Джулия
Десятый аркан. Часть 1

Часть 1. Пролог

Если мы чего-то не видим, ещё не значит, что этого не существует. В каждом уголке Земли есть глаза. Взгляды долгоживущих существ – Творцов Равновесия – внимательно следят, чтобы люди шли в правильном направлении.

Так было заведено испокон веков: сильные защищают слабых. Трепетно хранят баланс, который человеку не под силу увидеть или осознать.

Любая жизнь циклична, имеет начало и конец. Человечество зарождалось, уничтожалось и воссоздавалось вновь не один раз. Творцы Равновесия стремятся, чтобы каждый хрупкий цикл продлился как можно дольше.

Сегодня их мир держится на трёх основных столпах – хранителях баланса: жизни и смерти, истины и неведения, грани между смертными и бессмертными. Они являются высшим звеном иерархии и несут ответственность за порядок обоих миров.

Но так ли всё слажено и однозначно? На самом деле никто не знает, что будет завтра и как долго продлится вечность.

Глава 1: Происшествие

Наше время

Мир Творцов Равновесия.

«Какой же у него скверный вкус», – подумал Юро, окинув скучающим взглядом рисовавшего его портрет художника напротив. Оглядел мрачную, практически непроглядную комнату без окон, где под ногами ровным слоем, будто водная гладь, стелилась иссине-чёрная дымка.

Сам хранитель баланса жизни и смерти, закинув косу на плечо, восседал на огромном каменном троне, украшенном скульптурами черепов и костей; спинка стремилась к потолку и напоминала коренастое дерево. При таком освещении виднелся лишь силуэт юноши и его светящиеся тёмно-синие глаза.

Рядом гордо лежал чёрный лев с лазурным взглядом и узором того же цвета вдоль спины.

– Долго мне ещё позировать? – всё-таки решил спросить Юро.

– Потерпите, вы всего полдня здесь сидите. Это ведь тысячелетняя традиция.

Хранителю оставалось лишь тяжело вздохнуть и продолжать смотреть вдаль.

– Знаю, знаю…

– Что есть неделька на фоне вечности, запечатлённой на картине?

– Было бы здесь капельку светлее, а то слишком мрачно.

– Как по мне, под стать вашему образу.

– Стереотипы, да и только.

– Я бы назвал это бессмертной классикой.

– Ты художник – ты так видишь.

Он ничего на это не ответил, лишь ещё глубже погрузился в рисование.

Минуты тянулись как часы, да и постоянно поддерживать эту «загадочную дымку» на полу было весьма утомительно. Люди назвали бы её магией.

С каждого, кто находился на вершине иерархии, однажды была написана картина. Их вывешивали в местном историческом музее. Стоит заметить, что коллекция там собралась немаленькая, хотя ввели эту традицию всего сотню тысяч лет назад.

Спать им требовалось всего пару раз в неделю, так что на усталость художника полагаться не приходилось. Оставалось надеяться, что он хотя бы проголодается, но этого всё не происходило.

Процесс мог затянуться надолго, если бы снаружи не раздался вопль, а сразу следом крик о помощи.

– Что там происходит? – спрашивал художник.

– Не знаю, самое время разобраться, – отвечал Юро, спрыгивая с трона. Положил ладонь на голову льву. – Пойдём, Нерон.

В эту же секунду оба исчезли. Дымка на полу моментально рассеялась.

Оказавшись на улице, он осмотрелся. Снова раздался крик. Доносился из сада у его дома. Метнувшись туда, хранитель обнаружил сидящую на земле перепуганную горничную. Та, не в силах вымолвить и слова, указывала вглубь деревьев и кустарников.

Укрывшись в зелени, десять тварей окружали садовника. Морды все разные: и обезьяньи, и птичьи, и напоминающие грызунов. Когтистые лапы, у некоторых заострённые крылья и хвосты.

Взбесившиеся химеры были готовы кинуться на прижавшегося к дереву мужчину. Но Юро, замахнувшись косой, буквально за пару секунд промелькнул между ними, и на землю упало три головы. Они начали исчезать, распадаясь на чёрную пыль.

Тем временем Нерон с разбегу запрыгнул на одну из тварей. На солнце блеснули клыки. Она повалилась под весом льва и больше не встала.

Ещё несколько выверенных движений, взмахов смертоносным оружием, и рычание, вопли стихли. Пыль, оставшуюся от химер, разносило ветром до тех пор, пока она не исчезла вовсе.

Садовник одновременно с ужасом и изумлением смотрел в сторону спасителей. Молодо выглядящего парня, смахивающего с неестественно чёрных волос липкую субстанцию, оставшуюся после сражения, и его отряхивающегося пушистого компаньона.

– С-спасибо большое. Если бы не вы…

– Пустяки. Откуда они пришли?

Он указал в сторону густого хвойного леса, окружавшего всё поселение.

– Понятно. Передай остальным, чтобы пока сидели дома.

– К-конечно.

Юро пытался проанализировать ситуацию, но понять не мог, что эта нечисть здесь забыла. По логике вещей там должен стоять не пропускающий её барьер. Если твари сумели пробраться даже к нему домой – дело плохо.

Он отбросил косу, и та исчезла в пространстве. Поморщился от резкого движения и перевёл взгляд на руку. Из глубоких царапин, оставленных когтями, лилась красная кровь.

– Придётся сначала к Доку наведаться… – обращался он ко льву.

Нерон почти мяукнул в ответ.

Запищали наручные часы. Это означало только то, что в мире людей вскоре должно произойти событие, выбивающееся из глобального плана.

– Ну что за день?

На вопрос никто не ответил. Игнорируя царапины, Юро направился к себе в подвал. Там находилась машина, помогающая контролировать баланс жизни и смерти. Принцип работы прост: раз в столетие необходимо задать множество числовых значений, суть которых сводится к соотношению рождаемости и смертности, а устройство дальше само определит, кому какой срок будет отведён.

Правда, оборудование относительно новое, оттого и несовершенное. Даёт раз от разу сбои. В таком случае необходимо отправиться в мир людей и решить проблему собственноручно. На простые задания он посылал своих подчинённых.

И вот уже спускался по каменной лестнице вниз, дабы понять, в чём дело.

Непохожа машина ни на одно из человеческих сооружений. Она занимала почти целую комнату, располагаясь буквой П по трём стенам. Уровень тревоги показывал световой детектор, отображая градиент от зелёного, то есть нормального состояния, до красного, возвещающего о грядущих катастрофических последствиях для всего баланса. Но последнее возможно только в том случае, если человечество окажется на пороге полного уничтожения.

Сейчас она едва ли отдавала оранжевым, значит, дело пустяковое. Проблема в том, что некий выдающийся музыкант через семь часов окажется там, где не должен быть, из-за этого столкнётся с группой беглых заключённых, вследствие чего погибнет. Он ещё не завершил свою миссию на Земле. А этих бандитов, в свою очередь, должен сбить грузовик на большой скорости, когда они не глядя выбегут на проезжую часть, но из-за того, что они отвлекутся на музыканта, этого не произойдёт.

Вопрос решается минут за пять, можно послать хоть новичка, но так не хотелось возвращаться в мрачную комнату, где поджидал художник. Да и не лишним было бы удостовериться, не проникли ли к людям твари.

Нерон всё это время внимательно наблюдал за хозяином.

– Чего ты сверлишь меня взглядом? Прогуляться, думаю.

Лев склонил голову на бок. Он не понимал словесной речи, но всегда делал вид, что внимательно слушает.

– Когда вот мы в последний раз в человеческом мире были? Во время Второй Мировой?

Нерон рыкнул будто бы в знак согласия.

– Много, наверно, поменялось…

Лев никак не отреагировал, вместо этого позвал уже пойти обратно наверх, не по душе ему замкнутые пространства.

– Да-да. А ты дома посиди. По-любому тебя какой-нибудь вкуснятиной накормят.

Услышав слово «дома», зверь ненадолго расстроился, а потом умчал куда-то прочь. Скорее всего, развалится в своей лежанке напротив камина и будет безмятежно дремать.

Юро же направился к своему старому другу, доктору Хосе, но все звали его просто Док, наверняка ему самому так уже намного привычнее. Подлечит царапины, и можно очень заранее выдвигаться.

Стоит заметить, что он является самым надёжным и грамотным врачом на весь этот мир, и у простых существ язык бы не повернулся перейти грань формального общения.

Правда, посещаемость у него низкая. Редко здесь жалуются на недуги, да и заболевания весьма специфические. Всё-таки чаще требуется психотерапевт.

Связано это с продолжительностью жизни. Пускай и период взросления у здешних обитателей куда более длительный, чем у людей, но рано или поздно наступает зрелость, осваиваются все необходимые и желаемые навыки, а затем неминуемо наступает скука. С ней приходится учиться бороться и находить новые стимулы жить, а не существовать.

Медицинское учреждение Дока находилось близко от дома Юро. Постройка совсем небольшая, доктор работал там один, смысла не было кого-то нанимать.

Открыв дверь, хранитель шагнул за порог, и зазвонил колокольчик, возвещающий о посетителе. В белый, пахнущий спиртом, стерильный коридор выглянул Док – маленький седовласый мужчина с большим носом, лицом, покрытым морщинами, ростом чуть выше четырёх с половиной футов; он постоянно носил халат в пол, отчего был похож на привидение.

– Заходи, – говорил он, уже скрывшись в кабинете.

Юро проследовал за ним и оказался в небольшой белой комнатке с примечательным столом, заваленным какими-то бумагами, в которых вечно копошился Док, а напротив два кресла. Помимо них здесь стоял стеллаж в потолок с мензурками и пробирками, наполненными жидкостями разных цветов, а рядом стремянка и лаборатория на колёсиках. По левую сторону комод с наиболее популярными препаратами и раковина с зеркалом. Справа кушетка и ширма.

В большинстве случаев этого было достаточно, чтобы обеспечить лечение, но если случай серьёзный, то есть операционная, а помимо неё имеется палата для стационарного и амбулаторного лечения. На этом, пожалуй, список заканчивается.

Без предисловий доктор усадил пациента на кушетку, стёр салфеткой кровь, а затем его ладони засветились бледным зеленоватым цветом. Жжение проходило, на ранах моментально стала образовываться корочка. Для верности Док перемотал руку бинтом со спиртовой прослойкой.

– Что там стряслось? – обеспокоенно спрашивал он, закончив с лечением.

– Да нечисть умудрилась ко мне во двор залезть.

– Странно. Куда ж Эирин смотрит!

– В бутылку.

Док цокнул, но никак не прокомментировал.

– Она ещё не заходила? – спрашивал Юро.

– Нет, но должна скоро явиться.

– Я тут подожду?

– Для этого есть улица.

– Как скажешь.

Юро перебрался с кушетки в кресло и по-барски развалился. Док настолько увлёкся чтением, что даже этого не заметил.

Бросилась в глаза пиала на его столе, наполненная странными конфетами. С виду просто белые шарики, облепленные кокосовой стружкой в фантике с нарисованной красной лентой. Юро потянулся, чтобы незаметно стащить одну, но доктор шмякнул свёрнутыми бумагами ему по руке.

– Ну-ка брысь! Это моё.

– Да я одну хотел…

– Ты почему ещё здесь?

– Где ты их достал? – продолжал он, игнорируя вопрос.

– Коллега у людей купил.

– Чего-то не припоминаю таких.

– Ещё бы, сидишь тут как затворник. Производят их почти шестьдесят лет.

– Понятно… Я как раз думал в мир людской наведаться.

– Серьёзное что-то? – Док даже оторвался от чтения.

– С одной стороны, любопытно просто, что да как, с другой – не мешало бы узнать, насколько обострилась проблема с нечистью.

Внезапно раздался какой-то грохот, а затем отворилась входная дверь. Ещё бы чуть-чуть, и она врезалась ручкой в стену. На пороге кабинета показался долгожданный посетитель.

Девушка среднего роста с длинными каштановыми волосами, хищным взглядом с радужкой красного цвета и измученным выражением лица. Это и есть Эирин. Ещё один из трёх хранителей. Она отвечала за грань между смертными и бессмертными, в том числе и за то, чтобы твари не пересекали барьер. По совместительству – подруга детства.

– О, и ты тут, Десятый, – обратилась она к Юро.

Его имя буквально означало «десятый», да и родился он десятого октября.

– Угу, к счастью, не сожрали, – он говорил это в шутку, но серьёзный взгляд намекал, что дело нуждается во внимании.

– Кто посмел?

– Представляешь, нечисть.

– Слабак! – от своего же собственного крика она схватилась за раскалывающуюся голову.

– Чисто к слову, её там не должно было быть. Это не первый раз. Вчера они устроили дебош на улице, сегодня у меня во дворе, завтра где?

– Какая разница? Укокошим и дело с концом.

– Юро прав, – заговорил Док. – Если они нашли способ пересекать барьер, стоит отнестись к проблеме с бóльшим вниманием.

– Куда им! Они ж тупые.

– Тогда дела обстоят ещё хуже, – констатировал Юро. – Если так, то у нас под боком завелась крыса. Уж лучше пусть обзаведутся интеллектом.

– Ой, всё, потом разберёмся, – съехала Эирин. – И вообще, ты чего здесь сидишь?

– Тебя жду. Вообще-то ты сегодня поздновато.

Кажись, её малость задело, что место, где её могут поджидать, – больница.

– Эй, вообще-то я здорова как бык. – Она прошлась и театрально села в кресло, приставив ладонь ко лбу. – Только вот башка раскалывается.

– Может, это знак, что не надо каждый вечер торчать в баре?

– Но почему? – Она залезла коленями на кресло, опёрлась обоими локтями на подлокотник и уставилась на Юро, внимательно слушая аргументацию.

– Как минимум потому, что я за тебя делаю твою работу.

– Ну справляешься же?

– Как сказать. Отправить пару тварей на тот свет – пустяк, но полное решение подобных вопросов совсем не мой профиль. Займись уже этим. Я не могу мониторить нечисть круглые сутки.

– Не грузи. И так башка болит.

– Слышал, Док, дедовщина, беспредел, да и только.

– Не втягивайте меня в свои распри! Эирин, ты уже сама знаешь, где какие таблетки взять.

– Как же забота о пациентах? – возмутилась она.

– Ты мне платишь за приёмы?

– Своим безмерным очарованием и великолепием.

– Видимо, ещё скромностью, которая так красит женщин, – выдал Юро.

– Мне это боком каждый раз выходит, – сказал доктор.

– Как? – удивлялась Эирин.

– Например, именно это кресло мне только сегодня вернули из ремонта, – он указал на место, где она сидит. – После того, как ты на нём театрально упала.

– Ну не всегда же так… – засмущалась она, а затем перевела взгляд на пиалу. – О, конфетки! – и потянула к ней руку.

– Эй, не трожь!

Юро, пользуясь моментом, успел утащить одну.

– Отдай! – Док выбежал из-за стола, грозно махая скрученными бумагами.

– Не злись, я тебе ещё принесу.

Он вроде бы успокоился.

– Это ж вроде из людского мира? – уточнила Эирин.

– Угу.

– И она очень хочет пойти с тобой, – буркнул доктор. – Найдите себе экскурсовода и дайте мне полгодика спокойно поработать.

– Нетушки, обойдусь, что там делать-то? – отказалась она.

Юро лишь пожал плечами, догадываясь, что твари могли добраться и до людей. Но затем сделал глубокий вдох и выдох. Решил не развивать дальше спор, который, скорее всего, ничем не кончится.

– Экскурсовода, говоришь… – он поднялся с кресла и лениво потянулся. – Спасибо за прикольную мысль.

– И ты собрался бросить меня здесь с моим дурным самочувствием? – драматизировала Эирин.

– Вообще-то до вечера время ещё есть.

– Бар?

– Нет.

– Ну тогда…

– Нечисть всё ещё бродит по улицам. Мы пойдём их кромсать, пока кого-нибудь не сожрали.

– Окей, окей. И где вообще шляются мои бездельники?

Она имела в виду своих подчинённых.

Вопрос так и остался висеть в воздухе, которого у Дока стало намного больше, когда ушли эти двое. Не хранители, а мигрень сплошная, думалось ему. Но на самом деле, несмотря на свою характéрную сердитость, он был рад их видеть.

Идя по улице, Эирин внимательно смотрела по сторонам и крутила в обеих руках кастетные ножи, потом вдруг спросила:

– И что это вдруг тебя людишки заинтересовали?

Юро не хотел дальше давить на тему с нечистью, мол, на сегодня хватит. Озвучил одну из других причин:

– Отчасти это просто предлог, чтобы смыться от художника. Сварганил какой-то склеп и сказал: «Сиди тут неделю».

– Соболезную. И надолго покидаешь нас?

– Без понятия. Гляну хоть одним глазком, что они там понастроили.

– Да-да. Тут вспоминаются анекдоты про короткую дорогу или «ушёл за хлебом и не вернулся».

– Так и передай этому живописцу, если спросит.

В ответ она лукаво сощурила глаза и хихикнула. Это с вероятностью в миллион процентов означало, что по возвращению стоит ожидать какого-то подвоха.

Первая нечисть показалась только под вечер, пришло время откинуть разговоры и заняться делом.

Глава 2: Амели

Тем временем.

Мир людей.

Амели вздохнула, убирая скрипку в футляр. Сегодня выдалась тяжёлая репетиция, но она была довольна результатом. Близился день выступления. Впервые оркестр под названием «Мелодия ночи», в котором она играла, пригласили дать концерт в крупном зале. Их было всего двенадцать человек, включая её саму, да и профессиональным пиаром никто не занимался, так что это можно было назвать большим достижением. Сейчас приходилось много работать, но все понимали, что это только начало.

Она накинула летнюю куртку и была готова уходить.

– Хочешь в пиццерию съездим? – спросил молодой человек, играющий на фортепиано.

– Нет, я не голодна.

– Ты всегда так говоришь.

– А ты всегда спрашиваешь.

Попрощавшись с остальными, она вышла на улицу. Закончили они сегодня позднее, чем обычно, успело окончательно стемнеть. Августовский вечер выдался прохладным, зато небо какое ясное, ни облачка. Жаль, что огни города затмевают звёзды.

Постояв немного на парковке, Амели обернулась назад. Ребята, звонко смеясь, толпились в нескольких футах от неё. Она поспешно села в автомобиль.

Нет, ей, несомненно, было приятно общество членов оркестра. Дружные люди. Свезло познакомиться полгода назад, и особенно грел душу факт, что музыку они пишут на основе её раннего сольного творчества. Стоит заметить, что с этого дня и их музыкальная карьера пошла в гору. Наверняка, каждый из них был свято уверен, что пригласить её в «Мелодию ночи» было одним из самых правильных решений.

Но Амели машинально глянула на браслет, отслеживающий работу сердца. Она должна была носить его постоянно, потому что страдала редким неизлечимым недугом. Врачи говорили, что проживёт ещё самое большее лет десять, даже при условии, что будет строго следовать их указаниям и не станет сильно нервничать.

Гаджет служил постоянным напоминанием о том, что не суждено ей однажды дойти до верха карьеры и стать первым скрипачом крупного оркестра. Мечта о счастливой семье тоже казалась далёкой и несбыточной. Время ощущалось так, будто бы часы били стрелками в такт, отмеряя каждую минуту.

Иногда это вгоняло в отчаяние, но порой чувствовалось как свобода. Вернее, она старалась себя всё больше в этом убеждать, чтобы не потерять вдохновение. Ни будущего, ни привязанностей, ни обязательств, лишь дорога, ведущая неумолимым шагом к обрыву. Так почему бы не брать от неё максимум?

Доехав до субурбии внутри города, Амели начала поворачивать на улочку, ведущую к её дому, и заметила знакомый силуэт с букетом у ворот. Он повернул голову в её сторону, но она успела сделать сдать назад и скрыться за углом соседского дома.

«Как же достал!» – думала она.

Тем временем мачеха с отчимом сидели в гостиной и баловались дорогим вином. Их силуэты в не задёрнутом окне так и кричали на всю улицу об их благополучии. Правда, мимика и жестикуляции были наигранными. Будто специально уселись на самую видную точку и играли никому не нужный спектакль.

Амели приложила ладонь ко лбу, не решаясь выйти из машины. В этот дурдом возвращаться не хотелось, больно уж раздражали все эти люди. Давно бы съехала, если не вляпалась с ними в совместную аферу, которая переросла в шантаж.

Стало невыносимо тошно от одной лишь мысли, как она выйдет из укрытия, встретится с надоедливым кавалером, а затем они войдут в дом, где будут за большим столом, полным всяких изысков, обсуждать, как было бы здорово, если бы его семья подписала кучу невыгодных партнёрских бумаг.

В довесок к мыслям телефон звякнул, и на экране высветилось сообщение от мачехи: «Я вижу, что ты там, дрянь неблагодарная! Флориан, между прочим, ждёт».

– Пф! Пошла ты! Пусть хоть до утра ждёт!

Амели решительно отъехала ещё дальше, развернула машину и вдавила педаль газа в пол. Гнала прочь, пока кто-нибудь в очередной раз не обанкротился, набивая карманы её приёмной семье. Прикинула, что сегодня остановится в отеле, а завтра что-нибудь придумает.

«Будь что будет. Хуже точно не станет», – думала она, ловя волну драйва. Хотя бы сегодня этот кошмар её минует.

Браслет пиликнул, уведомляя об опасно учащённом сердцебиении. Нужно было срочно расслабиться, иначе может выйти боком.

Амели собралась, сосредоточилась на дороге и поехала в любимый лесопарк. Она часто гуляла там днём. В светлое время суток там оживлённо, но вечером лучше вглубь не заходить. Вокруг только лес и ни души. Разве что можно встретить редких велосипедистов и бегунов, которым тишина только в радость.

Предположила, что ничего плохого не случится, если прогуляется с краю.

Стоило только выйти из машины, как мозг снова отключился. Амели не сильно противилась, наоборот, позволила себе расслабиться, чтобы унять сердцебиение. Вставила наушники в уши и выкрутила звук на максимум. Поймав нужную волну настроения, погрузилась в поток сумбурных мыслей, которые проходили сквозь сознание.

Успокоившись, с улыбкой огляделась и с беспокойством осознала, что зашла достаточно глубоко в парк, где освещение становилось реже, а если пройти ещё полмили, начнётся сплошной лес. Где-то вдалеке залаяли собаки. Бродячие стаи часто сбивались в малолюдных местах.

По спине пробежал холодок. Недолго думая, Амели быстрым шагом направилась в сторону цивилизации. Почти перешла на бег.

Сердце снова заволновалось. Меньше всего ей хотелось в один день нарваться на каких-нибудь пьяниц, у которых не пойми что на уме.

Над массивными кронами пронеслась стая птиц. Они взмыли вверх из чащи, как будто испугавшись чего-то. Вдруг впереди, примерно на десять часов, послышался треск веток и болтовня со стороны лесной черноты. Девушка замерла на месте, не зная, бежать дальше к выходу или развернуться назад.

Спустя считанные секунды на освещённую тропу вышло четверо крепко сложенных мужчин, окончательно преграждая самый разумный путь отступления. Их глаза, по-видимому, ещё не привыкли к свету. Не обращая внимания на окружение, они продолжали свой разговор. Амели вжала голову в плечи и отступила на шаг. До её острого слуха долетело несколько фраз.

– Отсюда доберёмся до какой-нибудь дыры и заляжем на дно.

– Оттянуться бы напоследок.

– И не говори. Бабу хочу.

Амели, поняв, что дело плохо, бесшумно попятилась назад, а затем развернулась и быстрым шагом направилась в противоположную сторону.

– Опа! – Протянул один из них, увидев девушку. – Сегодня очень хороший день!

Один из них двинулся следом за ней.

– Эй, погодь, давай познакомимся.

– Братух, ну ты чего? И так по уши в дерьме.

– Да ладно, кто здесь спалит-то?

Голоса за спиной стихали, девушка маленько выдохнула. «Лишь бы отстали…» – повторяла как мантру в голове.

Надежды разбились в пух и прах, когда снова послышались шаги. Сначала вперёд остальных вырывался один, затем его догнала вся группа. Нутром ощущала четыре пристальных взгляда, сверлящих затылок.

– Куда ты? Пойдём с нами гулять! – крикнул тот неадекватный.

– Ай, будь что будет, – согласился с ним другой.

Остальные, выругавшись, прекратили попытки вразумить дружков.

Амели старалась идти вперёд и не оборачиваться, но чувствовала, что ситуация становится предельно опасной.

Сковал страх, да не простой, а как будто первородный. Всё нутро кричало, что нужно срочно спасаться. Она понимала, если и дальше не предпримет никаких мер, продолжит их игнорировать, случится что-то ужасное. Это осознание придало сил, и без предупреждения она побежала что есть мочи. А эти бугаи за ней. Лишь кричали вслед что-то вроде «стой», «всё равно не сбежишь».

В беге она действительно не сильна, по прямой дороге дистанция между девушкой и преследователями стремительно сокращалась. Выбора не было. Амели резко свернула в тёмный лес и всё сильнее удалялась от источников света. Назад она не оборачивалась. Боялась врезаться в дерево или споткнуться о корягу в потёмках. Судя по звуку, мужчины не отставали. Их как будто ещё больше заводили её попытки скрыться.

Амели старалась бежать хаотично, но в то же время не терять направление в сторону города. Если удастся оторваться хотя бы ярдов на семьдесят, то её потеряют из виду. А там засядет в каком-нибудь овраге и переждёт опасность.

Несмотря на все свои попытки, она окончательно сбилась с дороги, уже не понимала, в какой стороне цивилизация.

Дыхалка подводила, каждый вздох раздавался ядрёным жжением в области груди. В ушах стучало и звенело. Ещё и браслет постоянно пиликал. Девушка швырнула им в одного из преследователей. И секунду выиграла, и так шуметь перестала. Она пыталась не сбавлять темп, но, судя по приближающимся шагам, выходило у неё это плохо.

Время замедлилось, отмерялось ударами сердца. И вот она почувствовала, что ей уже дышат в спину. Амели обернулась. Один из бугаёв уже протянул руку, чтобы вцепиться в одежду. Она успела только взвизгнуть, как перед глазами пролетела синяя вспышка. На несколько секунд зажмурилась, ожидая худшего.

Раз, два, три… До сих пор ничего не произошло. Открыв глаза, Амели увидела, что мужчина так и замер с вытянутой рукой в паре дюймов от неё. Его маленькие зрачки в круглых глазах бешено катались в разные стороны, в попытке понять, что происходит. Девушка почти что вздохнула с облегчением, но замерла, увидев поодаль ещё один силуэт.

– Это вы, пятеро, мне баланс ломаете? – высокомерно спросил он, привлекая к себе внимание. Ответа не последовало.

Некто полностью чёрный, одетый в мантию практически в пол и с косой на плече, пристально рассматривал застывшую картину. Лишь глаза светились в тени большого капюшона.

Этот человек, нет, что-то внутри кричало, это точно не человек… Во взгляде, жестикуляции, ауре было нечто хищное, куда более опасное и устрашающее, чем все эти мужчины вместе взятые, которые как по волшебству превратились в живые статуи.

Под их ногами струилась тёмная дымка, раз от разу отливающая синевой, подобно грозовому небу с молниями где-то в глубине облаков. Запахло дождём, но ни одна капля не сорвалась с неба.

Незнакомец игнорировал Амели. Она отступила на пару шагов. Это и привлекло его внимание. Теперь девушка полностью могла рассмотреть тёмно-синий взгляд, который так сильно выделялся на фоне черноты леса, что даже ослеплял.

Продолжила пятиться, готовясь развернуться и броситься бежать, но нога предательски за что-то зацепилась.

– Эй, стой-стой! – прокричал он, выставив руку перед собой, но ничего не успел сделать.

Амели плюхнулась на землю, и в этот же миг голень пронзила острая боль. Она вскрикнула. По звуку не понять, не то от боли, не то от блаженства. В порыве паники сама не придала этому значения. Потянулась к ноге, которая оказалась мокрой. Судорожно пыталась рассмотреть в потёмках, в чём теперь её ладонь. Безуспешно.

От любого движения конечность отдавала импульсом острой боли. Наощупь Амели обнаружила острый сук, торчавший из массивной коряги на земле, о который так не вовремя поранилась! Ладно хоть он не застрял внутри раны.

Она огляделась. Преследователи так и не шелохнулись с места. Они были в ещё бóльшем ужасе, чем девушка. У незнакомца промелькнул блеск беспокойства в глазах. По крайней мере ничего мерзкого или угрожающего. Это малость вытрезвляло. Паника начала откатывать, но сердце продолжало бешено колотиться и ныть. Трудно было дышать.

– Спокойно, не дёргайся, – размеренно говорил неизвестный. – Посиди так две с половиной минуты, я сначала с этими закончу.

– Домой хочу, – само собой вырвалась фраза, но Амели тут же осеклась.

В тот дом ей точно не хотелось.

– Если не оказать первую помощь, ты умрёшь через пять дней.

В горле встал здоровенный ком, Амели не могла ни пошевелиться, ни ответить, просто продолжала смотреть, осознавая, что становится участником того, что никому не сможет объяснить. Даже боль отступила на второй план.

Неизвестный взглянул на часы и снова переключился на преследователей. Пафос и высокомерие, с которыми он явился, рассеялись без следа. Полагал, что ситуация полностью под его контролем, но это происшествие беспардонно вмешалось в его планы.

Она в этот момент даже немного успокоилась. Обстановка казалась слишком уж дикой, чтобы пытаться рационально мыслить. Решила принять это как данность. Будь что будет. Но всё же машинально отползла к ближайшему дереву и облокотилась на него спиной. Так казалось безопаснее.

Неизвестный не торопился предпринимать никаких действий, наоборот, чего-то выжидал, прошёлся и оперся спиной о другое дерево.

– Странный человек, – выдал он, видя, что Амели смирно сидит у дерева, и скинул капюшон.

Насколько можно было разглядеть, черты лица вполне людские. Кольнуло любопытство, кто он вообще такой? Из мыслей вырвал возглас:

– Пожалуйста, пощади!

К преследователям вернулся дар речи, и они по очереди стали умолять отпустить их.

– Да-да, мы впредь будем сидеть ниже травы.

– Если тебе нужны деньги, достанем сколько скажешь.

Незнакомец устало вздохнул.

– Время идёт, а людская суть не меняется.

– Мы изменимся и честно станем хорошими.

– Захлопнитесь уже, – отрезал он и снова взглянул на часы. – А ты, собственно, чего ночью в лесу делаешь? – вопрос был адресован Амели.

Она склонила голову на бок. Если проигнорировать дискомфорт, из всех прочих чувств преобладало любопытство.

– Так… вышло, – единственное, что ей удалось из себя выдавить.

– Да не боись ты так, я только за этими.

Не сильно обнадёживало.

Дождавшись нужного момента, он быстро, подобно молнии, мелькнул между каждым из мужчин, отсекая что-то невидимое в области солнечного сплетения. Он абсолютно точно даже не задел ни одного из них, но все четверо как один бездыханно рухнули наземь и больше не подавали никаких признаков жизни. Вместе с этим рассеялась и дымка.

– Вот и всё. Делов-то. – Он откинул косу, после чего она растворилась в пространстве, и отряхнул руки. – Так, теперь ты.

Амели, видя четыре, по всей видимости, трупа и слыша подобные слова, ещё сильнее вжалась в дерево.

– Что с ногой? – спрашивал он, садясь рядом на корточки.

– Н-не знаю.

На его пальце появился яркий шарик, и одного взгляда на глубокий порез, тянущийся вдоль всей голени, хватило, чтобы понять – дело нешуточное.

– Ё-моё, что ж за день такой? – сетовал он, постукивая пальцами по колену.

– Абсолютно ненормальный.

– Вот-вот… Так, я, собственно, не медик и без понятия, что с тобой делать. Пойду спрошу у специалиста, а ты ни с места, ладно?

Амели закивала, не имея никаких альтернатив. Секунды не прошло, как он исчез. Сидел ведь только что перед ней, а теперь остался лишь запах дождя, четыре трупа и чёрный лес. Блеск…

Девушка себя и щипала, чтобы понять, спит или нет. Поняв, что это происходит наяву, стала прокручивать в уме, не ела ли она сегодня ничего галлюциногенного. Может, родня с утра подлила в стакан чего не того?

Обдало резким порывом ветра с запахом скорой грозы, рядом хрустнула ветка, и вот юноша снова сидел перед ней. Одной рукой обиженно потирал ухо, будто ему только что досталось, во второй держал маленькую склянку с неизвестной светло-зелёной пылью, которая ярко переливалась в темноте. Выглядело токсично.

– Так, эту дрянь я знаю, к ней обычно прибегают, когда нет возможности для более длительного лечения. Предупреждаю, она жжёт хуже спирта и будет адски больно, зато наутро встанешь как новенькая, – слишком уж задорно это прозвучало из его уст. Даже несмотря на смысл слов, мягкий бархатистый голос успокаивал и придавал уверенности, что всё будет хорошо. – Есть второй вариант – просто отведу тебя в больницу, но врачи могут начудить ещё хуже, вплоть до операции… А потом к скорой смерти.

– Очень жизнеутверждающе, – сдавленно проговорила Амели. – Откуда знаешь?

– Я много чего знаю. – Он развёл руками, предоставляя выбор.

Потерпеть разок и больше не вспоминать или мучиться не пойми сколько, не ясно ради какого итога?

– Уж лучше скляночка. – Она трясущимся пальцем указала на чудо-лекарство.

– И я того же мнения.

Без предупреждения он опрокинул сосуд, и содержимое посыпалось на ногу. Эта пыль сама распределилась по ране, и в этот момент Амели не сдержала ни крика, ни благого мата, ни слёз. Жгло так, будто её окунули в кислоту, которая не растворяет плоть. Секунды тянулись, а адские ощущения не проходили.

Глава 3: Предложение

Спустя некоторое время удалось сделать вдох. Боль начала постепенно отступать.

– Уж извиняй, кто ж знал, что ты свалишься? – говорил он с виноватым, светящимся в темноте взглядом. Видя, что говорить она пока не в силах, продолжил: – Обычно я определённые вещи наперёд вижу, но ты человек странный. Стоило только устранить одну угрозу, как мигом нарисовалась другая. Обычно это так не работает.

– Как это понимать? – на выдохе сказала она.

Он пожал плечами.

– Просто принять как данность и лишний раз не обдумывать.

– Обнадёживает.

– Тебя как звать?

– Амели.

– Я Юро, ну или Десятый. Как больше нравится. Сколько пальцев показываю? – Одной рукой он показал знак «мир», на второй появился светящийся шарик.

– Четыре.

– Их всего два… – Он опустил голову и совсем поник.

– Ты же поможешь вернуться в город?

– Нет, конечно, брошу здесь и с чистой совестью пойду по делам, – в голосе слышался явный сарказм, какой бывает в конце безумного дня. Но всё равно не ощущалось ни капли раздражённости, даже несмотря на то, что она неуклюже нарушила его изначальные планы.

Он помог ей подняться, а затем забраться на спину. Побрёл в сторону города, сверля темноту нарочито отрешённым взглядом. Для Юро, смотревшего на людей как на муравьёв, подобная сцена казалась абсурдом. Но бросить беззащитного человека ночью в лесу рядом с трупами выглядело ещё более диким.

– Спасибо, – кротко поблагодарила Амели, пытаясь унять мандраж во всём теле и стараясь даже не думать о том, что прямо сейчас её по тёмному лесу тащит на спине абсолютно незнакомый парень.

Не будь бы ситуация настолько странной и критической, Амели бы уже давно забила тревогу. Стала перебирать возможные темы, чтобы срочно завести беседу, но Юро её опередил:

– Ты главное не проболтайся, ладно?

– Что в этом такого? Помог отбиться от тех гадов, подлечил и не бросил в беде. Я бы расценила это как подвиг.

– Это моя работа – следить, чтоб никто не помер раньше времени. Только и всего.

– Хорошо, я могила.

– Не накаркай больше.

– Ой! – она прикрыла рот рукой, будто и не говорила этого вовсе. Но тут вспомнила о главном: – Кто ты такой?

– Всегда один и тот же вопрос… Ну хоть не «что», спасибо и на этом, – пока он говорил, явно думал, как бы понятнее сформулировать.

– По виду… На картинках так жнецов изображают, которые за душами приходят, – ляпнула наугад.

– Ну… впрочем, и так сойдёт. Подожди, каких ещё картинках?

– В интернете.

– В «интер» чём?

– Эм… – Его неведение вогнало в ещё больший ступор. Долго она будет отходить от этой ночи. – Сеть всемирная, все ей сейчас пользуются, – объяснила Амели.

– Ё-моё, нельзя так долго дома сидеть.

После этих слов ненадолго повисла тишина. Магия, странное оружие, внезапное исчезновение, а затем появление, чудо-лекарство… Всё это мозг ещё не успел переварить и осознать. Но почему-то именно незнание, что такое интернет, заставило окончательно увериться в его нечеловеческом происхождении.

Кольнуло любопытство. Если перед ней и вправду смерть с косой, наверняка он знает ответ на её главный вопрос. Сомневалась, опасалась, что на самом деле получит ответ. Всё-таки решила, что ничего с этого не теряет.

– Сколько мне жить осталось?

– Извечная тема.

Он всё-таки взглянул на Амели вполоборота, блеснули глаза.

– Слушай, а ты уверена, что знать хочешь? – переспросил Юро на всякий случай.

– Да. Я понимаю, что не очень долго, но время рассчитать как-то надо.

– Два года тебе осталось.

– Настолько мало! Почему?

– А вот это уже секрет.

– Хоть скажи, от чего?

– Поверь на слово, это факт, который ты на самом деле знать не хочешь. Расскажу – шугаться начнёшь вполне конкретных вещей. Живи себе спокойно.

– Понятненько… Это точно правда?

– А зачем мне врать?

– Как-то дико всё это…

– Впрочем, логично.

Он на секунду высвободил кисть и щёлкнул пальцами, будто показывая фокус, и в этот момент перед глазами нарисовалось огромное множество синеватых нитей, по большей части ведущих в том направлении, куда они шли. Струнки переплетались и пересекались, словно утягивали взор за собой, приводили к случайным прохожим, внутри которых на непонятном языке виднелся текст и набор чисел. Как по волшебству, видение резко рассеялось, возвращая в реальность.

– Хочешь верь, хочешь нет, но ваш мир не так прост и однозначен. Он полон загадок и в то же время куда очевиднее и понятнее, чем люди склонны думать. Но это так, тебе почва поразмышлять.

В этот момент было совсем не страшно, наоборот, таинственно и увлекательно. В голове сам собой заиграл незнакомый мотив, оттолкнувшись от него, можно было написать целую композицию.

Она настучала его пальцами по второй руке, но резко прервалась, осознав, что больше не сомневается в увиденном и словах этого незнакомца. А значит, и заявление про два года тоже, скорее всего, правдиво.

Спрашивать больше ничего не хотелось. Всё стало до одури пресным и противным. Она была готова к скорой смерти, но хотелось пожить подольше.

Лес казался теперь лишь фоном. Вскоре совсем близко показалась полоса света. Вот-вот закончатся сплошные деревья и начнётся знакомый парк – находился он на небольшом холме. Спустившись вниз, перед глазами вырастут городские высотки. А дальше-то куда?

Если это всё взаправду, она не хотела больше возвращаться в тот дом ни на минуту. Отель так и не выбрала, а чтоб пойти хоть в какой-нибудь, нужно открыть карту и найти его. Так хотелось просто свернуться калачиком на лавочке и пролежать там до утра. Ещё и нога продолжала ныть.

Вот и показались знакомые асфальтированные тропы. Удалось через чащу срезать путь и выйти напрямую в более проходимый участок. Но даже здесь по-прежнему ни души, только шум города доносился издалека и собаки до сих пор лаяли.

– Спасибо, дальше я как-нибудь сама смогу… наверное, – сказала она, привыкнув к свету знакомой местности.

– Да ладно, я вообще-то тоже в город шёл.

«Пусть так, будет меньше соблазна остаться здесь». Она просто прилегла Юро на плечо и рассматривала знакомый парк. Так ещё отчётливее слышался запах грядущего дождя. Это магическим образом дарило чувство умиротворения.

В какой-то момент он резко остановился. Девушка не сразу поняла, осмотрелась вокруг. Ничего необычного, разве что с этого места кончались деревья и открывался вид на город. Массивные дома упирались в небо и переливались множеством огней. Даже отсюда слышался рёв дорогих автомобилей, рассекающих ночные дороги. Для неё это было обычным видом.

– Что-то случилось?

– Да нет, просто понастроили вы, человеки, муравейников… По рассказам они казались куда меньше. – Он завороженно рассматривал городской пейзаж.

– Ты про высотки?

– По всей видимости.

И тут как выстрел пронеслась в голове мысль. Что для неё является самым обычным делом, для кого-то другого может оказаться невиданным и удивительным. Будь то возможность пожить в отеле, когда не хочется идти домой, или играть на скрипке в оркестре, который за основу берёт её музыку, готовясь к крупному концерту. Даже эти два года кому-то могут показаться несказанной роскошью. Амели почувствовала себя виноватой за то, что всю дорогу мысленно ругалась на судьбу, сокрушаясь о времени, когда могла и не выйти из этого леса вовсе. Она заставила себя принять, что есть ещё целых два года на реализацию своих желаний. Просто медлить больше нельзя, унывать тем более.

– Ты всё ещё боишься? – снова заговорил Юро.

На самом деле руки тряслись от мандража, хотелось разрыдаться от пережитого шока, но она решила не выливать это на своего нового знакомого.

– Уже просто отходняк.

– Нехорошо, ладно, посиди пока здесь. – Он усадил её на крупный камень, а сам шустро подошёл к ограждению смотровой площадки и стал блестящими глазами вглядываться в город.

– Причём здесь страх? – не понимала Амели суть его расспросов.

– Я бы тебя домой отправил, но чем отвратительнее себя чувствуешь, тем выше вероятность, что пострадаешь от магии.

«Оно и к лучшему». Меньше всего сейчас хотелось оказаться в незнакомом помещении в гордом одиночестве. Оставалось лишь надеяться, что она не нагружает Юро своей компанией.

Никак не получалось отделаться от мучительного вопроса:

– Я ведь не от болезни умру, да?

– Угу.

Амели вздохнула и потёрла запястье, на котором всегда носила надоевший браслет. Даже обрадовалась, что он так и остался в том мрачном лесу. Она осмотрелась вокруг и как будто по-новому взглянула на знакомые места.

– Ещё раз спасибо за спасение. Понимаю, что ты просто выполнял свою работу, но всё же.

– Тогда пожалуйста, – отвечал он, не отрывая глаз от «муравейников».

Тут девушке стало любопытно дальше понаблюдать за его реакцией. Она достала из кармана смартфон и включила экран.

– У нас ещё телефоны есть.

Юро перевёл на неё взгляд и без особого воодушевления рассмотрел гаджет.

– А у нас похожие приблуды имеются, только работают они ещё и между мирами.

Он настолько спокойно и обыденно об этом рассказывал, что у Амели голова кругом пошла. Пожалуй, самый необычный день в её истории. Тут она мысленно снова вернулась к недавней ситуации.

– Правильно тех гадов в лесу оставлять?

– Не-а. – Он уселся на ограждение, лицом к ней. – Но рано или поздно кто-нибудь найдёт, а если нет, то их не хватятся, – прозвучало слишком уж беспечно.

– Откуда они там вообще взялись?

– От правосудия скрывались, но видно решили ретироваться куда-то ещё.

Дальше Амели сама сложила два плюс два. Вспомнила обрывки их разговора о переезде в город поменьше и удивилась, насколько совпадают факты.

– Ничего, что я живой свидетель?

– Сколько у тебя вопросов? Нормальные человеки должны кричать от ужаса и, если могут, спасаться бегством.

– Какой смысл?

– Впрочем, логично… Насчёт свидетеля, даже если кому-то сболтнёшь, тебе всё равно никто не поверит. Скорее покрутят пальцем у виска и запрут в дурдоме. А ты ведь хочешь и дальше играть на своей скрипке? Вот и будешь умным человеком, который держит рот на замке.

Он, заметив, что девушка более-менее успокоилась, был готов продолжить путь, но завидел два приближающихся силуэта в форме с собакой. У Амели полицейские вызвали лишь беспокойство, хотя обычно бывало наоборот. Но сегодня она даже не знала, что им можно говорить, если спросят, а что нет. Она глянула на Юро, а он тем временем с неподдельным любопытством рассматривал их форму.

– Добрый вечер, молодые люди, – поздоровался один из них, представился, а затем перешёл к делу: – Вы не видели здесь никого подозрительного?

У Амели встал ком в горле. Если они разыскивают тех гадов, то их и в убийстве обвинить могут!

– Не-а, – беззаботно ответил Юро.

Полицейские, глядя на реакцию девушки, усомнились. Один из них достал четыре плаката о розыске, на которых как раз таки были изображены напавшие мужчины. Оказалось, они недавно сбежали из тюрьмы.

– Мисс, они вам знакомы? – Она сглотнула слюну. – Если вам что-то известно об их местонахождении, пожалуйста, расскажите. По нашим данным, они должны быть неподалёку.

– Интересные у вас полисмены, – прокомментировал Юро.

– Прошу прощения?

– Вежливые такие. У нас по-другому… Моя подруга с подозреваемыми совсем не церемонится: сначала колотит, потом задаёт вопросы…

– Ну… – Амели развела руками, даже не зная, как это прокомментировать. – Не обращайте на него внимания, – заговорила с полицейскими. – Он набирающий популярность актёр. Так сказать, мастерство оттачивает и не выходит из роли. Мужчин этих мы не видели, но будем надеяться, что вы их поймаете.

Они подозрительно переглянулись. Юро поймал их взгляды и начертил в воздухе тёмно-синий символ, проговорил числа, похожие на координаты, и призвал их забыть эту встречу. Мужчины кивнули и направились дальше, их пёс довольно гавкнул и бодро завилял хвостом, глядя на хранителя, но затем поскакал вперёд полицейских.

– Удобно, – сказала Амели.

Он проигнорировал, призадумался и довольным голосом выдал очередную странную фразочку:

– А ты вообще-то подходишь!

– Для чего? – Изумилась девушка и даже малость растерялась.

– У меня есть к тебе предложение. Ты покажешь и расскажешь мне, как люди нынче живут, а я взамен устрою тебе кругосветное путешествие.

– В твоём случае на оформление виз уйдёт вечность, – скептично отвечала она, почёсывая макушку.

– Что это?

– Ммм… Разрешение на пребывание в другой стране.

– Не-а, чего не люблю, так это разрешения спрашивать.

– Нелегалам в лучшем случае грозит депортация, в худшем – срок.

– Да это ерунда. Чтобы кого-то посадить, сначала поймать надо. Человекам это не светит.

Она вспомнила, как он только что спровадил полицейских, и все сомнения в надёжности его суждения развеялись.

– Ладно… – Амели всерьёз задумалась. – Не знаю, мне вообще-то репетировать надо.

– Впрочем, не настаиваю, надумаешь, придёшь сюда завтра, скажем, до полудня. Опоздаешь, считай, поезд уехал.

– Я подумаю.

– А сейчас ты где живёшь?

– Нигде, – выпалила она первое, что пришло на ум.

Юро почесал затылок, такое заявление его явно озадачило.

– Сколько же всё-таки от человеков проблем.

– Я отель собиралась найти, – чтобы не терять время впустую, Амели уже скачивала приложение для поиска.

Долго выбирать она не собиралась, дождавшись загрузки, ткнула наугад в первый приличный, но не слишком дорогой, который попался на глаза.

– Вот здесь жить буду, – показала метку на карте.

– И ты прям совсем уже не боишься?

– Нет.

– Если врёшь, плохо потом станет.

Она задумалась, прислушалась к ощущениям, от страха не осталось и следа. Сердце уже так не колотилось, в холод не бросало от выступившей испарины.

– Честно.

– Тогда руку давай. – Он протянул ладонь. Амели посмотрела на неё с нескрываемым скептицизмом и в немом вопросе изогнула бровь. – Не боись, просто фокус покажу.

Она ещё немного поколебалась, но по итогу не стала больше докучать с расспросами, решила просто довериться. Помог ведь как-никак. Девушка ни о чём не успела подумать. Не прошло и секунды, как прямо перед глазами нарисовался именно тот отель, который она выбрала. Осмотрелась по сторонам и поняла, что сейчас находится на городской улице, а парк остался в нескольких милях позади.

– Как говорится, бывай, – сказал Юро.

Только она открыла рот, чтобы спросить о произошедшем, но его уже и след простыл, лишь прохожие косо озирались. Самое интересное, что она уже преспокойно могла стоять на двух ногах. Дискомфорт остался, но совсем не критичный. Амели вздохнула, сейчас ей оставалось только смириться, что ситуация совсем уж клиникой попахивает.

Глава 4: Решение

Номер оказался на удивление комфортным: чистый, светлый, просторный; вполне подходил, чтобы скоротать здесь какое-то время. Не сравним он был, конечно, с домом, в котором она провела последние четыре года, но зато свой уголок, пускай и ненадолго.

Вспомнив о приёмной семье, которая по совместительству являлась далёкой роднёй, она с ужасом потянулась в карман за телефоном. Сообщений от них было немало, пришли уведомления о пропущенных вызовах. Судя по времени, они звонили, когда в лесу сеть не ловила. Амели горько усмехнулась. Не хватились бы они её так, если бы Флориан у ворот не стоял, а его отец не был бы почти готов заключить с роднёй Амели контракт. Впрочем, сейчас это было неважно. Меньше всего её в данный момент волновали житейские разборки. Она бросила телефон на кровать и направилась в душ.

Приятные струйки тёплой воды успокаивали и приводили мысли в тонус. Она поймала себя на том, что прямо сейчас действительно всерьез размышляет о возможном кругосветном путешествии, вместо того, чтобы забыть произошедшее как страшный сон и вернуться к обычной жизни.

Не считая сделки с роднёй и оркестра, её здесь ничего не держало. А если учесть, что жить осталось два года, можно было махнуть рукой и на это.

Закончив с душем, она упала звёздочкой на кровать. Размышления подвели к завтрашней репетиции с оркестром. Она выпала по времени удачно на субботу, в этот день они собирались ранним утром. Так что будет возможность всё получше обдумать.

Безумно хотелось просто закрыть глаза, прогнать воспоминания дня прочь и забыться до утра, но оставалась ещё одна важная задача – дать о себе знать родственникам и предупредить о спонтанном решении. К ним она больше не вернётся, это уж точно. Для верности написала сначала сообщение, мало ли спят уже. Ответ пришёл спустя пару минут, а следом за ним раздался звонок от мачехи. Амели вышла на балкончик, чтобы не заснуть на ходу.

Первым вопросом было ни где она, ни всё ли хорошо, а с кем и зачем.

– Я одна в отеле.

– В каком отеле? К нам вообще-то в гости Флориан приходил.

– Именно поэтому я здесь и хочу поставить в известность, что больше не вернусь.

– Как это понимать?

– Вот так! Возьму и не приду, начну свою жизнь.

– Вот же ж… Знаешь ли, а кому ты обязана своим положением в обществе?

Амели горько усмехнулась. На самом деле ей в небольшом доме с родителями жилось в разы лучше, чем в этой золотой клетке. Толку от такого положения кот наплакал. Однако она не планировала вступать в спор с этой женщиной, потому как это бесполезная затея. Вместо этого парировала более весомым аргументом:

– Кому ты обязана тем, что семья Флориана стала вашим бизнес-партнёром?

– И где хоть капля благодарности? Мы тебя вообще-то на ноги поставили.

– Её было бы много, если бы я тебя интересовала хоть чем-то, кроме выгоды. Ты даже сейчас не спросила, всё ли хорошо, может быть, меня чуть в лесу не убили пару часов назад.

– Не неси-ка ерунды. Последнее предупреждение, если ты не…

– Я. Не. Вер-нусь, – отчеканила Амели.

– Ты об этом пожалеешь. Прибежишь ещё прощения просить. Дрянь.

После этого звонок резко оборвался.

Амели прошлась взад-вперёд, пытаясь унять дрожь от злости во всём теле. В первую очередь на саму себя. Два года! Ровно два года она терпела этот бред!

И ладно ещё год назад: тогда она только заканчивала старшую школу и ей с зарплатой официантки на полдня никто легально бы не сдал жильё. С роднёй жила, потому что эта перспектива казалась лучше, чем ночевать в палатке рядом с сумасшедшими в центре города.

Но потом в её жизни явно что-то пошло не так. Амели совершила величайшую глупость – вместо того, чтобы, закончив школу, молча съехать, продолжила участвовать в афере родни. Понимая, что она вот-вот может соскользнуть с крючка, они предложили ей немалые деньги, которые она планировала потратить на раскрутку своего творчества.

Тактика предельно проста: она должна знакомиться и влюблять в себя их потенциальных партнёров, инвесторов и постепенно усыплять бдительность бедолаг, чтобы они охотнее заключали контракты. По этому же договору за каждую успешную сделку Амели полагался процент.

Говорить не стоит, что пачек новеньких хрустящих купюр в руках она так и не подержала, зато ненароком позволила родне заиметь кучу рычагов давления. Например, оркестр. Им ничего не стоило бы разбить карьеру музыкантов в пух и прах. Но сейчас и до этого ей не было дела. Не было времени.

Амели гордилась в этой истории лишь одним: она умудрилась извернуться и не прыгнуть ни к кому в кровать, сохранив своё девичье достоинство для того, кто действительно будет того стоить. Сейчас лишь горько усмехнулась со всей ситуации.

Мысленно выругавшись, девушка села в соломенное кресло. Злость сменилась сожалением. Когда-то ведь всё было хорошо. Как у нормальных людей. Назло на ум пришёл эпизод из прошлого.

В этот день родители рано утром вернулись из командировки. Оба были репортёрами, часто разъезжали. На дворе стоял ясный воскресный полдень. С кухни веяло ароматом свежих тостов и яичницы с беконом.

Амели, разлепив глаза, всё пыталась свыкнуться с видом за окном. Ещё недавно они жили в Нью-Йорке, а теперь переехали в ничем не примечательный, развивающийся городок в штате Висконсин. Название девушке казалось настолько типичным, что она едва смогла его запомнить. Грин-хиллс. «Как ни странно» в честь хвойного леса на холме.

Родители говорили, что это по работе и надолго они здесь не задержатся. Амели охотно в это верила. Серьёзные журналисты, а расследовали какую-то мистику в местном лесу. Как аргумент за пребывание здесь у них был: здесь живут далёкие родственники, вот, мол, и будет повод с ними получше познакомиться.

Познакомились…

Амели прошла босыми ногами по разогретому солнечными лучами полу на запах яичницы и тостов. Волей-неволей на лице заиграла улыбка. Как бы ей ни была противна эта дыра, видя, с какой скрупулёзностью мать готовила ей завтрак после ночных перелётов, она никак не могла сверкать хмурым лицом. Совсем добило и заставило повеселеть предложение отца устроить вечер барбекю.

Всё было идеально…

Сразу следом за этим эпизодом вспомнился ещё один, который разбил приятные мысли вдребезги и заставил вернуться в реальность.

Дело было незадолго после этого доброго утра.

Амели, уже привыкнув к тому, что родители вечно находились не дома, самостоятельно собралась и закрывала дверь, чтобы направиться на остановку, куда приедет школьный автобус. И тут обнаружила припаркованный рядом с домом «Рендж Ровер». На передних сиденьях она разглядела фигуры уже надоевшей прагматичной родни, а на заднем был ещё кто-то, кого из-за тонированного стекла невозможно было рассмотреть. Двигатель ещё был заведён, значит, приехали они недавно.

Завидев девушку, эти двое буквально выкатились из машины. Охая и ахая, направились ей навстречу. Следом за ними шла женщина в официальном костюме. Новость, с которой они прибыли, шарахнула Амели как высоковольтный электрический разряд. Ей сказали, что её родители погибли в авиакатастрофе и теперь родня – её официальные опекуны. Самолёт столкнулся с чем-то, что пока не удалось опознать. Не то с огромной птицей, не то с крылатым вендиго. Родня резала правду-матку, не щадя, описывая все известные подробности в самых ярких красках.

Что было дальше, Амели не помнила. Проснулась на следующий день в больнице, куда её доставили с сердечным приступом.

С этого дня она буквально возненавидела гадов, которые прекрасно знали о её слабом здоровье.

Отмахнулась от мерзких мыслей, которые никак не хотели отставать.

Ещё более горько было осознать, что если бы не Юро, который новостью об оставшемся времени окатил, как ведром с холодной водой, сегодняшний день стал бы очередной ссорой с роднёй. Амели бы позлилась, да, выпустив пар, вернулась бы домой, боясь, что они испоганят то малое, чем она дорожила. Но сегодня она твёрдо решила, что не потратит на них больше и часу своей жизни. Чего бы это ни стоило.

Она положила тоненькую, светлую, как молоко, руку на металлические перила и прилегла, всматриваясь в город. Он вместе со своим миллионом ночных красок отражался в глазах Амели цвета индиго. Волнистые светлые волосы, стриженные немного ниже ключиц, продолжали щекотать, стекая вниз, где всё ещё можно было заметить проезжающие автомобили, смеющихся прохожих.

Играли привычные улицы особенную и чарующую мелодию ночи. Лишь она слышала её ритм и при желании могла бы превратить в полноценное произведение. Чего-чего, а талант и желание упорно трудиться у неё никто не отнимет.

«Не это ли одни из важнейших компонентов успеха? Тогда почему я до сих пор сижу здесь? Хватило ведь ума вестись на алчные манипуляции…» – думала Амели, коря себя за слабость.

Оказывается, каждый из прохожих внизу связан между собой незримыми для человеческого глаза нитями. «Как они переплетутся и где сольются воедино?»

Амели попыталась рассмотреть их вновь, но, конечно же, ничего не вышло. «А жаль, было бы занятно увидеть мир в новом свете. Все ли эти зеваки на самом деле люди? Может, множество невиданных созданий давным-давно слились с толпой, – любопытство теперь не давало покоя. – Удивительная ночь. Жаль, что мысли путаются».

Амели сама не заметила, как добралась до кровати.

Раздался телефонный звонок. Она открыла глаза, и комната оказалась вся залита солнечным светом. На экране смартфона высвечивалось имя одного из членов оркестра. Она не успела взять трубку, гудевший только что вызов стал пропущенным, коих набралось уже три. Репетиция была запланирована на семь утра, а сейчас уже половина восьмого.

Амели не стала терять время на перезвон, вскочила с кровати, молниеносно собралась и, выходя из отеля, уже заказывала такси. Коротко отписав, что скоро будет, убрала мобильник в карман.

Хоть и таксист ехал в нормальном, комфортном темпе, дорога ей казалась мучительно долгой. Она уже серьёзно опоздала и заставляла сейчас ждать целых одиннадцать человек. Амели считала каждый поворот, дорожный знак и разметку, но машина от этого быстрее не ехала.

Наконец добравшись до пункта назначения, она влетела в просторное, арендованное специально для общих сборов помещение. Ребята и девушки стояли, что-то бурно обсуждали, только увидев Амели, резко стихли. Взгляды у них были странные, то ли виноватые, то ли сожалеющие. На опоздавших смотрят по-другому.

– Извиняюсь, я забыла поставить будильник, – объяснилась она.

– Слушай, Амели… – заговорила девушка, считающая себя лидером.

Закралось недоброе предчувствие.

– Что-то случилось?

– Тут такое дело, сюда утром твоя мама позвонила. – Сразу стало ясно, в чём суть. – Она вкратце обрисовала ситуацию и предупредила, что, если мы будем тебя укрывать, то у нас будут проблемы.

– Вот зачем вы мне звонили.

– Да. Мы посовещались и решили: иди-ка ты сегодня домой, уладь свои семейные проблемы и приходи на следующую репетицию.

«Тупик!» – подумала Амели и с горечью сглотнула, чтобы не заплакать от обиды.

– Вот как… Но, знаете, я больше не вернусь в тот дурдом, – каждое слово давалось с трудом, приходилось делать паузы.

«По крайней мере, это не самый отвратительный исход», – успокаивала она себя. В душе посветлело хотя бы от того, что до оркестра родне дела нет. Стоит только шагнуть за порог, и можно выдохнуть с чистой совестью. Её проблемы их не коснутся.

– Тогда ничем не могу помочь, – лидер говорила это медленно, чеканя каждое слово.

Было видно, что ей и в самом деле жаль, но она рассудила, что найти нового скрипача будет проще, чем выкручиваться из крупных проблем с репутацией и карьерой в целом. Каждый разделял её чувства и мнение.

– Я тебя поняла, – печально ответила Амели.

– Но ты всё-таки приходи посмотреть концерт, – с надеждой предложил молодой человек, играющий на фортепиано.

– Это вряд ли.

Она не стала объяснять причин, как и тратить время на прощания. Это слишком грустно и обидно. Возможно, они пересекутся снова, но, скорее всего, этого не произойдёт, потому что Амели тянет билет в один конец.

Глава 5: Утренний кофе

Сейчас только восемь часов, до полудня ещё уйма времени, зато теперь она наверняка могла говорить об очевидности решения. Прóпасть на дно или неизвестность? Может быть, вторая окажется ещё хуже, но когда совсем темно и непонятно, свет вдалеке заиграет ярче солнца. Она его обязательно увидит, потому что есть ещё целых два года, чтобы исполнить свою мечту. Девушка сжала руку в кулак и пообещала себе, что на «Мелодии ночи» не сойдётся её мир и она непременно добьётся цели, просто иначе, а путешествие станет её новой музой.

Амели шла куда-то вперёд и набирала номер своего очень давнего друга Эйвона. Пожалуй, это единственный человек, кому она могла сама назначить встречу, – с другими людьми она избегала близкого общения, не хотела привязывать и привязываться.

Спросонья Эйвон что-то мямлил в трубку, но когда Амели предложила встретиться и позавтракать, сразу проснулся.

Их родители были коллегами. Познакомились ещё в Нью-Йорке и практически сразу снова встретились в Грин-хиллсе. Нашли себе здесь золотую жилу. Поэтому с Эйвоном Амели с самого детства дружила.

Было бы неправильно не уведомить его, что она собирается надолго уехать.

В выбранное кафе он мчал на всех парах, рассекая проезжую часть на велосипеде. Амели узнала силуэт ещё издалека и, насколько могла судить, его действия не очень законны.

Вообще, Эйвон гордо заявлял, что является предпринимателем и однажды его бизнес пойдёт в гору. Но, по-видимому, этого ещё не произошло. Пока что. Уж в этом Амели была уверена точно.

Он сразу заметил, что на её руке нет браслета. Девушка сказала, что просто потеряла. Вроде бы поверил и даже предложил помочь с покупкой нового, но она тактично отказалась.

Усевшись за столик и сделав заказ, Амели даже и не знала, с чего начать, поэтому по привычке заговорила о погоде, надеясь попутно увести беседу в нужное русло.

– Это, конечно, всё увлекательно… – перебил её Эйвон, – но выглядишь не очень. Ты точно хотела просто поболтать?

«Как открытую книгу прочёл». Ну или всё прямым текстом на лице было написано. Зеркала здесь не было.

– Буду знать, что помимо прочего, ещё и видок у меня так себе.

– Нет! Я не это имел в виду!

– Знаю я.

Дав понять, что это она несерьёзно, начала по порядку рассказывать о последних событиях, о семье, об оркестре. Разве что умолчала о происшествии в лесу и о том, что встретила там вместо рыцаря смерть с косой.

– Дела… Если нужна помощь или жить негде, только скажи.

– Нет, всё нормально. Я думаю в путешествие отправиться. Срочно нужна перезагрузка.

– Куда?

– Не знаю, но вообще-то неплохо было бы посетить Амстердам, Москву, Пекин… – Амели думала на ходу, собиралась и дальше перечислять.

– Так, подожди, подожди. Затея потрясающая, но подумай ещё. В одиночку по всему свету…

– Не в одиночку.

– Эм, я чего-то не знаю? – он как-то даже расстроился.

– Скажем так, я гидом нанимаюсь.

– Ты сама-то за границей толком не была. К тому же ситуация в мире сейчас неблагоприятная…

– Об этом не беспокойся, всё спланировано… – Амели осеклась, затем добавила: – Надёжно, как швейцарские часы, – в её словах слышалась львиная доля сарказма.

– Нет, не нравится мне это. Зачем нанимать гидом молодую девушку, которая не разбирается в туризме?

Логичный вопрос. Даже не поспорить.

– У всех свои причины.

– Да… после таких «причин» без вести пропадают.

– Вряд ли случится что-то плохое, просто всё куда запутаннее, чем кажется.

– Может мне поискать надёжных людей, которые организуют тебе безопасный тур?

– Не нужно, правда. Даю тебе слово, что вернусь целой и невредимой.

– Подробнее не расскажешь? – Амели отрицательно помотала головой. – Да уж… Но я всегда на связи, что случится, звони в любое время.

– Спасибо тебе, Эйвон.

– Не за что, – благодарность его немного смутила. На щеках выступил румянец. – Главное, в опасные авантюры больше не лезь.

Дальше разговор снова перетёк в более отвлечённое русло. Он делился своими новыми идеями и знакомствами, которые удалось приобрести. Амели по большей части слушала. Щепотка чего-то нормального, людского напоследок так грела душу.

Время летело незаметно, и, глянув на часы, у девушки волосы встали дыбом – уже половина двенадцатого! Отсюда до парка едва ли можно добраться за полчаса без машины, которая до сих пор благополучно припаркована… У парка!

– Упс… – Она вскочила с диванчика. – Я тебе потом деньги за завтрак верну, мне нужно срочно идти.

– Не стоит. Береги себя, главное… – Он бы продолжил свои напутствия, но её силуэт неумолимо приближался к дверям.

– Обещаю. Пока!

Амели вылетела на улицу. Времени заказывать такси прямо сюда не было. Она побежала в сторону дороги покрупнее и повторяла как мантру в голове просьбу, чтобы там нашлась машина.

Движение, к счастью, оказалось не слишком плотное, да и сразу несколько такси стояли на светофоре. Она напросилась к одному из водителей и убедила его за доплату поехать максимально быстро. Так уже шансы успеть были не нулевые.

В дороге она старалась даже не смотреть на часы. Умоляла, сама не зная кого, чтобы приехать вовремя.

Машина остановилась. На экранчике рядом с водителем высвечивалось, что сейчас ровно полдень. Всё-таки опоздала?

Амели, коротко поблагодарив таксиста, вылетела из автомобиля, дошла до своего, достала из салона скрипку и побежала вглубь парка. Чтобы добраться до того самого места, потребуется минут пять. Предстоит длительный подъём в гору.

Она не развернулась назад, лишь надеялась, что это не считается за опоздание, но заранее начала переживать, что, возможно, поезд уже уехал и шанс упущен.

По дороге Амели старалась максимально точно вспомнить нужный участок парка. Там заканчивались сплошные деревья и открывался вид на город, но где именно это было, она могла только предположить.

Заныло в груди и под ребром от продолжительной пробежки. Физическая подготовка была практически нулевая. Амели продолжала двигаться лишь на силе воли и ради возможности уехать отсюда как можно дальше.

Пробежав так вдоль всей тропы, она резко остановилась в точке, откуда начинается дорога в лес. Вроде бы это то же самое место, ночью оно выглядело совсем по-другому. Только вот, вокруг не было никого, кроме обычных прохожих.

Оперевшись на колени, простонала уныло и устало одновременно. Юро нигде не было. До того как она успела начать сетовать на свою рассеянность, откуда-то раздался голос:

– Вот это пунктуальность!

Амели вгляделась вглубь смотровой площадки с видом на город. Никого. Обошла по кругу густую зелень. Близ ограды, на большом камне в полулотосе сидел Юро, окружённый примерно тремя десятками бумажных стаканчиков с кофе разного размера из разных кофеен. Она победно сжала кулачки, благодаря судьбу за везение.

– Я польщён, – он положил руку на сердце, опешив от такой реакции.

– Я вроде как опоздала, – она присела на камень напротив.

– Разве? – он для верности взглянул на часы. – Прям ровно полдень. 12:00.

– Нет, я из такси только в это время вышла.

– Видимо, таксист куда-то торопится. Если бы мои часы отставали, то случилась бы катастрофа.

– Наверное… – Она вздохнула с облегчением, а потом снова взглянула на стаканчики и осознала: – То есть я могла и не лететь, сшибая прохожих и задыхаясь от жары?

– Это просто стечение обстоятельств. Оно либо случается, либо нет, никогда не угадаешь.

– Да-да… Настолько кофе любишь?

– Неа, я больше по чаю, но это что-то странное и новенькое. Раз пришла, присоединяйся к дегустации.

Только сейчас Амели заметила надписи на некоторых стаканчиках: корица, мята, карамель, зефир… Но ничего необычного для гурманов она не обнаружила.

– Чего тут «дегустировать»? – Юро окинул руками весь этот кофе. – Вредно, знаешь ли, столько кофеина за раз потреблять. Мне так его вообще нельзя. Стоп. Или можно?

– Я-то почём знаю? По крайней мере жизнь ты этим себе не сократишь.

А вот это уже звучало заманчиво. Лет пять назад Амели полностью отказалась от кофе и сейчас колебалась, нарушать ли давнее табу. Запах стоял отменный, больше сил сопротивляться соблазну у неё не было. Потянулась за латте. И вот невозможно было сказать, он остыл или изначально был холодным. Но это неважно, давно забытый вкус был приятен в любом виде.

– Тебе не лень было всё это покупать?

– Покупать?

– Даёшь деньги, тебе варят кофе.

– Это понятно. Но, думаешь, у меня есть ваши деньги? – Юро смотрел на неё так, будто спрашивала о чём-то слишком очевидном.

– И-и-и как тогда..?

– За красивые глазки. – Наверняка речь шла об очередных необъяснимых способностях, от которых голова шла кругом.

Так хотелось съязвить, ведь нехорошо людей обманывать, но глазки и в самом деле красивые. Взгляд совсем неземной. Настолько глубокий синий цвет встречался не чаще, чем легально купленная ламборджини в гетто.

– Ясно… Даже спрашивать дальше не буду. – Все мысли разом повылетали из головы.

– И правильно. А насчёт путешествия, можешь сама выбирать, куда, зачем и почему, мне в целом-то всё равно.

Амели вспомнила разговор с Эйвоном, тогда ей первым на ум пришёл Амстердам, она решила выбрать именно его. Юро лишь развёл руками, будто говоря: «Милости прошу».

От безмятежного времяпрепровождения оторвал возглас:

– Посторонись!

Некто с огромной корзиной для пикников за спиной мчал на велосипеде, сигналя прохожим. Донеслись неразборчивые вопли о сломанных тормозах.

Когда он проезжал мимо них, Амели с ужасом осознала, что гонщик сворачивает в их сторону, потому что кто-то упал на дорогу, пытаясь убежать.

Юро глянул на часы и, не отрываясь от своего кофе, поднял палец, на кончике которого образовался маленький синий шарик, как тогда в лесу; метнул магию под колесо велосипеда, когда молодой человек, сидевший на нём, скребя подошвой по земле, пытался войти в поворот, чтобы избежать прямого столкновения с Амели.

Торможение вышло резким. Велосипедист буквально перевалился через руль и, сшибая весь кофе, чуть не влетел лбом в ограждение смотровой площадки. Хранитель вовремя схватил его за корзину и поставил на ноги. Юноша постоял пару секунд с разинутым ртом, повернул голову, оглядывая спасителя, и, положив руку на сердце, заговорил:

– Спасибо… Спасибо!

– Будь здоров. Тебе жить ещё ё-моё сколько.

Велосипедист не унимался и буквально расплывался в благодарности. Юро его практически не слушал, лишь периферийным зрением наблюдал, как жертва отказа тормозов поднимала с земли свой велосипед и удалялась. Бóльшая часть внимания хранителя осталась у разбросанных стаканчиков, на сладкий аромат которых стали слетаться осы. Вскоре он поднял взгляд на Амели и несколько обиженно спросил:

– Да что с тобой не так-то? То зеки, то менты, то я, то велосипедисты.

– Мог бы просто с гордым видом насладиться двойной благодарностью.

– Это моя работа. Ни больше ни меньше.

– Неужто ни капельки душу не греет?

– У меня нет души. Так, к слову.

– А у меня есть?

Он коротко кивнул, а Амели продолжила:

– У меня есть просьба.

– М-м-м?

– Расскажешь побольше про этот другой мир, нити, магию и, наверное, ещё что-то?

– Зачем тебе это?

– Я свободный музыкант в активном поиске вдохновения. Помимо прочего, моя семья погибла при очень загадочных обстоятельствах, которые до сих пор не огласили.

– А какой мне с этого прок?

– Хм… – Амели вспомнила, что с недавних пор нет у неё ничего, кроме скрипки за спиной. Предложить-то нечего, но на ум пришла одна мысль: – Я напишу музыку по мотивам рассказов. Хоть про тебя самого.

– Прям про меня самого, да от выдающегося музыканта… Звучит интересно.

– Ты преувеличиваешь мои заслуги.

– Говорю, что знаю. Но не вздумай меня обмануть, человек.

– Вот ещё!

– Тогда договорились. Если у тебя нет желания дегустировать кофе с травы, предлагаю выдвигаться, – прозвучало это ужасно, но лёгкая искренняя улыбка на его лице явно говорила об отсутствии желания обидеть или задеть.

Она решила ответить с той же манерой:

– Мне показалось, что ты питаешь бóльший интерес к местным изыскам.

Амели в очередной раз скептически оглядела стаканчики кофе, которые хранитель теперь подбирал с земли. Она точно могла не торопиться. Но контраст даже забавлял, оттого решила поучаствовать в сборе мусора.

Новый странный день стартовал с не менее причудливых событий. Одно она понимала наверняка – это только начало.

Глава 6: Картины ярче снов

Всего один миг, и они уже стояли в центре Амстердама.

– Как удобно, – Амели сама не поняла, она только подумала об этом или сказала вслух.

– А люди на чём нынче путешествуют?

– На дальние расстояния обычно самолётом.

– Слышал, пассажирские лайнеры стали массовым явлением.

– Ага. К сожалению… Даже билеты через интернет купить можно.

– Чудеса-то какие. Понимать бы ещё, что это.

Юро решил отложить на потом вопрос о всемирной сети и переключил внимание на улочки, построенные в стиле голландского барокко. Вроде бы никаких излишеств, но обилие деталей заставляло скользить взглядом по всей окружающей композиции.

Амели, отойдя от резкой смены обстановки, тоже осмотрелась. Всё казалось ей новым и совершенно непривычным. Вместо обычных многоэтажек и хайвеев невысокие европейские домики. Будто картинка, вырванная из книжки со сказками. Люди неспешно проезжали мимо на велосипедах, которые теперь заставляли сердце вздрагивать, а пассажиры теплохода, плывущего по одному из каналов, вместо лицезрения пейзажей вылавливали пластик из воды.

Погода стояла прохладная, пушистые облака делали голубое небо объёмным. Влажный воздух предательски лохматил растрёпанные после пробежки волосы и заставлял их виться ещё сильнее.

Но даже несмотря на это прогулка приносила массу впечатлений. Чтобы это произошло, жизнь должна была в один день рухнуть до основания, совсем не оставляя пути назад. «Не зря решилась», – подумалось Амели, и она тут же подняла взгляд на идущего рядом Юро: «Немного вредный, но в целом кажется добрым. Надеюсь, поладим, иначе это будет катастрофа».

Несмотря на приподнятое настроение, осадок от общения с роднёй до сих пор оставался и ощущался очень остро. Два года она участвовала в гнусной афере, помогая водить вокруг пальца невинных людей с толстыми кошельками. Не могла она так просто выкинуть это из головы. Чувствовала себя законченным преступником, который до сих пор на воле и к тому же восторженно рассматривает доселе незнакомые пейзажи. Но, возможно, показывая неземному обитателю свой родной мир, она делает доброе дело. Сможет ли тем самым отмыться от грязи былых свершений?

Когда поутихло первое впечатление, фокус внимания снова вернулся к Юро. Сам он не торопился заводить разговор. Неспешно брёл по улочке, держа сцепленные в замок руки за спиной, и рассматривал город, сравнивая его с воспоминаниями в своей голове. Само воплощение загадки, которая одним своим существованием вызывала интерес.

– Красиво… – заговорила Амели.

– В целом неплохо. Правда, окружение не сильно изменилось с последнего визита.

– Давно это было?

Он начал считать на пальцах и только спустя несколько секунд ответил:

– Вроде бы в начале двадцатого века.

– Ох… – удивлялась Амели. – Ты вообще когда родился?

– В 1610-м, а что?

Она аж поперхнулась. «Нельзя ведь о таких вещах говорить настолько буднично!»

– Любопытно стало… Только и всего… Подумаешь, двадцатый век…

Он, не совсем понимая, как реагировать на её удивление, продолжил свою мысль:

– Но всё-таки здесь куда… чище и технологичнее, чем раньше. Например, видишь вон тех прохожих? – Юро указал на случайных людей. – Они бы показались своим предкам пришельцами. Те были одеты куда проще, толкали перед собой деревянные телеги. А эти бредут пёстрые с маленькими сумочками. Какая прелесть.

Амели ущипнула её собственная совесть. Вроде бы всё должно было быть в точности наоборот. Насколько бы любопытными она ни находила его воспоминания о прошлом, решила перетянуть инициативу гида на себя и стала спешно искать глазами что-нибудь, чего не могло существовать в начале двадцатого века. Такси! Новенький автомобиль с кучей электроники, где, скорее всего, будет играть популярная сегодня музыка.

– Как добросовестный и совсем не обнаглевший гид предложу ощутить на себе великолепие современного транспорта.

– Веди.

На мгновенье она обрадовалась, что выкрутилась из неловкого положения, но тут же спохватилась:

– Вообще-то не всё так просто. Если не ошибаюсь, здесь рассчитываются в евро. Придётся сначала сходить и обменять деньги.

– Ох, ё-моё, как всё сло-ожно… – протянул он, переводя взгляд на крупный водоём, по которому проплывал такой же автобус, только этот будто бы утопал наполовину в воде, а следом за ним шёл современный застеклённый водный трамвай.

– Это ещё что за хрень?!

Про второй Амели знала и как смогла объяснила, а вот первый она и сама видела впервые. Девушка достала смартфон, навела камеру, выполнила поиск по фото и стала зачитывать статью.

– Амфибус – это автобус-амфибия, разработанный и построенный тем-то, тем-то… – она понимала, что Юро это имя ни о чём не скажет. Да и ей в принципе тоже, – …в Неймегене, Нидерланды, который рассматривался как замена… – вдруг остро ощутила на себе пристальный ошарашенный взгляд и прервала чтение. – Ась?

– Ты чего только что сотворила, человек?

– Думала, тебя смартфонами не удивить.

– Ну-ка дай-ка сюда этот свой интернет, – Юро потянулся за телефоном.

Она резко убрала руку со смартфоном за спину, всецело осознавая, насколько же это запущенный случай и работа предстоит колоссальная.

– Во-первых, у нас принято обращаться к кому-либо по имени.

– И?

– И напомню, меня зовут Амели, а не какой-то там безликий «человек». Во-вторых, перед тем, как что-то взять, нужно спрашивать разрешения. В-третьих, будешь так высокомерно относиться к людям, они тебе ничегошеньки не расскажут.

– А ты в последнем точно уверена?

– По доброй воле наверняка! Принуждать людей тоже нельзя, у нас есть целый свод законов о правах и свободе человека. Создан он не просто так, а чтобы мы могли комфортно жить и, к примеру, строить честный бизнес, который ты утром понемногу разорял… – на этом месте она запнулась. Посчитала, что нелепо и дальше упрекать его за нечестность, когда сама не без греха. – Хочешь узнать о «человеках», попробуй пожить по-нашему. Так, говорят, информация лучше усваивается! – высказав всё, она выдохнула.

Юро продолжал смотреть на неё свысока, явно не понимая, с какого такого перепуга человек пытается его чему-то учить. Амели не сдавалась и не собиралась брать слов назад, наоборот, выставила руки по бокам, чтобы было демонстративнее.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.