Алиса Климова
Невеста на замену

Глава 1

Аня

– Я не собираюсь возвращаться, Лен! – в который раз повторила я сестре. – Что там отец себе решил, мне всё равно! Это моя жизнь, и диктовать, как мне жить, я ему не позволю.

– Может, ты успокоишься?

Я остановилась, держа трубку у уха. Мимо, катя за собой чемоданы, прошла группа туристов.

– Пожалуйста, Лен, не надо меня успокаивать. И уговаривать вернуться не надо. Я просто попросила у тебя денег. Ты можешь мне перевести? Отец заблокировал все мои карточки, я ничего сделать не могу. Думала, он блефует, а он…

– Отец никогда не блефует.

Не согласиться с ней было тяжело. Папа, конечно, мог сказать что-нибудь сгоряча, но это бывало крайне редко и не касалось моих расходов. Только когда он пригрозил оставить меня без денег, я и подумать не могла, что через пару дней не смогу купить себе кофе! Хорошо, что в сумке была пара сотен наличных, а то бы опозорилась!

– Ну так что? У тебя есть свободные деньги?

– Деньги у меня есть. И я даже могла бы их тебе одолжить.

Я вздохнула с облегчением и хотела поблагодарить сестру, но она продолжила:

– Но я не одолжу. Хватит дурить, Аня. Возвращайся и помирись с отцом. Мама переживает за тебя, он тоже.

– Вижу я, как он переживает, – бросила я с досадой. Поймала взгляд подруги, стоящей возле стойки администратора. – Я тебя поняла. Спасибо за помощь, сестрёнка.

– Избавь меня от сарказма. Я как лучше хочу.

– Что ты, никакого сарказма! – воскликнула я, пытаясь усмирить замяукавшую в рюкзаке Ляльку. – Я тебе очень благодарна за заботу. Когда ты ко мне за помощью обратишься, я обязательно сделаю как лучше. Как я посчитаю лучше.

– Ань…

– Отстань, – перебила я. – Я тебя услышала. Всё, некогда мне.

С разочарованием и злостью сбросив вызов, я вернулась к подруге. Она уже всё поняла и сочувственно спросила:

– Не вышло?

– Да пошла она! – в сердцах ответила я. – Без неё справлюсь. Как, есть что-нибудь свободное?

– Только президентский люкс, – сказала Мира, выразительно посмотрев на меня, и протянула ключ-карту. – В нём обычно хозяин останавливается, когда приезжает, или его сын. Но я проверила – в ближайшую неделю их не будет.

– Ты уверена?

– Настолько, насколько могу быть уверена хоть в чём-то. Ни у Валерия Евгеньевича, ни у Ярослава Валерьевича нет привычки появляться внезапно. Я здесь уже четвёртый год работаю, и они всегда предупреждают минимум за две недели.

– Ладно-ладно, – махнула я под очередное испуганное «мяу» из-под мышки. Спасибо огромное. Я что-нибудь придумаю в самое ближайшее время.

– Ань, я тебя умоляю, только чтобы никаких следов не осталось. Выпусти ты свою кошку. Лето, ничего с ней не случится. Ты уже огребла проблем, мало тебе?

– Всё с номером будет в порядке, – сказала я решительно. – Ничего Лялька не сделает. Она совсем крошечная, ты посмотри. – Я сунула ей рюкзак, предварительно приоткрыв его.

Наружу мигом высунулась рыжая кошачья голова с непомерно большими глазами.

Лялька уставилась на Миру, Мира – на неё. Послышались голоса вновь прибывших туристов, и подруга поспешно засунула голову обратно. Вжикнула молнией. Рюкзак запищал.

– Всё, иди, – шикнула подруга. – Не светись только и вот это не свети. Лучше в ванной её спрячь. Я сделаю пометку, чтобы в номере не убирались. Сама, думаю, справишься.

– Справлюсь, – подтвердила я. – Не зря же я месяц тут отпахала.

– Отпахала она. Можно подумать, ты горничной работала без выходных и перерыва на обед, – передразнила подруга и натянула ослепительную улыбку, переключившись на туристов. – Добрый день, – заворковала она. Отель «Луна Гранд» приветствует вас. Вы бронировали номер?

Рюкзак стал шевелиться, и я отошла подальше. Посмотрела на ключ-карту. Чёрная, с выведенными золотым названием «Луна Гранд».

Четыреста одиннадцатый. Президентский люкс…

Да я бы хоть на месяц сняла этот люкс ещё пару месяцев назад!

– А всё из-за тебя, – сказала никак не желающей успокаиваться Ляльке и пошла к лифтам.

***

За месяц работы администратором побывать в президентском люксе мне не довелось ни разу. Выглядел он впечатляюще: гостиная с выходом на балкон, вид с которого был такой, что дух захватывало, главная спальня с огромной кроватью и ещё одна – поменьше и попроще, если можно так сказать.

Решив не мелочиться, я плюхнулась на президентское ложе и расстегнула рюкзак. Лялька вылезла с недовольным видом и принялась вылизывать тощие бока.

– Дорого ты мне обошлась. – Я погладила её, не дав закончить с гигиеническими процедурами.

Кошка выгнула костлявую спину, задрала хвост и не по размерам громко заурчала.

Итак, что мы имеем?

Я вывалила из второго кармана рюкзака всё, что там было: расчёска, косметика, пакетик жевательных мармеладок, оставшаяся от сдачи с кофе мелочь. Благо успела снять ещё немного денег с карточки, про которую отец вспомнил не сразу.

– Целое, блин, состояние. – Пересчитав, убрала обратно в кармашек. Семьсот рублей – можно ни в чём себе не отказывать.

Вещи я оставила у девчонок в доме для персонала. Выгнали меня за какие-то десять секунд, только и дав собраться. И какая овца сдала, что я прячу котёнка?!

Лялька привалилась к моему бедру. Кому она могла помешать?! Чтоб той твари пусто было!

– Мир, – позвонив подруге, быстро начала я. – Ты можешь…

– Что ещё? У меня нашествие, а ты…

– Я хотела сказать, дослушай.

– Ну?

– У тебя есть еда какая-нибудь? Мне надо Ляльку накормить. И сама я голодная. Мне либо выйти надо, либо…

– Всё, я поняла. Сиди где сидишь. Шальная, – процедила она напоследок и, прежде чем положила трубку, приветственно защебетала с очередными туристами.

– И ничего не шальная, да? – Я почесала малявку за ушком. Она довольно задрала голову, и я заметила на шейке чёрную блошку. Так, понятно. В список необходимого срочно нужно внести шампунь и капли от паразитов. Так или иначе, вечером придётся выйти. Президентский люкс, как никак, где хозяйский сын останавливается.

О Ярославе Смолове я была наслышана. Тот ещё надменный козёл. Вдобавок сексуальный, по словам девочек. Куда уж тут до земных блох?!

– Сейчас покушаем и ляжем спать, – сказала я мурчащей малышке. – А завтра… Завтра начнём думать, что нам делать дальше. Согласна?

Она боднула меня в ладонь. Что бы это ни означало, я решила, что мой план ей по душе. Вот и отлично. Ужин, сон, а потом новый день.

***

Новый день, правда, наступил быстрее, чем мне бы хотелось. От чего проснулась, не знаю. По сравнению с узкой постелью в доме для работников гостиницы, постель в люксе походила на взбитое облако.

Потянувшись, я тихо застонала от блаженства и напряглась. В коридоре кто-то был, а в следующее мгновение спальню озарил яркий свет.

– Что за хрень?

Услышав незнакомый мужской голос, я подорвалась и прижала к себе одеяло. В спальню, катя за собой чемодан, вошёл молодой мужчина. В стёклах его солнечных очков я увидела своё отражение. Чёрные джинсы, серый расстёгнутый пиджак, тёмные взъерошенные волосы, на лице лёгкая щетина. От него так и тянуло деньгами, сексом и высокомерием.

– Ты что тут делаешь, я спрашиваю?

Его низкий, с хрипловатыми нотками голос пробирал до дрожи. Щурясь, я сильнее прижала к груди одеяло. Сердце колотилось, язык прилип к нёбу.

– Я… Это ошибка! – Я подскочила с постели, едва не запутавшись в одеяле.

Он смерил меня взглядом, губы изогнулись.

– Н-да? – Оставил чемодан и пошёл ко мне. – Какая интересная ошибка…

Аня

Мужчина остановился в метре от меня. Кто он, я поняла сразу. Ярослав Смолов, которого тут, по словам Миры, не должно было быть ни при каких обстоятельствах.

– Я сейчас уйду. – Я попыталась обойти его.

Он преградил мне путь.

– Уйдёшь ты, когда мы разберёмся, что за чертовщина происходит!

В голове вертелось множество мыслей, но вразумительного ничего не придумывалось. Дурацкий организм! До утреннего кофе я никогда ничего не соображала, а сейчас ум так и вовсе ушёл в отставку! Спать хотелось жутко. Рассвет только-только занимался. Сколько сейчас времени, учитывая, что на календаре июнь, а мы в Сочи?! Он что, рехнулся – прикатывать посреди ночи?!

Я переводила взгляд с предмета на предмет, судорожно соображая, что бы наплести.

– Я просто… Я вчера сильно задержалась и… В общем, я уже ухожу, – сказала и, подтянув повыше одеяло, схватила с угла постели брошенную вчера футболку.

И тут из-под кровати появилась Лялька. Сонно жмурясь, она потянулась. Попробовала поточить крохотные коготки о ковёр.

– Мяу! – пискнула, посмотрев на Ярослава, и пошла к нему.

Смолов бросил взгляд на малышку. Хоть глаз я его не видела, гнев почувствовала кожей. Вернувшись к двери, он захлопнул её, окончательно отрезав мне путь к отступлению. Снова посмотрел на Ляльку, и губы его искривились. Я снова увидела своё отражение в стёклах очков.

Сняв пиджак, Смолов бросил его на диван. Расстегнул браслет часов и положил их на столик. С каждой секундой я напрягалась всё сильнее.

Интуиция подсказывала, что я влипла. Одна из девочек говорила, что у него пунктик на животных (он их не переносит), вторая – что он и к людям не лучше относится, а третья – что он та ещё сволочь. Но все склонялись к одному: лишний раз на Ярослава Смолова лучше не нарываться, ничем хорошим это не кончится. А я стояла в его гостинице, в его номере почти голая, и рядом не было никого, кроме котёнка, помещавшегося у меня на ладони.

– Мне нужно одеться, – сказала я раздражённо, сгребла остатки своих вещей и пошла к двери.

Внезапно Ярослав развернулся, схватил меня и толкнул обратно к постели. Я едва не вскрикнула от неожиданности. У него что, глаза на затылке?!

– Я сказал, что ты никуда не пойдёшь, пока мы не выясним, кто ты такая и что тут делаешь, – сказал он с угрожающим спокойствием, нависая надо мной.

Я толкнула его.

– Пропустите меня! Я не буду с вами разговаривать, пока не оденусь!

Он схватил меня за локоть.

– Ты ничего не путаешь? – Голос зазвучал вкрадчиво, в стёклах так и мелькало моё отражение.

– Нет!

До безумия хотелось сдёрнуть с этого надменного засранца очки. Я сдержалась. Что-то было в нём такое, что вызывало во мне настороженность и даже пугало.

Он рассматривал меня, а мне было до такой степени неуютно, что в горле встал ком. Смолов был выше меня на целую голову, пахло от него смесью утренней свежести, мятных леденцов и бергамота.

Я вдохнула и задержала дыхание. На его губах появилась снисходительная улыбка, на щеке – ямочка.

Я очнулась.

– Дайте мне…

– Мяу, – раздалось снизу.

Лялька боднула Смолова в ногу, потёрлась о него, развернулась и потёрлась снова. Ярослав выругался сквозь зубы. Хватка его на секунду ослабла, и я вырвала руку.

Решив, что подумаю обо всём потом, я ринулась в ванную и, оказавшись внутри, заперла замок. Выдохнула, вот только мысли яснее не стали, зато сердце колотилось, словно безумное. Повернулась к зеркалу: волосы растрёпаны, глаза по пять рублей, плечи голые, а пальцы судорожно сжаты на одеяле.

Простояв с минуту и придя к заключению, что ломиться ко мне Смолов не собирается, я до предела вывернула кран. Набрала в руки холодной воды и плеснула в лицо. Может, хоть это поможет собраться? Жаль, что в президентском люксе не предусмотрен краник с кофе.

Открыла одноразовый набор с пастой и щёткой. Щётка упала в раковину, вода брызнула на меня. Но зубы я всё-таки почистила.

В дверь резко стукнули.

– Можешь сидеть там, сколько хочешь, – с насмешкой сказал Смолов. – Это тебе не поможет. В номере есть вторая ванная, так что я обойдусь. Только от твоей твари придётся избавиться.

И опять воцарилась тишина.

Я оделась, расчесала волосы и собрала их в хвост оставленной на полке резинкой. И умудрилась же именно вчера надеть самую дурацкую из всех своих футболок! Оранжевая, со смайликом. Увидела её с неделю назад на лотке на набережной и не удержалась, купила.

Прошла по ванной туда-сюда, постояла… Не вечно же мне тут сидеть, в самом деле!

Собравшись с духом, я отперла замок и….

– Ты спятил?!

Подлетела к Смолову, державшему Ляльку за шкирку на вытянутой руке, и выхватила котёнка. Прижала к груди и наградила придурка гневным взглядом.

– Давай я тебя так схвачу! Ещё и встряхну!

– Попробуй.

Смолов надменно усмехнулся и поднял очки. Глаза у него были орехово-карими, взгляд – наглым.

Я инстинктивно погладила напуганную малышку. В глазах Смолова плясали ехидные смешинки. Вот же козёл! Ленки здесь нет! Она вечно в таких вот умудрялась влипать, а потом ныла, что нарвалась на гада!

Я посмотрела на Ляльку и убедилась, что она в порядке.

На физиономии Смолова читалось отвращение, смешинки из глаз исчезли, на скулах выступили желваки.

– Не нашёл себе противника по силам? Выместил злость на котёнке и рад?! А что он ни при чём, тебе вообще плевать, правда?! Что молчишь?! Я вышла, давай поговорим! Ты же так жаждал!

– Ты не оборзела? – огрызнулся он.

– Не оборзела!

Мы с Ярославом с минуту рассматривали друг друга. Я так и чувствовала, как он изучает меня. Словно он не смотрел, а касался, ощупывал. Стало жарко, но прятаться было некуда.

– Ты так и не ответила, кто такая, – наконец сказал он.

– Я тут работаю. Работала…

– Так работаешь или работала?

Губы его искривились в надменной ухмылке. На щеке появилась ямочка, в глазах – блеск. Я встречала многих похожих на него, но в Смолове было и нечто особенное. Этакий обаятельный мерзавец, которого хочется придушить.

– Работала, – сказала спокойно, насколько могла. – Вчера мне дали пинка под зад. Видимо, нелюбовь к животным распространяется на каждого самого мелкого начальника в этом отеле. Теперь я догадываюсь, откуда у неё ноги растут.

Он скривился, но ничего не ответил.

– Кто я, думаю, объяснять тебе не нужно?

Я поджала губы. Лялька уцепилась передними лапками за мой палец и стала точить о него зубки.

– Так не нужно? – переспросил Смолов.

– Не нужно, – прошипела в ответ.

– Отлично.

Он снял сдвинутые на голову очки и положил на стол рядом с часами, отошёл к окну и распахнул его. Я услышала плеск волн и крик чаек. Солнце поднималось всё выше, но воздух был ещё прохладным и бодрил.

Ярослав провёл рукой по взъерошенным волосам и тряхнул головой. Я вдохнула солёный запах моря и подумала о доме, о сестре. Как-то само собой подошла к Смолову, и он тут же повернулся ко мне и дёрнулся.

– Убери это подальше, – бросил, посмотрев на Ляльку.

– Как можно так ненавидеть животных? Вот просто объясни?

Он стиснул челюсти. Глаза сверкнули, на скулах снова выступили желваки.

Ярослав пристально смотрел на нас с Лялькой. Она уже забыла о страхе и начала теребить лапкой мой кулон. Подтянула и потащила в рот. После вчерашнего купания пахла она вкусно, а шёрстка была мягкой. Я зарылась пальцами. Покачала головой и пошла к постели. Взяла рюкзак и закинула на плечо.

– Далеко собралась? – донеслось мне в спину.

– Не твоё дело.

– Почему же? Ты в моём отеле, в моём номере. Мы можем позвать охрану, но я бы предпочёл обойтись без этого.

Я обернулась.

– Давай я уйду, и мы забудем друг о друге раз и навсегда. Как тебе такой вариант? – спросила грубо.

– М-м… – Он сделал вид, что раздумывает. – Нет, не пойдёт. Не каждый день находишь в своей постели голую девушку.

– Я была не голая! – воскликнула раньше, чем подумала, и стушевалась. – Не совсем голая.

Смолов усмехнулся. Я отругала себя – он специально же меня вывел!

Никогда не робела перед мужчинами, а тут почувствовала себя беззащитной. Если бы не тёплый комочек на руках, это ощущение было бы куда сильнее. Но Лялька как будто придавала мне уверенности.

– Сейчас мне принесут кофе. Не люблю пить кофе в одиночестве.

– И чем я должна тебе помочь? Чашку придержать или сахар помешать? Или рядом посидеть в качестве поддержки, а то вдруг не справишься??

Он подошёл ближе сам. Ворвавшийся в спальню ветерок обдал мои руки, я опять уловила запахи мяты и бергамота. Я заметила на радужке глаз Ярослава медовые крапинки. На шее у него была родинка, на футболке – лейбл знаменитого бренда.

Лялька царапнула меня, играя с подвеской, ткнулась в ключицы, а я не двигалась с места.

– Отпусти ты уже эту доходягу. Ничего я с ней не сделаю, если лезть не будет, – сказал он.

– Обойдёшься. Так что? Мне с тобой рядом посидеть?

– Мы перешли на «ты»? Неплохо. И было бы совсем замечательно, если бы ты представилась.

– Зачем? Я тебя в первый и последний раз в жизни вижу.

– Какая самоуверенная.

– Какая есть, – бросила я.

В дверь постучали. От неожиданности Лялька рванулась у меня из рук. Перехватить её я не успела, она вывернулась и бросилась к Смолову. Он отшатнулся, ударился ногой о постель, выматерился и схватился за меня.

Я вскрикнула и полетела за ним… На него.

– Любишь быть сверху? – сипло спросил он, держа меня за руку.

Я лежала прямо на нём, наши лица разделяло всего несколько сантиметров. Слова застряли в горле, крапинки в его глазах сверкали.

– Прикольный смайлик. – Он опустил взгляд на мою футболку, прямо на грудь.

Я вспыхнула и поспешно поднялась, пытаясь отдышаться. Лялька, будь она неладна! Дорого она мне обходится! Ой, как дорого!

Глава 2

Аня

Один только запах кофе стал для меня живительным эликсиром. Если бы Смолов заказал одну чашку, я бы его убила, и любой справедливый суд меня бы оправдал. Но чашек, слава богу, было две.

– Аня, – сказала я, протянув ему руку. Он приподнял бровь. – Ты спрашивал, кто я – говорю: Аня.

– Это многое объясняет. – Он сделал глоток и всё-таки сжал мою ладонь.

От прикосновения на коже выступили мурашки, показалось, что по венам вместе с кровью побежал ток, и я едва не отдёрнула ладонь. Понял что-то Ярослав или нет, не знаю, только взгляд стал внимательнее.

– А теперь объясни, как ты тут оказалась.

Я чуть не вякнула про Миру. Вовремя прикусила язык и заполнила паузу кофе.

– Я администратором работала, – сказала вполне честно. – Жила в доме для сотрудников, а потом… – Посмотрела на шуршащую пакетиком от сахара Ляльку.

– А потом ты подобрала… это, – закончил Ярослав.

– У «этого», как ты выражаешься, есть имя. Её зовут Ляля. И да, я её подобрала. Или считаешь, я должна была бросить крохотное существо на улице в дождь? А если бы…

– Всё-всё! – Он поднял руку ладонью вверх. – Замолчи.

Я насупилась.

– Все сотрудники, насколько я знаю, подписывают договор. Ты тоже должна была его подписать. Там ясно сказано, что проживание с животными запрещено. Разве нет?

Я решила не отвечать. На стенке туалета тоже написано, блин!

– У вас дебильные правила, – всё-таки выплюнула я.

– Так тебя сюда силой никто не тянул.

Он, конечно, был прав, только легче мне не стало. Хорошо, что кофе оказался крепким и горячим. Мозг выходил из режима ожидания, сон отступал, а сил стало значительно больше. Даже Смолов стал казаться не таким напыщенным индюком, как десять минут назад.

– У тебя губа не дура, – заметил он с усмешкой. – Не много не мало – президентский люкс.

– На фиг мне твой люкс не сдался. Просто он был единственным свободным номером. Не беспокойся, допью кофе и уйду.

Он прищурился, взгляд его мне не понравился. Было понятно, что он о чём-то размышляет.

– Как понимаю, тебе нужны деньги?

– С чего ты взял?

Он осмотрел меня, задержался на футболке и остановился на лице. В глазах так и читалось «по тебе видно». Во мне стало нарастать раздражение. Рядом с постелью валялся рюкзак от знаменитого дома моды, а он оценил меня по дурацкой футболке!

Я было открыла рот, чтобы ответить, куда он может засунуть свои оценки, но Ярослав опередил меня.

– У меня к тебе есть предложение.

– Что ещё за предложение?

– Поживёшь тут со мной.

Я чуть кофе не подавилась.

– С какого перепуга?

– У нас с отцом возникли разногласия относительно моего будущего. Рано или поздно он приедет сюда, чтобы прочистить мне мозги.

– А я тут при чём?

– Представим тебя моей невестой.

Я едва не подавилась кофе во второй раз. Смотрела на него с недоумением, пытаясь понять, серьёзно он или бредит.

Ярослав отломил кусок от шоколадки и целиком сунул в рот. Хлебнул кофе. Я не сводила с него взгляда. Похоже, он и правда серьёзно.

– Какие-то проблемы? – спросил Смолов с таким видом, как будто только что предложил мне погладить его рубашку.

– Нет, что ты! Никаких проблем! Пожить с тобой в твоём номере, изобразить невесту перед отцом… Какие проблемы?!

– Ну да, невесту, – подтвердил он. – По крайней мере, пока.

– Пока?! А дальше что?! Жену свою попросишь меня изобразить?!

– Вряд ли до такого дойдёт, не переживай.

Я поднялась с постели, не забыв прихватить с собой кофе.

– Слушай… – Ярослав тоже встал. – Тебе нужны деньги, мне нужно, чтобы батя расслабился и отвязался от меня. Я помогаю тебе, ты помогаешь мне. Не вижу ничего криминального.

Я было хотела объяснить, что мне его помощь не нужна, но поймала снисходительный взгляд и задумалась. Денег у него навалом. У отца – сеть пятизвёздочных отелей на Чёрном море, в крупных городах России и ещё несколько – за её пределами. А я… У меня только дурацкая футболка и кошка.

Я аккуратно, не привлекая внимания, задвинула рюкзак под кровать.

– Свою кошку на улицу я не выгоню, – категорично сказала я.

– Так ты согласна?

– Не знаю. Но кошка в любом случае останется со мной.

– А если мы её пристроим?

– Нет. Я иду с кошкой в комплекте.

Он хмыкнул. Куда он смотрит – на смайлик или мою грудь – было непонятно, но кофе в любом случае стал казаться обжигающим.

В углу что-то заскреблось.

– Это ещё что… – Ярослав окрестил Ляльку такой нецензурщиной, что у меня уши чуть не свернулись.

– Она просто покакала. Она маленькая. Это как маленький ребёнок.

– Маленькие дети ходят в подгузниках!

– Ты предлагаешь надеть на неё подгузник? – Я глянула на него, взяв с подноса салфетку. – Что ты такой нервный? Нашёл трагедию.

– А она не может гадить в туалете? Или куда им там положено гадить?

– У неё есть лоток, но она не всегда его находит.

Под грозным взглядом Смолова я убрала за Лялькой. Уединение на несколько секунд в ванной помогло мне чётко разложить всё по полочкам. Поймала своё отражение в зеркале. Какая же классная у меня футболка! Как хорошо, что я вчера надела именно её!

– Так, я согласна, – объявила я, вернувшись в комнату. – Но у меня есть условие.

– Да хрен с ней, с твоей кошкой. Только пусть сидит там. – Он показал на вторую комнату. Или в гостиной.

– Ещё одно условие, – проигнорировав, сказала я. – Я знакомлюсь с твоим отцом, говорю всё что нужно, играю кого нужно. А потом ты знакомишься с моим.

– А с твоим что не так?

– Ну… Он считает меня неудачницей.

– Хочешь продемонстрировать ему богатого парня? – понимающе сказал Ярослав.

– Что-то вроде того.

Подробности Смолову знать было не обязательно. Самодовольство его так и зашкалило, радужка сверкнула янтарными огоньками.

– Пойдёт. – Он протянул мне руку. Пожимать её я не торопилась.

– И да, Ярослав, мне нужны деньги.

– Это без проблем.

– Тогда договорились.

Я протянула руку в ответ, и он сжал мои пальцы. Дурацкие мурашки… Дыхание на миг остановилось, наши с Ярославом взгляды встретились. Кажется, я только что сделала что-то не очень умное. А может, наоборот.

Аня

Из ванной слышался шум льющейся воды. Ярослава не было уже минут двадцать, но вместо того, чтобы детально обдумать собственное положение, я смотрела на его пиджак и обдумывала, как буду жить с ним в одном номере. Не с пиджаком, разумеется, а с его хозяином.

– Ты кушать хочешь? – спросила я у трущейся о меня Ляльки.

Киса задрала голову и, мяукнув, продемонстрировала мне розовую пасть. Ну да, дурацкий вопрос! Если я уже голодная, чего говорить о малявке?!

На подносе остался квадратик шоколадки, из которой я не съела ни кусочка, несколько пакетиков сахара и пустые чашки. Хороший набор, ничего не скажешь.

– Ладно. – Я поднялась. – Сейчас всё организуем.

Сняв трубку телефона внутренней связи, я набрала номер ресепшена.

– Мне нужна доставка в президентский люкс, – сказала, как только на том конце раздалось невразумительное бухтение.

– Да, слушаю. – Бухтение как по волшебству трансформировалось в готовность услужить. Надо же, какой сервис!

– Мне нужна еда для котёнка.

На том конце воцарилась тишина.

– Для котёнка?

– Да, для котёнка. И чем скорее, тем лучше. Мой котёнок очень проголодался.

– Д-да… Ещё что-нибудь?

Я посмотрела на закрытую дверь ванной. Я же вроде как девушка хозяйского сына. Так зачем в чём-то себе отказывать?

– Да…

Я продиктовала всё, что пришло в голову. Правда, пришло не так много, видимо, чашки кофе после насыщенного утра оказалось маловато. Я заказала ещё одну себе и своему новоиспечённому молодому человеку.

– Всё запишите на счёт Ярослава, – добавила в конце. – Ярослава Смолова.

– И что ты записала на мой счёт? – раздалось позади.

Я порывисто обернулась. Обнажённый по пояс, Ярослав опирался рукой о дверной косяк гостиной. Волосы были влажные, штаны болтались на бёдрах. Поджарый, ничего лишнего, тёмные колечки волос на груди, убегающая под резинку штанов дорожка…

Я забыла обо всём на свете.

– Ты сказала, чтобы что-то там записали на мой счёт, – напомнил он, оттолкнувшись от косяка.

– А.. Я… – Дар речи возвращался медленно. – Кофе.

– Кофе? – переспросил он, остановившись совсем близко.

– Кофе. Ну и так…

Он подошёл ещё ближе, но я вовремя увернулась. Мозг прояснился, хотя голый торс так называемого жениха никуда не делся, и его нацеленный на меня взгляд тоже. – Я пью много кофе, – сказала я, вздёрнув подбородок. – О-о-очень много.

– Много кофе вредно.

– Ничего страшного, переживу.

Официант вкатил в номер тележку и ушёл. Я подняла крышку с блюда и услышала смешок за спиной.

– Отличный кофе, – сказал Ярослав.

На блюде стояла пиала со сливками, перемолотое мясо, отделённая от костей рыба, а рядом – баночка кошачьих консервов. Кофе на тележке тоже был, а ещё – салат и выпечка.

Проигнорировав Смолова, я взяла пиалку и поставила на пол.

– Это всё тебе, – погладила подбежавшую Ляльку.

– Она треснет.

– Это ты треснешь. За неё не переживай.

Никак это не прокомментировав, Смолов взял оба кофе и вышел на балкон. Я пошла за ним. Прямо перед нами было бесконечное море, до самого горизонта – взбудораженная лёгкими волнами вода.

– Расскажи мне про себя. – Ярослав подал мне чашку.

– Зачем?

– У нас с тобой договор, забыла?

– В нём не было ничего про стриптиз.

– Про стриптиз? – хмыкнул Смолов.

– Ну да… Не помню ничего про откровения. Ни про душевные, ни про личные, ни про семейные. И, кстати, ты так и не сказал, сколько мне заплатишь.

– Хватка у тебя, что надо, – ответил он, предварительно отпив кофе. При этом он всё рассматривал меня, но уже по-новому. – Сразу видно, своего не упустишь. Хочешь жить – умей вертеться? Так?

– Именно. У меня же нет богатого папочки вроде твоего.

– По тебе заметно. – Он дотянулся и щёлкнул по смайлику. Я посмотрела с возмущением, и его это позабавило. – Так что, расскажешь о себе?

– Что тебе рассказать?

– Например, откуда ты.

– Тебе не всё равно?

– Раз спрашиваю, нет.

Я чуть не ляпнула, что мы живём рядом с Москвой. Но появившаяся на пороге балкона Лялька напомнила, что случилось. Первым, что пришло в голову, был городок, где родилась мама.

– Я из Таганрога, – ляпнула я. – Не совсем из него… из пригорода. Что ещё?

– Почему в Сочи решила поехать?

– Разве это имеет отношение к тому, что я теперь твоя невеста?

– Нет. Мне просто интересно.

– Да так… – вздохнула я. – Там всё надоело. Ну и сказала же – моя семья считает меня неудачницей. Из института выгнали, в личной жизни по нулям, с работой тоже так себе… – Врала и диву давалась, как у меня получается так складно. – А тут ещё сестра парня домой привела. У нас двушка-малогабаритка. Ну и представь…

– Можешь не продолжать, – остановил он, не дав мне толком войти во вкус. – Тебе со мной прямо-таки повезло.

– Так же, как тебе со мной.

– Предлагаю за это выпить. – Он приподнял чашку с кофе.

– Ты ещё не сказал, сколько будешь платить.

– Десятку за день. Устроит?

– М-м… – Я нахмурилась. – И на сколько дней у нас договор?

– На столько, на сколько хватит терпения у моего отца.

– А на сколько у него хватит терпения?

– Да хрен его знает, – ответил Ярослав и посмотрел на море.

Я тоже. На камнях у воды сидели чайки, людей на пляже не было. Конечно, учитывая, что этот кусок берега предназначался исключительно для гостей люкса.

– Я коснулась чашки Смолова своей.

– Пятнадцать – и сойдёмся.

– А ты не охренела?

– Не-а. Не нравится – могу уйти.

На щеке его снова появилась ямочка.

– Буду расценивать это как благотворительность, – ответил Ярослав и ещё раз коснулся моей чашки. – Согласен.

Глава 3

Аня

– Мне срочно нужна твоя помощь, – объявила я, как только Мира открыла дверь.

– Что опять?

– Всё потом.

Подруга в недоумении отступила, и я влетела в квартиру. Налопавшаяся до отвала Лялька свернулась клубочком и уснула, Ярослав ушёл, не сказав, куда и на сколько, а я поехала за своими вещами в дом для персонала. Только глядя на чемодан того же лейбла, что и чемодан Смолова, поняла: вещи надо где-то оставить, иначе будет полная лажа.

– Поставь его куда-нибудь, – попросила я, выдвинув чемодан вперёд. Пусть у тебя побудет какое-то время.

– А чем тебя твой гостиничный номер не устраивает?

– Ну… – Сказать про Смолова я не решилась. – Мало ли. Вдруг нагрянет хозяин, и мне срочно придётся эвакуироваться? Представляешь себе, как это будет выглядеть с кошкой?

Подруга вздохнула, глядя на меня, как на малахольную. Но чемодан всё-таки взяла и покатила по узенькому коридору. Квартира у неё была крохотная, да ещё и на двоих со старшим братом. При другом раскладе можно было попроситься на постой к ней, но куда уж тут!

Я протиснулась за ней в комнату.

– Уф… – Взялась за край футболки и поболтала им. – Жара сегодня. Я вся взмокла в этой дурацкой маршрутке. А ещё твой третий этаж…

– Так переоденься. На фига ты штаны напялила? Ещё бы горнолыжки надела и жаловалась. У тебя нет ничего полегче?

– Да как-то не особо… Была юбка, но я пролила на неё чай и пока не отстирала. И потом…

Подруга отмахнулась. Да, в последнее время у меня всё шло наперекосяк. Объясняй – не объясняй, а результат налицо.

Мира распахнула шкаф, я подошла к ней.

– Сейчас посмотрим, что можно тебе найти, – сказала она, перебирая одежду на полке.

В руках у неё появилась футболка, но Мира отложила её, перешла на другую полку. Я подвинула несколько вешалок.

– Вот! – Вытащила серо-голубое платье. – Самое оно.

Мирка уставилась на меня, как на охреневшую, а потом забрала вешалку.

– Нет, Ань. Давай не это. Я его в позапрошлом году купила на распродаже. Знаешь, сколько я его пасла? Боялась, что размера не останется.

Платье она сжимала так, словно я собиралась отнять его.

Я раскрыла свой чемодан и, порывшись, вытянула платье нежно-розового цвета с пояском. Приложила к Мирке.

– По-моему, это пойдёт тебе больше, – сказала уверенно. – Давай меняться.

Мира недоверчиво взяла у меня платье и посмотрела. Провела пальцами по ткани и, добравшись до ярлычка, округлила глаза.

– Это что, «Прада»? – с благоговением спросила она.

– Угу. Оригинал, не подумай ничего такого.

Озадаченность Миры стала абсолютной.

– Кто ты, женщина?! Я вообще ничего не понимаю! То тебе жить негде, то… – Она приподняла розовое платье и прижала к себе уже оба.

Я потянула серо-голубое за кончик, справедливо расценив, что имею полное право присвоить его.

– Кто я – неважно. Главное, кем я должна быть сейчас. А сейчас я должна быть самой обычной девушкой из пригорода Таганрога. Ты посмотри, может, у тебя там найдётся пара маечек с катышками? И ещё какие-нибудь шорты? Кажется, у меня была футболка от «Дольче и Габбана», тебе бы она подошла. Такая, подожди… – Я присела рядом с чемоданом и распотрошила остатки вещей. Достала футболку. – Вот, посмотри. А ещё… – Порылась снова. – Это «Диор». Не знаю, пользуешься ты кошельками или нет, но он удобный. В любую сумку поместится.

Мирка не двигалась с места. Потом всё так же молча отошла от шкафа и кивнула на него.

– Бери что хочешь, – сказала она глухо. – Можешь и шкаф забрать. А я… Я лучше чайник пойду поставлю. А то у меня стресс.

***

Через десять минут я пришла к Мирке со стопочкой вещей.

– Вот. Что из этого мне можно взять?

Она глянула на меня мельком, не задерживаясь на одежде.

– Садись, – указала мне на табуретку с мягкой подушкой-жабой.

Я села.

– А теперь говори, – потребовала она. – На фига тебе эти тряпки?

– Чтобы изобразить невесту Смолова.

Мира вскинула голову. Кипяток из чайника полился мимо чашки, и подруга быстро поставила его на стол.

– Невесту кого?! Смолова?!

Я кивнула.

Мира шлёпнулась на соседний табурет.

– Кто-то из нас сошёл с ума, – заключила она. – Либо ты, либо я. Но ещё с утра мне казалось, что я в порядке, да и ты умалишённой не выглядишь.

– С нами обеими всё в порядке. Просто… люкс оказался не таким уж и свободным, а Смолов-младший вполне способен свалиться как снег на голову. Это тебе на будущее.

– Хочешь сказать, он был в номере?! – ужаснулась она. – Подожди… Так ты мне вечером звонила, его не было. Тогда…

– Вечером его не было, а ранним утром на рассвете… – пропела я невпопад.

Вымученно посмотрела на подругу, отбросила шутки и стала пересказывать ей последние события, опуская излишние подробности. Десять минут спустя моя чашка была пуста, а Мирина так и стояла полная. Пока я бегала с вещами по солнцу, так запыхалась, что готова была залпом выпить ведро.

– Ну вот, – закончила я. – Как-то так.

– Охренеть. И что, ты реально будешь жить с ним в одном номере?!

– А что мне ещё делать? Спать в одной постели с ним меня это, слава богу, не обязывает.

Подруга сделала выразительную мордашку.

– Ох, а я бы на твоём месте… Он же красавчик! Такого увидишь – уже коленки дрожат. А голос у него…

– О господи! Ты бы с моей сестрой подружилась. У неё тоже от таких вот красавчиков ноги подкашиваются, а потом глаза краснющие.

– Почему?

– Да потому что у этих красавчиков на лбу неоновая надпись «засранец», только вы её в упор не видите.

Подруга открыла рот, но у меня зазвонил телефон. Отец! Я сбросила вызов и отключила звук. Хотела убрать телефон в карман и едва не застонала.

– Мир, – позвала я елейным голоском. – А ты хочешь айфон? Новенький, последней модели, с огромной памятью и смотри каким красивым чехлом? – Я покрутила телефон. – А ещё у меня наушники есть. Хочешь?

***

Одно колёсико у сумки постоянно заедало, и мне приходилось буквально тащить её за собой. Никакого фитнеса не нужно! Неудивительно, что Мирка в отличной форме: месяц с сумками по лестнице, пара поездок с багажом, и готово!

– Не тяжело?

Я вынырнула из мыслей и наткнулась на своё отражение в его очках.

– Нормально.

– Нормально, так нормально, – ответил он. – А то хотел помощь предложить.

– И что же не предложил?

– Так тебе нормально.

Я бросила на него презрительный взгляд и втащила сумку в вертушку. Чтобы вовремя выскочить в холле, пришлось поднапрячься. Но только я подумала, что всё прошло успешно, колёсико застряло. Я дёрнула сумку на себя, и вертушка закрутилась дальше… вместе с отскочившим колесом.

– Уверена, что нормально? – насмешливо спросил Ярослав.

Я молча вручила ему выдвижную ручку и пошла к лифтам. Я же его невеста! С какой стати мне тяжести таскать?!

***

Люкс был прибран, словно я только что в него вселилась. Свежее бельё, новые тапочки. А вот вазы с фруктами на столе в гостиной вчера не было, как и баночек с холодным кофе.

Сонно потягиваясь, навстречу мне вышла Лялька.

– Я же сказал, чтобы ты держала её в комнате, – недовольно сказал Ярослав у меня за спиной.

– Тебя всё равно не было.

– Но сейчас я тут.

– И что? Объясни мне, чем она тебе мешает? Вот чем?!

– Да ничем, – процедил он.

– Ничем – значит, ничем, – язвительно ответила я, припомнив сцену у гостиницы, и, подхватив малышку на руки, почесала за ушком. Взглянула на Ярослава, изогнув бровь.

Он уставился на меня так, словно покусать хотел. Ещё немного, и пар бы повалил из ноздрей.

– Смотри не лопни от злости, – бросила я и, взяв из вазы самый большой и румяный абрикос, пошла к себе.

Хотелось бы знать, на сколько хватит терпения у Смолова-старшего. У моего отца, например, терпение было железным. Сам он за месяц позвонил мне только дважды – в самом начале и сегодня. Ни одного сообщения, о попытках приехать за мной, чтобы вернуть, и говорить нечего! Ну конечно! Он же уверен, что рано или поздно я сама вернусь с поджатым хвостом! Куда же я без дорогущих шмоток?!

Посмотрела на лежащую у меня на коленках малышку, на платье. Нет уж, пап, мне и так нормально. Сам выходи замуж хоть за партнёра своего, хоть за его сына! Или вон… Ленка пусть выходит.

Ярослав сидел на балконе с ноутом. Я с минуту постояла, глядя на море. На закате оно было совсем другим: тихим, величественным.

– День прошёл, – сказала, повернувшись.

Ярослав оторвался от компьютера и медленно поднял на меня взгляд.

– День прошёл, – повторила я и протянула руку. – Гони пятнадцать штук.

– День будет завтра, – отрезал он и снова начал печатать.

– Завтра будут сутки. – Я подошла и взялась за крышку ноута. – Ты говорил про день. Мне нужны деньги, Смолов.

– И зачем они тебе? Можешь заказать в номер всё, что тебе нужно.

– А если мне средство от глистов для кошки нужно, тоже в номер заказать?

– У неё ещё и глисты?!

– Нет у неё никаких глистов! – зло ответила я.

Смолов смерил меня недовольным взглядом и взял мобильный.

– Номер карточки говори. Или телефон.

– У меня нет карточки.

Он посмотрел так, словно я с луны свалилась. Ну да, понимаю! Но не объяснять же ему, что все мои карточки заблокированы!

С шумом отодвинув плетёное кресло, Ярослав встал и ушёл в номер. С моря подул ветерок, стало прохладно, и я пошла за ним. Нашла его в спальне.

– У меня только пять, – сказал он. – Остальное завтра сниму.

– Снимай с запасом, – ответила, забрав деньги.

Пятнадцать за день… Это сколько выходит за месяц?

– М-м-м… – протянула я, определив сумму.

– Что? Сказал же, завтра сниму. Или сегодня вечером спущусь к банкомату. Сейчас мне не до этого, Аня.

– Да я не о том.

– А о чём?

– Знаешь, мне нравится работать подсадной уткой для твоего отца. Зарплата, по крайней мере, получше, чем у администратора отеля. – Я пошуршала купюрой и убрала в карман. Улыбнулась. – Расслабься, Ярослав. Не такая уж я и меркантильная, как ты думаешь. Но…

– Хочешь жить – умей вертеться.

– Точно. Раз уж мне попался олигарх вроде тебя, чего бы этим не воспользоваться? Тем более ты сам предложил.

Напряжение между нами ослабло.

– Тебе идёт это платье.

– Спасибо. Купила пару лет назад на распродаже. Знал бы ты, как я его пасла! Боялась, что моего размера не останется, но мне повезло.

Он хмыкнул. С Миры я взяла обещание, что она под пытками ничего никому не расскажет про меня и Смолова. Она пообещала в обмен на ответное обещание, что я никому и никогда не скажу, откуда у неё платье от «Прада». Само собой, я пообещала, и на этом мы сочли обмен обещаниями законченным. В раздолбанной сумке у меня лежал стратегический запас: две майки, футболка, сарафан и даже спортивный костюм. Напоследок подруга выдала мне босоножки и потрёпанные жизнью шлёпки – самое необходимое на первое время.

– Мне нужно работать, – сказал Ярослав и пошёл обратно.

Я направилась за ним. Сидеть без дела было скучно, плазма в половину стены меня не впечатляла. Разве что пойти по набережной прогуляться. Благо что деньги на мороженое у меня теперь есть.

***

– Чёрт тебя подери, пошла отсюда! Пошла, сказал!

Я бросилась к балкону. Что-то громыхнуло, Лялька пискнула и пулей промчалась мимо меня.

– Мать твою! – гаркнул Ярослав.

На полу валялась открытая бутылка с водой. Фальшивый жених тряс ноутом, и, судя по летящим брызгам, не просто так.

– Эта тварь перевернула бутылку! – сверкая глазами, заорал Смолов. – Дрянь! Я её утоплю.

– Остынь!

– Остыть?! Да тут… – Он вдруг громко чихнул. – Чёрт, – процедил, снова выматерился и швырнул ноутбук на стол.

Я подошла и посмотрела на экран. Половина была тёмная. Попробовала нажать несколько кнопок, и буквы заплясали.

– Его же можно починить, – сказала неуверенно.

– Починить, мать твою?! А работа… – Смолов опять чихнул.

– Ты что, заболел? – Я присмотрелась к нему.

– Убери эту тварь! – прорычал он, глядя на дверь. Лялька стояла между гостиной и балконом. – Убери её, Аня! Я серьёзно! Иначе я её сам уберу.

Глава 4

Аня

Ярослав разговаривал с кем-то по телефону, а мы с Лялькой устроились в кресле. Я всё ещё пыталась оживить ноутбук, заведомо понимая, что это бессмысленно.

– Ну и зачем ты это сделала? – спросила я у кошки. – Нельзя ходить по столу. Понимаешь? Нель-зя, – произнесла по слогам.

В ответ Лялька принялась играть с моей рукой. Со Смолова не убудет. Купит себе десяток ноутбуков, но вот данные… Представила, что бы было, если бы кто-то сломал ноутбук отца. Даже не по себе стало.

– Ты точно не заболел? – спросила у появившегося на балконе Смолова.

За последние полчаса он стал сам на себя не похож: чихнул уже раз пять, а сейчас ещё и глаза у него слезились.

– Пока не заболел, но заболею, если это существо будет бродить везде и всюду.

Рука замерла в когтях у Ляльки.

– Так у тебя аллергия?

Он поджал губы. Вид у него был раздосадованный. Ярослав мрачно посмотрел на нас из-под бровей и захлопнул крышку окончательно сдохшего ноута.

– Почему сразу не сказал?

– Сейчас сказал, этого недостаточно?

– Ты ничего не сказал, я сама догадалась.

– Какая разница?

Разницы и правда не было никакой, а наш разговор походил на выяснение отношений в детском саду.

– Я её не выгоню, – сказала категорично.

– Я это уже понял! Я тебя что, прошу её выгонять?! Но убери её в комнату!

Он хотел уйти, но я придержала его за руку. Ярослав остановился, и я отдёрнула кисть, начисто забыв, что хотела. Вид у него и правда был так себе.

– И что, ничего сделать нельзя? – спросила сочувственно.

– Можно. Наглотаться антигистаминных.

– А больше ничего?

– Слушай, если бы было можно, я бы уже давно решил проблему. Самое лучшее средство – убрать её отсюда. Но мы уже с этим разобрались. Чего ещё ты от меня хочешь?

– Да ничего я не хочу! Что ты психуешь?!

– Да потому что… – огрызнулся он и выдернул руку.

Я проводила Смолова взглядом. Ещё и обиделся как будто! Словно это я виновата, что у него глаза текут и нос! Ну да, вид тот ещё, но всякое же бывает.

– Похоже, тебе придётся какое-то время жить за закрытой дверью, – сказала я кошке. – Мой жених расклеился. Видишь, какой ты, оказывается, страшный зверь. Рядом прошла – и всё, капец.

***

Ночь была душной. Я вертелась с боку на бок, пока не поняла, что у меня закрыто окно. С включённым кондиционером спала я в крайнем случае, а вот шум волн убаюкивал. Впустила в комнату свежий воздух и вышла, чтобы выпить воды, но только зашла в гостиную, наткнулась на Ярослава.

– И что тебе не спится? – спросил он.

– А тебе что?

Он показал мне бутылку с водой. Недолго думая, я выхватила её у него.

– Возьми себе другую, – ответила на невысказанный вопрос. – Мне жарко, и я хочу пить. Кстати, выглядишь куда лучше. Только подумать, Ярослава Смолова сделала маленькая киса.

– Расскажешь кому – придушу, – пригрозил он.

– И останешься без невесты.

Смолов, взяв ещё одну бутылку воды, открыл. Он пил большими жадными глотками, а я не могла отвести от него взгляд. Всё, что на нём было надето – боксёры, отлично подчёркивающие идеальный зад и откровенно демонстрирующие, что спереди тоже всё в порядке.

– Нравится? – спросил он ехидно.

– Ничего мне не нравится.

– А что тогда рассматриваешь?

Я вспыхнула.

– Не рассматриваю я тебя. Надо больно! У тебя самомнение слишком высокое.

– Что есть, то есть.

Я цокнула языком. Наглый, красивый и богатый: адское сочетание.

– Сколько тебе лет? – спросил он неожиданно.

– Зачем тебе?

– Не находишь странным, что я не знаю, сколько лет моей невесте?

Да, пожалуй, странно. Я тоже попила воды.

– Двадцать три. А тебе?

– Двадцать семь.

Я так и думала, что ему около того. Мы одновременно замолчали. Сон и так не шёл, а теперь совсем испарился. Я украдкой продолжала разглядывать Ярослава. На плече у него была татуировка – кольцо с орнаментом, на шее – цепочка с самым обычным крестиком, волосы падали на виски и лоб.

– И давно у тебя аллергия на кошек?

– Давно, – сказал он резче, чем говорил до этого.

Мне показалось, что разговоры на эту тему задевают его. Я присмотрелась и спросила нарочито небрежно:

– Что ты злишься? Ты же не любишь животных.

Он сжал зубы. Ничего не ответил и отвернулся.

Не стоило дёргать тигра за усы, и всё-таки было интересно. Ярослав опять поднёс бутылку к губам. Свет луны попадал на его бронзовую кожу, лунная дорожка сверкала на воде. Балкон на ночь остался открытым, и закрывать его никто из нас не спешил.

– Почему ты сюда приехал? – спросила я, встав рядом. – Мог бы спрятаться от отца где-нибудь в другом месте. На каких-нибудь там Мальдивах, например.

– С чего ты взяла, что я прячусь? – Он бросил на меня взгляд.

– А как это ещё называется?

– Это называется – передышка. У тебя разве не бывало так, что надо выдохнуть, когда на тебя напирают? Если нет, тебе повезло.

Теперь промолчала я. Ага, повезло, как же! Сперва папа решил, что я обязана после института работать его в компании, а когда я не согласилась – решил выдать меня замуж ради блага всё той же компании. Повезло так, что охренеть – не встать.

– Мне нравится это место, – сказал Ярослав после паузы. – Есть тут что-то такое… Вон, смотри. – Он показал на кораблик в лунном свете. – Ты бывала на море в шторм? Когда небо молнии разрезают, а волны такие, что дух захватывает. Открываешь окно, в рожу ветрище, брызги летят во все стороны.

– По-моему, звучит как-то не очень.

Он посмотрел насмешливо.

– Это кайф, Аня. Самый настоящий кайф. Но тебе-то куда… Ты прокатишься на американских горках и развизжишься от страха. Что ты там в своём колхозе видела?

– Уж поверь, что-то да видела, – бросила я с непонятно откуда появившейся обидой. – Спокойной ночи, Ярослав. И смотри… чтобы тебя волной не смыло. А то мало ли… У меня на тебя большие планы.

– Большие планы?

– Очень. Послушала тебя и решила накопить денег на отдых на море. Только без волн и брызг. Мне как-то больше нравятся песок и солнце.

Я пошла к себе, но он окликнул меня.

– Что ещё?

– Завтра у меня благодаря твоей тигре свободное утро. Возьму тебя с собой, так и быть.

– Куда ещё ты меня возьмёшь?

– Куда-нибудь. – Опять дурацкая ямочка и наглый взгляд. – А теперь спокойной ночи, дорогая. Пусть тебе приснится песок и огромные волны.

Аня

Меня разбудил крик чаек. Поднявшись, я зажмурилась от солнца. Боже, кто бы принёс мне кофе…

До конца не проснувшись, я пошла к балкону. Как выяснилось, выход на него был не только через гостиную – он огибал весь наш номер.

– Доброе утро, – услышала сбоку и чуть не вскрикнула.

Ярослав отсалютовал мне чашкой.

– Тебе не говорили, что нельзя так людей пугать, особенно когда они ещё не проснулись?!

– Время – деньги. А ты очень любишь спать.

– Солдат спит – служба идёт, – парировала я. – Зачем мне куда-то спешить, если деньги я и так получу?

Ярослав промолчал, только хмыкнул. Я сочла себя победительницей, вышедшей из этой маленькой словесной перепалки, и отвернулась к морю. Чайки и правда кричали как ненормальные. Некоторые кружили в воздухе, высматривая несчастных рыбёшек, другие грелись на камнях.

– Кофе в гостиной на столике, – снова нарушил молчание Ярослав. – Если он тебе нужен. Если нет…

– Нужен, – ответила и поняла, что снова стою перед ним в майке и едва прикрывающих зад шортах.

Но неловкость прошла, стоило вспомнить, где мы. Да на пляже все в купальниках! И по городу ходят немногим лучше! А я тут…

– А молоко в гостиной есть?

– Проверь – узнаешь.

– Сказать трудно? – бросила, отодвинув тюль, прикрывающий выход на балкон.

Дожидаться ответа не стала. Запах кофе раззадорил, мне надо было срочно включить мозг. На всякий случай.

Наткнулась взглядом на сидящую в лотке с несчастным видом Ляльку. Выражение морды у неё было такое, как будто она не понимала, что творится в этом грешном мире.

Стоило признать: я и сама не так чтобы понимала это на все сто. Но Смолов с утра пораньше… Растрёпанные волосы, голый торс и наглый взгляд… Мама не раз говорила, что красивые мужики – угроза для женских сердец, и лучше десять раз подумать, чем пускаться с такими во все тяжкие. Мне казалось, что я, в отличие от сестры, впитала её слова. Но вот теперь в душу закрались сомнения.

Налив кофе и добавив в него молоко, я вернулась на балкон, захватив по пути телефон. Ярослав никуда не делся. Говорил же он, что у него утро свободное. Что куда-то меня хочет взять, он тоже говорил, но, похоже, забыл об этом.

– Что за мамонт?

Я подняла голову.

Смолов кивнул на мой мобильный.

– Это ископаемое ещё работает? Четвёртый, правильно?

– Вполне.

– Обычно люди от хлама избавляются, но это не про тебя. Я понимаю, деньги и все дела, но всё же.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.