# Эльфы Луны

Юлия Афиногенова

НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ.Лира – принцесса эльфийского Королевства Луны узнает, что вынуждена выйти замуж за грубого и лицемерного принца соседнего Королевства Гидры. Эльфийка противится воли отца и сбегает. Ей приходится отбывать наказание за непослушание в закрытой школе для эльфов, в которой с учениками обходятся жестоко. Сможет ли она добиться справедливости, когда вокруг происходят странные и даже пугающие вещи? Поможет ли Лире ее дар и сила Богини? И стоит ли доверять тому, кто уже успел стать другом?

© Юлия Афиногенова, 2024

ISBN 978-5-0064-6746-0

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero


Чуть слышной поступью крадется Время Странствий.
Приходит очень тихо, не спеша,
На ушко шепчет горячо и страстно:
«Кто ты такая чтобы мне мешать?

За мной немедля же последуй в Зазеркалье
И не забудь серебряный кинжал.
Волшебного орудия мерцание
Врата поможет отыскать в астрал.

И пусть я эфемерный бестелесный дух,
Я обладаю силой от рождения.
Я всемогущ, я зорок, многорук,
Я укажу твое предназначение.

Сомнения отринь и дар прими бесценный,
Ведь ты для приключений рождена.
Из закулисья выйди же на сцену —
Последняя глава не сожжена.

Будь главной героиней своего романа,
Накинь скорей эльфийский балахон.
Не прячь глаза, смотри лишь только прямо,
Реальностью пусть станет дивный сон.

Услышь мелодию причудливой свирели,
Которая звучит лишь за горами,
Где обитают сказочные звери
С тремя, пятью иль сотней головами.

Но не страшись чудовищ, страх отринь навек,
И знай – тебе я вовсе не предатель.
Отныне ты не просто человек,
Ты крещена под именем – писатель.

Ты проживаешь много жизней за одну,
И создаешь чудесные миры.
Ты мыслью можешь заселить луну,
Твои герои страстны и храбры.

Твое оружие – не меч, не пистолет,
Не стрелы со смертельным ядом,
А лишь слова – они точней ракет,
И пустошь обернут прекрасным садом.

Так запасись скорей бумагой и чернилами,
Не прекращай мечтать, стремись творить.
Из уст пусть льются рифмы златокрылые,
Читателя что смогут покорить».

## Не все так просто

– Что-то ты странная сегодня, сестра, – сказал Альтаир. Его длинные серебристые волосы были собраны сзади в хвост, охваченный искусно выкованным серебряным кольцом с синими топазами, который открывал взору заостренные эльфийские уши. [1]

– Это ничего не значит, я всего лишь дурно чувствую себя сегодня из-за полнолуния.

Альтаир многозначительно посмотрел на высокую эльфийку в бежевых шелковых одеждах, и она тут же отвела взгляд.

– Ни к чему обманывать, Лира. У тебя все на лице написано. [2]

– Если все знаешь, для чего спрашиваешь? – Фыркнула Лира, наморщив свой тонкий острый носик.

Они стояли на горном утесе близ которого раскинулся дворец, сотворенный будто самим богом. В горном тумане его призрачный облик мог показаться сказочным миражом, который мог предстать перед путником, силы которого почти покинули его бренное тело. Дворец, высеченный в серой скале стоял прямо над водопадами, воды которого стремительно срывались вниз, находя пристанище в голубом горном озере, кишащем неведомыми для человека существа с прозрачными плавниками, испещренными яркими разноцветными прожилками, с длинными хвостами и большой головой и мощным лбом. Их черные глазища, занимающие пол морды смотрели всегда внимательно, выжидая момента, чтобы напасть. Увидишь такое чудо и не сможешь пошевелиться, пока существо не утащит тебя в глубины вод.

– Что ты сказал? – Произнесла Лира, заметив, что Альтаир не отводит от нее взгляда. – Прости, я задумалась.

– Сестра, я всего лишь хочу предупредить тебя, об опасности, которая может грозить нашему народу при неосторожности.

– Нет, дело лишь в том, что отец желает контролировать все наши передвижения, будто мы не дома, а в тюрьме.

– Ты же прекрасно понимаешь его мотивы, – вздохнул Альтаир.

Его лицо, будто высеченное из камня, с острыми скулами и высоким лбом, стало серьезнее, чем обычно. Он смотрел куда-то вдаль на горизонт. Кожа его излучала лунный свет, а на лбу, шее и подбородке вырисовывались очертания полумесяцев и звезд, которые соединялись линиями, образовывая созвездия. У Лиры небесные тела пока покрывали лишь невидимые участки ее кожи. Она была еще слишком молода – самая младшая из всех. Альтаир был старше сестры на несколько десятков лет.

Также на белой хрупкой шее эльфийки можно было разглядеть небольшое голубое родимое пятно. Оно было похоже на каплю, будто кожа запачкалась полупрозрачной краской. Такое было лишь у нее в Королевстве, но она никогда не задумывалась о его происхождении.

– Я не хотела расстраивать тебя или отца. – Эльфийка обняла брата за плечи.

Он повернул к ней свое лицо, черты которого несколько смягчились после ее теплого жеста. Он улыбнулся Лире и пальцами погладил ее по щеке.

– Я это знаю, – сказал он, глядя в ее полупрозрачные светло-зеленые глаза. – Но это не делает мир безопаснее. Может, чуть позже все изменится, и люди станут к нам более доброжелательны, но пока лучше быть осмотрительнее.

Лира только надула губки и несогласно затрясла головой. Длинные серьги с горным хрусталем, украшающие ее острые ушки, зазвенели. Ее кудрявые, серебристые, как у брата, волосы, подстриженные ассиметрично, запрыгали будто пружинки.

– А как же тот человек с бородой, который покупает у нас украшения? – Спросила Лира. – Он же очень хороший. И те другие…

– Пойми, Лира, – вздохнул Альтаир, – не все такие, как они.

– Мне нужна свобода, Альтаир, – захныкала Лира, и глаза ее заблестели от слез.

– Сестра, – произнес Альтаир. – Посмотри на Луну в небе. Она так прекрасна и недосягаема. Она – мать нашего народа и мы благодарны ей за все дары, дарованные ею.

– Я это знаю, – перебила Лира. – Кассиопея Мудрая рассказывала об этом на уроке истории. [3]

У горных эльфов не было отчеств, они носили второе имя, которое выбирала им при рождении сама Богиня во время особенного ритуала.

– Значит ты должна знать, что Луна настолько восхитительна и притягательна, потому что до нее никто не может дотянуться и разрушить. Мы должны быть подобны ей – нашей Великой матери. Нельзя позволить кому-либо, непохожему на нас уничтожить наш род, нельзя даже повода подавать.

– Но я ничего такого не делаю, – захлопала ресницами Лира. – Мне всего лишь нравится общаться с людьми, делиться с ними своей магией.

– Они воспринимают тебя как экзотическую птичку, – строго произнес Альтаир. Взгляд его стал холодным и острым.

– Но Альтаир, – взмолилась Лира. – Для меня это очень важно. Люди так интересны – мне нравится их чувство юмора и выражения, которыми богата их речь.

– О каких выражениях ты толкуешь? – Брови Альтаира полетели вверх. – Неужто о непристойных?

Лира зарделась и не нашла что ответить.

– Понимаю, – произнес эльф, с трудом сдерживая улыбку. – Когда я был моложе, такие мелочи немного скрашивали серые будни.

– И это значит, что я могу… – Лира округлила свои светлые глаза, в которых отражалось закатное небо, с надеждой всматриваясь в лицо брата.

– Сестра, это исключено. – Он отвел взгляд. – Я несу за тебя ответственность.

– Но почему Дева и Вега спокойно передвигаются в мире людей, а мне нельзя? [4] [5]

– Лира. – Голос его был спокоен, хотя настойчивость Лиры начала немного выводить его из себя. – Твои сестры намного старше и почти все рисунки на их лицах уже образовали созвездия. А это значит…

– Что они обладают большой силой, способной на множество заклинаний, которые защитят их, – отчеканила Лира как на уроке.

– А сколько у тебя созвездий?

– Ни одного на лице, – потупила взгляд эльфийка. – И только три небольших на плечах и шее.

– Надеюсь, ты все поняла. – То был не вопрос, но она кивнула.

– Еще хотелось бы поговорить насчет Веги и Девы, раз уж ты упомянула сестер.

Лира тяжело вздохнула – сестры постоянно донимали ее своими наставлениями, иногда доводя эльфийку до слез. Считая себя самыми умными и красивыми в семье, Вега и Дева всегда ставили себя выше других, считая, что все лавры должны доставаться именно им, как, в прочем, и происходило.

Обладая прекрасными внешними и интеллектуальными данными, эльфийки поворачивали ситуацию так, как было выгодно им, нередко подставляя Лиру и других. Говорить о близняшках Лире хотелось меньше всего, особенно с Альтаиром. Он был единственным, кто не видел их настоящую сущность, хотя был далеко не дурак, просто сестры становились самыми милыми и доброжелательными эльфами на свете в его присутствии.

Лира выходила из себя каждый раз, как слышала сладкие речи, лившиеся из их уст, когда те беседовали со старшим братом, а потом одна из них переходила на шепот и говорила Лире на ушко какую-нибудь гадость, при этом лучезарно улыбаясь. Столько высокомерия Лира не видела ни в ком из жителей королевства.

– Я бы не очень хотела говорить о них, – призналась Лира.

– Я понимаю, что отношения у вас не заладились по какой-то неведанной мне причине, – начал Альтаир, вопреки желанию Лиры. – Но я очень надеюсь, что вы поладите, и чем скорее это произойдет, тем лучше.

– Лучше поговори об этом с ними, а не со мной. – Лира скрестила руки на груди.

– Так ты помнешь платье, – одернул ее Альтаир. – Встать ровно и расправь ткань.

Лира еле сдерживалась, чтобы не закатить глаза. Разгладив тонкую бежевую ткань своего платья в пол с необыкновенно длинными расклешенными рукавами из невесомого полотна, точно небесная вуаль, ложившаяся на мир с приходом сумерек. Подол покрывала вышивка из серебряных нитей с драгоценными камнями, которые переливались при холодном лунном свете. V-образный вырез горловины был расшит горным хрусталем. На шлейфе изысканного наряда искусно вышиты месяцы и луны с изящными тонкими завитками и древними рунами. Передвигаться в таком платье можно было только очень медленно, как и полагается принцессе эльфов.

– Не нужно дуться на своих сестер, вы же одной крови, – произнес Альтаир, снова глядя куда-то вдаль. – Они не сделали тебе ничего плохого.

– Не тут-то было, – вспыхнула Лира, снова машинально скрестив руки. – Они постоянно наговаривают на меня. А я ни в чем не виновата, и я не оправдываюсь…

– Будь выше этого, – посоветовал брат. – Я считаю, что это все мелочи жизни, на которые не следует обращать внимания. Нужно всего лишь вынести из них урок. Думаю, что все наладится. Даже не так – я в этом абсолютно уверен. Поверь мне.

Изобразив подобие улыбки, Лира кивнула, хотя была совершенно не согласна с братом. Ей вовсе не хотелось делать что-либо, чтобы исправить отношения с сестрами, ведь не она их испортила. Как же это было несправедливо. Обида, словно голодный червь, съедала эльфийку изнутри.

## Холодное утро

На следующее утро Лира встала с постели с большой неохотой. Служанка помогала принцессе одеться, но выходить из комнаты, чтобы пойти на очередной урок эльфийских рун, было выше ее сил.

– Ваше Высочество, – обратилась служанка к Лире. – Сегодня у вас очень важное занятие. Все, что вы вынесете из этого урока, пригодиться вам в будущем.

– Я выучу все потом, – захныкала Лира. – Нас так много учат тем вещам, которые мне совершенно не интересны, Эридан. [6]

– Не сочтите за грубость, но чем лучше принцесса владеет науками, тем завиднее из нее невеста. – Осторожно улыбнулась служанка.

– Эридан. – Спустя пару минут, пока служанка застегивала ее одежды, сказала Лира. – Мне всегда было интересно: вам никогда не бывает обидно, что во всем нашем мире царит несправедливость?

– О чем вы, ваше Высочество?

– Например, мне было бы очень грустно, если бы я была прислугой, и мне было бы недозволенно носить имя ярких красивых звезд, и приходилось довольствоваться именем какого-нибудь звездного карлика.

– Да, – согласилась Эридан. – Меня назвали в честь небольшого созвездия, но я не могу жаловаться на такую мелочь – простите за каламбур – ведь я живу в одном из самых прекрасных дворцов, когда-либо построенных на этой планете. Я должна быть благодарна за такую жизнь вашему отцу – королю. Моя мама Тигардена, которая трудится на королевской кухне, никогда не остается голодной, благодаря вашему мудрому и великодушному отцу. А мой жених Лакайль может заниматься лошадьми в королевской конюшне, о чем и мечтал с самого детства, ведь ухаживать за этими прекрасными благородными животными – честь для него. [7] [8]

– Эридан, – вздохнула Лира, надевая перед зеркалом длинные серьги с голубыми камнями, свисающие до белых обнаженных плеч. – Я рада, что ты довольна всем, что имеешь в этой жизни. Но я все же считаю, что, то, в какой семье родился эльф, не должно определять его дальнейшую судьбу. Я думаю, что каждый вправе решать, кем быть и как жить. Да и имя каждый должен иметь возможность изменить так, как ему вздумается.

Эридан только ахнула.

– Что вы такое говорите, ваше Высочество, – сказала служанка шепотом, будто боясь, что их кто-то услышит. – Ваш отец ужасно рассердится, услышав такое от вас.

– Эридан, успокойтесь, – махнула рукой Лира. – Я ему такое не скажу, но и вы тоже помалкивайте, пока я сама не стану королевой и не поменяю тут все традиции.

– Я ничего никому не скажу, – прошептала Эридан дрожащим голоском, сложив руки, словно в молитве.

– И вообще, называй меня просто – Лира, ты же для меня как подруга, – заключила эльфийка, вызвав в глазах служанки еще большее негодование и неподдельный ужас.

– Ой-ей-еюшки, ваше Высочество, – запричитала Эридан, хватаясь за голову. – Тише, пожалуйста. Вдруг, кто-то из вашей семьи услышит, например, Вега. Ой, что тогда будет!

– Успокойтесь, Эридан, пожалуйста. – Лира приобняла прислугу за плечи, утешая. – Я пошутила, не переживай так.

– Однажды я имела глупость заплести свои волосы не должным образом, как полагается прислуге, и меня наказали так, что болело все тело, – пролепетала Эридан дрожащим голосом, поправляя свои каштановые волосы, заплетенные в тугие косы-жгуты. – Я очень боюсь.

– Эридан. – Лира открыла рот в изумлении. – Не знала, что все так строго, прости.

– Ради Великой матери Луны, не извиняйтесь передо мной, – сказала Эридан. – Вы еще очень молоды и не знаете всего, что происходит в мире. На самом деле, несправедливости намного больше, чем вы думаете.

– Эридан, это ужасно, – вздохнула Лира. – Ты можешь быть свободна, я закончу одеваться сама.

Служанка только склонила голову и быстро покинула покои принцессы.

«Бедная девушка, – подумала Лира. – Как же тяжело ей приходится. Как бы я хотела все изменить».

Для подданных Королевства Луны действительно существовало множество ограничений. Например, служанки не имели права носить длинные узкие миндалевидные ногти, какими обладали все представители знатного рода, в том числе, и мужчины. Демонстрировать распущенные волосы прислуге строго-настрого воспрещалось, можно было получить десять ударов плетей.

Прислуга носила яркие наряды, чтобы всегда быть на виду. Одежда ее шилась из дешевой грубой ткани и никогда не подчеркивала фигуру. То ли дело одежда королевской семьи – тонкие струящиеся ткани, соблазнительные разрезы, длинные расклешенные рукава, обилие драгоценных камней и вышивки.

После всех приготовлений, вооружившись книгами, пергаментом и писчими принадлежностями, Лира спустилась в класс, где преподавали древние руны.

Мудрая Кассиопея уже стояла у доски и писала что-то на ее поверхности. За партой, рядом со стеллажами, заставленными разного рода увесистыми томами и цветными кристаллами, грани которых поблескивали при солнечном свете, лившимся из витражных окон, сидели близняшки. На них были абсолютно одинаковые платья из золотого бархата, а их длинные светло золотистые волосы украшали заколки в виде полумесяцев, в которых сверкали настоящие изумруды.

«Вырядились, точно на бал.» – Непроизвольно наморщив нос, подумала Лира, глядя на них.

– Присаживайтесь, ваше Высочество. – Склонив голову, пригласила Мудрая Кассиопея, заметив появление принцессы в дверях.

Лира расположилась в другом конце класса, подальше от сестер, чем вызвала их бурное перешептывание и сдавленный смех.

– Мудрая Кассиопея. – Вега вскинула руку, привлекая внимание учителя.

– Да, ваше Высочество?

– Это не относится к уроку, но я все же хотела задать вопрос.

– Конечно, ваше Высочество.

– Вы же так же преподаете уроки этикета.

– Все верно, ваше Высочество. Уже много лет я преподаю эту немаловажную дисциплину.

– Подскажите, пожалуйста, – казалось, что Вега специально тянет время, чтобы не начинать занятие, – считается ли приемлемым для представителей королевской семьи не здороваться друг с другом при встрече?

Кассиопея бросила на Лиру беглый взгляд и будто бы встала в ступор.

– Что скажете, Мудрая Кассиопея, ведь вас не зря называют мудрой? – Не отставала Вега.

Кассиопея открыла было рот, чтобы что-то ответить, но снова закрыла его, потупив взгляд. Лицо ее сильно зарделось.

– Давайте начнем урок, – не выдержала Лира, спасая Кассиопею от неловкого ответа. Она бросила на Вегу презрительный взгляд, на что та только улыбнулась.

– Да, давайте начнем, – сказала она, демонстративно заерзав на стуле, будто бы устраиваясь поудобнее.

– Простите, – склонила голову Кассиопея, потом схватила со своего стола учебник и стала переписывать оттуда руны. Пальцы ее предательски дрожали.

Дева тем временем вела себя безучастно, что-то царапая на своем пергаменте.

Холодный взгляд голубых как лед глаз, сверлил Лиру до окончания урока, вызывая на спине эльфийки мурашки. Хоть эльфы почти не мерзли, казалось, что холод всех арктических льдов сконцентрировался в Веге.

На вопрос, чем Лира заслужила такое отношение, ответить было просто: все дело в обычной зависти. Лира была намного моложе Веги и выглядела необычайно милой, похожей на наивного ребенка. К несчастью Веги, ее жених предпочел Лиру ей, а такое простить было почти невозможно, несмотря на то, что Лира отвергла жениха. Один факт, что кто-то посчитал сестру привлекательнее ее, приводил Вегу в бешенство. Ее аура пылала красно-коричневым каждый раз, когда она видела Лиру.

Помимо любовных дел, была и другая проблема: отец Лиры – Антарес женился во второй раз после смерти любимой жены – матери Лиры и Альтаира, а Вега и Дева были от первого брака второй жены короля, и, судя по слухам, король так и не смог забыть первую любовь. [9]

Антарес и Адара были необыкновенно красивой парой. Король смотрел на свою жену с искренней теплотой и нежностью, уделяя все свое внимание одной лишь ей, пока не появился Альтаир, а потом Лира. В день ее рождения он почувствовал себя самым счастливым во вселенной, ведь он так давно мечтал о дочери. Он закатил такой пир, что ни один эльф во всем королевстве не остался бы голоден или невесел. Он был так щедр, что пригласил лесных эльфов и людей близ лежащих деревень и городов отпраздновать рождение своей девочки. Но не все люди отплатили ему добротой. Король никогда не говорил, что случилось в ту ночь, но об этом судачило все королевство. В день рождения дочери король потерял свою жену навеки. Гость, которого он пригласил в свой дом оказался мерзким убийцей и насильником. В разгар веселья он ворвался в покои слабой женщины, которая только что разрешилась ребенком и мирно отдыхала в своей постели, грезя о прекрасном будущем и благодаря Великую мать Луну за счастье стать матерью второй раз. Ведь после рождения Альтаира долгое время им не удавалось зачать ребенка. [10]

С тех самых пор Антарес был мрачен и немногословен. Никто никогда не осмеливался говорить с ним о той ночи. Даже его собственный брат хранил молчание, боясь бередить рану, которая никогда не заживет. Единственное, о чем знала Лира, так это о том, что негодяя не нашли, и лица его никто не видел.

## Черноволосая Богиня

– Лира, дитя мое, слушай меня. – Мелодичный голос разливался в воздухе, вызывая у эльфийки приятную щекотку где-то в груди. Она видела солнечный свет, проникающий сквозь листву деревьев, она сама была этим теплым светом – невесомая и счастливая. Среди деревьев промелькнули пряди длинных черных волос, показался утонченный женский силуэт. – Я всегда буду рядом с тобой, буду защищать тебя в любое время дня и ночи, но будь осторожна. Будь невидима для своих врагов, будь мудра и неприкосновенна. Я благословляю тебя…

Лира открыла глаза. За окном не было солнца – лишь пасмурное серое небо, от которого в спальне было очень темно. Эльфийка услышала какую-то возню за окном, а когда подошла поближе, чтобы посмотреть, кто же создает шум, то от неожиданности отпрянула: широкий размах белых крыльев испугал ее. То был большой филин, который, казалось, сбился с пути. Эльфийка долго смотрела вдаль, наблюдая за плавным полетом птицы, пока та не скрылась за горизонтом.

Как то отец рассказывал ей историю о Матери Луне. Ее черные волосы, в которых была заключена вся ее женская энергетика, казались темнее самой ночи. Они были таковыми из-за того, что Богиня жила на обратной стороне Луны, впитав в себя всю черноту непроглядной тьмы, чтобы им – эльфам – досталось как можно больше света. Мать заботилась о них – о своих детях – оставляя им все самое лучшее. Она всегда хотела помочь, несмотря ни на что.

Не желая выходить из комнаты, Лира снова забралась в постель, и, укрывшись уютным пуховым одеялом, вновь уснула.

Когда она снова проснулась, в спальне уже была Эридан, которая расставляла на туалетном столике принцессы тазик и специальные принадлежности для умывания. За окном ярко светило солнце, и эльфийке подумалось, что может быть предыдущее пробуждение ей всего лишь приснилось, и не было никакого филина – предвестника трудностей и опасностей.

– Доброе утро, ваше Высочество, – пропела Эридан, явно пребывая в хорошем настроении. – Сегодня у вас весь день свободен. На вашем месте, я бы сходила на прогулку. Вы давно не были на альпийских лугах, а в это время года вы можете наблюдать очень красивое цветение. А еще очень скоро приезжает принц Процион из соседнего королевства. Вы же его еще помните? [11]

– Эридан, – заныла Лира, натягивая одеяло на голову. – Я уже ясно дала понять этому эльфу, что он меня не интересует. Пусть Вега дальше подбивает к нему клинья.

– Вам все равно придется к нему выйти, – ответила Эридан, продолжая расставлять флакончики со всевозможными мазями и порошками. – Вы же не какая-то деревенская девка без воспитания и манер. Вставайте, я помогу вам привести себя в порядок.

– Он что, приедет сегодня? – Из-под одеяла показались одни только светло-зеленые глаза.

– Этого не избежать – к обеду он и его семья будут во дворце.

В ответ Лира только взвыла, но все же заставила себя подняться с кровати.

– Хотела бы я проспать весь день, – сказала Лира, когда Эридан расчесывала ее волосы.

– Но так можно пропустить все самое интересное, – ответила служанка, проводя щеткой по белым непослушным прядям.

– Вега и так ненавидит меня, а Дева всегда на ее стороне.

– Думаю, что когда-нибудь вы обязательно помиритесь, ваше высочество, – улыбнулась Эридан.

– Когда я начну править, то мне на это уже будет совершенно все равно.

– Знаете, ваше Высочество, – ответила Эридан, немного помедлив. – Для хорошего правителя очень важно поддерживать добрые отношения со своей семьей, иначе титул может стать тяжким крестом для того, кто его носит.

Лира только поджала губы, сдерживаясь, чтобы не начать спорить. Все равно каждый останется при своем мнении. Слушать о том, что она еще слишком молода, чтобы что-то понять, ей совершенно не хотелось.

– Когда-нибудь я сделаю вас своим советником, но пока вы только моя служанка, – раздраженно сказала Лира, тут же пожалев о грубости. – Простите.

– Ничего. – Эридан как ни в чем не бывало продолжила укладывать волосы эльфийки. – Вы правы, ваше Высочество, я позволяю себе говорить слишком много лишнего.

Когда прическа Лиры была закончена, эльфийка проводила прислугу и приступила к завтраку, который ждал ее на прикроватном столике.

«Как же хочется быть предоставленной только самой себе», – думала эльфийка, понимая, что такого никогда не будет. Даже когда ей придется стать королевой, на ее плечах будет лежать целое королевство, за которое она будет в ответе. Да, ей бы очень хотелось изменить многовековые традиции, которые, по ее мнению, доставляли только страдания и неприятности, но иногда у нее возникали мысли убежать и остаться жить где-нибудь в лесах. Иногда ей хотелось быть совершенно свободной словно ветер, ни от кого не зависеть, и чтобы никто не зависел от нее самой.

Вся комната принцессы была залита золотым светом, небо стало таким чистым, без единого облачка. Природа совершенно преобразилась по сравнению с хмурым холодным утром, которое ей привиделось. Эльфийка подошла к окну и приоткрыла его, чтобы набрать побольше чистого горного воздуха в легкие, и впала в оцепенение – на карнизе она обнаружила большое белое перо.

## Ненавижу

На встречу с принцем Лира оделась как можно проще, несмотря на уговоры отца и Альтаира. «Нет смысла от того, что я буду выглядеть как кукла», – думала Лира, выходя в королевский сад в сопровождении Эридан.

Когда Лира попалась на глаза близняшкам, которые совершали променад среди цветников, то вызвала осуждение в их глазах. Сами сестры выглядели просто потрясающе, только Дева оделась скромнее своей сестры, по понятным причинам. Вега была в пышном серебристом платье с глубоким декольте, а талия ее выглядела настолько тонкой, что казалось, ей совсем нечем дышать. Волосы убраны назад и заколоты гребнем в виде какого-то созвездия, которое Лира не могла разглядеть из-за волос, наполовину закрывающих украшение.

«Не могу в это поверить, – подумала Лира, поджимая губы. – Неужели Вега вырядилась так только из-за Проциона. Да забирай ты его уже, мне он явно не нужен».

– Ваше Высочество, – прервала ее мысли Эридан, когда они приблизились к Проциону, который стоял у розовых кустов, оживленно разговаривая со своим слугой. – Принц Процион.

Королевство, из которого принц был родом называлось Королевством Гидры. Знать носила одежды всех небесных оттенков от светло-голубого, олицетворяющего чистые весенние небеса до темно-синего или чернильного, напоминающего о зимнем ночном небе. Процион был одет в яркую синюю одежду: кюлоты и кафтан, расшитый золотом, с вышивкой на плечах. [12]

Много тысяч лет два Королевства существовало в мире и согласии, как повелела Богиня Луны. Они символизировали две стороны луны светлую и темную, чтобы в мире лунных эльфов всегда существовал баланс и никто из королей не считал себя всемогущим и не испытывал превосходства над другим. Они всегда должны были быть братьями не по крови, а по духу.

Услышав свое имя, Процион повернулся и поклонился Лире, она ответила тем же и сдержанно улыбнулась.

– Ваше Высочество. – Процион подошел ближе и поцеловал руку Лиры, подняв на нее взгляд темных синих глаз.

– Добро пожаловать в наши владения, – ответила Лира, аккуратно отнимая свою руку у Проциона.

– Я должен благодарить вашего отца за приглашение в столь прекрасное время года, – ответил принц, встряхнув своими светлыми кудрями, которые доставали ему до лопаток. Лира готова была поклясться, что он ей подмигнул. Немыслимо. – Последний раз я был здесь в прошлом году, и еще помню один инцидент…

– Эридан. – Лира повернулась к служанке, которая стояла от нее в нескольких шагах, терпеливо ожидая следующих распоряжений. – Вы можете быть свободны, мы с принцем Проционом немного прогуляемся по саду.

– Конечно, ваше Высочество, – ответила Эридан и поспешила удалиться.

– Я покажу вам сад, – сказала Лира и засеменила вперед по тропинке, вдоль которой росли причудливые растения. Пыльца сверкала при свете солнца, которое уже клонилось к закату. Закат в горах начинался весьма рано.

Процион еле успевал за принцессой, чуть ли не переходя на бег.

– Куда мы так спешим, ваше Высочество?

– Я всего лишь показываю вам сад, – ответила Лира, не сбавляя скорость.

– Вам удобно передвигаться в таком длинном платье? – Не отставал Процион. – Может нам лучше присесть, например, на той лавочке? – Он показал на скамейку рядом с фонтаном в виде золотой лиры. Отец велел соорудить его в честь рождения дочери.

– Я хотела бы прогуляться, – ответила Лира, не глядя на собеседника. Она подобрала юбки платья повыше и как ни в чем не бывало, пошла дальше.

– Подождите, я бы хотел о многом с вами поговорить, – не унимался Процион, а потом рассмеялся, что заставило Лиру остановиться, да так резко, что преследователь чуть было не врезался в нее. – Это игра какая-то?

– Если бы вы занимались бегом, то для вас такая прогулка не стала бы проблемой, – съязвила Лира, а потом добавила. – Вы вспомнили об инциденте…

– Простите, – сказал Процион, пытаясь отдышаться. – Быстро вы бегаете, то есть, я хотел сказать, что я не хотел вас чем-то обидеть. Я все прекрасно понимаю. Вега и я…

– Да, дело именно в этом. – Лира скрестила руки на груди. – Я бы не хотела вновь слушать ее колкие комментарии относительно вас с нами, потому что никаких нас нет и не было.

– Но… – начал было Процион, а Лира только фыркнула и помчалась дальше. – Да стойте же вы.

– Вы что-то сказали?

– Мы играем в салки?

– Возможно.

– Тогда вы водите! – Процион подскочил к Лире и схватил ее за плечо, этим заставив наконец остановиться.

– Я только хотел сказать одну вещь, и вы меня выслушаете. Я не буду гоняться за вами как маленький мальчик. – Голос его изменился на более низкий и убедительный, что ввело Лиру в ступор. Так обычно начинал говорить ее отец, когда требовал, чтобы его выслушали. Процион смотрел ей прямо в глаза, не отводив взгляд, брови его были нахмурены. Казалось, он настроен серьезно.

Лира внезапно почувствовала робость и остановилась.

– Я хотел бы сделать вам предложение руки и сердца, – сказал Процион, на что Лира только открыла рот и что-то беззвучно произнесла, кажется, у нее пропал дар речи. Процион самодовольно ухмыльнулся и продолжил: – Ваш отец прекрасно об этом знает, и отказа я не приму. Наше Королевство владеет горой Антавент, в недрах которой недавно были обнаружены настолько редкие камни, что теперь мы просто сказочно богаты, а ваши горы несколько лет подряд не радуют короля Антареса полезными ископаемыми, насколько я знаю. Поэтому выход для вашей семьи один – заключение брака с богатейшим королевством. Вы же не хотите расстраивать отца, ваше Высочество?

Дрожа от возмущения, Лира с такой силой сжала кулаки, что почувствовала, как ее длинные ногти вонзились в ладони. Слезы брызнули из ее глаз, и, резко развернувшись, она стремглав бросилась обратно во дворец. Процион что-то кричал ей в след, но она ничего не слышала из-за шума в голове – сердце бешено стучало в ее висках.

«Вы с Вегой стоите друг друга», – захлебываясь слезами думала Лира.

Она все бежала и бежала, пока чуть ли не из-под земли перед ней выросли Вега и Дева. Сердце эльфийки екнуло.

– Куда это ты так спешишь сестра? – спросила Вега, всматриваясь в лицо Лиры, которая безуспешно пыталась скрыть следы слез. Опустив голову она вытирала глаза рукавами платья. – Что с твоим лицом, и почему вы с Проционом устроили гонки по саду? Мы все видели.

– Мне нужно во дворец, – выпалила Лира, пытаясь уйти от ответа, но Вега схватила ее за руку и затормозила, чуть было не вывихнув ей плечо.

– А ну стой! – приказала сестра, презрительно прищурив глаза. – Что произошло между вами?

– Кажется, здесь пахнет драмой, – присоединилась к разговору Дева.

– Ты же знаешь, что без ответа ты отсюда не уйдешь, – прошипела Вега. Взглянув в раскрасневшееся лицо Веги, Лира выпалила:

– Он сделал мне предложение, но мне это не нужно!

Вега отдернула руку от Лиры и отошла от нее на шаг, раскрыв рот в удивлении, словно только что узнала, что она болеет чем-то заразным:

– Ты – подлая девчонка!

– Я тут не причем, – спокойно произнесла Лира. – Забирай Проциона себе, если ты, конечно, ему нужна.

– Ах ты дрянь! – Вега подскочила к Лире и отвесила ей такую смачную пощечину, что изумило даже Деву, которая вскрикнула от неожиданности.

– Ненавижу тебя! – выпалила Лира, хватаясь за пылающую щеку, потом развернулась и побежала прочь подальше от сестер.

Внутри Лиры все кипело, ей хотелось, чтобы произошло землетрясение или сход огромной лавины, которая заберет с собой Вегу, Деву и Проциона. Она бежала, ничего не видя вокруг из-за пелены слез и гнева, которые застилали ее светло-зеленые глаза.

«Мне никто не будет указывать, – думала Лира, пока все внутри нее клокотало. – Как отец может так поступать со мной?! Мне больно, больно об этом думать».

Пробегая мимо одного из черных ходов, предназначавшегося для слуг, Лира краем глаза заметила, как отворилась дверь и из нее вышел стройный и статный доктор магических наук Ригель с великолепной серебристой шевелюрой. Он преподавал сотворение заклинаний в их Королевстве уже несколько месяцев. [13]

За ним последовал какой-то неизвестный громила в темно-синем балахоне., который был выше Ригеля на две головы, хотя тот был далеко не низкорослым. Позади них из-за двери послышался женский плач. Они вышли и Ригель закрыл дверь на ключ.

«Странно, – подумала Лира, прячась среди деревьев, чтобы остаться незамеченной. – Кто так горько рыдает? И почему мы постоянно должны страдать? Жизнь дана нам вовсе не для этого».

Когда Ригель и незнакомец ушли, Лира отыскала другой черный ход и скрылась во дворце. Из головы ее не выходила странная сцена. Возможно, тот незнакомец был новым учителем, ведь Эридан как-то обмолвилась о скором прибытии нового профессора по литературе, поскольку старый подхватил странную магическую болезнь, которая лишила его разума и нормального эльфийского облика. Но женский плачь, который девушка услышала, вызывал какую-то непонятную тревогу, неподдающуюся объяснению. Мало ли из-за чего могла плакать какая-нибудь служанка, ведь у них самая несправедливая жизнь.

## То самое чувство

Очутившись в своих покоях, принцесса отдышалась после бега и вдоволь наплакалась. «Я тут не останусь, – подумала она, приводя свое лицо в порядок перед зеркалом. – Пусть сами играют по своим правилам».

Из сундука, спрятанного под кроватью (места там было предостаточно), Лира достала зеленый плащ с капюшоном, который как-то раздобыла в покоях прислуги. Если она наденет его, то не будет привлекать много внимания. Лира переоделась в более простое и удобное платье, завязала волосы в узел и сняла все украшения, чтобы не стать лакомым кусочком для какого-нибудь лесного охотника.

Она подумала об Альтаире и ей сделалось немного совестно – брат всегда по-настоящему любил ее и никогда бы не дал в обиду. Возможно, он даже не знает о том, что задумал отец вместе с этим напыщенным Проционом. Если она сбежит, он будет по ней скучать. Но только там – в мире людей – у нее есть настоящие друзья, которые поддержат ее и поймут, несмотря на то, что она не из их круга. Альтаир тоже должен понять ее. При том, что он всегда внушал ей, как нужно поступать, он прекрасно понимал, насколько несправедлив этот мир. Он не должен был осуждать ее за то, что она хочет сделать.

Выбралась из дворца Лира точно так же как и зашла – через черный ход. Спрятав лицо за капюшоном она невольно подумала о том незнакомце в похожем плаще и вздрогнула. У нее было нехорошее чувство по отношению к нему. Но раз уж он знакомый Ригеля, то не должен быть чужаком, который может нести опасность. Отбросив тревожные мысли, Лира побрела уже знакомой вытоптанной тропой, по которой всегда сбегала в деревню к людям, чтобы никто из знати или слуг не смог засечь ее передвижения, а в особенности – отец.

Вновь она почувствовала себя виноватой, ведь Альтаир так настаивал на том, чтобы она оставалась на территории Королевства Луны, прекратив тайные вылазки. Но ноги сами несли ее в место, где она чувствовала себя свободной от светских бесед, нудных уроков и других обязанностей принцессы великого короля, благословленного самой Матерью Луной, что означало только одно – королевская семья не принадлежит самой себе, она принадлежит своим подданным, которых нужно защищать от врагов, голода и других напастей.

В первое время Альтаиру, возможно, удастся прикрыть ее, но потом начнутся поиски, которые, как надеялась Лира, ни к чему не приведут. Хотя, зная отца – целеустремленного эльфа, для которого семья всегда была на первом месте, особенно после трагической смерти жены; Лира сомневалась, что сможет спокойно жить вдали от Королевства, оставаясь незамеченной. Рано или поздно кто-то схватит ее и вернет в семью, поэтому Лира надеялась хотя бы какое-то время побыть свободной, чего бы ей это ни стоило.

Подгоняемая неоднозначными чувствами, Лира бежала из Королевства и смогла выдохнуть только тогда, когда очутилась на нейтральной территории в хвойном лесу.

Эльфийка воспользовалась коротким заклинанием, помогающим скрыть следы, чтобы ее было сложнее выследить, а потом побрела в деревню, до которой оставалось всего пару миль.

Скоро взору ее предстала знакомая улица с небольшими аккуратными домиками, территории которых были обнесены низкими деревянными заборчиками, выкрашенными яркой краской. Чуть дальше находилась школа, рынок и женский монастырь.

– Лира! – услышала эльфийка веселый возглас. Из одного из однотипных домиков вышла девушка в простеньком голубом платье. Ее светлые русые волосы были заплетены в тугую косу, украшенную живыми цветами. – Не ожидала тебя увидеть сегодня.

Девушки обнялись, и Лира поведала подруге свою историю.

– Именно по этой причине, Вита, я не могу вернуться назад, – заключила Лира, поднимая глаза к небу, чтобы не заплакать.

– Ничего, – ответила Вита, взяв подругу за руку. – Ты можешь жить у нас, ты же знаешь, что моя мама против не будет.

– Я буду только стеснять вас, – неуверенно сказала Лира, понимая, что деваться ей пока все равно некуда.

– Ничего подобного, – отмахнулась Вита. В ее светлых карих глазах Лира увидела поддержку и желание помочь, искреннее желание – вот чего ей так не хватало. В Королевстве все то и дело разговаривали с эльфийкой, используя дежурные фразы и только твердили о ее долге перед отцом и придворными. – Ты же знаешь, что мы всегда рады помочь.

В деревне мало кто знал о существовании эльфов, ведь после того, что случилось в ту страшную ночь, люди были опоены снадобьем, стирающим память и изгнаны из Королевства Луны. Снадобье имело настолько великую силу, что многие, кто его принял, на следующее утро не помнили, кто они и как их зовут. Лучшим решением проблемы эльфы посчитали то, что людям не стоит знать об эльфах. Теперь Королевство стояло за магической невидимой стеной, скрытое от человеческих глаз. Лира же, сбегая из дома к людям нарушала волю отца.

Лира услышала, как вдалеке раздался школьный звонок, а потом через пару мгновений из ворот школы высыпала толпа учеников. Вита училась дома, чтобы помогать маме, у которой была тяжелая болезнь. Мама постоянно все забывала, и порой ее охватывала такая паника, что рядом с ней постоянно должен был находиться кто-то близкий, чтобы вовремя успокоить. Отец Виты давно погиб на войне. К счастью, у Виты были старшие братья, которые работали в городском банке и занимались строительством большого дома в городе. В этот дом должна была вот-вот переехать вся их семья.

Лира смотрела на стайки детей, которые весело болтали, что-то оживленно обсуждая. Внимание эльфийки привлекла одна из девушек: все девчушки разделились на группы, а она шла совсем одна. Яркие, почти красные, рыжие волосы; юбка, не прикрывающая колени, и высокие каблуки. Такой вызывающий образ был очень большой редкостью для этих мест. Эльфийка была готова поклясться, что услышала, как кто-то из учениц шикнул на девушку, прошептав: «грязная ведьма», на что та никак не отреагировала, продолжив идти по улице с гордо поднятой головой.

– Кто это? – поинтересовалась Лира у Виты.

Вита взяла подругу под руку и отвела к заборчику, над которым склонилась раскидистая яблоня. Они спрятались за деревом, чтобы не привлекать внимания.

– Эта девушка – внучка настоящей ведьмы. Ее зовут Хлоя, – прошептала Вита на ухо эльфийке. – Они совсем недавно здесь поселились в доме рядом с болотами. Говорят, что они переехали из Исландии.

– Да, слышала об этом государстве на уроках истории, – ответила Лира. – Но неужели там живут ведьмы?

– Ведьмы много где живут, – вздохнула Вита. – Но я впервые вижу одну из них своими глазами.

– А с чего все взяли, что она – ведьма? Она что поклоняется темным силам?

– Знаешь, мама говорила мне, что это теперь ведьмы встали на темную сторону. Раньше они были превосходными лекарями, которые лечили людей от разных болезней, и никогда никому не вредили. Но после того, как ведьм стали жечь на кострах, они воззвали к нечистой силе и их души стали черными.

– Ужасно, – прошептала Лира. – Но с чего все решили, что Хлоя – ведьма?

– Так говорят, – пожала плечами Вита. – Ее мать очень странно себя ведет – ходит по лесу, собирает какие-то травки, да и одеваются они очень вызывающе.

– Может они всего лишь куртизанки? – предположила Лира.

– Что? – Вита в ужасе прикрыла рот, а потом не смогла сдержать смех. Лира рассмеялась в ответ.

– Вот так и рождаются слухи, – улыбнулась эльфийка.

– Смотри! – вдруг воскликнула Вита, а потом прикрыла рот ладонью. Она указала в толпу мальчишек, которые шли по улице и что-то оживленно обсуждали. – Они живут в городе. Видишь того, с черными волосами?

Эльфийка выглянула из-за ветвей яблони, пытаясь разглядеть того, о ком говорила Вита и при этом оставаться в тени.

Лира увидела высокого парня с черными как смоль всклокоченными волосами, которые завивались в кудри и доставали ему почти до плеч. У него было очень приятное лицо: чистая кожа, густые брови, большие карие глаза, небольшой нос и полные губы. Его белая рубашка, заправленная в черные брюки, была расстегнута так, что открывала грудь с темными курчавыми волосами. Он что-то весело обсуждал с другими парнями и смеялся.

Потом голоса парней резко затихли и перешли на заговорщицкий шепот. Они замедлили шаг и один из них – самый худой и низкий повернул голову и стал указывать на что-то позади них.

Лира раздвинула листву руками и увидела, что позади парней шла Хлоя. Сейчас что-то будет, почувствовала Лира, от чего у нее закрутил живот.

– Ведьма! – крикнул самый худой и громко заржал.

– Красивые ножки, – подхватил крупный светловолосый парень.

– Я бы ее с этими ножками… – разошелся худой.

Хлоя посмотрела на них округлившимися зелеными глазами, но ничего не ответила, а лишь замедлила шаг. Она будто бы вся сжалась и задрожала.

– Эй, – шикнул на них черноволосый и отвесил худому оплеуху. – Пошли уже!

После этого воцарилось молчание и вся компания молча двинулась дальше.

Эльфийка почувствовала нечто странное у себя внутри, ее будто поразила молния, от чего она не могла пошевелиться и отвести взгляд от этого парня. Забыв о том, что она прячется, Лира высунула голову из-за ветвей, чтобы поближе разглядеть черноволосого незнакомца. Ветка скрипнула, и эльфийка чуть было не вывалилась из своего укрытия. Парни резко остановились, оглядываясь по сторонам. Глаза Лиры и кареглазого парня на мгновение встретились, а потом она поспешила вновь спрятаться в укрытие. Сердце ее готово было вырваться из груди.

– Бежим в дом, – шепотом скомандовала Вита, подгоняя Лиру. Та, путаясь в длинном плаще, бросилась к входной двери.

– Ей, красавицы! – крикнул кто-то из парней им вдогонку, но те не остановились, сгорая от стыда.

Девушки захлопнули за собой дверь, еле сдерживая смех.

– Кто это был? – спросила вся раскрасневшаяся Лира.

– Лучшие ребята школы, – ответила Вита, закрывая дверь на щеколду, которая никак не хотела поддаваться. – Все девчонки от них без ума.

– Нет, – сказала Лира. – Я о том черноволосом парне в белой рубашке.

– Ааа, – протянула Вита, криво улыбаясь. – Это Блэйк. Он вроде у них за главного.

– Это заметно, – мечтательно ответила Лира, вспоминая его глаза.

– Ох, Лира, – заметив ее помутившийся взгляд, произнесла Вита с той же кривой улыбочкой. – Все девушки только и говорят о нем. Но знаешь, лучше с этими парнями не связываться…

Последнюю фразу Вита произнесла уже без тени улыбки.

– А что такое? – заинтересовалась Лира.

– Говорят, что они опасны.

– Снова слухи? – сощурила глаза Лира.

Вита только вздохнула.

– «Что может быть опасного в обычных школьниках? – думала Лира, пока подруга усаживала ее за стол, чтобы напоить травяным чаем. – Как же мне не нравятся сплетни».

Из головы эльфийки не выходили большие глаза и блестящие локоны парня. А то, как Блэйк заставил тех парней замолчать, вызвали в Лире какое-то новое чувство, каких ей не приходилось испытывать раньше.

Что-то произошло с ней. Она ощутила, будто что-то маленькое и теплое проникло в ее нутро и теперь томилось внутри нее и щекотало ее сердце.

Она закрыла глаза и разрешила себе почувствовать это тепло. Оно обволакивало ее, успокаивало, словно любимое одеяло. Постепенно отгоняя страхи и сомнения, это чувство заполнило все вокруг. И хотя ей было страшно, она знала одно: впереди ее ждет что-то важное, что-то, что изменит все.

Альтаир как-то говорил ей о том, что рано или поздно это произойдет, и она неизбежно станет заложницей своих чувств, поэтому необходимо было как можно более здраво смотреть на вещи, не поддаваясь искушениям. Эльфы живут слишком долго и дольше могут испытывать счастье, но также долго им приходится чувствовать разочарование, обиду и боль от потери.

## Не гневите призраков

Лира и Вита не спали всю ночь, уснув только под утро, когда солнце показало свои первые лучи и звонко запели птицы. От их трели эльфийка и проснулась. Она ночевала в спальне вместе с Витой на второй этаже. Девушки так заболтались, что уснули кто где – Лира на ковре возле кровати, а Вита на подушках возле книжного шкафа.

Но когда подруга уснула, Лиру стали одолевать беспокойные мысли. Как бы она не хотела думать о дворце, из которого сбежала, оставив Королевство на произвол судьбы, ей не удавалось совладать со своей совестью. Что, если благополучие эльфийской семьи действительно под угрозой, что отец даже решился выдать свою дочь за такого лицемера, как Процион? Хотя вряд ли он видел его истинное лицо. Но разве она должна заключать узы брака с таким эльфом, только ради состояния короля Королевства Гидры? Ведь Королевство Луны еще не бедствовало, чтобы идти на крайние меры. Как же она ненавидела все эти традиции, когда девушке приходилось приносить себя в жертву ради сохранения достатка или статуса ее семьи. Это было просто ужасно подло, но Лира все равно не переставала испытывать тянущее, сосущее чувство вины, которое пожирало ее изнутри.

Как же хотелось все изменить, перевернуть этот мир с ног на голову, избавив его от несправедливости и боли. Но что может сделать она одна? Ей нужна была поддержка родных, а теперь она подорвала их доверие своим поступком.

– Вита, – шепотом позвала Лира, пытаясь разбудить подругу. – Ты спишь?

– Что? Кто тут? – зашевелилась девушка, зевая и потягиваясь. – Я и забыла, что ты у меня. Который час?

Лира взглянула на настенные часы:

– Без пяти шесть, – ответила эльфийка, а потом достала из своей сумки расческу и стала причесываться перед зеркалом. Кудри лежали в полном беспорядке. Как же ей сейчас не хватало Эридан.

– У тебя же была служанка? – поинтересовалась Вита, наблюдая, как Лира пытается распутать волосы, которые свалялись за ночь.

– Была, – вздохнула Лира. – Но теперь я принцесса отшельник, а им не полагается прислуга.

Вита рассмеялась:

– Как бы я хотела иметь служанку, – мечтательно протянула она. – Тебя и накормят и оденут, сделают красивую прическу.

– Это очень надоедает, если честно.

– Как такое может надоесть? – удивленно воскликнула подруга. – Я бы от такого ни за что не отказалась.

– Никакой личной жизни – вот что раздражает.

– Аа, – протянула Вита. – Ну это, безусловно, большой минус.

– Хотя сейчас Эридан мне очень не помешала бы. – Лира так старалась распутать волосы, что от щетки отлетела пара зубчиков.

– Дай я помогу, – пришла на подмогу Вита, еле сдерживая смешок. – Знаешь, сегодня в деревне праздник. Мы празднуем наступление весны. Он пройдет прямо в лесу, и там будут мои школьные друзья.

– Но вы почти не общаетесь.

– До того, как меня заперли дома, очень хорошо общались, – ответила Вита. В глазах ее Лира прочла грусть. Видимо девушка очень скучала по прежним временам. – Думаю, они не будут против, если я тоже приду. Гера носит мне школьные задания, и по-прежнему мила со мной.

– Хорошо, – кивнула Лира. – Тогда, конечно, сходи.

– Нет, ты не поняла, – замотала головой Вита. – Ты тоже пойдешь.

– Я? – округлила глаза Лира. – На праздник людей?

У эльфийки засосало под ложечкой от волнения. Невольно она подумала о той страшной ночи, когда ее мама погибла. Может, эльфам и правда лучше держаться от людей подальше? Хотя, на этом празднике будут школьники. Что они могут натворить?

– Ну, – Вита потрепала Лиру по плечу. – Что думаешь?

– Я… – неуверенно протянула Лира. – Думаю, что можно попробовать.

– Ты меня просто спасешь! – Вита так крепко обняла подругу, что у той затрещали кости. – Только…

– Что?

– Твое лицо… С ним что-то происходит.

Вновь повернувшись к зеркалу, эльфийка увидела, как на ее шее и плечах начинают прорисовываться полумесяцы и созвездия.

– О, нет, – простонала Лира, обхватывая себя руками. – Действие заклинания заканчивается. Нужно снова колдовать.

– Точно! – воскликнула Вита. У нее словно случилось озарение. – Ты же как-то говорила про ваши знаки на коже.

– Да, – ответила Лира, завороженно наблюдая, как полумесяцы становятся все четче. – Нужно все это спрятать перед праздником. Как же я это не люблю, от заклинаний тянет в сон.

– Ого, – произнесла Вита, наблюдая за тем, как проходит действие чар. – Первый раз такое вижу.

– Это еще самая простая магия, – улыбнулась Лира, позабавленная реакцией подруги. Казалось, что глаза ее вот-вот выскочат из орбит.

Мы услышали шум на кухне.

– Кажется, мама проснулась. – Вита наконец-то поднялась с подушек, переоделась и спустилась вниз, оставив Лиру приводить себя в порядок. – Как закончишь, спускайся вниз.

Когда Лира спустилась на кухню то она застала Виту и ее маму за столом, уставленным разнообразными аппетитными яствами.

– Здравствуйте, миссис Рэй.

– Здравствуй, моя птичка, – улыбнулась женщина. Кажется, она похудела и похорошела с тех пор, как Лира видела ее в последний раз.

– Я вижу – вы хорошо себя чувствуете?

– Да, мне намного лучше, – ответила миссис Рэй. – Присаживайся, блинчики заждались.

– Спасибо! – весело отозвалась Лира.

После завтрака девушки снова поднялись наверх, где Вита какое-то время ломала голову над школьными задачками, а Лира тихонько сидела в уголке, читая одну из книг подруги. Она выбрала любовный роман, который написал один из местных писателей-затворников. И как человек, всю жизнь просидевший взаперти может так красиво писать о любви? Это оставалось для нее загадкой.

– Вит, – позвала Лира подругу.

– Да? – Вита отвлеклась от изучения математики, чему была рада. – Что такое?

– Твоя мама очень хорошо выглядит, – констатировала она. – Хотя еще два месяца назад ей становилось хуже.

– Да, все благодаря отдыху и лекарствам, – ответила Вита.

– Очень хорошо. Может скоро ты сможешь снова ходить в школу.

– Да. Если успею. Мне уже пятнадцать, а через три года школа закончится. – Она заметно поникла, уставаясь в учебник невидящим взглядом.

– Прости, – опешила Лира. – Я не подумала, что тебя это расстроит.

– Нет, что ты, – отнекивалась Вита. – Главное, чтобы маме стало лучше. Чего я не видела в этой школе.

– А что будет на этом празднике? – Лира решила сменить тему.

– Он пройдет ночью в лесу, и мы будем прыгать через костер и вызывать лесных духов.

– Звучит жутко, – поежилась Лира.

– У вас во дворце таким не занимаются?

– Ну, у нас проводятся различные ритуалы, но они посвящены нашей богине Луне, – ответила Лира. – В них нет ничего страшного. Наоборот, после таких ритуалов чувствуешь себя окрыленной, будто Богиня дает тебе часть своей силы.

Лира достала из своей сумочки светло-голубой кристалл, прошептала над ним слова и с ее лица тут же пропали рисунки, а уши стали обычными человеческими.

– Ух ты! – Воскликнула Вита. – Волшебство!

Лира приставила палец к губам, прося Виту быть потише.

– Лучше я пойду в лес в таком виде, чтобы не привлекать внимания, – сказала Лира и Вита кивнула.

– Маме лучше тоже не знать об этом, – добавила Вита. – Она не очень одобряет такие вылазки.

Лира нахмурила брови, но согласилась с подругой:

– Хорошо, – сказала она. – Надеюсь, что это будет не опасно.

– Совсем нет, – заверила Вита. – Этот праздник проходит каждый год. Я была на нем уже три раза.

– Тогда все мне покажешь.

– Обязательно. Посвящу во все таинства, – заговорщицки улыбнулась Вита.

Ближе к полуночи девушки оделись потеплее, взяли керосиновые лампы и на цыпочках двинулись в лес.

Они шли, пока не увидели вдалеке костер и не услышали веселые голоса – то были школьники. Они веселились, танцевали и пели, кто-то играл на флейте.

Вита и Лира вышли на поляну, которую хорошо освещала огромная луна. «Полнолуние, – подумала эльфийка. – Во дворце сегодня тоже празднуют…»

Ей вдруг захотелось очутиться рядом с отцом и Альтаиром, но потом она вспомнила, какую судьбу ей приготовил король и сразу же отбросила эти мысли.

– Приветствую! – поздоровался кто-то из юношей. Было темно и трудно было разобрать лицо говорившего. – Добро пожаловать! Угощайтесь. – Парень указал на котелок, стоящий на огне, в котором что-то кипело и вкусно пахло. У Лиры тут же заурчал живот.

– Привет, Вита, – поздоровалась девушка с длинными каштановыми волосами, собранными сзади в хвост.

– Привет, Гер, – ответила она, улыбаясь.

Девушки обнялись, а потом Вита представила своей подруге Лиру.

– Очень приятно, – ответила Гера. – Не слышала про тебя раньше. Вита, как оказалось, очень скрытная.

– Брось, – усмехнулась Вита. – Лучше покажи, что у вас есть вкусненького.

– А у тебя?

Неожиданно для Лиры Вита достала из-под плаща сверток, в котором оказались блинчики и банка меда.

– Это от нас двоих.

– Принимается, – одобрила Гера.

– Каждый должен принести что-то вкусное, – объяснила Вита.

– Смотри. – Вдруг Лира заметила рыжеволосую девушку, сидевшую на бревне вдали от всех. Она куталась в плед, ничего не ела и не веселилась, просто смотрела на пламя от костра. – Это же Хлоя.

– Да, точно, – Вита уставилась на нее, словно на призрак. – Впервые вижу ее тут. Обычно она держится от всех в стороне.

– Ну и сейчас она не очень-то общительна.

– Очень странно.

Потом послышался какой-то шум в глубине леса: зашелестели листья, затрещали сухие ветви. Веселье на миг остановилось и наступила тишина. Парень, играющий на флейте прекратил свою игру и уставился в тьму. Все присутствующие зашептались. У Лиры по телу поползли мурашки. «Жаль, что я не могу видеть в темноте как мои сестры», – с сожалением думала эльфийка. Она схватила Виту за руку и отступила на шаг назад, подальше от черной чащи, поближе к огню.

Послышалось улюлюканье и странные крики, похожие на те, что издают звери. Кто-то из девушек закричал, а потом из леса показались призраки. Фигуры в черных балахонах неистово кричали и гудели наступая.

– Да это же болван Лис! – Крикнул кто-то из юношей. – Только он умеет так орать.

– Нас раскрыли! Сдаемся! – закричали фигуры в балахонах, а потом сбросили их, представ перед всеми в истинном воплощении. Это была компания парней, которую Лира и Вита видели вчера днем.

Эльфийка тут же уставилась на черноволосого Блэйка. Он был в уже другой белой рубашке, которая сидела на нем, сильно облегая тело и выставляя на показ мускулы. Кажется, она была ему слегка маловата.

– Лира, – одернула ее Вита. – Если хочешь, можем уйти.

– Нет, – покачала головой Лира. – Они нам не помешают.

– Привет, красавицы, – поздоровался один из парней, рассматривая Виту, и Лира тут же поняла, кто кричал им вчера в след: широкоплечий шатен с синими глазами, который был на две головы выше девушек и явно не внушал доверия. Такой великан схватит и унесет к себе в пещеру, оглянуться не успеешь.

– Привет, привет, – фыркнула Вита, гордо вздернув подбородок.

– А ты кто такая? – обратился он к Лире.

– Лира, – представилась она. – А вы, мистер Великан?

– Меня зовут Рой, милашка, – представился тот.

– А я Блэйк. – Он вырос между Лирой и Роем будто из-под земли, а потом поцеловал руку эльфийке.

– Мы не договорили, – брякнул Рой, но Блэйк проигнорировал его.

– Пойдемте поближе к огню, вы, наверное, замерзли.

– Я не… – только успела промямлить Лира, как Блэйк уже схватил ее под руку и вел к костру. Вита засеменила за ними.

– Ты здесь бывала когда-нибудь? – Парень посмотрел в глаза Лиры, и та почувствовала, как лицо ее пылает то ли от костра, то ли еще от чего-то.

– В этом лесу впервые, – ответила эльфийка.

Они втроем уселись на бревно, которое было ближе всех к огню.

– У тебя настолько белые волосы, никогда не видел таких, – Лира почувствовала, как Блэйк бесцеремонно взял ее прядь и пропустил сквозь пальцы.

– От мамы достались, – ответила она, изо всех сил стараясь не смотреть ему в глаза. – Тут очень весело.

– А сама ты откуда?

Вот этого вопроса эльфийка и боялась. Еще не хватало, чтобы он узнал что-то про эльфов.

– А пойдемте потанцуем, – выпалила она, схватила Виту за руку и потянула ее поближе к остальным веселившимся.

– Ты издалека? – Не отставал Блэйк, пока Лира кружилась в танце.

– Из соседнего… города, – соврала она.

– Из Грейстоуна?

– Да, оттуда. – Кивнула Лира, а потом завертелась в танце так быстро, что у нее чуть было не закружилась голова.

– Ты отлично танцуешь! – Прокричал Блэйк, заглушая голос флейты. Где-то вдали послышались барабаны.

Все смешалось: пламя костра, запах хвойного леса и угощений, девичий смех…

Эльфийка танцевала что есть мочи, стараясь отогнать от себя грустные мысли. Сейчас она была свободна делать то, что ей хочется, сегодня она не принцесса – а обычная вольная птица. На секунду она представила себя белым филином, парящим высоко в небе над горами и реками, лесами и морями, над синими бескрайними океанами. Она сама хотела стать птицей, чтобы никто не мог достать ее.

Альтаир и отец были дороги Лире, но она не могла позволить никому, даже им, управлять собой. Ей не хотелось думать о том, что будет завтра, она жила сейчас, в этом мгновении, и она желала насладиться моментом.

Музыка и смех становились все громче. Лира закрыла глаза и кружилась, кружилась, полностью отдавшись своим чувствам. Она представляла, как Богиня смотрит на нее и улыбается. «Смотри на меня – я живу!» – хотелось кричать эльфийке.

А потом что-то случилось. Музыка прекратилась. Эльфийка открыла глаза, приходя в себя. Голова ее сильно кружилась. Она услышала, как кто-то ругается. Мужские голоса и женский. Лира посмотрела туда, откуда шел звук и увидела Хлою, которая что-то кричит Рою, пытавшемуся отобрать какой-то предмет из ее рук. Остальные парни стояли за несколько шагов от них и смеялись, отпуская сальные шуточки.

– Эй! – крикнул им Блэйк, подходя ближе. – Что вы делаете?

– Эта ведьма что-то прячет, – сказал Рой, тыча пальцем в Хлою. – Не отдает.

– Какое тебе до нее дело? – не отставал Блэйк. – Оставь ее.

– Она на нас тут порчу может наслать.

– С чего это ты взял? – В разговор вмешалась Лира.

– О, незнакомка! – Рой криво улыбнулся, окинув Лиру взглядом с головы до ног так, что ей стало не по себе. – Ты что, защищаешь ведьму? Может ты сама ведьма?

– Бред, – пробормотала Вита, присоединившаяся к Лире.

– Отстаньте от меня. – Хлоя рванула на себя сверток, который пытался вырвать у нее Рой, и тот упал на землю.

Великан тут же пнул сверток ногой, заметив, как Хлоя пытается поднять его.

– Лис, посмотри, что там, – скомандовал он худому, который тут же схватил завернутый предмет.

Внутри свертка оказались стеклянная баночка с мутной серо-зеленой жидкостью и пергамент, на котором было что-то написано.

– Я же говорил, что это колдовство! – взревел Рой.

– Не трогай, а то пожалеешь! – прошипела Хлоя, оскалив зубы. В ее зеленых глазах было столько ярости, что у Лиры отпали все сомнения в том, что рыжеволосая незнакомка может быть настоящей ведьмой.

– Она уже угрожает, – Лис попятился назад. Лицо его заметно побледнело. – Еще нашлет какую-нибудь порчу.

– Я пришла сюда… я пришла помолиться духам, чтобы задобрить их, – неохотно выдавила Хлоя. – Сегодня такой день, что шуметь не следует.

– Что она несет? – усмехнулся Лис.

– Напрашивается, – произнес Рой, скользя взглядом по ногам Хлои. – Видишь, как вырядилась.

Девушка была в юбке с разрезом на бедре, которая еле прикрывала колени, а на ногах у нее красовались высокие шнурованные сапоги на платформе.

– Оставьте ее в покое, – спокойно произнес Блэйк, сверля взглядом Роя. Тот немного опешил, но потом лицо его вновь искривила коварная ухмылка:

– Брось, – махнул тот рукой. – Давай оставим себе ручную ведьму.

На лице Хлои отразился ужас. Она открыла было рот, чтобы что-то сказать, но ее опередили:

– Для чего это, интересно? – Из толпы вышла девушка с черными волосами до плеч. Ее лицо с резкими чертами было словно высечено из камня, казалось, что она намного старше всех присутствующих, хотя у нее не было ни единой морщинки. Запрокинув подбородок, она обвела всех участников потасовки уверенным взглядом карих глаз. – Рой, ты такой ненасытный.

Парень словно весь съежился, казалось, что он даже стал ниже ростом.

– Простите, – пробормотал тот. – Но эта ведьма опасна!

– Помолчи, – приказала девушка.

Потом она посмотрела на Блэйка и произнесла:

– А с тобой я поговорю позже.

– Ведьмам не место среди людей, – не унимался Рой. – Они опасны, их всех нужно сжечь!

Не успел он это произнести, как откуда ни возьмись загрохотал гром и молния ударила в дерево неподалеку. Небо разверзлось и полил сильный дождь, который тут же погасил костер. Девушки вскрикнули, кутаясь в свои плащи. Девушка с черными волосами отошла в сторону, ближе к деревьям, где стоял Блэйк, и взяла его под руку. Лира не могла отвести от них взгляд, гадая, кто эта девушка. Они были так похожи.

– Я же говорил! Она нас прокляла! – пропищал Лис.

Еще один удар молнии и рядом с тлеющим кострищем появилась темная фигура. Все бросились кто-куда, истошно вопя и выкрикивая молитвы и проклятья.

– Кто это? – дрожащим голосом пролепетала Вита, вцепившись в плечо Лиры.

Фигура откинула капюшон и явила всем свое лицо, которое осветил разряд молнии: морщинистая старуха с седыми волосами и абсолютно белыми волосами смотрела на всех невидящим взглядом.

– Убирайтесь из моего леса! – проревела она, поднимая руки с длинными острыми когтями к небу. – Вы тревожите природу своими выходками и пустой болтовней! Не гневите призраков леса!

Все молча смотрели на старуху, а потом она указала когтистым пальцем на Хлою:

– Я ее заберу, – прошамкала она беззубым ртом, и Хлоя послушно подошла к старухе, покорно опустив голову.

– Пропадите пропадом, ведьмы, – выдавил из себя Рой. – Рыжая, ты еще поплатишься за все!

Еще один ослепительный удар, и старуха с Хлоей исчезли. Ребята тут же загалдели, обсуждая случившееся, многие кинулись наутек подальше от этого места.

– Какой ужас, – захныкала Вита, заливаясь слезами. Казалось, что она еле стоит на ногах. – Первый раз такое вижу. Наверное, это бабушка Хлои.

– Пойдем домой. – сказала Лира, приобняв подругу, чтобы та не рухнула наземь.

– Идем, – согласилась подруга, борясь с желанием упасть. Лира чувствовала, как перепуганная Вита дрожит всем телом.

Эльфийка бросила взгляд на то место, где минуту назад стояли Блэйк и черноволосая девушка, но их уж след простыл.

– Ты не знаешь, кто эта девушка, которая поставила на место Роя? – спросила Лира, пока они шли по лесу.

– Понятия не имею, – пожала плечами Вита.

В лесу сделалось так темно, что сложно было что-то разглядеть. Девушки отыскали свои керосиновые лампы, но те оказались разбитыми и промокли насквозь. Становилось все холодней. Воздух наполнился влагой и даже ветви деревьев, мокрых и растрепанных, превратились в бесформенные серые громады. Стало казаться, будто лес населён призраками, которые прячутся во мраке, ожидая момента, когда исчезнет последнее живое существо, чтобы вновь кружиться и танцевать в темноте леса. Луна скрылась за тучами и домой пришлось добираться наощупь.

## Незнакомец

Тихий дом спал. Ничего не подозревающая миссис Рэй, наверняка, уже видела десятый сон, пока подруги ходили в лес на поиски приключений. Очень сомнительных приключений, по мнению Лиры.

Эльфийка не могла выбросить из головы образ черноволосой женщины, которая явилась к ним в разгар веселья. Интересно, кем она приходится Блэйку? Может быть, это его старшая сестра, судя по тому, каким серьезным приказным тоном она разговаривала с парнем. Невольно Лира подумала о Богине Луне, ведь она представляла ее примерно в таком образе: холодная натура, черные локоны; желание уберечь тебя, увести в безопасное место.

Но еще больше Лира была поражена явлением старой ведьмы, чей лик, казалось, навсегда отпечатался на сетчатке ее глаз. Наверняка, будет сложно забыть то, что ей довелось увидеть. То, как исчезла ведьма, вызывало у Лиры неконтролируемую дрожь во всем теле. Ей было страшно. Никогда прежде она не видела настоящей ведьмы, и выглядела она так же, как их описывал Альтаир: жуткая, морщинистая, с белыми глазами и седыми волосами.

Лира слышала множество страшных историй об этих существах. Брат говорил ей, что как-то в деревне неподалеку от дворца пропал младенец, а потом его кости обнаружили глубоко в лесу рядом с заброшенным домом, в котором давно никто не жил. Поговаривали, что, то было жилище ведьмы, где она совершала кровавые обряды и общалась с самим дьяволом. Детей она воровала для того, чтобы сделать из них снадобье для поддержания молодости. Вспомнив об этом, Лира подумала о Хлое и ей стало еще больше не по себе. Интересно, сколько на самом деле лет рыжей красотке?

Лира и Вита не обронили ни слова по пути домой – настолько девушки были поражены случившимся. Дома каждая из них приняла ванну и улеглась в постель, обдумывая то, что произошло на празднике. Лире говорить совсем не хотелось, но скоро Вита все же нарушила молчание, предложив обсудить случай в лесу.

– Мне так хочется спать, – сказала Лира, изобразив зевок. Ей вовсе не хотелось обсуждать все сейчас. Альтаир часто говорил, что ночью все проблемы кажутся более ужасающими, чем днем, и лучше оставить все до утра.

– Мне тоже, – ответила Вита. – Но не могу поверить, что все, что только что видела – правда. Я в жизни не встречала ведьм. У меня в голове не укладывается, что то, что говорили о Хлое, на самом деле истина. Я до последнего считала, что она выглядит и ведет себя иначе только потому, что она иностранка. Не может же быть на самом деле, что она колдунья. А бабушка у нее совсем безумно выглядит. Если честно, я подумала, что она проклянет нас там в лесу, и мы умрем от удара молнии. У меня до сих пор коленки дрожат.

– Не переживай так, Вит. – Лира попыталась выдавить из себя улыбку. – В мире намного больше странностей, чем ты думаешь, надо просто принять их существование.

– Мне теперь это жуткое лицо с такими… белыми глазами будет сниться, – Вита захныкала и уткнулась лицом в подушку.

– Не бойся, – успокаивала ее Лира. – Она с нами ничего не сделала, я просто уверена.

– Думаешь?

– Я уверена, – сказала Лира. – Эльфы очень восприимчивы к таким вещам, я бы почувствовала колдовство. Когда они исчезли, у меня будто почта из-под ног ушла, но на нас точно никаких чар не накладывали. Было бы совершенно другое чувство – очень неприятное и странное. Мне только однажды пришлось его испытать на уроке по накладыванию чар. Говорят, что магия ведьм очень похожа на эльфийскую, потому что мы, как и они черпаем энергию из природы.

– Как-то это очень сложно, Лир, – вздохнула Вита. – Наверное, действительно, нам лучше поспать.

– Утром все будет казаться проще, – пообещала Лира.

– Надеюсь, что ты права, – сказала подруга и тут же повернулась на другой бок, посопела немного, будто всхлипывая от слез, и вскоре затихла.

«Уснула, – подумала Лира. – Пусть отдыхает, ничего не потревожит ее сон». С этими мыслями Эльфийка прочла простое успокаивающее заклинание, чтобы подругу не тревожили дурные сновидения, и, поцеловав ее в белый лоб, отвернулась на другой бок, почти сразу забывшись сном.

В царстве Морфея сегодня ночью было неспокойно. Лиру одолевали странные образы, которые не давали ей покоя. Ей было страшно и неуютно в собственном сне. Темные фигуры в балахонах кружили вокруг нее хоровод и выкрикивали неизвестные для эльфийки заклинания. Она слышала, как кто-то зловеще смеется над ней. Она видела себя беззащитной, слабой и без одежды. Они все показывали на нее пальцами и хохотали, оглушая своим смехом. Лира ежилась, пытаясь прикрыть наготу, но все было тщетно. Где-то слева от нее сверкнуло лезвие ножа, потом послышался свист рассекаемого воздуха и эльфийка почувствовала удар по щеке и жгучую боль. Она машинально поднесла руку к лицу и, отняв ее, увидела кровь на пальцах.

Потом сон поменялся. Фигуры в балахонах куда-то исчезли, растворившись словно туман, и Лира очутилась в темном лесу на поляне, которую освещал лишь серебристый свет луны. Она оглянулась по сторонам, но не увидела ничего, кроме жутких деревьев с гнутыми стволами и ветвями. В темноте они напоминали громадных черных пауков. Лира почувствовала странную вибрацию во всем теле и ей стало тревожно. Казалось, что кто-то смотрит на нее из лесной чащи. Холодный липкий туман стал подступать все ближе и ближе. Лира бросилась прочь. Она бежала и бежала не останавливаясь и не оглядываясь назад, но убежать от тумана не удавалось, ноги почти не слушались ее. Вновь остановившись, она обнаружила, что стоит на том же самом месте на поляне, все ее попытки убежать оказались бегом на месте. Послышался громкий хруст ветвей, какая-то возня и стук, похожий на тот, когда стучат в окно. Но здесь нет окон. Что происходит? Барабанная дробь по оконному стеклу становилась невыносимой.

Лира проснулась и вскочила на постели. Ее взгляд устремился в окно и то, что она увидела, привело ее в ужас. Она истошно заорала и упала с кровати, тут же вскочив на ноги. Из-за окна на нее смотрело белое как снег лицо, похожее на застывшую маску. Глаза незнакомца были широко распахнуты, а рот приоткрыт.

Лира не могла отвести взгляд от окна, казалось, что сердце ее остановилось, а в ногах она почувствовала сильную слабость.

Лира бросила взгляд на спящую Виту – та даже не проснулась.

Тут эльфийка услышала скрип открывающейся двери позади нее и резко повернулась. Стук ее собственного сердца стал оглушительным. Она оцепенела от страха, наблюдая за тем, как открывается дверь в спальню.

– Девочки, у вас все в порядке? – В комнату заглянула миссис Рэй.

– Аа, миссис Рэй, я… – Лира вновь обернулась к окну, но там уже никого не было. Может ей все приснилось. – Все нормально, просто плохой сон.

– Мама? – промурлыкала Вита, поднимая голову с подушки. – Что случилось?

– Твоей подруге приснился плохой сон, – ответила женщина. – Засыпайте, я пойду к себе.

– Спокойной ночи, миссис Рэй, – пожелала Лира, на что женщина кивнула и снова скрылась за дверью.

– Что тебе приснилось? – сонным голосом спросила Вита, с трудом подавляя зевок.

– Что-то странное, – ответила эльфийка. – Нехороший сон. Наверное, все дело в том, что мы увидели в лесу.

Настенные часы показывали пять утра. Было еще так темно, казалось, что солнце не хочет подниматься из-за горизонта.

«Скорей бы эта ночь кончилась», – подумала эльфийка, снова укладываясь в постель. Окно, в котором она увидела жуткое лицо было прямо над их кроватью. Лира лежала так, чтобы можно было увидеть, если странный пришелец снова появится. Самое удивительное, что спальня находилась на третьем этаже. Кому надо было лезть так высоко? Слишком много странностей за одну ночь. Вдруг, это ведьма явилась за ними, чтобы наказать? Лира не разглядела лица в темноте, но оно было похоже на лицо старой колдуньи. Хотя, почему-то эльфийке вспомнился незнакомец в балахоне, которого она мельком увидела у черного входа во дворец, когда убегала. Образ его не давал ей покоя, что-то в нем было мрачное, а что именно, эльфийка пока не могла объяснить самой себе.

Боролась со сном принцесса недолго, вскоре ее глаза закрылись, и она уснула уже с первыми лучами солнца, которые окутали ее своим теплом.

## Беглянка поймана

Когда Лира проснулась, во всю уже светило яркое солнце. Виты рядом не оказалось и эльфийка подумала, что та встала пораньше и, наверное, уже завтракает внизу. Такая жизнь в обычном деревенском доме с людьми была по душе девушке. Не нужно было исполнять королевские обязанности, надевать неудобные платья и следовать дворцовому этикету, мило общаясь с теми, с кем вовсе не хотелось встречаться. Рядом не было вредных сестер, особенно Веги, которая просто плескалась ядом каждый раз, как встречала Лиру в коридоре дворца или на уроке древних рун. Страшнее всего было находиться рядом с ней на занятиях по накладыванию чар, ведь именно там эльфийке доставалось чаще всего. Только рядом с Альтаиром Лира чувствовала себя в безопасности, ведь при виде его Вега тут же становилась пай-девочкой.

«Дорогой брат, – щебетала Вега, когда видела эльфа. – Ты прекрасно выглядишь сегодня. Как бы нам сегодня вместе полюбоваться горными хребтами и испить травяного отвара?»

Голос Веги становился приторно сладким, когда она говорила с Альтаиром. От такого лицемерия Лире становилось тошно и возникало непреодолимое желание убраться как можно дальше от сестры.

Дева же была лишь тенью Веги. Она делала то, что говорит сестра и всегда соглашалась с ее мнением. Всегда молчаливая и текучая, словно вода, она подстраивалась под ситуацию, пытаясь угодить близняшке. Альфа и Омега всегда были неразлучны, но часто Вега оставляла сестру, чтобы заняться делами, в которые она не посвящала никого, к ним и относились чаепития с Альтаиром. По непонятным причинам Вега не приглашала Деву на рандеву с братом.

Часто Лира заставала Деву одну где-нибудь в фойе замка или на веранде за чтение или ведением дневника. Грустную маску на ее лице можно было легко спутать с задумчивостью и мечтательностью. Она часто уходила в мир грез, когда рядом не было Веги, возможно, представляя себя в другом месте или в другом обличье. Вега любила носить украшения в виде листьев или ягод, которые очень любили лесные эльфы. Она даже пахла черной смородиной, малиной и мхом. Отец часто подозревал ее в вылазках в лес, но сам никогда не мог этого доказать. Казалось, что Вега всегда была на виду, никогда не покидая территории дворца.

Одевшись к завтраку, Лира спустилась вниз. Столько мыслей роилось в ее голове и она безрезультатно пыталась отогнать их все. Слишком много впечатлений за последнее время.

Эльфийка надеялась, что очень скоро все будет иначе и ей не придется волноваться за будущее. Но когда она спустилась в кухню, то поняла, что не все так просто: за столом рядом с миссис Рэй и Витой сидели двое – крупный мужчина в темно-синем балахоне и доктор Ригель. Лира только охнула, уставившись на них. Вита и миссис Рэй смотрели на нее широко раскрытыми глазами, в которых читался страх и чувство вины.

– Прости, Лира, – произнесла миссис Рэй. – Я впустила этих мужчин, а они требуют вернуть тебя в семью.

Лира подошла поближе к сидящим и встала рядом сними молча глядя в лицо незнакомца в балахоне. Это определенно был он – пришелец, смотревший на нее из окна ночью. Она узнала это белое бескровное лицо.

– Лира, ты должна вернуться во дворец, – начал доктор Ригель мягким бархатным голосом. Созвездие Геркулеса, покрывающее его лицо дало еле уловимый голубой отблеск. – Отец не находит себе места.

– Я не обязана возвращаться, – произнесла Лира дрожащим голосом, почувствовав, как комок подкатывает к горлу.

– Как раз таки обязана, – произнес незнакомец глубоким басом, от чего у Лиры по спине пробежали мурашки.

– Это вы были тут ночью! – выкрикнула она возмущенно. Как он смеет так говорить с ней после того, как нагло следил через окно, как она спит.

Миссис Рэй испуганно посмотрела на незнакомца, открыв рот.

– Что вы делали? – Она нахмурила брови.

– Простите, миссис Рэй, – продолжил незнакомец. – Мы выследили принцессу ночью в лесу и пошли по ее следу для дальнейшего задержания и отправки во дворец.

– Ночью в лесу? – Теперь миссис Рэй посмотрела на Виту. Та тут же зарделась и потупила взгляд, вглядываясь в рисунок на столовой скатерти.

– Мама, мы должны были пойти, – промямлила девушка, не поднимая глаз. – Это важное событие, которое бывает только раз в год. Наступление весны и все такое…

– И все такое, – повторила миссис Рэй, поджимая губы. – С тобой я еще поговорю. А вы, – она обратилась к Ригелю, – не можете вот так забрать Лиру. Она сама вольна выбирать, где ей жить. В вашем королевстве с ней обращались не так, как подобает обращаться с девушками.

– Вы живете в совершенно другом мире, миссис, – ухмыляясь произнес Ригель, рассевшись на кухонном диване так, чтобы занимать как можно больше места. – С обычными девушками так обращаться нельзя, вы правы, но только не с принцессами. У нее есть свои обязанности, о которых она прекрасно знает.

– Сегодня же вы предстанете перед отцом и он уже распорядится, как с вами быть, Ваше Высочество, – обратился незнакомец к эльфийке, сверкая белыми острыми зубами. Он определенно не был эльфом – слишком крупный, с большим кривым носом и черными сальными волосами, волосатыми руками. Уши его выглядывали из-под волос и были не очень-то и похожими на эльфийские – слишком длинные со свисающими острыми кончиками, а вот рот был полон конусовидных и острых как бритва зубов. Странный тип вызывал в Лире панику.

– Я никуда не пойду с вами, – сказала Лира, чувствуя, как из глаз хлынули слезы.

– Не пойдешь, – пробасил незнакомец, вставая с дивана. – Я тебя понесу.

Что было дальше Лира помнила очень смутно. Амбал схватил ее и закинул себе на спину, словно мешок с костями. Эльфийка слышала, как кричит Вита и как ругается миссис Рэй, но сделать что-либо, никто из них был не в силах. Духу бы не хватило бороться с таким гигантом.

Лира пыталась вырываться, но противостоять незнакомцу не могла чисто физически. Она даже прочла заклинание защиты, но по непонятной причине, оно не подействовало.

Неприятно было лежать на его плече лицом. Своими лапищами он держал ее за ноги, которые быстро занемели от неудобного положения. От незнакомца пахло как-то странно, то ли пеплом, то ли табаком. Она задыхалась от этого неприятного запаха, который щекотал ее ноздри. Он шел так быстро, что эльфийку начало укачивать. Краем глаза Лира видела, как за ними мчится Ригель, еле поспевая. Скоро она вновь окажется во дворце, из которого ее никто никогда не выпустит. А потом отец отдаст ее этому мерзкому Проциону, которого она возненавидела всей душой. На минуту она всех возненавидела. Почему с ней так обходятся, будто она преступница или рабыня? Неужели удел принцессы в том, чтобы безропотно подчинятся каким-то выдуманным правилам, которые доставляют лишь неудобства? Ей хотелось кричать на весь мир о том, как несправедлива эта жизнь, но она была лишь маленькой эльфийкой, которая не могла противостоять обычаям ее рода.

Лиру охватило такое отчаяние, что голова ее закружилась, и она потеряла сознание.

## Это место для таких, как ты

Очнулась Лира в месте, до боли знакомом ей – в своей спальне. Открыв глаза она увидела отца и Альтаира, сидящих возле ее кровати с каменными лицами. Встретившись взглядом с папой, Лира почувствовала, как сердце ее екнуло и стал ныть живот.

– Дочь, мы должны серьезно поговорить, – начал король. Его широкое лицо с квадратной челюстью и резкими острыми скулами казалось высеченным из камня и не выражало никаких эмоций, лишь по взгляду можно было прочесть разочарование. Глубоко посаженные серые глаза смотрели из-под низких чёрных бровей в лицо дочери, почти не моргая. Одним движением головы он откинул с лица непослушные каштановые волосы и продолжил: – Ты поступила очень опрометчиво, убежав из дома, особенно, когда к нам прибыли гости, в числе из которых был твой жених Процион.

– Папа, это нечестно, – выпалила Лира дрожащими губами. Она села на кровати, скрестив руки на груди, словно обороняясь. – Я не готова выйти замуж и тем более за такого, как Процион.

– Лира, он станет для тебя лучшим вариантом, – вставил Альтаир. – Также наши дела плохи – нужно спасать Королевство.

– Он напыщенный лицемер, – пролепетала Лира. На глазах ее проступили слезы, которые она резко смахнула, а потом захлюпала носом. – Если бы вы слышали, как он со мной общается.

– Выбирайте выражения, юная леди, – прогремел Антарес, отчего Лира тут же вжалась в кровать. – Ваша помолвка обсуждалась задолго до того, как казна потерпела разорение, нам всего лишь пришлось передвинуть сроки на более ранний период.

Лира хотела было что-то возразить, но отец жестом остановил ее.

– Несмотря на то, что этот брак необходим, чтобы объединить наши семьи, его все же придется перенести.

Эльфийка с облегчением вздохнула, но Альтаир закачал головой:

– Это не значит, что все будет по-прежнему.

– Как это понимать? – нахмурилась Лира, по-детски надув губки.

– Понимай это так, Лира, – неохотно произнес отец, и, сделав паузу, продолжил. – Теперь ты учишься в школе, предназначенной для эльфов. Там займутся твоим воспитанием. Надеюсь, что ты не заставишь меня об этом пожалеть.

После услышанного Лира испытала гамму эмоций, не понимая, как реагировать на слова отца. Неужели он отправит ее в школу, где ей придется учиться, словно она вовсе не королевских кровей.

– У меня же есть учителя здесь, – запротестовала Лира.

– Видимо, учителя, которых мы держим при дворце, не справляются со своими обязанностями.

– Но… – хотела было возразить эльфийка, но не нашла, что сказать отцу, который смотрел на нее серьезным расстроенным взглядом. Она сильно разочаровала его, и теперь вряд ли, тот станет слушать ее возражения.

– Завтра же твоя новая служанка поможет тебе собраться и вас отвезут в школу Туррим. Там она присмотрит за тобой. [14]

– Туррим? – переспросила Лира. Вдруг она вспомнила один из уроков истории. Действительно, существует школа в горах с таким названием. Но как она может учиться там, ведь школа предназначалась для трудных молодых эльфов, над которыми требовался дополнительный надзор? – Это же тюрьма! И почему… почему у меня новая наставница?

Лира осознала, что очень хотела бы сейчас увидеть Эридан, ведь та была так добра к ней и всегда могла выслушать, подсказать в сложном вопросе.

– Лира, – ответил Альтаир, придвигаясь к ней поближе. – Мне трудно об этом говорить, но Эридан пропала вчера вечером.

– Что? – В голове у эльфийки зазвенело, и ей показалось, что она вот-вот снова потеряет сознание. – Быть такого не может.

Когда же уже закончится череда странностей в ее жизни? Что-то явно происходило, но родные ей чего-то недоговаривали. Неужели, даже за короткий миг, в котором ты будешь свободным, придется заплатить высокую цену?

– После бала, устроенного в честь наших гостей, служанку найти не удалось, – продолжил Альтаир. – Мы думали расспросить ее насчет твоей пропажи, но ее и след простыл. Все вещи на месте… Решили, что может быть, она с тобой в бегах, но, как оказалось, ты убежала одна.

– Уверен, что Эридан найдется, – произнес король, вставая со стула. – Сейчас меня ждут другие дела. Скоро придет новая прислуга, и очень скоро ты отправишься в Туррим. Советую не задерживаться со сборами, иначе уедешь без вещей. Это место для таких, как ты – непослушных детей. Надеюсь, что учеба там научит тебя быть более ответственной.

Когда он произносил это, то даже не посмотрел в лицо дочери. Быстро покинув комнату, король захлопнул за собой дверь. У Лиры внутри все похолодело и она почувствовала сильную слабость во всем теле. Ей ужасно не хотелось уезжать из дворца.

– Это надолго? – вопросила она у Альтаира, надеясь услышать, что проживание в школе не займет много времени.

– Я правда не знаю, Лира, – покачал головой Альтаир. Эльфу и самому такая идея была не по душе. Они с Лирой были неразлучны с самого ее детства, а теперь сестру забирают в неизвестное для него место. – Будем надеяться, что отец передумает. Тем более, так или иначе, тебе придется выйти замуж, ведь казна тает на глазах.

– Факт женитьбы радует меня еще меньше, – всхлипнула эльфийка, несогласно тряся белыми локонами. – И я не хочу уезжать.

Брат молча обнял сестру и она, размякнув в его объятьях, громко заплакала, пока не выплакала всю боль и обиду, переполняющую ее сердце.

– Отец любит тебя, – сказал Альтаир, когда Лира отстранилась от его груди. – Он стал относиться ко всему в разы серьезнее после смерти мамы. Опрометчивые поступки не входят в его арсенал, и другим он совершать их не позволит.

– Это мало похоже на любовь, – прошептала она, насупившись.

– И не забудь, Лира, – добавил Альтаир, проигнорировав ее высказывание. – Никто не должен знать о том, что ты королевских кровей.

Через пару часов Лира уже была в карете вместе с новой служанкой – пожилой черствой эльфийкой со светлокаштановыми волосами, затянутыми в тугой узел на затылке. Ее звали Геминга. Эльфийку одели в простое закрытое белое платье и впервые сделали сложную высокую прическу. Она накинула меховой плащ из рыси и обула сапожки, чтобы не замерзнуть за время поездки. Школа находилась высоко в горах, где лежало огромное количество снега и мела метель. Все украшения принцессе пришлось оставить дома. За время поездки, которая должна была продлиться около трех часов, прислуга критиковала внешний вид Лиры: недостаточно накрахмален воротник, волосы непослушные и выбиваются из прически, слишком длинные ногти для посещения школы. [15]

Лире хотелось рыдать, пока их карету трясло по ухабам заснеженных дорог. Пару раз их чуть не опрокинуло в кювет. В эти моменты Лира молилась Богине о том, чтобы никогда не доехать до пункта назначения, где она станет заложницей.

Ей ужасно сильно хотелось вернуться в дом Виты, снова почувствовать себя свободной и обычной. Еще ей невыносимо хотелось вновь увидеть Блэйка, узнать его лучше – этого черноволосого парня, карие глаза которого были невыносимо притягательны – в них была такая глубина и уверенность. Она думала о том, что же ее так привлекло в этом парне, и, кажется, стала догадываться. Лира никогда не видела таких людей как он, она чувствовала его ауру, в которой было нечто особенное. От него исходила сильная энергия, которая будто все время разрасталась и вибрировала, от нее шел сильный жар. Чистый и теплый алый оттенок. У других людей энергия еле ощутимая холодная; словно зажата в определенные рамки, не позволяющие ей расползаться слишком широко, но с энергетическим полем Блэйка было что-то не так. Лире очень хотелось понять, что же не так с аурой Блэйка, и мысль о том, что, возможно, она уже никогда его не увидит, отдавалась тупой болью в ее животе.

Аура Хлои тоже ощущалась по-другому. Она проявлялась в виде тягучего и теплого оранжевого ореола, казалось, что она излучает еле уловимый аромат хвойного леса и почвы. Оранжевый всегда означал отличную интуицию, энергичность. Интересно, у всех ведьм она такая?

Прочесть ауру бабушки Хлои Лира не смогла, казалось, будто она под защитой. Такая сильная магия, которая даже немного пугала. «Надеюсь, что Хлою не наказали из-за нас», – пронеслось в голове Лиры. После той ночи эльфийка впервые подумала о судьбе рыжеволосой девушки. Что, если ее тоже запрут в какой-нибудь темнице или отправят в школу для строптивых девушек, где заставят отбывать наказание? Ведь это из-за них Хлоя вынуждена была прийти на праздник, на котором она совсем не хотела появляться, где ей необходимо было молиться лесным духам, чтобы избежать их гнева. Возможно, если бы не она, то всем пришлось бы спасаться от рассвирепевших призраков. Лире даже стало стыдно за поведение парней, подтрунивающих над красивой зеленоглазой ведьмой, ведь она не хотела никому зла. По крайней мере, на празднике весны она вела себя очень спокойно и даже не обсыпала проклятьями Роя, нагло достающего ее.

Как же часто мы ведем себя по-свински с теми, кого не понимаем. От этого становится очень грустно, ведь если бы каждый хотя бы попытался понять своего ближнего, мир уже стал бы менее жестоким. Несправедливости и так повсюду хватает, но почему-то многие не хотят этого понять и исправиться.

Лира полностью окунулась в свои мысли, пытаясь абстрагироваться от бесконечного бормотания Геминги насчет неопрятности и распущенного поведения современных эльфиек, что было очень сложно. Старуха не замолкала ни на минуту. Лире подумалось, что Геминге, наверняка, уже очень много лет, если она уже так состарилась и столько всего насмотрелась на этом свете. Из ее роптаний Лира поняла, что Геминга уже очень давно работает воспитателем для непутевых эльфов, и уже научилась видеть каждого насквозь, взрастив в себе дар чтения намерений и скрытых желаний. Судя по словам старой эльфийки, она наперед чувствует, что какая-нибудь молодая эльфийка или эльф вот-вот свернут с тропы невинности и разрушат свою репутацию. Задачей Геминги было предотвратить любое развратное поведение и воспитать честных и порядочных эльфов, готовых бороться за целомудрие, быть послушными и говорить только тогда, когда их спрашивают.

Слушая истории Геминги о том, как непослушные эльфийки, не достигшие половозрелого возраста (у эльфов это возраст тридцати лет, а Лира проживала шестнадцатую зиму), убегали из родительских домов для встречи с такими же малолетними эльфами для того, чтобы поддаваться «запрещенным развлечениям», Лира думала об образе Блэйка. Никогда она не видела столь привлекательного парня, который к тому же являлся человеком. Невольно Лира подумала о том, что бы сказала Геминга, если бы прочла ее намерения относительно Блэйка и не сразу поняла, что ехидно улыбается.

– Что это за улыбка, юная леди? – От служанки этого скрыть не удалось. – Я все вижу по твоему лицу. Не зря король Антарес послал тебя в Туррим.

– Почему вы не обращаетесь ко мне Ваше Высочество? – выпалила Лира. Такое общение ей было непривычно.

– Потому что в Турриме нет титулов и званий, – отрезала служанка, нахмурив брови.

Лира тут же стерла улыбку со своего лица. И как можно быть такой сухой и скучной?

Эльфийка почти не чувствовала ауры Геминги, от нее веяло хладом, ощущалась аура колючей и серой. Либо в ней осталось настолько мало энергии, либо старуха умела ее скрывать подобно бабушке Хлои.

Очень скоро впереди показались белые оборонительные стены, которые Лира разглядела не сразу. Огромные ворота со скрежетом открылись и экипаж въехал во дворик по заледенелой тропе, выложенной таким же белым камнем. Кучер помог Лире и Геминге выйти из кареты, и их тут же обдал холодный вихрь, от чего эльфийка поежилась, кутаясь в меха. Подняв в голову, она ахнула – высоченная крепость со множеством башен из выбеленного камня, уходящих в облака. В некоторых маленьких окошечках горел свет. Издалека такое сооружение и вовсе было незаметно, все будто сливалось со снегом. Поэтому Лира никогда не видела школу, несмотря на то, что они с Альтаиром часто путешествовали в горах. Она могла принять каменную крепость за обледенелые скалы, полностью занесенные снегом.

Гостей встретил высокий широкоплечий лакей в меховом плаще. Он помог эльфийкам вытащить из кареты багаж, а потом повел их за собой, неся тяжелые сумки так, словно те были сделаны из легчайшего пуха. «Я отнесу их в вашу комнату, – обратился тот к девушке. – Следуйте за мной. «Лире показалось, что лакею не составит труда начать жонглировать ее вещами, если тому взбредет это в голову.

– Идем, а то опоздаем, – пробубнила старуха, увлекая за собой Лиру.

Неохотно следуя за Гемингой, Лира через плечо смотрела, как экипаж разворачивается и уезжает прочь, оставляя ее наедине с самым холодным человеком, которого она только видела в своей жизни.


## Тут одиноко и опасно

Оказавшись в просторном фойе замка, Лира была поражена убранством школы: все вокруг было из белого полупрозрачного минерального камня, стены инкрустированы различными минералами от светло-розового, голубого и салатового до темных пурпурного и синих оттенков, некоторые из которых излучали приглушенное свечение. Внимание сразу привлекала высокая статуя Богини Луны – искусно высеченная из камня девушка с длинными волосам, в платье, подчеркивающем идеальную фигуру.

Подняв голову, Лира восхитилась огромной сверкающей люстрой, закрепленной под высоким сводчатым потолком с серебристыми плафонами. Две широкие каменные лестницы, застеленные бежевым ковролином с причудливыми природными узорами уходили на второй этаж. Откуда-то издалека доносились женские и мужские голоса.

Вдруг Лира услышала топот ног, и, вскоре по лестницы со второго этажа пробежала группка учеников, состоящая из трех девушек и пяти парней. В глубине души эльфийка возликовала – эта школа не только для девочек – но решила не показывать своей восторженности перед Гемингой, пока ее не заперли в какой-нибудь подвал. Лучше быть осторожнее, насколько это возможно.

Навстречу им вышла женщина. Лира была готова поклясться, что та будто выросла из-под земли. Женщина с темными медными волосами, убранными в высокую объемную прическу и в белом одеянии подобно тому, в которое была облачена Лира. Тонкая талия была подвязана золотистым поясом.

Эльфийку тут же окутало облако, состоящее из ароматов груши, магнолии и амбретты. Большие глаза женщины были жирно подведены коричневым каялом. Правый глаз ее был ярко-голубым, а второй темно-зеленым. За свою недолгую жизнь Лира не видела такую особенность у эльфов, но слышала об этом кое-что странное. Над бровью эльфийки блестел золотистый месяц, словно выведенный чистым золотом. За месяцем, вниз по узкому овалу лица тянулся ряд из шестиконечных звезд, которые переходили на шею и скрывались за белоснежным воротником платья. Никогда прежде Лира не видела таких отметин на лице. Они сильно отличались от тех, что были у эльфов Королевства Луны. Женщина обладала мощной аурой, от всего ее существа исходили такие сильные вибрации, что у Лиры перехватило дыхание. Ярко-красная аура с переливами кирпичного – сами высокомерие и эгоизм снизошли до Лиры, насквозь пропитав воздух. Казалось, что стало тяжело дышать и сердце забилось вдвое быстрее.

– Добро пожаловать, Геминга, – обратилась женщина к прислуге, не обратив никакого внимания на принцессу.

– Здравствуйте, госпожа Денеб, – отозвалась Геминга. Лире показалось, будто на каменном лице Геминги проскользнуло что-то похожее на улыбку. Казалось, будто она совсем разучилась улыбаться, а может ей и вовсе делать этого не приходилось. [16]

– Прошу пройти за мной, – Денеб повлекла гостей за собой на второй этаж.

Когда они поднялись, Лира увидела два коридора, которые располагались друг напротив друга. Денеб велела свернуть в восточное крыло. По пути им попадалось множество дверей с надписями – названиями предметов, которые там преподавались: эльфийские руны, сотворение заклинаний, этика и дисциплина, искусства, и все в этом духе. Единственная дверь, перед которой Лира застыла с открытым ртом, имела табличку: «коррекция непослушания». «Ты еще успеешь побывать здесь, Лира» – прошипела Геминга ей на ухо, что сразу вывело юную эльфийку из оцепенения, и они пошли дальше. Денеб только хмыкнула, но ничего не сказала, смерив Лиру оценивающим взглядом.

Шли долго. Коридоры перетекали в небольшие холлы для отдыха с панорамными окнами, из которых можно было вблизи рассмотреть заснеженные вершины гор, сосны и заледенелые озера. Холлы были обставлены книжными стеллажами, креслами, музыкальными инструментами и мольбертами для рисования.

– Мы делаем все возможное, чтобы привить молодым эльфам любовь к искусству, – рассказывала Денеб, искоса поглядывая на Лиру. – В последнее время они совсем от рук отбились.

– Согласна с вами, – закивала головой Геминга со скоростью, превосходящей китайского болванчика. – Я и сама недавно видела такое, что…

– Пройдемте дальше, – жестом руки Денеб остановила Гемингу и продолжила экскурсию. – У меня мало времени.

Геминга пристыжено опустила голову и засеменила следом молча. Лира внутренне торжествовала, что не придется снова выслушивать истории прислуги о том, насколько все молодые эльфы распущенны.

Вскоре двери с аудиториями, в которых обучались эльфы, закончились. Перед эльфийками предстала черная кованая винтовая лестница с витиеватыми перилами, ведущая высоко наверх в башни.

– Там наверху – спальни для девочек, – сказала Денеб. – Твои сумки уже там, Лира.

– Хорошо, госпожа Денеб, ответила Лира, всем существом протестуя против происходящего, но не подавая виду.

– Я отведу тебя туда и расскажу все более подробно, – объяснила Денеб, а потом посмотрела на Гемингу, поджав губы, и добавила: – А вы, Геминга, можете быть свободны. Мы подадим вам экипаж.

– Пп..простите, но я должна быть рядом с Лирой, – запинаясь сказала Геминга. – Это приказ короля.

– Таковы правила, – ответила хозяйка школы. – За нашими учениками присматривают специально обученные этому эльфы.

– Но, госпожа, – Геминга попыталась выдавить улыбку, которая вышла притворной и слащавой. – Я не могу вернутся во дворец без нее, мне будет худо.

– Это не обсуждается, – ледяным голосом произнесла Денеб. Ни один мускул на ее лице не дрогнул.

– Но я обязана следить за этой юной беглянкой. – Лире показалось, что лицо Геминги побледнело. – Я знаю подход к таким эльфам, как она – безответственным и непонимающим, как устроен этот мир.

Лира заметила, как служанка завела руки за спину, поскольку они предательски дрожали.

– Простите, – все также спокойно произнесла Денеб, – но ваши методы давно устарели. Также хочу напомнить, что наше учреждение находится вне переделов юрисдикции Королевства Луны. Об этом вы можете прочесть в Великом свитке правил Богини Луны – статья №852. 2. «Пределы юрисдикции Королевства Луны». У вас остались еще какие-то вопросы?

Поразительно, как Денеб действовала на Гемингу. Та уже вся позеленела в лице и еле сдерживала дрожь. Хозяйка была спокойна и непоколебима, словно каменная крепость, которой она управляла.

– Я вас поняла, – Геминга склонила голову, а потом поспешила удалиться. Лира наблюдала за тем, как она стремительно поворачивается, а потом семимильными шагами удаляется прочь словно пристыженный ребенок.

Кто такая, эта госпожа Денеб, если она так действует на других? Еще минуту назад Геминга была сварливой и педантичной старухой, которая вызывала страх, а теперь она дрожала от волнения, боясь сказать лишнего.

– Теперь, Лира, – обратилась Денеб к юной эльфийке, сохраняя все то же непроницаемое выражение лица, – мы можем подняться наверх.

Девушка невольно подумала, что зря переживала из-за того, что ее может опекать такая, как Геминга. Несмотря на чопорность служанки, от нее не веяло многолетней мерзлотой, как от госпожи Денеб. Невозможно было понять, о чем она думает и каковы ее намерения. Геминга была той, кто хоть как-то связывал эльфийку с домом, а теперь все связи оборваны. Она находилась в совершенно чужом для себя месте, в котором может произойти все что угодно.

– Тебе придется выучить множество правил, детка, – произнесла Денеб, прервав свою песню. Она даже не обернулась к девушке, продолжая следовать наверх по винтовой лестнице. – Наша школа даст тебе столько нового и полезного, что тебе даже не снилось.

Сейчас ей ужасно захотелось увидеть рядом с собой Альтаира и излить ему душу. Еле сдерживая слезы Лира плелась вслед за госпожой Денеб, которая шла медленно, непринужденно раскачивая бедрами и невнятно напевая себе нос какую-то песенку, от чего становилось немного не по себе. Хотя еще пару мгновений назад эльфийка говорила о том, что у нее мало времени. Вряд ли она действительно куда-то спешила, то был лишь способ заткнуть старуху Гемингу.

Когда Лира и госпожа Денеб наконец-то оказались на нужном этаже практически на самой верхушке одной из каменных башен, белокурая эльфийка не могла поверить своим глазам – широкий коридор, намного темнее того, в котором находились классы, полностью отделанный лиловым камнем с вкраплением тех же светящихся минералов, что Лира заметила в фойе, но здесь их было намного меньше, за счет чего коридор выглядел мрачным. Эльфийка увидела множество дверей, с такими же табличками, как и внизу, только содержащими имена девушек: Фекда, Талитха, Исида… а вот и ее комната. На маленькой черной табличке мелом было выведено ее имя: «Лира». Просто Лира, никаких титулов, никакого «Ваше Величество» или «Принцесса Королевства Луны». Здесь она была простой эльфийкой с именем, обозначающим небольшое яркое созвездие, напоминающее музыкальный инструмент (хотя сама эльфийка никакой схожести не видела) по соседству с которым расположились Дракон, Геркулес, Лисичка и Лебедь.

Денеб открыла дверь ключом, который сняла с цепочки, находящейся на ее шее, и пригласила Лиру войти. Лиру сразу же привлекла большая витражная дверь, за которой находился небольшой балкончик. Она оглядела скудное убранство комнаты: двуспальная кровать и комод у левой стены, а у правой – массивный письменный стол и маленький туалетный столик. Здесь нельзя было разместить и четверть вещей принцессы. Лира даже засомневалась, что та скудная часть багажа, который она привезла сюда, поместиться в кукольной комнатке.

– Сколько же барахла ты с собой привезла, – пренебрежительно бросила Денеб, окинув взглядом королевский саквояж. – Ну ничего, тебе это все не понадобится. Ни к чему такой юной девушке такая тяжелая ноша как платья и косметика. Все это только притягивает нас к земле своей тяжестью, отнимая молодость. Но еще страшнее то, что подобные украшательства развращают ум и плоть. Вот я уже достаточно стара, чтобы не бояться всего этого, ведь мой разум и тело под строгим контролем, чего нельзя сказать о юных созданиях вроде тебя.

– Наверное, вы правы, – прошептала Лира, чтобы хоть что-то ответить.

– Наверное? – сказала Денеб, вопросительно поднимая брови. – Тебе многому предстоит научиться. А теперь маленький осмотр. Покажи-ка свои руки.

Лира немного оторопела от неожиданной просьбы, но все же сделала то, что просила госпожа Денеб. Она протянула свои белоснежные узкие ладони с длинными миндалевидными ногтями.

Хозяйка молча извлекла из складок платья какой-то металлический предмет, в котором Лира тут же узнала маникюрные ножницы (одной Богине известно, где Денеб их прятала) и вздрогнула, но руки не убрала.

– Слишком длинные, – пренебрежительно сказала она, после чего Лира услышала звуки режущих лезвий и наблюдала, как ее розовые ноготки отлетают в разные стороны, падая на каменный пол.

Почувствовав комок в горле и слабость в ногах, Лира еле сдержалась, чтобы не заплакать от обиды, но виду не подала, стойко выдержав унижение.

– Готово, – произнесла госпожа, закончив экзекуцию. – Теперь ты ничем не отличаешься от остальных учениц.

Лира оглядела свои руки – теперь пальцы выглядели непривычно, будто в два раза короче. Сжав их в кулак и подавив слезы, эльфийка убрала руки за спину.

– Ты наверняка заметила, что главной политикой нашей школы является основное правило – быть как все. Тут мы не имеем титулов, званий, не стремимся отличиться от других чем-либо. Вы – ученики – подчиняетесь только мне, своим учителям и Богине, но не строите иерархий между собой. Также, одним из важных правил является то, что общение с противоположным полом у вас ограничено. После шести вечера все обязаны находиться в своих комнатах по одиночке. Здесь можно заняться своим хобби. Надеюсь, что оно у тебя есть.

Госпожа Денеб подошла к письменному столу, взяв с его поверхности своими длинными отполированными ногтями какую-то брошюру, а потом вручила ее Лире.

– Здесь ты найдешь весь свод правил нашего великолепного учреждения, – торжественно произнесла она, сделав ударение на слове «великолепного». – Советую выучить все наизусть. Ах, да, завтра на первом уроке этики мы об этом еще поговорим. Также тебе необходимо пользоваться скрывающим заклинание, чтобы убрать твои отметины. Они не должны отвлекать других учеников от учебы. Остальное узнаешь потом на занятиях. Твое расписание висит над столом. Тебе все понятно?

– Да, госпожа Денеб, – выдавила из себя Лира. Пока она не узнает, что за фрукт эта женщина, лучше держаться с ней нейтрально и не показывать своего недовольства.

– Прекрасно, – улыбнулась эльфийка ярко-накрашенными губами. – Можешь располагаться. Завтра утром к тебе придет твой наставник, который поможет тебе с приготовлениями к учебному дню. Тебе должно быть сложно что-то делать самой. Но мы это исправим. – Улыбка сменилась ехидной ухмылкой.

Как только дверь за хозяйкой захлопнулась, Лира забилась в угол комнаты и заплакала от обиды, а посмотрев на свои изуродованные пальцы взвыла волком, молясь, что ее никто не услышит. Может быть она зря изображает безвольную, и стоило бы заявить о себе? Но будет ли от этого какой-то толк? Вдруг, после того, как она покажет характер, ее тут же запрут в темнице? Великая Богиня, она же принцесса, а не какая-нибудь прислуга. Нет, так думать нельзя, ведь она сама же всегда выступала за равноправие, справедливость. Неужели ей это аукнулось таким образом? За что он с ней так, ведь она никому не желала зла?

Тут она совершенно одна, без родных и друзей. Эльфийка остро почувствовала одиночество. Тут ей не быть в безопасности – некому защитить. Лира вспоминала, как весело ей было с Витой. Ей бы очень хотелось снова оказаться в лесу рядом с костром в окружении людей. Все они были свободными и могли делать то, что нравится. Никого не пытались женить против их воли. Многие считали, что быть королевских кровей – это значит только вытворять все, что заблагорассудится, есть много сладостей и целыми днями танцевать на балах. Но помимо развлечений у королевских семей был огромный ворох обязанностей, которым они ни могли ни следовать. Лира готова была отказаться от титула принцессы и всю жизнь прожить среди людей, лишь бы ей не пришлось выходить за мерзкого Проциона. А теперь еще это странное место, похожее на тюрьму, в которое ее упек собственный отец. И как Альтаир мог поступить с ней так жестоко, он же единственный, кто любит ее по-настоящему? Не иначе, как Вега повлияла на него, ведь она постоянно тянет к нему свои руки, желая стать его любимой сестрой. Что ж, ей это почти удалось. Вот только надолго оставаться здесь Лира была не намерена.

Ленты, которыми были туго связаны ее волосы, эльфийка яростно сорвала и причесалась. Еще не прочитав правила, она уже возненавидела их всей душой.

Толстая брошюра была полностью исписана мелким почерком. Читать ее Лира не стала от обиды, зашвырнув школьные правила за комод.

Даже не разобрав свои вещи и не переодевшись, эльфийка упала на кровать и уснула беспокойным сном. Во сне она видела Эридан, которая звала ее на помощь, но Лира была беспомощна, не в силах даже пошевелиться, застрявшая в высокой темной башне и закованная в тяжелых цепях. С высоты она наблюдала за тем, как у самого подножия каменной башни темная фигура в плаще тащит за собой сопротивляющуюся Эридан в темную лесную чащу. Рядом с Лирой стояли Альтаир и Вега. Вега громко смеялась странным истерическим смехом, переходящим в плач, а Альтаир был мрачнее тучи. Лицо ее брата – серое с непроницаемым стеклянным взглядом – заставило сердце Лиры ныть от боли.

## Придерживайся правил, детка

Холодный северный ветер завывал за окном, вызывая беспокойные сны. Кажется, впервые ей стало холодно, несмотря на то, что эльфам не свойственно мерзнуть. Грубая и жестокая сестра не оставляла ее даже в этой странной крепости, в которой ей предстоит пробыть неопределенный срок. Теперь Альтаир полностью во власти Веги, ведь она наверняка взялась за него с новой силой для того, чтобы окончательно расположить к себе, заставив брата забыть несносную младшую сестренку, которой место только здесь – в темнице, завуалировано названной школой.

Очнувшись посреди ночи, эльфийка встала с постели, и, закутавшись в одеяло с головой хотела было выйти на балкон, чтобы помолиться своей Богине, но встретила новое препятствие – дверь на балкон так замерзла, что совершенно не хотела поддаваться. Заклинание огня – все тщетно, не помогло. Главное правило – молитвы Богине Луне могли воздаваться лишь на открытом пространстве без потолков и сводов, ведь они являются сильными помехами. И что за мороз такой, который даже эльфийской магии не поддается?

Символично ли то, что Лира осталась взаперти без возможности даже поговорить с Богиней? Неужто после этого кто-то сможет отрицать, что она попала в тюрьму для эльфов? Не зная, что еще делать, эльфийка вновь отправилась спать.

Проснулась Лира от стука в дверь. Все лицо ее было в слезах. Утерев слезы рукавом платья, эльфийка открыла дверь. На пороге стояла женщина с мышиным цветом волос, которые были затянуты в тугой высокий пучок, открывая длинные острые уши. Лицо ее было гладким, но по глазам можно было понять, что она старше, чем хочет казаться. Эльфийка была облачена в такое же белое платье, как и госпожа Денеб, только на ней не было ни грамма косметики и украшений.

– Лира, через час у тебя урок этики, – произнесла она высоким голосом. – Нужно привести себя в порядок. Меня зовут Тейде, меня выбрали твоим наставником. Я буду сопровождать тебя по школе, чтобы помочь тебе освоиться. Также я являюсь заведующей библиотекой, которая находится в западных башнях. Если появятся какие-то вопросы относительно литературы, можешь обращаться ко мне. [17]

– Очень приятно, – сказала Лира, делая реверанс и пытаясь прийти в себя после странного сна. Глаза ее по-прежнему были на мокром месте, но Тейде сделала вид, что ничего не заметила, помогая эльфийке переодеться и расчесать волосы, которые Тейде так крепко заплела, что у Лиры тут же заболела голова.

От Тейде веяло спокойной нейтральной аурой, от таких эльфов не стоило ожидать ничего плохого. Это немного успокоило Лиру. Хорошо, что за ней не приглядывает Геминга, иначе сдерживать свои настоящие эмоции было бы намного сложнее из-за постоянных тычков и нравоучений.

– На первом этаже рядом с трапезным залом находятся две парные. Одна для юношей и вторая для девушек. Перед сном обязательно заглядывай туда. Знаю, что ты привыкла к уединенному приему ванны, но тут все будет иначе. Скоро ты и к этому привыкнешь.

«Ужасно», – подумала Лира, поежившись. – «Придется раздеваться перед другими незнакомыми девушками».

После всех приготовлений, эльфийка и ее наставница спустились на первый этаж. В коридоре было так тихо, будто во всей школе никого не было. Звук туфель, которыми Лира стучала по каменному полу, казался ей оглушительным.

Она могла думать лишь о доме, об Альтаире и Вите. Несмотря на все обязанности, которыми она была наделена по праву, как представительница королевского рода, Лира безумно хотела оказаться во дворце, не говоря уже о деревенском домике, в котором любила проводить время с Витой. Эта школа – холодное мрачное место – совсем не для нее – эльфийки с чистым сердцем, изнемогающим по свободе, которая так далека, и с каждым днем все меньше шанса выбраться на волю. Лира всегда чувствовала, что родилась не в том месте, не в то время, чувствуя себя властительницей с душой отшельника. Одновременно ей хотелось изменить все правила в своем королевстве, стать королевой своему народу, сделав их жизнь настоящей сказкой, и также – поселиться где-то на отшибе, наслаждаясь отсутствием распорядка дня, уроков и светских бесед, которые приводили в восторг Вегу. Ни того, ни другого, ей получить не удастся: королем станет Альтаир, а тихую жизнь в отдалении от всех отец ей не позволит ни при каком раскладе. Он был намерен выдать ее замуж за подлеца из-за финансовых трудностей.

Ей хотелось поддержки и как никогда не хватало матери, которой она не успела узнать, но в глубине души понимала, что с материнской заботой ей было бы намного проще в этом жестоком мире. Мачеха не проявляла никакого участия, почти постоянно находясь в своих покоях. Та страдала лунной болезнью, которой в последнее время заболевало все больше эльфов. Вялость и постоянное погружение в бессвязные видения – и так уже несколько лет.

Болезнь начиналась вовсе незаметно, без каких-либо симптомов, чтобы можно было выявить ее и вылечить. Поговаривали, что несколько столетий назад одному эльфу, который всю жизнь вел жизнь отшельника в маленьком домике в горах, удалось вылечиться. Он был истинно верующим и с помощью медитаций и молитв смог настолько глубоко заглянуть в свое подсознание, что понял о наличии у себя болезни и смог понять, как от нее избавиться.

К сожалению, знаний о том, как победить лунную болезнь не сохранилось. Современные эльфы с таким недугом почти не подвергались действию каких-либо лечебных снадобий. От чего это происходило было известно одной лишь Богине.

Вскоре Лира и Тейде оказались у деревянной двери с табличкой «Этика и дисциплина». Открыв ее, эльфийка увидела несколько парт, за которые были почти полностью заняты эльфами в белых одеяниях, пустовало лишь одно место в первом ряду. Стены здесь так же покрывали минералы, от которых исходило свечение. На каждой парте лежало по паре учебников и стояло по еще одному минералу, служившему лампой. Освещения в этой крепости было явно недостаточно.

Как только Лира и ее наставница зашли, все головы сразу повернулись к ней. Также Лира заметила, что в классе отсутствовал учитель. «Наверное, занятие еще не началось», – подумала эльфийка, занимая свое место рядом с эльфийкой, обладающей каштановыми волосами и большими синими глазами, которые были также туго затянуты в косы, как и у самой Лира. Девушка казалась настолько юной, что трудно было представить, за какие такие прегрешения ее отправили в это жуткое место. Но несмотря на ее молодой вид, глаза ее повидали многое – в них томилась глубокая и неподдельная печаль.

– Я буду в библиотеке, – сказала Тейде Лире, перед тем, как закрыть за собой дверь. Лира кивнула.

– Это твоя наставница? – вдруг поинтересовалась синеглазая.

– Да – Тейде, – коротко ответила Лира, доставая из своей сумки нужный учебник. – Она кажется милой.

– Я Талитха. [18]

– Меня зовут Лира, – отозвалась эльфийка, поправляя свою прическу, пытаясь хоть немного ослабить ее.

– Даа, – растянула Талитха. – Вижу, ты из знатного рода.

– Откуда ты знаешь? – удивилась Лира, проверяя свои руки и ключицы, которые немного выглядывали из-под платья. На них уже успели проявиться символы, но только очень слабо. Сегодня Лира использовала защитное заклинание, чтобы скрыть их. Неужели отметины снова стали видны?

– Ну точно из знатного, – довольно заключила Талитха, откинувшись на спинку стула, сделав такое самодовольное лицо, что Лира поняла – несмотря на то, что эта эльфийка еще очень юна, она может быть не так проста, как кажется. Многие в классе зашептались, устремив взгляд на Лиру.

– Почему ты здесь? – решила сменить тему Лира, чувствуя, как краснеет ее лицо.

– Всего лишь пыталась отравить одну напыщенную дамочку из знатного рода, – улыбнулась Талитха, гордо подняв подбородок.

– Что? – Лира не могла поверить своим ушам. За такое преступление должны были казнить, но почему-то отправили сюда – в школу.

– Не беспокойся. Она издевалась над слугами, за что поплатилась. Жаль только, что осталась в живых. – От Лиры не укрылось, как эльфийка сжимает кулаки под партой.

– Так почему же ты все еще жива?

Перешептывания в классе стали только сильнее.

– Мне всего лишь повезло родиться такой, какая я есть.

Лира хотела было уточнить, что значат ее слова, как вдруг в класс зашла взрослая эльфийка с кипой учебников и деревянной указкой.

– Приветствую вас, эльфы, – произнесла она, располагаясь за столом учителя. Надеюсь, вы все ознакомились с нашими правилами, и теперь у нас не возникнут сложности.

– Да, госпожа Спика, – ответил кто-то из юношей. [19]

– Прекрасно, – кивнула Спика. – Я смотрю, вас стало больше.

Она посмотрела на Лиру немигающим взглядом, а потом открыла учебник и стала долго и монотонно зачитывать правила школы, сделав акцент на одном из них:

– Правило №15: «Волосы учеников должны быть убраны в аккуратную высокую прическу или же коротко острижены», – зачитала она, смотря куда-то в конец аудитории. – К тебе это не относится, Исида?

Лира повернула голову назад и увидела на последней парте девушку с длинными рыжими волосами, которые вились во все стороны, крупными локонами ниспадая на ее плечи.

– Я не согласна с этим правилом, – ответила Исида, смотря куда-то в окно, за которым бушевала метель. – У меня болит голова от прически.

– Прекрасно, – кивнула госпожа Спика. – Я знаю, как решить твою проблему. Обратимся к правилу. Если ты не готова носить прическу, значит, будешь коротко острижена.

Исида, все это время наблюдающая за природной стихией за стеклом, повернула голову к госпоже Спике и испуганно вытаращила на нее глаза.

– Вы не посмеете! – Бросила она, а потом стрелой выскочила из класса.

– С этой юной беглянкой мы поговорим позже, – пробормотала Спика, а пока повторим остальные правила.

Занятие длилось около часа. Многие даже получили высокий балл. Лира за все занятие ни проронила ни слова, чтобы не попасть под горячую руку госпожи Спики, да и та не очень-то интересовалась новой ученицей. Зато Талитху она спросила трижды, на все вопросы получив развернутый ответ, что не особо порадовало госпожу Спику. Казалось, что та специально пытается подловить эльфийку на незнании какого-нибудь правила.

Нужно будет все-таки прочесть эти глупые правила, подумала Лира. Сегодня весь огонь на себя взяла Талитха, но завтра ее может не оказаться рядом с ней.

– Давно ты здесь? – поинтересовалась Лира у Талитхи, когда те отдыхали после занятия в одном из холлов школы.

Лира сидела в кресле и смотрела в окно на белоснежные вершины, поблескивающие в лучах редкого солнца. Еще пара мгновений и солнечный свет сменился темнотой. Вновь началась метель. Ледяной ветер пускался в пляс со снегом, игриво кружа и вертя его во все стороны, создавая снежные вихри. Он единственный, кто был свободен по настоящему. Лире хотелось стать этим ветром, чтобы беззаботно резвиться по снежным горам, поверхности промерзлых насквозь озер и рек, скользить по крышам крепостей и замков, кружась вокруг их высоченных башен.

– Я тут уже три года, – ответила Талитха. Она сидела на подоконнике, закутанная в серый шерстяной плед и смотрела куда-то в стену.

– Так долго, – ахнула Лира, и настроение ее вмиг стало еще мрачнее.

– Многие живут здесь годами, им просто некуда больше пойти. Не всех забирают обратно домой.

– Как же так?

– Не бойся, тебя то наверняка заберут обратно. Ты же не обычный лесной эльф. Это видно уже по твоему цвету волос.

Лира машинально потянулась к волосам.

– Откуда же появилась ты?

– Это долгая история, – попыталась уйти от ответа Талитха, но Лира не дала ей это сделать, возмущенная ее проницательностью.

– Почему тебя не убили за твое преступление, если ты из простого народа?

– Мой отец не из простого народа, а вот мать… – Талитха сглотнула, сильнее кутаясь в плед, будто бы ей было неуютно от собственных слов.

– Твой отец…

– Король, – слишком громко ответила эльфийка, что привлекло внимание других учеников. – Больше ничего не скажу.

– Можем найти более спокойное место, – не унималась Лира.

– Извини, мне пора на занятия. – Талитха вскочила с подоконника и засеменила куда-то на второй этаж.

«Куда это она»? – подумала Лира, глядя ей вслед.

– Астрология, – рядом с ней в кресло плюхнулся высокий эльф с небрежно уложенными светло ореховыми волосами. – Занятия проводятся в самой высокой башне. Мой любимый предмет.

Она что произнесла это вслух? Не хватало еще, чтобы кто-то в этой странной школе читал ее мысли.

– Ты очень громко думаешь, – улыбнулся тот ехидно. – На лице все написано.

Лира едва открыла рот, чтобы что-то возразить, поставив на место наглеца, но злость тут же сменилась на милость, когда ее окутало облако его ауры, такой знакомой по своей природе, что закружилась голова. Что ей это напоминает? Она ощутила тепло, увидела светлый алый оттенок, но он был ближе к розовому, что говорило об общительности и жертвенности. Отдаленно его аура похожа на чью-то еще, только бы вспомнить… Но все равно сильно отличалась. Преобладали яркие зеленые оттенки, перетекающие в цвет морской волны. Высокий интеллект, доброта, желание изменить мир – как это похоже на нее саму.

# Примечания

1

– самая яркая звезда в созвездии Орла и 12-я по яркости звезда на небе. Название происходит от арабского «ан-наср ат-таир», означающего «парящий орел». Альтаи́р

2

(лат. , Lyr) – небольшое созвездие северного полушария, лежащее между Геркулесом и Лебедем. Самая яркая звезда – Вега (α ) – имеет видимую звездную величину +0,03m и является второй по яркости (после Арктура) звездой северного полушария. Ли́ра Lyra Лиры

3

– созвездие Северного полушария неба. Ярчайшие звёзды Кассиопеи образуют фигуру, похожую на буквы «М» или «W». Кассиопе́я

4

– экваториальное зодиакальное созвездие, лежащее между Львом и Весами. В созвездии Девы в современную эпоху расположена точка осеннего равноденствия. Де́ва

5

– самая яркая звезда в созвездии Лиры, пятая по яркости звезда ночного неба и вторая – в Северном полушарии. Ве́га

6

– созвездие Южного полушария, шестое по площади среди современных созвездий, содержащее 187 звезд. Эрида́н

7

– одиночная звезда в созвездии Овна. Тигардена

8

9352 – , красный карлик. Находится в созвездии Южной Рыбы на расстоянии около 10 световых лет от Солнца. Это одна из ближайших к нам звезд. Лака́йль звезда

9

или – ярчайшая звезда в созвездии Скорпиона и одна из ярчайших звезд на ночном небе, красный сверхгигант. Анта́рес Антаре́с

10

– (арабское – «девственница») – яркий бело-голубой гигант, ε Большого Пса. Адара

11

– самая яркая звезда в созвездии Малого Пса и 8-я по яркости звезда ночного неба. Процио́н

12

(«Водяная змея») – созвездие южного полушария, занимает 3,158% (1302 квадратных градусов) ночного неба, что делает его самым большим звездным созвездием на ночном небе. Гидра

13

– (от араб. Rigel – «нога великана»), или Альгебар (от араб. Algebar – «великан») – неподвижная звезда, бета Ориона. Четвертый по яркости голубой гигант небесной сферы с двумя спутниками седьмой величины, одна из наиболее мощных звезд нашей Галактики. Ри́гель

14

(лат.) – вышка, башня Turrim

15

– один из самых близких к Земле пульсаров ( – космический источник радио- излучений). Геминга Пульса́р

16

– самая яркая звезда в созвездии Лебедя и двадцатая по яркости звезда в ночном небе. Вместе со звездами Вега и Альтаир Денеб образует «летне-осенний треугольник», который виден в Северном полушарии в летние и осенние месяцы. Дене́б

17

– первый обнаруженный коричневый карлик, открытый в 1995 году. Те́йде

18

– неподвижная звезда, 9 йота Большой Медведицы. Тройная звезда. В рисунке созвездия  расположена на передней левой лапе Медведицы. Талитха  Талитха

19

– самая яркая звезда в созвездии Девы и шестнадцатая по яркости звезда неба Спи́ка