«Будем надеяться на всё лучшее…»
Из эпистолярного наследия Д. С. Лихачева. 1938—1999

УДК 929Лихачев Д.С.(044.2)

ББК 7дЛихачев Д.С.ю14

Б90

Составители:

Е. В. Бронникова, Т. Л. Латыпова, Е. Ю. Филькина, С. О. Шмидт (научный руководитель)

Переписка Д. С. Лихачева с Ив. М. Кудрявцевым, Е. Б. и Е. В. Пастернак, М. Н. Тихомировым, С. О. Шмидтом, редакцией словаря «Славяноведение» подготовлена к публикации А. Н. Горяиновым, А. В. Мельниковым, Е. Б. Пастернаком, Е. А. Шингаревой

Под научн. рук. С. О. Шмидта

Сост., коммент. Е. В. Бронниковой, Т. Л. Латыповой, Е. Ю. Филькиной

«Будем надеяться на всё лучшее…»: Из эпистолярного наследия Д. С. Лихачева: 1938—1999. – М.: Новое литературное обозрение, 2024.

Наследие Дмитрия Сергеевича Лихачева – филолога-слависта, специалиста по древнерусской литературе, одного из столпов отечественной культуры и науки XX века – включает в себя множество разных жанров от монографий и статей до эссе и воспоминаний. Однако долгое время оставалась неизученной еще одна важная часть его рукописного наследия – эпистолярная. В этой книге публикуются письма Д. С. Лихачева и ответы его корреспондентов за период с 1938 по 1999 год. Среди адресатов – ученые, деятели культуры, друзья и издатели, государственные деятели (в том числе М. С. Горбачев и Б. Н. Ельцин). В публикуемой переписке нашли отражение важные научные дискуссии, которые велись устно и на страницах периодических изданий (о проблемах текстологии, подлинности «Слова о полку Игореве», методологии изучения русских летописей и др.), обсуждение серии «Литературные памятники», подготовка и участие в международных конференциях по гуманитарным наукам, в том числе съездах Международного комитета славистов и его Эдиционно-текстологической комиссии. Кроме того, письма дают представления о быте, интересах и образе жизни гуманитарной научной интеллигенции XX века, о дружеских связях Д. С. Лихачева и его современников.

Фото на обложке: Photo by the blowup on Unsplash

ISBN 978-5-4448-2427-6

© Российский государственный архив литературы и искусства, 2024

© Архив Российской Академии Наук, 2024

© Д. С. Лихачев, наследники, 2024

© Авторы, наследники, 2024

© Е. В. Бронникова, Т. Л. Латыпова, Е. Ю. Филькина, С. О. Шмидт, состав, комментарии, 2024

© С. Тихонов, дизайн обложки, 2024

© ООО «Новое литературное обозрение», 2024

Воспоминания и размышления о Дмитрии Сергеевиче Лихачеве

Дмитрий Сергеевич Лихачев одарил меня своим добрым расположением, искренним отношением, и я очень рад, что имел возможность общаться с ним, ощущать его редкостное обаяние. Мы были знакомы сначала внешне, а наше личное знакомство произошло совершенно случайно. В канун 70-летия, когда он был в опале, «невыездной», когда при массовом награждении к 250-летию Академии наук он был чуть ли не единственным академиком, которого не наградили, только две газеты откликнулись на его юбилей. И вот «Комсомолка» заказала мне статью о Лихачеве. Я ее написал. Он, конечно, не ожидал этого и был растроган. После этого он сказал как-то, что был бы рад встретиться, и я, конечно, обрадовался этому. Мы встретились в Ленинграде, потом в Москве и в подмосковном санатории Академии наук «Узкое», много гуляли. А потом случилось так, что он заболел, заболел тяжело и оказался в академической больнице. И я навещал его каждый день. Там Дмитрий Сергеевич стал на мне проверять свои готовящиеся воспоминания. Позже, когда возник Фонд культуры, мы регулярно встречались уже в Москве, гуляли по арбатским переулкам. Иногда садились вместе на каких-то конференциях, и я понимал, что служу своего рода защитой от просителей, потому что его постоянно одолевали, в лучшем случае автографами, а то и просьбами помочь в чем-либо.

Кажется, совсем недавно в Санкт-Петербурге в Конногвардейском манеже проходила книжная ярмарка. В рамках ее программы состоялось заседание, посвященное 275-летию типографии Российской Академии наук. В нем принимал участие академик Дмитрий Сергеевич Лихачев. Я тоже был приглашен. Он вспоминал, как начал работу в Академии наук корректором и редактором издательства после Соловков. Вспоминал с особой теплотой, может быть, еще и потому, что там познакомился с будущей женой Зинаидой Александровной, с которой прожил душа в душу до конца своих дней.

В моей домашней библиотеке замечательные труды Дмитрия Сергеевича занимают целую полку. И почти все книги украшают дарственные автографы. Вот очень дорогая для меня книга «Архитектурно-художественные памятники Соловецких островов» (М.: Искусство, 1980). На форзаце надпись: «Дорогому Сигурду Оттовичу Шмидту дружески. Д. Лихачев. 5.11.81». Автограф сделан в виде геометрической композиции. Но и это не все. Дмитрий Сергеевич вклеил свою зэковскую фотокарточку времен соловецкого заключения. Или вот еще книга «Русское искусство от древности до авангарда» (М.: Искусство, 1992). И тут ее тоже украшает художественно выполненный дарственный автограф. О чем это говорит? О том, что Дмитрий Сергеевич обладал не только литературным, но и художественным даром.

Уже тогда я отметил, как Дмитрий Сергеевич в любых условиях находит возможность получать новые впечатления от общения и с людьми, и с природой. Его размышления о соотношении природы и культуры, о путешествиях часто были навеяны такими впечатлениями. Это показывает, как человек такого масштаба продолжал все время подпитывать сам себя, обогащаясь природными впечатлениями, которые для него были не менее важны, чем результат культурной деятельности. Восхитительна его способность свежего восприятия людей, особо заинтересованного и доброго отношения к новым знакомым. Это выражалось и в его дарственных надписях – зачастую с рисунками – на книгах и оттисках статей (такие «маргиналии» его стали уже темой научных докладов). В Доме-музее Булата Окуджавы в Переделкине на книге о садово-парковых стилях «Поэзия садов» такая надпись: «Дорогому Булату Шалвовичу Окуджаве – самому замечательному, самому любимому, самому благородному на добрую память о незабываемой встрече в Стокгольме». В Стокгольм они были приглашены Нобелевским комитетом, необычайно понравились друг другу, о чем оба говорили впоследствии.

Кроме того, он обладал даром свежего прочтения известного, раскрывал в своих работах новые стороны творчества Пушкина, Жуковского, Достоевского. И потом, он сам был настолько масштабен и настолько ориентировался в пространствах и хронологии, что свободно мог представить себя, например, в Царском Селе, когда там был Царскосельский лицей. Это был необычайно даровитый человек, и в глубокой старости очень любознательный и способный к новым открытиям – и в науке, и в окружающих его людях, и в природе.

Многогранная деятельность Д. С. Лихачева утверждала значение личности ученого в общественной жизни. В нем счастливо совмещались крупнейший исследователь очень широкого спектра научных интересов от Средневековья до современности, организатор науки, создатель научной школы и просветитель, мастер слова, публицист, чутко и совестливо выражающий общественные настроения. Именно трудами Д. С. Лихачева, переведенными на многие языки и не раз переиздававшимися, в значительной мере определяются современные представления о развитии древнерусской литературы, ее взаимосвязях с общественно-политической мыслью и искусством той поры, о воздействии наследия Древней Руси на культуру последующих столетий. Ученому-специалисту исследования Д. С. Лихачева представляются высоким образцом эвристической деятельности в сфере гуманитарных наук.

Всегда восхищает в нем редкая способность в своих исследованиях касаться обширного круга тем. И когда он пишет о человеке в Древней Руси, о поэзии садов, о взаимосвязи литературы и изобразительного искусства, все это оказывается необходимым специалистам и в то же время – увлекательным и интересным – широкому читателю. Такое органическое сочетание глубокого и эрудированного дара исследователя и просветителя – редкость. Не только в русской, но и в мировой культуре. Все время встают в памяти и заседания редколлегии «Литературных памятников», и беседы во время прогулок в санатории «Узкое», и в арбатских переулках, не говоря уже о том, что утрачены советы и поддержка нашего мудрого современника в деятельности руководимых мною Археографической комиссии РАН и Союза краеведов России… В биографиях Жуковского и Лихачева заметно одно общее для них обстоятельство: оказавшись втянутыми в развитие собственно педагогической мысли, они оба имели широкое признание как знаменитые люди – поэт и ученый – и заслужили уже авторитет высокого человеческого достоинства. Всем было понятно, и во властных структурах, и в широком обществе, что это именно те мыслители, слову которых должно доверять, у кого можно учиться и само личное поведение которых, неиспользование приближенности к власти в личных целях внушало особое уважение.

Известно, что Д. С. Лихачев разгневался, когда в одной из статей к 90-летию ученого его роль в последние годы жизни определили как «роль наставника, учителя жизни», проповедника нравственного учения. Он не считал себя могущим исполнять роль проповедника и тем более казаться претендующим на такую роль. Но наставником, конечно, был. Понимая это, он начал свои «Письма о добром» такими словами: «Каждая беседа пожилого человека с молодыми оборачивается поучением. Положение всегда было таким и, вероятно, всегда таким и останется».

Д. С. Лихачев убежденно – на протяжении десятилетий – старался внушить представление о том, что в основе всего – нравственное начало, что этическое – в фундаменте вершинного в культуре, и значение эстетического (воплощаемого в памятниках художественной литературы и искусства) и того, что воплощается в созданном научной мыслью, во многом определяется степенью слияния с этическим. Нравственные представления, в русской культуре восходящие к написанному в Священном писании и усвоенному из патристики, для Д. С. Лихачева – и как ученого, и как человека – особо значительны в тех культурных традициях, непреходящее значение которых для жизни человека он неизменно старался показать в своих сочинениях и устных выступлениях.

Основательное понятие о вкладе Д. С. Лихачева в науку, о том, что особенно длительное время сохранится в ее фундаменте, что даст ростки новому или, напротив, не уцелеет с дальнейшим развитием научных представлений, сможет сложиться лишь через определенное время. Роль же его как «общественной личности» доступнее оценивать современникам, особенно тем, кто знает особенности времени и помнит черты ментальности тех десятилетий, когда Д. С. Лихачев жил. И самые крупные ученые, младшие современники его сочли своим долгом сейчас отметить именно это. Стоит привести характеризующие и «жизненный подвиг», и «человеческую суть» Д. С. Лихачева слова академика В. Н. Топорова, крупнейшего филолога широчайших исследовательских интересов, из статьи «Дмитрий Сергеевич Лихачев в контексте XX века». Статья глубоких мыслей, написанная ученым высокой нравственности, начинается так: «Оглядываясь назад и как бы проверяя великое наследие прошлого, не просто хранимое в закромах памяти мертвым грузом, но, напротив, такое, с которым постоянно и необходимо сверяется день нынешний, и поэтому живущее и действующее в настоящем, и смотря вперед в будущее с верой и доверием, он сам – и в этом, может быть, его главный жизненный подвиг – связывал это уже состоявшееся, но еще не исчерпанное в своем лучшем прошлое с подготавливаемым и выстраиваемым достойным будущим, обеспечивая преемственность традиции по обе стороны от настоящего». И далее о человеке, его поведении и его убеждении: «Скромный и сдержанный, исполненный чувством долга и ответственности, никак не политик, но знающий, что далеко не все зависит от нее, и что пространство, где политика встречается с более высокими духовными ценностями, теряет свою „злую“ силу, чуждый всякой преувеличенности, он шел своим особым подвижническим путем, зная о цене этого противостояния, о грозящих ему опасностях и претерпевая преследования и угрозы еще худшего». Его ресурсами были совесть, честь, человечность и негромкий голос, как раз и напоминавший о человеке и человеческом. Кажется, что для Дмитрия Сергеевича зло не имело онтологической природы. Возможно, он хорошо знал, что бытийственно только добро, что именно оно обладает высшей степенью подлинности, что сам человек по замыслу добр и открыт добру, и от него самого (к сожалению, не только от него, но и от зла, царящего в мире и извращающего эту добрую в своих возможностях природу человека) зависит, станет ли он таковым. И Дмитрий Сергеевич среди зла, распада и смрада тогдашней жизни учил добру и даже не столько учил (тем более – не поучал), сколько внятно говорил о нем, раскрывая его полноту, глубину, если угодно, естественность и пути достижения его. Этого добра силы зла боялись, кажется, не меньше, если не больше, чем их собственного обличения. Впрочем, служение добру, проповедь его среди все расширяющейся порчи, может быть, и есть если не кратчайший, то наиболее целесообразный путь обличения зла в сосредоточении на силу и красоту добра. Возможно, что и «педагогически» это весьма сильный ход: люди начинают сравнивать то и другое, и задача выбора между тем и другим приобретает особую актуальность и становится как бы собственным, личным открытием, никем не подсказанным, но свободным и добровольным, самостоятельно усвоенным себе новым опытом.

Д. С. Лихачев бывал и субъективен в суждениях, даже не всегда достаточно компетентен, отнюдь не безразлично и беспамятно относился к оценкам его личности и им содеянного. И должно противостоять попыткам сделать из него икону. Но еще важнее не поддаться воззрениям, свойственным тем, кого Д. С. Лихачев относил к «мещанству», особенно сравнительно молодым людям, не имеющим представлений о реальной жизни в «эпоху Лихачева» или желающим обратить внимание общества на себя хотя бы «обличением» знаменитости.

Возвеличивание с середины 1980‑х годов Д. С. Лихачева высшими лицами государства, проведение при их содействии акций в сфере культуры и слова признательности, сказанные им по этому поводу, вызвали у стандартно мыслящих и по существу идеологически ангажированных людей попытки изобразить это как следствие прислужничества перед властью или деяниями, инспирированными этой властью.

Академик С. С. Аверинцев счел в связи с этим необходимым напомнить об отношении Д. С. Лихачева к нему, высказывавшему мысли, не сходные с официозными, в этих трудных ситуациях, и сформулировать общие соображения о несостоятельности и примитивности подобных взглядов. Он повторил «неоднократно сказанное прежде, что неизменно встречал со стороны Дмитрия Сергеевича постоянную готовность помочь» в его «конфликтах с официозной идеологией; что готовность эта была неутомимой, а в ряде ситуаций должна быть без малейшего преувеличения названа отважной». И вслед за этим пишет: «Последнее подчеркиваю особо, поскольку мы уже слышим сегодня голоса, с нарочитым нажимом подчеркивающие в общественном поведении покойного черты расчетливости и осторожности; и нам, жившим в ту пору, боязно, как бы непуганые поколения не приняли всего этого за чистую монету. Само собой разумеется, что в советских условиях всякий, кто желал заниматься легальной академической и просветительской деятельностью, должен был соблюдать осторожность и рассчитывать свои шаги; это относилось решительно ко всем нам. Но вот границу между необходимой осторожностью и предосудительной оробелостью совесть разных людей проводила весьма по-разному; и эти различия, из сегодняшнего для почти неуловимые, тогда решали всё». Д. С. Лихачев в этих условиях вел себя так, что С. С. Аверинцев знал – «единственный представитель академического мира, к которому мне можно обратиться, – это он, больше не к кому. А это, – заключает С. С. Аверинцев, – наперед опровергает любые попытки тривиализировать его общественное поведение. Если бы делать то, что делал он, было бы и вправду уж так не опасно, не страшно, – почему же этого не делал никто другой среди лиц влиятельных? Если его роль была, как нас хотят уверить, чуть ли не предусмотрена, чуть ли не поручена ему советским официозом, – почему на эту роль не нашлось больше охотников?»

Академик Н. Н. Покровский в начале статьи памяти Д. С. Лихачева приводит его шутку последних десятилетий жизни, «когда самые именитые сановники государства почитали за честь появиться на телеэкране рядом с ним и Зинаидой Александровной, что он теперь немалое время работает как фирма добрых услуг „Заря“, помогая множеству ученых и целым научным коллективам добиваться справедливости во властных структурах», – и приводит как раз примеры того, как Д. С. Лихачев «занимался этим и раньше, когда иные из подобных ходатайств были для него не столь уж безопасны».

Когда обсуждалась программа празднования 200-летия со дня рождения Пушкина, все в Юбилейном комитете были единодушны во мнении, что открывать торжественное заседание должно словом Д. С. Лихачева, тем более что он с 1983 г. был председателем Пушкинской комиссии Академии наук СССР. К весне 1999 г. Д. С. Лихачев уже начал заметно слабеть, трудно было ехать в Москву, тем более выступать перед такой большой аудиторией. Неуверенно произносили имена других виднейших деятелей современной культуры, сознавая, что они вне сравнения со знаковым именем Лихачева. И очень обрадовались, когда предложили попросить выступить Д. С. Лихачева перед телеэкраном – и празднование в Большом театре 6 июня 1999 г. началось с демонстрации (в цвете, во всю ширину огромного занавеса) Дмитрия Сергеевича, говорящего о Пушкине в своем кабинете в Пушкинском Доме, других выступлений не было – остальное время отвели для концерта.

Образ Дмитрия Сергеевича Лихачева остается в благодарной нашей памяти, а содеянное ученым и писателем – в фундаменте современной культуры. Хотелось бы, чтобы жизнь и творчество его воспринимались и как нравственные вершины. Д. С. Лихачев писал и говорил не раз, что XXI век будет веком гуманитарного знания, а Россия – страна великой гуманитарной и гуманистической культуры, и главным его устремлением было, чтобы и прошлое и настоящее служили Будущему.

С. О. Шмидт,

академик Российской академии образования

От составителей

Рукописное наследие Д. С. Лихачева, выдающегося отечественного просветителя XX века, крупнейшего специалиста в области древнерусской литературы, общественного деятеля, председателя правления СФК, имеет непреходящее значение. Год от года не ослабевает интерес к трудам и к личности самого ученого. Лихачев был поистине «народный академик»a, сумевший удивительным образом сочетать научные исследования в области древнерусской литературы, текстологии, отечественной истории с широкой общественной деятельностью в области гуманитарной науки и культуры.

Монографии, статьи, очерки, эссе, воспоминания Лихачева широко публиковались при его жизни и переиздаются до сих пор. Между тем такая важная часть его творческого наследия, как переписка, остается неизвестной ни специалистам, ни тем более широкому читателю. Он был лично знаком и поддерживал дружеские и научные контакты с советскими и зарубежными учеными, писателями, музыкантами, художниками, государственными и общественными деятелями. Издание эпистолярного наследия Лихачева необходимо не только для изучения жизни и творчества ученого, но и для реконструкции и понимания научной и общественной жизни второй половины XX века.

Лихачев как специалист-филолог чрезвычайно высоко оценивал исследовательский потенциал эпистолярных источников Нового и Новейшего времени. По аналогии с серией «Литературные памятники» на рубеже 1970–1980‑х годов он попытался начать новую академическую серию «Эпистолярная культура». Это начинание опережало эдиционную практику своего времени и поэтому не было поддержано академическим сообществом. Лихачев писал о своих нереализованных планах:

Я говорил на Общем собрании Отделения АН и на «ученом» совете ИРЛИ – надо начать серию «эпистолярная культура», в которой издавать письма как «маленькую литературу», ибо большая литература обогащается «маленькой». Письма, которые писатель пишет, не думая и не переписывая их, – основа его больших, парадных писаний. Исследователь ведь всегда идет по черному ходу: он дворник и кухарка в литературе […] Но серии «эпистолярная культура» не добился. А ведь она интересна и для древней русской литературыb.

В данном контексте представляется чрезвычайно важным и правомерным с этической точки зрения изучение и введение в научный оборот эпистолярного наследия самого Лихачева. Хорошо понимая значение своего обширного архива, он еще при жизни начал передавать документы в Рукописный отдел ИРЛИ (Пушкинский Дом) АН СССР. Проблемы сохранения и дальнейшего использования документов он обсуждал в переписке со своим младшим современником, текстологом, сотрудником ИМЛИ, членом редколлегии серии «Литературные памятники» А. Л. Гришуниным:

Я открыл свой фонд в Пушкинском Доме. Малая часть его описана, большая – будет разбираться невесть когда. Я на это и рассчитываю. Когда дело дойдет до моих писем, корреспондентов и вообще всех лиц, в письмах затронутых, не будет уже в живых. Не думаю, что у Вас будет иначе, и письма Ваши станут доступны Вашим неприятелям.

У меня переписка с Шкловским, Кавериным, Чуковским, Дорошем, Заболоцким, полно писем иностранных славистов […]. Не думаю, чтобы все выбросили, хотя мусора предостаточно. После войны я ничего не уничтож[ал]c.

Переписка из личного архивного фонда Д. С. Лихачева в РО ИРЛИ (Ф. 769) не была использована при подготовке сборника, поскольку еще не завершено научное описание фонда. Изучение и публикация его эпистолярной части – дело будущего. Работа по выявлению писем Лихачева вне его личного архивного фонда и других фондов РО ИРЛИ, прежде всего в архивных собраниях Москвы, началась в 2006 году – в год 100-летнего юбилея Дмитрия Сергеевича. Инициатором и идейным вдохновителем подготовки к изданию писем ученого был академик РАО, доктор исторических наук, председатель Археографической комиссии РАН, профессор РГГУ Сигурд Оттович Шмидт (1922–2013). В книге публикуются 60 писем Лихачева Шмидту, написанные в период с 1953 по 1998 год, и воспоминания Шмидта о Лихачеве.

Составители настоящего сборника предприняли попытку выявления, комплексного исследования и введения в научный оборот прежде всего той части переписки Лихачева, которая находится на государственном хранении в фондах его корреспондентов, преимущественно москвичей – историков, археологов, литературоведов, лингвистов, фольклористов, писателей, переводчиков, актеров, художников и др. Выявление материалов проходило в архивохранилищах Москвы (РГАЛИ, Архиве РАН, Архиве Президента Российской Федерации, Музее МХАТ, ЦГА гор. Москвы, ОР РГБ, Архиве ДРЗ). Кроме того, в сборник включены письма из Государственного архива Владимирской области, Опочининской библиотеки (г. Мышкин Ярославской обл.), Государственного музея-заповедника М. А. Шолохова (ст. Вешенская Ростовской обл.).

В фондах РГАЛИ были выявлены и отобраны для публикации письма Лихачева литературоведам А. А. Белкину, Б. А. Введенскому, А. Л. Гришунину, А. Л. Дымшицу, В. В. Жданову, И. С. Зильберштейну, В. Я. Кирпотину, С. Л. Львову, В. Н. Марковой, Р. М. Наппельбаум, В. Н. Орлову, С. А. Рейсеру, Н. Л. Степанову и его жене Л. К. Степановой, М. Б. Храпченко, Б. М. Эйхенбауму, фольклористам Д. М. Молдавскому и В. И. Чичерову, писателям В. П. Беляеву, С. П. Боброву, И. А. Новикову, А. А. Суркову, А. Т. Твардовскому, В. Т. Шаламову, В. Б. Шкловскому, художнице Т. А. Мавриной и др. Наиболее значительной по объему и содержанию частью сборника является переписка Д. С. Лихачева и литературоведа А. Л. Гришунина.

В фондах Архива РАН были выявлены письма Лихачева филологам А. И. Беличу, В. И. Борковскому, В. В. Виноградову, А. М. Еголину, М. Б. Козьмину, пушкинисту Д. Д. Благому, фольклористу П. Г. Богатыреву, историкам М. А. Алпатову, М. В. Нечкиной, М. Н. Тихомирову, Л. В. Черепнину, Н. В. Устюгову, В. И. Шункову, византинисту З. В. Удальцовой, японистам Н. И. и Нат. И. Конрад, археологу А. В. Арциховскому, в Археографическую комиссию АН СССР, в редакцию биографического словаря «Выдающиеся деятели нашей Родины».

В Музее МХАТ хранится переписка Лихачева с актером И. М. Кудрявцевым, который интересовался проблемами изучения «Слова о полку Игореве» и написал статью для ТОДРЛ. Публикацию писем Лихачева Кудрявцеву подготовила сотрудница Музея МХАТ Е. А. Шингарева, документы прокомментированы сотрудницами Отдела древнерусской литературы ИРЛИ И. М. Смирновой и Л. В. Соколовой.

В сборник также включены письма сотруднице Соловецкого музея С. В. Вереш, опубликованные в журнале «Наше наследие» и хранящиеся в настоящее время в ЦГА г. Москвы; письма к Г. А. Лебедевой и жителям г. Мышкина из собрания Опочининской библиотеки; письма к искусствоведу Н. Н. Воронину из фондов ГАВО; письма в редколлегию биобиблиографического словаря «Славяноведение в СССР».

Выявление документов для сборника проводилось в Архиве Президента РФ и РГАНИ, а также в архивном фонде СФК, хранящемся в РГАЛИ (Ф. 3384). Всего для публикации был отобран 41 документ – письма и обращения Лихачева, в том числе коллективные, в партийные и государственные органы, персонально к М. С. Горбачеву, Б. Н. Ельцину и некоторым другим общественным и государственным деятелям по вопросам развития и сохранения отечественной культуры (1975–1999).

Свои письма Дмитрий Сергеевич либо писал от руки (при этом часто извинялся за почерк), либо печатал их на машинке. При публикации способ воспроизведения оговаривается после архивного шифра.

В фондах некоторых корреспондентов Лихачева сохранились черновики писем к нему, включенные в настоящий сборник, в связи с чем эпистолярий в ряде случаев приобретает характер взаимной переписки (переписка с Н. К. Гудзием, Д. Д. Благим, В. И. Борковским, А. Л. Гришуниным и др.). Термин «переписка» употребляется и для эпистолярных комплексов, включающих наряду с письмами Лихачева хотя бы одно письмо или телеграмму / дарственную надпись его корреспондентов. В Музее МХАТ сохранились черновики практически всех писем Кудрявцева Лихачеву, однако из‑за значительного объема опубликовать их полностью в рамках данного издания не представляется возможным, поэтому в сборник вошло только самое первое письмо Кудрявцева, положившее начало многолетнему диалогу актера и ученого; в остальных случаях публикуются только их фрагменты.

Вошедшие в сборник письма посвящены во многом научным вопросам. В них нашли отражение научные дискуссии, которые велись в свое время устно и на страницах периодических изданий (о проблемах текстологии, методологии изучения начального свода русских летописей и др.). Лихачев писал академику В. В. Виноградову о том, что всю жизнь участвовал в научных спорах: «Я люблю споры в науке»d. Наибольшую остроту имели вопросы изучения «Слова о полку Игореве» (письма Н. К. Гудзию, И. М. Кудрявцеву, В. И. Шункову, В. В. Виноградову и др.), проблемы текстологии и работы международной и советской эдиционно-текстологических комиссий (переписка с А. Л. Гришуниным, В. И. Борковским, письма к В. С. Нечаевой и др.).

Несколько десятилетий своей жизни ученый посвятил фундаментальной книжной серии «Литературные памятники», встречая в работе много препятствий (см. переписку с А. Л. Гришуниным, письма Н. И. Конраду). Для пользы дела он вынужден был не раз искать компромиссы и идти на уступки. Об этом читаем в одном из писем блоковеду В. Н. Орлову:

[…] я как председатель серии часто становлюсь жертвой разного рода хамства и не ухожу из председателей, так как хочу, чтобы дело продолжалось и чтобы хоть что-то интересное выходило. Приходится прятать самолюбие в карман. Хоть я и председатель, но разные согласования происходят в Москве, и московские члены редколлегии творят что хотят. Мне приходится отменять часто их решения, но они ходят к вице-президенту, докладывают, и тот уже дает распоряженияe.

Лихачев, страстный защитник отечественной культуры, прекрасный организатор науки, в годы перестройки возглавил СФК. Многие вопросы, которые нужно было решать на этом посту, нашли отражение в его обращениях к первым лицам государства – М. С. Горбачеву и Б. Н. Ельцину. Но это почетное и важное начинание стало одним из самых больших разочарований в многотрудной жизни ученого. В этом он признавался в одном из писем Гришунину: «В „Узкое“ мы не поедем: не дают мне покоя дела РФ Культуры. […] 5 лет потеряны. Столько волнений, загубленного времени, нервов, здоровья!»f

Многие корреспонденты Лихачева бережно сохраняли все его письма, в том числе поздравительные открытки и телеграммы. Дмитрий Сергеевич был человеком внимательным: сохранилось множество его поздравлений с праздниками – с Первым мая, годовщинами Октябрьской революции, юбилеями, присуждением научных званий и правительственных наград, но особенно часто он поздравлял своих друзей и знакомых с Новым годом. Встречаются поздравления с днем ангела (см. поздравление Н. М. Малышевой), со светлым праздником Пасхи (см. поздравление Н. И. Конраду). Лихачеву нравились художественные открытки, он чаще всего выбирал не стандартные поздравительные бланки, а открытки с видами Ленинграда (площадь Стачек, здание ГПБ, Казанский и Исаакиевский соборы и т. п.), Новгорода и других городов, репродукциями картин (А. Г. Венецианова «Крестьянские дети в поле», М. В. Добужинского «Петербург. В ротах Измайловского полка», П. В. Кузнецова «Стрижка баранов», М. Ф. Ларионова «Рыбы на закате», Е. Е. Лансере «Корабль времен Петра I», А. Матисса «Красная комната», В. А. Фаворского – иллюстрация к «Слову о полку Игореве»), воспроизведениями исторических документов («Воинский артикул 1714 г. с собственноручной правкой Петра I», письмо П. И. Чайковского к А. П. Чехову от 20 октября 1889 г. из собрания ГБЛ) и др. Текст поздравлений Дмитрия Сергеевича, как правило, краток и лаконичен, для публикации были выбраны те, в которых кроме традиционных поздравлений и пожеланий есть еще и какие-либо значимые слова и добавления.

«Выразить себя и свое» (как писал Лихачев Шаламову)g, запечатлеть не только свою эпоху, но и времена давно прошедшие в полной мере удалось Дмитрию Сергеевичу – в научных монографиях, статьях, публикациях древнерусских памятников, воспоминаниях… Определенное место в этом ряду предстоит занять и эпистолярному наследию ученого, той «маленькой литературе», без которой невозможно проникновение в литературу большую.

***

В сборник вошло 896 писем, в том числе 760 писем Лихачева к 149 адресатам, написанных, за редким исключением, со второй половины 1940‑х по 1999 год. Книга состоит из трех разделов. Первый, самый большой, раздел включает переписку Лихачева с разными адресатами – с учеными и деятелями культуры. Документы этого раздела расположены по хронологии первого письма каждого публикуемого эпистолярного комплекса. Во второй раздел вошла переписка Лихачева и Гришунина. В третий раздел, «Письма и обращения Д. С. Лихачева по общественным вопросам», вошли обращение Лихачева и Л. А. Дмитриева в ЦК КПСС, письма и обращения Лихачева как председателя правления СФК и примыкающие к ним письма последних лет жизни к Президенту Российской Федерации Б. Н. Ельцину.

Письма публикуются по нормам современной орфографии и пунктуации с сохранением авторских стилистических особенностей (например, в письмах В. Б. Шкловского). Сохраняется авторское написание отдельных слов или предложений по старой орфографии («въ крѣщении», «всѣ», «ко святѣи Софiи» и т. д.). Подписи и даты выделяются курсивом.

Как правило, курсивом воспроизводятся все авторские выделения в тексте (подчеркивание, разрядка, выделения другим цветом); подчеркивания и другие выделения, сделанные в письмах Лихачева его корреспондентами, оговариваются в подстрочных примечаниях.

Знаком купюры […] обозначены сделанные в ряде случаев пропуски (реальные адреса и телефоны и т. п.). В текстах документов сокращения раскрываются в прямых скобках [], общепринятые сокращения не раскрываются. Во вступительных статьях и комментариях используются унифицированные сокращенные названия учреждений, общественных организаций, изданий и т. п., расшифровка которых приведена в списке сокращений.

Усеченные даты в тексте писем дополняются ([19]64 г.), при этом дата письма приводится такой, какая она есть в документе (6.XI.67).

Если письмо не имеет авторской датировки, после архивного шифра оговариваются основания составительской датировки. Делопроизводственные пометы на письмах, как правило, не воспроизводятся, информация о них приводится в тех случаях, когда они являются основанием датировки.

Все приложения к письмам (воспоминания, официальные письма и отзывы) в основном помещены в комментарии. В указателе имен страница с биографической справкой имеет шрифтовое выделение; при первом упоминании лица, переписка с которым воспроизводится в сборнике в дальнейшем, делается отсылочный комментарий к публикуемому эпистолярному комплексу.

В сборнике воспроизводятся фотографии адресатов и корреспондентов Лихачева, а также факсимиле отдельных страниц некоторых документов из фондов РГАЛИ, Архива РАН, ЦГА г. Москвы, ОР РГБ, Научной библиотеки МГУ, Музея МХАТ.

Книга снабжена списками сокращенных слов, адресатов и корреспондентов Лихачева, архивных фондов, документы из которых включены в сборник; хронологическим указателем писем и указателем имен.

Авторский коллектив благодарит сотрудников Архива Президента РФ, Фонда им. Д. С. Лихачева, РГАНИ, ЦГА гор. Москвы, ГАВО, ОР РГБ, ОР РНБ, Архива ДРЗ им. А. И. Солженицына, Музея МХАТ, Научной библиотеки МГУ; лично Л. М. Бабаеву, Л. Н. Бодрову, Г. М. Малинину, А. И. Орлова-Сокольского, И. Л. Решетникову, О. В. Турбину (РГАЛИ), О. Б. Бокареву, В. Г. Бухерта, Н. М. Осипову (Архив РАН), М. К. Кустову (ЦГА г. Москвы), М. А. Котенко, В. В. Леонидова, И. Е. Розанову (ДРЗ им. А. И. Солженицына), Е. А. Конюхова (Музей МХАТ), С. А. Ипатову, М. В. Рождественскую (ИРЛИ), Е. В. Иванову, Н. В. Корниенко, А. Л. Налепина (ИМЛИ), С. Г. Нелиповича (ИРИ), М. А. Робинсона (Институт славяноведения), В. Ю. Афиани, Д. М. Фельдмана (РГГУ), О. К. Землякову (РФК), Т. И. Алякину (РГБ), И. Н. Тишину (ГПИБ), Н. М. Тищенко (Государственный музей-заповедник М. А. Шолохова), Г. С. Ланцузскую (Зональная научная библиотека Воронежского государственного университета), Т. В. Генде-Роте, оказавших неоценимую помощь при составлении и комментировании книги.

Мы особенно признательны Вере Сергеевне Тольц-Зилитинкевич за поддержку издания.

Е. В. Бронникова, Т. Л. Латыпова

РАЗДЕЛ I
ИЗ ПЕРЕПИСКИ Д. С. ЛИХАЧЕВА С УЧЕНЫМИ И ДЕЯТЕЛЯМИ КУЛЬТУРЫ
25 НОЯБРЯ 1938 – 29 ДЕКАБРЯ 1998

Переписка Д. С. Лихачева и И. У. Будовница

Исаак Уриелевич (Уриелиевич) Будовниц (1897–1963) – историк, редактор, издательский работник. Учился в рязанской гимназии (1914–1917). С сентября 1916 по апрель 1917 г. работал корректором в типографии Пинеса (Рязань), а в апреле – октябре 1917 г. – наборщиком типографии «Наше слово» (Москва). Переехав в Петроград, служил переводчиком Комиссариата по еврейским делам и секретарем журнала «В мастерской природы» (ноябрь 1917 – март 1919). Одновременно был слушателем петроградской Военно-медицинской академии (1917–1921) и студентом Института народного хозяйства (1917–1922). В марте 1919 г., прервав учебу, вступил добровольцем в ряды Красной армии, служил в санитарной части Губздрава, эвакопункте Варшавского вокзала, 4‑м полку, в боях за Пулково был контужен. Демобилизовавшись в октябре 1922 г. и закончив обучение в институте, работал в «Красной газете» (1920–1932), в ленинградском отделении газеты «Правда» (1923–1926). Был корреспондентом, заместителем заведующего отделов советского строительства и информации редакции газеты «Известия» (май 1932 – январь 1937). В 1920–1930‑е годы он опубликовал около 800 подписных статей и очерков, несколько книг и брошюр научного и научно-популярного характера, в том числе о проблемах сельского хозяйства, о Русском Севере, о Сванетии, Ярославле и т. д.

В декабре 1937 г. перешел на работу в Издательство АН СССР, до сентября 1938 г. был старшим редактором выпуска книг по общественным наукам. В этот период он, скорее всего, и познакомился с Д. С. Лихачевым.

В сентябре 1938 г. по приглашению Б. Д. Грекова стал ответственным секретарем «Исторических записок» Института истории АН СССР, в мае 1940 г. переведен на должность заведующего редакцией «История СССР»a. В 1941–1944 гг. находился в эвакуации в Альметьевском районе Татарской АССР. Вернувшись в Москву в марте 1944 г., возобновил работу в Институте истории, был редактором «Исторических записок» вплоть до выхода на пенсию в октябре 1958 г. 15 января 1945 г. защитил кандидатскую диссертацию на тему «Русская публицистика XVI в.». Автор более 40 научных работ по истории общественно-политической мысли Руси XI–XVI вв., в их числе статьи «Идейное содержание „Слова о полку Игореве“» (Известия АН СССР. Отделение истории и философии. 1950. Т. 7. № 2. С. 147–158), «Идейная основа ранних народных сказаний о татарском иге» (ТОДРЛ. Т. XIV. С. 169–176), книги «Русская публицистика XVI в.» (ответственный редактор Б. Д. Греков, 1947), «Общественно-политическая мысль Древней Руси (XI–XIV вв.)» (1960), «Словарь русской, украинской, белорусской письменности и литературы до XVIII века» (1962), «Монастыри на Руси и борьба с ними крестьян в XIV–XVI вв.» (1966) и др.

Будовниц был авторитетным редактором научной литературы, исключительно бережно относившимся к авторам и авторскому стилю. Под его редакторством вышли 10‑й том ТОДРЛ (1954), монографии Б. Д. Грекова «Крестьяне на Руси», Л. В. Черепнина «Русские феодальные архивы XIV–XV веков» и др., ставшие классикой отечественной историографииb.

В ОР РГБ сохранилось 72 письма Лихачева Будовницуc, из которых для публикации в настоящем издании выбраны 23; также публикуются 2 письма Лихачева к И. В. Будовниц, 5 писем и 2 телеграммы Будовница Лихачевуd.

1. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу 25 ноября 1938 г

Дорогой Исаак Уриелиевич!

В последние дни в ленинградских институтах АН в связи с «событиями» в Издательстве неоднократно поминалось Ваше имя. Люди выражают надежду, что Вы вернетесь в Издательство¹.

«Движение» это за Вас – получило даже несколько экспансивные формы. Некий милый и бескорыстный чудак, который даже Вас ни разу не видел и которого Вы, по-видимому, не знаете – Яков Максимович Каплан², во время последнего приезда В. Л. Комарова³ добился у него аудиенции и просил Комарова, чтобы Вас снова взяли в издательство. Каплан этот – необыкновенный Дон Кихот. Все это он проделал исключительно в интересах дела. Комаров (тепло относящийся к Каплану) обещал, что Вы будете работать в Изд[ательст]ве.

Завидую Вашей репутации.

Наш недоучка-семинарист Даев⁴ мелкой дрожью дрожит за свою шкуру и ищет, на кого бы опереться. Даев ужом вьется перед некоторыми своими подчиненными, о которых он знает, что Комаров с ними здоровается за руку. Кстати, он будто бы получил какую-то нахлобучку из‑за меня, но в чем она выражалась – не знаю.

Институтом литературы я доволен – главное, что «атмóсфера» – совсем иная⁵.

Привет! Как поживает наш Яков Юльевич⁶? Тоже трясется?

Ваш Д. Лихачев 25/XI

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41. Л. 1 и об. Автограф. Датировано по содержанию. Приложена записка неустановленного лица: «1938 г. И[саак] У[риелевич] по просьбе Б. Д. Грекова перешел на работу в Ин[ститу]т истории АН СССР» (Л. 1а).

2. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу 1 июня 1947 г

Дорогой Исаак Уриелиевич!

Плохо себя чувствовал в последнее время – болела язва двенадцатиперстной кишки (нарушил диету при переезде на дачу в Сестрорецк). Поэтому запоздал Вам с ответом. В прошлую субботу¹ получил № «Вопросов истории»² с рецензией на «Культуру Руси»³ и тотчас же написал ответ⁴, который послал Волгину⁵, Городецкому⁶ в ЦК и в редакцию с просьбой напечатать. В рецензии мне приписан безумный тезис о превосходстве др[евне]русск[ой] культуры над западноевропейской, мои фразы переделаны, вырваны из контекста, оборваны на запятой. Я это все вскрыл и показал невежество (элементарное невежество Тихомирова). Так как недобросовестность рецензента совершенно явная (в цитатах из меня заменяет одни слова другими и т. п.), то надеюсь, что редакция напечатает ответ, если же откажется, то обращусь с жалобой к Вавилову⁷, так как Вавилов недавно в № 1 «Сов[етской] книги»⁸ писал, что на недобросовестные отзывы ответы авторов должны печататься⁹. Ответ же мой имеет не только личный интерес, но и общественный, поскольку в моем ответе затронуты принципиальные вопросы (я пишу о том, как следует ставить вопрос об отставании русской культуры – при общем отставании были стороны, в которых Русь опережала З[ападную] Е[вропу] – образование централиз[ованного] гос[ударства], что является несомненно и фактом культуры).

Главы Еремина¹⁰ в «И[стории] р[усской] л[итературы]»¹¹ неплохие, но неплохой была и редакция их. Прочтите же его статью о «Слове о полку Иг[ореве]»¹² («Слово» – написано в традициях византийского светского красноречия) и о «Пов[ести] вр[еменных] лет»¹³. Иоффе¹⁴ когда-то прославился как формалист-загибщик¹⁵ (книжка «Культура и стиль»¹⁶ и др.). Человек он не умный, перепевал немцев (гл[авным] образом, Вёльфлина¹⁷). Очень рад за Д. Н. Альшица¹⁸. Он мне приятен и лично, и как молодой ученый с несомненным будущим. У него и боевые ордена¹⁹, и хорошая научная школа (Приселков²⁰). Держится скромно, много работает, не халтурит. Он аспирант в Публ[ичной] библиотеке²¹. Очень надеюсь, что из него выйдет специалист по летописанию. Гудзий²² говорил мне, что Базилевич²³ помещает на мою «Культуру» хорошую рецензию в «Сов[етской] книге»²⁴. То же делает в «Вестнике АН» Воронин²⁵. Боюсь только не испугались бы в «В[естнике] АН» статьи Тихомирова. Кстати, в своем ответе упомянул, что издаваемые Тихомировым «отрывки»²⁶ для истории летописания дать ничего не могут, так как по ним нельзя судить о списках, и что издатели Полн[ого] собр[ания] р[усских] лет[описей] потому именно и отказались давно от манеры печатать летописи в извлечениях. Это отход на столетие назад.

Защита откладывается на осень²⁷, т. к. Гудзий не успеет прочесть работу, а к тому же он должен ехать в июне в Киев. В среду должен получить ответ от Друзина²⁸ (он теперь главное лицо в «Звезде») о согласии журнала печатать рецензию на Вашу книгу²⁹. Если не выйдет, то буду помещать в ж[урнал] «Славяне»³⁰ через Вознесенского³¹.

Спасибо за указание о «Галиции».

Привет супруге³². Я очень жалею, что не повидался с нею, чтобы показать ей наш Музей. Мне было бы самому интересно это, так как ни разу еще в нем не был после войны. Говорят – он в жалком состоянии³³.

Ваш Д. Лихачев 1.VI.47

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41. Л. 2 и об. Авторизованная машинопись.

3. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу. Июнь – июль 1947 г

Дорогой Исаак Уриелиевич! Получил Ваши обстоятельные замечания, за которые очень Вам благодарен: все это мне очень нужно¹. Большинство замечаний принимаю – они верные. Фраза «среднев[ековье] – это эпоха сталк[ивающихся] контрастов…»² – нелепа. Получилась же эта нелепость, так как за ней пропущено 7 страниц, в которых я характеризовал основные противоречия средневековья. Затем я решил не брать на себя такой ответственности и выкинул их. Вот и получились бесконечные «поэтому» из одной, по существу пустой, фразы. Вы это заметили опытным глазом, а рецензенты всѣ пропустили. Недостатки метода Шахматова у меня охарактеризованы³, но после грубых выпадов против Шахматова Мавродина⁴ и Еремина (см. только что вышедшую формалистскую работу его «Повесть вр[еменных] лет») я убрал соответствующую страницу, чтобы не давать пищи тем из историков, которым легче Шахматова обругать, чем его читать. Фраза об угрозе политической самостоятельности Руси нехороша⁵, но идеологический нажим на Русь был очень силен вплоть до XV в. Стремления (отнюдь не реальные и беспочвенные) считать Русь в вассальных отношениях к Византии, безусловно, были. Если хотите – укажу Вам множество фактов. Конфликты Печ[ерского] монастыря с князьями засвидетельствованы не только Патериком⁶, но и летописью⁷, а в ней нет шаблона. А ссылка (дважды) Никона в Тьмутаракань⁸, причастность печерян к восстанию киевлян⁹, арест игумена Ивана¹⁰ и т. п.? Безусловно – внутри монастыря шла также борьба. Характеристика м[онасты]ря как «органа» киевлян безусловно преувеличена¹¹. Повесть 1409 г.¹² направлена против московского князя (отражая борьбу церкви и государства), но не против Москвы или москвичей. Со всеми остальными Вашими замечаниями я согласен и очень Вам за них благодарен.

К сожалению, не могу сделать таких же обстоятельных замечаний по Вашей книге¹³, так как очень заела заключительная и нудная возня с диссертацией: корректуры, аннотации, тезисы и пр. Книга мне очень нравится. Нравится особенно потому, что этими темами до сих пор занимались только литературоведы или, вернее, книговеды, вносившие сюда жуткую наивность. В Вашей книге подкупает цельность всей картины, оценка историка, истолкование всей этой обширной литературы в связи с классовой борьбой своего времени, на широком историческом фоне. Написана книга очень живо и читается с интересом. Крестьянский вопрос в публ[ицистике] XVI в. стал для меня ясен только после Вашей книги. Расхождения у меня с Вами, во-первых, в понимании движения жидовствующих¹⁴. Я ими долго занимался и пришел к убеждению, что это не ересь в нашем смысле этого слова¹⁵. Это умственное течение – отголосок гуманизмаa, – пришедшее к нам только в интеллигентскую (как и гуманизм на Западе), а не в народную среду (в отличие от стригольничестваb, ¹⁶ – действительно распространенного среди широких слоев ремесленников) из Литвы от литовских евреев по преимуществу, захваченных гуманизмомc. Вот почему движениям жидовствующих сочувствовали и Зосима¹⁷, и Иван III¹⁸ – ереси они бы не сочувствовали по положению (где же тут бюргерство?). Ересью все это было объявлено для обвинения… Все, что пишет Иосиф Вол[оцкий]¹⁹, Геннадий²⁰ и пр. – все вранье. О движении жидовствующих свидетельствуют лучше всего их переводы, их литература: это не литература для широких масс. Конечно, вольное отношение к религии было, но вольность эта не от еретичества (безбожник или вольнодумец – не еретик), а от пронизывавших светских интересов. Я не могу подробно аргументировать Вам здесь свою точку зрения: конспективно, в сильном сокращении она изложена у меня в «Истории русской литературы», [в] части I тома II. Второе мое несогласие с Вами – это по поводу теории «Москвы – третьего Рима»²¹. Третьим Римом официальными кругами Москва стала называться только при Алексее Михайловиче²². Оф[ициальная] же точка зрения в XVI в. отлична от точки зрения Филофея²³. Вообще характеристики, до сих пор принятые, офиц[иальной] идеологии Москвы XV–XVI вв. соединяют несоединимое, уничтожают оттенкиd, иногда важные: в посланиях Филофея выражена вовсе не та же самая идеология, что в «Сказании о князьях Владимирских»²⁴ или в Никоновской летописи²⁵. Хотя эти идеологии и родственные, так как все они зависят от средневек[овых] представлений о смене царств. В изучении этих гос[ударственных] теорий следует дифференцировать и дифференцировать! Здесь тоже есть разность идеологий. Филофей и Василий III²⁶ стоят на разных кл[ассовых] позициях. Знаете ли Вы, кстати, кто такой Максим Грек²⁷? – Посм[отрите] «Ревю дез етюд слав» (простите, у меня нет иностр[анного] шрифта на машинке) 1944 г., т. 21e, ²⁸. Это мои главные замечания. Мелочи отпишу потом – пора спать! Хочу написать на Вашу книгу рецензию. Как только я с ней бегло познакомился – сразу же запросил «Сов[етскую] книгу», но ответа не получил, сейчас попытаюсь в «Звезде»; очень хочется пропагандировать Вашу книгу²⁹.

Защита моя задерживается: Гудзий очень занят, боюсь, придется отложить на осень.

Желаю Вам дальнейших успехов. Уже эта Ваша книга будет единственным, широко принятым пособием, а не только исследованием, для лекторов, учителей, студентов и т. д.

Ваш Д. Лихачев

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41. Л. 3 и об. Машинопись с правкой автора. Датировано по содержанию.

4. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу 17 января 1948 г

Дорогой Исаак Уриелиевич!

Сердечное спасибо за поздравление. Переживаний на защите было очень много¹. Скрипиль² внезапно прочел совсем другой отзыв, чем тот, который представил предварительно. Я не знал – на какой отвечать, и подверг Скрипиля публичному допросу – о причинах различия (надо сказать, что отзыв, который он прочел, был нормальный, а тот, который представил раньше, – содержал разные гнусности). Отвечал я Скрипилю с раздражением и намекнул прозрачно на то, что он в летописи ничего не понимает и не имеет в вопросе о летописании научной позиции (он двигал против меня то ереминские аргументы, то пользовался Шахматовым). Говорят, что мое раздражение (а я действительно «сорвался») произвело неприятное впечатление на членов уч[еного] совета. Во всяком случае, голосование было единогласным. Очень хорошо и интересно выступал Сиг. Нат. Валк³. Он в известной мере «посадил» Гудзия и Скрипиля. Эти двое выразили разные сомнения по поводу «посольского обычая», но Валк привел разительные доказательства в мою пользу. Я Вам, кажется, не писал о заседании этой осенью в И[нститу]те русск[ого] языка по поводу моей статьи «Русский посольский обычай» (№ 18 «Исторических записок»)⁴. Была бурная дискуссия, в результате которой я с помощью Ларина⁵, Филина⁶, Иссерлин⁷ и Богородского⁸ вышел полным победителем. Если бы мне теперь пришлось писать о русск[ом] посольск[ом] обычае, – я бы имел в два раза больше материала. Ларин, кстати, пишет работу о др[евне]русск[ом] устном языке и собирается опираться на положения моей статьи о посольском обычае. Возвращаюсь к защите…

Диспут длился 4½ часа. Все это время мне пришлось стоять на кафедре (таков наш «обычай защиты»). Под конец сильно разболелась поясница.

Очень, очень Вам признателен за все.

Спасибо, что не забываете меня, милый Исаак Уриелиевич!

Желаю Вам полного успеха с историей общественной мысли. Это очень нужная работа, и Вам она удается.

Ваш Д. Лихачев 17.I.48

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41. Л. 4 и об. Автограф.

5. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу 11 мая 1950 г

Дорогой Исаак Уриелиевич!

Очень рад был получить от Вас письмецо. Рад был узнать, что Вам хорошо работается и что Вы бодры. Я работаю много, но утомление лишает меня жизнерадостности. Начинают идти бесчисленные корректуры. Через несколько дней ожидаю 15 листов «Слова о полку Игореве»¹ и одновременно 60 листов «Повести временных лет»² (из них 30 п[ечатных] л[истов] петита!), к которым следует составлять указатели (именной, географический и предметный). Доверить никому нельзя.

Рецензию Пашутыa, ³ прочел сегодня. Очень неприятна его похвала мне. Это вредно и для моих отношений с товарищами по Отделу. Я бы предпочел быть обруганным им.

Кстати, не сказали ли Вы в Редакции Известий ОИФ⁴, что Орлов⁵ выпустил свое второе издание «Слова»⁶ после Юговского издания⁷, но не включил к себе ни одной Юговской конъектуры и даже не упомянул его? Этим, конечно, он проявил свое отношение к Югову.

У нас тишь. Институт медленно, но верно хиреет. Дирекция из принципа «лучше меньше», как мне кажется, искусственно сокращает работу – выпуск продукции. Это уж и все начинают замечать.

Собираюсь поехать на два дня в Псков, чтобы как-то отвлечься от работы. Я ездить очень люблю, но не разрешает здоровье. Я вроде бодливой коровы, которой бог рог не дал. Сейчас у меня болей нет, и думаю, что два дня в отрыве от диетных забот жены выдержу. Правда, в Пскове придется встречаться с Твороговым⁸ (знаете Вы этого чудака?), а это нужно перенести.

Защищали из моих дипломанток троеa. В решении записано две работы печатать. Девушки хорошо поработали. У одной прекрасная голова. Работали по рукописям о Пскове.

Над нашей квартирой раскрыли крышу, а материалов для починки ее не оказалось. Живем, следовательно, вроде как под открытым небом и со страхом ждем дождя (погода пасмурная).

Крепко жму Вашу руку, дорогой Исаак Уриелиевич! Я перед Вами виноват: не ответил Вам на Ваше первое письмо. Но не сердитесь: если бы Вы только знали, как я устал. Вы меня, наверное, простите, когда увидите всю мою «продукцию» этого года, вышедшей в свет! А Ваше письмо было такое милое. Кстати, мое толкование «Задонщины» было впервые опубликовано в «Лит[ературной] учебе» еще до войны⁹. Затем оно было отчасти использовано в «Ист[ории] русск[ой] лит[ературы]» (т. 2, ч. 1), затем более полно (без упоминания моей фамилии) в сборнике «Воинские повести Древней Руси»¹⁰. У Варв[ары] Павл[овны]¹¹, при всех ее достоинствах, есть свои представления о лит[ературной] собственности, и мне уже приходилось с ней иметь на этот счет неприятные объяснения (и за себя, и за других), в результате которых наши отношения несколько испортились.

Лепко не девица¹². Ей уже лет сорок с хвостом.

Ваш, искренно Вас любящий,

Д. Лихачев 11.V.50

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41. Л. 11 и об. Авторизованная машинопись с припиской автора.

6. И. У. Будовниц – Д. С. Лихачеву 11 мая 1950 г

Москва, 11 мая 1950

Дорогой Дмитрий Сергеевич,

Обращаюсь к Вам по одному деликатному делу.

Вы в свое время читали мою статью об исторических взглядах М. Д. Приселкова¹, одобрили ее и даже говорили, что ее следует напечатать. Вернувшись в Москву², я хотел прочитать ее в виде доклада на заседании сектора истории СССР до XIX в. нашего Института, но этому воспротивился В. Т. Пашуто (в то время ученый секретарь, а ныне парторг сектора), который в общем нашел, что я Приселкова недостаточно «расчихвостил», что его нужно еще главным образом критиковать за… норманизм и прочее в таком духе. Я статью отложил и больше о ней не помышлял.

Между тем вчера при разговоре с Б. Д. Грековым³ он сам вспомнил о статье (он ее в свое время читал, тоже одобрил и немного использовал во время космополитической дискуссии) и спросил меня, почему я ее до сих пор не напечатал в «Исторических записках». Я ему сказал о возражениях Пашуто, на что он ответил: «Подумаешь, соберите рецензии и печатайте».

Вот в связи с этим я и обращаюсь к Вам: не напишете ли Вы на статью рецензию? Я чувствую, что Вы очень заняты, но, поскольку Вы в свое время статью уже читали, это не отнимет у Вас много времени. К статье прилагаю одно письменное Ваше замечание, относящееся к стр. 5.

Напишите, пожалуйста, не следует ли если не выбросить, то сократить стр. 34–59, посвященные Древнейшему своду; не следует ли кое-что (или много) изменить в той части, где я с Вами полемизирую. Не проявляйте тут ложной скромности. Что бы Вы ни предложили, я все приму с величайшим вниманием, предупредительностью и благодарностью. Наши добрые отношения (которые я высоко ценю и которыми очень и очень дорожу) заранее должны исключить какие бы то ни было недомолвки в наших научных спорах.

Я Вам заранее очень благодарен, но если Вам почему-либо писать отзыв не с руки, или Вы заняты чрезмерно, или же другие какие-либо обстоятельства не позволят Вам выполнить мою просьбу, верните мне тотчас же статью обратно, и не только никаких «претензий» я к Вам иметь не буду, но даже подобия и оттенка неприятного чувства испытывать не буду.

Шлю сердечный привет Вам и всему Вашему семейству

Ваш [И. У. Будовниц]

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 8. Ед. хр. 15. Л. 1 и об. Машинопись.

7. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу 27 мая 1950 г

Дорогой Исаак Уриелиевич!

Не сокрушайтесь напрасно: мне совсем не трудно было написать отзыв. Я решил, что в отзыве непременно должны быть замечания, и поэтому их сделал, но Вы можете, конечно, их не принимать во внимание.

Статья моя «Задонщина» напечатана в «Литературной учебе», 1941, № 3.

На 1950 г. включено в план переиздание Изд[ательст]вом АН двух моих книг: «Русские летописи» и «Национальное самосознание др[евней] Руси»¹. Обе нуждаются в доделках. «Нац[иональное] самосознание» я могу очень сильно переделать и дополнить чуть ли не вдвое. Но тогда книга в значительной мере утратит свой популярный характер. Стоит ли это делать?

Сейчас мне нужно в общих чертах уяснить себе, в каких направлениях перерабатывать обе книги. С «Русск[ими] летописями» я эту переделку представляю себе лучше, но с «Нац[иональным] самосознанием» – хуже. Нет ли у Вас по этому поводу к[аких]-л[ибо] соображений, которые Вы бы могли мне сразу, не думая, написать? Ваше мнение мне очень важно. У Вас опытный, зоркий глаз. Вспомните: что Вам не нравилось в конструкции книг, в методич[еских] установках?

В Пскове пробыл 2½ дня. Чудесная поездка.

Как Вы думаете – где бы мог устроиться Яша Лурье²? Он без работы. Алма-Ата, например? – все равно. Конечно, лучше бы поближе.

Самый сердечный привет! Зинаида Александровна³ шлет Вам также привет и наилучшие пожелания.

Ваш Д. Лихачев 27.V.50

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41. Л. 12 и об. Автограф.

8. И. У. Будовниц – Д. С. Лихачеву 1 июня 1950 г

Москва, 1 июня 1950

Дорогой Дмитрий Сергеевич,

Получил Ваше письмо от 27 мая (почтовый штемпель – 29 мая) и спешу Вам ответить.

Прежде всего хочу Вам сказать, что я безмерно рад, что обе Ваши книги переиздаются. «Национальное самосознание» я читал сразу же после выхода, года четыре назад (недавно я перечитал только страницы, относящиеся к «Задонщине»), и тогда книга произвела на меня прекрасное впечатление. Все же дополнить ее, на мой взгляд, необходимо. Книгу нельзя, конечно, назвать схематичной (для этого она слишком задушевно написана), но много вопросов она только слегка затрагивает. Едва ли дополнения лишат ее популярного характера, да и читатель популярной серии Академии наук достаточно квалифицированный. Дополнить книгу необходимо еще потому, что в этом виде она представляет собой остов будущего Вашего курса по истории древнерусской литературы, который Вы, несомненно, когда-нибудь создадите. В то же время я вовсе устранил бы последнюю главу (о начале XVII в.). Литература этого периода до того сложна и противоречива, моменты «национального самосознания» здесь так переплетаются с моментами классовыми, что все это требует очень тщательного и подробного разбора, исключаемого той конструкцией и тем методом пластичного построения, которые характерны для всей книги.

Что касается «Русских летописей», то здесь настоятельно требуется более подробно разработать историю летописания XIV и последующих веков, которые у Вас даны действительно схематично. Собственно, XIV и XVI вв. вообще почти отсутствуют. Между тем в летописании XIV в. очень интересно отразилась борьба между Москвой и Тверью за возглавлениеa объединительного движения Северо-Восточной Руси и вообще весь первый этап создания Русского централизованного государства. Следует также уделить больше внимания грандиозным летописным мероприятиям XVI в., представляющим собой принципиально новый этап в развитии летописания (уже своеобразные исторические труды). Может быть, в этой части кое-что перенести из приложений¹ в основной текст? Необходимо также дать критику метода Шахматова (оговорив устарелость «критики» Еремина и пр.) и вообще устранить все то, что может дать критикам повод обвинить Вас в «объективизме». В первой части следует уделить больше внимания второй редакции «Повести временных лет» (Сильвестра²), она у Вас скомкана; тут же необходимо коснуться не только политических причин частой смены редакций, но и социальных³. Следует также дать критику норманской теории (едва ли, как Вы раньше думали, она имела в начале XII в. прогрессивное значение). Надо, наконец, кое-где отмечать и классовую ограниченность летописцев, и реакционные черты некоторых сводов (Вы, по-моему, идеализируете свод Киприана⁴). Но Боже Вас сохрани при этом поколебать то чувство любви к памятникам нашего прошлого, которым пронизана вся книга и которое придает ей особое обаяние. Я Вам в свое время писал, что в книге много опечаток и ряд фактических неточностей (я теперь уже не помню какие); их, конечно, надо тщательно устранить.

Вот все, что мне сразу пришло в голову и чем я спешу с Вами поделиться. Буду думать дальше.

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 8. Ед. хр. 15. Л. 2 и об. Машинопись.

9. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу 22 июня 1950 г

Дорогой Исаак Уриелиевич!

Большое спасибо Вам за оттиск Вашей превосходной статьи¹. Жаль, что она не у нас в сборнике² (у нас там много крохоборства и мало обобщений). «Нац[иональное] самосозн[ание]» решил не перерабатывать: опасно (обругают). Решил все усилия перевезтиa на «Русск[ие] летописи». Переделаю капитально и потрачу на это год (51‑й). Пока занят чтением корректур «Повести вр[еменных] лет». Дочитываю комментарии (ч. II). Уже сейчас мог бы многое исправить, но нельзя: издание прошло Горлит. Затем займусь указателями. Работа эта огромная, а передоверить нельзя.

Живу уже на даче (в Комарове–Келломяки). Езжу в город два раза в неделю. Дача наша на берегу моря. Но на море я бываю только два раза в день: утром, когда хожу на море мыться, и вечером для прогулки перед сном. Все остальное время сижу за корректурами (более 30 лл. петита!). Сейчас письмо пишу Вам в поезде (чувствуете – как дрожит рука?).

Куда Вы направляетесь летом? Наверное, опять пешие прогулки? Я ездил на 2 дня в Псков – чýдно. Был в Изборске и др[угих] местах.

Привет! Большое, большое Вам спасибо за указания по переизданию.

Ваш Д. Лихачев 22.VI

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41. Л. 13 и об. Автограф (простым карандашом). Год установлен по содержанию.

10. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу 7 ноября 1950 г

Дорогой Исаак Уриелиевич! Поздравляю Вас с праздником. Пишу Вам в самое 7 ноября. Сижу дома и опять прихварываю со своей язвой. Послал Вам оттиски своих статей о «Слове» и книжечку о «Слове»¹. Будете ли Вы продолжать работу над «Словом»²? О «Слове» всегда Вас охотно напечатаем в «Трудах». Знаете ли Вы 1‑й т. исследования о «Слове» некоего Сергея Лесного (псевдоним зоолога Парамонова³ – эмигранта). В предисловии к 1‑му т. говорится, что будут еще 3. Я не читал (книга вышла в Париже в [19]49 г.)⁴. Говорят, очень слабо. Досадно: всякая слабая работа о «Слове» – вода на мельницу Мазона⁵ и мазонят.

Мы с Яшей Лурье затеяли издание посланий Грозного⁶. Его работа основная, моя второстепенная (я издаю послание в Кир[илло]-Бел[озерский] монастырь и даю статью⁷). Лурье нашел новые послания: нашел лучшие списки первого послания Грозного к Курбскому, которые позволяют многое по-новому понять в нем. Рукопись уже на вычитке в издательстве. Выйдет в серии «Литер[атурные] памятники» (Радовский⁸ – благодетель). Надо прямо сказать – Грозный как писатель будет введен в обиход. Удается ли Вам издать статью Лурье в «Исторических записках»⁹?

Варвару Павл[овну]¹⁰ назначили заместителем Бельчикова¹¹. Для нее и для нас всех это только скверно. Она не администратор и скоро разочаруется, а может быть, и подорвет свой авторитет, который сейчас у нее очень высок.

Как Вы живете? Давно не имел от Вас писем.

23‑го буду в Москве на защите Евгеньевой¹².

Привет! Крепко жму Вашу руку, дорогой И[саак] У[риелиевич]!

Ваш Д. Лихачев

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41. Л. 15. Авторизованная машинопись. Датировано по содержанию.

11. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу 14 декабря 1950 г

Дорогой Исаак Уриелиевич!

Когда будете в Ленинграде? Рад был получить от Вас письмо. Почувствовалась в нем нотка несвойственного Вам «разочарования в жизни». Я же Вас причисляю к людям деятельным, т. е. в конечном счете жизнерадостным.

Чувствую себя в последние дни хорошо. Боли прошли совершенно. Очевидно, помогли вспрыскивания алоэ. Даже бодрость появилась, хотя в последние дни пришлось много работать к юбилею и пережить небольшие неприятности издательского характера (при встрече расскажу). Юбилей «Слова» в Ленинграде¹ прошел очень хорошо, хотя часть докладчиков и не приехала (Гудзий, Белецкий² и Булаховский³). В Москве юбилей прошел как-то неважно⁴. Об этом мне говорила Варв[ара] Павл[овна], но она так занята по Институту своим замдиректорством, что у нее даже не было времени рассказать, почему этот юбилей прошел неважно. Были ли Вы на нем?

Чем обидели Гудзия на юбилее? Кстати, сколько фактических ошибок в его новом издании Учебника⁵! Гудзий совершенно отстал от текущей исследовательской исторической литературы. Он, например, ссылается на работы Насонова о псковских летописях⁶, а о самих псковских летописях говорит так, как будто бы работ Насонова и не существовало. Пишет о «своде 1448 г.»⁷, хотя теперь ясно, что сам Шахматов отказался от этой гипотезы. Пишет о Валаамской беседе⁸, не подозревая о существовании работы И. И. Смирнова⁹ и т. п. А ведь это «учебник» – по нему люди на всю жизнь получают представления о др[евне]русск[ой] литературе. Там же полно ошибок!

По ассоциации (ассоциация по противоположности) вспомнил о Вашей книге¹⁰. Какая она удобная. Я веду семин[арские] занятия по др[евне]русск[ой] публицистике, и Ваша книга у нас настольная. Кое в чем я с Вами не согласен, но в чисто научном плане. И студентам она нравится.

Жена кланяется. Очень сожалеем, что не удалось познакомиться с Ириной Вениаминовной.

Привет! Ваш Д. Лихачев 14.XII.50

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41. Л. 16 и об. Авторизованная машинопись.

12. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу. Не ранее июня 1951 г

Дорогой Исаак Уриелиевич! Мне очень понравилось то, что Вы написали Пашуте¹. Могу только сделать некоторые добавления.

1. Если Вы будете выступать, то начать, мне казалось, надо было бы с постановки общего вопроса: как рассматривали проблему научного наследства классики марксизма. Здесь я бы прочел без особых комментариев следующее место из письма Энгельса К. Шмидту: «Человек, который судит о каждом философе не по тому, что тот вносит в науку, не по прогрессивному, что было в его деятельности, но по тому, что было неизбежно преходящим, реакционным […] такой человек лучше бы молчал» (К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. XXVIII, стр. 328)². Прочесть это и сразу перейти к другой теме – очень эффектно. Есть хорошие места у Ленина (Соч., т. XXV, стр. 387³; т. X, стр. 290⁴, 2‑е изд. и др.).

Надо напомнить, что в буржуазной науке м[ожет] б[ыть] объективная истина, что Менделеев⁵ был монархист и церковник по убеждениям, а таблица Менделеева служит и нам, и т. д.

Непременно подчеркните, что речь идет не о Шахматове только, а вообще о научном наследстве. Нельзя Шахматова изолировать от общей проблемы научного и культурного наследства. Напомните, какие в этом отношении существовали ошибки и извращения – махаевщина, вульгарный социализм, как относилась к научному наследию школа Покровского⁶ и пр. Как боролись с пренебрежением к старой науке и культуре Ленин, Сталинa и др.

Во всем этом не ставьте особых упоров на Пашуту и Шахматова. Слушатели сами разберутся – что к чему. Однако и дальнейшие прения сразу и очень спокойно приобретут не выгодный для П[ашуто] оборот. Я прямо чувствую, как это все можно было бы сделать в очень спокойных и дружественных тонах. Аудитория сразу бы почувствовала опасность постановки вопроса у П[ашуто]. Напомните, что не разрешен еще вопрос о том – надстройка ли наука. Вспомните и «буржуазные ж[елезные] дороги» у Сталина⁷!

2. Я решительным образом против попыток запретить изучение летописей как литературных произведений. Летописи нужно изучать со всех сторон, и чем с больших сторон – тем лучше. Летописи – это не «источники» только, но главным образом огромные факты русской культуры, показатели ее высоты. Подход к ним как к историческим источникам крайне обеднит их. Кстати, я никогда не был источниковедом. Книжка моя «Русские летописи» – только литературоведческая. Кто мне может запретить заниматься литературоведением?

3. Осторожнее следует и с указанием на то, что летописцы были представителями феодальной идеологии. Этот вопрос сложный, и рубя с плеча легко можно себе отрубить ногу – скатиться к вульгарному социологизму. Вспомните высказывания Горького о роли народа в создании культурных ценностей.

4. Надо бы как-то сказать в выступлении, что, чтобы создать новое источниковедение, надо не только критиковать, но и «создавать», по-новому писать собственные источниковедческие работы. А то – ведь все старое!

Собираюсь послать Вам работу одной активнейшей студентки о классовой позиции Лжедмитрия – очень интересная работа⁸. М[ожет] б[ыть], можно из нее что-нибудь напечатать.

Работать приходится много. Большой и горячий привет!

Зин[аида] Александр[овна] кланяется. Ваш Д. Лихачев

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41. Л. 55 и об. Авторизованная машинопись с правкой и припиской автора. Датировано по содержанию.

13. И. У. Будовниц – Д. С. Лихачеву 8 февраля 1953 г

Москва, 8 февраля 1953

Дорогой Дмитрий Сергеевич,

Я только что закончил статью для Ваших «Трудов»¹, перестучал введение и все грязные места. Завтра вышлю Вам ее заказным пакетом. Я очень рад, что мне удалось своевременно закончить эту работу и выслать статью в срок (если помните, я обещал это сделать 10 февраля). Вы себе даже не можете представить, до чего я сейчас занят и заморочен. Я получил чудовищный план на 1953 год – кроме выполнения некоторых научных заданий, мне надо сдать в этом году шесть томов «Исторических записок», три тома «Исторического архива»² и провести 2–3 сложных корректуры т. II «Крестьян на Руси»³. Прямо голова идет кругом.

По поводу статьи хочу сообщить Вам следующее:

1. Я выполнил все Ваши пожелания и учел Ваши замечания на полях рукописи.

2. Я учел также замечания некоторых товарищей (Л. В. Черепнина⁴, Б. Д. Грекова, В. И. Шункова⁵ и В. Т. Пашуто), читавших статью. Не принял я только совершенно не приемлемых для меня некоторых замечаний Пашуто, касающихся оценки периода феодальной раздробленности. Я согласен с Б. Д. Грековым, считающим, что феодальная раздробленность имела своей основой экономические явления (хозяйственное развитие отдельных областей, хозяйственное развитие вотчины), а не субъективное стремление феодалов обеспечить себе более удобную политическую форму борьбы с непосредственными производителями, как это считает Пашуто. Пашуто считает феодальную раздробленность чуть не благом и, во всяком случае, очень положительным явлением в развитии общества. Я же признаю, что период феодальной раздробленности – это необходимый этап в развитии общества, но не могу признать благом такой политический порядок, который пришел на смену столь прогрессивному фактору, как централизация управления, и который едва не стоил народу его исторического существования, сделав его беспомощным перед лицом страшного напора монголов и других кочевников Востока. Мне тем легче было не принять во внимание замечания указанного рода Пашуто, что они не имеют прямого отношения к моей статье.

3. Я значительно сократил и кардинально переделал вводную часть статьи, и сейчас, как мне кажется, введение не носит уже столь путанного и абстрактного характера, как раньше, а органически связано с дальнейшим изложением.

4. Ввиду того, что в статье встречается много древнерусских выражений, я прошу Вас дать ее перепечатать хорошей и внимательной машинистке. После того, как статья будет перепечатана, я прошу Вас вернуть мне мой оригинал. Дело в том, что в моем оригинале все цитаты тщательно выверены, и я по этому оригиналу буду потом держать корректуру, которую обычно дают автору без оригинала. Было бы также хорошо (но это уже не обязательно), если бы мне после перепечатки прислали всю машинопись; я бы в этом случае тщательно выверил бы все после машинистки и молниеносно вернул бы обратно.

5. Летописные тексты я перевел на Ваше издание «Повести временных лет». Но меня смущает одно место: «друзии же закыханью верують» (см. в моей рукописи на стр. 20, сноска 2; в Вашем издании – на стр. 114). Дело в том, что в Радзивиловской – более подходящее слово – «зачиханию», но у Вас против слова «закыханью» нет никаких разночтений. Если найдете возможным переправить на «зачиханию», то пожалуйста.

6. Пересылаю Вам критико-библиографическую справку об «Изборнике» Святослава 1076 года⁶. Посылаю эту справку не на предмет ее использования в статье (то, что, на мой взгляд, следовало из нее извлечь, я извлек), а потому, что Вам, вероятно, будет любопытно ее прочитать. Прошу при случае мне справку вернуть.

7. До сих пор я не придумал заглавия к статье. Для меня, прежде всего, ясно, что название «Изборника» Святослава 1076 г. надо в заголовок включить. Но тогда нельзя этим ограничиться, так как в статье много говорится о «Поучении» Владимира Мономаха⁷ и кое-что о других памятниках. Если назвать в заголовке и «Изборник», и «Поучение», и объединяющую их тенденцию, то заголовок получится трехэтажный. Надо, следовательно, дать и заголовок, и подзаголовок, причем в последнем может быть назван «Изборник». В этом направлении я и буду думать до завтрашнего дня, т. е. до отправки пакета (я бы его отправил сегодня, в воскресенье, но у меня нет под рукою клея). Ну а уж если я ничего не придумаю, то буду Вам бить челом: придумайте уж сами что-нибудь! Я прошу Вас также как следует пройтись по рукописи редакторским пером: мне кажется, что кое-где остались шероховатости.

Простите за длинное послание. Шлю Вам и всему Вашему семейству низкий поклон и самые лучшие пожелания.

Ваш [И. У. Будовниц]

1) «Изборник» Святослава 1076 г. и «Поучение» Владимира Мономаха и их место в истории русской общественной мысли.

2) Теории (идеи) общественного примирения в древнерусской литературе второй половины XI и начала XII в.

«Изборник» Святослава 1076 г. и «Поучение» Владимира Мономаха⁸.

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 8. Ед. хр. 15. Л. 3–4. Машинопись с правкой и припиской автора.

14. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу. Январь 1954 г

Дорогой Исаак Уриелиевич!

Получил Ваше письмо и тотчас же позвонил Варваре Павловне. Вот Вам наше общее мнение¹.

Совершенно ясно, что Н. Ф. Бельчиков добровольно не согласится отпустить от себя трех сотрудников, систематически выполняющих и перевыполняющих план. Кстати, в этом году, единственные в Институте, мы уже выполнили годовой план. Поднимать нам с ним разговор на эту тему значило бы только испортить отношения. Однако положение вовсе не безнадежное и перевод мог бы состояться, если Институт истории предпримет следующие шаги.

Надо, чтобы институт обратился в Президиум не с ходатайством о переводе трех сотрудников, а о переводе Сектора древней русской литературы (состав Вам известен – нас четверо², пятый – Еремин – на половинном окладе, совместитель). Перевод Сектора мог бы совершиться легче по следующим причинам. Переводить трех сотрудников из Сектора, остающегося в Пушкинском Доме, – это значит оставить весь пятилетний план Сектора в Пушкинском Доме и лишиться сотрудников для его выполнения. Н. Ф. Бельчиков на это не пойдет. Однако Н. Ф. Бельчиков не будет энергично протестовать против упразднения у него еще одного Сектора со всем его планом (у нас упразднен уже Сектор западных литератур, и сейчас стоит вопрос об упразднении, выделении его в самостоятельную исследовательскую единицу Сектора народного устного творчества). Само собой разумеется, что при переводе нашего Сектора в Институт истории последний будет волен пересмотреть наш план и, в случае необходимости, слить Сектор с Археографической комиссией, а также выразить свое мнение по томуa поводу: нужны или не нужны ему совместители.

Необходимо только внимательно и полно аргументировать в Президиуме, заинтересованном сейчас в координации работ и правильной расстановке сил, необходимость перевода Сектора. Мы с Варварой Павловной думаем по этому поводу следующее.

1) Сектор древней русской литературы находится в Институте русской литературы (Пушкинском Доме) только потому, что и там, и тут «литература», однако совершенно ясно, что, например, летописи ближе историкам, чем специалистам по Пушкину или по М. Горькому. Это признак, по которому мы находимся в П[ушкинском] Д[оме], чисто формальный.

2) Сектор древней русской литературы занимается летописями, но лишен возможности их издавать. Занимается и другими памятниками, в которых больше всего заинтересованы историки.

3) «Труды» Сектора читаются по преимуществу историками и ими постоянно рецензируются (в «Вопросах истории», в «Изв[естиях] Отд[еления] и[стории] и ф[илософии]», в отделе истории «Сов[етской] книги» и т. д.).

4) Часть сотрудников Сектора преподает на историческом факультете ЛГУ, печатается в «Историч[еских] записках», «Вопросах истории» и состоит членами Археографич[еской] комиссии. Происходит вредный разрыв между преподаванием, местом, где ведется исследовательская работа, и теми, кто пользуется готовой продукцией (историч[еская] – литератур[оведческая] – историч[еская]).

5) Часть работ Сектора ведется совместно с историками (издание «Повести вр[еменных] лет», «Хождение А. Никитина»³, «Послания Грозного» и т. д.; в «Трудах» Сектора участвуют историки – Тихомиров, Будовниц, Масленникова⁴ и т. д.).

6) Институт русск[ой] литературы постоянно вынужден обращаться к историкам за помощью Сектору (за рецензированием, за авторами). Не проще ли взять всю работу Сектора под наблюдение Ученого совета именно Историческ[ого] института?

Я привел некоторые аргументы, но их можно умножить, если подойти к вопросу о переводе со стороны внутренних потребностей самого Института истории.

Проект перевода возник у меня и Варв[ары] Павл[овны]. Малышев⁵ о нем ничего не знает. Думаем, что он будет только рад переводу. В Институте об этом ничего не знают. Варв[ара] Павл[овна] и я, ввиду возможных осложнений, просим не оглашать, что этот проект выдвинут нами. Это затруднило бы перевод.

Привет! Ваш Д. Лихачев

Перевод Сектора, а не отдельных сотрудников, проще и в штатном отношении: Сектор переходит со своими штатами. Можно было бы его пополнить за счет убывших (напр[имер], Еремин).

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41. Л. 41 и об. Авторизованная машинопись с правкой и припиской автора. Датировано по содержанию.

15. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу 21 января 1954 г

Милый и дорогой Исаак Ур[иелиевич]! Спасибо за письмо. Зимин¹ Вас неправильно информировал. Я в М[оскве] был не неделю, а всего 3 часа – на заседании редкол[легии] «Лит[ературных] пам[ятников]» – проводил ряд заявок и рукописей. Поспел на поезд за 3 м[инуты] до отхода поездаa. Не позвонил и брату. Проездом буду в Москве 28-го, но не буду выходить из ленинградского поезда. Мы будем во что бы то ни стало стремиться открыть Сектор в Москве. Хотите к нам? Мы создадим в Москве такой сектор: Робинсон², Малышев, Державина³, Пушкарев⁴, м[ожет] б[ыть], Кузьмина⁵ и я с Вами (всего 6 или 7 человек). Хотите? Вот бы работа пошла! Организовали бы «Труды Сектора», работу над рукописями, привлекли бы молодежь. Чудесно. Приеду и буду писать статью в «Литер[атурную] газету» о необх[одимости] создания в Москве центра изучения др[евне]-р[усской] литер[атуры]. Помогите продвинуть ее. Привет низкий Ирине Вениаминовне. Ваш Д. Лихачев. 21.I.54

Зин[аида] Алекс[андровна] здесь, и Вам обоим кланяется.

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41. Л. 36. Автограф. На почтовой карточке.

16. И. У. Будовниц – Д. С. Лихачеву 4 марта 1954 г

Москва, 4 марта 1954

Дорогой Дмитрий Сергеевич,

Во вторник, 2 марта, мне позвонил Владимир Иванович¹, сообщил, что он оставил мне верстку статьи² в Институте, и попросил срочно ее просмотреть, «ничего не прибавив и не изменив». Последнее требование он повторил несколько раз. Он обещал зайти ко мне 3 марта (вчера, в среду), но не зашел и до сих пор не позвонил (пишу Вам ночью), так что я не имел случая с ним объясниться. Если он не придет и не позвонит до завтрашнего утра, то я завтра отошлю Вам это письмо с корректурой.

Кроме корректуры Вы найдете еще в этом пакете мое заявление на имя редакции Ваших «Трудов», из которого Вам станет ясно, почему я не мог выполнить требование В[ладимира] И[вановича] и вынужден был кое-где на корректуре «напачкать». Однако опытным своим глазом Вы убедитесь, что «пачкотня» – самая незначительная и не доставит никаких технических затруднений. Я лично был бы счастлив, если бы все авторы возвращали мне корректуру в таком виде. Если Вы своей властью можете принять всю мою корректуру, то можете мое заявление порвать; я его написал на случай, если Вам самому будет неудобно решать этот вопрос. Я не страдаю ни авторским самолюбием, ни авторской ограниченностью, не дрожу над каждой своей запятой и не цепляюсь за нее. Но сделанные мной исправления являются для меня минимальными, произведены они без всякого «запроса» и отказаться от них не могу.

Написав все это, я даже думаю, что зря так волнуюсь, потому что, право же, корректура в общем получилась «чистая». Пожалуйста, успокойте меня и напишите, как Вы решили: принимаете ли поправки или снимаете статью. В последнем случае пусть Владимир Иванович скажет М. П. Андреевой (в Издательстве), чтобы она не оформляла договора со мной.

Если Вы думаете сколотить московскую группу, то горячо рекомендую Вам Наталию Аполлинарьевну Бакланову³. Она историк, но интересы ее лежат на грани истории и литературоведения (недаром она кандидат филологических наук). Это женщина с большими знаниями, большим вкусом и исключительным трудолюбием; крайне добросовестна. У нас ее дико эксплуатируют. Она выполняет полную норму старшего научного сотрудника, работает с утра до вечера, а получает жалкие гроши по договорам и счетам. Она оформляла первые два тома «Истории Москвы» и «Очерков по истории СССР», и ей мы обязаны тем, что оба эти издания имеют такой привлекательный вид. Подумайте!

Шлю Вам, З[инаиде] А[лександровне] и детям сердечный привет.

Ваш [И. У. Будовниц]

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 8. Ед. хр. 15. Л. 9 и об. Машинопись.

17. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу 28 апреля 1955 г

Дорогой Исаак Уриелиевич!

Очень огорчен, что Вас не было на совещании¹. Оно прошло удачно. Было много народу. Съехалось человек 60 из 20 городов и своих было полно. Интересен был доклад Насонова², затем – доклады Бертельса³, Жирмунского⁴, А. А. Смирнова⁵, Алпатова⁶ и т. д. Жаль, что надул М. Н. Тих[омиров]⁷. Его хотели у нас посмотреть. Я делал два доклада – один по текстологии⁸, а другой об образе человека в жит[ийной] литературе⁹.

Что у Вас нового?

Привет Ирине Вениаминовне.

Ваш Д. Лихачев 28.IV.55

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41. Л. 40. Автограф.

18. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу 22 апреля 1956 г

Дорогой Исаак Уриелиевич!

Как Вы живете? Огорчился, узнав о проекте, по которому «Ист[орические] записки» должны быть преобразованы в журнал¹. Значит издание «забюрократится» (будет создана мощная редколлегия и пр.).

Вам пришлет в «Истор[ические] зап[иски]» статью об Ордине-Нащокине Татьяна Николаевна Копреева² – посмотрите ее, пожалуйста.

Собираюсь в мае или в июне поехать на пароходе из Л[енингра]да на о. Кижи. М[ожет] б[ыть], присоединитесь?

Привет Ирине Вениаминовне.

Любящий Вас Д. Лихачев 22.IV.56

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 15. Ед. хр. 30. Л. 2. Автограф.

19. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу 8 июня 1956 г

Дорогой Исаак Уриелиевич!

Большое спасибо Вам за оттиск¹. Не писал Вам давно из‑за крайней, прямо-таки неврастенической занятости. Поездка в Москву на целых 10 дней заставила меня отложить множество неотложных дел, и это меня чрезвычайно нервировало. От этого и путешествие в Кижи откладывается на неопределенный срок, а я о нем мечтал всю зиму. Все-таки плохо заведовать Сектором, где всё молодежь (кроме Малышева и Еремина), а молодежь по большей части беззаботна. Сейчас подготовляем к сдаче в Изд[ательст]во т. XIII Трудов ОДРЛ.

В Москве я даже не успел с Вами как следует поговорить о всемa, что хотело[сь] бы.

Привет Ирине Вениаминовне.

Любящий Вас Д. Лихачев 8.VI.56

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 15. Ед. хр. 30. Л. 3. Автограф.

20. И. У. Будовниц – Д. С. Лихачеву 28 ноября 1956 г

От всей души поздравляю Вас, дорогой Дмитрий Сергеевич, [с] днем рождения и приветствую в Вашем лице талантливого исследователя, замечательного педагога, неутомимого пропагандиста древнерусской культуры. Желаю Вам здоровья и непрерывных дальнейших успехов. Будовниц

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 8. Ед. хр. 15. Л. 13. Машинописная копия. Телеграмма. На адрес ИРЛИ. Датирована по содержанию.

21. И. У. и И. В. Будовниц – Д. С. Лихачеву 28 ноября 1956 г

Дорогой Дмитрий Сергеевич, мы горячо Вас любим за красоту, благородство, тонкий ум и глубокую порядочность. Желаем Вам на следующее полустолетие крепкого здоровья для поддержания всех этих замечательных физических и душевных качеств. Поздравляем, обнимаем, целуем. Сердечный привет Зинаиде Александровне и близнецам. Будовницы

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 8. Ед. хр. 15. Л. 13. Машинописная копия. Телеграмма. На домашний адрес Д. С. Лихачева. Датирована по содержанию.

22. Д. С. Лихачев – И. У. и И. В. Будовниц 29 ноября 1956 г

Дорогие Исаак Уриелиевич

и Ирина Вениаминовна!

Ваша телеграмма была самой трогательной (Вл[адимир] Иванович «сорганизовал» мне около 250 поздравлен[ий]!!). Следовательно, из 250 выделилась на первое место Ваша¹! Мои все кланяются.

От чествования откажусь.

29.XI.56 Привет Д. Лих[ачев]

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41. Л. 44. Автограф. На открытке.

23. Д. С. и З. А. Лихачевы – И. У. и И. В. Будовниц 27 декабря 1957 г

Сердечно поздравляем дорогих Исаака Уриелиевича и Ирину Вениаминовну с Новым годом и желаем им полного счастья (т. е. здоровья, успехов, отдыха летом в виде хорошей дачи и хороших пеших путешествий, побольше хороших людей вокруг и пр., и пр.).

З. и Д. Лихачевы 27.XII.57

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 15. Ед. хр. 30. Л. 4. Автограф. На открытке.

24. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу 11 июля 1958 г

Дорогой Исаак Уриелиевич!

Только что приехали из Карловых Вар (Карлсбад). Были вместе с Зин[аидой] Алекс[андровной]. Полны впечатлений. Обесцененными академическими званиями не дорожим. Желаем Вам и Ирине Вениаминовне полного здоровья. Пожалуйста, не хворайте и хорошенько отдыхайте летом.

Любящий Вас Д. Лихачев

А мы будем в Зеленогорске.

11.VII.58

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 15. Ед. хр. 30. Л. 6. Автограф.

25. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу 26 февраля 1960 г

Дорогой Исаак Уриелиевич!

7 марта исполняется 60 лет Л. А. Творогову. Пожалуйста, пошлите ему телеграмму на адрес Музея и заранее. Это очень его поддержит. М[ожет] б[ыть], сообщите еще к[ому]-л[ибо] о его юбилее. Не послали бы телеграмму «Исторические записки» или к[акое]-л[ибо] учреждение?

Будьте здоровы. Привет Ирине Вениаминовне. Все мои Вам кланяются. Ваш Д. Лихачев

Адрес Псковского музея: Некрасовская, д. 7.

26.II.60

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41. Л. 60. Автограф. На почтовой карточке.

26. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу 25 августа 1961 г

Дорогой Исаак Уриелиевич!

Я чрезвычайно рад за «Словарь»¹, хотя он и не «зарегистрирован»: все-таки самое важное сделано – «Словарь» в издательстве и машинка завертелась. Он будет издан! Это ведь замечательно. Мне Ваш «Словарь» очень, очень нравится. Я его люблю. Когда книжка выйдет, я ее поцелую в переплет. До чего это будет нужная книжка! Я горжусь тем, что настаивал на ее осуществлении, хотя при нынешних обстоятельствах трудно было ожидать (сокращения наших планов, война против неактуальной древности, фантазии Малышева с его нелепыми письмами в газеты² и пр.), что она протиснется в издательство. Кое-кого книжка научит, что древняя литература не исчерпывается учебником Гудзия.

Очень, очень рад, что Вы с Ириной Вениаминовной чувствуете себя хорошо. Простите, что об этом пишу на втором месте после изъявлений радости по поводу книжки. Но уверяю Вас, что я Вас люблю не меньше, чем будущую книгу. Поэтому весть о том, что лето для Вас обоих счастливое, меня очень радует и прибавляет мне хорошего настроения, которое почему-то на меня свалилось.

Наталья Александровна Казакова³ была у нас со своей девочкой (очень милой), но когда еще увидимся – неизвестно, так как ехать нам друг к другу на двух автобусах. Ее адрес такой: Лермонтовский […]

Мои все Вам кланяются: З[инаида] А[лександровна], дочери и зятья. Будьте счастливы оба. Живите на даче подольше.

Ваш Д. Лихачев

Какие это Сидоровы⁴? Из каких?

25.VIII.61

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41. Л. 64. Авторизованная машинопись.

27. И. У. Будовниц – Д. С. Лихачеву 4 ноября 1961 г

Москва, 4 ноября 1961 г.

Дорогой Дмитрий Сергеевич,

Ваше письмо доставило мне большую радость – перспективной, большой, интересной, полезной и трудоемкой работы¹. Напрасно Вы беспокоитесь сейчас о названии – пусть свершится труд, а заглавие придумается. Но если уже о нем зашла речь, то «Справочник фондов…» не годится. Справочник, как говорит А. И. Копанев², это нечто железнодорожное. Лучше, мне кажется, назвать работу: «Рукописные собрания древнеславянской книги» и в подзаголовке разъяснить подробнее (насколько это позволяют узкие рамки подзаголовка), о чем идет речь. Термин «собрание» лучше термина «фонды»: «фонды» – это совокупность бумаг, исторически отложившихся в определенном учреждении, под этим словом больше принято обозначать комплексы актового материала, чем рукописных книг, слово же «собрание» больше подходит для обозначения именно рукописных книг. Впрочем, вопрос о заглавии, повторяю, можно решать в последнюю очередь.

Я согласен с Вами, что фонды грамот не должны упоминаться – иначе мы завязнем так, что никогда ничего не завершим. Пускай этим занимается Тихомиров со своей дружиной.

В скором времени я пришлю Вам одну-две пробные статьи. Надо будет их тщательно рассмотреть и обсудить (или, по крайней мере, показать их нескольким компетентным товарищам), чтобы получить «эталон», которому будем следовать в дальнейшем.

Участие В. И. Малышева во всем этом деле я считаю чрезвычайно полезным: и при установлении образца описания, и при составлении списка провинциальных собраний, которые нужно обследовать, и во многих других отношениях. Он был бы полезен и как редактор, хотя я опасаюсь, что когда работа уже будет завершена, он может при вздорности своего характера все переиначить, наметить другой тип описания и т. д.

Теперь я хочу поделиться с Вами теми трудностями, которые я предвижу.

Не собираясь взять обратно свое согласие взяться за предложенный Вами труд, я все же должен предварить Вас о следующем.

Во-первых, как я Вам уже говорил, весь 1962 год пройдет у меня под знаком корректур (собственного словаря, собственной монографии о монастырском землевладении по материалам житий святых³ и четырех больших рукописей, которые я подрядился отредактировать для Издательства Академии наук, – в общей сложности около 240 листов верстки и столько же листов сверки), так что в этом году я не смогу уделять «Справочнику» (будем его условно так называть) то внимание и время, какого он заслуживает.

Меня, далее, смущает еще одно обстоятельство. Нетрудно будет описать собрания Москвы и Ленинграда. Но для описания собраний других городов надо будет уже предпринимать поездки. Нетрудно, конечно, сесть в электричку и съездить в Ярославль, Ростов, Калинин и ряд других городов. Нетрудно посетить Переяславль-Залесскийa, где, как правило, я бываю раз в году, и обследовать тамошнее собрание. Но ведь городов с рукописными собраниями – десятки, если не сотни, причем интересные и важные собрания находятся в таких отдаленных пунктах, как Львов, Мукачовb, Ужгород, Астрахань и мн[огие] др. Кроме только что указанных городов, собрания (они, правда, очень кратко, описаны в тт. V–XVII Ваших «Трудов») имеются в Новгороде, Смоленске, Одессе, Тамбове, Риге, Кашине, Калязине, Чухломе, Переяславле-Залесском, Ереване, Куйбышеве, Ярославле, Пскове, Петрозаводске, Калинине, Чердыне, Буе, Харькове, Ригеc, Горьком, Киеве, Ростове, Рыбинске, Тутаеве, Устюжине, Муроме, Калуге, Каргополе, Иванове, Угличе, Архангельске, Вельске, Вологде, Вязниках, Мстерах, Черновцах, Вильнюсе, Тобольске, Барнауле, Тюмени (подчеркнуты наиболее отдаленные пункты), а ведь многих городов Ваши описания не коснулись. Конечно, с рядом городов можно будет списаться, но это неверный, ненадежный и нежелательный способ – лучше все посмотреть самому, де визу, ничего не писать с чужих слов, ничего не брать со вторых рук, «свой глазок смотрок», как говорится. И вот возникает вопрос: сумею ли я одолеть такие далекие и дорогостоящие поездки?

Я хочу, чтобы Вы меня правильно поняли – речь вовсе не идет об оплате таких поездок. Когда я принимаюсь за какую-нибудь интересную работу, отвечающую моим духовным интересам, я о гонораре не думаю и вопрос об оплате не играет для меня никакой роли. Если мне нужны заработки для «хлеба насущного», я их добываю легко и с наименьшей затратой времени. Речь идет о другом – сумеет ли один человек в сравнительно ограниченный срок (а растягивать такое дело на долгие годы не имеет смысла) и с очень ограниченными личными средствами осилить такое большое предприятие? Как выйти из этого положения? Может быть, поручить это дело двум авторам – скажем, мне и Ю. К. Бегунову⁴ (или другому, не обремененному семьей), который, находясь на штатной работе, мог бы получить командировки в отдаленные пункты? Подумайте, пожалуйста, и сообщите мне свое мнение.

При всех обстоятельствах следует теперь же приступить к составлению списка городов, где имеются рукописные собрания, и тогда все станет яснее. Не возьмется ли за это дело В. И. Малышев?

Со времени нашего свидания у меня не произошло ничего нового. Кошки в продаже больше нет, но, если появится, я закуплю целую партию, львиная доля которой, конечно, перепадет Вам (кошачий концерт предполагает не одну кошку, а целый хор).

Шлю всем вам самый сердечный привет.

Ваш [И. У. Будовниц]

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 8. Ед. хр. 15. Л. 10–11 об. Машинопись.

28. И. У. Будовниц – Д. С. Лихачеву 22 ноября 1961 г

Москва, 22 ноября 1961

Дорогой Дмитрий Сергеевич,

Что с Вами? Чем Вы хвораете? Опять проклятая язва? Как Вы себя чувствуете сейчас?

Я тоже не могу похвастать: болеет Ирина Вениаминовна (грипп, высокая температура, астматический кашель, задыхается); зауряд-работница (неверная вертихвостка, приходившая редко и нерегулярно) лежит в больнице после операции аппендицита.

По согласованию с издательством я обещал Вам прислать оформление титульного листа, но они мне это оформление только показали, потребовав, чтобы я немедленно его подписал, так как в тот же день оно должно пойти в дело. Так как оформление мне понравилось, я его подписал, хотя и не уверен, что оно много дней не будет лежать на каких-нибудь столах без движения. Насчет форзаца обещали поговорить с начальством. Что касается переплета, то можно взять бронзу на черном фоне (так оформлено, между прочим, последнее издание «Жития протопопа Аввакума»¹), но неудобство заключается в том, что, как мне по секрету сообщили, бронзовая фольга у них плохая, быстро осыпающаяся, а алюминиевая – прочная и стойкая. На чем остановимся? Этот вопрос можно решить не сразу. Корректурную вычитку осуществляет знакомая Вам Дорина Назарьевна Ботвинник² – очень медленно, зато внимательно и тщательно. Она очень довольна состоянием рукописи и ее подготовкой.

Посылаю два пробных описания двух фондов. Как видите, описание состоит из следующих элементов: 1) названия собрания; 2) № фонда; 3) самая краткая история фонда (иногда, при описании фондов с более сложной историей, например Погодина², Уварова³ и др., эту справку придется значительно расширить); 4) характеристика фонда (состав его рукописей и хронологические грани); хотя нас интересуют только славянские рукописи и только до XVIII в., однако, если в составе фонда имеются и неславянские рукописи, и за XVIII–XX вв., это следует отметить, чтобы дать о фонде полное представление; 5) описания – сперва печатные в хронологическом порядке, потом рукописные. В ходе работы будут разработаны разные сокращения.

Уже с самого начала возникают следующие вопросы.

Надо ли расположить фонды по хранилищам, по алфавиту или по какому-нибудь другому признаку? Мне кажется, – лучше всего по хранилищам, с приложением алфавитного указателя фондов.

Надо ли упоминать в характеристике фондов уникальные, особо интересные и вообще замечательные рукописи? Это очень соблазнительно, но, с другой стороны, есть немало собраний (Погодинское, Уваровское, Синодальное⁴ и много других), насчитывающих огромное количество интереснейших рукописей, перечислить которые практически невозможно. И вот может получиться так, что будут указаны интересные рукописи малозначащих фондов и будут игнорироваться интересные рукописи важных и значительных фондов.

Будьте все здоровы и счастливы, поправляйтесь скорей!

Ваш [И. У. Будовниц]

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 8. Ед. хр. 15. Л. 12 и об. Машинопись.

29. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу 18 февраля 1962 г

18.II.62

Дорогой Исак Куриелич (так зовет Вас наша маленькая Вера Сергеевна¹, на которую Вы произвели очень большое впечатление)! Безмерно рад тому, что книга Ваша скоро будет иметь сверку. Это будет замечательный подарок древникам. Работа их, особенно при описании рукописей, будет сильно облегчена.

Все-таки молодец ВВВ², что провел Вашу книгу³. Когда может, он блюдет научные интересы. Будем рады Вас увидеть. Только имейте в виду, что в конце марта или в начале апреля мы собираемся поехать лечиться с Зинаидой Александровной в Карловы Вары (если, конечно, дадут путевки).

У нас все благополучно. А как у Вас?

Все мы шлем Вам и Ирине Вениаминовне сердечные приветы.

Любящий Вас Д. Лихачев

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41. Л. 70. Авторизованная машинопись.

30. Д. С. Лихачев – И. У. Будовницу 11 октября 1962 г

11.X.62

Дорогой Исаак Уриелиевич!

Несколько дней назад я вернулся из Варшавы. Там было заседание (несколько заседаний) Эдиционно-текстологической комиссии Международного комитета славистов¹. Среди прочих решений я провел и такое: создать инструкцию для составления каталога фондов древнеславянских рукописей. Каждая страна будет описывать свои фонды, но по единому общему плану (по единой инструкции). Составить проект инструкции поручено чехословацкой национальной эдиционно-текстологической комиссии (они уже составили и другие инструкции). Все это очень важно для задуманного Вами дела. Теперь мы сможем уже, наверное, через Советский комитет славистов напечатать Ваш «Каталог фондов древнеславянских рукописей» и вообще получать всяческую помощь от Советского комитета славистов. Надо только чехам послать Ваши соображения о том, каким должен быть этот каталог. Занимается инструкцией милый человек – Вячеслав Францевич Мареш². Он хорошо говорит по-русски, и писать поэтому можно ему по-русски. Надо, чтобы они приняли Ваш проект, тогда все пойдет как по маслу. Уверен, что они с Вами посчитаются. Хотите, пошлите ему сами (сославшись на меня и на то, что Вы уже составляете этот каталог фондов), а хотите – я перешлю ему Ваш проект, а заодно и Ваш адрес.

Ну, как Вы провели лето и осень? Как здоровье Ирины Вениаминовны? Я очень устал. Сегодня только подписал к печати свою «Текстологию» (605 страниц). Пока я книжкой доволен. Разочарование обычно наступает у меня через несколько недель.

Что-то хворает желудком Вера (большая). Предполагают язву 12-перстной кишки (наследственность!).

На службе я разругался с нашим грубым ученым секретарем (неучем)³. Невозможно было вытерпеть.

В Польше было очень интересно. Они там собираются издавать Ипатьевскую летопись⁴, положив в основу издания Хлебниковский список⁵. Милый и способный человек А. Поппе⁶ сдал в издательство книжку о Борисе и Глебе (издает тексты) и подписал к печати превосходный словарь древнерусских строительных терминов⁷.

Все мои кланяются Вам обоим. Будьте здоровы. Жду письма. Ваш Д. Лихачев

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41. Л. 69. Авторизованная машинопись.

31. Д. С. Лихачев – И. В. Будовниц 31 мая 1963 г

31.V.63

Зеленогорск

Дорогая Ирина Вениаминовна!

Я очень, очень сочувствую Вам в Вашем горе¹.

Исаака Уриелиевича я люблю. Он настоящий человек. Его отношение к людям и событиям на редкость для нашего времени искреннее и человеческое. Каждый раз, когда я встречался с Исааком Уриелиевичем, он как-то оживлял и обострял мое отношение к окружающему: столько в нем было всегда своего, оригинального, добродушно-насмешливого. Мне хочется смотреть на мир его глазами. Он мне родной, близкий.

Не могу поверить, что его нет. Он занимает в моей душе слишком много места. Будем думать, что он где-то путешествует пешком, как всегда.

Я уверен, что все мы его еще увидим, и он нам расскажет что-нибудь веселое.

Родная Ирина Вениаминовна, поверьте: мы его непременно увидим. Искренне, убежденно говорю Вам: я не верю в смерть.

Пожалуйста, дорогая Ирина Вениаминовна, знайте, что я и Зинаида Александровна – Ваши друзья.

Крепко целую Вам руки. Ваш Д. Лихачев

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 15. Ед. хр. 29. Л. 2. Автограф.

32. З. А. и Д. С. Лихачевы – И. В. Будовниц 6 февраля 1969 г

6 февраля 1969 г.

Дорогая Ирина Вениаминовна,

нас очень поразило и опечалило известие о Вашем несчастии. Сколько Вам пришлось пережить в эту ночь, когда случился пожар в Вашей квартире. Жаль, что мы так далеко живем от Вас, ведь Вам нужна помощь. Наша молодежь могла бы Вам перетащить и уложить оставшиеся вещи. Новую комнату нужно освоить, а как Вы там одна?

Очень все это грустно.

Мы бы хотели Вам выслать немного денег, но по какому адресу их выслать? А может быть, лучше выслать какие-нибудь необходимые вещи, чтобы Вам не искать по магазинам. Мы все очень расстроены тем несчастьем, которое Вам приходится переживать.

Целую Вас. З. Лихачева

Дорогая, милая

Ирина Вениаминовна!

Мы очень расстроены Вашим несчастьем. Я как-то даже не думал, что такое возможно! В последние годы я совсем не слышал о пожарах. И надо же было этому случиться именно с Вами.

Вы, как погорелец, сейчас нуждаетесь в деньгах. Разрешите нам выслать Вам немного, но годится ли высылать по указанному Вами адресу?

Вернетесь ли Вы после ремонта в свою комнату¹?

Очень, очень Вам сочувствуем.

Любящий Вас Д. Лихачев

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 15. Ед. хр. 29. Л. 7–8. Автограф.

Д. С. Лихачев – Б. В. Томашевскому

Борис Викторович Томашевский (1890–1957) – филолог, пушкинист, текстолог, педагог; доктор филологических наук без защиты диссертации (1941). Из-за участия в революционном кружке в гимназические годы для получения высшего образования уехал в Бельгию, в 1912 г. окончил Льежский университет (Институт Монтефиоре) по специальности «инженер-электрик», также слушал лекции по французской филологии в Сорбонне, занимался в Национальной библиотеке Франции. Вернулся в Россию в 1913 г., изучал документы в Пушкинском Доме, участвовал в семинарии С. А. Венгерова. Участник Первой мировой войны: инженер 12‑й строительной дружины 3‑й действующей армии Западного фронта. После демобилизации жил в Москве, Екатеринбурге, Петрограде; работал в Наркомате почт и телеграфов, Главном комитете государственных сооружений, в управлениях по сооружению железных дорог Казань – Екатеринбург и Петроград – Орел (1918–1922). Участвовал в деятельности Общества изучения поэтического языка (ОПОЯЗ), Московского лингвистического кружка, Общества любителей российской словесности при Московском университете. Научный сотрудник Комиссии по изданию сочинений Пушкина при АН СССР (с 1922) и Института сравнительной истории литератур и языков Запада и Востока при ЛГУ (1923–1930). Преподаватель ЛГУ (с 1924 г. с перерывами), Ленинградского института инженеров транспорта (1931–1935, по кафедре математики), Ленинградского педагогического института им. А. И. Герцена (1938–1942; в 1941–1942 гг. заведующий кафедрой русской литературы), заместитель директора по учебной части Литературного института при СП СССР (1942–1944). Сотрудник ИРЛИ (с 1929 с перерывами; с 1946 – заведующий рукописным отделом, в 1957 – заведующий Сектором изучения жизни и творчества Пушкина). Член СП СССР (с 1934). Автор одной из первых работ по текстологии («Писатель и книга. Очерк текстологии», 1928), книг по теории литературы и поэтике, о жизни и творчестве Пушкина и др. Томашевский был в числе старших коллег Лихачева по Пушкинскому Дому, дружественные отношения с которыми Дмитрий Сергеевич особенно ценилa.

11 декабря 1942 г

Дорогой Борис Викторович!

Получил письмо от Ник[олая] Ив[ановича] Мордовченко¹ из Тобольска. Он работает в Омском пед[агогическом] ин[ститу]те. Преподает всякие литер[атурные] предметы. Там же вместе с ним находится и В. В. Виноградов, закончивший только что еще одну книгу²! Н[иколай] И[ванович] пишет, что растолстел. А при моем отъезде из Л[енингра]да он был совсем плох: не стоял на ногах и обличием был ужасен. Он спрашивает о Вас. Поэтому сообщаю Вам его адрес: Тобольск, Красная, 17.

Писал Г. П. Блоку³, спрашивал его об адресе Евг[ении] Конст[антиновны]a и Журы⁴, но ответа не получил. Может быть, Вам удалось узнать? [В Казани живется плохо.]b В одной комнате нас 10 человек – 2 семьи. С едой плохо. С библиотеками плохо (по др[евне]р[усской] лит[ературе] – мало). Настроение поэтому неважное. Единственный человек, с которым можно побеседовать, – Анна Мих[айловна] Астахова⁵. Над чем Вы работаете? Привет большой Ирине Николаевне⁶.

Д. Лихачев 11.XII.42

РО РГБ. Ф. 645. Карт. 37. Ед. хр. 15. Автограф. На почтовой карточке, со штампом: «Просмотрено Военной цензурой. Казань / 129». Из Казани, куда был эвакуирован Лихачев с семьей, в Москву. Семья Лихачевых проживала в Казани по адресу: ул. Комлева, д. 9, комн. 57.

Опубл.: Текст и традиция: альманах. Вып. 11. С. 317–319.

Д. С. Лихачев – В. Ф. Ржиге

Вячеслав Федорович Ржига (1883–1960) – филолог, историк литературы, библиограф, педагог; доктор филологических наук (1945). Окончил словесное отделение историко-филологического факультета Московского университета (1907). Сотрудник Московского публичного и Румянцевского музеев (1908–1910); учитель в средних школах Москвы (1909–1919); секретарь Общества истории литературы при Московском университете (1911–1917).

Преподаватель истории древнерусской литературы и фольклора Московского университета по кафедре русской литературы и русского языка (1914–1921; с 1918 г. профессор) и Московских высших женских курсов (1914–1918).

Научный сотрудник и секретарь секции русской литературы Института языковедения и истории литературы РАНИОН (1921–1931); научный сотрудник отдела рукописей и отдела Киевской Руси ГИМ (1922–1929); научный редактор Государственного словарно-энциклопедического издательства «Советская энциклопедия» (1931–1933).

В 1934 г. арестован по «делу славистов» (делу «Российской национальной партии») и осужден на 5 лет ИТЛ. До декабря 1934 г. находился в Свирлаге (Ленинградская обл.), а затем был выслан в Ташкент. Преподавал в вузах Ташкента (1934–1936) и Душанбе (1939); работал в Государственной книжной палате УзССР. Вернулся в Москву в 1939 г. Реабилитирован в 1964 г.

Главный библиотекарь научно-библиографического отдела (1939–1954) и отдела обработки и каталогов (1954–1959) ГБЛ. В 1940–1958 гг. преподавал на филологическом факультете МГПИa.

Автор работ о композиции, стихосложении, авторстве, языке и др. «Слова о полку Игореве», по древнерусской литературе, истории русской публицистики XVI в. (об И. С. Пересветове, Ермолае-Еразме и др.), литературе XVII–XVIII вв.

Из одиннадцати писем Лихачева Ржиге, сохранившихся в ОР РГБb, для публикации в настоящем издании выбраны девять. Сохранившиеся черновики трех писем Ржиги Лихачеву в публикацию не включеныc.

1. 16 марта 1946 г

Глубокоуважаемый Вячеслав Федорович!

Александр Сергеевич Орлов говорил мне, что у Вас как будто бы находится первая (ненапечатанная) часть его работы «К вопросу об Ипатьевской летописи»¹ с характеристикой русских хронографов домонгольской поры. Александр Сергеевич просит Вас, если эта работа действительно у Вас, выслать ее ему или мне (Л[енинград], 136, Лахтинская […] Лихачеву Дм. Серг.).

Кроме того, у меня большая к Вам просьба. Не могли бы Вы сообщить мне:

1) Где сейчас находятся рукописи Московской духовной академии²?

2) Основная часть рукописей Коллегии иностранных дел находится в ГАФКЭ³?

Буду Вам очень благодарен, если ответите.

Уважающий Вас Д. Лихачев

16 марта 46 г.

ОР РГБ. Ф. 446. Карт. 17. Ед. хр. 105. Л. 1. Авторизованная машинопись.

2. 16 декабря 1954 г

Глубокоуважаемый Вячеслав Федорович!

В марте [19]55 г. мы проектируем созвать в Москве совещание по вопросам изучения древнерусской литературы¹. Цель – объединение сил, обмен опытом, привлечение молодежи к изучению древнерусской литературы. Сектор очень просит Вас выступить с докладом. Тема – по Вашему усмотрению.

Мы проектируем три дня заседаний с очень небольшими докладами (по 30 минут – не больше), а затем экскурсии для молодежи в рукописные отделения.

Пожалуйста, не откажитесь выступить и председательствовать на некоторых из заседаний. Мы предполагаем так, чтобы председательствовали по очереди – Вы, Варвара Павловна, Николай Каллиникович и Александр Иванович² (если он согласится приехать из Киева).

Я хвораю и очень много работаю.

Шлю Вам самые наилучшие пожелания.

Ваш Д. Лихачев 16.XII.54

Л[енингра]д 14, Басков […].

ОР РГБ. Ф. 446. Карт. 17. Ед. хр. 105. Л. 3 и об. Автограф.

3. 23 декабря 1954 г

Глубокоуважаемый Вячеслав Федорович!

Поздравляю Вас с наступающим Новым Годом. Желаю Вам от души всего самого хорошего.

Ваш доклад¹ очень хорош. Будем надеяться, что совещание нам разрешат. Во всяком случае, готовьте Вашу работу для XII т. Трудов ОДРЛ² – сдаем весной [19]55 г.

Искренне Ваш Д. Лихачев 23.XII.54

ОР РГБ. Ф. 446. Карт. 17. Ед. хр. 105. Л. 5. Автограф.

4. 9 апреля 1955 г

Глубокоуважаемый Вячеслав Федорович!

Посылаю Вам свою брошюру о «Слове»¹ и пригласительный билет.

Ждем Вас. Оплата проезда за счет нашего института. Сообщите, на какое число взять Вам билет и когда Вы приедете.

Желаю Вам всего самого хорошего, а главное – здоровья: знаю по себе, как оно дорого.

Искренне Ваш Д. Лихачев 9.IV.55

ОР РГБ. Ф. 446. Карт. 17. Ед. хр. 105. Л. 7. Автограф.

5. 1 марта 1956 г

Глубокоуважаемый Вячеслав Федорович!

Вы стоите во главе нового издания «Слова»¹. Посылаю Вам перевод ленинградского поэта С. Вл.a Ботвинника². Мне кажется, он достоин того, чтобы Вы его напечатали в Гослитиздатовском издании. Он сделан различными размерами, в нем нет штукарстваb и поисков редких значений слов, он спокоен и хорошо читается.

Пожалуйста, сообщите мне о Вашем решении.

Ждем Ваших статей для Трудов ОДРЛ.

С искренним уважением Д. Лихачев 1.III.56

Перевод Семена Владимировичаc я редактировал. Он внес в него изменения по моим указаниям.

ОР РГБ. Ф. 446. Карт. 17. Ед. хр. 105. Л. 8. Автограф.

6. 18 марта 1956 г

Глубокоуважаемый Вячеслав Федорович!

Простите, пожалуйста, что не послал Вам свою брошюру. Причин тут две: во-первых, я невежа, во-вторых, этот доклад мне по некоторым причинам весьма неприятен¹ (впрочем, посылая его Вам, я не должен был бы об этом думать).

Не могли ли бы Вы прислать обе Ваши публикации «Петра и Февронии» в XIII т. Трудов ОДРЛ²? Он собирается сейчас. Прислать их нужно к концу апреля, не позднее. Дело в том, что в т. XIII мы будем публиковать и сказку о Петре и Февронии (дает нам Померанцева³). Одно к другому бы очень подошло.

В сборнике в честь Варвары Павловны публикации, мне кажется, возможны (по-моему, они бывали в прежних сборниках, к[ому]-л[ибо] посвященных), но не велик ли будет объем? Мы ведь хотим дать очень много статей⁴, но маленьких (не более 10 страниц на маш[инке]).

В крайнем случае, если Вы не успеете в апреле приготовить обе публикации, то хоть одну дайте для XIII т., но лучше бы обе, а Варваре Павл[овне] посвятите еще ч[то]-л[ибо]. Вот какие мы жадные к Вашим статьям!

М[ожет] б[ыть], у Вас будут к[акие]-л[ибо] дополнительные соображения или возражения на публикацию «Пересветова⁵» А. А. Зимина⁶? Было бы хорошо, если бы Вы об этом написали в сб[орник] в честь Варв[ары] Павл[овны].

В общем, всё на Ваше усмотрение.

Спасибо Вам за Ботвинника. Есть еще очень недурной перевод Малахова⁷. Я просил его Вам прислать на всякий случай. С искренним уважением

Д. Лихачев

ОР РГБ. Ф. 446. Карт. 17. Ед. хр. 105. Л. 10 и об. Автограф. Датировано по почтовому штемпелю на конверте (Л. 11).

7. 1 мая 1956 г

Глубокоуважаемый Вячеслав Федорович! Поздравляю Вас с праздником. Спасибо за статью. Она пришла как раз вовремя: мы формируем XIII т. Тр[удов] ОДРЛ. Статью Вашу прочел: она нас всех очень заинтересовала.

Ждем Вашей статьи для т. XIV Тр[удов] ОДРЛ, который посвящаем Варваре Павловне (формировать будем в ноябре)¹.

С искренним уважением Д. Лихачев 1.V.56

ОР РГБ. Ф. 446. Карт. 17. Ед. хр. 105. Л. 12. Автограф. На открытке.

8. 24 сентября 1956 г

Глубокоуважаемый Вячеслав Федорович!

Не знаете ли Вы, какова судьба перевода «Слова о полку Игореве» ленинградского поэта С. Ботвинника? Он предназначался для книги переводов «Слова», издаваемой Гослитиздатом под Вашей редакцией.

Как Вы отдохнули летом? Я чувствую себя плохо после плохого лета: болит язва.

Ждем Вашей статьи в сборник в честь Варвары Павловны.

С искренним уважением Д. Лихачев 24.IX.56

ОР РГБ. Ф. 446. Карт. 17. Ед. хр. 105. Л. 14. Автограф.

9. 21 ноября 1956 г

Глубокоуважаемый Вячеслав Федорович! Большое Вам спасибо за интересную статью. Завтра передаю ее редактору тома – В. И. Малышеву. Не сомневаюсь, что статья ему понравится. Думаю, что небольшое преувеличение объема – не беда.

Желаю Вам всего самого хорошего. Сам я чувствую себя не очень важно. Сказывается сильное переутомление.

С глубоким уважением Д. Лихачев 21.XI.56

ОР РГБ. Ф. 446. Карт. 17. Ед. хр. 105. Л. 17. Автограф. На почтовой карточке.

Переписка Д. С. Лихачева и Н. К. Гудзия

Николай Каллиникович Гудзий (1887–1965) – литературовед, историк литературы, педагог; академик АН УССР (1945).

Гудзий во время учебы в Киевском университете св. Владимира (1908–1911) и в первые годы после его окончания был участником известного научного сообщества – «Семинария русской филологии» профессора В. Н. Перетца, из которого вышли известные филологи и литературоведы – В. П. Адрианова-Перетц, И. П. Еремин, Г. А. Бялый и др. Сам Гудзий был прекрасным преподавателем, воспитавшим, в свою очередь, специалистов по древнерусской литературе – А. Н. Робинсона, В. А. Путинцева и многих других. В числе слушателей его «толстовского» семинара и семинара по источниковедению в МГУ были В. Я. Лакшин, П. В. Палиевский, Л. М. Розенблюм и др.

Преподавал в высших и средних учебных заведениях Киева и Симферополя, в 1921 г. переехал в Москву. Профессор кафедры истории русской литературы МГУ (с 1922), декан филологического факультета МГУ (1941–1945) и заведующий кафедрой русского устного народного творчества (1941–1946). Заведующий Секцией древнерусской литературы и литературы XVIII в. ИМЛИ (1939–1941, 1945–1947); отделом русской литературы (1945–1952) и отделом украинской древней литературы (1952–1961) Института литературы им. Т. Г. Шевченко АН УССР. Автор работ по древнерусской литературе, публицистике XVI в., русской и украинской литературам XVIII – начала XX в., о жизни творчестве Л. Н. Толстого; первых советских учебников и хрестоматий по древнерусской литературе; член редколлегии Полного собрания сочинений Л. Н. Толстого, редактор отдельных томов (1932–1958) и др.

Лихачев познакомился с работами Гудзия еще до войны. Дмитрий Сергеевич вспоминал, как в 1938 г. встретил на улице Г. А. Гуковского, который почти что бежал в книжный магазин, находившийся в парадной Музея этнографии и антропологии, чтобы успеть купить только что поступивший в продажу учебник Гудзия «История древней русской литературы». В этой книге, по словам Лихачева, «Гудзий говорил обычные вещи. Но как это было необычно!». Лихачеву импонировала стилистика, в которой был написан учебник, – «о литературе, да еще древнерусской, говорилось нормальным человеческим голосом. Там были человеческие слова о человеческих произведениях»a. Учебник Гудзия, десятилетиями входивший в вузовскую программу, переиздавался с исправлениями и дополнениями 7 раз. Даже само имя Гудзия с середины XX в. стало в студенческой историко-филологической среде употребляться в качестве обозначения учебникаb. В начале 1970‑х годов «Гудзия» заменил учебник Н. В. Водовозова. Сотрудники Сектора древнерусской литературы ИРЛИ настаивали на непременном переиздании учебника Гудзияc, однако его восьмое издание было осуществлено только в 2002 г.

Лихачев и Гудзий сблизились в 1945 г. в период совместной работы над многотомной «Историей русской литературы». В воспоминаниях о Гудзии и в некрологе ему, публикуемом далее в комментарии к письму 25 от 4 ноября 1965 г. (с. 116–117 наст. изд.), Лихачев подчеркивал неизменно доброе, человеческое отношение Николая Каллиниковича к людям, его альтруистические качества: «Он всегда интересовался тем, что представляет собой ученый в человеческом отношении. Он не терпел карьеристов, интриганов и чиновников, не терпел дурного отношения к людям. И огорчался, когда слышал о людях дурное. Неудача людей, которых он не любил, его не радовала. Ему не доставляло удовольствия услышать дурное о человеке. В нем не было ни на каплю злорадства. Он был всегда на стороне обижаемых. Он стремился к справедливости – в отношении живых и мертвых. Память ученого была для него священна […] То, что он говорил, часто было самым обыкновенным. Но именно это обыкновенное, сказанное вовремя, действовало как выстрел»d.

За свою плодотворную научную жизнь Гудзий собрал обширный архив, судьбу которого попытался сам определить в конце 1963 г. Он передал небольшую часть документов в ЦГАЛИ СССР (автобиографию, рукописи некоторых работ, поздравительные телеграммы), где был создан его личный архивный фонд (РГАЛИ. Ф. 2256. 15 ед. хр., 1930–1964 гг.). После кончины ученого в 1965 г. директор ЦГАЛИ СССР Н. Б. Волкова предлагала его близким – А. К. и Т. Л. Гудзий – передать весь архив ученого на государственное хранениеe, но не получила отклика. Живейшее участие в судьбе архива Гудзия принял Лихачев, в частности, он предложил выбрать местом его хранения РО ГПБ (см. письма 26, 27 на с. 118–119 наст. изд.). Однако в 1977 и 1983 гг. основная часть документов поступила в ГБЛ (ОР РГБ. Ф. 731. 3832 ед. хр., 1900–1970‑е гг.), в их числе – значительный корпус писем Лихачева: 134 письма и 5 телеграмм на 188 листах. Самое раннее письмо от 23 сентября 1945 г., позднее – от 3 сентября 1965 г. В сохранившемся эпистолярии нашла отражение кампания по борьбе с космополитизмом в ИРЛИ и ЛГУ, а также обсуждались: организационные вопросы подготовки к защите Лихачевым докторской диссертации, одним из оппонентов которой был Гудзий; острые вопросы отечественной истории, в том числе подлинность «Слова о полку Игореве», поставленная под сомнение А. А. Зиминым в первой половине 1960‑х годов; темы статей для изданий Сектора (Отдела) древнерусской литературы и выступлений на его заседаниях и т. д. В письмах Гудзий и Лихачев поздравляли друг друга с праздниками, юбилеями, присуждением государственных наград, обменивались мнениями в связи с выходом книг по древнерусской литературе. Эти письма могли бы составить самостоятельную книгу.

В нашем сборнике публикуются 21 письмо и 1 телеграмма (из собрания РГАЛИ) Лихачева Гудзию, 2 письма Гудзия Лихачеву и 4 письма Дмитрия Сергеевича к вдове Гудзия Татьяне Львовне и к его сестре Анне Каллиниковне.

1. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию 23 сентября 1945 г

Глубокоуважаемый Николай Каллиникович¹!

Посылаю Вам свою только что вышедшую книжечку «Национальное самосознание Древней Руси»². Я предполагал, что она выйдет в свет после некоторых моих работ, которые дал для напечатания в «Исторические записки»³, в Труды Института литературы⁴ и др. Поэтому некоторые места этой книжечки звучат необоснованно. Скоро должна появиться еще одна моя книжечка, в которой я также стремлюсь по мере сил пропагандировать др[евне]русск[ую] литературу и др[евне]русск[ое] искусство⁵. Очень рад был узнать, что Ваше здоровье стало значительно лучше.

Уважающий Вас Д. Лихачев 23.IX.45

ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 8. Ед. хр. 64. Л. 1. Автограф. На почтовой карточке.

2. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию 9 апреля 1946 г

Многоуважаемый Николай Каллиникович! a

Я был очень обрадован Вашей рецензией¹. Кроме Варвары Павловны² мне никто в Отделе не говорил своего мнения о моих книжках.

Вполне согласен с Вами, что о югославянском влиянии непременно следовало бы сказать: но… соответствующие страницы были у меня выкинуты редактором. Вообще литературный материал в книжке о Новгороде подвергся чрезвычайному сокращению по требованию рецензента – В. В. Мавродина. Поэтому, между прочим, я не смог ничего сказать и о редакциях жития Михаила Клопского³. Я ими несколько занимался⁴ и пришел к выводу, что Ключевский не прав⁵.

В обеих книжках я стремился рассматривать русскую культуру не изолированно, и демонстрация наших тесных связей со славянскими странами была бы очень уместной. Сейчас подписана к печати моя книжка «Русская культура XV в.»⁶. В ней всякие европейские связи развернуты мною шире, чем в предшествующих книжках, но югославянского влияния снова нет: редактора пугает слово «влияние». Пришлось кое-что сказать об этом влиянии обиняками. Если бы Ваша рецензия появилась двумя неделями раньше, – мне удалось бы восстановить у себя в правах этот попранный раздел русской литературы.

Тема политической теории русского государства меня очень занимает, и я продолжаю об этом думать и сейчас. Основная моя мысль в том, что под теорию «Москвы – третьего Рима» обычно подводят различные исторические взгляды, которые следовало бы дифференцировать⁷. «Сказание о князьях Владимирских» утверждает о перенесении знаков царского достоинства при Владимире Мономахе, когда Византия находилась еще в полном цветуb. Здесь нет, следовательно, идеи преемства царств и идеи византийского наследия, а речь идет об обычных и для Западной Европы легендах. Взгляд же на Москву как на преемницу и наследницу Византии в результате ее гибели, после 1453 г. никогда в XVI в. не высказывался официально. Но в XVII в. взгляд этот, действительно, в официальные высказывания вошел, и мне бы следовало об этом упомянуть.

Остальные указания Ваши принимаю. Большое спасибо.

Очень хочется подготовить к печати «Повести о Николе Заразском»⁸. Копаюсь в бесчисленных списках⁹.

Как Ваше здоровье?

Искренно Вас уважающий Д. Лихачев 9.IV.46

ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 8. Ед. хр. 64. Л. 2 и об. Авторизованная машинопись с правкой автора.

3. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию 5 сентября 1946 г

Глубокоуважаемый Николай Каллиникович!

Посылаю Вам свою брошюру «Культура Руси эпохи образования русского национального государства». В ней есть повторения: мне очень трудно писать вторично о чем-либо по-иному (иными словами). Вновь написаны мною: начало главы «Политическая теория», гл[ава] «Просвещение», частично гл[ава] «Летописное дело», гл[ава] «Эпос», частично гл[ава] «Литература», гл[ава] «Зодчество», гл[ава] «Живопись», гл[ава] «Новое в нравах и в быте», «Военное дело» и «Введение» (частично).

К сожалению, редактор выбросил у меня в гл[аве] «Литература» некоторые сопоставления между «Повестью о Петре и Февронии»¹ и «Романом о Тристане и Изольде»² и примечание, в котором указывалось, что мысль о связи этих двух произведений была высказана как-то в разговорах еще покойным В. Л. Комаровичем. Я собираюсь написать о «Пов[ести] о Петре и Февронии» статью (мне удалось установить кое-какие факты первоначальной истории этой повести – намеки на них у меня есть и в этой главе) и там, в той статье, восстановлю и это утраченное примечание³.

Очень обрадовала всех Ваша рецензия на претенциозную и бездарную книжку Югова⁴. Такие «дельцы» льют воду на мельницу Мазона и наносят чрезвычайный вред престижу русской культуры.

Как Ваше здоровье?

Книжку «Русские летописи» мне удалось устроить в Издательстве АН – в серии научно-популярной литературы. Политиздат, несмотря на рецензии – Вашу, Варв[ары] Павл[овны] и С. Н. Валка, печатать историческую тематику сейчас не решается.

Ваш Д. Лихачев 5.IX.46

ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 8. Ед. хр. 64. Л. 3 и об. Автограф.

4. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию 26 мая 1947 г

Глубокоуважаемый Николай Каллиникович!

Посылаю Вам свой ответ М. Н. Тихомирову¹. Нельзя ли было бы напечатать его в «Сов[етской] книге»? Мне просто глаза стыдно поднять на наших западников. Книжку мою они не читали, а рецензию прочтут все. Защищатьa при этих условиях немыслимо.

Я послал свой ответ и в «Вопросы истории», но совершенно уверен, что они его не напечатают, т. к. Тихомиров с его крутым нравом состоит там редактором и всем крутит. Воображаю, какой «разнос» в этом же стиле учинит он моим «Русским летописям» – предмету его основной ревности. Недобросовестность Тихомирова как рецензента поразительна – не только вырывает отдельные слова, но даже их перевирает! Это еще смягченный вариант его рецензии (смягчали ко мне хорошо относящиеся Греков и Волгин).

Буду Вам на днях утром звонить!

А. П. Евгеньева заканчивает разнос Югова за «Светоносцев»² по лингвистической части, я получаю от нее экз[емпляр] этого «художественного произведения» и добиваю его исторически. Пришлем в «Сов[етскую] книгу»³.

Своего ответа в «Сов[етскую] книгу» непосредственно я не отослал, т. к., может быть, Вы найдете нужным что-либо смягчить или убрать. Вполне Вам доверяюсь. До моей защиты ответ не успеет появиться. Простите, что снова покушаюсь на Ваше время и на Ваш труд, но положение для меня очень серьезно.

Ваш, искренно Вам преданный

Лихачев 26.V.47

ОР РГБ. Ф. 731/I. Карт. 30. Ед. хр. 36. Л. 1. Авторизованная машинопись. С приложением (Л. 2–8) ответа Д. С. Лихачева на рецензию М. Н. Тихомирова на книгу «Культура Руси эпохи образования русского национального государства» (Вопросы истории. 1947. № 4. С. 119–122).

5. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию 9 октября 1947 г

Глубокоуважаемый

Николай Каллиникович!

Большое спасибо за оттиск статьи о Мазоне¹. Мне пришлось прочесть несколько лекций для учителей о «Слове», и меня засыпают вопросами о Югове и Мазоне. Ваши статьи мне очень помогли: я и отвечал по ним, и отсылал к ним.

Дирекция нашего Института решила поставить защиту на вторую половину ноября (я передал Ваше пожелание), но точно дня не назначила. До получения отзыва Лебедев-Полянский² назначить день защиты (19 или 26) не решился. Лебедев-Полянский бывает в Ленинграде раз в месяц и обычно сам здесь решает вопрос о дне своего следующего приезда и о повестке заседания Ученого совета. Поэтому у меня к Вам большая просьба: прислать отзыв (если это только возможно) к октябрьскому приезду Лебедева-Полянского. Иначе, я боюсь, защита отложится на декабрь³.

«Слово о полку Игореве» для малой серии «Б[иблиотеки] п[оэта]» сдал в издательство⁴. Отзывы рецензентов весьма положительные. Обещают выпустить в начале [19]48 г.

Ждем Вашего ответа Югову⁵.

Мне писали из Москвы, что на мои «Русские летописи» появилась положительная рецензия такого строгого человека, как Юшков, но в каком журнале – не написали⁶.

Искренне Вас уважающий

Д. Лихачев 9.X.47

ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 8. Ед. хр. 64. Л. 6 и об. Автограф.

6. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию. Декабрь 1947 г

Глубокоуважаемый

Николай Каллиникович!

Я Вам очень, очень благодарен за Ваше выступление, за самый Ваш приезд (конечно, для Вас нелегкий), за Ваше хорошее ко мне отношение. Я очень прошу у Вас извинения за то, что чуть было не свел защиту к скандалу, но нервы у меня очень расшатались и выдержки не хватает¹. Мне было бы очень приятно видеть Вас у нас, но нищенская наша квартираa (мы потеряли все – до последнего стула в блокаду) не позволила этого. Я хотел пообедать с Вами и с другими после защиты в Доме ученых, но Варвара Павловна решительно воспротивилась этому.

Я еще увижу Вас, когда буду провожать Вас на вокзал.

Ваш Д. Лихачев

ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 30. Ед. хр. 36. Л. 37 и об. Автограф. Датировано по содержанию.

7. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию 5 января 1952 г

Глубокоуважаемый

Николай Каллиникович!

Большое Вам спасибо за письмо и за добрые пожелания.

В истории с Лап[ицким]¹ мы с Варв[арой] Павл[овной] старались действовать как могли, с самого начала, но не смогли добиться результатов, так как на стороне Лап[ицкого] была Дирекция, предполагавшая его использовать для того, чтобы свалить Варвару Павловну, и «внутренняя» поддержка в самом Секторе.

Теперь у нас один выход в будущем – уйти из Института. Даже если вопрос будет решен в нашу пользу, – разве можно оставаться работать с такими людьми?

Действия против Варв[ары] Павл[овны] всегда были очень активными. Действия же против меня стали особенно гнусными после того, как выяснилось, что мои работы представляются на Сталинскую премию². Обиднее всего, что это представление абсолютно безнадежно, и врагам нашим не стоило затрачивать столько гнусностей против нас. В секции литературы я никак пройти не могу. Почему мои работы попали туда – не понимаю. Ведь запрашивала Институт секция науки; в секцию науки и были посланы материалы. Почему не была представлена «Повесть вр[еменных] лет» – не знаю. Думаю, потому, что это[го] никому не хотелось.

Сейчас лежу с очень сильными болями, которые не отпускают меня уже три дня, а основное дело, из‑за которого я и хвораю, Дирекция все затягивает и затягивает.

Жаль, что Вам придется окунуться во всю эту грязь. Хватит того, что мы здесь перепачканы ею до ушей. С искренним уважением. Ваш Д. Лихачев

Рецензию отослал еще 30 XII³. У меня сохранилась копия.

ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 8. Ед. хр. 64. Л. 17 – 18 об. Автограф. Датировано по почтовому штемпелю на сохранившемся конверте (Л. 19).

8. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию 5 февраля 1952 г

Глубокоуважаемый Николай Каллиникович!

Сегодня при мне Ник[олай] Ф[едорович]¹ получил Ваше письмо, а затем, как мне передавали, очень сердился по поводу того, что Вам кто-то (я уж не признался) сообщил о борьбе двух групп, так как заседания закрытые и он очень не хотел, чтобы все это дошло до Москвы. Пожалуйста, не выдавайте меня и не говорите, что это написал Вам я. Нам с Варв[арой] Павл[овной] и так плохо. Сегодня было заседание дирекции, на которое пригласили и меня (утверждались планы). Я сел сзади Варв[ары] Павл[овны] и пять минут не догадывался, что это она: такая она была сгорбленная и сухая старушка. Сегодня на заседании Сектора Вар[вара] Павл[овна] почти расплакалась, вспомнив о своих огорчениях. Хорошо, что милый Вл[адимир] Иван[ович]² быстро отвел тему разговора. Лапицкий не унимается никак. Только что мне, например, сегодня звонили, что он сегодня днем приходил в Лен[инградское] отд[еление] Института истории в дирекцию и бранил меня и Варв[ару] Павл[овну] совершенно не знакомым ему людям. Недавно он грозился в Лектории Горкома «стереть с лица земли Митьку» (т. е. меня). Всего не передашь. Я совершенно не могу работать. Достал книги, но читать не могу – не понимаю. Сегодня вышел не на той остановке автобуса и куда-то пошел. Поймал себя на том, что иду к прежнему месту своей службы, где работал 15 лет назад.

Если бы можно было переехать в какой-нибудь другой город! Идеально было бы, чтобы наш Сектор перевели в Институт мировой литературы³. Вы были бы во главе Сектора (Вар[вара] Павл[овна] искренне хочет уйти с заведывания). Работал бы у нас Андрей Ник[олаевич]⁴, Пушкарев, Ржига. Но это все пустые мечты.

Не знаю – что делать, что будет, чем все кончится. С октября я не написал ни одной строчки. Метастазы из Института перешли на историч[еский] факультет Университета, где я преподаю, и создали для меня совершенно невозможную обстановку и там (там действовал также Лап[ицкий] и нашел себе подобных). Больше всего я боюсь Ник[олая] Ф[едоровича]. Это совершенно страшный человек. Не говорите ему, пожалуйста, что я Вам написал.

Заседания наши искусственно затягиваются для того, чтобы под предлогом нерешенности вопроса о Секторе сорвать дело с премией. Искусственно предложено поставить на обсуждение мою главу из «И[стории] к[ультуры] Д[ревней] Р[уси]». Ее якобы предложено «обсудить», и другие мои работы также. Но если Ник[олай] Бельч[иков] узнает, что в Москве известна его тактика, он сорвет с меня голову. В отношении меня уже пущены в ход угрозы, с одной стороны, и ласковость – с другой. Я делаю вид, что замечаю только последнее.

С искренним уважением,

Ваш Д. Лихачев 5.II

Только не говорите об этом никому – боюсь!

ОР РГБ. Ф. 731/I. Карт. 30. Ед. хр. 36. Л. 14 и об. Авторизованная машинопись с припиской автора. Год установлен по почтовому штемпелю на конверте (Л. 15).

9. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию 16 марта 1952 г

Дорогой Николай

Каллиникович!

Искреннее Вам спасибо за поздравление¹. Мы в семье очень и очень радуемся сейчас. Главное, что я мог бы полностью перестать реагировать на все и только работать, но, к сожалению, надо еще помочь Малышеву² и Варваре Павловне. На первого ведутся серьезные нападки за его защиту нас.

Одновременно со мной получил Сталинскую премию и мой младший брат³ (первой степени по отделу энергетики).

Всегда буду помнить о Вашей помощи нам.

С чистосердечным приветом и уважением Д. Лихачев 16.III.52

ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 8. Ед. хр. 64. Л. 22 и об. Автограф.

10. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию 16 мая 1952 г

Дорогой Николай Каллиникович!

Большое Вам спасибо за рецензию С. О. Шмидта¹. Рецензия дельная и содержит много существенных замечаний и дополнений. Есть, правда, и спорные утверждения (напр[имер], явно преувеличена роль Грозного в общеязыковом процессе).

Будовница я поругал за его выступление². Дома поругала еще его и его жена. Вы на него не сердитесь. Он в общем человек хороший.

Мне кажется, что Вы сильно преувеличили в своем выступлении наши расхождения. Ваш учебник должен содержать прежде всего сведения и бесспорные положения. Я же в своей книжке³ никаких учебных целей не ставлю себе.

Вы сказали: «положения носят абстрактный и декларативный характер». Да – в докладе и в статьях. Изложить книжку в 13 авт. л. в течение 30 минут не «абстрактно» и не «декларативно» нельзя.

Вы сказали, что я «преподношу то, что мне желательно видеть в историко-литературном процессе, а не то, что этим историко-культурным процессом оправдывается…» Это не так – в рукописи я свои положения стремлюсь доказать. Я их не привношу в историко-литературный процесс, а извлекаю из него. Впрочем, и Ваше утверждение, и мое самооправдание в равной степени голословны.

Вам показалось, что я отрицаю значение переводной литературы. Вовсе нет! Я только считаю, что это значение оправдывается определенными историческими условиями.

Вам показалось, что я отрицаю наличие заимствований. Вовсе нет! В рукописи я посвящаю им целую главу. И о переводной литературе, и о заимствованиях я говорю в полный голос, а ведь многие просто избегают об этом говорить.

Я отнюдь не отрицаю христианских элементов в «Слове». Я согласен, что книжка Данелиа⁴ имеет свои достоинства. Я, наоборот, склонен считать, что преувеличено язычество «Слова». Языческие боги – художественные обобщения, а не религиозные понятия.

Значение христианства и церкви я отнюдь не отрицаю.

В главе о народном творчестве я не говорю о феодалах потому, что устное творчество феодалов не есть народное творчество. Об устном творчестве феодалов (христианские легенды, родовые предания и пр.) я говорю много.

Об устном творчестве как «основе» письменного творчества я говорю по преимуществу следующее: устное творчество подготовило почву для развития литературы.

Автора «Слова о п[олку] Иг[ореве]» я тоже считаю по происхождению феодалом (дружинником) и каждый раз об этом пишу в статьях о «Слове». Но разве дворянское происхождение Радищева и Пушкина (Вы о них упоминали) целиком определяло их мировоззрение и творчество?

Вы утверждаете, что «крестьяне жили в таких плохих условиях, что создавать культурные ценности не могли». С этим я не согласен. А былины? а лирические песни? а орнамент? а вышивки, резьба и пр., и пр.? При чем тут плохие условия? Логически продолжая Вашу мысль, можно было прийти к очень неуважительным мыслям о народе.

Вы считаете, что народ мог создавать материальные ценности, но не духовные. Историки Вам возражали: между теми и другими нельзя проводить решительной границы.

Вы сказали: «нет оснований говорить о борьбе двух культур в феодальном обществе». Феодальное общество в культурном отношении разграничено гораздо больше, чем капиталистическое (археологи отмечают резкое различие в одежде, быте и т. д.). Борьбу в области культуры я и показываю в своей рукописи.

Вы спросили меня: «откуда мне известно о том, каким было ораторское искусство в древней Руси»! В № 17 «Исторических записок»⁵ я уделяю очень много места тому, откуда мы можем знать об этом ораторском искусстве. Мне кажется, что Вы могли бы сказать мне, что точность донесенных в летописи речей мною не доказана. Это я бы понял, но как же можно спрашивать меня, «откуда» мне все это известно? Ведь я же целую статью посвятил этому «откуда»!

Год назад Вы писали о моем переводе «Слова»⁶, что я неправильно перевел (и непонятно почему) выражения «передняя слава» и «задняя слава». А ведь я тоже этому посвятил целую статью (в Известиях ОЛЯ)⁷. Вот на это место Вашей рецензии о «Слове» я и огорчилсяa (Вы никак не захотели посчитаться с моей аргументацией, а просто сказали «неправильно перевел»).

О «художественных красотах» Русской Правды я не говорю ни слова (ни в статье, ни в рукописи). Я говорю о том, что юридические обобщения Русской Правды (в ее древнейшей части, относящейся, по крайней мере, к X в.) подготовили почву для художественных обобщений. Юридические «казусы» Русской Правды – это отнюдь еще не художественные обобщения.

Вы спрашиваете: «можно ли говорить о том, что переводная литература отвечала исключительно классовым интересам?» Отнюдь нет! Об этом ясно сказано в статье (в № 12 «Вопросов истории»)⁸. Об этом же более подробно я говорю и в рукописи. Апокрифы – это литература отнюдь не верхов феодального общества. Что же касается до жития Андрея Юродивого⁹, то оно не народное произведение. Оно подчинено интересам господ[ствующего] класса, хотя в нем и есть элементы народного творчества. Кстати, «Слово о полку Игореве» с Вашей точки зрения – не народное произведение, а житие Андрея Юродивого народное? По-моему, наоборот.

Я так же, как и Вы, считаю, что русские жития «заимствовали трафареты из переводных житий».

Вы сказали: «легенды, как промежуточная стадия, ничего не изменяют». В чем? В том, что переводная литература имела большое значение для русской литературы? Но ведь я большого значения переводной литературы и не отрицаю. Я утверждаю только, что заимствования объясняются общей почвой христианского мировоззрения, и придаю последнему большое значение.

Мне кажется, что между нами нет крупных расхождений. Просто я Вам представляюсь отчасти вульгаризатором, модернизатором, модником, человеком, слишком подчиняющим свои научные выводы своему «патриотическому настроению». Ведь так? Вообразив меня таким, Вы и возражали не мне, не моей рукописи, а этому, созданному Вами, человеку.

Не подумайте, пожалуйста, что я обиделся. Я обижаюсь только тогда, когда меня хотят обидеть. В Вашем же добром ко мне отношении я абсолютно уверен. Мне бы только хотелось, чтобы Вы были более справедливы к моей аргументации (возражали бы не только на одни мои выводы, а и на мои аргументы). В докладе у меня аргументации не было (ихa и не могло быть), но и тех выводов, против которых Вы возражали, в основном тоже не было.

Жаль, что Вам пришлось уйти. Устное слово всегда убедительнее письменного. Может быть, мое письмо Вас в чем-нибудь и не убедит.

Во всяком случае, о защите интересов крестьянства в «Слове о полку Игореве» я еще внимательно подумаю. Подумаю и об уточнении формулировок, чтобы быть правильно понятым.

Это письмо я написал Вам на всякий случай. Если, зайдя к Вам, я Вас не застану, то оставлю Вам статью и письмо. У нас испорчен телефон, и я не могу Вам позвонить предварительно (меняют кабель). Привет! Желаю Вам хорошенько отдохнуть летом. Не сердитесь и Вы на меня, пожалуйста.

Ваш Д. Лихачев 16.V.1952

ОР РГБ. Ф. 731/I. Карт. 30. Ед. хр. 36. Л. 20 – 23 об. Автограф.

11. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию 22 октября 1953 г

Глубокоуважаемый

и дорогой Николай Каллиникович! Мне очень и очень приятно получить от Вас поздравление¹. Я не могу считать себя настоящим членом-корреспондентом, но постараюсь быть полезным изучению древней русской литературы, чем могу. Древнюю Русь я очень люблю, и вселить к ней уважение наибольшего числа людей, особенно молодежи, мне всегда особенно хотелось.

Передайте, пожалуйста, мои поклоны Татьяне Львовне² и Анне Каллиниковне³.

Всегда помню, какое значение для меня имели Ваши работы. Мне хочется сейчас еще раз поблагодарить Вас за ту помощь, которую Вы оказали нам в тяжелое для нас время нападок И. П. Лапицкого.

С душевными приветами Д. Лихачев 22.X.53

Познакомились ли Вы с авторефератами моих учениц – Питолиной⁴ и Масленниковой⁵? Они Вам их выслали.

ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 8. Ед. хр. 64. Л. 29 и об. Автограф.

12. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию 24 декабря 1955 г

Шлем лучшие пожелания, поздравления с Новым годом. Лихачевы

РГАЛИ. Ф. 2256. Оп. 1. Ед. хр. 15. Л. 3. Телеграмма с поручением вручить 31 декабря. Датировано по почтовому штемпелю.

13. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию 15 апреля 1956 г

Дорогой Николай

Каллиникович!

Я слышал, что Вы собираетесь выставить кандидатуру В. М. Жирмунского в академики¹?

Если Вы собираетесь выдвинуть его от группы ученых, то я очень бы хотел присоединить свою подпись.

Это не только крупнейший ученый и активнейший организатор, но и очень благожелательный человек, постоянно поддерживающий других, особенно молодежь. Благожелательность и порядочность – это два редких качества, в которых очень и очень нуждается сейчас наша Академия.

Я никогда не слышал от него ядовитых замечаний о товарищах, никогда не чувствовал в нем зависти к другим. В нем нет стремления «подсидеть» к[ого]-л[ибо].

В той или иной форме присоедините, пожалуйста, меня к Вашей инициативе.

Мы живем в Ялте. Здесь весна, все цветет, но в последние дни стало холодно.

Зин[аида] Алекс[андровна] здесь и шлет Вам сердечный привет. 26‑го буду уже в Ленинграде.

Ваш Д. Лихачев 15.IV.56

Привет Татьяне Львовне и Анне Каллиниковне.

ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 8. Ед. хр. 64. Л. 60 и об. Автограф.

14. Н. К. Гудзий – Д. С. Лихачеву 5 октября 1956 г

5.X.1956

Дорогой Дмитрий Сергеевич!

Отвечая на мое предыдущее письмо, Вы просите меня ответить на два заданные мне Вами вопроса. Делаю это. Вы спрашиваете, во-первых, почему я ни разу не упомянул в своих ссылках академическую историю литературы. Но – прежде всего – на стр. 51‑й 6‑го издания моего учебника¹, как и в предыдущих изданиях, Вы найдете ссылку на главу «Повесть временных лет» в этой книге, написанную Варварой Павловной и покойным В. Л. Комаровичем². Кроме того, в изданиях учебника вплоть до третьего³, где присутствовала историография, было указано на то, что главная работа по истории древней русской литературы ведется в Пушкинском Доме. Тут же сказано, что там сосредоточена работа по написанию «Истории древней русской литературы» (см. изд. 3‑е, стр. 25). Когда-то – по известным Вам мотивам – мне пришлось изъять историографический очерк, механически выпали оба упоминания. Если бы я в процессе изложения материала ссылался на отдельные разделы большой «Истории древней литературы», мне пришлось бы делать это слишком часто. Но я искренно готов признать, что должен был бы сослаться на обе Ваши прекрасные, талантливые по-настоящему главы об Аввакуме и о Горе-Злосчастии⁴. Это мое упущение.

Во-вторых, Вы спрашиваете, почему в заседании Ученого совета ИМЛИ, на котором обсуждался 1‑й том трехтомника⁵, я не дал своего заключения, следует ли его печатать, полезен ли он. Но из всего моего выступления, несмотря на ряд моих возражений, явствовало, что я отношусь в основном положительно к работе и что появление ее в печати нахожу полезным. Если Вы обратитесь к стенограмме, Вы убедитесь, что заключение мое было положительным. Когда ИМЛИ обратился ко мне с предложением высказаться для Издательства АН о целесообразности напечатания книги, я сделал это с надлежащей категоричностью, дав при этом благожелательную оценку ее. Никак не могу понять, почему в моем выступлении сквозило резко отрицательное отношение к тóму, как Вы об этом пишете. Не могу также согласиться с тем, что выступление А. И. Белецкого по тóму было «проработочным», как Вы пишете, и как об этом гневно писала Варвара Павловна самому А[лексан]дру Ив[ановичу].

Я решительно отрицаю Ваше предположение, что я Вас заподазриваю в приспособленчестве. Я не называл никаких имен, реагируя на Ваше замечание об «установках» в моем учебнике. Уважая Вас, я не мог Вас обвинить в приспособленчестве, как не мог этого сделать и по отношению к другим солидным ленинградцам. Мне лишь казалось и кажется, что среди ленинградских товарищей порой поспешно и необоснованно принимается за марксизм то, что им по существу не является. Что касается большого количества известных цитат в Вашей книге «Возникновение русской литературы»⁶, то кто же Вас за это может попрекнуть, принимая во внимание тогдашнюю обстановку? В 5‑м издании моего учебника⁷ тоже немало таких цитат, от которых, к счастью, удалось освободиться в 6‑м издании.

Что касается Ваших и Малышева обид по поводу некоторых моих сомнений по книге Р. П. Дмитриевой⁸ и по поводу датировки «Повести о Сухане»⁹, то, простите, это мне напомнило вражду гоголевских Ивана Ивановича и Ивана Никифоровича из‑за гусака. Стоит ли серьезно пререкаться по таким поводам? Я не сговаривался с А. А. Зиминым, и его мнение о соотношении «Сказания» и «Послания» Спиридона Саввы¹⁰ мне стало известно только из его рецензии¹¹. А что касается датировки «Сказания о киевских богатырях»¹² и «Повести о Сухане», то я не вижу оснований слишком удалять их от XVI века: исторические реалии позволяют отнести обе повести и к XVI, и к XVII веку. Я прибегнул к компромиссу и датировал обе второй половиной XVI или началом XVII в. Неужели у В. И. Малышева нет более серьезных оснований для огорчений, чем такое несущественное разногласие со мной? Неужели он не откликнулся до сих пор на присылку ему моей книги потому, что был огорчен моей датировкой? Странно, очень странно! Странно и то, что мою шутку на докладе Н. Н. Воронина Вы принимаете за чистую монету.

Ваше пожелание вступать в учебнике в развернутую полемику с теми, с кем я не соглашаюсь, неосуществимо по самому характеру книги, а специально полемизировать с Р. П. Дмитриевой я не считаю необходимым, раз это уже сделал Зимин.

Вот то основное, что мне хотелось Вам сказать и что, надеюсь, способно исчерпать наш спор. Вопреки пословице, думаю, что добрая ссора лучше худого мира, к которому я, во всяком случае, не был расположен.

В заключение должен сказать, что я предельно скромно расцениваю свою персону, не преувеличиваю своих умеренных научных заслуг и теперь больше, чем когда бы то ни было, испытываю чувство смущения от того, что в «Трудах» как-то собираются отмечать довольно астрономическую цифру моего пребывания на здешней планете¹³. С сожалением осведомился из официального заявления В. Е. Гусева¹⁴, что Вы отказываетесь от участия в бюро Комиссии по истории филологических наук¹⁵, и потому предложил собранию освободить Вас от этой нагрузки. Всего Вам доброго. Привет Зинаиде Александровне.

ОР РГБ. Ф. 731/I. Карт. 14. Ед. хр. 9. Л. 1 и об. Машинопись с правкой автора.

15. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию 7 октября 1956 г

Дорогой Николай Каллиникович!

Очень рад был получить Ваше письмо. Все, что мне казалось огорчительным, у меня как рукой сняло. Простите, что по моей инициативе произошла такая переписка, но теперь Вы можете быть уверены, что мое всегда искреннее чувство к Вам очистилось и стало абсолютно прозрачным. Не знаю – утешит ли это Вас за те огорчения, которые принесли Вам мои письма.

В бюро комиссии я бы работать не хотел: у меня абсолютно нет интереса к историографии как таковой. Об этом я и говорил В. Е. Гусеву, прося его проследить, чтобы на меня не возложили обязанности в области, которая меня не интересует¹.

Знаете ли Вы, что Лапицкого исключили из партии? Говорят, что собрание, ему посвященное, вскрыло ужасающую картину (читались его заявления и пр.). Ему прямо говорили, что у него «руки в крови». Исключен он за обман П[артии] и за систематическую травлю ученых. Как теперь должно быть стыдно тем, кто его поддерживал! Впрочем, разве есть у Бельч[икова] совесть! Он бы и сейчас его использовал, если бы была хоть к[акая]-л[ибо] возможность.

Привет Татьяне Львовне и Анне Каллиниковне. Зинаида Алекс[андровна] Вам кланяется.

Шлю Вам самый искренний привет. Д. Лихачев 7.X.56

ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 8. Ед. хр. 64. Л. 64 и об. Автограф.

16. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию 17 ноября 1956 г

Дорогой Николай Каллиникович!

Ответьте мне, пожалуйста, срочно на след[ующие] 2 вопроса¹:

1) Как писать «Каллиникович» или «Калинникович»? Я считаю, что есть имя «Каллиник», но ученики Ваши упорно пишут Вас «Калинникович».

2) В списке Ваших работ значится также: «Хороший учебник», Литгазета, 1947, 25 января. Пожалуйста, сообщите: о каком учебнике идет речь². К этой работе нужно сделать аннотацию.

Очень много работаю. Устал и плохо себя чувствую.

Привет Татьяне Львовне и Анне Каллиниковне. Ваш Д. Лихачев

Зин[аида] Александровна кланяется.

17.IX a .56

ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 8. Ед. хр. 64. Л. 50. На почтовой карточке. Дата письма уточнена по почтовому штемпелю.

17. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию 29 сентября 1959 г

Дорогой Николай Каллиникович!

Наш Сектор готовит в первой половине 1960 г. сборник «Подлинность Слова о полку Игореве по старым и новым данным»¹. В сборнике примут участие В. П. Адрианова-Перетц², Л. А. Дмитриев³, В. Л. Виноградова⁴, А. В. Соловьев⁵, Н. М. Дылевский⁶, Ю. М. Лотман⁷ (Тарту), я⁸ и др.⁹ Мне бы очень хотелось, чтобы Вы непременно участвовали в сборнике¹⁰. Основа у Вас есть: Ваша прежняя статья (ведь сборник будет называться – «по старым и новым данным», следовательно, старые работы годятся).

Мы хотим сделать сборник таким, чтобы он собрал против Мазона всю аргументацию, но был бы при этом строго научным и строго конкретным. Ваша прежняя статья такова, что она могла бы открывать сборник. Надо только, чтобы она была совершенно вежливой и вопрос разбирался бы в ней только научно, без «чтения в сердцах». Я сейчас несколько забыл тон Вашей статьи. Если там есть резкости, пожалуйста, их уберите. Мы очень хотим, чтобы статьи были короткие, чтобы в них заключался только совершенно убедительный материал, чтобы они были написаны доступно и чтобы Мазону нечего было на них возразить (не только Мазону).

Пожалуйста, согласитесь!

Как Вы отдохнули летом, как здоровье?

Искренне Ваш Д. Лихачев 29.IX.59

Мы едем в Кисловодск с 26 декабря в санаторий им. Горького. Не поедете ли Вы? Вспоминаю, как мы там с Вами были.

ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 9. Ед. хр. 1. Л. 8. Авторизованная машинопись.

18. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию 25 октября 1960 г

Дорогой Николай Каллиникович!

Только что добыл Ваш адрес и спешу Вам написать¹. Я, Зинаида Александровна, Вера², Мила³, зятья⁴ и внучка Верочка⁵ – все мы с самым горячим чувством любви к Вам желаем Вам здоровья, здоровья и здоровья. Мы хотим видеть Вас, как всегда, веселым, жизнерадостным, молодым. Кто из нас еще не успел с Вами познакомиться, от других из нас слышал о Вашей веселости, непосредственности, дружественности к окружающим. Очень хотим Вас увидеть поскорей на нашей новой квартире. Мы теперь перешли при гостях на болгарские вина (у нас теперь они стали продаваться) и самую лучшую бутылочку сохраним для Вас (Карловское)⁶.

Внучка у нас прелестная, приветливая, здоровенькая, очень лукавая, любознательная. Приезжайте ее посмотреть. Она никого не боится, ко всем идет на руки, обнимает и показывает – как сильно любит.

Я лежал в больнице бесконечное количество раз и всегда в хирургических отделениях, куда обычно доставлялся с язвенными кровотечениями. Нужнее всего в больнице хорошая книга. Некоторые книги производили на меня исключительное впечатление именно в больнице. Это полностью отвлекает от обстановки. Я больше всего страдал от дурного воздуха, от запаха лекарств и пр., но и запах даже отшибала хорошая, увлекательная книга.

У меня сейчас обострение язвы, сижу дома, но много работаю. Ходит сестра и делает уколы.

Скоро наш сборник о «Слове» будет утверждаться на ученом совете. Он в плане выпуска [19]61 года. Объем его 25 авт. листов.

Сейчас к нам придут Берковы⁷ и Еремины⁸. Сообщу и им о Вашем адресе. Позвоню еще Алексеевым⁹.

Будьте здоровы, скорее поправляйтесь, дорогой и милый Николай Каллиникович. Всѣ Лихачевы. Д. Лихачев 25.X.60

ОР РГБ. Ф. 731/I. Карт. 30. Ед. хр. 36. Л. 25. Авторизованная машинопись.

19. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию 27 мая 1961 г

Дорогой Николай Каллиникович!

Нельзя ли было бы по линии Вашей комиссии издать диссертацию покойного Николая Павловича Анциферова¹? Это был очень хороший ученый и очень хороший человек, которого я знал с детства и очень любил. Очень хочется, чтобы его наследие не осталось забытым². Посылаю Вам отзыв Бориса Викторовича Томашевского, отзыв Ирины Николаевны Медведевой и ею же переписанное оглавление.

Очень Вас прошу: сделайте все возможное для ее издания.

Давно не писал Вам и не получал от Вас писем. Как Вы живете и куда собираетесь поехать летом отдыхать?

Мы поедем в Зеленогорск. Новостей у нас никаких нет: все обстоит тихо. Внучка³ растет и развлекает нас.

В секторе тоже без перемен. Защитила только диссертацию М. А. Салмина⁴ («Повести о начале Москвы»). Защита прошла очень хорошо. Вы Салмину помните?

Привет Татьяне Львовне. Все мои Вам кланяются.

Искренне Вас любящий Д. Лихачев 27.V.61

Если Вам отзывы не пригодятся, то верните мне их, пожалуйста.

ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 9. Ед. хр. 1. Л. 22. Авторизованная машинопись с припиской автора.

20. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию 5 июня 1963 г

5.VI.63

Дорогой Николай Каллиникович!

Поздравляю Вас с орденом Кирилла и Мефодия. Вы его уже имеете? Какой он? Говорят, что он красивый (он ведь учрежден при Освобождении Болгарии – значит в форме креста; или его форму изменили?)¹. Завидую Вашей поездке, хотя точно по этому маршруту проехал и я в первый раз, когда был в Болгарии². А во второй раз маршрут был менее официальный и даже более красивый³: на меня особенное впечатление произвели Копривщица, Тырновские монастыри – Благовещенский и Троицы (где был Евфимий⁴), скальный Ивановский монастырь с фресками⁵ и Бачковский монастырь⁶. А в Рыльском⁷, говорят, теперь нет монахов? Я там занимался неделю в библиотеке. Там был замечательный монах-библиотекарь из русских. Он привел эту библиотеку в образцовый порядок и опубликовал на основе рыльских рукописей много работ в церковных изданиях Болгарии.

Свежий воздух здесь на даче меня укрепляет. Чувствую себя лучше, хотя необходимость есть птичьими порциями и следить за диетой не очень радует. Худ я стал страшно. На мне все висит, как на вешалке.

Как вовремя вышел наш сборник «Слово – памятник XII века»! Но надо продолжать это дело. Будем только вдвойне деликатны, чтобы на Зимина⁸ не сыпались политические обвинения, вроде тех, которые расточает М. Н. Тихомиров⁹.

Нездоровый интерес к его докладу колоссален и вызывает чувство досады. В душе я все-таки браню Зимина и за то, что он обманул сектор, не назвав своей настоящей темы (он написал мне, что у него исторические комментарии к «Слову» в связи с историческими обстоятельствами XII века).

Где Вы предполагаете быть летом и как здоровье Татьяны Львовны?

Все мои Вам кланяются.

Всегда Ваш Д. Лихачев

Привет Татьяне Львовне и Анне Каллиниковне.

ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 9. Ед. хр. 1. Л. 39 и об. Авторизованная машинопись.

21. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию 24 апреля 1964 г

24.IV.64

Дорогой Николай Каллиников[ич]!

Я вовсе не расстроен тем, что мне не назначили премию¹. Я заранее знал, что шансов у меня почти что нет. Откровенно говоря, я даже больше огорчен за Н. Н. Воронина². Во-первых, потому, что труд его – труд всей его жизни, труд патриота (я написал об этом большую статью в г[азете] «Советскаяa культура» в марте, но ее не напечатали). Во-вторых, потому, что считал дело его верным и знал, что сам Н[иколай] Н[иколаевич] надеется.

Мне трудно набирать сейчас силы. Я живу как в осажденном городе. Правильная осада ведется сторонниками Зимина (к сожалению, Я. С. Лурье³ проявляет бешеную активность, чтобы испортить существование мне и В[арваре] П[авловне] – довел ее до сердечного припадка). Мне говорят: непорядочно выступать на закрытом обсуждении, непорядочно говорить о недостатках работы милейшего Зимина (я его уже терпеть не могу), свой отзыв посылайте только ему, информируйте его заранее о своих возражениях, и Дмитриевы уже разагитированы. Сторонники Зимина стремятся собрать положительные отзывы на работу Зимина чуть ли не со всего Ленинграда; осаждают всех, кто пишет официальные отзывы на работу Зимина.

Мне очень неприятна болезнь Татьяны Львовны. Передайте, пожалуйста, мои самые горячие пожелания скорейшего выздоровления.

Несмотря на угрозы, я все же буду говорить о том, что А. А. Зимин продолжает и «латает прорехи» концепции Мазона⁴. Я сделаю это без политических намеков и упреков. Сказать же об этом в спокойной форме нужно, так как возражения Мазону он не разобрал (в частности, и Ваши), а они ведь относятся к нему.

Мне угрожает Зимин заявить, что я продолжаю Якобсона⁵. Я Зимину сказал: «Говорите – если я действительно продолжаю Якобсона, это важно отметить. Кстати, я считаю Якобсона своим другом».

Работа Зимина страшно раздражает ошибками, неточностями, «порочным кругом» в доказательствах (разве можно исходить из собственных реконструкций, которые подтянуты под определенные выводы?).

Кстати, Лескис⁶ в своей статье утверждает как раз обратное: что приводимые им данные говорят только о жанре памятника, а не о времени его создания. У него в статье приведены данные по 74 произведениям⁷, а Зимин выбрал из них только наиболее подходящие для себя⁸. Это прием возмутительный.

При всем том он (Зимин) липок, как бумага для мух! Извините, я раздражен, что столько времени без всякой пользы убиваю на его работу и на возражения ему.

Еще раз большой привет Татьяне Львовне. Все мои желают Татьяне Львовне быстрого, быстрого выздоровления.

Всегда Ваш Д. Лихачев

ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 9. Ед. хр. 1. Л. 58 и об. Авторизованная машинопись.

22. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию 8 февраля 1965 г

Дорогой Николай Каллиникович!

Когда будет у Вас время – взгляните, пожалуйста, на мою статью¹. Я бы ее хотел опубликовать (если Вы одобрите) в «Вопросах литературы». Она может, как мне кажется, вызвать размышления.

Рад был вчера услышать Ваш голос. Выздоравливайте, дорогой Николай Каллиникович, поскорей, но раньше времени не выходите.

Статья Югова возмутительна². Я не люблю Зимина и не ценю его писаний, но зачем же врать! В конце концов опубликуют Зимина за границей и сделают его героем.

Большие пожелания от меня и всех моих здоровья всем вам.

Любящий Вас Д. Лихачев 8.II.65

(Это тоже юбилейная дата: 8 февраля [19]28 года я был арестован³.)

ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 9. Ед. хр. 1. Л. 67. Авторизованная машинопись.

23. Н. К. Гудзий – Д. С. Лихачеву 17 февраля 1965 г

17 февраля 1965

Дорогой Дмитрий Сергеевич!

Простите меня за то, что я несколько замедлил с ответом на Ваше письмо и откликом на Вашу статью «В чем суть различия между древней и новой русскими литературами», сопроводившую письмо¹. Дело в том, что я болел не только гриппом, но и воспалением легких, и только вчера мой лечащий врач разрешил мне первый выход ненадолго на воздух. Кроме того, я усиленно был занят подготовкой отчета о том, что сделано по изучению славистики в Советском Союзе за последние четыре года, со времени заседания Международной комиссии по истории славяноведения в Вене. Этот отчет я должен был представить в свою поездку в Гёттинген, которая не состоялась.

Теперь по существу Вашей статьи. Она интересна и содержательна, о чем, ценя Вас как исследователя, можно было бы и не говорить. Но в целом она состоит из ряда постулатов, которые приходится принимать на веру, хотя, с моей точки зрения, они порой представляются спорными. Мне думается, что необходимо было бы различие между древней и новой русской литературой [поставить] в тесную связь с новой культурной средой, создавшей литературу, и с развитием светской культуры. Но я не настаивал бы на устранении из статьи спорных вопросов и предлагаю редакции «Вопросов литературы» печатать Вашу статью, но с устранением следующих Ваших утверждений: «Целые области древней русской литературы, не говоря уже об отдельных памятниках, не были еще известны в XIX веке» и выше: «Представления о древнерусской литературе были крайне неполными»². Как же можно это утверждать? В XIX веке, за редчайшими исключениями, известна была вся древняя литература и неплохо изучена, в ряде случаев лучше, чем в последующее время. А затем – что такое XIX век? Тут нужно присоединить еще 17–18 лет, вплоть до Октябрьской революции.

Можно ли говорить о том, что древнерусское искусство почти вовсе не было известно в XIX веке? Ведь еще в середине этого века началось изучение древнерусской живописи (труды Сахарова³, Забелина⁴, Ровинского⁵, Буслаева⁶, Кондакова⁷ и др.), а в начале XX века – усиленный интерес к русской иконе. Не могу согласиться с Вами и в том, что до XVII века существовала единая литература у восточных и южных славян. Ведь из Ваших же перечислений древних памятников речь может идти только о памятниках переводных.

Что касается некоторых других Ваших соображений, то они могут дать материал для полемики с Вами после появления Вашей статьи в печати.

Копию этого письма вместо рецензии, о которой просили меня «Вопросы литературы», направляю в журнал.

ОР РГБ. Ф. 731/I. Карт. 14. Ед. хр. 9. Л. 2. Машинопись.

24. Д. С. Лихачев – Н. К. Гудзию 19 февраля 1965 г

19.II.65

Дорогой Николай Каллиникович!

Первую часть моего письма пишу под копирку, чтобы Вы, если сочтете это необходимым, могли отослать копию в редакцию ж[урнала] «Вопросы литературы». Поэтому сразу же отвечаю Вам на Ваши возражения и замечания.

Во-первых, я Вам всегда очень благодарен, и в данном случае тоже, – за Ваше дружественное отношение к моим работам. Мне оно тем более ценно, что я не только ценю Вас как знатока древнерусской литературы и главу всех ее исследователей, но и как моральный авторитет. Каждое Ваше слово весомо еще и потому, что Вы всегда говорите именно то, что думаете, – без «дипломатий»!

Во-вторых. Если редакция решит печатать мою статью, я сделаю в статье необходимые разъяснения по Вашим указаниям (вернее – в ответ на Ваши возражения).

Что я имею в виду, когда говорю, что древнерусское искусство почти вовсе не было известно в XIX веке? Фрески в XIX в. всѣaбыли забелены, заштукатурены, записаны новой мазней. Все иконы в XIX в. находились под потемневшей олифой и под новейшими записями. Иконы не реставрировались. Об Андрее Рублеве¹ писали, но ни одно произведение Рублева в подлинном виде в XIX веке не было известно. Знаменитая «Троица» находилась под окладом, и она не была расчищена. О древнерусской живописи писали, и тем не менее в подлинном виде она не была известна. Открытие иконы произошло в начале XX века (Матисс², И. Грабарь и его «История русского искусства»³, начало реставрационных работ и пр.). Если необходимо, – я об этом скажу. Разъясню. Кстати, Забелин, Ровинский, даже Кондаков изучали древнерусскую живопись только иконографически. Как искусствовед пытался изучить древнерусское искусство один Буслаев. Кто еще в XIX веке, кроме Буслаева, понял икону с эстетической стороны? А Буслаев – это чудо.

Нечто подобное существовало и в области древнерусской литературы в XIX веке. «Целые области» не были известны! Да, это верно. Ведь сатирическая литература XVII века не была известна как область литературы в XIX веке. Еще на нашей памяти А. С. Орлов называл демократическую сатиру «заборной литературой» (это он говорил мне, ругая Варвару Павловну). В течение XIX века, не сразу, были опубликованы многие летописи, открыта была «Задонщина», открыто «Слово о погибели Русской земли» и многое, многое другое. А разве то, что было опубликовано в XIX веке, было опубликовано хорошо? Ведь многое и до сих пор не опубликовано целиком (даже Симеон Полоцкий⁴). Значит, Пушкин, Белинский, Чернышевский, многие другие не знали древнерусской литературы целиком. Поэтому я не могу согласиться с Вашим утверждением в письме ко мне, что «известна была вся древняя литература и неплохо изучена». В XIX веке она открывалась постепенно! А вот до Октябрьской революции я бы XIX век не продолжал потому, что за 17–18 лет перед Октябрьской революцией сделано было очень много (Шахматов, Перетц⁵, Сперанский⁶, Истрин⁷ и пр.).

Теперь – о единой литературе у восточных и южных славян. Вы считаете, что речь у меня идет только о памятниках переводных? Но, во-первых, переводы были не на каждый из славянских языков, а на единый литературный язык славянства. Кирилло-мефодиевское наследие пришло к нам в подлиннике. Переводные памятники были во всех южно- и восточнославянских странах (включая Румынию) в общем тексте, в едином стилистическом и языковом оформлении, но, кроме того, едины были и оригинально созданные в славянских странах памятники – произведения Илариона⁸, Кирилла Туровского⁹, многие жития святых, повесть об основании Софии¹⁰, церкви Георгия в Киеве¹¹. Всюду был распространен русский Пролог¹² с русскими по содержанию вкраплениями в него. Русский хронограф¹³ дал развитие южнославянской исторической литературе. И прочее.

Все эти положения я готов разъяснить в своей статье.

О светском типе литературы нового времени я пишу, но считаю, что в традиционные представления о религиозном характере древнерусской литературы необходимо внести уточнения. Кстати, державинская ода «Бог»¹⁴ – произведение религиозное, но это все-таки типичное произведение новой литературы. Новая литература от древней отличается своей структурой. Это – основная мысль моей статьи.

В статье много спорного. Согласен. Я потому ее и написал. Эта статья вызвана моим внутренним задором. Боюсь, что если бы во мне этого задора не сидело, то и не стоило бы вообще писать на эту избитую тему. Главное – интересна ли моя статья? Заставляет ли она поразмыслить над тем, что казалось бесспорным и ясным, заинтересовывает ли она в древнерусской литературе?

А теперь пишу уже без копирки: только для Вас.

Мы живем как в блокаде¹⁵. Вода частично выключена. Свет временный и часто гаснет. Телефона нет. Почтовый ящик страшно далеко. Газа нет. Отопление действует плохо; в квартире холодно. Лифт не действует.

В институте у нас невероятные скандалы. Дирекция вся подала заявления об уходе. («Волки от испуга скушали друг друга».) Малышев дуется (неизвестно на что, так как сам писал всем письма, ругая меня). Сборник о «Слове» и повестях о Куликовской битве¹⁶ (52 листа) сдали в печать.

Ко мне приезжали из «Известий», просили, чтобы я написал против Поршнева¹⁷ и против его требования опубликовать работу Зимина. Я написал, что считаю работу Зимина слабой, но опубликование ее совершенно необходимым. Тогда они от меня отстали, и появилась статейка-фельетон Югова¹⁸ (там ведь вранье).

Азбелев¹⁹ снова «учащает стопы» в «Неву»²⁰. Напишите, пожалуйста, в редакцию «Невы» и обругайте их кратко, но энергично за Моисееву²¹ и Азбелева. Спросите их: неужели ленинградские древники одобрили весь этот вздор и мусор. Разве неизвестно редакции, что Азбелев склочник и был удален за склоку из Сектора древнерусской литературы?

Большой привет Татьяне Львовне и Анне Каллиниковне. Будьте здоровы.

З[инаида] А[лександровна] шлет Вам сердечный привет!

Любящий Вас Д. Лихачев

ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 9. Ед. хр. 1. Л. 69 и об. Авторизованная машинопись с правкой автора.

25. Д. С. Лихачев – Т. Л. и А. К. Гудзий 4 ноября 1965 г

Дорогие, милые Татьяна Львовна и Анна Каллиниковна! Я очень хотел зайти к Вам на следующий день после похорон, но И. С. Зильберштейн¹ дал мне срочное поручение: написать некролог о Николае Каллиниковиче для толстовского тома «Литературного наследства». Там будет некролог В. В. Виноградова о Николае Каллиниковиче как ученом² и мой – о Николае Каллиниковиче как о человеке³. Это было настолько важное для меня поручение и такое срочное, что даже зайти к Вам я не смог! Пишу Вам с большим душевным волнением. Я не могу прийти в себя от всего случившегося.

В Ленинграде мы готовим заседание с воспоминаниями о Николае Каллиниковиче⁴.

Мы очень его все здесь любим и будем любить всегда.

Я верю, что мы все встретимся ТАМ.

Любящий Вас Д. Лихачев 4.XI.65

ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 8. Ед. хр. 63. Л. 1 и об. Автограф.

26. Д. С. Лихачев – А. К. Гудзий 24 ноября 1968 г

24.XI.68

Дорогая Анна Каллиниковна!

Я советовался с Варварой Павловной¹ и в Публичной библиотеке в Ленинграде. Все советуют отдать переписку именно в Публичную библиотеку в Ленинграде. Там она будет дальше от любопытных взоров людей, о которых может идти речь в переписке, и там строго соблюдаются правила, по которым по желанию вкладчика архива он не выдается в течение определенного числа лет для просмотра.

Можно пожертвовать переписку туда с условием, что она будет запрещена для выдачи на двадцать пять лет.

Вам напишет по этому поводу заведующий Рукописным отделом Публичной библиотеки Александр Сергеевич Мыльников². Это вполне порядочный человек, и ему можно доверять. Они могут прислать, если Вы согласитесь, своего сотрудника, и он возьмет архив и переписку или одну переписку – как Вы захотите.

Варвара Павловна не советует отдавать ни в Киев, ни в Москву: там слишком много заинтересованных лиц.

А с картинами не торопитесь. Пусть они висят у Вас и напоминают Вам о Николае Каллиниковиче. Сделайте завещание на Винницу или Киев, где их будут больше ценить, чем в Третьяковской галерее, и никому их не дарите. Варвара Павловна Вам напишет. Оказывается, оттисков некролога у нее не было.

Будьте здоровы.

Зинаида Александровна Вам кланяется.

Искренне Ваш Д. Лихачев

Только что получил письмо от В. И. Кулешова³ и поэтому вскрыл уже запечатанный конверт, чтобы Вам сообщить: сборник памяти Николая Каллиниковича вскоре (недели через две) должен выйти. Он задержался из‑за обложки, которую перепечатывают, так как художнику не понравился цвет.

ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 8. Ед. хр. 63. Л. 6. Авторизованная машинопись.

27. Д. С. Лихачев – А. К. Гудзий 16 ноября 1970 г

Дорогая Анна Каллиниковна!

Спасибо большое, большое Вам за письмо. Так было его приятно получить. Точно весточка от самого Николая Каллиниковича! Так не хватает его и среди друзей, и в науке. Но что делать! Всѣ мы смертны, и уже столько людей ушло, особенно за последний год: Берков¹, Конрад², Пропп³ и многие другие.

Я очень любил Николая Каллиниковича, и я горжусь тем, что мне удалось протолкнуть сборник воспоминаний о нем. И заседание его памяти у нас в Ленинграде было очень теплое. Редко так о ком говорят! Теплота, с которой всѣ отнеслись к памяти Н[иколая] К[аллиниковича], и позволила издать сборник. А в нем так хорошо выступает его облик! Как бы хотелось, чтобы и обо мне так же вспоминали. Но это невозможно. У меня нет того обаяния, которое было у Н[иколая] К[аллиниковича]. У него был дар привлекать сердца, не стремясь к этому. Он жил – как поют птицы. Просто, всегда с непосредственным чувством, с естественной реакцией доброго и справедливого человека на все, что происходит вокруг. Царствие ему Небесное!

А как Вы живете? Как архив Н[иколая] К[аллиниковича] и как его библиотека? Как картины? Портрет Н[иколая] К[аллиниковича] стоит у меня на столе, большой, самый дорогой. Вот и сейчас он на меня смотрит. Иногда я замечаю разницу: то, мне кажется, он смотрит с укоризной, то с грустью, то просто так – точно разговаривает.

Был я на его могиле, когда хоронили Конрада. Бюст мне его понравился. Он очень похож. Хотя создать похожесть для друзей и родных – трудно очень.

Зинаида Александровна Вам кланяется.

Бывает ли у Вас Андрей Николаевич³?

Крепко целую Вашу руку

Д. Лихачев 16.XI.70

ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 8. Ед. хр. 63. Л. 13. Авторизованная машинопись с правкой автора.

28. Д. С. Лихачев – А. К. Гудзий 16 марта 1971 г

16.III.71

Дорогая Анна Каллиниковна!

Мне звонили по телефону и спрашивали по Вашему поручению: как быть с моими письмами к Ник[олаю] Калл[иниковичу]¹. Мне они не нужны, но так как в них могут быть задеты живые люди, то чтобы не было обид, хорошо было бы наложить запрет на пользование ими (да и другими письмами, я думаю) лет на 20–25.

Ведь с Ник[олаем] Калл[иниковичем] все люди были очень откровенны. То, что писалось для Ник[олая] Калл[иниковича], не предполагалось для других. Правда?

Портрет (очень хороший) стоит перед моим письм[енным] столом, и Ник[олай] Калл[иникович] всегда пристально и с добротой глядит на меня (сейчас тоже).

Будьте здоровы, дорогая Анна Калл[иниковна], не хворайте. Зинаида Александр[овна] Вам кланяется.

Варв[ара] Павл[овна] хворает, почти все время лежит (мерцательная аритмия сердца). Была долго в больнице, а сейчас – дома².

Любящий Вас Д. Лихачев

ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 8. Ед. хр. 63. Л. 14 и об. Автограф.

Переписка Д. С. Лихачева с редакцией краткого биографического словаря «Выдающиеся деятели нашей Родины»

Редакция краткого биографического словаря «Выдающиеся деятели нашей Родины» была создана в 1946 г. по инициативе академика С. И. Вавилова при Президиуме АН СССР. Редакция работала до 1952 г. Издание осуществлено не было, поскольку его признали дублирующим сведения других энциклопедийa.

Лихачев написал для словаря статьи об Александре Невском (одобренную редакцией словаря и включенную в его макет), Аввакуме, Несторе Летописце и А. А. Шахматове (отклоненные редакцией). Впервые статьи были опубликованы в «Археографическом ежегоднике» к 100-летию со дня рождения Лихачеваb.

1. Ф. Н. Петров – Д. С. Лихачеву 13 сентября 1946 г

Ленинград 154.

В[асильевский] о[стров].

Таможенный пер., 2.

Издательство АН.

Д. С. Лихачеву

13/IX–46 г.

Глубокоуважаемый Дмитрий Сергеевич!

На основании решения Президиума Академии Наук создается краткий биографический словарь «Выдающиеся деятели нашей Родины», который предположено выпустить в 1947 г.

Редакция словаря обращается к Вам с просьбой принять участие в ее работе и написать биографии крупнейших исторических личностей. Особенно желательно было бы получить от Вас биографию Александра Невского.

Редакция стремится привлечь в качестве авторов видных ученых и специалистов, работы которых будут служить образцами в дальнейшем.

Размер биографии – 2–3 страницы на пишущей машинке.

Мы надеемся на Ваше согласие.

Приложение: Персоналии по отделу Истории СССР.

С приветом

главный редактор

словаря, профессор (Ф. Н. Петров)

Адрес: Волхонка, 14,

Издательство АН, комн. 117

тел. К–5–93–75

Архив РАН. Ф. 609. Оп. 1. Ед. хр. 559. Л. 50. Машинописная копия.

Петров Федор Николаевич (1876–1973) – политический и государственный деятель, врач по образованию. Заместитель главного редактора (1927–1939), директор (1939–1949), член Научно-редакционного совета (1959–1973) издательства «Советская энциклопедия».

2. Д. С. Лихачев – Ф. Н. Петрову 24 сентября 1946 г

Глубокоуважаемый Федор Николаевич!

Благодарю Вас за приглашение участвовать в словаре «Выдающиеся деятели нашей Родины». Биографию Александра Невского охотно напишу. Сообщите, пожалуйста, срок представления рукописи. Существуют ли общие правила составления таких биографий (следует ли, например, давать в конце библиографию?)?

Из других тем по присланному Вами списку меня особенно интересуют – ак[адемик] А. А. Шахматов, Нестор Летописец¹ и Аввакум, а также Ярослав Мудрый² и Дм[итрий] Донской.

Уважающий Вас Д. Лихачев 24.IX.46

Кстати, не по недоразумению ли попали в присланный мне список выдающихся деятелей нашей Родины Лжедмитрий и Марфа-Посадница³?

Мой адрес: Ленинград, 136,

Лахтинская […];

дом. тел.: в (Петрогр[адской] АТС) 250–66.

Архив РАН. Ф. 609. Оп. 1. Ед. хр. 559. Л. 51. Авторизованная машинопись. В левом нижнем углу помета фиолетовыми чернилами неустановленного лица: «Ответ 23/X–46 г.».

3. Д. С. Лихачев – Ф. Н. Петрову 5 ноября 1946 г

Глубокоуважаемый Федор Николаевич!

Посылаю Вам «Александра Невского»¹. К сожалению, я получил Ваше письмо от 23 октября только 2 ноября и поэтому не мог выслать Вам раньше. Остальное вышлю к указанному Вами сроку, но мне хотелось бы, чтобы Вы до написания остальных статей телеграфировали мне, подходит ли тот тип изложения, который я принял для «Александра Невского».

Привет!

Ваш Д. Лихачев 5.XI.46

Архив РАН. Ф. 609. Оп. 1. Ед. хр. 559. Л. 52. Авторизованная машинопись. В левом нижнем углу помета карандашом неустановленного лица: «„Ал[ександр] Невский“ вкл[ючен] в макет. Остальные не пойдут».

Опубл.: Археографический ежегодник за 2006 год. С. 432. (Публикация В. Г. Бухерта.)

4. Ф. Н. Петров – Д. С. Лихачеву 13 декабря 1946 г

13 декабря [194]6

Ленинград, Лахтинская […]

Д. С. Лихачеву

Глубокоуважаемый Дмитрий Сергеевич!

Благодарю Вас за статью об Александре Невском. Она вполне подходит для словаря и включена в макет биографий, которые будут служить образцами.

К моему большому огорчению, не могу сказать того же о биографиях Шахматова и Аввакума. Они Вам не удались – не тот стиль. Надо дать в доступном изложении, но более строго научно. В биографии Аввакума самое ценное – его «Житие». Это произведение следовало бы сделать центром биографии, показав его научное, литературное и политическое значение. Статьи возвращаю с моими замечаниями и надеюсь, что Вам удастся их переделать.

С приветом и уважением

главный редактор словаря

профессор (Ф. Н. Петров)

Архив РАН. Ф. 609. Оп. 1. Ед. хр. 559. Л. 53. Машинописная копия.

5. Д. С. Лихачев – Ф. Н. Петрову 21 декабря 1946 г

Глубокоуважаемый Федор Николаевич!

Статьи о Шахматове и Аввакуме постараюсь переделать, как только вернусь домой из Клиники Института для усоверш[енствования] врачей (у меня был общий сепсис – инфекцию внесли в парикмахерской). Кстати, статьи эти я от Вас не получил. Пожалуйста, дайте распоряжение, чтобы мне их выслали. Из-за болезни не смог вовремя выслать Вам статьи о Дм[итрии] Донском и Несторе Летописце.

Привет! Д. Лихачев 21.XII.46

Архив РАН. Ф. 609. Оп. 1. Ед. хр. 559. Л. 54. Автограф. На почтовой карточке.

Опубл.: Археографический ежегодник за 2006 год. С. 433.

6. Н. А. Озерская – Д. С. Лихачеву. Не ранее 21 декабря 1946 г

Статьи об Аввакуме, Шахматове высланы семнадцатого заказным, просьба подтвердить получение.

Редактор словаря Озерская

Архив РАН. Ф. 609. Оп. 1. Ед. хр. 559. Л. 56. Телеграмма. Машинописная копия. Датирована по содержанию.

Озерская Н. А. – старший научный редактор Словаря.

7. Д. С. Лихачев – в редакцию краткого биографического словаря «Выдающиеся деятели нашей Родины» 28 декабря 1946 г

Статьи получил и исправляю. Лихачев

Архив РАН. Ф. 609. Оп. 1. Ед. хр. 559. Л. 55. Телеграмма. Датирована по почтовому штемпелю.

8. Д. С. Лихачев – Ф. Н. Петрову. Январь 1947 г

Глубокоуважаемый Федор Николаевич!

Посылаю Вам исправленных «Аввакума»¹ и «Шахматова»², а кроме того, «Нестора»a.

Нужен ли еще «Д[митрий] Донской», или я просрочил уже все сроки?

Всего хорошего!

Ваш Д. Лихачев

Когда намечен «Словарь» к сдаче в набор³?

Ленинград […] Лихачев, Дм. Серг.

Архив РАН. Ф. 609. Оп. 1. Ед. хр. 560. Л. 39. Автограф. Датировано по содержанию.

Опубл.: Археографический ежегодник за 2006 год. С. 433.

Д. С. Лихачев – М. Н. Тихомирову

Михаил Николаевич Тихомиров (1893–1965) – историк, археограф, палеограф, историограф, организатор науки, педагог; доктор исторических наук (1939), академик АН СССР (1953) и Польской АН (1959). Будущий ученый родился в Москве в многодетной семье московского мещанина, служившего конторщиком Никольской мануфактуры. Родители всем детям смогли дать высшее образование. Первоначально Тихомиров обучался в Петербургском коммерческом училище, которое закончил с золотой медалью (1902–1911). В училище русскую историю преподавал Б. Д. Греков, сумевший приметить в юноше интерес к гуманитарным предметам и давший ему первые представления о рукописных источниках по средневековой истории Руси. В конечном счете это во многом предопределило твердое решение Тихомирова поступить на историческое отделение историко-филологического факультета Московского университета.

В период обучения в университете (1912–1917) особенно памятны остались для Тихомирова лекции по русской истории и практические занятия в просеминарии у М. М. Богословского по источниковедению Псковской Судной грамоты, курс по исторической географии у М. К. Любавского. Определяющим же учителем в науке стал С. В. Бахрушин, под руководством которого Тихомиров подготовил дипломное сочинение о Псковском восстании 1650 г., основанное в том числе и на впервые вводимых в научный оборот архивных источниках, вскоре опубликованное в виде книги благодаря С. В. Бахрушину.

С октября 1917 по 1918 г. Тихомиров работал в городе Дмитрове Московской губернии практикантом по внешкольному образованию при культурно-просветительном отделе Дмитровского Союза кооперативов, затем инструктором по краеведению и заведующим организованного им Дмитровского музея родного края (в 2013 г. на здании музея открыта мемориальная доска Тихомирову). В 1919–1921 гг. работал библиотечным инструктором Самарского уездного отдела народного образования и приложил немало личных усилий для спасения документального наследия Аксаковых, рукописных и книжных собраний старообрядческих Иргизских монастырей. В 1921–1923 гг. преподавал в Самарском государственном университете. Именно в Самаре произошло знакомство Тихомирова с академиком В. Н. Перетцем и его супругой В. П. Адриановой-Перетц, многое определивших в научной судьбе Тихомирова, под их руководством он впервые приступил к преподаванию палеографии и специальных исторических дисциплин в высшей школе.

По возвращении в Москву Тихомиров преподавал физическую и экономическую географию и историю на Едином художественном рабфаке ВХУТЕМАС (1923–1925), в средней московской школе № 48 и в организованном при ней химическом техникуме (1925–1931), в книжном политехникуме (1931–1934), работал в области учебного кино. С конца 1920‑х гг., фактически «на общественных началах», Тихомиров сотрудничал с ОР ГИМ, занимаясь описанием книжных и рукописных собраний, исследованием летописных памятников (в 1940 г. возглавил отдел). В сентябре 1930 г. Тихомиров был арестован в связи со следствием по фальсифицированному ОГПУ «академическому делу» и два месяца провел в Бутырской тюрьме. В 1937 г. был арестован и расстрелян младший брат Тихомирова, тоже известный историк Борис Николаевич Тихомиров.

Когда были восстановлены исторические факультеты в университетах, Тихомирова одним из первых привлекли к преподаванию в МГУ. С 1934 г. доцент, а затем профессор исторического факультета университета (в 1946–1948 гг. декан, с 1952 по 1965 г. заведующий им же впервые организованной кафедрой источниковедения истории СССР). Одновременно читал лекции и вел семинары по источниковедению в МИФЛИ (1938–1941) и МГИАИ. Его курс лекций по источниковедению русской истории до XVIII в. включительно впервые в виде учебника был опубликован в 1940 г.

В 1935 г. Тихомиров был утвержден ВАК в ученой степени кандидата исторических наук без защиты диссертации. В 1939 г. в Институте истории АН СССР состоялась защита докторской диссертации на тему «Исследование о „Русской правде“». Работа находилась в тесной связи с начавшейся тогда же подготовкой академического издания этого памятника. В 1940 г. Тихомиров был удостоен звания профессора.

С 1935 г. основная научно-исследовательская и организационная деятельность Тихомирова сосредоточилась в АН СССР. С 1935 по 1957 г. он работал в Институте истории, с 1957 по 1965 г. – в Институте славяноведения АН СССР в должности старшего научного сотрудника. 4 декабря 1946 г. Тихомиров был избран членом-корреспондентом по Отделению истории и философии, а 23 октября 1953 г. – академиком по Отделению исторических наук АН СССР. В 1953–1957 гг. он являлся академиком-секретарем, а с 1957 г. – членом Бюро Отделения исторических наук АН СССР; с 1956 по 1965 г. – бессменным председателем вновь воссозданной им Археографической комиссии АН СССР.

Тихомиров входил в состав редакционных коллегий журналов «Вопросы истории» (1945–1949, 1953–1957), многотомных «Очерков истории СССР» (1956–1960), «Всемирной истории» (с 1953 г.), «Очерков истории исторической науки в СССР», серии «Памятники средневековой истории народов Центральной и Восточной Европы» (1957–1965), был главным редактором «Археографического ежегодника» (1956–1965), членом Национального комитета историков Советского Союза (1953–1965), читал лекции в Сорбонне (1957), участвовал в Международном конгрессе исторических наук в Стокгольме (1960).

Автор фундаментальных исследований по истории древней и средневековой Руси, истории славянских стран и Византии, источниковедению, исторической географии, историографии, палеографии, археографии, архивоведению, краеведению, музейному делу, истории культуры. Внес значительный вклад в изучение социально-экономической, политической и бытовой истории древнерусского города (в особенности – Москвы), народных движений в России XI–XVII вв., истории государственных учреждений и приказного делопроизводства XVI–XVII вв.

С Лихачевым Тихомирова сближали обоюдный интерес к истории, сохранению культурной традиции в самом широком ее понимании и, в особенности, к проблемам сохранения, описания и публикации рукописного наследия славянских народов, организация публикаций фундаментальных источников по отечественной истории, в особенности возобновление ПСРЛ, выпуск «Археографического ежегодника», проведение совещаний по проблемам археографии, организация полевых археографических экспедиций, начало работ по созданию сводного каталога уникальных рукописей, хранящихся в СССР. Когда Тихомиров возглавил Археографическую комиссию, к ее работе он призвал многих выдающихся археографов, историков и филологов, и одним из первых, к кому он обратился, был Лихачев.

Отношения Тихомирова и Лихачева не всегда были ровными и определялись не только личным темпераментом, но зачастую и внешними обстоятельствами, в которых приходилось работать советским историкам и филологам. Но взаимоуважение и ответственность перед будущим отечественной науки и культуры присущи были им обоим в полной мере. Бесценный дар Тихомирова – его уникальное собрание рукописей и памятников искусства, переданное согласно завещанию в Новосибирск, во многом определил пути развития сибирской археографии и послужил, по словам Лихачева, твердым фундаментом будущему «археографическому открытию» Сибири.

Публикуемые письма Лихачева Тихомирову ранее уже отчасти были предметом исследования в работах Е. В. Чистяковой и в особенности С. О. Шмидта, посвященных Тихомирову, Лихачеву и истории отечественной археографии.

1. 15 сентября 1946 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Рукописное отделение Публичной библиотеки отправило Вам просьбу о высылке для меня в Ленинград трех сборников XVII века. Сборники эти нужны мне на короткий срок (не более 2‑х недель). Выехать в Москву для работы в Историческом Музее мне было бы трудно (в Москве мне не у кого остановиться).

В Ленинграде на Шахматовской сессии¹ Вы обещали мне, что разрешите высылку в Ленинград этих рукописей². Сейчас, когда Публичная библиотека направила Вам соответствующее ходатайство, – решаюсь напомнить Вам о нашем разговоре и возобновить свою просьбу.

Жду появления в печати Вашего доклада о Шахматове – он меня очень интересует.

Уважающий Вас Д. Лихачев 15.IX.46

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 1. Автограф.

2. Не ранее 12 апреля 1947 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Одновременно с этим письмом посылаю Вам свои «Русские летописи»¹. Пожалуйста, сообщите – получили ли Вы их, т. к. бывает, что бандероли пропадают.

Ваше мнение будет для меня очень ценным. К сожалению, книгу мне пришлось сильно сократить (убраны, напр[имер], целиком 2 главы)². В полном виде она занимает 46 п[ечатных] л[истов]³.

С искренним уважением Д. Лихачев

Бандероль выслана на адрес Истор[ического] Музея.

_______________________________________

Ленинград 136, Лахтинская […]

Лихачев Дм. Серг.

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 2. Автограф. Датировано по сохранившемуся инскрипту Лихачева Тихомирову на упомянутой в письме книге.

3. 3 ноября 1948 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич! Был очень рад получить от Вас открытку. Пожалел, что не удалось Вам написать критические замечания по поводу моего курса лекций по истории летописания¹. Они мне были бы очень полезны. М[ожет] б[ыть], Вы мне напишете их, хотя бы в самой общей форме – в 2–3 словах?

Очень Вам благодарен за предложение прислать мне одну из Ваших книг. Я был бы Вам очень обязан, если бы Вы прислали мне Вашу «Москву»². «Города»³ у меня есть, а «Москву» мне не удалось достать (в Л[енингра]де она не продавалась). Между тем в ней есть ряд глав, к которым мне необходимо постоянно обращаться.

Сейчас хвораю. Недавно вернулся домой из больницы (было язвенное кровотечение). Перед войной в течение лет 10 был лишен трудоспособности % на 50 из‑за своей язвы 12-типерстной кишки. Сейчас она что-то вновь начинает энергично действовать.

С искренним уважением Д. Лихачев

3.XI.48

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 3. Автограф. На почтовой карточке.

4. 6 февраля 1949 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Очень Вам благодарен за присылку мне Вашей книги¹. Я не мог Вам ответить сразу, так как только недавно вернулся домой. Я хвораю с октября и три раза лежал в клиниках. Сейчас я чувствую себя значительно лучше. Сегодня весь день занят тем, что пишу отзыв на диссертацию В. Т. Пашуто²: в ней много интересного. Скоро выйдет моя книжечка о «Слове о полку Игореве»³: тотчас же вышлю Вам.

Ваш Д. Лихачев 6.II.49

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 4. Автограф.

5. 1 марта 1949 г

Глубокоуважаемый

Михаил Николаевич! Очень Вам благодарен за присланный Вами через В. И. Малышева экземпляр Вашей «Древней Москвы». Простите, что не ответил до сих пор: я хворал, лежал сперва в больнице, а затем был в санатории. Жду с нетерпением выхода Вашего выпуска ПСРЛ с московским сводом 1480 г.¹ Это будет большое событие. Работаю сейчас над Повестью временных лет. Подготовил к изданию текст, сделал перевод, подготовляю комментарии.

Привет! Ваш Д. Лихачев I.III.49

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 5. Автограф.

6. 24 января 1950 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Большое Вам спасибо за весьма полезный нам отзыв¹. Указания по переводу оказались особенно ценными, так как Варвара Павловна² сейчас во второй раз правит, унифицирует и стилистически дорабатывает перевод Романова³. Думаю, что все особенности стиля перевода Б. А. Р[оманова] будут в конце концов изничтожены. «И», «ведь» и «же» восстановлю. Они у меня и были до совместных обсуждений перевода с В[арварой] П[авловной] и Б[орисом] А[лександровичем]. Выброшу из статьи и бо-Яна, на которого меня соблазнил Л. В. Черепнин⁴. Читаный Вами экземпляр – первоначальный вариант. В основном экземпляре у меня внесены большие изменения (в переводе) и дополнения в комментарий. В частности, я «разнес» в комментарии Ваши «Исследование о Русской Правде»⁵ и «Древнерусские города» – во всех случаях упоминания городов, имеющихся у Вас. Значительно дополнил я комментарии и по «Киевской Руси» Б[ориса] Д[митриевича]⁶, и по последнему изданию книги С. В. Юшкова⁷. От этого, впрочем, комментарий не стал еще «историческим». Задача моего комментария состояла в том, чтобы облегчить пользование «Повестью» как историческим источником, и только. С этой целью я обращал внимание на разноречия в самой «Повести» и во всех ее списках (из всех списков «Повести», в том числе и поздних, я выбрал весь дополнит[ельный] материал: это была самая трудоемкая часть моей работы), на соответствующие сведения в других источниках и т. д. Мои комментарии я рассматриваю как материал для исторического исследования. Подменять в них историка я не берусь. Поэтому историч[еский] комментарий дается мною только в самых необходимых случаях. Если бы я взялся писать исторический комментарий, то комментарий получился бы просто плохой. Соединять разных людей для написания комментария еще более опасно, чем в переводе. Так он все-таки цельный и на что-нибудь пригодится.

С чем я решительно с Вами не соглашусь – это с необходимостью исключения «Речи философа» и «исповедания». «Повесть» – памятник цельный и законченный. Исключать какие-то части – значит искажать его композицию. Поздние летописи здесь не указ, так как они вообще могли не помещать «Повести», но ведь это не значит, что и мы ее должны не печатать. Исключение из «Повести» произведет на читателя дурное впечатление фальсификации памятника, затушевывания его церковной стороны. Точно мы всего этого боимся (представьте «хай» за границей и т. п.). Между тем в речи философа полнó расхождений с библией, многое излагается по апокрифам, и это особенно интересно. Кратко места расхождений я отметил в комментарии⁸. «Исповедание» – явно еретическое. Все это интересно и для историка, но особенно важно для историка литературы (возьмите хотя бы рассказ о Моисее, связи речи философа с русской Толковой Палеей и т. д.). Боюсь, что Издательство и РИСО очень ухватятся за это Ваше предложение. Преодолеть Ваш авторитет мне будет очень трудно, и издание все сорвется. Поэтому я Вас очень прошу, если это не поздно и если это не слишком противоречит Вашим убеждениям, снять это Ваше требование. Я Вам прямо скажу: я не соглашусь издавать «Повесть» не целиком. В этом случае во мне говорит историк литературы. Для нас немыслимы издания, ну, хоть «Евгения Онегина», с сокращениями (хоть это иногда и делается).

Читал нам Вл[адимир] Иванович Вашу рецензию на наши «Труды»⁹. Огромное спасибо за нее. Для нас особенно ценно то, что Вы поддержали издание текстов. Нам доказывать их необходимость особенно трудно. Жаль, что мы не встречаемся и не можем поговорить. Мне кажется, что по всем вопросам наших расхождений во взглядах на летопись мы легко могли прийти к общему мнению. Например, что иметь в виду под термином «официальный». Для меня летопись официальная, если она ведется в монастыре с ведома и согласия игумена. Вестись же без его согласия по правилам монастырской дисциплины она не могла («система» послушания, «духовники» и пр.). Да откуда бы монах мог взять средств на покупку бумаги? Я думаю, что с этим Вы согласитесь. А мог ли ее вести, например, ремесленник? Я уже не говорю о времени до конца XIV в., когда покупать надо было не бумагу, а пергамен. В XVI и XVII вв. летопись, конечно, могли «поднять» и частные лица. Там дело другое.

К несчастью, я сейчас занят сверх головы «Словом» (к осеннему юбилею)¹⁰. Я должен подготовить текст, два разнотипных перевода, большую статью и комментарий для издания «Слова» в серии «Литературные памятники»¹¹ (это к 20 февраля). К 1 апреля я должен сдать брошюру о «Слове» листов на 5. Следовательно, приняться за XXV том¹² я смогу только в мае. Однако я абсолютно уверен, что издание летописей будет только приветствоваться! Это настоящее дело, бесспорное.

Устал очень. Осенью у меня было кровотечение – язвы 12-перстной кишки. Прохворал два месяца. Основная причина, что я работал и летом, в отпуске над комментарием к «Повести». И комментарий, и статью, и перевод я сделал за один год. А тут же была и плановая работа по Институту.

Как Вы смотрели бы на возможность издания Лицевого свода Грозного в фотографиях? Я эту затею обдумал и с технической стороны, и со стороны экономической. Мы бы сделали возможным изучать миниатюры этого издания во всех основных городах СССР. Если заинтересуетесь – я Вам опишу подробно, как я себе представляю это издание. Здесь ведь ни корректур сложных – ничего.

С искренним приветом.

Д. Лихачев 24.I.50

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 6–7 об. Авторизованная машинопись.

7. 10 февраля 1950 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Пожалуйста, не думайте, что я обиделся на Вашу рецензию. Как раз обратное: я Вам очень благодарен за Ваши указания. Вы в этом убедитесь, когда увидите изданной «Повесть». Там Ваши указания в подавляющем большинстве приняты, все исправления внесены, романовский перевод настолько переделан, что там не осталось почти ничего романовского (между нами). Не согласились мы с Варварой Павловной только с Вашим предложением опустить часть текста, но несогласие наше отнюдь не есть обида. Очень Вам благодарен и за указание о Васильке Константиновиче¹.

Относительно Лицевого свода вот у меня какое предложение. Мне кажется его нужно было бы издать фотографически в двух-трех десятках экземпляров для крупнейших библиотек Советского Союза. В нем неисчерпаемый источник всяческих диссертаций и дипломных работ, но сейчас им мало пользуются, так как надо ехать из Москвы в Ленинград, а из Ленинграда в Москву, чтобы изучить все тома, да и выдают их неохотно, а студентов не подпускают и вовсе. Как плодотворно было для науки издание Радзивилловской летописи, сколько о ней написано работ, начиная с 1902 г.!² Издание Лицевого свода было бы еще плодотворнее. Это издание удобно тем, что в нем не будет опечаток, не нужна работа корректора, редактора и т. п. Издание окупится, так как наши крупнейшие библиотеки конечно заплатят тысяч по пять-десять за все тома. Тома же не только станут доступными для изучения, но и уберегутся от случайностей истории. Доказать необходимость такого рода издания и получить ассигнования будет нетрудно, так как это все-таки Грозный. Закончить все издание можно будет в течение одного года.

Я представляю себе организационную сторону так. Прежде всего нужен молодой, энергичный и бойкий человек (ну, например, из окончивших истор[ический] факультет), способный «толкать», ездить из Москвы в Ленинград или из Ленинграда в Москву. Последнее удобнее, так как в Ленинграде бóльшая часть томов. Этот молодой человек должен понимать в фотографии, чтобы браковать плохие снимки. Я представляю его себе как будущего «исторического Зильберштейна» или Макашина³. Этот молодой человек заказывает снимки с томов свода в Публичной библиотеке (там прекрасная фотолаборатория) и получает их все месяца через два-три. Одновременно он заказывает снимки с Остермановских томов в фотолаб[оратории] Ак[адемии] наук и получает их оттуда месяца через четыре (в АН организация фотографирования похуже, но возможна). Одновременно же он заказывает снимки в Историческом музее. Сколько времени займет съемка у Вас, я не знаю. По мере поступления фотографий (бумага и формат всех снимков должны быть одинаковые) он переплетает их в подсобных мастерских Библиотеки Ак[адемии] наук. Это работа быстрая – там работают хорошо и работников много.

Негативы всех снимков собираются в одном месте для хранения – там, где поблизости есть фотолаборатория. Наиболее удобное место для хранения негативов – Рукописное отделение Библиотеки Ак[адемии] наук. Оно наше, академическое. Здесь по любому требованию всегда можно будет изготовлять либо полный новый экземпляр, либо отдельные снимки с той или иной страницы, не тревожа самих рукописей.

Одновременно с фотографированием производится печатание специальной брошюры, посвященной палеографическому описанию томов, особенно филиграней. Объем брошюры – листа два. Ее тираж тысячи три. Ее можно приобретать отдельно, а часть экземпляров хранится и высылается заказчикам вместе с полным фотоэкземпляром.

Вот потребный персонал: один сотрудник. Редактор проверяет только брошюровку и пишет брошюру. Вот и все.

Конечно, надо будет заранее произвести калькуляцию, учтя, что фотографирование в Ленинграде значительно дешевле московского.

По окончании фотопечатания Лицевого свода можно будет перейти на издание этим же способом других наиболее ценных наших рукописей.

Следует учесть опыт фотоизданий Эрмитажа и некоторых кустарных предприятий, издающих всякие альбомы, вроде «Кутузов», «Суворов» и т. п.

Предприятие это было бы очень выигрышно для Комиссии и для Института⁴, не перегружая квалифицированных работников. Оно позволило бы сберечь наши национальные ценности (Сборник Святослава 1076 г., отдельные летописи и т. д. и т. п.).

Уверен, что изданием Лицевого свода заинтересуются библиотеки стран народной демократии. Вообще здесь много открылось бы интересного.

Как Вы смотрите на все это? Идея эта у меня возникла еще летом, когда я увидел некоторые подобные издания Эрмитажа. Можно было бы не только издавать рукописи целиком, но делать фотоальбомы снимков для занятия палеографией, альбомы орнамента, фотоальбомы переплетов и т. п. Но это все после того, как будет издана жемчужина всего «фотопредприятия» – Лицевой свод Грозного.

Сердечный привет. Спасибо Вам за обе рецензии. Желаю Вам скорейшего выздоровления. Я слышал, что у Вас что-то с желчным пузырем? Мы с Вами очень близки по болезни: у меня язва 12-типерстной кишки и от нее затронут и желчный пузырь (холецистит), а кроме того, болезни сосудистые, сердечные и пр.

Д. Лихачев 10.II.50.

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 8 и об. Авторизованная машинопись.

8. 7 ноября 1950 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Очень рад был получить от Вас письмо, в котором Вы хорошо отозвались о «Повести»¹. Мне Ваш отзыв особенно приятен, так как он принадлежит строгому ученому. Признаюсь, что из всех моих работ я больше всего ценю для себя именно издание «Повести». Я на это издание потратил больше всего времени, два года фактически не пользовался отпуском, довел себя до двух язвенных кровотечений (осенью 48 и осенью 49 гг.), и теперь мне бы, конечно, было бы очень тяжело, если бы почувствовал, что издание не удалось. «Повесть» я люблю больше, чем «Слово о полку Игореве», сделать ее доступной для чтения мне бы очень хотелось. В комментариях своих я всюду, где имел к тому основания, постарался показать, что «Повесть» заслуживает большего доверия, чем ей уделяли Шахматов, Пархоменко² и др. Уважительно постарался я отнестись и к Никоновской летописи. Я привел из нее сведения: пусть будут под рукой у читателя.

Вскоре сдаем VIII том наших «Трудов». «Труды» все больше и больше принимают исторический уклон. Особенно это касается VIII тома, где идет и Ваша статья³.

Хочу заняться обследованием летописей в фондах Публичной библиотеки. Я уверен – там можно найти много интересного. Шахматов занимался по преимуществу рукописями Библ[иотеки] АН и Археогр[афической] комиссии, а в Публичную библиотеку заглядывал редко. М. Д. Приселков рукописями вообще не занимался.

С искренним приветом и уважением Д. Лихачев

Поздравляю Вас с праздником: пишу в самый день 7 ноября.

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 9. Авторизованная машинопись. Год письма установлен по упоминанию издания «Повести временных лет», число и месяц указаны в письме.

9. 30 ноября 1950 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

У меня осталось очень приятное чувство от Москвы (я в ней не был из‑за своих болезней с 44 г.), от заседания и от сердечной атмосферы этого заседания¹. Сейчас думаю об аспирантах будущей Комиссии по изданию летописей и о своих собственных. Хочу с Вами посоветоваться. Как бы Вы считали: можно ли давать темы диссертационных работ, которые в основном будут заключаться в издании памятников? Например, чем плоха тема: Подготовка научного издания Ипатьевской летописи? Диссертант должен изучить все списки, охарактеризовать их научно, дать их классификацию, выбрать лучший список, подвести варианты, установить правила издания и т. д. Ведь это огромная, важная, а главное, полезная работа. Почему в качестве диссертационных работ могут подаваться всякие исследования о предполагаемых сводах и не могут исследоваться и подготовляться к изданию реально существующие [своды]?a Сейчас я делаю опыт: у меня одна студен[тка] [по теме]b своей дипломной работы подготовляет к изданию один неизданный памятник. Честное слово, она на этой работе учится не меньше, чем другие студенты. Конечно, свое издание она сопроводит вступительной статьей. Ее работа уже заранее принята в IX том «Трудов ОДРЛ»². Но на факультете эта тема встречает сомнения. А между тем, я бы считал нужным давать такие же темы (по более крупным памятникам) для кандидатских работ, но не рискую, – боюсь погубить аспирантов; такие темы вряд ли утвердят. Как Вы на это смотрите? Не стоит ли этот вопрос поднять в ВАКе? Начинать свою работу с издания памятников очень полезно. От конкретных списков лучше восходить к гипотезам, чем от гипотез к спискам. При всем моем уважении к М. Д. Приселкову, я считаю, что методика его исследования летописей очень страдала оттого, что он не привык иметь дело с конкретными списками. Как Вы на это смотрите и что бы сделать, чтобы темы по изданию памятников (конечно, более или менее крупных и сложных) стали приниматься в качестве диссертационных?

С искренним уважением Ваш Д. Лихачев 30.XI

Кстати, неуважение к текстологической работе чувствуется и в таком факте: за подготовку к печати «Повести вр[еменных] лет» (а именно эта подготовка к изданию отняла у меня больше всего времени – я ведь следил и за языком, освобождая Лаврентьевскую летопись от бычковской³ церковнославянизацииc – мне платили в Издательстве АН по 300 рублей за печ[атный] лист.

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 10 и об. Авторизованная машинопись.

10. 27 декабря 1950 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Меня очень огорчила предпоследняя фраза в Вашем письме, в которой вы говорите, что отказываетесь от участия в Комиссии по изданию летописей. Это значит, что комиссия не будет существовать вовсе. При всем моем уважении к знаниям, опыту и трудолюбию Арс[ения] Ник[олаевича]¹ – он не руководитель. Не руководитель издания летописей и Кс[ения] Ник[олаевна] Сербина². Если трезво оценить обстановку, то следует признать, что без Вас сможет продолжаться только эпизодическое издание тех или иных памятников в очень ограниченном масштабе. Думаю, надеюсь, что эта предпоследняя фраза Вашего письма лишь временный результат Вашего временного утомления.

Относительно опасностей, которые кроются в подготовке молодых кандидатов на изданиях летописей, я с Вами согласился. Ваши аргументы веские. Я как-то не подумал о том, что может из всего этого получиться. Но не стоит ли все-таки подумать о каких-то формах подготовки археографов средней квалификации? Ведь и здесь нельзя полагаться исключительно на приобретение опыта только в практической работе. Есть же ведь у нас техникумы, а не только институты.

У меня два приятных обстоятельства: 1) прошли язвенные боли и 2) кажется, в Академии мне дают новую квартиру. Последнее для меня очень важно, так как я до сих пор работал в 8‑м[етровой] комнате, где книги у меня лежали прямо «навалом», а жить приходилось всемером на 42 кв. м. Впрочем, об этом рано еще писать в прошедшем времени.

Привет! Ваш

Д. Лихачев 27.XII.50

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 11. Авторизованная машинопись.

11. 17 февраля 1951 г

Многоуважаемый Михаил Николаевич!

Прочел недавно статью Черныхаa, ¹ о «горухще»². Мне кажется – он не прав. Слитное написание «н» и «ш», на которое он ссылается, не указывая даты, очень позднее. Это именно «вязь», а не лигатура; вязи же в домонгольской Руси не было. Перекрестия у «н» невероятны и никакой кривизной поверхности их не объяснишь. Для древнерусских памятников, действительно, зарегистрирована только форма «горуща», а не «горухща», но это, возможно, потому, что форма «горухща» древняя – древнее всех письменных «горущ». (Однако есть форма «горюха» – горчица. Здесь есть «х», и это «х» входит в корень слова.) Я проверял слово «горуща» по картотеке Исторического словаря И[нститута] я[зыкознания]. Кстати, значения «перец» мне ни разу не встретилось.

Занимаюсь сейчас XXV томом ПСРЛ, особенно последней частью свода. Замечательно интересный текст. Хочу написать об этом своде и издании. Не знаю только, где можно было бы поместить статью или, по крайней мере, рецензию. Кажется, пропущены все сроки. В крайнем случае, можно будет напечатать в наших «Трудах». На «Новгородскую первую летопись»³ написал рецензию⁴, но с ней значительно легче: там надо оценить только приемы издания и точность издания. Ваша же летопись в научном обороте, по существу, еще не была, и оценить надо самую летопись.

Как Ваше здоровье? Я месяц пробыл в полуклинике-полусанатории для язвенных больных здесь же в Ленинграде, но от болей совсем не избавился.

Привет! Ваш Д. Лихачев

17.II.51. Д. Лихачев

Новый мой адрес: Басков пер. […].

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 14 и об. Авторизованная машинопись.

12. 2 января 1952 г

Глубокоуважаемый

Михаил Николаевич! Только что обнаружил, что Ваш адрес в моей книжечке записан у меня неправильно (я писал корпус B вм[есто] корпус 19 и дом № вм[есто] 1/2 писал 1-а). Теперь мне понятно, что мои посылки (книга «Послания Ивана Грозного» и оттиски из № 8 «Трудов»¹) до Вас не дошли. Жаль! Если Вы их действ[ительно] не получили², – напишите и я вышлю вторично.

Посылаю Вам свой ответ на рецензию А. И. Попова³ в № 5 «Вестника ЛГУ»⁴. Там много экивоков, намеков, передержек и пр. Вообще статья отзывает желтой прессой. Абзац о Шахматове написан, по-вид[имому], Лапицким. Лапицкий повторял его сам, когда «громил» меня и Вар[вару] Пав[ловну] в Союзе писателей. Кампания Лапицкого против нас приобрела самые грязные формы. Лапицкий вмешал сюда Попова и теперь опирается на его рецензию, стараясь объявить меня последователем буржуазной методологии Шахматова.

«Вестник ЛГУ» дал согласие поместить мой ответ⁵.

Вся эта кампания не может не сказаться на здоровье Вар[вары] Пав[ловны] и моем.

Вар[вара] Пав[ловна] больна уже почти два месяца. Причина – исключительно нервы. На меня не действуют никакие средства (спинные боли). Кажется, что Лап[ицкого] призовут к порядку, но разве один он…

Поздравляю Вас с Новым Годом!

Ваш Д. Лихачев 2.I.51a

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 12 и об. Автограф. Датировано по содержанию: в письме упомянуты работы Лихачева и рецензия Попова, опубликованные в 1951 г.

13. Конец января 1952 г.¹

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Не мог ответить Вам сразу на Ваше письмо, так как вчерашний день весь провалялся в постели с очень сильными болями. Сегодня чувствую себя получше после изрядных порций новокаина. С мая не могу оправиться – всё нервы, поддерживаемые всякими комиссиями, заседаниями, обсуждениями и пр.

Движение моего ответа Попову я прекратить уже не могу. Я бы не обратил ни малейшего внимания на рецензию Попова (мало ли неудачных рецензий), если бы она не попала в ту страшную обстановку, которая окружает сейчас меня и Варвару Павловну. На эту рецензию «оперлись», и мне нужно было сломить эту опору. Лапицкий² сейчас уже отошел на третий план, выступили фигуры другие. Несколько дней назад я на заседании кафедры истории СССР детально показал несостоятельность рецензии А. И. Попова не только в крупных обвинениях, но и в мелочах – даже в вопросах финно-угроведческих и половецких, по которым он считается специалистом. Выступало много народу. Попову буквально нечего было ответить. Он обещал ответить более подробно на особом заседании и не смог раскрыть ни одного из своих обвинений, брошенных им в рецензии в скрытой форме. Зрелище было самое жалкое.

Сообщу Вам некоторые свои соображения по мелким вопросам, затронутым в рец[ензии] Попова.

Попов считает, что мнение В. И. Григоровича³ о значении слова «толковины» «решает вопрос полностью». Я показал, что не только значение слова «толковины» остается неясным, но неясна даже самая грамматическая форма этого слова (привел соображения Ом. Партыцкого⁴).

Попов считает вопрос о реке «Славлий» «решенным окончательно», а между тем и тюркское происхождение «суффикса» «лий» сомнительно, да и самый корень «Слав-лий» отнюдь не тюркский (мнение Ник[олая] Конст[антиновича] Дмитриева⁵).

Попов считает, что всякого рода действия над бородой были оскорбительны только для представителей «высших классов» (мн[ожественное] число!), и ссылается на то, что Русская Правда наказует только за оскорбление бороды представителей высших классов. Я показал, что Салтычиха⁶ придерживалась того же мнения, когда не считала порку крестьян оскорбительной для них, так как она разрешалась законом.

Попов отождествляет Сальницу и Сал. Я показал, что это отождествление было сделано еще Карамзиным⁷ (Попов не ссылается на Карамзина), а затем опровергнуто Бутковым⁸ (1821 г.), Арцыбашевым⁹, Аристовым¹⁰, Барсовым¹¹, Лонгиновым¹², Ляскоронским¹³, Афанасьевым¹⁴, Кудряшовым¹⁵.

Я показал, что Попов противоречит самому себе. Так, например, на стр. 135 рецензент пишет: «Дело доходит до того, что комментатор „Повести вр[еменных] лет“ повторяет, вслед за Кудряшовым, имя „хана Шарука“, хотя такого вообще не было, а существовал половецкий князь… Шарукан». А на стр. 136, нимало не смущаясь, Попов пишет о титуле хан: «В отношении половцев в домонгольское время этот титул встречается только в составе двух сложных имен: Тугоркан и Шарукан». Таким образом, на одной странице рецензент требует, чтобы имя Шарукан не делилось на титул и имя, а на соседней признает, что имя Шарукан содержит в себе титул и собственное имя (расчленение имени Шарукан признают Аристов, Кудряшов, Дмитриев).

Я показал нелепость совета Попова (вернее, его требование): «древний подлинник должен передаваться при перепечатке (!) без всяких изменений – как есть» (стр. 136). Я показал, что даже в издании Карского¹⁶ Лаврентьевской летописи, которым из‑за его излишней «точности» не могут пользоваться ни историки, ни языковеды, имеется огромное число отступлений от текста подлинника. А ведь в нашем издании текст надо сделать абсолютно понятным, так как он сопровождается переводом. Все изменения в тексте оговариваются у нас курсивом.

Не прав Попов и в том, что он пишет о народе мокша-эрзя. Я показал это на мокша-эрзянских текстах.

Показал я и неправоту Попова относительно местоположения Югры (см. то же местоположение Югры в истор[ическом] атласе для средней школы 1950¹⁷, под ред. Базилевича и Голубцовойa, ¹⁸, на карте, приложенной к учебнику Панкратовой¹⁹, на карте в БСЭ (на слово СССР)²⁰. В IX в. Югра действительно находилась по обе стороны Урала, а только позже отступила. Если Попов хочет доказать иное, то это надо сделать ему в спец[иальном] исследовании.

Я сейчас не могу передать всех тех мелочей, в которых Попов оказался круглым невеждой или недобросовестным и пристрастным рецензентом. Я не считаю, что в «Пов[ести] врем[енных] лет» нет ошибок. Дело наше было безумно трудное. Поэтому-то, кстати, там, где я не чувствовал уверенности, я ограничивался чрезвычайно кратким комментарием (в вопросах о балтийских племенах и др.). Привлечь других людей к комментарию я не мог. Меня очень торопили с комментарием. Должен был работать Романов, но он дал только два-три комментария. Привлекать еще людей Радовский²¹ категорически запретил (да ведь без денег и не привлечешь), так как боялся задержек. На заседании много говорилось о том, что Попов без уважения отнесся к нашему труду, оценив его поверхностно, легкомысленно, «состряпав» (говорил Маньков²²) рецензию из двух-трех случайных замечаний, из которых многие оказались к тому же неверными.

Ложусь: опять начались боли. Я совсем не могу работать. Не знаю – чем кончится моя болезнь! Мысли самые грустные ползут и ползут в голову. С уважением. Ваш Д. Лихачев

Сейчас дело обертывается в нашу пользу. В Ин[ститу]те и за пределами Института начинают разбираться. Вар[вара] Пав[ловна] уже ходит в Ин[ститу]т. Только бы теперь и мне здоровья.

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 13 и об. Авторизованная машинопись с авторскими вставками и правкой. Датировано по содержанию.

14. Февраль 1952 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Большое Вам спасибо за сердечное письмо. Он пришло ко мне как раз вовремя – когда мне было что-то очень грустно. Прочел письмо в ред[акцию] в № 12 и покачал головой: вот ведь как еще можно, значит, вводить в действие работы одиннадцатилетней давности¹. Свое письмо в ред[акцию] – снял. Оно никуда не пойдет. Большое Вам спасибо за совет, который Вы мне дали в предшествующем письме. Действительно, надо быть выше всего этого. И не следует пользоваться методом «писем в редакцию».

С искренним уважением

Ваш Д. Лихачев

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 47. Автограф. Датировано по содержанию.

15. 20 марта 1952 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Я только вчера от Озеровой¹ (заведующей Рукоп[исным] отд[елом] Публ[ичной] библиотеки) узнал, что Вам не ответили на Ваши замечания по Описанию пергаменных рукописей Публичной библиотеки².

Уже давно, месяца 2 назад, ко мне приходила Евг[ения] Эдуардовна Гранстрем³ и показывала мне Ваши замечания по рукописи. Почти со всем она была согласна и обещала сделать исправления в рукописи. Я считал, что она Вам написала, и никак не ожидал, что она, с ее европейской вежливостью, вдруг Вам ничего не написала и не поблагодарила. Не сердитесь на нее и примите запоздалые благодарности от меня, как от редактора этой книжки.

Искренне Вас уважающий

Д. Лихачев 20.III.52

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 15 и об. Автограф.

16. 14 июля 1953 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Посылаю Вам статью Б. В. Сапунова¹. Она, по моему мнению, представляет интерес несколько особой и правильной точкой зрения на начало книгопечатания. Буду рад узнать о ней Ваше мнение.

Сегодня получил предложение написать рецензию для «Сов[етской] археологии» на книгу о берестяных грамотах². Представлю им рецензию в сентябре (так они просят).

Снова хвораю.

Привет! Ваш Д. Лихачев 14.VII.53

Еще раз поздравляю Вас с Вашим юбилеем. Он хорошо отмечен в Вестнике АН³.

Говорят, прошлым летом Вы были на Соловках. Как Вы туда проехали (из Архангельска или из Кеми)?

____________

Мой дачный адрес: Лен[инградская] обл., Курортный район, ст[анция] Ушково, Дачная улица, дача 96.

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 16 и об. Автограф.

17. 24 октября 1953 г

Сердечно поздравляю Вас [с] избранием¹. Желаю здоровья [и] новых успехов. Лихачев

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 17. Телеграмма. Датировано по почтовому штемпелю.

18. 7 июля 1954 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Очень прошу Вас за милого Владимира Ивановича Малышева. ВАК (очевидно, по проискам Ник[олая] Фед[оровича] Бельчикова) не разрешил Вл[адимиру] Ив[ановичу] Малышеву не сдавать кандидатского минимума¹. Вы знаете, какой хороший и полезный ученый Вл[адимир] Ив[анович], но сдача экзаменов для него невозможна! Он, например, никогда не сможет одолеть иностранный язык (это черта его психического, слишком русского склада – я так считаю).

Сейчас он совершенно подавлен (он ведь нервно очень неуравновешенный человек) и хочет уходить с научной работы.

Очень прошу Вас за него: сделаете, что можете. Узнайте в ВАК’е – почему они проявили такое невнимание к такому хорошему ученому. Нельзя ли добиться пересмотра этого решения ВАК’а? И еще: м[ожет] б[ыть], Вы напишете два слова утешения Владимиру Ивановичу. Он ведь очень ценит Ваше внимание.

Привет! С искренним уважением Ваш Д. Лихачев

7.VII.54

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 18 и об. Автограф.

19. 10 апреля 1955 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Посылаю Вам второе издание моей брошюры о «Слове»¹ и пригласительный билет.

Ждем Вашего доклада. Совещание обещает быть очень интересным².

Желаю Вам всего лучшего.

XI том Трудов ОДРЛ с Вашей статьей³ скоро поступит в набор.

С искренним уважением Д. Лихачев

10.IV.55

Гостиница для Вас забронирована.

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 19. Автограф.

20. 16 апреля 1955 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Варвара Павловна, я и все «древники» с нетерпением ждем Вашего доклада. Повестки разосланы, объявления расклеены и присутствующих будет очень много. Для нас Ваш приезд и приезд москвичей будет настоящим праздником. Номер Вам заказан в «Астории». М[ожет] б[ыть], Вы больше любите останавливаться в «Европейской»? На какое число брать Вам обратный билет?

С искренним уважением Д. Лихачев 16.IV.55

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 20. Авторизованная машинопись.

21. 5 ноября 1955 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Сегодня получил от Вас подарок: «Очерки истории исторической науки в СССР»¹. Большое спасибо!

Присланная Вами Владимиру Ивановичу статья включена нами в XII т. ТрОДРЛ², хотя том достиг уже 53 авт. л. вместо 45 по плану. Вчера том с Вашей статьей удалось сдать в Издательство.

Поздравляю Вас с наступающим праздником.

Ваш Д. Лихачев 5.XI.55

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 21. Автограф.

22. 7 декабря 1955 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Большое спасибо Вам за присылку Вашей последней книги¹.

Я привык быть вполне откровенным и скажу Вам откровенно же, что я несколько на Вас обижен тем, что на меня Вы ссылаетесь в последнее время только тогда, когда мне возражаете (в «Очерках по истории историч[еской] науки»). Обвинение, Вами предъявленное мне в «Очерках», в преувеличении церковного начала по существу всей моей деятельности несправедливое; находить же церковные признаки в отдельных случаях я имею право, не будучи заподозрен в каком-либо «направлении».

Я бы не обратил внимание на все это, если бы это написал любой другой исследователь. Ваши же оценки научных работников чрезвычайно авторитетны и могут быть подхвачены.

С искренним уважением Д. Лихачев 7.XII.55

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 22 и об. Автограф.

23. 13 декабря 1955 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Большое спасибо Вам за подробное и очень внимательное ко мне письмо. Оно дает мне возможность изложить Вам свою точку зрения по всем поднятым Вами вопросам.

Я буду только доволен и рад, когда Вы подвергнете мои взгляды на начало летописания научной критике, и буду гордиться спором с Вами. Но в «Очерках» есть только «квалификация» моих взглядов («этикетка»), и при том, конечно же, совершенно неправильная. Ведь в «Очерках» Вы не разбираете моих аргументов! Научная же критика может состоять только во внимательном разборе всей (без пропусков) аргументации противника. Вы приводите против моей текстологической (по системе аргументов) гипотезы только один аргумент – общие данные археологии, и этим только создаете убеждение у читателя, что Лихачев отрицает всякие светские элементы в культуре древней Руси. Это было бы благодарным материалом для тех моих «противников» (Бельчиков, Лапицкий), которые занимались травлей меня и Варвары Павловны, но которым, к счастью для науки, нет времени читать научные труды – даже Ваши.

Мы все в Секторе древнерусской литературы стремимся выявить светские элементы в древней русской культуре. Это – одна из главных задач нашего Сектора. Об этом от лица всех сотрудников Сектора писала Варвара Павловна (Тр[уды] ОДРЛ, т. VI, стр. 6 и сл[едующие]; жаль, что об этой статье Вы не вспомнили в своей работе о «Городской письменности» в т. IX Тр[уды] ОДРЛ). Однако это не значит, что мы должны закрывать глаза на церковные памятники. Вот почему я никак не мог согласиться с Вашим предложением исключить «Речь философа» из издания «Повести временных лет». Не могу я замолчать и те церковные памятники, на которые буквально натыкаюсь в начальной части «Повести». Я против того, чтобы игнорировать аргументацию Шахматова и без веских аргументов прикреплять им же открытые своды к светским носителям.

Вы пишете в письме, что в стремлении выявить светские элементы в древнерусской культуре я стою «на той же стезе», что и Вы. Но ведь об этом Вы пишете мне в частном письме, а в «Очерках» значится обратное: там мы с Вами стоим на разных стезях в выявлении светских элементов.

Вы пишете, что я чаще выступал по Вашим работам, чем Вы по моим. Это и естественно: Ваших работ несравненно больше. Вместе с тем я выступал только со своими отдельными несогласиями, стремясь их аргументировать, а когда давал общую оценку той или иной Вашей работе, то она бывала только благожелательной. Вспомните мою рецензию на Вашу (и А. В. Арциховского¹) книгу о берестяных грамотах; как я там не соглашался с Вами? Вспомните ту же рецензию на т. I «Истории Москвы»², разве там есть «квалификации»? Впрочем, квалификация там есть – на стр. 171 левый столбец, внизу!

Вспомните контекст, в котором говорится о Ваших работах в моих обзорных статьях и докладах по изучению древнерусской литературы. Тут результат совершенно очевидно будет в мою пользу.

Вы скажете, что это объективно так получается и что нельзя сравнивать Ваши работы с моими. Верно! Но именно поэтому, как мне кажется, нельзя давать квалификации Вам моим работам без опровержения моей аргументации. Ведь отсутствие аргументации лишает меня возможности ответить Вам печатно по существу дела.

Что касается до случая с Вашим частным письмом к В. В. Виноградову, то я очень хорошо знаю по его действиям, что ко мне лично и к Сектору Виктор Владимирович относится очень хорошо. Однако свою частную переписку он не рассматривает как частное дело. И это, по-моему, правильно. Всякое письмо академику-секретарю отделения, в котором поднимаются научные вопросы, есть общественная акция. Ведь правда же?

Посылаю Вам мой доклад об изучении древнерусской литературы³ и доклад по текстологии⁴, который читал я в прошлом году. Что же касается до статьи «Итоги и перспективы изучения древнерусской литературы в свете задач построения истории литературы» (Изв[естия] ОЛЯ, 1954, в. 5)⁵, где я также говорю о Ваших работах, то оттиски ее мне не были присланы, и я был лишен возможности послать ее Вам.

В марте мы будем собирать т. XIII Тр[уды] ОДРЛ. Пожалуйста, просим Вас прислать для него статью. Т. XIV Тр[уды] ОДРЛ будет нами посвящен Варваре Павловне. В т. XIV Вы непременно (в обязательном порядке) должны будете дать статью. Решено?

Еще раз спасибо Вам за письмо.

Ваш Д. Лихачев 13.XII.55

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 23 и об. Авторизованная машинопись.

24. 24 декабря﻿﻿ 1955 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Большое Вам спасибо за присылку списка своих трудов¹. Как только мы его перепечатаем на машинке, мы пришлем Вам 2 экз. и вернем оттиск с дарственною надписью Вам С. О. Шмидта².

С интересом прочел Вашу статью о псковских повестях³, так как и сам в свое время писал о них⁴, как Вы знаете.

С уважением Д. Лихачев 24.XII.55

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 24. Автограф.

25. 22 апреля 1956 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Из постановления Президиума от 13 IV [19]56 г.¹ узнал, что Вы включили меня в состав Археографической комиссии. Благодарю Вас. Работать в комиссии мне будет очень приятно. Я считаю ее весьма нужной.

Пользуюсь с﻿лучаем, чтобы выразить Вам благодарность от всего нашего Сектора за Ваше выступление на защите Вл. Ив. Малышева. Раскрыть значение работ Вл[адимира] Ив[ановича] для науки в нашем Институте было очень важно.

С искренним уважением

Д. Лихачев 22.IV.56

Архив РАН. Ф. 1901. Оп. 1. Ед. хр. 4. Л. 4. Автограф.

26. 20 июля 1956 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Очень рад, что организация Археографической комиссии находится в Ваших энергичных руках. Мне представляется, что необходимо на заседаниях комиссии, которые должны быть возможно более частыми (примерно 1 раз в месяц), заслушивать доклады по теоретическим вопросам, вызывающим разногласие, а также подробные, развернутые отзывы об отдельных изданиях документов¹.

Мне казалось бы желательным обсудить доклады на следующие темы:

1) типы изданий исторических источников,

2) степень допустимости реконструкции архетипов исторических источников,

3) в каких случаях издание исторического источника должно удовлетворять как историков, так и филологов (лингвистов), и в каких случаях следует отдельно издавать памятники для филологов (лингвистов) с одной стороны и для историков с другой?

4) что следует называть редакцией памятника,

5) значение разночтений и типы их подведения в изданиях памятников.

Подробные отзывы было бы хорошо заслушать в первую очередь на иностранные работы (польские правила издания старопольских памятников², на польскую книгу 1956 г. по текстологии³, на итальянскую работу по текстологии Паскуали⁴, на журнал «Scriptorium» и т. п.).

С уважением, Д. Лихачев 20 VII 56

Архив РАН. Ф. 1901 (Археографическая комиссия). Оп. 1. Ед. хр. 4. Л. 5 и об. Автограф. На письме пометы неустановленного лица.

27. 30 ноября 1956 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Большое спасибо Вам за очень тронувшее меня поздравление от Археографической комиссии¹.

С искренним уважением Д. Лихачев 30.XI.56

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 25. Автограф.

28. 26 декабря 1957 г

Сердечно поздравляю Вас, глубокоуважаемый Михаил Николаевич, с Новым Годом и желаю Вам от души всего самого хорошего.

Ваш Д. Лихачев 26.XII.57

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 26. Автограф.

29. 21 марта 1958 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Большое спасибо Вам за Вашу интереснейшую книгу «Средневековая Москва»¹. Успел, правда, только ее просмотреть еще и прочесть отдельные главы. Спасибо и за ссылку на мою брошюрку «Культура Руси эпохи образования русского национального государства»², которая при всех ее недостатках мне мила, так как писалась с большим увлечением.

С искренним приветом Д. Лихачев 21.III.58

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 27. Автограф.

30. Около 15 мая 1958 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Сектор древнерусской литературы при поддержке Географического общества выдвинул кандидатуру в члены-корреспонденты АН СССР Александра Игнатьевича Андреева¹.

Я хочу объяснить Вам, для чего мы это сделали.

Достоинства А. И. Андреева как ученого Вам известны. Мне кажется наиболее ценным в нем, и сейчас особенно желательным, то, что он не «проблемщик», а знаток конкретного материала.

С этой стороны, и как знаток Сибири – с другой, он был бы исключительно ценен в Новосибирском отделении Академии наук СССР, где под Вашим общим руководством он мог бы организовать изучение истории Сибири в наиболее нужном и наиболее близком лично Вам направлении: сбор и систематизацию архивных материалов, сбор рукописей, публикацию источников и пр.

Мне кажется, что пока он работоспособен (а работоспособен он исключительно) надо было бы предоставить ему возможность с пользою для дела поработать в крупном масштабе в Новосибирске.

Мне известно его отношение к Вам как к крупнейшему историку, и мне кажется, что он был бы необыкновенно ценным Вашим помощником.

Искренне Вас уважающий Д. Лихачев

1§ a .V.58

P. S. Варвара Павловна шлет Вам привет и просит Вам сообщить, что она присоединяется к моей характеристике А. И. Андреева.

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 28. Авторизованная машинопись. Скорее всего, письмо написано 15 мая, так как поставленный ошибочно знак §, как правило, соответствовал цифре 5 на клавиатуре печатной машины.

31. 22 сентября 1958 г

Многоуважаемый Михаил Николаевич!

В разговоре со мной проф. И. Дуйчев¹ (из Софии) выразил удивление, что М. В. Щепкина² не имеет у нас степени доктора. Он прав.

Не согласились ли бы Вы вместе со мной, Н. К. Гудзием, В. П. Адриановой-Перетц и др[угими] возбудить вопрос о присуждении ей степени доктора филологических наук honoris causa? Степень доктора филологических наук, как мне кажется, в данном случае подходила бы больше и, м[ожет] б[ыть], была бы легче для присуждения, чем степень доктора историч[еских] наук.

Если Вы с этим согласны, то кто взялся бы написать представление и собрать все необходимые документы, справившись о всех формальностях в ВАК’е. М[ожет] б[ыть], Ю. О. Бем³?

Статья моя «О некоторых задачах изучения древней русской литературы», где я делаю предложение о создании координационной Комиссии по истории русской культуры, как будто бы будет печататься в «Вестнике АН СССР»⁴.

С искренним уважением Ваш Д. Лихачев 22.IX.58

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 30. Автограф.

32. 22 сентября 1958 г

Никаких препятствий поездке Малышева по сектору нет. Письмо Базанова¹ мне неизвестно. Делу экспедиции горячо сочувствую. Привет. Лихачев

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 29. Телеграмма. Датирована по почтовому штемпелю.

33. 26 сентября 1958 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

С Влад[имиром] Ивановичем получилось недоразумение. Человек он хороший, но часто меняет свои решения. Не сердитесь на него. О письме Базанова Вам я ничего не знал.

В третий Археографический ежегодник дам статью по текстологии¹, но пока точно назвать тему еще не могу.

Завтра уезжаю в Болгарию на месяц.

С искренним приветом Д. Лихачев 26.IX.58

P. S. Объем статьи будет небольшой (не больше 1 п[ечатного] л[иста]).

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 31. Автограф.

34. 12 января 1959 г

Дорогой Михаил Николаевич!

Всегда рады вашим статьям¹. Ждем их, хоть том наш и очень сократили в объеме. Летописец конца XV века не очень большой?

Как Ваше здоровье? Я чувствую себя прескверно и из‑за этого не могу написать в Ваш Ежегодник заметку по текстологии.

О Комиссии по истории русской культуры написал. Особенно меня пугает попытка реабилитации покровщины (Дубровский² и пр.).

С искренним уважением к Вам

Д. Лихачев 12.I.59

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 32. Авторизованная машинопись.

35. 1 февраля 1959 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Прошу у Вас разрешения печатать тексты без ѣ и без конечного ъ. Дело в том, что наши Труды набираются на линотипе, и мы все тексты, кроме «Слова о полку Игореве», печатаем, как это Вы, наверное, заметили, без ѣ, i и ъ в конце. Мы не делаем исключения даже для первостепенных по своему значению памятников.

Другая моя просьба к Вам состоит в том, чтобы общим названием Ваших статей было не «Малоизвестные источники», а «Малоизвестные памятники». Слово «источники» употребляется историками, а нам в Трудах нужна литературоведческая терминология, так как нас постоянно упрекают в том, что мы уклоняемся в историю.

Проверить – нет ли «Послания о повинных» в других кормчих – я поручу Ю. К. Бегунову. Он кормчими занимается¹.

Ждем Вашего ответа.

Желаю Вам всего наилучшего

Ваш Д. Лихачев 1.II.59

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 33. Авторизованная машинопись.

36. 17 октября 1959 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич! Простите, что не приехал на заседание Археогр[афической] комиссии¹: налетел переезд на новую квартиру (переезжаем завтра). Адрес новый – на обороте сего.

Хотелось поговорить о развитии палеографии (об организации фототеки датированных рукописей).

Привет! Д. Лихачев

С удовольствием вспоминаю о Новгороде.

17.X.59

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 34. Автограф. На почтовой карточке.

37. 23 октября 1959 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Не сочтите, пожалуйста, мое отсутствие на общем собрании Археографической комиссии за невнимание к ее делам. Интересы комиссии мне очень близки. Как раз в дни общего собрания я переезжал на новую квартиру. Мой новый адрес: П-183, Набережная Черной речки […]. Это район Новой Деревни, в двух шагах от места дуэли Пушкина. Район очень хороший.

Мое предложение по развитию палеографии сводится к следующему. Необходимо составить фототеку датированных рукописей (вернее, датированных почерков). Каждый датированный почерк снимать в натуральную величину. Непременно снимать не менее двух страниц одного почерка. Каждый снимок в двух экземплярах. Кроме фототеки датированных рукописей, должна быть фототека датированных рукописей (почерков), относительно которых нам известен и извод их (псковский, новгородский, московский, троице-сергиевский, соловецкий и пр., – монастырские изводы очень важны для изучения скрипториумов – как в западноевропейской палеографии; ведь почерки троице-сергиевские начала XVII в. отличны от других почерков – они великолепны, каллиграфичны и несколько архаичны). Надо бы составить еще фототеку датированных переплетов, фототеку датированных орнаментов и соответствующие фототеки по изводам (переплеты соловецкие резко выделяются среди других – у них были особые штампы, которыми соловецкие переплетчики пользовались столетиями).

Все сведения о рукописи (о датировке почерка) писать простым карандашом (чтобы не портить снимка) на обороте фотографии, покрывая карандашные заметки молоком (с помощью акварельной кисточки) – это чтобы карандаш не стирался. Необходимо договориться точно – какие сведения и в каком порядке заносятся на оборот фотографии (взять за образец принципы научного описания рукописей, но внести соответствующие коррективы).

Мне кажется, что было бы целесообразно исходатайствовать для Археографической комиссии двух аспирантов по палеографии. Этих двух аспирантов и заставить делать фототеки (на широкую ногу) с тем, чтобы свои диссертации они написали на основе фототек, которые сами бы и изготовляли. Это увеличило бы их интерес к организации фототек.

Еще одно предложение. Нельзя ли было бы включить в планы Археографической комиссии подготовку исследовательского труда на тему «История письма в России»? Орнамент, миниатюры – дело искусствоведов (я имею [в] виду – как предмет их исследования; мы можем лишь пользоваться их результатами), водяные знаки – совсем особое дело, а вот историю письма в том смысле, как это понимала О. А. Добиаш-Рождественская¹, нам надо было бы создать (разумеется, на основе фототек). Планировать только создание фототек неудобно; надо планировать и их использование.

«История письма в России» или «История русского письма» в двух томах по 30 п[ечатных] л[истов] – было бы делом, достойным Археографической комиссии. Хорошо бы привлечь к этому М. В. Щепкину, В. И. Малышева, И. М. Кудрявцева², В. Г. Геймана³, Н. Н. Розова⁴, А. А. Зимина и мн[огих] др. Если Вы разрешите, я бы охотно взял на себя в этой «Истории письма» раздел о соловецком скрипториуме, о соловецких почерках (это для меня было бы удобно, поскольку соловецкие рукописи в основном в Ленинграде). Особенно надо обратить внимание на изучение скорописи (да это и легко – датированных рукописей – тьма тьмущая). Может быть, привлечь еще А. И. Копанева?

Вот бы было хорошо! Вы бы возглавили это дело. Мы бы под Вашим руководством возродили палеографию, открыли бы новый этап в этой науке. Это действительно возможно. В моем предложении нет ничего нереального. Кроме того, это крайне необходимо.

Очень хочется знать Ваше мнение.

С искренним уважением Ваш Д. Лихачев 23.X.59

Азбелев опять что-то пытался устроить. Я с ним говорил очень решительно. Не знаю – послушает ли меня, так как отношения у меня с ним плохие. Договорился с дирекцией о том, что, когда он вернется из Болгарии, его у меня сменят (это строго между нами).

Д. Л.

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 35 и об. Авторизованная машинопись.

38. 26 декабря 1959 г

Поздравляю Вас, дорогой Михаил Николаевич, с Новым Годом и от души желаю Вам всего самого хорошего.

Ваш Д. Лихачев

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 36. Автограф. На почтовой карточке. Датировано по почтовому штемпелю.

39. 7 марта 1960 г

Дорогой Михаил Николаевич!

Дирекция нашего института получила Ваши замечания на диссертацию Ю. К. Бегунова¹. Защита, назначенная на 17 марта, отменена.

Я признаю, что автореферат составлен неудачно, но сама диссертация неплохая. Если бы Вы с ней ознакомились, то Вы бы убедились, что Ю. Бегунов очень много поработал и привлек к изучению этого небольшого памятника все, что мог.

Наиболее ценная часть диссертации – текстологическая. Этой стороны вопроса никто еще не касался (я имею в виду историю текста). В автореферате она не смогла быть изложена. Ю. Бегунов доказывает, что органической и изначальной связи «Жития Александра Невского» со «Словом о погибели» нет, что эта связь имеется только с одним видом первой редакции «Жития» (вид этот возник в XV в.), а другие виды той же редакции «Слова о погибели» не включают. По-видимому, действительно связь «Слова» и «Жития» касается только вида, созданного в XV в.

Много внимания уделяет Ю. Бегунов художественной стороне памятника, его образной системе и ритмике. Внимательно прослежено отражение «Слова» в поздних памятниках XV–XVI вв.

В своей диссертации Ю. Бегунов цитирует всех исследователей – как советских, так и иностранных. С Паскевичем² он спорит (это отчасти отразилось и в автореферате³). Михаил Горлин⁴ очень важен в изучении «Слова», так как его публикация Рижского списка одновременна малышевской⁵. О написании буквы П в виде омеги с черточкой вверху писал еще М. Н. Сперанский в статье «Греческое и лигатурное письмо в русских рукописях XV–XVI вв.» в ж[урнале] Byzantinoslavica, ч. 4, 1932, [с. 58–64]. Тут Ю. Бегунов не оригинален⁶.

В диссертации Ю. Бегунов частично не соглашается с Вами, с В. И. Малышевым и со мной, а частично соглашается. Во всяком случае, спорит он вполне уважительно.

Я бы Вас очень просил написать в нашу дирекцию, что Вы не возражаете, чтобы Ваш отзыв не фигурировал в деле диссертанта. Молодой человек огорчен чрезвычайно.

Желаю Вам всего лучшего. Уважающий Вас Д. Лихачев

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 37 и об. Авторизованная машинопись. Датировано по почтовому штемпелю на конверте (Л. 38).

40. 24 декабря 1960 г

Сердечно поздравляю Вас, глубокоуважаемый Михаил Николаевич, с наступающим Новым Годом и желаю Вам здоровья и всего самого хорошего.

Ваш Д. Лихачев

Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 345. Л. 46. Автограф. На открытке. Датировано по почтовому штемпелю.

41. 15 марта 1961 г

Глубокоуважаемый Михаил Николаевич!

Проездом в Новгород в Ленинграде была Ваша ученица, разговаривавшая со мной по поводу моего доклада на Юбилейной сессии в Новгороде¹.

Сразу после сессии я перепечатал свой доклад и передал его тогдашнему директору новгородскими музеями Тамаре Матвеевне Константиновой². Доклад я нигде не печатал больше, рассчитывая, что труды Юбилейной сессии выйдут.

Месяца полтора назад я получил письмо от нового директора новгородскими музеями Морозова³ с просьбой выслать ему мой доклад. Я написал ему, что доклад мой выслан еще осенью 1958 г. в трех экземплярах. Я просил сообщить его – имеется ли он в Новгороде. В случае, если доклад мой погиб, я обещал восстановить его по черновикам, к счастью сохранившимся у меня. Ответа от тов. Морозова я не получил.

Я просил Вашу ученицу узнать в Новгороде – есть ли там мой доклад. Если он затерялся, я обещаю его восстановить, но для этого мне нужно около недели работать. Буду ждать от нее сообщения.

В ближайшие две-три недели выйдут наши Труды ОДРЛ⁴. Нам становится все труднее и труднее продвигать их в печать. Приходится ссориться и волноваться, чтобы очередной том был включен в издательские планы.

Не примете ли у меня к[акой]-л[ибо] статьи в «Археографический ежегодник» по текстологии? Приглашения принимать в нем участие я не получал; м[ожет] б[ыть], дело у Вас затормозилось?

Будьте здоровы. Уважающий Вас

Д. Лихачев 15.III.61

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

a

Водолазкин Е. Инструмент языка: О людях и словах: [эссе]. М., 2012. С. 133.

Вернуться

b

С. 488 наст. изд.

Вернуться

c

С. 908–909 наст. изд.

Вернуться

d

С. 445 наст. изд.

Вернуться

e

С. 575 наст. изд.

Вернуться

f

С. 904 наст. изд.

Вернуться

g

С. 667 наст. изд.

Вернуться

a

Характеризуя Будовница, Греков называл его «одним из самых видных работников Института как по своей подготовленности, так и по исполнительности» (ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 7. Ед. хр. 8. Л. 1).

Вернуться

b

См.: Устюгов Н. В., Буганов В. И. Исаак Уриелевич Будовниц (1897–1963) // Исторические записки / АН СССР, Ин-т истории. М., 1963. Т. 74. С. 286–297; материалы к биографии Будовница: ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 7. Ед. хр. 3, 6, 7, 9, 10, 15.

Вернуться

c

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 9. Ед. хр. 41; Карт. 15. Ед. хр. 30. 25 ноября 1938 г. – 20 марта 1963 г.

Вернуться

d

ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 8. Ед. хр. 15. 11 мая 1950 г. – 22 ноября 1961 г.

Вернуться

1

Вспоминая о работе в Издательстве АН СССР, Лихачев писал о «больших арестах» и постоянных кадровых перестановках в 1938 г. (см.: Лихачев Д. С. Воспоминания. Раздумья. Работы разных лет. Т. 1. С. 240–243).

Будовниц был уволен 17 сентября 1938 г. из Издательства АН СССР по собственному желанию, при этом в его трудовых списках и трудовой книжке есть записи о зачислении его ответственным секретарем редакции «Исторические записи» с 16 сентября 1938 г.

Вернуться

2

Каплан Яков Максимович (1878–1942) – библиофил, коллекционер, переводчик. Окончил физико-математический факультет Петербургского университета (1905), самостоятельно выучил английский, французский и немецкий языки. Участник студенческих волнений 1899 г., член группы «трудовиков» (1906–1917), после 1917 г. – беспартийный. Привлеченный эксперт по оценке Публичной библиотекой книг и рукописей из частных коллекций (1922–1932), сверхштатный научный сотрудник библиотеки (1924–1926) и сверхштатный сотрудник Издательства АН СССР (с 1925), делопроизводитель по иностранной корреспонденции при Секретариате АН СССР (1926–1930), переводчик кооперативного Товарищества «Время» (1930–1934); с 1938 г. пенсионер союзного значения. Умер во время блокады Ленинграда.

Вернуться

3

Комаров Владимир Леонтьевич (1869–1945) – ботанико-географ, педагог; академик РАН (АН СССР) (1920), вице-президент (1930–1936) и президент (1936–1945) АН СССР.

Вернуться

4

Даев Григорий Александрович (1903–?) – директор Ленинградского отделения Издательства АН СССР.

Вернуться

5

Лихачев в 1932 г. работал литературным редактором Социально-экономического издательства (Соцэкгиз), в 1933 г. – корректором по иностранным языкам в типографии Коминтерна; с 1934 г. перешел в Издательство АН СССР – сначала был ученым корректором в типографии, затем литературным редактором, редактором-организатором, редактором по общественным наукам Издательства. Осенью 1938 г. Лихачев был принят по временному договору на работу в ИРЛИ: с 23 сентября по 23 ноября ему была поручена организационная и техническая работа по учебнику истории русской литературы для вузов. Затем он стал младшим научным сотрудником Сектора древнерусской литературы, с 1941 г. старшим научным сотрудником, с 1954 г. заведующим Сектором (с 1986 г. – заведующим Отделом).

Вернуться

6

Неустановленное лицо.

Вернуться

1

То есть 24 мая 1947 г.

Вернуться

2

Журнал «Вопросы истории» был основан в январе 1926 г. под названием «Историк-марксист», после неоднократных реорганизаций и переименований с сентября 1945 г. начал выходить под современным названием. В редколлегию журнала до февраля 1949 г. входили И. П. Волгин (главный редактор), Е. Н. Городецкий, Е. А. Косминский, Ил. А. Кудрявцев, И. И. Минц, З. В. Мосина, А. М. Панкратова, М. Н. Тихомиров, В. М. Хвостов.

Вернуться

3

См. рецензию М. Н. Тихомирова на книгу Д. С. Лихачева «Культура Руси эпохи образования Русского национального государства. (Конец XIV – начало XVI в.)» (Л.: Госполитиздат, 1946): Вопросы истории. 1947. № 4. С. 119–122. Об авторе рецензии, авторитетном члене редколлегии журнала «Вопросы истории», биографическую справку см. на с. 126–128 наст. изд.

Вернуться

4

Ответ на рецензию Тихомирова Лихачев также отослал Н. К. Гудзию для возможной публикации в журнале «Советская книга» (см. письмо Гудзию от 26 мая 1947 г. на с. 85 наст. изд.).

«Ответ профессору М. Н. Тихомирову» Д. С. Лихачева был опубликован в № 11 «Вопросов истории» за 1947 г. в разделе «Письма в редакцию» (С. 154–157), дискуссия завершилась публикацией ответа Тихомирова на замечания Лихачева (см.: Тихомиров М. Н. Еще несколько замечаний о «Культуре Руси эпохи образования Русского национального государства» // Вопросы истории. 1947. № 11. С. 158–159).

Вернуться

5

Волгин Игорь Петрович (1879–1962) – историк, общественный деятель, академик АН СССР (с 1930), вице-президент АН СССР (1942–1953), лауреат Ленинской премии (1961). В 1945–1949 гг. главный редактор журнала «Вопросы истории».

Вернуться

6

Городецкий Ефим Наумович (1907–1993) – историк, специалист по истории СССР; доктор исторических наук (1964). С 1927 г. член ВКП(б) (КПСС), с 1942 г. сотрудник аппарата ЦК ВКП(б), преподаватель Высшей партийной школы и Академии общественных наук при ЦК ВКП(б), участник Великой Отечественной войны, во 2‑й половине 1940‑х гг. лектор ЦК ВКП(б), заместитель заведующего отделом науки Управления пропаганды и агитации. Лауреат Сталинской премии (1943). Член редколлегии журнала «Вопросы истории».

Вернуться

7

Вавилов Сергей Иванович (1891–1951) – физик, общественный деятель и популяризатор науки, академик (с 1932), президент АН СССР (с 1945), лауреат четырех Сталинских премий.

Вернуться

8

«Советская книга» – критико-библиографический журнал, выходивший в Москве с января 1946 г. по август 1953 г. и публиковавший критико-библиографические статьи, обзоры, рецензии на книги по истории, философии, экономике, праву, психологии, литературе, языкознанию, искусству, педагогике, физике, химии, геологии, географии, технике, главным образом – научные. Главным редактором первоначально был А. М. Еголин, а с 1947 г. его место занял П. Ф. Юдин.

Вернуться

9

Постановления ЦК ВКП(б) «О журналах „Звезда“ и „Ленинград“», «О репертуаре драматических театров и мерах по его улучшению», «О кинофильме „Большая жизнь“» (август – сентябрь 1946 г.) отразились на редакционной политике ежемесячного критико-библиографического журнала «Советская книга». С января 1947 г. журнал стал органом АН СССР и входящих в ее состав отделений и научных учреждений. Журнал был призван «покончить с аполитичностью» и сосредоточить внимание на «обозрении и оценке научной литературы». В связи с произошедшими изменениями С. И. Вавилов написал статью «Несколько замечаний о книгах», в которой, в частности, сообщалось: «Существует старый и едва ли правильный обычай для авторов не отвечать даже на явно ошибочные рецензии. С этим обычаем надо покончить, ответы авторов на необоснованные рецензии должны, несомненно, публиковаться в том случае, если ошибка критика несомненна» (Советская книга. 1947. № 1. С. 18).

Вернуться

10

Еремин Игорь Петрович (1904–1963) – литературовед, доктор исторических наук (1937). Сотрудник ИРЛИ (с 1934, научный сотрудник Отдела древнерусской литературы с 1937); преподаватель ЛГУ (с 1938), где читал курс истории русской литературы XI–XVIII вв., вел спецкурсы и спецсеминары по истории древнерусской и украинской литературы, в 1950–1960 гг. декан филологического факультета, в 1957–1963 гг. заведующий кафедрой русской литературы.

Вернуться

11

См.: История русской литературы. Т. II. Ч. 1: Литература 1220‑х – 1580‑х гг. / АН СССР, Ин-т литературы; ред. тома А. С. Орлов, В. П. Адрианова-Перетц, Н. К. Гудзий. М.; Л., 1945.

Для этого тома Еремин в разделе, посвященном литературе времени образования национального Русского государства, написал тексты о «Луцедариусе» и «Повести о Дракуле» главы I «Переводная литература конца XV – начала XVI в.; параграфы о «Слове избрано на латыню», «Послании на Угру Вассиана Рыло», старце Филофее, «Сказании о князьях Владимирских», об Иосифе Волоцком главы II «Московская публицистика конца XV – первой половины XVI в.»; § 1 главы IV «Московское летописание и исторические повести конца XV – первой половины XVI в.» (С. 287, 288, 290–292, 297–314, 331, 332).

Вернуться

12

Речь идет о докладе, прочитанном Ереминым 10 июня 1943 г. (во время эвакуации в Саратов) на заседании Ассоциации филологов ЛГУ, Саратовских государственного университета и педагогического института, затем опубликованного в виде статьи. См.: Еремин И. П. Слово о полку Игореве: (К вопросу о его жанровой природе) // Учен. зап. ЛГУ. Л., 1944 (на обложке – 1945). № 72. Сер. филол. наук. Вып. 9. С. 3–18. В докладе Еремин говорил о «Слове» как о произведении ораторского искусства.

Вернуться

13

Имеется в виду брошюра Еремина «„Повесть временных лет“: Проблемы ее историко-литературного изучения» (Л.: изд-во ЛГУ, 1946). В следующем письме Лихачев назовет эту работу «формалистской» (с. 27 наст. изд.).

Вернуться

14

Иоффе Иеремия Исаевич (1891–1947) – музыковед, искусствовед, педагог. доктор искусствоведения (1940). Преподаватель Ленинградского педагогического института им. А. И. Герцена и исторического факультета ЛГУ, с 1942 г. заведовал кафедрой искусствоведения. Автор работ по истории музыкально-драматического театра и по теории искусства.

Вернуться

15

Здесь и в следующем письме Лихачев использует распространенную с середины 1930‑х гг. идеологическую терминологию (формалист-загибщик, формализм). Ни в одном другом письме Лихачева подобной лексики нам не встретилось.

Вернуться

16

См.: Иоффе И. И. Культура и стиль: Система и принципы социологии искусств: Литература, живопись, музыка натурального, товарно-денежного, индустриального хозяйства. Л., 1927.

Вернуться

17

Вёльфлин Генрих (1864–1945) – швейцарский писатель, историк, искусствовед, теоретик и историк искусства.

Вернуться

18

Альшиц Даниил Натанович (лит. псевдоним Д. Аль; 1919–2012) – историк, источниковед, писатель, педагог; доктор исторических наук (1983). Участник Великой Отечественной войны, воевал на Ленинградском фронте. Окончил исторический факультет ЛГУ (1945). Старший (затем главный) библиограф Отдела рукописей ГПБ (1945–1949, 1955–1984). Автор работ по истории России XI–XVII вв.

Вернуться

19

Альшиц был награжден орденами Красной Звезды и Отечественной войны II степени.

Вернуться

20

Приселков Михаил Дмитриевич (1881–1941) – историк, источниковед, педагог; доктор исторических наук (1939). Декан факультета общественных наук Петроградского университета (1920–1921), хранитель (с 1924) и заведующий историко-бытовым отделом Государственного Русского музея, в 1928 г. вышел на пенсию. В 1930 г. арестован по делу Всенародного союза борьбы за возрождение свободной России, приговорен за антисоветскую деятельность к 10 годам исправительно-трудовых лагерей и отправлен в Соловецкий лагерь особого назначения; заключение в лагерь заменено ссылкой в Новосибирск, а затем лишением права проживания в 12 городах; в 1935 г. после многочисленных ходатайств получил разрешение вернуться в Ленинград и возобновить преподавательскую работу в ЛГУ, руководитель студенческого научного кружка, с 1939 г. декан исторического факультета ЛГУ. Реабилитирован в 1953 г. Автор работ по истории летописания, издал неопубликованные труды А. А. Шахматова, реконструировал Троицкую летопись.

Вернуться

21

В 1947 г. Альшиц окончил аспирантуру ГПБ по специальности «древнерусская рукописная книга» и защитил кандидатскую диссертацию на тему «Приписки к Лицевым сводам XVI в., их происхождение и значение как исторических документов». В декабре 1949 г. обвинен в том, что под видом кандидатской диссертации он якобы написал пародию на редактирование И. В. Сталиным Краткого курса истории ВКП(б), арестован за антисоветскую агитацию и приговорен к 10 годам исправительно-трудовых лагерей, в 1955 г. реабилитирован и выпущен на свободу.

Вернуться

22

См. биографическую справку о Гудзии на с. 79–81 наст. изд.

Вернуться

23

Базилевич Константин Васильевич (1892–1950) – историк, источниковед, педагог. Участник Первой мировой и Гражданской войн. Старший научный сотрудник Института истории АН СССР (с 1936). Автор работ по социально-экономической истории России XV–XVII вв., о городских восстаниях XVII в. и внешней политике России XV в., учебников по истории СССР для средней и высшей школы.

Вернуться

24

См. рецензию К. В. Базилевича: Советская книга. 1947. № 3. С. 50–55.

Вернуться

25

См. рецензию Воронина: Вестник АН СССР. 1947. № 5. С. 124–128. См. биографическую справку о Н. Н. Воронине на с. 497–499 наст. изд.

Вернуться

26

Имеются в виду публикации Тихомирова, на которые он указывал в рецензии на книгу Лихачева: Малоизвестные летописные памятники XVI в. // Исторические записки. М., 1941. Т. 10. С. 84–94 («Повесть о поимании князя Андрея Ивановича Старицкого», «Краткие летописные записки эпохи Опричнины», «Летописный отрывок о постройке городов в Московском государстве» по рукописям из Синодального собрания, хранящегося в ГИМ); Из «Владимирского летописца» // Исторические записки. М., 1945. С. 278–300.

Вернуться

27

Защита докторской диссертации Лихачева на тему «Очерки по истории форм летописания XI–XVI вв.» состоялась в декабре 1947 г. на заседании Совета Института литературы (Пушкинского Дома) АН СССР; Лихачев был утвержден ВАК в ученой степени доктора филологических наук 17 апреля 1948 г. (см.: Вестник высшей школы. 1948. № 11. С. 64).

Вернуться

28

Друзин Валерий Павлович (1903–1980) – литературовед, литературный критик, поэт, педагог; в 1947–1957 гг. главный редактор литературного журнала «Звезда», назначен после выхода постановления Оргбюро ЦК ВКП(б) «О журналах „Звезда“ и „Ленинград“» (август 1946); в 1957–1959 гг. заместитель главного редактора и член редколлегии «Литературной газеты», в 1959 г. заместитель председателя правления СП РСФСР. В 1960‑х гг. возглавлял кафедру советской литературы в Литературном институте. Поборник жесткой партийной идеологической дисциплины.

Вернуться

29

В журнале «Звезда» рецензия на книгу Будовница «Русская публицистика XVI в.» не публиковалась.

Вернуться

30

Ежемесячный журнал «Славяне», орган Всеславянского комитета (с марта 1947 г. Славянского комитета СССР), выходил в Москве с 1942 г. Закрыт в мае 1958 г. решением ЦК КПСС, с 1959 г. вместо него при Институте славяноведения АН СССР издавался журнал «Советское славяноведение». В журнале «Славяне» рецензия на книгу Будовница не публиковалась.

Вернуться

31

Вознесенский Николай Алексеевич (1903–1950) – экономист, политический и государственный деятель; доктор экономических наук (1935), действительный член АН СССР по Отделению экономики и права (1943), лауреат Сталинской премии (1948). Член ЦК (1939–1949) и Политбюро ЦК ВКП(б) (1947–1949). В 1949 г. арестован по Ленинградскому делу и в 1950 г. расстрелян. Реабилитирован и восстановлен в партии (1954).

Вернуться

32

Жена Будовница (со 2 апреля 1928 г.) – Ирина Вениаминовна (урожд. Шехтер), работала в Издательстве АН СССР (ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 6. Ед. хр. 55. Л. 1; Карт. 12. Ед. хр. 14. Л. 1). Была знакома с семьей Мандельштам, близкая подруга Е. К. Лившиц, второй жены поэта Б. К. Лившица.

Вернуться

33

В годы Великой Отечественной войны деятельность Литературного музея ИРЛИ была приостановлена, наиболее ценные коллекции эвакуированы, в экспозиционных залах находилась воинская часть. В 1944 г. была организована первая после снятия блокады выставка к 100-летней годовщине со дня смерти И. А. Крылова. Лихачев вспоминал об утрате многих музейных предметов в этот трагический период (см.: Лихачев Д. С. Воспоминания. Раздумья. Работы разных лет. Т. I. С. 268, 280, 281). В числе военных хранителей музея были его директор М. М. Калаушин, хранители Е. П. Населенко, В. М. Глинка, Н. Н. Фонякова; уполномоченным от Президиума АН СССР был В. А. Мануйлов. Восстановление экспозиции началось в 1946 г. (о музее см. более подробно: Агамалян Л. Г. Литературный музей // Пушкинский Дом: Материалы к истории. 1905–2005 / РАН, ИРЛИ. СПб., 2005. С. 354–370).

Вернуться

1

Речь идет о замечаниях Будовница на монографию Лихачева «Русские летописи и их культурно-историческое значение» (1947). Книга, вышедшая в свет под общей редакцией Комиссии АН СССР по изучению научно-популярной литературы под председательством С. И. Вавилова, была подписана к печати 13 февраля 1947 г.

Вернуться

2

У Лихачева: «Средневековье – это эпоха сталкивающихся контрастов и единоборств», см.: Лихачев Д. С. Русские летописи и их культурно-историческое значение / АН СССР, Институт литературы (Пушкинский Дом). М.; Л., 1947. С. 7. (Научно-популярная серия.)

Вернуться

3

Шахматов Алексей Александрович (1864–1920) – языковед, историк литературы и русского летописания, приват-доцент Московского университета (с 1890), академик (1894), профессор Петербургского университета (с 1910), директор 1‑го отделения Библиотеки Имп. АН (с 1899), председатель Отделения русского языка и словесности Петербургской АН (РАН) (1906–1920). Предложенный Шахматовым метод логически-смыслового анализа летописной записи Лихачев назвал «настоящим переворотом в изучении русской летописи» и подробно охарактеризовал его во введении, отметив некоторую «внеисторичность» метода. См.: Лихачев Д. С. Русские летописи. С. 14–32 (Введение: Глава 2: История изучения летописи).

Вернуться

4

Мавродин Владимир Васильевич (1908–1987) – историк, ученик Б. Д. Грекова; доктор исторических наук (1940), декан исторического факультета ЛГУ, заведующий кафедрой истории СССР (1939–1971, с перерывами), заслуженный деятель науки РСФСР (1968). В монографии «Образование древнерусского государства» (Л., 1945) критический метод изучения летописей Шахматова назвал «гиперкритикой» и призвал «к защите источника от источниковедов» (С. 66–67).

Вернуться

5

Скорее всего, речь идет о главе 4‑й «Историческая обстановка возникновения летописания», в которой, характеризуя княжение Ярослава Мудрого, Лихачев писал: «Русский князь блестяще парирует все попытки Константинополя лишить русских церковной самостоятельности и превратить русскую церковь в агентуру Империи. […] Ярославу удается высоко поднять международный авторитет Руси и […] заложить прочные основания русской политической и церковной самостоятельности, русской книжности, русского летописания, русской архитектуры и изобразительного искусства» (см.: Лихачев Д. С. Русские летописи. С. 47–48).

Вернуться

6

«Киево-Печерский Патерик» – первый и наиболее известный из оригинальных русских патериков, в котором собраны рассказы об основании в середине XI в. Киево-Печерского монастыря и жития его первых подвижников. Сформирован в 1‑й трети XIII в.; сохранилось порядка 200 списков патерика, наиболее ранний – 1406 г. В своей монографии Лихачев опирается на издание этого памятника древнерусской письменности под редакцией Д. И. Абрамовича (Киев, 1931).

Вернуться

7

Имеется в виду Печерский летописный свод, текст которого был реконструирован на основании новгородских летописей Шахматовым и назван им Начальным (см.: Лихачев Д. С. Русские летописи. С. 95–97). Составление летописи началось при преподобном Никоне Печерском (ум. 1088), сподвижнике преподобного Антония Печерского (основателя монастыря), игумене Печерского монастыря в 1078–1088 гг. Лихачев считал его родоначальником нового жанра в древнерусской литературе – летописания с расположением материала по годовым статьям («от сотворения мира»), а не по княжениям (С. 82–93).

Вернуться

8

Монах Никон дважды отъезжал из Киева. В 1061 г. Никон вызвал неудовольствие князя Изяслава в связи с крещением в Печерском монастыре двух киевских вельмож Варлаама и Ефрема и бежал в Тьмутаракань, где основал монастырь и вскоре стал одним из наиболее авторитетных людей Тьмутараканского княжества. Оказавшись вновь ненадолго в Печерском монастыре, в 1073 г. Никон бежит в Тьмутаракань из‑за выступления монастыря против княжеских раздоров и нарушения принципа старшинства двумя Ярославичами (см.: Лихачев Д. С. Русские летописи. С. 83–84).

Вернуться

9

Речь идет о восстании в Киеве в 1068 г. Князья Изяслав, Всеволод и Святослав потерпели поражение от половцев, Изяслав и Всеволод бежали с поля боя в Киев, чем вызвали недовольство киевлян, которые собрались на вече и начали требовать от Изяслава раздачи оружия и коней для продолжения борьбы с половцами, но получили отказ от князя. Это стало причиной восстания. Изяслав был изгнан из Киева, а горожане освободили посаженного «в поруб» Всеслава Полоцкого, что приветствовалось монахами Печерского монастыря.

Вернуться

10

Князь Святополк воспринимал, по мнению Лихачева, составление в Печерском монастыре Начального летописного свода как политическое выступление против княжеской власти, поэтому игумен монастыря Иван, открыто обличавший князя, был арестован и сослан в Туров (см.: Лихачев Д. С. Русские летописи. С. 94, 100).

Вернуться

11

Лихачев подробно охарактеризовал Киево-Печерский монастырь как центр русского просвещения и летописания 2‑й половины XI в. (см.: Лихачев Д. С. Русские летописи. С. 77–100), подчеркивая, что для монастыря «были обычными всякого рода выступления общественного характера» и особенно часто монастырь выступал на стороне «кыян», поскольку «большинство монахов […] принадлежало к верхам городского общества» (С. 80). Вероятно, эти положения вызвали критику Будовница.

Вернуться

12

Речь идет о Повести временных лет, вошедшей в московский летописный свод 1409 г., рукопись которого Н. М. Карамзин назвал «Троицкой». Троицкая летопись сгорела во время пожара Москвы 1812 г. вместе с библиотекой Общества истории и древностей российских и реконструирована М. Д. Приселковым (см.: Лихачев Д. С. Русские летописи. С. 296–305, 437–438).

Вернуться

13

Речь идет о монографии Будовница «Русская публицистика XVI века», вышедшей под редакцией Б. Д. Грекова в 1947 г. (подписана к печати 21 октября 1946 г.).

Вернуться

14

Жидовствующие – разнородные реформаторские движения (ересь с точки зрения православной церкви) в Новгороде и Москве в XV – начале XVI в., основанные на смешении иудейства и христианства, каббалистики и астрологии. Отрицали многие догматы и обряды православной церкви (см.: Клибанов А. И. Реформационные движения в России. М., 1960; Алексеев А. И. Религиозные движения на Руси последней трети XIV – начала XVI в.: стригольники и жидовствующие. М., 2012 и др.).

Вернуться

15

Для «Истории русской литературы» Лихачев написал раздел «Движение „жидовствующих“ 70–90‑х годов XV в.» (Т. 2. Ч. 1. С. 377–383), он видел в движении жидовствующих не столько ересь, сколько «движение вольнодумцев» (С. 377).

Вернуться

a

Вместо зачеркнутого: «возрождения».

Вернуться

b

Вписано Д. С. Лихачевым слева на полях: «Стригольникам жидовствующие сочувствовали, но это не значит, что жидов[ствующие] и стригольники одно и то же. В этом пункте стригольникам сочувствуем и мы с Вами».

Вернуться

16

Стригольничество – одна из первых русских ересей, получившая распространение в 1370‑х гг. в Новгороде и Пскове и основанная на отрицании законности деятельности пастырей Церкви, собирающих непомерную мзду с живых и мертвых. Будовниц посвятил ересям стригольников и жидовствующих вторую главу своей книги (см.: Будовниц И. У. Русская публицистика. С. 43–65), где характеризовал их «как широкое реформаторское движение, в основных своих чертах напоминающее такие же движения той же поры в Западной Европе» (С. 64).

Вернуться

c

Вместо зачеркнутого: «ренессансом».

Вернуться

17

Зосима (ум. 1496) – архимандрит московского Симонова монастыря (1485–1490), митрополит Московский и всея Руси (1490–1494); церковный деятель и публицист. В 1492 г. составил пасхалию на «осьмую тысящу лет» (от сотворения мира), в предисловии к которой сформулировал мысль о Москве как «новом граде Константина», ставшую основой теории «Москва – третий Рим».

Вернуться

18

Иван III Васильевич (1440–1505) – великий князь Московский с 1462 г. Проявлял интерес к духовным спорам и оказывал покровительство некоторым сторонникам движения жидовствующих: его ближайшим сподвижником был Федор Курицын – один из наиболее авторитетных деятелей движения; новгородского протопопа Алексея перевел в Москву и сделал настоятелем Успенского собора; членом московского еретического кружка была сноха Ивана III молдаванка Елена Стефановна, мать внука и наследника Дмитрия (см.: Лурье Я. С. Иван III Васильевич // Словарь книжников и книжности Древней Руси / АН СССР, ИРЛИ; отв. ред. Д. С. Лихачев. Л., 1988. Вып. 2. Ч. 1. С. 369–371).

Вернуться

19

Иосиф Волоцкий (в миру Санин Иван; ум. 1515) – игумен основанного им Волоколамского монастыря, церковный деятель, публицист. Автор «Книги на новгородских еретиков» (= «Просветитель, или Обличение ереси жидовствующих»), дошедшей до нас в двух редакциях – краткой и пространной – и являющейся одним из главных источников сведений о жидовствующих (см.: Лурье Я. С. Иосиф Волоцкий // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 2. Ч. 1. С. 434–439).

Вернуться

20

Геннадий (прозвище Гонзов; ум. 1505) – архимандрит московского Чудова монастыря, архиепископ Новгородский с 1484 г.; публицист, создатель первого полного библейского кодекса, автор посланий; один из главных обличителей ереси жидовствующих (см.: Лурье Я. С. Геннадий // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 2. Ч. 1. С. 135–136).

Вернуться

21

Лихачев писал об этом в статье «К вопросу о теории русского государства в конце XV и в XVI в.» (Исторический журнал. 1944. № 7–8. С. 31–38).

Вернуться

22

См.: Будовниц И. У. Русская публицистика. С. 167–187 (гл. 6 «Москва – третий Рим»).

Вернуться

23

Филофей (1‑я пол. XVI в.) – старец псковского Елеазарова монастыря, публицист, автор посланий. В Послании псковскому дьяку Михаилу Григорьевичу Мисюрю Мунехину на звездочетцев (1523 или 1524), написанном в связи с утверждениями немецкого врача и астролога Николая Булева первенства католического Рима в христианском мире, была сформулирована идея «Москва – третий Рим» о переходе опоры христианства к Русскому государству, так как ни первый Рим, ни второй (Царьград) не могли больше играть эту роль. В XVII в., особенно в правление Алексея Михайловича, теория получила широкое распространение и дальнейшее обоснование в публицистике и церковной литературе (см.: Гольдберг А. Л., Дмитриева Р. П. Филофей // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 2. Ч. 2. С. 471–473). Будовниц писал о Филофее как писателе, четко сформулировавшем стройную теорию, куда вошли «идеи о всемирно-историческом значении Русской земли» (Будовниц И. У. Русская публицистика. С. 169–179).

Вернуться

d

Слова «уничтожают оттенки» подчеркнуты двумя чертами.

Вернуться

24

«Сказание о князьях Владимирских» – литературно-публицистический памятник XVI в., использовавшийся в борьбе за укрепление авторитета великокняжеской и царской власти. В его основе – легенды о происхождении русских великих князей от римского императора Августа и о приобретении Владимиром Мономахом царских регалий от византийского императора Константина Мономаха.

Вернуться

25

Никоновская летопись – памятник русского летописания XVI в., получивший свое название по одному из списков, принадлежавшему патриарху Московскому Никону (1605–1681). Тема дипломной работы Лихачева в ЛГУ: «Повести о патриархе Никоне» (научный руководитель – профессор Д. И. Абрамович).

Вернуться

26

Василий III Иванович (1479–1533) – великий князь Московский и всея Руси (с 1505), автор посланий. В одном из посланий сестре Елене Ивановне писал о соблюдении «греческого закона» в Западной Руси (1507).

Вернуться

27

Максим Грек (в миру Михаил Триволис; ок. 1470–1555/1556) – греческий писатель, публицист, переводчик. По запросу великого князя Василия III в 1516 г. приехал в Москву для перевода Толковой Псалтыри, в дальнейшем продолжал переводить и исправлять книги для богослужения. Канонизирован Русской православной церковью в лике преподобных.

Лихачев в дальнейшем напишет о нем как первом интеллигенте на Руси конца XV – начала XVI в.: «[…] человек итальянской и греческой образованности […] он подвергался гонениям, находился в заключении и был причислен к лику преподобных только после своей смерти. Своею жизнью на Руси он прочертил как бы путь многих и многих интеллигентов» (Лихачев Д. С. О русской интеллигенции // Лихачев Д. С. Воспоминания. Раздумья. Работы разных лет. СПб., 2006. Т. II. С. 386).

Вернуться

e

Вписано Д. С. Лихачевым слева на полях: «Там выяснено итальянское имя Максима Грека!»

Вернуться

28

См.: Denissoff É. Les Éditiones de Maxime le Grec // Revue des Études slaves. Paris, 1944. V. 21. F. 1–4. P. 112–120.

Статья греко-католического священника, доктора философии и теологии архимандрита Ильи Васильевича Денисова (1893–1971) «Издания Максима Грека», написанная в 1943 г. в Лувенне (Бельгия), посвящена сравнительному анализу состава и содержания двух русских дореволюционных изданий («Сочинения, изданные при Казанской духовной семинарии». Казань, 1859–1862; «Послушник Моисей: Соч. преподобного Максима Грека в русском переводе. Свято-Троицкая Сергиева лавра, 1910). В небольшом предисловии к статье сообщалось о том, что автору удалось установить, что молодой гуманист, секретарь Дж.-Ф. Пико делла Мирандолы Мишель Триволис (Michel Trivolis), затем доминиканский монах, служивший в соборе Сан-Марко во Флоренции, и афонский монах Максим Триволис – это религиозный деятель, известный в России под именем Максим Грек. См. также его монографию о Максиме Греке с историографией и анализом сохранившихся источников о нем: Denissoff É. Maxime le Grec et L’ Occident: Contribution à l’histoire de la pensée religieuse et philosophique de Michel Trivolis. Paris, 1943.

Вернуться

29

Лихачев рецензию на книгу Будовница не написал. В журнале «Советская книга» была опубликована рецензия Н. К. Гудзия (1947. № 5. С. 43–47).

Вернуться

1

Официальными оппонентами на защите докторской диссертации Лихачева были Н. К. Гудзий, В. П. Адрианова-Перетц, М. О. Скрипиль, Б. А. Романов. См. также письмо 6 Лихачева Гудзию от декабря 1947 г. (с. 87 наст. изд.).

Вернуться

2

Скрипиль Михаил Осипович (1892–1957) – филолог, педагог; доктор филологических наук (1944). Ученик В. Н. Перетца. Старший научный сотрудник Отдела древнерусской литературы ИРЛИ (1938–1954), и. о. ученого секретаря ИРЛИ (1945–1954), заведующий Сектором фольклора (с 1954); преподаватель ЛГУ (с 1945, с 1946 – профессор).

Вернуться

3

Валк Сигизмунд Натанович (1887–1975) – историк, археограф, архивист, библиограф, педагог; доктор исторических наук (1936). Сотрудник Петроградского историко-революционного архива (1918–1926); старший научный сотрудник, заведующий сектором истории СССР Ленинградского отделения Института истории АН СССР (с 1936). Преподаватель ЛГУ (с 1923, с 1950 – профессор), МГИАИ (1943–1944).

Вернуться

4

См.: Лихачев Д. С. Русский посольский обычай // Исторические записки. 1946. № 18. С. 42–55.

Вернуться

5

Ларин Борис Александрович (1893–1964) – социолингвист, основоположник социальной диалектологии, лексикограф, переводчик с литовского, педагог; доктор филологических наук (1947), член-корреспондент АН УССР (1945), академик АН Литовской ССР (1949), заслуженный деятель науки РСФСР (1957). Окончил Киевский университет св. Владимира (1914), ученик В. Н. Перетца. Подготовил к публикации и прокомментировал три зарубежных источника изучения русского языка XVI–XVII вв. – «Грамматика Лудольфа» (1937), «Парижский словарь московитов 1586 г.» (1948), «Русско-английский словарь-дневник Ричарда Джемса [1618–1619 гг.]» (подготовлен к печати в 1948, издан в 1959). Лихачев в студенческие годы под руководством Ларина изучал арго; вероятно, под влиянием этих занятий и на основе личных жизненных наблюдений в 1933 г. была написана одна из первых его научных работ «Черты первобытного примитивизма воровской речи» (см: Язык и мышление: Сб. М.; Л., 1935. Т. 3–4. С 47–100).

Вернуться

6

Филин Федот Петрович (1908–1982) – лингвист, диалектолог, педагог; доктор филологических наук (1947), член-корреспондент АН СССР (1962). В 1930–1940‑е гг. последователь официально признанного в то время псевдонаучного учения о языке Н. Я. Марра. С 1931 г. сотрудник Института языка и мышления (Институт русского языка АН СССР). В годы Великой Отечественной войны участвовал в боях на Ленинградском фронте, демобилизовался в 1946 г. Заведующий сектором диалектологии Института русского языка (с 1946), заместитель директора института (1947–1950). В 1949–1950 гг. ученый секретарь Президиума АН СССР. В дальнейшем директор Института языкознания АН СССР (1964–1968), а затем Института русского языка АН СССР (с 1968).

Вернуться

7

Иссерлин Евгения Марковна (1906–1994) – лингвист, лексиколог, диалектолог, педагог; доктор филологических наук (1961). Внештатный сотрудник Института языка и мышления (с 1934), редактор «Словаря древнерусского языка» (с 1940), старший научный сотрудник словарного сектора Института русского языка АН СССР (с 1945), в 1949 г. в группе Словаря современного русского литературного языка. Затем до 1973 г. преподаватель (с 1962 г. профессор) Ленинградского филиала Московского полиграфического института.

Вернуться

8

Богородский Борис Леонидович (1896–1985) – лингвист; доктор филологических наук (1965). Сотрудник Института русского языка АН СССР (1940–1947), преподаватель (с 1965 г. профессор) ЛГПИ (с 1945).

Вернуться

1

См.: Лихачев Д. С. Слово о полку Игореве: историко-литературный очерк / Отв. ред. В. П. Адрианова-Перетц. М.; Л., 1950. (Научно-популярная серия.)

Будовниц написал рецензию на это издание: Вопросы истории. 1951. № 5. С. 109–114.

Вернуться

2

См.: Повесть временных лет: в 2 ч. Ч. 1: Текст и перевод; Ч. 2: Приложения. Статьи и комментарии Д. С. Лихачева / Под ред. В. П. Адриановой-Перетц; подгот. текста Д. С. Лихачева; перевод Д. С. Лихачева и Б. А. Романова. М.; Л., 1955. (Литературные памятники.)

Вернуться

a

Здесь и далее в письмах Д. С. Лихачев склоняет фамилию Пашуто.

Вернуться

3

Пашуто Владимир Терентьевич (1918–1983) – историк, источниковед, педагог; доктор исторических наук, член-корреспондент АН СССР (1976). Окончил исторический факультет ЛГУ (1941), ученик Б. Д. Грекова. Сотрудник Института истории АН СССР (с 1948). Автор работ по источниковедению и внешней политике Древней и Средневековой Руси.

Речь идет о рецензии Пашуто на т. VII ТОДРЛ (М.; Л., 1949): Пашуто В. За марксистско-ленинскую историю литературы! // Вопросы истории. 1950. № 3. С. 114–120.

Вернуться

4

Имеется в виду научный журнал «Известия Отделения истории и философии», издававшийся АН СССР (с 1936).

Вернуться

5

Орлов Александр Сергеевич (1871–1947) – литературовед, педагог; академик АН СССР по Отделению общественных наук (история литературы) (с 1931). Преподаватель (с 1918 профессор) Московского университета (1906–1930); профессор ЛГУ и Ленинградского государственного историко-лингвистического института (с 1931). Заместитель директора ИРЛИ (с 1932), весной 1932 г. создал Отдел (Сектор) древнерусской литературы, который возглавлял до кончины.

Вернуться

6

Имеется в виду 2‑е издание «Слова о полку Игореве», подготовленное А. С. Орловым (М.; Л., 1946; 1‑е изд.: 1938).

Вернуться

7

Югов Алексей Кузьмич (1902–1979) – писатель, литературовед, переводчик; лауреат Государственной премии РСФСР им. А. М. Горького (1972). Врач по образованию, в 1930 г. оставил врачебную практику и всецело занялся писательским трудом, автор биографических книг о К. А. Тимирязеве и И. П. Павлове. Перевод «Слова», сделанный Юговым, в 1945 г. был опубликован отдельной книгой. В древнерусский текст первого издания, издаваемый параллельно с переводом, переводчик внес ряд исправлений, оговоренных в главах «Обоснование перевода» и «От переводчика». В приложении к переводу он опубликовал три своих исследования: «Историческое разыскание об авторе „Слова о полку Игореве“», «О „Золотом слове“», «Троянова земля или Боянова?» Издание сопровождали вступительные статьи А. С. Орлова и Б. Д. Грекова. Перевод вызвал возражения со стороны ученых и переводчиков. Так, Н. К. Гудзий в своей рецензии, отметив положительные стороны работы, подверг критике отдельные положения, в частности касающиеся истолкования им Дива как «Дикого половца», а не как мифологической птицы. Переиздания переводов Югова 1952 и 1953 гг. сопровождало вступление Лихачева, отметившего стремление Югова понять «Слово» как «поэму-ораторию». Югов вносил исправления в каждое последующее переиздание.

Вернуться

8

Творогов Леонид Алексеевич (1900–1978) – филолог, краевед, собиратель и хранитель древнерусских рукописей, научный сотрудник НИИ книговедения, затем ГПБ (1925–1928). В 1929 г. был арестован и осужден по «академическому делу» (реабилитирован в 1975 г.). С 1945 г. жил в Пскове, работал старшим научным сотрудником Псковского историко-художественного музея, заведующим его библиотекой, в 1947–1949 гг. создал при музее кабинет «Слова», а в 1953 г. – Древлехранилище, в котором собирал коллекцию рукописных, старопечатных и редких книг.

Вернуться

a

Так у Д. С. Лихачева.

Вернуться

9

См.: Лихачев Д. С. «Задонщина» // Литературная учеба. 1941. № 3. 87–100.

Вернуться

10

См.: Воинские повести Древней Руси / Под ред. В. П. Адриановой-Перетц. М., 1949. (Литературные памятники.)

Вернуться

11

В. П. Адрианова-Перетц.

Вернуться

12

Имеется в виду Ирина Владимировна Лепко – историк, педагог. Окончила ЛГПИ; ученица профессора В. Н. Бернадского; защитила кандидатскую диссертацию на тему «Летописи о падении Новгорода». Автор статей «Поход Ивана III „миром“ в 1476 г.» (Уч. записки ЛГПИ. 1948. Т. LXXVIII: Кафедра истории СССР. С. 133–165) и «Социально-политическая борьба в Великом Новгороде в 1477–1478 гг. (По летописям)» (Уч. записки Вологодского пед. института. 1951. Т. IX: История. С. 3–57).

Вернуться

1

Речь идет о статье Будовница «Об исторических построениях М. Д. Приселкова» (Исторические записки. М., 1950. Т. 35. С. 199–231) – первой в отечественной историографии, специально посвященной Приселкову.

Вернуться

2

В 1948–1949 гг. Будовниц под предлогом поправки здоровья жил в Алма-Ате.

Вернуться

3

Греков Борис Дмитриевич (1882–1953) – историк, общественный деятель; член-корреспондент (с 1934), академик (с 1935) АН СССР, директор Института истории в Ленинграде (с 1936) и в Москве (с 1938); в 1946–1953 гг. академик-секретарь Отделения истории и философии АН СССР.

Вернуться

1

Книги переизданы не были.

Вернуться

2

Лурье Яков Соломонович (1921–1996) – филолог, историк культуры, педагог; доктор филологических наук (1962). В 1949 г., в период борьбы с космополитизмом, был уволен из Института живописи, скульптуры и архитектуры им. И. Е. Репина и ЛГПИ и 4 года не имел постоянного места работы. 19 апреля 1950 г. у Лурье родился сын, и Лихачев пытался ему помочь. В 1953 г. Лурье был принят младшим научным сотрудником Музея религии и атеизма при содействии его директора В. Д. Бонч-Бруевича; в 1957 г. перешел на работу в Отдел древнерусской литературы ИРЛИ, в 1982 г. вынужденно вышел на пенсию из‑за ареста его литературного секретаря А. Б. Рогинского, осужденного по надуманному обвинению (реабилитирован в 1992 г.), – впоследствии одного из создателей общества «Мемориал» и председателя его правления.

Вернуться

3

Лихачева Зинаида Александровна (урожд. Макарова; 1907–2001) – с 1935 г. жена Лихачева.

Вернуться

a

Так у И. У. Будовница.

Вернуться

1

В приложении даны подробные характеристики важнейших списков русских летописей (Лихачев Д. С. Русские летописи. С. 425–479).

Вернуться

2

Сильвестр (Селивестр) (ум. 1123) – игумен Киевского Михайловского Выдубецкого монастыря (с 1115), епископ Переяславский (с 1118 или 1119).

Вернуться

3

См.: Лихачев Д. С. Русские летописи. С. 169–172 (часть II «Повесть временных лет», глава 9 «Повесть временных лет и Сильвестр»). Лихачев полагал, что изменения летописи, сделанные Сильвестром, «коснулись лишь вопросов текущей политики» и «не внесли ничего нового в самую форму „Повести временных лет“ и не затронули ее большого патриотического замысла» (С. 171).

Вернуться

4

Киприан (ок. 1330 – 1406) – митрополит Киевский, Русский и Литовский (1375–1380), митрополит Малой Руси и Литвы (1380–1389), митрополит Киевский и всея Руси (с 1389); писатель, переводчик, книгописец. Почитается в Русской православной церкви в лике святителей. Лихачев писал о новизне и значительном идейном содержании Московского летописного свода Киприана (несохранившийся свод 1409 г., или так называемая Троицкая летопись), осветившего русскую историю «с точки зрения идеи единства Русской земли» (см.: Лихачев Д. С. Русские летописи. С. 296–305). См. также комм. 12 к письму 3 Лихачева Будовницу (с. 26 наст. изд.).

Вернуться

1

Речь идет о статье Будовница «Идейное содержание „Слова о полку Игореве“».

Вернуться

2

Имеется в виду 8‑й том ТОДРЛ (1950), посвященный 150-летию первого издания «Слова о полку Игореве».

Вернуться

a

Так у Д. С. Лихачева.

Вернуться

1

См.: Лихачев Д. С. Исторический и политический кругозор автора «Слова о полку Игореве» // «Слово о полку Игореве»: Сб. исследований и статей / Под ред. В. П. Адриановой-Перетц. М.; Л., 1950. С. 5–52; Лихачев Д. С. Устные истоки художественной системы «Слова о полку Игореве» // «Слово о полку Игореве»: Сб. исследований и статей. С. 53–92; Лихачев Д. С. Слово о полку Игореве: Историко-литературный очерк / Отв. ред. В. П. Адрианова-Перетц. М.; Л., 1950. (Научно-популярная серия.)

Вернуться

2

В связи со 150-летием первого издания «Слова» Будовниц написал статью «Идейное содержание „Слова о полку Игореве“» (1950) и рецензии на основные издания, вышедшие в юбилейном году (Вопросы истории. 1951. № 5. С. 109–114), в дальнейшем к проблематике «Слова» не обращался.

Вернуться

3

Сергей Лесной (наст. фам. и имя Парамонов Сергей Яковлевич; 1894–1967) – энтомолог, переводчик, издатель; доктор биологических наук. До 1941 г. сотрудник Зоологического музея АН Украины, продолжил работу в музее во время оккупации, в 1943 г. вместе с отступающей немецкой армией, сопровождая коллекции музея, выехал в Германию. С 1947 г. жил в Австралии. Автор работ по систематике двукрылых, изданных в СССР и Австралии, а также дилетантских работ по древнерусской литературе и истории.

Вернуться

4

См.: Лесной С. Слово о полку Игореве: (К 150-летию со дня опубликования): Исследование о «Слове о полку Игореве»: В 4 вып. Вып. 1: Тексты: 1) Точная копия изд. 1800 г. 2) Реставрированный по отношению к XII веку текст издания 1800 г. 3) Реконструированный первоначальный текст XII века. 4) Перевод на современный русский язык. 5) Пояснительные главы. Париж, 1950. 99 с.; Вып. 2: Принципы, определяющие верное понимание «Слова о полку Игореве». Париж, 1951. 224 с.; Вып. 3: Комментарии. Париж, 1951. 380 с.; Вып. 4: Персоналии: Лица и события, упоминаемые в «Слове». Париж, 1953. 522 с.

Заметка об этой работе, написанная Н. В. Шарлеманем (по-видимому, работавшим с С. Я. Парамоновым в Зоологическом музее в Киеве), была опубликована в ТОДРЛ (см.: Шарлемань Н. В. Сергей Парамонов о «Слове о полку Игореве» // ТОДРЛ. Т. XVI. С. 611–616). Несмотря на то что Сергей Лесной считал «Слово» памятником литературы XII в. и полемизировал с А. Мазоном, Шарлемань характеризовал исследования Сергея Лесного как «позорное явление в истории изучения „Слова о полку Игореве“, в полном смысле слова темное место в изучении великого памятника» (С. 616).

Вернуться

5

Мазон Андре (1881–1967) – французский филолог-славист, ученый секретарь Института живых восточных языков в Париже (1909–1914), профессор Страсбургского университета (1919–1923) и Коллеж де Франс (1924–1952), иностранный член АН СССР (с 1928), член Французской академии (с 1935), президент Института славяноведения в Париже (с 1937), член Академии надписей и изящной словесности (с 1941), один из основателей славистического журнала «Revue des études slaves». В статьях, печатавшихся с 1938 г. на страницах основанного им журнала и объединенных впоследствии в книгу «Le Slovo d’Igor» (1940), он доказывает, что «Слово» было создано в окружении А. И. Мусина-Пушкина (или им самим) в конце XVIII в. Он предлагал рассматривать «Слово» как подражание «Задонщине». Утверждал, что в «Слове» обнаруживаются «модернизмы», «художественные штампы», извлеченные из памятников литературы Нового времени. Источниками «Слова», помимо «Задонщины», Мазон считал некоторые из русских летописей, изданных уже к концу XVIII в., а также труды историков В. Н. Татищева и М. М. Щербатова. Согласно Мазону, целью создания «Слова» было желание откликнуться на завоевательную позицию Екатерины II в Причерноморье. Позднее Мазон называл авторами «Слова» Н. Н. Бантыша-Каменского и Иоиля Быковского.

Вернуться

6

Я. С. Лурье – специалист по истории эпохи Ивана IV Грозного; в 1942 г. защитил в Томском государственном университете кандидатскую диссертацию по истории русско-английских отношений в его правление. Вместе с Лихачевым подготовил книгу «Послания Ивана Грозного» (1951), на которую Будовниц написал рецензию (Лит. газета. 1952. 11 марта. С. 2).

Вернуться

7

См.: Лихачев Д. С. Иван Грозный – писатель // Послания Ивана Грозного / Подгот. текста Д. С. Лихачева и Я. С. Лурье; пер. и коммент. Я. С. Лурье; под ред. В. П. Адриановой-Перетц. М.; Л., 1951. С. 452–467 (Литературные памятники). Эта книга, «политически вредная», стала поводом для ожесточенной критики и так называемых проработок начала 1950‑х гг. Лихачев и Лурье были обвинены в «антипатриотическом восхищении перед английской дипломатией XVI в.» и в сочувствии «изменнику Родины – князю Андрею Курбскому» (обвинения И. П. Лапицкого, М. О. Скрипиля и др.) (см.: Лихачев Д. С. Воспоминания. Раздумья. Работы разных лет. С. 316–320; Дружинин П. Пушкинский Дом под огнем большевистской критики // Новое литературное обозрение. 2011. № 4. С. 202–213). См. также письма Лихачева Гудзию и Кудрявцеву (с. 88–89, 203 наст. изд.).

Вернуться

8

Радовский Моисей Израилевич (1903–1964) – историк науки и техники. Научный сотрудник Института истории науки и техники (1931–1938); ученый секретарь Комиссии по истории физико-математических и технических наук АН СССР (1942–1953), научный сотрудник Ленинградского отделения Института истории естествознания и техники АН СССР (с 1945), ученый секретарь серии «Литературные памятники» (1951–1954).

Вернуться

9

«Исторические записки» – непериодический сборник, издававшийся с 1937 по 1972 г. Институтом истории АН СССР (с 1968 – Институт истории СССР). Ответственный редактор в 1938–1953 гг. – Б. Д. Греков. Всего вышло 89 т. Сборник возобновлен в 1995 г.

В «Исторических записках» в 1948 г. была напечатана статья Лурье «Новые данные о посольстве Сугорского и Арцыбашева в 1576 г.» (Т. 27. С. 291–300), в дальнейшем его работы в этом издании не публиковались. См. библиографию трудов Лурье в кн.: Лурье Я. С. Россия древняя и Россия новая: Избранное. СПб., 1997. С. 383–404.

Вернуться

10

В. П. Адрианова-Перетц была заместителем директора ИРЛИ с 10 ноября 1950 г. по 8 июня 1951 г.

Вернуться

11

Бельчиков Николай Федорович (1890–1979) – литературовед, археограф, источниковед, педагог; доктор филологических наук (1938), заслуженный деятель науки РСФСР (1947), член-корреспондент АН СССР по Отделению литературы и языка (1953). Ученый секретарь Отделения литературы и языка (1946–1948); сотрудник ИРЛИ (1930–1937, 1946, 1949–1955), его директор с 8 марта 1949 г. (утвержден в должности постановлением Секретариата ЦК ВКП(б) от 3 июня 1948 г.) по 21 апреля 1955 г.; сотрудник ИМЛИ (с 1955). Главный редактор «Истории русской литературы» (тт. 1–10, 1941–1956), член редколлегий журнала «Известия АН СССР. ОЛЯ», серии «Литературное наследство» (1950–1954) и Полного собрания сочинений А. П. Чехова (1974–1979).

Вернуться

12

Евгеньева Анастасия Петровна (1899–1985) – лингвист, основатель лингвофольклористики, педагог; доктор филологических наук (1950). Автор статей о языке «Слова о полку Игореве». 23 ноября 1950 г. защитила докторскую диссертацию на тему «Очерки по языку устной русской поэзии XVII–XIX вв.» в Институте русского языка АН СССР.

Вернуться

1

8 и 9 декабря 1950 г. в большом конференц-зале ИРЛИ состоялась научная сессия Отделения литературы и языка и ИРЛИ, посвященная юбилею «Слова». В заседаниях участвовали академики В. В. Виноградов, Н. С. Державин, И. Ю. Крачковский, И. И. Мещанинов, В. В. Струве, И. И. Толстой, В. Ф. Шишмарев, члены-корреспонденты АН СССР В. П. Адрианова-Перетц, Е. С. Истрина, Д. И. Абрамович, М. П. Алексеев, Н. К. Пиксанов и др., гости из Москвы, Ярославля, Новосибирска. В числе выступающих были В. В. Виноградов, Д. С. Лихачев, В. П. Адрианова-Перетц, И. П. Еремин. В Литературном музее ИРЛИ была открыта выставка, посвященная «Слову» (см.: Дмитриев Л. А. Юбилей первого издания «Слова о полку Игореве» (1800–1950 гг.) // ТОДРЛ. Т. VIII. С. 416–418).

Вернуться

2

Белецкий Александр Иванович (1884–1961) – литературовед; академик АН УССР (1939) и АН СССР по Отделению литературы и языка (1958).

Вернуться

3

Булаховский Леонид Арсеньевич (Лейзер Аронович) (1888–1961) – лингвист, педагог; академик АН УССР (1939), член-корреспондент АН СССР. Директор Института языкознания им. А. А. Потебни АН УССР (с 1944). На заседании 8 декабря 1950 г. был прочитан его доклад «Язык „Слова о полку Игореве“».

Вернуться

4

Торжественное заседание АН СССР, ССП СССР и Комитета по делам искусств при Совете Министров СССР, посвященное юбилею «Слова», состоялось 11 декабря 1950 г. Заседание открыл президент АН СССР С. И. Вавилов, с докладами выступили И. А. Новиков, В. П. Адрианова-Перетц (доклад «„Слово о полку Игореве“ и русская народная поэзия»), С. Вургун. В Центральном доме литераторов 13 декабря ССП СССР провел юбилейный вечер, на котором был заслушан доклад профессора и переводчика Л. И. Тимофеева, а Н. А. Заболоцкий, В. К. Звягинцева, И. А. Новиков, А. И. Югов и др. читали отрывки из своих переводов «Слова» на современный русский язык. Н. К. Гудзий на юбилейных мероприятиях не выступал (см.: ТОДРЛ. Т. VIII. С. 415–416).

Вернуться

5

Речь идет о 4‑м, переработанном, издании учебника для высших учебных заведений Гудзия «История древней русской литературы», вышедшем осенью 1950 г.

Вернуться

6

Гудзий ссылался на подготовленный А. Н. Насоновым т. 1 «Псковских летописей» (М.; Л., 1941) (см.: Гудзий Н. К. История древней русской литературы. 4‑е изд., перераб. М., 1950. С. 276).

См. биографическую справку о Насонове на с. 166–167 наст. изд.

Вернуться

7

См.: Гудзий Н. К. История древней русской литературы. С. 260.

Лихачев вслед за Шахматовым относил этот несохранившийся летописный свод к 1430‑м годам (см.: Лихачев Д. С. Русские летописи. С. 312–313).

Вернуться

8

«Валаамская беседа» («Месяца сентября в 11 день пренесение мощей преподобных отец наших Сергия и Германа, Валамского монастыря началников… Беседа и видение преподобных отец наших, игуменов Сергия и Германа, Валамского монастыря началников…») – памятник русской публицистики XVI в., посвященный церковному и монастырскому землевладению.

Вернуться

9

См.: Смирнов И. И. «Беседа валаамских чудотворцев» и ее место в русской публицистике XVI в. // Исторические записки. М., 1945. Т. 15. С. 247–261.

Смирнов Иван Иванович (1909–1965) – историк, педагог; доктор исторических наук (1947), лауреат Сталинской премии 2‑й степени (1949). Преподаватель ЛГУ (1936–1941, с 1947), специалист по аграрной истории России.

Вернуться

10

Речь идет о монографии Будовница «Русская публицистика».

Вернуться

1

Будовниц посылал Лихачеву свое письмо В. Т. Пашуто от 5 июня 1951 г. (ОР РГБ. Ф. 602. Карт. 6. Ед. хр. 33) с замечаниями на статью Пашуто «Шахматов – буржуазный источниковед» (см.: Вопросы истории. 1952. № 2. С. 47–73).

Вернуться

2

Письмо Ф. Энгельса Конраду Шмидту (1863–1932), немецкому социал-демократу, экономисту, журналисту, от 29 июня 1891 г.: Маркс К., Энгельс Ф. Соч. М., 1940. Т. 28: Письма 1888–1891. С. 327–329.

Вернуться

3

Лихачев имеет в виду высказывания Ленина о пролетарской культуре из его «Речи на III Всероссийском съезде РКСМ 2 октября 1920 г.» («[…] только точным знанием культуры, созданной всем развитием человечества, только переработкой ее можно строить пролетарскую культуру […] Пролетарская культура не является выскочившей неизвестно откуда, не является выдумкой людей, которые называют себя специалистами по пролетарской культуре. Это все сплошной вздор. Пролетарская культура должна явиться закономерным развитием тех запасов знания, которые человечество выработало под гнетом капиталистического общества, помещичьего общества, чиновничьего общества»): Ленин В. И. Соч. 2‑е изд., испр. и доп. М.; Л., 1928. Т. 25: 1920. С. 384–397.

Вернуться

4

Скорее всего, речь идет о словах Ленина: «В затхлую атмосферу интеллигентского политиканства врывается струя свежего воздуха с улицы» из статьи «Выборная кампания социал-демократии в Петербурге» (Ленин В. И. Соч. Т. 10: 1906–1907. С. 289–295).

Вернуться

5

Менделеев Дмитрий Иванович (1834–1907) – химик, профессор Петербургского университета; член-корреспондент Петербургской АН.

Вернуться

6

Покровский Михаил Николаевич (1868–1932) – историк-марксист, общественный и политический деятель; академик Белорусской АН (с 1928), академик АН СССР (с 1929). Глава так называемой исторической «школы Покровского», декларировавшей радикальное переосмысление русской истории на основании «марксистского» анализа.

Вернуться

a

Далее зачеркнуто: Молотов⁹.

Вернуться

7

В статье «Относительно марксизма в языкознании» И. В. Сталин писал: «У нас были одно время „марксисты“, которые утверждали, что железные дороги, оставшиеся в нашей стране после Октябрьского переворота, являются буржуазными, что не пристало нам, марксистам, пользоваться ими, что нужно их срыть и построить новые, „пролетарские“ дороги» (Правда. 1950. 20 июня. № 171 (11643). С. 3).

Вернуться

8

Установить, о какой студентке и о какой статье идет речь, не удалось.

Вернуться

1

Речь идет о статье Будовница «„Изборник“ Святослава 1076 г. и „Поучение“ Владимира Мономаха и их место в истории русской общественной мысли» (ТОДРЛ. Т. X. С. 44–75).

Вернуться

2

«Исторический архив» – непериодический сборник, издававшийся Институтом истории АН СССР в 1936–1954 г. под редакцией Б. Д. Грекова. В 1953 г. были изданы тт. 8 и 9, в 1954 г. – т. 10 (последний). С 1955 г. начал выходить одноименный журнал при участии Института марксизма-ленинизма при ЦК КПСС и ГАУ МВД; главный редактор В. И. Шунков (до 1960). Журнал в начале 1960‑х гг. был закрыт из‑за малотиражности, возобновлен в 1992 г.

Вернуться

3

Имеется в виду 2‑я книга монографии Б. Д. Грекова «Крестьяне на Руси с древнейших времен до XVII века», вышедшая в Издательстве АН СССР в 1954 г. (1‑я кн. – 1952).

Вернуться

4

См. биографическую справку о Черепнине на с. 618 наст. изд.

Вернуться

5

См. биографическую справку о Шункове на с. 524 наст. изд.

Вернуться

6

«Изборник» Святослава 1076 г. – третья по древности дошедшая до нас восточнославянская датированная рукопись – после Остромирова Евангелия 1056–1057 гг. и «Изборника» Святослава 1073 г. Составлена во время правления великого князя киевского (1073–1076) Святослава Ярославича (1027–1076). Рукопись в XVIII в. принадлежала историку М. М. Щербатову, затем находилась в собрании рукописей Эрмитажа, с 1852 г. – в Имп. ПБ (в настоящее время РНБ). Справка Будовница об этом документе в его фонде (ОР РГБ. Ф. 602) не сохранилась.

Вернуться

7

«Поучение» – памятник древнерусской литературы XII в., первая светская проповедь, написанная великим князем Киевским (1113–1125) Владимиром Всеволодовичем Мономахом (в крещении Василием; 1053–1125). «Поучение» дошло до нас в составе Лаврентьевской летописи 1377 г. под 1096 г. (хранится в РНБ).

Вернуться

8

В фонде Будовница сохранился вариант статьи, озаглавленный «Теория социального компромисса».

Вернуться

1

О переводе Сектора древнерусской литературы в Москву и о присоединении его к Археографической комиссии Лихачев задумался, по-видимому, в 1951 г.; в письме Будовницу от 28 октября 1951 г. он писал: «Ведь нам гораздо более естественно быть в Ин[ституте] истории, чем в Пушк[инском] Доме, где мне, напр[имер], приходится руководить 1 аспирантом по Маяковскому, другим – по К. Симонову и редактировать собр[ание] соч[инений] Белинского!» (Л. 28). В письме изложен еще один из неосуществленных проектов перевода Сектора древнерусской литературы в Москву. См. также письмо 8 Лихачева Гудзию от 5 февраля 1952 г. (с. 89–90 наст. изд.) и письмо 1 Лихачева Благому от 24 января 1954 г. (с. 309 наст. изд.).

Вернуться

2

Д. С. Лихачев, В. П. Адрианова-Перетц, В. И. Малышев, М. О. Скрипиль.

Вернуться

a

Так у Д. С. Лихачева.

Вернуться

3

Хождение за три моря Афанасия Никитина. 1466–1472 / Под ред. Б. Д. Грекова и В. П. Адриановой-Перетц. М.; Л., 1948. (Литературные памятники.)

Вернуться

4

Масленникова Наталья Николаевна (1927–2010) – историк, палеограф, педагог; доктор исторических наук. Ученица Лихачева, под руководством которого в 1955 г. защитила кандидатскую диссертацию. Сотрудник РО ГПБ, с 1954 г. преподаватель (в 1978–2004 заведующая) кафедры истории Ленинградского государственного института культуры. Автор работ по истории средневекового Пскова.

В т. VIII ТОДРЛ (1951) были опубликованы статьи И. У. Будовница «Памятник ранней дворянской публицистики (Моление Даниила Заточника)» (С. 138–157), Н. Н. Масленниковой «Идеологическая борьба в псковской литературе в период образования Русского централизованного государства» (С. 187–217), М. Н. Тихомирова «Где и когда было написано „Слово о погибели Русской земли“» (С. 235–244).

Вернуться

5

Малышев Владимир Иванович (1910–1976) – литературовед, археограф, исследователь древнерусской литературы; доктор филологических наук (1968), заслуженный деятель науки РСФСР (1972). В годы Великой Отечественной войны воевал на Ленинградском и др. фронтах, демобилизовался в феврале 1946 г. Со 2 июля 1946 г. младший научный сотрудник, ученый секретарь Сектора древнерусской литературы ИРЛИ, с 29 марта 1959 г. старший научный сотрудник (до 3 декабря 1970). Организатор археографических экспедиций для разыскания рукописей и старопечатных книг; инициатор создания в 1949 г. и ученый хранитель Древлехранилища ИРЛИ, которому в 1976 г. присвоено его имя.

Вернуться

1

Зимин Александр Александрович (1920–1980) – историк, археограф, педагог; доктор исторических наук (1959). Научный сотрудник Института истории АН ССР (с 1947); преподаватель Московского государственного историко-архивного института (1947–1973); создатель научной школы. Автор многочисленных работ по проблемам социально-политической истории России с XI по XVIII в., специалист по истории общественной мысли, вопросам историографии и источниковедения.

Вернуться

a

Так у Д. С. Лихачева.

Вернуться

2

Робинсон Андрей Николаевич (1917–1993) – филолог-медиевист, славист; доктор филологических наук (1965). Работал в Москве в системе АН СССР. С 1948 г. сотрудник ИМЛИ, в 1968–1985 гг. заведующий группой древнерусской литературы (в 1986–1988 – сектором). В декабре 1954 – декабре 1955 г. сотрудник сектора древнерусской литературы ИРЛИ. Внес значительный вклад в изучение «Слова»: большая часть его работ посвящена проблемам литературно-исторической типологии, сопоставлению древнерусской литературы Киевского периода, в частности «Слова», с современными ей западноевропейскими литературами и эпосом Востока.

Вернуться

3

Державина Ольга Александровна (1901–1985) – литературовед, историк литературы, педагог; доктор филологических наук (1958). Ученица Н. П. Сидорова. Преподаватель МГПИ, Литературного института. Сотрудник группы (сектора) древнерусской литературы (отдела древнеславянских культур) ИМЛИ (с 1956).

Вернуться

4

Пушкарев Лев Никитович (Никитич) (1918–2019) – историк, источниковед, археограф; доктор исторических наук (1970). Сотрудник Института истории СССР АН СССР. Автор более 500 научных работ, в том числе монографии «Классификация русских письменных источников по отечественной истории» (1975).

Вернуться

5

Кузьмина Вера Дмитриевна (1908–1968) – литературовед, педагог; доктор филологических наук (1956). Сотрудник группы древнерусской литературы ИМЛИ (с 1955; заведующая с 1965).

Вернуться

1

В. И. Малышев.

Вернуться

2

См. письмо 13 от 8 февраля 1953 г. (с. 47–49 наст. изд.).

Вернуться

3

Бакланова Наталия Аполлинарьевна (1891–1977) – историк; кандидат филологических наук (1943); в 1930 г. арестована по «академическому делу» и сослана на 3 года в Котлас. Заведующая ОР ИМЛИ (1941–1949), затем сотрудница группы древнерусской литературы ИМЛИ (см.: Мельников А. В. Бакланова Наталия Аполлинарьевна // Московская энциклопедия. М., 2007. Т. 1: Лица Москвы. Кн. 1. С. 117–118).

Вернуться

1

23–26 апреля 1955 г. в ИРЛИ проходило II Всесоюзное совещание по вопросам изучения древнерусской литературы. В нем приняли участие выше 150 человек (литературоведы, историки, лингвисты, искусствоведы, сотрудники рукописных отделов научных библиотек). Состоялось 6 заседаний, на которых было прочитано 14 докладов и 6 сообщений. См.: ТОДРЛ. Т. XII. С. 647–650; Известия АН СССР. ОЛЯ. М., 1955. Т. 14, вып. 5. С. 480–484.

Вернуться

2

А. Н. Насонов сделал доклад «Материалы по летописанию в хранилищах Москвы».

Вернуться

3

Бертельс Евгений Эдуардович (1890–1957) – востоковед, переводчик, педагог; член-корреспондент АН СССР по Отделению общественных наук (иранистика) (1939), член-корреспондент Иранской АН (1944), Туркменской АН (1951), Арабской АН в Дамаске (1955). На совещании Бертельс сделал доклад «О работе над текстами классических авторов Ближнего Востока».

Вернуться

4

Жирмунский Виктор Максимович (1891–1971) – лингвист, литературовед, основатель школы германистики, поэт, педагог; доктор филологических наук (1924), академик АН СССР (1966). Преподаватель Петроградского университета (с 1924 – ЛГУ) (1915–1917, 1919–1949, с 1956 – профессор кафедры германской филологии). В 1924 г. Лихачев посещал занятия Жирмунского по английской поэзии XIX в. Сотрудник ИРЛИ, заведующий Отделом западных литератур (1934–1950); заведующий сектором индоевропейских языков Ленинградского отделения Института языкознания АН СССР (с 1957). Трижды арестовывался (1933, 1935, 1941), в 1949 г. в период борьбы с космополитизмом был уволен из ЛГУ. Член редколлегии серии «Литературные памятники». На совещании 1955 г. Жирмунский сделал доклад «Из опыта текстологического изучения средневековой немецкой литературы».

Вернуться

5

Смирнов Александр Александрович (1883–1962) – литературовед, литературный критик, переводчик, театровед, шекспировед, педагог, шахматист; доктор филологических наук (1937). Преподаватель Петроградского университета (затем ЛГУ) (1910–1916; 1922–1958; с 1934 – профессор). В период учебы в ЛГУ Лихачев занимался у Смирнова старофранцузскими текстами. На совещании Смирнов сделал доклад «О текстологии Шекспира».

Вернуться

6

Алпатов Михаил Владимирович (1902–1986) – искусствовед, мемуарист, педагог; доктор искусствоведения (1940); действительный член Академии художеств СССР (1954); заслуженный деятель искусств РСФСР (1958); лауреат Государственной премии СССР (1974). Преподаватель Московского художественного института им. И. В. Сурикова (с 1943). Автор работ по истории русского и зарубежного искусства.

На совещании М. В. Алпатов сделал доклад «Изучение художественных образов древнерусского государства».

Вернуться

7

М. Н. Тихомиров участия в совещании не принимал. См. также комм. 2 к письму 19 Лихачева Тихомирову от 10 апреля 1955 г. (с. 149 наст. изд.).

Вернуться

8

См.: Лихачев Д. С. Некоторые новые принципы в методике текстологических исследований древнерусских литературных памятников // Известия АН СССР. ОЛЯ. М., 1955. Т. 14, вып. 5. С. 403–419.

Вернуться

9

См.: Лихачев Д. С. Изображение людей в житийной литературе конца XIV – XV века // ТОДРЛ. Т. 12. С. 105–115.

Вернуться

1

Непериодический сборник «Исторические записки» в журнал преобразован не был.

Вернуться

2

Копреева Татьяна Николаевна (1917–1988) – историк книги, библиограф; кандидат исторических наук (1952). Сотрудница ГПБ (1951–1982), заведующая Отделом редких книг (1957–1969). Статья Копреевой о дипломате, главе Посольского приказа в царствование Алексея Михайловича боярине Афанасии Лаврентьевиче Ордине-Нащокине (1605–1680) в «Исторических записках» опубликована не была.

Вернуться

1

Скорее всего, речь идет о статье Будовница «К вопросу о крещении Руси», написанной на летописном материале: Вопросы истории религии и атеизма: Сб. статей / Ин-т истории АН СССР. М., 1955. С. 402–434.

Вернуться

a

Так у Д. С. Лихачева.

Вернуться

1

См. поздравительную телеграмму 21 Будовница Лихачеву от 28 ноября 1956 г.

Вернуться

1

Имеется в виду книга: Будовниц И. У. Словарь русской, украинской, белорусской письменности и литературы до XVIII в. / АН СССР, ОЛЯ, Советск. комитет славистов; отв. ред. Д. С. Лихачев. М., 1962. Словарь был сдан в набор 2 янв. 1962 г., подписан к печати 19 апр. 1962 г.

Вернуться

2

Речь идет о статье Малышева «Необходим словарь-справочник по древнерусской литературе», в которой он писал о проблемах изучения древнерусской литературы и о необходимости издать новый справочник по древнерусской письменности на основе картотеки Библиотеки АН СССР, составленной академиком Петербургской АН, доктором церковной истории, литературоведом, библиографом Н. К. Никольским, и картотеки «Толковая библиография по древнерусской литературе», составлявшейся в ИРЛИ, однако почему-то при этом предлагал заняться составлением справочника сотрудникам сектора древнерусской литературы ИМЛИ (Литература и жизнь. М., 1959. № 69 (185). 10 июня. С. 2).

См. также отклики на статью Малышева: Морозов А. Назревшая необходимость // Литература и жизнь. 1959. 28 июня. № 77 (193). С. 2; Виноградов В. Словари, которые очень нужны // Литература и жизнь. 1959. 29 июля. № 90 (206). С. 2); [Без автора.] Словарь-справочник по древнерусской литературе // Русские новости. Париж, 1959. 10 июля. № 736. С. 4; [Без автора.] Изучение древнерусской литературы // Там же. 19 сент. № 746. С. 4 и др.

Вернуться

3

Казакова Наталия Александровна (1915–1984) – историк, текстолог, педагог; доктор исторических наук (1964). Преподаватель ЛГУ (с 1945), сотрудница Ленинградского отделения Института истории АН ССР (1946–1948, с 1960), Музея истории религии и атеизма (1952–1953), Сектора древнерусской литературы ИРЛИ (1956–1960). Под руководством С. Н. Валка приняла участие в издании «Грамот Великого Новгорода и Пскова» (1949), в соавторстве с Я. С. Лурье написала монографию «Антифеодальные еретические движения на Руси XIV – начала XVI вв.» (1955). Муж был репрессирован, и она одна воспитывала дочь.

Вернуться

4

Предположительно, имеются в виду историк, специалист по экономической истории России начала XX в., бывший директор Института истории СССР (1953–1959), ответственный редактор сборника «Исторические записки» Аркадий Лаврович Сидоров (1900–1966) и его жена Галина Владимировна (урожд. Лебедева).

Вернуться

1

Письмо не сохранилось. Как следует из содержания настоящего письма и дальнейшей переписки, Лихачев предложил Будовницу на основе материалов, собранных им для «Словаря русской, украинской, белорусской письменности и литературы до XVIII века», заняться составлением сводного каталога фондов, в состав которых войдут древнерусские рукописи, – «Каталог фондов древнеславянских рукописей». Проблема подготовки сводного печатного каталога славянских рукописей поднималась Е. Э. Гранстрем на IV Международном съезде славистов (Москва, 1–10 сентября 1958 г.). При этом подчеркивалась важность не только описания самих рукописей, но и составления библиографического справочника собраний и их каталогов (см.: IV Международный съезд славистов: Материалы дискуссии. М., 1962. Т. 1: Проблемы славянского литературоведения, фольклористики и стилистики. С. 312–313). Будовниц не успел заняться подготовкой предложенного справочника, и эта идея, по-видимому, в дальнейшем не была никем реализована.

С 1960 г. подготовкой сводного каталога рукописных книг, хранящихся в СССР, занималась Археографическая комиссия Отделения истории АН СССР по инициативе ее председателя М. Н. Тихомирова. Был составлен «Предварительный список славяно-русских рукописей XI–XIV вв., хранящихся в СССР» (сост. Н. Б. Шеломанова, см.: Археографический ежегодник за 1965 г., посвящ. памяти акад. М. Н. Тихомирова. М., 1966. С. 117–272), разработана методика описания памятников (см.: Методические рекомендации по описанию славяно-русских рукописей для «Сводного каталога рукописей, хранящихся в СССР». М., 1976). В результате нескольких десятилетий подготовки был издан «Сводный каталог славяно-русских рукописных книг, хранящихся в СССР: XI–XIII вв.» (редакция славяно-русской серии каталога: С. О. Шмидт (гл. редактор), Л. П. Жуковская (зам. гл. редактора), Н. Н. Покровский (зам. гл. редактора) и др.; редколлегия книги: Л. П. Жуковская (отв. редактор), Н. Б. Тихомиров, Н. Б. Шеломанова. М., 1984). Позже был издан «Сводный каталог славяно-русских рукописных книг, хранящихся в России, странах СНГ и Балтии: XIV век. Вып. 1» (РАН, Ин-т славяноведения, Археографическая комиссия; гл. ред. С. О. Шмидт, отв. ред. А. А. Турилов. М., 2002; издание не завершено). См. также письмо 36 Лихачева Шмидту от 23 декабря 1975 г. (с. 280–282 наст. изд.).

Вернуться

2

Копанев Александр Ильич (1915–1990) – историк, археограф, педагог, экскурсовод в музеях Петродворца; доктор исторических наук (1974). Ученик И. И. Смирнова. Участник обороны Ленинграда, попал в немецкий плен и оказался в концлагере (до 1945). Научный сотрудник, затем заведующий Отделом рукописной и редкой книги БАН; организатор археологических экспедиций БАН (1959–1969); сотрудник Ленинградского отделения Института истории АН СССР (1969–1982). Автор работ о крестьянстве Русского Севера XVI–XVII вв.

Вернуться

3

Имеются в виду «Словарь русской, украинской, белорусской письменности и литературы до XVIII века» (1962) и монография «Монастыри на Руси и борьба с ними крестьян в XIV–XVI вв.», вышедшая в свет посмертно, в 1966 г.

Вернуться

a

Так у И. У. Будовница.

Вернуться

b

Так у И. У. Будовница.

Вернуться

c

Повтор у И. У. Будовница.

Вернуться

4

Бегунов Юрий Константинович (1932–2014) – филолог, славист, библиограф, источниковед; доктор филологических наук (1983). Член СП СССР, Русского исторического общества. Сотрудник Сектора древнерусской литературы ИРЛИ (1958–1974) и Сектора новой русской литературы (1974–1996). В 1960 г. защитил кандидатскую диссертацию «Слово о погибели Русской земли», участник археографических экспедиций на Русский Север. В 1960‑е гг. Бегунов занимался проблемами составления сводного каталога фондов, хранящих древнерусские памятники письменности, и методикой их описания; см. его статью «Основные задачи составления описания описаний собраний славяно-русских рукописей» (ТОДРЛ. Т. XX. С. 288–302).

Вернуться

1

См.: Житие протопопа Аввакума, им самим написанное, и другие его сочинения / Под общ. ред. Н. К. Гудзия; вступ. ст. В. Е. Гусева; подгот. текста и комм. Н. К. Гудзия и др. М., 1960.

Вернуться

2

Ботвинник Дорина Назарьевна (1901 – ?) – редактор Издательства АН СССР.

Вернуться

2

Погодин Михаил Петрович (1800–1875) – историк, журналист, писатель, академик Имп. АН, профессор Московского университета, один из идеологов славянофильства. Собрал значительную коллекцию предметов старины, старопечатных книг, рукописей («Древлехранилище»), в 1852 г. приобретенную императором Николаем I для государства. Более 2000 рукописей XI–XIX вв. были переданы в Имп. ПБ, где и хранятся до сих пор (ОР РНБ. Ф. 588. Оп. 2). В собрание входят славянские и древнерусские рукописные библейские книги, кормчие, служебники, сборники житий, летописи, хронографы, собрания законов, родословные и разрядные книги и др. С 1988 г. ГПБ (РНБ) издает каталог «Рукописные книги собрания М. П. Погодина» (Вып. 1–7, 1988–2020), куда вошли описания половины коллекции. О Погодинском собрании см.: Каталог личных архивных фондов отечественных историков. М., 2007. Вып. 2: Первая половина XIX века / Сост.: Т. В. Медведева, М. П. Мироненко; отв. ред. С. О. Шмидт. С. 456–458) и др.

Вернуться

3

Уваров Алексей Сергеевич, граф (1825–1884) – археолог, один из основателей Исторического музея в Москве. Собрание рукописных памятников XIII–XIX вв. Уварова («Порецкий музеум») согласно его завещанию поступило в 1917 г. из имения Поречье в Государственный исторический музей и состоит из свыше 2400 единиц хранения, в том числе духовных грамот, псалтырей, летописей, летописцев, хронографов, патериков, житий святых, книг сошного письма, разрядных книг и др. на древнерусском и славянских языках. Описание Уваровского собрания было составлено архимандритом Леонидом (см.: Систематическое описание славяно-российских рукописей собрания графа А. С. Уварова. М., 1893. Т. 1–4).

Вернуться

4

Синодальное собрание славянских рукописей (бывшая Патриаршая библиотека) в 1920 г. было передано по постановлению Наркомпроса в Государственный Исторический музей, где хранится по настоящее время. Патриаршая библиотека начала собираться с середины XVI в. Собрание состоит из трех отделов – фонда славянских рукописей, собраний московских монастырей и фонда греческих рукописей – всего 1172 единицы хранения, в том числе «Изборник» Святослава (1073), «Ефремовская кормчая» (XII в.), Мстиславово евангелие (до 1117), Псковский апостол (1307), 1‑я Новгородская летопись (XIII – 1‑я пол. XIV в.) и 4‑я Новгородская летопись (1544) и др. Описанием собрания занимались А. Х. Востоков, М. Н. Сперанский, Н. П. Попов, В. М. Ундольский, А. Е. Викторов, М. Н. Тихомиров и др.

Вернуться

1

Зилитинкевич Вера Сергеевна (род. 1959) – дочь Л. Д. Лихачевой, профессор Манчестерского университета, русист. В эмиграции с 1982 г. Научные труды публикует под именем Вера Тольц.

Вернуться

2

В. В. Виноградов. См. биографическую справку о Виноградове на с. 441–442 наст. изд.

Вернуться

3

Речь идет о «Словаре русской, украинской, белорусской письменности и литературы до XVIII в.» Будовница.

Вернуться

1

Эдиционно-текстологическая комиссия Международного комитета славистов была создана в 1958 г. на IV Международном съезде славистов под председательством академика Польской АН Конрада Гурского; заместители председателя – Лихачев и Збигнев Голиньский (Польша). Работала до 1978 г., заседания проходили ежегодно в Варшаве, дважды в Москве и др. городах. По отзыву Лихачева, заседания комиссии «в значительной степени способствовали переходу текстологии из практической дисциплины, ставящей себе целью чисто эдиционные задачи, к науке, изучающей текст и историю текста отдельных произведений» (Лихачев Д. С. Работа Международной эдиционно-текстологической комиссии (1958–1978) // Лебедева Е. Д. Текстология: Труды Международной эдиционно-текстологической комиссии при Международном комитете славистов: Указатель докладов и публикаций 1958–1978 / АН СССР, Ин-т научн. информации по общественным наукам. М., 1980. С. 12).

Заседания комиссии, упоминаемые в письме, проходили 26–28 сентября 1962 г. в Варшаве. На заседаниях выступили: А. М. Ушаков (с сообщением о проведении текстологической конференции в Москве 30–31 мая 1962 г.), Д. С. Лихачев («Основные принципы текстологического исследования древнерусских памятников»), К. Выка («О понятии текста»), К. Гурский («Принципы разработки критического аппарата к изданиям произведений Мицкевича»). Было принято решение о разработке «Инструкции для составления каталогов древних славянских рукописей» (опубл.: Slavia. Praha, 1963. Roč. 32. № 2. S. 240–249).

См. также письма 3, 4 Лихачева Борковскому от 18 ноября и 5 декабря 1960 г. (с. 465–469 наст. изд.).

Вернуться

2

Мареш Франтишек Вацлав (Вячеслав Францевич) (1922–1994) – чешский славист, этимолог, топограф. В 1950‑е гг. работал в Славянском институте Чехословацкой АН. В 1956 г. по идеологическим соображениям не смог подтвердить докторскую степень, но получил ученую степень кандидата филологических наук. Эмигрировал в Австрию, профессор славистики Венского университета (1968–1993). Автор работ по истории развития славянских языков и их классификации, подготовил общую для всех стран и хранилищ инструкцию для постатейного описания отдельных рукописей (см. «Инструкция по составлению описей фондов древних славянских рукописей» (под грифом Эдиционно-текстологической комиссии Чехословацкого комитета славистов: Slavia. Praha, 1965. Roč. 34. № 2. S. 260–262). В практике описания рукописей в СССР не использовалась (см.: Лихачев Д. С. Работа Международной эдиционно-текстологической комиссии (1958–1978). С. 11), хотя и была положительно оценена (см.: Бегунов Ю. К. Основные задачи составления описания описаний собраний славяно-русских рукописей // ТОДРЛ. Т. XX. С. 301).

Вернуться

3

Имеется в виду Всеволод Пантелеймонович Вильчинский (1916–1978), филолог, специалист по русской литературе XIX–XX вв.; доктор филологических наук. Автор книг о писателях-маринистах. В 1958–1968 гг. ученый секретарь ИРЛИ. О нем см. также письмо 4 Лихачева к Храпченко от 28 ноября 1966 г. (с. 535–536 наст. изд.).

Вернуться

4

В Польше научный перевод части Ипатьевской летописи («Повесть временных лет») был осуществлен польским славистом, профессором Вроцлавского университета Францишеком Селицким в 1968 г. (см.: Powieść minionych lat / Polska Akademia naukowa; tłum. i wyd. F. Sielickiego. Wrocław, 1968). В основу издания был положен перевод, выполненный Лихачевым по Лаврентьевской летописи, с учетом разночтений по Хлебниковскому и другим спискам. Остальные части Ипатьевской летописи были переведены и изданы на польском языке только в 1995 г.

Вернуться

5

Хлебниковский список – летописный свод середины XVI в., обнаруженный Н. М. Карамзиным в 1809 г. среди рукописей из собрания купца П. К. Хлебникова (хранится в настоящее время в РНБ). Список считается либо отдельным сводом, либо одним из списков Ипатьевской летописи. Проект по изданию Хлебниковского списка в Польше, скорее всего, реализован не был.

Вернуться

6

Поппе (Поппэ) Анджей (Андрей Витольдович) (1926–2019) – польский историк, специалист по истории средневековой Руси; доктор истории (1969), профессор (1992). Выпускник Варшавского университета, в 1955–1959 гг. учился в аспирантуре Института истории материальной культуры Польской Академии наук, защитил диссертацию на тему «Житие Бориса и Глеба на фоне древнерусской историографии XI в.» (1960).

Вернуться

7

См.: Materiały do słownika terminów budownictwa staroruskiego X–XV w. Wrocław, 1962.

Вернуться

1

И. У. Будовниц скончался 30 мая 1963 г.

Вернуться

1

И. В. Будовниц после ремонта вернулась в свою квартиру на Сретенском бульваре.

Вернуться

a

Кроме публикуемого письма, в ОР РГБ сохранились также телеграмма М. П. Алексеева и Лихачева от 4 февраля 1955 г. с просьбой приехать в Москву на заседание ОЛЯ в связи с предстоящей отставкой Н. Ф. Бельчикова (Ф. 645. Карт. 36. Ед. хр. 8. Л. 1) и письмо С. Н. Азбелева и Лихачева от 24 января 1956 г. с предложением Томашевскому написать статью для тома ТОДРЛ, посвященного 70-летию В. П. Керн (Ед. хр. 65. Л. 1).

Вернуться

1

Мордовченко Николай Иванович (1904–1951) – литературовед, историк, пушкинист, педагог; доктор филологических наук (1948), член СП СССР (с 1940). Старший научный сотрудник ИРЛИ (с 1934), одновременно преподаватель Ленинградского института философии, истории лингвистики и литературы и ЛГУ (с 1949 – профессор, заведующий кафедрой русской литературы). Во время «проработок» 1949 г. в ЛГУ выступил в защиту Б. М. Эйхенбаума, В. М. Жирмунского, М. К. Азадовского, Г. А. Гуковского, обвиненных в «низкопоклонстве перед Западом».

Вернуться

2

В 1941 г. была опубликована без указания фамилии автора монография Виноградова «Стиль Пушкина», сданная в издательство до его ареста (М., Гослитиздат. 620 с.). В Тобольске, куда Виноградов был выслан в 1941 г. из Москвы как политически неблагонадежный, он работал над книгой «Великий русский язык», вышедшей в свет в 1945 г. (М., Гослитиздат. 172 с.). Его жена вспоминала об условиях работы ученого в Тобольске: «Пришлось освещаться скипидаром, налитым во флакончики от одеколона. Были сделаны какие-то крохотные фитильки, которые отчаянно коптили. […] Вместо чернил В. В. кто-то дал лепешки чернильные. Они разводились водой. Бумагу В. В. тоже давали со склада – оберточную желтую. Давали огромные листы. Мы расстилали ее на полу и резали, сначала пополам, потом еще пополам и т. д. Писать можно было только на одной стороне бумаги, так как чернила растекались. К отъезду В. В. из Тобольска у него уже были горы рукописей, писанных на этой оберточной бумаге» (Из воспоминаний Н. М. Малышевой-Виноградовой // Вестник Европы: XXI век. М., 2010. Т. XXVIII–XXIX. С. 230).

Вернуться

3

Блок Георгий Петрович (1888–1962) – литературовед, переводчик, писатель; кандидат филологических наук (1946). Ученый хранитель рукописей ИРЛИ (1921–1923), главный редактор и заместитель заведующего издательства «Время» (1923–1925, 1928–1934). В 1925 г. арестован по «лицейскому делу» и сослан на Северный Урал (до 1928); в феврале 1935 г. вновь арестован как «социально опасный элемент» и вместе с семьей выслан в Казахстан, в конце 1944 г. по вызову СП СССР вернулся из ссылки в Москву, в марте 1945 г. судимость была снята. Сотрудник Государственного музея Л. Н. Толстого (1947–1948), в 1948 г. переведен в Ленинградское отделение Архива АН СССР. Двоюродный брат А. А. Блока.

Вернуться

a

Так у Д. С. Лихачева.

Вернуться

4

Имеется в виду Евгения Александровна Комарович и ее дочь Жура, студентка театрального института, – семья Василия Леонидовича Комаровича (1894–1942), литературоведа, переводчика, пушкиниста, специалиста по древнерусской литературе и творчеству Ф. М. Достоевского, сотрудника Пушкинского Дома. Лихачев был учеником Комаровича, преподававшего в ЛГУ с 1925 по 1927 г. С лета 1921 г. Комарович занимался описанием рукописей Достоевского в ИРЛИ, в 1923–1929 гг. – его внештатный сотрудник. В 1928 г. арестован по делу Братства преподобного Серафима Саровского и «Космической академии наук», находился в административной высылке в Нижнем Новгороде до 1931 г. Сотрудник Государственного института истории искусств (1927–1931), внештатный выборщик отдела древнерусского словаря в Институте языка и мышления им. Н. Я. Марра (1940–1941). За книгу «„Китежская легенда“. Опыт изучения местных легенд» получил ученую степень кандидата филологических наук (1937); во время блокады остался в Ленинграде и продолжал писать докторскую диссертацию о русском летописании. И. Н. Томашевская (жена Бориса Викторовича), будучи диетсестрой в стационаре для дистрофиков, организованном СП СССР, принимала деятельное участие в судьбе Комаровича, но спасти его не удалось. Комарович умер от истощения 17 февраля 1942 г. По сведениям Лихачева, Е. А. и Жура Комарович эмигрировали в США, жили в Нью-Йорке; Жура стала певицей и выступала под псевдонимом Комаро. См.: Лихачев Д. С. Воспоминания. Раздумья. Работы разных лет. Т. 1. С. 261–263, 287–289.

Вернуться

b

Предложение вычеркнуто насыщенными фиолетовыми чернилами Военной цензурой.

Вернуться

5

Астахова Анна Михайловна (1886–1971) – филолог, фольклорист, педагог; доктор филологических наук (1944), заведующая фольклорным хранилищем ИРЛИ (1939–1965). Зимой 1941/1942 гг. оставалась в блокадном Ленинграде, в июле 1942 г. вместе с другими сотрудниками ИРЛИ была эвакуирована в Казань. Участница и организатор фольклорных экспедиций на Русский Север и в Сибирь, автор свыше 200 печатных работ по фольклористике, с 1956 г. редактировала сборник «Русский фольклор» (тома 1–13).

Вернуться

6

И. Н. Томашевская. См. биографическую справку о Томашевской на с. 428 наст. изд.

Вернуться

a

См. автобиографию Ржиги и его характеристику, выданную МГПИ: ОР РГБ. Ф. 446. Карт. 1. Ед. хр. 1; Ед. хр. 2; а также: Ашнин Ф. Д., Алпатов В. М. «Дело славистов»: 30‑е годы / РАН, ИМЛИ; отв. ред. Н. И. Толстой. М., 1994. С. 199; Каравашкин А. В. Ржига Вячеслав Федорович // Московская энциклопедия. Т. 1: Лица Москвы. М., 2012. Кн. 4. С. 7–8.

Вернуться

b

ОР РГБ. Ф. 446. Карт. 17. Ед. хр. 105. 16 марта 1946 г. – 29 декабря 1957 г.

Вернуться

c

ОР РГБ. Ф. 446. Карт. 17. Ед. хр. 24. 15 марта 1956 г., б. д.

Вернуться

1

См.: Орлов А. С. К вопросу об Ипатьевской летописи // Известия II Отделения АН. Л., 1926. Т. 31. С. 93–126. Рукопись работы хранится в Петербургском филиале Архива РАН (Ф. 763. Оп. 1. Ед. хр. 44. В 3 тетрадях).

Вернуться

2

Архив МДА хранился в ее библиотеке в Троице-Сергиевой лавре (1808–1919). После 1919 г. архив вместе с библиотекой МДА перешли в ведение библиотечного отдела Наркомпроса и переданы в Сергиевский филиал Румянцевского музея (ГБЛ/РГБ). В 1930 г. часть материалов была перевезена в Исторический архив Московской области и в настоящее время хранится в ЦГА гор. Москвы (Ф. Р-229. 1814–1920 гг.; 9934 дела). В 1931 г. оставшиеся документы архива МДА также были перемещены в Москву и вошли в состав ОР ГБЛ. Они хранились в церкви святителя Николая в Старом Ваганькове, в 1940 г. были разобраны и учтены, в 1953 г. на основе комплекса документов МДА был создан архивный фонд, но его научно-техническая обработка была завершена только в 1979–1980 гг. (Ф. 172. 1612–1930‑е; 9788 ед. хр.); в отдельный фонд было выделено и собрание рукописных книг библиотеки Московской духовной академии (Ф. 173. XI–XX вв.; 1092 ед. хр.). См.: Сухова Н. Ю. Из истории архива Московской духовной академии // 2000-летию Рождества Христова посвящается: Специальный выпуск «Вестника архивиста» / Российское общество историков-архивистов, Синодальная комиссия по канонизации святых; сост. С. Н. Романова. М., 2001. С. 259–290.

Вернуться

3

Основная часть документов Коллегии хранится в РГАДА (в 1925–1931 гг. Древлехранилище Московского отделения Центрального исторического архива СССР, в 1931–1941 гг. Государственный архив феодально-крепостнической эпохи (ГАФКЭ), в 1941–1985 гг. ЦГАДА, в 1985–1992 гг. ЦГАДА СССР). В 1946 г. отдельные документы Коллегии были переданы в коллекцию Архива внешней политики МИД СССР.

Вернуться

1

О совещании см. письмо 17 Лихачева Будовницу от 28 апреля 1955 г. и комм. к нему (с. 54–55 наст. изд.).

Вернуться

2

В. П. Адрианова-Перетц, Н. К. Гудзий, А. И. Белецкий.

Вернуться

1

24 апреля 1955 г. на вечернем заседании 2‑го дня работы совещания Ржига сделал доклад «К вопросу о происхождении древнерусской литературы».

Вернуться

2

В т. XII ТОДРЛ статьи или публикации Ржиги отсутствуют.

Вернуться

1

Предположительно, имеется в виду издание: Лихачев Д. С. Слово о полку Игореве: Историко-литературный очерк. М.; Л., 1950. (АН СССР. Научно-популярная сер.) (2‑е изд.: 1955.)

Вернуться

1

Слово о полку Игореве: Поэтические переводы и переложения / Под общ. ред. В. Ржиги, В. Кузьминой, В. Стеллецкого. М., 1961.

Вернуться

a

Так у Д. С. Лихачева.

Вернуться

2

Ботвинник Семен Вульфович (1922–2004) – поэт, переводчик, врач; кандидат медицинских наук (1949). Его переложение «Слова» впервые было опубликовано в «Ленинградском альманахе» (1957. Июнь. С. 360–364), а затем включено в упоминаемое издание под редакцией Ржиги (С. 220–241). В статье В. Стеллецкого «„Слово о полку Игореве“ в художественных переводах и переложениях» публикуемое переложение, написанное на основе прозаического перевода Лихачева, характеризуется как «очень своеобразное»: «В основе его „перевода“ лежит трехсложный стих, частично используются дольники. Эта работа говорит о новых возможностях переложения „Слова“ такого рода стихом» (С. 309).

Вернуться

b

Здесь: создание внешних эффектов, рассчитанных на то, чтобы своей причудливостью поразить чье-либо воображение.

Вернуться

c

Так у Д. С. Лихачева.

Вернуться

1

Вероятно, речь идет о докладе Лихачева, подготовленном для внеочередного Международного совещания славистов в Белграде, куда он был приглашен, но в состав советской делегации включен не был: Лихачев Д. С. Изучение древней русской литературы в Советском Союзе за последние десять лет. М., 1955. См. также письма Лихачева Беличу от 12 мая 1955 г. (с. 342 наст. изд.) и Козьмину от 25 мая – 20 июня 1955 г. и комм. к ним (с. 343–345 наст. изд.).

Вернуться

2

В т. XIII была опубликована статья Ржиги «„Повесть о Петре и Февронии“ в русской литературе конца XVIII в.» (С. 429–436).

Вернуться

3

Померанцева Эрна Васильевна (1899–1980) – историк, фольклорист, этнограф, педагог; доктор исторических наук (1964); преподаватель кафедры устного народного творчества филологического факультета МГУ (1935–1960); сотрудник Института этнографии АН СССР (1960–1980). Публикация в т. XIII ТОДРЛ статьи Померанцевой не состоялась.

Вернуться

4

В т. XIV ТОДРЛ, посвященном Адриановой-Перетц, были опубликованы статьи 110 авторов – советских (из Москвы, Ленинграда, Киева, Петрозаводска, Тарту, Таганрога, Владимира, Ленинабада, Новгорода, Чухломы, Ярославля, Куйбышева) и зарубежных (из США, Франции, Польши, Швейцарии, Югославии, Венгрии, Болгарии).

Вернуться

5

Пересветов Иван Семенович (середина – 2‑я пол. XVI в.) – писатель, философ, публицист. Некоторые историки (Д. Н. Альшиц, М. Г. Худяков и др.) считали, что Пересветов – фигура вымышленная, авторами сочинений за его подписью могли быть А. Ф. Адашев или Иван Грозный.

Вернуться

6

См.: Пересветов И. С. Сочинения / АН СССР, ИРЛИ; подгот. текста А. А. Зимина; под ред. Д. С. Лихачева. М.; Л., 1956.

Вернуться

7

Скорее всего, речь идет о Сергее Арсеньевиче Малахове (1902–1973), литературоведе, историке литературы, поэте; докторе филологических наук (1935); сотруднике Сектора новой русской литературы ИРЛИ (1956–1962). Его перевод «Слова о полку Игореве» выявить не удалось.

Вернуться

1

В т. XIV ТОДРЛ была опубликована статья Ржиги «Из истории одного литературного сюжета („Повесть о начале Тверского Отроча монастыря“ в обработке В. Глинки)» (С. 538–544).

Вернуться

a

Воспоминания о Николае Каллиниковиче Гудзии. М., 1968. С. 44–45.

Вернуться

b

См.: Бухаркин П. Е. Н. К. Гудзий – облик ученого в исторической ретроспективе // Вестник Санкт-Петербургского университета. Язык и литература. 2020. Т. 17. Вып. 2. С. 159.

Вернуться

c

См.: ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 8. Ед. хр. 63. Л. 17. Письмо к А. К. Гудзий от 4 декабря 1971 г.

Вернуться

d

Воспоминания о Николае Каллиниковиче Гудзии. С. 45.

Вернуться

e

ОР РГБ. Ф. 731/I. Карт. 63. Ед. хр. 7.

Вернуться

1

У Лихачева: Калинникович; в дальнейших письмах: Каллиникович. См. также письмо 16 от 17 ноября 1956 г., в котором Лихачев уточнял у Гудзия, как пишется его отчество (с. 99 наст. изд.).

Вернуться

2

См.: Лихачев Д. С. Национальное самосознание Древней Руси: очерки из области русской литературы XI–XVII вв. М.; Л., 1945.

Вернуться

3

См.: Лихачев Д. С. Устные летописи в составе «Повести временных лет» // Ист. записки. 1945. Т. 17. С. 201–224.

Вернуться

4

Имеются в виду ТОДРЛ, подготовка издания возобновилась после Великой Отечественной войны. В первый послевоенный том, вышедший в 1947 г., вошли 2 статьи Лихачева – «Галицкая литературная традиция в житии Александра Невского» и «О русской летописи, находившейся в одном сборнике со „Словом о полку Игореве“» (ТОДРЛ. Т. V. С. 36–56, 139–141).

Вернуться

5

Речь идет о книге «Новгород Великий: очерк истории культуры Новгорода XI–XVII вв.» (Л., 1945).

Вернуться

a

Обращение напечатано на ленте красного цвета.

Вернуться

1

Речь идет о рецензиях Гудзия на книги «Новгород Великий: очерк истории культуры» и «Национальное самосознание Древней Руси», опубликованных в журнале «Советская книга» (1946. № 2. С. 92–95).

Вернуться

2

В. П. Адрианова-Перетц.

Вернуться

3

Михаил Клопский, преподобный (ум. 1453 или 1456) – православный монах, Христа ради юродивый. Пришел из Москвы в Новгород и был принят в Клопский монастырь, где аскетически прожил более 40 лет и бескомпромиссно выступал против новгородских бояр. Канонизирован в 1547 г. как чудотворец Новгородский. Житие Михаила Клопского было создано в 1478–1479 гг. кем-то из монахов Клопского монастыря на основании устных рассказов; известно три редакции, дошедшие до настоящего времени в 68 списках. Житие отличается структурой повествования и образностью языка, отразившего разговорную речь 1‑й половины XV в., что делает его, по характеристике А. С. Орлова, «художественным памятником живого языка». См.: Дмитриев Л. А. Житие Михаила Клопского // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Л., 1988. Вып. 2. Ч. 1. С. 302–305.

Вернуться

4

Вероятно, Лихачев изучал житие Михаила Клопского при написании главы «Литература Новгорода XIV–XV вв.» для коллективной монографии «История русской литературы» (Т. II. Ч. 1. С. 209–217, 232–235).

Вернуться

5

Вероятно, Лихачев не был согласен с предложенной историком Василием Осиповичем Ключевским (1841–1911) датировкой известных редакций жития Михаила Клопского и соотнесением их с несохранившимся протографом. См.: Ключевский В. О. Жития святых как исторический источник. М., 1871. С. 209–217, 232–235.

Вернуться

6

Имеется в виду работа Лихачева «Культура Руси эпохи образования Русского национального государства. (Конец XIV – начало XVI в.)».

Вернуться

7

См. также письмо 3 Лихачева Будовницу от июня – июля 1947 г. и комм. к нему (с. 27–29 наст. изд.).

Вернуться

b

Так у Лихачева.

Вернуться

8

«Повести о Николе Заразском» – цикл рязанских повестей («Повесть о перенесении Иконы Николы Заразского из Корсуни», «Повесть о разорении Рязани Батыем» и др.), создававшихся на протяжении почти 200 лет и связанных с иконой Николы Заразского. См.: Лихачев Д. С. Повести о Николе Заразском // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 1. С. 332–337.

Вернуться

9

Цикл сохранился в позднейших списках – один список относится к XVI в. и порядка ста – к XVII–XVIII вв. Лихачев подготовил публикацию текстов повестей, см.: Лихачев Д. С. Повести о Николе Заразском (тексты) // ТОДРЛ. Т. VII. С. 257–406; Повесть о разорении Рязани Батыем в 1237 г. / Подгот. текста, пер., статьи и коммент. Д. С. Лихачева // Воинские повести Древней Руси. М.; Л., 1949. С. 5–29, 119–142, 244–266, 284–295. (Литературные памятники.)

Вернуться

1

«Повесть о Петре и Февронии Муромских» («Повесть от житиа святых новых чюдотворець муромских, благовернаго и преподабнаго и достохвальнаго князя Петра, нареченнаго в иноческом чину Давида, и супруги его благоверныя и преподобныя и достохвальныя княгини Февронии, нареченныя в иноческом чину Евфросинии») – житие муромского князя Петра и его жены Февронии (умерли в 1228). Составлена после канонизации Петра и Февронии на Московском соборе в 1547 г. по поручению митрополита Московского Макария писателем-публицистом Ермолаем-Еразмом на основе муромских устных преданий.

Вернуться

2

«Роман о Тристане и Изольде, королеве Корнуэльской» – куртуазный роман в прозе XIII в. на старофранцузском языке, созданный несколькими анонимными авторами. В дальнейшем был издан в серии «Литературные памятники»: Легенда о Тристане и Изольде / Издание подгот. А. Д. Михайлов. М., 1976.

Вернуться

3

Специальной работы на эту тему Лихачев, скорее всего, не написал; в дальнейшем он дал общую характеристику этому литературному памятнику в книге «Великое наследие: Классические произведения Древней Руси» (М., 1975. С. 273–277). Во 2‑й половине 1940‑х гг. М. О. Скрипиль подготовил к публикации тексты «Повести о Петре и Февронии» (ТОДРЛ. Т. VII. С. 215–256).

Вернуться

4

См. рецензию Гудзия на издание «Слова о полку Игореве» в переводе и с комментариями А. К. Югова: Советская книга. 1946. № 6–7. С. 98–110. В заключение критического разбора перевода, выполненного Юговым, Гудзий писал: «Мы так подробно рассмотрели труд А. К. Югова потому, что этот труд написан с неоправданной претензией сказать новое слово в науке о „Слове“ и заново переосмыслить толкование его отдельных мест, прочно вошедшее в научный и педагогический обиход. Притом это сделано с такой самоуверенностью и с таким сознанием непререкаемости своих суждений, какие необычны в работах подлинных специалистов-филологов […]» (С. 109). См. также комм. 7 к письму 5 Лихачева Будовницу от 11 мая 1950 г. (с. 36 наст. изд.).

Вернуться

1

Ответ Лихачева в «Советской книге» опубликован не был, но была опубликована рецензия К. В. Базилевича на книгу «Культура Руси эпохи образования Русского национального государства». См. также письмо Лихачева Будовницу от 1 июня 1947 г. и комментарии к нему (с. 22–27 наст. изд.).

Вернуться

a

Так у Д. С. Лихачева.

Вернуться

2

Речь идет о первой части («Даниил») незавершенной эпопеи «Светоносцы» Югова (М., 1946) о Данииле Романовиче Галицком, князе Галицком и Волынском (1201–1264). В дальнейшем Югов дописал эту часть, уточнил ее название («Даниил Галицкий») и включил в качестве первой книги в эпопею-дилогию «Ратоборцы» (М., 1949; книга вторая – «Александр Невский»), многократно переиздававшуюся.

Вернуться

3

Рецензия на книгу Югова «Светоносцы» в журнале «Советская книга» напечатана не была.

Вернуться

1

Имеется в виду статья Гудзия «Ревизия подлинности „Слова о полку Игореве“ в исследовании проф. А. Мазона» (Уч. записки МГУ. Труды кафедры рус. литературы. М., 1946. Кн. 1. С. 153–187).

Вернуться

2

Лебедев-Полянский Павел Иванович (наст. фам. Лебедев, псевд. Валериан Полянский; 1882–1948) – литературовед, литературный критик, педагог; академик (1946). Член СП СССР (с 1940). Директор ИРЛИ (с 1937).

Вернуться

3

Защита докторской диссертации Лихачева состоялась в декабре 1947 г.

Вернуться

4

Книга вышла в свет в 1949 г. См.: Слово о полку Игореве / Вступ. ст., ред. текста и примеч. Д. С. Лихачева; под ред. В. П. Адриановой-Перетц. Л., 1949 (Библиотека поэта. Малая серия, 2‑е изд.). Кроме этого издания, «Слово» в серии «Библиотека поэта» выходило еще дважды: Слово о полку Игореве / Вступ. ст., ред. текста и примеч. Д. С. Лихачева. Л., 1953 (Библиотека поэта. Малая серия, 3‑е изд.); Слово о полку Игореве / Вступ. ст. Д. С. Лихачева, сост. и подгот. текстов Л. А. Дмитриева и Д. С. Лихачева, примеч. О. В. Творогова и Л. А. Дмитриева. Л., 1967 (Библиотека поэта. Большая серия, 2‑е изд.).

Вернуться

5

В ответ на рецензию Гудзия (см. комм. 4 к письму 3 Лихачева Гудзию от 5 сентября 1946 г., с. 84 наст. изд.) Югов выступил с открытым письмом «Грамматика на защите истории (Открытое письмо Н. К. Гудзию)», в котором ставил под сомнение некоторые замечания и исправления Гудзия и обвинял рецензента в допущенных ошибках (Новый мир. 1947. № 1. С. 200–207). В свою очередь, Гудзий отправил в «Новый мир» (главный редактор К. М. Симонов) письмо «В защиту грамматики, истории и науки вообще. (Письмо в редакцию)» (1947. № 10. С. 282–288), в котором, в частности, констатировал, что «Слово» стало «давно уже жертвой многих любительских экспериментов», и подчеркивал, что чем менее экспериментаторы подготовлены к серьезной филологической работе, «тем отважнее, безапелляционнее и шумливее они заявляют претензию на непогрешимость своих рассуждений», а если в работах «дилетантов» попадаются «крупицы здравых понятий, то они с избытком перекрываются псевдонаучными измышлениями и беспочвенными гаданиями» (С. 287–288). В заметке «От редакции» был подведен примечательный итог полемики, развернувшейся в «Новом мире»: «Кастовая замкнутость в изучении литературы не свойственна духу советского литературоведения. Отечественная литература с каждым годом становится в наших условиях предметом все более широкого изучения со стороны не только профессионалов-литературоведов, но и со стороны широкого круга людей, связанных с литературой, любящих ее и в меру своих сил и способностей (а иногда эти силы и способности немалые) изучающих ее, стремящихся открыть в ней новые страницы. В этих условиях раздраженно-пренебрежительные высказывания профессора Гудзия относительно „любительских экспериментов“, „псевдонаучных измышлений“ и „беспочвенных гаданий“ оставляют неприятное впечатление» (С. 288).

Вернуться

6

Юшков Серафим Владимирович (1888–1952) – историк государства и права, педагог; доктор исторических наук (1935), член-корреспондент АН УССР, академик АН Казахской ССР, заслуженный деятель науки РСФСР. Однокурсник В. М. Жирмунского по историко-филологическому факультету Петербургского университета (1908–1912).

Рецензию Юшкова на «Русские летописи» см.: Вопросы истории. 1947. № 11. С. 110–112.

Вернуться

1

См. также письмо 4 Лихачева Будовницу от 17 января 1948 г. (с. 32–33 наст. изд.).

Вернуться

a

Вместо зачеркнутого: обстановка.

Вернуться

1

Лапицкий Игорь Петрович (1920–1998) – филолог. Его отец был после революции 1917 г. членом ревкома и народным судьей в Дорогобуже, в 1930 г. переехал вместе с семьей в Ленинград, учился на юридическом факультете ЛГУ, работал в ОГПУ–НКВД. Лапицкий окончил с отличием русское отделение филологического факультета ЛГУ (1941), ученик И. П. Еремина и С. П. Обнорского. Добровольцем ушел на фронт в народное ополчение, участвовал в боях за Ленинград, член ВКП(б) (1945–1956). Окончил аспирантуру ЛГУ, 30 декабря 1948 г. защитил кандидатскую диссертацию на тему «Из истории русской сатирической повести XVII в. („Шемякин суд“)» (научный руководитель И. П. Еремин, оппоненты – П. Н. Берков, М. О. Скрипиль). Старший преподаватель филологического факультета ЛГУ (1949–1957), уволен по сокращению штатов. К борьбе с так называемым космополитизмом конца 1940‑х – начала 1950‑х гг. на филологическом факультете ЛГУ («внутрифакультетской экзекуции») Лапицкий был привлечен вновь назначенным тогда деканом Г. П. Бердниковым, как аспирант-коммунист, наряду с некоторыми преподавателями – членами ВКП(б) – Б. И. Бурсовым, А. В. Западовым, Е. И. Наумовым. Лапицкий активно участвовал в проработках в ЛГУ в 1948–1949 гг. против М. К. Азадовского, В. М. Жирмунского, Б. М. Эйхенбаума, Г. А. Гуковского. В ИРЛИ Лапицкого, в 1949–1952 гг. ставшего одним из вдохновителей кампании против Лихачева, Адриановой-Перетц и Отдела древнерусской литературы в целом, поддерживал прежде всего Н. Ф. Бельчиков. См.: Азадовский К., Егоров Б. «Космополиты» // Новое литературное обозрение. 1999. № 36. С. 104, 109, 110, 122; Дружинин П. Пушкинский Дом под огнем большевистской критики // Новое литературное обозрение. 2011. № 110. С. 202–213; Он же. Идеология и филология: Ленинград, 1940‑е годы: Документальное исследование. М., 2012. Т. 2. С. 535–541. См. также комм. 7 к письму 10 Лихачева Будовницу от 7 ноября 1950 г. (с. 43 наст. изд.), писем Лихачева Тихомирову – 12 от 2 января 1952 г. (с. 141 наст. изд.) и 13 от января 1952 г. (с. 142–144 наст. изд.).

Вернуться

2

За подготовку двухтомника «История культуры Древней Руси. Домонгольский период» (М.; Л., 1948–1951) на Сталинскую премию в области науки (историко-филологические науки) был выдвинут авторский коллектив: Н. Н. Воронин, Б. А. Рыбаков, М. К. Каргер (Институт истории материальной культуры им. Н. Я. Марра [Институт истории]), П. Н. Третьяков (директор Института славяноведения), Д. С. Лихачев (ИРЛИ). В книге Лихачевым написана 6‑я глава – «Литература» (Т. 2. С. 163–215).

Вернуться

3

О рецензии на учебник Гудзия Лихачев писал в письме от 25 декабря 1951 г.: «[…] сажусь писать рецензию на Ваш учебник. Жаль, что времени мало и голова очень несвежая» (Ф. 731/II. Карт. 8. Ед. хр. 64. Л. 16 об.). Скорее всего, рецензия предназначалась для издательства, готовившего очередное (5‑е) переиздание учебника Гудзия (1954), и нигде не печаталась.

Вернуться

1

Н. Ф. Бельчиков.

Вернуться

2

В. И. Малышев.

Вернуться

3

В ИМЛИ в сентябре 1939 г. – июле 1941 г. и в 1945–1947 гг. работала секция древнерусской литературы и литературы XVIII в. под руководством Н. К. Гудзия. В 1955 г. была сформирована группа древнерусской литературы, с 1988 г. – сектор, с 1992 г. – отдел древнеславянских литератур. Группой (сектором) руководили В. Д. Кузьмина (с 1965), А. Н. Робинсон (1969–1988); сотрудниками в разные годы были О. А. Державина, Е. С. Елеонская, В. П. Гребенюк, Л. И. Сазонова и др.

Вернуться

4

А. Н. Робинсон.

Вернуться

1

Поздравление с присуждением Сталинской премии 2‑й степени. См. также письмо 7 от 5 января 1952 г. (с. 88 наст. изд.).

Вернуться

2

Малышев долгое время не мог завершить подготовку кандидатской диссертации. Защита диссертации на тему «Повесть о Сухане (из истории русской повести XVII в.)» состоялась в марте 1956 г. См. также письмо 18 Лихачева Тихомирову от 7 июля 1954 г. (с. 148–149 наст. изд.).

Вернуться

3

Лихачев Юрий Сергеевич (1915–1980) – инженер-электрик.

Вернуться

1

См.: Известия АН СССР ОЛЯ. М., 1952. Т. 11, вып. 4. С. 385–391. Характеризуя статью Лихачева «Иван Грозный писатель», Шмидт писал: «Статья […] написана темпераментно, в отличной литературной манере, свойственной всем работам этого талантливого ученого» (С. 387).

См. биографическую справку о Шмидте на с. 249–253 наст. изд.

Вернуться

2

Установить, в каком совещании принимали участие Будовниц, Гудзий и Лихачев, не удалось. 17 мая 1952 г., на следующий день после написания письма, состоялось заседание комиссии, созданной по поручению ЦК ВКП(б) в АН СССР и занимавшейся изучением работы Отдела древнерусской литературы. В комиссию входили академик-секретарь ОЛЯ АН СССР В. В. Виноградов, Н. К. Гудзий, Н. К. Пиксанов и др. (см.: Дружинин П. Пушкинский Дом под огнем большевистской критики. С. 210, 213).

Вернуться

3

Речь идет о книге Лихачева «Возникновение русской литературы» (М.; Л., 1952).

Вернуться

4

Данелиа Сергей Иосифович (1888–1963) – грузинский литературовед, профессор Тбилисского университета. Автор книги «О мировоззрении автора поэмы „Слово о полку Игореве“» (1938).

Вернуться

5

См.: Лихачев Д. С. «Устные летописи» в составе Повести временных лет // Исторические записки. М., 1945. № 17. С. 201–224.

Вернуться

6

Упоминаемую рецензию Гудзия выявить не удалось. Вероятно, она не была опубликована.

Вернуться

7

См.: Лихачев Д. С. Из наблюдений над лексикой «Слова о полку Игореве» // Известия АН СССР. ОЛЯ. М., 1949. Т. 8, вып. 6. С. 552.

Вернуться

a

Вместо зачеркнутого: обиделся.

Вернуться

8

См.: Лихачев Д. Исторические предпосылки возникновения русской письменности и литературы // Вопросы истории. 1951. № 12. С. 30–54.

Вернуться

9

Житие Андрея Юродивого – широко распространенный в древнерусской литературе перевод с греческого языка повествования о любимом слуге византийского вельможи, принявшем христианство и за это изгнанном со службы.

Вернуться

a

Так у Д. С. Лихачева.

Вернуться

1

Поздравление в связи с избранием Лихачева членом-корреспондентом АН СССР по ОЛЯ (русская литература).

Вернуться

2

Гудзий Татьяна Львовна (урожд. Дунаевская; 1892–1966) – жена Гудзия.

Вернуться

3

Гудзий Анна Каллиниковна – одна из четырех сестер Н. К. Гудзия, жившая с ним и ставшая впоследствии распорядительницей его архива.

Вернуться

4

Питолина Руфина Петровна (по мужу Дмитриева; 1925–2001) – литературовед, археограф, библиограф; доктор филологических наук (1982). Окончила ЛГУ (1950), в 1953 г. под руководством Лихачева защитила кандидатскую диссертацию на тему «К вопросу об официальных политических идеях Русского централизованного государства („Сказание о князьях Владимирских“)». Сотрудник Отдела древнерусской литературы ИРЛИ, ученый секретарь отдела (1954–1989). Жена Л. А. Дмитриева.

Вернуться

5

Под научным руководством Лихачева в 1953 г. Н. Н. Масленникова защитила в ЛГУ кандидатскую диссертацию на тему «Присоединение Пскова к русскому централизованному государству».

Вернуться

1

Жирмунский стал академиком по Отделению литературы и языка (языкознание) АН СССР с 1 июля 1966 г. Лихачев был признателен Жирмунскому прежде всего за то, что тот в 1928 г. написал в ОГПУ, пытаясь добиться освобождения своего подающего надежды студента. После войны именно Жирмунский привел Лихачева в дом к А. А. Ахматовой, знакомством с которой Дмитрий Сергеевич очень дорожил (см.: Зубок В. Дмитрий Лихачев: Жизнь и век. СПб., 2016. С. 260–261).

Вернуться

1

6‑е, исправленное, издание учебника для высших учебных заведений Н. К. Гудзия «История древней русской литературы» вышло в 1956 г.

Вернуться

2

См. История русской литературы. М.; Л., 1941. Т. 1. С. 257–288.

Вернуться

3

3‑е, переработанное, издание (1945).

Вернуться

4

См.: История русской литературы / АН СССР, ИРЛИ; ред. А. С. Орлов, В. П. Адрианова-Перетц, Н. К. Гудзий. М.; Л., 1948. Т. 2, ч. 2. С. 207–221, 314–322.

Вернуться

5

Речь идет о 1‑м томе трехтомной «Истории русской литературы» («Литература X–XVIII вв.»), который готовился в ИМЛИ и ИРЛИ, главный редактор Д. Д. Благой. Вышел в свет в 1958 г.

Вернуться

6

В книге Лихачева «Возникновение русской литературы» (АН СССР, ИРЛИ; отв. ред. В. П. Адрианова-Перетц. М.; Л., 1952) имелись ссылки на «Краткий курс ВКП(б)» (С. 11, 206, 207, 236), на работы И. В. Сталина – «Анахронизм или социализм?» (С. 8), «Вопросы языкознания» (С. 10, 20, 26, 207, 224), «Марксизм и национальный вопрос» (С. 224) и др.

Вернуться

7

5‑е, переработанное, издание (1954). В учебнике Гудзия (с 1‑го по 5‑е изд.) активно цитировались «Краткий курс ВКП(б)» и работы И. В. Сталина.

Вернуться

8

См.: Дмитриева Р. П. Сказание о князьях Владимирских / АН СССР, ИРЛИ; отв. ред. Д. С. Лихачев. М.; Л., 1955.

Вернуться

9

«Повесть о Сухане» – литературный памятник, основанный на одной из версий былины о богатыре Сухане, победившем татарское войско. Малышев, обнаруживший в 1948 г. наиболее ранний список повести (неполный) в собрании Отдела древнерусской литературы ИРЛИ, датировал повесть XVII в. См.: Малышев В. И. «Повесть о Сухане» (Неизвестное произведение русской литературы XVII века) // Известия АН СССР. ОЛЯ. М., 1954. Т. 13, вып. 3. С. 282–288.

Вернуться

10

Р. П. Дмитриева включила в книгу «Сказание о князьях Владимирских» текст послания киевского митрополита Спиридона Саввы по списку XVI в. (ГИМ. Синодальное собрание), прослеживая идейную преемственность этих двух памятников.

Вернуться

11

См.: Зимин А. А. Рец.: Дмитриева Р. П. «Сказание о князьях Владимирских» // Исторический архив. 1956. № 3. С. 235–238.

Вернуться

12

«Сказание о киевских богатырях» («Сказание о киевских богатырях, как ходили в Царьград и как побили цареградских богатырей, учинили себе честь») – сборник записей былинных сюжетов, составленный, по мнению Р. П. Дмитриевой, в 1‑й половине XVII в.

Вернуться

13

В т. XIII ТОДРЛ (1957) была запланирована публикация материалов к 70-летию со дня рождения Гудзия. См. также письмо 16 Лихачева Гудзию от 17 ноября 1956 г. и комм. к нему (с. 99–100 наст. изд.).

Вернуться

14

Гусев Виктор Евгеньевич (1918–2002) – фольклорист, славист, педагог; доктор исторических наук (1965), член ВТО (1972), заслуженный деятель искусств РСФСР (1979). Преподаватель Челябинского педагогического института (1946–1955); ученый секретарь ИРЛИ (1955–1958), сотрудник Сектора народного творчества (1955–1969); проректор по научной работе ЛГИТМиК (1969–1980).

Вернуться

15

С середины 1950‑х по 1965 г. Гудзий руководил работой Комиссии по истории филологических наук при Бюро ОЛЯ АН СССР. В его фонде в ОР РГБ сохранились планы работы комиссии, стенограммы и протоколы некоторых заседаний, справки о ее работе и др. (Ф. 731/I. Карт. 12. Ед. хр. 1–20). См. также письмо 15 Лихачева Гудзию от 7 октября 1956 г. (с. 99 наст. изд.).

Вернуться

1

Речь идет о Комиссии по истории филологических наук при Бюро ОЛЯ АН СССР.

Вернуться

1

Вопросы возникли в связи с подготовкой к печати материалов к 70-летию со дня рождения Гудзия в т. XIII ТОДРЛ (ответственный редактор Лихачев): коллективных приветствий от Сектора древнерусской литературы и московских специалистов по древнерусской литературе, очерка жизни и деятельности Гудзия (автор А. Н. Робинсон – ученик Гудзия) и списка его трудов 1910–1956 гг. (ТОДРЛ. Т. XIII. С. 313–341).

Вернуться

2

Отзыв об учебнике Д. Д. Благого «История русской литературы XVIII в.» (М., 1946), в дальнейшем неоднократно переиздававшемся.

Вернуться

a

Так у Д. С. Лихачева.

Вернуться

1

Речь идет о сборнике: «Слово о полку Игореве» – памятник XII века / АН СССР, ИРЛИ; отв. ред. Д. С. Лихачев. М.; Л., 1962. Был сдан в набор 16 декабря 1961 г., подписан в печать 20 марта 1962 г.

Вернуться

2

См.: Адрианова-Перетц В. П. «Слово о полку Игореве» и «Задонщина» // Слово… С. 131–168.

Вернуться

3

Дмитриев Лев Александрович (1921–1993) – литературовед, педагог; доктор филологических наук (1974), член-корреспондент АН СССР (с 1984); лауреат Государственной премии РФ (1993, посмертно). Участник обороны Ленинграда. Сотрудник Сектора древнерусской литературы (с 1953), участник археографических экспедиций в Карелию.

См.: Дмитриев Л. А. История открытия рукописи «Слова о полку Игореве» // Слово… С. 406–429.

Вернуться

4

См.: Виноградова В. Л. «Слово о полку Игореве» и «Задонщина» по некоторым данным морфологии // Слово… С. 255–275.

Виноградова Вера Леонидовна (1926–1991) – филолог, лексиколог; доктор филологических наук (1977). Научный сотрудник ИРЛИ (1956–1963) и Института русского языка АН СССР (1964–1986).

Вернуться

5

Соловьев Александр Васильевич (1890–1971) – историк, филолог, славист, византинист, педагог; доктор филологических наук (1928). Окончил юридический и историко-филологический факультеты Варшавского университета (1912, 1915). В 1920 г. эмигрировал в Югославию, работал в Институте имени Н. П. Кондакова, преподавал в русско-сербской гимназии и на кафедре истории славянского права в Белградском университете и в Сараевском университете (до 1946). В 1951 г. из‑за преследований переехал в Швейцарию, профессор кафедры славянских языков и славянской литературы в Женевском университете (1956–1960). Исследователь «Слова о полку Игореве», полемизировал с Мазоном по вопросам его древности и подлинности.

См.: Соловьев А. В. Русичи и русовичи // Слово… С. 276–299. Статья «Rusiči et Rus’» была опубликована во 2‑м выпуске сборника «Заметки к „Слову о полку Игореве“» (Seminarium Kondakovianum. T. 12), вышедшем в Белграде в 1941 г. (почти весь его тираж погиб в годы войны).

Вернуться

6

Дылевский Николай Михайлович (1904–2001) – русский и болгарский филолог, основатель болгарской русистики, педагог; доктор филологических наук (1954). Эмигрировал в Турцию вместе с частями армии П. Н. Врангеля. Преподаватель Софийского университета (1934–1972; заведующий кафедрой русского языка в 1951–1971 гг.). Автор работ по истории и лексикологии русского и болгарского языков, исследователь «Слова о полку Игореве».

См.: Дылевский Н. М. Лексические и грамматические свидетельства подлинности «Слова о полку Игореве» по старым и новым данным // Слово… С. 169–254.

Вернуться

7

См.: Лотман Ю. М. «Слово о полку Игореве» и литературная традиция XVIII – начала XIX в. // Слово… С. 330–405.

Лотман Юрий Михайлович (1922–1993) – литературовед, культуролог, педагог; доктор филологических наук (1961); член-корреспондент Британской академии (1977), член Норвежской академии наук (1987), академик Шведской королевской академии наук (1989), академик АН Эстонской ССР (1990). Преподаватель Тартуского университета (с 1950). Основатель Тартуско-московской семиотической школы.

Вернуться

8

В сборник вошли следующие работы Лихачева: заметка «От редактора» (С. 3–4) и две статьи «Изучение „Слова о полку Игореве“ и вопрос о его подлинности» (С. 5–78), «„Слово о полку Игореве“ и особенности русской средневековой литературы» (С. 300–320).

Вернуться

9

Кроме перечисленных Лихачевым авторов, в сборнике принял участие историк Б. В. Сапунов. См.: Сапунов Б. В. Ярославна и древнерусское язычество // Слово… С. 321–329.

Вернуться

10

В сборнике была опубликована статья Н. К. Гудзия «По поводу ревизии подлинности „Слова о полку Игореве“» (С. 79–130) – отредактированный вариант статьи «Ревизия подлинности „Слова о полку Игореве“ в исследовании проф. А. Мазона» (1946). См. письмо 5 Лихачева Гудзию от 9 октября 1947 г. и комм. 1 к нему (с. 86 наст. изд.).

Вернуться

1

Н. К. Гудзий в это время лежал в Боткинской больнице (см. его адрес на сохранившемся конверте: Л. 26).

Вернуться

2

Лихачева Вера Дмитриевна (1937–1981) – искусствовед, специалист в области древнерусского искусства, византинист, педагог; доктор искусствоведения. В 1959–1965 гг. работала в Государственном Эрмитаже. На протяжении многих лет преподавала в Институте живописи, скульптуры и архитектуры им. И. Е. Репина. В соавторстве с Лихачевым написала книгу «Художественное наследие Древней Руси и современность» (Л., 1971). Дочь Лихачева.

Вернуться

3

Лихачева Людмила Дмитриевна (1937–2001) – искусствовед; кандидат искусствоведения. Сотрудник Отдела древнерусского искусства Государственного Русского музея. Дочь Лихачева.

Вернуться

4

Имеются в виду: Курбатов Юрий Иванович (1934–2020) – архитектор, педагог, доктор архитектуры (1987), член-корреспондент Российской академии архитектуры и строительных наук, профессор Петербургского государственного архитектурно-строительного университета, муж В. Д. Лихачевой; Зилитинкевич Сергей Сергеевич (1936–2021) – физик, метеоролог, педагог, доктор физико-математических наук (1970), профессор Ленинградского гидрометеорологического института, Уппсальского (1998–2003) и Хельсинкского (2004–2007) университетов, МГУ (с 2013), автор работ по физике атмосферы, муж Л. Д. Лихачевой.

Вернуться

5

В. С. Зилитинкевич.

Вернуться

6

Лихачев был заместителем председателя Ленинградского отделения Общества советско-болгарской дружбы (1960–1966). Он, вероятно, был очарован Болгарией после своей поездки туда весной 1960 г. Об этом см. письмо 4 Лихачева Богатыреву от 4 июня 1960 г. (с. 420 наст. изд.), письмо 3 Лихачева Борковскому от 18 ноября 1960 г. (с. 465–467 наст. изд.) и письмо 20 Лихачева Гудзию от 5 июня 1963 г. (с. 104–105 наст. изд.).

Вернуться

7

Берков Павел Наумович (1896–1969) – литературовед, историк литературы, библиограф, книговед, педагог; член-корреспондент АН СССР (1960), член-корреспондент Германской Академии наук (1967). С 1936 г. сотрудник ИРЛИ, с 1956 г. руководитель группы по изучению русской литературы XVIII в. Жена – Беркова Софья Михайловна.

Вернуться

8

И. П. Еремин и его жена Берта Григорьевна.

Вернуться

9

Алексеев Михаил Павлович (1896–1981) – литературовед, историк культуры, педагог; доктор филологических наук (1937), академик (с 1958). Профессор ЛГУ по кафедре зарубежных литератур (1933–1960, декан филологического факультета в 1945–1947, 1950–1953); сотрудник ИРЛИ (с 1934), заместитель директора института по научной работе (1950–1963). Член Бюро (с 1956) и председатель (с 1970) Советского комитета славистов при АН СССР; вице-президент Международного комитета славистов (с 1970). Председатель Пушкинской комиссии при ОЛЯ АН СССР (с 1959). Жена – Алексеева Нина Владимировна (ум. 1995).

Вернуться

1

Анциферов Николай Павлович (1889–1958) – культуролог, историк, краевед, педагог; кандидат филологических наук (1943), член СП СССР (1943). Участвовал в деятельности религиозно-философских кружков (1918–1925); сотрудник Петроградского научно-исследовательского института (1921–1924), Петроградского отделения Центрального бюро краеведения (1924–1925). В 1925 г. арестован и сослан в Омск, вскоре был освобожден и получил разрешение вернуться в Ленинград. Вновь арестован в 1929 г. как участник «контрреволюционной монархической организации» и отправлен в Соловецкий лагерь особого назначения; летом 1930 г. привлечен к следствию по «академическому делу» и переведен в Белбалтлаг на строительство Беломоро-Балтийского канала, освобожден из лагеря осенью 1933 г. В сентябре 1937 г. вновь арестован, отправлен в Бамлаг (станция Уссури). Освобожден в 1939 г., дело 1929 г. прекращено по пересмотру дела. Автор работ по истории Петербурга, краеведению и экскурсионному делу. Защита кандидатской диссертации Анциферова на тему «Проблемы урбанизма в русской художественной литературе. Опыт построения образа города – Петербурга Достоевского – на основе анализа литературных традиций» состоялась в ИМЛИ, опубликована в 2009 г.

Вернуться

2

О воспоминаниях Анциферова см. письмо от сентября 1966 г. Лихачева И. Н. Томашевской и комм. к нему (с. 436–437 наст. изд.).

Вернуться

3

В. С. Зилитинкевич.

Вернуться

4

Салмина Марина Алексеевна (1927–2013) – филолог, литературовед, библиограф; кандидат филологических наук (1961); лауреат Государственной премии РФ. Окончила ЛГУ, с 1953 г. в аспирантуре ИРЛИ. Сотрудник Отдела древнерусской литературы ИРЛИ (1957–2004), секретарь ТОДРЛ (с 1960) и постоянный их редактор (с 1969). В соавторстве с Лихачевым написала книгу «Средневековый перевод Хроники Константина Манассии в славянских литературах» (София, 1988), занималась составлением библиографии литературы о Лихачеве в соавторстве с Г. Н. Финашиной.

Вернуться

1

22 сентября 1908 г. было провозглашено суверенное Болгарское царство, страна окончательно освободилась от зависимости от Османской империи. Вскоре, 18 мая 1909 г., указом болгарского царя Фердинанда I был учрежден орден «Святые Равноапостольные Кирилл и Мефодий», имевший форму креста. Им награждались болгарская элита и иностранные коронованные особы за общечеловеческие заслуги. С упразднением монархии в 1946 г. и провозглашением НРБ орден был отменен. 13 декабря 1950 г. Указом № 649 Президиума Народного собрания был учрежден новый орден – орден Кирилла и Мефодия, имевший 3 степени (отменен в 1991 г.). Им награждались болгарские и иностранные граждане за деятельность в области просвещения, культуры и науки и за большие заслуги в воспитании болгарского народа. Орден был выполнен в форме медали с изображением на лицевой стороне св. Кирилла и Мефодия, которые держат книгу и развернутый пергамент с первыми буквами созданной ими славянской азбуки – А, Б, В, Г (автор проекта П. Дойчев, гравер О. Одабашян). Орденом какой степени был награжден Гудзий, установить не удалось.

Вернуться

2

Лихачев впервые побывал в Болгарии в 1958 г. и работал в рукописных хранилищах.

Вернуться

3

Имеется в виду поездка в Болгарию весной 1960 г. В 1963 г. Лихачев также побывал в Болгарии и принял участие в V Международном съезде славистов, проходившем с 16 по 23 сентября 1963 г. в Софии. Он был избран иностранным членом Болгарской АН и награжден орденом Кирилла и Мефодия (1‑й степени). См. письмо 10 Лихачева Храпченко от 6 апреля 1968 г. (С. 539 наст. изд.).

Вернуться

4

Евфимий Тырновский (ок. 1320–1330 – ок. 1402–1404) – патриарх Болгарии (1375–1393), богослов, книжник. В 1370‑е гг. жил в Троицком монастыре. Автор литургических книг, посланий, похвальных слов, житий. Канонизирован.

Вернуться

5

Ивановский монастырь, действовавший в XIII–XVII вв. в скалах над каньоном реки Русенский Лом в районе села Иваново (около г. Русе). В 1979 г. сохранившиеся постройки включены в перечень Всемирного наследия ЮНЕСКО.

Вернуться

6

Бачковский ставропигиальный Успения Божией Матери мужской монастырь основан в 1083 г. в Родопских горах, недалеко от современного города Асеновграда. Один из наиболее посещаемых монастырей Болгарии, известный сочетанием византийских, грузинских и болгарских церковных традиций. В монастыре был заточен патриарх Евфимий Тырновский после турецкого завоевания Болгарии.

Вернуться

7

Рыльский (Рильский) монастырь – ставропигиальный мужской монастырь Болгарской православной церкви, основанный в X в. В 1976 г. признан национальным историческим памятником, в 1983 г. включен в перечень Всемирного наследия ЮНЕСКО, с 1991 г. монастырь был подчинен Священному Синоду Болгарской православной церкви, и в нем возобновились службы. В собрание библиотеки монастыря входят около 250 рукописных книг XI–XIX вв., 9000 старопечатных изданий и др.

Вернуться

8

Зимин обратился к Лихачеву с просьбой сделать доклад на заседании Сектора древнерусской литературы на тему «К изучению „Слова о полку Игореве“» о «темных и малоизученных вопросах истории текста этого памятника в связи с историей Руси XII в.» (см.: Соколова Л. В. К истории спора о подлинности «Слова о полку Игореве» (Из переписки академика Д. С. Лихачева) // Русская литература. 1994. № 2. С. 233; письмо Зимина Лихачеву от 15 февраля 1963 г.). 27 февраля Зимин выступил на заседании Отдела древнерусской литературы и впервые публично изложил свои взгляды на «Слово» как на литературное произведение, написанное в 1780‑е гг. архимандритом Спасо-Ярославского монастыря, богословом, писателем Иоилем (в миру Иваном Быковским; 1726–1798), у которого А. И. Мусин-Пушкин приобрел сборник, в составе которого был найден рукописный список «Слова». На заседании Зимина поддержали С. Н. Азбелев, Я. С. Лурье и Г. Н. Моисеева; с критикой предложенной концепции выступили Л. А. Дмитриев, Д. Н. Альшиц, Л. С. Ковтун, И. П. Еремин. Лихачев лежал тогда в больнице и не мог принять участия в развернувшейся дискуссии, не было на заседании и В. П. Адриановой-Перетц. Доклад имел широкий резонанс как у нас в стране, так и за рубежом. В частности, в парижской газете «Русская мысль» были опубликованы две статьи: «„Слово о полку Игореве“ – не памятник XII века?» (без подписи) и «Еще о „Слове о полку Игореве“» (за подписью Г. С. – Георгий Петрович Струве (1898–1985), поэт, переводчик, славист, профессор Калифорнийского университета): Русская мысль. 1963. 1 июня. № 2002. С. 6; 2 июля. № 2015. С. 3. Обсуждение так называемого вопроса о «Слове» имело не только научный, но и политический характер. Оно привлекло внимание Идеологического отдела ЦК КПСС и руководства АН СССР. 4–6 мая 1964 г. в Отделении истории АН СССР было проведено закрытое обсуждение книги Зимина, напечатанной на ротапринте тиражом 101 экз. Большинство участников обсуждения не согласились с концепцией Зимина. В журнале «Вопросы истории» был опубликован отчет (без подписи) о майской дискуссии (см.: Обсуждение одной концепции о времени создания «Слова о полку Игореве» // Вопросы истории. 1964. № 9. 121–140; Соколова Л. В. История спора о подлинности Слова о полку Игореве: Материалы дискуссии 1960‑х годов. СПб., 2010 [публикация стенограммы заседания]). В дальнейшем Зимин продолжал работать над книгой о «Слове»; посмертно была опубликована ее 4‑я редакция, переработанная и исправленная, см.: Зимин А. А. Слово о полку Игореве / Отв. ред. В. Г. Зимина, О. В. Творогов. СПб., 2006.

О дискуссии см. также: Соколова Л. В. К истории спора о подлинности «Слова о полку Игореве» (Из переписки академика Д. С. Лихачева) // Русская литература. 1994. № 2. С. 232–268; № 3. С. 213–246; Спор о подлинности «Слова о полку Игореве»: история одной неосуществленной публикации (по письмам из архивов Л. А. Дмитриева и Д. С. Лихачева) / Подгот. текстов, вступ. статья и коммент. Л. В. Соколовой // ТОДРЛ. Т. LVI. С. 385–422; История спора о подлинности «Слова о полку Игореве»: Материалы дискуссии 1960‑х годов / Вступ. статья, сост., подгот. текстов и коммент. Л. В. Соколовой. СПб., 2010; Историк в России: между прошлым и будущим: Статьи и воспоминания [К 90-летию А. А. Зимина] / РГГУ; под ред. В. П. Козлова. М., 2012; Базанов М. А. Александр Александрович Зимин: биография историка в контексте развития отечественной науки: Дис. … канд. ист. наук / ФГБОУ ВО «ЧелГУ». Челябинск, 2014. На правах рукописи. (Гл. 2. § 1. «Слово о полку Игореве» в судьбе А. А. Зимина.); Зимин А. А. Храм науки (Размышления о прожитом). Москва, 1976 // Судьбы творческого наследия отечественных историков второй половины XX века / Сост. А. Л. Хорошкевич. М., 2015. С. 379–380 и др.

См. также письмо 19 Лихачева Виноградову от 3 октября 1967 г. (с. 450–451 наст. изд.), письма 1 и 2 Лихачева Шункову от 30 августа 1963 г. и 26 декабря 1964 г. (с. 524–527 наст. изд.), письмо 1 Лихачева Храпченко от 3 апреля 1964 г. (с. 530–531 наст. изд.).

Вернуться

9

Зимин был выведен из состава Бюро Археографической комиссии и снят с должности заместителя председателя Археографической комиссии, которую возглавлял Тихомиров, крайне остро отреагировавший на выступление Зимина и развернувшуюся вокруг этого полемику. В газете «Неделя» 11–17 августа 1963 г. была напечатана статья Тихомирова «Вещие струны русской поэзии», написанная в связи с докладом Зимина. Тихомиров также написал развернутые критические возражения «Замечания на тезисы доклада А. А. Зимина» (1963), опубликованные спустя пять лет в комментариях к сборнику статей «Русская культура X–XVIII веков» (М., 1968. С. 416–421). В целом давая оценку построению Зимина, Тихомиров писал, что «значительная часть пунктов, выставленных Зиминым, в сущности ничем не доказана. Автор не доказывает, а постулирует свою мысль о подложности „Слова о полку Игореве“, тут же называя это „Слово“ „бессмертным историческим документом“» (С. 416).

Вернуться

1

На соискание Ленинской премии 1964 г. в области науки была выдвинута книга Лихачева «Текстология. На материале русской литературы X–XVII вв.» (М.; Л., 1962). См. также письмо 9 от 16 января 1964 г. А. Л. Гришунина Лихачеву (с. 758 наст. изд.), письмо 10 от 22 января 1964 г. (с. 759 наст. изд.) и письмо 11 от 2 февраля 1964 г. Лихачева Гришунину (с. 760 наст. изд.).

Вернуться

2

В 1964 г. Ленинской премии в области гуманитарных наук были удостоены авторы работ, изданных в связи со 150-летием Т. Г. Шевченко (Ф. Я. Прийма, Е. П. Кирилюк, Е. С. Шаблиовский, И. Д. Назаренко, М. И. Новиков). Н. Н. Воронин получил Ленинскую премию в области науки в 1965 г. за научный труд «Зодчество Северо-Восточной Руси XI–XV веков» (В 2 т. АН СССР, Институт археологии. М., 1961–1962).

Вернуться

a

Вместо зачеркнутого далее: «и жизнь».

Вернуться

3

Лурье был сотрудником Отдела древнерусской литературы ИРЛИ с 1957 г. В фонде Н. К. Гудзия сохранился «Список научных трудов и изобретений Лурье Якова Соломоновича (форма № 3)», присланный ему, скорее всего, Лихачевым в 1958 или начале 1959 г. (ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 9. Ед. хр. 1. Л. 74 – 75 об.). О взаимоотношениях Лурье с Лихачевым см.: Зубок В. Дмитрий Лихачев: Жизнь и век. С. 263–265.

Вернуться

4

В отличие от французского слависта А. Мазона, считавшего «Слово» литературной подделкой, Зимин полагал, что оно писалось архимандритом Иоилем (Быковским) как героическая поэма на сюжет из древнерусской истории.

Вернуться

5

Якобсон Роман Осипович (1896–1982) – российский и американский лингвист, литературовед, славист, педагог; один из основоположников структурализма в языкознании и литературоведении; действительный член Датской королевской АН (1949), Американской Академии наук и искусств (1950), Сербской (1955) и Польской (1959) академий наук. С 1920 г. жил за границей, в 1930 г. в Немецком университете в Праге защитил докторскую диссертацию о сербохорватском эпосе; преподавал в университетах Чехословакии, Дании, Норвегии, Швеции. С 1941 г. жил в США, в 1949–1965 гг. профессор славянских языков и литературы Гарвардского университета. См. также письма 1 и 2 и комм. к ним Лихачева Зильберштейну от 5 и 21 марта 1956 г. (с. 390–391 наст. изд.).

Вернуться

6

Лесскис (Лескис) Георгий Александрович (1917–2000) – литературовед, филолог, лингвист, педагог; кандидат филологических наук (1948). Во время обучения в ИФЛИ в 1938 г. был арестован по обвинению в антисоветской агитации и осужден на 5 лет исправительно-трудовых работ; в 1939 г. оправдан, окончил институт (1941). Участник Великой Отечественной войны. В 1958–1964 гг. редактор журнала «Русский язык в национальной школе» (с 1961 г. заместитель главного редактора), в 1964–1995 гг. сотрудник научно-исследовательских институтов, занимавшихся проблемами научной информации. Автор работ о Пушкине, Л. Н. Толстом, М. А. Булгакове, по вопросам прикладной лингвистики.

Вернуться

7

Имеется в виду статья Г. А. Лесскиса «О зависимости между размером предложения и характером текста» (Вопросы языкознания. 1963. № 3. С. 92–112), в которой на материале наиболее известных произведений русской литературы – от «Слова о полку Игореве» до произведений Достоевского, Толстого, Чернышевского и др. – с применением статистических методов анализа текста предпринята попытка выявить зависимость «распределения предложений в тексте по их размерам от дискретного или обобщенного характера описания ситуаций в авторском тексте».

Вернуться

8

Зимин использовал статью Лесскиса как аргумент в пользу своего тезиса о написании «Слова о полку Игореве» в XVIII в. См.: Зимин А. А. Слово о полку Игореве. СПб., 2006. С. 289–291.

Вернуться

1

Речь идет о статье Лихачева «В чем суть различий между древней и новой русской литературой» (Вопросы литературы. 1965. № 5. С. 170–187).

Вернуться

2

Речь идет о фельетоне А. К. Югова «Пóлно!», написанном по заказу редакции газеты «Известия». См. также письмо 24 Лихачева Гудзию от 19 февраля 1965 г. и комм. 17 и 18 к нему (с. 111–113, 115 наст. изд.).

Вернуться

3

Лихачев был арестован за участие в студенческом кружке «Космическая академия наук» и осужден на 5 лет за контрреволюционную деятельность. С ноября 1928 г. по 8 августа 1932 г. отбывал наказание в Соловецком лагере особого назначения (СЛОН) и на строительстве Беломоро-Балтийского канала, был освобожден досрочно.

Вернуться

1

В журнале «Вопросы литературы» был опубликован полемический отклик Гудзия на статью Лихачева. См.: Гудзий Н. Положения, которые вызывают споры (по поводу статьи Д. Лихачева) // Вопросы литературы. 1965. № 7. С. 156–161.

Вернуться

2

Вопросы литературы. 1965. № 5. С. 170.

Вернуться

3

Сахаров Иван Петрович (1807–1863) – фольклорист, археолог, палеограф. Врач по образованию. Автор «Исследований о русском иконописании» (Кн. 1–2. СПб., 1849).

Вернуться

4

Забелин Иван Егорович (1820–1908/1909) – археолог, историк, москвовед, коллекционер, педагог; доктор русской истории (1871); член-корреспондент (1884) и почетный член (1892) Петербургской АН. Чиновник Оружейной палаты (с 1837), архивариус Дворцовой конторы (с 1848), член Имп. Археологической комиссии (1859–1876), председатель Московского общества истории и древностей (с 1879), один из основателей Российского Исторического музея им. Имп. Александра III. Действительный тайный советник (1908). Автор работ по истории Древней Руси, о быте русских царей и цариц XVI–XVII вв. и др.

Вернуться

5

Ровинский Дмитрий Александрович (1824–1895) – юрист, историк искусств, меценат, почетный член Петербургской АН и Имп. Академии художеств. Автор «Подробного словаря гравированных портретов» (Т. 1–4. СПб., 1886–1889) и др.

Вернуться

6

Буслаев Федор Иванович (1818–1897) – лингвист, фольклорист, историк литературы и искусства, библиофил, коллекционер, педагог; доктор русской словесности (1861), доктор теории и истории искусств (1889); академик Петербургской АН (с 1860); тайный советник (1877). Преподаватель Московского университета (с 1842; ординарный профессор с 1859), в 1848 г. защитил магистерскую диссертацию на тему «О влиянии христианства на славянский язык. Опыт истории языка по Остромирову евангелию»; преподаватель русского языка и литературы детям царской семьи (1859–1861). Автор «Исторических очерков русской народной словесности и искусства» (Т. 1–2. М., 1861) и других работ по исторической грамматике, иконографии, фресковой живописи, древнерусскому искусству.

Вернуться

7

Кондаков Никодим Павлович (1844–1925) – историк византийского и древнерусского искусства, педагог; доктор истории (1876), действительный член Имп. Академии художеств (с 1893) и Петербургской АН (с 1898), член-корреспондент Сербской королевской АН (1901); тайный советник (1900). Ученик Ф. И. Буслаева. Преподаватель Новороссийского (с 1870; с 1877 г. профессор) и Петербургского (1888–1897) университетов; старший хранитель отделения искусств Средних веков и эпохи Возрождения (1888–1893). В 1920 г. эмигрировал в Константинополь, затем в Софию, в 1922 г. – в Чехословакию; профессор Софийского (1920–1922) и Карлова (1922–1925) университетов, руководил научным кружком молодых ученых (Seminarium Kondakovianum), в 1931 г. преобразованным в Археологический институт им. Кондакова. Автор работ по византийскому и древнерусскому искусству.

Вернуться

a

Слово написано заглавными буквами и подчеркнуто двумя чертами.

Вернуться

1

Андрей Рублев (ок. 1360 – 1428 или 1430) – иконописец. Канонизирован в лике преподобных.

Вернуться

2

Матисс Анри Эмиль Бенуа (1869–1954) – французский художник и скульптор. Предприниматель и коллекционер С. И. Щукин заказал ему три декоративных панно для своего дома в Москве. В 1911 г. в связи с установкой этих картин по приглашению Щукина Матисс побывал в России, где открыл для себя древнерусское искусство. В газетах «Раннее утро», «Русские ведомости» и др. печатались восторженные отзывы художника о произведениях древнерусского искусства (см.: Костеневич А., Семенова Н. Матисс в России. М., 1993. С. 24–27, 47–48, 52).

Вернуться

3

Грабарь Игорь Эммануилович (1871–1960) – художник, реставратор, искусствовед, теоретик искусства, музейный деятель, педагог; действительный член Имп. Академии художеств (1913), академик АН СССР (1943) и Академии художеств СССР (1947), народный художник СССР (1956), лауреат Сталинской премии 1‑й степени (1941). Автор «Истории русского искусства» (Т. 1–3. М., 1910–1912).

Вернуться

4

Симеон Полоцкий (в миру Петровский-Ситнянович Самуил Гаврилович; 1629–1680) – богослов, духовный писатель; основатель школы при Заиконоспасском монастыре в Москве, придворный поэт и воспитатель детей царя Алексея Михайловича. Изучением жизни и творчества Симеона Полоцкого, в том числе стихотворений, занимался И. П. Еремин, см.: Симеон Полоцкий. Избр. соч. / Подгот. текста, статья и комм. И. П. Еремина. М.; Л., 1953.

Вернуться

5

Перетц Владимир Николаевич (1870–1935) – филолог, историк литературы, педагог; действительный член Петербургской АН (РАН, АН СССР) (с 1914) и АН Украины (с 1919). Приват-доцент Петербургского университета (1896–1903), профессор кафедры русского языка и словесности Университета Св. Владимира в Киеве (1903–1914), Петроградского (ЛГУ) (1914–1917; 1921–1933) и Самарского (1917–1921) университетов; руководитель семинария русской филологии в Киеве (1907–1914) и Петрограде (1914–1917). Сотрудник АН (1914–1917) и АН СССР (1921–1933). В 1934 г. был обвинен в принадлежности к политическому центру Российской национальной партии («дело славистов»), арестован, исключен из состава АН СССР и выслан на 3 года в Саратов, где и умер. Реабилитирован в июле 1957 г. Автор работ по источниковедению, текстологии, палеографии, фольклористике и др.

Вернуться

6

Сперанский Михаил Несторович (1863–1938) – филолог, фольклорист, византинист, педагог; доктор русского языка и словесности (1899), член Сербской АН и искусств (с 1907), академик РАН (АН СССР) (с 1921). Ординарный профессор кафедры русского языка и словесности Московского университета (1906–1917); член комиссии по изданию памятников древнерусской литературы при Пушкинском Доме (1908), один из членов-учредителей Общества истории литературы (1910, с 1912 председатель), председатель Общества истории и древностей российских (с 1914). Арестован в 1934 г. по «делу славистов», приговорен к ссылке в Уфу, но приговор был заменен на условный; лишен звания академика. Реабилитирован в 1990 г. Автор работ по древнерусской и славянской литературе.

Вернуться

7

Истрин Василий Михайлович (1865–1937) – филолог, историк литературы, педагог; доктор русского языка и словесности (1897), действительный член Петербургской АН (с 1907). Приват-доцент Московского (1891–1897) и Новороссийского (1897–1907) университетов. Автор работ о древнерусской литературе и апокрифах, жизни и творчестве Пушкина, Гоголя, Жуковского и др.

Вернуться

8

Иларион (ум. ок. 1054 или 1055) – митрополит Киевский и всея Руси (с 1051) в княжение Ярослава Мудрого, духовный писатель. Автор «Слова о законе и благодати», Молитвы и Исповедания веры (входящих в состав Синодального сборника).

Вернуться

9

Кирилл Туровский (1130 – ок. 1182) – епископ Турова, богослов, писатель. Автор проповедей, исповедальных молитв, притч, посланий.

Вернуться

10

Имеется в виду сказание о построении храма святой Софии («Сказание о создании церкве святые Софии еже в Костянтине граде») – литературный памятник, созданный в Византии не позднее сер. XI в. и переведенный на русский язык до сер. XV в. Входит в состав «Еллинского летописца», «Русского хронографа», «Летописца римского» (2‑я редакция).

Вернуться

11

Имеется в виду «Сказание о постройке церкви Георгия», входящее в состав «Пролога» (2‑я редакция) – древнерусского житийного сборника, основанного на византийских синаксариях (месяцесловах). Древнерусские Прологи в полном составе включают в себя около 15 000 сюжетов.

Вернуться

12

«Пролог» – древнерусский житийный сборник, ведущий свое происхождение от византийских месяцесловов (синаксарей). См.: Фет Е. А. Пролог // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 1: XI – первая половина XIV в. С. 376–381.

Вернуться

13

Имеется в виду известный в нескольких редакциях XVI–XVII вв. хронологический свод, в котором впервые русская история и история южных славян рассматривалась наряду с историей всемирной. Наиболее ранняя редакция (так называемая редакция 1512 г.) была создана, вероятнее всего, в 20‑х гг. XVI в., предположительно в скриптории Волоколамского монастыря. Однако вопросы об авторе хронографа, времени и месте его создания остаются дискуссионными. См.: Творогов О. В. Хронограф русский // Словарь книжников и книжности Древней Руси. Вып. 2: Вторая половина XIV – XVI в. Ч. 2. С. 499–505.

Вернуться

14

Ода Г. Р. Державина «Бог» (1780–1784) – одно из самых популярных стихотворений XVIII в. По словам автора, мысль о написании оды возникла в 1780 г. во дворце во время всенощной в Светлое Воскресенье.

Вернуться

15

В 1964 г. Лихачевы переехали в новую квартиру по адресу: 2‑й Муринский просп., д. 34. На доме установлена мемориальная доска Д. С. Лихачеву.

Вернуться

16

Коллективная монография «„Слово о полку Игореве“ и повести Куликовского цикла: К вопросу о времени написания „Слова“» готовилась Отделом древнерусской литературы (под редакцией Лихачева и Л. А. Дмитриева) в 1963 г. в срочном порядке – по словам Лихачева, «в противовес книге А. А. Зимина», которая тогда печаталась на ротапринте, см. комм. 8 к письму 20 Лихачева Гудзию от 5 июня 1963 г. (с. 105–106 наст. изд.). Издание стояло в плане редподготовки РИСО на 1964 г., но в декабре 1963 г. оно было из плана исключено. С просьбой издать книгу Лихачев обращался к председателю РИСО Е. С. Лихтенштейну и вице-президенту АН СССР академику П. Н. Федосееву (Русская литература. 1994. № 2. С. 263, 264). В сборнике, вышедшем в свет в 1966 г., опубликованы статьи В. П. Адриановой-Перетц, А. Н. Котляренко, Р. П. Дмитриевой, О. В. Творогова, М. А. Салминой, Л. А. Дмитриева, Н. С. Демковой, Ю. К. Бегунова; в приложении был опубликован текст «Задонщины» по шести известным спискам.

Вернуться

17

Поршнев Борис Федорович (1905–1972) – историк, социолог, педагог; доктор исторических (1941) и философских (1966) наук; лауреат Сталинской премии 3‑й степени (1950). В 1941–1942 гг. находился в эвакуации в Казани, где, вероятно, познакомился с Лихачевым. В 1957–1966 гг. заведующий сектором новой истории западноевропейских стран Института истории АН СССР; после создания Института всеобщей истории АН СССР – заведующий сектором по изучению истории развития общественной мысли (с 1968). Автор работ по истории Франции, проблемам периода Тридцатилетней войны, вопросам методологии исторической науки и др. В газете «Известия» была опубликована статья Поршнева «Извольте работать» о проблемах обучения в вузах, в которой, в частности, упоминалась работа Зимина о «Слове о полку Игореве»: «Ученый представил обширное исследование. И вдруг в центральной печати появились рецензии на неопубликованную научную рукопись. Как бы ни были подобные рецензии прекрасны, они не содействуют воспитанию студенческой молодежи. Пусть работы производят впечатление убедительных, но наука питается не впечатлениями. А сверить-то рецензию тем же студентам-историкам не с чем…» (1965. 18 янв. № 14 (14793). С. 3).

Вернуться

18

В фельетоне, написанном по предложению редакции газеты «Известия» в связи с упоминанием в статье Поршнева работы Зимина, Югов излагает свой взгляд на гипотезу о создании «Слова о полку Игореве» в XVIII в. («злополучную, весьма ветхую и уже выброшенную из научного обихода»). См.: Югов А. Пóлно! // Известия. М., 1965. 6 февр. № 31 (14810). С. 5.

Вернуться

19

Азбелев Сергей Николаевич (1926–2017) – филолог, историк, фольклорист, педагог; доктор филологических наук (1984). Сотрудник Отдела древнерусской литературы (1955–1960) и Отдела фольклора (1960–2001) ИРЛИ. Автор работ по истории русского летописания и фольклору.

Вернуться

20

Вероятно, имеется в виду заметка Азбелева «Об этике титульного листа», в которой он приводит примеры некорректного, по его мнению, библиографического оформления изданий памятников древнерусской литературы, подготовленных Р. П. Дмитриевой, В. Д. Кузьминой, А. Н. Робинсоном и др. (Нева. Л., 1964. № 12. С. 172–173).

Вернуться

21

Моисеева Галина Николаевна (1922–1993) – филолог, литературовед; доктор филологических наук (1970). Под руководством В. П. Адриановой-Перетц в 1951 г. защитила кандидатскую диссертацию на тему «„Казанская история“ – новый этап развития исторического повествования Древней Руси» и была принята младшим научным сотрудником Сектора древнерусской литературы ИРЛИ, в июле 1960 г. перешла в Сектор новой русской литературы (группу по изучению русской литературы XVIII в.). В журнале «Нева» в разделе «Литературный дневник» была опубликована ее рецензия на книги Г. И. Мирошниченко: Моисеева Г. Автор «Юнармии» и «Азова» // Нева. 1964. № 2. С. 189–192. Других публикаций Моисеевой в «Неве» за 1964–1965 гг. выявить не удалось.

Вернуться

1

См. биографическую справку о Зильберштейне на с. 390 наст. изд.

Вернуться

2

См.: Виноградов В. В. Научно-исследовательский путь Н. К. Гудзия // Литературное наследство. М., 1965. Т. 75: Толстой и зарубежный мир. Кн. 2. С. 558–561.

Вернуться

3

В РГАЛИ в фонде И. С. Зильберштейна сохранился автограф некролога Гудзию, написанный Д. С. Лихачевым для «Литературного наследства».

О Н. К. Гудзии – человеке

Когда умирает человек, хочется запомнить прежде всего его человеческие черты. Огромный вклад, внесенный ученым в науку, всегда остается с нами. К научным трудам умершего мы всегда сможем обратиться и после, а вот человека не стало! Нет больше живого, быстрого, искреннего друга, доброжелательного и вспыльчивого, доверчивого к доброму и недоверчивого ко всему злому, недоумевавшего перед всякой человеческой подлостью, до конца своих дней отказывавшегося понимать, зачем люди делают зло друг другу, страстно искавшего справедливости.

Николая Каллиниковича называли совестью советского литературоведения. Это не титул и не должность. Этим званием не награждают; его нельзя выслужить, но его можно заслужить.

Он заслужил это высокое звание своею искренностью и правдивостью. Он был правдив и искренен во всем, что писал, делал и говорил. Он не был ни дипломатом, ни чиновником, ни хитрецом. Он не мог притворяться, выжидать или молчать, когда надо было протестовать, заступаться или кого-то поддерживать.

Как и многие очень добрые люди, он был вспыльчив. Сколько раз мы видели его рассерженным, возмущающимся, но, вспылив, он быстро отходил.

И он был очень добр. Он никогда не радовался чужим неудачам, оплошностям, ошибкам, смешному положению, в которое попадал человек. Дурные поступки его всегда болезненно огорчали. Зато как он радовался чужим успехам, удачной книге, удачному выступлению, награждению достойных. В нем не было ни на йоту злорадности. Это было нечто несовместимое с его натурой. Он был доброрадостен.

Его очень много фотографировали ученики. И на всех фотографиях «гудзиевское» выступало очень ярко: его характерные жесты, его улыбка, его глаза. Это потому, что он всегда был самим собой: искренним до предела. И глаз фотоаппарата это тоже «видел».

Когда он был в Англии, он очаровал англичан. В особенности в восторге были от него правнучки Вальтера Скотта. Он сумел завоевать их сердца своею непосредственностью. Когда он приехал к ним в замок и его встретили две пожилые хозяйки, он искренне изумился: «Какие же вы правнучки, – ведь правнучки должны быть девочками!» Но правнучки нашлись. В тон Николаю Каллиниковичу они заявили, что очень огорчены, что не подошли ему по возрасту. «Напротив, – заявил Николай Каллиникович, – я обрадован, что ваш возраст подходит к моему». Через полчаса он уже с ними танцевал. И Николай Каллиникович танцевал за двоих. Вернее: он танцевал с двоими. Может быть, это легенда, но легенду эту рассказывали мне англичане. Она отражает то впечатление, которое произвел на англичан Николай Каллиникович. А разве меньше были очарованы им шотландцы? Даже через несколько лет после посещения Эдинбурга Николаем Каллиниковичем студенты университета прислали ему теплый шотландский плед. Они его не забывали…

В науке, в литературе, в жизни – его всегда интересовали прежде всего люди. И он всегда стремился к установлению справедливости в отношении людей.

Не потому ли он так интересовался древнерусской литературой и Л. Толстым, что он и сам был страстным правдоискателем? Не потому ли он так любил заниматься историографическими вопросами, что это отвечало его стремлению восстанавливать справедливость? Вспомните его статьи о Тихонравове, Буслаеве, Веселовском и о многих других: он не только изучал их – он заступался за них. Мы все помним и его замечательную статью в «Литературной газете» «Забытые имена», где он стремился восстановить доброе имя русских ученых, А. Н. Веселовского в первую очередь.

Каким-то неведомым образом он знал, что должен скоро умереть. И он торопился написать статью о своем учителе – Владимире Николаевиче Перетце, реабилитировать его память, показать его значение в истории нашей науки.

И вот теперь мы должны по достоинству оценить его самого, – того, кто так много и так деятельно заботился о достоинстве и достойной памяти других!

«Какою мерою мерите вы, – такою возмерится и вам». Как трудно призвать на этот последний суд – суд памяти – Николая Каллиниковича! Разве легко соразмериться с ним в этой работе правдоискателя – искателя правды для других.

Никакими словами не заполнить той пустоты, которая образовалась в душе каждого из знавших Николая Каллиниковича с его смертью. Словами эту пустоту заполнить нельзя, но ее можно хоть немного уменьшить, если мы в память об этом добром правдолюбце станем сами хоть немного добрее и справедливее друг к другу, станем более правдивы и искренни во всем, что говорим и пишем.

Д. Лихачев

(РГАЛИ. Ф. 3290. Автограф; опубл.: Литературное наследство. Т. 75. Кн. 2. С. 561–562.)

Вернуться

4

Заседание Сектора древнерусской литературы ИРЛИ памяти Н. К. Гудзия состоялось 19 ноября 1965 г. С воспоминаниями о нем выступили В. П. Адрианова-Перетц, П. Н. Берков, Д. С. Лихачев, В. И. Малышев и др. На основании этих выступлений по инициативе Д. С. Лихачева был подготовлен сборник памяти Гудзия с воспоминаниями об ученом и с полной библиографией его работ, составленной А. К. Гудзий, В. И. Зайцевым, А. Н. Робинсоном (см.: Воспоминания о Николае Каллиниковиче Гудзии. М., 1968). По словам Лихачева, сборник должен стать не только книгой для чтения, но и справочником («Это надолго продлит его жизнь». ОР РГБ. Ф. 731/II. Карт. 8. Ед. хр. 63. Л. 5).

Вернуться

1

В. П. Адрианова-Перетц была одним из наиболее активных корреспондентов Н. К. Гудзия. В архиве Гудзия сохранилось 128 ее писем и телеграмм к самому Николаю Каллиниковичу за 1934–1960 гг. (Там же. Ф. 731/I. Карт. 14. Ед. хр. 14.28; Ф. 731/II. Карт. 2. Ед. хр. 42, 43) и 17 писем к его сестре за 1966–1972 гг. (Там же. Ед. хр. 41).

Вернуться

2

Мыльников Александр Сергеевич (1929–2003) – историк, славист; доктор исторических наук (1972), заслуженный деятель науки РФ (1999). Выпускник юридического университета ЛГУ (1952). Библиограф ГПБ (1952–1973; с 1962 г. заведующий отделом рукописей и редкой книги); с 1973 г. научный сотрудник Ленинградской части Института этнографии АН СССР, с 1986 г. заведующий отделом; директор Музея антропологии и этнографии им. Петра Великого (1992–1997).

Вернуться

3

Кулешов Василий Иванович (1919–2006) – литературовед, педагог; доктор филологических наук (1961), заслуженный деятель науки РСФСР, действительный член Нью-Йоркской АН. Окончил МИФЛИ в 1941 г. и ушел на фронт; после демобилизации поступил в аспирантуру филологического факультета МГУ; заведующий кафедрой русской литературы Вильнюсского университета (1949–1953), с 1954 г. преподаватель кафедры истории русской литературы филологического факультета МГУ, с 1963 г. профессор, в 1964–1994 гг. заведующий кафедрой. Автор работ по истории русской литературы и литературной критике XIX в., автор учебников для вузов.

Вернуться

1

П. Н. Берков умер 9 августа 1969 г.

Вернуться

2

Н. И. Конрад умер 30 сентября 1970 г. См. биографическую справку о Конраде на с. 457–458 наст. изд.

Вернуться

3

Пропп Владимир (Герман Вольдемар) Яковлевич (1895–1970) – литературовед, фольклорист, этнограф, лингвист, один из основоположников современной теории текста, педагог; доктор филологических наук (1939). Преподаватель филологического факультета ЛГУ (с 1932; с 1938 г. профессор) последовательно на кафедрах романо-германской филологии, фольклора и, вплоть до 1969 г., русской литературы. В 1930–1931 гг. находился в заключении по обвинению в контрреволюционной деятельности, реабилитирован в 2002 г. Сотрудник ИРЛИ (1945–1959, 1955–1958).

Вернуться

3

А. Н. Робинсон.

Вернуться

1

Очевидно, по поручению А. К. Гудзий Лихачеву звонили сотрудники ОР ГБЛ.

Вернуться

2

В. П. Адрианова-Перетц умерла 6 июня 1972 г. См. письма ее племянницам Л. Н и О. Н. Адриановой (с. 548–553 наст. изд.).

Вернуться

a

См.: Бухерт В. Г. Статьи Д. С. Лихачева для краткого биографического словаря «Выдающиеся деятели нашей Родины» // Археографический ежегодник за 2006 год. М., 2011. C. 425–426.

Вернуться

b

См.: Статьи Д. С. Лихачева; Письма Д. С. Лихачева – Ф. Н. Петрову // Археографический ежегодник за 2006 год. С. 427–433. Статьи сохранились в Архиве РАН (Ф. 609 Краткий биографический словарь «Выдающиеся деятели нашей Родины»).

Вернуться

1

Сохранились две статьи о Несторе Летописце – Д. С. Лихачева (Ед. хр. 515) и А. А. Зимина (Ед. хр. 514).

Вернуться

2

Сохранились две статьи о Ярославе Мудром: А. А. Зимина (Ед. хр. 546) и Б. Д. Грекова (Ед. хр. 547).

Вернуться

3

Статью о Марфе-Посаднице написал А. А. Зимин (Ед. хр. 506).

Вернуться

1

Сохранилась статья Лихачева «Александр Невский» (Ед. хр. 473).

Вернуться

1

Сохранились статьи об Аввакуме Д. С. Лихачева (Ед. хр. 470) и А. А. Зимина (30 октября 1946 г. Ед. хр. 469).

Вернуться

2

Сохранились статьи об А. А. Шахматове Д. С. Лихачева (Ед. хр. 295) и А. А. Зимина (Ед. хр. 296).

Вернуться

a

Слова «Аввакума» и «Нестора» подчеркнуты красным карандашом неустановленным лицом; в правом верхнем углу помета тем же карандашом: «обе статьи не идут».

Вернуться

3

Выход словаря объемом ок. 100 печ. л. первоначально намечался на 2‑ю половину 1947 г. (Археографический ежегодник за 2006 год. С. 425).

Вернуться

1

21 мая 1946 г. в Ленинграде состоялось совместное заседание Отделения истории и философии и Отделения литературы и языка АН СССР, посвященное памяти академика А. А. Шахматова. Были заслушаны доклады и выступления академика И. И. Мещанинова, академика С. П. Обнорского о Шахматове как историке русского языка, профессора В. В. Виноградова «Русский литературный язык в исследованиях А. А. Шахматова». На сессии Тихомиров выступил с докладом о Шахматове как исследователе русских летописей (см.: Вестник АН СССР. 1946. № 7. С. 64–67). Машинопись доклада (частично утраченная) с рукописными вставками и дополнениями сохранилась в архиве Тихомирова (Архив РАН. Ф. 693. Оп. 1. Ед. хр. 74. Л. 1–13), опубликована посмертно (см.: Тихомиров М. Н. Что нового внес Шахматов в изучение древнерусских летописей // Рукописное наследие академика М. Н. Тихомирова в Архиве Академии наук СССР: Научное описание / Сост. И. П. Староверова. М., 1974. С. 162–166; переиздание: Тихомиров М. Н. Русское летописание. М., 1979. С. 12–22).

Вернуться

2

Тихомиров с 1924 г. работал в ГИМ: до 1939 г. научным сотрудником кабинета рукописей и старопечатных книг, потом ученым консультантом, а в 1946–1949 гг. заведующим Отделом рукописей.

Вернуться

1

Экземпляр книги Лихачева «Русские летописи и их культурно-историческое значение» с дарственной надписью: «Глубокоуважаемому Михаилу Николаевичу Тихомирову в знак уважения к его научным трудам – Лихачев 12.IV.47» – хранится в Библиотеке Дальневосточного федерального университета (см.: Печенкина В. А. Книги с автографами из коллекции М. Н. Тихомирова, подаренной Дальневосточному государственному университету. Владивосток, 2002. С. 133; см. также копию инскрипта: Архив РАН. Ф. 693. Оп. 5. Ед. хр. 88. Л. 87).

Вернуться

2

В предисловии Лихачев отмечал: «Предлагаемая книга двойственна по своему происхождению. Часть глав представляет собою сокращение более широких исследований; другая – писалась специально для этой книги. […] В интересах общей композиции работы пришлось подвергнуть особенно серьезному сокращению главу 3 части I („Древнейшие этапы русского летописания“. – А. М.), и без того разросшейся в размерах. В результате сокращения пострадала аргументация изложенной в ней концепции» (Лихачев Д. С. Русские летописи и их культурно-историческое значение. С. 5–6).

Вернуться

3

Объем опубликованной книги составил 31¼ печатных листа.

Вернуться

1

Речь идет о программе лекционного курса Лихачева по истории русского летописания, составленной для заочного отделения исторического факультета ЛГУ: Лихачев Д. С. История русского летописания: План курса и краткие методические указания. (Учебный материал № 6). Л., 1948. Сохранился экземпляр с инскриптом М. Н. Тихомирову «Глубокоуважаемому Михаилу Николаевичу Тихомирову – опыт построения курса „Истории русского летописания“. Д. Лихачев 25.IX.48» (Архив РАН. Ф. 693. Оп. 5. Ед. хр. 52. Л. 1–5 об.).

Вернуться

2

Тихомиров М. Н. Древняя Москва (XII–XV вв.). М., 1947.

Вернуться

3

Тихомиров М. Н. Древнерусские города. М., 1946. (Учен. зап. МГУ. Вып. 99.)

Вернуться

1

См. комм. 2 к письму 3 Лихачева Тихомирову от 3 ноября 1948 г. (с. 131 наст. изд.). Книга Тихомирова «Древняя Москва (XII–XV вв.)» была получена Лихачевым в конце января. В. И. Малышев писал Тихомирову 26 января 1949 г.: «Сегодня утром М. В. Бражников передал мне Вашу „Москву“. Спасибо. Гордину, Д. С. Лихачеву и М. О. Скрипилю я передал. Все они сегодня были в Институте» (Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 369. Л. 18).

Вернуться

2

Речь идет о диссертации Пашуто на соискание ученой степени кандидата исторических наук «Очерки по истории Галицко-Волынской Руси и Литвы (XIII век)», защищенной на заседании Ученого совета Института истории АН СССР 25 апреля 1949 г. Официальными оппонентами Пашуто выступили Тихомиров, Черепнин, Лихачев, неофициальным – С. В. Бахрушин. Лихачев не мог присутствовать на заседании и прислал свой отзыв, председательствующий Греков зачитал часть его с критическими замечаниями. Стенограмму выступления Тихомирова см.: Архив РАН. Ф. 1577. Оп. 2. Ед. хр. 213. Л. 75–83; выступление Черепнина (Л. 84–91), отзыв Лихачева (Л. 92–96), выступление Бахрушина (Л. 96–103).

Вернуться

3

В 1949 г. в Малой серии «Библиотека поэта» было опубликовано «Слово о полку Игореве» со вступительной статьей, переводом и комментариями памятника, подготовленными Лихачевым. Однако, по-видимому, в письме речь идет о книге Лихачева «Слово о полку Игореве: Историко-литературный очерк» (М.; Л., 1950), ответственным редактором которой была В. П. Адрианова-Перетц.

Вернуться

1

См.: ПСРЛ. Т. 25: Московский летописный свод конца XV в. М.; Л., 1949.

Том подготовлен к печати под редакцией Тихомирова. 18 января 1950 г. Тихомиров писал Малышеву: «Теперь другой вопрос. В печати должен появиться в продаже XXV том Полного собрания русских летописей, который я подготовил к печати. Это громадный том в 464 страницы формата летописей. Я хочу написать письмо Д. С. Лихачеву с просьбой дать на него рецензию, желательно было бы поддержать такое издание. Поэтому и Вас попрошу с ним переговорить» (Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 30. Л. 19).

Вернуться

1

Рецензию на рукопись «Повести временных лет» Тихомиров отправил Малышеву для Лихачева и Адриановой-Перетц 18 января 1950 г. См.: Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 30. Л. 19 об.

Вернуться

2

В. П. Адрианова-Перетц.

Вернуться

3

Романов Борис Александрович (1889–1957)﻿ – историк, педагог; доктор исторических наук (1941). С 1944 г. сотрудник ЛОИИ АН СССР; профессор исторического факультета ЛГУ (1944–1951).

Вернуться

4

Черепнин разделял мнение об имени «Боян» как искаженном переписчиком слитном написании частицы «бо» и имени «Яна» Вышатича. См.: Черепнин Л. В. «Повесть временных лет», ее редакции и предшествующие ей летописные своды // Исторические записки. 1948. Т. 25. С. 328–329.

Вернуться

5

Тихомиров М. Н. Исследование о Русской Правде: Происхождение текстов. М., Л., 1941.

Вернуться

6

Б. Д. Греков.

Вернуться

7

См.: Юшков С. В. Общественно-политический строй и право Киевского государства. М., 1949.

Вернуться

8

См.: Повесть временных лет. М.; Л., 1950. С. 330–335: Ч. 2. Приложения: Статьи и комментарии Д. С. Лихачева.

Вернуться

9

Тихомиров М. Н. Рец.: Труды Отдела древнерусской литературы. Т. 7. М.; Л., 1949 // Известия АН СССР. Сер. ист. и филос. 1950. Т. 7. № 3. С. 268–271.

Вернуться

10

О праздновании 150-летия печатного издания «Слова» см. письмо 11 Лихачева Будовницу от 14 декабря 1950 г. и комм. 1–4 к нему (с. 43–45 наст. изд.).

Вернуться

11

Слово о полку Игореве / Под ред. В. П. Адриановой-Перетц. М.; Л., 1950. (Литературные памятники.)

Вернуться

12

Речь идет о рецензии Лихачева на подготовленный Тихомировым т. 25 ПСРЛ.

Вернуться

1

Василько Константинович (1209–1238) – князь ростовский, святой.

Вернуться

2

Радзивилловская или Кенигсбергская летопись. СПб., 1902. (ОЛДП. № 118.): Вып. 1: Фотомеханическое воспроизведение рукописи; Вып. 2: Исследования А. А. Шахматова и Н. П. Кондакова.

Вернуться

3

Макашин Сергей Александрович (1906–1989) – литературовед; доктор филологических наук (1961). С октября 1930 г. автор, научный редактор, затем член редколлегии серии «Литературное наследство»; научный сотрудник ИРЛИ с исполнением работ в Москве (1946–1964) и ИМЛИ (с 1964).

Вернуться

4

Речь идет о Комиссии по изданию летописей и Институте истории АН СССР.

Вернуться

1

В конце октября 1950 г. Лихачев подарил Тихомирову издание «Повести временных лет». Второй том, включающий перевод и комментарии Лихачева, с инскриптом: «Глубокоуважаемому Михаилу Николаевичу Тихомирову с искренней благодарностью за указания по этой книге от Д. Лихачева. 22.X.50. Л[енинград]» – сохранился в библиотеке Тихомирова (Печенкина В. А. Книги с автографами из коллекции М. Н. Тихомирова, подаренной Дальневосточному государственному университету. Владивосток, 2002. С. 153).

Вернуться

2

Пархоменко Владимир Александрович (1880–1942) – историк, автор трудов по истории Киевской Руси, истории церкви.

Вернуться

3

Тихомиров М. Н. Где и когда было написано «Слово о погибели Русской земли» // ТОДРЛ. Т. VIII. С. 235–244.

Вернуться

1

Речь идет об организационно-научном совещании по вопросу об издании летописей, проведенном Тихомировым.

Вернуться

a

Часть письма утрачена, слово восстановлено предположительно.

Вернуться

b

Часть письма утрачена, слова восстановлены предположительно.

Вернуться

2

Подготовка для ТОДРЛ статей и публикаций студентами-дипломниками и аспирантами приветствовалась Лихачевым и Адриановой-Перетц. В очерке об Отделе древнерусской литературы специально отмечалось: «В „Трудах ОДРЛ“ отводится место работам, выполняемым студентами, если эти работы (обычно – дипломные) содержат самостоятельные наблюдения, основанные на свежем материале или на критическом пересмотре известных ранее данных» (см.: 50 лет Пушкинского Дома / Под ред. В. Г. Базанова. М.; Л., 1956. С. 85). В т. IX ТОДРЛ помещены три работы студенток исторического факультета ЛГУ, участниц семинара Лихачева: Е. Н. Кимеевой «„Послание митрополиту Даниилу“ Федора Карпова», Р. Г. Лапшиной «Феодосий Косой – идеолог крестьянства XVI века», Т. А. Колесниковой «Общественно-политические взгляды Ермолая-Еразма». Впрочем, все указанные работы подготовлены по ранее опубликованным источникам, поэтому можно предположить, что в письме Лихачева речь идет о М. А. Салминой, тогда студентке исторического факультета ЛГУ (окончила в 1952 г.), и о ее будущей дипломной работе, ставшей основой публикации «„О причине гибели царств“: сочинение начала XVII века», помещенной в т. X ТОДРЛ (С. 332–352). Об этой статье Лихачев отзывался так: «Работа М. А. Салминой рекомендует ее всесторонне подготовленным для исследования древнерусских литературных произведений работником. […] Представленная работа вполне позволяет считать, что в лице ее автора Сектор получит подготовленного и творчески самостоятельного аспиранта» (цит. по: Ромодановская В. А. Марина Алексеевна Салмина (30 октября 1927 – 8 февраля 2013) // ТОДРЛ. Т. LXII. С. 751–752).

Вернуться

3

Бычков Афанасий Иванович (1818–1899) – историк, археограф, академик Петербургской АН (1869), директор Имп. Публичной библиотеки (1882–1899); сотрудник (с 1840), правитель дел (1865–1873), председатель (с 1891) Археографической комиссии, редактор ПСРЛ (1854–1873).

Вернуться

c

Бычков под видом исправления неправильных форм языка систематически заменял русские формы Лаврентьевского списка церковнославянскими из других списков. Особенно «оцерковно-славянил» свою реконструкцию «Повести» Шахматов. – Примеч. Д. С. Лихачева.

Вернуться

1

А. Н. Насонов.

Вернуться

2

Сербина Ксения Николаевна (1903–1990) – историк, источниковед, археограф; доктор исторических наук (1948). Научный сотрудник ЛОИИ АН СССР (1951–1982).

Вернуться

a

Здесь и далее в письмах Д. С. Лихачев склоняет фамилию «Черных».

Вернуться

1

Черных Павел Яковлевич (1896–1970) – филолог, языковед, лексикограф. Доцент (1926), профессор (1929) кафедры русского языка Иркутского университета.

Вернуться

2

Черных П. Я. Две заметки по истории русского языка: 1. К вопросу о происхождении имени «Москва». 2. К вопросу о Гнездовской надписи // Известия АН СССР. ОЛЯ. 1950. Т. 9, вып. 5. С. 393–401.

Вернуться

3

Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов / Под ред. А. Н. Насонова. М.; Л., 1950.

Вернуться

4

Лихачев Д. С. Рец.: Новгородская первая летопись старшего и младшего изводов / Под ред. А. Н. Насонова. М.; Л., 1950 // Вопросы истории. 1951. № 5. С. 106–109.

Вернуться

1

В т. VIII ТОДРЛ были опубликованы статьи Лихачева: «Общественно-политические идеи „Слова о полку Игореве“» (С. 17–30); «Проблема характера в исторических произведениях начала XVII в» (С. 218–234); «Послание Грозного в Кирилло-Белозерский монастырь 1573 г.» (С. 247–286).

Вернуться

2

По-видимому, посылка с изданиями дошла до адресата. В коллекции книг из библиотеки М. Н. Тихомирова во Владивостоке хранится книга «Послания Ивана Грозного» с инскриптом «Глубокоуважаемому Михаилу Николаевичу Тихомирову от одного из составителей – Д. Лихачева 28.X.51 Л[енингра]д» (см.: Печенкина В. А. Книги с автографами из коллекции М. Н. Тихомирова, подаренной Дальневосточному государственному университету. Владивосток, 2002. С. 155), а в личном архивном фонде в Архиве РАН сохранились два первых из упомянутых в предыдущем примечании оттиска с инскриптами, датированными 13 декабря 1951 г. (Архив РАН. Ф. 693. Оп. 5. Ед. хр. 52. Л. 63–78 об.).

Вернуться

3

Попов Александр Иванович (1899–1973) – историк, докторская диссертация «Из истории финно-угорских народностей СССР» (1947).

Вернуться

4

Попов А. И. «Повесть временных лет» в новом издании Академии наук СССР (1950 г.) // Вестник ЛГУ. 1951. № 5. С. 129–137.

Вернуться

5

Впоследствии Лихачев принял решение ответ не помещать.

Вернуться

a

Так у Д. С. Лихачева.

Вернуться

1

Основанием датировки служит содержание письма и запись Тихомирова в дневнике 1952 г.: «2 февраля (суббота). Получил очень грустное письмо от Д. С. Лихачева. Человек терпит большие нападки от ничтожных личностей, как раз тогда, когда он начал много работать. Конечно, кто много работает, тот и ошибаться может много, но неужели лучше быть безошибочным человеком, ничего не делая, а таких спекулянтов от науки, к сожалению, немало» (Академик М. Н. Тихомиров: Воспоминания. Дневники. Переписка с учениками. М.; СПб., 2022. С. 329–330).

Вернуться

2

О нападках Лапицкого см. также письмо Лихачева Жданову от 29 ноября 1951 г. (с. 237–240 наст. изд.), письмо 7 Лихачева Гудзию от 5 января 1952 г. и комм. 1 к нему (с. 88 наст. изд.), письмо 8 Лихачева Гудзию от 5 февраля 1952 г. (с. 89–90 наст. изд.).

Вернуться

3

Григорович Виктор Иванович (1815–1876) – историк-славист, филолог, профессор Казанского, Московского и Новороссийского университетов, член-корреспондент Петербургской АН (1851). См.: Григорович В. И. Что значит слово «толковинъ» или «толковник» в русских летописях и в Слове о полку Игореве? // Труды III Археологического съезда в России. Киев, 1878. Т. 1. С. LII.

Вернуться

4

Партицкий Емельян Осипович (1840–1895) – языковед, историк, этнограф, педагог, общественно-политический деятель. См.: Партыцкий Ом. Темни мѣстця в «Словѣ о плъку Игоревѣ». Львов, 1883.

Вернуться

5

Дмитриев Николай Константинович (1898–1954) – востоковед-тюрколог, фольклорист (башкирские языки и литература).

Вернуться

6

Помещица Дарья Николаевна Салтыкова (урожд. Иванова; 1730–1801), известная как Салтычиха.

Вернуться

7

Карамзин Николай Михайлович (1766–1826) – историк, писатель, критик, переводчик. См.: Карамзин Н. М. История государства Российского. Т. 2. Примеч. 204.

Вернуться

8

Бутков Петр Григорьевич (1775–1857) – действительный тайный советник, сенатор, историк, академик (1841). См.: Бутков П. Г. Нечто к «Слову о полку Игоря» // Вестник Европы. 1821. Ч. 121. № 21. С. 34–65; № 22. С. 100–122; Он же. О войне В. К. Святополка с Половецким князем Тугорканом в 1096 году // Сын Отечества и Северный архив. СПб., 1834. Т. 46. С. 625–626.

Вернуться

9

Арцыбашев Николай Сергеевич (1771–1841) – историк, писатель. См.: Арцыбашев Н. С. Игорь, или Война половецкая // Вестник Европы. 1826. Ч. 147. № 11. С. 177–193; № 12. С. 241–260; Он же. Повествование о России. М., 1838. Т. 1, кн. 2. С. 234–240.

Вернуться

10

Аристов Николай Яковлевич (1834–1882) – историк, писатель, магистр русской истории (1866), доцент Казанского (1867–1869), профессор Варшавского (с 1870), Харьковского (с 1873) университетов, Нежинского историко-филологического института князя Безбородко (с 1875). См.: Аристов Н. Я. О земле Половецкой: (Историко-географический очерк). Киев, 1877. (Известия Историко-филологического института князя Безбородко. 1877. № 1.)

Вернуться

11

Барсов Елпидифор Васильевич (1836–1917) – историк древнерусской литературы, этнограф, коллекционер; член-корреспондент Петербургской АН. Автор исследований о «Слове о полку Игореве».

Вернуться

12

Лонгинов Аркадий Васильевич (1843–1918) – историк, автор работы «Историческое исследование сказания о походе северского князя Игоря Святославовича в 1185 году» (Одесса, 1892).

Вернуться

13

Ляскоронский Василий Григорьевич (1859–1928) – историк. Автор исследования «Русские походы в степи в удельно-вечевое время» (СПб., 1907).

Вернуться

14

Афанасьев Владимир Александрович (1873–1953) – военный историк, автор статьи «Вероятный путь князя Игоря Северского на половцев в 1185 году: (Критическое исследование похода по летописям и „Слову о полку Игореве“)» (Исторический журнал. 1939. № 6. С. 45–56).

Вернуться

15

Кудряшов Константин Владимирович (1885–1962) – историк, доктор исторических наук, автор работ по исторической географии России, книги «Половецкая степь: Очерки исторической географии» (М., 1948).

Вернуться

16

Карский Евфимий Федорович (1860–1931) – филолог, славист, языковед, этнограф, член-корреспондент (с 1901), академик (с 1916) Петербургской АН.

Вернуться

17

См. карту: Атлас истории СССР для средней школы / Ред.: К. В. Базилевич, И. А. Голубцов, М. А. Зиновьев. М., 1950. Вып. 1. Вклейка между с. 320 и 321.

Вернуться

a

Так у Д. С. Лихачева.

Вернуться

18

Имеется в виду Иван Александрович Голубцов (1887–1966), историк, архивист, археограф, доктор исторических наук, сотрудник Института истории АН СССР (с 1946).

Вернуться

19

Панкратова Анна Михайловна (1897–1957) – историк, академик АН СССР (1953). Под редакцией А. М. Панкратовой в 1940 г. в трех частях издана книга «История СССР: учебник для старших классов средней школы», выдержавшая до 1963 г. 23 издания, составителем и редактором карт был Голубцов.

Вернуться

20

См. карту «Восточная Европа в IX–XI вв. (до 1054 г.)» (сост. Голубцов) в томе «Союз Советских Социалистических Республик» (БСЭ. М., 1947).

Вернуться

21

Радовский был ученым секретарем Комиссии по изданию научно-популярной литературы, утверждавшей к печати совместно с РИСО АН СССР и серией «Итоги и проблемы современной науки» книги серии «Литературные памятники».

Вернуться

22

Маньков Аркадий Георгиевич (1913–2006) – историк, педагог; доктор исторических наук (1962); заслуженный деятель науки РСФСР (1984). С 1948 г. сотрудник ЛОИИ АН СССР, в 1950–1960‑е гг. преподаватель ЛГУ. Автор работ по социально-экономической истории XV–XVII вв., истории государства и права России.

Вернуться

1

В № 12 журнала «Вопросы истории» за 1951 г. в разделе «Хроника и информация» помещена заметка под названием «Забытая наука: (Письмо в редакцию)». Ее автор – историк-архивист, педагог Владимир Алексеевич Шварев (1925–?), выпускник МГИАИ, тогда начальник Государственного архива Пензенской области и преподаватель Пензенского педагогического института им. В. Г. Белинского, впоследствии аспирант Института истории АН СССР (1953–1956), кандидат исторических наук (1958), сотрудник Отдела истории и археологии Дальневосточного филиала АН СССР (1956–1959), старший преподаватель Новосибирского государственного педагогического института (1959–1961). В письме подвергнуты уничижительной критике учебники 1940 г. Тихомирова «Источниковедение истории СССР с древнейших времен до конца XVIII в.: Курс источниковедения истории СССР. Т. 1» и С. А. Никитина «Источниковедение истории СССР XIX в.: Курс источниковедения истории СССР. Т. 2». Автор в духе времени обвинял авторов в недостаточной партийности источниковедения, сведению его «к простому информированию историков об известных или малоизвестных памятниках старины […] без надлежащей их характеристики, без глубокого, марксистско-ленинского анализа, в отрыве от общего исторического процесса». Тихомирову были предъявлены обвинения в ряде «серьезных ошибок»: «не выделены источники, характеризующие развитие производительных сил и производственных отношений страны, отчего из поля зрения автора частично либо совершенно выпали наиважнейшие моменты из истории классовой борьбы. Так, слабо освещена крестьянская война начала XVII в., совершенно неудовлетворительно даны источники о крестьянских войнах под руководством С. Т. Разина и Е. И. Пугачева). Провозгласив принцип подбора только важнейших памятников, М. Н. Тихомиров засорил свою книгу данными, подчас второстепенными и ненужными. Взять, к примеру, сочинения иностранцев о России XVIII века. Здесь можно было ограничиться приведением одной-двух основных книг (а не двух десятков), так как все остальные записки иностранцев о России в большинстве случаев историкам не дают положительного материала: Россия в них описана в пасквильной форме, искаженно и особенно очернен русский народ». Не останавливаясь только на критике учебников Тихомирова и Никитина и резюмируя, что «оба учебника, давая бессистемный, лишенный научного анализа материал, неверно ориентируют наших историков и источниковедов в памятниках русской истории», Шварев призывал «сделать современный, в свете постановлений ЦК ВКП(б) по идеологическим вопросам, критический обзор всему наследию буржуазного источниковедения и в первую очередь научному наследию академика А. А. Шахматова, чьи идеалистические тенденции в области изучения русского летописания до сих пор не нашли должного отпора со стороны советских историков», в качестве положительного примера приводил известную статью Черепнина 1949 г. с критикой взглядов А. С. Лаппо-Данилевского.

Критика учебника источниковедения Тихомирова оказалась в общем течении партийных и идеологических проработок, которым подвергался историк во второй половине 1940‑х гг., в том числе в связи с подготовкой им совместно с С. С. Дмитриевым учебника по истории СССР для неисторических факультетов вузов, и которые зачастую приводили Тихомирова на больничную койку (подробнее об этом периоде жизни Тихомирова см.: Ковеля В. В. История одного учебника: эпизод из научной деятельности М. Н. Тихомирова // Археографический ежегодник за 2012 год. М., 2016. С. 165–180; Он же. М. Н. Тихомиров и кампания по борьбе с «буржуазным объективизмом» // Новые исторические перспективы. 2016. № 1 (2). С. 77–88). Эти проработки оказались схожими с теми, которым подвергся Лихачев, и, вероятно, Тихомиров мудро предостерегал Лихачева от вступления в полемику с людьми, ведущими ее недостойными методами.

Вернуться

1

Озерова Галина Александровна (1905–1990) – библиограф, краевед, сотрудник ГПБ (1942–1986), временно исполнявшая обязанности заведующей Отделом рукописей ГПБ (1949–1953).

Вернуться

2

Описание русских и славянских пергаменных рукописей: Рукописи русские, болгарские, молдовлахийские, сербские / Сост. Е. Э. Гранстрем; под ред. Д. С. Лихачева. Л., 1953. (Труды ОР ГПБ.)

Вернуться

3

Гранстрем Евгения Эдуардовна (1911–1991) – историк-византинист, источниковед, палеограф; доктор исторических наук (1969). Сотрудник ГПБ (с 1934), ЛОИИ АН СССР (с 1941) и ЛГУ (с 1945). Автор многочисленных описаний греческих и латинских рукописей ленинградских документальных собраний.

Вернуться

1

Сапунов Борис Викторович (1922–2013) – историк, сотрудник Государственного Эрмитажа (с 1950); кандидат (1954), доктор исторических наук (1974). Статья была частью диссертации на соискание ученой степени кандидата исторических наук «Исторические предпосылки возникновения книгопечатания в России: (Опыт критического пересмотра вопроса)» (Л., 1954).

Вернуться

2

Лихачев Д. С. Рец.: Арциховский А. В., Тихомиров М. Н. Новгородские грамоты на бересте (из раскопок 1951 г.). М., 1953 // Сов. археология. 1954. Т. 19. С. 318–327.

Вернуться

3

1 июня 1953 г. Тихомирову исполнилось 60 лет. Однако же в «Вестнике АН СССР» об этом ничего не сообщалось. Вероятно, Лихачев ошибся, имея в виду «Вестник Московского университета», в котором была помещена заметка без подписи о Тихомирове, написанная С. О. Шмидтом, и подготовленный им же список трудов Тихомирова.

Вернуться

1

23 октября 1953 г. Тихомиров был избран академиком.

Вернуться

1

См. комментарий 2 к письму 9 Лихачева Гудзию от 16 марта 1952 г. (с. 90–91 наст. изд.).

Вернуться

1

Лихачев Д. С. Слово о полку Игореве: Ист.-лит. очерк / Отв. ред. В. П. Адрианова-Перетц. 2‑е изд., доп. М.; Л., 1955. (Науч.-поп. сер.). Брошюра с инскриптом «Глубокоуважаемому Михаилу Николаевичу Тихомирову от – Д. С. Лихачева 10.IV.1955» сохранилась в библиотеке Тихомирова (см.: Печенкина В. А. Книги с автографами из коллекции М. Н. Тихомирова, подаренной Дальневосточному государственному университету. С. 133; копия инскрипта: Архив РАН. Ф. 693. Оп. 5. Ед. хр. 88. Л. 56).

Вернуться

2

23–26 апреля 1955 г. в ИРЛИ состоялось II Всесоюзное совещание по вопросам изучения древнерусской литературы. Тихомиров не смог принять участие в работе совещания. Незадолго до его начала Тихомиров отправил телеграмму в ИРЛИ Малышеву: «Приехать на сессию не могу по занятости. Тихомиров» (Архив РАН. Ф. 693. Оп. 4. Ед. хр. 30. Л. 49). О совещании см. письмо 17 Лихачева Будовницу от 28 апреля 1955 г. и комм. к нему (с. 54–55 наст. изд.).

Вернуться

3

Тихомиров М. Н. Каргопольские рукописи // ТОДРЛ. Т. XI. С. 480–486.

Вернуться

1

Очерки истории исторической науки в СССР: В 5 т. Т. 1 / Под ред. М. Н. Тихомирова (отв. ред.), М. А. Алпатова, А. Л. Сидорова. М., 1955.

Вернуться

2

Тихомиров М. Н. Записки приказных людей конца XVII в. // ТОДРЛ. Т. XII. С. 442–457. Тихомировым впервые опубликованы тексты трех записей мемуарно-дневникового характера, принадлежащих приказным людям и содержащих ценные сведения по социально-политической истории России; рукопись статьи Тихомиров отправил Малышеву 8 октября 1955 г.

Вернуться

1

Тихомиров М. Н. Крестьянские и городские восстания на Руси XI–XIII вв. М., 1955.

Вернуться

1

См. биографическую справку об Арциховском на с. 334 наст. изд.

Вернуться

2

См.: Лихачев Д. С. Рец.: История СССР. История Москвы. Т. 1. Период феодализма XII–XVII вв. // Вопросы истории. 1953. № 4. С. 116–121.

Вернуться

3

Лихачев Д. С. Изучение древней русской литературы в СССР за последние десять лет. М.: Изд-во АН СССР, 1955. См. вступительную статью к письму Лихачева Беличу (с. 341–342 наст. изд.).

Вернуться

4

В мае 1954 г. на Всесоюзном совещании по вопросам текстологии в ИМЛИ Лихачев выступил с докладом (см.: Совещание по вопросам текстологии (Хроника) // Известия АН СССР. ОЛЯ. 1954. Т. 13, вып. 4. С. 393–394), ставшим основой статьи: Лихачев Д. С. Некоторые новые принципы в методике текстологических исследований древнерусских литературных памятников // Известия АН СССР. ОЛЯ. 1955. Т. 14, вып. 5. С. 403–419. В статье упомянута публикация Тихомировым Московского летописного свода и работа по подготовке Вологодско-Пермской летописи.

Вернуться

5

Лихачев Д. С. Итоги и перспективы изучения древнерусской литературы в свете задач построения истории литературы // Известия АН СССР. ОЛЯ. 1954. Т. 13, вып. 5. С. 414–433.

Вернуться

1

См.: Список печатных работ профессора Московского университета Михаила Николаевича Тихомирова / Сост. С. О. Шмидт // Вестник Московского университета. Сер. обществ. наук. 1953. № 4, вып. 2. С. 74–81; список трудов Тихомиров переслал Лихачеву в ответ на запрос Сектора древнерусской литературы ИРЛИ в связи со сбором сведений о всех исследователях СССР, работающих в области изучения древнерусской литературы.

Вернуться

2

Список трудов М. Н. Тихомирова, составленный Шмидтом, предваряла написанная им заметка «К 60-летию проф. М. Н. Тихомирова».

Вернуться

3

Вероятно, имеется в виду статья: Тихомиров М. Н. Псковские повести о крестьянской войне в России начала XVII в. // Из истории социально-политических идей: Сб. статей к семидесятипятилетию академика Вячеслава Петровича Волгина. М., 1955. С. 181–189.

Вернуться

4

См.: Адрианова-Перетц В. П., Лихачев Д. С. Литература Пскова XIII–XIV вв. Введение // История русской литературы. М.; Л., 1945. Т. 2, ч. 1: Литература 1220‑х – 1580‑х гг. С. 107–125; Лихачев Д. С. Литература Пскова второй половины XV – первой половины XVI в. Введение // Там же. С. 390–394; Лихачев Д. С. Русские летописи и их культурно-историческое значение. С. 335–391. Под редакцией Лихачева в 1952 г. была опубликована «Повесть о прихожении Стефана Батория на град Псков», подготовленная к печати Малышевым.

Вернуться

1

Имеется в виду постановление Президиума АН СССР о создании Археографической комиссии АН СССР.

Вернуться

1

Опытный организатор науки М. Н. Тихомиров как председатель Археографической комиссии обратился ко многим видным практическим деятелям в области археографии с предложениями высказаться о возможных актуальных задачах деятельности вновь воссозданной Археографической комиссии.

Вернуться

2

См.: Zasady wydawania tekstów staropolskich: projekt / K. Górski [et al.]; przykłady oprac. J. Woronczak; [red. nauk. M.‑R. Mayenowa, przy współudz. Z. Florczak]; Polska Akademia Nauk. Instytut Badań Literackich. Wrocław, 1955.

Вернуться

3

См. рецензию на издание: Нечаева В. С. Konrad Górski. Sztuka edytorska. Zarys teorii. Państwowe wydawnictwo naukowe. Warszawa, 1956 // Известия АН СССР. ОЛЯ. Т. 15, вып. 6. С. 552–555.

Вернуться

4

Паскуали Джорджио (1885–1952) – итальянский филолог-классик, текстолог, профессор Флорентийского университета, автор классического труда «История традиции и критика текста» («Storia della tradizione e critica del testo») (1934), 2‑е дополненное и исправленное издание которого было опубликовано в 1952 г. В ТОДРЛ было опубликовано резюме этого издания, см.: Боброва Е. И. Вопросы текстологии в современной итальянской науке. Giorgio Pasquali. Storia della tradizione e critica del testo. Seconda edizione con nuova prefacione e aggiunta di tre appendici. Firenze, Le Monnier, 1952. 525 p. // ТОДРЛ. Т. XVII. С. 653–671.

Вернуться

1

Археографическая комиссия АН СССР поздравила Лихачева в связи с 50-летием, исполнившимся 28 ноября 1956 г.

Вернуться

1

Тихомиров М. Н. Средневековая Москва в XIV–XV веках. М., 1957.

Вернуться

2

Лихачев Д. С. Культура Руси эпохи образования Русского национального государства (Конец XIV – начало XVI в.). Л., 1946. Тихомиров ссылался на брошюру Лихачева в главе 10 «Московское просвещение и литература» в подразделе «Грамотность», говоря о роли монастырей в развитии книжности и культуры. В 1947 г. эта брошюра вызвала полемику между М. Н. Тихомировым и Д. С. Лихачевым. См. также письмо 4 Лихачева Гудзию от 26 мая 1947 г. (с. 85 наст. изд.), письмо 2 Лихачева Будовницу от 1 июня 1947 г. (с. 22–27 наст. изд.) и комм. к ним.

Вернуться

1

Андреев Александр Игнатьевич (1887–1959) – историк, источниковед, археограф, научный сотрудник Института истории СССР (с 1942), с 1949 г. – Ленинградского отделения Института истории АН СССР, с 1938 г. – член Географического общества СССР. Автор трудов по истории и источниковедению Сибири.

Вернуться

a

Так у Д. С. Лихачева.

Вернуться

1

Дуйчев Иван Симеонов (1907–1986) – болгарский историк, филолог, византинист, педагог; академик Болгарской АН (1981).

Вернуться

2

Щепкина Марфа Вячеславовна (1894–1984) – историк древнерусской литературы, искусствовед, палеограф, источниковед; доктор исторических наук (1964). Сотрудник ГИМ (1919–1982), заведующая отделом рукописей (1954–1976) ГИМ.

Вернуться

3

Бем Юрий Оттович (1923–?) – историк, переводчик, ученый секретарь Археографической комиссии АН СССР (1956–1968).

Вернуться

4

Лихачев Д. С. Некоторые итоги и перспективы изучения русской литературы X–XVII вв. // Вестник АН СССР. 1958. № 12. С. 19–24.

Вернуться

1

Базанов Василий Григорьевич (1911–1981) – литературовед, фольклорист, педагог; доктор филологических наук, член-корреспондент АН СССР (с 1962). Заместитель директора (1955–1960, 1963–1965), директор (1965–1975) ИРЛИ.

Вернуться

1

Лихачев Д. С. Понятие «лучшего списка» в текстологической работе // Археографический ежегодник за 1958 год. М., 1960. С. 7–10.

Вернуться

1

В ТОДРЛ были напечатаны публикации двух рукописных памятников из собрания ГИМ, подготовленные Тихомировым, см.: Тихомиров М. Н. Малоизвестные памятники: 1. Летописец XV в. с названиями «Россия» и «Российская земля»; 2. Киевские князья XI столетия в Послании о повинных // ТОДРЛ. Т. XVI. С. 452–456.

Вернуться

2

Дубровский Сергей Митрофанович (1900–1970) – историк, педагог; профессор (1924), доктор исторических наук (1935). Ученик М. Н. Покровского. В 1936 г. репрессирован, реабилитирован в 1954 г. С 16 июня 1954 г. старший научный сотрудник сектора капитализма Института истории (с 1968 г. Института истории СССР) АН, автор работ по аграрной истории России начала XX в. Скорее всего, имеется в виду его доклад о влиянии культа личности на освещение ряда вопросов русской истории на заседании сектора истории СССР периода феодализма Института истории АН СССР в мае 1956 г., опубликованный в журнале «Вопросы истории». См.: Бухерт В. Г. «При рассмотрении дела ни в чем себя виновным не признал»: С. М. Дубровский в 1936–1954 гг. // Вестник Омского университета. Сер. «Исторические науки». 2019. № 2 (22). С. 228–240.

Вернуться

1

См.: Бегунов Ю. К. Кормчая Ивана-Волка Курицына // ТОДРЛ. Т. XII. С. 141–159. Других работ Бегунова о кормчих (сборниках церковных и светских законов) не выявлено.

Вернуться

1

19–20 октября 1959 г. состоялось общее собрание Археографической комиссии АН СССР, посвященное актуальным проблемам палеографии. На заседании были заслушаны два пленарных доклада: Тихомирова «О задачах изучения палеографии» и доктора исторических наук, заведующей сектором истории Средних веков Института истории АН СССР Нины Александровны Сидоровой (1910–1961) «О задачах изучения палеографии по истории западноевропейского Средневековья в СССР». Научный сотрудник Института истории Румынской АН Д. Богдан выступил с сообщением о работе румынских палеографов. В дискуссии приняли участие ученые, археографы, палеографы из Москвы, Ленинграда, Киева, рассказавшие о работе, ведущейся в архивах, рукописных отделах музеев и библиотек по собиранию, описанию, публикации и реставрации рукописных памятников, на заседании затрагивались вопросы подготовки кадров в вузах и координации работы палеографов, проблемы улучшения преподавания вспомогательных исторических дисциплин. Было решено организовать отдел по изучению греческой, латинской и западноевропейской палеографии при Археографической комиссии. См.: Бем Ю. О. Деятельность Археографической комиссии при Отделении исторических наук АН СССР // Археографический ежегодник за 1959 год. М., 1960. С. 353–354.

Вернуться

1

Добиаш-Рождественская Ольга Антоновна (1874–1939) – историк-медиевист, палеограф, первая в России женщина-магистр (1915) и доктор (1918) всеобщей истории, член-корреспондент АН СССР (1929), с 1918 г. (с перерывом в 1929–1933 гг.) профессор Петроградского университета, в 1922–1939 гг. сотрудник ОР ГПБ.

Вернуться

2

Кудрявцев Илья Михайлович (1907–1982) – историк, археограф, источниковед, хра﻿нитель древнерусских рукописных книг ОР ГБЛ в 1946–1971 гг.

Вернуться

3

Гейман Василий Георгиевич (1887–1965) – историк, археограф, палеограф, источниковед, сотрудник ГПБ (1918–1937, 1946–1963), ЛОИИ (1925–1952).

Вернуться

4

Розов Николай Николаевич (1912–1993) – книговед, библиограф, археограф, палеограф, педагог; доктор филологических наук (1973). Сотрудник отдела рукописей ГПБ (1946–1981).

Вернуться

1

Бегунов написал кандидатскую диссертацию на тему «Слово о погибели Русскыя земли» (научный руководитель Лихачев; 1960), которая в дальнейшем была издана, см.: Бегунов Ю. К. Памятник русской литературы XIII века «Слово о погибели Русской земли» (М.; Л., 1965).

Письмо Тихомирова в ИРЛИ с замечаниями на автореферат кандидатской диссертации Бегунова датировано 22 февраля 1960 г. (Архив РАН. Ф. 693. Оп. 1. Ед. хр. 213. Л. 1–2. Авторизованная машинопись). См. также справку «О высылке замечаний на автореферат Ю. К. Бегунова»: Там же. Оп. 4. Ед. хр. 30. Ч. 2. Л. 22 и об.

Вернуться

2

Пашкевич (Паскевич) Генрик (1897–1979) – польский и английский историк-медиевист, педагог; доктор исторических наук (1920), профессор (1934); член-корреспондент Польской АН (1945). Преподаватель Варшавского университета (1927–1939). Участвовал в обороне Варшавы в сентябре 1939 г. и попал в плен, в годы Второй мировой войны содержался в немецком концентрационном лагере Мурнау. После освобождения из лагеря уехал в Италию, был одним из организаторов в 1945 г. Польского исторического института в Риме. С 1957 г. жил в Лондоне, один из основателей Польского университета на чужбине и Польского научного сообщества на чужбине; вице-председатель Фонда Ланцкоронских с Бжезя. Автор работ по истории Польши, России, Литвы.

Вернуться

3

Бегунов не соглашался с Пашкевичем, полагавшим, что встречающееся в памятниках древнерусской литературы понятие «Русская земля» связано прежде всего «с идеей религиозного единства всех славянских и неславянских народов Руси» (Бегунов Ю. К. Памятник русской литературы XIII века… С. 87), об этом же диссертант писал и в своей диссертации, и в автореферате (С. 10–11).

Вернуться

4

Горлин Михаил Генрихович (1909–1944) – филолог, славист, поэт. Вместе с родителями эмигрировал в 1919 г. через Вильно и Лондон в Берлин (1922). Окончил Славянский институт Берлинского университета, ученик М. Фасмера (1927–1931). В 1933 г. переехал в Париж. Ассистент Мазона в Институте славяноведения. В 1942 г., в период немецкой оккупации Парижа, был депортирован в Германию, погиб в концлагере.

В мае 1940 г. подготовил публикацию «Слова о погибели Русской земли» по фотокопии, полученной от Н. В. Заволоко, который в 1933 г. обнаружил неизвестную ранее рукопись среди других рукописей рижской Гребенщиковской старообрядческой общины. Работа Горлина была опубликована посмертно Мазоном, см.: Gorlin M. Le Dit de la ruine de la terre Russe et de la mort du grand-prince Jaroslav // Revue des Études slaves. Paris, 1947. T. 23, f. 1–4. P. 5–33.

Вернуться

5

Во время военной командировки в Прибалтику и на Западную Украину в феврале 1946 г. Малышев обнаружил рукопись, подготовленную к публикации Горлиным, в рижской Гребенщиковской общине, в дальнейшем рукопись поступила на хранение в ИРЛИ. См.: Малышев В. И. Житие Александра Невского: (По рукописи середины XVI в. Гребенщиковской старообрядческой общины в г. Риге) // ТОДРЛ. Т. V. С. 185–193.

Вернуться

6

См.: Бегунов Ю. К. Памятник русской литературы XIII века… С. 32–33.

Вернуться

1

Сессия 1958 года, посвященная 1100-летию Новгорода.

Вернуться

2

Константинова Тамара Матвеевна (1917–2001) – историк, педагог, директор Новгородского историко-архитектурного музея (1944−1965, с перерывами).

Вернуться

3

Морозов Леонид Федорович – директор Новгородского историко-архитектурного музея-заповедника с 27 августа 1960 г. по июль 1961 г.

Вернуться

4

Речь идет о т. XVII ТОДРЛ, вышедшем в свет в 1961 г. В этом томе помещена статья Лихачева «Литературный этикет Древней Руси (к проблеме изучения)» (С. 5–16).

Вернуться