Ева Никольская
Невеста № 5

Пролог

На большом полукруглом балконе роскошного особняка, утопающего в сочной зелени сада, стояли двое. Высокий коротко стриженный блондин с тонкими длинными косичками на висках, и худощавый рыжеволосый бьёрн[1] в безупречном деловом костюме: вожак волчьей стаи Акиллар Рурк и глава клана рыжих котов – Илья Нечаев.

Багряные отблески заката растворялись в синих сумерках летней ночи, золотые фонари освещали прилегающую к дому территорию, в то время как на балконе царил приятный полумрак, ничуть не мешавший мужчинам прекрасно видеть друг друга.

– Значит, ждёте первенца? – зачем-то переспросил Акиллар.

– Представь себе! – усмехнулся Илья, бросив на приятеля короткий взгляд. – Сюрприз был не только для меня, но и для моей супруги. Она в ближайшие пару лет детей не планировала. – За иронией его слов скрывалась радость, отблески которой отражались в светящихся жёлтых глазах зверолюда.

Сын или дочка. Его собственный малыш! Наконец-то!

– Ну, что сказать… поздравляю. – Губы волка тронула понимающая улыбка.

Детей бьёрны любили. Очень! Особенно своих.

– Спасибо, – качнул головой кот, любуясь красотами раскинувшегося внизу сада. – Скажи-ка, Лар… когда мы тебя-то будем поздравлять? – Рыжий прищурился, переводя взгляд на собеседника.

– С первенцем? – вскинул бровь волк.

– Со свадьбой для начала. Помнится, лет пять назад ты грозился жениться сразу на троих.

– Пока всех троих у меня из-под носа не уведи хитромордые котаны, – с ироничным укором заметил Акиллар. – Драный бес! Четверых! – прибавил он ещё и волчицу, выскочившую замуж за младшего брата Ильи, хотя была с детства помолвлена с вожаком белой стаи. Ну, как помолвлена… родители договорились на взаимовыгодный брак для своих детишек – обычное дело для богатых семей. Однако в дело вмешалась любовь – и Алинка сбежала из-под венца к другому. О чём, кстати, не жалеет. Брошенный жених – тоже. Не так уж и сильно он хотел на ней жениться. – И теперь наперебой тут детишками хвастаетесь. Дал бы в лоб, – блондин показал рыжему внушительных размеров кулак, – да ломать нос будущему папаше рука не поднимается.

– Твою бы энергию да в мирное русло, – ничуть не обидевшись, усмехнулся Илья.

– Это в какое же?

– В свадебное, конечно! Ты ведь не молодеешь. Ладно жена, но ведь и наследника тоже нет! Неужели не хочется понянчить собственного волчонка? На первую охоту с ним пойти, обучить всем нашим премудростям… Любовниц у тебя вагон и тележка. Дал бы одной родить.

– Вот ещё! – фыркнул Акиллар поморщившись. – Сына мне жена законная родит, – заявил он уверенно. – Когда появится.

– И когда же это великое событие произойдёт? – поддел его Нечаев. – Бабы вокруг тебя косяками ходят: одна другой краше, но ты ведь ни с кем серьёзный роман так и не закрутил! Знаешь, Лар, я начинаю подозревать, что ты на самом деле был влюблён в одну из невест… уведённых нами, – повторил кот сказанное волком. – А недавняя свадьба Эритэ Элгрей с Жаком Леру, подозреваю, всколыхнула прежние чувства, задев тебя за живое. – Глаза его хитро щурились, в уголках тонких губ пряталась ехидная улыбочка.

– Я влюблён?! В эту недонекромантку? Вовсе нет! – Беловолосый бьёрн волком уставился на рыжего. – Да если бы действительно любил, ни один даже самый ушлый кошак не отнял бы у меня добычу. Ясно тебе… папаша?

– Яснее некуда. – Улыбка Ильи стала шире. – Но как быть с тем, что годы идут, а ты по-прежнему холост? – завёл прежнюю песню он.

– Ищу достойную! – буркнул Акиллар, впиваясь пальцами в перила.

Смотреть на довольную физиономию Нечаева больше не хотелось. Куда приятней было созерцать вечернее небо и сад, благоухающий розами. Хотя в одном рыжий прохвост прав: вожак волчьей стаи, и правда, менял любовниц как перчатки, не желая переводить отношения на новый уровень. Не потому, что эти девушки были плохие, просто… ему чего-то в них во всех не хватало. Какой-то изюминки, способной зацепить пресыщенного женским вниманием ловеласа.

– Плохо, видать, ищешь, – продолжал подкалывать его Нечаев. – Признайся уже! Эритэ до сих пор ночами снится? В эротических снах. А может, не она, а Юлиана? – намекнул он на свою рыжеволосую племянницу, долгое время охотившуюся не столько за Акилларом, сколько за картами судьбы, которыми он владел.

От бесконечных перепалок этой парочки все ждали бо́льшего, но… дальше остроумных пикировок и невинного флирта дело, увы, не продвинулось. Волк упорно выдерживал с кошкой дистанцию, не пытаясь затащить её в постель, потому что знал, что расстаться с ней, как с любой другой пассией, уже не получится. А нарываться на очередной скандал с рыжей стаей… К бесам такое счастье!

– Юлька твоя не доросла ещё до серьёзных отношений, Илья, а Эритэ… она в прошлом. – Блондин криво усмехнулся, вспоминая зеленоглазую брюнетку, когда-то сумевшую его заинтересовать. Эта девушка вполне могла стать его женой, не предпочти она пять лет назад красавцу-волку толстосума-кота, за которого и выскочила месяц назад замуж.

Наконец-то!

И всё же было в Эритэ нечто особенное. Хотя и недостаточно особенное, раз Акиллар не стал за неё бороться. Но постоянные подколки Ильи насчёт чужой избранницы его порядком раздражали, давя на самолюбие.

– Ночами мне снится МОЯ невеста, а не ваши. На кой мне подержанный товар? – усмехнулся Акиллар.

– Ах, подержанный! – Глаза гостя сузились, сверкнув колючим золотом. – Ну так предъяви нам новый. Вернее, новую! Либо ты женишься в ближайшие месяцы, либо я позабочусь о том, чтобы весь Гримшер обсуждал неразделённую любовь предводителя белых волков к многодетной некромантке, которая счастливо замужем за котом. Только представь новостные заголовки! – продолжая глумиться над приятелем, мурлыкнул рыжий провокатор. – «Вожак белой стаи неспособен отстоять свою любовь!», «Самый завидный жених нашего города по-прежнему сохнет по…»

– Хватит! – оборвал поток его «гениальных» идей Акиллар. – Принимаю пари! – Он протянул Илье раскрытую ладонь. – В конце этого лета я сыграю самую громкую и шикарную свадьбу за последние лет десять… или даже пятьдесят. А может, и…

– Принято! – Крепко сжал его руку Нечаев. – Где невесту искать планируешь? Среди бывших любовниц?

– Вот ещё! – самодовольно ухмыльнулся блондин. – Объявлю что-то вроде отбора… или ещё какое-нибудь шоу придумаю. Давненько в Гримшере не было движухи. Скучно. Пора встряхнуть наше унылое болотце… – Не договорив, он резко отклонился, пропуская пролетевший в нескольких сантиметров от его головы камень, окутанный голубым сиянием. – Что за хрень? – Нахмурился бьёрн, поднимая упавший на пол булыжник, завёрнутый в бумажный лист и перевязанный ленточкой.

– Филонит твоя охрана, – проворчал Илья, который видел лишь иллюзорный фаербол, в то время как амагичный волк без труда мог рассмотреть его содержимое. – Тебе чуть башку не разбили этой… этим… это что, вообще, такое?

– Камень, – сказал Акиллар, разворачивая увесистый подарочек.

На листе, прилагавшемся к нему, было всего одно слово «привет» и вишнёвый отпечаток женских губ.

– Ого! – присвистнул кот, сунув нос в записку. – Похоже, первая конкурсантка твоего будущего отбора уже заявила о своём участии! – рассмеялся он, хлопнув приятеля по плечу.

– Хм… – только и произнёс Акиллар, жадно вглядываясь в заросли сада, за которыми могла прятаться в край обнаглевшая чародейка. Это ж надо было швырнуть в него камнем! В его собственном доме, где полно охраны и камер, на одну из которых эта самоубийца вполне могла попасть. – Хм… – повторил он, предвкушающе улыбаясь. – А вечер перестаёт быть томным. Что ж, ведьмочка… поиграем.

Глава 1

– Эльфида Стронг, к вашим услугам, – сказала я, репетируя свою будущую речь перед зеркалом. – Нет, так не пойдёт. – Поморщилась, разглядывая собственное отражение. Стоит ли с ходу эпатировать бьёрнов? Вдруг они в Гримшере все консерваторы, а тут я такая… чудо-юдо фиолетовое. Ещё дадут от ворот поворот из-за причёски, а у нас с Грумом большие планы на этот городок и его желтоглазых обитателей.

Кинув взгляд на лиловогривого монстра, занимавшего едва ли не полтрейлера, я ему подмигнула.

– Гру? – вскинул лохматую голову мой верный друг, который по совместительству был ещё и моей любимой лошадкой.

Правда, без иллюзии кататься на нём я не рисковала. Одно дело – горы! Там и не такое водится. Другое – город.

Вернувшись к созерцанию себя любимой, я придирчиво хмыкнула. Густые, слегка растрёпанные волосы переливались разными оттенками фиолетового: от сиреневого до лилового с вкраплениями маджентовых прядей. Самое забавное, что это был мой естественный цвет, о чём никто, конечно же, не знал. Ну, кроме папы, разумеется.

Острые ушки, торчавшие из-под волос, люди тоже считали результатом пластической операции, на которую эксцентричная девица пошла из-за глупой прихоти.

Наивные!

Впрочем, меня такое положение дел вполне устраивало. Не надо было объяснять каждому встречному-поперечному, откуда я такая необычная взялась. Тем более, я и сама не знала – откуда. Взялась и взялась – ветром на порог отцовского дома занесло.

Было мне тогда года три, не больше. Во всяком случае, именно так определили возраст маленькой девочки, подкинутой магу-отшельнику, решившему поселиться в горах, его коллеги и медики, коих срочно пришлось вызвать, потому что сам маг понятия не имел, что делать с привалившим вдруг «счастьем».

Счастье (то есть я) вело себя тихо, не капризничало, но при этом мёртвой хваткой сжимало «щеночка», который на собак был похож лишь отчасти. Четыре лапы, умильная мордашка и длиннющий хвост с подозрительно твёрдой лиловой кисточкой. Ещё к нам прилагалась записка, упакованная в конверт, на котором вместо штампа был отпечаток накрашенных помадой губ.

В послании говорилось, что я – результат одной бурной ночи, проведённой моим папой (он же маг-отшельник) и мамой (чья личность, как, собственно, и видовая принадлежность, до сих пор не установлена) в каком-то захолустном отеле. ДНК и маго-экспертизы наше с отцом родство подтвердили, лишив его возможности отделаться от меня под благовидным предлогом.

И слава небу!

Кто и где растил меня первые три года, я, естественно, не помнила. Зато дальнейшая моя жизнь провалами в памяти не изобиловала. Разве что после очередной магической дуэли, во время которой «добрый» папочка швырял своё остроухое чадо по импровизированной арене в воспитательных целях.

Мага он из меня воспитывал, угу… боевого. По своему образу и подобию. Откупоривал таким варварским способом скрытые резервы моего на редкость многогранного дара. Временами это даже получалось. Нечасто. Но опыт, без сомнения, был ценный.

А вообще, жаловаться мне не на что. Жила я до своего совершеннолетия хорошо и даже весело. Свежий горный воздух, наставник с девятым уровнем силы, монстры, периодически выползающие из пещер, люди, которых вечно надо спасать из-под завалов или от вышеупомянутых монстров – та ещё развлекаловка!

Наставления отца, как и его уроки, тоже не прошли даром. Всё же мне повезло с родителем, пусть и всего с одним.

Хотя папа не поленился сделать всё возможные тесты, чтобы окончательно убедиться в нашем кровном родстве, и только потом смирился с тем, что его уединение больше таковым не является, мы очень быстро с ним поладили. Так потом и жили втроём: я, он и «щеночек», из которого вскоре вырос огромный мохнатый зверь, не поддающийся идентификации.

Жил этот зверь, не в пример обычным животным, долго и, подозреваю, стареть вовсе не собирался. Я с детства звала его Грумом, потому что он часто повторял это слово с разными интонациями. Так оно к нему и прилипло.

Маму мы с отцом тоже пытались разыскать, но, к сожалению, безрезультатно. Или, может, к счастью? На кой нам сдалась женщина-кукушка, которая бросает своих детей? С другой стороны, у неё на то могли быть свои причины.

– Гру-гру? – спросил Грум, выводя меня из задумчивости. – Гру!

– И я тебя люблю, малыш, – сказала, снова уставившись в зеркало. Похожий чем-то на здоровенного льва «малыш» довольно крякнул, меняя позу. – Элли Стронг. Или просто Эль, – представилась я гипотетическому работодателю, очаровательно улыбнувшись. – Да, лучше уж Эль, чем Эльфида, – проворчала, прикрывая уши волосами.

И придумал же папочка имечко! Лучше бы кристаллу судеб это дело доверил, но… он упорно не признавал культ божественной четы, куда больше веря в существование другого божественного паноптикума… в смысле, пантеона.

И правильно! Лично я считаю, что и те боги, и другие не только существуют, но и вмешиваются порой в нашу жизнь всевозможными способами. Я на личном опыте убедилась в том, что Нуариш, Ксандр, Аришер, Сиренити и прочие небожители изрядно наследили в нашем мире, разбросав во всех его уголках ценнейшие артефакты. Не факт, что ими созданные, но точно ими благословлённые.

Собираясь на собеседование в клан чёрных ящеров, непонятно откуда раздобывших очень древний и оттого безумно ценный артефакт (один из вышеупомянутых), я пыталась сообразить, как произвести на бьёрнов наилучшее впечатление. Встречают ведь по одёжке, а потом уже умственными способностями и талантами интересуются. Можно было, конечно, ничего в себе не менять, сделав ставку на яркость и необычность образа, но… решила не рисковать. Не в этом случае.

С рекомендациями у меня всё было в порядке, с опытом работы, в принципе, тоже. После пятнадцати лет проживания с отцом, активно тренировавшим свою единственную дочь, я с отличием закончила столичную академию магии и два года моталась по стране, отрабатывая обучение, оплаченное государством.

Теперь мне двадцать пять, я свободна и полна решимости заниматься любимым делом. И это вовсе не боевая магия, хотя кормит она неплохо, и даже не магия иллюзий, которая тоже весьма востребована.

Куда приятней и интересней охотиться за артефактами. Не за новоделом, а за теми особенными, которых коснулось божественное благословение. И хотя в коллекции моей есть пока лишь одна такая вещица, я намеревалась в скором времени заполучить ещё две. Обе они находятся здесь: в Гримшере… у желтоглазых зверолюдов. И каждая манит меня похлеще любого магнита.

На самом деле ничего не законного я не замыслила – среди Стронгов воров никогда не было и не будет! Дело в том, что дары богов, к коим и относятся такие артефакты, сами, как выяснилось, ко мне тянутся. Почти так же, как растения и животные, с которыми я контактирую. Будто у этих волшебных предметов тоже есть душа.

Хотя почему будто? Амулет, отданный мне часовщиком, магазинчик которого мы с ребятами защитили от разгрома, я, действительно, воспринимаю как живое существо, причём весьма эмоциональное.

И Грумовы гавки понимаю без проблем. И жалобы цветов, которым не хватает солнца, и… ай, ладно! Главное теперь, чтобы меня такую уникальную не раскусили с ходу и превентивно не выставили за порог. А ещё желательно, чтобы чёрные бьёрны сочли меня достаточно серьёзной для должности штатной ведьмы. Девчонка с фиолетово-серенево-розовой косой вряд ли произведёт нужное впечатление.

Обдумывая свой новый образ, я достала из большой спортивной сумки несколько тюбиков с краской, менявшей на сутки цвет волос, не причиняя им никакого вреда. Разложила флаконы веером на диване, подозвала Грума, с которым привыкла советоваться по любому поводу, и принялась выбирать наиболее подходящий оттенок.

Брюнетка, блондинка, рыжая… надо бы что-нибудь традиционное, но не сильно блёклое.

– Гру! – мой огромный умный зверь ткнулся носом в «Чернильное небо», лежавшее с краю.

– Ящерицы почти все брюнетистые… не затеряюсь ли на их фоне? – усомнилась я. – Или, наоборот, сойду за свою?

– Гру-гру! – уверенно тряхнул лиловой гривой монстр.

– А ты что думаешь, Смаури? – Я погладила висевший на груди кулон. Прозрачный, будто горный хрусталь, камень потеплел и засверкал ярче, реагируя на ласку. – Ничего не думаешь, – сделала вывод я, не ощутив никаких эмоций, кроме довольного урчания, которое не слышала, но чувствовала. – Брюнетка так брюнетка! – решила, хватая с дивана флакон. При этом случайно задела и сумку. Рухнув набок, она с недовольным кваком выплюнула ещё одну волшебную краску, затерявшуюся в её тёмных недрах. – О! – произнесла я, поймав на лету флакон. – Ну, здравствуй «Знойный баклажан», о тебе-то мы и забыли.

Короче, выбор сделала не я, и даже не Грум с артефактом – а Его Величество Случай. И выбор этот нам всем очень понравился.

Такой цвет будет смотреться не вычурно, как моя естественная грива, но и не совсем просто. Надеюсь, ящеры оценят мой новый имидж. Если нет, придётся проситься на работу к волчьему вожаку, владеющему колодой Сиренити[2], а на его счёт у меня есть идеи поинтересней.

Пусть я лично с Акилларом Рурком не знакома, этот бьёрн вызывает во мне крайне негативные чувства. Причём давно. И на то есть свои веские причины.

Около года назад меня вместе с группой выпускников, с которыми мы вместе проходили долгосрочную практику, закинуло в небольшой южный городок на границе с Океанией. Тёплый, симпатичный, но не особо богатый. А когда в бюджете дыра, преступность растёт и наглеет на глазах.

Приставленные в качестве усиления к патрулирующим ночные улицы гвардам (хотя правильней сказать, в качестве обузы, потому что именно так на нас все и смотрели), мы вместе со стражами порядка накрыли подпольный дом желаний, оказавшийся настоящим притоном. Среди невменяемых девиц, которых там держали против воли, обнаружилась и одна бьёрна.

Помню своё удивление в тот момент. Оно переплюнуло даже жалость с брезгливостью, которые испытывала к пленницам. Пока кто-то из коллег не щёлкнул меня по подбородку, поднимая упавшую челюсть, я так и стояла столбом, глядя во все глаза на желтоглазую модифицированную, застрявшую в этом гадюжнике.

Она же зверолюд, пусть и женщина! Почему она всё это терпела?! Бьёрны ведь способны любого здорового мужика на лопатки уложить, я сама видела.

Силищи у оборотня любого пола было значительно больше, чем у простого человека или даже мага. И хотя появились бьёрны около двухсот лет назад из обычных людей в результате экспериментов, проводимых лабораторией «Ульерн–18», с годами присущие животным качества в них только укреплялись.

Острый нюх, идеальное ночное зрение, сила, ловкость, скорость и способность вызывать звериное тело, как называли смену ипостаси сами модифицированные. А ещё у них были жёлтые, мерцающие в ночи глаза с тонкими нитями вертикальных зрачков, расширяющихся в полумраке.

В настоящих волков, ящеров, котов или других животных они, конечно же, не превращались. В боевой трансформации эти оборотни становились зверолюдами в прямом смысле слова: голова зверя, покрытый шерстью или чешуёй торс и лапы с внушительными когтями.

Ноги, как и вся фигура, оставались вполне человеческими. Хвостов тоже не было. Мимику после оборота бьёрны сохраняли подвижную, что на морде ящера или того же волка смотрелось весьма своеобразно.

Чародеи среди модифицированных встречались, как и среди людей, но способность у каждой магически одарённой особи была только она. И к нитям силы, наполняющим пространство, она не имела никакого отношения.

Впрочем, я отвлеклась…

Ящерица, которую мы спасли из рук уродов, превращавших несчастных женщин в безвольных секс-рабынь, меня тогда сильно заинтересовала. Настолько сильно, что я начала её опекать, стараясь помочь адаптироваться к новой свободной жизни без принуждения и лекарств, на которых их держали.

Инга была чуть старше меня, и потому, наверное, мы довольно быстро нашли с ней общий язык. Она-то и поведала мне про божественный артефакт, хранящийся в её стае. И про своего вероломного любовника Акиллара Рурка, как и про законного супруга, который выгнал неверную жену не только из дома, но и из стаи чёрных ящеров, бедная девушка тоже рассказала.

Я всегда подозревала, что мужики – козлы (кроме папы, естественно), но эти двое – особый случай! И хотя вина Инги в сложившейся ситуации тоже очевидна – ведь именно она изменяла мужу с вожаком другой стаи, причём, насколько я поняла, делала это ящерка многократно – то, что сотворили с ней два бесчувственных зверолюда – настоящее свинство!

Узнав о прелюбодеянии, муж избил Ингу до полусмерти, опозорил перед всем чёрным кланом и велел убираться вон. А любовник, вместо того чтобы вступиться за неё, дал бедняжке денег и посоветовал покинуть Гримшер, пока муженёк не надумал повторить экзекуцию.

Был этот ящер в своей стае далеко не рядовой фигурой, ещё и дружбу с вожаком водил, а таким, как водится, закон не писан. Акиллар же, несмотря на власть и силу, сосредоточенную в его руках, предпочёл откупиться от неугодной пассии, вместо того чтобы испортить отношения с чёрной стаей.

Поступок, достойный похотливо-трусливого кобеля, а не волка!

Чем больше я общалась с Ингой, тем сильнее проникалась её обидой и ненавистью к обоим бьёрнам, повинным в злоключениях бедной девушки.

Деньги пусть не скоро, но закончились, нормальную работу найти она, привычная к богатой и сытой жизни в доме, полном слуг, найти не смогла. Находясь на грани нервного срыва, попала в лапы мошенников, заманивающих женщин, угодивших в сложную жизненную ситуацию, лёгким заработком.

Так бьёрна и оказалась в том жутком борделе, где мы её нашли. К счастью, от зависимости она вскоре избавилась – регенерация у зверолюдов значительно лучше, чем у людей. И даже устроилась в детскую художественную школу учителем.

Сама я за её успехами не следила – нас с ребятами через месяц перевели обратно в столицу, где мы и дорабатывали последние месяцы нашей стажировки. Но фотографии Инга присылала регулярно, поддерживая со мной общение на просторах всемирной сети.

И хотя в последнее время мы переписывались всё реже, про дары богов, о которых разболтала ящерка я по-прежнему помнила. Как и про сволочной характер господина Рурка – владельца волшебных карт, добраться до которых мне надо было позарез.

По словам Инги, вожак белой стаи бабник, каких свет не видывал. Он привык к тому, что каждая третья (если не каждая вторая) красотка готова повиснуть у него на шее. Западает волк на женщин, способных пробудить в нём охотничий азарт. Пока соблазнял чужую жену, Инга была ему нужна, но как только получил свой приз и почуял приближение большого скандала – потерял к ней всякий интерес.

Мерзавец, да… Но зная, на какой крючок ловить эту рыбку, можно ведь весьма неплохо порыбачить. Глядишь, и противного волчару по носу щёлкну, и ценнейший артефакт у него уведу. Потому что дары богов, в отличие от людских творений, сами выбирают себе хозяев.

А кого предпочтёт его чудо-колода, если рядом окажусь я?

Правильно! Меня!

Самоуверенно усмехнувшись, я направилась в душевую кабину – мобильную, как и весь мой дом.

– Гру! – рявкнул преградивший дорогу монстр, намекая на пользу вечерней прогулки.

Надо же, опять ему приспичило. Мы ведь часа три назад вернулись с… наверное, всё же с пробежки, учитывая ту скорость, с которой драпали из квартала зверолюдов. И хотя Смаури работал исправно, скрывая нас от посторонних глаз, ощущение, что волки догоняют, не покидало. Оно и понятно: засветить их вожаку камнем в глаз – настоящий вызов для охраны!

Хотя покалечить Акиллара я вовсе не пыталась… пока что. Заклинание, привязанное к посланию, такого исхода попросту не допустило бы, правда, бьёрны, стоявшие на балконе, об этом не знали.

И дёрнул же меня бес заявить о себе именно сегодня. Не сдержалась, впервые увидев господина Рурка живьём, а не на фотках в сети! Аж руки зачесались пощекотать ему нервы! И эмоции, как это часто бывает, заткнули голос разума.

Следовало всё же повременить хотя бы до итогов собеседования у ящеров. С другой стороны, что там Инга говорила про белобрысого кобелину? Охоту любит, вызовы, тайны? Во-о-от! Получил всё и даже добавочка будет.

– Гру-гру? – повторил Грум, преданно заглядывая мне в глаза. И хвостом вильнул: длиннющим с острой лиловой стрелой, в которую с годами превратилась фиолетовая кисточка.

Задумчиво почесав кончик носа, я посмотрела на краску, зажатую в руке, потом на Грума… снова на краску… и опять на Грума.

В конце концов, ночь длинная – успеем и по Гримшеру ещё разок прошвырнуться, и образ мне поменять, и даже поспим пару часиков, если получится уснуть.

Глава 2

Вожак белой стаи, развалившись в большом кожаном кресле, задумчиво перебирал карты, на чёрных рубашках которых были изображены волки. До того, как колода Сиренити попала в руки Акиллара, рисунки эти имели морские мотивы, но, признав бьёрна своим новым хозяином, карты сменили облик.

Дмитрий, который в волчьем клане считался не просто хорошим сыскарём, но и лучшим программистом, сосредоточенно щёлкал по клавишам своего ноутбука, пытаясь найти хотя бы намёк на присутствие чужака на территории Акиллара Рурка. Однако камеры ничего не засекли, как и кибернасекомые, которые патрулировали квартал зверолюдов наряду с ночной стражей.

– Н-ну? – нетерпеливо протянул Акиллар, снова и снова тасуя карты, не раз за последние пять лет помогавшие ему принять правильное решение в наиболее спорных вопросах. – Битый час в своих прогах ковыряешься. Что там, Дим?

– Глухо там, – раздосадовано буркнул беловолосый гений, машинально тронув жёлтый кристалл, поблескивающий в его ухе – все сыскари зверолюдов носили такие серьги. Это был их отличительный знак, который ещё требовалось заслужить. – А ты уверен, Лар, что тебе не показалось…

– Что именно? Камень, летящий в морду? – криво усмехнулся вожак, поглаживая колоду, прикосновения к которой его успокаивали. Карты приятно согревали руки, делясь с хозяином особой силой. Этот артефакт был божественным даром, чью магию амагичный Акиллар мог не только ощущать, но и использовать. Пасьянсы, которые очень быстро научился раскладывать бьёрн, походили на своего рода головоломку. Достаточно было убрать из расклада пару-тройку важных персон, и картинка менялась не только на столе, но и в жизни. Естественно, при соответствующих стараниях со стороны желтоглазого манипулятора. – Нет, Дима, не показалось. Ну, или у нас всех тут коллективная галлюцинация. – Он дёрнул ящик письменного стола, вынимая оттуда булыжник вместе с запиской, на которой сохранился отпечаток девичьих губ.

Красавицы разных мастей частенько оставляли ему такие «поцелуи» на память. На надушенных духами письмах с приглашением на незабываемое свидание, на измятых после жаркой ночи простынях и, особенно, на его белоснежных рубашках, которые каждая любовница почему-то считала своим долгом пометить. Даже Эритэ, помнится, оставила след алой помады на его зеркале. Но почему-то именно этот вишнёвый «привет» взволновал кровь Акиллара.

Из-за камня, не иначе! Идеальный усилитель впечатления, нечего сказать.

– Да нет же! Я не про то, – отмахнулся сыскарь, запустив пальцы в растрёпанные белые волосы, которые давно следовало подстричь, но у него не доходили руки.

– Про что же? – прищурился вожак, обводя пальцем волчий силуэт на обороте верхней карты.

– Ты уверен, что в саду действительно кто-то был… посторонний? – подобрал подходящее слово Дмитрий. – Вдруг это очередная шуточка котов? Как-то подозрительно всё совпало. Ваша встреча с Нечаевым, разговор на балконе, пари на твою будущую жену и булыжник с приветом.

– Булыжник с приветом – это сильно, – рассмеялся Акиллар. – Думал о подставе, угу. Потому после ухода Ильи картишки и раскинул. – Он опять погладил колоду, вновь становясь серьёзным. – Хотел удостовериться, что рыжие махинаторы не задумали меня женить на какой-нибудь своей кошке. Не зря Илья эту тему поднял и про Юличку свою упомянул. Видать, ягодка созрела. Вот и пытается пристроить своенравную племяшку в мои большие добрые руки. А заодно кучу межклановых вопросов решить. Очень в его духе.

– И что сказали карты? – Сыскарь аж шею вытянул, заинтересованно поглядывая на дар морской богини, признавший своим хозяином Акиллара.

– Кошаки не причастны… по крайней мере к этому. – Вожак указал кивком на камень, переставший светиться, попав в его руки.

– Кто тогда?

– Понятия не имею, – нехотя признал бьёрн. – Карты, как ни странно, тоже озадачены. Какая-то мудрёная ведьма, видать, в городе появилась…

– Точно ведьма?

– А кто ещё?

– Ведьмак! Не факт, что это отпечаток губ того, кто швырнул камень. Вдруг…

– Девчонка это! – рявкнул Акиллар раздражаясь. Ещё не хватало, чтобы его кровь будоражил какой-то залётный мужик с непонятными намерениями. – Нутром чую – девка! Только не знаю пока, что ей от меня надо. Если хотела прибить, зачем записку написала? А если поздороваться – на хрена булыжник? Загадка! Ты давай там… ищи дальше по камерам паршивку. Если нет её в саду, смотри на улице. Не на нашей, так на соседних. Где-то она точно должна была засветиться. – Поднявшись с кресла, волк повёл широкими плечами, разминая мышцы. – Пойду-ка я проветрюсь, пока ты работаешь. Всё равно теперь не усну. А висеть над душой… – Он поморщился не договорив.

Никто не любит, когда у него стоят за спиной, поторапливают и дают советы. Димка и сам справится. Отличный сыскарь! Один из лучших в белой стае. А ещё он преданный друг Акиллара, который из-под земли эту хитроумную ведьму выкопает, если дать ему время.

Спрятав в сейф волшебную колоду, на которую никто в принципе не покушался, потому что украсть её – означало огрести смертельное проклятье на свою дурную голову и загребущие ручонки, глава волчьего клана вышел за дверь, предоставив в распоряжение Дмитрия собственный кабинет. На самом деле гулять Акиллару тоже не хотелось, но… надо! Причём не только из-за сыскаря.

Глухое недовольство, вскормленное неудачными попытками отследить обладательницу сочных вишнёвых губ, не могла сгладить даже магия карт. Хотелось схватить Димку за шкирку и как следует тряхнуть, чтобы быстрее работал. Только пользы от такого подхода никакой – один вред. Так что выйти в сад воздухом подышать – отличная идея. Заодно можно выгулять заскучавших любимцев: двух белых волков. Настоящих, а не двуногих.

В саду…

Если придерживаться теории, что тёмных личностей тянет на место преступления, я, получается, очень-очень тёмная. И Грум, походу, тоже. Иначе чем объяснить, что из всех районов Гримшера мы для ночной прогулки снова выбрали один из кварталов белых бьёрнов? Только неуёмным любопытством и глупостью, признавать которую категорически не хотелось. С другой стороны, ни один нормальный сыскать не додумается искать нас в саду Акиллара через несколько часов после инцидента на балконе. Ненормальный, надеюсь, тоже. Ночь ведь… поздняя – все спят давно!

Именно с этими мыслями я и забралась на высокую каменную ограду, увитую плющом. Села, свесив ноги в сад, и сплела заученное наизусть заклинание невидимости, чтобы прикрыть дожидавшегося внизу Грума, на которого из-за расстояния в несколько метров действие моего артефакта не распространялось. Глядя на красиво подсвеченные фонарями розовые кусты и на дерево, бутоны которого мерцали голубым, принялась задумчиво поглаживать кулон, мысленно решая крайне важный вопрос, суть которого сводилась к одному-единственному слову – нафига?

Нафига я, вместо того чтобы готовиться к собеседованию в родном и безопасном трейлере, торчу тут и непонятно чего жду. Действительно ведь ночь! Часа два уже, не меньше. Тихо, спокойно, скучно. Ветер треплет волосы, фонари горят, волки бегают…

Э… волки?!

Две огромные зверюги пронеслись мимо, играя друг с другом. Потом одна помчалась дальше, а вторая вернулась, заинтересовавшись… нет, не мной – всего лишь экзотической Айварией, растущей у ограды. Это было крайне необычное для местного климата дерево с кучей похожих на шары цветов, полных пыльцы. Вместо них, осенью появятся сочные плоды, пусть и не очень аппетитные с виду, зато безумно вкусные. По словам гурманов – я сама не пробовала.

И чего, спрашивается, животинке под деревцем понадобилось? Клад ищет, что ли?

Инга, помнится, говорила, что у её бывшего любовника есть парочка питомцев, которых он любит значительно больше своих фавориток. Люди обычно собак заводят, котиков или, к примеру, енотов, а этот помешан на волках всех мастей. Даже карты Сиренити, попав к нему в руки, сменили элегантный узор рубашек на жуткие волчьи морды. Не знаю, как правильно всё это называется: некая разновидность самолюбования или просто клиника? Но одно мне известно точно – Акиллар Рурк окончательно и бесповоротно повёрнут на волках.

Пока я рассуждала о белом вожаке и его маниях, мохнатый любитель древесных корней выкопал зарытую под Айварией косточку и принялся с таким аппетитом её грызть, будто этого обормота дома не кормят. Предусмотрительно сменив позу, чтобы, не приведи боги, меня никто не сдёрнул за пятку и тоже не пожевал, я сильнее сжала кулон, от которого тут же пришла успокаивающая волна тепла. Мол, не дрейфь, Элька: никто нас тут не достанет.

Смаури был когда-то подарен людям Ксандром – богом лжи и покровителем воров. Так что долгое время кулон служил отнюдь не добропорядочным гражданам, пока в конце своей бурной деятельности не осел в сундуке часовщика, потому что хозяином артефакт его, увы, не признал, а меня – да. Так Смаури и перекочевал ко мне. Теперь охотно вспоминает былые навыки, скрывая нас с Грумом от нежелательного внимания окружающих.

В отличие от заклинаний невидимости, отвода глаз и прочих аналогов, Смаури мог спрятать своего владельца не только от людей, магов и бьёрнов, но и от видеокамер, датчиков движения и прочих следящих устройств: зачарованных и нет. Более того, дары богов, как выяснилось, действовали даже на тех, кто был амагичен. Иначе как бы Акиллар Рурк смог пользоваться волшебной колодой?

Мысли о кулоне и картах вылетели из головы, едва я заметила идущего по тропинке мужчину. Затаив дыхание, жадно уставилась на блондина, которому, похоже, не спалось, как и мне. Когда они с приятелем стояли на балконе, я видела только силуэты, подсвеченные тусклым светом фонарей, и огоньки их жёлтых глаз, горевшие в ночи. Сейчас же бьёрн неспешным шагом двигался в моём направлении, и я легко могла рассмотреть черты его лица, причёску, фигуру – всё! Вживую, а не на фото и видеозаписях, которые прокручивала раз за разом в сети, пытаясь понять, с кем придётся иметь дело.

В антураже ночного сада Акиллар выглядел расслабленным и возмутительно привлекательным. Неудивительно, что молоденькая ящерка не смогла перед ним устоять.

Воспоминания об Инге зажгли огонь раздражения, дремавший во мне. Захотелось швырнуть в задумчивую физиономию волка ещё один булыжник, и на этот раз прицельно в лоб. А то ходит тут… настроение своим внешним видом портит. И всё же я сдержалась, боясь обнаружить себя неловким движением.

Сидела тихо, наблюдала за ним и думала, что не просто так меня сюда, как на аркане, тянуло. Видать, сами боги решили дать шанс рассмотреть белобрысого поганца поближе. Зверолюд был очень высоким и крепким мужчиной с красивыми, хотя и перекаченными, на мой вкус, мышцами. Кожаные штаны облегали его узкие бёдра, белая рубашка с закатанными рукавами была расстёгнута на груди, а на ремне, затянутом на талии, поблёскивала серебряная пряжка… в виде волчьей головы.

Ну, точно клиника! Без вариантов. Волкомания какая-нибудь. Или волкозависимость.

Похлопав по колену, бьёрн, словно домашнюю собачонку, подозвал белоснежного зверя, моментально забывшего про косточку, и оба волка (настоящий и двуногий) потопали дальше… пока Акиллар внезапно не остановился.

Резко обернувшись, он повёл носом принюхиваясь. Я обалдело смотрела на него, не до конца понимая, что происходит, ведь мой запах, как и меня всю должен был скрывать артефакт. Животные ничего не почуяли, а у этого что… какое-то особое обоняние? Или я всё-таки прогадала со своей верой в безупречность божественных даров? А может, он Грума, прячущегося за стеной, учуял?

– И тебе привет, – глядя на меня так, будто действительно видел, сказал хозяин сада. Губы его растянулись в самодовольной ухмылке, которую так и подмывало стереть. – Как твоё имя, ведьма?

Гм, он всерьёз рассчитывает, что я ему отвечу?

Вопрос повис в воздухе, пауза затянулась. Я продолжала сидеть на стене, готовая в любой момент спрыгнуть на спину заинтересованно поглядывающего на меня снизу Грума. А бьёрн, скрестив на груди руки, стоял на вымощенной плитами дорожке рядом с деревом, бутоны которого светились ярко-голубым.

Несмотря на обилие моих магических способностей, ночным зрением я, увы, не обладала, и оттого невольно порадовалась, что господин Рурк выбрал именно это место для беседы со мной. Хотя, может, он и специально там встал, желая покрасоваться – с него станется!

– Так и будем играть в молчанку? – снова заговорил Акиллар. – Я знаю, что ты здесь.

Интересно, откуда?

Волки, нарезав ещё пару кругов по саду, подбежали к хозяину за порцией одобрения. Потрепав обоих по лоснящимся холкам, бьёрн снова взглянул на меня. Вернее, на пустое место, которое, по идее, должен был видеть там, где я находилась.

Несмотря на внутреннее напряжение, невольно залюбовалась им, играющим с белоснежными хищниками. Всё-таки было в этом мужчине что-то притягательное. Или всему виной мой повышенный интерес к его персоне? Я ведь не первый день за ним слежу на просторах мирлинга[3]. Обычно делала это с помощью новостных блогов, героем которых Рурк оказывался с завидным постоянством.

Любимчик журналюг, как со злой иронией отзывалась о нём Инга. Любимчик, да… акул пера он, по-видимому, тоже умудрился очаровать. Харизматичная сволочь!

– Вот уж не думал, что с тобой будет так скучно, – спровадив питомцев на очередной забег по территории, вздохнул Акиллар. Я смолчала, скрипнув зубами, а сама мысленно потянулась к дереву, к стволу которого волк так беспечно привалился плечом. Несмотря на возможности моего дара, я никогда не приказывала растениям, но… кто мне мешает попросить? – Только издалека камнями швыряться и умеешь. Трусиха!

– Я трусиха?! – вырвалось раньше, чем успела зажать себе рот. В чём-чём, но в трусости меня, боевого мага, ещё никто не обвинял… к счастью для всех.

От возмущения я вскочила на ноги и уставилась на обидчика сверху вниз. Впрочем, бьёрн этого всё равно не видел. Надеюсь.

– Ага! – воскликнул он победно. – Попалась, ведьма!

– Я не ведьма! – сказала, оценивающе глядя на него. Хотя именно эту должность намеревалась завтра получить в чёрной стае. Вернее, уже сегодня. – И точно не попалась, – добавила насмешливо.

А потом шепнула благодушно настроенной Айварии: «Пора!» – и, развернувшись, сиганула вниз. Последнее, что увидела, прежде чем покинуть стену, – это как с треском и вспышками на ошалевшего вожака падают шарообразные бутоны, полные цветочной пыльцы. Яркой, светящейся… так ему!

Не все, конечно, «снаряды» полетели в бьёрна (я же не враг дереву), и уж точно не все долетели – с реакцией у волчьего вожака полный порядок, но и того, что высыпалось на Акиллара, ему хватит надолго. Как минимум неделю теперь не отмоется… блондинчик!

Уезжая верхом на Груме, я злорадно улыбалась, слыша летящие вслед проклятья. Может, этот зверолюд и амагичен, однако силу земного притяжения, как и скорость ветра, разносящего пыльцу, даже ему не побороть.

Прогулка удалась на славу! И хотя за нами не было погони, Грум всё равно мчался на пределе сил, а я мысленно его подгоняла. Смаури активно источал тепло, окутывая наше трио чарами невидимости, ветер свистел в ушах, а настроение било все рекорды, стремясь к звёздам.

Так тебе, волчара самоуверенный! За Ингу и за всех обиженных тобой женщин. Походи теперь голубеньким… на радость мне и твоим обожаемым СМИ.

Через пять минут…

– Сбежала, – усмехнулся Акиллар, пытаясь отряхнуть проклятую пыльцу, которую просыпала на него НЕведьма. В то, что дерево само так расщедрилось, он не верил.

Смысла продолжать концерт больше не было – зрительница сделала ноги, отомстив за его провокацию. И всё же овчинка стоила выделки: теперь он точно знал про неё три вещи.

Во-первых, обладательница вишнёвых губ – молодая, судя по голосу, девушка, которая весьма эмоциональна к тому же. Во-вторых, у неё есть уязвимые места, одно из которых он сразу умудрился нащупать. Ну и, в-третьих, девчонку скрывает артефакт, подобный его волшебной колоде, потому что тепло, которое бьёрн почуял, было очень уж похоже на энергию, исходившую от карт Сиренити.

Ещё один дар богов в Гримшере, хм…

И довеском к нему одна вредная девица, неизвестной пока наружности. Или, наоборот, это артефакт – довесок к ведьме?

Зачем же она всё-таки ходит к нему? Неужели очередная охотница за картами судьбы? Мало ему Юльки было с её попытками отжать волшебную колоду, очередная появилась! Наивная рыжая кошечка, помнится, всерьёз полагала, что ей этот трюк удастся. Ха! Бойкая, острая на язычок, симпатичная… не будь она племяшкой Ильи, с удовольствием закрутил бы с ней короткую интрижку.

Ну а на большее Акиллар был морально не готов после истории с Эритэ, на которой, действительно, чуть не женился. Пять лет прошло, а до сих пор настроение портится, стоит вспомнить о некромантке и о том, как она с ним обошлась. Хотя Нечаев прав: часики тикают, а жены и детей у него, вожака белой стаи, как не было, так и нет – только пустые разговоры да шуточки на эту скользкую тему.

Бьёрн криво усмехнулся собственным мыслям, безуспешно отряхиваясь. Проклятая пыльца липла к телу, волосам, рубашке, оставляя на них голубые разводы. Стереть эту «красоту» теперь хрен получится. И даже магия не поможет – он ведь невосприимчив к чарам. На кой бес встал под Айварией? Себя хотел показать, да на невидимку, облюбовавшую стену, посмотреть? Досмотрелся!

Удостоверившись, что девчонка не возвращается насладиться результатами своей пакости, Акиллар побрёл обратно к дому, свистом подозвав загулявших питомцев. Настроение у него было неоднозначное. С одной стороны, новая встреча с загадочной незнакомкой, явно питавшей к нему интерес, потешила самолюбие и ответила на парочку важных вопросов. С другой – паршивка опять удрала, а он остался ломать голову над очередной её выходкой.

Вот чего она этим добивалась, а? Пошутила так, силу свою показала… что?

Большой голубой волк… м-да. Теперь хоть неделю из дома не выходи, а то засмеют ведь! И всё-таки… как эту ведьму понимать? Заигрывает таким оригинальным способом, зная его тягу к бойким красоткам, или мстит за что-то? Если последнее, то за что?

Акиллар задумался, пытаясь припомнить, не слышал ли он ранее её голос. Но память ничего путного не выдала, ещё и волки, нагнав его, принялись настойчиво бодать хозяина лбами, требуя ласки.

– Хорошие мои, нагулялись… – широко улыбнулся бьёрн, отвлекаясь от размышлений.

А ведьма… что ж. Не он к ней первым явился (ну, пусть будет поздороваться), а она к нему. Значит, придёт и ещё раз. Может, даже на отбор, который он затевает, заявку подаст, чтобы подобраться поближе. Бегать по городу за той, кого не видит и не чует ни одна ищейка, глупо. А вот заманить её в искусно расставленные сети – почему бы и нет? Главное, понять, когда ловушка захлопнется, что в неё угодила, действительно, ТА добыча.

Глава 3

Очки в тонкой оправе, неброский макияж, строгий серый костюмчик с бежевой блузкой и внезапный яркий штрих образа серой мыши – волосы цвета «Знойный баклажан», спрятавшие мои острые ушки.

Да уж… Я бы сама себя в зеркале, если честно, не признала. Встреть меня сейчас папа, от радости бы, наверное, пошел праздновать в бар! Наконец-то доченька выглядит как приличная девушка, а не как оторва в юбке, вернее, в штанах.

Хотя какая приличная девушка выберет своей профессией боевую магию? А если и выберет, то в юбочке и на каблуках скакать по пересеченной местности, швыряясь смертоносными заклинаниями, крайне неудобно.

Так что папе моему всё же стоит определиться, кого именно он хочет во мне видеть: скромницу или… меня. Раньше, кстати, мой прикид его полностью устраивал, а как исполнилось восемнадцать, началось. «И причёска у тебя, Элька, какая-то не такая, и платьев в гардеробе раз-два и обчёлся, косметикой не пользуешься, туфлями разве что гвозди забивать умеешь, и вообще… надо бы добавить женского воспитания, а то растёшь пацанкой в горной глуши».

От чопорной наставницы, присмотренной для вполне уже взрослой меня, я и сбежала в академию. А там познакомилась с сокурсницами и очень быстро освоила все женские премудрости, которые не смог преподать мне отец.

Даже парня завела – у всех был, и мне захотелось. Но на третьем свидании он распустил руки, и из милой девушки в нарядном платьице я очень быстро превратилась в боевого мага… сильно злого к тому же мага, на девичью честь которого посмели покуситься. Больше парней у меня не было. В академии точно.

– А вы тоже на собеседование? – обратилась ко мне пухленькая блондинка в пёстром сарафане.

У входа в административное здание, куда нас должны были пригласить с минуты на минуту, стояла целая толпа ведьм разных возрастов и мастей, и только я предпочла одиноко прохлаждаться в тени ветвистого дуба. С ним мне как-то комфортней было, чем в этой молчаливой стае, где каждая особь поглядывает друг на друга, как на врага, но при этом старательно выдавливала улыбку. Какой-то бал лицемерия! Тьфу!

Однако запыхавшаяся девица в цветастом наряде и с большой красной сумкой в руках почему-то подбежала именно ко мне. Неужели я НАСТОЛЬКО безобидно выгляжу?

– Допустим, – сказала сухо и посмотрела на неё поверх очков, которые демонстративно поправила.

Вообще-то, стёкла в них были самые обыкновенные, но этот взгляд, как мне казалось, добавлял мне надменности, призванной отпугивать любопытных. Не зря же я его репетировала перед зеркалом.

– А вы не знаете, какие испытания нам предстоят? – с энтузиазмом продолжила расспросы блондинка, хотя я и рассчитывала на обратное.

– Понятия не имею.

– А рекомендации у вас есть? У меня целая пачка! – похвасталась она, потрясая сумкой.

– Есть, – процедила сквозь зубы я и посмотрела на других претенденток на должность штатной ведьмы чёрного клана. Были тут одни женщины, хотя кандидатуру ведьмака, думаю, ящеры тоже с удовольствием бы рассмотрели.

– А…

– Кажется, пора, – перебила я словоохотливую соперницу, завидев вышедшую на крыльцо брюнетку с жёлтыми звериными глазами и причудливой татуировкой на плече.

Спустившись по лестнице, бьёрна начала что-то объяснять окружившим её чародейкам. Мы с блондинкой тоже подошли к ним. Она принялась расталкивать конкуренток локтями, желая пробиться поближе к ящерице, говорившей, как будет проходить собеседование, а я всё прекрасно слышала и из-за их спин.

– После стандартных тестов в общем зале вас по одной будут приглашать в кабинет к господину Броуди для личной беседы… – ровным голосом без каких-либо эмоций вещала секретарь первого помощника чёрного вожака – его родного дяди, который отвечал за безопасность стаи.

Ничего удивительно, что наймом штатной ведьмы занят именно Эльдар Броуди, а не Юлиан. Это даже хорошо, учитывая артефакт его племянника, встречаться с которым на собеседовании лично мне не очень-то и хотелось. Другое дело – потом.

Женщины кивали, некоторые что-то переспрашивали, я же стремительно теряла нить разговора, заслышав подозрительно громкий шелест крон.

Ветра особого нет, с чего такая внезапная активность?

– Итоги мы подведём сегодня, – сказала бьёрна. – Так что долго ждать результатов…

– Ариш-ш-шерова петля! – прошипела я, резко разворачиваясь и выкидывая вперёд руку, с пальцев которой сорвалось заклинание щита. Слово «Фас», активирующее чары, произнесла еле слышно, чтобы несущиеся на нас псы не восприняли его как команду.

У каждого боевого мага был свой стратегический запас плетений, которые мы носили при себе, как некоторые девушки украшения. Кто-то цеплял заготовки к браслетам, кто-то привязывал их к тату, я же всё хранила на ногтях, узор которых сама и зачаровывала.

– Что? Кто? Какого… – загалдели ведьмы на разные голоса. – А-а-а! – завопила одна и спряталась за недрогнувшую бьёрну.

Кто-то шарахнулся назад, кто-то бросился в дом (причём девица с сумкой возглавляла этих шустрых кого-то), но две чародейки встали рядом со мной, сплетая защитные заклинания. А ещё одна накрыла магическим куполом ящерицу. Так что оскаленных догов, налетевших на нас, мы встретили во всеоружии. Ударившись о невидимую стену, собаки заскулили и отступили… чтобы спустя пару секунд снова зарычать и броситься штурмовать препятствие.

– Какого беса тут происходит? – спросила моя соседка – русоволосая женщина с холодными зелёными глазами и отменной выдержкой.

Я бы ей ответила, не будь сейчас сильно занята ментальным усмирением разъярённых псов на расстоянии, что, между прочим, сложно. Особенно когда пытаешься при этом удержать щит.

– Это был первый тест, – всё тем же спокойным тоном сообщила бьёрна.

Нормальное такое… собеседование! А предупредить?

Словно отвечая на мои возмущённые мысли, ящерица сказала:

– Приносим извинения за внезапность. Нам важно было увидеть вашу настоящую реакцию. Бил, Бон, лежать! – скомандовала она, и пёсики, немного подобревшие благодаря моим стараниям, перестали буянить вовсе.

Признаться, я думала, что первое испытание увеличит мои шансы, отсеяв большую часть претенденток, но нет: секретарь пригласила в здание всех, заметно подняв тем самым настроение некоторым.

Нас отвели в просторный зал, где помимо диванчиков, расположенных вдоль стены, был ещё и большой стол с креслом, ныне пустующим. И, как поначалу во дворе, оставили ждать. Ведьмы, испугавшиеся собак, старались держаться вместе. Мы вчетвером – тоже. Не то чтобы кто-то тут рассчитывал на какую-то поддержку – мы ведь все претендуем на одну должность, но некое чувство солидарности присутствовало.

Время шло, ящеры не появлялись. И я невольно заподозрила их в очередном нестандартном испытании. Собрали нас тут, как скорпионов в банке, и бросили, а сами небось наблюдают через скрытые камеры, не перегрызлись ли чародейки, избавляя организаторов от сложностей выбора.

Страннейшее собеседование из всех, на которых я когда-нибудь бывала! Впрочем, опыт у меня не очень-то и большой.

Ведьмы, устав ждать, принялись развлекать себя разговорами. И больше всех было слышно блондинку, которая пыталась сунуть под нос каждой свои блестящие рекомендации. До чего же неприятная особа! Если бьёрны возьмут на работу её – я разочаруюсь в хвалёном чутье зверолюдов.

– Откуда будешь? – спросила меня зеленоглазая женщина, с которой мы держали магический щит. Я настороженно на неё посмотрела, решая, стоит ли отвечать. По-своему истолковав мой взгляд, она сказала: – Я знаю всех ведьм Гримшера… всех сильных ведьм, – уточнила она, чуть улыбнувшись. – Ты не из наших. Так откуда?

– Издалека, – ответила я. – После окончания столичной академии меня по всей стране помотало. Ну а детство прошло в горах, если вопрос об этом.

– И почему же из множества перспективных городов ты выбрала наш Гримшер? – Прищурилась собеседница, ощущая во мне какой-то подвох.

Настоящая ведьма! И интуиция у неё по истине ведьмовская.

Улыбнувшись загадочно, я неопределённо развела руками. Она же не Юлиан Броуди с уникальным детектором лжи, который ящер носит на запястье, а значит, можно и соврать или просто промолчать, создавая интригу.

– К Юлику поближе подбираешься? – хохотнула эта… слишком уж проницательная особа. – Ну да, он у нас мужчина хоть куда. Вдовец к тому же. – Кажется, я переоценила её прозорливость. Она, похоже, решила, что моя цель – завидный жених, а не его бесценный артефакт. – Только он нашего брата не очень-то жалует. Я имею в виду чародеек разных мастей. После истории с его женой-сиреной. Слышала о ней? – Я кивнула. И слышала (от Инги), и читала (в мирлинге), и сама много чего додумала, но делиться всем этим с незнакомкой, которая метит на МОЮ должность, не собираюсь. – Даже встречу с нами своему дядюшке поручил, а ты…

Ведьма не договорила из-за громкого восторженного вопля, раздавшегося с дивана, оккупированного кучкой молодых девиц. Ну, как молодых… я ведь тоже нестарая.

– Вау! – восклицала та, что держала перед собой планшет. – Это просто ВАУ… – похоже, её заклинило.

– Что там? – заинтересовались соседки.

– О-о-о… А-а-а! Он неподражаем! А какой сексуальный!

Переглянувшись с зеленоглазой, мы остались стоять на месте, не поддаваясь общей волне любопытства, которая манила ведьм к планшету и его хозяйке, невзирая на соперничество. Я бы дальше стояла, подпирая плечом стену, и делала вид, что мне совершенно неинтересно, кто там такой неподражаемый и сексуальный, если бы блондинка, к которой у меня выработалась стойкая неприязнь, не завизжала на весь зал:

– Какой голубой красавчик! Заверните два!

И вот тут ведьмовская чуйка сработала уже у меня. Быстрым шагом преодолев разделявшее нас с чужим планшетом расстояние, я уставилась на экран, с которого, обольстительно улыбаясь… смотрел Акиллар Рурк.

Его белые волосы после окраски пыльцой (и после работы талантливого стилиста, бес бы его побрал!) приобрели сразу несколько потрясающих оттенков: от ослепительно белого до тёмно-синего, практически чёрного. Причём переход был таким гармоничным, что смотрелась причёска очень эффектно.

Но волосы – это полбеды!

Цветные узоры украшали шикарный торс зверолюда. Причудливая вязь, стекая со скул по лицу и мощной шее, подчёркивала рельефные мышцы и постепенно складывалась в волчьи силуэты на груди и плечах. Короче, всё, что умудрилась испачкать ночью Айвария, а также то, что счёл необходимым разрисовать мастер, к которому обратился хитроумный вожак, было чёрно-серо-сине-голубое. И выглядело это…

– Обалденно! – озвучила мои мысли очередная любопытная ведьма.

– Что за сайт? – хмуро уточнила я, доставая из сумки гаджет.

– Шоу «Зажечь звезду», – охотно ответила девушка, которая первой обнаружила фотосет Акиллара в сети. – Обожаю его! Сегодня там молодой и очень амбициозный визажист и бодипейнтер свою работу представляет. Какой у него талант…

– А какая модель! – поддакнула сидящая рядом брюнетка и мечтательно закатила глазки. – Рурк – это нечто!

– Угу, – буркнула я, набирая в поисковике искомую страницу.

Вот ведь… сволочь изворотливая! Надо же было ТАК выкрутиться!

Всю ночь он там, что ли, гримировался?!

Совсем как я.

Насладиться кадрами пресловутой фотосъёмки, которые, едва попав в сеть, уже успели стать хитом, нам не удалось, потому что о претендентках на должность штатной ведьмы чёрной стаи, наконец, вспомнили наниматели.

На этот раз вместо женщины-секретаря пришёл высокий черноволосый мужчина средних лет с роскошной татуировкой на шее и с ноутбуком под мышкой. Поприветствовав нас, дружно замолчавших при его появлении, Эльдар Броуди (а это был именно он, я видела его фото в сети, когда изучала верхушку клана ящеров) сел в кресло, открыл ноут, что-то быстро набрал на клавиатуре и, развернув его к нам, с улыбкой сказал:

– Сначала, леди, давайте пройдём тест на знание теории. Подходите по одной, присаживайтесь… это не займёт много времени, – пообещал бьёрн, с лёгким прищуром рассматривая нас. – Желающих начать нет? – уточнил он, не скрывая иронии.

Ведьмы переглянулись.

– Я начну, – заявила зеленоглазая, имени которой я так и не спросила. А стоило, наверное.

Она села на стул напротив ящера, и принялась сосредоточенно читать задание, высветившееся на экране.

Я же невольно почувствовала себя как на экзамене в академии. Даже былой мандраж вернулся… вернее, попытался вернуться, но я быстро приструнила эмоции, мысленно приказав себе не нервничать. Я же отличница! Ещё и с опытом работы. Что мне какой-то там компьютерный тест!

Броуди не солгал – ответы на вопросы, действительно, заняли считаные минуты. Отстрелявшись, Светлана, как обратился к женщине бьёрн, снова подошла ко мне, а её место заняла другая чародейка.

– Ты чего не идёшь? – спросила ведьма шёпотом. – Боязно?

– С чего бы? – Прозвучало громче, чем хотелось, это привлекло внимание безопасника. Эльдар Измаилович впился в меня взглядом, от которого очень захотелось передёрнуть плечами, но я сдержалась. – Просто жду своей очереди, – пояснила тише.

Я прекрасно знала, что реагирую неадекватно, если меня начинают подозревать в трусости, но ничего не могла с собой поделать. Воспринимала такие намёки, как вызов, который неизменно принимала. Причина, полагаю, крылась в случае из детства, и наверняка её можно было устранить, пообщавшись с опытным психологом, но мне мои попытки доказать всем и вся, что я смелая, абсолютно не мешали, а то и помогали добиться лучших результатов… например, в учёбе.

Слишком эмоциональна!

Так в своё время сказал декан, убеждая меня перевестись с факультета боевой магии на что-нибудь более подходящее для девушки с моим темпераментом. Боевик, по его мнению, должен быть расчётливым и хладнокровным, а не упрямым и взрывным, как я.

Но разве могла дочь расстроить любимого папу? Он ведь именно боевого мага из меня воспитывал. Боевым я и стала. Ах, как же радовался отец, когда увидел мой диплом с отличием, чудом переживший вечеринку по случаю его вручения. Ради такого зрелища точно стоило освоить именно эту специальность.

– Следующая! – с лёгкой ленцой в голосе произнёс ящер, развалившийся в кресле. Не знаю даже… утомляло его наше тестирование или забавляло, но точно не оставляло равнодушным, как ящерицу-секретаря, покер фейс которой был на высоте.

– А рекомендации когда показывать? – обнимая увесистую сумку, поинтересовалась блондинка, усевшаяся за ноут третьей.

– На собеседовании, милочка, – вроде бы мягко проговорил Броуди, но я всё-таки перёдернула плечами от его тона и взгляда. Похоже, конкретно этой претендентке точно ничего не светит, что, кстати, правильно – противная дамочка. – Если спросят! – припечатал бьёрн.

Притихшая ведьма, робко кивнув, уткнулась в экран, а я посмотрела на Светлану и шёпотом полюбопытствовала:

– Сложно?

– Плёвое дело, – отмахнулась та. – Если разбираешься, конечно, в теме, – добавила она насмешливо.

В теме я разбиралась. И даже не в одной. Поэтому на тридцать вопросов, касавшихся заклинаний и зелий, применимых в тех или иных случаях, ответила довольно быстро. Из ведьм, пришедших на собеседование, проблемы с теорией возникли только у троих, но и они кое-как справились.

Когда тестирование прошла последняя соискательница, господин Броуди поблагодарил нас всех и ушёл, прихватив с собой ноутбук, где сохранились результаты импровизированного экзамена. Но не успели мы обменяться впечатлениями, как снова нарисовалась безэмоциональная секретарша, в планшете которой были забиты наши фамилии.

На третье испытание (то, которое практическое), нас вызывали в алфавитном порядке. И, что самое загадочное, обратно ведьмы почему-то не возвращались. В списке я, как назло, стояла последней, и потому, наверное, нервничала больше других. Хотя, может, и меньше – откуда мне знать, что на душе у остальных?

Когда же вошла, наконец, в кабинет в сопровождении спокойной, как удав, ящерицы, обнаружила там… пациента. И помощь этому бедняге требовалась медицинская, а не магическая, учитывая разбитый нос, лиловый глаз и расцарапанную руку. Я озадаченно покосилась на бьёрну, на что та пояснила:

– Это ваше задание, госпожа Стронг. – Вот так сухо и безлико, аж обидно за «задание» стало. – Определите и снимите проклятье… если, конечно, сможете.

Прозвучало как вызов. А вызовы я люблю.

– Ну-с, – протянула я, поправляя очки, когда ящерица оставила нас с побитым подростком наедине. – Рассказывай!

– Что? – вжав в плечи голову, спросил молоденький модифицированный. Жёлтые глаза… хотя, скорее уж, глаз, учитывая опухшее веко второго, смотрел на меня настороженно.

– Как это что? – Я упёрла руки в бока, разглядывая его. – Для начала имя!

– Рудик… то есть Рудгер.

– Очень хорошо, – поддержала я парнишку. И даже улыбнулась ободряюще, продолжая его внимательно изучать.

Переключиться на магическое зрение для одаренных труда не составляло. Все чародеи делали это интуитивно, без какой-либо особой подготовки. Стоило лишь моргнуть – и мир начинал наполняться золотисто-белыми призрачными нитями, пронизывающими пространство. Из них-то и плелось большинство заклинаний. Так что материал, как и силу, мы, маги, черпали из собственного окружения.

– А синяки и царапины у тебя откуда? – продолжала допрос я, медленно обходя паренька по кругу. Надо было понять, к чему именно прицеплено проклятье.

Чары первого уровня (в том числе и пакостные) в нашей стране не запрещались, хотя и не одобрялись тоже. Но штрафы за ту же «почесуху» кратковременного действия законом не предусматривались, как за магическое вредительство более высокого уровня. Зато в лоб от жертвы, если она выяснит, кто ей эту заразу подсадил, получить было можно. Только я сильно сомневалась, что виновницей Рудиковых проблем была примитивная «почесуха».

– С ребятами подрался, – нехотя признался ящер.

– Ясненько, – буркнула я, задумчиво потерев переносицу, потому что никаких плетений на парне не было.

Вообще! Более того, нити силы, плавающие вокруг… предпочитали бороздить просторы как можно дальше от подростка.

Встречались, конечно, и заклинания выше седьмого уровня, которые устранить (да и просто обнаружить) было крайне сложно, но и они оставляли пусть слабые, но следы. Опытный и внимательный маг, коим я себя считала, просто обязан был их заметить. Такие чары подсаживались прямо в сердце или, того хуже – в голову, и если их автора находили, штрафом дело не ограничивалось. Однако парнишка оказался совершенно чист, и на заявление секретаря я теперь посмотрела иначе.

Найти и снять проклятье, если смогу… хм. Не смогу! Потому что нельзя снять то, чего нет. Задачка с подвохом, получается. Ну-ну.

– Ребята задирают? – снова встав напротив «пациента», я скрестила на груди руки.

– Угу. – Он отвёл взгляд и поджал губы.

– Есть за что?

Дёрнул плечом, но отвечать не стал.

– И неприятности, полагаю, сыплются как из рога изобилия, – покачала головой я.

– А вы откуда знаете? – уставился на меня Рудгер. – Так это, правда, проклятье? Да? – оживился он.

– Нет. – Судя по тяжёлому вздоху, парень надеялся на то, что добрая тетя ведьма лёгким движением руки избавит его от всех проблем. – Это невезение, Рудик. – Я ему ободряюще улыбнулась. – И твоё поведение, возможно, тоже к нему причастно. Но тут я не специалист, это тебе с психологом лучше потолковать и выяснить, что именно ты делаешь не так. – Бьёрн насупился, но спорить и доказывать свою непогрешимость не стал – видать, грешки за ним всё-таки водились. – Я же могу наложить на тебя… даже не знаю…

– Порчу? – шёпотом спросил перепуганный паренёк.

Издав нервный смешок, сказала:

– Ага, порчу… раз нет проклятья, надо его создать, а потом снять. Интересная мысль.

– Может, не надо? – вид у него стал не только побитый, но и обречённый.

– Конечно, не надо! За кого ты меня принимаешь? – воскликнула я, старательно изображая возмущение. – Расслабься и глаза закрой. Буду притягивать к тебе удачу.

– Я смогу выиграть в лотерею? – жёлтый глаз его загорелся азартом. Пришлось остудить пыл бедняги, сказав, что он всего лишь реже начнёт спотыкаться, терять вещи и нарываться на тумаки. Впрочем, и этого оказалось достаточно для счастливой улыбки, распустившейся, словно бутон, на лице мальчишки.

Сдав подопытного вместе с подробным отчётом в руки ящерицы, которая дожидалась итогов моей работы за дверью, я направилась в другой кабинет (их в этом здании хватало). Открыв дверь, увидела Эльдара Броуди, который что-то втолковывал одной из моих соперниц.

– Простите! – пробормотала, снова отступая в коридор, но безопасник остановил.

– Госпожа Стронг? Заходите! – Он приглашающе махнул рукой. – А вас, леди, сейчас проводят к выходу, – сказал бьёрн грустной девушке, которая, судя по всему, получила отказ.

– Можно сесть? – спросила я, кивнув на стул, с которого поднялась конкурентка, вылетевшая из гонки за вакантное место.

– Нет, Эльфида. Вас сейчас тоже проводят.

– На выход? – Голос дрогнул, сердце сжалось, а настроение рухнуло вниз с высокого пьедестала. В этот момент я сильно позавидовала женщине-секретарю, умевшей держать лицо в любой ситуации.

Ксандрова подстава! А ведь всё так неплохо складывалось!

– На второй этаж. – Улыбка бьёрна меня насторожила, поэтому радоваться раньше времени я не стала.

– Зачем? – уточнила осторожно, поймав на себе завистливый взгляд бывшей соперницы.

– На собеседование.

– Но разве не вы… – Я запнулась, понимая, что интуиция зря бить тревогу не будет. А она именно этим сейчас и занималась, ввергая меня в ещё больший мандраж.

– Конкретно с вами, Элли, желает пообщаться глава нашего клана.

Трансформацию моего имени от Госпожи Стронг до Элли я пропустила мимо ушей, занятая куда более важным делом: активным придумыванием плана по обману того, кого обмануть нельзя. И план этот рождаться упорно не хотел, а охранник, пришедший за мной, уже ждал в дверях.

«Попала ты, Эль! – посочувствовала я себе. – Похоже, всё-таки придётся искать работу в волчьей стае».

Глава 4

Предводитель чёрной стаи решительно не понимал, почему глава безопасности клана настоял на беседе с ещё одной претенденткой, когда его полностью устраивала Светлана Радова. Хладнокровная, смелая, находчивая, опытная, и, главное, честная. Что ещё надо от штатной ведьмы? К тому же эта чародейка была давно и счастливо замужем, а значит, её устройство на работу к ящерам никакими любовными кознями бьёрнам не грозило.

Особенно ему, овдовевшему пять лет назад вожаку, который не имел никакого желания жениться повторно. После истории с бывшей супругой, вертевшей им с помощью уникального дара сирены, Юлиан Броуди крайне осторожно относился к чародейкам. Даже негативно. Причём к любым.

Если не голосом очаруют, то приворот какой-нибудь заковыристый придумают – женщины изобретательны и коварны. Особенно одарённые. Будь его воля, он бы взял на должность мага мужчину, или и вовсе никого не брал, продолжая пользоваться услугами фрилансеров, но дядя настоял на своём.

Дядя…

Эльдара Юлиан привык считать верным другом и своей правой рукой, а не старшим родственником. Да и разница в возрасте у них была всего тринадцать лет. Если бы хотел, безопасник после смерти брата мог без труда занять его место, бросив вызов племяннику, но он об этом даже не думал. Поэтому, пройдя испытания, обычные для всех вожаков, стаю возглавил именно Юлиан. Молодой, амбициозный… дурак. Дядя стал для него не только первым помощником, но и наставником. Именно благодаря ему Юлиан заслужил уважение соплеменников и упрочил свои позиции в клане… которые едва не потерял из-за женщины!

Сирена, ведьма, одарённая бьёрна… чёрный вожак недолюбливал их всех! Разве что замужние и пожилые не вызывали в нём раздражения, которое скрывать в последнее время становилось всё сложнее. Хотя и некоторые замужние, если вспомнить ту же Ингу, порой оказывались насквозь гнилыми. Очаровательная мордашка, соблазнительная фигурка, наивный взгляд – и куча дерьма, скрытая за безупречным фасадом.

Женщины!

Будь то ведьмы или обычные – все они лицемерны и вероломны. Все до одной! И эта госпожа Стронг не исключение. Умная, хваткая, деловая… молодая.

Что там написано в её резюме? Боевой маг? Отлично! Боевого мага чёрной стае для полного счастья и не хватало. Вот чем, спрашивается, дядю не устраивает Радова? Хорошая же кандидатура! Ни слова лжи во время интервью, прямой взгляд и брачная серебряная вязь на виске.

Идеальный вариант!

Стук в дверь отвлёк ящера от размышлений. Покосившись на экран ноутбука, где высвечивались высшие баллы, полученные Эльфидой по всем трём испытаниям, Юлиан нехотя процедил:

– Войдите.

Там же…

– Элли Стронг, – представилась я, проглотив отрепетированное: «Или просто Эль».

Войдя в кабинет, вежливо улыбнулась, разглядывая обладателя дара богов, способного чуять ложь. Или не очень вежливо. А может, и вовсе не улыбнулась, потому что нервно дёрнувшийся уголок рта улыбкой назвать сложно.

Но старания мои все же оценили, улыбнувшись в ответ. Если хищный оскал сидящего за столом брюнета подходит под такое определение. Судя по выражению его смуглого лица, он меня не на интервью пригласил, а на ужин… в качестве главного блюда. Ничего-ничего, в лучшем случае подавится, в худшем – ещё и зубы переломает.

Эта работа мне, конечно, очень нужна, но не настолько, чтобы терять из-за неё голову и самообладание. А посему, Элька, хватит дрожать, как первокурсница, вызванная на ковёр к декану. Уверенность – наше всё! Даже, пожалуй, самоуверенность, потому что за этой ширмой проще прятать слабости, которые у меня, к сожалению, есть.

Решив так, я расправила плечи и окинула главу чёрной стаи не менее оценивающим взглядом, нежели он меня. Картинно выгнув бровь, поинтересовалась:

– Можно уже садиться, или вы ещё не всё во мне рассмотрели, господин Броуди?

Так, стоп! Куда-то не туда меня занесло. Самоуверенность и наглость – не одно и то же. Пока думала, как исправить промашку, бьёрн сказал:

– Присаживайтесь, госпожа Стронг. – Фух, пронесло! – Значит, вы ведьма…

– Вообще-то, я маг. – Не успев вовремя прикусить язычок, закусила губу.

Да что же за напасть такая? Или это действие его артефакта? Помимо вычисления вранья, он в собеседниках хозяина ещё и повышенную болтливость стимулирует?

Вот засада!

– Я в курсе, – продолжая препарировать меня взглядом, проговорил Юлиан. – Читал ваше резюме.

Кивнула, борясь с желанием брякнуть ещё какую-нибудь глупость. Сев напротив него, закинула ногу на ногу и старательно одёрнула юбку. Ног моих бьёрн из-за стола, конечно, не видел, но ощущение, что меня ощупывают взглядом, всё равно присутствовало. Хотелось прикрыться, а лучше и вовсе ретироваться за дверь, забив на затею с работой. И это, пожалуй, бесило больше всего.

Я же хотела с НИМ встретиться! Надеялась, готовилась… репетировала даже! Не сегодня, а завтра или на днях, но точно хотела! Так что за фигня тогда сейчас происходит?! Я не трусиха, чтобы бежать от какого-то ящера, пусть и владеющего не самым приятным даром богов. Этот бьёрн мне нужен… вернее, нужен его браслет, а значит, пора брать себя в руки и начинать уже убеждать господина Броуди, что я именно та ведьма, которая требуется его клану.

– И как? – спросила о его впечатлениях от резюме, борясь с желанием скрестить на груди руки, чтобы прикрыться ими от прищуренных жёлтых глаз.

Зачем ему волшебный браслет? Он и без него насквозь меня видит! Не мужчина, а… дракон в человечьей шкуре.

Как-то не так я представляла вожака чёрной стаи. Думала, с ним будет проще поладить, чем с Акилларом. По снимкам в сети Юлиан казался мне симпатичным и неопасным. Хотя на фото его артефакт не действовал, а сейчас, подозреваю, работает во всю мощь. Иначе с чего бы мне так странно реагировать на этого ящера?

– Резюме как резюме. Не хуже остальных. – Сомнительная какая-то похвала получилась, даже обидно стало. – Объясните, Элли, что понадобилось боевому магу с неплохими данными и возможностью устроиться в столичный гвардерлер в Гримшере?

Я сглотнула, обдумывая ответ. Если солгу – выставит за дверь сразу. А может, пусть выставит? Пойду к Рурку горничной устраиваться. С блондинистым бабником проще будет найти общий язык. Юбочку покороче, кокетливый взгляд из-под длинных ресниц – и вуаля! Работа у меня в кармане.

– Мне рассказывала о вашем городе одна знакомая. Захотелось посмотреть на него, а потом возникло и желание остаться, – тщательно подбирая слова, ответила я.

Юлиан чуть наклонил к плечу голову, задумчиво поглаживая браслет, огибавший запястье. Простой, неприметный, с едва заметной цепочкой рун на серебряной поверхности. Не знай я, какая сокрыта в нём сила, не обратила бы внимания и уж точно не залипла бы взглядом, как сейчас.

Рассматривая торчавший из-под рукава краешек вожделенного артефакта, я мысленно к нему потянулась, надеясь установить контакт, но гарант правды остался равнодушен к моим потугам. Такой же холодный и непробиваемый, как и его хозяин. Ну, ничего… с первого раза не получилась, так я не из тех, кто быстро сдаётся.

– Почему решили устроиться на работу к нам? – одёрнув рукав, продолжил допрос бьёрн.

– Престижная должность, высокая зарплата, хороший район, – перечислила я, мысленно добавив: «И вы… с артефактом».

– Я вам нравлюсь? – внезапно спросил Юлиан, выбив меня из колеи делового разговора.

Выбил! Конкретно так. Открыв рот, чтобы сморозить то, что морозить не стоило, я предусмотрительно прикрыла его ладонью. Подумала немного, нахмурилась и…

– А вы точно штатную ведьму ищете? – уточнила язвительно. – Или я ошиблась дверью – и это собеседование на роль вашей любовницы?

Ой-ё! Что я опять несу, а?

– Меня не интересуют одарённые женщины… в этой роли. – Улыбка его была победной, что напрягало ещё больше. – А вас, похоже, интересую именно я.

И с чего он такой вывод сделал? Бес поймёт этих мужчин с их странной логикой!

– Меня интересует ЭТА работа, – сказала правду. Частичную. – Общение же с вами, безусловно, интригует… как минимум неожиданными вопросами, но и вызывает вполне обоснованный дискомфорт, потому что именно вы решаете мою судьбу. А ещё вы смотрите так, будто пытаетесь прочесть на лбу, – и на других частях тела тоже, – все мои страшные тайны. Это нервирует.

– И много у вас страшных тайн, Элли?

– Вы издеваетесь? – заявила я, решив, что лучшая защита – это нападение. – Я закончила с отличием магическую академию, отработала два года по разным специальностям: и боевиком, и зельеваром, и иллюзионистом, и даже артефактором. А вы, вместо того чтобы поинтересоваться моим опытом, спрашиваете о… тайнах. Моих! У каждого человека есть свои секреты. Это личное!

– Если ваши секреты способны нанести вред клану…

– Я не собираюсь наносить вред вашему клану! – сказала, выразительно посмотрев на его браслет. – Вы чувствуете ложь. А значит, знаете, что я говорю правду.

– Вы неплохо осведомлены о возможностях моего артефакта, Элли, – перекатывая на языке моё имя, будто леденец, протянул бьёрн. И хищности в его облике заметно прибавилось. Он как клещ, добравшийся до цели, готов был пить мою кровь.

Ладно! Скормлю ему ещё кусочек правды, опустив важные подробности. Авось успокоится.

– Конечно, осведомлена! – Подтвердила очевидное я. Совру – и прощай шанс на работу. Хотя он, шанс этот, похоже, и так тю-тю. Да и бес с ним! Другой способ найду влюбить в себя чужой браслет. – Или вы считаете, что я пошла бы устраиваться непонятно к кому, не выяснив максимум информации о потенциальном работодателе? Это не просто легкомысленно, но и опасно. А артефакты – моя слабость. Изучаю их со студенческих времён. Только не надо на меня так смотреть, – добавила, заметив промелькнувшую в его глазах неприязнь, – я не воровка. К тому же дары богов украсть без фатальных последствий невозможно. По-вашему, я похожа на самоубийцу?

– На самоубийцу, может, и не похожа… да и на ведьму не очень. Хотя…

– Что? – спросила, стараясь не рявкнуть какую-нибудь гадость в ответ на его лениво-снисходительно-пренебрежительный тон.

– Хорошо, что вы так много знаете о моём артефакте. – Бьёрн снова погладил браслет, блеснувший на запястье. А я мысленно перевела дыхание, надеясь, что моя пламенная речь притупила его бдительность. В курсе про артефакт? Конечно, в курсе! Планирую украсть? Да ни за что на свете! А про то, что рано или поздно он сам мне его подарит, знать чёрному вожаку вовсе не обязательно. – Почему вы не замужем?

Могильная плесень! Он точно издевается.

– Вам эта информация зачем? – вопросом на вопрос ответила я.

– Интересно, – сцепив в замок пальцы, сказал ящер. Длинные, смуглые, с аккуратно подстриженными вытянутыми ногтями, которые в звериной ипостаси обратятся в острые как бритва когти. Смотреть на них было куда проще, чем в лицо длинноволосого брюнета с очень проницательными жёлтыми глазами.

– Говорите прямо, господин Броуди! Вы хотите со мной замутить или, наоборот, опасаетесь, что этого захочу я? Если второе – спите спокойно. Вы не в моём вкусе, – сообщила уверенно и чуть не застонала, осознав, как это прозвучало.

Все власть имущие мужики – самодуры и эгоцентрики с комплексом альфа-самца. Мне бы польстить ему, почесав за ушком его ЧСВ, а я… эх! Укоризненно покосившись на проклятый браслет, сбивающий с толку, вздохнула. Нет, ну а что? Слово – не воробей, вылетело – и кранты. Только и остаётся теперь ожидать от бьёрна стандартный вердикт: «Вы нам не подходите».

– Вы мне подходите, Элли! – сказал Юлиан, окончательно разорвав мой шаблон. В клочья! – Как ведьма, конечно же, а не как любовница. Вернее, как маг с большим опытом работы в разных сферах. Ваши ответы честны, хотя страшные тайны… те, которые личное, – насмешливо проговорил он, напомнив мне мои же высказывания. – Я всё равно рано или поздно узнаю.

– То есть… вы берёте меня на работу? – В успех верилось с трудом. Признаться, я уже морально подготовилась к полному провалу.

– На испытательный срок. На эту должность мы взяли ещё одну ведьму. Здоровая конкуренция, полагаю, поможет лучше раскрыть ваши… – Он замолчал, загадочно улыбаясь. Думала, опять скажет «тайны», которые, похоже, запали ему в душу куда больше моих достижений, но нет, бьёрн произнёс банальное: – Таланты.

А потом внезапно перегнулся через письменный стол и отвёл в сторону прядь моих волос. Я даже отпрянуть толком не успела, озадаченная его поведением.

– Пластика? – Уточнил Юлиан, разглядывая форму моего уха. Сказала бы «да», но как? Он же сразу почует обман.

– Нет, – ответила не сразу, напомнив себе, что лгать этому типу противопоказано даже в мелочах. Тряхнув волосами, снова прикрыла то, что никто видеть не должен был, но… эти модифицированные такие глазастые! – Природная аномалия… вероятно.

– Одна из ваших страшных тайн? – поддел меня ящер, настроение которого заметно поднялось.

– Да. Настолько страшная, что сама боюсь, – криво улыбнулась я. – Так что с работой, господин Броуди? Когда приступать, куда выходить?

– Об этом вам подробно расскажет Эльдар… Измаилович, – с лёгкой запинкой сказал он, будто произносить отчество дяди ему было непривычно.

– Спасибо! – воскликнула я, вскакивая с места. Причём неясно, что больше меня обрадовало: возможность сбежать под благовидным предлогом из-под изучающе-насмешливого взгляда бьёрна или удачное завершение интервью. – Пойду?

– Идите, – милостиво разрешил ящер. – И да, не забудьте попросить Эльдара выписать вам разрешение на бесплатное место для трейлера на парковке и документ на содержание крупного домашнего животного в служебной квартире.

– Ага… Э? – не успев дойти до двери, я обернулась. – Животного?

– Ну, не в трейлере же вы собираетесь оставить вашего… Кто он, кстати? Какая-то помесь льва с волкодавом? Ах да, простите. Это, наверное, была ещё одна ваша тайна. – Юлиан улыбнулся… убийственно, я бы сказала.

Так-с, мне точно надо начинать игру именно с ЭТИМ бьёрном? Акиллар с его картами судьбы сейчас кажется куда проще и понятней, нежели Юлиан с гарантом правды, возможности которого я, похоже, не до конца изучила. Или это служба безопасности у ящеров такая шустрая? На кой бес тогда я волосы перекрашивала, спрашивается, если чёрные бьёрны всё уже обо мне знают?

Знают… всё… и про вылазку к Рурку тоже в курсе, что ли?

А-а-а… паника!

Дайте мне ружьё, пристрелю хотя бы её, раз больше никого нельзя.

Из кабинета главы чёрного клана я вышла ну о-о-очень задумчивая. Потому, наверное, и не заметила женщину-секретаря, поджидавшую меня на лестнице. Странно, но на этот раз леди Безэмоциональность искренне мне улыбнулась.

Некоторое время спустя…

Юлиан задумчиво вертел браслет, глядя в окно на широкую аллею, по которой шла нестандартная ведьмочка. Пройдя несколько шагов, она внезапно крутанулась на каблуках (видимо, от переизбытка чувств), что-то сказала ближайшему кусту и вприпрыжку побежала к воротам, буквально излучая счастье. Образ серьёзной и холодной чародейки, который Элли старательно создавала, рассыпался прахом, едва это эмоциональное создание вырвалось на свободу.

Эмоциональное и неглупое!

Потому что, как ни пытался работодатель вывести её на чистую воду, девчонка не поддавалась. Она продолжала скармливать ему кусочки правды, скрывая главное. Он ни на минуту не сомневался, что привела её сюда вовсе не вакантная должность. Вернее, не только она. Однако выяснить всё и сразу не получилось.

Потому, наверное, бьёрн и придумал этот испытательный срок. Чутьё подсказывало: госпожу Стронг надо оставить себе, то есть клану. Несмотря на все её страшные тайны и личную нелюбовь самого Броуди к чародейкам. Не зря же дядя настаивал на беседе именно с ней.

И всё же жаль, что не удалось раскусить девчонку сразу. Даже Айро не смог, хотя артефакт работал на пределе сил и возможностей, учитывая вспышки чужих воспоминаний. Такое случалось крайне редко. Гарант правды помогал своему владельцу чувствовать ложь в речах собеседников, а не читать их мысли.

Но иногда происходило нечто странное, и Юлиан внезапно начинал улавливать картинки из чужой жизни. Как сегодня с Элли. Причудливое животное с лиловой гривой, трейлер, в котором царит лёгкий беспорядок… Девочка была очень непроста, это очевидно. Но и на должность штатной ведьмы она точно не подходила. Совсем!

И всё-таки он её взял. Причём с удовольствием.

Ах, какое у неё было выражение лица, когда она услышала вердикт! Ради такого зрелища чёрный вожак был готов на время забыть о своём отношении к одарённым женщинам. Ради зрелища и тайн, которые он вознамерился во что бы то ни стало вытянуть из упрямой ведьмы.

Она, действительно, не угрожала его стае и не претендовала на его постель тоже – Айро бы почувствовал фальшь в её ответах. Но за честными фразами крылась масса недомолвок, которые создавали не меньшую интригу, нежели острые ушки Эльфиды. Неудивительно, что оракул дал ей такое имя, учитывая особенности внешности.

Или не оракул, а кто-то из родни?

– Понравилась эльфочка? – без стука войдя в кабинет, спросил Эльдар. – Интересная, правда? Как шкатулка с сюрпризом. Хорошо бы привязать её к стае покрепче. Уверен, она сможет принести нам много пользы.

– И много проблем, – не оборачиваясь, сказал глава клана. – Ей ведь не работа нужна…

– Опять ты о своём? По-моему, у тебя уже фобия, Юлий. Прогрессирующая женобоязнь… точнее, ведьмобоязнь. Поверь старому ящеру, далеко не все хорошенькие одарённые одинаковы. И точно не каждая из них жаждет тебя захомутать. А если и жаждет, то это не значит, что она станет вести себя как Диана. Твоя бывшая жена была…

– Конкретно эту ведьму интересует МОЙ артефакт, – перебил Юлиан, стиснув серебряный браслет. Руны вспыхнули, а металл потеплел, согревая пальцы хозяина. Айро всегда чутко определял настроение бьёрна, и то разогревался, делясь волшебной силой, то, напротив, леденел, отрезвляя взбешённого ящера.

– А мне она показалась умной девочкой, – задумчиво произнёс глава безопасности, бесцеремонно плюхнувшись в кресло вожака.

– Она умная. – Обернулся к нему племянник. – Мне вот даже любопытно, как именно эта изобретательная особа будет пытаться заполучить Айро, если воровство она не приемлет. Через мой труп? – хищно усмехнулся он.

– Не самый удачный вариант, учитывая мстительность божественных даров, – Эльдар его веселье не разделял. – Девушка в курсе смертельного проклятья, которое получит будущий владелец, если заберёт артефакт силой? – Юлиан кивнул. – А про то, что Айро около сотни лет спал и только пять лет назад начал функционировать? – На это вожак лишь пожал плечами. – Ты точно уверен, что ей именно твой браслет нужен, а не должность? У нас же километровая очередь из претенденток на место была. Надя устала вежливые отказы строчить по электронной почте. Сюда мы пригласили самых-самых…

– Работа ей тоже нужна, полагаю, – сказал Юлиан. – Ты, кстати, зачем пришёл? Ведьму обсудить или дела?

– Дела, конечно же! – понимающе улыбнулся Эльдар. – Надо бы решить судьбу тендра на строительство нового торгового центра в Чернильной заводи, и ещё…

Он перечислял текущие вопросы, а предводитель чёрных ящеров продолжал поглаживать магический браслет и едва заметно улыбаться, думая о другом. Ведьмочка его заинтриговала. И было непонятно, чего он хочет больше: разоблачить её, наказать (за всех одарённых стерв разом), или насладиться затеянной ею игрой и, победив, оставить этот ценный трофей в своей стае. Впрочем, одно другому не мешало.

Глава 5

– Ты кто? – спросила я, выронив от неожиданности гаджет. Счастье, что у него корпус не только водостойкий, но и противоударный.

Гостья, сидевшая на МОЁМ диване, вызывала море вопросов. Самое удивительное даже не то, что она каким-то чудом забралась в закрытый на замок трейлер. Куда больше шокировал меня полный пофигизм Грума, лежавшего на коврике с таким видом, будто этой полуголой нахалки и её карманной зверушки тут вовсе нет. Или и правда нет? Вдруг у меня от стресса галлюцинации?

– Я-то? – Сказала галлюцинация в прозрачных шароварах и объёмном ожерелье, прятавшем обнажённую грудь. Выдержав многозначительную паузу, она скосила взгляд на монструозного питомца, похожего на помесь лилового ежа с комнатной собачкой или, скорее, с кошкой, и радостно выдала: – Я Рисаш! Для родных и близких – Ри. Привет, сестрёнка!

Гм… Похоже, мне многое неизвестно о похождениях любимого папочки. Хотя нет! Скорее, о фиолетовой выдре, вломившейся в мой передвижной дом! Сестричка, ха! Как же!

– Значит так, Саша, – процедила я, намеренно сократив её имя по-другому. Волосы у незнакомки были разных оттенков фиолетового, как и у меня. Разве что на несколько тонов темнее. Но это совершенно не означало, что мы родственницы. Покраситься в наше время можно и в зелёный, и в серо-буро-малиновый – было бы желание. – У меня нет настроения играть в эти игры. Либо говоришь, кто ты такая, зачем явилась и как попала в мой трейлер, либо… брысь отсюда! – Я недвусмысленно указала на дверь за моей спиной и выразительно посмотрела на девицу.

– Вот так ты родную кровь встречаешь! – Перестав радостно улыбаться, гостья надулась. – А я-то думала…

– Мне повторить вопросы? – Я скрестила на груди руки, рассматривая её.

Симпатичная молоденькая девушка в наряде наложницы. На вид лет двадцать, не больше. Раньше я её точно не встречала, ибо память на лица у меня хорошая. Значит, кто-то подослал. Интересно, кто? Вроде так уж сильно никому жизнь не отравляла, чтобы мне столь изощрённо мстили. Или это очередной странный тест от изобретательных ящеров?

– Ладно-ладно, не нервничай! – выставила вперёд руку Рисаш, будто защищаясь. – Я, действительно, твоя сестра…

– Не ври!

– …по маме, – закончила она, игнорируя моё заявление.

– Серьёзно? – иронично протянула я, хотя сомнения и закрались.

Вдруг так и есть? Эх, был бы у меня сейчас артефакт господина Броуди, я бы из этой «родственницы» всю правду вытрясла! Но, увы, пока придётся разбираться в ситуации без магического детектора лжи.

Если в блудливость отца верилось с трудом, то в любовные похождения матушки, о которой я знать ничего не знала – очень даже. Эта неразборчивая в связях особа вполне могла и ещё одно дитятко нагулять. А потом подбросить его, как и меня, незадачливому папаше. Или нет? Раз Саша в курсе нашего с ней родства, значит, она, в отличие от меня, с нашей ветреной родительницей общается. – И кто же она такая… наша мама?

Игла обиды кольнула в самое сердце, вызвав прилив раздражения и неприязни к полуголой взломщице и её комнатному ежу, обладавшему подозрительно крупной пастью. Зверушка возлегала на спинке дивана и снисходительно поглядывала на меня, будто это я тут за солью зашла, а они с мелкой нахалкой здесь живут.

Грум же… мой верный, грозный Грум… лишь тяжело вздыхал, бросая обречённые взоры на фиолетовую парочку. И ладно бы ежеподобный паразит просто лежал, так он же ещё и когти подрать надумал… демонстративно!

Вот тварь!

– Ар-р-ришерова петля! – зарычала я, чуя, что если Грум бездействует, я сама сейчас гадёныша покусаю.

– Не надо ругаться именем мамочки, – заявила Рисаш, не без усилий стаскивая с насиженного места свою в край обнаглевшую животинку и прижимая её к груди. Видать, вид у меня был поистине кровожадный, раз она за питомца испугалась.

Так, минуточку… к бесам питомцев. Наша мама… Аришер?!

– Хочешь сказать, что ты дочь богини ветров? – уточнила я, окончательно уверовав в подставу, которую кто-то мне устроил.

Узнаю кто – отомщу. Не менее изобретательно!

– Мы! Мы её дочери!

Ха! Вот бы папа посмеялся, узнай он, что провёл ночь с богиней.

– Врёшь и не краснеешь! Не стыдно, Саша? – попыталась воззвать к её совести я, но, скользнув взглядом по откровенному наряду визитёрши, поняла – этой точно не стыдно, раз она в таком виде не стесняется по улицам шастать. Не на ковре же самолёте она сюда прилетела, верно?

– Да не вру я! – возмутилась девчонка, стиснув в сердцах ежа. Тот придушенно крякнул, приоткрыв огромную пасть… с двойным набором острых мелких зубов и раздвоенным языком, который из неё выпал.

Нормальная такая сухопутная пиранья, скрещенная с кошкой, собакой и змеёй! Даже мой Грум на фоне этого гибрида меркнет, несмотря на габариты.

На всякий случай я проверила боевую готовность заклинаний, которыми, вероятно, придётся воспользоваться, выкуривая божественную «сестричку» вместе с её мутантом из моего дома. К бесам в топку такую родню! По ним зоопарк с психушкой плачут.

– Не смотри на меня так, я… Я не знаю, как тебе доказать, что мы родственницы, – продолжала убеждать Рисаш, только как-то неубедительно выходило. – У нас обеих есть необычные способности. И уши острые, как у мамы. Вот! – Она перекинула набок свою разноцветную гриву, демонстрируя мне ушко со вздетой в него серьгой. У тебя ведь тоже такие, да?

– Допустим. – Я всё ещё сомневалась. Не каждый день на голову валятся сёстры, заявляющие, что мы дочери богини. – Второй и третий вопросы по-прежнему без ответа. Ты как сюда попала, а, главное, зачем?

– Вариант: повидаться со старшей сестрой совсем не рассматриваем? – обнимая ежа, улыбнулась младшенькая.

– Не-а.

– Ладно, признаюсь… – вздохнула она. – Сбежала я. От бессовестного папани, решившего продать мою невинность какому-то богатенькому козлу. Видишь, как меня нарядили? – Она потрясла ожерельем, привлекая внимание к своей груди… которую не мешало бы прикрыть чем-нибудь ещё, помимо золотистых пластин в три ряда. – Я себя не для участи одноразовой наложницы столько лет хранила!

– Сколько именно лет?

– Двадцать два! – гордо вздёрнув носик, заявила девчонка.

– И для какой же участи ты себя хранила? – поинтересовалась я насмешливо. – Для мужа, небось, любимого…

– К гарпиям мужа этого… на закуску! Вот щедрый любовник без особых претензий – это да! То, что лекарь прописал! – выдало не по годам расчётливое создание.

Я в свои двадцать пять, повидав на работе всякого, до сих пор надеялась когда-нибудь встретить настоящую любовь… когда-нибудь потом, разумеется. А эта меркантильная особа мечтает повыгодней продать собственную девственность. Что за воспитание?! Как пить дать мамино!

– Зачем же ты тогда сбежала? Вроде ж папа как раз твоё желание и осуществил… вернее, попытался осуществить.

– Не моё, а своё! – недовольно буркнула Рисаш. – Проигрался опять в карты и решил за мой счёт должок вернуть. А не выйдет! Я и так его вечно из переделок вытаскиваю. Достало! На этот раз моё терпение лопнуло – сам пусть выпутывается.

– Не жалко папу? Карточный долг – не шутка.

– Не жалко! – подозрительно легко отмахнулась «сестрица». – Я была самым простым решением его проблемы, но не единственным. Выкрутится. Не впервой! – легкомысленно заявила она, поглаживая колючего монстрика, который едва ли не мурлыкал от удовольствия. – Мне о своей жизни думать надо… и желательно подальше от… некоторых, – добавила она после короткой заминки.

И кого имела в виду? Отца или несостоявшегося покупателя?

Так, о чём это я? Не хватало ещё проникнуться проблемами Рисаш, приняв за чистую монету её слезливую историю.

– И поэтому ты сбежала ко мне? – качнула головой я, покосившись на Грума. Тот снова вздохнул.

– Да!

– А если папа тебя и тут найдёт?

– Не найдёт! Он в другом мире остался, а портал открывать умею только я. – Девчонка приосанилась, довольная собой. Животинка её «мило» оскалилась, а Грум прикрыл лапой морду, издав тоскливое: «Гру», что с успехом можно было перевести, как «Мы попали, Эль, смирись», с чем я мысленно себя и поздравила.

Если мне дурят голову – то с большим размахом. Если же нет… ай, да лучше бы дурили!

– Портал, значит…

– Ага.

– Не телепорт или, может, космический корабль? – уточнила с иронией.

– Портал! – продолжала настаивать на своём гостья. – Обычный, божественный портал. Мама амулет подарила.

– Ах, мама… – прошипела я, начиная потихоньку звереть. Так откровенно мне лапшу на уши ещё не вешали. Боги, сёстры, порталы межмировые… – А ну надень-ка! – сняв жакет, я кинула его Рисаш, случайно накрыв её зверёныша. Ёж недовольно запыхтел, а его хозяйка нехотя накинула на плечи предложенную вещь. – Вот и отличненько! – коварно улыбнулась я, стаскивая её за руку с дивана. – Теперь дуй давай обратно в свой стриптиз-клуб или в дом желаний, из которого сбежала, и морочь там голову клиентам, а не мне.

– Я не морочу!

– Конечно-конечно…

Рисаш упиралась, а её сухопутная пиранья даже цапнуть меня попыталась, за что получила по носу, чему сильно удивилась. Несмотря на сопротивление, я всё-таки вытолкала обоих на улицу.

– Элли! – обиженно воскликнула лжесестричка, кутаясь в мой жакет.

Ёж смотрел на меня осуждающе, но не вякал.

– Всего хорошего! – попрощалась я, со стуком закрывая дверь.

Так-то лучше! Дом, мы с Грумом и…

– Это жестоко, сестрёнка.

Резко обернувшись, я обнаружила только что выдворенную из трейлера гостью на диване. Опять!

– Какого… – прошептала, окончательно осознав, что либо я сошла с ума, либо мир слетел с катушек. У меня ведь обычный трейлер, а не мобильный кусок подпространства. Как она умудрилась вернуться?

– Я же сказала, что пришла порталом. Он настроен… на тебя и на твой дом, – пояснила с запинкой Рисаш. Судя по загадочному виду, сказала она далеко не всё. – Можешь сколько угодно меня выгонять, я всё равно останусь с тобой. Всегда мечтала о сестре! – Она радостно улыбнулась, а я простонала:

– Этого мне только не хватало!

– Гру-гру, – гавкнул Грум, вновь предлагая смириться.

Да что за настроение у него? Мы и не таких чудищ во время службы побеждали, с этой липучкой тоже как-нибудь справимся.

– Ну, хорошо! – Взяв себя в руки, я принялась перебирать вещи в поисках чего-нибудь подходящего для Рисаш. Такого, чтобы не жалко было. – Если хочешь остаться, переодевайся и пойдём.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Бьёрны (бьёрн, бьёрна) – модифицированные люди, способные трансформироваться в полузверей. Зверолюды, оборотни. Названы бьёрнами в честь караверских прямоходячих медведей, издали напоминавших человека со звериной головой.

Вернуться

2

Колода Сиренити – волшебная колода древних гадальных карт, относящаяся к дарам богини Сиренити. До Акиллара Рурка этой колодой владели исключительно сирены.

Вернуться

3

Мирлинг – местный аналог всемирной сети.

Вернуться