Мелисса Росс
Чары сквозь пальцы

Глава 1

«Этот мир берет свое начало в далеком 2130 году. Когда мир технологий продвинулся так далеко, что позволял себе клонирование людей, излечение всех болезней, создание роботов, готовых заменить, кого угодно на любой сложности трудах, и прочее.

Благодаря тем же технологиям люди научились регулировать погодные условия, хоть и не много. У них не получалось сделать из зимы лето, но изменить градус на более теплый было возможно. Потому они проживали две осени, весну и лето, откинув зиму.

Один январский день был особенно холоден, об этом дне горожане говорили: «Сегодня зима как сто лет назад». Тогда метеорологи вывели след идущего холода и направили туда экспедиционную группу. За день до этого все новости кишели об упавшем рядом с холодной частью России метеорите. Однако никто в тот момент не подумал связать эти два события.

На выявленном месте экспедиционной группой были обнаружены два обнаженных тела, мужское и женское. Они, несмотря на ужасных холод, спокойно себя чувствовали и лишь непонимающе смотрели на остальных. В этом моменте словно появились новые Адам и Ева.

Когда же один из участников группы подал руку девушке, чтобы помочь, то в ответ на её рукопожатие конечность покрылась ледяной коркой. И теперь всё встало на свои места. Они распространяли холод. В 2130 году мир открыл для себя магию.

В народе эту пару так и прозвали Адам и Ева. Их поселили в отдельной квартире, постоянно вызывая в разные места, где пару допрашивали, выпытывая у них всю возможную информацию. Однако эти люди будто родились в моменте со всеми знаниями.

Понимая, что это первый человеческий род, кои обладает магией, было принято решение отгородить их от обычного общества. Главой государства были выдвинуты требования для министерства науки:

– Клонируйте нашу планету и населите её такими же людьми, как случайно прибывшие. Для этого вам надо воссоздать целые поколения и расы, которые и будут остальными жителями планеты «Земля 2».

Такой указ был объявлен президентом. Учеными были собраны биоматериалы Адама и Евы, для того, чтобы воссоздать больше, чем просто магию холода. Они хотели создать самые разные способности. От этого весь процесс занял еще пять лет.

По истечению срока Адам и Ева были направлены на новую планету «Земля 2». Однако, чтобы лучше обжиться их отправили в 1991 год.

В программу планеты и новочеловеческие разумы был заложен тот же ряд событий, происходящий на главной планете «Земля» до 1991 года, чтобы новый мир развивался по той же хронологии. Кроме того, был заложен план основных событий до 2135 года, влияющих на человечество и его развитие.

Так появилась «Земля 2», которая имела личные расы, правила и традиции. А с появлением Адама и Евы на новой планете, она стала обитать не только клонами, но и реальными людьми.»

– Эй! – громкий крик заставил вынырнуть меня из учебника истории.

– Я читаю! – крикнула в ответ.

– Мы опоздаем тогда.

– Пару страниц и иду!

Глянув на дверной проем, обрадовалась, что там больше никого не было и опустила глаза обратно в книгу.

«Но не все шло так идеально. Технологи были не настолько мощными, как надеялись ученые. Оттого волшебные силы некоторых клонов пропадали с переездом, а дети стали рождаться без магии. Для нового поколения это стало некой лотереей: смогут ли дети, имеющие одного из родителей без магии, сами владеть ею. Если оказывалось, что нет, то таких детей в обществе их называли Изгоями.»

– Если ты не оторвешь свой зад от кровати через минуту, я буду пугать тебя до конца недели, – голос лучшего друга снова послышался в начале комнаты.

– Ты зануда! – пришлось отложить книгу, где мне оставалось буквально пару страниц.

– Это ты читаешь историю планеты в третий раз, а не я. Кто из нас зануда? – Ал с довольной улыбкой поправил светлые волосы и сложил руки на груди.

– Иду я, иду! Прилипала! – я отложила учебник на край кровати, планируя дочитать вечером, и взяла со стола сумку, с которой направилась на выход.

– Другое дело!

Завернув за угол от комнаты, оказались в нашей гостиной, где на диване сидели остальные жители.

– А нам обязательно всех ждать? – взвыла Олеся, запрокидывая голову на спинку дивана.

– Всё еще не понимаю, зачем выходим все вместе, если мы с разных дисциплин? – вскинул бровями и повернулся парень.

Черные волосы с выбритыми вискам, прямой нос с легкой горбинкой, чересчур резкие скулы и взгляд темно-карих глаз.

– Во-первых, – из ванной комнаты вышла девица с такими же темными волосы и похожими чертами лица, – мы довольно редко выходим вместе, потому что расписание у всех разное. Надо ценить моменты общей коммуникации, – хмыкнула она. – Во-вторых, любимый брат, это я отдельно от вас всех! Ты и Лиса на одной специальности, Ал и Софа на другой. Одна я как отшельник слоняюсь.

Яна довольно сложила руки на груди и смотрела на потухшее лицо брата. Шапка с мелкими кольцами, какие надевают на крыло носа при пирсинге, стала незаменимым атрибутом в дни, когда были занятия в универе.

– Хватит уже болтать! – Олеся встала и завязала в хвост свои светло-рыжие волосы.

Из нашей женской части она была самой высокой и спортивной. Яна, наоборот, была самой низкой, а я считалась средним звеном.

– Ладно, только без криков, – добавил Ал. – Хм, а давайте поиграем в догонялки?

– Это было бы интересное соревнования, если бы ты не обладал силой скорости! – возразила Яна.

– Вы же знаете, что она все равно развита не так сильно, как должна, – немного тоскливо ответил Ал и натянул на ноги кроссовки.

– Зато ты обладаешь двумя силами, а не одной.

Ал был единственным из нас, кто имел несколько сил одновременно. От каждого родителя передалось по одной. Хотя обычно дети унаследуют абсолютно случайный дар, который не связан со способностями предков.

– Ой, от «Невидимки» пользы мало! Только если Софу пугать, – смеялся тот, смотря на недовольное и раздраженное лицо.

– Весело живешь, – прокомментировал Ян, парень с черными волосами.

– Софа любит своего друга любым, – он уставился на меня, – да ведь?

– У меня есть выбор? – накинув поверх футболки любимую бежевую ветровку, ответила я.

– Как думаете, дабл-Ян, есть у неё выбор? – после этой фразы друг сразу схватил подзатыльник от Яны.

Из-за того, что брата и сестру звали Ян и Яна, то Ал часто любил над ними пошутить. Но затем всегда отхватывал или от девушки, или от парня, кто будет ближе.

– Но когда-нибудь ты устанешь про это шутить, – в ответ на удар сестры добавил Ян.

– Надеюсь, высшие силы услышат твои молитвы!

– Тресни его еще, – отозвался парень, закрывая на выходе дверь.

– Нашему Алу уже хватит, – ласково ответила ему Яна и посмотрела на парня со светлыми волосами.

Будь он котом, то точно бы заурчал от того, как на него сейчас смотрела девушка. Светлые глаза нежно смотрели на Яну, которая уже общалась с Олесей на другую тему.

Я дернула его за локоть, намекая, что пора бы уже перестать пялиться на неё. Хотя сама порой кидала взгляды на Яна. В ответ на это друг смотрел на меня со взглядом а-ля «И кто тут пялится?» и улыбался.

Практически три года назад мы стали в некотором смысле семьей с этими ребятами. И я улыбнулась от нахлынувших воспоминаний.

Я и Ал следовали за женщиной, одетой в легкий и светлый сарафан. На вид ей примерно тридцать или около того. Она работала помощником завхоза. И в её обязанности входило помочь с заселением новых студентов.

– Как думаешь, не зря родаки нас сюда засунули?

Я посмотрела на парня с неким презрением. Он не считал, что новый загородный филиал престижного учебного заведения – повод для гордости. Я, конечно, тоже не планировала этим кичиться, однако в душе ощущала приятное чувство поднятия самомнения.

– Не засунули, а отправили, – грубо отрезала я. – Но тут, вроде, – осмотрелась, – неплохо. По крайней мере территория внушает ощущение аккуратности и чистоты.

Газоны были коротко подстрижен. Трава росла в сочно-зеленом оттенке, учебные корпуса украшали территорию своими бежевым тоном. Дальше этой территории, чуть поодаль от учебных зданий, были домики. Деревянные, одноэтажные сооружения на первых взгляд казалась совсем новыми, однако в них уже более десяти лет проживают студенты. Это было похоже на коттеджный поселок. Студентов поступало сюда не очень много, но достаточно, так всем нужно было где-то жить. Они считались, как подобным общежитием для студентов. Мало кто, катался загород на пары каждый день из дома.

Проходя мимо домиков, я разглядывала каждый, пока Ал пялился в экран мобильного.

– Смотри, какие уютные!

– Ага, – машинально ответил тот.

– Эй! – я ударила его в бок.

Тогда он поднял взгляд и осмотрелся:

– Действительно ничего так!

– Практически пришли, – сказала женщина.

Я почти успела позабыть, что она идет впереди нас. Ал лишь поднял глаза, посмотрев ей в спину.

– Ну вот! – она остановилась у одного из домов.

Он был также одноэтажный, но как будто шире и больше.

– По сколько обычно человек заселяют? – спросил друг, убирая мобильник в задний карман джинсов.

– Зависит от дома. Те, – она указала на стоящие впереди дома, – вмещают только четыре человека. Чем дальше отходим от учебной части, тем больше человек вмещает дом.

– Мы почти на середине, – заметил парень.

– Вот именно, – улыбнулась она. – Ваш вмещает шесть человек. В дальние могут заселиться сразу восемь. Но таких домов мало. Пойдемте внутрь!

Женщина открыла дверь, пропустила нас, а после зашла сама.

– В целом, ничего необычного. Прихожая, кухня с гостиной, рядом ванная и туалет. Ваши комнаты по бокам, в коридорах.

Мы посмотрели вперед и заметили два прохода в разные стороны дома.

– Можете занимать, какие угодно, но чаще всего почему-то девушки слева, а парни справа.

– Сохраним традицию, – кивнула я.

– Тогда располагайтесь. Скоро приведу соседей!

Мы попрощались, а после посмотрели друг другу в глаза с парнем.

– Занять самую лучшую комнату! – крикнули мы вместе, побежав с чемоданами по углам.

Я решила заглянуть в самую первую. Бежевые и коричневые оттенки, мизерное количество мебели, зато самой необходимой. И самое главное… Балкон! Я пробежалась по остальным двум комнатам, там балкона не было.

– Кажется, выбор очевиден, – сказала я сама себе и хихикнула.

Поставив чемодан у комода при входе, я прошла на балкон. Здесь открывался обзор на задний двор. Дома не разделялись забором, но стояли на хорошем расстоянии друг от друга. Я обожаю яркую траву и теперь наслаждаюсь её видом. В целом задний двор состоял из газона и площадки, которая находилась дальше. Посмотрев направо, увидела, что таких еще пару штук.

– Бабочка, ты тут? – сзади послышался голос.

– Проходи на балкон.

– Э, – возмутился он, – с той стороны вообще ни одной комнаты с балконом. Но горжусь, что такое чудо отхватила ты. Буду сюда приходить, сидеть!

– А кто тебя звал то? – улыбнулась я.

– Моя лучшая подруга! – отмахнулся он.

Я лишь по-доброму хмыкнула и оперлась руками о перила. Когда стоишь здесь, то ничего за пределами не слышишь. В особенности если прикрыта дверь в комнату. Потому мы с другом не сразу поняли, что на заселения прибыли новые жители.

– Чего спрятались? – рядом послышался тонкий голосочек, который от неожиданности испугалась.

Мы вместе обернулись и заметили девушку. Она стояла с улыбкой на лице, опираясь на дверной косяк и рассматривая нас. Ал сразу потерял способность к дурацкому юмору и безотрывно пялился на неё.

– Кайфовую комнату ты себе отхватила! – она осмотрела балкон. – Дайте посмотреть!

Черные, короткие волосы были завязаны в хвост, из которого выпадали передние пряди. Нос проколот и не имел горбинки. Рост невысокий, зато фигура у неё была хорошая: с широкими бедрами. Меня таким обделили…

– А как ты узнала, что здесь уже заселились до? Или ты на голос шла? – усмехнулся Ал.

– Внизу ваша обувь стоит, глупый, – девушка, на лице которой сияла улыбка, обернулась к нам.

– Да, точно!

Ал просто обомлел при виде неё. Даже ничего не сказал в ответ на «глупый». Хотя он любитель.

– Меня Яна зовут, – она протянула руку.

– Софа, – я ответила ей рукопожатием.

– Ал, – парень поднес её тыльную сторону к губам и оставил легкий поцелуй.

Кажется, я его теряю… Совсем поплыл.

– Тебя так и зовут? – удивилась она.

– Вообще он Леха, но, – я глянула на его злое лицо и продолжила, – ему не нравится. Поэтому он Ал, от «Алексей».

– Интересные вы!

Тут послышались новые шорохи рядом с нами, и я обернулась.

– Яна, а меня слабо было позвать? – перед нами возник высокий парень с тем же цветом волос, как у девушки.

И теперь обомлела я. Ладно, беру насмешки про Ала назад.

– Не ворчи, – она сморщила нос, – зато нашла их и балкон.

На лице юноши не изменилось ничего от упрека в его сторону. Он сначала посмотрел на Ала, а потом на меня. Ни одной приветливой улыбочки!

– Ян, – он так же протянул руку.

Друг пожал в ответ, представившись. Когда же очередь дошла до меня, то Ян опустил руку и просто посмотрел.

– Софа, – тихо ответила, отвернувшись от него.

– Это не дом, лабиринт! – раздалось за балконной дверью.

Мы все выглянули, чтобы посмотреть, кто там. В дверном проеме в мою комнату стояла новенькая девушка.

– Вы решили жить все вместе? – она посмотрела на нас, выгнув бровь.

– Хочешь в наш Теремок? – ответил Ал.

– Ну уж нет! – отрезала она. – Какая из комнат еще занята, кроме этой?

– Напротив моя, – ответила Яна, слегка опираясь на мое плечо.

– Супер, моя за стенкой тогда, – та развернулась и хотела уйти, – я Олеся, кстати! – затем покатила чемодан дальше.

Мы все переглянулись, ожидая шестого человека. Только он так и не появился. Мы остались впятером.

Поддавшись воспоминаниям, не заметила, как мы дошли до дверей института. Волна мыслей о былом вызвала на лице улыбку.

Глава 2

Яна точно подметила, когда сказала, что учимся на разных дисциплинах. И от этого, зайдя в главный корпус, мы все разбрелись по разным этажам. Я и Ал поднялись на самый ближайший – второй. Половина кабинета была заполнена. Сели за последнюю парту.

– Вы готовились?

К нам повернулась Катя. Она никогда не упускала шанса хоть о чем-нибудь поговорить с Алом. Он же в свою очередь хранил сердце для Яны. Однако сам старался относиться к Кате с позитивом.

– А по нам не видно? – улыбнулся друг. – Главные отличник пришли!

– Которые не доделали задание, – добавила я.

Катя посмеялась и посмотрела на меня а-ля «как продолжить диалог?».

– Ты сама готовилась? – подсобила я, доставая из сумки крем для рук.

– Конечно! – девушка просмотрела на нас гордым взглядом и тепло улыбнулась.

– Молодец, – поддержал ту Ал.

Она от любого комплимента смущалась. Кабинет заполнился новым шумом от входящих девушек.

– Кать, а ты чего нас не подождала? – одна из них окликнула девушку.

Наша собеседница сразу переключилась на своих подруг.

– Мне даже неловко, – прошептал на ухо Ал.

– Кто же виноват, что ты такой популярный?

– Согласен, красоты у меня не отнять, – провел по волосам руками и откинул их со лба.

Вскоре начались занятия. Преподаватель говорил о маркетинге в сфере туризма. Я старалась слушать, но воспринимать на слух – паршивое дело, дающееся мне с трудом. Ал, наоборот, слушал внимательно и с большим интересом. Зато задания выполнял «оторви и выкинь». Я же была к этому более расположена.

За окном на ветке дерева сидели пара воробьев и чирикали. Сейчас только начало апреля, а я уже жду, когда зацветет сирень. Не сказать, что я так сильно и невероятно тащусь по этим цветам, но сиреневые да белые цветы были усладой для моих глаз. Я в целом фанатела по природе.

– Слышишь? – Ал ущипнул меня за локоть.

– Ауч! – шикнула я и нахмурено посмотрела.

– Мечтаешь о соседе? – он поиграл бровями.

– Я про сирень думала, придурок! Или думаешь, я мечтаю о нем в том же количестве, что и ты про Яну?

– В отличии от тебя, – Ал посмотрел на доску, где препод что-то записывал, – я не скрываюсь. Хотя бы от лучшего друга!

– Ты и так знаешь больше всех!

– Даже больше Яны?

Из всех, кто живет в доме, лучше всего мы смогли подружиться с Яной. С Алом мы дружим со школы и общаемся уже четырнадцать лет. Яна же стала для меня глотком свежего воздуха. У парня помимо меня были еще друзья, а у меня был только он. И порой я хотела простого девичьего общения.

– Ну… – я призадумалась, якобы размышляя.

– Да ну тебя! – он сложил руки на груди.

– Ладно! Мы общаемся с первого класса, априори ты знаешь меня лучше.

– Ой, – Ал махнул рукой, – ты как открытая книга. Тебя превосходно будет знать человек, с которым ты даже месяц пообщаешься.

– Ложь! – воскликнула я, чем привлекла внимание преподавателя.

– Алексей, София, вам совсем неинтересно?

– Извините, – сказали мы в один голос.

Мужчина покачал головой, после продолжил свои записи на доске.

Через минуту передо мной на парте лежал лист с каракулями, точнее с ужасным почерком Ала. Было написано: «Бабочка, признайся себе, что ты самый доверчивый человек :)».

Я отложила листок, снова уставившись в окно. До конца пары было полчаса.

***

Пришло время обеда. Обычно мы обедали вместе, но иногда кто-то из нас сидел отдельно. Сейчас были в составе: я, Ал, Яна. Олеся сегодня присоединилась к девочкам с языковых курсов, которые та посещала пару раз в неделю. Она действительно схватывала их налету.

– Софа, составишь компанию? – Яна пялилась на меня, ковыряя салат в тарелке.

– Да, конечно! – с улыбкой ответила я.

– Меня даже не позвали, – хмыкнул Ал.

– Глупыш, я помню, что у тебя будет занятие по шахматам в воскресенье, – пожала плечами она.

Друг сразу же раздобрел от того, что Яна помнит о его увлечениях. Кроме того, еще и расписание уже знает.

– Ладно, сделаю вид, что поверил, – подмигнул он и принялся за газированный напиток.

За моей спиной послышался смех, а взгляд Яны и вовсе потух. Эти смешки я не спутаю с чужими.

– Яна, Яна Шефер, тебя снова пожалели, приняли за свой стол? – с ядовитой улыбкой к нашему столу подошел Марк.

Он был Яниным однокурсником, который вечно и беспощадно её задевал.

– Изгои сидят дальше, – тот указал взглядом за те столы, которые стояли у конвейера с подносами.

Девушка прикусила щеку, чтобы удержать свои эмоции внутри. Она была не из застенчивых, имела высокую самооценку, где-то ее можно было назвать даже высокомерной, но… Когда упоминали «изгой» при ней, то Яна терялась и закрывалась в себе.

На пару секунд нас обуздал ветер, подняв волосы вверх и заставив зажмуриться. Ала не было рядом с Яной, а Марк слегка скрутился, хватаясь за живот.

– Я не такой урод как ты, сильно мучить не буду. Но, – Ал наклонился к его уху, – если Ворон узнает, то тебе достанется намного больше.

– Узнаю что? – за спинами дружков Марка возник Ян.

Он прошел мимо них, садясь рядом с сестрой. Его взгляд был пустым. На подносе стояла тарелка супа и бутылка воды.

– Уже ничего, – отмахивался Марк с волнением в голосе.

После развернулся и почти убежал из столовой. У Яны воцарила улыбка на лице. Она аккуратно, легко коснулась губами щеки севшего обратно Ала. Лишь немного опешил, тая перед девушкой. Кажется, будь он мультипликационным героем, то уши как крылья затрепетали бы и подняли того вверх.

– Как я рада, что у меня есть такой друг. Спасибо, Ал! – она сложила руки в замок и оперлась головой о них.

Ян усмехнулся, но ничего не сказал. Не понимаю, знает ли Яна о чувствах Ала, но ее брат так точно. И он никогда не подтрунивал друга по этому поводу. Только легкая усмешка. Хотя не знаю, были ли они вообще друзьями. Мне кажется, Ян не имеет друзей и не хочет иметь.

– Тоже захотелось? – хрипло спросил парень.

– Что? – подняла взгляд я.

– Несколько минут пялишься на мою тарелку, – пояснил он.

Даже не заметила, как погрузилась в мысли. Хоть спасибо за то, что смотрела не на самого Яна, а лишь на суп.

– Сколько еще пар у вас? – к столу подошла Лиса.

– Какие-то планы? – спросил Ян, отодвинув суп.

– Поехали за продуктами? Наши запасы подходят к концу.

Олеся готовила лучше всех, потому наши запасы также отслеживала она. Я или Яна редко подходили к плите. Однако не потому, что не умеем, а потому, что наша Лиса любила и хотела готовить на всех. Её закрытый образ распылялся за этим занятием. Затем она снова надевала маску недоверия к этому миру. И её можно было понять…

– Кто за рулем? – спросила я, закрывая бутылку.

– Я пас, – сказала Олеся.

– Значит, Ян, – вынесла вердикт сестра.

– Спасибо, что спросили, – хмыкнул он.

– Ян, никто не виноват, что права есть лишь у тебя и Олеси, – пожал плечами друг, разглядывая рисунок на футболке соседки.

– Кстати, – рыжая девушка вытащила из рюкзака два билета, – Ян, пойдем? – посмотрела ему в спину.

Парень отнес поднос на конвейер.

– Куда? – он бросил беглый взгляд на бумажки в руках Олеси.

– Баскетбольный матч в воскресенье! – улыбка на её лице возникла при упоминании «баскетбольный».

– Хм, – задумался Ян, – планов не было. Давай!

Затем они вместе пошли дальше, на выход. А мне стало немного не по себе. Тоскливо.

– Брату не нравится Олеся, – прокомментировала Яна.

– Что? – удивилась я.

– Что? – повторила она и хихикнула.

– Софа, от нас то, – Ал показала большим пальцем на себя и Яну, – не скроешь свою грусть.

Или это я была слишком очевидна, или не знаю. Но через месяц совместного проживания в комнату зашла Яна, села на край моей кровати. На тот момент мы только начинали с ней сближаться.

Я смотрела на девушку, которая весело качала ногой, сидя рядом. Она смотрела в окно балкона.

– Что-то случилось? – встревожилась я.

– Ян случился, – ухмылялась она.

– Чего? – я нахмурилась.

Ссоры между братом и сестрой были редкими, по крайней мере за этот месяц. Ян вел себя, как отец семейства, а Яна порой играла роль капризной дочки и действовала ему на нервы своей ленью. Однако они близки как никто.

– Ты влюбилась в моего брата? – с неподдельным любопытством она смотрела мне в глаза.

– Я?

– Нет, я! – засмеялась Яна. – Конечно, ты!

– С чего подобные выводы? – я скрестила руки на груди, надеясь закрыться от разговора.

– Поверь, это видно. Не знаю, как Ян, но я увидела это в первый день, – она гордо подняла голову, будто заметка о моей симпатии была мировым призом.

– Больше ничего не заметила? – улыбнулась я.

Мы никогда не затрагивали тему Ала, поэтому я не знала, в курсе ли его симпатии Яна.

– А чего?

– Да нет, ничего. Просто спросила.

– Так да или нет?

– А что?

– Мы так и будем играть вопросом на вопрос?

– Почему бы и нет? – пожала плечами я.

– Софа! – воскликнула она, дернув миниатюрным носиком. – Правда, это останется между нами. И я не буду тебя осуждать. Не знаю, что такого в моем брате, не видящим ничего кроме спорта, личного пространства и книг. Но однако, – девушка ткнула указательным пальцем мне в грудную клетку, – если тебе он нравится, то я ничего не имею против.

– С первого взгляда, – вздохнула я, опустив голову и зажмурившись.

– Ну да, у нас красивая семья, – хихикнула Яна, – но роль же играет не только внешность?

– Мне нравится, как он заботлив к тебе, как его литература расставлена на полке по алфавиту, как сосредоточен, когда тренируется во дворе, и много других «как».

– Я не могу говорить за него, но теплые чувства к тебе точно есть. Ян этого не показывает, но я то его знаю.

– Мы соседи. Не может же он меня не замечать.

– Здесь другое. Но поверь мне, – Яна взяла меня за руку, тепло улыбнувшись. – К Лисе совершенно иное отношение.

После вышла, оставляя меня наедине с мыслями. Но, возможно, это был лишь «бальзам» для моего сердца.

Я уставилась обратно в книгу.

С того разговора прошло пару лет, а мысли все те же. До сих пор не знаю, что именно за «тепло» ко мне испытывал Ян, однако всё возможно. И, может, это я слепа. Не замечаю очевидного. Но Ворон был таким закрытым и холодным, словно айсберг, утопивший в океане Титаник. А где-то там рядом и моя любовь.

Мы шли к выходу. Под руку меня держала Яна, а Ал шел рядом, копаясь в мобильном.

Оставалось две пары. Значит, закончим в три. Мы так и не ответили Олесе на ее первый вопрос. Потому я достала телефон, чтобы написать смс в общий чат.

Софа: «Мы с Алом до трех учимся!»

– Яна, сколько у тебя еще пар?

– Три, – вздохнула она, нахмурившись. – Напиши Олесе, что, может, мы можем доехать завтра.

Яна была довольно ленива, особенно к тому, что касалось домашних дел и прочего. Потому не редко откладывала дела.

Софа: «У Яны больше пар. Поедем завтра?»

Олеся: «В 11:30 выезжаем»

Я убрала мобильный.

Глава 3

Под шум посуды и сковородок, доносящийся из другой комнаты, я оторвала голову от подушки. Но кроме тарелок теперь добавился гул от голоса Ала.

Накинув сверху шелковый халат, завязала легкий и небрежный пучок. Часы показывали десять. Очень тяжело даются ранние подъемы. Только при этом я и позже десяти вставать не люблю.

Когда я вышла из спальни, меня встретили ребята, сидящие за общим кухонным столом.

– Ого, доброе утро, спящая красавица! – отозвался друг, намазывающий масло на хлеб.

– Отчего «ого»? Всего десять утра, – хмыкнула я.

– Действительно, Ал, у Софы в запасе еще целых полтора часа, – вступилась за меня Яна.

– Бабочка, садись, – Олеся поставила тарелку.

Почувствовав аромат жаренных яиц с жаренным хлебом, ощутила, как скручивает живот в тугой узел, и с радостью направилась к столу.

– Ты лучший повар на всем белом свете! – сказала я, присаживая за стол к своему ароматному завтраку.

– Скажешь тоже, – девушка гордо улыбнулась.

– Нет, Олесь, это правда! – добавил Ян.

И весь мой аппетит как ветром унесло. Не сказать, что я до одури собственница, но ревность была моим минусом.

Я стала ковырять в тарелке без энтузиазма. Лишь для того, чтобы никто не заметил этих перемен, ела с подобием улыбки. А вообще… Мне захотелось тут же что-нибудь приготовить и услышать от Яна такие же слова.

– Софа, ты пойдешь в душ? – спросила Олеся.

– Мне надо умыться и зубы почистить, голову не буду мыть сегодня. А то завтра на выставку.

– Что за выставка? – спросил Ян, ставя тарелку в раковину.

– Что-то связанное с модой вроде.

– Да-да, – согласилась Яна, попивая смузи, – там с модой восьмидесятых связано.

– Стабильно, короче, – бросил он, уходя с кухни.

Я посмотрела ему вслед, после вернула взгляд на тарелку. Олеся пошла в душ, Ал в комнату, Яна была занята мытьем грязных тарелок.

– Давай посуду, – не оборачиваясь, она протянула руку.

– Я сама помою за собой, – ответила, попивая чай.

– Так, – она выключила воду, вытирая полотенцем руки, – отставить хандру! Опять мой брат накосячил перед тобой? – Яна присела напротив.

– Не косячил, он в принципе не может сделать это, ведь ничем мне не обязан.

– Согласна, но тот факт, что меркнешь при любом его внимание к Лисе, меня напрягает. Мне кажется, что будь эта отзывчивость к кому-то другому, а не к Олесе, ты бы и то легче воспринимала, – поделилась девушка.

– Может, но не факт. Я слишком ревнива, – чашка с чаем уже была холодной, что перестало привлекать меня.

– И чего? Все мы не без минусов. Кроме того, ты не терроризируешь его. Это главное!

Я ей слабо улыбнулась.

– Спасибо за поддержку!

– А для чего еще друзья? – она также улыбнулась в ответ. – Теперь не вредничай и давай посуду. Иди пока в комнату, выбери, что надеть.

– Так и быть!

– Вообще, я иногда думаю, что сердце Яна будет работать только под твоей пыльцой убеждения, – она хихикнула.

Я сжала губы в прямую линию.

– Прости, Соф, – она грустно на меня посмотрела.

– Ничего, – я улыбнулась, чтобы она успокоилась.

С переездом в университет моя магия угасла. На руках перестала порой оседать пыльца. Крылья так же рождались по собственному хотению, но летать не давали. Родители даже водили к врачу, но сделать ничего не смогли.

В силу «Бабочки» входили пыльца убеждения да крылья. Но потеряла практически всё. Магия во мне замерла. Хотя порой пыльца накапливается во сне. Я собираю пылинки в банку, чтобы применять, когда понадобится. От одной моей мысли она уже давно не появляется. И как с этим бороться… Не знаю.

Олеся своим даром не пользовалась совсем. Она обладала силой чтения мыслей, отчего ей досталось в детстве и подростковом возрасте. Многие боялись, не доверяли, обходили стороной. Это сказалось на закрытости и холодности к миру. Кроме того, многие увлечения для людей с такой силой были запретны. Она не могла заниматься спортом, поскольку легко считывала ходы противника из его головы.

Когда она поступила в девятый класс, придумали специальные наклейки, блокирующие силу. Стоили те недешево, но родители накопили. Они крепились на вески, имели прозрачную текстуру и напоминали тейпы, которые девушки клеили для эффекта лисьего взгляда в макияже. После покупки Олеся ни разу не появлялась без них.

Иногда во мне горело желание подружиться с ней поближе, заставить снять наклейки и показать, что я не боюсь её силы, но… Тогда это было бы враньем. Все знают, что эти способности не контролируются, однако мало кто хочет с этим сталкиваться.

– Выбрала? – в дверном проеме показалась Яна.

Пока я гоняла мысли, параллельно выбирала для поездки одежду. Гардероб у меня был скромный, да и куда мне было одеваться?

– Ага, – кивнула я, – просто джинсы и лонгслив, а то в отделах с холодильником я снова околею.

– И в кого ты такая мерзлячка? Отец магией льда обладает, мать вообще всеми погодными явлениями.

– Да, а я просто насекомое, – ухмыльнулась своим словами.

– Так же и должно быть, чтобы ребенок проявил абсолютно случайные таланты отличные от предков, это только Ал у нас такой счастливчик!

– И то верно, – согласилась я.

Затем Яна ушла, а я продолжила сборы, как и все остальные. Умылась, почистила зубы и оделась. Под конец присела на диван в гостиной, где уже сидели и другие ребята.

– Почему мы всегда ждем Яну?! – злилась Олеся.

– Потому что она с детства копуша, – пояснил за неё Ян, переключая каналы по телевизору.

– Даже главный любитель опаздывать собрался, – она посмотрела на Ала, сидящего за столом кухни.

– Эй! – воскликнул тот. – Я опаздываю по дороге, а не по сборам, – обижено хмыкнул, но через секунду снова улыбка озарила его лицо.

– Я готова! – Яна, качая бедрами вышла в зал.

– Аллилуйя! – Лиса подняла руки вверх и ушла в коридор.

Яна на этот выпад закатила глаза и пошла за ней. Все уже привыкли к Олесе, которая не особо думает о чувствах других и говорит всё, что думает. Но она такая, какая есть… Хотя мне, как человеку ранимому и обидчивому, бывает с ней тяжело. А остальным со мной. Я старалась думать, как взрослый человек, что мы все не без минусов.

Обувшись, мы компанией вышли и направились к учебной территории, от которой возьмем каршеринг. Пройдя весь путь от дома до попавшейся машины, я первая села на задание сидение у окна. Спереди у нас всегда ездила Олеся. И с чего вдруг у нее появилась такая привилегия непонятно, но споры ни к чему не привели.

– Мамочка и папочка везите нас! – смеялась Яна.

– А тебе, – брат посмотрел на нее через зеркало, – как самой капризной сейчас не включим радио.

– Э! – она ткнула парня в плечо, отчего на его лице появилась улыбка. – Включай давай, умник!

Если я всегда ездила в наушниках, то она слушала лишь радио, именно в машине.

До магазина мы доехали под пение Яны, смех Ала и вздохи Яна, который хоть и имел права, но водить машину не любил. Продукты неизменно закупали в одном и том же гипермаркете, находящимся внутри торгового центра.

У входа в магазин Олеся раздала нам листочки со списком продуктов. Мы делились на пары, чтобы не всей толпой шляться по отделам.

– Тогда Яна и Ян, Софа и Ал, и я, – продиктовала Лиса, скрестив руки.

– Так, мне осточертело таскаться с этой постной и кислой миной, – Яна указала на брата. – В этот раз я иду с Алом, – она схватила того за локоть и потащила на себя.

Лицо парня озарила блаженная улыбка.

– Ты же не против? – девушка глянула на меня, я повертела головой, давая согласие.

– Тогда я с Яном, – утвердила Олеся.

Твою мать, как меня злит порой, что она считает себя самой главной тут.

– Олесь, – Ян выхватил мой список, – у Софы тут не самые легкие продукты. Я думаю, ей моя помощь пригодится.

Сказать, что я в шоке, ничего не сказать. У Олеси лицо лишь слегка дрогнуло. Выкуси! Хотя она вряд ли со мной соревнуется. А я… еще как!

– Я могу и сама тележку потолкать.

Дура! Просираю такой шанс. Хорошо, что я за три года научилась скрывать хотя бы неловкость перед ним.

– Она тоже с такими продуктами бывает тяжелой, так что не ной и пошли, – парень двинулся вперед, я за ним, как прицеп у газели.

Я посмотрела на список. Закупались мы на месяц основными продуктами, чтобы не идти в «Пятерку» через дорогу от универа каждый раз.

– Пошли сначала за всякими закусками, – тележка была габаритной, отчего неудобной.

– Давай сюда, – он её почти что выхватил.

Еще один командир нашелся. Я отдала ему телегу и пошла вперед по списку.

– Раз, два, – я посмотрела на бумагу, – и мне три просто так! – в корзину на колесах полетели банки с оливками.

– Задница не треснет? – усмехнулся он.

– Если что накуплю сладкого, чтобы слиплась.

– Весомо, – Ян заглянул в список.

Закончив в одном отделе, мы зашли еще в два. Те находились рядом с кассой, так нам открывался вид на другие магазины торгового центра.

– Ян! – я схватила его за руку, указывая пальцем в сторону нового «Читай-города». – Смотри, смотри они открылись.

Взглянув на него, осознала, что крепко вцепилась в его локоть, хотя он ничего не сказал на это, а лишь посмотрел туда, куда я показывала.

– Предлагаешь все кинуть и махнуть в книжный?

– Ты против?

– Не то, чтобы совсем да, – хмыкнул Ян, глядя на продукцию в тележке, – только нас не поймут. А что тебе там надо?

– Хочу новый скетчбук, мой на исходе.

Рисование было одним или точнее единственным моим увлечением. Однако показывать свои рисунки я мало кому хотела.

– Еще пару книг бы прикупила.

– Заманчиво, но давай потом, – махнул рукой.

Я нахмурилась, затем посмотрела на его локоть и поняла, что моя рука всё еще на нем. Резко убрала ту в карман ветровки.

– Идем?

– Идем.

Ходить с Яном было не так весело, как с Алом, но от этого не хуже. Обычно из-за дурачеств друга мы с ними опаздывали, а теперь были чуть ли не первыми, кто ждал остальных у выхода. Это не единственный раз нашего совместного времяпрепровождения, но только в настоящий момент я почувствовала, что мы стали на миллиметр ближе. И сама не знаю, почему. Может, всё дело в том, что он проявил инициативу.

– Как часто Марк пристает к Яне? – неожиданно спросил он.

– Чего?

– Соф, почисть уши, я спросил про Марка.

– Да, – я выглядывала вдалеке остальных, – мы с ним не так часто сталкиваемся. Бывает в гардеробе, в столовой. Но, – посмотрела на него, – мне кажется, когда она остается одна ей прилетает сильнее.

Большую часть времени Ян был спокойным, даже флегматичным. Лицо парня было синонимом к слову «похер». Вряд ли могу подобрать что-то другое. Но, когда дело касалось обидчика Яны, лицо искажалось подобием злости.

Наверно, просто я преисполнена эмоциональным каналом, а Ян меньше, и мне сложно это понять. Или же я в норме, а у него эмоциональный интеллект на уровне гнилого осеннего листа, упавшего на землю.

– Хочешь с ним разобраться? – уточнила я.

– Мне кажется, он этого не понимает. Про вопрос сестре ни слова, – Ян покачал указательным пальцем у меня перед носом.

– Мы их ждем двадцать минут, а книжный до сих пор открыт, смекаешь? – улыбнулась я.

Он посмотрел вниз на два огромных пакета, затем на меня:

– Предлагаешь мне побыть курьером?

– Ты из Самоката или из Яндекс.Лавки?

– Смешно, смешно… – вздохнул он. – Ладно, ты меня уговорила. Только быстро!

– Я буду как пуля! – заулыбалась я, в припрыжку идя к магазину, пока Ян нес пакеты.

– И как я не это купился…

Не знаю, как остальным, для меня это был лучший поход за продуктами. А с покупкой нового блокнота для рисунков станет еще лучше.

В книжном мы разделились. Парень направился к любимым детективам, а я в отдел для рисования.

– Твою налево, где нормальные скетчбуки то? – я была любителем поговорить с самой собой. – Этот не очень, нафиг. Этот дорогой, – перебирала тетради на наличие нормальных. – Вот этот вроде адекватный.

Покрутив перед собой небольшой блокнот, взяла в руки и пошла искать своего спутника по покупкам, жаль не по жизни.

Он стоял с открытой книгой в руках, читая. Рядом скромно примостились пакеты.

– Выбрал? – подошла я, заглядывая в книгу.

– Да, возьму «Любовник смерти», – кивнул Ян.

– Ты почти дочитал цикл Акунина? Я до сих пор не продвинулась дальше «Турецкого гамбита».

– Если хочешь, могу одолжить продолжение? – он с подобием улыбки посмотрел на меня.

Ян обожал литературу, а значит, разговоры о ней его привлекали не меньше.

– Было бы здорово! Лишний раз не буду тратить деньги.

– Давай признаем, что мы учимся в университете для мажоров с кошерным вариантом так называемой «общаги». И ты могла бы спокойно себе позволить купить «Левиафан», – он вскинул бровями, вручив в мои руки книгу, а сам взял продукты.

– Допустим. Но рубль на дороге не валяется, если ты не в курсе.

– Пошли на кассу, – Ян развернулся, последовала за ним.

Оплатив покупки, направились в сторону выхода, где уже ждали ребята, которых я заметила издалека.

– Сейчас Олеся будет ругаться, – отметила я.

– Не всё ли равно, что скажет Олеся?

Я ничего на это не ответила. Для меня важно быть со всеми в хороших отношениях. К сожалению, если мне что-то не нравится, я не всегда могу это сказать. Предпочитаю копить негатив внутри себя, избавляя от этого других. Но тоже не со всеми. Однако Лиса… Признаться, я её побаивалась. И начинала себя за это ненавидеть. Только с моей вспыльчивостью иногда эти рамки приличия ломались.

– Где шлялись? – спросил Ал.

– «Читай-город» открылся! – возрадовалась я.

– Променяла друга на соседа, – улыбался тот.

– Справедливости ради, сначала сестра променяла меня на соседа, – возник Ян.

– И не поспоришь!

– Мы так и будем болтать? – Олеся уставилась на нас с усталостью на лице. – Пошлите!

– Ладно, мам, – подшутил друг и ринулся вперед, применяя свою силу.

– Предлагаю запретить использовать скорость на законодательном уровне, – шикнула Яна.

– Вообще-то вы так могли быстрее всё сделать.

Ян шел с Лисой впереди, а я слушала истории от Яны об их веселом походе с Алом.

Глава 4

Воскресенье. Как бы мне хотелось поспать, лишь Яна подняла меня ни свет, ни заря ради выставки, на которую я согласилась, думая, что мы пойдем ближе к вечеру. Обычная Яна всегда и везде опаздывала, но сегодняшняя Яна, фанатка моды и всего связанного с этим, в одиннадцать стояла у двери как штык.

– Софа, не медлим! – суетилась она, поправляя на голове кудряшки, завитые с помощью плойки.

– Твои фотки там будут висеть больше, чем один час, если что! – ворчала я, оттягивая вниз юбку.

– Не действуй на нервы и напяливай кеды.

Я шепотом передразнила подругу, но обулась. На ногах красовались потертые «Vans» с классической расцветкой, а в дополнение к ним надела просто топ с рубашкой и джинсовой юбкой. Апрель в этом году выдался теплым.

Девушка, горько вздохнув, схватила меня за руку и вырвала из дома. Выглянув на улицу, мы заметили сидящих на лавке Яна и Олесю. Чувствую, как меня потряхивает при виде этой картины.

– А вы тут что делаете? – нахмурилась Яна, рукой прикрывая глаза от солнца.

– Сидим, – ответил брат.

– Зачем? В такое время в кроватях не лежится?

– Это к тебе вопрос, – шепотом добавила я.

– Что? – она развернулась ко мне.

– Ничего, – улыбалась я, глядя как собираются её брови на глабелле.

– Мы слишком рано собрались, – ответила за Яна Олеся.

– Когда вы вообще успели?! Я вас утром ни разу не увидела.

– Разминулись, – пожал плечами парень.

Мысли о том, что они проведут день вместе, меня злили. Хотя Ян и Олеся часто ходили на свои матчи. Был даже раз, когда Ян сам выступал, и мы ходили на матч, чтобы его поддержать. Не сказать, что для него эти занятия были чем-то серьезным. Хобби для души. Но стоит заметить, что он в принципе любил спорт, однако серьезно занимался только боксом.

– Может, тогда прогуляетесь с нами?

– Куда?

– До остановки, – Яна с прищуром посмотрела на брата.

– Может, тогда вас отвезти? И как раз скоротаем время до нашей тусовки, – предложил парень, встав со скамьи.

– Идея супер, – закивала подруга, – лучше, чем в затухлом автобусе кататься. Только поторопимся!

Яна чуть ли не бегом направилась к дороге. Олеся шла рядом с Яном, я чуть поодаль. За три года я еще не смогла разгадать чувства Лисы к нему. Возможно, их нет вообще, а, может, она моя конкурентка!

– Софа! – окликнула меня Яна, идущая впереди. – Ты как сонная муха, шевели поршнями!

Все ребята шли дальше, выстроившись в линию. А я, как любитель витать в облаках, отставала, отчего Яна часто оборачивалась и ворчала.

Дойдя до остановки, находящейся у «Пятерочки» и прочих прискорбных магазинах, мы остановились.

– Сейчас я найду машину. Но, – Ян бросил взгляд на Олесю, – теперь ведешь ты!

– Эй!

– Вчера я, сегодня ты.

Ей ничего не оставалось кроме как согласиться. Я часто ловила себя на мысли, что за последнее время мое отношение к ней изменилось. И не столько из-за Яна, сколько из-за ее манер и повадок. У нее были и плюсы, но… Олеся была справедливой, зато правду матку рубила только так. Она была как мамочка, но при этом вечно командовала. Лиса была заводилой, однако всё должно было идти так, как ей удобно. И к каждому плюсу я находила минусу, отчего мнение о ней портилось. А я этого очень не хотела… Стараюсь думать, что Олеся просто не мой человек, потому что обвинять её в том, какая она есть, – идиотизм.

– Чур я спереди, – Яна пихнула меня в бок и села вперед, когда мы выбрали машину.

Ну, Яна! Мне надо меньше трепаться про её брата, а то она своими уловками скоро раскроет меня.

Когда все сели в машину, Лиса аккуратно выехала на дорогу. Я сидела у левого окна, а Ян у правого. И даже наши колени не соприкасались.

В кармане юбке завибрировал мобильный.

Яна: «И чего задницу мнем?)»

Посмотрела на подругу, она сидела ко мне спиной и смотрела в окно, телефон лежал на коленях.

Софа: «В смысле?»

Яна: «Я тебя для чего со своим братом посадила?»

Софа: «Мне к нему на колени что ли прыгнуть?»

Яна: «А что? Идея))))»

Софа: «Ян, иди в задницу!»

Яна: «Сама хандрит, сама шансом не пользуется»

Я выключила и отложила мобильник, бросив свой взгляд на Яна. Тот пялился в открытое окно, ветер из которого обдувал его лицо, поднимая челку.

Олеся была любителем полихачить на дорогах. Я хоть и обожала адреналин и скорость, но временами инстинкт самосохранения брал вверх. Например, как сейчас. Наблюдала, как мы проносимся мимо машин, и держалась за внутреннюю ручку двери.

Посмотрела на Яну и заметила, что та тоже сидит в напряженной позе, следя за дорогой через лобовое стекло.

Из-за бесконтрольности мои силы не поддавались мыслями. Они появлялись рандомно или при ярком стрессе, страхе и так далее. И сейчас мне стоило бы унять трепет от этой поездки. Иначе ребята поймут, что мне в данный момент несладко, выглядеть перед ними трусихой я не хочу. Потому старалась сбросить с себя оковы страха.

Пока глаза были прикрыты, я погружалась в свои мысли, вспоминая хорошие моменты, расслаблялась. Но вдруг Лиса говорит:

– Держимся крепко!

После этого я резко врезаюсь плечом в дверь, а на другое плечо падает Ян. Это продлилось пять секунд, но такие приятные пять секунд.

– Ты, блять, больная, что ли? – гаркнул на Олесю парень, отстранившись от меня.

В этот момент я почувствовала грубый толчок в спине. У моего лица запорхали крылья. Твою мать, почему сейчас?

Ян сразу забыл про Лису и посмотрел на меня.

– Испугалась? – как мне показалось, спросил он с ноткой заботы.

Я кивнула. Но правда была в том, что я испугалась нашей близости, а не крутых поворотов Лисы.

– Нельзя так делать, если ты не одна, – отозвалась я. – Хочешь убиться, катайся в одиночестве!

Внутри плясали огоньки злости. Когда ты едешь по пустой трассе, в скорости есть дрифт и тяга, но, если несешься по забитой дороге, это самоубийство.

Олеся ничего не ответила на наши выпады. Лишь посмотрела через зеркало переднего вида, хмыкнув.

Я закрыла глаза, пытаясь отпустить смущение. Из спины продолжали торчать два оранжевых, оттенка апельсина, с темными концами крыла. Повезло, что я продолжаю носить одежду с дырами на спине для таких ситуаций.

Холодная рука коснулась моих пальцев, отчего я сразу распахнула глаза. Парень без единой эмоции на лице смотрел на меня, слегка поглаживая руку.

– Долго еще гладить твою руку, чтобы это залезло обратно? – спросил он, разглядывая узор на крыле.

– С чего твои поглаживания должны сработать? – я улыбнулась его невозмутимому виду.

– В детстве я всегда успокаивал поглаживаниями по голове Яну. Подумал, что и на тебе сработает.

– Да, Ян умеет успокаивать, – закивала сестра.

– Спасибо, мне стало легче, – я тепло улыбнулась и посмотрела на парня. – Однако это не работает так же, как появилось.

Кончики губ опустились. Мыслить о проблемах в магии мне не хотелось, так что я старалась быстро об этом забыть, привыкая к редкости за спиной. Хотя в машине это было совсем неудобно. Яну приходилось держать спину, чтобы не лечь на мое крыло. Однако по сравнению с его перовым атрибутом мои мелочь. Его крылья слишком большие и мощные, имеющие на концах два когтя. Они могут выдержать несколько человек. Родиться с силой ворона было почетно.

Остаток времени до выставки мы ехали молча. Ни Олеся, ни Яна не сказали ни слова. Когда девушка у входа затормозила, мы с Яной вышли из машины, а за моей спиной снова была пустота.

– Чувствуешь прогресс? – тут же начала она, лишь стоило машине отъехать от нас.

– Успокойся, – отмахнулась я, шагая вперед.

– Ты дурная? – хихикнула подруга. – Он там чуть ли не за руку с тобой сидел, а она нос воротит.

– Не в любви же признавался, – я пропустила её в дверях, заходя второй.

– Софа, – Яна резко развернулась ко мне, отчего я врезалась в неё, – мой брат нетактильный интроверт. Смекаешь?

– В любом случае, – я развернула её за плечи, – ты не можешь говорить о том, что это что-то значимое.

– А вот и могу! – хмыкнула она и пошла дальше.

Несмотря на раннее время людей было довольно много. Яна как завороженная ходила между картин и экспонатов. Я следовала за ней. Здесь были как фото, так и манекены, на которых тренды восьмидесятых годов сидели как влитые. И хоть я не была фанаткой на тему моды, как подруга, всё же было любопытно посмотреть, узнать и понять, почему это было модно, как это пришло в нашу страну.

Я встала напротив одной фотографии, на которой запечатленные модельеры, работали над очередным нарядом. Почему-то меня больше привлекали люди, их увлеченные лица, нежели сам образец платья. Яна же, наоборот, упивалась образом, затем отправилась дальше. Я продолжала стоять, погруженная в мысли о поездке и горячей руке соседа.

– Привлекательное платье, не правда ли? – рядом раздал незнакомый мужской, тихий голос.

Повернула голову, посмотрев на парня, стоящего сбоку. Его взгляд был устремлен на фотографию, на лице просматривалась слабая улыбка. Волосы были уложены назад, тело облегал классический костюм. Визуально возраст тянул на двадцать три, или чуть больше. Говоря кратко, симпатичный парень.

Пока я его рассматривала, тот сам повернулся ко мне.

– Не правда ли? – повторил парень.

– Простите, я прослушала, – становилось неловко, я была не самым раскрепощенным человеком.

– Как вам платье с фотографии?

– Неплохое, – пожала плечами, – но не совсем в моем стиле. Не люблю пышные юбки.

– Что-то приталенное?

– Или прямое.

Незнакомец замолчал, а я не знала, что говорить. И надо ли вообще что-то говорить? Знакомства мне сейчас не нужны, тогда, может, нам этого минутного диалога хватит.

– Софа! – я вздрогнула от звонкого голоса Яны.

– Хватит меня пугать! – нахмурилась, скрещивая руки на груди.

– Чего зависла? Я уже весь этот этаж обошла, пока ты здесь прилипла к полу, – улыбалась она.

Иной раз испытывала белую зависть открытости Яны. Мне всегда казалось, что я открытый, веселый и в некой степени экстравертный человек, но, когда на пути мне попалась легкая и яркая Яна, стала уже в этом сомневаться. Подруга никогда не стеснялась в выражениях, когда я высказывалась лишь в кругу близких, она всегда была за всякий движ, я была рада остаться дома одной, Яна не пряталась от чувств, в то время как я убегала при любой боли.

Хотелось бы мне стать, как Яна. И перенести всю боль с такой же улыбкой, как сделала это она. Ведь в её жизни тоже было не так много сладкого…

– Мы обсуждали картину, – вмешался парень.

– Ой, – подруга выглянула из-за моего плеча, – я вас не заметила! – она тепло улыбнулась.

В темных глазах я заметила огонек. Кажется, что такое невозможно не заметить. Но замечает ли тогда Ян такой же огонек и в моих глазах?

– Александр, – представился незнакомец, немного склонив голову.

– Яна, – радостно ответила подруга.

– А вы София, значит? – непринужденная улыбка не сползала с точенного и при этом мягкого лица.

– Именно, – кивнула я.

Его электронные часы завибрировали, он поднял к лицу экран мобильного.

– Извините, мне надо идти, – быстро сказал он, а после ушел.

– Красавчик! – Яна смотрела ему вслед.

Я подумала об Але. Сильно ли ему будет больно, когда у Яны появятся какие-либо отношения? За три года у подруги не было парня или просто ухажера, но с её историей, случившейся до приезда в универ, я не удивляюсь этому.

– Чего номерок то не стрельнула? – ухмылялась я.

– Растерялась!

Еще некоторое время подруга смотрела парню в спину, пока тот не достиг конца коридора.

– Яночка! – еще один неизвестный голос возник.

Кинув взгляд на подругу, заметила, как та замерла от этих слов. Медленно, особенно нехотя, повернула голову, посмотрев на оппонента. Я проделала то же.

Высокий шатен в футболке Slipknot с широкой и ядовитой улыбкой стоял напротив. За футболку ему лайк, за остальное, если он тот, о ком думаю, только дизлайк.

– Влад? – удивленно она вскинула бровями.

– Я был уверен, что встречу тебя здесь. Ты бы не пропустила такое мероприятие, – он смотрела на неё так, будто она была еще одним экспонатом.

Бывшие всегда приходят не вовремя, но главное непонятно зачем. Вдруг этот Влад явился, чтобы Яне помусолить глаза.

На моих глазах подруга потухла, сжалась и даже спрятала свою броскость. Спустя время он всё еще имеет на неё влияние.

– Понятно, – только ответила она.

– А ты расцвела, Яночка, – от собственного имени её плечи дергались, она прятала взгляд. – Как дела у тебя?

– Лучше всех у неё дела, – ответила за подругу я, мне стоило увести её отсюда. – Прости, Влад, – едко выговорила я, – нам уже пора. Её брат нас ждет, – от упоминания о Яне, Влад стушевался.

– Маленькую Яночку одну не пускают? – улыбка была теперь не такой уверенной.

Я так злилась, что чувствовала, как внутри меня, начинает пополняться сосуд. Столь редкое чувство для меня, что я боялась спугнуть его.

Сжав кулак ощутила, что на ладони образовалась пыльца. За пару секунд подняла руку, разжала кулак и дунула пыльцу в лицо этого напыщенного идиота.

– Ты будешь стоять здесь, давая себе пощечины, пока не посчитаешь до пятидесяти, – прибавила я шепотом.

Взяла завороженную подругу под руку и повела в сторону уборной. И снова спину пронзила секундная боль. Крылья, исчезнувшие час назад, вернулись.

– Софа! Я так… даже не знаю! Спасибо! – подруга обняла меня. – Прости, что тебе пришлось видеть… меня такой. Прошло почти пять лет, а я не могу, – в её глазах стояли слезы.

– Так, – взяла Яну за плечи, заглядывая в глаза, – мы с тобой подруги! И разве ты должна стесняться своих чувств передо мной? – она покрутила головой и шмыгнула носом. – Вот и всё! Значит, твои эмоции – это мои эмоции.

Яна еще крепче обняла меня, утыкаясь в шею. Я чувствовала негодование за то, как с ней поступил Влад. В голове сразу прокручивались воспоминания, как она рыдала у меня на коленках, рассказывая их историю, где он изменял ей каждую неделю с новой девушкой, а в ответ дарил букет цветов и кольцо. И Яна терпела это год, а после об этом узнал Ян. Тогда то всё и закончилось.

Теперь Яна ненавидит часть цветочного магазина и не носит кольца. Её любовь была заколота шипами роз.

– Пойдем в Шоколадницу? – спросила я. – Съедим тирамису и выпьем лимонад.

– Отвал башки! – взвизгнула она. – Пошли скорее уже! – Яна потянула меня за руку к выходу.

Глава 5

Домой мы зашли смеясь. Яна отошла от встречи с бывшим, отпустив ситуацию. Было приятно снова на подруге видеть улыбку. После музея и кафе, мы еще погуляли по центру Москвы.

– Это был замечательный день, спасибо! – крепко обняв меня, Яна посмотрела в зеркало, к которому я стояла спиной.

– Было бы за что благодарить!

– За его красные щеки после ударов, – она ехидно посмеялась.

– Чего хихикаете там? – раздался голос Ала.

– Над тобой, – усмехнулась я, заходя на кухню.

– Нашли крайнего, – хмыкнул парень и подкинул яблоко, ловя его, чтобы откусить. – Как музей?

– Супер! Выставка просто отпад! – восторгалась и кружилась Яна.

В коридоре послышался шум, значит, и остальные жители дома вернулись. Что-то долго они…

На диван в гостиной упала уставшая Олеся. За ней зашел Ян.

– Ну, а у вас как дела? – спросил Ал, жуя яблоко.

– Скучный матч был, его еще задержали почти на час! – возмущалась девушка.

Ладно, теперь понятно, почему они пришли почти в одно время с нами. На душе отлегло.

– Мне показалось нормальный матч, – Ян плечами пожал и открыл холодильник, доставая Колу.

– Это Кола с моей полки! – встрепенулся Ал.

– Не жмоться, куплю новую.

Мы еще чуть-чуть поболтали, а после разбрелись по своим комнатам. Решила порисовать и достала из ящика недавно купленный скетчбук.

Проведя рукой по гладкой поверхности блокнота, вспомнила, как ходила в книжный именно с Яном. Я, может, похожа на больную фанатку – без может – но мне он от всего сердца нравится больше, чем просто за внешность. Только преимущественно, чем момент моего безрассудства, интересно узнать, что у Олеси к нему. Возможно, их связывает больше, чем любовь к баскетболу и учеба по одной профессии. Но мне не стоит на этом зацикливаться…

Я открыла белые листы, кладя скетчбук на стол, в их шершавости была своя прелесть. Намеренно взяла с листами для акварели. Данную технику я не очень люблю, но рисунки, раскрашенные акварелью, более мне по душе.

В голове стоял образ Яны, смотрящей на картины и манекены. Этот взгляд был пропитан восхищением и любовью к предмету своего интереса, и потому это меня привлекло. Она давно просила свой портрет, но рисовать по «хочу» мне тяжко, так что воспользуюсь вдохновением и сделаю его сейчас.

На телефоне я открыла одно из фото во Вконтакте у Яны, чтобы лучше прописать детали. В рисовании была самоучкой, потому не считала свои «каракули» чем-то весомым или просто отличным, лишь другим они нравились, так что я продолжала это дело. Да на самом деле рисование приходило на выручку, чтобы забыться от реальной жизни.

В процессе я наслаждалась звуками штрихов в то время, когда карандаш то плавно, то остро скользил по листу, вырисовывал целостную картину, соединяя детали. Черты Яны были мягкими с редкими нотами остроты и точности. Однако привилегии я в сторону плавности отдала и стремилась рисовать Яну такой, какой вижу её сама: оптимистичную, яркую, милую, поддерживающую и решительную. Поэтому портрет хоть и был похож, но имел свою изюминку.

Дверь в комнату неожиданно распахнулась. Лицо светловолосого друга показалось в свете настольной лампы.

– Чего приперся? – вернулась обратно к портрету.

– Не хами, – он вальяжно прошелся по комнате и упал на кровать, закидывая руки за голову. – Хотел у тебя узнать, как дела?

– Точно ли? – прищурившись, посмотрела на него в ожидании ответа.

– Ладно, не только это. Я еще хотел узнать, что ты делаешь?

– Знаю тебя с первого класса… Меня не провести, Леш, – я все время звала его обычным именем, когда хотела побесить.

– Ладно, Сонь! – дал под дых в ответ.

– Ах ты! – я хмуро на него посмотрела.

– Квиты, подружка, – улыбнулся он.

– Колись давай, чего улегся на мое ложе!

– Короче, – Ал подпер голову рукой и уставился на меня, – к нам в шахматный клуб пришла девушка.

– И?

– Ну, додумывай мысль! – я слышала улыбку в его голосе.

– Девушка… И чего? – спустя секунда я подняла голову и посмотрела на его. – А как же Яна?!

– Тихо ты! – прикрикнул он. – Вообще-то… – Ал без звука, одними губами выговорил имя подруги. – за стенкой живет!

– Простите, мистер Инкогнито! – хмыкнула, затем отложила рисунок.

– Кто бы говорил, – хихикнул друг, разглядывая в окне ветки деревьев.

– И всё же?

– В общем, чувствую себя хреново и неправильно.

– Почему? – я встала из-за стола и легла рядом с Алом на кровать. – Она тебе понравилась?

– Я теряю голову от Яны три года, – Ал говорил шепотом, – а тут приходит какая-то девица, и я почти всё занятие на неё поглядывал. Яна, конечно, всё еще здесь, – он указал на грудь в области сердца, – тогда почему я смотрел на ту красивую девчонку?

– И чего тут такого? Всё в жизни бывает. Вы с ней не встречаетесь и, – я пожала плечами, рассматривая белый потолок, – ты можешь посмотреть на любого красивого человека. Ты иногда залипаешь на Катьку с третьей группы, когда мы на лекциях, – засмеялась я.

– Эй! А ты на кого-то смотришь кроме Яна? Чисто визуально привлекательного?

– Ну, я особо не подмечаю за собой, но думаю, да. У всех есть типаж, который может часто попадаться на глаза. Да и Ян не единственный красавец Москвы.

– То есть допускаешь мысль, что в любой момент ты устанешь щенячьими глазами смотреть на Яна и отпустишь его, перекинувшись на другого красавца?

Я задумалась. Мне раньше не приходили в голову мысли о том, чтобы отпустить парня. Точнее даже не отпустить, а хотя бы обратить внимание на кого-то другого. И так же я не могла сказать, что страдаю от неразделенных чувств. Подобную любовь, я думаю, пережить проще, чем отпустить того, кто когда-то дарил это чувство в ответ. Однако Ян, может, вообще не знает о моих чувствах. Тогда или я беспалевная, или он слепой. Ладно, или он просто делает вид. Но стоит признать, что мне не попадались парни, какие сразу бы перекрыли мне обзор на Яна. Он завладел моим сердце с первой секунды.

– Все дома? – Ал помахал рукой передо мной.

– Отстань, – я ударила его по руке, он посмеялся.

– Так, что с моим вопросом?

– Я не смотрю на него щенячьими глазами!

– Это всё, что ты ответишь? – брови собрались на лбу.

– Именно! – я усмехнулась и кинула в него акулу из Икеи.

– Я тебе это припомню!

Встав с постели, направилась обратно за стол, так как планировала закончить подарок для подруги уже сегодня.

– Ал, – сказала я, сев на стул, – если у тебя теперь в сердце появится другая, то нет ничего плохого тут. Хочешь, я успокою тебя? – вспомнился незнакомец с выставки.

– Ну-ка!

– Пока мы были в музее, познакомились с парнем одним. И, кажется, Яне он понравился. Конечно, не оставил никаких контактов этот парень, и вряд ли тут что-то будет. Но! – посмотрела я на друга. – Не надо чувствовать себя виноватым, когда Яна тоже может заглядываться на красивых парней.

Я чувствовала себя неудобно от горькой правды. Однако Ал вроде бы действительно успокоился.

– Тоже верно! Тем более я же не стал от этого не любить её или делать это меньше. Она всё еще самая лучшая для меня, а красивых девчонок много – Ал приблизился, обняв меня со спины. – И у меня самая лучшая подруга!

– Это правда! Цени меня, – засмеялась, опять-таки отложив скетчбук. – Как вообще шахматы?

– Потом, – махнул тот рукой, – у меня дела! – он выскользнул из комнаты так же быстро, как появился до этого.

Типичный Ал. Я не стала на этом зацикливаться и продолжила рисовать.

Спустя полчаса у меня был полный рисунок Яны. Оставалось прибавить ему яркости через краски. На кухне я хранила две банки для такого дела, и поэтому направилась туда. Свет в гостиной был выключен, на кухне было всё видно благодаря подсветке, которая прикреплена к кухонному гарнитуру. Выйдя из угла, заметила Яна, читающего книгу за кухонным столом и опирающегося на собственную руку. Он не поднял взгляда, просто читал.

Я прошла мимо, доставая с полки мелкую банку, и заполнила ту водой.

– Ты вроде хотела взять книгу почитать, – он всё еще не смотрел на меня.

От его неожиданного голоса я вздрогнула. Голову повернула в сторону Яна. Одна нога была задрана и опиралась на стул, правая рука покоилась на этом колене и держала книгу, пока на вторую он склонил голову. Не понимаю, разве после таких конструкций его спина не болит?

– Да, хотела, – ответила я, держа в руках банку и пялясь ему в спину.

– Пошли? – впервые он оторвал взгляд от книги и посмотрел на меня через плечо.

– А, – замолчала я. – Давай через полчаса?

Хотела успеть дорисовать портер, пока во мне бил ключ вдохновения и сил. Я бы с радостью бросилась к парню прямо сейчас, но тогда наитие растворится, и Яна останется без сюрприза.

– Жду, – затем он снова уставился в свой роман.

Я кивнула, скорее, самой себе. Затем вернулась в комнату. Ошметки от ластика и опилки от карандаша застилали весь стол. Порой было лениво убирать всё это после, потому рисовала не всегда.

Потрепанные краски, использованные не раз, под тетрадями начали пылиться, так редко я их доставала для выплеска творчества. Решила использовать лишь определенные цвета, с которыми ассоциируется Яна. Для контура – черные, остальными будут оттенки от красного до бордового.

Надела наушники, чтобы включить что-то живое, для настроения. Вода расплескалась по столу, капая с кисти, разводы красного цвета обрамляли черты и выделяли самым ярким мгновением. Скользившая в творческом моменте кисть плясала в моих руках. От моих мыслей не осталось и следа, а взор затуманила собственная работа. Черно-красные цвета затемняли все белые пятна, оставляя после себя винное, оттенка красного, послевкусие. Когда сам портрет приобрел цвет, я приступила к фону. Делать что-то фееричное не хотелось, потому решила воспользоваться частой и популярной техникой брызг. Красного и черного в дебрях бумаги уже было достаточно. Хотелось нотки яркости добавить, так что решил смешать рыжий да лиловый, чтобы далеко не уходить от темных цветов. Работа была кропотливой: нельзя попадать на лицо и тело, чтобы не перебивать оттенки. Так что мой стол сегодня пострадал сполна. Работа готова.

Я откинулась на спинку стула, выдыхая. Подруга будет более, чем просто довольна. Вложила туда все силы и любовь. Взяв в руки мобильник, посмотрела на время: часы показывали почти одиннадцать. Блин, мы договорились, что я приду к нему скоро. В итоге прошло больше часа. Хотя вряд ли он спит сейчас.

Встав из-за стола, вышла из комнаты и, проходя мимо гостиной, зашла в другое крыло дома, где были комнаты мальчиков. Застыла напротив двери Яна. В груди сердце билось с бешенной скоростью, словно еще чуть-чуть, и оно остановится от смущения.

Вдруг дверь перед моим кулаком распахнулась, и показался Ян, Ян без футболки, запыхавшийся Ян.

– Ты все-таки явилась? Я уже и не ждал, – говорил он с придыханием.

– Не рассчитала время вдохновения…

Я старалась не рассматривать спортивный торс и широкие плечи соседа, однако это было нелегко. На талии держались спортивные брюки. Спасибо за это хотя бы.

– Ладно, зато потренить успел, – парень глянул в коридор, – сейчас воды попью, затем поищем книгу. Я забыл, куда положил её. Заходи пока.

Ян прошел мимо, а я юркнула в комнату. Здесь не такая темень, как я думала. В моем представлении у парня бзик на свет подобно вампиру. Я усмехнулась от этой мысли. На прикроватной тумбе стояла лампа, излучавшая холодный свет. На кровати свернутый и задернутый резинкой валялся спортивный коврик. У шкафа напротив стоял стул, на котором не было ни одной футболки. Мой частенько завален. Одну вещь убирать лениво, лучше всю гору потом разобрать. Я обернулась и заметила огромный книжный шкаф. На лице брови приподнялись, губы приоткрылись. Здесь столько книг… И все расставлены по издательствам, а в издательствах еще и по алфавиту.

– Ищешь?

Я повешу ему колокольчик на шею, потому что у этого парня в привычке появляться за спиной и тихо ходить.

– Пытаюсь, – пожала плечами я.

Ян достал из шкафа футболку, надев на оголенное тело. Для меня же лучше.

– Она, скорее всего, на самой верхней полке, я её давно читал. Сейчас принесу стремянку, – и он снова оставил меня одну с грудой чувств в сердце.

Но вернулся Ян довольно быстро.

– Лезь, – скомандовал тот.

– Я?

– Кого-то еще здесь видишь? – хмыкнул тот и еще раз взглядом указал на лестницу.

Страх номер сто какой-то – упасть со стремянки. В моей парадигме жизни стремянка – неустойчивая конструкция. Ладно, чем быстрее вскарабкаюсь, тем быстрее слезу. Наступая на предпоследнюю ступень, стало дурно, зато этого было достаточно. Однако это оказалось такой мелочью в сравнение с тем, когда руки парня легли на мои бедра.

– Я держу, а ты ищешь, – как ни в чем не бывало, произнес он.

От холода его рук на моем теле я не могла думать о книге, да и вообще о чем-либо. Какого хера?! Нет, лучше б сам лез. А, может, типо оступиться, чтобы Ян меня поймал? Ладно, я сошла с ума.

– Ну как поиски?

Я тут же стала активнее рыскать среди книг. Но и наверху ее не было. Я слегка поддалась назад, чтобы проверить издалека наличие «Левиафана» на полке с другой стороны, ближе к стене, а не двери.

– Кажется, она в той части шкафа.

Ян молча помог спуститься, чтобы передвинуть в другую части комнаты лестницу. Мне нужно меньше беспокоиться рядом с ним и испытывать восторг.

– Иначе… Крылья! – прошептала я.

– Чего? – обернулся парень.

– Ничего.

– Раз ничего, то давай заново, – Ян подал мне руку и стал ждать, когда я очнусь от мыслей.

Мои руки чаще всего были холодные, как у него. Но минус на минус дает же плюс, да? Я поднялась на предпоследнюю ступень, ожидая, когда снова холод ударит по моим бедрам, как поток энергии. Почему этот шкаф не может быть бесконечным?

Взяв книгу, которая единственная лежала поверх других, повернула, чтобы прочитать название. И как Яна еще не хватил Кондратий от того, что она не по алфавиту лежала?

– Она?

– Ага, – довольно улыбнулась я, обернувшись на него.

Только тут же вернула взор назад, смотреть на это расстояние между мной и полом ужасно. Протянула Яну нашу находку и стала аккуратно спускаться. На последней ступеньке я спрыгнула и выдохнула.

– Держи, – сосед протянул книгу. – Дэдлайны есть какие-нибудь?

– Нужны?

– Нет.

Повисла тишина, в которой я пялилась на него, да, всё же щенячьими глазами. Лохматая, темная копна оставляла тень на смуглом лице. А в глазах пустота, которая разъедала мои чувства морозом.

– Спасибо, пойду, – я развернулась на цыпочках и вышла из комнаты.

Пройдя два шага открыла книгу. Между страниц лежала фотография. Наша общая фотография, когда мы только начали все вместе жить. Мы с Яном были так близко…

Решила отдать ему фотку. Развернувшись, тут же врезалась в обладателя находки, однако тот даже не отошел. Нас разделяла книга, находящиеся на моей грудной клетке.

– Что-то еще?

Ненавижу его безэмоциональное лицо! Рад ли он, что мы так близко? Бесится? Злится? Похрен?

– Нет-нет, просто еще раз спасибо! – выгляжу как дура, пусть фото побудет у меня.

Отклеилась от Яна и посеменила к себе. Подойдя к двери, обернулась посмотреть на то место, где мы только что были разделены куском бумаги, но Ян всё стоял там и смотрел на меня. Замерла на несколько секунд, смотря на брюнета, который варварски украл у меня сердце и держал взаперти от самого себя.

Хватит! Я одернула себя, отвернулась и спрятала свою тоску вместе с телом в комнате. Ян Шефер, ты меня до любви бесишь!

Глава 6

Прошло несколько дней с того визита к Яну ради книги, которую я читаю медленно, чтобы не отдавать её, точнее фото, лежащее в ней. Приятно смотреть на него и осознавать, что эти люди стали мне так близки за пару лет, даже Олеся, с которой мы были не очень дружны, но она вносила свой вклад в наш дом. Так я впитывала новый роман и наслаждалась приятными эмоциями от фотографии.

Благодаря тому, что наши специальности с Лисой и Вороном были похожи, иногда мы слушали лекции вместе, только это бывало редкостью. И тем не менее сегодня тот самый день совместной лекции. Читала и поглядывала на вход.

– Порой поражаюсь, какая ты беспалевная, – Ал с дурацкой улыбкой засмеялся.

– Чей-то? – нахмурилась я, закрыв книгу, но палец оставила между страниц.

– Да той-то, вот зайдет Ян, посмотрит на верхние ряды, а там ты сталкеришь за ним, – сильнее смеялся блондин.

– Во-первых, Ян никогда сразу не смотрит наверх лектория, – заметила, кивая, – во-вторых, он с кем-то обычно приходит, а, значит, обращает внимание на собеседника.

Ал закатил глаза и сложил на груди руки, бросив на меня усмешливый взгляд:

– Наивный ангел.

Я не стала зацикливаться на словах друга. Читала и поглядывала, читала и поглядывала, так по кругу.

– Идет! – он ткнул меня в плечо.

Подняла глаза, захлопнув книгу, но на входе было пусто.

– Да блять! – я ударила Ала несколько раз по руке.

– Надо дома оставлять, – отшутился он.

– Бесишь меня, идиот!

– Да ладно, Соф, в душе ты преисполнена ко мне еще более пущей любовью, чем к нашему соседу.

– Мечтай, – отмахнулась я и углубилась обратно в историю Акунина.

Ян и Олеся пришли почти под конец перемены. С ними был Саня, который дружил с Яном. Я часто их вместе видела в коридорах.

– Хэй, блонди, здоров! – парень приобнял меня и после отбил кулак Алу.

Я в целом нормально к нему относилась, шумный, конечно, но неплохой парнишка. Только опустился Саша между нами с Яном, а это мне не понравилось.

– Че читаешь? – он опустил нос в книгу, которую так и захотелось захлопнуть.

– Акунина.

– Это кто?

– Дед Пихто, не мешай, – пнула его в бок.

– Ты деревня, – прокомментировал Ворон.

– Ладно, элита книжных червей, не нападайте, – и он выставил руки, отодвигая нас от себя.

Лицо Яна оставалось безэмоциональным, однако в голосе я слышала веселые ноты. Он был тем, у кого эмоции идут через голос, а не мимику. Когда злился, голос становился более хриплым.

Олеся сидела с краю и о чем-то шепталась с Яном, рядом с соседом сидел Саня, залипавший в телефон, после я, читающая книгу, а дальше Ал, тот, кто один единственный из нас слушал лекцию.

– С чего ты стал слушать лекцию?

– Яне интересен этот предмет, но так та не с нами, я пишу конспекты для нее, – протараторил друг.

– Боже, как мило, сейчас лопну, – хихикнула я, на сердце положив руку. – Яндекс существует, в курсе?

– Ну, че приклеилась? Не мешай строить личную жизнь! – шикнул Ал и, не отрывая глаз от учебного экрана, в тетради чиркал каракули.

Вот все что-то строят… Ладно, главное, чтобы Ян и Олеся ничего не строили. Однако стоит признаться себе, что, если эти двое влюблены в друг друга, я не стану препятствовать и мешать… Стало грустно.

– Чего нос повесила, блонди? – Сашины волосы в обычном порядке уложены гелем, кольцо, торчащее в носу, часто бросалось в глаза, и куда без улыбки.

– Скучно…

– Разучилась читать? – ухмылялся по-доброму он.

– Да нет, просто я не все книги читаю взахлеб. Ну, передышка нужна. Ладно, – я отложила роман, затем достала из сумки наушники.

Саня отвлекся на разговоры с Яном, а я залипла в стену, слушая музыку. Некоторые строчки били мне по сердцу от правды жизни. Ян был одновременно и близко, и далеко от меня на ментальном уровне. Мне хотелось бы знать, что он думает про меня, хотя бы как про человека, а не именно девушку. Может, для Яна я слишком наивна и веду себя порой как дитя, а, может, чересчур обидчива и ранима. Или вообще его бешу своей придирчивостью и графиком к уборке в доме. Напрямую спрашивать не буду, потому сидеть мне и дальше в неведение.

Яна присылала мне мемы в социальных сетях, ей, видимо, тоже было скучно на парах. Только сейчас я провалилась в некую яму страданий, которая всегда меня ждет при мыслях о парне. Так что я зайду в сеть позже.

Прослушав музыку почти половину пары, стало в разы грустнее. Особенно, когда включилась одна из любимых песен. В этот момент Саня заглянул в мой телефон, а после постучал по плечу. Сняла наушник с левого уха.

– Как часто ты его слушаешь?

– Кого? – приподняла я брови, не понимая, что он от меня хочет.

– Вот этого, – Саня указал на исполнителя в моем телефоне.

– А, – я призадумывалась, вспоминая его музыку и свой плейлист, – относительно часто. Последний альбом в сердечке, как говорится.

– Мы с Яном идем на его концерт, погнали с нами туда?

Я посмотрела на соседа через Саню, тот смотрел на учебный экран.

Не помню, чтобы Саша спрашивал мнение Яна на этот счет.

– Если никто не против… А то хотела сходить, но было как-то не с кем. Я и не знала, что вы слушаете XOLIDAYBOY.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.