Рина Ушакова
Когда исчезает солнце

Глава 1

Широкая асфальтированная дорога вела к белой церкви, которую освещал бледный лунный свет. Путь назад мне преграждали тяжёлые кованые ворота, на которых висела массивная цепь с не менее массивным замком, а по бокам тянулись ряды могил, многие из которых утопали в зарослях. Это было старое кладбище, и здесь давно уже никого не хоронили и мало кого навещали.

Мне предстояло пройти в самый его центр, где можно было обнаружить захоронения ещё позапрошлого века. Ничего не скажешь, влипла, так влипла. Я вздохнула и покрепче сжала в руках небольшой фонарик, который пока был выключен.

Если честно, меня совсем не пугала мысль о том, что из могил могут полезть мертвецы или что-либо в этом духе, а вот перспектива встретить каких-нибудь ненормальных сектантов или маньяков не воодушевляла. Впрочем, маньяки, скорее всего, ходят в более людных местах, а не ждут случайно забредших на кладбище зевак. Оставалось опасаться только сектантов.

Отчасти моё спокойствие было вызвано тем, что тут я была не одна. За оградой меня терпеливо поджидали мои друзья, из-за которых я и оказалась ночью в этом месте и которые могли бы мне помочь в случае чего.

Началось всё, как и обычно, с очередной идеи Влада. Он обожал всякие мистические истории, знал мифы и легенды всех народов земли и постоянно пытался найти в нашей обычной и ничем не примечательной жизни следы паранормального. Наша небольшая компания под его руководством уже успела облазить все подозрительные места нашего города: заброшенные дома, пустыри и водоёмы. Иногда мы действительно сталкивались с чем-то странным, но, в конечном счёте, всё это можно было логически объяснить. Но только не Владу. Он был уверен, что призраки, вампиры и прочая нечисть реально существует, и нужно только найти места, в которых она обитает.

– Зачем бегать за привидениями, если можно их вызвать? – заявил он однажды с крайне удивлённым видом.

Казалось, наш друг был в шоке от того, что не додумался до этого раньше. Владу где-то на глаза попалась информация о спиритических сеансах, и он решил организовать свой собственный, чтобы выйти с духами на связь напрямую. Идея всем понравилась. Хотя мы и не разделяли горячей убеждённости Влада в существовании привидений, пощекотать нервы время от времени было забавно.

Как объяснил Влад, для усиления эффекта требовался любой предмет, которым владел умерший человек. Предложение взять что-то из вещей родственников ему не понравилась.

– Ну и кого мы сможем так вызвать? Лично моя бабка и при жизни была с приветом, а сейчас я тем более встречаться с ней не хочу. И вообще, самое интересное – связаться с кем-то, кто жил очень давно.

Так и появилась мысль наведаться на кладбище и позаимствовать что-нибудь у местных обитателей. Так как ждать Влад не хотел, пришли мы сюда уже после захода солнца. Странное решение, ничего не скажешь, но это я поняла только когда проиграла в жеребьёвке и вынуждена была отправиться на охоту. Хорошо хоть, что мама этого не видела, она настрого запретила мне шататься по улицам допоздна. Целых два дня я держала обещание, но я же знала, что когда-нибудь это случится.

У меня было только одно желание – поскорее со всем этим закончить. Я быстро зашагала вглубь кладбища. Старые тополи поскрипывали от лёгкого летнего ветерка, беззаботно перекликались ночные птицы. На первый взгляд ничего пугающего в окружающей обстановке не было. Я без проблем дошла почти до самой церкви, а потом свернула к рядам могил.

Здесь мне уже стало немного не по себе. Лунный свет практически не пробивался сквозь деревья, и пришлось включить фонарик. Заросли каких-то сорняков мешали идти, их цепкие стебли хватали меня за ноги и, казалось, хотели повалить меня на землю, чтобы обвить моё тело и утащить его под землю, где ожившие, но не способные выбраться из могил мертвецы ждали начала кровавого пира…

Я тряхнула головой: настолько все эти возникшие перед моими глазами картины казались реалистичными. Никогда бы не подумала, что после стольких приключений с Владом во мне могут остаться такие страхи. По правде говоря, я никогда не верила в существование потусторонних сил, но в подобных условиях у кого угодно сдали бы нервы.

Не знаю, на что мы надеялись, когда шли искать что-то на кладбище, где уже сто лет никого не было. Всё самое интересное давно растащили, и мне оставалось только чей-то памятник с собой забрать разве что.

И вот, под одним из надгробных камней что-то сверкнуло. Я подобралась поближе, чтобы рассмотреть, что это могло быть, и увидела небольшую брошь. Она была похожа на золотую, россыпь сияющих камней складывалась в силуэт птички. На ощупь брошь оказалась довольно тяжёлой. Я повертела находку в руках и направила фонарик на надгробие.

Оно не собиралось делиться со мной своими тайнами. Надписи почти полностью стёрлись, но по виду можно было понять, что этому захоронению не меньше века. Пока я раздумывала над тем, кто и зачем оставил украшение на заброшенной могиле, во мне нарастало чувство непонятной тревоги.

У меня появилось странное ощущение, что в мою спину направлен чей-то взгляд. Я медленно, чтобы не показать замешательства, обернулась. В нескольких метрах, за оградой другой могилы, стоял и безучастно смотрел на меня черноволосый парень, одетый в тёмный балахон, ужасно бледный, а его глаза, казалось, прожигали насквозь. Во всём его облике было что-то пугающее и притягательное одновременно, такое, что смотреть страшно, а отвести взгляд невозможно.

Но было не время рассматривать его. Едва ли он тоже пришёл на кладбище, чтобы заняться мародёрством, как я, а значит, вряд ли был нормальным. Осознание того, что друзья где-то рядом, совсем не помогало, потому что я поняла, что не могу кричать. Горло словно сжали рукой, и из него не могло вылететь ни звука. Вот и всё, Лера, никто тебе не поможет.

Парень продолжал сверлить меня взглядом, и я поняла, что пора уносить ноги отсюда.

– Так, послушай, я тут со своими друзьями, – решила я припугнуть незнакомца, – и лучше нам разойтись мирно.

Он неторопливо оглянулся по сторонам, видимо прикидывая, вру я или нет, а затем нарушил молчание.

– Ты со мной говоришь? – спросил он, и в его голосе послышалось удивление.

– С тобой…

Сердце колотилось как бешеное. Паренёк действительно оказался с приветом, и это было плохо: нельзя было предугадать, что он сделает дальше. Я начала медленно отступать назад. Нужно было выбраться обратно на асфальт, а там уже можно добежать до ворот и попросить о помощи. В какой-то момент моя нога опять запуталась в сорняках, и я споткнулась.

Удержать равновесие оказалось трудно, и я на секунду потеряла незнакомца из вида. Делать этого определённо не следовало. Когда я вновь подняла глаза, его уже и след простыл. На том месте, где он стоял, остался лишь большой тёмный могильный камень. Быть может, это я с приветом, раз перепутала надгробие с человеком? Но ведь я слышала его голос и видела настолько чётко, насколько это возможно в темноте.

Мне не хотелось задерживаться здесь ещё хоть на одну секунду. Сжав в руке брошь, я рванула к выходу. Никакой погони за мной не было, но предчувствие чего-то страшного не покидало меня. Я добежала до ворот, пролезла под ними, не заботясь о том, чтобы не запачкаться, и вырвалась на свободу.

Мои друзья, кажется, и думать про меня забыли. Они все сидели недалеко от забора на сваленных брёвнах и слушали очередную страшную историю от Влада.

– Протасова, ты что, привидение увидела? – спросила меня Дина, откинув за спину копну рыжих волос.

После весьма активного бега выглядела я, наверное, не очень. В окружении людей страх наконец-то стал отступать, но чувство тревоги не спешило покидать меня. Я приземлилась рядом с Владом и поведала друзьям о своём приключении во всех подробностях. Настя с Диной увлеклись рассматриванием найденной броши, Федя недоверчиво хмыкнул, а лицо Влада буквально засияло.

– Нужно будет наведаться туда всем вместе, – сказал он. – Покажешь нам эту могилу, это дело требует тщательного изучения.

– Признавайся, Лер, ты эту штукенцию из дома притащила? – спросил Федя, всё ещё пытаясь найти какой-нибудь подвох.

– А я слышала, что с кладбища ничего нельзя брать, иначе мёртвые не оставят тебя в покое… – тихо сказала Настя, накручивая на указательный палец каштановую прядь.

– О, известно немало историй, когда покойники требовали плату за отобранные у них вещи, – понизив голос, заговорил Влад. – И в нашем городе происходили подобные случаи. Лет сорок назад подрабатывал на этом кладбище один парень, Колька Гусев. Копал могилы, ну и всё такое. И вот однажды выкопал он кольцо, золотое, с большим драгоценным камнем. Колька, естественно, обрадовался, продал его какому-то мужику, а деньги все в тот же день и пропил. На следующее утро увидели его – а он мрачнее тучи. Спрашивают у него, что и как, а он рассказывает, что напился он, завалился спать, и снится ему женщина. Одета не-по современному, а глаза пустые и безжизненные. Смотрит на него строго и спрашивает: «Ты зачем мой перстень забрал?», а потом молча уставилась на него и смотрела всю ночь. Все с этого посмеялись, да посоветовали пить меньше, и вроде бы Колька отошёл от этого, но на следующую ночь опять она ему снится. И опять всю ночь смотрит на него с молчаливым укором. Колька проснулся с чувством, будто совсем не спал, и решил избавиться от покойницы. Назанимал денег, купил другое кольцо, пришёл на кладбище и зарыл в том же месте, где перстень нашёл. Там, конечно, уже похоронили кого-то, но он понадеялся, что получится. Смотрят все – Колька опять довольный, смеётся, но недолго это длилось. В эту ночь опять приснилась ему женщина, и опять с утра казалось ему, что он не спал совсем. Бросился он мужика искать, которому перстень продал, готов был любые деньги заплатить ему, да только того и след простыл. Кто такой, где живёт – никто не знал. Бросил Колька работу, начал пить, и всего через неделю повесился здесь на кладбище, на старом тополе, недалеко от того места, где кольцо нашёл. Говорят, теперь бродит он по кладбищу ночами и ищет потерянный перстень…

– А-а-а! – взвизгнула Настя и вскочила с места.

Федя довольно засмеялся и отбросил подобранную с земли длинную ветку, которой ткнул её в спину, пока она увлечённо слушала.

– Классический случай белой горячки, – высказал он своё мнение. – Не повезло парню, нарвался на палёную водку.

– Может, ты его сегодня и видела? – обратилась ко мне Дина.

Я сделала вид, что не услышала её вопроса, заданного с едва заметной ухмылкой. По спине пробежал лёгкий холодок, но не из-за рассказанной Владом истории, а из-за чувства, что кто-то опять пристально смотрит на меня. Поворачиваться совсем не хотелось, но тело двигалось помимо моей воли. За металлическими прутьями забора мелькнул знакомый взгляд, но через секунду видение растаяло.

К счастью, задерживаться здесь никто не собирался. Было уже поздно, и встретиться с разъярёнными родителями было страшнее, чем увидеть целую армию духов и привидений. Напоследок я бросила ещё один взгляд на кладбище, но в этот раз никого не увидела, что, впрочем, совсем не удивительно. Федя был прав, все эти видения происходят от излишней впечатлительности.

Домой я добралась без приключений, а весёлая болтовня Влада заставила меня забыть о странных глюках. Мы жили в одном доме, поэтому я без опасений гуляла с нашей компанией до поздней ночи. А он гулял до поздней ночи, просто потому что он был Владом, и его мать уже смирилась с этим.

Мы попрощались на первом этаже, и я быстро взбежала по ступенькам на второй, который по совместительству был последним. Квартира встретила меня темнотой и тишиной. Ближайшие несколько недель мне предстояло прожить одной, родители уехали в соседний город навестить бабушку, а мне было позволено остаться дома. Мне повезло, потому что, во-первых, бабушкина квартира была небольшой, во-вторых, я отлично сдала экзамены, а в-третьих, по мнению родителей я была достаточно ответственной, чтобы остаться одной и не натворить дел.

– Только, пожалуйста, не шатайся по ночам и возвращайся не позже десяти! – то ли попросила, то ли приказала мама.

Я взглянула на время: часы показывали половину двенадцатого. Прости, мам, это было в последний раз, обещаю. По крайней мере, сегодня.

Пока закипал чайник, я жадно ловила свежий ночной воздух у открытого окна. Я жила в одном из тех старых двухэтажных домов, которые затеряны на окраине города, с маленькими сарайчиками в глубине двора, заросшего старыми яблонями и рябинами. Двор не освещался, поэтому я не сразу заметила тёмный силуэт, возникший рядом с одной из яблонь. Разглядеть его было невозможно, да я и не собиралась этого делать.

Возможно, это был кто-то из соседей, засидевшихся на улице в этот тёплый вечер, или случайно забредшая к нам во двор не совсем трезвая личность, но мои расшатанные нервы в этот момент окончательно сдали. Я вскочила, захлопнула окно, выключила плиту и побежала в свою комнату. Плотно задёрнув шторы и закрыв дверь, я забралась с ногами на кровать и замерла. Мне казалось, что сейчас незнакомец с кладбища вот-вот бесшумно прокрадётся в квартиру и уведёт меня за собой.

Минута шла за минутой, я напряжённо вслушивалась в ночную тишину, но ничего не происходило. Осознание того, что я веду себя как ненормальная смешивалось с нарастающим чувством безотчётной тревоги, но никаких видимых причин у меня для этого не было.

***

Я снова стояла на залитом лунным светом кладбище, но на этот раз я не помнила, как я сюда попала и зачем. Передо мной появилась незнакомая женщина в длинном тёмном балахоне.

– Пойдём, – сказала она, обернувшись ко мне.

Мои ноги сами по себе зашагали по широкой асфальтовой дороге. Только сейчас я заметила, что держала в руке лопату, и, как я ни старалась разжать пальцы, не могла этого сделать. Незнакомка вела меня по уже знакомому пути. Как-то незаметно, как будто телепортировались, мы дошли до той самой могилы, на которой я нашла брошь. Женщина остановилась и повернулась ко мне.

– Копай, – сказала она.

Её рука указывала на могилу. Тело моё послушно повиновалось, а я боялась представить, зачем это делаю. Воздух был вязким, и казалось, что даже время в нём застревает. Я не чувствовала ни тяжести, ни усталости. Наконец, лопата ударилась обо что-то твёрдое. Это был не гроб, как я ожидала, а небольшой то ли ящик, то ли сундук. Я спрыгнула в яму, чтобы достать его, но, как только моя рука коснулась крышки, женщина снова заговорила.

– Теперь это твоё.

Незнакомка растаяла в воздухе, а ко мне вернулся контроль над телом. Я размышляла, стоит ли открывать находку, и, в конце концов, любопытство взяло верх. Было темно, но от земли словно исходило лёгкое свечение, поэтому мне без труда удалось нащупать замки и с лёгким щелчком открыть сундук

Я подняла крышку и замерла в недоумении. Внутри сундука ничего не было. Я ощупала его руками, но и это ничего не дало. И зачем мне этот прогнивший ящик?

Придумать ответ на этот вопрос я не успела. Свечение вокруг становилось всё ярче и ярче, слепило глаза, и от него нигде нельзя было укрыться. Тело наполнилось какой-то лёгкостью, и мне показалось, что я сейчас взлечу.

Полетать не удалось, вместо этого я просто проснулась в своей кровати. Сон выглядел странным, но непонятнее всего была его особая реалистичность. Словно я и вправду была там, на этом кладбище, и видела эту женщину. Всё это было странно, но объяснимо. Вчерашняя прогулка меня слегка напугала, и теперь мой мозг занимается додумыванием недостающих фактов.

Спрыгнув с кровати, я подошла к окну и распахнула шторы. На улице было солнечно, через открывшееся окно в комнату ворвалось щебетание птиц и рёв машин. Я усмехнулась, взглянув туда, где накануне, как мне показалось, стоял какой-то человек. На этом месте висело на бельевой верёвке чьё-то длинное тёмно-серое пальто. Одной загадкой меньше.

Дверной звонок трещал как ненормальный. Даже открывать не нужно было, чтобы понять, что это Влад: только он всегда трезвонил так, будто за ним кто-то гонится.

– Через десять минут встречаемся внизу, – бросил он, по привычке взъерошив свои и без того вечно взъерошенные русые волосы, и уже собирался убежать. – Лер, чё у тебя с руками?

У меня возник такой же вопрос, когда я взглянула на них. Выглядели они так, словно я землю руками рыла. Вымыть грязь оказалось не так просто, она словно намертво въелась. Мне снова пришёл в голову мой сон, и на секунду показалось, что всё это было на самом деле, но потом я вспомнила, как убегала вчера с кладбища и пролезала под воротами. Скорее всего, тогда я и запачкалась, и не заметила в темноте. Но почему я не видела этого уже дома?

Очистить ногти оказалось не так просто, и я решила не доводить это дело до совершенства. Нужно было торопиться вниз, чтобы удержать Влада от очередной расправы над звонком.

Быстро сбежав по ступенькам, я вышла из подъезда. Нигде поблизости Влада не было видно, но уже через пару секунд он появился своим привычным способом.

– Воздушная тревога! – крикнул он и выпрыгнул из окна первого этажа.

Мы собрались для того, чтобы совершить набег на ближайший канцелярский магазин и подготовиться к запланированному на вечер спиритическому сеансу. Так как моя квартира пустовала, вызывать духов решили именно у меня. В принципе, я была не против, но на меня из-за этого навесили обязанность сбора реквизита, и, хотя Влад обещал помочь, я прекрасно понимала, что толку от него будет мало.

Вот и сейчас, вместо того чтобы спокойно дойти со мной до пункта назначения, он тащил меня к какому-то странному магазинчику, расположившемуся на первом этаже обычного жилого дома. «Магическая лавка Веспы» – гласила потёртая табличка над входом. Снаружи не наблюдалось никаких признаков жизни, но Влада это не останавливало.

– Что ты хочешь там обнаружить? Обычный магазин какой-нибудь шарлатанки со всяким барахлом! – возмущалась я и безуспешно пыталась разжать вцепившиеся в моё запястье пальцы.

– Ну вот и нагрянем туда с инспекцией, – ответил он, не ослабляя железной хватки. – Если повезёт, купим всё там.

Последний аргумент убедил меня, и я перестала сопротивляться. К тому же мне стало интересно, что подобный магазинчик забыл в нашем спальном районе. Едва ли здесь отбоя не было от покупателей, поэтому вся эта затея выглядела экономически не выгодной.

Лавка Веспы встретила нас приятной прохладой. Она действительно производила впечатление необычного и в чём-то волшебного места. В небольшом помещении располагалось огромное количество стеллажей с разнообразными склянками, амулетами и прочими безделушками. Несмотря на то, что день был в самом разгаре, в лавке было темно, освещали её несколько ламп и свечей, от которых исходил мягкий неяркий свет. В центре, рядом с круглым столиком стояли два старых кресла, похожие на те, что я видела в музеях. В каждом из кресел уютно расположились два кота: один белый и один рыжий. Белый, услышав звяканье дверного колокольчика, лениво поднял голову и осмотрел нас с головы до ног, после чего потерял к нам всякий интерес.

Откуда-то из глубины лавки выплыла женщина, видимо, сама Веспа. Она выглядела относительно молодой, но по её поведению создавалось впечатление, что она гораздо старше, чем кажется. Её длинные чёрные волосы свободно спадали по плечам, а одета она была в длинное платье-халат из красного шёлка.

– Добро пожаловать, – с лёгкой улыбкой поприветствовала она нас.

– Здрасьте, – ответил Влад и приступил к делу.

Пока он забрасывал Веспу вопросами об организации спиритических сеансов, я отправилась на экскурсию по магазинчику. Мой взгляд бесцельно скользил по полкам со стеклянными шарами, связками каких-то высушенных растений и книгах на непонятных языках. Я сама не заметила, как схватила колоду карт. По размеру они были больше, чем игральные, но на лицевой стороне не было никаких картинок.

– Это карты для гаданий.

Я вздрогнула. Передо мной неожиданно и бесшумно материализовалась Веспа, хотя я готова была поклясться, что ещё секунду назад слышала, как она оживлённо разговаривала с Владом в другом конце помещения.

– Они бракованные, – сказала я и протянула ей карты. – Здесь нет лицевой стороны.

– Конечно же здесь ничего нет, ведь им пока не о чем рассказать. Перетасуй их.

Послушно выполнив указание, я подняла глаза на Веспу. Она взяла колоду из моих рук и уверенным жестом развернула её веером.

– Возьми любую карту, – коротко, но любезно сказала она.

Протянув руку, я достала карту из середины колоды и перевернула её. На ней была изображена фигура в чёрном плаще с косой, окружённая человеческими костьми. Внизу располагалась крупная римская цифра тринадцать.

– И что это означает?

– Смерть где-то рядом с тобой, и скоро вы встретитесь.

Мне от подобного предсказания стало не по себе, а вот Веспа совершенно спокойно к нему отнеслась. Впрочем, я быстро взяла себя в руки. Ясно было, что это простой фокус с подменой карт, которым эта странная женщина пугает покупателей, убеждая их в своих магических способностях. Она, кстати, снова куда-то исчезла, оставив карты на полке.

Я из интереса перевернула колоду и обнаружила, что пустых карт в ней больше не было, на всех была изображена смерть. Нечего говорить, этой даме нужно было становиться фокусницей, а не сидеть в безлюдном магазинчике.

– Я всё нашёл, – радостно сказал появившийся из-за стеллажей Влад. – А ты тут чего застряла?

– Да вот, гадали на картах, мне выпала смерть, – ответила я и с улыбкой продемонстрировала своё предсказание.

– И как ты поняла, что это смерть? – спросил Влад.

Он стянул со спины рюкзак, чтобы уложить в него покупки, а я вновь взглянула на карту. Её лицевая сторона опять была чистой, как и на всех остальных картах в колоде. Внутри снова зародилось чувство непонятной тревоги. Вдобавок ко всему я ощущала сильную усталость и сонливость, поэтому была рада, что мы уже уходим.

Влад попрощался с Веспой как с хорошей знакомой и пообещал ей зайти ещё. Белый кот опять смерил нас равнодушным взглядом и снова уснул на своём кресле.

На улице было жарче, чем перед тем, как мы зашли в магазин. Я взглянула на часы и обомлела.

– Уже четыре часа!

– Как?! – переспросил Влад, разделив моё недоумение. – Мы же в одиннадцать из дома вышли, а до сюда минут семь, не больше. Не могли же мы там больше четырёх часов проторчать?

– Не могли, – согласилась я.

– Может, часы сбились?

– Навряд ли, они время через интернет настраивают.

Попытки сообразить, куда мы убили четыре часа, не увенчались успехом.

– Ну, хотя бы мы всё достали, и даже не придётся рисовать буквы на ватмане, – сказал Влад и потряс небольшой тёмной деревянной доской, которую держал в руках.

На обратном пути он только и говорил, что об этой Веспе.

– У неё вообще всё есть, что только можно! И как мы раньше не замечали этот магазин? И что самое странное – она не взяла у меня денег! Сказала, что они ей не нужны, зато предложила обменяться. Я отдал ей тот старый кулон, который мы нашли в том заброшенном особняке рядом с Фёдоровкой.

К счастью, до дома было недалеко, поэтому мне не пришлось долго слушать его восхищённые речи. На лавке во дворе нас уже поджидала Дина.

– Я решила пораньше прийти, а вас нет, – обиженно сказала она.

– Извини, но мы тут такое место разыскали интересное, это что-то с чем-то, тебе обязательно нужно туда сходить!

Влад пересел на уши Дине, и я облегчённо вздохнула. Все вместе мы поднялись ко мне и засели перед телевизором в ожидании темноты, чтобы спиритический сеанс прошёл в подходяще-пугающей атмосфере.

Время близилось к полуночи. Все уже давно были в сборе, и, если бы не настойчивость Влада, забили бы на сеанс. Однако наш друг не слушал никаких возражений и спокойно хозяйничал в моём доме в поисках недостающего реквизита. Мы же просто сидели и наблюдали за тем, как он ураганом носится по комнате.

– Нет, всё-таки для верности нужно было целого мертвяка из могилы выкопать, за своим телом он быстрее бы пришёл, чем за какой-то побрякушкой, – смеялся Федя.

Он был, как всегда, настроен скептически. Неизвестно было, явится ли к нам какой-нибудь дух, но вот то, что Федя уже заготовил какой-то прикол, чтобы напугать впечатлительную Настю, было вне сомнений. Примерно так и выглядели все наши проделки: Влад разрабатывал идею, брался за её реализацию, а Федя заранее продумывал, как может напугать нас. Я бы не удивилась, если узнала бы, что моё видение на кладбище тоже было делом его рук.

На середину зала выдвинули небольшой круглый стол, вокруг которого поставили пять стульев. Последних дома нашлось всего три, поэтому Влад сбегал к себе и под покровом ночи вынес две видавших виды табуретки. На столе лежала старая доска из лавки Веспы, на которой были прочерчены буквы, вокруг неё стояли длинные свечи, воск с которых уже стекал на поверхность стола. Мне от этого зрелища стало плохо, а мама так вообще с ума сошла бы.

– Может, всё-таки не будем? – спросила Настя. – Вдруг вызовем кого-нибудь не того.

– Математичку, например? – засмеялся Федя.

– Она пока вроде жива, – вклинилась в разговор Дина.

– А по ней и не скажешь, – вновь засмеялся Федя.

Влад не участвовал в разговорах: он сосредоточенно рисовал маркером на дне блюдца стрелку, а я молча наблюдала за его действиями, прикидывая, как мне потом эту стрелку отмыть.

Наконец, всё было готово, свет потушен, и комната погрузилась в полумрак. Мы все уселись вокруг стола и положили пальцы на блюдце. Влад всё делал с таким видом, словно с духами у него официальные переговоры, от которых зависит судьба мира. Он положил найденную мной брошь на стол и тоже докоснулся до блюдца.

– Дух, приди к нам, дух приди к нам, дух, приди к нам! – хором произнесли мы.

Я посмотрела на друзей. По их лицам видно было, что они сдерживаются изо всех сил, чтобы не засмеяться.

– Дух, ты здесь? – спросил Влад, единственный, кому было не до смеха.

Мы все замерли, и уже через секунду в открытое окно залетели звуки отборной ругани какого-то пьяницы. Это оказалось выше наших сил, и мы сползли под стол, скорчившись от смеха.

– Ну что вы делаете, нельзя отпускать блюдце! – отчитал нас Влад. – Связь нарушили, придётся повторять.

– Извини, Владос, но мы слишком трезвые для общения с потусторонними мирами, – попытался оправдать всех нас Федя.

С большим трудом мы вновь уселись за стол и ухватились за блюдце.

– Дух, приди к нам, дух приди к нам, дух, приди к нам!

На этот раз обошлось без неожиданностей, и мы напряжённо вслушивались в ночную тишину.

– Дух, ты здесь? – опять повторил Влад.

Блюдце под нашими пальцами сдвинулось и указало стрелкой на слово «да», прочерченное внизу доски.

– Дух, ты хочешь с нами говорить?

Блюдце сдвинулось чуть в сторону и опять указало на «да».

– Дух, ты хочешь что-нибудь сказать?

И опять блюдце начало двигаться, на этот раз по всей доске. Мы внимательно вглядывались в слабо выделяющиеся в темноте буквы и пытались сложить их в послание: «В, Ы, В, С, Е, С, Е, Г, О, Д, Н, Я, У, М, Р, Ё, Т, Е». До нас не сразу дошёл его смысл.

– Федька, опять твои штучки, – испугано сказала Настя.

– Это не я, я даже не нажимаю на него!

– Так он и признается, – усмехнулась Дина.

Влад не обращал внимания на наши переговоры и сидел с видом учёного-испытателя.

– Дух, почему мы умрём? – спросил он.

– Всё, с меня хватит!

Настя не выдержала и вскочила из-за стола. Федя последовал её примеру и откинулся на спинку стула, отпустив блюдце и нарушив связь с потусторонним миром.

– Ну что вы творите, только что-то выходить начало! – сокрушался Влад.

– Смотрите, оно движется! – воскликнула Дина.

Наши глаза устремились на стол, где блюдце перемещалось само по себе. Я не успела увидеть начала фразы, но того, что я увидела, было достаточно: «М, У, Ч, Т, О, М, Н, Е, Н, У, Ж, Н, Ы, В, А, Ш, И, Д, У, Ш, И».

Всё это походило на какой-то плохой сон. Я попыталась встать, но сил на это не было, хотела крикнуть, но из горла вылетал лишь какой-то хрип. Никто из нас не мог пошевелиться, лица моих друзей были искажены жуткими гримасами. Пламя свечей заколебалось и оживило тени, до этого незаметно таившиеся в углах комнаты. Они медленно отделялись от стен и начинали кружить вокруг нас в каком-то бесконечном дьявольском танце. Казалось, будто время остановилось, а пространство потеряло объём.

Хоровод ускорялся, и голова раскалывалась от унылого и тоскливого звука, тянувшегося на одной ноте. Тени цепляли нас своими длинными полупрозрачными конечностями, и каждое их прикосновение было похоже лёд. В какой-то момент я поняла, что это конец. Нам не вырваться из этого плена. Эти тени будут вечно кружиться вокруг нас, забирая по частицам нашу душу.

Пламя свечей колебалось всё сильнее, и они гасли одна за другой. Наконец, последняя из них не выдержала ледяного дыхания смерти, и комната погрузилась во мрак…

Глава 2

Ужасно болела голова. Я попыталась открыть глаза, но от яркого света стало только больнее. Звуки доносились до меня словно откуда-то издалека, и я не могла понять, где нахожусь. Постепенно в моей памяти начали оживать последние сохранившиеся воспоминания, и это сделало моё состояние ещё более невыносимым. Почему-то мне казалось, что я умерла, и лишь сильная боль во всём теле напоминала, что оно у меня до сих пор есть.

Желание какой-то определённости в жизни заставило меня преодолеть немощность и пошевелиться. Я с трудом разлепила глаза и проморгалась. Ничего необычного вокруг меня не происходило: я лежала на кровати в моей комнате. За окном было светло, из зала доносились звуки шагов и работающего телевизора.

Я выползла из своей комнаты, ожидая увидеть кого-то из друзей, но внезапно мне встретилась мама. Она словно удивилась моему появлению и нерешительно взглянула на меня.

– Лера, ты уже проснулась? Как ты себя чувствуешь?

– Что ты здесь делаешь? Вы же только через две недели должны были вернуться.

Мама как-то странно на меня посмотрела, и на её глазах заблестели слёзы.

– В чём дело, мам? Да ответь же!

Как я ни пыталась добиться от неё хоть какого-то вразумительного ответа, у меня ничего не вышло. Из кухни вышел папа, и я наивно понадеялась, что он ответит на мои вопросы.

– Костя, это опять началось! – сказала мама, всплеснув руками.

– Что началось? Объясните уже!

Я чувствовала, что теряю контроль над собой. Мне хотелось понять, что произошло накануне, как тут оказались родители, и куда подевались все мои друзья, но на меня никто не реагировал. Передо мной возник стакан воды и какие-то таблетки, которые я зачем-то послушно проглотила. Неизвестность была невыносима, никто ничего не говорил, поэтому нужно было брать всё в свои руки.

– Ладно, у меня есть дела, скоро буду, – сказала я и собиралась уже убежать, но мама меня остановила.

– Куда ты?

– Мне нужно к Владу.

– Лера, стой! – крикнула мама.

Она взяла меня за плечи и усадила обратно на диван. Трудно было понять, о чём она думает, но и говорить она не торопилась, что выводило меня из себя.

– Лера, не надо ходить к Владу. Его нет. Он умер.

Услышанное не сразу дошло до моего сознания. Я замерла, пытаясь обработать полученную информацию, но ничего не выходило.

– Что вчера произошло? – наконец-то выдавила я.

– Вчера ничего не было, – начала говорить мама с какой-то обречённостью, словно делала это уже много раз. – Это случилось три месяца назад, летом, когда мы были у бабушки. Ребята пришли к тебе, вы засиделись допоздна, на обратном пути они решили пойти на речку, было темно, вода была холодная. Что дальше произошло, мы не знаем, но они все утонули. Влад, Настя, Дина и Федя – их больше нет.

– Это розыгрыш какой-то? Они не могли утонуть! Вчера… вчера… мы сидели здесь, а потом что-то произошло…

– Лера, успокойся. Ты не помнишь ничего, потому что у тебя с тех пор начались проблемы с памятью из-за стресса. Временами ты всё забываешь. Вчера у тебя случился очередной приступ, но скоро ты всё вспомнишь. Главное – не забывай пить таблетки.

Я не верила ни единому её слову. Я точно помнила, что вчера произошло что-то страшное. Я до сих пор чувствовала своей кожей ледяные прикосновения существ, похожих на тени. Это всё было так реально, что нельзя сомневаться в том, что это всё было на самом деле.

Мой взгляд упал на окно. Сквозь белый полупрозрачный тюль проглядывался привычный пейзаж. Я заметила, что яблони ещё покрывала густая листва, но её уже ощутимо тронуло желтизной. На крышах сараев виднелись пока редкие высохшие листья. Всё это не выглядело, как разгар лета. Что же случилось за прошедшие три месяца? Почему я ничего не помню?

Спорить с родителями было невозможно. Все их аргументы казались слишком убедительными, и я понимала, что мои попытки что-то доказать провалятся. Нужно было разобраться в том, что произошло, но не говорить об этом никому. Как-то инстинктивно я почувствовала, что мне нужно залечь на дно, играть роль прилежной дочери, послушно пить таблетки три раза в день.

Постепенно я начала верить в то, о чём мне говорили. Влада не было не слышно, не видно, его мать ходила с нескрываемой печалью на лице и в чёрной одежде. Я зашла на страницы своих друзей, но и там не нашлось ответов. Система скупо сообщала, что все они были в сети последний раз двадцать первого июня, а на стене одноклассники и знакомые оставляли им пожелания покоиться с миром. Это всё выглядело очень странно, но убедительно. Я пыталась найти какую-нибудь зацепку, нелогичность в происходящем, однако суровая правда постепенно заглушала мои надежды.

Неделя сменяла неделю, и я жила словно на автомате: спала, ела, ходила к врачам. И вот, наконец, когда мои провалы в памяти прекратились, мне дали больше свободы.

Эта свобода заключалась в том, что я смогла не сидеть целыми днями дома, а ходить в школу. Там меня встретила куча сочувствующих и любопытных взглядов. Утаить от одноклассников всё произошедшее едва ли было возможно: с Настей, Диной и Федей мы учились в одном классе, и я не могла не обратить внимания на пустоты, возникшие за партами. Влад был на год старше нас и учился на втором курсе юридического колледжа. Вернее, должен был учиться…

В один из серых октябрьских дней я сбежала с последнего урока физкультуры и отправилась на остановку. Мне захотелось посетить городское кладбище и увидеть могилы друзей. Почему-то у меня складывалось ощущение, что там я смогу понять что-то важное, осознать, что произошло на самом деле.

Это кладбище располагалось на окраине города и выглядело оно ещё более уныло, чем то, что я посещала летом. Огромное поле разрезали большие правильные квадраты, которые заполняло бесконечное число могил, уходящих к линии горизонта. На необъятном пространстве не росло ни единого дерева, и взгляду не за что было зацепиться. Я не знала, где похоронены мои друзья, и надеялась найти их могилы, зная лишь дату их смерти. Однако я недооценивала масштабы захоронений нашего небольшого города. Через час мне пришлось признать своё поражение, и спасла меня лишь встреча с местными работниками, выкапывавшими очередную могилу.

Ещё час у меня ушёл на то, чтобы разыскать на указанном квадрате то, что я искала. Я бродила между могил, всматриваясь в фотографии на крестах и памятниках, и в глубине души надеялась, что не увижу того, за чем пришла. Но в какой-то момент моё внимание приковала фотография. Это оказалась могила Насти. Она утопала в венках с траурными лентами в нагромождении искусственных цветов. Следом за ней я обнаружила ещё три могилы со знакомыми лицами на фотографиях.

Я стояла рядом с ними и напряжённо всматривалась в надгробия. Мне казалось, что тут я что-то пойму, но в душе боролось моё нежелание принять правду и осознание неизбежности произошедшего. Хотелось руками разрыть землю, добраться до гробов и вскрыть их, чтобы доказать себе, что на самом деле они живы, что там никого нет.

Все предметы вокруг потеряли чёткость, а по моему лицу потекли крупные слёзы. До этого момента я не верила до конца в то, что это было правдой, но пришло время осознать это. Оставался один вопрос: что произошло в тот вечер, когда они утонули? Что сделали с ними эти тени? Неужели это они заставили их утопиться? Но тогда почему я всё ещё жива?

– Влад, как же ты сейчас нужен… – прошептала я, смотря на его фотографию.

В его голове хранилась целая энциклопедия сверхъестественных явлений и событий. Он бы точно мог сказать, что пошло не так, кто были эти тени, и что вообще можно сделать. Если бы он оказался на моем месте, то не стал бы тратить время на рыдания. Скорее всего, он бы уже разрыл наши могилы, чтобы точно убедиться, что мы мертвы. Эта последняя мысль казалось мне особенно пугающе-притягательной, но я всеми силами прогоняла её от себя.

Пора было уходить. Чем дольше я тут находилась, тем больше ощущала своё бессилие перед ударами судьбы. Уже начинали сгущаться сумерки, которые усиливали тяжёлые низкие облака, а до выхода с кладбища добираться нужно было не менее двадцати минут.

Я брела по дороге, заткнув уши наушниками, чтобы отвлечься от давящей на меня тишины. Иногда меня обгоняли машины, вслед которым я смотрела с некоторой завистью. Мои глаза от нечего делать скользили по надгробиям, читали надписи, всматривались в фотографии.

Не все стремились покинуть это скорбное место до наступления темноты. Справа, на небольшом отдалении от дороги, я заметила одинокую фигуру человека. Он задумчиво смотрел вдаль, но потом, кажется, почувствовал мой взгляд и обернулся. Наши глаза встретились, и у меня всё внутри похолодело. Ко мне снова вернулось чувство парализующего страха, из-за которого я остановилась на месте и не смогла больше сделать ни шага.

На меня смотрел черноволосый незнакомец, которого я встретила тогда на кладбище. Он внимательно разглядывал меня, но не делал шагов в мою сторону. Собрав силы, я рванула оттуда и не оглядывалась назад. Мысли путались в голове, я пыталась понять, почему опять его встретила, и какое отношение он имеет к событиям того времени.

Таких совпадений не бывает, и я была более чем уверена в том, что именно этот черноволосый забрал моих друзей, по какой-то причине упустив меня. Но теперь мы снова встретились, и у меня были все основания полагать, что я стану следующей. Проблема заключалась только в том, что мне непонятно было, как я могу защитить себя.

Оказавшись у ворот, я совершила серьёзную ошибку: не справившись с любопытством, я всё-таки оглянулась. Черноволосого нигде не было видно, но когда я снова повернула голову вперёд, увидела его в нескольких метрах от себя, рядом с выходом. Его взгляд снова загипнотизировал меня, но в этот раз я смогла побороть чувство страха и пробежала мимо. Он не гнался за мной и вообще исчез, словно его и не было. А может, его и вправду не было?

Дни незаметно перетекали один в другой. Я начала замечать, что совсем теряю счёт времени и не могу быстро сообразить, какое сейчас число или даже день недели. Иногда мне казалось, что меня отбрасывает назад, и я заново переживаю уже прожитые дни. Впрочем, чего ожидать от человека, у которого из памяти испарились три месяца жизни?

Уроки в школе проходили так быстро, как будто кто-то включал перемотку. Я приходила, садилась за свою парту, и внезапно замечала, что никого уже нет. С одноклассниками я не общалась, да и они не тянулись ко мне. Меня это не обижало, я была в таком состоянии, что общение со мной едва ли могло показаться приятным.

Постепенно я начинала признавать, что больна, и вылечиться будет непросто, если вообще возможно, но причина моей болезни так и не давала мне покоя. Смерть друзей не была несчастным случаем, такой мысли я даже не допускала. Тут был замешан черноволосый, безымянная могила с брошью и странные бесплотные существа. Но мне было непонятно, с чего начинать и где искать ответы на вопросы. Я провела пару вечеров, выискивая информацию в интернете, но там нашлась лишь отвлечённая теория и форумы, на которых общались люди, в здравомыслии которых я очень сомневалась.

Тогда-то я и вспомнила про лавку Веспы. Сначала она показалась мне обыкновенной шарлатанкой, но сейчас она была моей последней надеждой. Как ни крути, а её предсказание оказалось правдивым.

Мой привычный путь из школы слегка подкорректировался. Я сделала небольшой крюк и оказалась на той самой малолюдной улице, где мы с Владом наткнулись на странный магазинчик. Здесь меня ждало первое разочарование: от лавки Веспы и следа не осталось. Поначалу мне показалось, что я пропустила нужный дом, ведь мы были там всего один раз, но нигде поблизости я не нашла ничего подобного. Я прошла всю улицу, вернулась назад и только тогда поняла, что не ошиблась. Просто Веспа куда-то исчезла. Окна её лавки зияли пустотой, и вообще складывалось ощущение, что это помещение заброшено уже не один год.

В расстроенных чувствах я повернула в сторону дома. Настроение было на нуле, и не только потому, что я ничего не понимала, но и потому, что уже который день небо затягивали тяжёлые низкие тучи. Я не помнила, когда в последний раз видела солнце, и это навевало тоску. Начинал накрапывать мелкий противный дождик, от которого хотелось поскорее укрыться, поэтому я торопилась обратно.

Неожиданно вокруг произошло что-то непонятное. Из мира исчезли все звуки. Не слышно было ни рёва машин, ни шелеста листьев, ни других привычных городских шумов. Я оглянулась: нигде поблизости не было видно ни одной живой души. Внутри меня зародилось чувство тоски и дикого, безотчётного страха.

Дождь усиливался и превращался в настоящий ливень. Он был сильным, но по-летнему тёплым, если не сказать горячим. Стало очень темно, и всё вокруг окрасилось в багровые оттенки. Ветер бросал мне в лицо дождевые капли, и они ручьём стекали по моему лицу. Я автоматически облизнула губы и ощутила во рту металлический привкус. Повнимательнее приглядевшись к улице, я вздрогнула.

По тротуарам стекали в ливнёвки потоки крови. Крупными каплями она падала с неба и окрашивала собой всё вокруг. Дальше, чем на несколько метров, нельзя было ничего разглядеть. Мои выбившиеся из-под шапки светлые волосы стали красными и висели сосульками, пальцы липли друг к другу, а я с большим трудом боролась с тошнотой.

Нужно было бежать. Бежать куда угодно, лишь бы укрыться. Я рванула к дому, с трудом представляя, в каком направлении нужно двигаться. Пару раз я спотыкалась и падала в лужи крови, она заливалась в нос и рот, но я уже не обращала на это внимание. Моё сознание охватила паника, инстинктивное желание спрятаться, забиться в какой-нибудь угол.

С размаху я налетела на прохожего и чуть не сбила его с ног.

– Извините, – прокричала я, как будто в сложившихся обстоятельствах извинения были уместны.

Неизвестный повернулся ко мне и продемонстрировал своё лицо с пустыми глазницами и отсутствующим носом. Его кожа растворялась от капель кровавого дождя словно от кислоты, обнажая кости. Я заорала и попятилась назад, попав в объятия другого монстра. Он схватил меня костлявыми руками с остатками кожи и мышц, и я почувствовала тлетворное дыхание смерти.

Хватка была слабой, поэтому мне без труда удалось выбраться, но мертвецов вокруг становилось всё больше. Настал тот момент, когда моя психика не выдержала всего этого, и с дикими воплями я рванула с места.

В квартиру я забежала, чуть не выломав в дверь. Мне срочно нужно было смыть с себя всю эту кровь, и я закрылась в ванной. Липкими руками я повернула вентиль, подставила руки под струю воды и в ужасе отскочила: из-под крана тоже лилась кровь, тёмная и тягучая. Слёзы текли ручьем, у меня начиналась истерика. Я выскочила из ванной, задыхаясь от собственных рыданий, и наткнулась на маму.

– Лера, что случилось?!

– Ты не видишь? Дождь… кровавый дождь… я вся в крови!

– Успокойся! – сказала мама, схватила меня за плечи и затрясла.

Я обмякла и упала на пол. Сил больше не было. Горло распухло, всё тело трясло от ужаса. Постепенно я начала приходить в себя. Взглянула на руки и не увидела на них ни следа крови. Поднявшись на ослабевших ногах, я подошла к окну. С неба лились потоки воды. Ничего необычного. Ничто не наводило на мысль о том, что ещё пару минут назад на улице бушевал кровавый ливень.

Можно было подумать, что всё это я себе придумала, что это опять игры моего больного воображения, но я понимала, что черноволосый призрак охотится за мной. Он хочет свести меня с ума, заставить меня что-то сделать с собой, как он заставил моих друзей. Но я не собиралась так просто сдаваться. Нужно искать выход, и внезапно мне в голову пришла бредовая мысль, которая, однако, стала для меня последней зацепкой.

Если представить, что потусторонний мир и правда существует, если у нас получилось вызвать неизвестного духа на спиритическом сеансе, значит, я могла точно так же вызвать и кого-то из своих. Последовательность действий я помнила, а значит, теоретически препятствий не было.

Мне стоило огромных усилий убедить маму в том, что всё нормально, но, кажется, она мне не очень-то поверила. Улучив момент, когда она ушла по своим делам, я спустилась на первый этаж и позвонила в квартиру Влада. Мне нужен был какой-то предмет, чтобы усилить связь с душой, а так как Влад жил по соседству, проще всего было добыть что-то из его личных вещей. Я этому была только рада: из всей четвёрки именно от него в данном вопросе было бы больше всего пользы.

– Здравствуйте, Ольга Сергеевна, я прошу прощения, но я давала Владу одну книжку, и сейчас она мне очень нужна, если вы разрешите… – залепетала я, когда его мать открыла дверь.

– Да, да, заходи, Лерочка, – грустно кивнула она.

Я зашла в его комнату и, недолго думая, схватила какую-то книгу со стола. Судя по её потрёпанности и количеству закладок, читал он её часто. Естественно, посвящена она была сверхъестественным существам. Находится здесь было неуютно и тоскливо, поэтому я поспешила к себе.

– До свидания, – сказала я напоследок, не зная, что ещё я могу добавить в такой ситуации.

– Пока, Лерочка. Как ты себя чувствуешь?

– Уже лучше, спасибо.

– Это хорошо, нужно как-то жить дальше, – сказала Ольга Сергеевна то ли мне, то ли себе.

Пока я поднималась на второй этаж, в мою голову пришла неожиданная догадка, из-за чего я даже остановилась на месте. Мне сказали, что в тот вечер мы засиделись допоздна, после чего мои друзья разошлись по домам, по пути решив завернуть на речку. Но тогда возникает вопрос: как с ними оказался Влад? Мы живем в одном доме, ему не надо было никуда идти. И провожать их тоже не надо, Федя, Дина и Настя жили поблизости, и обычно до дома их сопровождал Федя, а мы с Владом всегда возвращались вместе. Получается, что в тот вечер он просто не мог с ними быть, а если и был, то не по своей воле.

Эта мысль ещё больше убедила меня в том, что это всё не случайность, а я не схожу с ума. В деле были замешаны потусторонние силы, и по какой-то причине мне пока повезло больше, чем остальным, но это временно. Черноволосый пытался симулировать моё безумие, но в его плане оказалось слабое место, и, возможно, что не одно.

К счастью, весь реквизит для спиритического сеанса остался в моей квартире, даже доска, купленная у Веспы. Сказав, что иду спать, я закрылась в комнате и занялась приготовлениями. Доску я положила на письменный стол, расставила вокруг неё свечи, достала из ящика блюдце, украденное из кухни ещё днём, нарисовала на нём стрелку.

Сложнее всего было не заснуть. Чем ближе стрелки приближались к двенадцати часам, тем сильнее у меня слипались глаза. Иногда даже возникало ощущение, что я уже во сне. С трудом отгоняя от себя наваждение, я положила перед собой книгу Влада, зажгла свечи, нагрела над ними блюдце. Отделаться от ощущения, что я выгляжу со стороны глупо, не получалось, но других вариантов у меня не осталось.

– Дух Влада, приди ко мне, дух Влада, приди ко мне, дух Влада, приди ко мне, – шёпотом, чтобы не разбудить родителей, сказала я.

Я прислушалась к ночной тишине. Никаких следов потусторонних сил не ощущалось.

– Дух Влада, ты здесь?

По спине пробежал неприятный холодок, и я почувствовала, как зашевелились волосы на голове, но больше ничего не происходило.

– Влад! Слышишь меня? – шикнула я, потеряв терпение.

Со стороны, наверное, это выглядело забавно, но мне в тот момент было совсем не до веселья. Появилось ощущение, что в комнате кто-то есть, и я не была уверена, что это не тот черноволосый. Кто знает, может это очередная его ловушка? Блюдце, которое я слегка придерживала пальцами, медленно сдвинулось и указало на слово «да».

Трудно понять, двигалось ли оно само или я не заметила, как надавила на него сильнее, чем раньше.

– Влад, что с тобой случилось?

Секунд через десять блюдце опять двинулось и стало перемещаться по алфавиту. «Н, Е, З, Н, А, Ю», – читала я по буквам. Да уж, пользы от него было не больше, чем от меня. Раз уж мне удалось наладить контакт, я решила задать один глупый вопрос, в ответе на который я до сих пор не была уверена.

– Влад, ты умер?

Блюдце замерло, и мне уже казалось, что наша с духом связь нарушилась. Я не дышала, мысленно умоляя Влада ответить мне, и, наконец, дождалась. На этот раз блюдце съехало вниз доски и указало на ответ «нет». Это заставило меня оживиться и несказанно обрадовало.

– Влад, где ты сейчас?

Ответ был кратким, но непонятным: «Д, О, М, А». Если бы он был дома, я бы об этом знала, ведь я только сегодня была у него. Могло ли так получиться, что он стал призраком и бродит где-то рядом с нами? Но он сказал, что не умер, значит, я должна была его видеть. Но если он жив, то как тогда я общалась с ним сейчас?

Все эти вопросы проносились в моей голове и только осложняли и без того тяжёлую ситуацию. Ещё больше сбивал с толку работающий телевизор, из которого доносилась монотонная и быстрая речь. В какой-то момент я вспомнила, что не включала его, и это заставило меня резко развернуться и уставиться на экран.

Показывали какой-то фильм, вдаваться в детали которого мне не хотелось. Я дотянулась до пульта и хотела уже щёлкнуть на кнопку выключения, когда заметила на кадрах с изображением непролазного сумеречного леса какую-то фигуру. Время от времени она исчезала, а затем появлялась уже ближе к камере. У меня не было сомнений в том, что это не часть фильма, потому что вокруг опять сгустилась какая-то странная тишина, словно уши заложило. Не слышно было ни звуков за окном, ни журчания воды в трубах, ни гудения электрических приборов. Я смотрела на экран как заворожённая и не могла оторвать глаз.

Фигура приближалась всё ближе, и я уже могла рассмотреть её. Это оказалось уродливое, пугающее существо, отдалённо напоминающее человека. Лицо его было лишено глаз, зато на ногах и руках их было не меньше сотни. Все они одновременно моргали и смотрели прямо на меня.

Очень быстро я заметила закономерность: каждый раз, когда я моргала, существо перемещалось всё ближе и ближе. Мне не хотелось думать, что случится, когда оно подберётся вплотную. Я попыталась не моргать, но меня хватило ненадолго: глаза начинали слезиться и болеть, и веки сами закрывались. И вот, монстр оказался так близко, что я почувствовала исходящий от него мерзкий затхлый запах. Он поднял свою руку и потянул её ко мне. Напрасно я надеялась, что он ничего не сможет мне сделать: рука спокойно преодолела плоскость экрана, и десятки глаз активно заморгали, закрутили зрачками и, наконец, застыли на мне. С мёртвой конечности на пол капала мерзкая слизь, и вся комната наполнилась противным запахом неживой плоти.

Я отскочила от телевизора, зажав рот рукой, чтобы криком не разбудить родителей. Пульт выскользнул из руки и упал на пол. Идея, пришедшая в мою голову, была наивна, но я всё-таки решила попытаться. Подняв пульт, я нажала на кнопку выключения. Экран моментально погас, и та часть руки, которая уже успела выбраться из него, с глухим шлепком упала на пол. Глаза недовольно заморгали, а потом рука при помощи пальцев начала медленно подползать ко мне.

Избавиться от неё было проблематично. Куда бы я её не выбросила, она могла бы приползти обратно, да и прикасаться к этой мерзкой конечности мне не хотелось. Я рванула на кухню, не заботясь о том, чтобы не наделать шума, прибежала обратно и, замахнувшись, пригвоздила руку ножом к полу. Она задёргалась, из неё засочилось ещё больше слизи, отчего мне стало плохо. Ночевать с ней в одной комнате мне совсем не хотелось, поэтому я выбежала в зал, плотно закрыла дверь в свою комнату и запрыгнула на диван. Там утром меня и разбудила мама. Мне пришлось придумывать какое-то оправдание про то, как я засиделась перед телевизором, но ясно было, что она опять сомневается в моём здоровье. Если бы она знала, что я собиралась сделать…

Приоткрыв дверь, я осторожно заглянула в свою комнату. Нож так и был воткнут в пол, а вот рука куда-то исчезла, так же, как и вся слизь. Ничего не скажешь, очень мило с её стороны было убрать за собой даже несмотря на то, что убить меня у неё не получилось.

***

Выйти из дома мне удалось только в десять минут первого. Обычно родители ложились рано, но в этот день они, как назло, засиделись допоздна. Для своей операции я всё продумала заранее. Вечером, пока родители что-то громко обсуждали на кухне, я подкралась к двери и повернула замок, чтобы лишний раз не шуметь ночью, а также утащила в комнату куртку и ботинки. В подъезде, под лестницей, была запрятана лопата, купленная мною в хозяйственном магазине.

Добраться до моей цели ночью оказалось не так просто, поэтому я пожертвовала частью карманных денег и вызвала такси. Водитель выглядел не очень приветливым, но я его понимала: везти ночью школьницу с лопатой на кладбище – достаточно необычная ситуация. В любом случае, чтобы он не подумал, он не угадал бы цели моего визита, ведь я действительно собиралась раскапывать могилу.

Бредовость этой идеи поражала даже меня, но моя интуиция и вчерашнее общение с Владом давали слабую надежду на то, что, когда я вскрою гроб, не увижу полуразложившееся тело друга. Но больше всего я опасалась встречи с черноволосым, который, как я к тому времени поняла, любил зависать на кладбищах нашего города.

Забраться на территорию не составляло труда, хотя ворота и были закрыты – по обе стороны от них никакого забора не предусмотрели. Его роль выполняли какие-то кусты, пробраться через которые было сложно, но возможно. Труднее было найти в темноте могилы, при свете луны кладбище выглядело не так, как днём, а времени у меня катастрофически не хватало. Ругая себя за то, что не запомнила никаких опознавательных знаков, я всё-таки чудом разыскала своих друзей, если можно так сказать.

Поджимающие сроки заставили меня забыть обо всех страхах. Нужно было успеть до утра, но я боялась, что земля уже успела промёрзнуть. Венки и жуткие искусственные цветочки полетели в сторону, и я принялась за работу при тусклом свете фонаря. На удивление, копать землю было относительно легко, правда, только первые десять минут.

Монотонная работа оказалась не таким простым делом, и постепенно я потеряла счёт времени. Я махала лопатой уже несколько часов и, казалось, дошла едва ли до середины, когда внизу раздался гулкий стук. Облегчение от достигнутой цели смешалось с испугом от того, что я могла увидеть. Выкопав гроб полностью, я попыталась открыть крышку, но это оказалось не так просто в условиях ограниченного пространства. При помощи лопаты мне всё-таки удалось вскрыть находку и, нервно сглотнув, я посветила фонариком в щель.

Я определённо не была готова увидеть то, что увидела, но факт оставался фактом: гроб был пуст. У меня не осталось сомнений в том, что и соседние могилы тоже пустые, а значит, мои друзья были живы. Это радовало, но что-то мне подсказывало, что найти их будет непросто.

На обратном пути я размышляла обо всём произошедшем после той июньской ночи. Как так вышло, что родители не заметили, что хоронят пустые гробы? Понятно, что без того призрака опять не обошлось, вопрос только в том, зачем он это делал. В ту ночь он сказал, что ему нужны наши души, но почему тогда исчезли и тела? И почему он не забрал меня? Мне казалось, что сегодняшняя прогулка прояснит ситуацию, но в результате легче не стало, и я до сих пор не понимала, кто сможет ответить на все мои вопросы.

Идти домой пришлось пешком, денег на обратный путь у меня не было. Мне повезло встретить ночной троллейбус, который чуть сократил время на дорогу, но большую часть пути всё равно пришлось преодолевать на своих двоих. Когда я подходила к дому, мельком взглянула на время и с удивлением обнаружила, что был только третий час. Это было невозможно, я никак не могла за два часа добраться до кладбища, раскопать могилу и вернуться пешком обратно. Телефон настраивал время автоматически, и оно всегда было точное. Впрочем, в последние месяцы происходило столько странных событий, что эта несостыковка была на их фоне сущей ерундой.

Двор, как всегда, не освещался, но здесь я чувствовала себя как дома, поэтому не ожидала ничего плохого. Грязь подмёрзла, и я по привычке решила сократить свой путь, пройдя наискосок. Здесь, в глубине двора, я наткнулась на жуткое существо.

Сначала я испугалась, потому что подумала, что это какой-то пьяница или наркоман, но, когда пригляделась к нему, поняла, что оно не имеет никакого отношения к миру живых. Тощее тело покрывала бледная блестящая кожа, кое-где затронутая следами тления. На лице выделялись лишь крохотные чёрные глаза и массивный лоб, но ни носа, ни рта у этого существа не было. Но самое жуткое, что в нём было – это его конечности. Длинные тонкие ноги ни в какое сравнение не шли с его руками, которые болтались буквально до земли. Это создание не заметило меня и стояло без движения, уткнувшись взглядом куда-то в одну точку и издавало странные звуки, похожие на громкое дыхание.

Я поняла, что нужно по-тихому сваливать, пока оно не заметило меня, но удача оказалась не на моей стороне. Когда я попятилась назад, у меня под ногой хрустнула ветка. Этого было достаточно, чтобы эта тварь услышала меня и повернула ко мне свою голову. Я замерла на месте, ожидая реакции. Существо издало какие-то хлюпающие звуки, а затем, разрывая кожу, начало открывать свой рот. Это было ужасно мерзкое зрелище: кожа медленно растягивалась, отрывалась, болталась ошмётками на лице. Монстр открывал и закрывал рот, словно ловил воздух, но не двигался. Ждать и дальше было безумием, поэтому я сорвалась с места и побежала домой.

Перескакивая через три ступеньки, я забежала на второй этаж. Ключи, как назло, валялись где-то в рюкзаке, руки тряслись от страха, застёжка не поддавалась. Наконец, я их вытащила и попыталась вставить в замок. Сердце бешено билось от страха, и казалось, что я всё делаю так медленно, словно смотрю на себя в замедленной съёмке. Замок щёлкнул, и я забежала в квартиру, с грохотом закрыв дверь.

Первое, что я сделала – кинулась к родителям в комнату. Пусть считают меня сумасшедшей, но если они будут рядом, то монстр меня не тронет, в этом я была уверена. Распахнув дверь комнаты и нажав на выключатель, я остолбенела: родителей там не было. Их не было вообще, квартира была пуста. И тогда я поняла, что сама загнала себя в ловушку.

Погасив везде свет, я медленно подкралась к окну в зале и притаилась за шторой. Мне нужно было знать, стоит ли то существо под яблоней или уже отправилось за мной. Я осторожно выглянула в окно и заорала от страха. Оно смотрело прямо на меня с улицы. В ужасе я задёрнула штору, но перед этим успела заметить, что оно не парило в воздухе, а удлинило свои конечности и теперь беспрепятственно заглядывало в окно.

В кармане лежал телефон. Выбора не оставалось: позвонить я могла только родителям. Экран мобильного загорелся и равнодушно сообщил мне, что сети нет. Краем глаза я заметила, что было восемнадцать минут третьего – эту же цифру я видела, когда подходила к дому.

Я услышала скрежетание ручки входной двери. Видимо, монстр успел забраться в подъезд. Чтобы убедиться в этом, я отодвинула штору и выглянула в окно, но ничего не увидела. Стекло стало тёмным и матовым. Ручки не двигались. Теперь я не могла даже выпрыгнуть из него, если оно заберётся в квартиру.

В том, что оно заберётся ко мне, я уже не сомневалась, судя по звуку, дверная ручка доживала свои последние секунды. В отчаянии я кинулась в единственное помещение, в котором можно было закрыться – в ванную. Я понимала, что это бесполезно, что на этот раз я не убегу, но так отчаянно хотелось продлить минуты своей жизни, пусть мне и придётся провести их в диком страхе, в ожидании мучительной смерти.

За дверью раздался грохот – это упала ручка. Лёгкий скрип открывшейся двери, гулкие шаги… Существо безошибочно вычислило моё местоположение и начало дёргать дверь в ванную. Я замерла, заткнув уши руками. Оно издавало какой-то протяжный, тоскливый звук, который тянулся на одной ноте и от которого раскалывалась голова. Один раз я уже слышала похожий звук, в тот самый вечер. Замок в ванной оказался не таким стойким, как входной, и вот ручка со звоном упала на кафель.

Дверь медленно открылась. Существо подняло свои руки и протянуло их ко мне. Они вытягивались, удлинялись и, наконец, обхватили меня за плечи. Я поняла, что ору во всё горло, но ничего не могла сделать, настолько страшно в этот момент мне было. Монстр приближался ко мне, завывая всё громче и громче, всё крепче и крепче сжимая меня в своих объятиях смерти. Он словно высасывал из меня жизнь, и я чувствовала, как теряю сознание. В глазах темнело. На секунду передо мной промелькнуло лицо черноволосого, а потом всё исчезло.

Возвращение в сознание опять было трудным и болезненным, но на этот раз открыть глаза оказалось проще. Я сидела на полу в ванной. Руки и ноги двигались, а это означало, что я всё ещё жива. Тускло светился прямоугольник открытой двери. Раз в коридоре светло, значит уже наступило утро. Голова раскалывалась, и, если можно было бы, я бы так и сидела на холодном полу, но неприятные воспоминания о прошедшей ночи заставляли чувствовать себя неуютно в собственной квартире.

Входная дверь была распахнута настежь, но никого, кроме меня, дома не было. Мои шаги эхом разносились по квартире и подъезду. Родители куда-то исчезли, словно их и не было, да и вообще создавалось впечатление, что этот дом уже давно покинули его обитатели. Каждое утро из-за стен доносился грохот посуды, крики детей, звуки работающих радио и телевизоров, но сейчас нельзя было уловить ни единого движения. Я бесцельно бродила по квартире, пытаясь понять, что происходит и что мне дальше делать.

Скрип деревянной подъездной двери и тихие шаги выдали чьё-то появление. За прошедшие несколько недель, а может и месяцев, я научилась никому и ничему не доверять, поэтому решила спрятаться в шкафу в прихожей. У меня получилось практически бесшумно притаиться среди курток, а через небольшую щель между дверьми я могла наблюдать за частью коридора и зала.

Моя интуиция меня не подвела: шаги становились всё громче, а их обладатель – всё ближе. В прихожей появился человек в длинной чёрной мантии с большим капюшоном, надетым на голову. Я видела его только со спины, но вскоре мне удалось его узнать. Он остановился в дверях между прихожей и залом и неспешно снял капюшон. Это был мой старый знакомый-призрак. Впрочем, на призрака он мало походил. В моём представлении они просвечивались и летали, а не ходили по земле. Даже во время нашей первой встречи у меня не было сомнений, что это человек, а не привидение.

В моей квартире он чувствовал себя более чем уютно. Черноволосый расположился в кресле и замер. Я изо всех сил старалась дышать спокойно, но сделать это, когда у тебя сердце колотится как сумасшедшее, не так-то просто. Убежать у меня не получилось бы: незнакомец услышал бы малейший шорох в такой тишине.

– Можно спрятать тело, потому что, если ты его не видишь, ты не знаешь, что оно есть. Но нельзя спрятать душу, потому что её нельзя увидеть, но её всегда можно почувствовать.

Я вздрогнула. Эта речь определённо обращалась именно ко мне. Он знал, что я прячусь в шкафу, и не торопился, потому что куда бы я не побежала, он бы меня нашёл. Можно было вылезти из шкафа, заговорить с ним и наконец-то получить ответы на все вопросы, а потом умереть. Но этот вариант меня не очень привлекал. В каком бы жалком состоянии не была моя психика, умирать мне совсем не хотелось, поэтому я решилась на бегство. Мысленно досчитав до трёх, я готова была сорваться с места, когда заметила, что кресло пустует. Исчез ли таинственный посетитель или отправился на экскурсию по квартире – выяснять это я не собиралась. Выпрыгнув из шкафа, я беспрепятственно выбежала за дверь.

Остановилась я только когда мои лёгкие окончательно отказали. Меня никто не преследовал, но это едва ли было поводом для радости. Скоро меня опять начнут сводить с ума жуткие видения, от которых невозможно спастись.

Мир вокруг преобразился. Улицы были пусты и безлюдны, нигде не ощущалось человеческого присутствия. Я брела по этому бесконечному лабиринту многоэтажек, понимая, что мне некуда идти. Друзья были в плену у черноволосого, родители бесследно исчезли, а квартира превратилась в ловушку. Мой мозг разучился отличать реальность от вымысла, я не понимала, что из случившегося было правдой, а что – игрой моего воображения. Со стороны я выглядела жалко: растрёпанные волосы, шапка набекрень, расстёгнутая куртка и ботинки, перемазанные кладбищенской землёй.

За спиной послышалось глухое рычание. Я остановилась и медленно повернула голову. Метрах в двадцати от меня стоял чёрный пёс с красными горящими глазами. Из его оскалившейся пасти обильно текла слюна, и он сгибал лапы, готовясь к прыжку. Эта встреча не предвещала ничего хорошего, поэтому я, недолго думая, сорвалась с места и побежала.

Это решение оказалось очень глупым. Он в один прыжок преодолевал расстояние, равное трём моим шагам, поэтому финал погони был не за горами. Просить о помощи некого, укрыться тоже негде, все магазины, располагавшиеся на первых этажах, закрыты, и лишь только в окнах одного горел свет. Я рванула дверь на себя, забежала внутрь и резко её захлопнула.

– Не обязательно так шуметь, – услышала я спокойно-приветливый голос.

Каким-то чудом меня занесло в лавку Веспы, которую я до этого безуспешно искала.

– Наконец-то я вас нашла! Скажите, вы настоящая ведьма?

– А какой ответ ты хочешь услышать?

В её глазах читалась лёгкая усмешка.

– Вы можете мне помочь? Мои друзья куда-то исчезли, вчера на меня напало какое-то мерзкое существо, только что собака чуть не разорвала на части, и ещё меня преследует какой-то призрак, который хочет забрать мою душу, кто это и почему он хочет убить меня? – накинулась я на Веспу в надежде услышать ответы.

– Не волнуйся, Лера, – успокоила она меня. – Я понимаю, всё, что ты видишь, пугает тебя, но тебя никто не сможет убить. Ты уже мертва.

Глава 3

– Много лет назад, в начале времён, был только Мрак. Он подарил жизнь тысячам жутких созданий, которым неведомо было добро и сострадание. Эти существа были бессмертны, и много тысячелетий они бесцельно бродили по миру, нигде не задерживаясь. Но однажды один из демонов остановился и оглянулся вокруг. И ощутил он тоску и печаль оттого, что обречён он до скончания веков на бессмысленное существование, как и тысячи его братьев и сестер, и нет в мире ничего, что может утешить их. И вдруг он увидел, как от него начало исходить свечение, и с каждой секундой оно становилось всё сильнее, и боялись другие существа прикоснуться к нему.

И стал он Светом, и стоило его лучам коснуться демонов Мрака, как обретали они плоть. Так появились в этом мире люди. Свет дал жизнь всему живому, и всё живое тянулось к нему, и потому не может человек жить без Света. Но глубоко внутри, докуда не дошел Свет, живёт в каждом человеке Мрак. И Мрак не может терпеть Свет, а Свет не может терпеть Мрак. И не может Свет дойти до самых глубин души, чтобы уничтожить Мрак, но не может и Мрак полностью завладеть человеком, потому что боится Света.

Так началась битва между Мраком и Светом. Днём, когда Солнце, потомок древнего Света, освещало землю, Мрак сидел глубоко внутри человека, а демоны прятались во тьме. Но стоило Солнцу закатиться за горизонт, как оживали дети Ночи и пытались увлечь людей во Мрак.

Шли века, и развивалось в людях то, что делало их лучше: доброта, любовь, честность, верность, отзывчивость, и существам Ночи стало сложнее завладеть человеком. И появился у людей огонь, и Ночь перестала безраздельно царствовать на земле, когда исчезало Солнце. И стало демонам тесно в этом мире, и стали они уходить в другие. Но границы между этими мирами никогда не закрывались, и до сих пор бродят порождения Мрака среди нас, выглядывают из тёмных углов, таятся в ночной тьме и обманом заманивают людей в свои ловушки, откуда уже никому не выбраться.

– Это всё, конечно, интересно, но объясните, что значит: «Ты уже мертва»?

– Это значит, что ты умерла. Теоретически ты ещё жива, но связь с телом постепенно слабеет, и когда она пропадёт, твоя душа навсегда останется пленницей этого мира.

Веспа ходила, укачивая на руках рыжую кошку. Я сидела на самом краешке её антикварного кресла, а в соседнем дремала белая кошка.

– А это, типа, загробный мир? – спросила я, хотя всё ещё не верила ни единому её слову.

– Не совсем. Это мир теней. Сюда демоны заманивают души, перешедшие опасную грань в общении с потусторонними силами.

– А что с моими друзьями? Они тоже здесь?

– Скорее всего.

– И как нам вернуться обратно?

Веспа остановилась и взглянула на меня.

– Никак. Отсюда нельзя выбраться.

– Но как же вы были и в том мире, и в этом? Вы тоже умерли?

– Нет, – ответила Веспа, улыбнувшись моей наивности. – Я живу на перекрёстке миров. У меня в гостях можно увидеть множество разных существ, но я не могу проникать в их миры, а они возвращаются в тот мир, из которого пришли.

– И что мне теперь делать?

– Ничего. Ты можешь отправиться обратно в мир теней, но те создания не оставят тебя в покое. Каждый раз, когда они нападают на тебя, они пытаются загасить свет в твоей душе, и однажды ты не выдержишь и сдашься им. И тогда они вытянут из тебя всё до последней капли, а сама ты станешь такой же тенью, как и они, и тогда ты сможешь вернуться в твой мир, но только для того, чтобы заманить сюда очередную жертву.

Эта перспектива меня совсем не радовала.

– Или можешь остаться у меня. Здесь они тебя не тронут, а из тебя получится хорошая ученица ведьмы. Я вижу в тебе способности.

В лавке Веспы было тепло и уютно. Я впервые за долгое время смогла расслабиться, и возможность остаться здесь навсегда, а не идти туда, где на каждом шагу караулят эти жуткие создания, тот черноволосый, казалась очень притягательной. За это можно было отдать всё, но я вспомнила, что где-то там остались мои друзья. Они, в отличие от меня, ещё не знали, что с ними произошло. Может, если бы мы объединились, мы бы смогли противостоять духам из этого мира теней? В конце концов, где-то там бродит Влад, а уж он может что-то придумать. А если ничего не получится – мы можем попросить убежище у этой ведьмы.

– Спасибо, Веспа, но сейчас мне нужно идти. Я должна найти своих друзей.

– Того милого мальчика? Думаю, он здесь не пропадёт, – ответила она и положила кота на кресло, с которого я поднялась.

– Скажите, а почему это мир так похож… на мой?

– Он принимает разные формы, чаще всего те, которые привычны сознанию. Но это обман. Не верь никому из знакомых, кого встретишь. Это всё Тени, притворяющиеся ими, чтобы быть рядом с тобой и питаться твоей энергией. Если сомневаешься, спроси их имя – они не могут соврать.

Я поёжилась, вспомнив, сколько времени я прожила с родителями, которые оказались совсем не теми, за кого себя выдавали. Теперь мне стало понятно, почему я так плохо себя чувствовала всё это время и почему меня преследовали кошмары и видения. Веспа удалилась куда-то, закончив наш разговор, а я открыла дверь и оказалась на улице в солнечный летний день.

Проще было сказать, чем сделать. Никакого плана у меня не было и быть не могло. Для начала я решила наведаться в гости к своим друзьям, кто знает, может, всё это время они были рядом, но не знали об этом?

Начать я решила с Насти. Во-первых, её дом стоял первым на моём пути, а во-вторых, из всех нас именно она была самой впечатлительной, и если уж её так пугали приколы Феди, то обитателям этого мира даже напрягаться не нужно было. Заявляться к ней в квартиру было неразумно – если тени могут превращаться в кого угодно, то обмануть меня им ничего не стоило.

Вместо этого я решила вести наружное наблюдение, устроившись на подоконнике в подъезде дома напротив. Сейчас не помешал бы бинокль, но последние карманные деньги я отдала таксисту, а в этом призрачном мире без них, как оказалось, никуда. У моей идеи был один существенный недостаток: если Настя будет безвылазно сидеть дома, как я в первые недели пребывания в этом мире, то ждать мне придётся долго.

Впрочем, мои опасения оказались напрасными. Где-то через час из двери подъезда выпорхнула радостная Настя и быстрым шагом куда-то направилась. Я подавила первое желание догнать её и приступила к слежке. Она пробиралась к центру города, вокруг становилось шумно, и это меня напрягало, потому что теперь я знала, кто прячется под масками людей. Они как-то странно на меня смотрели, но вскоре мне стало понятно, что всё дело в том, что я одета не по погоде. Убегала я с промозглой осенней улицы и была одета в куртку и тёплые ботинки, что не очень вписывалось в летнюю жару.

Мы подходили к местному торговому центру. Возле него, как всегда, толпился народ, и среди людей одна фигура показалась мне подозрительно знакомой. Это была какая-то девушка, которую, как мне казалось, я видела уже не раз. Я пригляделась и ахнула. Это была… я.

Рядом с моим двойником стояли Влад, Дина и Федя. Все «мы» выглядели довольными и счастливыми и что-то активно обсуждали. Настя подлетела к компании, и вместе они скрылись за дверьми торгового центра.

Я осталась в засаде и пыталась осмыслить всё произошедшее. У меня не осталось сомнений, что это именно Настя. Мы всё это время были рядом, но демонам удавалось обмануть нас, поэтому мы не пересекались. Мне они подкинули мысль о том, что все мои друзья умерли, а ей подсунули наших двойников. Конечно, у меня была слабая надежда, что это не двойники, а наши настоящие друзья, но, судя по всему, теням было выгоднее разделить всех нас.

Трудно сказать, сколько времени прошло, но уже вечерело. Призрачная компашка вывалилась на улицу и направилась по домам, а я последовала за ней. Сначала они шли вместе, но на очередном перекрёстке разделились. Мы с Владом пошли в сторону нашего дома, а Настя, как обычно, осталась с Диной и Федей. Мне было ужасно интересно, что стало со второй мной и Владом, но важнее было как можно быстрее поговорить с Настей. Минут через семь мы уже подошли к её дому. Попрощавшись с призраками, она забежала в подъезд, а Дина и Федя пошли дальше и постепенно растаяли в воздухе.

Теперь я была уверена в том, что демоны дурят Настю, создавая для неё иллюзию её обычной жизни, и нужно срочно вытаскивать её из этой иллюзии. Я бросилась к подъезду, нажала на домофоне известную всем нам комбинацию кнопок, и дверь тут же открылась. Вскоре я уже стояла на третьем этаже и с силой жала на кнопку звонка.

Настя открыла дверь и округлила глаза.

– Что ты на себя напялила? – спросила она.

– Не сейчас, – ответила я, протиснувшись в прихожую, – ты помнишь тот вечер, когда мы вызывали духов?

– Да… – ответила Настя и уставилась на меня с непонимающим видом.

– Что случилось тогда?

– А что?

– Ответь на вопрос!

– Ничего необычного, мы сидели за столом, Влад звал духа, потом Федя опять начал разыгрывать нас, я испугалась, и после этого мы закончили и пошли домой.

Как и следовало ожидать, Настя ничего не помнила, а значит, убедить её в том, что я не сумасшедшая, будет сложно.

– Так, слушай меня, всё было совсем не так. Не знаю, что произошло, но мы призвали каких-то странных существ, которые… ну, в общем, они похитили нас, вернее, наши души, мы сейчас не в своём мире, мы почти мертвы…

Чем больше я говорила, тем более нелепыми мне самой казались мои слова. Настя смотрела на меня с явным недоверием, и я не знала, как её убедить.

– Это какой-то очередной розыгрыш? Федя тебя уговорил? Не ожидала от тебя.

Подруга начала теснить меня к выходу, всем своим видом давая понять, как она оскорблена моим недостойным поведением.

– Это не розыгрыш! Подожди, Насть! Неужели ты не замечаешь совсем ничего странного? Тебя не преследуют странные видения и существа?

Настя остановилась. По её взгляду я поняла, что попала в цель.

– Откуда ты знаешь? – шёпотом спросила она.

– Это демоны, населяющие этот мир. И твои родители, и Дина, и Федя, и Влад, и даже я, с которой ты всё это время общалась – это всё призраки. Я видела вас сегодня, и видела, как они растаяли в воздухе после того, как ты зашла в подъезд.

– Протасова, ты меня всё-таки разыгрываешь.

Убеждать её и дальше мне не потребовалось. Наш спор прервали странные звуки шагов из зала.

– Там кто-то ходит! – шёпотом пропищала Настя.

– А это не родители?

– Их дома нет! Они куда-то ушли, но я не знаю куда.

История казалась мне знакомой, что-то подобное со мной случилось накануне. Шаги были тяжёлыми и медленными, но у нас не оставалось сомнений, что они приближаются.

– Это опять он! – с ужасом прошептала Настя и с силой вцепилась в мою руку.

– Кто? – зачем-то спросила я.

Ответа я не услышала, Настя стояла в оцепенении и ничего не могла сказать. Увидеть своими глазами того, кто ходил в соседней комнате, мне совсем не хотелось.

– Бежим, – скомандовала я и дёрнула её за руку.

Хлопнув входной дверью, мы выбежали в подъезд. Я боялась, что мы опять окажемся в ловушке и застрянем тут, но, вопреки моим опасениям, мы беспрепятственно выбрались на улицу. Несмотря на то, что к Насте я пошла, когда только начинало смеркаться, и пробыла у неё не больше пяти минут, было уже совсем темно. Пустые улицы тускло освещали фонари.

– Нам нужно спрятаться, – сказала я.

Оставаться на улице опасно, и я решила укрыться в лавке Веспы. Это было единственное место, где нас не достали бы тени, и оно располагалось совсем недалеко. Настя была не в состоянии адекватно мыслить, поэтому я просто вела её за собой, постоянно оглядываясь.

– Где же она?

Я бродила по тёмной улице и опять не могла отыскать лавку. Сначала я укоряла себя за то, что убежала из неё, не запомнив точного местоположения, но потом мне пришлось смириться с мыслью, что Веспа опять куда-то испарилась. Ситуация была безнадежной: прятаться было негде, мы были одни посреди демонов, которые мечтали заполучить наши души, и идеи для спасения у меня закончились.

– Лера, кто это?

У нас за спиной стоял черноволосый. Он смотрел прямо на меня, и я опять не могла пошевелиться.

– Лера это он! Он! Бежим отсюда! Быстрее! – кричала Настя и тащила меня прочь от призрака, а я всё никак не могла оторвать от него глаз и медленно передвигала ногами.

– Пойдёшь с ней и больше никогда не вернёшься обратно, – сказал он.

– Кто ты? – крикнула я ему.

– Тот, кто определённо видит больше, чем ты, – усмехнулся призрак.

Настя настойчиво тянула меня куда-то в темноту и не давала возможности продолжить разговор. Её хватка была чересчур крепкой, и все мои попытки освободиться от неё оказались неудачными. Я заметила, что рука, которой она меня держала, была не просто холодной, а ледяной, и тут до меня начало что-то доходить.

– Эй, – окликнула я её, – назови своё имя.

Настя остановилась и обернулась ко мне. Её лицо исказила страшная, нечеловеческая гримаса.

– Иоло, – сказала она совсем не тонким девичьим голосом.

Под давно знакомым лицом начали проступать новые черты. Я увидела маленькие чёрные глаза и отвратительный рот, это было то самое существо, напавшее на меня в моей квартире. Оно опять обхватило меня своими руками и начало выть, но на этот раз до потери сознания не дошло. У меня из-за спины протянул свою руку черноволосый и положил её на голову этому жуткому созданию. Как ни крути, а нервы у него были стальные: я бы ни за что добровольно не прикоснулась к этому монстру.

Как только рука дотронулась до него, он ослабил свою хватку и начал исчезать, сопровождая это жуткими, нечеловеческими воплями. Я закрыла уши руками и прижала голову к груди. Когда я подняла её, монстра уже не было.

– Ты убил его?

Я всё ещё не знала, как относиться к черноволосому, но, судя по всему, он оказался не таким уж и плохим парнем. Впрочем, верить нельзя было никому, и несколькими секундами ранее я в этом убедилась.

– Скажем так, я вежливо попросил его уйти, – всё с той же усмешкой сказал он.

– Кто ты такой и почему ты меня преследуешь?

– Я тебя не преследовал. Я искал тебя, чтобы предложить сделку.

Не успела я и глазом моргнуть, как перенеслась в свою квартиру. Призрак сидел в том же кресле, что и в прошлый раз, и не торопился ничего объяснять.

– Так кто ты такой и откуда взялся? – повторила я свой вопрос.

– Прости, но ответить тебе я не могу. Я существую уже так давно, что не помню, кем был и где жил.

– Но хоть что-то ты о себе знаешь?

– Знаю, но пока не время про это говорить.

Мой новый знакомый снова замолчал. Меня начала напрягать его таинственность и немногословность.

– Ты так и будешь молчать? – не выдержала я.

– Извини, я совсем отвык от долгих бесед с живыми.

– Вернее, с не совсем живыми… – съязвила я.

– Так ты уже знаешь, где оказалась?

– Да. Мне сказали, что я ещё жива, но не смогу никогда вернуться обратно в свой мир. Это правда?

– Я не знаю никого, кто смог бы отсюда выбраться.

Беседа с незнакомцем опять угасла.

– Что за сделку ты хотел мне предложить? – сдержав раздражение, спросила я.

– Ты хочешь вернуться в своё тело?

На несколько мгновений я потеряла дар речи.

– П-подожди, ты предлагаешь мне вернутся в мой мир?

– Именно.

– Но ещё недавно ты сам сказал, что отсюда нельзя выбраться.

– Я сказал, что не знаю никого, кто смог бы отсюда выбраться. Ты можешь стать первой.

От такого предложения отказаться было сложно, но я всё ещё не понимала, кто этот черноволосый и что ему от меня нужно.

– И что ты хочешь в обмен на это?

– Ты узнаешь об этом в своё время.

У меня не было сомнений в том, что не каждый обитатель этого мира обладал такими возможностями. Черноволосый был не простым призраком, а кем-то более могущественным, причём догадка у меня существовала только одна.

– Как ты вернёшь меня к жизни? Кто ты? Дьявол?

Незнакомец рассмеялся, откинувшись на спинку кресла.

– Интересная версия. И что тебя натолкнуло на такую мысль?

– Я не знаю, кто ещё мог бы заключать сделки на таких условиях.

– К сожалению, я не настолько влиятельная фигура потустороннего мира. Я просто жнец Смерти.

Что ж, всё оказалось гораздо проще. Я думала, что мой новый знакомый – дьявол, но он был всего-навсего профессиональным киллером. Впрочем, это только подстегнуло моё любопытство.

– Жнец Смерти? Что это значит?

– Мы приходим к людям, чьё время пришло, для того чтобы проводить их душу к Судье. Поэтому я был удивлён, когда ты увидела меня на кладбище. Я чувствовал, что для нашей встречи ещё рано.

Я задумалась, а черноволосый снова замолчал. Второй раз за день я получала довольно заманчивое предложение, но не могла им воспользоваться. Сначала мне нужно было выяснить, сможет ли он вернуть не только меня, но и моих друзей.

– Ты можешь воскресить любого человека? – начала я издалека.

– Нет, только того, кто умер раньше своего срока, чьё тело не было серьёзно повреждено, и только на тот срок, который ему отпущен.

Мои друзья попадали под эти требования, поэтому я решила рискнуть.

– Я согласна заключить с тобой сделку, но я хочу попросить тебя ещё кое о чём.

– Слушаю.

– В этом мире застряли ещё четверо моих друзей. Ты можешь вернуть и их?

– Полагаю, если я скажу нет, ты не согласишься. Следовательно, выбора у меня нет.

От радости я подскочила и в нетерпении уставилась на жнеца.

– И? Ты можешь сделать это прямо сейчас?

– Куда ты так торопишься? У нас впереди целая вечность…

Жнец усмехнулся, заметив, что его фраза произвела на меня нужный эффект.

– Как бы тебе не хотелось поскорее вернуться обратно, нам придётся здесь задержаться, если уж ты хочешь помочь и друзьям. Я не могу ничего сделать, если мы их не найдём.

– Ты знаешь, где они?

– Понятия не имею. Но нам нужно поторопиться, время идёт, связь с телом ослабевает. Ты готова к путешествию по миру теней?

Едва ли я была к этому готова. Мне не хотелось задерживаться здесь хоть на секунду, но другого способа исправить всё я не знала. Успокаивало меня лишь то, что моим сопровождающим будет черноволосый, который умел общаться с обитателями этого мира. Почему он отправлялся со мной, я не знала, и меня всё ещё пугала необходимость расплаты за его услуги, но в одиночку я в любом случае не справилась бы.

Глава 4

Мы брели ночью по просёлочной дороге, ведущей к городу. Я не знала, как мы сюда попали, последнее, что я помнила – как коснулась протянутой жнецом руки. Местность отдалённо напоминала окрестности моего района. По краям дороги тянулись бесконечные поля, засеянные какой-то травой, которая двигалась как живая и напоминала извивающихся змей. Я старалась держаться от неё подальше, а заодно не смотреть на небо, где вместо звёзд мигали сотни маленьких глаз.

– Где мы? – спросила я.

– В междумирье.

– И что это за место?

– Мир теней не цельный. Он состоит из тысяч миров. Для каждой души он свой. Миры постепенно разрушаются. Когда это происходит, человек умирает, а его душа превращается в тень. Сейчас эти миры ещё сильны, но скоро ты начнёшь замечать в них бреши. Нужно торопиться. Времени мало.

Я не очень поняла, о чём говорит жнец. Единственное, что я усвоила, так это то, что действовать нужно быстро.

– Моих друзей тоже преследуют монстры? – задала я наиболее актуальный на тот момент вопрос.

– Нет, – ответил жнец. – Тени не стремятся запугать людей. Они стремятся воссоздать мир, в котором душе хотелось бы остаться. Убедить их уйти будет сложно.

– В моём случае они не очень справились со своей задачей.

– По какой-то причине ты видишь то, что должно быть от тебя спрятано. Теням не удалось тебя обмануть. Это спасло тебя.

Дорога закончилась высоким кирпичным забором, который, казалось, внезапно вырос из-под земли.

– Куда мы идем? – спросила я.

– Не знаю, ты нас сюда привела.

– Я?

– Ты не говорила, что у тебя есть такие способности.

– Не понимаю, о чём ты?

Жнец так и не ответил на мой вопрос, сменив тему.

– Я чувствую поблизости живую душу. Возможно, это кто-то из тех, кого мы ищем.

Мне пришлось протискиваться через узкую щель в заборе, и, когда я справилась с задачей, в глаза ударил яркий свет. Привыкнув к нему, я обнаружила, что оказалась на своей улице в самый разгар дня. Позади меня уже не было забора, и вообще всё вокруг приобрело привычный вид.

– Наши пути расходятся на некоторое время, – сказал жнец.

– Ты оставишь меня тут одну?!

– Я всё равно не смогу ничем тебе тут помочь. Теперь всё зависит только от тебя.

Не скрою, я ожидала, что помощи от черноволосого будет больше, а он в самый ответственный момент решил меня бросить.

– Подожди! А если на меня опять нападут монстры?

Жнец накинул капюшон на голову и начал растворятся в воздухе.

– Здесь тебе нужно бояться совсем не этого.

Я осталась одна посреди воображаемого города с кучей вопросов, которых из-за моего нового знакомого стало ещё больше. Нужно было куда-то бежать, что-то делать, но у меня не было ни малейшего понятия, с чего начать. В конце концов, я решила, что раз уж я оказалась рядом со своим домом, мне следовало проверить квартиру Влада.

Минут пять я звонила и стучала в дверь, но так и не добилась никакого ответа. Либо его не было дома, либо его вообще не было в этом мире. Я потёрла кулак, распухший от стука, и, прислонившись спиной к двери, сползла вниз.

Что я делаю? Это и вправду со мной происходит или я медленно схожу с ума? Монстры, ведьмы, потусторонние миры, странный помощник, представившийся жнецом Смерти… Этого просто не может быть, мы столько раз ввязывалась во всякие авантюры, придуманные Владом, но ни разу не встречались ни с чем подобным. Да и как могло быть иначе? Это просто сон. Странный сон. Когда-нибудь я проснусь.

Я резко поднялась и вдохнула полной грудью. Глаза начинало щипать, но я силой воли остановила подступавшие слезы. Варианта у меня было два: либо это сон, и я проснусь, и тогда бояться мне нечего, либо это реальность, и тогда придётся бороться. Разумнее всего было бороться, даже если всё происходящее – это просто сон.

Не знаю, сколько я просидела в том подъезде, но, когда я вышла, солнце уже клонилось к закату. В воздухе парила какая-то особая летняя атмосфера: пахло зеленью и горячим асфальтом, щебетали птицы, ревели моторы проезжавших мимо машин, по тротуарам гуляли беззаботные компашки. Я всматривалась в их лица и не могла поверить, что это лишь маски, которые носят тени. Вдруг это такие же люди, как и мы, заигравшиеся с потусторонними силами и научившиеся жить в их плену? Зачем пытаться выбраться отсюда, если это место так похоже на дом?

Спокойствие и размеренность этой улочки постепенно убаюкивало меня. Я стояла на одном месте, не в силах сдвинуться, и готова была стоять так и дальше, наслаждаясь всеми чувствами, которых давно уже не ощущала, но мой план невежливо нарушили.

– Ой, извините! – услышала я от толкнувшего меня в бок человека.

Его голос показался мне до боли знакомым, и я резко обернулась: это был Влад. Он выскочил из ворот нашего двора, рядом с которыми я стояла, и налетел на меня. Бросив на меня дружелюбный, но совершенно незаинтересованный взгляд, Влад обошёл меня и торопливой походкой зашагал куда-то вверх по улице.

– Эй! Влад, стой!

Я сорвалась с места и побежала за ним.

– Вы мне? – спросил он, обернувшись.

– А кому ещё? Ты что, меня не узнаёшь?

– Нет, извините, а где мы встречались? – спросил Влад, приподняв брови, и уставился на меня.

– Мы с детства знакомы вообще-то, в одну школу ходили и в одном доме живём!

Я не знала, что ещё добавить. Для меня наше знакомство было настолько привычным и очевидным, что ничего другого я и сказать-то не могла.

– Извините, наверное, вы всё-таки ошиблись, – после небольшой паузы ответил он.

Мне хотелось взять Влада за плечи и трясти до тех пор, пока у него в голове всё не прояснится, но пока я боролась с этим желанием, он лишь с лёгкой улыбкой пожал плечами и пошёл дальше. Было понятно, что он тоже стал жертвой мира теней, только в отличие от меня ему стёрли все воспоминания обо мне. Нужно было найти способ вернуть Владу память, но я совсем не понимала, как это можно сделать. Жнец наверняка знал ответ на этот вопрос, но он очень вовремя испарился.

– Эй, ты меня слышишь? Вернись, ты мне нужен! – крикнула я, задрав голову к небу.

Люди на улице с удивлением уставились на меня, кто-то захихикал, а я почувствовала себя полной дурой. Только сейчас до меня дошло, что нужно было проследить за Владом, чтобы узнать, куда он пошёл: вдруг и его пытаются обмануть двойники? В этом случае убедить его в иллюзорности этого мира было бы проще.

Некогда было терять время: я сорвалась с места и побежала вверх по улице до того поворота, за которым скрылся Влад. Стоило мне только завернуть за угол, как я оказалась посреди глубокой и тёмной ночи. От такого неожиданного поворота я опешила и резко затормозила. Когда глаза привыкли к темноте, я поняла, что нахожусь всё на той же улице, теперь освещаемой не лучами закатного солнца, а тусклыми редкими фонарями. Окружающий мир неприятно преобразился. То ли я уже ожидала подвоха на каждом шагу, то ли просто мои нервы начали сдавать, но я готова была поклясться, что тени, отбрасываемые деревьями и другими предметами, двигались, удлинялись и медленно подползали к моим ногам.

Через несколько секунд я поняла, что это не наваждение: тени действительно подбирались ко мне. Они неторопливо извивались по асфальту, зная, что мне от них не укрыться. Я смотрела на них как заворожённая и не знала, что делать, словно мой мозг отключился и больше не работал в режиме выживания. Похоже, что придётся в очередной раз бежать, только вот куда?

Я сделала шаг назад, чтобы отступить от призрачных щупалец, потом ещё один и ещё и почувствовала, как натолкнулась спиной на что-то, а вернее на кого-то, кто отрезал мне путь назад. Цепкие конечности ухватили меня за плечи и резко дёрнули.

– Р-р-р…, – услышала я у себя спиной негромкий рык.

– А-а-а-а-а-а-а! —заорала я, изо всех сил вмазала локтём по поймавшему меня существу и отскочила. – Ты?!

Жнец ничего не ответил. Его лицо едва ли выдавало хоть какие-то эмоции, но я могла предположить, что он более чем доволен своей выходкой.

– Ты что творишь, я чуть со страху не умерла! – попыталась я воззвать к его совести.

– Не хотелось бы тебя расстраивать, но ты уже умерла.

– У всех посредников Смерти такое чувство юмора?

– Прости. – В голосе жнеца послышалось что-то, отдалённо похожее на раскаяние. – За последние несколько столетий я совсем разучился общаться с людьми.

Он опять ушёл на свою волну, а я оглянулась назад, туда, где совсем недавно меня выслеживали тени. Они всё ещё извивались, но отползли на безопасное расстояние.

– Я звала тебя, между прочим.

– Знаю, поэтому я и пришёл.

– Что-то мне подсказывает, что ты не торопился.

– Тебе здесь почти ничего не угрожает, поэтому моё пребывание рядом с тобой бессмысленно.

– Но я не знаю, что мне делать! Влад меня не узнаёт, как мне объяснить ему, что я – это я?

– Мне это тем более неизвестно. В любом случае, наш уговор в силе, и ты можешь вернуться в свой мир в любой момент, с друзьями или без.

Черноволосый умолк и погрузился в себя, превратившись в некое подобие статуи. Он не дышал, не шевелился и даже не моргал, и мне казалось, что он куда-то испарился, оставив от себя одну лишь оболочку. Я надеялась, что жнец мне чем-то поможет, но я сильно переоценила его, и теперь мне придётся всё решать самой.

Пока я предавалась размышлениям, мой взгляд бесцельно бродил вокруг, периодически останавливаясь на черноволосом. Со стороны он выглядел обычным человеком, хоть и одетым не по современной моде: под его мантией скрывалось какое-то непонятное одеяние, напоминающее длинное платье со множеством складок, схваченное широким поясом. Где-то я уже видела подобный прикид, но навряд ли смогла бы вспомнить.

Этот парень вызывал во мне противоречивые чувства. Из его немногословных комментариев я уловила, что когда-то давно он был человеком, до того, как получил эту высокопоставленную должность. Но что ему нужно от меня? До сих пор от него не было никакого вреда, несмотря на то что он постоянно крутился где-то поблизости, и, тем не менее, рядом с ним я испытывала странное беспокойство, словно всё внутри выворачивалось наизнанку.

– Жнец, вернись, – сказала ему я.

Он перевёл взгляд и так же равнодушно уставился на меня, как ещё несколько секунд назад смотрел в пустоту.

– Если я встретила Влада рядом с двором, значит, он там живёт, а это в свою очередь значит, что он туда рано или поздно вернётся.

– Если раньше не отдаст свою душу, – заметил жнец.

– Ты о чём?

– Ты многого не знаешь об этом мире. Тени никого не отпускают.

– Но как тогда мы выберемся отсюда?

– Мы просто не будем их спрашивать.

Разговаривать с черноволосым было невыносимо сложно. Он говорил какими-то загадками и общими фразами, и, как я ни старалась, не могла собрать цельную картину.

– Нужно установить слежку за двором. Ты идёшь со мной.

Я поняла, что спрашивать о чём-то моего странного знакомого было бесполезно, поэтому взяла управление операцией по спасению Влада на себя. Жнец не сопротивлялся и молча последовал за мной.

Двор был пуст и безжизненен, ни в одном окне не горел свет, и даже лампочка над подъездной дверью не работала, зато луна светила так ярко, что можно было разглядеть мельчайшие объекты. Если присмотреться повнимательнее, можно было заметить, как всё вокруг было похоже на картонные декорации, и от этого становилось ещё тоскливее.

Мы со жнецом забились в самую глубь двора, к старым сарайчикам, куда не доходил даже лунный свет. Впереди меня ждала длинная ночь, а мой знакомый никак не подходил на роль подходящего собеседника.

– Жнец, расскажи о себе, – сделала я попытку завязать светский разговор.

– Я помню о себе лишь то, что я ничего не помню, – неопределённо ответил он.

– Совсем ничего? Ни кем ты был, ни почему ты стал жнецом Смерти?

– Я мало помню о своей прошлой жизни. С тех пор прошло уже столько времени, что из моей памяти истёрлись эти воспоминания. Я помню только то, что я был слишком наивен и горд, и возомнил, что смогу тягаться с самою Судьбой, но и я оказался бессилен перед своей участью.

– И что же ты сделал?

– Зачем тебе это знать?

– Просто… любопытно, как становятся такими, как ты.

– Любопытство… Не стоит поддаваться ему. Разве не из-за него ты со своими друзьями оказалась здесь?

Ответить мне было нечего, жнец был абсолютно прав, но всё-таки я не отказалась бы узнать, что он натворил.

Выяснить подробности у меня не получилось: пока я обдумывала, как вытянуть из него нужные мне сведения, заметила фигуру, появившуюся во дворе с улицы. Даже в кромешной тьме я узнала бы Влада. Он стремительно пересёк двор и вбежал в подъезд. Я ждала, когда включится свет в его квартире, но время шло, а окна не подавали никаких признаков жизни.

– Странно, – сказала я себе под нос.

Впрочем, ничего странного тут не было: Влад часто возвращался поздно, и, по-видимому, старался не привлекать к себе внимание матери. Мне ничего не оставалось, как продолжать слежку и ждать, когда он вновь куда-нибудь отправится. Я посмотрела на жнеца, поняла, что продолжать разговор с ним бессмысленно, и откинула голову назад, закрыв глаза.

Весёлое щебетание птиц привело меня в чувство. Я открыла глаза и обнаружила, что было уже светло. Жнец стоял в том же положении, в каком я видела его в последний раз, и смотрел куда-то прямо перед собой. Неужели я заснула? Шпионка из меня вышла так себе: одну ночь можно было бы и потерпеть. Черноволосый в отличие от меня бодрствовал всё это время, но толку от него не было никакого, по-моему, он вообще не реагировал на происходящее вокруг.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.