# Изгои Авроры

Евгений Гарцевич

Начинается бета-тест, и виртуальная жизнь Данилы снова делает крутой поворот. Он больше не охотник на монстров. Теперь охота объявлена на него. Единственный способ выжить — первым отыскать путь к легендарной Слезе Авроры. Но задача осложняется с каждым днём. Материк вот-вот погрузится в хаос, Орда готовится к высадке.

Цикл: В Эфире

Книга вторая: Изгои Авроры

## ГЛАВА 1

«Приветствуем вас, дорогие зрители! Вы смотрите новый выпуск «Вечернего Эфира»! До начала бета-теста осталось несколько дней, и в этой передаче мы собирались анализировать готовность кланов к походу на Аврору. Но события развиваются так стремительно, что вся аналитика пошла прахом. Впервые нам приходится выпускать передачу буквально в реальном времени. Как говорится, срочно в номер! Двадцать две минуты назад две сотни кораблей Орды – скорее всего, весь подготовленный для похода флот – внезапно появились у берегов Теллуса.

Большинство из них блокировало порт Стифкинк, оттянув на себя силы наспех собранного альянса Каменщиков и столичных кланов. А несколько небольших отрядов высокоуровневых орков рассредоточились вдоль побережья материка – они ведут обстрел с моря, уничтожая верфи и сжигая любые плавсредства, способные пересечь океан.

У нас есть новые данные! Многочисленные отряды Легиона замечены на другом краю континента, они высадились и продвигаются к береговым фортам. Есть сообщения о первых боевых столкновениях. Трудно поверить, но корабли Легиона игнорируются Ордой и спокойно проходят через блокаду. Уже ползут слухи о самом крупном сговоре за всю историю Эфира».


Я отмахнулся от виджета с новостями, всплывшего на периферии зрения, и пропустил стрелу, которую выпустил наемник Хранителей с крыши дома.


« В Эфире! Получен критический урон. Вы погибли. Штраф опыта: минус 19 400 очков. Дополнительный штраф: минус 1 000 очков за третью смерть в течение часа. До воскрешения 40 минут, 39:59, 39:58…»


Пройдя квест и получив возможность респавниться в собственном теле, я умирал уже трижды. И каждый раз – примерно по одной схеме. Очнуться возле стелы возрождения, ощутить чуть ли не наркоманский приход от нового погружения в мир игры…

Хотя, точнее сказать, я в этот мир теперь не погружался, а возвращался, ведь он стал мне домом, единственной доступной реальностью. Цвета, запахи, звуки – переход из пустоты в Эфир для оцифрованного сродни выходу из комы посреди танцпола ночного клуба. Ощущение, будто убрали капельницу, и в кровь ударяет хмельная свежесть мохито.

Вот только сейчас была не та ситуация, чтобы всем этим наслаждаться. Стела возрождения находилась прямо в деревне – воняло гарью, слышались крики. И будь я чуть умнее, не рвался бы туда раз за разом. Выбрал бы другую точку возрождения, оценив потери по шмоту и снаряжению. В общем, разобрался бы в ситуации.

Но адреналин – странная штука, его приливы непредсказуемо влияют на поведение. Он может включить инстинкт самосохранения – беги, спасай свою шкуру! А может, наоборот, наполнить яростью – и ты кинешься, как ужаленный, на самого сильного из противников.

Первые две смерти (благо таймер был тогда настроен на быстрое возвращение) я пребывал в горячке и рвался обратно в бой. Искал выживших товарищей, хотел помочь или спасти хоть кого-то. Но и минотавры, и Уокер с мурлоками оказались умнее – уже после моей первой смерти они куда-то отступили, прикрываясь дымовыми шашками и аквилонским огнем.

Жителям деревни, однако, стало от этого только хуже. На них, не найдя врага, набросились разъяренные наемники Хранителей. Немногочисленные деревенские стражники вперемежку с крестьянами, по сути, только оттягивали неизбежное, сгрудившись вокруг духа деревни и пытаясь защитить детей. Вот туда-то я и рвался, теряя опыт и остатки снаряжения.

Но интервал между возвращениями увеличился, и таймеру было пофиг на эти мои порывы. Половину времени, отведенного на респаун, я медитировал. Пустота уже не пугала – теперь она успокаивала и выравнивала ход мыслей. Поостыв, я проверил статистику и характеристики.


Имя: Дантекуачитлан

Уровень: 109

Раса: Аврорианин

Племя: Дубовокожие

Расовый бонус: плюс одно очко запаса сил за каждый уровень

Достижения: равный среди первых, отдать себя без остатка, консервный нож, один выстрел – один труп, резня трупоедов, живучесть

Класс: монстролов

Классовые навыки: маскировка, мастер ловушек, понимание монстров

Пассивные навыки: проводник приона, защита от яда, защита от мороза, ускоренная перезарядка, экономия боезапаса, тихий выстрел, твердая рука, отсвет вспышки, ночное зрение, импровизация

Ремесленные навыки: механическое дело, кузнец, травник, шкуродер, охотник

Бонусы навыков и достижений:

– иммунитет к приону: 80%;

– контроль приона: уровень приона в крови не может опуститься ниже 2% и не может превысить 95%;

– плюс 10% к скорости восстановления выносливости, поглощение приона из органических существ – два раза в сутки;

– плюс 5% к шансу нанести критический урон механическим созданиям;

– плюс 2% к шансу нанести критический урон при использовании огнестрельного оружия;

– шанс возврата пули в патронташ: 20%;

– снижение вероятности отравления: 20%, снижение продолжительности паралича: 1 минута;

– плюс 2% к видению в темноте, плюс 10% к длительности действия заклинаний ночного зрения;

– снижение урона от холода: 2%;

– ускорение регенерации: 0,5%;

– шанс стать невидимым во время перезарядки после убийства: 25%

Характеристики персонажа:

– Жизнь: 101 (текущее значение: 8250 единиц)

– Запас сил: 162 (текущее значение: 18000 единиц)

– Мана: 3 (текущее значение: 30 единиц)

– Содержание приона в крови: 2%

Питомец: робопес Ку-Кулек, 6 уровень


Если не считать потери четырех уровней и получения микродостижения «живучесть» за первые смерти, все было в порядке. А вот со снаряжением была беда. В наличии и более-менее целыми остались только «оскал квинканы» и наруч-патронташ плюс горсть патронов из зубов ангиаков, свитки с антимагией из тумана и с аквилонским огнем, полученным от Джагга в подземелье, а также давным-давно купленный, но бесполезный сейчас свиток с телепортом на Аквилон. Из бижутерии осталось два кольца, причем оба без бонусов: служившее ключом от лаборатории Веласкеса и шоковое, которое я так и не зарядил.

Броня отсутствовала, а одежду система выдала точно такую же, как в момент первого появления Данте на Авроре: мокасины, штаны и жилетка. Сет «Воина Ягуара» мне, видимо, уже не собрать – пропало и мачете, и нагрудник. Но больше всего было жалко собственноручно изготовленный киридаши. Даже шар «Кулака обезьяны» пропал, но хоть само умение осталось (то есть вернется, как только раздобуду подходящий ударник).

Замигал таймер возврата, и пустота вытолкнула меня в мир. Я сразу приказал себе – стоп, не несись сломя голову, а вместо этого осмотрись, спрячься и соблюдай максимальную осторожность.

Рывком юркнул с площади в сторону ближайшего тлеющего здания – и ничего не произошло. Никто не крикнул в спину и не метнул стрелу или дротик. Это было довольно странно. Вжавшись в стену так, что вымазал щеку сажей и получил небольшой урон от огня, я осторожно заглянул за угол.

И прибалдел, даже ущипнул себя.

Главная площадь деревни менялась прямо на глазах. Откуда-то появилось несколько десятков неписей – как аборигенов, так и экзотических гостей вроде гоблинов и дворфов. И все были при делах. Кто-то разбирал сгоревшие здания, кто-то уже строил новые. Гоблины на скрипучих деревянных тележках вывозили мусор; дворфы, напевая бодрый мотивчик, тащили в деревню бревна и блоки известняка.

Сразу прилетело воспоминание из детства. В Таламусе такое называлось субботником, днем глобального наведения порядка.


« В Эфире! Внимание, на территории деревни Уасиока проводятся временные технические работы. Некоторая часть сервисов НПС может быть недоступна. Приносим извинения за неудобства».

« В Эфире! Внимание, ввиду участившихся случаев геноцида местного населения территория деревни Уасиока находится под временной охраной стражи Динасдана. Любое проявление агрессии будет немедленно пресечено. Благодарим за понимание».


Помимо снующих туда-сюда работяг на площади появилась стража. Я разглядел как минимум трех механических големов и двух горгулий – таких же, как на воротах Динасдана; их каменные фигуры почти сливались со зданиями. Включив темное зрение, я заметил сияние еще пятерых внутри дома старосты.

Интересные у нас тут технические работы…

Что-то подобное было на Аквилоне, когда Уокер захватывал соседние острова. Непрямое вмешательство администрации в игровой мир, если высокоуровневые игроки начинают творить какую-то дичь.

Хранителей с их наемниками видно не было – либо находились под арестом, либо просто свалили, потеряв кураж и поняв, что ловить тут больше нечего.

Здание гильдии монстроловов уже было восстановлено в прежнем виде. Даже одно крепление от вывески отломали, чтобы она болталась как раньше. Заколотили одно окно, разбили второе. Педантичность Эфира проявлялась во всей красе, хотя сейчас это выглядело бессмысленно и нелепо.

Маленький гоблин старательно обновлял на стене каракули, нацарапанные мною во время обучения. Я тогда сильно разозлился на Куечучу, который никак не хотел принимать у меня зачет по анализу помета монстров и раз за разом отправлял меня на поиски новых образцов. Да, были времена, и я вошел-таки в историю Авроры, хоть и на свой лад…

Жилище старосты тоже вернули в изначальное состояние. Сам же он общался с полнотелым городским чиновником в леопардовой мантии, а также с Вождем (чему я удивился) и с Ксоко (что меня изрядно порадовало). Слов было не разобрать, но они явно о чем-то спорили. Вождь то разводил руки, показывая на отдельные участки деревни, то загибал пальцы, будто что-то считая, а иногда и сжимал руки в кулаки, тряс ими и бил себя в грудь. Видимо, пересказывал события бойни, описывая в том числе и свое непосредственное участие.

Надо мной что-то хрустнуло, и на голову посыпалась строительная крошка. Вокруг резко похолодало, и накатила волна страха вперемешку с апатией. Я едва подавил желание вскочить и убежать без оглядки – куда угодно, лишь бы подальше. Медленно обернулся и поднял глаза. На крыше дома, за которым я прятался, сидела человекоподобная механическая зверюга, и уровень у нее был четырехсотый как минимум.


« В Эфире! Внимание, вы находитесь в зоне пассивной ауры стражи Динасдана. Рекомендуем сохранять спокойствие и отказаться от неправомерных действий».


Интересно, а активная аура как будет ощущаться? Хотя нет, не интересно – и так уже колени сводит, озноб берет, и во рту пересохло. Прям какой-то дементор на минималках. Будем сохранять спокойствие, как и рекомендовано…

Я потряс головой и выдал губами что-то похоже на «тпрууу», сбрасывая оцепенение. Выпрямился, вытер сажу с лица и отошел от дома. Страж проследив за этим, кивнул и сквозь щель в забрале проскрежетал что-то вроде: «Добро пожаловать в Уасиока».

Похоже, в деревне теперь было безопасно. Я еще раз огляделся, пропустил парочку гоблинов с тачками, наполненными строительным мусором, и двинулся к старосте. Мне оставалось метров пять (Вождь уже заметил меня, приветливо улыбнулся и начал что-то говорить), когда староста обернулся и уставился на меня таким взглядом, что я невольно притормозил. На лице старика отразилось сразу несколько эмоций: радость, обида, страх, а потом и злость. Он ткнул в мою сторону крючковатым пальцем, налился кровью и, брызгая слюной, закричал:

– Это он! Стража, держите преступника!

Его голос дрогнул, сорвался на визг, но дед, спрятавшись за спиной чиновника в мантии, продолжал распаляться и сыпать претензиями в мой адрес:

– Это он на меня напал прошлой ночью! Забрался ко мне домой и пытал меня! Схватите его!

Я остановился и поднял руки, демонстрируя дружеские намерения. Чиновник еще что-то переваривал в своей цифровой голове. Площадь между тем замерла, строительные работы враз прекратились, и все с любопытством уставились на нас.

– Погодите, давайте разберемся спокойно!

Я постарался произнести это как можно дружелюбнее, но староста не унимался. Моя история в его изложении обрастала все более пугающими подробностями.

Я обратился к Вождю в поисках поддержки:

– Ну хоть ты-то им скажи!

Вождь придержал рвущуюся ко мне Ксоко, подмигнул мне и незаметно для окружающих, не поднимая руки, сложил пальцы в знак «окей». Вслух, однако, сказал:

– Уважаемый Куохтемок, мистер староста! Не понимаю, о чем он. Первый раз его вижу.

И все так же украдкой показал мне – проваливай, мол, отсюда, я их отвлеку:

– Господа, это какой-то бродяга. Давайте вернемся к разговору о правах на управление деревней.

Вот ведь пиндос ушлый, чертов бизнесмен! Ладно, потом разберемся…

Я попятился. Решил, что сваливать лучше тем же путем, каким и пришел, главное – не сталкиваться больше с горгульями или стражниками.

А староста начал новую песню, теперь обвиняя меня в организации нападения на деревню. Собралась небольшая толпа зевак, причем состояла она из моих хороших знакомых. Я разглядел Ачи с Кенучином, Куечучу, еще несколько местных, которым помогал по мелочам. Все стояли с каменными лицами – что-то там Эфир пересчитывал в их НПСных мозгах. Но хоть живы остались. Или это уже респ произошел?

Заступаться за меня никто не собирался. Наоборот, с каждой фразой старосты они либо доставали оружие, либо подбирали камни и палки с земли.

Прилетело несколько микроуведомлений об ухудшении репутации с жителями деревни. Я не стал читать, просто отходил без резких движений, стараясь как можно быстрее покинуть площадь.


« В Эфире! Внимание, за нарушение законов Уасиока – в частности, за незаконное проникновение в чужой дом и за нападение на старосту, а также за организацию нападения на деревню – вас изгоняют из племени Дубовокожих. Немедленно покиньте территорию Уасиока, или стража получит приказ вас арестовать. Репутация при общении с племенем и жителями Уасиока понижена, текущий статус – враждебный».

« В Эфире! Вы получили новое достижение: изгой Уасиока. Повышена репутация среди изгоев всех племен Авроры».


Эфир в своем репертуаре, в каждую бочку дегтя добавит-таки ложечку меда. Но как-то это не смешно уже – из гильдии монстролов выперли, из деревни прогнали…

Пока я читал уведомления, в меня прилетела первая палка, а потом и камень. Правильно говорят – любовь толпы переменчива. Еще несколько недель назад устраивали пир, а теперь камнями кидаются.

Я увернулся, пытаясь разглядеть хоть каплю сочувствия в глазах своих недавних сородичей. Но лишь у Ачи что-то мелькнуло – он, по крайней мере, ничем не пытался в меня швырнуть. А на остальных лучше было бы вообще не смотреть, чтобы не расстраиваться. И пусть они – неписи, но все же эту деревню я считал своим домом…

Кусок известняка угодил мне в лоб, избавив от излишней сентиментальности. К тому же вокруг похолодало – приближались горгульи. Я быстро прикинул – из ценного тут у меня только статуэтки ягуаров в личном убежище, но их можно будет заново привязать потом к любому помещению со статусом «дом», так что вещи собирать не нужно. Говорить прощальные речи я тоже не собирался – сделал всем ручкой и, пока не ловят, рванул к околице.

Ворота починили еще не полностью. Одну створку как раз ставили на место два гнома, вторую же – обугленную, с гигантской круглой дырой, оставленной фаерболом, – покачивал ветер с негромким скрипом. А за воротами меня уже ждали.

Там маячила крупная фигура моего любимчика Гриндуума, его сопровождали еще трое игроков – не топовые, но в полной броне и при оружии. Классы персонажей в этой четверке встречающих были разные – воин, рейнджер, гладиатор и еще кто-то, кого я не сумел распознать. Ни с кем из этих игроков, кроме Гриндуума, я прежде не сталкивался. Разве что гладиатора вроде видел мельком в лагере наемников.

Именно гладиатор со своим трезубцем и ловчей сетью выглядел сейчас опаснее остальных. Впрочем, все они держались уверенно, даже нагло – этакая смесь гопников и повелителей жизни. В Таламусе такие частенько встречались, сбивались в стайки и караулили жертв на выходе после уроков…

Я приостановился. Сзади уплотнялась толпа деревенских жителей, готовых броситься на меня. Оттуда прилетело еще несколько камней, намекнув, что мне не стоит задерживаться в деревне.

Краем глаза я заметил Ксоко, она огибала местных, двигаясь к выходу параллельно со мной. Я на всякий случай проверил статус отношений с ней и облегченно выдохнул – тут все было в полном порядке, статусу побратимов оказался нипочем мой ярлык изгоя. Значит, помощь хоть какая-то будет. Хотя Вождь, конечно, козлина со своими интригами и планами по захвату территории – мог бы и вписаться на драку с хулиганами. А то получается, что за меня готова вступиться только девчонка. Впрочем, ладно, я уже не ученик Таламуса, нечего мыслить детскими категориями…

Толпа приблизилась, камни полетели прицельнее. Шагнув к воротам, я пролез наружу через дыру. Раскинул руки и улыбнулся «гопникам», намереваясь без долгих приветствий ударить первым.

Очень не хватало кулака обезьяны, аж рука чесалась. Приходилось рассчитывать лишь на то, что было в наличии. Я закрыл глаза, с шумом втянул носом воздух, потянулся, будто зачерпывая силу приона…

И закашлялся. Пусто.

Что-то бултыхалось на донышке, но это были жалкие крохи. Вместо тучи злобных насекомых «Проклятого роя» материализовалась всего одна пчелка, да и та какая-то дохленькая. Вспомнилось, что смерть и возрождение – лучший способ прионной детоксикации. То есть я, в общем-то, и не забывал об этом, но на себе прежде не испытывал…

А Гриндуум, напрягшийся поначалу, теперь издевательски заржал. Он тоже не стал тратить время на приветствие, гаркнул: «Брать живым!», и они стали расходиться, окружая меня полукольцом. Гладиатор начал раскручивать сеть, и я выстрелил в него из обреза. Прицелился так себе, попал в ногу, однако патрон был парализующий. Гладиатор споткнулся, удержался на ногах, но выронил сеть, что и было мне нужно.

«Ксоко!» – крикнул я; это прозвучало, как боевой клич. Я не видел ее, но знал, что она уже рядом. И девочка не подвела. Такое заклинание у нее я наблюдал впервые – будто грабли с метровыми зубьями поднялись из-под земли в двух местах, по бокам от четверки моих врагов. С чавкающим звуком «грабли» принялись бешено теснить Гриндуума и его прихвостней.

– Беги, Форест! – услышал я за спиной смех Ксоко; подумал мельком – вот ведь набралась непись от нас с Вождем дурацких словечек. – Надолго я их не задержу! Валим, окей?

Окей, окей, дважды повторять мне не надо. Когда «грабли» потеряли свою силу, мы уже были у кромки леса.

## ГЛАВА 2

Очень хотелось подраться – и обиду выместить, и разжиться шмотом с наемников. Вряд ли этот шмот окажется ценным, но в моем текущем положении все сгодится.

Я мысленно перебирал свои навыки, представляя, как в сопровождении красочных и детально проработанных спецэффектов буду крушить Гриндуума с компашкой. «Кулак обезьяны» раздробит ему челюсть, мои пчелки продырявят его тушку…

Даже свиток аквилонского огня я был готов потратить, просто чтобы сплясать потом на обугленных костях недруга. По дороге присмотрел несколько мест для засады. Определился, в каком порядке буду набивать опыт. Короче говоря, все продумал и распланировал.

Но потом понял – пусть уж лучше меня преследуют эти, а не более сильная команда им на замену. Несколько капканов кинул для острастки, чтобы зубы показать, и продолжил путь.

Оторвавшись от погони, мы с Ксоко подошли к хижине на дереве, которую я нашел когда-то на квесте с Каданом-блогером. Ксоко отправилась на разведку и за припасами. А я, продолжая привыкать к статусу полноценного игрока, стал думать, что делать дальше.

Первым делом проверил DRUGA ID. Ура! Доступ есть!

Баланс счета в Эфириумах (а Эфир, собственно, и прозвали в четь этой криптовалюты) был положительный, хоть и копеечный. Курс перевода игровой валюты в реальную заметно ухудшился за время моих приключений в роли НПС, но теперь я, по крайней мере, получил возможность выводить деньги в реал. Появился доступ в общую сеть. Правда, на игровом чате до сих пор висела табличка «Заблокирован за нарушение правил», зато открылась почта, и даже мигало несколько непрочитанных писем. Пять сообщений было от Макса, все схожего характера: «Ау, ты где?», «Куда пропал?» А в последнем из них мне опять предлагалась встреча.

Никогда раньше я не страдал паранойей или навязчивыми состояниями, но многоходовочки Эйпа меня сильно изменили. Мог ли Макс быть частью схемы или нет, я еще не решил, поэтому пока не стал ему отвечать. В онлайне Макса не было, зато был Джагг, которому я тут же написал:

«Привет бравым мурлокам! Что творите?».

Ответ пришел практически моментально:

«Ого, какие люди! Прям ору! Сработало, значит, наше шоу в твоей деревне?»

«Еще как! До сих пор последствия разгребают. По кирпичику каждый дом восстанавливают».

«Ну, это не мы! Как только ты зеленым облачком со статуей обнялся, мы сразу же заднюю включили. Ты как?»

«Обживаюсь в новом статусе. А вы где?»

«Не поверишь! Я в Кобе в твоем любимом борделе. Сидим на переговорах с Легионом. Ну, ты понимаешь, у нас тут, типа, временное партнерство. Уокер пошел ва-банк на старых материках. Хочет дальше блокировать основные порты, чтобы народ поменьше лез на Аврору. Только Легион сможет пройти без боя. Зато эти помогут тут, организуют нормальную встречу. Всех остальных – в топку. Уокер решил, что двум кланам будет нормально на Авроре, а вот если больше, то уже тесновато. Легион эту затею поддержал. А я что-то вроде посла доброй воли Орды, буду искать и готовить место для высадки. Бета-тест объявят со дня на день, все немного нервные».

«Звучит серьезно. А ребята как?»

«Да тоже суетятся. У Жгучи же квест на НПС, причем какой-то замудреный. Хотя это жесть какая-то, старым игрокам контракт впихивать. Там рандом мутный включился, Эфир ее прям в тело мурлока и вернул – и прикинь, королевой мурлочной сделали, но завязали на нее квест магической гильдии. И теперь за ее головой по болотам куча Гарри Поттеров гоняется. Но навстречу им выходит Фрисби. Он сказал, что пока для Жгучи контракт не выполнят, на него не рассчитывать. Я тебе скину координаты королевских покоев – будешь мимо проходить, загляни к ним в гости. Ребята рады будут».

«А Сладик?»

Этот вопрос дался мне тяжело, но не задать его я не мог. Джагг ответил:

«Тишина полная. Причем странно как-то, аккаунт вроде активен, а никакого контакта. Но фиг его знает, как оно бывает с окончательной смертью. Поживем – увидим… Но ты, главное, не думай, твоей вины в этом нет. Мы все знали, на что шли, и сейчас очень хочу тебе помочь, но позже, сам понимаешь».

«Да без проблем. Надеюсь, Сладик объявится».

За этой беззаботной фразой я попытался скрыть то, что чувствовал на самом деле. Джагг между тем уже торопился завершить разговор:

«Ладно. Меня зовут уже на (ну, ты понимаешь) более проникновенный этап переговоров. Спишемся. Будет время, новости мировые глянь».

Он отключился.

А я подумал, что новости – это и правда неплохая идея. Я ведь могу не только читать, но и писать. Благо контакты всех крупных новостных порталов – в открытом доступе. Публичное обвинение, пусть и без доказательств станет как минимум ударом по репутации для компании Эйпа. Могут, конечно, и замять со своими связями и возможностями, но всех же не заткнешь…

Я начал продумывать подробности своего душераздирающего материала. Сначала напишу в крупные деловые издания, потом в попсовые. И закреплю успех в совсем уж желтушной прессе – даже, может, дам интервью.

Фантазировал пока не прицельно, серфил поисковики. И не сразу заметил то, о чем предупреждал Джагг. Или, точнее, не сразу смог осознать – потому что не заметить кричащие заголовки было проблематично. Они напрямую касались моей проблемы, только преподносили ее в совершенно неожиданном свете. Мне даже стало смешно и захотелось поаплодировать. Ай да Эйп, ай да сукин сын! Как же быстро сработал!

Если принять эти новости за чистую монету и выстроить их в хронологическом порядке, то получалась весьма недвусмысленная картина.


«Вечерний Эфир»: «В Сиднее задержан и помещен в психиатрическую больницу наркоман, утверждающий, что у него украли тело в виртуальной игре».

«Нью-Йорк Таймс»: «Передозировка новым синтетическим наркотиком вызвала массовую галлюцинацию у шестнадцати геймеров. Им кажется, что у них похитили тела».

«Reddit»: «Что это – флешмоб, челлендж или новый мем? Фрики идут в полицию и пишут заявления о похищении тел».


И подобной ереси про психов и наркоманов было полно на каждом портале. Имелось даже несколько видео-интервью с совсем уж дикими персонажами, а кого-то уже закрыли по статье о клевете и разжигании розни. В общем, можно было никуда не писать – спасибо Хранителям, за меня все сделали. Причем так, что мне теперь и заикнуться нельзя о своих проблемах, если не хочу загреметь в ближайшую клинику.

Ладно, план репутационной мести придется пока отложить. Зато настроение поднялось. Если уж мы разыгрываем с Эйпом некую шахматную партию, то его ход мне понравился. Следующий – мой, осталось только его придумать.

Я еще немного покопался в новостях в поисках чего-то полезного про DRUGA. Нашел новость о скором собрании крупных акционеров. Некоторые из них, достигшие почтенного возраста, планировали представить своих наследников. Смысл был понятен – моему телу готовились вручить пакет акций. Вот только мне самому было от этого ни горячо, ни холодно.

Вернувшись в почту, я написал еще пару писем. Первое – Крысе. Поблагодарил за помощь, признал себя ее должником. Второе – Торфейну из Огнебородых с предложением пообщаться на Авроре. Насколько я мог судить, подставили меня не они, а Хранители. Так что была надежда обзавестись союзниками, если Огнебородые сюда доплывут.

Я перешел на внутренний игровой форум и заглянул на аукцион. Все интересное крутилось вокруг приона. Новости были соответствующие – тут конфликт из-за рудника, там разграбление плантации или убийство босса.

В том, что касается экономики, Аврора сильно отличалась от других континентов. Все самые дорогие позиции аукциона так или иначе были связаны с добычей приона и мифрила. Найм монстроловов, покупка шахт или хотя бы их координат, охрана и строительство плантаций – на всем этом можно было поднять хорошие деньги, причем быстро.

Даже мелькнула мысль, что рандомная справедливость Эфира в данный момент повернулась ко мне своим бюстом и нельзя упустить свой шанс. Так бывает с лутбоксами – донатишь, донатишь, но выпадает сплошная ерунда, а потом дадут бесплатный боксик за какую-нибудь миссию, и та приносит шмота на миллион.

Я включил темное зрение, чтобы проверить, нет ли приона поблизости, но все только мигнуло пару раз и отключилось. Тогда я полез в настройки – вспомнить минимальные требования для активации навыка. Заодно решил и мини-инвентаризацию провести по способностям Куре, завязанным на прионе.


Навыки магии Куре и бонусы от татуировок:

– защита от колющих и режущих ударов: 10%;

– снижение шанса получения критического урона: 5%;

– поглощение и рассеивание приона Авроры;

– темное зрение с расширением для работы в тумане.


«Кулак обезьяны» был развит уже неплохо, но недоступен в данный момент. Маскировка действовала на средних уровнях. По-настоящему эффективной она была только на природе и в тени. «Проклятый рой» оставался все еще на минимальном уровне, но выглядел многообещающе.

Со смертью пришло очищение, осталось только два процента приона за счет навыка Первых людей. У обычных игроков, насколько я знал, прион вообще слетал в ноль, и игровая смерть была для них в этом смысле действенным, дешевым детоксом. А вот у меня уже чесалось, сосало под виртуальной ложечкой – требовалась доза. Хорошо хоть, пока это была не ломка, а лишь досада от невозможности использовать навыки. Впрочем, наркоманы, наверное, так же себе говорят…

Я плотоядно подумал о Ксоко, но с ней пока было все в порядке, лечить не нужно, поглощать нечего.

Надо было чем-то заняться. Кто-то, правда, сказал, что можно бесконечно смотреть на огонь и воду, а также серфить в сети, но слеза сама себя не найдет, прион сам не накопится, а квесты сами не выполнятся.

Квестов было три. Первый – долгоиграющий, на расшифровку дневника Артейла. Два других – на объединение племен (задание от Первых людей) и на разгадку проклятия гвардейцев Охирры. Еще условно имелся квест на поиск пропавшего отряда Тиутококана. То есть технически его не было, обнулился с первой смертью, но те крохи информации, которые по нему выдал почтенный архивариус Букчитлан, я помнил и так. Как помнил и то, что Эйп тоже интересовался этим вопросом.

Как искать слезу, я понятия не имел. Объединять племена, будучи изгоем, тоже было сложновато. Так что я решил пойти к храму Трех Лун. Хотелось, конечно, наведаться в Динасдан к Эйпу, но это, по сути, означало самоубийство, а точнее – пожизненный плен где-нибудь в подвале Хранителей.

– Кто-то идет. – Ксоко бесшумно влезла ко мне в окно домика на дереве. – Четверо. Те самые, что были у деревни.

Я прикинул – быстро меня нашли. Похоже, ассасин повесили маячок. Гриндуум с гладиатором не смогли бы, у них отсутствовали соответствующие навыки, а вот остальных я толком не разглядел. Может, и были среди них такие умельцы. Впрочем, насколько я помнил, маячок сгорал со смертью того, кто его поставил. И сейчас это можно было проверить…

– Валим всех, – кивнул я в ответ на кровожадный взгляд Ксоко. – Я их сагрю, а ты обойди и бей наверняка.

Я призвал Ку-Кулька. Понервничал немного сначала – вдруг из-за моих смертей с ним тоже что-то случилось? Но обошлось, он лишь пол-уровня потерял и как-то схуднул. Челюсть заострилась еще сильнее – теперь он, судя по виду, мог не только зубами рвать, но и протыкать насквозь закрытой пастью.

Стараясь не шуметь, я спустил его на землю. Послал ему мысленный образ Гриндуума и приказал пока посидеть в засаде, чуть в стороне. Сам остался в доме, рассудив, что противники быстро меня не выкурят, поскольку магов и бомбовиков среди них вроде не наблюдалось.

Отойдя от окна, я стал ждать. Патронов оставалось всего семь штук. Еще имелся, конечно, шанс, что сработает пассивка и будет пара дополнительных выстрелов. Но противников желательно было подпустить поближе, чтобы ударить наверняка. Рассчитывать на умение «один выстрел – один труп» сейчас не приходилось, не та игра, но вероятность критического урона сильно повышалась при попадании в голову.

Сначала появился гладиатор – шел медленно, вертя головой. Смотрел то под ноги, выбирая куда ступить, то вверх, явно опасаясь неожиданного нападения. С другой стороны послышался треск, скрип доспехов, а потом уже на полянку вывалился Гриндуум. Он то ли не умел, то ли не пытался быть скрытным, пер танком, высоко подняв щит.

Я буквально на пару сантиметров высунулся в окно – посмотреть, что происходит на другой стороне, – и мне сразу же прилетело несколько сообщений системы о полученном уроне и блокировке яда. Стрела с зеленым оперением воткнулась в стену за моей спиной, оцарапав мне щеку. Было понятно, что стрелял либо рейнджер, либо тот самый ассасин.

Четвертого противника я так и не увидел – только услышал, как скрипнула доска на входе. И почти не целясь, в падении выстрелил в сторону двери, едва разминувшись с пролетевшим мимо ножом. Раздался короткий вскрик, а вслед за ним – гулкий удар о корни дерева.

И понеслось.

Я подполз к дверному проему, выглянул и сразу отпрянул, едва разминувшись со стрелой, которая воткнулась в дверной косяк. Подумал – шустро бьет, зараза, а главное, метко. На земле успел разглядеть подранка – вроде гном, но какой-то тощий. Он допивал лечебное зелье и, похоже, собирался снова идти в атаку.

Стрелы начали бить по стенам, некоторые застревали, а другие со свистом пролетали насквозь. Либо я переоценил возможности своего укрытия, либо стрелы были особые, бронебойные. Я пополз в дальний угол, пытаясь не попасть под удар, и мне почти это удалось. Пока дополз до стены, пока выковырял застрявший там метательный нож, брошенный гномом, получил стрелу чуть ниже колена. Снаружи тем временем слаженно застучали два топора, противники начали рубить ствол.

Вытаскивая стрелу из ноги, я вздрагивал от этого стука и убеждался, что мой план – полнейший отстой. Слишком уж профессионально работали самозваные дровосеки. Дерево, имеющее в обхвате несколько метров, они кромсали как новогоднюю елочку.

Пришел мыслеобраз от Ксоко: «На позиции. Отвлеки стрелка».

Я высунулся в окно, и сразу же кувырком ушел в другую часть домика. Под ногами заскрипело, а домик начал крениться вбок. Внизу радостно заорали и принялись сильнее лупить по треснувшему стволу, но зато стрелок замолчал.

«Мужик с трезубцем и сеткой твой», – отправил я сообщение Ксоко. Подкрался к дверному проему и прыгнул вниз, одновременно отдавая приказ Ку-Кульку. На гнома я налетел, когда тот опустил топор и еще не успел замахнуться. Я сбил его с ног, левой рукой схватил его за голову, а правой начал бешено бить ножом. Несколько ударов пришлось по броне, но большинство превратило его открытую шею и подмышки в кровавое месиво.

Пока мы катались по земле, я успел нанести не менее трех десятков ударов. Прекратил лишь после того, как он обернулся зеленым облачком. И тут же мне пришлось метнуться в сторону, чтобы не угодить под топор Гриндуума. Орк, вновь замахиваясь, взревел и от ярости, и от боли – Ку-Кулек вцепился ему в лодыжку. Я снова откатился, выхватил «оскал квинканы» и выстрелил. А потом еще раз, в уже упавшее тело.

Гладиатор тем временем выбыл из схватки бесповоротно. Ксоко продемонстрировала очередной новый навык – над головой лежащего парня сформировался черный сгусток, похожий на шлем космонавта. Гладиатор скреб по нему руками, сучил ногами по земле, но с каждой секундой ослабевал. Руки опустились, ноги дернулись последний раз, и он превратился в облачко.

Я вытер кровь гнома с лица и отбросил погнутый нож. Жутковатая вышла драка – я даже задумался, стал ли я более кровожадным или это просто вопрос эффективности. Ответа не нашлось, но колбасило пока еще сильно, руки дрожали от пережитого всплеска адреналина.

За спиной раздался треск, и подрубленное дерево рухнуло, превратив домик в груду обломков в метре от меня. Я осмотрел поле боя, почесал за ухом Ку-Кулька и пошел к облачку, оставшемуся от стрелка. Убедился, что тот был рейнджером, как я и предполагал. Я побежал обратно, чтобы узнать класс гнома. Облачко и выпавший лут дали справку-подсказку – траппер. Что-то среднее между рейнджером и охотником – или скорее промысловик с отличной, кстати, кожаной броней. Вероятно, он умел ставить метки на зверей во время охоты, но маячок на мне вряд ли был от него.

Практически на автомате я начал лутать траппера. Пара медяков, и несколько полос выделанной кожи. В общем, негусто. Я перешел к Гриндууму. То, что от него осталось, частично завалило моим несостоявшимся домом, и мне пришлось опуститься на колени перед завалом. Гриндуум как был нищебродом при жизни, так и помер таким же. Я раскопал только полупустой флакончик с эликсиром жизни и топор дровосека с запредельным для меня требованием по силе.

Азарт боя схлынул, и возникло вдруг ощущение – я что-то упускаю. Запахло мятой, как будто рядом кто-то использовал зелье маны. А миг спустя у меня на шее затянулась удавка, и вкрадчивый голос шепнул:

– Алиса передает привет.

Их все-таки было пятеро – я едва успел это сообразить, как запестрели системные сообщение об уроне. Кто-то крупный душил меня, упираясь коленом в спину. Урон накатывал волнами, снимая по сотне хитпоинтов в секунду. Я хрипел, цеплял острую проволоку ногтями, шарил за спиной руками, пытаясь ухватить неведомого противника. Когда полоска здоровья перешла в желтый сектор, я взбрыкнул ногами, отталкиваясь от разрушенного домика и смог-таки завалиться назад, придавив нападавшего. Мы метались, елозили по земле, но он не отпускал меня.

Перед глазами поплыли темные круги, я не мог вздохнуть, мне обжигало горло. Я захрипел в попытке позвать Ксоко или Ку-Кулька, но они, как назло, ушли осматривать ближайшую территорию. Сил уже не было ни крутиться, ни цепляться руками за скользкую от крови удавку. Я бессильно уронил руки – и нащупал на земле нож, выброшенный минуту назад. Схватил его, из последних сил ткнул за спину. Удавка чуть ослабла, я издал булькающий хрип. В голове чуть-чуть прояснилось, красная пелена перед глазами на мгновение отступила, я ударил еще несколько раз и пополз прочь.

Мне казалось, что я полз долго. Но услышав лай Ку-Кулька, я обернулся и понял, что сдвинулся едва ли на метр. Развалины дома и ствол упавшего дерева по-прежнему были рядом. Видел я плохо, полоска здоровья опустилась ниже пятнадцати процентов и продолжала таять, но уже не так быстро, как в момент атаки.

Мой противник казался темным мерцающим силуэтом. Он успел перетянуть себе жгутом ногу (я, похоже, попал в артерию) и теперь вертелся между Ку-Кульком и Ксоко. Пес скалил стальные зубы, а Ксоко раскручивала над головой трофейную сеть, принадлежавшую до этого гладиатору.

Я выпил остатки эликсира, по телу прошла волна облегчения, сопровождаемая мурашками. Уровень здоровья едва вернулся в желтую зону, руки еще дрожали, но зрение прояснилось.

Ассасин улыбался, глядя то на Ксоко, то на моего питомца. Кажется, я даже узнал его – это был один из тех подонков, которые обидели Крысу. Но своим ремеслом он владел отлично – рванулся в сторону, чтобы не попасть в сеть, и увернулся от Ку-Кулька, на ходу перебив ему сухожилия на задних лапах. Потом сам пошел в наступление. Несколькими ударами сбил Ксоко с ног, повесил на нее дебаф оглушения и бросился к Ку-Кульку. В загривок тому вонзился четырехгранный стилет.

Потом убийца пошел ко мне.

Я не стал показывать, что мне стало лучше. Встал на четвереньки, прижал к груди «оскал квинканы» и начал отползать. А в момент, когда противник меня настиг и перевернул рывком, наотмашь полоснул ему клыком по лицу. Потом направил на него ствол и выстрелил.

Крит!

И еще два контрольных на всякий случай…

Сил не осталось, я был сплошным куском грязи, пота и крови. На Ксоко тоже жалко было смотреть. Неловко прыгая на одной ноге, она подволакивала вторую и прижимала к груди сломанную руку. Но главное – жива, хоть и не боец в ближайшую пару дней.

Она со стоном опустилась на землю, прижалась ко мне и всхлипнула:

– Прости, что так долго. Мы отошли с Ку-Кульком, и он погнался за зайцем.

– Ничего, сестренка. – Я погладил ее по голове. – Мы их обязательно победим!

– А за что мы воюем? Почему они преследуют тебя?

Я многое готов был услышать от неписи – особенно после того, как она научилась шутить, – но, пожалуй, не это. Как объяснить искусственному интеллекту (а точнее, его кусочку), что такое кража тел?

Продолжая гладить ее, я стал на ходу сочинять историю, которую она смогла бы понять. Придумал сказку про богов и злых духов, способных воровать человеческие души. Рассказывал долго, а когда закончил, донельзя гордый своим красноречием, Ксоко уже спала.

Ну и чудно.

Я аккуратно положил ее на землю и попытался встать. Ноги слушались, но меня шатало. Надо было срочно искать или варить зелье здоровья. А то в таком состоянии меня смог бы прибить и заяц, обиженный Ку-Кульком.

Да, жалкое мы представляли зрелище – поломанные, увечные. Те еще герои, гроза Хранителей и всей Авроры. Еле справились с маленьким отрядом, пусть даже ассасин был силен. Так что надо признать – не доросли мы еще, чтобы всерьез идти против могущественного клана. Как там в песне пелось? Первым делом кач, лут и квесты, ну а Хранители потом.

Пока я дошел до тела ассасина, несколько раз оглядывался. Все время казалось, что за спиной кто-то есть. Обыскал его быстро, практически не глядя, схватил несколько предметов. Котелок, яблоко, две серебряных монеты и – чудны твои пути, Эфирушка! – удавку, след от которой на шее саднил по-прежнему.


Дневник путешественника

«…Никак не могу собраться с мыслями. Только на прошлой неделе Магнус помог мне зачаровать гаротту. Помимо имени – «Медноголовка» – у нее появились дополнительные эффекты. Теперь ею можно не только душить, вытягивая жизненные силы противника, но и парализовывать при правильном воздействии на сонную артерию. Сейчас она, однако, утрачена. Я уже дважды перерыл весь лагерь…»

Артейл. 44-й день с момента прибытия на Аврору.


«Оружие ближнего боя «Медноголовка». Эпический зачарованный предмет, масштабируемый до 200 уровня. Урон на текущем уровне: 75 – 95 в секунду. Прочность: 165 из 250. Дополнительные навыки: паралич – парализует жертву после 5 секунд сдавливания; вытягивание жизни – наносит 5% дополнительного урона, снижает эффективность лечебных зелий на 15% в течение часа».


Я дважды перечитал и пояснения Артейла, и обычное описание. В длину гаротта была сантиметров пятьдесят. Несколько скрученных мифриловых нитей, а по краям – медные ручки в форме змеиных голов. Ясно было, что стоит она целое состояние и ассасин еще навестит меня, чтобы ее вернуть.

С рейнджера выпал неплохой плащ класса «редкий». На этот плащ я уложил Ксоко и, волоча ее за собой, по-черепашьи шустро покинул поляну, пока Гриндуум с друзьями снова не объявился.

## ГЛАВА 3

«Уж простите за тавтологию, но приветствуем вас в эфире ежедневной развлекательно-аналитической передачи «Вечерний Эфир»! Сегодня великий день для всех обитателей игрового пространства! Да, да и еще раз да! Альфа-тест завершен! Да здравствует бета-тест!

Игровые серверы будут недоступны сегодня с одиннадцати до двенадцати, планируется техническое обслуживание. Зато потом игра засияет свежими красками, и мы узнаем координаты нового материка. А те немногие счастливчики, кто сумеет прорвать блокаду Теллуса, организованную Ордой, отправятся в дальний путь – догонять десант с Веспера, а также тех ордынцев, которые направились на Аврору.

С полным списком изменений вы можете ознакомиться как на нашем сайте, так и на сайте игры».


Точного расположения храма Трех Лун и деревни Кичирон я не знал, только примерное направление. По квесту помнил, что отряд Тиутококана отправился к храму, там нарвался на серьезные неприятности, потерял почти всех своих бойцов, да еще и сломал легендарный артефакт – копье Тиутококана. Остатки отряда потом объявились возле деревни Кичирон.

Но мне помогли форумы. Вся Аврора, будто ужаленная, лихорадочно искала способы прокачки в ожидании пришествия Орды. Темы, посвященные тем или иным квестам и монстрам, плодились с огромной скоростью, как мемы после очередного обращения генсека ООН к народу. Обсуждался и поход Тиутококана. Но, к счастью, не слишком активно – вопросов по нему было больше, чем квестовых достижений. Как бы то ни было, я смог определить точные координаты деревни Кичирон и направление к храму Трех Лун.

Деревня стояла в опасной близости от границы туманных земель. Храм же и вовсе находился на этих землях, хотя сам не был покрыт туманом. Об этом я прочел в блоге Кадана – игрока, которого когда-то сопровождал, будучи НПС. С тех пор он успел неплохо покуролесить по закоулкам Авроры. На фоне очередных селфи попалась его развернутая статья про сеть ущелий и тоннелей, которые могли вывести к храму. Тот находился в некой буферной зоне, которая защищала его от тумана.

Сам храм толком разглядеть не удалось, на снимке его почти заслоняла улыбающаяся физиономия эльфа. Видны были башенки, отдаленно напоминавшие купола, и черная кладка стены. Внутрь Кадан заходить не рискнул, так что мне предстояло разбираться по ходу. Сначала, правда, требовалось узнать координаты храма, которые в блоге не назывались.

От моего (уже, правда, разрушенного) дома на дереве до Кичирона можно было бы дойти пешком всего три-четыре дня. Вот только мы уже пятый день практически безвылазно сидели в норе.

Не знаю, что за монстр жил здесь раньше. Но, судя по размерам помещения с разбросанными костями и засохшим дерьмом, ростом он был не меньше трех метров и мог полакомиться медведем, а потом за один присест навалить кучку диаметром с автомобильное колесо. Монстропедия подсказок не дала, и оставалось только надеяться, что обитатель пещеры либо переселился в другое место, либо помер где-нибудь на охоте.

Нору я обнаружил на одном из привалов, когда погнался за маленьким тощим кабанчиком. Больших и аппетитных в округе мы не встретили ни разу, зато дважды прятались от шумных среднеуровневых игроков. Те сметали на своем пути все живое ради крупицы опыта, но этого недомерка, видимо, пожалели, дав время подрасти. А вот мы с Ксоко жалеть тощего не стали, нам срочно требовалось поесть и найти ночлег. Девчонке было плохо, рука не срасталась, началось воспаление.

Первый день я потратил на обустройство временного пристанища. Вынес мусор, соорудил лежанку для Ксоко и обвалил часть потолка, сделав импровизированный дымоход. Следующие два дня я охотился, собирал все, до чего мог дотянуться. Обезьяны, змеи, лягушки, травы и корешки – любую мелочь, не глядя, забрасывал в инвентарь. Но, к сожалению, эта добыча совсем не содержала приона и почти не давала прибавку к опыту. Зато несколько раз приходилось прятаться от игроков. Даже был соблазн выйти на большую дорогу, подстеречь одинокого путника и наброситься с криком: «Кошелек или жизнь!» Но заняться гоп-стопом не позволило то ли воспитание, то ли реальная оценка собственных сил.

По ночам я разбирал добычу, варил снадобья, запасался едой впрок и лечил Ксоко. К четвертому дню та начала подниматься с лежанки и даже пробовала ходить вокруг норы. А я закончил мастерить из собранных лоскутков кожаную куртку. Выглядела она по-дурацки, в стиле «я его слепила, из того, что было» – разноцветная, с блестящими на солнце зелеными пятнами. Зато давала бонус к маскировке на болоте и в лесу.

На пятый день добровольного заточения начался бета-тест.

С раннего утра поднялся сильный ветер, по небу размазались облака, которые мерцали зеленым, как северное сияние. С нарастающей частотой била молния. Мы с Ксоко спрятались в пещере – сидели у костерка, сражающегося с порывами ветра, и смотрели, как буйствуют стихии снаружи. А потом вдруг стало темно.


« В Эфире! Внимание, в ближайший час игровые серверы будут недоступны в связи с проведением технических работ и выходом обновления 40.01.32567. Приносим извинения за доставленные неудобства.

Учитывая статус вашего персонажа, вы будете автоматически перенесены в личную комнату. Во время обновления вам будут доступны почтовые сервисы и личный кабинет DRUGA ID.

После выхода обновления рекомендуем заглянуть в DRUGA STORE и ознакомиться с сезонными акциями. Приятной игры!»


И снова здравствуй, пустота.

Хотя сейчас было не страшно, и к Эйпу не закинуло – либо механизм подобных перемещений больше не действовал, либо мой враг сейчас отсутствовал в игре. В DRUGA ID делать мне было нечего. Я только удивился, хоть и порадовался новым выплатам по патентам за рецепты, созданные моим первым персонажем (совсем в другой жизни, как казалось теперь). После чего полез в почту.

Пришел ответ от Торфейна. Тот писал, что Огнебородые все-таки выдвигаются на Аврору и с радостью примут от меня, как от старожила, любую помощь по прибытии.

Вот же ушлые гномы! Мало того, что блокаду обошли, соорудив что-то вроде подводной лодки, так еще и помощи ждут. Спасибо им, конечно, за новость, но не факт, что такое счастье мне самому нужно…

Я написал Руслану, рассудив, что если уж хочу как-то влиять на реал, то он пока моя единственная возможность. А потом заметил в онлайне Крысу и чатился с ней до конца технических работ.

«Данте, привет! Вижу, твоя популярность не падает. Заказ на твою голову в Темном Братстве – до сих пор в топе».

«Ага, у меня случились некие идейные разногласия с верхушкой клана Хранителей».

Рассказывать свою историю Крысе я пока не стал. Решил сделать это позже, при личной встрече, чтобы увидеть, покрутит ли она пальцем у виска или взглянет на меня с пониманием.

Она между тем спросила:

«Какие планы? Есть у тебя время? А то у меня квест в гильдии монстроловов. Нужно завалить редкого монстра, точнее нескольких. На выбор дают – Ауитсотль, Чихуатетео или Вендиго. Еще можно Чипактли, но он морской, а мне на море пока рановато. Мне бы не помешала помощь второго монстролова. Ты как?»

Я задумался. Планов-то громадье! Первым найти Слезу Авроры, завалить одного из лидеров самого крутого клана на материке и вернуть свое тело. Как говорил Джагг, Орде до нового континента плыть недель пять, потом еще приплывшим дадут время обжиться, месяц как минимум. Итого у меня около двух месяцев на реализацию своих планов.

Ответил я, впрочем, несколько иначе.

«Из планов – посетить границу туманов по квесту с поиском пропавшего отряда Тиутококана. Дня через три буду в деревне Кичирон. Это близко от твоих монстров?»

«Погоди секунду».

Пока Крыса что-то уточняла, я порылся в Монстропедии и записках Артейла, чтобы понять, что за монстров мы собираемся ловить.

Чихуатетео оказалась совсем не родственницей маленькой собачки, популярной у богатеев в прошлом веке. Скорее – мамочкой ангиаков, умершей во время родов и восставшей из могилы вурдалачкой. А вот Ауитсотль как раз был помесью собаки и выдры, имея при этом боевой хвост с навершием в виде когтистой человеческой руки. Про Вендиго в дневнике Артейла я разобрал только два слова: «всепожирающее зло». Остальное было скрыто – до тех пор, видимо, пока не встретимся лично.

Вернулась Крыса:

«Итак! Прошерстила пару сайтов монстроловов. Если никто не врет, то недалеко от Кичирона пару раз встречали Вендиго. Круть! Поможешь?»

Наверное, я мог отказаться – сослаться на неотложные дела, напомнить, что из монстроловов меня изгнали. Но, во-первых, я помнил, что Крыса меня спасла, а во-вторых, было чертовски интересно посмотреть, что же там за «всепожирающее зло».

«Я в деле! Буду через 3-4 дня в Кичироне, заодно снарягой получше разживусь по пути».

«Супер! В деревне есть гильдейский филиал, встречаемся там или в таверне. До встречи!»

Когда серверы заработали, в джунглях уже ничего не напоминало о прошедшем шторме. Ни поваленных деревьев, ни обломанных веток – лишь немного свежей росы и легкая дымка, пронизанная солнечными лучами. Будто после грибного дождичка, а не после урагана.

Я пробежался по системным настройкам, проверил инвентарь с картой. Туман опять немного сдвинулся – может, новые рудники открыли. А в остальном все было без изменений. Только над Ксоко появился новый статус – «спутник» – и окошко с настройками.

Было в этом что-то механистическое. По сути, она теперь стала как Ку-Кулек: захочу – вызову к себе, захочу – отошлю обратно. Но зато я могу быть точно уверен в ее поддержке – а если надо, сумею, наоборот, уберечь ее от самоубийственных инициатив и жертвенных порывов.

Сейчас спутник был доступен только один, но на более высоких уровнях предусматривалась возможность завербовать в команду еще кого-нибудь – как за квесты, так и за деньги.

Я посмотрел на Ксоко, на то, как она храбрится, стараясь держаться прямо, и предложил ей еще немного отлежаться в норе. Заодно хотелось протестировать опцию «отдых спутника». Ксоко понимающе улыбнулась. Я обнял ее и оставил ей большую часть припасов.

Не смог удержаться и зашел-таки в DRUGA STORE посмотреть, что там за суперакции. Пооблизывался, поплакал, покликал по легендарным лутбоксам с пятидесятипроцентной скидкой и пометками об уникальности предложения, взвесил свои сбережения – и купил. Правда, не легендарный и даже не эпический – денег хватило только на редкий. Но, как кто-то умный говорил, и то хлеб.

Покрутил обычный с виду сундучок из состаренного дерева с серебряным замком, погладил его и, прежде чем открыть, замер в предвкушении. Даже зажмурился, пробормотал: «Халява, приди», а затем аккуратно, мизинчиком подцепил замок.

Блин!

Лучше бы еще подкопил и взял себе премиум-аккаунт. Было же понятно, что ничего хорошего не выпадет. И ведь обратно не вернешь, даже полученное не продашь…

Я еще раз посмотрел на остаток суммы на счете. Чтобы купить еще один ящик, не хватало буквально нескольких центов. Может, наскрести, продав что-нибудь по мелочи? Или занять либо у Крысы, либо у Джагга?

Ненавижу эти лутбоксы и эти специальные предложения! И эти якобы скидки! Раньше выигрывало всегда казино, а теперь – рандом в микротранзакциях…

Пожевав початок вареной кукурузы, я сделал несколько глубоких вдохов. Посмотрел на выпавшее из ящика. Там была мантия ученика магической школы огня, а еще – коллекционный макет из серии «Достопримечательности Авроры», знакомый мне Утес Черепа в миниатюре. Красиво, конечно, сделали. Макет имел в высоту меньше десяти сантиметров, но все детали просматривались отчетливо – и шахта внутри утеса, в которую я когда-то упал (а система решила, что это суицид), и даже сколопендра, выглядывающая из-за камней. В практическим смысле, однако, толку от этой композиции не было – разве что поставить ее на полочку вместе с кошками, выбитыми из обелисков.

А на закуску выпал башенный щит с ограничением по силе и классу – и вдобавок такой тяжелый, что сразу заполнил треть моего лимита на перенос грузов. Я его даже брать не стал – выбросил из инвентаря и закрыл DRUGA STORE.


***

Шел я быстро (в первый же день преодолел почти пятьдесят километров), но не могу сказать, что красиво. Напялил мантию ученика волшебника, у которой среди бесполезных плюшек на магию нашелся еще и бонус к скорости передвижения. Нужно было только приноровиться, чтобы не цепляться длинной полой за кусты и коряги. Выглядело все это нелепо – абориген то ли в халате, то ли в бальном платье с задранным подолом. Но я рассудил, что эффективность важнее, а зрителей все равно не наблюдалось — я старался избегать обжитых мест.

Потом стали встречаться следы войны, которая так часто упоминалась во время промо-кампании обновления. Ту войну я застал в теле трактирщика, а теперь перечитал новейшую историю Авроры, чтобы освежить память.

Ученики Магнуса пошли разными путями – кто в симбионты, а кто в механики, но прион нужен был и тем и другим. Из-за этого и разгорелся конфликт. Карта не давала представления, где проходит линия фронта. Было понятно только, что главный оплот механиков – это Динасдан, который уже освоили Хранители. А симбионты базировались в Ханагге вместе с поселившимся там Легионом. Были и другие города, основанные учениками Магнуса, но моя карта о них умалчивала.

По мере того как я продвигался вглубь материка на юг, к Кичирону, мне все чаще попадались остатки разбитых обозов и обломки механических существ, сожженные хутора и скелеты в ржавых доспехах, брошенные форты и укрепления. Потом картина стала еще страшнее – трупы, пирующее воронье и дым от пожаров. Навстречу проехало несколько патрулей механиков и обоз с ранеными неписями. В разрушенных деревнях рыдали дети и женщины.

Попадались и квесты. Один – от раненого солдата, просившего отнести прощальное письмо жене в Динасдан, второй – от старика, искавшего внучку, которая убежала в лес, когда в деревню пришли солдаты. С тяжелым сердцем я вынужден был отказываться, чтобы не терять время. И постепенно, слушая НПС, составлял представление о последних событиях.

В двадцати километрах от Кичирона пару дней назад была большая битва, в которой симбионты потерпели поражение. Часть уцелевших рассеялась по окрестным лесам, но большинство отступило к Кичирону и теперь находится там в осаде. Механики планируют штурм и гоняют туда-сюда патрули в поисках врагов.

Был на эту тему и квест, который мне попытался вручить сержант одного из встреченных патрулей. Я снова отказался. После чего решил посмотреть, можно ли что-нибудь лутануть на поле боя.

Если бы не груды металлолома от поверженных механических существ, то я мог бы решить, что попал на съемки какого-нибудь «Храброго сердца». Вокруг лежали тела убитых, торчали из земли стрелы и обломанные древки копий, трепыхались на ветру рваные знамена. Рыдали женщины-неписи, бродя между телами в поисках мужей и сыновей.

А еще была толпа игроков, которые ползали по полю боя, пересмеиваясь и обмениваясь деловитыми комментариями. Раньше я и не задумывался, как мерзко все это выглядит. Одно дело поверженного в бою врага лутать, а другое вот так копошиться, отталкивая рыдающих женщин. Так даже стервятники себя не ведут, а скорее мухи…

Я увидел как минимум три меча, которые бы мне пригодились, но желание до них добраться пропало. Зато к ним как раз подобралась группа игроков – даже не бойцы, а какой-то класс типа обозника или лутальщика, заточенный под перенос большого количества груза. У всех красовался значок Хранителей.

Впрочем, бойцы на поле тоже были, человек двадцать. Часть из них охраняла уже наполненные обозы, а часть бродила вдоль периметра и отгоняла прочих желающих поживиться. Меня пока не заметили, но один из патрулей с двумя мехдогами как раз шел в мою сторону.

Присутствовали и игроки из других кланов – кучковались у края поля в ожидании ухода Хранителей, надеясь подобрать то, что останется. У меня промелькнула мысль – не провернуть ли трюк, который однажды удался мне в Динасдане? Не поднять ли на бунт против Охренителей возмущенный рабочий класс? Но рабочий класс выглядел здесь чересчур забито и убого. Даже если в глубине души его представители и мечтали о свержении правящей верхушки, то явно не сегодня. Так что пришлось мне вернуться в лес и обогнуть поле боя.

До Кичирона оставалось еще километров пятнадцать, когда я встретил отряд симбионтов. Видеть этот игровой класс мне прежде не доводилось, если не считать прокаженных аборигенов. Я замер в отдалении, а потом и вовсе залез на дерево, оставаясь незамеченным.

В отряде было пятеро НПС, с виду – обычные представители рас: два эльфа, человек, орк и гном. Но у каждого имелись черные наросты – не язвы и струпья, хаотично разбросанные по телу, как у прокаженных, а аккуратные, геометрически правильные фигуры.

На орке не было доспехов, и виднелись три ряда острых шипов, идущих по позвоночнику, два маленьких рожка на лбу, а также по отростку на локтях и на коленях. Гном носил тяжелый доспех, только без рукавов; предплечья и кисти были черного цвета с орнаментом из серых прожилок. У эльфа руки до локтя тоже были открыты, но черные отметины покрывали кожу не сплошь, а узкими полосками от запястья и до плеча.

Еще двоих разглядеть не получилось, они лежали с ранениями у костерка, укрытые плащами. Между ними на треноге стояла конструкция, напоминавшая больничную капельницу. Из нее торчал кристалл приона, а к раненым тянулись полупрозрачные нити. Прионовая походная инъекция – мне бы такая тоже не помешала, пока я не взвыл от ломки.

Пока я размышлял, как бы и мне отхватить кусочек дозы, внизу хрустнула сухая ветка, зашуршали кусты. Я всмотрелся, но никого не увидел. Только воздух чуть загустел, и всколыхнулось марево – кто-то крался в инвизе, причем, кажется, не один.

На поляне опасности не заметили. Эльф продолжал колдовать над ранеными, а орк с гномом спорили о чем-то.

Я вжался в дерево, стараясь даже не дышать, пока сгустки воздуха проходили подо мной. Потом послышался звук взводимой арбалетной тетивы. На инстинкте я хотел крикнуть, предупредить о засаде, но не успел.

Щелкнули спусковые механизмы нескольких арбалетов. Орк повалился на колени с простреленной шеей, хоть и еще живой. Гном с эльфом покрылись темным сиянием, и следующие два залпа не причинили им вреда – болты теряли скорость и вязли в этой защитной ауре.

В лесу прозвучал короткий резкий свисток, затрубил охотничий рог, и из сгустков воздуха материализовались бойцы механиков. Я насчитал семерых недалеко от меня. Второй волной, уже не таясь, топая и ломая ветки, неслись мехгаторы (как подсказала система) – низкие, широколапые механические ящеры.

Оставшиеся на ногах симбионты действовали четко и слаженно. Никакой паники, никакой суеты – расступились, давая друг другу место для маневра и прикрывая орка, в которого попала стрела. Гном, готовясь к драке, повел плечами и ударил кулачищами друг о друга. Эльф взмахнул руками, и из его предплечий выскочили клинки, напоминающие лапы богомолов. Вроде в прошлом в одной популярной игре было нечто похожее – но тут действовала магия, а там применялись киберимпланты.

Нападавшие растянулись полукольцом, пропуская вперед мехгаторов и выставив над их головами длинные копья. Эльф тем временем скастовал очередное умение и раздвоился – от его тела отделился темный силуэт двойника, замерцал, набирая плотность, и стал почти неотличим от оригинала.

Ящеры щелкнули челюстями, но эльфы-близнецы перепрыгнули через них и вломились во вторую линию нападавших. Гном же просто стоял и встречал рептилий. Одного мехгатора он поймал прямо за раскрытую пасть и разорвал пополам, другого пропустил мимо себя и перебил ему хребет кулаком-кувалдой. После чего стал экономнее расходовать силы – уворачивался, отталкивал металлических ящеров и уже не раздирал им пасти, а только отрывал лапы.

Немного ожил орк – поднялся, пошатываясь, со стрелой в шее, повернулся к врагам спиной и выгнулся, будто дикобраз. С мерзким свистом все его шипы полетели во врагов, как самонаводящаяся шрапнель. И сразу же прилетела ответка. Первое копье вошло ему под лопатку, второе – точно в затылок.

Орк, теперь уже мертвый, рухнул на землю. И это была не первая потеря у симбионтов – я заметил, как нападавшие мимоходом добили раненых, которые лежали под «капельницей».

У гнома в левой руке появился топор, а правой он закрывал рваную рану в боку. Из-под плотно сжатых пальцев, покрытых зеленым свечением, на землю падали черные капли крови. Он размахивал топором, отбиваясь от трех мехгаторов сразу. Но скорости ему уже не хватало – то и дело слышался скрежет стальных клыков о его доспехи. И всё чаще он, получая раны, вскрикивал от боли. Впрочем, и гора металлолома вокруг него росла непрерывно.

Эльф потерял двойника. Тот пропустил несколько ударов, и прионовое тело стало крошиться – а потом и вовсе развеялось, осев на землю горсткой черного пепла. Сам симбионт продолжал сражаться – лезвие богомола осталось лишь на правой руке, но не утратило эффективности.

Было похоже, что эльф и гном отразят-таки нападение. Я попытался подсчитать, сколько противников они уже положили, и сбился в районе пятнадцати.

Но, как говорят на Теллусе, не говори «победа», пока не облутаешь всех врагов. А живых врагов на поляне осталось еще около десятка – и к ним спешила подмога. Гномы-механики – с виду не танки и не дамагеры, а инженеры поддержки, – разбившись на три четверки, подтаскивали к поляне какие-то ящики.

Одна из групп остановилась прямо под моим наблюдательным пунктом. Она расчистила небольшой пятачок и поставила туда свою ношу. Самый молодой в группе, гном с опаленной бородой и пятнами машинного масла на лице, достал квадратную металлическую пластину, покрытую рунами, что-то на ней активировал, и ящик начал распаковываться сам.

Крышка замерцала и исчезла, а стенки разложились, как лепестки. Моему взору предстала металлическая конструкция около метра в длину. Массивная тренога и два блестящих мифриловых ствола на шарнирах.

Механик вновь щелкнул на пластине, которая выполняла роль дистанционного пульта, и турель ожила – в прямом смысле этого слова. С тихим жужжанием подвигала ногами, ища наиболее устойчивое положение, вытянула суставчатую шею. Повертела стволами, нацеливаясь на поляну, и открыла огонь.

Бум, бум, щелк, щелк, бум, бум!

Скорострельность оказалась так себе, не пулемет все же. Но калибр был приличный – пули насквозь пробивали стволы на другой стороне поляны, где попытался спрятаться эльф.

Слева и справа подключились турельные сестренки. Выстрелы слились в один сплошной «бум-бум-бум», и шансы симбионтов ежесекундно таяли. Гном-симбионт соорудил импровизированный щит из тел мехгаторов, но полоска жизни у него уже опустилась в желтую зону.

Эльф, исполняя бешеные кульбиты, прорывался к турели, которая была справа от меня. Но в очередном прыжке он все-таки угодил под пулю. Упал, перекатился за камень. Теперь та турель достать его не могла – зато для другой, стоявшей под моим деревом, он стал удобной мишенью. Механики радостно завопили, стволы хищно развернулись к эльфу, но тут я уже не выдержал.

Я прыгнул сверху на гнома с пультом, а Ку-Кулька натравил на его помощников. Рукоятка «оскала квинканы» вошла гному в незащищенную голову, сразу крит. Я подскочил к турели и рывком дернул за стволы, переводя огонь с эльфа на ближайших гномов. Взвыл от боли в обожженных руках, но стволы сместились-таки. Треножник заскрипел, переставляя ножки и пытаясь компенсировать отклонение. Стрельба, однако, продолжилась, что мне и было нужно.

Двух механиков, которые дрались с Ку-Кульком, прошило очередью в упор, едва не разорвав на куски. Третьего я добил, когда он рванулся к другой турели. Там еще не поняли, что произошло, и продолжали лупить по камню, за которым прятался эльф.

У меня с прицельной стрельбой все было плохо – турель скрипела, фырчала и уворачивалась, как бык на корриде. Но все же я, потеряв почти двадцать процентов здоровья, навел ее в нужную сторону. Бум, бум, бум! Одна из пуль удачно пробила ящик с боезапасом у треножника справа; взрывом смело оставшихся механиков.

Свою турель, однако, я так и не отпустил – она вырывалась, пытаясь вновь навестись на эльфа. Лишь когда патроны закончились, она пискнула и застыла. Стало тихо, только трещал огонь на месте взорванного треножника. Зато запиликали окна системных сообщений.


« В Эфире! Внимание, вы напали на нейтрального НПС. Класс атакованного персонажа – механик, место жительства – Динасдан, место службы – 3-я инженерная рота Западной армии Динасдана. Ваша карма урезана. Репутация при контактах с механиками снижена. Репутация при контактах с жителями Динасдана снижена. Репутация при контактах с солдатами Западной армии Динасдана снижена».

« В Эфире! Внимание, вы убили нейтрального НПС. Класс атакованного персонажа – механик, место жительства – Динасдан…»

« В Эфире! Получен новый уровень. Текущий уровень: 110».


Ну, хоть уровень отыграл. Зато восемь однотипных сообщений снизили мою репутацию у механиков до уровня «на грани ненависти». Утешало лишь то, что отношения с симбионтами должны были теперь улучшиться соответственно. А за спасение их бойцов мне полагались плюшки.

Но ничего я не получил – потому что, как выяснилось, никого и не спас. Эльфа все-таки достали за огрызком камня. А гном хоть и добрался до турели слева от меня, разделавшись с тамошними стрелками, но был убит и сам. Я только взглянуть успел в его затухающие глаза.

Вот и спрашивается – почему мне не сиделось на попе ровно? С механиками, считай, разругался в хлам, с симбионтов никаких профитов не поимел. Нафига я вообще полез? Подождал бы чуть-чуть, потом облутал бы трупики…

Трупиков было в избытке, но с лутом тоже не повезло. Или, может, Эфир наложил ограничения в рамках военного времени. Не считая всякого хлама на продажу, кучи металлолома и эликсиров разной степени полезности, найдено было следующее: пара сотен патронов, включая бронебойные; чертеж одноствольной турели первого уровня – почти ученический вариант без самонаведения, с медленной перезарядкой, с хитрой системой привязки к ловушкам и дверным проемам, но хотя бы пригодный к синхронизации с капканами и силками из арсенала монстролова; ремесленные перчатки с бонусом к навыку механиков; четыре малюсеньких полупустых кристалла приона из мехгаторов.

Еще я чуть ли не вылизал емкость-капельницу, из которой лечили симбионтов у костра. Бездарно перевели продукт – и их не спасли, и мне не хватило. Я поднял содержание приона у себя лишь до пяти процентов, поглотив все остаточные явления в радиусе ста метров от места бойни. Крохи, но теперь должно было заработать темное зрение, способное облегчить поиск добавки.

Квест я все-таки получил. Почти по классике – на теле эльфа нашелся заляпанный кровью плотный конверт, и выскочило системное уведомление.


« В Эфире! Вам доступно задание – доставка письма капитану Андреа в осажденное поселение Кичирон. Важно! От сведений, изложенных в письме, зависит судьба отряда, находящегося в осаде.

В случае успеха миссии репутация среди механиков будет понижена.

Награда: опыт, случайный элемент доспеха или бижутерии с бонусом к маскировке, повышение репутации среди симбионтов.

Принять: да/нет».


Мда, видимо, с механиками мне не подружиться…

Я подтвердил, что беру задание – даже не ради награды, а просто потому, что хотел какой-нибудь квест и опыт. Да и в Кичирон мне все равно было нужно.

## ГЛАВА 4

Кичирон оказался не деревней, а полноценной крепостью. Жилые постройки разместились, по большей части, у подножия невысокой горы, их полукругом ограждала стена – довольно скромная по размерам, но крепкая с виду. Другие дома находились выше, прямо на склоне. А третий ярус состоял из нор и пещер, вырубленных в скалах. Где-то там должен был быть и проход к храму Трех Лун. Где именно – знали только местные жители. На форумах обсуждались десятки версий, что наводило на мысль о рандомном периодическом обновлении.

Я затаился в ветвях высокого дерева (у меня это, похоже, входило в привычку) и уже третий час придумывал, как бы проскользнуть мимо бравых вояк Западной армии Динасдана, которые осаждали крепость. Они расположились между моим деревом и крепостной стеной, изрядно попортив кукурузное поле, и настроены были весьма серьезно. Поблизости от меня монтировались осадные орудия. Три механические конструкции, по принципу действия похожие на катапульты, были уже готовы – и теперь неспешно, но метко обстреливали ворота. Еще пять штук готовились подключиться в самое ближайшее время.

По бокам от катапульт виднелись многочисленные палатки, сновали бойцы механиков. Кроме того, я заметил деревянные ящики – огромные, как грузовые контейнеры. Механический боевой слон туда, может, и не влез бы, а вот мехрог или мехбуйвол – запросто.

Осажденные не огрызались – только бледно мерцали всполохи, когда снаряды, пролетавшие над стеной, крошились на мелкие кусочки. То ли защитный силовой купол, то ли очередные умения симбионтов. Да и вообще, механики имели явное преимущество в численности. Будь у симбионтов столько солдат, в поселении царила бы давка, и люди там дышали бы друг другу в затылок. Но ничего подобного не наблюдалось, улицы за стеной были почти свободны. Я разглядел трактир и гильдию монстроловов. Вопрос заключался в том, как туда попасть.

Осада осадой, но квесты-то игрокам нужно выполнять!

Хотя прогуляйся я сейчас по лагерю механиков, обязательно получил бы пару квестов на проникновение в крепость и добычу разведданных, а то и на прокладывание тоннеля с последующим открытием ворот изнутри под покровом ночи.

Рассудив так, я и в самом деле решил наведаться в лагерь. Сперва попробовал применить самый простой и обычно срабатывающий способ – иду прямо, гордо и не скрываясь. Типа, каждый день здесь хожу. Но механики оказались теми еще педантами – блокпостов и кордонов с мехдогами налепили немерено. Одиноких часовых не было, спящих на посту – и подавно.

Предупреждающего выстрела в воздух не последовало – сразу стреляли на поражение, да еще и собак спустили. Сказалась моя загубленная репутация – я ведь только недавно покрошил их отряд, и хотя свидетелей не было, все механики меня теперь ненавидели. В общем, мехдоги отстали от меня только после того, как загнали обратно в лес.

В теории был вариант обойти и лагерь, и гору, которая не выглядела запредельно огромной. Только вот и справа, и слева стояла стена тумана. Зазор между ней и крепостью составлял с обеих сторон не больше пятисот метров.

До вечера я изучил все маршруты патрулей, график смены караула, время обеда и ужина, расположение складов с боеприпасами, стройматериалами и едой. Знал даже, насколько часто местный командир бегает до ветру. Прикинул маршрут, по которому при определенном везении можно было добраться незамеченным до ворот. Но дальше-то что? Стучаться в ворота под катапультным обстрелом? Или карабкаться по стенам в надежде, что меня не расплющит защита симбионтов?

Я чуть не свалился с ветки, когда увидел знакомые лица. Пожаловала группа Хранителей. Ее возглавлял Танака – ментор близнецов, помешанный на японской тематике и приговоривший в свое время ради перерождения сразу двух парней из Таламуса. Выглядел он внушительно – полуэльф-самурай в полном пластинчатом доспехе, массивном шлеме с фигуркой дракона на лбу и двумя мечами на поясе. С ним были четыре помощника – один маг в длинной мантии и еще три самурая, только в доспехах попроще.

В моем списке мести Танака значился не в первом десятке, но несчастных близнецов я ему не собирался прощать. И вообще, меня интересовало, что он делает в Кичироне. Либо Эйп не справился с квестом, либо, напротив, все уже разгадал и теперь другие Хранители прут по накатанной, собирая легкий опыт.

Судя по тому, как местные вояки расступались при виде самураев, репутация у Танаки среди механиков была как минимум на уровне «глубокое почтение». Стража даже небольшую делегацию на встречу отправила.

Встретили, поклонились и проводили в ту часть лагеря, где стояли контейнеры и клетки с мехмонстрами. Зашли в самую большую клетку, где содержалась целая свора псов. Те не проявили агрессии – наоборот, отползли подальше, прижались к прутьям. А в центре клетки обнаружился люк; надо полагать, подземный ход на территорию Кичирона. Интересно устроено – если оттуда будет прорыв, то тут даже стража не понадобится, собачки примут всех гостей с радостью.

Танака и его подручные скрылись в тоннеле – уверенно и без суеты, будто не сомневались, что на той стороне их встретят как почетных бизнес-партнеров. Впрочем, я не удивился бы, если бы все так и оказалось.

В облаве на меня Танака, похоже, не участвовал, но такая плотная конкуренция на квест меня не порадовала. Вариант пройти по тому же маршруту я отмел, понимая, что меня собачки не пропустят так просто. А прокрасться незамеченным я не смог бы – псы слишком плотно набились в клетку. К тому же до клетки нужно еще добраться…

Хотел уже написать Крысе, предложить перенести место встречи, но она меня опередила:

«Я в таверне. Ты скоро? А то тут еда заканчивается».

«Шустрая ты! Как осаду прошла?»

«Механики дали квест на разведку обстановки в городе. А дальше – инвиз и трюки акробатики. Я тут со вчерашнего дня. Бегаю, местных опрашиваю. Иди к палатке командующего, там рядом писарь. Не помню, как зовут. Важный такой сидит, у него лысина на макушке и усы дурацкие – длинные, торчком. Подкручивает их постоянно».

«Не вариант. Я немного поссорился с механиками».

«Боюсь спросить – хоть кто-то есть, с кем ты не поссорился?! Вроде парень адекватный. Или я чего-то не знаю?»

«Когда увидимся – расскажу. Место встречи изменить можно? Или ближе к храму встретиться?»

«Тоже без вариантов. Храм хоть и на территории тумана, но будто в локальном пузыре каком-то. И проходов к нему только два. Один тут, а где второй, никто не знает… Стоп, мысль пришла! Не отключайся».

Дожидаясь вестей от Крысы, я пригляделся к писарю. Прикинул – даже если каким-то чудом он меня и выслушает, к нему не пройти. Чем ближе к шатру командования, тем охрана плотнее. Если на блокпостах еще зелень новопризванная, то у шатра – матерые ветераны. Уровень издалека не разглядеть, но по доспехам понятно.

«Прием! Есть вариант! Если ты, конечно, тумана не боишься. Лови координаты. На краю деревни есть обрыв – или, точнее, шахта, в нее мусор сбрасывают. Свалка – уже в тумане, внизу. В теории сможешь там подняться. Я тебя встречу».

«Угу», – отозвался я без энтузиазма.

«Только захвати комплект чистой одежды. Тут помыться негде будет. Сам понимаешь, осада, дефицит всего. Жду!»

«Стой! Давай утром. Может, в тумане хоть поярче будет», – написал я, а сам подумал – глядишь, и Танака за ночь закончит свои дела и уйдет из крепости.

Но Крыса была неумолима:

«Никаких «утром»! Мне через два часа в реале на работу. Жду! Жду! Жду!»

Я с трудом отлепился от дерева. Не чувствовал ни желания лезть в темноте на территорию тумана, ни бодрости в теле, окоченевшем от долгого сидения на ветке. Но других вариантов я действительно не видел.

Судя по отметке на карте, углубиться в туман по прямой нужно было всего на два километра. Но на практике все сложнее – это же горы, пусть и мелкие, и по прямой там вряд ли пройдешь…

Я размялся, выпил эликсир ускоренного восстановления выносливости, взял в руки «оскал квинканы» и двинулся вдоль лагеря механиков на границе их видимости. Гора с крепостной стеной осталась слева, а я уперся в гряду скалистых холмов. Сквозь нагромождения камней вверх тянулась тропинка.

Пришлось поторопить себя. Света становилось все меньше, зато все чаще попадались ямы с камнями. И если издалека туман казался сплошной стеной, то здесь, среди скал, я даже не сразу понял, что уже в него углубился. Не было четкой границы или мембраны, которую пришлось бы преодолеть. Были просто туманные облачка, подползающие к тропинке. Погрузившись в одно из них по грудь, я услышал знакомый бессвязный шепот.

Шел почти на ощупь, факела у меня не было – хотя даже если бы он имелся, я побоялся бы его зажигать. Врубал темное зрение, намечал путь на ближайшие пять метров, проходил их – и так раз за разом, монотонно и экономно, стараясь максимально сберечь те крохи приона, что удалось поглотить.

Так продолжалось то тех пор, пока рядом не послышался вой, который вплетался в шепот тумана, сливался с ним в тоскливую мелодию, бившую прямо в мозг. Тоска нарастала, переходила в отчаянье – и в момент, когда терпеть это становилось совсем уж невмоготу, раздавался смешок. Гаденький, противный смешок, как металлом по стеклу. Он заставлял вздрагивать, дергаться, оборачиваться. Включая темное зрение, я пытался засечь источник звука, но тот сразу же менял направление. Я спотыкался, падал, вскакивал и, сбиваясь с пути, кружил между холмов.

Потом, сверившись с картой, я врубил темное зрение на полную мощность и побежал. Впереди сквозь туман маячили силуэты существ, которые если и были раньше людьми, то очень давно. Встречи я избегал, забирал левее, краем глаза поглядывая на карту.

Вой изменил тональность, теперь это был явный призыв к атаке. В нем слышалась уже не тоска, а злость и азарт. Я физически ощущал волны чужой агрессии и с каждым завыванием терял по несколько десятков хитпоинтов.

Темное зрение мигнуло и ушло на перезарядку, я приостановился, и это спасло мне жизнь. Я успел разглядеть только блеск на клыках, красный глаз, слипшиеся комки длинной шерсти, когтистые лапы и ослепительно яркий свет приона. Тварь, не ожидавшая моей остановки, пронеслась прямо передо мной.

Я прыгнул за ней.

И нет, меня гнал вперёд не адреналин, а ломка и жажда заполучить прион.

Я успел схватить монстра то ли за хвост, то ли за заднюю лапу – в темноте не различить – и выстрелил в упор. Тварь дико взвыла от боли. Во мне пробудились охотничьи инстинкты, и я тянул добычу к себе. Перезарядиться не мог, поэтому бил прикладом, на котором крепился клык. Не останавливался, пока система не сообщила, что мне добавлено опыта.

Я поглотил прион, выпрямился – и тоже завыл! Получилось, кажется, даже громче, чем у туманного монстра, – с той разницей, что у меня этот вой был наполнен не болью, а торжеством.

Когда я наконец добежал до лаза в Кичирон, за мной гнались уже полдюжины тварей. «Проклятый туманный балам» – так этот вид называла система, а дневник Артейла поведал краткую историю про очередные эксперименты Магнуса над ягуарами. На кошек они, впрочем, походили очень отдаленно (по сути, сходство исчерпывалось наличием хвоста и четырех лап), так что обидеть духов-покровителей Уасиока я не боялся.

Трех зарубил и выпотрошил по дороге, но остальные быстро поумнели и собрались в стаю. Мой задор хищника схлынул, и мы снова поменялись ролями – я убегал, они догоняли. Темное зрение от частого использования подросло в уровне. Теперь оно работало дольше и дальше, позволяя мне держаться на безопасном расстоянии от преследователей. Но я уже начинал уставать.

Зато я получил подтверждение, что бегу, куда надо. Понял это по запаху. Все-таки свалка – она и в Эфире свалка. Хорошо хоть, жителям Кичирона хватило мозгов не сбрасывать сюда трупы…

Я вбежал в огромную пещеру. В ней легко разъехались бы четыре автобуса, а до потолка было метров двадцать. Груды отбросов тоже впечатляли размерами. На них копошились мелкие существа, похожие на толстых мартышек с крысьими мордами. О раздельном сборе мусора в Кичироне пока не слышали – дыра в потолке пещеры служила одновременно и канализацией, и мусоропроводом. Над самой здоровенной кучей мерцал луч лунного света, и – о чудо! – болтался канат с узлами.

Едва я успел отправить сообщение Крысе: «Жди, я рядом!», как сзади снова раздался вой. Я метнулся вперед, распугивая помойную живность. Поскользнулся, перемазался чем-то теплым, потом влетел в какую-то гниль, зажевавшую меня, как трясина. Но с рычанием, воем и матом я все-таки прорвался к веревке. Подпрыгнул, ухватился за нее и, увидев вверху улыбающуюся Крысу, заорал ей: «Тяни!»

Веревка дернулась и поползла вверх. Потолок пещеры приближался, а туман вокруг меня редел с каждым метром. Но тут сразу два балама, высоко подпрыгнув, вцепились в мою свисавшую мантию. Я едва удержался, чтобы не сорваться. Ногами обхватил канат покрепче и достал «оскал квинканы». Целиться было легко – и луна подсвечивала, и глаза баламов ярко выделялись на фоне темного мусора, – только перезарядка была неудобная. Я выстрелил дважды, и оба раза попал.

Неожиданно меня перестали тянуть наверх, а потом канат и вовсе стал опускаться. Внизу радостно взвыли, и еще одна проклятая кошка повисла на моей мантии.

– Крыса, что за фигня?!

Я попытался своими силами продолжить подъем, но с грузом было тяжело, да и канат опускался быстрее, чем я взбирался. Взглянув наверх, я похолодел – Крыса целилась в меня из своего легендарного пистолета.

– Посторонись, – она повела стволом, – поохотимся!

Балам тебя побери, и эта туда же! Везет мне на спутников, которые не желают терять ни крупицы опыта и ни крошки лута…

Изогнулся, как смог, и тут же сверху раздались выстрелы. Кошка-монстр отцепилась от меня с визгом, ей на смену подскочила другая. Стрельба не смолкала, а я болтался на канате, надеясь, что меня не заденет.

Когда горящие глаза под ногами закончились, Крыса крикнула: «Поберегись!» Мимо меня пролетел стеклянный шар, плюхнулся в гору трупов и вспыхнул ярким светом. Мелкие обитатели помойки заверещали и бросились врассыпную.

– Лут собери, – напомнила Крыса, – только быстро, у этой штуки время действия ограничено.

– Мои семьдесят процентов и надбавка за стресс, – предупредил я; надоели мне эти ушлые компаньоны, пора уже самому становиться более предприимчивым.

– Двадцать, стандартный гонорар приманки!

– Сама тогда лезь.

Я стал карабкаться вверх, мысленно заклиная ее не обрезать канат.

– Эй, эй, эй! Не глупи, там сейчас все вырубится! – прокричала она, но я сделал вид, что не слушаю. – Ладно, пятьдесят на пятьдесят.

Это уже было интереснее. Я разжал ноги и стал быстро спускаться. Вокруг шара в радиусе примерно метров пятнадцати все еще сохранялось свечение – своего рода охранный периметр, который не решалась пересекать помойная мелюзга. Я поглотил прион из двух монстров, которых пристрелил сам. Остальных пришлось потрошить, чтобы достать кристаллики.

– Фу, ну ты и воняешь, – сказала Крыса, когда я влез наконец наверх. – Помоги закрыть и переодевайся скорее.

Мы накрыли колодец тяжелой решеткой. Сверху та была гладкой, хоть и со следами ржавчины, а снизу торчали приваренные шипы. Без помощи Крысы я никак бы не смог использовать этот лаз.

«Переодевайся» – это, конечно, громко сказано. Я стянул дырявую мантию и без малейшего сожаления сбросил ее в колодец, пропихнув сквозь прутья решетки. На замену в инвентаре у меня лежала только разноцветная лоскутная кожанка. Пара мысленных кликов – и я предстал перед Крысой в своем лучшем наряде.

– Мда, может тебя все бить пытаюсь за тонкое чувство моды? – поморщилась она. – Ладно, мне пора на работу. Постарайся не поссориться ни с кем до моего возвращения.

Я пробурчал что-то про мир, дружбу, жвачку, но уже в пустоту. Огляделся, пытаясь сориентироваться. Колодец располагался где-то на окраине, в одной из тупиковых неосвещенных улиц. По обеим сторонам теснились двухэтажные каменные строения.

Я дошел до поперечной улицы. Та была шире и вела к вершине горы. Неподалеку виднелись темные силуэты двух пирамид, светилось несколько окон, и изредка доносились обрывки разговоров.

Капитан симбионтов оказался крупным орком с пепельными волосами и почти человеческим лицом (если не считать черные от приона клыки). Татуировка покрывала весь его лоб на манер банданы. В небольшом отряде осажденных меня встретили приветливо, покормили, обогрели у костра и даже выделили несколько ведер с дефицитной водой, чтобы привести в порядок одежду.

Взяв письмо, которое я принес, капитан Андреа принялся обсуждать его со своими помощниками. Меня в секреты не посвящали. Оставалось только надеяться, что в послании – либо формула, как всем им сделать по десятку двойников, либо новость о скором прибытии подкрепления. Иначе шансов против механиков у них не было никаких.

– Спасибо тебе, друг. – Андреа вернулся в момент, когда я записывал рецепт похлебки, снижающей расход приона во время применения навыков. – Сведения, доставленные тобой, очень ценны для нас.

– Пустяки, на моем месте так поступил бы каждый. – Диалог получился так себе, но когда дело доходит до награды за квест, я становлюсь донельзя скриптованным.

– Нет, не каждый. Я хотел бы поговорить подольше, чтобы узнать тебя. – Он сделал паузу, словно принимал важное решение. – Но нам нужно уходить. Понимаю, что бросаю тебя тут одного, но и позвать с собой не могу. Путь, который нам подсказан в послании, ведет в туманные земли и слишком опасен.

Гадство! С ними я, конечно, не собирался, но и не особо горел желанием торжественно встречать тут Западную армию Динасдана. Надо было придумать, как убраться из крепости.

– В любом случае, прими этот скромный подарок и знай, что отныне ты всегда будешь другом моего отряда.


« В Эфире! Вы завершили квест по доставке послания в осажденную крепость. Репутация среди симбионтов повышена, текущий уровень – «хороший парень». Получено 3000 очков опыта. Получен предмет – малый двойной мифриловый кафф маскировки. Класс: редкий. Свойства: увеличивает эффекты от навыков и зелий маскировки на 2%. При насыщении прионом дает возможность полностью стать невидимым на 5 секунд».


Кафф оказался клипсой-спиралькой из двух витков. Я поблагодарил капитана, проверил сколько в клипсе приона и сразу же надел ее на левое ухо.


***

Крыса появилась только к обеду. Я чуть не свихнулся от скуки, пока дождался ее. Наведался в гильдию монстроловов, но старый матерый охотник – то ли сторож, то ли ночной дежурный – плюнул мне под ноги и сказал, чтобы я проваливал и больше не появлялся без достойных трофеев.

Дорога к храму начиналась в подвале одной из пирамид. И хотя днем там было достаточно оживленно (может, жрецы готовились к смене власти в крепости), на нас никто не обратил внимания. Да и мы не отсвечивали – аккуратно, по стеночке прошли вглубь пирамиды. Спустились в подвал, сделали небольшое подношение местным богам, и перед нами открылся проход куда-то в недра горы.

Метров через сто узкий тоннель вывел нас на свежий воздух в широкое ущелье. Опасности в поле зрения не было – но и само это поле зрение было сильно ограничено. Дорога постоянно изгибалась, в некоторых местах проход был завален каменными глыбами, а по бокам зияли темные провалы пещер. Ущелье было глубокое. Почти отвесные стены поднимались километра на полтора, если верить моему глазомеру. Нападения сверху вряд ли стоило ожидать, но и забраться туда было бы нереально.

Примерно через три километра мы встретили первые следы присутствия отряда Танаки. Точнее, последствия того, что отряд здесь прошел. Вдоль дороги валялись тела зверей-монстров, рассеченные лезвиями самурайских мечей. Тела еще не развоплотились, а значит, тут было безопасно до следующего респаунда хищников. Но и Танака был где-то близко.

Я не хотел использовать Крысу втемную, и как только мы вышли на более-менее прямой участок пути, рассказал ей свою историю – всю, без утайки. Начал издалека, с оцифрованных игроков и переноса сознания. Растолковал про обмен аккаунтами и информационные вбросы в СМИ. Наблюдая за ее реакцией, объяснил, каким образом во все это вляпался лично я. Не знаю, поверила ли она мне, но выслушала внимательно. Не перебивала, смеялась там, где было смешно, переспрашивала и уточняла.

Говорили долго, и в итоге она, конечно, сказала, что все это звучит чертовски странно. Но согласилась, что заказы на мою голову и вражда с Хранителями не возникли бы на пустом месте. Попросила дать ей время, чтобы переварить услышанное.

А потом нам стало уже не до разговоров. Мы увидели храм Трех Лун.

## ГЛАВА 5

«Поток новостей с Авроры не прекращается. Уж не знаю, что задумали разработчики, но на моей памяти это первое обновление, дающее нашей программе столько материала.

Представляем вашему вниманию новую беду Авроры – профсоюз оцифрованных игроков. Да, когда-то это должно было случиться. Людей, перенесших свое сознание в виртуальность, становится все больше. И вот теперь у них появился свой коллективный голос.

В реале, правда, их пока представляет лишь горстка адвокатов. Зато на Авроре оцифрованные составили уже целый клан. Первые люди – так они себя называют. Это группа игроков-аборигенов, которые первыми смогли выполнить условия договора по отыгрышу НПС, после перехода в виртуальность. Их точную численность мы не знаем. Представители компании Deep Reality Ultra Games отказались прокомментировать наш запрос. Но по количеству войн, объявленных другим кланам, Первые люди уже успели обогнать даже Орду.

Они не выдвигали публичных требований. Не было ни заявлений, ни манифестов. Только паника, хаос, разруха и десятки разрушенных поселений, где жили обычные игроки. Будто сама Аврора поддерживает Первых людей. И если пока далеко не все из оцифрованных геймеров хотят вступить в этот новый клан, то аборигены-НПС присоединяются к нему толпами. Мы не знаем баг это или фича, но берегите скальпы – аборигены вышли на тропу войны».


Луна, конечно, была одна. И троилась она исключительно за счет отражения в трех небольших (метров по сто в диаметре) водоемах, между которыми древние строители возвели храмовый комплекс из десятка небольших пирамид. В центре стояла самая крупная – высокие, почти в человеческий рост, ступени, а на вершине – площадка с колоннами и тремя алтарями.

Я не особо разбирался в мифологии Эфира. Когда-то, будучи гномом, поклонялся Клурикону на Теллусе. Каждую двадцатую бочку сваренного пива выносил в ночь под полную луну на удачу. А на Авроре было как-то не до богов, все сам да сам. Кали, по идее, могла бы меня принять, но у нее – культ смерти, так что еще вопрос, хочу ли я обращаться к ней.

– Не фига себе, погриндили, – присвистнула Крыса. И добавила с такой интонацией, что я не понял, восхищается она или грустит: – А полутались еще лучше.

Результат набега Танаки и правда выглядел жутковато. Повсюду лежали изрубленные тела зверей и каменных големов, пытавшихся, очевидно, оборонять комплекс. Самураи же потеряли всего одного бойца. Крыса направилась к его телу, высоко поднимая ноги и бурча по пути:

– А с неймингом у местных беда. Это не храм Трех Лун, это черт-те что трехсот тридцати трех тысяч черепов.

Насчет трехсот тысяч она, может, и загнула, но аборигены явно отличались больной фантазией. Что скрывается внутри пирамид, мы видеть не могли, зато снаружи использовался один единственный стройматериал – черепа. Они были плотно подогнаны друг к другу и пожелтели от времени. Из них состояли не только стены, но и барельефы в виде птиц и змей, сделанные довольно искусно. При этом сами черепа различались по форме и по размеру – человеческие, орочьи, эльфийские, волчьи. В общем, каждой твари – по паре тысяч как минимум.

Для арки над воротами строители использовали зверюг, похожих на слонов или мамонтов. Сейчас эта арка, правда, уже наполовину разрушилась. Разломов и прорех в зданиях тоже было довольно много. Комплекс, однако, не выглядел заброшенным – разборки между игроками во время квестов происходили тут, судя по всему, регулярно. А вот следов Тиутококана не наблюдалось, и непонятно было, куда отсюда ушел Танака.

– Кажись, облом. – Крыса протягивала мне маленькое желтое перышко, а в другой руке держала черепок какого-то грызуна. – Бери, бери! Больше тут все равно ничего нет. И я даже не уверена теперь, что хочу догонять этого твоего Танаку. Звери, а не люди. Даже своего облутали.

– Это не жадность, это практичность. – Отмахнувшись от перышка, я прошел под аркой.

– Не, я серьезно. Ребята плотно чистят, а у нас с тобой ни единички опыта за сегодня. – Крыса пристроила черепок на ремень и побежала догонять меня.

Было уже понятно, что вряд ли нам что-нибудь обломится после того, как здесь прошел Танака. Но не довольствоваться же перышком и черепушкой! Так что мы разделились – Крыса направилась прямиком к центральной пирамиде, а я решил обойти комплекс вокруг. Благо его граница была очерчена очень четко.

Стена тумана поднималась примерно до уровня третьего этажа типового дома в спальном районе, в котором я жил когда-то давно. Подумав об этом, я даже удивился, насколько непривычным и чуждым показалось сравнение. Теперь высоту мне проще измерять в пальмах…

Туман был не такой, как у Кичирона или во время освобождения обелиска. Не легкая дымка, которая постепенно густеет и обретает молочную белизну, а сразу плотная непроглядная масса, почти стена. Лишь на уровне макушек пальм, стоящих неподалеку, туман чуть рассеивался, пропускал солнечные лучи и голубые оттенки неба. Но туда не допрыгнуть, даже если бы я смог взобраться на пальму, да и незачем.

Я потрогал стену, проверил уровень опасности темным зрением. Потом с заметным усилием, будто превозмогая отклик вибромотора игрового джойстика, протолкнул руку. И сразу вернул ее обратно. Нам пока туда не надо.

Отряд Танаки я заметил в дальнем конце комплекса. Обошел купол по дуге и услышал звуки боя. После чего подкрался и спрятался в руинах небольшого домика на самой границе тумана.

Хранители увлеченно мутузили местного босса, так что можно было и не прятаться – хоть маршируй с транспарантом, все равно бы не заметили.

Два самурая кружили вокруг трехметрового аборигена, атакуя по очереди и разворачивая противника под удары Танаки. А тот поджидал момент и бил в открытую голую спину, но как-то неуверенно, что ли. Хотя возможностей для удара предоставлялось множество, Танака их использовал редко – отступал, едва замахнувшись. А когда все же наносил удар, моментально отскакивал, даже если великан не огрызался.

Несмотря на громадный рост, абориген был строен и ловок. В левой руке он держал выпуклый ростовой щит, а в правой – макуауитль. По габаритам эти предметы больше напоминали дверь и весло. В центре щита выпирала накладка в виде звериной морды с зубастой пастью и острым рогом. Кожа аборигена отливала зеленым, доспехов и одежды было немного: шлем-маска с клювом, шипастые поножи и наплечники плюс передник из металлических пластинок, закрепленный круглой бляхой с эмблемой солнца. На бедре болтался обломок копья, заменявший гиганту, наверное, перочинный ножик.

Туземец держался бодро, контратаковал, резко менял направление, делал неожиданные выпады, но было видно, что он уже устает. Все чаще он пропускал удары – как от Танаки с самураями, так и от мага, который издалека швырялся ледяными сгустками воздуха.

Я переключился на темное зрение и удивился – ни намека на прион у босса-туземца. А когда вернул обычное зрение, тот уже стоял на коленях, опираясь на щит, а рука, все еще сжимавшая макуауитль, валялась на земле отдельно от тела. Танака с опаской, маленькими шажками, приблизился к нему. Выбил щит, снова отскочил. Лишь после этого, поняв, что не получит сдачи, вернулся – и в прыжке рубанул катаной по шее.

– Ну сейчас-то точно копье выпадет! – сказал один из самураев, подходя к телу аборигена.

– Забьемся? Ставлю сотку! Первого проверили – мимо, остались двое, включая этого. Так что шансы – фифти-фифти сейчас, – ответил второй помощник Танаки. – Сенсей, лутай его скорей!

– Тихо! Здесь кто-то есть, – вмешался маг и принялся озираться, а потом уставился в мою сторону.

Я отшатнулся и, сделав пару шагов назад, провалился в туман. Резко отрубилось зрение. Так плохо я видел только однажды, когда спер у сторожа в Таламусе очки с диоптриями на плюс пять. Хотя нет, как-то раз еще в клубе упал на пол рядом с дым-машиной…

На границе тумана появился силуэт – маг стоял теперь совсем рядом, пытаясь разглядеть меня. Можно было протянуть руку и потрогать его мантию, но я замер, задержав дыхание.

Еще один силуэт приблизился – Танака, судя по очертаниям шлема. Он заговорил с магом, но звук был неясный, как и картинка. Будто радио повесили прямо над головой, но закутали в одеяло.

– Хонда, что там?

– Не вижу, но чую. Пот чую, дерьмо чую, страх чую.

– Оставь, уходим. С фермы сообщение пришло, на нас напали.

– Нам же квест надо закрыть, один пруд осталось выпотрошить, а? – Силуэт мага повернулся к Танаке. – Да и снаряга у меня вся только на заморозку, я ж специально готовился отражения Тиутококана гасить.

– Сказал – нет! – Танака повысил голос. – Прион важнее, нельзя фермой рисковать.

Маг слегка поклонился Танаке. А потом развел руки, бросил несколько голубых склянок на землю и вплотную прижался к стене тумана. Я бы мог укусить его за нос, не сходя с места. Так мы и стояли. Он то втягивая носом воздух, то пришептывал, а я, как та тучка, что вовсе не медведь, старался держать себя в руках и успокоить скачущие мысли.

Храм Трех Лун, три озера…

У Хранителей прионовая ферма…

Где Крыса?

Три отражения Тиутококана, которые его, похоже, и сгубили.

Прион – это ресурс, это сила, это деньги…

Как призвать Ксоко, пока я в тумане?

Двоих боссов они вынесли, копье не нашли.

Значит, с третьего оно выпадет, сто процентов.

Я хочу забрать все себе…

Свали нахрен уже отсюда!

Мысленная команда подействовала на мага неожиданным образом. Он дернулся, отшатнулся и, роняя на бегу склянки, ломанулся прочь. А я похолодел – не столько от магии льда, растекавшейся за кромкой тумана, сколько от осознания, что за моей спиной кто-то есть.

И тут же этот «кто-то», схватив меня за лодыжки, дернул к себе.

Падая, я успел немного повернуть голову, и потому не расквасил нос. Но все равно едва не задохнулся от боли. Что-то хрустнуло подо мной – это оказался полуистлевший скелет. Его осколок пробил мне куртку и вонзился под ребра.

А меня самого уже волокли по полю.

Или, точнее, по огромной свалке костей. Сюда, похоже, сбросили все, что не пригодилось на стройке.

Я извивался, пытаясь достать осколок из раны, но делал только хуже. Сознание помутилось – настолько, что я упустил момент, когда чужая хватка ослабла. Меня перестали тащить и бросили.


« В Эфире! Вы получили урон. На вас наложен эффект кровотечения. Восстановление жизни снижено на 30%. Эффект от зелий здоровья уменьшен на 50%. Продолжительность дебаффов: 10 минут».


Осколок я наконец достал. Влил в себя сразу два эликсира жизни, закашлялся, но добавил к ним эликсир ускоренного восстановления выносливости.

Взял в руки «оскал квинканы». Включил темное зрение, крутанулся несколько раз, но ничего конкретного не увидел. Только бледные росчерки, будто в сумерках кто-то махал рукой с тлеющей сигаретой.

Мне срочно требовалась подмога, и я позвал, заикаясь:

– К-ксоко!

Вообще-то я не знал толком, как правильно вызывать свою спутницу. Но она появилась – не моментально, как джинн из бутылки, а по-человечески. Вышла из тумана с совершенно невозмутимым видом, будто мы встретились на цветущем лугу. Лишь кости похрустывали под ее шагами.

– Ущелье, четверо, – быстро произнес я. – Проследить до прионовой фермы. В бой не вступать. Давай!

Я торопился. Главное – отослать девчонку, пока неведомая тварь не вернулась. Ксоко оценила ситуацию с ходу и, к счастью, не стала ни спорить, ни шутить. Кивнула и снова растворилась в тумане. Я же выстрелил в воздух, перезарядился и побежал к границе, агря возможную погоню на себя.

Мне оставался буквально шаг до туманной кромки, но тут пространство за спиной всколыхнулось, как от порыва ветра, и меня подсекли ударом по опорной ноге. В футболе за такое сразу показали бы красную. Меня подбросило, развернуло и потащило обратно.

Я скреб по земле свободной рукой, пытаясь ухватиться за что-нибудь, но попадались только старые кости. Движение прекратилось неожиданно резко, меня опять отпустили. Я тут же кувыркнулся и выстрелил из «оскала квинканы», но никого уже рядом не было.

Пятясь в сторону границы, я на ходу активируя силки и капканы. Вызвал Ку-Кулька, но тут же убрал обратно – его колбасило, он то выл, то рычал, то лаял, мешая мне вслушиваться и рискуя привлечь других обитателей тумана.

За спиной проскочила тень. Пришло сообщение о критическом уроне, и я ощутил резкую боль под коленом. Мелькнула мысль – по сухожилиям бьет, скотина…

Я выстрелил в пустоту – меня больше не беспокоило, что можно привлечь кого-нибудь шумом. Наоборот, я орал теперь во всю глотку. Вертелся и звал тварь, стараясь придумать максимально обидные слова.