Алексей Байкалов
Скиталец. Часть 2

Глава 1

Скит сидел на носу корабля свесив ноги за борт. В руках он держал удочку пытаясь поймать рыбу своему новому питомцу. Азалия бегала по палубе, играя с какой-то тряпицей. Коты всегда остаются котами, несмотря на размеры, а уж маленькие и подавно. Выпустить из мира своей души Лазурного барса Скит смог только прошлым вечером. Котенок окрепла, и ей уже ничего не угрожало. А вот к еде она оказалась очень прихотлива и отказывалась есть что либо, кроме свежепойманной рыбы. О том, что котёнку нужна именно рыба он понял, когда Азалия запрыгнула к нему на руки, глянула в глаза и мяукнула. И понимание само пришло в голову. Их общение не походило ни на что из того, что Скит себе мог представить. Это не было обменом мыслями или телепатией. У него в голове сам собой возникал ответ на заданный вопрос. Словно они знали друг о друге совершенно все.

– Ты так не поймаешь рыбу, – пробасил Бьёрн, – на удочку можно поймать только речную рыбу, в землях. А летучую рыбу могут только последователи Нув'Нсета поймать. Да и не удочка у тебя, а палка с нитью. Катушки и вовсе нету. Ты её сам что-ли сделал?

– Ага, – гордо кивнул Скит, – нашёл брусок в трюме и обточил придавая форму, нравится?

– Да у нас дети делают лучше. – жёстко припечатал северянин.

– Лучше моей никто не сделает, – не согласился Скит и дёрнул удочку.

Только сейчас Бьёрн обратил внимание, что леска подозрительно сильно блестит под лунным светом. Нить, оказавшаяся лунным серебром, втягивалась в палец Скита неся на себе рыбу. Рыба не висела на крючке, она была проколота гарпуном, сформированным на конце нити. Скит выдернул гарпун из бока рыбы и бросил её Лазурному барсу. Азалия накинулась на еду и утащила её в укромный уголок. Коты всегда коты, даже большие.

– Ты как её поймал, кэп? – удивленые глаза Бьёрна казалось выпадут из глазниц. – Знаешь сколько она стоит? Да её только самые богатые люди себе позволить могут, а ты ею кошку кормишь. – из-за бочки раздался недовольный мявк и Бьёрн исправился, – Благородного Лазурного барса.

– Поймал очень просто. – начал пояснять Скит, – Я не ждал, пока рыба клюнет, я просто проткнул её своим гарпуном. Лунное серебро подчиняется моей воле все лучше. А по поводу чем мне кормить Азалию, так она сама сказала, что хочет летучую рыбу. Это их рацион питания когда Лазурные барсы передвигаются между землями. Сама она ещё маленькая и не может бегать за бортом.

– Это кот, а не птица! Как она летать у тебя будет? – казалось, что от обилия новой информации которая нарушает устоявшиеся правила мира, Бьёрн точно потеряет глаза.

– Это барс, не оскорбляй её, пожалуйста. – начал говорить Скит, – Она очень ранимая, а если её обидеть, то сапоги свои ты надеть нормально уже не сможешь. И она не летает, посмотри под её лапы.

Северянин последовал совету друга и посмотрел под лапки Лазурного барса. Котенок не касался палубы. Под подушечками её лап образовывались небольшие облачка, и по ним она передвигалась.

– Интересно, – пробурчал Бьёрн себе под нос.

Скит отвернулся от Бьёрна и вновь закинул удочку за борт. Котенок ел несопоставимо со своими размерами, и сейчас грызла уже третью рыбу за полчаса, а ведь каждая рыба была больше по размеру чем сама Азалия в два раза. Видимо нахождение в мире души Скита повлияло на аппетит Азалии, ведь там она питалась только чистой энергией, нормальную пищу в душе Скита добыть невозможно.

Здоровяк ушёл, оставив Скита рыбачить в одиночестве. Скит же поддался воспоминаниям. Когда только они оставили остров позади и он скрылся из виду, Скит подошёл к монаху.

– Не расскажешь мне кто такой Энма? – не стал скрывать своего любопытства Скит и спросил напрямую.

Монах посмотрел на задавшего вопрос и тяжко вздохнул. Приложился к своей горлянке и не выпускал её довольно долго. После с глубоким уханьем отвёл горлянку ото рта и громко рыгнул.

– Это старая история. Точно уверен, что хочешь её услышать? – спросил Ву в надежде, что Скит передумает и ничего рассказывать не придётся.

– Чувствую, что это важно. – безапелляционно заявил Скит.

Ву тяжело вздохнул и начал свой рассказ:

– Это произошло давно. Энма, это моё старое имя. Я был маленьким мальчиком и работал пастухом, чтобы прокормить себя. Жил один, вместе с овцами которых же и пас. Родителей не было, а дом у меня забрали практически сразу после смерти отца и матери. Устроился пастухом к одному ублюдку и работал за еду, платить монетой он мне отказался, а других вариантов у меня не было. И вот в один день я не досчитался одной овцы в стаде. Я знал, что если не приведу к хозяину овцу, он меня выпорет так, что неделю сидеть не смогу. А если будет в плохом настроении, то и вовсе вором назовёт. А это лишение левой руки. В моих землях жестокие законы ко всем низшим слоям населения. – Скит слушал монаха не перебивая, сам рассказчик перебивался на очередной глоток вина из своей горлянки. – Поэтому я подумал, что надо идти искать овцу лесу, ведь ей больше некуда было пойти, а на равнине я бы её сразу увидел. Стоило мне зайти в лес и немного поискать её, как я понял, что заблудился. Тут мои слабые детские нервы сдали, и я расплакался. Я боялся того, что больше никогда не выйду из этого леса и дикие звери сожрут меня раньше, чем я умру от голода. А если и выйду обратно, то хозяин меня целым точно не отпустит. От этих мыслей меня взяла злость. Почему я должен умирать? Почему я должен страдать из-за тупой овцы, которая заблудилась в лесу, а из-за неё и я? Я встал и побрел в поисках выхода из леса. Так плутал я целых два дня, пока не нашёл выход. Только вышел я не там, где я хотел. Я вышел к храму. Храму Небесного Дракона. Как мне тогда казалось, я очутился других землях, настолько пейзаж вокруг отличался оттого, который я видел всю свою жизнь. – глаза монаха затуманились, он полностью погрузился в свои воспоминания. – Помню, как я замер, не понимая как я там оказался. Вся трава была строго одного размера, деревья выведены под какую-то только садовнику известную форму. И аккуратные дорожки из мелкой речной гальки. Я так растерялся, что не заметил подошедших монахов. "Здравствуй, мальчик. Не бойся, мы тебя не обидим." Начал мне говорить самый старший монах. "Меня зовут Такеши. Наставник Такеши. Ты смог найти дорогу к нашему храму, а значит ты достоин проходить здесь обучение."

– Подожди, разве ты не должен был сначала стать последователем Хоу Дзи? – перебил монаху Скит.

– Хоу Дзи испытывает желающих стать его последователем. – объяснил Ву, – Сначала ты должен был выйти к одному из его храмов. Они скрыты. Не просто не отмечены на картах, к ним невозможно выйти если ты не подходишь по духу Мудрому Хоу Дзи. И так я прошёл первое испытание, хоть и не стремился к этому, ведь мне нужна была только овца, чтобы отдать хозяину. Что я и сказал монахам, но на мой ответ они только рассмеялись. "Мальчик, ты сам не понимаешь как тебе повезло и как ты подходишь по духу нашему богу. Овца и не терялась, она находится вместе со своим стадом и пришла туда как только ты вошёл в лес". Я не поверил странном монаху. Откуда он мог знать, что происходит в стаде, когда мы так далеко от него находимся? "Я Патриарх этого храма. Мудрый Хоу Дзи мне говорит, о тех адептах, которые ему подходят. Не стоит тебе переживать, пойдём с нами. Мы тебя обучим и дадим место, которое ты сможешь назвать своим домом". Я пошел за монахом, и тогда я увидел Северный храм. Высокие белые стены и круглые крыши красного цвета. Крыши были похожи на шапки одного степного народа, мне как-то довелось их видеть. За стенами храма был огромный плац присыпанный просеянным песком. Там стояло много людей, и все тренировались выполняя слова своего учителя. Меня отвели в комнату и выдали одежду, похожую на ту, что носили все монахи.

Так пришло время второго испытания, я должен был показать, что моё тело так же крепко, как и мой дух. Я проходил тренировки в течении года, за время которого я должен был подготовить свое тело, чтобы Мудрый Хоу Дзи принял меня в свои последователи. Это был самый тяжёлый год в моей жизни. Первый месяц тренировки мне казались пыткой. Ночью в своей комнате я плакал в подушку, а с утра я рвал мышцы, чтобы не подвести своего учителя. И вот спустя год, я со страхом заходил в храм Хоу Дзи. Моё тело тряслось как тонкий побег бамбука на ветру. Я боялся услышать отказ, услышать что я слишком слаб.

В комнате посвящения возник свет. Спустя мгновение он сформировался в аватар Хоу Дзи. Божественное присутствие пропитало даже воздух вокруг меня. Я замер в ожидании ответа. Дрожать я перестал, и как тогда в лесу чувство злости за собственный страх выбило все эмоции из меня. Я был готов к любому ответу. Вот аватар Бога касается моей руки и растворяется, а на мне после его прикосновения проявляется рисунок. – Ву коснулся своей правой руки, где был изображён дракон. – А после этого дня все пошло как и весь прошлый год. Я просыпался вместе со всеми и шёл на тренировки. Нас обучали защите, говорили о ценности жизни, о всеобщей любви. К своим двадцати годам моя сила ровнялась стадии Приближенного. Прошло целых сёмь лет с того дня как я заблудился. Семь лет с того момента как я перестал бояться людей. И это был первый день когда я услышал колокол предупреждающий об атаке. Это было настолько неожиданно, что я даже не сразу в это поверил.

– Нападения случаются, – вновь перебил монаха Скит. – Чего такого, что заставило тебя удивиться?

– Дело в том, что храмы Хоу Дзи не принадлежат никаким землям. К ним нельзя найти дорогу, к ним нельзя прилететь на корабле. Когда я заблудился в лесу, я не нашёл из него выход, я оказался возле храма, понимаешь? Храмы Хоу Дзи существуют отдельно от этого мира, и если ты нашёл тропу к храму Хоу Дзи, то ты перемещается в пространстве, чтобы найти его. Если ты не достоин, ты никогда не найдёшь храм. Поэтому напасть на храм невозможно, ведь если ты хочешь разорить храм Хоу Дзи, ты не достоин. – объяснил Ву. – На нас напала Безумная тварь. Единственное существо, которое может нарушить правила нашего мира. Мы ей дали отпор, хоть и потеряли нескольких наших братьев. В тот день произошло ещё одно событие. Я разбил кристалл твари, и её сила перетекла в меня. Мне стало страшно. Страшно, что меня выгонят, что я вновь останусь один. Поэтому я никому ничего не сказал. Теперь я вновь плакал по ночам. Но если в детстве я плакал от боли во всем теле после тренировок, то теперь от боли в своей душе. Я каждую ночь сражался с монстром внутри себя. Каждую ночь я старался не слушать его вкрадчивый голос. Голос, который убеждал меня, что вместе мы сможем очистить этот мир, спасти его, надо лишь уничтожить всех. Но я давил его в себе. Давил до тех пор, пока он не победил. Я был силен духовно, моё тело было крепко, но не разум. Мой разум был слаб и однажды во время тренировки, когда я получил рану, я разозлился. Эта злость и стала той трещиной, через которую прорвался тот монстр, которого я сдерживал все это время. Я не помню, что произошло. Не помню как я убивал каждого, кого считал своими братьями и сёстрами. Как я убивал свою семью. – при этих словах Ву вцепился руками в поручни борта корабля и его пальцы вдавились в дерево. – В себя я пришёл только когда на моих руках умирал Патриарх. Старик Такеши. Он любил нас как своих детей. И даже когда я убил его, он потратил свои последние силы на то, чтобы вернуть мне разум. Он разорвал мою душу на две половины, заперев зараженную в глубине меня. "Не вини себя, мой мальчик. Найти способ и победи монстра внутри себя". Это были его последние слова.

Монах замолчал. Пауза затянулась, но Скит не перебивал. Он видел, как старые раны на сердце Ву расходились и он с трудом сдерживался, чтобы не закричать от той боли, которую ему приносят эти воспоминания. Но их было необходимо вскрыть, чтобы Ву не нёс этот груз один. И кому как не друзьям в этом помочь? Вскоре монах промочил горло из своей горлянки и продолжил:

– Старик Такеши дал мне эту горлянку. Если в неё налить воду, то она никогда не закончится, пока её хозяин не покинет этот мир. И подсказал мне, как сделать так, чтобы Мудрый Хоу Дзи не заметил, что его последователь заражён этой скверной энергией. Надо нарушать его заповеди. Это заставит бога отвернуться от своего непутевого поклонника. Я потеряю свои силы, но только до тех пор пока не выпущу себя наружу. Я взял это короткое имя, чтобы отделить себя от Энмы, хоть он и половина меня, но чужая мне половина. Тот Ву что перед тобой, это другой человек. Та половина души, которая не успела подвергнуться Безумию. А Энма теперь заперт внутри меня. Я же предаюсь всем порокам человечества, чтобы Хоу Дзи не видел меня, а Энма был в спячке. Потому и к вам я присоединился. Я почувствовал, что должен это сделать, чтобы почтить помять старика. И чтобы тебе не пришлось испытать то же, что испытал я. – Ву вновь замолчал, он рассказал все что необходимо было знать Скиту. – Эта история должна остаться между нами, запомни. Пусть все считают меня неправильным монахом, как и раньше.

– Я тебя понял, Ву. – кивнул Скит.

Четыре дня прошло с того разговора. Ни монах, ни Скит не подавали и вида того, что они о чем то разговаривали. Даже сейчас пока Скит разговаривал с Бьёрном и подкармливал барса, монах сидел на мачте над Скитом и не издавал ни звука, не встревая в их разговор.

– Скит, имей совесть, хватит все скармливать своему питомцу! – не выдержал Бьёрн, видя как их капитан скидывает целое состояние на прокорм Лазурного барса. – Оставь и нам на ужин, я летучую рыбу никогда не пробовал! Это же деликатес!

Действительно, и почему это Скиту в голову не пришло? Позади раздался жалобный мявк. Скит обернулся и увидел как раздутый Лазурный Барс упал на бок и не может встать.

– Видимо, ты уже наелась? – ухмыльнувшись сказал Скит.

Ответом ему был укоряющее мяуканье. Сам, мол, не видишь? Подойдя к питомцу Скит взял её на руки, вернулся обратно на свое место и аккуратно уложил Азалию себе на колени, продолжая рыбалку, но уже на ужин команде. Котенок немного повертелся, помяла лапками колени Скита, чтобы было удобнее спать, потянулась, зевнула и закончив со всеми кошачьми ритуалами, свернулась клубочком и уснула. Кошки всегда кошки, даже большие.

Мор все эти дни не выходил из своей каюты, сидя в медитации и раздумывая над тем, что произошло с ними на острове. Всё понимали, что произошедшее на острове не могло случиться без ведома Госпожи Даад, но Мор усердно отрицал эту мысль. Никто не трогал его, перебивали его медитации только на дежурства и на приёмы пищи. Все же от кухни Бьёрна сложно отказаться, северянин умел готовить и потому роль корабельного повара легла на его плечи.

– Впереди корабль! – из смотрового гнезда на верхушке мачты, прокричал Фестиций. – На торговый не похож, нет обозначающих знаков!

– Приготовьтесь, возможно это последователи Кайзоку, а они точно ни с кем не торгуют. – предупредил Бьёрн, направляясь в каюту за своим молотом.

Пока все шли снаряжаться, Скит продолжил сидеть и рыбачить. То как Бьёрн описывал вкус рыбы, поселило в голове Скита желание опробовать её на ужин. А значит надо поскорее её наловить, чтобы не пришлось слишком долго ждать, пока северянин её приготовит. С мачты над Скитом спрыгнул монах со своей неизменной горлянкой в руке. Фестиций спустился при помощи наруча с гарпуном, которые они сняли с прошлой команды корабля. Из каюты Мора раздался злой крик, Бьёрн никогда не стеснялся будить Мора прикладывая всю свою медвежью силу. Северянин со своим молотом вышел из каюты Мора, следом хромая выскочил смертепоклонник.

– Я не спал, а был в медитации! Ты мог просто сказать, а не бить молотом со входа! – возмущался Мор.

– Тише вы! – шикнул Скит на пришедших. – Рыбу мне распугаете.

– Господин Скит, но это летучая рыба. Её могут поймать только последователи Нув'Нсета. – решил показать свои знания Фестиций.

– Теперь уже нет. – не согласился Скит и бросил в ведро свежепойманную рыбу. Одна есть, но этого мало. На то, чтобы всем поесть летучей рыбы им надо хотя бы десять штук. Аппетит здоровяка был под стать его размерам.

В это время корабль без опознавательных знаков подобрался уже на расстояние выстрела, и с носа корабля в сторону «Отступника» полетели первые ядра. Прицел был взят не точно, канониры ещё не пристреляли пушки, и ядра не долетели.

– Они мне сейчас всю рыбу распугают! – возмутился Скит. – Я хочу на этот ужин поесть летучей рыбы!

Пираты выстрелили вновь и на этот раз более точно. Бьёрн перехватил свой молот наподобие того, как дети держат дубинку в игре где они отбивают брошенный мяч, и когда одно ядро летевшее прямо в стоящих на палубе друзей приблизились на опасное расстояние, Бьёрн отбил его в обратном направлении. Ядро предательски вернулось к своим и пробив собой пол спряталось где-то в трюме. Пираты что-то яростно прокричали, видимо пытались угрожать, но из-за такого расстояния понять это было невозможно.

– Они мне все таки распугали рыбу. – с негодованием произнес Скит.

Скит поднял с колен котёнка и аккуратно положил его на палубу. Под Лазурным барсом образовалось маленькое облачко и Азалия немного помяв его, свернулась калачиком и продолжила спать. Пираты приблизились достаточно чтобы открыть огонь из всех орудий. Скит белой молнией переместился к штурвалу и повернул корабль боком. Сейчас было важно сохранить паруса. Где взять новые он не знал, а восстановить эти им вряд ли кто-то сможет. А вот корпус корабля им отремонтируют в любом порту.

– Поднять паруса! – крикнул Скит, и команда «Отступника» бросилась выполнять указ капитана.

Отпустив штурвал, Скит выбросил серебряную иглу в пиратский корабль и через мгновение оказался в кругу пиратов.

– Вы зачем распугали мне рыбу? – сразу спросил он.

Внимание пиратов было полностью приковано к кораблю Скита, а потому они не ожидали услышать голос сзади. Все резко обернулись. Кто-то ойкнул и подпрыгнул от неожиданности.

– Ты кто? – вперёд вышел черноволосый мужчина со шрамом на щеке и раскосыми глазами. Раз начал говорить, то он здесь главный.

– Скит. – коротко ответил заданный на вопрос Скит.

– Чего? А. Я не имя спросил. Ты кто? – недоумевая от глупой ситуации и не менее глупого разговора повторил вопрос шрамированный.

– Я? Я сидел и рыбачил, а вы мне всю рыбу распугали, зачем? – продолжил тянуть время Скит.

Во время их разговора обстрел его корабля не прекращался, но к счастью, все снаряды летели в корпус и пока ещё не один парус не был испорчен. попавшие в корпус снаряды отскакивали от металлических ребер, а те что попадали в корпус пока не пробили его. Все же крепкие корабли делали отступники.

– Где сидел? – пират все меньше понимал ситуацию и оттого не мог понять какой приказ отдать команде.

– На корабле. – ситуация забавляла Скита.

– Как рыбачил? – вопросы становились все банальнее.

– Удочкой. – ответы были не умнее.

– Так, стоп! – пират даже голос повысил, чтобы придти в себя. – Ты кто такой?

– Ты уже спрашивал это. Я Скит. – пират начал чувствовать что над ним издеваются и кровь прилила к его лицу. Он начинал выходить из себя.

– Что ты делаешь на моем корабле. – окончательно выйдя из себя капитан пиратов, а судя по тому как он назвал корабль своим, он все же являлся капитаном, выдернул из ножен саблю и приложил ее к горлу странного пришельца.

– Вот теперь ты задал правильный вопрос! – похвалил капитана пиратов Скит. – Я тут захватываю ваш корабль. Сдавайтесь и вы останетесь в живых. А корабль мы забираем себе. – В ответ на слова Скита раздался дружный хохот. Перед ними стоял хилый, безоружный и босой безумец, который угрожал забрать их корабль.

– Ты видно с головой не дружишь, парень. Прятался в трюме, а сейчас решил выйти, и пошутить над нами? Парни, свяжите его, а как захватим тот странный корабль, так и разберемся с ним.

Капитан указал двоим пиратам на Скита и начал поворачиваться к нему спиной как палуба взорвалась. Не буквально, просто корабль пиратов приблизился к «Отступнику» на достаточное расстояние, чтобы Бьёрн смог кинуть оставшихся членов команды, а они уже притянули себя гарпунами к кораблю пиратов и смогли устроить бой. Сам же северянин остался на корабле из-за отсутствующего снаряжения его размера. Команда отступника во главе со Скитом устроили настоящую бойню на палубе. Фест и Мор летали по палубе при помощи снаряжения с гарпунами по непредсказуемой траектории и каждый раз оказывались там, где их не ожидали. Монах стоял в центре и используя свой посох с маниакальной улыбкой сокращал количество пиратов способных вести бой. Скит ловкими кошачьими движениями уходил с линии атаки пиратов, и утяжеленными кулаками вырубал их. Он надеялся получит за них награду. Да и его новым кораблем должен был кто-то управлять. Вскоре обстрел «Отступника» прекратился и с нижней палубы наверх вышла оставшаяся часть команды.

– Да сколько вас там еще? – возмутился Мор. – У меня сил уже нет вас бить!

– Слушай, ну столько пленных нам точно ни к чему. – произнес Скит. Полуголый и залитый кровью пиратов он выглядел немного устрашающе. – Остальных не жалеем.

Пираты оглядевшие палубу и изрезанные тела друзей молча и не сговариваясь бросили оружие и подняли руки. Если павших эти странные люди не жалели, то что же они сделают с живыми?

– Это вы сделали правильный выбор! – похвалил действия пиратов Скит. – Мор, Фест свяжите живых и тех, кто без сознания. Остальных сложите в углу. Думаю нам за них хорошо заплатят.

– Есть, кэп! – шутливо козырнул Мор, и пошел выполнять приказ.

Корабль пиратов поравнялся с «Отступником» и на палубу запрыгнул Бьёрн в своей боевой ипостаси. Зарычал в воздух, занес свой молот для удара и замер. Биться уже было не с кем.

– Хех, громила, ты медлишь. – издевательски заговорил Мор, – Мы тут без тебя уже справились, иди на кухню и приготовь…

Что надо приготовить Мор договорить не успел, северянин опустил свой молот на говорливого смертепоклонника и тот замолчал на некое время. Увидевшие это пираты вздрогнули и старались не шевелиться, чтобы не привлечь внимание монстра, который даже союзников не жалеет.

– Бьёрн, теперь ты выполняй его работу. – сказал Скит и Бьёрн, уже принявший человеческий вид, побрел связывать пиратов. Те к кому он приближался бледнели и не шевелились. После Скит подошел к капитану корабля, которого вырубил первым и привел его в чувство. – Ты же имеешь связь со своим богом? – пират закивал, – Передай ему, что меня они не смогут остановить. Каждый отправленный по мою душу или по душу моих близких, будет лишен жизни. Запомнил? – Скит взглянул в глаза капитана, имя которого он так и не удосужился узнать. Пленный пират увидев мелькнувшую звериную сущность, побледнел и усиленно закивал головой. – Молодец. И да, ваш корабль мы забираем на пожертвование храму.

– Ублюдок! Если чувства юмора нет, так хоть людей не убивай! – Мокрое пятно, которым еще недавно была голова Мора, застонало и начало собираться в кучу. Те пираты, что еще остались в сознании закричали и пополнили ряды безвольных тел.

– А как по мне, то смешно вышло. – произнес монах.

– Ву! Я думал мы друзья! – с обидой произнес Мор.

– Разве это что-то меняет? Зато мы теперь знаем, что это тоже тебя не убьет. – Ву нельзя было смутить.

Осмотрев свой корабли и заметив несколько пробоин, все же пираты смогли проломить борт, Скит снова повернулся к капитану корабля и спросил:

– В каком порту мы можем подчинить свой корабль?

Глава 2

Прибытие в порт земли Ан'Гасиоха было ознаменовано предупреждающими выстрелами с кораблей охраны, и голосом усиленным магией.

– Пираты! Зря вы сюда приплыли! А теперь опустите паруса и ждите! К вам сейчас прибудет охрана порта! Не оказывайте сопротивления! – прокричал кто-то, и от одного из кораблей отделилась лодка, на которой сидело несколько человек.

– Почему они нас приняли за пиратов, кэп? – повернулся к Скиту Бьёрн.

– Потому что Мор отказался снимать пиратский флаг. – отозвался Скит поглаживая урчащего от удовольствия барса. Несмотря на страхи Скита, котенок не превратился в меховой шарик с лапками. За три недели пути она вытянулась и уже не помещалась в ладони как в свое первое появление. Обильное питание и совместные тренировки сделали свое дело. Азалия по своим размерам стала не больше домашнего кота.

– Я всегда мечтал о том, чтобы проплыть под пиратским флагом! В детстве я зачитывался книгами про пиратов. – возмутился Мор. – После того предательского удара, в качестве извинений Бьёрн мне разрешил.

– Получается это ты виноват, здоровяк. – флегматично сказал монах сидя на мачте. Ву полюбилось сидеть на верху, спускался он только для сна или тренировки со Скитом. Даже непогода и шторм не могли согнать монаха с мачты.

Северянин не нашел, что на это ответить и плюнув за борт отошел в сторону встав рядом с Фестом. Самый юный член команды просто стоял у борта и смотрел во все глаза. Этого романтика впечатляло все, что он видел. Не все книги учат хорошему. Иногда они превращают своих читателей в романтичных болванов, которые не видят реалий мира вокруг себя. В такую же ловушку попал и юный Фестиций Второй из дома Пентригольтов, гений пути меча всю жизнь занимающийся танцами. Начитавшись романов Фестиций решил отправиться в путешествие, чтобы стать великим героем, спасти прекрасную даму из плена злого чернокнижника, и землю от какой-нибудь напасти. Последнее у него получилось, если можно считать небольшой остров.

– Уберите оружие и не дергайтесь! – раздался крик с лодки.

– А где нам стоять? – крикнул своим басом Бьёрн.

– Стойте у борта. – последовал ответ.

– А кто вас на корабль запустит? – продолжил задавать вопросы северянин.

– Мы сами поднимемся, нам ваше разрешение не нужно! – раздался тонкий голосок, и резко оборвался громким ударом по шлему. Видимо влез вперёд старшего.

– А руки нам где держать? За головой или по швам прижать? – Бьёрн уже откровенно издевался.

– К борту прижмите! – вновь голос, который начинал командовать.

– А котёнка куда деть? – это уже Скит решил не отказывать себе в веселье. – Эта милаха не хочет спрыгивать с моих рук. – на этот раз с ответом не спешили. Таких вопросов им ещё не задавали.

– Кота можешь на руках оставить! – крикнул главный.

– А как я тогда руки на борт положу? На них же котенок сидит! – спросил Скит.

– Вместе с котом положи! – зло прокричал охранник порта. – Хватит мне идиотские вопросы задавать. Через минуту мы в зайдем на борт вашего корабля и если вся команда не будет стоять у борта, мы не будем разговаривать, а сразу приступим к аресту!

– А мы все не успеем к борту прижаться, – улыбаясь во все зубы крикнул Мор. – У нас человек сорок в трюме связанные, надо минут тридцать, чтобы их донести.

– Аааааааа! – раздался полный ярости крик из лодки. – Всё, вы сами напросились!

В борт вцепились крюки и на корабль в пару мгновений запрыгнуло пять вооруженных человек. Появившись на корабле они замерли, не ожидая увидеть всего пять человек у борта и одного за штурвалом корабля. По взмаху старшего они направили заряженные арбалеты на Скита и его друзей.

– Решили устроить засаду? – задал вопрос красный от злости командир отряда. – Смысла в этом нет. Вас, гнусные пираты, окружила охрана порта, и даже если вы сможете с нами справиться, то вас просто расстреляют с расстояния. Тем более, – он презрительно кинул в сторону разбитого «Отступника», – с этим корытом на привязи вам не сбежать.

– Слышал? – Скит повернулся к пирату за штурвалом, – лучше надо было за кораблем следить, даже на фоне моего разбитого «Отступника» ваш корабль корытом называют. – пират задохнулся от такого оскорбления, и как выброшенная на берег рыба, захлопал ртом не зная, что на это ответить. – Молчишь? Вот и дальше молчи, раз сказать на это нечего.

– На меня смотри, босяк! – ярился командир охраны порта, – Отвечай коротко и по делу! Это ваш корабль?

– Наш. – коротко ответил Скит, поглаживая кота.

– Где остальная команда?

– В трюме.

– Почему не вышли по приказу?

– Связаны.

– Как связана? Почему вы связали свою команду? – допрашивающий Скита охранник порта был так обескуражен, что даже перестал кричать.

– Это не моя команда.

– А где ваша?

– Вся моя команда на палубе, за исключением парня за штурвалом. Это наш пленник. – Скит начал чесать за ухом урчащую и довольную Азалию.

– Освободить несчастных. – дал команду подчиненному командир. Пират радостно закивал головой, но уловив взгляд Бьёрна в страхе опустил глаза и постарался спрятаться за штурвалом. – А этих пиратов в кандалы. – Стражники опустили арбалеты и направились в сторону Скита и его команды.

– Не спеши Страж. – Скит сделал шаг назад, не подпуская к себе арбалетчика. – Эти люди мои пленники. Захватили мы их в честном бою, так что по закону их жизнями распоряжаемся мы.

– Этот закон не распространяется на пиратов! – крикнул командир охраны.

– Вот пиратам это и скажешь, а мы законопослушные скитальцы. – сделал шаг вперёд Бьёрн.

– А когда это скитальцы, не принадлежащие ни к кому, стали летать под пиратским флагом? – не поверил командир.

– Это не наш корабль, мы его захватили. Наш разбит, потому и пересели на это корыто. – объяснил Скит.

– Пять человек захватили корабль бога Кайзоку? – с недоверием спросил командир охраны порта.

– А до этого ты не сомневался, что пять пиратов могут захватить целый корабль? – ответил тем же Скит. Страж понял, что крыть ему нечем.

– Иди посмотри, кто сидит в трюме. – приказал командир одному из арбалетчиков. – Каждый капитан корабля Кайзоку является его жрецом. Как вы смогли их взять в плен?

– Может он и является жрецом бога Кайзоку, но думать все равно надо. – флегматично произнес Ву, беря в руки свою горлянку. – Вы должны внимательно сравнить армию противника со своей, чтобы знать, где силы избыточны, а где нет. Так говорит Мудрый Хоу Дзи.

– С вами ещё и монах Северного Храма? Я думал их не осталось. – удивился командир.

– Лейтенант Гуин! – из трюма вышел арбалетчик, – там действительно связанные пираты. Я узнал разыскиваемого Сори Шрама.

– Да неужели?! – брови лейтенанта взлетели. – Сори Шрам? Крупная рыба. – лейтенант Гуин повернулся к Бьёрну. – Ты здесь главный?

– Я? – пробасил Бьёрн. – Нет я просто кок на нашем корабле. Наш кэп стоит рядом. – после этих слов Бьёрн толкнул Скита в спину, и тот выбежал вперёд на несколько шагов, стараясь сохранить равновесие. Лейтенант Гуин на мгновение завис от такого заявления, но все же смог взять себя в руки.

– Хочу принести наши извинения за предоставленные неудобства. – вытянувшись по струнке отрапортовал лейтенант Гуин. – Если у вас есть вопросы задавайте, а после мы улетим.

– Скажи, лейтенант. Где мы можем продать корабль пиратов? – спросил Скит.

– Лучше всего будет сдать его в охрану порта. За вознаграждение естественно. Награждение за пиратов получите там же.

– А где у вас можно отремонтировать наше судно? – задал главный вопрос Скит.

– Если не пожалеете денег, то обратитесь в «Мастерскую», там сделают на совесть, но цена за их услуги высока. – ответил лейтенант Гуин. – А теперь, если вопросов больше не осталось мы пойдём. Мне ещё рапорт писать.

Лейтенант подал знак, охрана порта развернулась и спрыгнула в лодку. Бьёрн повернулся к штурману и рыкнул:

– Слышал? Поворачивай свою посудину в порт. – и отвернувшись слишком ласково, так что стало страшно, произнес, – Продавать вас будем.

Побледневший пират кивнул и встал за штурвал. Корабль неторопливо развернулся и направился к порту. На привязи за ним последовал «Отступник» с разбитым бортом. В порту уже стояли стражи в ожидании пленных пиратов. Ну и конечно же таможенник. Куда без платы.

– Один мой знакомый сказал: "Во вселенной две неизбежности. Смерть и налоги". – сказал Мор глядя на потирающего руки таможенника.

– Ву, с бюрократом и получением нашей награды разбираешься ты. Возьми с собой Феста, пусть учится. И не забудьте вытащить из пиратского корабля все, что там есть, вплоть до последнего ржавого гвоздика. Корабль продай охране порта. Надо налаживать добрые отношения. – отдал команду Скит. Монах кивнул головой, показывая что понял. – А мы втроём пойдём искать эту «Мастерскую». Надо отремонтировать наш корабль.

Как только «Отступник» пришвартовался, Скит, Бьёрн и Мор спрыгнули с корабля и ушли на поиски «Мастерской», Ву направился к таможеннику и у них закипел жаркий спор. Фестиций округлив глаза от того, что не ожидал вида спорящего монаха и трясущегося над каждым медяком. Но при этом впитывал в себя каждое сказанное монахом слово.

– Зачем малого отправил с Ву? – спросил Бьёрн, когда компания отдалилась от спорящих.

– Чтобы проследил за монахом и не дал тому утаить ни гроша. – ответил Скит разглядывая все здания в поисках заветной вывески. – За нашим монахом требуется внимательно следить. О, вот сюда нам надо.

Друзья остановились у простой деревянной вывески «Мастерская». Из «Мастерской» доносится стук рабочих инструментов, крики и чей-то смех. Скит постучал в дверь, но ему никто не ответил. Из-за шума инструментов его не было слышно, Скит постучал вновь, но ничего не изменилось. Бьёрн зарычал и толкнул дверь. Она распахнулась и со всего размаху ударилась о стену внутри, вырвала петли и упала на пол.

– Кто это там долбится? – раздался недовольный крик. Из глубины мастерской вышел низкий толстоватый мастер с рыжей бородой. – Это ты такой смелый, кабан? Хера ты здоровый! Эй, Вульф иди сюда! Смотри какой огромный!

– Ого! – из глубины мастерской вышел высокий худощавый мужчина, с красными волосами. – Мамка в детстве хорошо кормила? А теперь вырос и считаешь, что людям можешь двери ломать? Или ты двери никогда не видел, кабан?

Бьёрн слушал насмешки в свой адрес и потихоньку багровел, Мор пытался замаскировать свой смех кашлем. Но два мастера не останавливались и продолжали свои издевки.

– Простите нас, уважаемые мастера. – слегка поклонился Скит, – Мой северный друг не всегда может правильно рассчитать свою силу. Мы пришли к вам по совету, нам сказали о вас, как о лучших мастерах по ремонту кораблей.

– Корки, ты слышал? – мастер Вульф повернулся к пухлому другу. – Этот кабан просто не умеет контролировать свою силу.

– Ничего страшного мы понимаем. – кивнул другу мастер Корки. – Что у вас с кораблём?

– На нас напали пираты. – начал объяснять Скит. – Расстреляли целый борт.

– Две тысячи золотых. – от такого ответа Скит встал с открытым ртом.

– Я за эти деньги два таких корабля куплю! – возмутился Бьёрн.

– Так иди и покупай, кабан! – в ответ поднял голос пухлый мастер Корки. – Ты думал, вынесешь мне дверь, а я тебе за два медяка корабль отремонтирую?

– Но ты слишком высоко цену задираешь! – красный от злости Бьёрн начал покрываться шерстью.

– Ты мне тут не рычи, медвежонок! Только научился отращивать клыки и уже их показываешь? – рыжего мастера не смутил вид опасно нависающего над ним северного великана. За время путешествия Бьёрн вырос и стал еще больше, чем при первой встрече со Скитом.

– Погодите, мастер. – Скит встал между мастерами и Бьёрном. – Неужели такая перепалка достойна последователя Акилмана и Билима? Уверен, когда вы увидите наш корабль, вы возьмёте с нас меньше денег, чтобы была возможность поработать с ним.

– Это чем же твой корабль особенный? – переглянувшись с другом, спросил мастер Вульф.

– Увидите. – улыбнулся Скит, мастера попали на его удочку.

* * *

– Это что такое! – воскликнули вместе мастер Вульф и Корки.

Они прыгали вокруг корабля, как вокруг нового чуда света. Безусловно, корабль был необычен, но такой реакции Скит точно не ожидал. Мастера восхищались каждой подогнанной доской, каждым гвоздём и каждым узором на металле.

– За работу мы возьмём сотню золотых, но вы останетесь на две недели после окончания ремонта борта, чтобы мы изучили ваш корабль. – поставил условие мастер Вульф. Его глаза горели огнём безумного учёного. Такие спать не могут, если к ним в руки попадает нечто непонятное. И спокойствие в его душе возникает только после того, как он разберёт все по винтикам и соберёт обратно.

– Хорошо. – Скит кивнул головой и мастера тут же потеряли к нему интерес, начав чуть ли не облизывать всю палубу, рассматривая её.

– Куда дальше? – спросил Мор обращаясь к обоим друзьям сразу.

– Ищем нашего алчного монаха и его юного ученика. – ответил Скит.

– А потом идем пить эль! – тоном не позволяющим спорить сказал Бьёрн. – Иначе я прибью кого-нибудь.

Мор, поняв по интонации северянина кто этот «кто-то», поспешил спрятаться за Скитом. Благо что спина Скита стала шире за все время тренировок. Найти монаха было не так сложно. Его спор с представителем охраны порта продолжался несмотря на то, что прошло уже больше часа.

– …Это абсурдно! – кричал раскрасневшийся распорядитель казны порта. – Цена, которую ты требуешь слишком завышена!

– Не надо прибедняться, вам выделяют хорошие деньги на расходы, а этот корабль по боевым качествам превосходит почти все ваши. – Ву не сдавал свои позиции. Было видно как торговля доставляет ему удовольствие. – У него высокая скорость, это отличный перехватчик, да и с полным вооружением. Вам бы такой никогда не удалось перехватить. Ты посмотри из какого он дерева сделан! Это же Ангалусский Железный Дуб! Он сверхпрочный и очень легкий! Знаешь, а ты прав. Это слишком нечестная цена, надо поднять на тысячу золотых.

От такой наглости распорядитель начал открывать и закрывать рот как рыба выброшенная на берег. Найти, что ответить он не мог довольно долго и тишина продлилась минут пять. Фестиций стоял рядом и только восхищался умению монаха привести человека в такое состояние. Если учесть, что на должность распорядителя казны не поставят честного человека, то монах перевыполнил свою задачу.

– Хорошо, мы возьмем по старой цене. – наконец решился распорядитель. – Только перестань уже, я еще не встречал настолько наглых торговцев, а монахов и подавно. Как еще твой покровитель от тебя не отвернулся?

– Еще как отвернулся, – потирая руки произнес Ву, – теперь же давай обсудим содержимое корабля.

– Как… Как содержимое? – казалось, что распорядителя сейчас хватит удар, – Разве мы не все у вас покупаем?

– Уважаемый, вы меня слушали? Я вам продавал корабль, а никак не личные вещи пиратов. – монах просто светился от радости, какой эффект произвели его слова.

– Куда тебе столько денег, скряга лысый?! – уже не сдерживаясь прокричал распорядитель казны.

– Они пойдут в пожертвование храму! – неуверенно, словно не веря, что он это произнес, выкрикнул красный Фестиций.

– Именно. – кивнул с важным видом Ву, и потрепал Феста по голове. Его новый ученик схватывает на лету.

– АААААААААА! – прокричал распорядитель и схватился за голову понимая, что с громким треском проиграл этот бой. – Две тысячи сверху и мы не торгуемся!

– С вами приятно иметь дело, уважаемый распорядитель казны! – улыбался во все тридцать два зуба монах.

– Уйди с глаз моих! – отмахнулся покрасневший от злости распорядитель и развернувшись пошел за деньгами.

Далеко он не ушел, потому как рядом с ним стоял небольшой сундук с монетами, его принесли заранее, чтобы не затягивать сделку. Достал из сундука два крупных мешочка с золотом и два поменьше, раз в пять. Отдал деньги Ву и со словами, что больше видеть его не хочет развернулся и кивнул на сундук двум охранникам, те подхватили казенное золото и пошли за распорядителем. Бьёрн наблюдая за этим действом, не выдержал и начал хлопать в ладони. Монах театрально поклонился и подхватив два больших мешка с золотом кивнул Фестицию на остальные два.

– Теперь если мы не пойдем в таверну я точно кого-нибудь прибью! – воскликнул Бьёрн и уверенно направился в одному ему известную сторону.

Скит отправил золото в пространственное кольцо и все направились за Бьёрном. Азалия давно вернулась обратно в мир души Скита, хоть немного окрашивая этот мрачный черно-белый мир. Долго идти не пришлось, Бьёрн бывал в этих землях не один раз и точно знал куда идти. Северянин замер у таверны с названием "Пьющий наемник" и обернулся в ожидании когда к нему подтянутся друзья. Все остановились и посмотрели на Скита.

– Ладно уж, чего встали, дайте пройду. – вздохнул он и открыл дверь, сделал шаг и выбросил вперед руку, ловя брошенную в него кружку, сделал из нее глоток, после чего резюмировал. – Пьешь помои. – и поставил кружку на стол ошарашенному воину.

– Неплохо, – ухмыляясь в усы констатировал Бьёрн.

– Не зря я его учил, – довольно произнес Ву.

– Не ты, а мы. – поправил монаха Мор.

– Господин Скит, вы оскорбили воина, – укорил Скита Фестиций. – а он ни в чем не виноват!

– Надо было крепче держать свое пойло. – не сдался Скит.

Сидящий наемник побагровел и подошел к Скиту. Угрожающе навис над ним и засопел. Скит и ухом не повел, повернулся в сторону девушки разносчицы и крикнул:

– Красавица! Принеси нам кувшин лучшего эля! И поставь охлаждаться второй! – девушка оглянулась и кивнула головой, давая знак, что поняла.

Наемник все еще сопел над ухом Скита, надеясь что он впечатлится его злым сопением, но Скит словно не замечал его.

– Итак друзья, нам тут жить какое-то время. Бьёрн, прости друг, но прибытие к тебе домой вновь откладывается. Кто знает чем мы будем заниматься все это время? – спросил Скит, не отвлекаясь на сопение над собой.

– А тебя не смущает этот прижавшийся к тебе мужик? – Мор не смог сдержаться и задал вопрос.

– Я довольно красивый мужчина, потому он и не смог удержаться. Не переживай, он скоро поймет, что я люблю женщин и сам отстанет. – наемник за спиной Скита умом не отличался, а потому начал сопеть еще громче, яростно раздувая ноздри.

– Ну, не знаю как мы, а ты себе явно нашел развлечение. – ухмыляясь произнес Бьёрн, а после повернулся в ту же сторону, куда кричал Скит. – Красавица! И закусок нам еще принеси! Побольше!

– Не знаю как они, а ты себе развлечение точно нашел. – все же начал говорить наемник, поняв что его грозное сопение не производит на Скита никакого впечатления. – Ты идешь со мной в бойцовскую яму.

– Нет. – спокойно ответил Скит. – Ты мне цветов не подарил, а уже на встречу зовешь? Я себе цену знаю, ни на помойке себя нашел.

– Чего? – не понял наемник.

– Он говорит, что ты рылом страшный. – пояснил монах и наемник засопел еще яростнее, хотя казалось что сильнее уже нельзя.

– И тупой. – добавил Скит.

– Я понял, ты трусишь, да? – попробовал зацепить Скита наемник, но на такую детскую подначку поддаться мог только он сам.

– Я говорю, что за бесплатно тебя избивать мне не интересно. Сколько готов заплатить за свое унижение? – Скит был само спокойствие, в отличие от его соперника.

– Заплатить? – наемник даже не заметил, как Скит выставил его заранее проигравшим, – Почему я должен платить?

– А как ты собираешься меня заинтересовать? – Скит наконец обернулся и посмотрел в глаза наемника. Тот глянул в ответ и отпрянул, глаза Скита были как у хищника, который нашел свою жертву.

– Там будет тотализатор, ты сможешь заработать. – начал наемник, но Скит его перебил.

– На тотализаторе я всяко заработаю. Давай золотой прямо сейчас или я сочту тебя трусом. – Скит протянул ладонь и наемник не ожидая такой наглости положил в нее монету. – Ты действительно глуп, показывай, где ваша яма.

Наемник подошел к хозяину таверны и что-то сказал ему. Хозяин кивнул и махнул рукой. Из-за двери за хозяином выскочил мальчишка и указал Скиту на дверь напротив входа. Скит, отдав друзьям серьёзную сумму для ставки, не спеша двинулся в указанном ему направлении. Сразу за Скитом направился и вызвавший его на бой наёмник. Все присутствующие направились куда-то в сторону. За дверью оказался спуск в освещенный подвал. Пол укрывал мелко просеянный песок. На каменных стенах вырезаны фигуры бьющихся людей. Каждый человек одет по разному и так же по разному вооружён. И ощущение силы разлитые в воздухе. Это не просто бойцовская яма. Это целый храм.

– Господа встаньте у двух стен. – начал объяснять правила мальчишка. – Биться будете привычным для вас оружием, бой ведётся до потери сознания, убить здесь невозможно, Дрункард этого не позволит. После признания победы, все ваши раны заживут сами. Вопросы есть? – мальчишка по смотрел на соперников и не дождавшись вопросов продолжил, – Тогда готовьтесь, по звуку гонга начинайте.

Скит встал у стены, где был изображён боец в боевой стойке, у противоположной стены с таким же изображением бойца встал наёмник, имени которого Скит так и не узнал.

– Друзья! Сегодня в бойцовскую яму спустились два бойца, дабы восславить Дрункарда! Все мы знаем, что нет лучшего способа, чтобы выказать уважение, нежели добрый кабацкий бой! На севере стоит всем вам известный копейщик Орн Нордан! – раздались приветственные крики, Орна здесь знали. – На юге стоит начинающий боец ближнего боя… Серьёзно? У него такое имя? – не совсем уважительно произнес говоривший, – Начинающий боец ближнего боя Скит!

Раздались неуверенные крики, в щуплого, по сравнению с Орном, Скита не верили. Тем более идти с кулаками против копья было не лучшей идеей. Раздался удар гонга и противники начали сближаться.

Глава 3

Раздался удар гонга, и противники двинулись друг на друга. Дойдя до центра они остановились, принимая удобные для боя стойки. Орн встал боком и направил копье на Скита. Скит принял свою стойку, подражая барсу перед прыжком. И оба замерли не шевелясь и не рискуя напасть первым. Может Орн и не отличался умом, но у него отличная интуиция, и Орн чувствовал, что парень перед ним не прост. Скит же просто хотел понять на что способен его противник. Орн не выдержал первым и начал с простых прямых ударов, он целился в руки и ноги. Скит ловкими и текучими движениями уходил от ударов, не спеша бить в ответ. Орн видел, что этот хилый, по его меркам, и босоногий наглый скиталец над ним издевается, показывая всем своим видом, что играет с Орном Норданом, и это злило его больше, чем те издевательства в таверне. Орн набирал скорость, его удары становились хитрее и смертоноснее. Копье больше не жалило конечности, теперь опасное острие целилось в жизненно важные точки. Уходить от ударов становилось все сложнее, но Скит все ещё не нападал. Он продолжал уворачиваться, уходить с линии атаки, пропуская копье в расстоянии на волосок от себя, чувствуя движение воздуха рассекаемый лезвием копья.

– Отбивайся уже! – раздался крик из толпы зрителей.

– Хватит уворачиваться, трус! – вторил ему слишком знакомый голос.

– Бейся, не трать наше время! – последовал ещё один выкрик, подозрительно знакомый бас.

– Господин Скит, вы справитесь! – а вот Фестиций не понял правил игры.

В момент когда Скит отвлёкся на выкрики друзей, Орн ударил копьем наотмашь, и Скит отлетел к стене. Столкновение со стеной ознаменовалось взрывом камней и взвесью пыли. Толпа ликующе закричала, Орн поднял копье и торжествующе зарычал, подыгрывая толпе. Скит встал на ноги отплевываясь от пыли. На песок, укрывающий пол не упала ни капли крови Скита. Орн обернулся удивлённо смотря на своего соперника.

– Ты из железа сделан, что-ли? – проговорил Орн Нордан поворачиваясь к Скиту лицом.

– Не представляешь, насколько ты прав. – улыбнулся Скит.

Последние две битвы оказались для него удачными. После обыска особняка Дэмиена, Скиту удалось поглотить небольшой слиток лунного серебра, и примерно такой же кусок был найден на корабле пиратов. В общем Скит раздобыл около полутора килограммов лунного серебра. Потому Скит мог сносить такие удары без риска для собственного здоровья. Урон он принимал прям на лунное серебро, которое еще не покрывало его тело полностью, но уже Скит мог формировать его под местом атаки, без необходимости оставлять себя безоружным, развеивая лунное серебро с рук.

Орн зарычал и бросился в атаку на Скита, вот только это больше не были обычные взмахи копьем. Наконечник копья покрылся инеем и буквально замораживал воздух, оставляя след за собой. Копьё казалось медленным, и Скит без труда увернулся от удара. И ещё раз, и ещё. После очередного уворота Скит неожиданно упёрся спиной в стену. Недоумевая откуда тут взялась стена, ведь до неё было несколько метров, Скит обернулся и понял, что за его спиной стоит столб льда, оставленный копьем Орна. И таких ледяных столбов на арене было больше десятка. Каждый след изо льда оставленный копьем, разрастался лишая Скита пространства для маневра. Пока Скит разглядывал арену, он упустил из виду своего соперника, и его тело пронзила боль от удара копья.

Скит отпрыгнул в сторону, Орн не смог пробить его кожу, защищенную лунным серебром, но место удара стало покрываться льдом. Скит зашипел от боли и досады. Его движения замедлились, теперь выпады копья Орна стали более опасными, нежели до этого. Соперник Скита ликующе закричал и бросился в атаку с новыми силами, чувствуя победу за собой. Орн решил завершить бой прямым ударом копья в живот. Скит не успевал увернуться принимая атаку голым телом, не имеющим брони. По его телу начала расползаться ледяная корка.

– Ну вот и все, ты проиграл. – победно улыбаясь произнес Орн. – Сейчас лёд покроет тебя всего ты не сможешь шевелиться. Мой стиль Замершего Копья медлителен, но терпелив и никогда не проигрывал.

– Подожди, – вместе со словами, с губ Скита соскользнул пар, – как думаешь, коэффициент ставки на меня сильно упал?

– Что? – наёмник не сразу понял, что сказал его оппонент.

– Ставки. – пояснил Скит. – Как думаешь на меня перестали ставить?

После этих слов Скит пропал и появился за спиной Орна. Кулак бронированный лунным серебром врезался в тело Орна и наёмник отлетел на пару метров, остановив свой полет стеной арены. С трибуны раздались ликующие крики зрителей. Из пыли и крошева поднялся покрытый ледяной коркой Орн.

– В последний момент успел. – восстанавливая дыхание произнес он. – Должен извиниться перед тобой. Я поступил не достойно воина, посчитав тебя обычным слабаком.

После этих слов он встал и поставив копье острием вверх произнес:

– Моё имя Орн Нордан. Я практикую стиль Замершего Копья. Мой ранг Посвящённый начальной стадии. Бог-покровитель Ан'Гасиох. – после этих слов, он приложил кулак к сердцу и вздернул руку вверх, не разжимая кулак. Это был приветственный знак воинов, последователей Ан'Гасиоха.

– Моё имя Скит. Название своего стиля боя я ещё не придумал, есть только его зачатки. Мой ранг равен Послушнику начальной стадии. Бога-покровителя у меня нет. – Скит полностью повторил жест Орна, чтобы не оскорбить воина.

Слова Скита заставили замолчать всех присутствующих. Это было немыслимо, чтобы безоружный воин, не имеющий бога и стиля боя, смог выстоять в открытом бою с воином не самого последнего ранга! Орн Нордан только сильнее улыбнулся на эти слова.

– Это означает, что ты достойный боец, Скит не имеющий Бога. Покажи мне всю свою силу, не оскорбляй храм бога своими играми! – прогремел его голос, и Орн бросился в атаку.

Скит больше не играл на публику и тоже пронёсся в атаку на своего оппонента. На арене замелькали искры от столкновения копья и бронированных рук Скита. Нарастающей лёд моментально падал на пол, не успевая затормозить Скита. Он просто развеивал лунное серебро сбрасывал обледенение и заново распространял его по телу. Выпады и удары сливались в одно движение. Зрители не успевали увидеть все происходящее. Ледяные столбы покрывали всю арену, и Скиту приходилось пробивать их, чтобы атаковать Орна. Тело Скита стало покрываться белой молнией, ускоряясь и становясь ещё сильнее. Скит создал в руке серебряную иглу и кинул её в Орна. Наёмник без особого усилия отбил её. Скит повторил атаку, но с тем же результатом.

– Кулаками ты дерешься лучше, чем метаешь эти зубочистки. – отбивая очередную серебренную иглу издевался Орн.

– Ты точно в этом уверен? – улыбнулся Скит и произнес, – Прыжок Молнии!

После этих слов Скит обратился белой молнией и оказался сбоку от наемника, нанося тому удар, и снова пропадая из виду. Белая молния мелькала по арене разрушая возведенные копьем стены изо льда и нанося урон наемнику. Теперь Замерзшее Копье не могло успеть за столь быстрым противником. Скит наносил удары с самым неожиданных сторон, Орн не мог предвидеть откуда придёт следующий удар. Ледяная броня не выдержала и разлетелась крошкой блестящей на свету. Белая молния не останавливалась и продолжала бить до тех пор, пока наёмник не упал на песок и больше не оказывал сопротивления. С трибуны раздавались как раздосадованные крики проигравших деньги, так и радостные крики тех, кто решил поставить на этого босоногого неизвестного парня.

– Победитель – Скит! – торжественно произнес тот же голос, что и объявлял его в начале боя.

Скит почувствовал как сила разлитая по арене концентрируется вокруг наёмника, и вот мгновение спустя он стоит без ран, и даже одежда на нем как новенькая, от атак Скита и следа не осталось. Уже приготовившись, что и его так же исцелят, Скит замер, но ничего не происходило. Скита исцелять никто не собирался.

– Ведёшь себя, как обиженная девчонка, – произнес Скит так, чтобы никто его не расслышал. После чего развернулся и направился к выходу из арены. Лёгкий толчок потоком воздуха в спину, показал, что его услышали и сильно раздражены. А также то, что Скиту повезло и бог не может спуститься лично покарать дерзкого человека.

На верху, в обеденном зале, его встречали поздравительными криками. После Скита в зале появился Орн и снова навис над ним, в зале возникла тишина. Одним резким движением он схватил Скита в охапку и радостно разразился поздравлениями:

– Это была славная битва! Проиграть такому воину – честь! Хоть ты и маловат, но показал мне, что нельзя смотреть только на размер противника! Выпивка моему новому другу и его спутникам сегодня за мой счёт!

– Это ты зря сказал. – вырываясь из объятий Орна проговорил Скит, он видел как жадно заблестели глаза Бьёрна и монаха. Эти двое никогда не пропустят хорошую пьянку. А за чужой счёт и подавно.

А затем последовала пьянка. Пили все и пили всё. Спустя пару часов массовой попойки Орн задумчиво почесал голову и показал пустой кошель. Затем всех начал угощать Скит, благо деньги имелись. Друзья поняли задумку Скита и потому поставили деньги после того, как все начали ставить на Орна. А своими выкриками они убедили ещё сомневающихся, что Скит точно проиграет. По итогу они заработали ещё несколько тысяч золотых, и хоть деньги и не были их целью, но азарт победы присутствует у всех живых существ. Как Скит добрался до кровати и уснул, он уже не помнил.

* * *

Колокольчики над дверью снова известили о моем появлении. Незамеченным мимо этих стражей не пройдёт ни одна душа. Улыбчивая девушка из-за барной стойки посмотрела на меня.

– Снова вы? А говорили, что вам не нравиться у нас. – странно, но вид её жизнерадостной улыбкой и правда наводил на мысли о цветах.

– Я пришёл на место преступления. – я попытался скрыть истинную причину своего появления здесь. – У вас снова пусто, а ты говорила, что тут всегда полно народу.

– Увы. – она положила меню, и грустно взмахнула руками. – После того происшествия, люди боятся даже проходить по этой улице.

– Глупое стадо, постоянно ищут виноватого в своих проблемах и такие же глупые решения своих проблем. Как будто на этой улице сидит маньяк и ожидает своих жертв. Только в глупых бульварных детективах убийца действует в одном месте. – я скривился и взял меню. Простые ламинированные листы бумаги, с напечатанными на принтере фотографиями того, что здесь готовят.

– А вы людей не совсем любите. – улыбнулась девушка.

– Я их совсем не люблю. – уточнил и сделал выбор. – Можно мне кофе.

– Без сахара? – на её милом лице появилось выражение ужаса, словно я совершил преступление.

– Конечно, – я кивнул.

– Ужасный выбор. – с самым серьёзным выражением лица сказала она мне, и пошла за моим кофе.

Девушка не долго колдовала на кухне и вскоре вернулась обратно, неся в руках две пустых кружки и полный чайник кофе. На мой немой вопрос она ответила.

– Людей все равно нет, почему бы мне не выпить кофе с вами? – и снова улыбнулась. Её улыбка наводила на мысли о цветах и весне.

Я мысленно ударил себя по лицу. Куда пропало мое вечно недовольство всем миром? Сижу тут словно на свидании. В это время моя собеседница уже разлила по кружкам кофе, в свой она добавила сливки и сахар. Села напротив меня, взяла свою кружку двумя руками и стала дуть на кофе, остужая его. Я же сразу начал пить свой.

– Вы можете пить такой горячий кофе? – сейчас она смотрела на меня, словно перед ней сидел монстр.

– Мне кажется, что он тёплый. – я даже немного смутился.

Раздалось мяуканье коммуникатора и девушка ойкнув полезла к себе в карман доставая свой новый, разрекламированный на каждом углу коммуникатор в чехле с кошачьими ушками. На его экране говорила какая-то очередная инстадива, делась своей, конечно же важной, частичкой жизни для тех, кто её смотрит. Увидев как я смотрю на ее чехол она ответила:

– Я обожаю кошек. Думаю после смерти, в следующей жизни я стану кошкой. Простите, – девушка снова улыбнулась, – обожаю её, очень интересный блог ведёт. А вы на кого подписаны?

– Я не сижу в соц. сетях. – я положил на стол свой старенький кнопочный коммуникатор. – Меня бесят все эти лицемерные блогеры, рассказывающие с экрана о том как они хорошо живут и что зарабатывать деньги может каждый. Кружат голову глупым людям, а потом разводят их в мошеннических схемах, продавая им свои курсы полные воды и собственного самолюбования. А если это не блогер, то просто какой-то кретин, который решил, что его мнение важно и он должен поделиться им со всеми, выкладывая на всеобщее обозрение детскую мысль и радуясь, что её кто-то одобрил. Социальные сети придуманы, чтобы тешить самолюбие людей, давая им то внимание, которое они хотят получить.

– Ого! – как ни странно, моя собеседница не обиделась, а слушала меня с открытым ртом. – Вы не совсем любите такие вещи?

– Я их совсем не люблю. – повторил я уже сказанную сегодня фразу.

– А мне все равно кажется, что вы лишь хотите показаться злым. Вам просто одиноко. – и она снова улыбнулась своей улыбкой.

– Моя работа разочаровывает в людях. – я покачал головой и налил себе ещё кофе, девушка все ещё не допила свой, протягивая его маленькими глотками, и как-то мило вытирая губы сжатым кулачком. – И каждый раз, когда находишь чёрного оккультиста удивляешься, ведь именно на этого человека ты бы никогда не подумал.

– Тяжело вам так жить. – искренне опечалилась девушка. – Никому не доверять и видеть такие ужасы каждый раз, как вы справляетесь с этим?

В ответ, я молча достал из внутреннего кармана пальто фляжку и открутив крышку добавил её содержимое себе в кофе. В помещении разлился аромат дешёвого пойла из маркета возле моего дома. Моя собеседница потянула запах носом и сморщилась показывая, что не одобряет мой поступок.

– Поверь, после стольких лет, только это и сдерживает меня от полного разрушения. – ответил я, на её немой укор.

– Может вам стоит завести котёнка и щенка? Ответственность за чужую жизнь тоже помогает отвлечься. – теперь уже я скривился в ответ на её слова, и не желая отвечать на такую глупость, приложил кружку ко рту.

За окном пошёл мелкий и противный дождь. Такой, который не смывает всю грязь с улицы, а только добавляет её. Этот дождь не наводит приятную осеннею тоску на душу, он просто раздражает. Всегда ненавидел эту грязь по осени.

– И все же вы сюда возвращаетесь. – молчание затянулось и она решила его нарушить. Видимо долго сидеть в тишине она не может.

– А я по работе. – даже не думая ответил я.

– Я попала в подозреваемые? – с хитрым прищуром глаз спросила меня моя собеседница. И как она умудряется так быстро менять свое настроение и все это показывать на лице? – Я думала, что ещё в прошлый раз вы выяснили, что я оказалась под массовым заклинанием.

– Теперь ты попала в предположительные жертвы. – я не стал кривить душой и ответил как есть. – Мы нашли описание ритуала, который выполняет этот маньяк.

– Что?! – от удивления девушка даже открыла рот. – Почему я?

– Если быть откровенным, то не ты одна. Но моя интуиция подсказывает мне, что ты основной кандидат на последнюю жертву. – этими словами я окончательно добил девушку и она уставилась глазами в пустоту, ничего не говоря какое-то время.

– Почему? – спросила она, спустя пару минут.

– Что "почему"? – я не понял вопроса. – Почему именно ты?

– Нет. То есть это тоже, но не только это. Почему люди совершают нечто настолько ужасное? – выражение её лица, на котором читалось искреннее не понимание того, почему люди на это способны, удивили меня.

– У каждого своя идея. – начал я объяснять ей, – Каждый считает, что он совершает это ради своей «Великой» цели. Но на самом деле это просто сумасшедшие психи решившие, что могут вершить судьбы. Кто-то считает себя мессией, спасающим души живых существ, другой хочет привлечь внимание богов, третий хочет получить силу, четвертый остановить войны. Но итог один, это всегда жертвы и кровавые убийства, каждый раз пугающие людей считавших, что их больше уже ничем не удивить.

– А чего добивается этот оккультист? – девушка нервно дернула плечами и опять вытерла губы, своим неловким движением.

– Он ищет божественной силы. Обряд который мы нашли призывает некую высшую сущность, которая при правильном соблюдении действий наградит призывающего великой силой. – я осмотрел на потолок, вспоминая как мне описывали обряд.

– Правильное соблюдение действий, это убийство невинных девушек? – она скривила губы от такой формулировки того ужаса, который творил оккультист.

– Прости, это рабочий термин. Если я буду описывать то что он делает, займет больше времени, да и вслух это произносить довольно мерзко. – я почувствовал укол совести, от такой сухой формулировки. – А девушки не были такими уж невинными, в его глазах. Ему требовались пять жертв, предавших свои идеалы.

– Какие идеалы они предали? – уже более заинтересованно спросила девушка.

– А какие идеалы могли предать романтичные особы приехавшие, чтобы сниматься в кино? – я зло усмехнулся. – Они добились своего не талантом, а через покровительство продюсеров.

– Почему вы так думаете? – обидевшись за своих потенциальных коллег, девушка с цветочным именем стукнула опустевшей кружкой по столу. – По вашему все актрисы могут добиться известности только переспав с кем-то?!

– Нет конечно же. – я поднял руки в примиряющем жесте. – Я говорю только об этих пяти. И это не предположение, это факт. Я не просто так свою зарплату получаю. А так как это единственный факт который объединяет жертв, то наш подозреваемый это свихнувшийся одинокий мужчина, который следит за жизнью своих идолов. И если он видит их запачканную непорочность, то сходит с ума от ревности.

– Тогда вы зря записали меня в группу риска. – грустно усмехнулась девушка, – Мне удалось сняться всего в одной серии непопулярного телесериала, а после грязных приставаний я ударила режиссера, и моя карьера была окончена.

– Ты не дослушала. – мой похолодевший взгляд заставил девушку вздрогнуть. – Последняя, шестая жертва должна быть непорочна, сохранить себя и свои идеалы. Твое появление на экране и последующее быстрое завершение карьеры, навело меня на мысль, что ты следующая.

Девушка вскрикнула и прижала ладошку ко рту. Искренний испуг светился в глазах, в уголках глаз появились слезы. Её затрясло от страха, и я уже пожалел о том, что вывалил на неё все и сразу. Мне всегда говорили, что я слишком прямолинеен и не умею аккуратно подавать информацию.

– Не стоит пугаться, теперь рядом с тобой всегда будет наш сотрудник, мы будем следить за тобой и теми, кто к тебе приближается. – я понизил голос, чтобы он казался мягче, но это не сильно помогло.

– Кто это будет? – спросила она, справившись со своим страхом.

– Кто-то из наших оперативников. – я пожал плечами.

– Я хочу, чтобы это были вы. – будущая жертва взяла меня за руку и посмотрела мне в глаза. Я отвернулся, не выдержав взгляда этих изумрудных зеленых глаз.

– Я не могу, мне надо проверить остальных попавших в группу риска. – и увидев как на ее глазах вновь появляются слезы, я поспешил её успокоить. – Но я обещаю, что буду заглядывать к вам каждый день и проверять, все ли у вас в порядке.

– Спасибо. – от этого простого и короткого слова, почему-то защемило в груди и я поспешил к выходу.

– Сержант! – крикнул я за дверь, – Берись за работу, сколько еще будешь зевать? – и когда поспешивший зайти в кафе сержант вошел, я прошептал так, чтобы расслышал только он. – Если с её головы упадет хоть волос, ты сильно пожалеешь. – и после этих слов, я не прощаясь вышел на улицу.

Глава 4

Скит проснулся и рывком встал с кровати. В окно ему светила белая луна, но не такая как в мире его души. Эта луна имела полутона и казалась более цветной. Сон из прошлой жизни. Почему от него так больно? Скит схватился за грудь, но боль была не в теле, она была глубже. На его груди засветилась татуировка кошачьей лапы, и в комнате без зова Скита появилась Азалия. Хорошо подросшая кошка запрыгнула Скиту на грудь, и замурчала. Скит обнял своего питомца и прижал ее к себе, утыкаясь лбом в её пушистый мех. Азалия мурчала, показывая Скиту, что он не один, и одно существо в этом мире всегда поможет ему.

– Я знаю, малыш. Ты никогда не бросишь меня. – боль в груди отпустила, и Скит сидел на полу оперевшись спиной на кровать и гладил мурлыкающего котёнка.

Азалия ничего не ответила, но в этом и не было необходимости. Они были связаны и понимали друг друга словно были одним существом. Азалия мяукнула показывая, что ей пора обратно и лизнув Скита в щеку, растворилась лазурным свечением. Поняв, что не сможет сейчас уснуть, Скит достал из кольца кристалл со стихией неба.

У Скита появилась новая идея, поэтому он решил понять и эту стихию. Последняя неделя не принесла результата в понимании сути стихии неба, каждая стихия давалась все сложнее ведь их суть различалась кардинально, несмотря на то, что многие были практически схожи. Скит понимал, что третья стихия будет последней. В самом лучшем случае он сможет приблизиться к пониманию четвёртой, но на это можно было бы рассчитывать при самом лучшем исходе событий. Скит никогда не был гением как Фестиций, и показать результат выше среднего он даже не рассчитывал.

Небо, оно безгранично. У него нет начала и нет конца. Объять небо своим разумом нет возможности. Разум человека ограничен своей узостью. Разум Скита скоротечен из-за слияния с сутью молнии. Стихия неба постояна и незмена, в сравнении с быстроживущей молнией. Самая неудобная для Скита стихия.

В свете луны за окном что-то мелькнуло, и Скит на одних инстинктах отскочил в сторону. Там где секунду назад находилась его голова в кровати торчала стрела. Скит выпрыгнул в окно, надеясь нагнать убийцу, но успел увидеть только тень прыгающую по крышам и скрывшуюся вдали. Покрутив головой и поняв, что шансов поймать покусившегося на жизнь Скита у него нет, он побрел обратно сильно удивив охранника на входе, который не видел чтобы посетитель уходил, но зато возвращается обратно.

Сна не было, и Скит подошёл к хозяину, стоящему за барной стойкой. Тот протирал свое рабочее место тряпкой, хотя барная стойка и так блестела от чистоты.

– Хозяин, – Скит привлёк внимание к себе, – я могу воспользоваться ареной, для тренировки?

– Можешь, отчего же нельзя? – откликнулся тот, но без особого интереса. – Тренировки дело хорошее, богоугодное. Но это не бесплатное дело, час – половина золотого. Если хочешь заниматься в одиночестве, то целый.

– Не дорого берёшь? – удивился Скит доставая пять золотых.

– Так у меня место особое. – хозяин забрал деньги ловким движением. – Малое место силы. Большой храм тут не поставить, но небольшой обрядный круг возвести можно. Тут малая аватара Дрункарда обитает. Он и лечит бойцов, после ритуального боя. А тренировки и медитации на этом месте больше сил придают.

– Это хорошо. – Скит довольно потёр руки. После его прорыва в развитии в Лесу Смерти, тренировки на корабле мало радовали Скита. – Я буду один тренироваться, но если кто из моей команды захочет присоедениться, то запускай.

Скит спустился на арену, где пару часов назад он бился с Орном Норданом. На арене не было и следа от их боя. Стены были как новые, без единой царапины, песок аккуратно лежит по всей арене. Начать тренировку он решил со своего стиля. Приняв стойку похожую на барса перед атакой, Скит стал плавно перетекать из одного положения в другое. Двигаясь медленно и плавно, Скит понимал, как ему удобнее передвигаться, как проще перетечь из атакующей стойки в защитную. Где ему необходимо набрать скорость, а где наоборот её нужно сбросить. Скит уже не щупал свой путь в темноте. Он твёрдо стоял на нем двумя ногами и с каждый шагом, с каждый ударом на этой арене, он делал это все увереннее. От взмахов кулаков Скита в воздухе мелькали искры, удары Скита выбивали звук из воздуха, словно он ударил в железный лист. Чем быстрее становились его движения, тем явственнее становились видны молнии оставляя след от его взмахов и гром от его ударов. Его стиль, стиль Барса Грома, как Скит решил его назвать, уже не был зачатком боевого стиля. Это был настоящий и опасный стиль, придуманный Скитом, и идеально ему подходящий.

– Хорошо двигаешься. – прозвучал голос Ву за спиной Скита. Не ожидая никого услышать Скит сбился с ритма и потерял концентрацию. – Ты все же его придумал. Свой стиль боя. Как решил назвать?

– Стиль Барса Грома. – ответил Скит восстанавливая дыхание.

Дышал он тяжело, но это не омрачало его радости, он больше не зародыш бойца. Если Скит ещё не страшный противник для серьёзных воинов этого мира, но доставить проблем он точно сможет.

– Предсказуемое название. – улыбнулся монах и приложился к своей горлянке. – Хочешь опробовать его в действии?

– Давай. – согласился Скит. Проверить себя, против такого опытного воина как монах Ву, было серьёзным испытанием для его новорождённого стиля боя.

Ву, отставил свой посох в сторону и встал напротив Скита, поднял ладони и выставил их перед собой. Скит принял свою единственную боевую стойку подражающую барсу перед атакой, и приготовился. В следующее мгновение он сорвался с места и бросился на монаха. Ву плавно, отступил вправо и увернулся от простого удара кулаком. А в следующее мгновение Ву охнул от удара хвостом в бок. Стоп, каким хвостом, у Скита нет хвоста! Это был удар ногой, который последовал за первым ударом, но движение было настолько плавным и встроенным в движение тела, что монах не почувствовал угрозы от него.

– Ты опаснее, чем я думал. – ухмыльнулся Ву.

В миг став серьёзным, монах бросился на Скита, не давая тому и шанса для атаки. Скит уходил от атак плавным и быстрыми движениями. Ву атаковал безостановочно, его движения были плавны и тягучи, как вода. Сильны и масивны, как снежная лавина. Скит не понимал, почему именно такие аналогии приходили ему в голову, но это было так. Вскоре Скит понял, что если он продолжит уходить от ударов, то монах его зажмет возле стены и Скит проиграет. От движений Скита появлялись остаточные изображения из белых молний в виде движущегося барса. Тело Скита покрылась белой молнией, и в одно мгновение он оказался над монахом. Ву успел отскочить в сторону, и с громкий громовым ударом Скит взорвал песок в том месте, где мгновение назад стоял монах.

Теперь ситуация изменилась в противоположную сторону. Скит атаковал монаха, а Ву защищался. Каждый удар Скита, даже если он не достигал цели, оканчивался громким ударом грома, звуки которого со временем начинали глушить монаха, и он терял ориентацию. Движения замедлялись, и перестали быть такими точными как в начале боя. Поняв, что ничего не может противопоставить Скиту, Ву вскинул руки и признал поражение.

– Ахахаха! – раздался с трубун громкий хохот Бьёрна. – Он все же уделал тебя монах! Он уделал тебя! – крикнул Бьёрн и спрыгнул на арену. – Я же говорил, что у этого парня огромный потанцеал! Говорил!

Бьёрн так радовался, словно это он только что совершил что-то невероятное. Но Скит понимал, монах остановил бой потому что не хотел переходить на более высокий уровень боя. Не хотел, чтобы они стали сражаться более серьёзно. Ву просто помог Скиту проверить свои силы, узнать на что способен его, ещё совсем молодой, стиль боя. Сражайся он более серьёзно, и Скит не то что продержаться, он бы не выстоял против монаха и пары минут.

– Не кричи так. – отпив из горлянки, Ву поморщился от громких криков Бьёрна. После повернулся к Скиту и сказал: – У тебя хороший стиль, но для работы в полную силу тебе нужно разогнаться, набрать скорость. В это время тебя легко победить, не забывай об этом.

– Стиль я продумал для нас двоих, – ответил Скит касаясь татуировки на груди, – вдвоём нам это время не нужно.

– Ты не всегда сможешь биться с ней рядом, да и Азалия ещё совсем крошка. Долго она не может биться с тобой рядом, её сил не хватает находиться долго вне твоей души. – объяснял монах минусы стиля боя Скита.

– Спасибо, об этом я ещё не догадывался. – искренне поблагодарил монаха Скит.

– Идём завтракать, кэп. – пробасил Бьёрн. – А то наши хилые друзья умрут с голоду и от головной боли. Фест совсем не умеет пить.

Скит поднялся на вверх и увидел сидящих за столом Мора и Фестиция, держащихся за головы и стонущих от боли. Пить они действительно не умели.

– Болеете? – Бьёрн говорил громче чем обычно, вид страдающего от головной боли Мора радовал его. – Надо знать свой предел. Сейчас бы не мучался. Ладно малой, он первый раз с нами пьёт, но ты-то уже не первый раз.

– Пожалуйста, можно потише, господин Бьёрн? – поднял глаза в мольбе Фестиций. У парня было первое в жизни похмелье и он ненавидел себя за то, сколько он пил прошлой ночью.

– Можно было бы, если бы голова болела у меня. – улыбался во все тридцать два зуба здоровяк.

– Я сейчас повешаюсь от твоего крика. – страдальчески произнес Мор.

– Всегда нужно расплачиваться за свою безмятежность. – довольно произнес Бьёрн, и знаком подозвал девушку-разносчицу и сделал заказ.

Мор не выдержал криков Бьёрна и ушёл к себе в комнату. Сжалившись над оставшимся больным соратником, северянин приложил к Фестицию руку, спустя минуту мученик поднял голову и смотрел на мир уже без боли и сожаления. Пару минут спустя все занялись едой не отвлекаясь на разговоры. Бьёрн заказал кувшин эля, но пил его один. Фест даже посмотреть в его сторону боялся, монах пил из своей горлянки, а Скит потягивал тягучий дым из трубки. На душе было спокойно, но эту идиллию прервал женский крик ужаса со второго этажа. Не сговариваясь Бьёрн и Скит бросились на звук, на втором этаже их встретила бледная от ужаса служанка.

– Там… Там… – она заикалась и не могла объяснить, что её так напугало.

– Успокойся, милая. – рычащий бас Бьёрна не предполагал к тому, чтобы кого-то успокоить, но проведённая по голове ладонь сделала свое дело и девушка перестала всхлипывать.

– Там ваш друг весит, – ещё раз всхлипнув, она наконец сказала, что её так напугало.

– Что?! – враз переспросили Бьёрн и Скит.

– Он повесился. – повторила девушка. – Ваш друг. Я зашла прибраться, а он уже дергаться перестал и замер.

Скит осторожно заглянул в комнату Мора и увидел перекинутую через балку веревку с качающимся в ней телом Мора. Метнул серебряную иглу и Мор упал на пол. Минуту ничего не происходило, а потом он закашлялся и поднялся на ноги.

– ААААААА! – громче прежнего завизжала девушка. – Мертвец! Мертвец ожил! Мертвец ожиииил!

Крик девушки начал брать слишком высокие ноты, и Бьёрн поморщившись вырубил её. Силы он не прилагал, воспользовался целительной энергией. Целитель должен уметь не только заживлять раны, но и успокаивать разбушевавшуюся психику, что сейчас и сделал Бьёрн.

– Ты что творишь, смертник? – разгневанно спросил Скит. – Хочешь внимание к нам привлечь? Или еще не понял, что на нас открыта охота?

– Я вылечил головную боль. – блаженно улыбался Мор. – Она больше не мучает меня.

В этот момент на второй этаж вбежали вооруженные люди. Крики служанки все же были услышаны. Новый друг Скита Орн Нордон тоже был здесь.

– Где мертвец? – проговорил он.

– Вот он. – Скит сделал шаг назад указывая на вполне живого Мора.

– Друг Мор? – удивился Орн, – Но он вполне жив.

– Конечно он жив. – кивнул Скит. – Просто так перепил вчера, что выглядел не лучше трупа. Вот эта девушка и подумала, что он умер. Хорошо, что у нас есть целитель, – Скит кивнул на Бьёрна, – поправил бедолагу, теперь он хоть на человека похож стал.

– Вот только не на долго. – зло смотря на Мора прорычал Бьёрн.

– Простите, что побеспокоили вас, наш друг за это каждому поставит по кувшину хорошего эля. – пообещал Скит за Мора и его слова были радостно восприняты. Протестующие возгласы Мора все проигнорировали и спустились вниз. Уснувшую девушку-служанку уложили на кровать Мора и укрыли одеялом. Пусть поспит лечебным сном и успокоится.

– Есть тема для разговора. – сказал Скит, когда все спустились и сел за стол. Он вновь закурил свою трубку и стал пускать сизый дым. – Ночью на меня напали, кто-то пустил стрелу мне в голову с соседней крыши.

Над столом возникла тишина. Бьёрн даже эль пить перестал, держа кружку у рта. Монах открыл глаза и посмотрел на Скита. Фестиций хотел что-то спросить, но Мор не дал ему это сделать.

– Кто это был? Ты успел за ним проследовать? – сразу стал задавать вопросы смертник.

– Я выпрыгнул в то же мгновение, как стрела пронзила то место, где находилась моя голова. Но увидел только тень, растворившуюся в ночи. – ответил Скит. – Боги не действуют так тонко, на нас бы спустили армию, как это было с пиратами. Кто это мог быть ещё?

– А вы вообще слушали, что говорили вчера? – подал голос Ву, но видев непонимание в глазах друзей, монах начал пояснять. – Вчера вспоминали опозоренного нами Владетеля земель Артэ. – при названии родной земли, Фестиций поднял глаза на монаха. – О нашем приключения уже песни в тавернах поют. Считается, что он продал нам свой зад за несколько килограмм кристаллов зверей. – Бьёрн заржал на весь зал так громко, что на них начали оборачиваться. Ву подождал, пока северянин успокоится и продолжил. – Да, именно так поют. А вы вчера после того как услышали эту песню начали кричать, что это мы сделали, что поют про нас.

– Ужас! – воскликнул Фестиций. – Как вы могли?! Мы опозорили нашего Владетеля, а теперь ещё и кичитесь тем, что мы совершили такой недостойный воинов поступок?

– Это ты кричал. – остановил обличительную речь Фестиция монах.

После этого вновь раздался смех северянина, а на них стало смотреть ещё больше людей. Фест покраснел, и опустил голову.

– Не суть, дело в том, что теперь всем известны имена тех, кто залез в сокровищницу и спальню Владетеля. А ещё разнес ему половину замка. – продолжил Ву как единственный, кто помнил прошлый вечер.

– Но мы не разносили замок! – воскликнул Фест, которого мучила совесть за произошедшее.

– Вчера ты утверждал обратное, – припечатал монах, – и даже доказывал, что это лично твоих рук дело. В общем, Владетель не выдержал позора и нанял наёмных убийц, дав за наши головы хорошую цену. Так что нас хотят убить все, кто может это сделать.

– Почему ты один все помнишь? – с подозрением спросил Бьёрн.

– Потому что, здоровяк, я никогда не позволяю себе опьянеть. Тело, разум и душа, – монах поочерёдно коснулся своих живота, лба и сердца, – все это можно контролировать, и на твоём уровне развития ты тоже не должен пьянеть.

После слов Ву, все замолчали. Скит задумчиво дымил, что-то обдумывая о только что услышанном. Будущие покушения на его голову Скита не пугали. Скорее это было лишней головной болью, на фоне объявленой на них охоты богов. Остальные тоже погрузилась в размышления, но каждый в свои.

– Нечего тут размышлять. – выпустив сизый дым, сказал Скит. – Мы не можем остановить течение реки в которую вошли, а значит поплывем по течению. – Скит вновь выдохнул табачный дым. – С наемными убийцами будем разбираться при встрече, а сейчас предлагаю погулять по городу, три недели сидеть в таверне я не собираюсь.

– Вы не совсем понимаете, господин Скит. – подал голос расстроенный Фестиций. – Владетель заплатил Многоликому Такеми. Его последователи меняют личины, как эта красавица свои платья. – парень кивком головы показал на проходящую мимо окна девушку в свободных тёмных одеждах. – Удар может нанести любой человек которого вы встретите на своём пути. А в следующее мгновение рядом совсем другой человек, и он делает вид, что пытается вас спасти. Говорят, что никто не выжил после того, как безликие взяли контракт на убийство.

Как и всегда только Скит не знал настолько важную информацию. Но менять свое решение он не собирался.

– Это все усложняет, но сидеть тут и пить три недели я не могу. – ответил Скит парню. – Убить нас может любая случайность. Бояться нет смысла. Бьёрн, что бы ты хотел посмотреть в главной земле бога воинов?

– Оружейные лавки. – не задумываясь пробасил северянин, – Всегда было интересно, чьи оружейники лучше. Наши или местные.

– А ты, Мор? – Скит повернулся к смертопоклоннику.

– Мне тут ничего не интересно. – отведя глаза ответил Мор.

– Ву? – перевёл взгляд Скит.

– Хочу провести проповедь заблудшим душам в борделе. – мечтательно произнес самый неправильный монах всех земель этого мира.

– Значит у всех есть свои цели, предлагаю выйти в город, и заняться своими делами. – подвёл итоги Скит, и убрал свою трубку в кольцо.

Бьёрн допил эль, и все поднялись из-за стола. На выходе из таверны от них отделился монах и направился в сторону борделя. Друзья же пошли в самую шумную часть каждого города – базар. Базары одинаковы во всех мирах и городах. Аккуратные ряды лавок и кричащих торговцев, пытающихся перекричать своих конкурентов. Люди толпящиеся и торгующиеся за каждый медяк. Не из жадности, а ради удовольствия. Снизить цену у жадного торговца на одну монету считалось победой и было поводом для весёлых рассказов под кружку крепкого напитка. Только не всем было известно, что цена уже называлась с учётом того, что покупатель будет торговаться. И даже после того как торговец делал скидку, цена оставалась слишком завышенной, а торговец оставался с хорошей прибылью. Все же последователи Тажира самые хитрые и не брезгующие обманом торговцы.

Бьёрн сразу пошёл к оружейный домам, игнорируя мелких лавочников. Друзья пошли следом, но пройдя три оружейный дома, Скит понял, что ничего интересного для него там нет. Оружием он не пользовался, а лунное серебро купить не так просто из-за сложного способа его добычи. Юный Фест прилипал к блестящему оружию, но такие клинки не имели никакого смысла кроме сомнительной красоты и эстетики. Мор просто шёл туда, куда шли и остальные.

После очередного оружейного дома Фестиций заметил художника торгующего своими картинами. Люди проходили мимо него, даже не смотря на холсты стоящие вокруг уличного художника.

– Господин Скит, пойдёмте посмотрим на картины! Я давно не разговаривал с последователями Артэ, хотелось бы посмотреть на искусство этого художника. – начал просить Фестиций, чтобы с ним пошли до точки его интереса.

Немного подумав, Скит решил, что в том чтобы ходить по всем оружейный домам нет ничего интересного, друзья оставили Бьёрна одного, а сами отправились до художника. Приблизившись Скит не смог сдержать удивленного восклицания, художник был слеп! Его белые, невидящие глаза смотрели в пустоту перед собой. Картины художника были не менее странными. Мазня одного или двух цветов, не имела никакого смысла.

– Господин Скит, смотрите как это прекрасно! – восхищенно воскликнул Фестиций, разглядывая картины слепца.

– Я не понимаю, что на них изображено. – обескуражено ответил Скит.

– Вы не умеете смотреть, уважаемый. – подал голос художник, его голос был сиплый и спокойный. Его совершенно не оскорблял тот факт, что его искусство кому-то не понравилось. – Посмотрите на эту картину, мне кажется, что рисовал я её именно для вас.

Скит проследил за пальцем на мозолистой руке былого воина. Картина на которую указал слепец была такой же не понятной, как и все остальные. Мазня из белого и чёрного цвета, не имеющих смысла. Угловатые линии, и жирные кляксы.

– Я все ещё не вижу в ней никакого смысла. – Скит начинал закипать, ему казалось, что слепой художник над ним издевается.

– Это потому что вы смотрите глазами, уважаемый. – все так же спокойно ответил слепец. – Но вы не умеете видеть.

– А чем смотреть, если не глазами, старик? – влез в разговор Мор.

– Человек может видеть не только глазами, юный господин Морий, я думал за все эти года вы научились этому. – слепец повернулся на голос и казалось, что он смотрел прям на Мора, а не в пустоту, как обычно.

– Откуда ты знаешь моё Истинное Имя?! – угрожающе проговорил Мор, и достал свои серповидные клинки.

– Как я могу не знать имя своего ученика, которого я ещё ходить учил? – улыбнулся художник, а Мор от растерянности опустил руки.

– Учитель Ичи? – на Мора было не привычно смотреть. Его руки тряслись, и он не мог убрать свои клинки обратно.

Где-то отдалённо Скит услышал перезвон колокольчиков. Он завертел головой, но не нашёл источник звука. Нет, не колокольчики, это были звон десятка колец. Скит усмехнулся, находиться в землях воинов, и удивляться тому, что слышишь звон кольчуги. Глупее ничего и не придумать.

Мор неуверенно двигался к своему учителю словно боялся спугнуть видение. Учитель постарел, и не был похож на себя былого. Морий помнил его статным и суровым воином, а сейчас перед ним сидела слепая тень того человека, который одним взглядом мог остановить любого зарвавшегося мужа.

– Не стоит бояться, господин Морий. – старик улыбнулся, – Это мой выбор, и я его не стыжусь.

В этот момент, слепец выкинул в сторону Скита руку, с которой что-то сорвалось. На рефлексах Скит отпрыгнул в сторону и позади него раздался вскрик. Обернувшись он увидел убегающую черноволосую девушку в свободных одеждах, а на земле лежал тонкий кинжал, выбитый из её руки кистью художника.

– Но как?! – воскликнул Мор. – Как вы, слепой учитель, отбили её атаку? Даже мы не заметили как она приближалась за спину Скита.

– У вас есть глаза, но вы не умеете смотреть, уважаемые. – улыбнулся слепой художник, бывший учитель Мора.

Глава 5

– Господин Морий! – сквозь сон пробился голос прислуги.

Опять ему не дают выспаться. У него уже возраст посвящения, а с ним все как с несмышленым отроком возятся. Морий встал с кровати и потянулся. Стук в дверь не прекращался и он крикнул:

– Я проснулся, дядька Одун! Сейчас оденусь и выйду! – прокричал Морий.

– Поторопись, парень! Господин Ичи долго ждать не будет, опять отхватишь бамбуковой тростью по мягкому месту. – прокричал из-за двери старый воин, выполняющий обязанности личного охранника молодого наследника рода Элдоров.

Морий уже заканчивал одеваться и застегивать ремешки на ремне с ножнами. Наследник рода Элдоров не должен ходить без оружия, как любил говорить его отец. Старший Элдор, Борей Элдор, был Первожрецом, Патриархом Великого Воина Ан'Гасиоха. Из-за чего на юного Мория накладывалась большая ответственность. Дисциплина и самоконтроль, постоянные тренировки и идеальный вид. Никто не должен допустить и мысли о том, что главный человек в касте воинов может не справиться с воспитанием своего сына.

Во дворе уже стоял учитель Ичи. Сильный воин с раскосыми глазами. Он единственный из окружения Мория Элдора, кто не являлся последователем Ан'Гасиоха. Этот человек поклонялся Сейту, богу Порядка, и в свое время был главным кандидатом на становление Патриархом церкви Порядка. Но он лично отказался от этого шага, а после отец Мория пригласил учителя Ичи, заниматься со своим сыном фехтованием. Морий не знал полного имени своего учителя, тот всегда представлялся этим коротким словом. Кажется, что даже отец, безгранично уважающий этого воина, не знал как звучит его Истинное Имя.

– Вы снова опоздали, господин Морий. – без приветствия произнес учитель фехтования похлопывая себя по ноге бамбуковой тростью.

– Простите, учитель Ичи. Я плохо себя чувствовал утром. – начал оправдываться Морий и вскрикнул от боли. Бамбуковая трость хлестанула его чуть ниже спины.

– Воину не должно придумывать себе оправдания. – повторил, уже кажется, в тысячный раз учитель Ичи. – Воин с честью признает свою ошибку и обязательно её исправит. Так почему ты опоздал?

– Я всю ночь читал книгу, учитель Ичи. – ответил Мор, почесывая место удара, и смотря в глаза учителю.

– А теперь, господин Морий, пройдемте на тренировочный плац, до завтрака вам необходимо провести разминочную тренировку. – учитель Ичи отступил в сторону, пропуская своего ученика вперед и посмотрел ему вслед. Вот уже десяток лет он учит юного Элдора, а он за эти года еще ни разу не пришел вовремя. – Через три дня вам становиться последователем Ан'Гасиоха, а вы ведете себя как ребенок.

– Откуда вы знаете, что я стану молиться Ан'Гасиоху, учитель Ичи? Может я хочу выбрать еще кого-то в покровители. – спросил Морий, чтобы не идти молча до тренировочного плаца.

– Потому что все ваши предки были последователями покровителя воинов. Ваш предок, первый Первожрец Ан'Гасиоха, Патриарх Элдор, от имени которого берёт свое начало ваш род и родовое имя, договорился с богом-покровителем, что все потомки Элдора будут поклоняться только ему. А в обмен вы получаете огромную силу, какую не получит ни один из последователей Ан'Гасиоха. – закончил говорить учитель Ичи, и снова ударил палкой своего ученика чуть ниже спины.

– Ай! – воскликнул Морий. – За что?

– За то, что это ваша история, молодой господин, и это Вы должны мне её рассказывать, а не я Вам. – невозмутимо ответил учитель Ичи. – А теперь приступайте к разминочным занятиям с оружием.

Морий достал из ножен свои клинки и встал в боевую стойку, которой его обучали, начал выполнять разминочные взмахи клинками, разгоняя последние остатки сна в организме и разогревая свое тело от ночного застоя. Вскоре в теле появилась приятная ломота, мышцы рук забились, а взмахи клинков уже не были такими резкими и чёткими. Учитель заметил, что его ученик ленится – угрожающе покачал бамбуковой тростью, и Морий начал выполнять упражнения со всем усердием.

– Заканчивайте, молодой господин. Умойтесь и идите на завтрак. А после я жду вас тут. – сказал учитель видя, что его ученик уже выбился из сил. – После завтрака у нас медитации и продолжение тренировки.

Морий с облегчением опустил руки и убрал клинки в ножны. Тяжело дыша он поблагодарил учителя и направился к бочке с водой, стоящей в углу тренировочного плаца. Фыркая, Морий умыл лицо и вспотевшее тело. Пока он не встал под покровительство бога, его тело было не сильнее обычного беспутного крестьянина. Да он открыл свои врата, но больше ни на что не был способен. А тело уставало ровно так, как и должно уставать у простого мальчишки четырнадцати лет.

В обеденном зале уже сидели отец и мать, а слуги накрывали на стол. Старший Элдор сидел во главе стола, а мать по правую от него руку. Морий поздоровался с родителями и сел напротив матери. Слуги поставили перед ними еду, и Морий приступил к завтраку.

– Сынок, не забывай использовать столовые приборы. – ласково, но с металлом в голосе сказала мама, Ханна Элдор.

Мама Мория тоже была воином, хоть это и нельзя было сказать с первого взгляда на неё. Его родители были сильнейшим воинами в землях Ан'Гасиоха. Патриарх и Матриарх, правый и левый клинок Бога. Их брак организовал и засвидетельствовал Бог лично, а не аватар, как у всех остальных. Главные люди в его религии, несущие Его волю. И когда-то Морий должен будет занять эту должность.

– Да, мама. – сказал Мор и взял в руки вилку.

Завтрак проходил в тишине. Никто не спрашивал как проходят тренировки их сына, чем он занимается, или готов ли он к посвящению, которое состоится через три дня. Морий доел и поблагодарил за еду, встал из-за стола собираясь бежать к учителю, опасаясь за свое мягкое место.

– Сын! – остановил Мория окрик отца. – Я разговаривал с мастером Ичи. Он хвалит тебя за успехи в учёбе. – после отвернулся и продолжил есть, протягивая вино из золотого бокала.

Морий отвернулся и побежал на тренировку. Учитель Ичи уже стоял с бамбуковой тростью в руках, ожидая своего ученика.

– Я не опоздал, учитель. – поспешил сказать Морий, прикрывая себя руками, чуть ниже спины.

– Хорошо. – улыбнулся учитель Ичи, и указал кивком головы на песок. – Садитесь и начинайте медитацию, юный господин Морий.

Морий сел скрестив ноги, положил руки по центру и вкладывая одну ладонь в другую замер, концентрируясь на знакомом чувстве течения энергии сквозь врата души. Звуки вокруг затихли, Морий отрешился от мира вокруг себя. Суть тренировки заключалась в том, чтобы почувствовать мир внутри себя, а не себя в мире.

– Вам не следует думать, молодой господин. – услышал голос учителя Морий. – Чтобы прочувствовать мир своей души, вы должны отключить разум. В первый раз он только мешает. Отпустите разум, пусть он отправится в свободный полет, и поведёт вас за собой.

– Если бы это было так легко, учитель Ичи. – пожаловался Морий открывая глаза.

– Что вас гложет, молодой господин? – учитель Ичи всегда был проницательным и знал, что твориться на душе его ученика.

– Мой отец. – подумав ответил Морий. – Почему он не обращает на меня внимания? Они с матерью так много от меня хотят, я боюсь подвести их.

– Твои родители проводники воли Великого Воина Ан'Гасиоха. У них очень много работы, и полно забот. – начал говорить учитель. – Они больше не принадлежат себе, и вся их деятельность это интересы вашего бога.

– Но я ещё не выбрал его. – начал спорить Морий.

– Как я вам уже говорил, молодой господин, ваш выбор был предрешен задолго до вашего рождения. – остановил ученика Ичи. – Ан'Гасиох просто так вас не отпустит. Приступайте к медитации, господин Морий. Вам нужно готовиться. Чем сильнее вы будете в день посвящения, тем больше силы вам даст ваш покровитель.

Морий повторил позу, в которой сидел несколько минут назад и вновь начал медитировать. Мир вокруг стал отходить все дальше, а течение энергии внутри тела становилось все отчетливее. Морий концентрировался на этом чувстве течения энергии. Странно, раньше он не замечал, но под этими ручейками энергии есть какая-то пустота. И в этой пустоте что-то прячется. Морий начал плыть в сторону этой пустоты, привлекающей его внимание. Он вытянул руку, стараясь коснуться её, но тут лёгкий удар камушком вернул его сознание в свое тело.

– Эй, Мор! – послышался лёгкий шепот. – Чего сидишь? Мы опоздаем.

Морий обернулся и увидел Джуди. Дочку прачки, девочку которую он знал с самого детства. Она была его единственным другом, и единственным человеком который мог сказать ему что грубое, и неуважительное. За что не раз получала от своей матери.

– Чего пялишься? – прошипела она, боясь привлечь внимание медитирующего учителя Ичи. – Бежим скорее, Театр Теней приехал, мы опоздаем на представление!

Морий аккуратно поднялся и на носках двинулся к плацу. Учитель даже не шелохнулся, видимо ушёл в глубокую медитацию. Возможно он даже находился в мире своей души.

– Ай, ты чего дерешься? – обиженно воскликнула Джуди.

– Я почти нашёл свой мир души, но ты меня отвлекла. – шёпотом проворчал Морий, дав девочке слабый подзатыльник, – Пойдём, пока учитель Ичи не вышел из медитации. Ох, и даст он мне палкой, когда я вернусь.

И дети прошмыгнув за дверь, служащей входом на тренировочный плац, побежали на представление театра, прибытие которого они ждали почти месяц. Морий так и не заметил, как его учитель улыбался, делая вид, что не слышит их разговора, и не замечает побега своего ученика.

* * *

– Нет, ну ты видел?! – восклицала возбужденная Джуди, когда они возвращались с представления в Театре Теней. – Ты видел танец Злобного Гения? В самом конце? У меня даже ноги сами в пляс пошли! Это восхитительно!

– Не кричи, я был рядом и все видел. – пытался успокоить подругу Морий. – Это люди искусства театра, конечно они могут задеть струны души.

Друзья возвращались домой с выступления, которое проводилось за городом и после того, как сумерки начали сгущаться. Для того, чтобы показать выступление теней необходима тьма, и свет который её разгоняет, а городские огни этому мешают. Мор оглядывался по сторонам, чувствуя себя настоящим воином, охраняющим слабую деву, хотя Джуди иногда била не как слабая и беззащитная девушка, если сказать ей что-то не то.

– Ты такой бесчувственный! – возмутилась девушка. – Силу затронуть какие-то чувства в твоём сердце имеет талант, а не то что ты поклоняешься правильному богу. Это были очень талантливые люди.

– Да, но они все последователи Артэ, ты сама видела его метку на них. Его дар даёт им такую возможность. – Морий продолжал спорить, хотя и сам был впечатлен тем представлением, которое они посмотрели. Ради такого и получить палкой от учителя не обидно.

– Мор, почему твои родители такие сильные воины? – задала вдруг вопрос Джуди

– Они много тренировались, изучали и совершенствовали себя. – не задумываясь ответил Морий.

– Или им просто бог дал силу? – своим ответом Джуди поставила своего друга в тупик. – Никто просто так не становится великим, Мор. Иначе тебе не нужны были бы тренировки, а через три дня ты стал бы так же силен, как твой отец.

– Да, но это боевые искусства, а не умение на сцене выступать! – Морий не мог согласиться, что его бог-воин и какой-то бог танцев могут быть равны.

– Глупый Мор! – засмеялась девушка, Морий такое обращение мог простить только ей, девочке с которой он дружит с самого детства. – Неважно, какому богу ты поклоняешься, всегда надо стараться для своего развития. Господин Ичи поклоняется Сейту, но его силу признает даже твой отец, господин Борей, так ведь?

Против этого Морий ничего сказать не мог. Учитель Ичи и правда был сильным воином, силу которого признавал каждый знающий его. Учитель Ичи многого добился в землях Порядка, но после проигранной дуэли Борею Элдору, он согласился стать учителем, для ещё не рожденного Мория.

– А что здесь делают детишки без присмотра взрослых? – раздался голос и перед друзьями вышел мужчина из темноты.

Услышав голос, которого здесь не должно быть, Джуди испуганно дернулась и отступила на шаг назад. Но позади из темноты появился ещё один силуэт.

– Не надо бежать, дорогая, мы вас не обидим, если не будете сопротивляться. – сипло проговорил появившийся сзади тип, вместе с тем как он говорил, раздал звук вынутого из ножен клинка.

– Вам лучше уйти, – спокойно сказал Морий. Внутри у него все дрожало от страха, но его нельзя было показывать при девушке. Хотя дрожание пальцев его немного выдавало. – и тогда вы останетесь живы.

Джуди испуганно оглядывалась, она не была воином и её никто не обучал бою с оружием, она всего лишь дочь прачки и даже не смотря на то, что они с Мором одного возраста, все равно ещё не решила какого бога выберет себе через три дня.

– Малыш хочет нас запугать. – издевательски захохотал тот, что стоял спереди. – Ты слышал Пит? Он оставит нас в живых! Сопляк, который ещё даже не получил своих сил от бога, угрожает нам! Двум Приближенных средней стадии! Ты о свои клинки не порежешься, малыш?

Стоящий позади Мория Пит засмеялся над одним им смешной шуткой. Морий зло оскалился и достал свои короткие клинки со слабым изгибом. Учитель Ичи настаивал на том, что Морий может раскрыть свой потенциал на полную только с такими клинками. И начал понемногу отходить вбок, прикрывая собой подругу и вставая так, чтобы оба противника были к нему лицом.

– Не переживай, парень, мы знаем кто ты, можешь не сыпать пустыми угрозами. – перестав смеяться зло оскалился Пит. – Наш господин хочет убрать ваш род от управления храма, и твоя смерть справится с этим лучше всего. Девку мы отпустим, но не сразу, уж больно мордашка у неё симпатичная.

И они двинулись на Мория держа свои прямые клинки опущенными, показывая что они не принимают молодого наследника рода всерьёз. Морий встал как его учили полубоком, и направил клинки на своих противников. Слегка повернул голову, чтобы не терять из вида нападающих и прошептал спокойным голосом, чтобы не пугать подругу:

– Как только они отвлекутся на меня, сразу беги в храм, зови учителя Ичи.

Джуди понимающие кивнула, и поверив своему другу, спряталась за его спину. Морий прыгнул вперёд делая простой прямой выпад, но нападающий, имени которого так и не удалось узнать, легко и без особых усилий отбил его изогнутые клинки.

– Лучше бы твой отец лично занимался твоим обучением, а не звал чужака на помощь. – издевался противник, но Морий и ухом не повёл.

Увидев отблеск луны в серебре стали, Морий отскочил в сторону, попутно парируя удар от второго нападающего. "У двурукого мечника всегда преимущество над одноруким", так любил говорить учитель, "Ты можешь защищаться и нападать одновременно, главное чтобы твой стиль боя был идеально отточен, как и твои клинки." Позади Мория раздалось шуршание травы, он сперва дёрнулся, но вспомнил о подруге и понял, что это Джуди поступила так как он ей сказал, и побежала за учителем.

– Сбежала, паршивка! – зло прошипел Пит. – Дейл, давай быстрее добьем крысеныша и пойдём, пока она не позвала на помощь.

Дейл, прыгнул вперёд нападая на Мория, но тот был готов. Теперь когда за его спиной не было никого, кого следовало прикрывать собой, он мог действовать без оглядки на подругу. Он не только медитировал сидя на песке, клинки Мория учили держать ещё с самого младенчества. Как и стилю боя. Два быстрых взмаха клинками, и вот на траву упали первые капли крови.

– Ублюдок мелкий! – зло прокричал Дейл, прижимая руку к щеке. – Ты будешь меня молить о пощаде!

– Да не кричи ты так, – издеваясь проговорил Морий, – ну не сможешь пить свое пойло, которое ты любишь. Через месяц дырка в щеке зарастет и все будет хорошо.

Дейл зарычал от злости, и бросился в атаку. Морий специально выводил его из себя, чтобы его противник перестал думать от злости. Хоть Морий и был ленив, но он был хорошим учеником и запоминал все, чему его учил мастер Ичи. Вот только он не рассчитал огромную пропасть боевого опыта между ним и его противниками, которые хоть и были жалким убийцами, но все же дожили до не плохого уровня развития своих тел.

– Осторожнее Дейл. Не забывай, что нельзя оставлять на нем своей энергии, иначе на нас сразу выйдут. Мы должны его зарезать как простые разбойники. – предупредил дружка сиплый Пит, нападая на парня с другой стороны.

Теперь Морию пришлось тяжко, он еле успевал отбиваться от двух противников, и ту рану которую он смог нанести Дейлу, получилось сделать только потому, что от него этого не ожидали, а теперь с ним бились в полную силу. Понимая, что долго так он не выдержит, Морий начал активно придумывать, как ему выйти из этого положения. Его стиль Двух Клыков Волка, помогал ему отбиваться от двух противников сразу, но не помогал перейти в атаку. Надо хоть на время избавиться от одного нападающего.

Увернувшись от очередного противника, Морий зацепил носом сапога землю, и кинул её в глаза Пита. Тот зарычал и начал протирать глаза, пытаясь как можно скорее вернуть себе зрение. Морий бросился в контрнаступление на оставшегося одного Дейла. Теперь уже он заставил защищаться противника, постоянно нападая на него, и нанося мелкие раны, тело Приближенного было крепким само по себе и слабый Морий не мог нанести ему серьёзное ранение. Метил он в основном в ноги, чтобы лишить противника подвижности, чтобы когда дружок Дейла вступит в бой, Морию было бы удобнее отбиваться.

– Тебе конец, крысеныш. – раздался голос за спиной юного наследника рода, и Морий в последнее мгновение отпрыгнул в сторону пропуская удар в спину мимо себя.

Удар, который должен был убить Мория прошёл мимо, и клинок по самую рукоять вошёл в живот Дейла, не успевшего среагировать из-за множества порезов ног. Он опустил взгляд не веря в то, что его друг только что нанёс ему смертельную рану. Из рта Дейла с кашлем вышла кровь и попала на лицо Пита.

– Как… – начал говорить Дейл и упал, жизнь покинула его тело. Пит зарычал, выдернул меч из своего друга и с бешеным взглядом кинулся на Мора.

– Тупой ублюдок! – кричал он. – Ты пожалеешь! Будешь молиться! Я тебя по кускам нарежу, начиная с пальцев ног!

Морию стало ещё хуже, взбешенный Пит забыл про свои же слова, и теперь поляну освещал синий огонь скользящий по клинику Пита. Капли синего жидкого пламени попадали на Мория, и причиняли ему огромную боль, от которой слезы выступали на глазах. Он уже не мог ничего противопоставить этому воину, хоть и подлому, но все же воину. После пары минут боя, клинки в руках Мора не выдержали пламени, и Пит их перерубил, а огненный клинок вошёл в парня. В руках Мория остались только две рукоятки с небольшими осколками некогда хороших клинков, а сам он от адреналина в крови ещё не успел понять, что с ним произошло.

– Эй! Ты чего делаешь с ребенком, убийца? – раздался окрик, и Пит дернулся в сторону ненужного свидетеля.

Морий не стал медлить, и воткнул остатки клинков в глаз и сердце своего убийцы. Может он и не успел стать великим воином как его учитель, но зато он спас свою подругу и ей больше ничего не грозит. Он уходит как настоящий воин.

– Ох, парень, держись, сейчас я тебе помогу, парень, держись. – затараторил кто-то над ухом Мория. Но юный Элдор уже падал во тьму, в вязкую тьму, из которой ещё никто не выбирался.

Морий ощущал странное чувство падения, когда твоё тело не движется, но разум уходит все ниже и ниже. Вокруг была вязкая тьма, которая не пропускала ни капли света. Вдруг тьма вокруг расступилась пропуская вперёд Её! Женщина красивее которой Морий никогда не видел. Она была похожа на его мать, на Джуди и ту девушку из Театра Теней. Но все они меркли на фоне этой прекраснейшей из всех живущих. Она протянула к нему руку, и Морий потянулся к Ней, он больше ни о ком не думал, лишь бы прикоснуться к Её пальцам, взять Её за руку.

– Я не позволю! – раздался громогласный голос, и Мория откинула от той, с которой он желал уйти. – Его душа принадлежит только мне! – произнес голос, который не мог принадлежать человеку.

В этом голосе слышалась сжигающая ярость воина и с каждым словом этого существа Мория откидывало все дальше от прекрасного видения. Парень тянулся к Ней руками, но это ему не помогало.

– Сегодня ты не умрёшь! – прогремел яростный голос, и Морий осознал себя в своём теле.

* * *

Мастер Ичи бежал со всех ног. Он давно начал волноваться, что его ученик до сих пор не вернулся, и вышел из храма на улицу. Свою любимую бамбуковую трость он взял с собой. Ох и пожалеет Морий, когда вернётся домой. Когда в конце улицы мастер Ичи увидел бегущую дочку прачки, он не стал дожидаться того, что она скажет, и побежал в ту сторону откуда бежала Джуди.

– Мастер Ичи! Там напали! Мор меня отправил к вам! – кричала она, но мастер Ичи её уже не слушал.

Выбежав за ворота он увидел на поляне два трупа, в одном торчали рукоятки клинков его ученика. Мастер достал свой изогнутый меч, и наконец заметил третьего человека склонившимся на его юным учеником. Взревев, мастер Ичи замахнулся и в один удар снёс голову ублюдку посягнувшим на жизнь его ученика, которого мастер Ичи считал своим сыном.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.