про себя.

– Первая буква «Б», – вновь пробормотала она задумчиво.

– Брисеида, – отреагировал я.

– Подходит, спасибо, – она взглянула на меня своими большими голубыми глазами и улыбнулась. – А может вы знаете и это слово? – девушка придвинулась поближе, поднося газету с кроссвордом, чтобы мне было проще прочитать вопрос. В тот же миг я почувствовал древесно-цитрусовый аромат её духов. Он сразу же мне напомнил о свежевыжатом апельсиновом соке с долькой лайма. А в это время незнакомка, которая поняла, что я не читаю задание, настойчиво решила его озвучить:

– Внезапное краткое бессознательное состояние, – произнесла она, дополнительно указывая на вопрос ручкой.

Я даже не подозреваю, из каких глубин своих знаний смог вытащить ответ, но уже спустя пару секунд я произнёс: – Абсанс.

– Действительно, подходит! – обрадовалась девушка. – Откуда же у вас такие широкие познания? Достаточно редко можно встретить человека, весьма эрудированного, да ещё и в таком возрасте.

– Даже не знаю, что ответить. Возможно, учёба и прочтение большого количества художественной литературы не прошло даром.

– Да вы ещё и читать любите? Кажется, я наткнулась на весьма ценный самородок. И как же вас звать?

– Я Джон.

Девушка ласково улыбнулась, её щёки слегка тронул румянец, а в ясных, голубых глазах игриво заплясали солнечные зайчики. Она немного склонила голову набок и словила мой взгляд.

– Рада знакомству, Джон, меня зовут Алиса.

Со временем мы с Алисой начали встречаться. Я даже не мог до конца осознать, насколько хорошо у неё выходило вдыхать в меня жизнь. С ней я вспомнил, что такое радость, забота и нежность. Мир вокруг, как мне казалось, снова начал обретать краски. Раны слегка затянулись. И жить стало гораздо легче.

Джон

Жизнь продолжается

Прошло полгода. Серьёзные отношения с Алисой сподвигли меня найти более престижную должность, которая лучше оплачивалась. Ранее я уже успел поработать в охранной сфере обычным секьюрити в ночных клубах и кафе. Такая деятельность была для меня достаточно комфортной, поэтому я решил к ней вернуться.

К моей работе никогда не было претензий. Все поручения от начальства, которые могли даже не входить в мои должностные обязанности, я выполнял без нареканий своевременно и качественно. Недобросовестных посетителей, нарушающих покой или создающих угрозу для окружающих, я всегда пытался успокоить или вразумить словами, что зачастую давалось непросто. Благо на это у меня был большой словарный запас и выдержка, в отличие от моих коллег, более половины которых были здоровые накаченные амбалы, еле-еле закончившие в своё время школу, не говоря уже о поступлении в высшее учебное заведение. Зачастую, видя пьяного мужчину, дестабилизирующего обстановку, они без слов его заламывали и не скупились на пару ударов под дых. Вышвыривая подобных личностей вон из заведения, недальновидные работники мало задумывались о последствиях. Униженные клиенты, как правило, не возвращались вовсе, но были и те, которые наведывались обратно с полицией. Тогда можно было и полночи просидеть, давая показания и предоставляя записи с камер блюстителям со значками. Мои коллеги, как правило, всегда выходили сухими из воды. На удивление, они видели некую черту, которую всё же не переступали. Их я не оправдываю, но и не корю. В девяти из десяти случаев в подобных ситуациях моего словесного вмешательства было бы достаточно для того, чтобы человек одумался и продолжил мирно проводить время, не мешая никому, либо я просил нарушителя спокойно покинуть данное заведение. Однако один случай из десяти вынуждал прибегнуть к силе. Бывали моменты, когда ситуация требовала молниеносного вмешательства, и времени на объяснения не было совсем. Тогда я применял силу, но ровно в таком количестве, в котором её было достаточно, чтобы нейтрализовать противника без нанесения ему ощутимого ущерба. С этим я справлялся на ура. После таких случаев руководство оценивало мои действия как высокопрофессиональные, даже у сотрудников правопорядка не возникало ко мне вопросов, что означало отсутствие излишнего внимания к самому заведению. А это не могло не радовать администрацию. Поэтому меня часто назначали старшим. Я организовывал работу других охранников и следил за тем, чтобы все они соблюдали установленные правила при выполнении своей работы.

Хоть в таких заведениях платили неплохо и сразу же по окончании смены, в один момент я понял, что мне этого недостаточно. Да и работа в ночное время не радовала Алису. Часто выходило так, что после сложных смен днём я высыпался, а у девушки было много свободного времени. Но, отдохнув сутки, оставалось несколько выходных дней. Поэтому я частенько встречал девушку после работы, и мы пешком брели до дома. По дороге заходили в соседний парк, проводя там несколько часов, либо забегали в уютные кафешки. Во время таких прогулок мы обсуждали всё, что видели, и постоянно делились нескончаемым потоком мыслей, не храня ничего в голове. А бывало, что просто сидели в тишине. Тогда я читал электронную книгу, а Алиса переписывалась с друзьями по телефону. Но нестабильность и странное распределение времени сбивали с толку. Я принялся искать новую работу.

Через какое-то время в объявлении я нашёл вакансию на должность помощника главы охраны в достаточно солидной частной компании. Она занималась тем, что организовывала безопасное сопровождение высокопоставленным лицам или просто очень обеспеченным гражданам, готовым платить большие деньги за свою безопасность. Даже в нашем городе, как оказалось, хватало людей, требующих бдительную охрану, не подпускающую к ним никого. И вот, я сижу в просторном мягком кресле широкого графитового холла, оформленного в современном стиле, который подкупал своим минимализмом и лёгкой брутальностью. Напротив меня огромная зеркальная стена с логотипом компании, по которой тонкой, прозрачной пеленой бесшумно стекает вода, пропадая за большими камнями. А из-под них бьёт тёплая белая подсветка, которая повторяется под всеми столешницами и полками с многочисленными благодарностями. Подобное освещение было не просто декором, оно странным образом успокаивало и умиротворяло. Но всю эту гармонию старательно нарушали бегающие туда-сюда и наводящие суматоху сотрудники офисов. Я же сижу спокойно, крепко держа в руках журнал, особо не вчитываюсь, просто листаю его в поисках занятных картинок, боковым зрением подмечая происходящее вокруг.

Наконец, из кабинета №29 вышла высокая девушка, в ярком синем платье и сказала:

– Джон Коллинз, можете пройти.

Аккуратно положив журнал обратно на столик, я встал с кресла, поправил галстук и решительно направился в кабинет. Внутри находилось пять человек. Все они были одеты с иголочки: тёмные деловые костюмы, однотонные узкие галстуки, светлые рубашки, начищенные до блеска туфли. У всех мужчин были идеально уложены волосы, а в помещении стоял крепкий аромат смеси дорогих парфюмов. Сидели все за длинным столом из тёмного дерева, устроившись в один ряд. «Прямо как на экзамене», – машинально пронеслось в моей голове. Девушка, которая пригласила меня, закрыла за мной дверь и присела рядом за отдельно стоя́щий небольшой стол.

– Доброе утро, – произнёс я уверенным, спокойным голосом.

– Доброе, – бодро ответил сидевший в центре стола мужчина. Он на секунду поднял на меня заинтересованный взгляд, а затем снова уткнулся в документы, но незамедлительно продолжил говорить:

– Простите, Джон, что вам пришлось несколько дней ожидать нашего решения. Мы долго совещались по поводу вашей кандидатуры. Помимо вас были и другие достойные люди с весьма немалым списком заслуг. Но всё же давайте поговорим непосредственно о вас. В базе правоохранительных органов чисты, детство без правонарушений, школа окончена с довольно высокими показателями, вы имеете высшее образование, служили в спецподразделении. Что ж, похвально. В рекомендательном письме с прошлого места работы о вас крайне хорошо отзываются. Все наши физические тесты пройдены вами на отлично. Результаты проверки на умственные способности так же высоки. Ваша кандидатура, Джон, несомненно, достойна нашего внимания. Единственное, вы немного смутили специалиста по психологическому тестированию с детектором, – все пятеро членов комиссии впились заинтересованными глазами в меня, словно ожидая каких-либо объяснений. Но я стоял молча, не отводя смелого взгляда от главы комиссии.

Заговорила девушка, сидевшая справа:

– Некоторые вопросы вызвали у вас неестественное эмоциональное раздражение. Я отправила ваши результаты в центр. Изучив их и показатели детектора, не вникая в биографию, складывается впечатление, что вы ветеран войны, прошедший через неимоверные испытания и видевший всю жестокость этого мира.

– Однако, – продолжил другой член комиссии, – тест на психику вы прошли на отлично, что произошло впервые на нашей памяти. К подобному результату были близки единицы. Но это люди совсем не вашего возраста.

– В результате мы решили, что вы подходите нам, – громогласно подытожил глава. – Дело остаётся за малым. Вам нужно заполнить необходимые документы, и уже в понедельник сможете приступить к своим обязанностям. Вас познакомят с вашей командой и объяснят все нюансы. Неделя стажировки, а по окончании небольшой тест. Но это уже формальности. Уверен, что никаких сложностей у вас не возникнет.

Коротко поблагодарив членов комиссии и попрощавшись, я покинул кабинет и направился к выходу из здания.

Я нисколько не сомневался в том, что получу работу. И всё-таки теперь есть повод отметить этот день с Алисой. К ней я и направился. Подходя к дому, я купил небольшой букет из алых тюльпанов. Уж очень она любила эти цветы. Я довольно взглянул на свежие лепестки, улыбнулся и быстрее зашагал к своей девушке. Подойдя к двери, я набрал тридцать шестую квартиру, спустя пару секунд услышал:

– Да?

– Алиса, это Джон, открывай.

Из динамика раздалась одобрительная трель, и дверь отворилась.

Девушка уже игриво выглядывала из-за угла. Её взгляд зацепился за торчащий цветок позади моей спины, поэтому она моментально выскочила навстречу.

– Что ты прячешь? Это мне? – глаза лучились от восторга. Алиса тут же протянула руки, чтобы скорее забрать и прижать к себе букет любимых цветов, насладиться их ароматом. Конечно, прятать дальше их было бессмысленно. Девушка тут же выдернула подарок из моих рук и мило запищала. А я даже ничего не успел сказать. «Да, ради того, чтобы видеть такую реакцию, девушкам хочется дарить цветы», – я наблюдал за вихрем радости в лице Алисы и ухмылялся.

 Когда девушка слегка угомонилась, она поставила букет в вазу, подошла ко мне и заключила в объятия:

– Спасибо тебе, они прекрасны! И всё же, у нас какой-то праздник?

– Не совсем. Но есть хорошие новости. Я устроился на престижную работу.

Искренняя улыбка озарила лицо Алисы. Она повисла на моей шее и начала расцеловывать.

– Ура – ура! Я тебя поздравляю. Давай устроим небольшой праздник! Как ты на это смотришь?

– Думаю, что мы это заслужили, – сказал я и поцеловал девушку в ответ.

Мы решили сходить в кафе, которое посоветовала одна из подруг Алисы. Судя по её словам, оно славится уединённой атмосферой с открывающимся видом на центральный парк. Там же подают самый вкусный чизкейк с ягодным соусом, который так обожает моя девушка. Такси решили не брать, да и вообще довольно часто предпочитали ходить пешком.

Мы медленно прогуливались по широкой улице, крепко держась за руки. Разговор вязался сам собой. Мы общались на разнообразные темы и смеялись. Нам с Алисой было хорошо, легко и весело. В тот момент мне казалось, что я чувствую себя по-настоящему счастливым. Рядом с этой милой, искренней девушкой я забываю про всё… Живу моментом, не тревожа воспоминаний о прошлом. И теперь казалось, что в этой жизни всё же есть место радости, смеху, простому человеческому счастью. От своих мыслей я отвлёкся, когда Алиса рассказывала мне про то, как она на работе подшутила над своей подругой. Я стал усерднее вслушиваться в слова девушки, чтобы не потерять нить повествования.

– Представляешь, она так сердилась и смеялась одновременно! Мы ещё долго не могли остановиться, даже слёзы ручьём текли, – Алиса увлечённо продолжала. А мне пришлось схватить её за руку, чтобы привлечь внимание и остановить у пешеходного перехода.

Уже за поворотом виднелась вывеска нашего кафе, оставалось только перейти дорогу. Но вдруг в какой-то момент меня ощутимо кольнула тонкая игла странного, до боли знакомого дурного предчувствия. Что-то внутри меня в один миг щёлкнуло, и всё сжалось в тугой ком. Я насторожился и теперь вовсе перестал обращать внимание на то, что сейчас говорит Алиса. Мне захотелось осмотреться. Нервный взгляд недолго блуждал по улице, спустя уже пару секунд он зацепился за группу людей, стоящих на противоположной от нас стороне дороги. Они, как и мы, ожидали зелёного сигнала светофора. Казалось бы, обычные люди, но один из них быстро привлёк моё внимание. Этот человек был в знакомом тёмном пальто с капюшоном, который старательно был натянут на голову. Лица издалека не было видно, но и необходимость такая отсутствовала. Я и так мог понять, кого я вижу. Спустя ещё несколько секунд машины остановились, загорелся зелёный свет пешеходам, и люди на обратной стороне двинулись вперёд. А меня резко дёрнули за руку:

– Джон, что с тобой? Ты меня слышишь? – озадаченно спросила Алиса.

Я растерянно посмотрел на неё. В глазах девушки читалась искренняя обеспокоенность.

– Всё в порядке, – как можно увереннее произнёс я, взяв её за руку, и снова покосился на то место, где увидел человека в капюшоне, но там уже никого не было. «Это однозначно был Алекс», – подумал я, и мы пошли дальше.

Буквально ещё пару минут занял наш путь до кафе. Алиса продолжала что-то рассказывать, а я бросал в ответ безопасные фразы, уже совсем не вникая в разговор.

Зайдя в уютное заведение, мы сели за столик у широкого окна. Девушка сразу же заказала латте, а я, натянув улыбку, принялся изучать меню, параллельно размышляя об увиденном у светофора. Я отдавал себе отчёт о происходящем. Это точно не было видением или плодом воображения. С момента знакомства с Алисой я всё реже и реже вспоминал про Дарк Гроув и, если честно, думал, что скоро вообще забуду о треклятом особняке. «Какого же чёрта ему нужно?» Кажется, я физически почувствовал, как кровь отхлынула от лица, а скулы свело от напряжения. Взбудораженное сознание воскрешало перед глазами момент, когда я видел Алекса в последний раз. Это было невыносимо больно. В ушах всё ещё звучит этот холодный, размеренный голос, который вдребезги разбил последнюю надежду на спасение: «Выжить сможет только один». Нам предстояло совершить ход в его игре. Нужно было сделать выбор, от которого зависел исход. Я уже был готов к смерти. Но лучший друг решил по-своему, и то, что произошло тогда, отравляет мою душу до сих пор.

– Ты сделал свой выбор? – этот вопрос отвлёк меня от мыслей и ввёл в ступор. Алиса смотрела на меня, удивлённо хлопая ресницами. – Выбрал что-нибудь из меню? Сейчас подойдёт официант.

– А, да. Я думаю, что хочу жаркое. Произнёс я неуверенно.

– Точно? А то по твоему виду так и не скажешь, – задорно усмехнулась она.

Я дерзко улыбнулся в ответ и с жадностью заглянул в её глаза. Они были, как всегда, прекрасны. Когда она смотрит на меня своими ярко-голубыми океанами, всё вокруг кажется неважным, уходит на второй план. Это хитрый пронизывающий взгляд дикой кошки, хищницы, но такой нежный и манящий. Стоит ей улыбнуться – я забываюсь. Сейчас это отлично сработало, как и сотни раз ранее. Я расплылся в улыбке, теперь уже своей – искренней. Вот она, моя спасительница. Я выбросил всё лишнее из головы. Этот вечер мы провели вдвоём в безупречной уютной атмосфере. Всё было прекрасно. Домой мы вернулись достаточно поздно и только около часа ночи уснули в горячих объятиях друг друга.

Сон… Сладкое умиротворение. Он, крепко обнимая своими тёплыми и уютными лапами, может воплотить наши самые заветные желания. Кем только не был каждый из нас в мире сновидений. Мы способны прожить десятки других жизней всего за одну ночь, можем вдоволь насладиться глубинами океанов, забывая, что не способны дышать под водой, можем жадно глотать адреналин, паря в небесах, словно птицы, готовы управлять огнём, водой, воздухом, словно боги, если только этого захотим. Так, в этом сладком мире иллюзий, мы способны сделать что-то невероятное, противоречащее законам физики, а ещё безудержно веселиться, вдохновляться новыми идеями, желаниями, вспомнить то, что давно забыто, воплотить любую мечту. Или… До одури испугаться. Так, что дрожь пульсирует в каждой клетке тела. Так, что становится тяжело дышать, когда во сне оживают самые страшные мысли. Но, как только мы открываем глаза, мир фантазий, что казался таким близким и реальным, растворяется в памяти, становится для нас сказкой, чем-то далёким, и мы спокойно живём дальше в ожидании следующих ночных приключений.

Я редко видел сны после произошедшего со мной ранее. Но иногда видения не давали мне покоя. Они заставляли меня снова переживать страшные фрагменты моей жизни. Я вновь и вновь оказываюсь в загородном доме в компании хороших друзей и подруг. И снова всё начинается с прекрасного утра, позволяя мне расслабиться, посмотреть на счастливые лица знакомых. Это последний раз, когда я видел их наслаждающимися жизнью. Как бы я хотел остановить этот момент и предупредить всех о предстоящей беде.

– Бегите! Убирайтесь же отсюда скорее! – я кричу изо всех сил, но на меня никто не реагирует. Даже я совершенно не слышу своего собственного голоса.

Все веселятся, кто-то танцует, кто-то занимается едой или другими необходимыми делами. Они и не подозревают, что их ждёт впереди. Дальше сон набирает стремительные обороты, и я переживаю все ужасы снова и снова. Невозможно оборвать этот сон. Лучшее, что у меня вышло – это проснуться и не увидеть финал. Но я готов признать, что и это уже было огромным достижением.

Так произошло и сегодня ночью. Я очнулся перед самым концом. Открыв глаза, увидел лежащую рядом Алису и облегчённо выдохнул. Затем, недолго думая, встал с кровати и пошёл выпить воды. За годы я привык к этим снам, но сегодня что-то явно изменилось. Сон казался слишком реальным. «Неужели я обречён их видеть всю свою оставшуюся жизнь?» На часах половина пятого утра, но спать я больше не хотел, не мог. Усевшись на кресло в другой комнате, чтобы не мешать Алисе спать, я взял электронную книгу и приступил к чтению. Очередной мир фантазий, но уже контролируемый.

В семь утра проснулась Алиса. Она, потягиваясь на ходу, приблизилась ко мне и сонно обняла за шею:

– Доброе утро, – протянула девушка, вяло уткнувшись носом мне в макушку.

– Доброе, – умиротворённо прикрыв глаза, ответил я.

– И снова ты не спишь. Может, всё же попробуешь пить на ночь тот травяной сбор, который посоветовал фармацевт?

– Уже пробовал. Как видишь, никакой зверобой не в силах заставить меня спать. Я оказался сильнее его, – я поднял глаза на девушку и весело ухмыльнулся. Алиса лишь хмыкнула в ответ, но тоже не смогла сдержать улыбки. Затем я снова уткнулся в книгу, а девушка медленно побрела на кухню.

Спустя десять минут до меня дотянулся прекрасный аромат блинчиков и вишнёвого варенья.

– Ого, да мне даже не пришлось насильно отрывать тебя от чтения, – посмеиваясь, сказала Алиса.

– Да, ты нагло используешь запретные приёмы, – поглядывая на блины, я чмокнул в щёку девушку и скорее уселся за стол.

После приятного завтрака Алиса собралась и убежала на работу. А я остался в гордом одиночестве. Сегодня у меня был свободный день. Но время терять не стоит, нужно подготовиться. Для начала необходимо будет купить в магазине новый костюм, погладить несколько рубашек на неделю вперёд, забрать туфли из мастерской и заказать свой любимый парфюм. Думаю, что ещё стоит забежать в парикмахерскую и обновить стрижку. Планы были выстроены, поэтому я, будучи в решительном и бодром расположении духа, принялся собираться.

Как раз когда я застёгивал последнюю пуговицу на рубашке, раздался звонок в дверь.

– Интересно, кто это может быть? Очередная доставка Алисе? Вот же неугомонная, – беседовал я сам с собой и улыбался. Подойдя ко входу, взглянул в дверной глазок. Там стоял мужчина с большой сумкой.

– Здравствуйте, – поприветствовал меня курьер, – у меня доставка Джону Коллинзу, указано, что по этому адресу я могу его найти.

– Это я.

– Отлично, мне нужен ваш паспорт для подтверждения, – без особого энтузиазма процедил заученную фразу мужчина. Я послушно сходил за документом и показал его курьеру.

– Всё замечательно, распишитесь в этом бланке, подтверждая, что вы получили посылку.

 Доставщик дал мне ручку и кусок бумаги, не очень похожий на какой-либо документ. После того как я поставил свою подпись, он вручил мне небольшую коробочку. Я забрал её и торопливо закрыл дверь. Пройдя в зал, я положил её на стол и уселся в кресло рядом. Что-то меня тормозило, открывать посылку не очень-то хотелось. Коробочка была старательно обёрнута в бумагу насыщенного голубого цвета. На ней была всего лишь одна надпись от руки синими чернилами: «Джону».

Я даже представить не мог, от кого она. Но неприятное чувство не давало мне быстро сорвать бумагу и узнать, что же там внутри. Я подумывал просто выкинуть её. Странно, но голос подсознания будто твердил: «Не стоит это открывать». Тряхнув головой, отбрасывая непонятные мысли и уверяя самого себя, что ничего опасного там быть не может, я принялся вскрывать посылку.

Под бумагой оказалась обычная картонная коробка, которую я аккуратно разрезал ножом, после чего впился глазами в содержимое. Внутри лежал сотовый. Не просто обычный смартфон, а Алекса. Вернее сказать, был когда-то телефоном Алекса, и вместе с ним он и остался всё в том же чёртовом Дарк Гроув. Пока я сверлил взглядом смартфон, тот на моё удивление завибрировал и приветственно засветился: «У вас одно новое сообщение». Столько лет прошло, а он ещё работает. Такие странные моменты давно уже перестали меня удивлять. Я взял в руки телефон и открыл сообщение. А в нём было написано: «Спаси её».

«Краткость сестра таланта», – подумал я, снова вспомнив о случае полгода назад, когда ночью неизвестный мне силуэт сказал: «Помоги ей». Собственно, как тогда, так и сейчас, я не понимал, о ком идёт речь. Я уже не первый раз перебирал в памяти всех моих друзей, погибших тогда. И я с большой уверенностью могу сказать, что никто, кроме меня оттуда не выбрался. Сомневаюсь, что говорится о ком-то из них. Но тогда о ком? Я решил попробовать написать сообщение в ответ: «О ком ты говоришь? Кому помочь?» Но оно не отправлялось, значок ожидания просто наматывал круги и выдавал ошибку в итоге.

Меня не особо интересовало, как и кто смог отправить сюда этот телефон. Но вот зачем? Даже если предположить, что меня это заинтересовало, я всё равно не знаю дороги в проклятое Дарк Гроув. Да и откуда может взяться желание вернуться туда? Копаясь в спутанных мыслях, я невольно задумался об Алексе, начал прокручивать не самые приятные воспоминания. Подумал, как тяжело было его семье. И вдруг в моём сознании промелькнул образ его сестры Вики. Когда-то я очень хорошо с ней общался. Я даже мог её назвать своим лучшим другом. Во всяком случае, среди всех лиц женского пола, с ней у меня были наилучшие отношения, да и знакомы мы были с самого детства. А я, осознавая, как ей тяжело после произошедшего, ни разу не навестил её, даже не позвонил.

После этих размышлений мне захотелось зайти в интернет и через социальные сети найти Вики. На дворе всё-таки двадцать первый век, отыскать кого-либо не так уж и сложно. Свой старый аккаунт я не открывал с момента возвращения домой, да и пароль уже не помнил. Поэтому я зарегистрировал новую страницу под вымышленным именем. Я не собирался ей активно пользоваться в дальнейшем.

Спустя пару минут в поисковике я отыскал Вики, пролистал её страничку и изучил всю информацию, какая была указана. Судя по всему, девушка только что окончила университет. Затем заглянул в её фотографии. Их было много, ничего особенного не бросилось мне в глаза. Но на большинстве фото рядом с ней был один и тот же парень. Где-то они обнимались, на других кадрах держались за руки. Не было фото, где пара целовалась, но складывалось чёткое впечатление, что это был её парень. Его тоже было несложно найти. Зовут Ник. На его странице много спортивных постов. В личной информации он указал клубы, в которых занимался единоборствами. «Это хорошо», – подумал я. Но после просмотра эго профиля сложилось смутное впечатление позёрства. На групповых фотках молодой человек постоянно старался привлекать к себе большее внимание или чем-то выделиться. Но там, где он был с Вики, парень выглядел по-другому: собранным и серьёзным. У меня проскочила мысль встретиться со знакомой как-нибудь, но потом я решил, что лучше не буду тревожить прошлое. Общение может принести боль как мне, так и ей. Теперь у Вики совершенно другая жизнь. И в ней нет места мне.

Выпив вторую кружку кофе и умывшись вновь для бодрости, я решил отправиться в магазин за костюмом. Пора было отбросить дурные мысли и в полную силу готовиться к работе.

Я прогулялся по набережной, подышал свежим, прохладным воздухом и, сам того не заметив, дошёл до магазина-ателье. Там меня встретила доброжелательная продавец-консультант. Женщина сняла пару мерок и сказала, что на моё телосложение не так просто подобрать костюм. Нужно кое-где подшить ткань, чтобы пиджак хорошо сел по фигуре.

– Всему виной ваши широкие плечи, молодой человек, – искренне улыбаясь, подытожила продавщица.

 Я оплатил покупку, и оставил костюм швее, чтобы его подкорректировали как можно скорее. Теперь мне необходимо было подождать примерно полтора часа. Возвращаться домой было бессмысленно, поэтому я отправился в ближайшее кафе, чтобы посидеть, выпить свежевыжатого сока. Я разместился за свободным столиком, сделал заказ и принялся пролистывать новости в телефоне. Официант принёс стакан сока, в помещении зазвучала спокойная музыка. Казалось бы, всё располагало приятному времяпровождению. Но с каждой секундой меня всё больше напрягало ощущение, что за мной пристально наблюдают. Неужели снова отголоски Дарк Гроув? «Кажется, я схожу с ума». Оглядевшись по сторонам, я не заметил ничего необычного, потому сразу вернул своё внимание к экрану телефона. Внезапно я услышал громкий хлопок, словно глухой удар. Это, конечно, привлекло моё внимание, и я обернулся к столику позади, недалеко от меня. Там сидела компания ребят. Они смеялись над девушкой, которая держалась за лоб. Видимо, произошла весьма неловкая для неё ситуация. По смешанным возгласам и смеху я понял, что девушка по неясной причине ударилась головой о столик. Но всё закончилось хорошо, она была в порядке и улыбалась. А товарищи хохотали от души. Когда-то и я так проводил время в компании. Сидел с друзьями в кафе, мы много смеялись, веселились. И тут я поймал себя на мысли, что хоть и не вижу лица девушки, но она кажется мне знакомой. Её образ мне явно кого-то напоминал. Внимательно рассмотрев людей, которые продолжали смеяться над бедолагой, я понял, что знаю и их. Не имея времени на размышления, я резко встал из-за стола, положил деньги за свой заказ, не забыв про чаевые, и поспешно вышел из кафе. Мне совсем не хотелось пересекаться с людьми из прошлого. Они непременно будут задавать вопросы, на которые я не желаю отвечать. Это были люди из университета, почти все они младше меня на два курса. Некоторые учились с Вики. И тут меня осенило. Эта девушка – это она. Вот почему мне она показалась знакомой. Сложно понять почему, но только что я, думая, как не хочу встречаться со старыми знакомыми, покинул кафе. А поняв, что, скорее всего, это была Вики, мне захотелось вернуться и убедиться. Переступив снова порог заведения, я взглянул на тот самый столик. Девушки там уже не было. Я внимательно осмотрел кафе и заметил её за барной стойкой. Миниатюрная девчонка в потрясающем платье сидела одна. Я подошёл ближе и теперь был уверен… «Вики». Ещё пара шагов, и я услышал такой родной и близкий голос:

– А что, если это действительно был Джон? Может, он увидел меня и решил уйти?

Меня позабавило сказанное, и тёплое ощущение радости тут же расползлось в груди.

– А вот я подумал, ты не хочешь встречи со мной настолько, что даже предпочла пробить лбом стол, чтобы только я тебя не заметил, – усмехнувшись, произнёс я.

– Джон! – с радостно взвизгнула Вики и бросилась ко мне в объятия.

У нас завязался разговор, достаточно неловкий, что было вполне объяснимо. Мы беседовали о жизни и работе, стараясь быть тактичными. Но вскоре Вики заговорила об Алексе. Я совсем не хотел случайно рассказать ей то, чего она не должна знать. Поэтому принял достаточно болезненное решение: при всём моём огромном желании пообщаться, лучше сейчас закончить этот разговор.

Джон

Встреча с Вики

Завершив разговор у бара с Вики, я положил деньги за свой заказ, попрощался и вышел из кафе. Казалось, что всё прошло нормально, но слова девушки о её снах с присутствием Алекса выбили меня из колеи. В мыслях чёткими видениями стали вырисовываться фрагменты моих встреч с кем-то в образе лучшего друга и преследовать меня по дороге. А что, если это может быть как-то связано? Я, будучи уверенным, что отошёл на достаточно далёкое расстояние, спокойно тащился по тротуару, полностью погружённый в свои мысли. Но внезапно мои размышления прервали. Я резко вынырнул из потока воспоминаний, почувствовав чью-то руку на своём плече. Рядом со мной оказалась Вики.

– Джон, постой, ты забыл сдачу.

Я слегка ошарашенно посмотрел на подругу и с трудом нашёл что ответить.

– Оу, серьёзно? Что ж, благодарю, но не стоило ради пары купюр оставлять друзей одних и искать меня, – я старался придать голосу убедительности, но в душе мне было безумно приятно, что она всё ещё так беспокоится обо мне. Вики же словно пропустила всё сказанное мимо ушей и сбивчиво затараторила:

– Мне жаль, что Ник помешал нам. Как же давно мы не общались… Признаюсь, сегодняшней встречи мне очень мало. Я бы хотела увидеться с тобой как-нибудь ещё. Думаю, нам есть что обсудить… Мне показалось, ты хотел что-то рассказать. Нечто особенное, важное.

Я понимал, что Вики говорит об Алексе. При всём моём огромном желании пообщаться хоть с кем-нибудь об этом, всё же я считал правильным оставить все произошедшие события сугубо при себе. Да и что я должен был ей сказать? Что был тогда с Алексом, своими глазами видел его смерть, да и вообще, Вики, я единственный кто выжил, представляешь? Как же тяжело жить со всем этим грузом на душе. Но похоже, что я давно смирился с тем, что невозможно будет объяснить кому-либо всё происходившее в особняке. Вот и сейчас мне ничего не остаётся, как испариться из жизни Вики, словно тот жуткий туман. Так будет для неё только лучше.

– Я был очень рад тебя увидеть и с огромным удовольствием бы пообщался ещё, – начал я, говоря чистую правду, но обдумывая параллельно слова наперёд. – Надеюсь, мы сможем как-нибудь пересечься, но пока у меня очень много дел и совсем нет свободного времени.

Вики смотрела на меня с нескрываемой грустью. Я чувствовал, что она действительно рада была меня видеть. Но понимал, ей этого не нужно, я могу сделать только хуже. Пусть Вики спокойно живёт дальше. Чем меньше напоминаний о прошлом, тем быстрее и проще забыть о нём. Мне просто необходимо сейчас отстраниться от одного из самых близких людей. Последняя родная тонкая нить внутри меня настойчиво задрожала, натягиваясь упругой струной. Я бессознательно потянулся рукой к грудной клетке, словно мне стало больно физически и уже было открыл рот, чтобы окончательно попрощаться, раз и навсегда оборвать эту струну.

– Спаси её.

Глухим неясным шёпотом слова ударили по барабанным перепонкам.

Меня довольно быстро накрыло уже знакомое предчувствие. И его оправдание не заставило себя долго ждать. Внезапно за спиной Вики появился человеческий силуэт. За доли секунды очертания напитались красками, а лицо приобрело чёткость. Это был Алекс. Сделав пару небольших шагов, он приблизился вплотную к своей сестре и поднял спокойное бледное лицо. Его пустые глаза пронзали меня взглядом. Для меня давно подобное не являлось чем-то необычным, я привык уже ко всему, но всё же сейчас меня пробрала нервная дрожь. Тем временем губы Алекса начали шевелиться, безмолвно выговаривая фразу. После чего он положил обе руки на плечи Вики. К сожалению, я смог понять, что друг пытался сказать.

«Спаси её».

И время для меня в этот момент остановилось, а мысли буйной рекой зажурчали в моей голове. Я осознавал, что пролетел лишь миг, но я успел понять всё. Догадки, как кусочки головоломки, сложились в единый пазл. Всё это время речь шла о Вики. Ведь у неё есть некая связь с братом. Пока точно не знаю, как и с какой целью, но этим могли воспользоваться. Я посмотрел в глаза Вики и спросил.

– Куда, ты сказала, вы собираетесь отправиться с друзьями?

– У нашего хорошего знакомого есть дача, хотим с ночёвкой поехать туда. Людей будет много, ты почти всех знаешь.

– У друга, говоришь? – я произнёс это наигранно растянуто, словно обдумывая сказанное ею. А сам украдкой взглянул снова на Алекса, который тенью стоял позади Вики, всё ещё держа руки у неё на плечах. Но его взгляд изменился, выражение лица стало злым и не сулило ничего хорошего. Теперь вместо желания помочь от Алекса веяло тихой ненавистью.

Вики продолжила, что-то говорить мне, приводя какие-то доводы, чтобы я согласился поехать с ними. Но я почти не слушал её. Вместо этого внимательно смотрел в глаза темнеющего силуэта напротив. В какой-то момент, решив перебить девушку, я выпалил:

– А где находится эта дача?

– Я там ещё не была. Но это легко можно узнать. Ребята сказали, что туда несложно добраться. Всего лишь нужно сесть на электричку и проехать полчаса, а там совсем рядом с остановкой находится дом. Мы уже завтра едем закупать всё необходимое. Уж поверь, там будет много чего, на тебя уж точно хватит, – Вики говорила всё это с больши́м восторгом.

«Неужели всё правда?» Я даже начал улыбаться от какого-то наплыва лёгкой истерики.

– А этот твой друг? Ты его давно знаешь?

– Нет, это новый парень моей лучшей подруги. Но он точно будет не против твоей компании. Места там много. Никаких проблем не возникнет. Да и вообще, он хороший, хоть и застенчивый.

Хороший и застенчивый… Новый парень… Дом за городом… Мне всё это кажется странным. Или я сам себя накручиваю? Но появление Алекса не может быть случайным. Почему мне стало казаться, что загородный дом её друга как-то связан с Дарк Гроув? А даже если это и так, что я ей скажу? Вот чёрт, всё же было нормально. Почему снова какая-то дикость происходит в моей голове? Ладно, нужно сначала поговорить с этим парнем. Не буду разводить панику раньше времени. Я покосился на Алекса снова и мысленно произнёс ему: «Я разберусь».

– Вики, а парень твоей подруги, он здесь с вами, в кафе?

– Нет.

– А у этого хорошего, но застенчивого есть имя? Может, я его знаю?

– Вряд ли вы знакомы, он только недавно переехал в наш город. Зовут Гарольд Филенс.

– Сложно, наверное, его родителям найти здесь работу.

– А он один живёт. Снимает квартиру неподалёку от Роуз Маркета.

Взяв полезную информацию на заметку, я продолжил расспрос:

– А когда вы хотите ехать?

– Собирались выезжать завтра утром, а в понедельник вернуться обратно.

– Может, дашь мне его номер телефона, хочу пообщаться с ним, а то как-то неудобно даже?

– Давай я поговорю с Хлоей. Это моя подруга, его девушка. Она позвонит, спросит про тебя. Но он не будет против, даже не переживай за это.

Думаю, будет действительно странно, если я ему позвоню. Наверное, несложно будет найти сейчас, где он живёт. Я даже знаю примерно, где его искать, то задача становится выполнимой. Подойду, поговорю, не напрягая никого. А там всё решится само собой.

– Ладно, пусть спросит, – задумчиво улыбнувшись, произнёс я, – но по поводу себя я точный ответ смогу дать только сегодня вечером. Хорошо?

– Да! – радостно взвизгнула Вики, словно одержала победу в долгой битве. – Это будет здорово!

– Тогда сегодня созвонимся, какой у тебя сейчас номер телефона?

– Всё тот же, я его не меняла.

– К сожалению, у меня не сохранились контакты, продиктуй, пожалуйста, я запишу.

Вики сказала свой номер и умиротворённо посмотрела на меня. Я с толикой тоски ответил на её взгляд и, опомнившись, заметил, что силуэта позади больше нет.

– Ладно, наверно нам пора расходиться. Вечером наберу, – подытожил я.

Напоследок я решил всё же осторожно уточнить адрес нового знакомого. Вдруг повезёт и Вики знает, где он живёт?

– Послушай, вообще-то, я сейчас ищу себе новую квартиру для съёма, нынешняя мне не подходит. Достойных предложений очень мало, и всё достаточно дорого. Быть может, ты знаешь, за сколько снимает квартиру Гарольд?

– Честно говоря, Хлоя когда-то говорила, но я не помню. Но не думаю, что тебя бы это устроило. Уже тогда меня очень удивило то, как дорого он её снимает. Но раз человеку деньги позволяют, то почему бы и нет, – с ухмылкой ответила Вики.

– Странно, ведь в том районе все дома старые. Почему бы, располагая такой прекрасной возможностью, не выбрать новый, может даже в центре?

– Понятия не имею, почему он сделал такой выбор. Возможно ему удобнее жить в этом районе, но квартиру снимает в новом доме.

– О, неужели там что-то построили?

– Да, два года назад на месте старой стоянки.

Теперь я знаю, где его искать. Думаю, что квартиру найду как-нибудь сам, а то такие допросы уже будут выглядеть подозрительно. Да и вряд ли Вики знает.

Мы перекинулись ещё парой фраз и попрощались. Вики наверняка вернулась в кафе, а я перешёл дорогу и зашагал прочь.

Я просто хочу убедиться, что я не прав. Что это банальная поездка. Что я просто стал параноиком после Дарк Гроув и всех подаренных им событий. Жёсткий, грубый след от этого места надолго отпечатался на моей сущности. Возможно, именно из-за этого со мной происходят странные вещи. Да, Вики говорила, что видела Алекса во снах, и ей не казались они простыми снами. Но ведь она же потеряла брата, в её понимании эти сновидения могут быть действительно необычными. Это, чёрт возьми, простая психология. Люди после трагедий годами ходят по врачам, особенно девушки с их хрупким душевным строением. Хочу в это верить, но всё же мне необходимо найти этого Гарольда. Времени у меня достаточно. Нужно будет сегодня же навестить его. И если вдруг будет что-то неладное, я пойму это сразу. Я просто не допущу, чтобы мерзкие грязные руки того адского тёмного мира хотя бы кончиком пальца коснулись Вики. И судя по появлению Алекса, он тоже беспокоится об этом. Ну или его визиты связаны с моей психологической травмой и чувством вины за его смерть. Тогда это мне пора к психотерапевту. Мне даже искренне этого захотелось.

Достав телефон, я зашёл в социальную сеть. Пролистал весь раздел «Друзья» у Вики. Но там не оказалось никого по имени Гарольд. Тогда я решил попробовать поискать у Хлои. Там мне тоже не удалось найти такого имени. Я залез в фотографии, там явно должны были быть их совместные кадры. Но и таких обнаружено не было. Попалось несколько групповых фото. Там было много незнакомых мне людей, но все они стояли либо вдали от Хлои, либо обнимая других девушек.

После поиска хоть каких-то зацепок в соцсетях лучше мне не стало. Мысли лишь мрачнели. И новое подозрение медленно опустилось в мою копилку.

Джон

Встреча с Гарольдом

Совсем скоро я прибыл по адресу, где со слов Вики живёт Гарольд. Как только я вплотную приблизился к жилому комплексу, погода с солнечной и ясной сменилась на мрачную и довольно ветреную. Начал моросить противный мелкий дождь. Я, раздражённо смахивая капли с лица, осмотрелся во дворе, провёл взглядом по оконным рамам. Дом действительно выглядел красиво и престижно. Стоянка со шлагбаумом, ряды необходимых магазинов и кафе на первом этаже. Центральным входом в здание служила огромная стеклянная дверь с крупными металлическими ручками. Подойдя ближе, я смог рассмотреть, что внутри был просторный вестибюль, где лениво сидели охранник и консьерж. Мимо меня прошёл человек, зашёл внутрь. Наверное, это жилец, так как дверь он открыл с помощью какой-то специальной карточки. Мужчина прошёл внутрь и что-то сказал человеку, сидевшему за стойкой консьержа, а тот передал ему какую-то коробку в руки. Лысый, широкоплечий охранник был рядом и косым взглядом осматривал жильца с головы до ног, но ничего не говорил. Человек же, забрав свою передачку, спокойно прошёл по вестибюлю и пошёл дальше к лифту. Там же располагались и почтовые ящики. Если этот дом соответствует новым стандартам, то на них будет указан не только номер квартиры, но и имя жильца.

В голове неуверенно прозвучало: «Ну и какой план?» Я мгновенно сосредоточился и начал всё просчитывать. Нужно подойти к консьержу и сказать, что я старый знакомый Гарольда, мол мы так давно не виделись, и мне хотелось бы сделать ему сюрприз. Далее он по доброте душевной скажет номер квартиры, и останется только надеяться, что это вообще сработает. Нет. Чушь. Оставлю этот вариант про запас. Звучит как-то не очень. Да и не хочется мне без надобности светиться лишний раз. Кто знает, как пойдёт разговор с Гарольдом и какие могут быть последствия? Моё внимание вернулось к почтовым ящикам. Надеюсь, что на них будет написано его имя. Тоже так себе идея. Но в данной ситуации её я всё же предпочту контакту с людьми. Что ж, осталось каким-то образом добраться до лифтов.

Через минут десять я заметил, как быстрым шагом к входу направляется мужчина в сером пальто. Он подошёл, пробил специальную карточку, и дверь мгновенно распахнулась. Мужчина зашёл внутрь, а я проскочил вслед за ним, держась на расстоянии шага, чтобы сложилось впечатление, что мы идём вместе. Проходя мимо человека за стойкой, незнакомец в пальто кивнул ему в знак приветствия. В ответ он получил такой же кивок. Я сделал то же самое, но консьерж просто бросил на меня короткий взгляд и опустил глаза, утыкаясь в свой журнал. Я продолжил идти рядом с мужчиной, чтобы так же просто попытаться проскочить мимо охранника. Человек, служащий мне своеобразным прикрытием, поравнявшись с лысым секьюрити, заметно поёжился, как будто тот его здорово напрягал, ну или просто был ему неприятен. В этот момент охранник встал.

– Пасмурная погода, – раздался грубый бас.

– Да, верно, – в ответ прозвучал тонкий голосок.

После этого охранник перевёл взгляд в мою сторону. Он презрительно всмотрелся в лицо. А я, в свою очередь, сделал уверенный вид и прибавил шагу, чтобы не отставать от моего спутника. Уголок рта охранника зашевелился, будто он хотел мне что-то сказать, но в этот момент позади меня раздался звук открывающейся двери и громкие голоса. Тогда бдительный мужчина сразу же переключился на других, и я тихонько прошёл мимо него. Вот это везение! В здание зашла компания из нескольких молодых людей. Они бурно что-то обсуждали и громко смеялись. Я быстренько дошёл до лифтов, оставив на время в покое мой живой щит, завернул за угол к почтовым ящикам и принялся искать имя «Гарольд». А мой спутник в сером пальто как раз вызвал себе лифт.

«Неплохо бы найти квартиру Гарольда и успеть зайти в кабину с ним же», – подумал я. Но ящиков тут было очень много. Я принялся быстро просматривать фамилии одну за другой. Но уже в скором времени раздался приятный звон приехавшего лифта, и мужчина зашёл в него, после чего двери закрылись и кабина начала подниматься. Я выглянул из-за угла и нервно окинул взглядом вестибюль. Охранник с консьержем были заняты молодой компанией, бурно спорили между собой. Я слегка расслабился и продолжил свои поиски.

Осмотрев все ящики снова, я так и не обнаружил нужного мне имени. «Не удивительно», – даже в мыслях мой голос был лишённым какого-либо позитива и весьма сердитым. «Может, в спешке я что-то и упустил». Так хотелось ударить кулаком о стену, но этого делать было нельзя. Я порывисто взялся за голову и выдохнул. Нужно было уходить, больше тут ловить нечего.

Медленно развернувшись, я уже сделал пару шагов по коридору, но понял, что звуки слегка притупились, словно кто-то незаметно вставил мне беруши. Стало ощутимо холоднее. Я насторожился, готовясь к чему-то интересному, и начал оглядываться вокруг, но ничего не происходило. Из вестибюля по-прежнему доносилось множество голосов, тонущих в неразборчивых спорах, но они будто были далеко от меня. Всё остальное было неизменным. Это словно был знак не уходить.

– Так, – прошептал я себе под нос, – я явно где-то рядом.

Звук приехавшего лифта ударил по барабанным перепонкам, разрезав шумопоглощающую пелену, чем и привлёк моё внимание. Я заглянул внутрь, ожидая столкновения с выходящим оттуда человеком. Но было пусто. Простояв около двух секунд в лёгком недоумении, я вздрогнул от глухого металлического стука позади меня, со стороны почтовых ящиков. Крышка одного из них теперь была открыта и беспомощно болталась, ударяясь о стену. Не нужно было подходить ближе, чтобы разглядеть пустую рамку, где должны быть имя и фамилия. Но ниже красовался номер квартиры «49».

«Да ладно?! А я думал, будет что-то более зловещее», – прокрутил в голове я и запрыгнул в лифт, указывая номер квартиры на сенсорном меню. Подъёмник автоматически определил этаж, закрыл дверь и отправился наверх. Он очень быстро набрал скорость и спустя пару секунд уже начал её сбрасывать, пока полностью не остановился. Двери лифта распахнулись, и на табло высветился 13-й номер этажа. В этот момент я приятно улыбнулся и сделал победный жест рукой.

– Ну вот, другое дело, теперь всё соответствует обстановке.

Я смело вышел в длинный коридор, который был устелен тонкой синей ковровой дорожкой. Выглядело это современно и достаточно стильно. Всё вокруг было аккуратным. У чистых окон, где от лёгкого сквозняка колыхались белые жалюзи, стояли большие горшки с фикусами и папоротниками. На стенах красовались модульные картины с абстракцией. Тут явно поработал дизайнер с весьма неплохим вкусом. Закончив на этом отвлекающие рассуждения, я принялся искать квартиру с номером «49».

Бродить долго не пришлось. Я подошёл к нужной двери. Она была вполне обычная, ничего потустороннего в ней я не заметил. Рядом висел звонок, на который я сразу же нажал. За дверью раздалась мелодия. Выждав ещё немного, я настойчиво позвонил снова, но никто не открывал.

«Может, его нет сейчас дома?»

Я взялся за ручку, легонько нажав на неё, и та поддалась. Подобное меня уже даже не удивило. Я распахнул дверь и громко произнёс:

– Есть кто дома? У вас не заперто, – но в ответ была тишина. На всякий случай я повторно нажал на звонок. Раздалась громкая мелодия, но никто не вышел. – Ау, есть кто?

«Раз уж я тут, быстро заскочу в квартиру и осмотрюсь?» Я бросил взгляд на лифт. Он покорно стоял на месте, словно ждал меня обратно. «Думаю, что минута у меня есть». Как только я двинулся вперёд, из дальней комнаты, как по закону подлости, вышел человек и вопросительно посмотрел на меня. Это заставило растеряться.

– Простите, у вас была дверь открыта, я звонил и звал вас, но никто не отзывался.

Молодой парень, достаточно высокий с белокурыми подвивающимися волосами, стал как вкопанный в десяти шагах от меня. Он был ужасно бледен и худощав, но в то же время обладал весьма необычными и запоминающимися чертами лица: густые брови и ресницы, прямой нос, высокий лоб, островатый подбородок и чёткий пронзительный взгляд. Мне трудно делать выводы о мужской красоте, но обычно девчонки на таких западают. Пока я оценивающе рассматривал парня, он просто стоял, смотрел на меня в ответ и молчал. Этот неприлично долгий немой диалог начал меня настораживать:

– Извините, вы Гарольд? – спросил я более громко, подумав, что в первый раз парень меня не расслышал.

– Да, – ответил он спокойно и очень тихо. – Что вам нужно?

– Я друг Хлои. Она вам, наверное, рассказывала про меня. Хлоя позвала меня поехать с вами в загородный дом завтра утром, – я старался говорить максимально дружелюбно, чтобы вдруг не вызвать лишнего негатива. – Дом чужой, и мне показалось странным ехать туда, совсем не зная владельца. Да и вы меня не знаете, – улыбнувшись, сказал я. – Так как я живу совсем рядом, решил заскочить, познакомиться с вами.

Гарольд молча выслушал меня не перебивая.

– Ясно. Меня предупредили, что ты можешь прийти, – тихо произнёс он, после чего добавил, – Джон.

– О, так Хлоя всё же успела рассказать вам обо мне? – произнёс я, задумавшись о том, как оперативно сработали девчонки.

– Не Хлоя, – всё так же тихо продолжал Гарольд.

– Вики? – уточнил я с наивной ноткой удивления.

– Нет, – ответил парень, после чего спокойно прошёл внутрь, в дальнюю комнату, скрывшись от моего взгляда. – Заходи, обувь можешь не снимать, – раздался голос из другого конца квартиры.

Я, слегка ошарашенный, переступил порог и закрыл за собой дверь. Пройдя дальше по коридору, я увидел Гарольда. Он сидел в кресле спиной ко мне, а перед ним стоял выключенный ноутбук. Я быстро осмотрел комнату. Ничего необычного: светлые обои, пара кресел и небольшой диван, телевизор, несколько пустых застеклённых полок, журнальный столик, рабочее место без излишеств и громко-тикающие часы. Всё выглядело скромным, но дорогим.

– Так кто же вас предупредил о моём приходе? – спросил я своим обычным тоном.

Гарольд сидел молча. И так было понятно, что здесь что-то неладно, но давить на него я пока не собирался. В этом пареньке не чувствовалось какой-либо угрозы. Гарольд, не вставая с кресла, развернулся ко мне. Его взгляд казался отсутствующим, пустым. Лицо выглядело уставшим и измождённым.

– Так что ты собираешься сделать? – поинтересовался Гарольд.

– Хотел поговорить, – вопрос меня удивил, но виду я не подал и ответил спокойно.

– И всё? – теперь выражение его лица начало меняться, появились оттенки новых эмоций, пока не совсем понятных мне. – И всё?! – повторил он с ноткой сумасшедшинки и глуповатой улыбкой, а голос его стал резче и громче. – ТЫ его слышал? – в этот момент он повернулся в другую сторону и пристально уставился куда-то вбок, где стояло второе кресло. – ТЫ столько всего рассказывал про него, а он всего лишь пришёл поговорить, – Гарольд выдержал небольшую паузу и резко продолжил, – ТЫ правда в это веришь? Ну ладно, – теперь он повернулся ко мне. – Ты ничего не сможешь исправить!

Ситуация явно накалялась. Я взглянул на то место, с которым он вёл беседу, но там никого не было.

– ОН заберёт их всех, и ты ничего с этим не сделаешь.

– Ты говоришь о Дарк Гроув?

– Нет, нет, нет, – резко перебил меня Гарольд, закрыв уши, – не произноси это название! Я не могу больше его слышать!

– Я смогу остановить их, и они никуда не поедут.

– И как ты это сделаешь? – спросил Гарольд. – Расскажешь им правду? – тут он резко начал смеяться. – Ты же понимаешь, как бредово это будет звучать? Тебе никто не поверит.

– Есть множество других способов. Я что-нибудь придумаю.

После моих слов Гарольд вновь отвернулся от меня.

– Я не знаю кто ты и зачем это делаешь, – продолжил говорить я, – но я не дам им попасть в Дарк Гроув. И когда они все будут в безопасности, я вернусь за тобой и покончу со всем этим.

– Не спеши, – протянул фразу Гарольд, медленно открывая шуфлядку стола.

Оттуда он спокойно вытащил пистолет и повернулся обратно ко мне. Вот теперь пацан представлял угрозу. Гарольд стал выглядеть сильнее, жёстче и гораздо опаснее, и чувствовал себя явно так же. Преимущество сейчас было на его стороне. Но заряжено ли оружие и настоящее ли оно вообще? Проверять этого как-то не хотелось.

– Зачем тебе всё это нужно? – с особой осторожностью задал я вопрос. – Столько людей погибнет из-за тебя. Как ты связан с Дарк Гроув? – после последних слов Гарольд немного сморщился, будто ему стало больно физически, зажмурил на секунду глаза, но потом снова взглянул на меня.

– Ты ведь друг Вики?

– Да.

Гарольд занервничал, схватился за голову, издав взбешённый внутренний рык.

– Я был как ты, обычным человеком, который угодил в это место. Я потерял там друзей, видел, как все они погибли. Но вот только в итоге я оказался слабее тебя и выжил не благодаря своей силе или уму, а благодаря трусости и слабости. Я боролся за жизнь как мог, и, в конце концов, предал друга ради того, чтобы выжить. И в самый последний миг смог заключить с НИМ сделку.

– С НИМ – это с кем?

– Да я без понятия, что это за существо такое! – Гарольд рассмеялся. – Ты сам прекрасно знаешь, о ком я говорю. Пораскинь мозгами! Или мне всё растолковывать? Ты виделся с ним и вряд ли забыл эту встречу.

Я начал вспоминать тот момент, когда в последний раз видел Алекса живым, но Гарольд продолжил свой рассказ.

– В итоге ОН отпустил меня в обмен на услугу… Да, в общем, в рабство я попал. Я тогда не думал ни о чём и хотел всего лишь выжить, вот и согласился, не осознавая, что именно мне придётся делать. Выбравшись из того ужасного места, я решил уехать как можно дальше, чтобы ОН меня не достал. Но ЕГО власть оказалась сильнее, чем я думал. У НЕГО есть контроль не только надо мной. ОН смог выйти через меня на мою семью и… и… ОН делал такое… – тут у Гарольда в глазах появились скупые мужские слёзы. Он был глубоко запуган.

Я удивлённо слушал его. «Не могу поверить, сколько же народу там погибло?»

– Так ты получается… служишь ЕМУ? Или что-то в этом роде?

– Что-то в этом роде, – обречённо повторил Гарольд за мной и, встав с кресла, подошёл к окну. Его стеклянные глаза начали высматривать кого-то на улице. – Я выполняю всё, что ОН требует, взамен ОН не трогает мою семью. А ведь они даже и не подозревают, что происходит. Их жизнь в один момент просто превратилась в ад.

– Что ОН от тебя хочет?

– ЕМУ нужны новые люди, и я помогаю это осуществить. Обычно достаточно лишь организовать чью угодно поездку туда, людей из любого города, и всё. Я делал это так, как мне было удобно, стараясь даже вживую особо не общаться с ними. Способов было много, всё получалось легко. Но в этот раз всё иначе.

Гарольд обернулся и взглянул на меня мрачно и холодно, а затем повернулся в сторону стенки, с которой недавно вёл какой-то монолог.

– Со мной на связь вышел один парень, попросил приехать в Хилл Таун. Сразу было понятно, что он такой же, как я, у НЕГО на привязи. В городе он поселил меня в этой квартире и сказал, что завтра познакомит с одной девушкой. Я спросил для чего это всё, но парень ответил, что просто выполняет поручение и ничего не знает. Это было знакомо мне, вот я и не удивился. Парень добавил, что мне нужно влиться в их компанию. В углу комнаты он оставил запечатанную коробку и сказал не открывать. На следующий день, как и обещал, в кафе он познакомил меня с одной прекрасной девушкой, – после небольшой паузы, Гарольд очень мрачно добавил, – с Хлоей.

– Хлоя? А что это был за парень?

– Не знаю.

– Ну имя хоть какое?

– Да не знаю я! – огрызнулся Гарольд. – За те годы, что я подчиняюсь ЕМУ, я привык не задавать вопросов. Просто делаешь, что велено, и всё. Какая мне была разница? Я ведь отправлял всех людей на верную смерть. Ты даже не представляешь, что я чувствовал всё это время и ощущаю до сих пор.

– Но ты продолжаешь делать то же самое дальше.

Гарольд посмотрел на меня очень зло.

– Либо незнакомые мне люди, либо моя семья. Две сестры, отец и мама мне важнее, но это не значит, что я с радостью выполнял грязную работу.

 Гарольд снова отвернулся спиной ко мне и начал смотреть в окно.

– В общем, познакомили меня с Хлоей. Я уже и забыл, как должен вести себя парень, желающий отношений с красивой девушкой, но я обязан был понравиться ей. Это, к несчастью, мне удалось. Шли дни, недели, мы проводили с Хлоей много времени вместе. Ужасно то, что я смог забыться и просто получать удовольствие, находясь в её компании. Столько лет я не чувствовал ничего подобного. Хлоя – прекрасная девушка. С ней рядом так тепло и комфортно. За это время, пока я был с Хлоей, никто со мной не связывался, больше не было слышно чужих голосов в голове, я забыл, что такое ночные кошмары. В один момент я посмел подумать, что таким образом ОН отблагодарил меня за всё сделанное, и оставил в покое. Я был просто счастлив, насколько это было возможным, будто жизнь началась с чистого листа. Мне действительно удалось войти в круг доверия ребят. Да, меня считали чудаковатым и странным, но это меня ни капли не смущало.

Гарольд отошёл от окна и присел на диван. Я слушал его очень внимательно, но и не забывал следить за пистолетом в его руках. За всё это время, пока он говорил, я смог немного приблизиться к парню. Один рывок – и я выхвачу пистолет из его рук. Но пока что я не видел угрозы, чтобы действовать так резко. Мне не хотелось останавливать рассказ бедолаги, который проливал сейчас хоть какой-то свет на всю эту загадочную ситуацию.

– В один прекрасный день, – продолжил Гарольд, – Роберт устроил дома вечеринку и позвал своих друзей, меня с Хлоей в том числе. Я уже готовился к выходу, как в моей голове снова возник ЕГО голос. В этот момент вся запланированная сказочная жизнь разбилась на мелкие кусочки. ОН сказал, чтобы я вскрыл коробку, которую когда-то оставили здесь запечатанной. Я уже давно забыл про неё, благополучно закинув в дальний угол шкафа. Когда я открыл крышку, под ней оказалась большая, красивая бутылка рома. Она выглядела солидно, сделана была под старину, из тёмного стекла с выбитым витиеватым рисунком. Затем ОН сказал, что я должен сделать так, чтобы все на вечеринке попробовали этот ром. Это меня сильно насторожило. Я начал сопротивляться, но попытки были тщетны. ОН напомнил мне, что такое боль и кошмары в голове, и главное – ОН снова дал понять, что с превеликим удовольствием даст о себе знать моей семье. Я попытался спросить, зачем ЕМУ отравлять их, на что ОН, посмеявшись, сказал, мол это просто ром. И в ЕГО планах нет отравления кучки бестолковой молодёжи. Бутылка выглядела потрясающе, ребята бы явно обрадовались такому презенту. Тогда я попытался найти в интернете про неё какую-либо информацию, но ничего не вышло. Пришлось делать, что велено. В итоге, на вечеринке уговорить парней выпить по рюмке крутого, дорогого рома было совсем несложно. С девушками пришлось повозиться, но в итоге, как всегда, я успешно выполнил ЕГО задание. На какое-то время ОН пропал, больше не приходил ко мне, но мне уже не верилось, что это может быть точкой. Как и всегда, в один ужасный день ОН снова вернулся и сказал то, что я до чёртиков боялся услышать. Я должен предложить им всем посетить мой загородный дом. У меня не было никакого дома, поэтому было очевидно, о чём именно идёт речь. Мне необходимо было привести друзей навстречу своей смерти… Что я в итоге и сделал.

Я дослушал рассказ Гарольда, мне даже было его немного жаль. Но я не разделял с ним мнения о правильности принятых решений.

– У каждого своя судьба. Тебе жить с этим, а я, как и говорил, сделаю всё, чтобы они туда не попали.

– А в этом и весь прикол, – мрачным голосом сказал Гарольд.

– Прикол?

– Только сегодня я узнал смысл той бутылки. ОН обычно не делился со мной своими планами или мыслями, но сегодня поведал мне о тебе.

– О чём ты говоришь?

– Да, он сказал, что ты помешаешь им уехать туда. Поэтому нужен был тот ром, – Гарольд смотрел на меня, словно я всё уже должен был понять, но это было не так.

– Что за дрянь была в той бутылке, говори!

– Это, чёрт побери, был ром! Но ты же понимаешь, что это тебе не Бакарди! Сложно даже представить, каким могуществом ОН обладает. Всё это уже не должно тебя удивлять. ОН сказал, что если все выпившие данный напиток не окажутся в Дарк Гроув, то через неделю они лишатся рассудка, а затем постепенно будут подыхать в какой-нибудь из местных психушек.

– А может ОН неспроста рассказал тебе об этом? ОН решил, что, когда ты сообщишь это мне, я поверю на слово и не буду ничего выполнять.

– Дело твоё. Можешь рискнуть. Главное, в итоге я сделал всё, что от меня требовалось.

Сказанное Гарольдом ставило в тупик мои размышления. Какая-то выпитая бутылка рома через неделю сведёт с ума всех, если они не окажутся в определённом месте. Как это может работать? И приехав туда, действительно ли они избавятся от её действия? Но разве я смогу пустить это всё на самотёк, решив, что всё ложь? Я видел слишком многое, куда более странные и ужасные вещи в Дарк Гроув, так что это всё действительно может быть правдой. Хоть я уже три года, как выбрался оттуда, ОН снова заставляет меня играть в свою игру. Сейчас не существует правильного решения. Придётся выбирать из двух зол. Сделать всё, чтобы они туда не поехали, и будь что будет? Либо умрут через неделю, либо будут жить счастливо. Однако в худшем случае, я буду определённо винить себя, что поступил именно так. Будь это незнакомые мне люди, я бы, возможно, склонялся к такому решению. Но почти всех из них я знаю с детства, и самое главное – среди них есть Вики. Я не смогу рисковать её жизнью, решая что-то наобум. Но, отправившись в Дарк Гроув, их ведь ничего не ждёт, кроме смерти. Да, есть шанс выжить, но он слишком мал. Я немного знаю о НЁМ, но анализируя сказанное Гарольдом, ОН не кажется кем-то непродуманным, не способным добиться своего. Да и то существо проделало немалый путь, чтобы подстраховаться и отправить туда именно эту компанию. Что же, теперь бутылка с ромом выглядит уже вполне реальной угрозой.

– Трудное решение придётся тебе принять. Понимаю. Видишь, как ты всё усложнил? – подытожил Гарольд.

Сказанное им заставило меня задуматься о некоторых деталях. Как они узнали, что я попытаюсь вмешаться?

– Ты говоришь, что раньше ОН никогда не выбирал цель?

– Да.

– А в этот раз ОН сделал так, чтобы ты занялся определёнными людьми? – Гарольд утвердительно кивнул. – А ты не знаешь, почему ОН выбрал именно их?

– Я знаю только то, что Хлоя была лишь инструментом. ЕМУ, безусловно, нужны люди, но теперь ОН сильно был заинтересован одним конкретным человеком из всей компании.

– И ты, конечно же, не знаешь кто это, верно?

– Нет, не знаю. Мысли, что я своими руками отправляю туда Хлою, просто не дают мне покоя. ОН общался со мной ещё, но я был слишком потерян, чтобы вникать в детали. Да и не сказал бы ОН лишнего.

– Странно всё это.

– Тебе только это кажется странным? – съехидничал Гарольд.

– Как ОН мог знать, что я вмешаюсь? Да, они мои друзья, но только глупая случайность свела меня с ними буквально за день, – на миг я вдумался в собственные слова, была ли это случайность в самом деле? Видения моего мёртвого друга каким-то образом привели меня к Вики. – Ты ведь знаешь Вики?

– Да, успел познакомиться. Она всегда так добра ко мне. В отличие от других, она не считает меня чудиком.

– Её брат погиб в Дарк Гроув три года назад, а теперь грёбаная судьба, если можно так сказать, отправляет и её туда же?!

– Брат? – удивился Гарольд.

– Ты не знал?

– Нет. Но вот ОН, кажется, что-то упоминал про это.

– О чём ты?

– ОН говорил про брата одного из них. Какой-то… вроде бы Алекс, в чём-то виноват, и он хочет заставить его страдать.

– Заставить страдать Алекса?

– Ну да.

– Ты белены объелся? Как, по-твоему, можно заставить страдать мёртвого человека? Хочешь сказать, ОН и на это способен?

– Мёртвого? Судя по тому, что я помню, ОН отзывался о нём ни как о мёртвом.

– Как это возможно? – в ногах ощутилась слабость.

– Да откуда я знаю, чего ты до меня докопался?

– Я видел его смерть своими глазами!

– Не знаю почему, но твой друг не мёртв, ну или не совсем мёртв. Но выходит, раз уж ОН точит зуб на Алекса, то получается, что Вики – его цель.

Казалось, что мозг сейчас лопнет от негодования и избытка информации. Это всё слишком сильно выходило за рамки понимания. Но в этом был и один маленький плюс. Мои виде́ния с Алексом и его просьбы спасти сестру теперь не казались бредом сумасшедшего и обрели смысл.

– Помоги мне остановить это, должен же быть способ. Там же будет Хлоя, твоя девушка.

– Нет ничего, что ты бы мог сделать.

– Ты знаешь, хоть что-нибудь, что можно использовать против НЕГО?

Парень сначала разразился неестественным смехом мне в ответ, затем покосился на стол, обдумывая свои дальнейшие действия. Немного погодя, он потянулся руками под столешницу, откуда выудил небольшой смятый листок бумаги и сказал:

– Всё, что я знаю – это адрес. Мне известно, где это место находится, – выдохнул Гарольд, а затем добавил, – но ты ведь даже не представляешь, на что ОН способен. В НЁМ сосредоточена такая огромная власть, бесконечное могущество. Невозможно перечить, повлиять на то, что должно произойти.

Парень снова печально взглянул на стену, с которой недавно разговаривал. Подрагивающими руками Гарольд крепко держал листик с адресом, словно это был его последний билет на корабль с необитаемого острова.

– Поверь, если они останутся в городе, то у них не будет ни малейшего шанса. Ребята обязаны отправиться туда и пройти через всё то, что им уготовано, как это сделали мы.

– Ты же сам знаешь, что это самоубийство.

– Нет, самоубийство – это то, что можешь сделать ты, если хочешь им помочь.

Несложно было понять, о чём он говорит. Если всё это правда, в чём я уже мало сомневаюсь, то он прав.

– Значит, всё, что я могу сделать, это помочь своими силами выжить там друзьям?

Гарольд положительно кивнул.

– Но кто в здравом уме туда вернётся? – с усмешкой произнёс он. – Отправлять неизвестных мне людей на гибель, спасая свою семью, хоть и было больно, но я терпел, если это можно было назвать так. Но теперь я отправил на встречу со смертью людей, которые стали мне близки. ОН сначала дал мне луч надежды, заставил поверить, что я смогу жить дальше, а теперь просто жестоко всё это уничтожил.

– Может у тебя есть ещё шанс? Спаси их, Гарольд.

– Всё равно я умер ещё там… В тот самый день, вместе с моими друзьями. Всё остальное, что было после – это нелепые оттенки ничтожного существования, вечные попытки выбраться из ада. Но мне не удалось. Может, хоть ты выберешься из своего? Прости…

В этот момент он поднял пистолет, подставив к виску, и выстрелил. Раздался оглушительный хлопок, в ушах зазвенело. Среагировать и помешать парню я не успел. Гарольд замертво рухнул на пол. По бледной коже плавно потекла багровая струйка, прячась по пути в волосах. Теперь его мучения окончены, Гарольд освободился. Я смотрел на его тело с тоской и жалостью. Он выглядел умиротворённо, а в его руках остался тот самый клочок бумаги.

Я видел много смертей, и произошедшее не стало для меня шоком. Мысли в голове начали проноситься со скоростью света. Казалось бы, всего лишь секунда, но за неё я успел обдумать всё. Именно тогда я принял окончательное решение.

Перед глазами выстроились яркие моменты тех времён, когда были живы мои друзья. Затем кадры приятных воспоминаний сменились смертью. Виде́ния, словно заранее подготовленный диафильм, взаимозаменялись одно другим. Дальше были мгновения с Алисой. Мой тонкий луч солнца, спасший меня от тяжёлого бремени воспоминаний. Как же мне хорошо с ней. Я действительно хочу быть рядом. Но что будет со всеми теми, кто завтра отправится в Дарк Гроув? Что будет с Вики? Они переживут всё то, что пережил я, и, скорее всего, погибнут. Всё это незаслуженно. Я помню Вики ещё маленькой. И помню, как она повзрослела. Мы очень тесно общались. Она всегда казалась мне привлекательной и умной. Когда-то я даже считал, что Вики мне нравится. Мы очень часто проводили время вместе. Она была всего лишь на два года младше нас с Алексом. И тут мне вспомнились слова Гарольда о приятеле: «Не знаю почему, но твой друг не мёртв, ну или не совсем мёртв». Что это вообще может значить? Всё это время сам Алекс действительно пытался связаться со мной? Что бы это ни было, оно не отменяло того, что вот уже три года, как больше всего меня душило лишь одно воспоминание – смерть Алекса.

В тот самый день, в момент, когда бесконечную ночь сменяло утро, и солнце своими яркими холодными лучами начало освещать землю, остались лишь я и Алекс. Пережив самые невероятные трудности, переиграв противника в этой чёртовой игре, видев смерть всех наших друзей, выжили лишь только я и мой лучший друг. Выйдя из дома, мы решили, что всё закончилось. Я никогда не думал, что так буду рад рассвету. Мы бросились бежать как можно дальше от этого ужасного места, мчались сквозь лес, не замечая ни острых веток, ни кочек под ногами. Просто неслись вперёд, не думая ни о чём. Сколько времени это длилось, я не знаю. Когда мы выбежали из гущи леса, нас настигло ужасное разочарование. Пред взором вновь стоял тот самый особняк. Мы резко ринулись назад, но обернувшись, уткнулись в окутывающую пелену тьмы. Я ощущал, как моё сердце в очередной раз пропускает удары. Казалось, невозможно дышать, а чувство страха вогнало сотни тонких игл прямиком под кожу. В этой густой темноте я увидел кого-то. Это был огромный силуэт, напоминающий человека в мантии. Некое безликое существо, а где-то в глубине под капюшоном два яркие синие глаза пронзали нас насквозь. Этого взгляда было достаточно, чтобы сломить нашу волю к любым действиям. От НЕГО исходили мощные потоки энергии неистового ужаса, страха и безысходности. Я не мог думать в тот момент ни о чём. Увидев перед собой такое, я уже заочно считал себя мёртвым. Но вдруг осознав, что рядом стоит друг, с которым мы не раз за эту ночь обманули смерть, во мне начало нарастать чувство решительности, уверенности в наших силах и отваги. Мне казалось, что мы сможем дать отпор. Это будет своего рода последний бой, хоть и роковой. Я был уверен, что Алекс испытывает такие же чувства. И вот ЕГО голос прозвучал в наших ушах. ОН выразился чётко и ясно: «Лишь один из вас покинет это место нетронутым. Но именно вам предстоит решать, кто останется жить. Иначе погибнете оба». В голову тут же полезли самые безумные, бредовые мысли. ОН словно проник в наш разум, в далёкие уголки подсознания, абсолютно сломив волю к сопротивлению. Всё это время у меня в руках был топор, который не раз спасал этой ночью. Но у меня даже и мысли не возникло попытаться воспользоваться оружием против НЕГО. Да и сил просто больше не было. На это существо сложно было даже взглянуть. ОН был ростом с двух человек, широк и мощен. Я краем глаза покосился на свой топор. Закрадывались самые постыдные, страшные мысли. Пережив такую ночь, никто не сможет осуждать меня за это. Но затем я повернулся к Алексу, который сразу же поймал мой взгляд. В его руках ничего не было, он казался сейчас беспомощным. Но Алекс улыбался своей самой искренней улыбкой, глядя мне в глаза. И я улыбнулся в ответ. Главное, что в этот момент я однозначно выбрал для себя то, каким будет исход. Я не знал, как жить дальше со всем тем, что здесь случилось. Наверное, тогда я даже и не верил, что ОН сдержит своё слово. Мне просто хотелось закончить всё прямо сейчас. Если умру, то вместе со всеми. Взглянув ещё раз на Алекса, я выпустил топор из рук. Тот с глухим грохотом упал на землю между мной и моим верным товарищем. Мы даже ухмыльнулись друг другу, осознавая, что выбрали одно и то же, как мне показалось. Итак, чудовище, пора выкладывать все карты на стол. С нас хватит, дай же нам уже погибнуть хоть какой-нибудь смертью. Мы устали бояться, устали бороться, мы готовы. Но вот то, что последовало далее, я никак не мог предугадать.

Алекс резко наклонился к земле и одним быстрым движением схватил рукой топор. После чего поднял глаза на меня.

– Ты же знаешь, я любил Элис, – грустно улыбнулся друг. Я не смог сразу сообразить, зачем он мне это говорит. – Не рассказывай Вики, что с нами случилось. Пусть она живёт дальше в обычном мире, к которому привыкла.

После этого топор в руках друга уже давно не острым лезвием прошёлся по его горлу, оставив после себя яркий рваный след. Этот миг я никогда не забуду, он будет сниться мне до конца жизни. Алекс сделал выбор, друг всё решил за меня.

Существа больше не было рядом. ОН словно испарился, а тьма вокруг плавно рассеялась. Лучший друг лежал прямо возле моих ног. Два коротких хриплых вдоха – и глаза его стали безжизненно-тусклыми. При всём огромном желании я уже ничего не мог сделать, несколько минут стоял в недоумении, всё ещё не веря в произошедшее. Наверное, в моей голове теперь не было никаких мыслей вовсе. Я пустыми глазами снова взглянул на тело, потом оглянулся на дом, в котором всё это происходило, а затем просто пошёл через лес. Снова. Но на этот раз я вышел на дорогу. И я просто шёл, долго, казалось, что вечность.

И вот теперь, спустя несколько лет, в таком же недоумении я стою перед телом Гарольда. И да, я абсолютно точно знаю, на что способен этот МОНСТР. Чтобы спасти Вики, мне нужно вернуться в особняк. Если бы не Алекс, меня бы тут и не было вовсе. Моя жизнь только недавно стала приходить в норму. Я почувствовал её силу и вкус снова. Но несмотря на всё это, я даже себе не мог объяснить почему, но я понял, что поеду с ребятами. Что случилось со мной за эти годы? Ни один нормальный человек не сможет даже подумать о возвращении туда. Видимо, я не относился к числу нормальных. Я осознавал весьма чётко и однозначно – завтра я буду в Дарк Гроув. Спасение Вики казалось самой важной для меня причиной. Но где-то в глубине я знал, что это возможно лишь повод.

Пара секунд… Грохот от выстрела всё ещё звенел в ушах. Его ведь явно кто-то слышал. Когда Гарольда обнаружат, то у меня могут появиться лишние проблемы. Несмотря на то что был суицид, и следствие, скорее всего, это подтвердит, но если узнают, что здесь был кто-то ещё, то дело может принять другой оборот, неприятный для меня. Этот дом новый, элитный, значит, есть и камеры видеонаблюдения. В наши дни, если не продумать всё заранее, несложно будет определить, кто и когда был у него в квартире. Здесь я ничего не трогал, лишь прикасался к звонку и ручке двери. Листик с координатами я аккуратно достал из ладони Гарольда и положил в задний карман штанов, подошёл к двери и глянул в глазок. Убедившись, что в коридоре никого нет, я вышел и запер дверь. Краем футболки я протёр ручку и звонок, а дальше побыстрее двинулся к выходу. Нажав кнопку вызова лифта, я стал думать, что скажу Алисе. Хотя она очень важна для меня и мне хорошо рядом с ней, всё же Дарк Гроув манил, звал и притягивал слишком сильно. Этот дом изменил меня, сделал всю последующую жизнь безвкусной, пресной. Я не сумасшедший вроде, и психика наверно в порядке. Но во мне ожило огромное желание разгадать тайну этого особняка, понять, что за чертовщина там творится. Да и, помимо этого, пора было оживить хоть какие-то яркие эмоции. Мне нужен весь спектр: от обычного страха, злости до безудержной ярости. Я столько прожил, не проронив ни капли адреналина. Даже армия показалась мне школьным курсом мальчишеской подготовки, хоть я и попадал в самые разнообразные экстремальные ситуации. Наверно поэтому я и был лучшим. Меня больше нечем удивить. Мне словно не место в этом обычном мире.

Сейчас я стою перед выбором: спокойная, размеренная жизнь или один день испытаний, где я смогу проявить себя в полной мере своих сил, но не зная последствий.

Три года назад я был молодым и совсем «зелёным» парнем, который не был готов к такому повороту судьбы. Но сейчас я примерно знаю, как всё работает в Дарк Гроув, и могу предположить, с чем столкнусь там. А главное, у меня есть надежда попытаться победить ЕГО. Во всяком случае, мне так кажется. Как-никак я смогу отдать дань Алексу, если спасу Вики. А может даже встречу там лучшего друга. Здесь же он появляется каким-то образом, и судя по словам Гарольда, я думаю, такой шанс у меня имеется. Интересно узнать, что вообще это всё значит, да и что такое на самом деле Дарк Гроув. Мои физические навыки существенно подросли. Психологически я тоже готов ко всему необъяснимому.

Если я оставлю всё это как есть и просто вернусь домой, то, возможно, Алекс больше не появится, Вики, скорее всего, погибнет там же, где и её брат, как и все те, кто поедет с ней. Буду ли я жалеть об этом, буду ли я винить себя в гибели Вики и других ребят? Я уже не знаю. И не узнаю этого, ведь я буду там.

Двери лифта открылись, и мне сразу же бросилась в глаза камера под потолком, которую я, ехав сюда, не заметил. Небольшое стандартное устройство, которое можно увидеть во многих подъездах. Но в отличие от всех тех, лампочка у этой камеры не горела. Это заставило меня победно улыбнуться. Меньше проблем, но слишком много приятных бонусов: приехавший на первый этаж пустой лифт, открывшийся нужный почтовый ящик, а теперь неработающая камера. Откуда это везение или чья помощь, я не имею понятия. Но есть у меня лёгкое ощущение, что причина всему – Алекс. Я уже смелее прошёл внутрь, двери мягко закрылись, лифт не спеша вернул меня на первый этаж. Спустившись, я подошёл к почтовым ящикам и выглянул в вестибюль. Охранник и консьерж стояли там одни, всё на тех же местах. Чтобы не привлекать лишнее внимание к своей персоне, я терпеливо дождался, пока на лифте спустилась небольшая компания людей, и вместе с ними прошёл через холл к выходу.

Стеклянная дверь с грохотом закрылась позади, словно поставив жирную точку в сегодняшнем дне. И я, переполненный решимостью, жадно вдохнул прохладного воздуха и зашагал прочь от высотки.

Джон

Подготовка

Пройдя несколько десятков метров, я достал свой телефон и начал искать контакт знакомого из армии, где ему было заслуженно присвоено прозвище Дикий. Так я его и подписал тогда. Во время службы я с ним особо не общался, но так вышло, что Дикий был мне должен. Как-то раз я смог помочь ему в одной сложной ситуации. Тогда этому человеку крайне не повезло, и при плохом раскладе он просто мог забыть о своём возвращении домой. Но я его выручил.

– Алло, – раздался грубый голос в телефоне.

– Это Джон. Мне нужно встретиться с тем твоим знакомым, который может достать оружие, – больше не пришлось ничего объяснять. Дикий совсем не любил лишний трёп и формальности. Поэтому ответ я услышал моментально:

– Без проблем, когда?

– Сегодня.

– Устрою, жди моего сообщения.

Я положил трубку и переключился на выполнение другой задачи. В поисковике я быстро набрал «Прокат авто». Нашёл ближайшую точку и направился к ней на общественном транспорте. Пока ехал в автобусе, я позвонил Алисе и предупредил, что могу задержаться из-за возникших дел и скорее всего вернусь поздно. После написал Вики: «Я поеду с вами, если вы ещё не передумали. Пусть Хлоя спросит у Гарольда название остановки электрички. Я встречу вас там».

 Да я знал, что парень уже ничего не ответит, но с его же слов, это никак не помешает всем планам осуществиться. Я не сомневался, что каким-то образом имя Гарольда ещё сыграет во всей этой игре. Собственно, так и случилось, через пару минут мне перезвонила Вики.

– Привет, я так рада, что ты всё-таки решил поехать с нами.

– Не смог удержаться. Халявная вечеринка со старыми знакомыми. Кто бы устоял?

– Мы сейчас с Хлоей в магазине. Она звонила Гарольду, и он сказал, что будет очень счастлив твоему приезду. Остановка называется «Фог».

– Отлично, тогда до завтра. Встретимся там.

– До завтра! – радостно закончила разговор Вики.

«…Будет очень счастлив моему приезду», – отозвалось у меня в голове глухим эхом. «А как же? Я не сомневаюсь, что ОН будет рад», – подытожил я и уверенно улыбнулся.

Ещё на первом курсе университета я закончил автошколу и получил права. Несмотря на то, что за последние три года мне не приходилось ни разу сидеть за рулём, я был более чем уверен, это не вызовет никаких сложностей. Водить автомобиль я умел ещё и до получения прав. Машина в данный момент мне крайне необходима. Это будет моим небольшим козырем. Я оставлю её неподалёку от дома. И на ней я планирую покинуть это место. Ну или хоть кто-то сможет уехать, если им это вообще удастся. В любом случае, авто явно повышает мои ставки. А в самом особняке я планирую спрятать пистолет с несколькими запасными обоймами. Я влезаю в эту игру уже второй раз, да ещё и по своей воле, так могу же установить хоть какие-то свои правила?

Доехав до нужной мне остановки, я вышел из автобуса. Пошёл сильный ливень, запахло сыростью. Я бегом добежал до подземного перехода, улица с нужным мне местом была на другой стороне. Ещё издалека я приметил весёлую яркую вывеску «АвтоРент». Внутри было пусто, посетителей совсем не было. Только заскучавший сотрудник конторы стоял за стойкой.

– Здравствуйте, – раздался приветственный голос издалека.

– Здравствуйте, – суховато ответил я.

Подойдя ближе, я приметил портфолио позади мужчины. Там красовались автомобили, которые можно было взять у них напрокат. Все они были отполированы до блеска и сногсшибательно засняты в лучших ракурсах. Выбор был достаточно большой: от гоночных спортивных до солидных авто представительского класса. Мне же нужна была простая, неприметная и недорогая машина. Всё равно придётся её оставить на обочине вблизи дома чёрт знает где, смысла понтоваться нет.

– Могу я вам что-то подсказать? Помогу подобрать для вас любую машину. У нас как раз на это неделе действует акция. Если берёте автомобиль более чем на двое суток, то в подарок получаете полную страховку.

– Отлично, подскажите тогда, – начал было я говорить, как вдруг мне в глаза бросилось фото автомобиля «Додж Чарджер» 1969 года. Полностью чёрный, двигатель шесть и три литра. Цена на нём не была указана. Этот автомобиль назвать неприметным язык не повернётся. Но в этот момент все мои мысли перевернулись с ног на голову, и я решил, что если и ехать в ад, то только на нём.

– Додж Чарджер на трое суток, во сколько это мне обойдётся?

– Так-с, сейчас посчитаем, – сотрудник принялся стучать пальцами по калькулятору и перебирать какие-то бумажки. – Данное авто обойдётся вам в сто пятьдесят долларов за сутки, за трое получается четыреста пятьдесят. В эту сумму входит полный бак бензина и, как я уже сказал, по условиям акции полная страховка. Машина находится сейчас у нас на стоянке и подготовлена к эксплуатации.

«Четыреста пятьдесят долларов – немало», – подумал я про себя. К счастью, на подработках я накопил денег. В мою привычку вошло покупать только самое необходимое для проживания и оплачивать съёмную квартиру. После этих затрат оставалось немало денег. Мне было некуда девать их, пока в моей жизни не появилась Алиса. До этого деньги просто накапливались на карте, которая всегда была в бумажнике. И на данный момент финансов у меня хватало. Ещё нужно будет выложить внушительную сумму за оружие, но я думаю, что я готов к такому. На мгновение я задержался взглядом на неброском автомобиле за пятьдесят баксов в сутки, фото которого висело справа от сотрудника. Но очень быстро я отбросил все сомнения. Завтра меня ожидает невероятно сложный и опасный день, смогу ли я вообще выбраться оттуда? Этого я не мог знать. Но вот что я точно знаю, так это то, что такой день нужно начинать правильно. Положительные эмоции создают соответствующую энергетику вокруг человека. А это мне завтра крайне необходимо. Поэтому утром я поеду именно на Додже. Хочу получить удовольствие от поездки по загородной трассе на этом крутом мощном движке, да ещё и под подходящую музыку. Заряжусь необходимой энергией.

– Отлично, давайте оформим с сегодняшнего вечера.

– Прошу ваши права и паспорт, а пока будете ожидать, ознакомьтесь с нашими правилами по аренде автомобиля.

Мужчина дал мне в руки бумаги, в которых по пунктам было расписано, что можно и чего нельзя делать, мои действия при ДТП и много-много других нюансов. Через минуту он ушёл в соседний кабинет. Оттуда слышались звуки работающего принтера и кофеварки. Зевающий вымотанный работник, пока печаталась необходимая документация, заварил себе кофе и уныло смотрел в маленькое окошко. В скором времени он вышел с подготовленными бумагами, подошёл ко мне и дежурно улыбнулся.

– Держите ваши документы. Вот наш договор. Распишитесь в указанных местах.

Я поставил подписи везде, где стояли галочки, после чего сотрудник коротко ещё раз разъяснил мне написанное в своде правил. Далее я расплатился картой, и меня тут же провели до гаража. Там находилось много автомобилей. Было заметно, что помещение визуально делилось на две части. В одной стороне стояли машины мечты любого парня. Во второй были авто попроще, но они явно больше пользовались спросом. Я с огромным удовольствием завернул в сторону с потрясными тачками и наслаждался моментом. Пройдя пару рядов, мы поравнялись с Доджем – моей машиной на ближайшее время. Работник отдал мне в руки ключи и пожелал удачи, взглянув на спорткар с лёгкой ноткой зависти. Я открыл дверь, медленно уселся в кожаное сиденье и завёл угольно-чёрного зверя. Двигатель моментально взревел. Я осмотрел стильный салон, настроил зеркала под себя, включил радио и направился к выезду из гаража. В этот момент телефон в кармане завибрировал от пришедшего уведомления: «Одиннадцать вечера, «Бульвар Розы», на подземной стоянке возле двадцать шестого дома».

Это было сообщение от Дикого. На часах сейчас было десять минут десятого. Я вбил в навигатор адрес и отправился туда. Как я и предполагал, Додж своим управлением меня только радовал. А это я еду по городу, где есть масса ограничений по скорости. Завтра, выехав на шоссе, я вдавлю педаль в пол и узнаю, на что способна эта малышка. По пути я решил заехать в кафе. Мне требовалось перекусить и заодно убить время. Без особого интереса я заглянул в меню, решил заказать свежевыжатый сок и спагетти, а затем уткнулся в телефон. Время пролетело достаточно быстро. Закончив сытный ужин и расплатившись, я побрёл к банкомату. «Было бы смешно, если бы у подпольных продавцов оружия были терминалы», – подумал я про себя и мысленно рассмеялся.

С карточки я снял семь сотен долларов. Мне казалось, что этой суммы хватит, и отправился на стоянку. Ещё издалека я обратил внимание на свой автомобиль, он выбивался среди всех новеньких бюджетных машинок. Я ни капельки не жалел, что заплатил за него. Устроившись поудобнее, я продолжил свой путь к указанному адресу в навигаторе.

Без пяти одиннадцать я уже был у съезда в подземную автостоянку на «Бульваре Розы». Шлагбаума не было, поэтому я беспрепятственно съехал по дороге вниз, после нескольких поворотов выехал на прямую, вдоль которой были припаркованы машины. Вдалеке я заметил двух людей в тёмных невзрачных куртках, стоящих возле старого пошарпанного автомобиля. Они твёрдо смотрели в мою сторону. На стоянке была плохая видимость, да и вообще выглядела она мрачновато. На бетонных колоннах висели большие фонари из толстого стекла, но их тусклого света еле хватало, чтобы полностью осветить это место. Других людей здесь я не увидел. Я подъехал к мужчинам, заглушил мотор и вышел. Странно говорить такое, но по их лицам было очевидно, что именно эти люди мне и нужны.

– Я от Дикого.

Они оба молча и пристально разглядывали меня, после чего тот, что покрупнее огляделся вокруг и одобрительно кивнул второму. Другой был тоже высокий и широк в плечах, но куда меньше первого. Он повернулся к своей машине и приоткрыл багажник.

– Что именно тебе нужно? – задал вопрос один из них.

– Два «Глока-17» и шесть полностью заряженных магазинов.

Это самый ходовой пистолет среди вооружённых группировок, он пользуется больши́м спросом, надёжен и практичен. Поэтому такой явно всегда был в наличии у подобных торговцев. Спустя несколько минут копошения в багажнике мне передали мой заказ. Я отсчитал несколько сотен, которые затребовал продавец, поспешно сел в машину и положил пистолеты в бардачок. Благо у Доджа он был немаленький. После я повернул ключ зажигания и поспешил убраться из этого места. Для завтрашнего дня мне более ничего не требовалось. Я сделал всё, что сможет мне помочь хоть как-то. Самое интересное, что пистолеты мне конечно нужны, но, если бы они действительно были гарантом моего выживания в Дарк Гроув, я бы без тени сомнения раскошелился на автомат или даже пулемёт. Оружие поможет, но на исход событий оно не повлияет.

Далеко не всё там решает грубая сила, я бы сказал, что лишь меньшую часть. В прошлый раз моим оружием был топор, и он мне очень помог. Некоторые существа смогли оценить по достоинству его острое лезвие. Но были и те, которым оно было нипочём. Когда мы с Алексом стояли перед НИМ, я сомневаюсь, что мне помог бы пистолет. Да даже гранатомёт ситуацию бы не спас. ОН явно не из нашего привычного мира, обладает потусторонней силой и внушительными размерами. Возможно, всего лишь по щелчку пальца, ОН может решить судьбу всех, но вместо этого с больши́м аппетитом питается нашим страхом, регулярно устраивая игры на выживание.

В этой борьбе гораздо более важным будет иметь стойкий характер, огромную силу воли и развитые умственные способности. Я мимолётно вспомнил Гарольда. Худощавый, хрупкий на вид парень. Мне сложно было представить, как он смог выжить до конца. Из этого в том числе и последовали определённые выводы.

Теперь нужно было вернуться домой и попытаться уснуть. Вряд ли это получится сделать перед таким насыщенным днём. Но было и ещё кое-что важное. Мне предстоял разговор с Алисой.

Около часа ночи я приехал домой. Тихо отомкнул дверь, снял обувь и прошёл в комнату. Как и ожидалось, Алиса спала в кровати сладким сном. Я разделся, умылся и присел в кресло. В комнате было темно, но лунный свет просачивался через окно и тускло освещал постель, где спала моя девушка. Она мирно лежала, свернувшись калачиком и крепко обнимала подушку. Одеяло частично прикрывало её тело, давая лунному свету нагло бродить по ногам, спине и играться в волосах. Локоны Алисы были небрежно разбросаны по простыне и при таком освещении поблёскивали медными искорками. Это было весьма завораживающее зрелище. За это недолгое время нашего знакомства мы сильно сблизились. Я постоянно думал, что такая красивая, умная, утончённая девушка заслуживает парня получше, чем я. Мы не посещали шумных вечеринок, не гуляли в больших компаниях друзей, не развлекались в клубах. У Алисы было много товарищей, и она по возможности знакомила меня с ними. Хотя у меня получалось находить общий язык с ними, я не горел желанием проводить время в их весёлой компании. Поэтому Алиса часто уходила в одиночестве гулять с подругами. Меня это устраивало, так как я ей доверял. Можно подумать, что наши отношения были тухлыми, как у двоих престарелых. Однако это не так. Нам было хорошо вместе. Мы часто гуляли в парке рядом с домом, постоянно что-то активно обсуждали или просто сидели молча и занимались каждый своим делом, но так было комфортно и уютно для нас обоих. Изредка выбирались в кафе. Для меня это было идеальным времяпрепровождением. Возможно, несколькими годами ранее мне бы такое показалось скучным и неинтересным, но сейчас я другой. Мне не нужны концерты и мероприятия. Только кинотеатр иногда радовал своими фильмами. Видимо, Алисе это тоже было близко, и она всё же что-то нашла во мне, раз уж мы были вместе. Меня устраивало, что мы жили сегодняшним днём. Алиса мудра не по годам и, видимо, догадывалась, что я имею за спиной не самое простое прошлое, поэтому никогда не спрашивала о нём. Но интересно то, что и она о своём не рассказывала, а я и не настаивал. Каждый человек хранит какие-либо тайны. Мы ведь не строили грандиозных планов на будущее и никогда не обсуждали семейную жизнь. Я не знаю её родителей, да и со своими-то не общаюсь, так уж сложилось. Поэтому зачастую казалось, что это когда-нибудь точно закончится. Настанет тот день, когда Алисе захочется чего-то большего, изменить жизнь, подняться на новую ступеньку. И наверно тогда наши дорожки разойдутся. Но я не думал, что подобный выбор в итоге сделаю я. От этого на душе паршиво. Сейчас я смотрю, как девушка нежно спит в уютной кровати и понимаю, как я хотел бы сейчас к ней. Но зная, какое принято решение, и что меня ждёт завтра, я понимал, что не могу себе позволить даже прикоснуться кончиком пальца к её телу. Просто не заслуживаю этого, не имею права.

Как я и предполагал, уснуть в эту ночь я не смог. И дело было не в кресле. Я часто спал, сидя в нём. Как только за окном начали пробиваться первые сонные лучи рассвета, я понял, что мне пора. Возле кровати на тумбочке я оставил записку Алисе, в которой сообщил, что должен срочно на пару дней уехать в другой город к родителям. И что позвоню, как только представится такая возможность. На прощание я очень аккуратно поцеловал её в лоб, затем оделся, выпил на кухне крепкий кофе, хотя хотелось чего-нибудь ещё покрепче, и вышел из квартиры. Я осознавал, что могу не вернуться, поэтому в специальном приложении ночью написал письмо Алисе, которое должно прийти ей на почту через неделю, если я не вернусь и не отменю отправку. В нём я попытался объяснить выдуманную историю, про то, что в прошлом ввязался в очень опасную аферу. Несмотря на то что прошли годы, прошлое настигло и мне пришлось попытаться это изменить. Если это письмо дойдёт до неё – значит, мне не удалось всё исправить и меня больше нет. Подробности не рассказал, чтобы не втягивать её в это. Коротко поведал о своих чувствах к ней и о том, как девушка украсила мою жизнь. Попросил простить меня за всё, чего не говорил, сделал не так или не сделал для неё вовсе, и жить дальше, не вспоминая обо мне плохо.

Алиса была достойна объяснений. Я не мог позволить ей жить в неведении. Если вдруг я действительно не вернусь, то такая история будет лучше, чем ничего или правда. Ведь правда, какая есть, не нужна никому.

Джон

Назад в прошлое

Солнечные лучи неохотно выползли из-за горизонта, стрелка на часах уверенно показывала шесть утра. Я встал с кресла, словно робот, оделся и вышел на улицу. Весьма в туманном сознании открыл дверь Доджа, тяжело опустился на сиденье и как можно скорее отправился по координатам в Дарк Гроув. Городок ещё дремал. Вокруг было пусто, лишь серые окна высоток наблюдали за мной по пути. Слушая приятный рык моего автомобиля, я окончательно прогнал остатки сна и стал с больши́м интересом наблюдать за окрестностями. Совсем скоро жилых домов становилось всё меньше, их подменяли маленькие поля и леса. Выехав из города на трассу, я, как и планировал, вжал педаль газа в пол и помчался вперёд. Солнце пока ещё слабо освещало дорогу, но это было мне на руку. Я хотел приехать в особняк заранее и подготовиться к предстоящим приключениям ещё до прибытия остальных. На экране навигатора была хорошо видна небольшая просёлочная дорога, она прикрыта лесом и ведёт как раз к нужному дому. Широкая тропа соединяла заброшенные пути к другим строениям, которые находились на расстоянии более километра от Дарк Гроув. Сомневаюсь, что там кто-то живёт, поэтому выбранный путь обещает быть безлюдным.

Мотор авто ревел уверенно и грозно. Даже играющая музыка не могла приглушить его. Я просто мчался вперёд, не знаю сколько, и искренне наслаждался этим моментом. Вдруг навигатор учтиво сообщил мне, что скоро будет съезд с трассы. А затем придётся ехать более двадцати километров по однополосной дороге. Как я понял, этот дом находится в ста семидесяти километрах от города.

Я съехал с трассы и оказался на очень узкой, разбитой дороге. По обе стороны плотным забором стоял густой лес. Безумно красивый, хоть и мрачноватый, пейзаж. По пути мне встретилась лишь одна машина. Тогда пришлось значительно сбавить скорость и даже увильнуть к обочине, чтобы разъехаться без проблем. Но после я, конечно, снова разогнался. На скорости небольшие ямки Додж проскакивал так, словно их и не было вовсе. Вскоре дорога начала расширяться, а сбоку виднелись рельсы. Ещё километр – и я добрался до остановки. Воспоминания больно кольнули, моё тело покрылось мурашками. Я приостановился, чтобы разглядеть всё как следует. Передо мной была та самая остановка, а точнее – пустая бетонная платформа. На ней не было ни скамеек, ни мусорок, уже не говоря о киоске с продажей какой-либо мелкой ерунды.

Три года назад мы спустились с электрички, ступая именно на этот самый бетон, а потом шли по тропинке через лес навстречу своей судьбе. На секунду показалось, что я вижу всех нас, весёлых и беззаботных. Мы смеёмся, шумим и балуемся. Кажется, сегодня мне предстоит ещё не раз окунуться в воспоминания. Я отвернулся, нажал на газ и отправился дальше.

Асфальтированная однополосная дорога шла вперёд вдоль рельсов, а мне необходимо было съехать на неприметную песчаную тропу вглубь леса, которая поведёт меня в сторону Дарк Гроув. Минут пятнадцать я тащился с пятью километрами на спидометре. Под колёса то и дело попадались большие ямы, камни и кочки, а местами путь преграждал бурелом. Вскоре дорога резко свернула направо, в противоположную сторону от назначенной точки, а левее виднелась узкая пешая тропинка, тянущаяся сквозь лесную гущу. На машине туда проехать невозможно.

Вновь обратившись к навигатору, я узнал, что эта тропа ведёт прямиком к особняку, и идти по ней ещё около километра. Поразмыслив минуту, я тронулся с места и проехал вперёд метров пятьдесят, вывернул руль влево и съехал в густую траву.

Раскидистые деревья не позволяли протиснуться глубже в лес, но в этом и не было необходимости. Места для движения другого автомобиля хватает, если такой здесь вообще объявится.

Заглушив мотор, я сразу полез в бардачок и достал пакет с оружием. Один пистолет и три магазина я положил обратно, они останутся здесь. Второй глок с таким же запасом я взял с собой. Затем медленно вышел из машины, закрыл её и хорошенько осмотрелся по сторонам, оставляя в памяти ориентиры на случай необходимости быстро добраться сюда, не заблудившись. Конечно, можно бежать по тропинке, но вдруг придётся пробираться через лес?

Проверив ещё раз, закрыто ли авто, я побрёл по дорожке к особняку. В пути под громкий шелест листьев я невольно погружался в воспоминания, и всё шёл и шёл, будто этот путь тянулся вечно. И вот, спустя неясный отрезок времени, я увидел впереди крупные проблески солнечного света. Тропинка вышла из леса и открыла взор на Дарк Гроув. Я остановился.

Это был он. Не верится, что я снова здесь, смотрю на бездушное злое сооружение, которое отняло у меня многое. Я иду без принуждения в его объятия, и это совсем не сон. В этот момент ненадолго я почувствовал некий страх, что меня немного подкосило. Давненько я не испытывал подобного. И вот только сейчас мне стало ясно, на что я согласился. В голове чётко представлялось, с чем столкнусь снова. Готов ли я к этому? Резко обернувшись, я бросил взгляд на путь, который уже прошёл. В памяти возник образ Алисы, уютных посиделок дома и приятных прогулок. Но всё остальное… Монотонные будни, обычная жизнь, никаких ярких чувств и эмоций. Уехать, вернуться туда? Там работа и дом, дни, тянущиеся вечность. Алиса – единственное яркое пятнышко в моей большой серой жизни. Но этого слишком мало, чтобы совершить выбор в её пользу.

И вот я стою на распутье с пониманием, что, сделав шаг вперёд к дому, я смогу спасти жизнь Вики, и, возможно, не только её. А ещё я чертовски хочу понять тайну этого места, если это вообще возможно, узнать, что произошло с Алексом, и просто пережить вторую незабываемую ночь в моей жизни. Постояв ещё немного и сделав глубокий вдох, я двинулся дальше в направлении к Дарк Гроув.

Совсем скоро я вышел на просторный земельный участок, не огороженный забором. Вся территория засеяна газонной травой, аккуратной и ровной, словно за ней кто-то регулярно ухаживает. А вокруг глухой лес. Тишину здесь нарушают только шум ветра, шелест деревьев и редкое пение птиц.

Не веря самому себе, я всматривался в двухэтажный ухоженный дом из серого кирпича с четырёхскатной крышей. Окна со встроенными рафшторами в цвет, уютная терраса возле входа. За домом виднелась пристройка из добротного тёмного дуба. Она плотно примыкает к задней стене. Думаю, там, как и раньше, хранятся различные инструменты и дрова. К особняку ведёт тропинка из красного камня, которая разветвляется посреди участка. Одна ветвь тянется к центральному входу, а другая показывает путь к озеру с пристанью. Отсюда этого не заметно, но мне уже известно, что это здесь есть. Вид предо мной пугающе красив, великолепен. Поразительно, как уместно и ненавязчиво в этом месте сливаются стили архитектуры девятнадцатого века и современности.

Времени на дальнейшее любование у меня не было, поэтому я поспешил к двери дома и схватился за ручку. Сердце начало бешено колотиться. Настигло чувство, словно за этой дверью меня ждут все мои друзья. Вот я её открою, а они тут празднуют и веселятся. Всё, что я видел, окажется всего лишь ужасным сном. Я не очень уверенно потянул дверную ручку вниз, но дверь не поддалась. Пришлось нажать ещё сильнее и толкнуть её вперёд, но она даже не шелохнулась. В этот момент мои мысли о якобы живых друзьях развеялись. Я отошёл от дома на расстояние десяти шагов, чтобы осмотреть его, особенно окна, вдруг какое-нибудь из них окажется открытым. Обойдя здание со всех сторон, я не обнаружил лазейки. Всматриваясь в оконные рамы, я думал, что как в книжных ужастиках сейчас увижу внутри кого-то, кто следит за мной, но дом выглядел пустым. Тогда я обернулся и всмотрелся в глухую чащу леса, отчаянно пытаясь увидеть среди деревьев что-нибудь подозрительное, или скорее кого-нибудь. Пару минут я проходился взглядом по стволам и кронам, но так ничего и не обнаружил. Сложно поверить, но атмосфера была спокойной и умиротворённой. Я понял, что чувство тревоги у меня прошло, а сердце уже не норовит выпрыгнуть из груди.

«Значит, ещё рано для всего этого», – подумал я, затем вновь направился к входной двери. «Ладно, самое время попробовать кое-что новое».

Я часто задумывался над физической или скорее энергетической составляющей этого места. Здесь творились жуткие мистические вещи, всё происходящее не вписывалось в наши законы физики, а значит, вывод прост: законы здесь другие. Это место насыщалось страхами, но что есть страх? Лишь эмоции и чувства, возникающие в мозге человека. Дарк Гроув питался ими, словно высасывая из нас эту энергию, а затем использовал против нас в десятикратной силе. Напуганный до смерти человек может даже забыть своё имя, он не думает в этот момент ни о чём, так как его мысли полностью поглощены происходящим. Переизбыток чувств, эмоции, хлещущие во все стороны и даже паралич. Всё это – огромный неистовый сгусток энергии, который переполняет испуганного человека. Дарк Гроув никого не щадил. Стоило тебе поддаться страху, и по щелчку пальца ты мог встретиться с ним с глазу на глаз наяву.

Но что, если, отбросить то зло, на котором ориентируется Дарк Гроув? Тогда всё произошедшее можно описать как нечто фантастическое или даже волшебное. Будто это мир, в котором желаемое материализуется. Так может быть, я, будучи полностью спокойным, не напуганным, уверенно следуя специфике этого места, смогу использовать его в своих интересах?

Мне вспомнилось, как три года назад, в одной экстремальной ситуации нужно было быстро покинуть комнату, но дверь, которая всего пару секунд назад была открыта, резко захлопнулась сама по себе на замок. Возможно, сейчас получится сделать наоборот? Я стою перед запертой дверью, и хочу попытаться заставить её открыться. Либо это будет нелегко, но, возможно, выйдет толк, либо у меня окончательно поехала крыша.

Я подошёл и взялся за ручку, закрыл глаза и несколько раз глубоко вздохнул. Выровняв дыхание, сосредоточился на двери. Многократно мысленно я представлял, как нажимаю на рукоять, и она поддаётся. Но ничего не происходило. Дверь оставалась запертой. Тогда я подумал, что стоит учесть все детали: цвет, узор дерева, форму ручки, все щелчки и звуки. Я закрыл глаза и стал усерднее раз за разом представлять, как открываю дверь, заставляя подсознание поверить в то, что она не заперта. Никуда не спеша, я сосредотачивался более минуты. Ни капли сомнения. Я аккуратно надавил на ручку и почувствовал, как тяжёлая преграда подалась вперёд. Неуверенно открыв глаза, я действительно увидел перед собой приоткрытую дверь, за которой прятался просторный холл. Произошедшее сейчас заставило меня впасть в оцепенение и одновременно поверить, что я не зря здесь нахожусь. Может, я научусь подчинять эту энергию, окутывающую Дарк Гроув, а с новыми силами и знаниями смогу сделать гораздо больше, чем три года назад. Однако сейчас ситуации позволила размеренно и спокойно попробовать управлять мыслями, но это сложно повторить в экстремальной и безвыходной обстановке.

Взглянув на часы, я понял, что времени у меня мало. Нужно быстро сделать то, ради чего я пришёл и выдвигаться в сторону остановки. Поспешно поднявшись по лестнице наверх, я пробежал по коридору и зашёл в самую последнюю дверь. Я помнил всё как свои пять пальцев, словно был здесь вчера. Пройдя внутрь комнаты, я зашёл за дверь. Отодвинув шкаф от стены, положил глок и три магазина в образовавшуюся пустоту внизу. Затем быстро задвинул тяжеленного великана на место и вышел из дома, закрыв дверь. Внутри я сделал всё, что хотел.

Потом я двинулся в сторону озера. Взгляд приковала знакомая мне пристань. Лениво облокачиваясь на толстые деревянные опоры, она растянулась над озером на метров двадцать. Довольно длинная штуковина. До другого берега очень далеко. Озеро было широким, но спокойным. Гладь воды еле-еле колебал размеренный ветерок. У пристани на берегу стоял маленький, хлипкий деревянный сарайчик без дверей. В нём на стене висели крючки со снастями и хозяйственным инвентарём. Я хотел убедиться на все сто процентов, что хорошо помню местность. Неважно, окажусь я конкретно тут снова или нет, но лучше перестраховаться. Тщательно осмотрев все инструменты в сарайчике, я вернулся по каменной тропинке обратно к дому.

Возле леса, прямо напротив входной двери особняка, стоял небольшой фонарный столб. К нему шли провода от соседнего столба, находящегося глубже в лесу. Оттуда приходило электричество, затем по проводам опускалось в белый квадратный ящик. Он был с замком, но ключ торчал в замочной скважине. Я открыл крышку. В ящике находился один-единственный автоматический выключатель. Тумблер был поднят вверх, а ниже был изображён значок, который говорил о том, что он включён. Если ночью его отключить, то в доме пропадёт свет, а в это будет катастрофически плохо. Такое случилось с нами в прошлый раз, и сейчас я надеюсь это предотвратить. Я прикрыл ящик и замкнул его, а ключ положил в карман. Пусть лучше он будет у меня, так безопаснее.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.