Юрий Винокуров, Олег Сапфир
Орден Архитекторов 7

Глава 1

Министерство обороны Российской Империи

Город Петербург, Российская Империя

Герцог Александр Петрович Потёмкин, министр обороны Российской Империи, нахмурившись, изучал доклад, который ему только что передал адъютант. Новостной сводкой с фронта это было сложно назвать, скорее сводкой с полей. Потёмкин недовольно покачал головой. Ситуация с Лихтенштейном, с этим крошечным княжеством, затерянным на карте, становилась всё более запутанной. Австро-Венгрия, несмотря на все дипломатические ноты протеста, продолжала свои провокации на границе.

Потёмкин глубоко вздохнул и, отложив в сторону доклад, потёр переносицу.

– Не нравится мне всё это, – пробормотал он.

В этот момент в кабинет вошёл Николай Алексеевич Керенский, начальник службы безопасности Империи.

– Александр Петрович, ты, как всегда, в трудах, – сказал он, подходя к столу и присаживаясь напротив министра. – Ну, как обстановка на фронтах?

– Да ты же сам всё знаешь, – хмыкнул Потёмкин, смерив его взглядом, – зачем спрашивать?

Керенский рассмеялся.

– Ну, – пожал он плечами, – хочется услышать твоё мнение. Вдруг, у тебя есть какие-то интересные идеи?

– Идей у меня хоть отбавляй, – ответил Потёмкин. – Вот только ни одна из них не впишется в рамки «дипломатического этикета».

– Ты прав, – кивнул Керенский, – ситуация сложная. Беспрецедентное давление со всех сторон – Пруссия не отстаёт, Османская Империя тоже подключилась, Австро-Венгрия всё отрицает. Ничего нового, напряжение сохраняется. Такое ощущение, что все готовятся к чему-то серьёзному. А его Императорское Величество всё ещё не принял окончательного решения…

– Не принял решения? – Потёмкин, не веря своим ушам, посмотрел на него. – Он думает, что у нас есть время? Пока он раздумывает, нас, сука, сожрут!

Керенский спокойно развёл руками.

– У Императора своя… тактика. Он уверен, что дипломатия всё решит.

– Дипломатия?! Да этим дипломатам плевать на происходящее, они живут в своём мире, где все проблемы решаются с помощью красивых фраз и подписанных бумажек!

Потёмкин с презрением скривил губы, вспоминая недавний дипломатический приём, где он лично присутствовал. Ему довелось наблюдать за тем, как эти «ловкачи» с улыбками распинают друг другу, как всё хорошо, а за спиной – каждый норовит всадить нож поглубже.

Керенский, не обращая внимания на его вспышку гнева, спокойно продолжил:

– Однако, Ваша Светлость, – тихо произнёс он, – дипломатические каналы – это единственное, что у нас сейчас есть.

– Ладно, Коля, хватит об этом. Рассказывай, как там обстановка в самом Лихтенштейне?

– Ничего нового, – покачал головой Керенский. – Ситуация дерьмовая, народ нервничает. Железнодорожные пути в Лихтенштейн – перекрыты. Противник не наступает. Мое ведомство, используя тайные каналы, перебрасывает снаряжение и оружие с помощью дирижаблей и грузовых самолётов наших союзников, у кого воздушное пространство все еще в свободном доступе. Но приходится действовать аккуратно, потому что одна из договорённостей с Австро-Венгрией – никаких воинских частей и тяжёлой техники, только гуманитарная помощь, продовольствие, медикаменты.

Потёмкин нахмурился:

– Что это за союзники такие?

Керенский развёл руками:

– Ну, понимаете ли, высокая политика. Нам помогают, как могут. Проблема в том, что они тоже действуют аккуратно. У них у самих проблем выше крыши. Мы, по факту, прячем оружие в ящики с мукой и сахаром, а половина наших грузчиков – кадровые разведчики.

– Занимаемся контрабандой? – Потёмкин рассмеялся. – Я так понимаю, что основная проблема – разобраться с обнаглевшим Бобшильдом?

– Да, – кивнул Керенский. – Ты прав. Бобшильд хоть и трусливый пёс, который может продать в любой момент, но проблема в том, что он ещё и бестолковый, тянет одеяло на себя. Вполне может оказаться, что он уже готов предать Императора и перейти на сторону Австро-Венгрии, если, конечно, ему пообещают сохранить его титул и владения. Но… в чём-то он оказался хитрее нас. Мы хотели перебросить несколько толковых людей в Лихтенштейн, чтобы те организовали оборону, но…

– Не смогли? – переспросил Потёмкин.

– Их не пустили, – уточнил Керенский. – Двух генералов, которые должны были там всё правильно сделать, просто развернули в аэропорту. Без объяснения причин, сославшись на то, что «документация не в порядке», и отправили обратно.

– А ты, как глава службы безопасности Империи, вообще в курсе, кто им отдавал такие приказы? – хмыкнул Потёмкин.

– Ну, – Керенский развёл руками, – не всё так просто.

– По факту ты хочешь сказать, – Потёмкин мрачно усмехнулся, – что наша разведка в Лихтенштейне работает крайне фигово? Да, да, – кивнул он, – я понял, Бобшильд – ещё тот хитрец, и привык работать по-своему, не слушаясь никого, кроме себя. Но если ты, Николай Алексеевич, не можешь понять, кто именно мешает нашей работе, тогда… я даже не знаю, что сказать.

– Я работаю над этим, – ответил Керенский, немного смутившись. – Да, Бобшильд – тот ещё фрукт! Но дело в том, что у него хорошие связи в Империи. Возможно, кто-то из «больших людей» решил его поддержать. В любом случае… я уже начал работать в этом направлении.

Потёмкин с нескрываемым интересом посмотрел на него:

– И что ты предлагаешь?

– Есть у меня одна задумка, – ответил Керенский, с хитрой улыбкой глядя на него.

– Ну, не томи уже, говори, что задумал, – с нетерпением попросил Потёмкин.

– Помнишь, я тебе рассказывал про Теодора Вавилонского? Того самого, который сейчас в Лихтенштейне?

– Конечно, помню, – кивнул Потёмкин. – Я про него всё изучил.

– Ну так вот… – продолжил Керенский. – Помнишь, я тебе про строительство укреплений на границе рассказывал?

– Да, – кивнул Потёмкин. – Что с ними?

– Их строит компания «Созидатель».

– Та самая, которой владеет этот Вавилонский? Если эти укрепления будут такие же непробиваемые, как та башня, которую он построил, чтобы отбиваться от австрийцев, – усмехнулся Потёмкин, – То Лихтенштейну повезло с подрядчиком.

– Да всё дело в том, что Бобшильд подставил его. Предложил ему подписать невыполнимый контракт.

– Ого… – протянул Потёмкин, задумчиво почёсывая затылок. – И что? Бобшильд, наверное, думает, что так просто Вавилонский-младший не сможет выполнить этот контракт. Ведь ресурсы и материалы… Сейчас с этим, судя по отчётам, полная беда.

– Именно так, – Керенский кивнул. – Бобшильд, наверное, уже строит планы, как сможет отжать всё, что принадлежит Вавилонскому-младшему, когда тот провалит проект. И всё это, заметь, – на законных основаниях. Умный ход, ничего не скажешь. В общем, я уже отправил приглашение Аристарху Вавилонскому, главе Рода Вавилонских.

– В смысле?! – Потёмкин удивлённо посмотрел на него. – Это тот самый Аристарх, который бесконечно просиживает задницу в имении Железного Деда и транжирит его наследство? Зачем он тебе?

– Ну, – Керенский развёл руками, – раз он – глава Рода, значит, должен нести ответственность за действия своих родственников. А ещё… он отец Теодора, и может пролить свет на некоторые… гхм… непонятные моменты в его биографии. Ведь, судя по тому, что мы уже знаем, этот молодой человек не так прост, как кажется на первый взгляд.

– Хорошая идея, – кивнул Потёмкин. – Пригласим Вавилонского-старшего и его жену. Кто может лучше рассказать о Теодоре Вавилонском, если не его родители?

– Надеюсь, что эта встреча позволит нам, – Керенский с улыбкой глянул на Потёмкина, – получить ответы на все наши вопросы.

* * *

Я находился на наблюдательном пункте, оборудованном на вершине одной из башен форта.

В отличие от первых дней войны, когда небо над Лихтенштейном было затянуто тяжёлыми грозовыми тучами, сегодня на улице царила идеальная погода – солнце светило ярко, а лёгкий ветерок, доносившийся с гор, приятно ласкал лицо.

Скала, облокотившись на каменные перила, с интересом наблюдал за моими действиями.

– Всегда хотел спросить, – сказал он, – как это работает? Ну, эта твоя магия.

Я, не отрываясь от работы, ответил:

– Примерно также, как и твой Дар. Только ты видишь мир глазами, а я – окружающими предметами, землёй и камнем.

Мои разведчики, маленькие, но шустрые каменные паучки, которые были разбросаны по всему периметру, начали передавать информацию. Один за другим, в моём сознании, словно на экране радара, появлялись сигналы.

– Они идут, – прошептал я, чувствуя приближение огромной массы людей и техники. – Движутся быстро, не скрываясь, прямо по дороге.

Скала, прищурившись, посмотрел в бинокль.

– Австрийцы? – уточнил он.

– Ага! – кивнул я, не отрываясь от работы. – Но они ещё не понимают, в чём дело. Просто встревожены пропажей связи со своими людьми.

– Так они не могут с ними связаться? – Скала хитро улыбнулся. – И чего это у них такая радиосвязь паршивая, раз так серьёзно барахлит.

– Ну, я позаботился, чтобы у них были проблемы со связью. Все передатчики внутри форта работают только на «внутреннюю» связь, а внешнюю – я заглушил.

– Значит, они не смогли связаться и всё-таки решили пойти на штурм, – Скала, с нескрываемым интересом, наблюдал, как вдалеке, словно стая хищников, появляются очертания бронетехники.

– Да, – кивнул я, – в этот раз они идут вооружённые. Знают, чего ожидать. Мои разведчики доложили, что идёт полноценный пехотный мотострелковый полк, с артиллерией и танками, – я с улыбкой добавил: – Ну что, дядя Кирь, ты соскучился по настоящим битвам?

– Ещё как соскучился! – Скала с улыбкой погладил рукоять снайперской винтовки, лежащей рядом. Вот только что-то их многовато, – заметил он, после минутного молчания, вглядываясь в бинокль. – Почти тысяча человек, а нас всего тридцать. Ты уверен, что мы хотим с ними сражаться?

Австрийцы действительно выглядели внушительно – в нашу сторону, словно стальной кулак, двигалась танковая колонна, за которой, по полю, растянувшись цепью, шли пехотинцы, укомплектованные по последнему слову техники.

– О да, – ответил я спокойно, – ещё как уверен. Мы ждём гостей, – и, заметив, как на его лице появляется тревога, добавил: – Не волнуйся, дядя Кирь, я всё продумал до мелочей.

В этот момент к форту подъехала наша машина. Из неё вышли Борис, молодой оператор с камерой, и девушка с блондинистой шевелюрой.

– Приятно познакомиться, – сказал я, подходя к ним, когда они поднялись на башню. – Вас предупредили, что это опасная затея?

– Да, предупредили, – с готовностью ответила девушка, и протянула мне руку для пожатия. – Дарья Малиновская, можно просто Даша. Независимый корреспондент телеканала «Лихтенштейн Сегодня». Да, конечно, нам обо всём рассказали. Но ещё рассказали о полагающейся оплате. Кстати, вы не передумали?

– Нет, – я с улыбкой пожал ей руку. – Всё в порядке. Присаживайтесь пока здесь. Скоро начнётся самое интересное.

– Вы, наверное, не поверите, – продолжила она с улыбкой, – но, честно говоря, самое главное для меня – отнюдь не деньги. Я хочу утереть нос «Лихтенштейн 24». Эти твари-монополисты замалчивают правду!

– Откуда такая неприязнь? Не взяли вас на работу?

– Я к этим упырям даже близко бы не пошла! – Даша с презрением скривила губы, демонстрируя своё отношение к «официальному» телеканалу княжества.

– Что ж, если это правда, то я восхищаюсь вашими принципами.

– Значит, вы просто так, случайно, пригласили меня сюда, не проверив, кто я такая? – с лёгкой усмешкой спросила Даша.

– Считайте, как хотите, – ответил я, пожимая плечами.

Про себя же я отметил, что Тенеборцы снова оказались полезными. Я, не доверяя информационной политике в Лихтенштейне, решил найти своего собственного корреспондента. Позвонил Андрею Сорокину, попросил подсказать кого-нибудь подходящего – независимого, непредвзятого. И Андрей, не раздумывая, дал мне контакт Даши.

Несколько раз её статьи, которые она публиковала на своём оппозиционном сайте, становились причиной громких скандалов. Её даже пытались запугать – звонили с угрозами, поджигали машину, а один раз даже подкинули под дверь отрезанную крысиную голову. Но Даша не сдавалась. Она продолжала писать о том, что происходит в княжестве, разоблачая ложь и коррупцию, критиковала действия властей.

– Что нам нужно делать? – спросила она, с интересом оглядываясь по сторонам.

– Вы полезете вон на ту высокую башню, – сказал я, указывая на небольшую смотровую площадку, расположенную неподалёку. – Оттуда хорошо видно всю округу. Вы взяли с собой хорошие объективы, о которых я вас просил?

– Взяли напрокат, – ответил оператор, высокий, крепкий парень, на плече которого висел огромный чёрный ящик с оборудованием. – Если разобьём, будем должны много денег.

– За деньги не беспокойтесь, – сказал я. – Главное, чтобы картинка была чёткая.

– А почему так далеко? – спросила Даша.

– Потому что здесь будет очень шумно, – пояснил я. – Я дам вам рацию для связи, буду давать подсказки, о чём говорить.

Я передал им рацию и, указав рукой на удалённую от нас каменную башню, которая возвышалась над лесом, добавил:

– Ваша задача – забраться туда и начать съёмку.

– Хорошо! – кивнула Даша. – Мы всё сделаем, как надо.

Их проводили на смотровую площадку, которая представляла собой настоящий бункер, построенный мной с помощью магии.

– Теодор, – ко мне подошёл Скала. – Ты всё-таки хочешь подраться?

– Ещё как хочу, – ответил я и посмотрел на безоблачное небо.

– Можешь не беспокоиться, – успокоил меня Скала, заметив мой направление моего взгляда. – С воздуха никого не будет. Я только что созвонился с генералом Васильевым. Он сказал, что достали со складов старое, но надёжное ПВО. А ещё князь Бобшильд настолько испугался за свою жизнь и имение, что быстро прикупил у соседей парочку систем ПВО за сумасшедшие деньги, лишь бы защитить себя. А учитывая, что территория Лихтенштейна небольшая, воздух у нас пока прикрыт.

Я с облегчением выдохнул. Сражаться с воздушными целями мне не хотелось. Никогда не любил стихию воздуха. Мои нынешние возможности были далеки от того, чтобы уверенно доставать до высоко летящего металла и обезвредить пилотов. А вот на земле – всё ясно и понятно. Именно на это и была рассчитана моя стратегия.

– Танки! – воскликнул кто-то из гвардейцев, стоящих на стене форта. – Идут прямо на нас!

Танки, танки… Скала был прав, их было много. Почти два десятка, медленно и неуклонно приближающихся к нам, ощетинившись пушками.

– Готовьтесь, – сказал я моим корреспондентам в рацию, – сейчас будет эксклюзив.

– Да! – раздался в динамике бодрый голос Даши. – Камера работает, звук пишется, всё в порядке. Что нужно говорить?

– Говори, что это новейшая разработка фирмы «Созидатель» – специально созданные высокотехнологичные ловушки. Потратили много денег, но всё это – на благо государства. Вот, смотрите, как они работают.

– Поняла! – ответила она.

Я активировал свой Дар, и под танками, которые шли в авангарде колонны, земля начала проваливаться. Тяжёлые машины, потеряв опору, стали крениться набок. Гусеницы беспомощно крутились в воздухе, а башни с пушками беспорядочно дёргались из стороны в сторону.

Я заставил камни под ногами наступающих солдат взорваться, и каменная крошка разлетелась по сторонам, внося панику в ряды наступающей пехоты.

– А как вы угадали, по какому маршруту поедут танки? – спросила Даша, ловко встраиваясь в мою задумку. – Почему именно по этому маршруту проложены ловушки?

Я усмехнулся.

– Фирма «Созидатель» принадлежит Теодору Вавилонскому. А это – секреты Рода Вавилонских.

Тем временем, австро-венгры, растерявшись, залегли, не понимая, что происходит. Их командиры, видимо, решили не рисковать, и отдали приказ отступить. Танки, оставшиеся без поддержки, начали разворачиваться, пытаясь уйти из зоны поражения.

Отойдя на безопасное расстояние, противники начали обстреливать форт из артиллерии. Снаряды, один за другим, с грохотом начали взрываться у стен. Я, не теряя времени, с помощью магии усилил каменные стены, сделав их ещё более прочными, и теперь снаряды, ударяясь о них, лишь оставляли на поверхности едва заметные царапины.

– И почему они так нерешительно стреляют? – с недоумением спросил я, прислушиваясь к редким, словно нехотя сделанным, залпам австрийской артиллерии. – Что им мешает попытаться разнести этот форт к чертям?

– У меня есть предположение, – задумчиво произнёс Скала, почёсывая свою лысину. – Возможно, кто-то из пленников, запертых внизу… очень ценен для них. И они боятся его убить.

– Блин, – пробормотал я, – об этом я не подумал. Ладно, вы пока здесь держитесь, а я пойду на разведку.

– Тебе нужен кто-то с собой? – спросил Скала.

– Думаю, Лиса будет достаточно, – ответил я, подумав. – В своей броне он выглядит достаточно внушительно. Да и там, внизу, сражаться особо не придётся.

Мы с Лисом спустились вниз, в подземный лабиринт, где я запер австрийских солдат.

– Слышишь? – спросил Лис, прислушиваясь к доносившимся из глубины туннеля звукам.

За каменной плитой, перекрывающей туннель, кто-то изо всех сил орал благим матом, стучал в стены и грозился всех убить.

– Слышу, – кивнул я. – Кажется, это тот, кто нам нужен.

Используя свою магию, я начал нагревать камень в туннелях, где находились австрийские солдаты. Они метались, как крысы в мышеловке, но пути отхода я быстренько блокировал. В итоге, отсекая их по одному, я загнал в тупик всех, кроме этого буйного и одного его помощника, который не отходил от него ни на шаг.

– Лис, твой выход, – сказал я, отворяя последнюю стену. – Твоя задача – вырубишь того, кто дёрнется первым.

Гвардеец молча кивнул.

– Вы ещё кто такие? – заорал один из австрийцев, увидев нас, и тут же бросился на меня.

Лис, опережая его действия, мгновенно нанёс ему точный удар прямо в челюсть, и тот, отключившись, рухнул на пол.

Второй же, активировав свой Дар, попытался создать защитный барьер и выстрелить в меня из пистолета. Но я, опережая его, с помощью магии обрушил на него каменные глыбы, которые с грохотом посыпались сверху.

– А-а-а! – заорал он, пытаясь увернуться от каменного града. – Прекратите!

Я увеличил давление на его энергетический доспех, используя свой Дар. Австриец, не выдержав, пошатнулся и упал на колени.

– Лис! – скомандовал я. – Придержи его, пока я с ним поговорю!

Лис, не теряя времени, мгновенно оказался рядом с австрийцем и, схватив его за грудки, прижал к стене.

– Спокойно, спокойно, – сказал он. – Не дёргайся. Иначе мой командир может расстроиться. А когда командир расстроен – он очень опасен.

– Прекратите! – австриец безуспешно пытался вырваться: – Я – генерал-майор Австро-Венгрии Альберт фон Штернберг! Вы ответите за все военные преступления, которые здесь совершили!

– Слушайте, генерал, – сказал я, подходя ближе, – я сейчас прекращу. Но если вы выкинете какой-нибудь фокус, то вам на голову упадёт вот эта плита.

И, используя свой Дар, я отделил от потолка кусок огромной бетонной плиты, подвесив её над головой генерала.

– Лис, – я махнул рукой, – можешь отпустить.

Лис послушно отступил, и фон Штернберг, с ужасом глядя на висящую над ним плиту, замер на месте. Он понимал, что если она упадёт, то ему не поздоровится.

– Командир, ты – красавчик! – подытожил Лис.

– Да это… ничего такого, – пожал я плечами.

Генерал, не отрываясь, смотрел на плиту, которая, казалось, в любой момент могла рухнуть на него.

– Ты ещё кто такой, чёрт тебя дери? – спросил он.

– Я – глава строительной фирмы, – ответил я.

– Какая ещё строительная фирма? – с недоумением переспросил генерал.

– Ну, та, которая строит сооружения на границе, – пояснил я.

– Что ты мне врешь?! У вас все директора строительных фирм – сильнейшие Маги Камня?

– Ой всё! Хорош болтать, давай, поднимайся наверх. Мне нужно кое-что сделать.

Мы поднялись наверх, на самый высокий ярус форта, откуда открывался отличный вид на поле боя. Вдалеке, словно игрушечные, виднелись танки и броневики.

Скала протянул мне рацию, уже настроенную на нужную волну.

– …Прекратите огонь! – потребовал я, обращаясь к австро-венгерским воякам, которые продолжали нерешительно обстреливать форт. – Иначе вашему генералу не поздоровится!

– Чего?! – раздался из динамика недоверчивый голос. – Генерал-майор Альберт фон Штернберг не сдаётся!

– Генерал, – сказал я, обращаясь к пленнику, – будьте любезны, скажите своим людям, что вы против того, чтобы умирать под их залпами.

Фон Штернберг смерил меня недоверчивым взглядом.

– Ты что, думаешь, что я предам свою страну? – прошипел он.

– Ваша страна уже предала вас, открыв по вам огонь, – ответил я, указывая на стреляющие издалека орудия. – И если они не прекратят, то вас просто размажут по стенке. Так что выбор у вас, генерал, не такой уж и большой. Либо вы спасаете свою жизнь, либо…

Он, скрипнув зубами, всё же взял протянутую рацию.

– …Всем подразделениям! Это фон Штернберг. Прекратить огонь немедленно! – рявкнул он в передатчик.

На том конце послышалась какая-то возня и перешёптывания. Но огонь не прекратился.

– Алло, вашу мать! Я – генерал-майор Австро-Венгрии Альберт фон Штернберг! – снова заорал он. – Вы что, не узнали мой голос?! Я приказываю прекратить обстрел укреплений на стороне Лихтенштейна! Немедленно!!! Иначе…

– При всём уважении, генерал-майор, – прервал его спокойный голос, – но у нас приказ от главнокомандующего. Единственное, что мы можем, – это обсудить ваш выкуп. Вы – ценный для нас человек, но военные действия должны продолжаться.

Фон Штернберг опустил рацию и, повернувшись ко мне, с усмешкой произнёс:

– Предлагают договариваться. Деньги вам нужны? Устроим перемирие.

– Нет, – я покачал головой. – С деньгами у меня всё нормально.

– Тогда что тебе нужно? – удивился генерал.

– Мне нужно, чтобы вы посидели вон там, на камешке, – сказал я, указывая на небольшой валун, стоящий на самом краю площадки.

– Что за ерунда? – фон Штернберг, нахмурившись, недоумённо посмотрел на меня. – Ты что, издеваешься?

– Нет, я совершенно серьёзно, – ответил я. – Видите ли, генерал, ваши люди… Они собираются открыть огонь, несмотря на ваши приказы. А вы… – я с улыбкой посмотрел на него, – …будете «принимать» их снаряды.

Фон Штернберг, побледнев, хотел было возразить, но в этот момент Скала, который всё это время стоял неподалёку, подошёл к нам.

– Теодор, неплохая идея. Я знаю этого генерала. Он племянник правителя Австро-Венгерской Республики, и ещё кто-то там по линии матери. В общем, фигура важная, – усмехнулся он. – Кто бы там ни командовал с той стороны, они боятся его убить просто так. Так что, похоже, пока войны не будет.

– Ладно, – кивнул я. – Генерал, присаживайтесь, пожалуйста.

И фон Штернберг, скрипнув зубами, всё же сел на камень. Я же, не теряя времени, связался с австрийцами по рации.

– Посмотрите в бинокли! – сказал я. – Видите человека, сидящего наверху? Это ваш генерал-майор. Хотите – стреляйте дальше, не хотите – не стреляйте.

– Нам нужно подумать, – ответил спокойный голос. – Давайте заключим временное перемирие.

– Охренеть! – невольно вырвалось у меня. – Ну надо же, оказывается, и так можно.

Я, воспользовавшись передышкой, связался по рации с Малиновской.

– Идите сюда, есть кое-что интересное. Сейчас будет уникальный репортаж.

– Уже бежим! – ответила она.

Через несколько минут Даша с оператором были на месте.

– Что будем делать? – спросила она, с нетерпением глядя на меня.

– Бери интервью у генерал-майора, – ответил я, – задавай любые вопросы.

– Поняла! – Даша, не теряя времени, тут же подошла к фон Штернбергу, направив на него микрофон. – Господин генерал-майор, расскажите, пожалуйста, как вы оказались на территории Лихтенштейна?

Она принялась расспрашивать генерала о причине вторжения. Фон Штернберг, как и ожидалось, начал рассказывать о том, как его войска «подверглись вероломной атаке со стороны Лихтенштейна», показывая пальцем в сторону, где, по его словам, находился разрушенный артиллерией лагерь австро-венгров.

– Мы были атакованы! – сходу выпалил он. – Мы не нарушали границу, а находились на своей территории.

– Но откуда эти обстрелы? – спросила Даша. – Ведь все знают, что Лихтенштейн соблюдает перемирие.

– Мы не знаем, – ответил фон Штернберг. – Но по нам стреляли.

– Это ложь и провокация! – тут же вмешался я. – Уверяю вас, здесь в радиусе нескольких километров нет никаких артиллерийских батарей.

– Ты лжёшь! – заорал фон Штернберг. – Ты… ты заплатишь за это!

– Тише-тише, генерал, – усмехнулся я. – Не стоит так нервничать. Советую быть повежливее, если, конечно, хочешь дожить до следующего утра. Сейчас твоя судьба полностью в моих руках.

В этот момент Даша прервала репортаж.

– Одну минуту, – сказала она в камеру. – Мы прервёмся по техническим причинам.

– Что случилось? – спросил я.

Она показала мне свой телефон, на экране которого высвечивалось сообщение из приёмной князя.

«По распоряжению Его Сиятельства Роберта Бобшильда, вам предписывается незамедлительно прекратить трансляцию! В случае неисполнения, вы будете привлечены к ответственности согласно законам военного времени! Санкции за неподчинение приказу: от пожизненного заключения до высшей меры наказания», – гласило сообщение.

– Охренеть! Высшая мера наказания – это что, расстрел? – выдохнула Даша. – Это реально приказ князя?

– Ничего страшного, – пожал я плечами. – Продолжайте.

– Да я не из пугливых, – она с улыбкой покачала головой.

– Вот и хорошо! За такое я тебе дам дополнительную плату.

– Не надо, – отмахнулась она. – Я давно не получала такого удовольствия! За один час у меня в блоге прибавилось сотня тысяч подписчиков! И они продолжают приходить! Я понимаю, что сейчас мы уделали канал «Лихтенштейн 24».

В этот момент рация ожила, и я услышал голос австрийского офицера:

– Прошу прощения, генерал-майор, но нам поступил безоговорочный приказ верховного командования: форт подлежит полному уничтожению! Начинаем массированную бомбардировку!

– В таком случае, ваш генерал будет лицом ловить снаряды, – невозмутимо ответил я.

– Простите, генерал-майор, это распоряжение высшего командования, – с сожалением произнёс голос. – Да поможет вам Бог!

Через мгновение в нашу сторону полетел первый снаряд.

Глава 2

Первый снаряд просвистел над нашими головами и взорвался где-то вдали, за стеной форта. Второй снаряд разорвался в опасной близости от фон Штернберга, осыпав его осколками.

– Уроды! – заорал фон Штернберг, чувствуя себя мишенью в тире. – Вы что, охренели?! Я – ваш генерал-майор! Прекратить огонь немедленно!

Но его слова потонули в грохоте взрывов. Австрийская артиллерия вела огонь на поражение, не обращая внимания на своего командира.

Мы с гвардейцами, укрывшись за барьером, не могли сдержать смеха, наблюдая за этим цирком. Даже Слон, обычно молчаливый и серьёзный, расплылся в улыбке.

– Вот это я понимаю – «живой щит», – заявил Скала, с интересом глядя на фон Штернберга. – Не позавидуешь сейчас этому генералу.

Было забавно наблюдать, как этот высокомерный австрийский военный, который ещё совсем недавно строил планы по захвату Лихтенштейна, теперь беспомощно вжимается в камни, умоляя о пощаде.

– Твою мать! – фон Штернберг, отчаявшись докричаться до своих подчинённых, обратился ко мне. – Ты… ты должен что-то сделать! Иначе меня сейчас убьют!

– И что я, по-твоему, должен сделать? – спросил я, расплывшись в улыбке. – Сам видишь, генерал, – я развёл руками, – твои люди не слушаются тебя.

– Но… Но… – он замялся, пытаясь найти аргументы. – Я… я – ценный пленник! Моя жизнь стоит много!

– Возможно, – хмыкнул я. – Но, судя по всему, не для тех, кто сейчас стреляет.

Фон Штернберг побагровел от ярости, но потом, поняв, что я прав, понуро опустил голову.

Когда снаряды начали разрываться всё ближе и ближе к фон Штернбергу, Скала, не выдержав, всё же произнёс:

– Его реально сейчас убьют. А он нам может ещё пригодиться.

– Ладно, – кивнул я, – уберём его.

И мои гвардейцы увели фон Штернберга обратно в подземелье.

Бомбардировка форта не прекращалась ни на секунду. Снаряды с грохотом разрывались вокруг, осыпая все окрестности градом осколков. Австрийцы, не жалея боеприпасов, пытались стереть форт с лица земли.

Но я был готов к этому. С помощью магии усиливал стены и своды, делая их практически непробиваемыми. Мои гвардейцы, укрывшись в капонирах, отвечали прицельным огнём, не давая противнику приблизиться.

Затем австрийцы, потеряв несколько десятков человек, всё же решились на штурм. На этот раз они отказались от танков, поняв, что те бесполезны, и действовали более грамотно, используя щитоносцев для прикрытия. Их щиты, усиленные артефактами, выдерживали даже попадания из пулемётов.

Я, внимательно наблюдая за их продвижением, решил использовать свою магию. Сконцентрировавшись на целях, я направил мощный импульс энергии в несколько больших камней, лежащих на пути перед ними. Камни, словно мины, взорвались, разбрасывая вокруг себя осколки. Несколько незащищённых австрийцев упали. Но все щитоносцы устояли, продолжая идти вперёд. Их щиты мерцали, отражая мои атаки.

Я повторил фокус ещё раз, выбрав на этот раз камни побольше. Взрывы были более мощными, но щиты всё равно выдержали. Тогда я решил попробовать другую тактику. Вместо того чтобы разрушать их щиты, я открыл под ними глубокую яму. Двое солдат, не успев среагировать, с криками полетели вниз. Но остальные, к моему удивлению, зависли в воздухе. Стало ясно, что у них – левитирующие артефакты. Австрийцы хорошо подготовились к этому нападению, рассчитывая все возможные варианты.

Мои гвардейцы, используя все преимущества защищённого форта, методично отстреливали противников. Снайперы работали без устали, выбивая одного за другим. Остальные гвардейцы, укрывшись в капонирах, вели огонь из пулемётов и гранатомётов, не давая противнику быстро приблизиться.

– Слушай, Теодор, – сказал Скала, подходя ко мне. – С тобой не соскучишься. Сначала наёмники, теперь это…

Я, не отвечая, внимательно наблюдал за происходящим. Ситуация была напряжённой, но не критической. Мои гвардейцы, экипированные передовой бронёй и вооружённые новейшим оружием, которое мы частично собрали после атаки наёмников, успешно сдерживали натиск противника.

К тому же, я восстановил несколько боевых костюмов «Страж», которые работали на теневой энергии и усиливали не только физические характеристики, но и магические способности, и теперь мои бойцы были практически неуязвимы.

Враг продолжал наступать, но уже не с таким напором, как раньше. По рации сообщили, что подкрепление уже на подходе.

– Даша! – крикнул я, заметив, что она со своим оператором стоит неподалёку. – Наши идут. Снимите всё это красиво, пусть весь Лихтенштейн увидит, кто именно его защищает!

Дарья с готовностью кивнула, и её оператор направил камеру в сторону приближающихся союзных войск.

Через несколько минут на горизонте, оглашая окрестности грохотом моторов, появились боевые машины графов Шенка и Рихтера. Впереди – лёгкие танки с символикой их Родов, за ними – броневики, грузовики с гвардейцами.

Колонна, подъехав ближе, остановилась, и графы, выскочив из машин, поспешили к нам.

– Теодор, – Генрих Шенк, подходя ко мне, крепко пожал руку, – мы, конечно, догадывались, что ты не подведёшь, но, чтобы такое!..

– Не представляю, как тебе это удалось, но укрепления… просто моё почтение! – добавил Густав Рихтер.

– Всё привезли, что я заказывал? – спросил я, пожимая руки графам.

– Да, – кивнули они.

– Тогда, господа, – я жестом пригласил их пройти вглубь форта, – пойдёмте, покажу, где разместить вашу «артиллерию».

Гвардейцы Шенка и Рихтера принялись за работу. Они быстро разгружали грузовики, устанавливали на заранее подготовленные позиции тяжёлые орудия.

Скала, наблюдая за происходящим, довольно хмыкнул:

– Теперь австрийцам будет не до шуток. Не просто с винтовками отстреливаться будем. Теперь они дважды подумают, прежде чем сюда соваться.

К нам примчалась Даша, её лицо буквально светилось от счастья.

– Отличный репортаж получился! Народ в восторге. Мою онлайн-трансляцию перехватили и показывают по всей Российской Империи. Я теперь – суперзвезда!

Но радость от приближающейся победы была недолгой. К форту, с визгом тормозов, подъехала чёрная машина с эмблемами службы безопасности княжества Лихтенштейн. Из неё, словно коршуны, выскочили люди в форме. Подойдя к нам, они остановились на почтительном расстоянии и один из них, показав удостоверение, чётко произнёс:

– Господин Теодор Вавилонский, мы прибыли сюда по личному распоряжению князя Роберта Бобшильда. Вы обвиняетесь в измене родине и провале важного оборонного заказа, и будете арестованы до разбирательства.

– Измене? – я не смог сдержать смеха. – Вы сами верите в то, что говорите?

– Нам плевать на ваши мысли, господин Вавилонский! – холодно ответил офицер. – Вы должны подчиниться!

Даша с оператором, не теряя времени, снимали всё это на камеру.

– Ну что ж, значит, я пойду с вами. Я законопослушный подданный Императора и его ставленника. И подчиняюсь закону.

Я повернулся к камере, и, глядя прямо в объектив, произнёс:

– Кажется, нашему князю не нужны люди, которые сражаются за свободу Лихтенштейна и жизни его народа.

На меня надели наручники, и я, улыбнувшись, повернулся к Скале:

– Кирилл Александрович, оборона пока остаётся на тебе, и на графах Шенке и Рихтере. А мне придётся ненадолго отлучиться. Не забудь сделать всё, как мы договаривались.

Скала лишь молча кивнул. А я, в сопровождении охранников, направился к машине.

* * *

Город Вадуц, княжеский дворец

Кабинет Великого князя Лихтенштейнского

В роскошном кабинете княжеского дворца Лихтенштейна князь Роберт Бобшильд восседал за огромным столом, окружённый своими советниками.

Советники перешёптывались между собой, тревожно переглядываясь, обмениваясь настороженными взглядами. В воздухе висела напряжённая тишина. Все понимали, что ситуация – не простая. Новости с фронта снова были неутешительными – австро-венгры опять пошли в наступление, не обращая внимания на ноты протеста и дипломатические угрозы.

Князь, нервно барабаня пальцами по подлокотнику трона, с неприязнью поглядывал на своих подданных. Ему не нравились эти люди – сплошь лизоблюды и трусы. Они были для него лишь инструментом в достижении его целей. И сейчас этот инструмент был не эффективен.

Внезапно князь Бобшильд, нахмурившись, поднял руку, призывая к тишине.

– Эти вопли снаружи когда-нибудь прекратятся?! – рявкнул он. – Достали! Уже целый час орут, а теперь всё громче и громче!

Один из советников, пожилой мужчина с седой бородой, с кряхтением поднялся из-за стола и подошёл к окну, чтобы разведать ситуацию. Окинув взглядом площадь перед дворцом, он нервно откашлялся.

– Ваше Сиятельство, это жители Лихтенштейна, и их становится всё больше…

– Жители? – князь смерил его холодным взглядом. – Какого чёрта им нужно?

– Судя по всему, они пришли к нам… чтобы… защищать своего любимчика – Теодора Вавилонского, – с трудом выговорил советник.

– Любимчика? – князь удивлённо приподнял брови. – Ты что, шутишь? С чего это изменник вдруг стал «любимчиком»?

– Это не шутка, Ваше Сиятельство, – вмешался другой советник, молодой человек, который тоже подошёл к окну. – Теодор Вавилонский уже получил широкую известность не только в интернете, но и во всей Российской Империи. Его даже прозвали «Народным защитником». Честно говоря, его популярность растёт с каждым часом. Люди требуют освободить его из тюрьмы. Они кричат и свистят, размахивая плакатами.

– А что полиция? – князь, нахмурившись ещё больше, нервно заёрзал на стуле. – Почему они не разгоняют эту толпу?

Советник с бородой переминался с ноги на ногу, явно не желая сообщать плохие новости.

– Мне трудно в это поверить, Ваше Сиятельство, – начал он неуверенно, – но… гхм… армия и полиция тоже на стороне народа. Многие офицеры отказываются выполнять приказы о разгоне демонстрантов, ссылаясь на то, что они присягали защищать Лихтенштейн, а не отдельных… гхм… личностей.

– И это в такое непростое для княжества время?! – зарычал князь. – Возмутительно! Живо отдайте соответствующий приказ всех разогнать! Особо буйных расстреляйте! Будут мне ещё тут устраивать волнения. Я покажу им, кто здесь настоящий правитель!

В этот момент в зал вбежал запыхавшийся секретарь, сжимая в руках только что распечатанный документ.

– Что это такое?!

– Ваше Сиятельство, срочное послание из центральной Империи! – прокричал секретарь, передавая листок одному из советников.

– Ваше Сиятельство, – сказал тот, побледнев, – тут сказано немедленно отпустить из под стражи Теодора Вавилонского. Я думаю, вам лучше прочитать это лично.

Князь Бобшильд, нахмурившись, взял у него листок и быстро пробежал его глазами, затем разорвал на части.

– Да чтоб их всех… Какого чёрта они вмешиваются в дела княжества?! – заревел он. – Меня сам Император сюда поставил, чтобы я тут во всём разбирался! Это моё княжество, и я буду управлять им так, как считаю нужным!

– Но, Ваше Сиятельство… – советник попытался возразить. – Это… это за подписью самого Императора. Если вы не подчинитесь, то это будет рассмотрено… как государственная измена. Мы не можем рисковать гневом Империи.

Князь Бобшильд начал нервно ходить по залу, обдумывая ситуацию. Он прекрасно понимал, что открыто противостоять Империи – самоубийство. Но и подчиниться, отпустив Вавилонского… В глазах его соратников это автоматически сделает его слабаком.

После долгих минут напряжённых раздумий князь вместе с советниками всё же приняли решение.

Бобшильд вышел на балкон, где его встретил рёв толпы. Он поднял руку, призывая к тишине, и натянул на лицо фальшивую улыбку.

– Друзья! – начал он громким голосом. – Произошло ужасное недоразумение. Некоторые люди внутри нашего княжества оказались предателями, имеющими зуб на Теодора Вавилонского. Они его оклеветали, подбросив ложные доказательства, и… э-э-э… – он пытался вспомнить план, который ему подсказали советники, – …пытались таким образом дискредитировать наше правительство. Я, заботясь о благосостоянии и защите княжества, не разобрался сразу в этой гнусной интриге. Но теперь правда вышла наружу!

Он сделал многозначительную паузу, а затем, с наигранной скорбью в голосе, продолжил:

– Начальник нашей полиции, к сожалению, оказался главным зачинщиком этого заговора.

Он обернулся и указал пальцем на начальника полиции, который стоял неподалёку, сдерживая разгневанную толпу.

– Он будет немедленно арестован!

Начальник полиции в шоке открыл рот, не веря своим ушам.

Стражники, которые заранее были предупреждены, быстро схватили ошеломлённого начальника полиции. Они грубо связали его, заткнули рот кляпом и, под свист и улюлюканье толпы, утащили в подвал.

Внезапно из толпы раздались новые крики:

– Вавилонский! Вавилонский! Освободите Народного Защитника!

Люди начали скандировать его имя всё громче и громче. Князь, еле сдерживая гримасу отвращения, повернулся к советникам.

– Выпускайте его уже!

Затем снова обратился к толпе:

– Народ Лихтенштейна, ваши голоса услышаны! Теодор Вавилонский будет немедленно освобождён и восстановлен во всех правах.

Толпа разразилась ликующими возгласами, в то время как князь Бобшильд, сохраняя улыбку на лице, мысленно поклялся отомстить за это унижение при первой же возможности.

* * *

Помещение временного изолятора находилось прямо в подвале княжеского дворца.

Всю ночь до самого утра я просидел в заключении в одиночной камере. Комнатушка была совсем небольшой – два на два метра, с голыми каменными стенами и решётчатой дверью. Внутри – железная койка без всякого матраса, столик и стул, прикрученные к полу, а ещё – рукомойник с холодной водой и туалет.

Однако, я не испытывал ни страха, ни тревоги. Моё заключение было лишь частью тщательно продуманного плана. Я знал, что князь не сможет долго удерживать меня под арестом.

С первыми лучами солнца, моё одиночество нарушил нарастающий гул, доносившийся с улицы. Я просканировал Даром окрестности и понял, что снаружи, возле княжеского дворца, собралась огромная толпа. Люди скандировали лозунги, немедленно требуя моего освобождения.

Я мысленно усмехнулся над небрежностью Бобшильда, ощутив, как моё магическое ядро начинает вибрировать, бурля энергией. Князь, либо недооценивая мои способности, либо ослеплённый собственной злобой, не поместил меня в антимагическую камеру. Дверь, стены, пол – всё здесь было обычным, не усиленным защитными артефактами.

Конечно, в любой момент я мог спокойно покинуть камеру. Впрочем, бежать я не собирался – мой план требовал терпения.

Вскоре тяжёлые засовы с лязгом отодвинулись, и дверь распахнулась, открывая мне путь на свободу.

– Вавилонский, на выход!

Я вышел на улицу, и меня оглушил восторженный рёв толпы. Люди размахивали плакатами с надписями: «Свободу Вавилонскому!», «Герой не должен сидеть в тюрьме!», «Отпустите Народного Защитника!».

– Вот, он, смотрите!.. – воскликнул кто-то.

– Теодора Вавилонского отпустили! – подхватил другой.

– Герой на свободе! Ура! – загомонили все хором.

Я медленно прошёл вперёд, улыбаясь и кивая своим сторонникам.

Оглянувшись назад на здание княжеского дворца, я заметил стоявшего на балконе князя Роберта Бобшильда. Его лицо выражало смесь злости и разочарования. Я помахал ему рукой, демонстративно показывая, что не держу зла. Это явно вывело его из себя ещё больше.

Не успел я сделать и нескольких шагов, как меня окружила толпа журналистов. Микрофоны и камеры были направлены на меня со всех сторон. Репортёры наперебой кричали:

– Господин Вавилонский, прокомментируйте, пожалуйста, ситуацию!

– Расскажите, пожалуйста, как это всё произошло!

– Как вы относитесь к решению князя об аресте?

– Вы будете добиваться справедливости?

Я выдержал паузу, дождавшись, пока шум немного утихнет, и произнёс:

– Я рад, что князь принял правильное решение. Это показывает его мудрость и способность признавать ошибки. Мой личный совет князю – тщательнее выбирать своё окружение. Если нужна моя консультация по командообразованию, я всегда готов помочь. Лихтенштейн заслуживает лучшего руководства.

Краем глаза я заметил, как Бобшильд, не выдержав, в ярости покинул балкон. Похоже, мои слова задели его самолюбие. Ну и отлично.

Воспользовавшись моментом, я обратился к собравшимся:

– Граждане Лихтенштейна! Фирма «Созидатель» защитила наши восточные рубежи, но это только начало. Я не всесилен, и для нашей общей победы нужны усилия каждого из вас. Мы должны стать единым фронтом против любых угроз. Сегодня я с гордостью объявляю, что моя команда «Созидатель» расширяется. У нас открыто много новых вакансий для тех, кто хочет внести свой вклад в безопасность нашей страны. И это не всё – позвольте представить вам наших гвардейцев.

По моему сигналу Скала вывел отряд наших бойцов в доспехах «Страж». За ними следовал внушительный бронированный автомобиль, оснащённый самым современным вооружением. Гвардейцы выстроились в безупречную шеренгу, их сияющие доспехи отражали солнечный свет. Толпа ахнула от восхищения.

– Вот она, моя гвардия! – продолжил я. – Вы все видели, на что мы способны. Сначала мы сдерживали вражеские войска в одиночку. Когда мы отбили первое нападение, это осталось за кадром. Но во второй раз вы уже стали свидетелями подвигов моих чудо-богатырей. Кто хочет встать в их ряды, защищать нашу родину и стать героем – записывайтесь к полковнику Кириллу Александровичу Полянину, известному многим из вас как Скала.

Закончив речь, я направился к ожидавшей меня машине. Толпа расступилась, давая мне дорогу. Люди радостно скандировали:

– Слава Вавилонскому!

Внезапно из толпы выбежала Настя. Не сдерживая эмоций, она бросилась мне на шею и страстно поцеловала, не обращая внимания на окружающих нас людей.

Рядом уже стояла Даша Малиновская, корреспондент, чей оператор не упустил ни одной секунды этой сцены.

Я мягко отстранился и с улыбкой спросил:

– Настя, ты же графиня. Не боишься так открыто проявлять чувства на публике?

Она повернулась к камере и, сияя от счастья, произнесла:

– Нет, потому что я горжусь тем, что мой мужчина, Теодор Вавилонский – настоящий герой, народный герой Лихтенштейна!

Толпа разразилась восторженными возгласами, а я, с улыбкой глядя на неё, подумал про себя:

«Ну вот, попал… Хотя, собственно, я сам этого и хотел».

Скала подошёл ко мне и тихо сказал:

– Подозреваю, что завтра половина армии Лихтенштейна попросится к нам в гвардию.

Я, рассмеявшись, похлопал его по плечу.

– Ну и чего ты жалуешься, дядь Кирь? Выберешь самых лучших. Ты же переживал, что кандидаты недостаточно хороши были. Вот, теперь будет из кого выбирать.

Мы с Настей сели в машину, где нас за рулем уже ждал Борис. Когда автомобиль тронулся, я наконец позволил себе расслабиться. Впереди нас ждал заслуженный отдых в усадьбе. Но я знал, что это лишь краткая передышка перед новыми свершениями. Ведь впереди меня ожидало всё самое интересное.

* * *

Где-то на окраине Вадуца

Заброшенные склады на окраине Вадуца казались безжизненными в тусклом свете луны, которая едва пробивалась сквозь плотные облака. Ветер, налетевший с гор, завывал, будто голодный зверь, раскачивая ржавые листы железа на крышах, заставляя дребезжать стёкла в разбитых окнах.

Внутри одного из складов царила атмосфера мрачной таинственности. В тусклом свете лампочки, висевшей под потолком, едва можно было разглядеть стены, заваленные всяким хламом – старыми ящиками, сломанной мебелью, кусками металла. В центре помещения, за длинным столом, сколоченным из старых досок, сидел Леос, руководитель одного из самых могущественных крыльев повстанцев.

Вокруг него расположились его ближайшие соратники – два десятка людей, каждый из которых был предан Леосу до мозга костей. Они были разными – молодые парни с горящими глазами, жаждущими власти и перемен; мужчины постарше, с суровыми лицами, закалённые в боях; несколько женщин, готовые на всё ради достижения своей цели. Но всех их объединяла преданность Леосу и вера в то, что он сможет привести их к победе.

Некоторые из них нервно озирались по сторонам, боясь даже шелохнуться. Другие сидели неподвижно, с каменными лицами, скрывая свои эмоции. Но все они внимательно следили за своим лидером, ожидая его указаний.

Леос обвёл их взглядом, вспоминая, как обучал каждого из них. С кем-то он работал лично, передавая свои знания, делясь опытом, раскрывая тайны общения с Тенями. Кто-то схватывал всё на лету, быстро осваивая новые техники, открывая в себе скрытые магические способности. Кому-то приходилось объяснять снова и снова, с терпением учителя наставляя, направляя, помогая раскрыть свой потенциал. Но все они прошли его суровый отбор, доказав, что достойны быть в его команде. Кто силой, кто хитростью, а кто-то – просто своей непоколебимой преданностью.

Он поднялся из-за стола, опираясь руками о шершавую, истерзанную временем, деревянную поверхность. Его высокий рост, худощавое тело, скрытое под чёрным плащом, внушало страх и уважение. Лицо его оставалось скрытым под капюшоном, лишь тонкие, бледные губы виднелись в полумраке. Но его голос, холодный и резкий, эхом разносился по пустому помещению, заставляя всех присутствующих вздрогнуть.

– Настало время усилить наши действия, – произнёс он, нарушая напряжённую тишину зала. – Мы начнём открывать теневые порталы по всему городу.

– Но господин… – нерешительно поднял руку один из присутствующих – молодой парень с испуганными глазами. – Один из намеченных порталов… Он будет открыт прямо под детским домом. Там же дети, невинные люди…

Леос медленно повернулся к нему. Его глаза, скрытые под капюшоном, сузились, и в воздухе за спиной парня начала сгущаться тьма. Она клубилась и извивалась, словно живое существо, быстро приобретая форму огромной клыкастой челюсти.

В следующее мгновение челюсть молниеносным движением сомкнулась, откусывая голову несчастного. Тело его, безжизненно обмякнув, рухнуло на пол.

– Кто-нибудь ещё хочет со мной поспорить? – холодно произнёс Леос, обводя взглядом застывших людей. – Я вас предупреждал: выход отсюда только вперёд ногами. Либо вы будете править вместе со мной, когда я стану повелителем этого мира, либо сдохнете в безвестности, став кормом для моих Теней.

В глазах присутствующих читался страх и покорность. Все согласно кивнули. Леос удовлетворённо улыбнулся, понимая, что теперь они выполнят любой его приказ.

– Начинаем через три дня, – продолжил он. – Готовьтесь! И помните: ошибок я не прощаю.

Рядом с Леосом сидел его первый помощник, Клаус – худощавый мужчина в круглых очках. Он не был Одарённым, и старался держаться подальше от Теней, но его преданность Леосу не знала границ.

Клаус – бывший военный хирург, которого Леос вытащил из тюрьмы, где тот отбывал пожизненное заключение за серию жестоких убийств. Леос сразу же оценил его хладнокровие и организаторские способности, а Клаус увидел в Леосе того, кто может дать ему свободу действий и удовлетворить его жажду крови.

Когда все разошлись, Леос и Клаус остались вдвоём. Леос устало опустился в кресло.

– Что там ещё просили передать наши… друзья?

– Возникли проблемы на границе, – доложил Клаус. – Наши люди не смогли пробиться со стороны Австро-Венгрии. Предлагают устроить беспорядки в Вадуце, чтобы отвлечь внимание властей. Под шумок они попробуют зайти с другой стороны.

– И что именно они хотят устроить? – нахмурился Леос.

– Взрывы, пожары, массовые беспорядки, нападения на полицейские участки… Всё, что угодно, чтобы создать хаос.

Леос задумчиво кивнул, обдумывая полученную информацию. Его планы приходилось корректировать на ходу, но это лишь незначительная помеха на пути к абсолютной власти.

«Скоро всё изменится, – подумал он. – Очень скоро. И тогда этот мир будет принадлежать мне».

Глава 3

Княжество Лихтенштейн, город Вадуц

Княжеский дворец

Роберт Бобшильд, князь Лихтенштейна, сидел в своём роскошном кабинете, утопая в кожаном кресле. Его обычно идеально уложенные волосы сейчас были растрёпаны, галстук ослаблен, а верхние пуговицы рубашки расстёгнуты. На столе перед ним стояли две бутылки дорогого бурбона – одна уже пустая, вторая наполовину опустошена.

«Всего лишь второй час ночи, – подумал он, с трудом фокусируя взгляд на стрелках старинных часов, висевших на стене. – А я уже настолько… гхм… устал…»

Воздух в кабинете был тяжёлым, пропитанным запахом алкоголя, табака и… отчаяния. Князь поднёс стакан к губам трясущейся рукой, сделал большой глоток и поморщился. Бурбон, обжигая горло, растекался по телу, принося лишь кратковременное чувство забвения. Но мысли, как назойливые мухи, продолжали кружиться в его голове, не давая покоя.

Чёрт возьми, как он мог так облажаться? Он, великий князь Лихтенштейнский, превратился в посмешище! Теодор Вавилонский… этот наглый выскочка. Как он мог так легко попасться на его уловку? Арестовать его за измену, а потом сразу же отпустить… Идиот! Теперь все думают, что он не способен исполнять до конца даже собственные решения.

Роберт Бобшильд вспомнил то унизительное чувство, которое испытал, когда был вынужден отпустить Теодора Вавилонского из тюрьмы, и с трудом поднёс стакан к губам. Сделал большой глоток бурбона и поморщился от жгучего вкуса, который теперь казался ему невыносимо противным.

А эта история с начальником полиции. Да, он был мерзавцем, но он был его мерзавцем. Князь думал, что сможет использовать его как козла отпущения, но… Чёрт! Теперь все шепчутся за его спиной. Он замечал эти сомневающиеся, презрительные взгляды.

Князь, нахмурившись, попытался вспомнить последние встречи с некоторыми из своих советников. Двое из них, всегда с готовностью выполнявшие все его поручения, исчезли, будто растворившись в воздухе. Их телефоны не отвечали, а дома – опустели. Слуги, с показной невинностью, разводили руками, рассказывая, что ничего не видели, ничего не слышали, и не могут связаться со своими хозяевами.

Что они унесли с собой? Секреты? Деньги? Или и то, и другое? Его чёртовы секреты и деньги!

Князь всегда думал, что держит всех за яйца своими компроматами. Но теперь… теперь он не уверен ни в чём. Кому он может доверять? Кто следующий предаст его?

Боже, как он мог так низко опуститься? Он – князь! Он должен быть непоколебимым! А теперь… теперь он сидит здесь, напиваясь в одиночестве, пока вокруг него рушится весь мир.

Роберт Бобшильд с отвращением отставил пустой стакан, пытаясь найти хоть какое-то подобие решения.

Нужно что-то делать… Нужно вернуть контроль… Но как? Как ему восстановить своё положение? Как заставить их снова бояться и уважать его?

Внезапно раздался стук в дверь, и в его кабинет вошёл один из офицеров службы безопасности. Князь поднял на него мутный взгляд.

– Ну? Какие новости? – хрипло спросил он.

– Ваше Сиятельство, Теодор Вавилонский… Он жив, – с явным замешательством ответил офицер.

Князь резко выпрямился в кресле, его глаза горели от непонимания и гнева.

Жив? Но как это возможно? Он же всё продумал до мелочей… Отпустил его, да, но это была лишь часть плана. Яд в камере должен был сделать своё дело. Чёртов Вавилонский, даже умереть нормально не может!

– Какого чёрта?! – рявкнул князь вслух. – В его камере было достаточно дымного яда, чтобы убить слона! Он должен был умереть в течение суток после освобождения. А прошло уже два дня!

Офицер нервно переминался с ноги на ногу.

– Мы тоже не понимаем, Ваше Сиятельство. Возможно, у него иммунитет или…

– Иммунитет к яду, который может убить слона? – князь усмехнулся. – Чушь!

Он встал, пошатываясь, и начал ходить по кабинету.

– Я не хочу платить этому ублюдку за его сраные так называемые укрепления на границе. Это была идеальная схема – его смерть можно было списать на австро-венгров. А теперь что?

– Ваше Сиятельство, – осторожно начал тот. – Возможно, нам всё же придётся выплатить часть суммы. Он ведь выполнил часть контракта…

Князь резко развернулся и с силой ударил кулаком по столу.

– Я запрещаю! – заорал он. – Ни копейки этому выскочке! Он всё равно скоро сдохнет, я об этом позабочусь!

Офицер вздрогнул от неожиданности.

– Но, Ваше Сиятельство… – начал он, но князь тут же оборвал его.

– Никаких «но»! – рявкнул Бобшильд. – Вавилонский – ходячий труп. Мне плевать, как он выжил в первый раз, второго шанса у него не будет. А теперь убирайся, – он махнул рукой в сторону двери, – и скажи, чтобы принесли мне что-нибудь покрепче этого пойла!

Офицер поспешно кивнул и вышел из кабинета, оставляя князя наедине с его мрачными мыслями и планами мести.

* * *

Я наконец-то отправился в лавку, намереваясь посвятить несколько часов работе. Реставрируя предметы старины, я погрузился в размышления о недавних событиях, и о князе. Всё шло по плану, даже лучше, чем я ожидал. Князь, сам того не подозревая, играл по моим правилам, и каждое его действие лишь укрепляло мои позиции.

Конечно, попытка отравить меня магическим ядом в изоляторе стала неприятным сюрпризом. Я не ожидал, что они прибегнут к таким методам. С помощью магии я просканировал стены и пол, обнаружив тонкие, почти невидимые отверстия, сквозь которые в помещение просачивался ядовитый газ. Благодаря моему Дару, закупорить скрытые трубы, через которые поступал яд, не составило особого труда. Это лишь подтвердило, насколько отчаянно князь пытается удержать власть.

Ситуация в княжестве становилась всё более напряжённой. Люди всё ещё боялись. Князь потихоньку терял доверие своих подданных, и чем больше он пытался удержать контроль, тем сильнее его хватка слабела. Не только его приспешники начинали сомневаться в его способности защитить их, но и дворянство всё чаще поглядывало в мою сторону, ища надёжного союзника. Я понимал, что ключом к успеху будет не только устранение физических угроз, но и завоевание репутации в народе.

Вообще царившая атмосфера открывала для меня новые возможности. За последние два дня моя личная гвардия значительно увеличилась. Люди искали стабильности и надёжного командования, которые я мог им предложить.

Да, в этом мире, в отличие от моего прошлого, люди привыкли полагаться на сильных покровителей – аристократов, Рода, гильдии. В прошлом мире у меня тоже были вассалы, но я никогда не поощрял тупую преданность. Скорее, наоборот, – ценил самостоятельность и независимость своих подчинённых.

Здесь же всё было по-другому. Люди искали не просто работу или защиту. Они искали того, кто сможет дать им надежду, уверенность в завтрашнем дне, за кем они смогут пойти с полным осознанием того, что это правильное решение.

А я, в свою очередь, не отказывал им в этом.

Я порекомендовал не отказывать никому, выслушивать всех, кто приходил. При этом, конечно, поручил Скале и его людям проводить тщательный отбор, чтобы не набрать к себе проходимцев и предателей. На самом деле, отсев был не таким уж и большим. Большинство бойцов были из тех, кто когда-то уже служил в армии, – опытные ветераны, закалённые в боях.

Строительная фирма «Созидатель» тоже процветала. Количество сотрудников росло, как и объём заказов. Моя «рекламная кампания» сработала лучше, чем я мог надеяться. Теперь ко мне обращались не только за обычными строительными услугами, но и с особыми заказами.

Самым популярным запросом стало строительство бункеров под обычными многоэтажными домами. Даже небогатые горожане, обеспокоенные своей безопасностью, готовы были платить любые деньги за дополнительную защиту. Я не мог не воспользоваться этой возможностью. Конечно, строить полноценные бункеры, способные выдержать ядерную атаку, как в моём прошлом мире, я ещё не мог – мои нынешние силы были далеки от того уровня. Но сделать «комфортные убежища», как я их называл, где можно было бы спрятаться от артиллерийского обстрела или от обычных грабителей – легко.

Мои мысли прервал звон колокольчика. Я поднялся наверх и увидел мужчину средних лет в строгом костюме. Его лицо обрамляла аккуратно подстриженная бородка.

– Господин Теодор Вавилонский? – спросил он, с любопытством оглядывая лавку.

– Да, это я. С кем имею честь?

– Виконт Константин Львович Корнев, – представился мужчина, протягивая мне визитку. – Как вы можете догадаться, я представляю интересы моей строительной компании «Фортис Групп», и прибыл сюда по деловому вопросу. Мне рекомендовали вас, как человека, который не боится трудностей, и умеет находить решения в самых сложных ситуациях.

Род Корневых… Ганс однажды уже рассказывал мне о них. Это одна из старейших аристократических семей Лихтенштейна, известная своими обширными владениями и влиянием в строительной сфере. Их основной бизнес – строительство и реставрация исторических зданий. Они прославились тем, что умеют сочетать старинные архитектурные традиции с современными технологиями. Однако меня насторожил их интерес ко мне – ведь конкуренты чаще обращают внимание на меня, чтобы устранить, а не для того, чтобы заключать выгодные сделки.

– Я весь внимание, – ответил я, жестом приглашая его пройти в соседнюю комнату, где у нас был импровизированный кабинет. – Чем могу быть полезен, господин Корнев?

– Мы слышали о вашем успехе в строительстве оборонительных укреплений на границе. И хотели бы предложить вам сотрудничество.

– Сотрудничество? – приподнял я бровь. – В чём именно оно заключается?

– Дело в том, что сейчас в княжестве сложилась… гхм… непростая ситуация. Спрос на стройматериалы резко вырос, а поставки из Империи практически прекратились. В связи с этим цены на рынке взлетели до небес. Мы, как одна из крупнейших компаний в этой сфере, решили искать альтернативные источники поставок. И, судя по всему, вы можете нам в этом помочь.

Корнев сделал паузу, давая мне время обдумать его слова.

– Что ж, предложение интересное, – кивнул я. – Но я пока не понимаю, о каких объёмах идёт речь. И какие именно материалы вам нужны?

– Нам нужно всё, – не задумываясь, ответил Корнев. – Камень, цемент, арматура… В общем, всё, что может пригодиться для строительства. И объёмы… гхм… весьма внушительные.

Я невольно улыбнулся, оценив масштаб их запроса. Похоже, эти Корневы решили не мелочиться.

– Я готов предложить вам выгодные условия, – начал я. – Учитывая объёмы, которые может потребовать ваша фирма, мы можем говорить о существенных скидках. Кроме того, я гарантирую стабильность поставок, что, как вы понимаете, в нынешних условиях немаловажно.

Я видел, что мои слова его заинтересовали.

– Это звучит многообещающе, – сказал он. – Но позвольте уточнить: насколько широк ассортимент материалов, которые вы можете предложить? И каковы сроки поставки?

– Детали сможете уточнить в офисе моей фирмы, – пояснил я. – Но, если вкратце, то мы производим всё: от базовых материалов, таких как кирпич и цемент, до более специализированных. Что касается сроков, мы готовы начать поставки уже через неделю после подписания контракта.

Глаза виконта расширились от удивления.

– Неделя? Это… впечатляюще быстро.

Я позволил себе небольшую улыбку:

– Мы ценим время наших партнёров, господин Корнев. Кроме того, в нынешней ситуации промедление может стоить слишком дорого.

Мы ещё полчаса провели в обсуждении деталей сделки. Корнев был опытным переговорщиком, но я тоже не собирался уступать. В итоге мы пришли к соглашению, которое было выгодно для обеих сторон.

Я пообещал Корневу стабильные поставки стройматериалов по выгодным ценам, а они, в свою очередь, согласились не вмешиваться в мои дела, и оказывать поддержку в решении некоторых «деликатных» вопросов.

– Надеюсь, господин Вавилонский, – сказал Корнев перед самым уходом, – наше сотрудничество будет плодотворным.

– Взаимно, – ответил я, пожимая ему руку.

Корнев удалился, а я, оставшись один, задумчиво провёл рукой по подбородку. Конечно же, я не стал упускать такую возможность. Благодаря моей шахте, работающей на полную мощность, и собственному круглосуточному производству, я мог предложить им материалы по ценам даже ниже рыночных, но всё ещё с солидной прибылью для себя. Сделка с виконтом оказалась настоящим прорывом. Теперь у меня будут не только деньги, но и связи с одной из самых влиятельных семей Лихтенштейна.

Мои дела определённо шли в гору. И это было только началом.

После лавки я направился в центр города на встречу с Тенеборцами. Они назначили деловой обед в ресторане «Серебряная Луна» – изысканном заведении, известном своей великолепной кухней. Ресторан располагался в старинном особняке с высокими потолками. Меня проводили в отдельный зал, где за столиком уже ждали Андрей и Алексей Сорокины.

– Теодор, – сказал Андрей, пожимая мне руку, – спасибо, что приехал.

– Да, – кивнул Алексей, – мы очень рады тебя видеть.

После обмена любезностями, мы заказали еду. Пока ждали, я решил поинтересоваться:

– Итак, господа, вы говорили о каком-то деле. Что именно вы хотели мне предложить?

Андрей и Алексей переглянулись, словно решая, кто начнёт разговор. Наконец, Алексей прочистил горло и заговорил:

– Видишь ли, Теодор, мы хотим предложить тебе… особую работу. Дело в том, что наша гильдия нуждается в усилении защиты некоторых помещений. Наши спецы покумекали и разработали инновационный метод, который, как мы считаем, может значительно повысить безопасность от Теней.

Я слушал внимательно, чувствуя, как растёт мой интерес.

– И в чем же заключается этот метод? – спросил я.

– Мы хотим использовать твои нефритовые клинки, – вступил в разговор Андрей. – Вмонтировать их прямо в стены нескольких кабинетов в нашем здании.

Я едва сдержал смех, представив, как суровые бойцы Тенеборцев сидят в кабинетах, окружённых стенами, утыканными нефритовыми клинками, и чувствуют себя в полной безопасности.

«Инновационный метод», значит? Они считают, что просто замуровать клинки в стены – это какая-то невероятная технология. Гениально!

Но вслух я сказал:

– Интересное решение. И вы хотите, чтобы именно я занялся этой… установкой?

– Именно так, – кивнул Андрей. – Мы готовы предложить достойную оплату. – У нас есть точные чертежи, нужно будет всё сделать с максимальной точностью.

Я задумался на мгновение. С одной стороны, идея была довольно примитивной. С другой – это действительно может сработать, хоть и не так эффективно, как сделал бы я. А ещё это означало увеличение продаж моих клинков. Плюс, я мог бы незаметно усовершенствовать их «защиту» своими методами, чтобы она действительно работала.

– Хорошо, – сказал я наконец. – Я согласен.

– Отлично! – обрадовались они.

Тенеборцы назначили дату, когда нужно будет начать работу, и пообещали выслать мне подробные чертежи помещений, которые необходимо было «укрепить».

Покидая ресторан, я размышлял о том, что радовало меня больше всего, – это увеличение спроса на нефритовые клинки. Похоже, братья Сорокины, сами того не понимая, становились моими лучшими клиентами.

После встречи с Тенеборцами я направился на встречу с графами Генрихом Шенком и Густавом Рихтером, чтобы обсудить ситуацию на фронте. Мы встретились в небольшом, но уютном кабинете здания военного штаба. Атмосфера здесь была настроена на самый деловой лад: на стенах повсюду висели карты и стратегические планы.

Я поинтересовался их мнением о моих постройках на границе с Австро-Венгрией – форте и сопутствующих укреплениях. Графы были в целом довольны, но, как оказалось, возникли некоторые моменты, которые оказались для них неудобными.

Генрих Шенк, поглаживая свои пышные усы, отметил:

– Твои укрепления, Теодор, несомненно впечатляют. Однако мы столкнулись с некоторыми… скажем так, неожиданностями.

Густав Рихтер кивнул, соглашаясь, и добавил:

– Да, например, площадка для артиллерии оказалась несколько маловата для наших 120-миллиметровых орудий. Мы едва смогли их там разместить.

– А в некоторых бойницах, – продолжил Шенк, – мы не смогли установить пушки нужного калибра. Они просто не пролезают в отверстия.

– Ещё мы заметили, что укрытия для боеприпасов расположены слишком далеко от огневых позиций. Это замедляет подачу снарядов во время ведения боя.

– И последнее, – добавил Шенк, – наблюдательные пункты несколько ограничены в обзоре. Нам бы хотелось иметь более широкий угол обзора для лучшего отслеживания передвижений противника.

Несмотря на эти замечания, оба графа были впечатлены общим качеством работы. Густав Рихтер подчеркнул:

– Не пойми нас неправильно, Теодор. В целом, твои укрепления превосходны. Мастерство твоей строительной компании действительно на высоте.

Я внимательно выслушал все замечания, делая мысленные заметки для будущих проектов.

– Что ж, спасибо за ваши комментарии, господа, – ответил я. – Эта обратная связь бесценна для улучшения наших будущих конструкций. Мы обязательно учтём все ваши замечания в следующих проектах.

Встреча закончилась на позитивной ноте, и я покинул штаб, размышляя над тем, как усовершенствовать свои проекты, чтобы они полностью соответствовали военным требованиям и подходили под вооружение этого мира.

После насыщенного дня я наконец вернулся домой, намереваясь отдохнуть. Перед сном я решил ознакомиться с последними новостями, чтобы быть в курсе происходящего. Больше всего меня интересовало, что будет делать князь Бобшильд после того, как узнает, что мне «чудом» удалось избежать смерти от отравления.

Как я и предполагал, князь, оказавшись под давлением, начал действовать ещё более решительно. На этот раз он объявил новый набор в армию, запустив масштабную кампанию по организации службы по контракту. Всем мужчинам Лихтенштейна, от девятнадцати до пятидесяти лет, предлагалось поступить на военную службу за хорошее вознаграждение.

«…В эти тяжёлые для княжества времена, каждый из нас должен встать на защиту своей родины», – гласил плакат, появившийся во всех городах Лихтенштейна.

И народ, как ни странно, хорошо откликнулся на предложение. В одном из новостных каналов мне довелось увидеть репортаж с призывного пункта. Толпы людей, вдохновлённые патриотическими лозунгами, выстраивались в очередь, чтобы записаться в «контрактники». Стало понятно, что всех этих людей объединяла не только жажда получить солидное материальное вознаграждение, но и чувство единства, желание защитить свою землю, готовность сражаться за свою родину.

Однако я обратил внимание и на другое. Князь, получив карт-бланш от Императора на военный призыв, решил воспользоваться ситуацией в своих интересах. Он не просто набирал армию. Он – консолидировал власть, зачищая всех неугодных.

Именно в этот момент меня насторожила одна новость, которая промелькнула в конце вечернего выпуска новостей Вадуца: князь Бобшильд, ссылаясь на необходимость освобождения помещения под штаб новой армии, выселил из детского приюта всех детей, вместе с настоятелем. Им выделили палаточный лагерь где-то за городом. А там, где жили дети, теперь базировались новобранцы.

Я удивлённо приподнял брови, пересматривая эту новость ещё раз. Детский приют… Он находился в центре Вадуца, в старинном здании, которое было построено ещё в начале прошлого века на деньги Российской Империи. И, по сути, являлся неприкосновенным. Но сейчас князь, видимо, решил, что военное время всё спишет, а Империя слишком далеко, чтобы вмешиваться в дела маленького княжества.

Да, Бобшильд действовал в рамках закона, но… это было неправильно. Дети не должны жить рядом с лесом в палатках без должного ухода и обеспечения, словно они никому не нужны. Да и по факту, они – будущее Лихтенштейна.

Поэтому я решил, что нужно вмешаться. Я тут же связался со своим юристом Станиславом, и попросил его с утра организовать встречу с настоятелем приюта. Я твёрдо решил для себя, что не могу остаться в стороне, поэтому позвонил ещё и Гансу.

– Мне нужен хороший земельный участок, – сказал я директору моей строительной фирмы. – Построим там новый детский приют. Хороший, современный, удобный. И будем содержать его за свой счёт.

Я понимал, что это решение принесёт пользу не только детям, но и мне. Такой шаг, несомненно, укрепит мою репутацию в княжестве, покажет, что я забочусь о будущем страны. Развиваться нужно во всех направлениях. А помощь детям – это не просто благое дело, это инвестиция в будущее.

С этими мыслями я наконец заснул, полный решимости начать действовать уже с завтрашнего дня. Князь, сам того не понимая, дал мне прекрасную возможность проявить себя с лучшей стороны и завоевать ещё большее доверие и уважение жителей княжества.

Утро началось неожиданно и тревожно. Едва я успел открыть глаза, как взволнованный Борис ворвался ко мне в комнату.

– Теодор, по городу… Чёрт знает, что творится! – выпалил он, едва переступив порог моей спальни.

Оказалось, что по всему Вадуцу бьёт тревога: набаты с городских колоколен, сирены скорой помощи, вой полицейских машин. Мои первые мысли были о новом нападении Австро-Венгрии на Лихтенштейн, но реальность оказалась куда более зловещей.

Тени… Множество Теней появилось в городе, но их поведение было необычным. Они не распространялись хаотично, а захватывали определённые здания и оставались там, словно охраняя что-то.

Я немедленно связался с Тенеборцами. Их Гильдия уже была поднята по тревоге. Я запросил координаты всех известных точек вторжения Теней, и когда получил информацию, моё сердце ёкнуло. Среди захваченных зданий был тот самый приют, о котором я читал накануне. По предварительным данным, там погибло не менее двухсот пятидесяти новобранцев.

Анализируя ситуацию, я пришёл к тревожному выводу: это были не просто случайные атаки. Похоже, Тени использовали какие-то порталы, связывающие их мир с нашим. И теперь они защищали эти проходы, не позволяя никому приблизиться.

Вот почему они не распространяются дальше. Они охраняют свои точки входа.

Ситуация была критической. Я понимал, что, если не закрыть эти порталы, в скором времени город может быть полностью захвачен Тенями. Но как это сделать? Обычные методы борьбы здесь могли оказаться бесполезными.

Я начал быстро одеваться, мысленно составляя план действий. Нужно было координировать усилия с Тенеборцами, возможно, привлечь военных. И главное – найти способ закрыть эти порталы.

– Боря, – обратился я к своему водителю и помощнику, – свяжись со Скалой, соберите всю доступную информацию о местах вторжения. Нам нужно знать всё, что известно на этот час: планы зданий, количество Теней, любые замеченные аномалии.

Пока Борис выполнял поручение, я связался с моими контактами в городе. Нужно было действовать быстро и решительно. Вадуц оказался на грани катастрофы, и я понимал, что от моих действий может зависеть судьба многих людей.

«Что ж, – подумал я, застёгивая куртку и проверяя своё нефритовое оружие, – пришло время показать, на что я действительно способен».

Глава 4

Стоя в командном центре нашей усадьбы, я внимательно изучал карту города Вадуца. На ней красными отметками были обозначены все известные точки вторжения Теней. Но самое хреновое заключалось в том, что практически с каждой минутой поступала всё новая информация, и количество объектов неуклонно росло.

Склады, больница, торговый центр, жилые дома, полицейский участок, детский приют… Ещё с десяток мест, о которых мне сообщили Тенеборцы. И это были лишь известные точки вторжения. Кто знает, сколько ещё порталов открылось в глубине города, в тех местах, куда пока никто не мог добраться.

Ещё вчера Вадуц был тихим и спокойным альпийским городком, потихоньку готовящимся к войне с Австро-Венгрией – врагом, хоть и грозным, но, по человеческим меркам, довольно понятным и предсказуемым. А теперь над городом нависла новая угроза – вездесущие Тени, словно чёрная чума, расползлись по всему Вадуцу, захватывая здания, одно за другим.

Скала, Буран, Лис и другие гвардейцы, поднятые по тревоге, собрались вокруг стола и молча наблюдали за моими действиями. Они предпочитали не форсировать события, а терпеливо ждали моих дальнейших указаний по поводу того, что мы будем делать дальше.

Первым не выдержал Борис:

– Теодор, – сказал он, с беспокойством разглядывая красные отметки на карте, – …это же полный пипец! Что будем делать?

– Действовать, Боря, действовать! – ответил я, и снова набрал номер Тенеборцев.

Алексей Сорокин, глава Гильдии, тоже был в шоке от масштаба вторжения.

– Теодор, – сказал он, – мы изучили все сведения, собранные моими людьми. Как выяснилось, Тени вторглись не только в Вадуц, но и в другие города Империи. Такие же случаи произошли в Омске, Екатеринбурге, Иркутске. Но там быстро справились. И знаешь, в чём главная разница? Там Тенеборцев больше, у них бюджеты другие, да и простых Одарённых, способных противостоять Теням, тоже намного больше. С Империей точно всё будет в порядке. А вот в Вадуце…

Он сделал многозначительную паузу.

– В Вадуце – полная задница, – тихо прошептал Скала, который стоял неподалёку и прекрасно слышал по громкой связи весь разговор.

– Теодор… – произнёс Алексей Сорокин взволнованным голосом. – Очень не хочется это говорить. Но, кажется, ситуация выходит из-под контроля. Мы такого ещё никогда не видели. Теней – сотни! Наши ребята пока сдерживают натиск, насколько это возможно, но мы получаем всё новые и новые сигналы тревоги. У нас людей катастрофически не хватает.

– Знаю, – спокойно ответил я. – Я со своей гвардией тоже в деле. Мы берём на себя склады, больницу, несколько жилых домов…

Я быстро перечислил ему ещё несколько объектов, которые были расположены преимущественно на окраине города.

На другом конце линии повисла короткая пауза. Было ясно, что Алексей не ожидал такого заявления.

– Теодор, ты уверен? – с сомнением спросил он. – Это очень опасные точки вторжения. Там, по нашим данным, особенно высокая концентрация Теней.

– Именно поэтому мы и возьмём их на себя, – ответил я. – К тому же, это самые ближайшие серьёзные точки. У вас и так не хватает людей. А мы справимся.

– Ну, если вы действительно сможете это сделать… – Алексей всё ещё колебался. – Тогда с нас точно причитается. Это будет неоценимая помощь.

– Не беспокойся об этом сейчас. Лучше позаботься о своих людях. И не экономьте на боеприпасах – бейте Теней со всей силы. А если закончатся, я вам продам ещё, – пошутил я, пытаясь немного разрядить обстановку.

Алексей коротко усмехнулся:

– Ну, ловлю на слове. Удачи вам, Теодор! Будьте осторожны.

– И вам удачи! – ответил я серьёзно. – Держитесь там.

Отключившись, я повернулся к своей команде, которая с нетерпением ждала моих указаний.

– Так, Боря, ты едешь со мной. Остальные – по своим местам, согласно составленному списку. И не забудьте – не используйте простой огнестрел. Только нефрит! Патроны – не экономить, этого добра у нас навалом. Всем всё понятно?

– Так точно, вашбродие! – отрапортовали гвардейцы.

Пока они собирались, я быстро поднялся на второй этаж. Остановившись у двери спальни Анастасии, я постучал.

Девушка тут же появилась в дверях, явно обеспокоенная происходящим.

– Настя, послушай меня внимательно, – сказал я твёрдо. – Мы уезжаем на задание. Очень важно, чтобы ты оставалась в своей спальне, и не выходила отсюда ни при каких обстоятельствах. Твоя комната полностью безопасна, тут установлена лучшая защита. Обещаешь мне?

Анастасия кивнула, хотя в её глазах читалось беспокойство.

– Обещаю, Теодор. Но… будь осторожен, хорошо?

– Обязательно, – улыбнулся я. – Мы скоро вернёмся.

Я кивнул, глядя в её встревоженные глаза. Анастасия неожиданно подалась вперёд и быстро поцеловала меня.

– Возвращайся скорее, – прошептала она.

Я ободряюще улыбнулся ей и поспешил вниз.

Во дворе меня уже ждал Боря, сидящий за рулем своего чёрного бронированного джипа.

– Куда едем? – спросил он, заводя мотор.

– Давай для начала объедем те здания, которые я отметил. Нужно оценить обстановку своими глазам. И можешь гнать, как угорелый. Времени у нас в обрез.

Боря кивнул и резко нажал на газ. Машина рванула с места, унося нас прочь от особняка.

Пока мы мчались по загородной трассе, я погрузился в размышления. Меня удивляло, как мало местных аристократов откликнулось на призыв о помощи. Неужели они не понимают серьёзности ситуации? Или просто затряслись от страха? В любом случае, похоже, основная тяжесть борьбы с Тенями ляжет на плечи Тенеборцев и моей команды.

У каждого уважающего себя Рода есть своя личная гвардия, которую давно следовало обучить навыкам борьбы с Тенями. Да, точек вторжения действительно очень много, но большинство из них достаточно слабые, и даже малыми группами можно было ликвидировать очаги вторжения. Как, например, заброшенная больница на окраине города. Несмотря на внушительные размеры здания, там открылся относительно небольшой портал. Справиться с ним должно быть не слишком сложно, поэтому я отправил туда часть своих бойцов. Надеюсь, они быстро разберутся с ситуацией и смогут отправиться на другие объекты.

Утренний Вадуц встретил нас какофонией тревожных звуков – вой сирен скорой помощи, гул пожарных машин. Где-то вдалеке даже раздавались выстрелы. В воздухе висел запах гари, клубился дым от пожаров. Похоже, кому-то взбрело в голову сжигать дома вместе с Тенями.

Мы подъехали к многоэтажному жилому дому, который с виду был почти безопасен. Полиция уже оцепила весь двор.

В этот момент я почувствовал странное движение – две Тени выскользнули из здания и быстро направились в сторону полицейских.

– Боря, прикрой! – крикнул я.

Я выскочил из машины, выхватив нефритовый стержень. Тени двигались стремительно, их тёмные силуэты были едва заметны, размываясь в воздухе. Но опыт жизни в прошлом мире не прошёл даром – я быстро прицелился и выбросил нефритовый стержень. Зеленоватое лезвие прорезало воздух, и одна из Теней с визгом растворилась.

Боря тоже не терял времени. Он вскинул свой огромный дробовик, и выстрелил в оставшуюся Тень сгустком ярко-зелёной дроби. Тень буквально разорвало на части.

Полицейские даже не поняли толком, что случилось. А когда до них наконец дошло, что мы только что спасли им жизни, то посмотрели на нас с благодарностью.

– Меня зовут Теодор Вавилонский, – представился я. – Я прибыл сюда по согласованию с Гильдией Тенеборцев. Оставайтесь снаружи и держите периметр. Мы с моим напарником зачистим здание изнутри.

Полицейский явно колебался, но, увидев мой родовой перстень, кивнул:

– Хорошо, господин. Там полегло несколько наших парней, поэтому мы больше не рискуем соваться внутрь. Мы останемся здесь и прикроем вас снаружи.

Я кивнул Боре, и он достал из машины два увесистых ящика.

Мы вошли в подъезд жилого дома. Внутри Боря надел свою экипировку: кожаную броню и сапоги с нефритом, сделанные специально против Теней. А я открыл второй ящик, из которого выпустил шесть маленьких механических зверьков – это были големы-мангусты, у которых всё тело имело напыление из нефрита, а когти и зубы вообще полностью из него состояли. Помимо этого, зубы были не простые, внутри которых были отсеки с жидким концентратом нефрита, и при укусе он выделялся из зубов.

– С чего начнём, шеф? – спросил Боря, держа наготове ружьё.

– Начнём с первого этажа и постепенно будем подниматься наверх, – ответил я, внимательно осматриваясь. – Будь начеку. Тени могут прятаться где угодно.

Големы-пауки послушно двинулись по коридору, их металлические лапки зашуршали по полу. Мы с Борей следовали за ними, держа оружие наготове. Воздух был холодным и тяжёлым от запаха гари, доносящегося с улицы.

Внезапно из-за угла вылетело несколько тёмных силуэтов. Големы среагировали мгновенно – два из них прыгнули на ближайшую Тень, вцепившись в неё своими нефритовыми когтями. Тень завизжала, пытаясь стряхнуть с себя маленьких, но смертоносных противников.

Боря выругался и выпустил заряд из своего дробовика по другой Тени, разнеся её в клочья.

– Осторожнее! – крикнул я, заметив, как третья Тень попыталась зайти ему за спину.

Один из големов-пауков среагировал молниеносно. Он прыгнул на Тень, вонзив свои нефритовые жвала ей в… ну, в то место, где у обычного существа была бы шея. Тень задёргалась, пытаясь сбросить голема, но было уже поздно – нефритовый порошок уже попал в её тело, и она начала растворяться с противным шипением.

Бой продолжался несколько минут, которые показались вечностью. Големы-пауки оказались невероятно эффективны против Теней – их маленькие размеры и скорость делали их трудной мишенью, а нефритовое оружие наносило смертельный урон.

Мы продвигались вглубь здания. Запертые двери не были для меня преградой, так что мы быстро очищали квартиру за квартирой. Теней было действительно много, но наша тактика работала. Боря прикрывал меня, пока я координировал действия големов, направляя их туда, где они были нужнее всего.

Наконец, мы добрались до последнего этажа. Здесь концентрация Теней была наибольшей, и воздух буквально звенел от их присутствия. Пришлось повозиться, зачищая весь этаж.

В конце коридора мерцало зловещее зеленоватое свечение – портал.

– Вот он, – выдохнул Боря. – Что теперь?

– Теперь, – сказал я, – мы закрываем эту чертову дыру.

Я активировал Дар, а затем сконцентрировался, направляя поток энергии в свои руки, формируя длинное каменное копьё с сияющим нефритовым наконечником. Големы-пауки выстроились полукругом передо мной, готовые защищать от любой угрозы.

Когда всё было готово, я шагнул в портал и оказался на другой стороне. Видимость здесь была хреновая – всё заволокло серой непроглядной мглой. Но долго искать не пришлось. Сделав несколько шагов вперёд, я тут же увидел громадное очертание Тени.

Это был он – Теневой Контролер. Его тело напоминало гигантского мамонта, но вместо шерсти оно было покрыто извивающимися щупальцами Теней. Вместо глаз у него были пустые провалы, излучающие тусклое красноватое сияние, а из пасти вырывались клубы тёмного дыма.

Теневые Контролёры – это древние и могущественные создания, способные манипулировать самой тканью реальности. Они существуют на границе между мирами, питаясь энергией хаоса и страха. Их огромные тела служат якорем для порталов, позволяя им удерживать разрывы между измерениями, открытыми долгое время. Они никогда не покидают свой мир, предпочитая посылать обычных Теней для выполнения своих планов.

Контролёр издал оглушительный рёв, от которого задрожал воздух. Я почувствовал, как он пытается вторгнуться в мой разум и подчинить себе. Будь я простым смертным или слабым Одарённым, то мгновенно лишился бы рассудка. Но чтобы подчинить разум Архитектора, нужно было что-то посильнее простых ментальных атак.

Я поднял созданное мной копьё, напитал его энергией и метнул в Контролёра, вкладывая в бросок всю свою силу. Время словно замедлилось. Я увидел, как Контролёр поворачивает свою массивную голову в мою сторону, как расширяются его красные провалы глаз от осознания опасности. Но было уже поздно.

Копьё вонзилось глубоко в «череп» чудовища, прямо между глаз. Нефритовый наконечник пробил защитный слой и погрузился внутрь. Существо издало душераздирающий вопль, который, казалось, прозвучал одновременно в нашем мире и в Теневом измерении.

Не теряя времени, я прыгнул обратно в портал и приземлился рядом с Борей. Мы наблюдали, как портал перед нами начал сжиматься. Вскоре его очертания полностью рассеялись. Портал исчез, словно его никогда здесь и не было.

– Мы сделали это, – выдохнул обрадованный Боря, опуская дробовик. – Чёртов портал закрыт!

Я тяжело опустился на пол, чувствуя, как меня захлёстывает волна энергии, высвободившейся после смерти Контролёра. Это была мощь, которую сложно описать словами – будто каждая клетка моего тела наполнилась жизненной силой.

– Ты в порядке? – спросил Боря, глядя на меня с беспокойством.

Я кивнул, всё ещё пытаясь отдышаться.

– Да, просто немного… подзарядился.

– Теодор, отличные новости, – раздался в наушнике голос Скалы. – Группа Бурана успешно зачистила территорию склада. Все Тени ликвидированы, портал успешно закрыт.

Конечно, мои парни не могли так рисковать, как я, переходя в портал и разбрасываясь копьями. Они просто скидывали туда нефритовые бомбы. Ну что ж, значит, мой план сработал, и всё не так уж и плохо, раз нефритовые бомбы работают. Они просто разрывают связь Теневого плана с нашим. Полумеры? Возможно, но это работает здесь и сейчас. Ведь с большим Теневым Контролёром такой трюк явно не прокатит.

– Дядь Кирь, передай, пусть отправляются на следующий объект. Что там дальше по списку?

– Рядом с ними областная больница. По слухам, там сейчас творится полная жесть!

– Тогда пусть возьмут с собой ящик номер семь и откроют его внутри. Это поможет им зачистить здание больницы, а также закрыть портал ценой его жизни.

Я медленно поднялся на ноги, чувствуя, как энергия продолжает циркулировать по моему телу.

– Слушай, Теодор, – нахмурился Борис, внимательно изучая големов-мангустов, – я вот чего не могу понять. Если эти Тени каким-то образом смогли открыть портал, то какого хрена они церемонятся и выходят оттуда маленькими группками? Не проще было бы выпустить сразу дохрена, чтобы сожрать весь город?

– Ну, не всё так просто. Портал – это не просто «дверь» в их мир, – пояснил я. – У него есть «пропускная способность» и определённая «перезарядка», которые зависят от мощности Теневого Контролёра – здоровенной Тени, которая сидит по ту сторону и управляет порталом. Именно поэтому они и защищали его снаружи. Кстати, поэтому нам и нужно действовать максимально быстро. Если мы не закроем все порталы в течение ближайших часов, то… – я не договорил, но Боря и так понял, что последствия могут быть катастрофическими.

– Так значит, там, внутри, ты убил этого самого Контролёра? – догадался он.

– Ага, – кивнул я. – И кто знает, сколько ещё придётся убить впереди. Так что, если ты устал, то придётся потерпеть, так как впереди у нас ещё много целей.

Мы вышли из подъезда и, быстренько пообщавшись с полицейскими, пошли к своей машине, чтобы отправиться на следующий объект.

* * *

Княжество Лихтенштейн, город Вадуц

Княжеский дворец

Роберт Бобшильд стоял у окна в своём кабинете, глядя на Вадуц, погружённый в неестественный шум. В голове князя вихрем проносились мысли о происходящем в городе. Совсем недавно, несмотря на войну с Австро-Венгрией, жизнь здесь текла относительно спокойно. Но теперь она была нарушена резкими и необъяснимыми событиями.

В груди князя нарастало тревожное предчувствие – всё, что он знал, стремительно рушилось, словно карточный домик.

Внезапно в комнату ворвался новый начальник полиции Григорий Дубовицкий, запыхавшийся и взволнованный, и, коротко поклонившись, начал докладывать. Он рассказал о Тенях и каких-то там порталах… что кто-то даже пострадал. Князь слушал его спокойно, и в какой-то степени даже равнодушно, но до тех пор, пока Дубовицкий не перешёл к деталям.

– …В этом жилом доме действовали не меньше трёх десятков Теней, – нервно отчитывался начальник полиции. – Почти всех жителей мы успели эвакуировать, но они… э-э-э… почти вырезали отряд из десяти полицейских! Мы понесли тяжёлые потери! Но затем прибыл Вавилонский со своим напарником, ликвидировали всех тварей и даже закрыли портал!

Князь Бобшильд перестал расхаживать, впившись в Дубовицкого цепким взглядом.

– Что ты сказал?! – рявкнул он. – Вавилонский с напарником? Этот выскочка что, ходит по объектам без своей гвардии?

– Так точно, Ваше Сиятельство! В том-то всё и дело, – пробормотал начальник полиции. – Его гвардия действует отдельно небольшими группками по пять-десять человек! Вот, например, они зачистили здание областной больницы… Там было свыше полусотни тварей! Я как раз утром ездил в соседнюю поликлинику на медицинское обследование, чтобы подготовить все справки, в связи с вступлением в новую должность. И там как раз началось…

Он поёжился от недавних воспоминаний. Как начальник полиции, он одним из первых прибыл в больницу, когда началось вторжение. И собственными глазами увидел кровавую бойню, устроенную Тенями. От увиденных сцен, где изуродованные тела лежали повсюду среди обломков медицинской аппаратуры и оторванных конечностей, его до сих пор трясло.

– Ладно, на этом всё, – отмахнулся от него князь. – Пока свободен.

Дубовицкий ещё раз поклонился и поспешил удалиться.

Оставшись наедине, князь Бобшильд задумчиво почесал голову. Информация, что Вавилонский и его гвардия не действуют вместе, поразила князя. Это дало ему надежду – возможно, разобщённость врага можно использовать против них.

И тут в его голове начал формироваться весьма дерзкий, но гениальный по своей задумке план. От Теней город Вадуц всё равно сможет отбиться, ведь Гильдия Тенеборцев, охраняющая его, тоже не сидит сложа руки. Совсем недавно их успехи значительно повысились, когда они начали разрабатывать и закупать новое оружие.

Князь понимал, что, если он сможет сейчас устранить Вавилонского, это укрепит его позиции не только в Вадуце, но и среди других влиятельных аристократов. Это могло стать началом новой эры его правления. Однако риск был велик – малейшая ошибка могла стоить ему не только репутации, но и потери всей власти.

Решение было принято незамедлительно. Князь должен отдать приказ на уничтожение Вавилонского, но сделать это так, чтобы всё выглядело как несчастный случай или результат непредвиденных обстоятельств. Любое прямое убийство могло вызвать подозрения и привести к нежелательным последствиям.

Роберт Бобшильд взял свой телефон с секретной связью, выделенная линия которого была зашифрована и защищена. На другом конце провода тут же ответил знакомый голос. Это был один из тех, кто недавно обращался к нему с деликатным вопросом, требующим его поддержки. Князь сообщил, что готов помочь, но взамен требовал услугу, которая на первый взгляд казалась невозможной.

Он попросил, чтобы их мощное оружие, эта чудо-пушка «Молот Тора» нанесла серию ударов по определённому кварталу, где находится нужное здание в центре города. Десять выстрелов, не меньше.

Собеседник сразу же ответил категорическим отказом, заявив, что это невозможно. Такие действия могут вызвать серьёзные последствия и привлечь ненужное внимание.

Но князь настойчиво продолжил, сообщив, что в этом здании сейчас находится тот самый человек, который строит укрепления на границе, и совсем недавно взял в плен их генерала.

Этот аргумент сработал. Через минуту голос на другом конце провода согласился, но напомнил – теперь Роберт Бобшильд будет им по гроб жизни обязан.

Глава 5

Сердце колотилось в груди, как барабан. К тому же ещё жуткая духота стояла в этом доме, воздух будто сгустился, став тяжёлым и вязким.

Зачистка верхнего этажа оказалась не такой простой, как я ожидал. Теней здесь было много – не меньше двух десятков. Я чувствовал их присутствие – тёмные сгустки энергии, клубящиеся в воздухе. Они были разных форм и размеров: кто-то был похож на огромного паука, кто-то – на крылатого демона, а кто-то – просто на бесформенный сгусток тьмы.

– Ты как, в порядке? – крикнул я Борису, который отчаянно отбивался от напавших на него Теней, не переставая материться.

– Более-менее… – прохрипел он в ответ, перезаряжая свой дробовик, который уже раскалился от выстрелов. – У тебя там всё под контролем?

– В полном! – крикнул я. – Эти мелкие зверьки работают покруче, чем самые заправские Тенеборцы.

Големы-пауки действительно оказались невероятно эффективными. Их маленькие размеры, скорость и полное отсутствие усталости делали их идеальным оружием против Теней. Они проскальзывали мимо тварей, незаметно нанося им удары, впрыскивая нефритовый порошок прямо в тёмные сущности. Даже Тени, что были больше в несколько раз, не успевали отреагировать – пауки, словно злые пчёлы, набрасывались и атаковали их со всех сторон, заставляя тех шипеть и растворяться в воздухе.

Вскоре последняя Тень, забившись в угол, с жалобным визгом исчезла. Воздух начал очищаться. Остатки тьмы, словно дым, рассеивались, пропуская свет лампочек.

Боря устало прислонился к стене, вытирая пот со лба. Големы-пауки продолжали рыскать по углам в поисках уцелевших врагов.

– И где тут этот долбаный портал? – спросил он.

Я указал пальцем в сторону одной из захламлённых квартир, в которой, похоже, давно уже никто не жил. Там, в самом дальнем углу одной из комнат, мерцало слабое свечение.

Борис осторожно пошёл вперёд, расчищая путь среди нагромождения старой мебели и пыльных коробок. Вскоре показался и сам портал – овальное окно, переливающееся всеми оттенками фиолетового и чёрного. Из него струился холодный воздух, пахнущий озоном и чем-то неземным.

– Давай, – кивнул я Борису, и тот полез в свой рюкзак.

– Вот, держи, – он протянул мне небольшой сферический предмет, светящийся ярко-зелёным светом – нефритовую бомбу. Я осторожно взял её, активировал и, размахнувшись, метнул в портал. Она пролетела сквозь мерцающую поверхность и исчезла в темноте по ту сторону.

Несколько секунд ничего не происходило. А затем портал содрогнулся и начал сжиматься, края его становились нестабильными. Вскоре он схлопнулся с громким хлопком, оставив после себя лишь лёгкое марево в воздухе.

– Ну наконец-то! – выдохнул Борис. – Я уже думал, что придётся до утра здесь возиться.

– Это ещё не всё, – покачал головой я. – На чердаке остались Тени, их туда големы-пауки загнали.

Мы с Борисом поднялись на чердак, который, как и предполагалось, стал последним рубежом обороны для Теней. Здесь, под самой крышей, они сгрудились, забившись в тёмные углы, за старые ящики, под кучи мусора. Мои големы, опережая нас, ринулись в атаку, и в полумраке завязался яростный и молчаливый бой – только зеленоватые вспышки нефрита да шипение растворяющихся тварей нарушали тишину.

В этот момент я замер, почувствовав странное, едва уловимое движение где-то высоко над нами.

– Боря, ложись! – заорал я, внезапно ощутив нарастающую вибрацию и свист, доносящийся откуда-то сверху.

В то же мгновение я начал возводить вокруг нас защитный купол, вплетая в него нити земли и камня. Магия послушно отозвалась, и вокруг нас стремительно выросла каменная коробка, плотная и прочная.

Не успел я закончить, как раздался оглушительный взрыв. Дом содрогнулся, словно от удара гигантского кулака. Потолок над нами треснул, и сверху посыпалась штукатурка, смешанная с пылью и обломками. За первым взрывом последовал второй, затем третий… Здание стонало и скрипело, словно живое существо, издавало душераздирающий хруст ломающихся стен и балок. Всё вокруг нас превратилось в хаос: стены рушились, пол проваливался, а воздух наполнился едким дымом и гарью.

Я сконцентрировал всю свою волю и магию, удерживая каменную коробку от разрушения – она трещала и проминалась, но держалась. Обломки падали на неё сверху, с грохотом отскакивая в стороны. Земля дрожала, и нас бросало из стороны в сторону, но я держался, защищая себя и Борю.

– Что за чёрт?! – прокричал Боря, его голос почти заглушался грохотом обрушений. – Твою ж мать, у меня сейчас уши в трубочку свернутся!

– Держись! – ответил я, напрягая все силы, чтобы удержать защитный купол.

Взрывы продолжались, один за другим. Дом уже практически превратился в руины. А ведь ни одного прямого попадания еще не было. Вокруг рушились другие здания и умирали люди. Я ощутил, как мои големы все до единого погибли. Их жизненная сила погасла, как будто кто-то перерезал связывающую нас нить.

В тот момент, когда первый снаряд ударил напрямую по дому, я уже понял, что произошло, так как уловил знакомую энергетическую сигнатуру. Это был не просто взрыв. И не обычное артиллерийское орудие. Это был тот самый «Молот Тора», который уже использовали австро-венгры – мощное артиллерийское орудие дальнего боя, способное одним залпом стереть целое здание. Мы выжили только благодаря моему щиту.

Да и взрывчатые вещества не простые. Это были специальные боеприпасы, разработанные для уничтожения Одарённых, и всего, что с ними связано. Именно поэтому я так поздно уловил «прилёт», и не смог остановить его в воздухе.

А вот снаружи дела обстояли гораздо хуже. Я почувствовал, как по меньшей мере двадцать Теней, загнанных на чердак, разметало во все стороны. Теперь они, лишённые своего убежища, набросятся на всех, кто окажется поблизости, – на выживших людей, на спасателей, на ехавшую сюда полицию.

– Боря, ты как? – спросил я, пытаясь разглядеть его в темноте.

– Жив, – прохрипел он в ответ. – Это удивительно, но, кажется, даже ничего не сломал.

– Хорошо, – сказал я, помогая ему подняться, – сейчас отсюда выберемся.

Мы медленно поднялись на ноги, с трудом передвигаясь в ограниченном пространстве своей каменной коробки, которая с нескольких сторон была уже смята, как жестяная банка. Сверху на нас давили огромные бетонные плиты.

– Что дальше? – прошептал Боря. – Ты сможешь вытащить нас?

Я снова активировал свой Дар, чтобы расчистить путь среди обломков. Стены каменной коробки медленно раздвинулись, открывая нам проход наружу. Мы вышли из разрушенного здания, кашляя от пыли и дыма.

Вокруг царил настоящий хаос – целый квартал был превращен в руины, глубокие воронки были засыпаны бетонным крошевом, пылали уцелевшие дома дальше. Везде раздавались крики раненых….

– Ну суки… – сказал я, глядя на разворачивающийся вокруг хаос. – Вам всем… хана!

Я «отпустил» свой щит и здание, в котором я находился, также полностью осело, лишившись поддержки. Сколько же людей погибло?

Окраины города Вадуца

Жилые кварталы

Дарья Малиновская, репортёр независимого канала «Лихтенштейн Сегодня», всегда старалась быть на передовой. Её жажда правды и неутомимая энергия позволяли ей быть в гуще событий, добывая информацию из самых скандальных и горячих точек.

Узнав о вторжении Теней в Вадуц, она немедленно начала действовать. Её информаторы из полиции сообщили, что Теодор Вавилонский, тот самый загадочный строитель, ставший народным героем, лично участвует в зачистке города. Дарья понимала – там, где Вавилонский, обязательно происходит что-то интересное.

Вместе с оператором, который таскал на себе тяжёлую камеру, Дарья добралась до многоэтажки на окраине города. Здание, которое выбрал Теодор для зачистки, уже было оцеплено полицией, но Дарья, используя свои связи и обаяние, проскользнула за оцепление. Она бесстрашно подошла ближе к зданию, где, по её информации, находился Вавилонский. Оператор включил запись, и девушка начала свой репортаж:

– Здравствуйте, уважаемые зрители «Лихтенштейн Сегодня»! Я, Дарья Малиновская, нахожусь сейчас в самом эпицентре событий. Как вы видите, город Вадуц подвергся нападению Теней…

Камера работала, микрофон был включён. Дарья вела репортаж, в красках описывая напряжённую обстановку, рассказывая о героических усилиях Вавилонского и его команды.

Внезапно раздался короткий свист, откуда-то сверху что-то прилетело, и мир вокруг сотряс оглушительный взрыв.

За первым взрывом последовал второй, затем третий. Здание сотрясалось от ударов, словно игрушечное. Дарья Малиновская в ужасе наблюдала, как оно, прямо на глазах, превращается в руины.

– Это Австро-Венгрия напала! – закричал кто-то из толпы.

Дарья, оглушённая взрывом и осыпанная обломками, инстинктивно пригнулась, закрыв голову руками. Когда пыль немного рассеялась, она увидела кошмарную картину: всё здание, в котором находился Теодор Вавилонский, было подчистую уничтожено – на его месте остались лишь горящие руины.

А Тени, которых выбросило взрывом из здания, разлетелись во все стороны, как тёмные осколки разбитого зеркала. Они были ранены, некоторые лишились своих призрачных конечностей, другие истекали чёрной, дымной субстанцией, но всё ещё оставались опасными.

Началась паника. Полицейские, не ожидавшие такого развития событий, открыли беспорядочный огонь, но пули проходили сквозь Теней, не причиняя им особого вреда. Люди, оказавшиеся на улице, в ужасе разбегались, пытаясь спастись. Одни кричали, другие бежали без оглядки, третьи просто замерли в оцепенении.

Дарья, несмотря на страх, который сковал её тело, понимала, что это её профессиональный долг – запечатлеть всё происходящее. Оператор, молодой парень, хоть и дрожал от ужаса, но послушно направлял камеру туда, куда указывала Дарья.

Тени, обезумевшие от ярости, набрасывались на людей, разрывая их на части своими когтистыми лапами. Кровь лилась рекой, окрашивая асфальт в багровый цвет.

Дарья видела, как полицейские, один за другим, падают на землю, сражённые Тенями. Силы были неравными. Люди проигрывали эту битву. Тени, будто тёмная волна, надвигались на Дарью и оператора, оставляя за собой следы смерти и разрушения.

Внезапно, сквозь крики, Дарья услышала новый шум – скрежет камней и грохот обрушившихся стен. Она повернула голову и увидела, как из руин разрушенного здания выходят две фигуры. Это были Теодор Вавилонский и его водитель Борис Ладыжин. Они были ранены, одежда местами разорвана, и вся в пыли, но в их глазах горел огонь.

Не теряя ни секунды, Теодор выбросил вперёд руку, и зеленоватое сияние нефритового стержня прочертило воздух, вонзаясь в Тень, которая уже готова была наброситься на Дарью. Борис, не отставая, вскинул гигантский арбалет и начал методично расстреливать Теней, посылая в них болты с зелёными наконечниками.

Началась новая битва, но теперь на стороне людей были Теодор и Борис, которые уверенно пробивались сквозь толпу Теней, уничтожая их одну за другой.

Дарья, превозмогая боль в повреждённой ноге, продолжала вести репортаж, запечатлевая каждый момент этой невероятной битвы.

Наконец-то последняя Тень с визгом растворилась в воздухе. Наступила тишина, нарушаемая лишь треском горящих обломков и стонами раненых.

Хромая на одну ногу, Дарья Малиновская подошла к Теодору.

– Пожалуйста, скажите пару слов для наших зрителей! – попросила она, протягивая ему микрофон. – Что здесь произошло? Вы можете прокомментировать ситуацию?

Теодор, несмотря на усталость и кровоточащие ссадины на лице, выпрямился, улыбнулся, и обратился к камере:

– Друзья, как вы видите, даже в такой сложной ситуации Род Вавилонских продолжает защищать Лихтенштейн. Сегодня я и моя команда успешно зачистили от вторжения Теней не только этот дом, но и другие объекты по всему городу Вадуцу. Вы видите, на что способны мои враги. Они пытаются уничтожить меня любыми способами. Но я не сдамся! Я буду продолжать бороться за безопасность Лихтенштейна! Верьте в меня и моих воинов, что защитят вас, верьте в «Созидатель», что всё восстановит! Мы сможем защитить вас!

– Но кто это сделал? – спросила Дарья. – Кто обстрелял здание, в котором вы находились? Зачем они стреляли несколько раз по одному и тому же месту?

– Очевидно, это были австро-венгры, – ответил Теодор, его губы скривились в холодной улыбке. – Они хотят устранить меня, потому что я взялся за строительство укреплений на границе с Австро-Венгрией. И явно в этом преуспеваю. Как вы видите, они готовы на всё, чтобы остановить меня. Но хочу заметить, что контракт на строительство мне дал князь Лихтенштейнский Роберт Бобшильд. Полагаю, теперь и он тоже станет их следующей целью.

Теодор оскалился, а в его глазах мелькнул холодный блеск.

Княжество Лихтенштейн, город Вадуц

Княжеский дворец

Князь Роберт Бобшильд, бледный и взъерошенный, не отрывал глаз от экрана телевизора, транслирующего прямой эфир канала «Лихтенштейн Сегодня».

Кадры разрушенного здания, окровавленные тела, мечущиеся Тени, а затем… чёртов Теодор Вавилонский, стоящий посреди этого хаоса с окровавленным лицом, но с гордо поднятой головой!

Князь сжал кулаки до побелевших костяшек. Всё шло не по плану. Его люди, как он и приказывал, анонимно сообщили этой Малиновской о местонахождении Вавилонского. Они рассчитывали, что репортёрша привлечет внимание общественности к героической борьбе «Народного Героя», что, в свою очередь, сделало бы его идеальной мишенью для «Молота Тора» австро-венгров.

– Проклятый Вавилонский! – прошипел князь сквозь зубы. – Как он мог выжить после такой бомбардировки?! Это невозможно!

Он вскочил с кресла и начал нервно расхаживать по кабинету. Его план снова рухнул. Вавилонский не только выжил, но и использовал эту ситуацию, чтобы ещё больше укрепить свою репутацию народного героя.

На экране Теодор продолжал свою речь, и каждое его слово словно ударом кнута хлестало по самолюбию князя.

– …Род Вавилонских продолжает защищать Лихтенштейн…

– …Мы успешно зачистили не только этот дом, но и другие объекты по всему городу Вадуцу…

Князь заскрежетал зубами. Вот же удачливый ублюдок, которому всегда везёт!

Но в глубине души князь понимал, что Теодор говорит правду. И это пугало его больше всего. Вавилонский действительно становился слишком сильным. Слишком популярным. Слишком опасным.

На экране появились кадры разрушенного здания, и голос Дарьи Малиновской дрожал от волнения:

– Как вы видите, здание полностью разрушено… Мы не знаем, кто стоит за этим нападением…

Князь резко остановился и пристально всмотрелся в экран. Затем он услышал слова Вавилонского, обращённые к репортёрше:

– …Очевидно, это были австро-венгры… Они хотят устранить меня… Но хочу заметить, что контракт на строительство мне дал князь Лихтенштейнский Роберт Бобшильд. Полагаю, теперь и он тоже станет их следующей целью.

Князь вздрогнул. Это была не просто констатация факта. Это была неприкрытая угроза. Тонкая, едва уловимая, но от этого не менее реальная. Вавилонский не предупреждал его… Он прямо угрожал ему!

Бобшильд с силой ударил кулаком по столу.

– Он думает, что может угрожать мне?! Я ему покажу!

Внезапно князя осенило. Он не мог идти в открытую конфронтацию с Вавилонским. Только не сейчас, когда его будет открыто поддерживать весь народ Лихтенштейна, и даже некоторые аристократы. Нужно будет подыграть ему, усыпить бдительность, прежде чем нанести новый удар.

Да, придётся выплатить часть денег по контракту. Но таким образом князь сможет сохранить лицо и показать свою «заботу» о народе.

– Чёрт возьми! – выругался князь. Его передёрнуло от одной только мысли, что придётся платить этому ублюдку.

Но это ещё не конец. Вавилонский, в любом случае, пожалеет об этом!

Он схватил телефон и набрал номер своего финансового советника.

– Слушай внимательно, – сказал он холодным голосом. – Подготовь документы на выплату Вавилонскому. Да, да, тому самому… Половину суммы по контракту…

Князь отключился и устало опустился в кресло. Он был вынужден отступить, но это было лишь временное перемирие. В этой войне победитель может быть только один. И Роберт Бобшильд был готов на всё, чтобы этим победителем стал именно он.

А Теодор Вавилонский?.. Теодор Вавилонский уже был трупом. Просто он об этом ещё не знал.

* * *

Закончив с интервью для Даши Малиновской, я быстро привёл себя в порядок, насколько это было возможно после такого «тёплого» приёма. Ссадины и ушибы не сильно беспокоили, а вот мысли о странных снарядах, которые я не смог остановить ещё на подлёте, и что разворотили мою каменную защиту, не давали покоя.

Я тщательно осмотрел обломки, пытаясь понять, что это за супероружие, способное пробить даже мою магию. Осколки, разбросанные по территории бывшего жилого дома, имели необычную структуру, и были сделаны из какого-то неизвестного мне сплава металлов.

Их изучение подтвердило мои самые худшие опасения. Это был не просто металл, а сплав, пропитанный особым видом магии, искажающей потоки энергии. Именно поэтому мои защитные барьеры не сработали в полную силу. Тот, кто создал эти снаряды, обладал глубокими знаниями в области, как магии, так и металлургии.

От прикосновения к осколкам я почувствовал слабое головокружение – последствия воздействия этой искажённой магии. Такие боеприпасы стоили целое состояние, и тот, кто их использовал, явно не жалел средств, чтобы уничтожить меня. Хорошо ещё, что таких снарядов было всего два, а не весь десяток, – остальные были простыми. Иначе у тех, кто пытался меня убить, могло действительно что-то получиться.

Однако, как говорится, страшно бывает только в первый раз. Чем больше я изучал структуру сплава и магии, тем яснее становилась картина. Это была сложная, многоуровневая защита, но не безупречная. Я начал понимать, как можно противодействовать этим снарядам, как усилить свои защитные сооружения, чтобы сделать их неуязвимыми для подобных атак.

Если у них есть такое оружие, то они могут использовать его снова, и не только против меня. Моя усадьба, мои люди – все они были под угрозой. Я понимал, что нужно срочно усиливать защиту, искать способы противодействия этим магическим снарядам.

– Что будем делать дальше, шеф? – отвлекая от мыслей, спросил меня Борис.

Хороший вопрос… Мой магический резерв был истощён, и на закрытие следующих порталов у меня просто не хватило бы сил. Ощущения были странные – словно я переел чего-то очень вкусного, но теперь нужно было время, чтобы «переварить» всю эту энергию, которая бурлила внутри меня.

Вместе с Борисом мы помогли раненым, оказывая первую помощь тем, кто пострадал от взрывов и Теней. Вокруг царила суматоха и паника, но я старался сохранять спокойствие, поддерживая моральный дух людей.

Вскоре подъехала моя гвардия, во главе со Скалой. Они тоже были потрёпанными после боёв, но живыми и невредимыми.

Увидев меня, Скала облегчённо выдохнул.

– Теодор, ты жив! Слава Богу! Мы уже подумали, что…

– Не дождетесь, дядь Кирь, – усмехнулся я, подходя к нему. – Живее всех живых. Просто немного запылился. Как дела на других точках?

Он рассказал о том, что на всех отведённых им объектах Тени были уничтожены, а порталы закрыты. Потерь среди бойцов не было, только несколько раненых. Что меня очень порадовало. А затем мы обсудили и остальные происшествия.

– Теодор, версия с наводкой по репортажу в телевизоре – полная херня! – серьёзно заявил Скала. – Они бы не стали лупить без точного подтверждения. «Молот Тора» – это не игрушка. Его не используют для обстрела случайных зданий. Кто-то из княжества должен был указать им твоё местоположение.

Я молча кивнул, соглашаясь с ним. В глубине души я подозревал, что без князя Роберта Бобшильда здесь точно не обошлось.

– Да, князь – первый кандидат на эту роль, – сказал я вслух. – Но сейчас не время для разборок. У меня есть идеи, как использовать его в своих интересах. А вот эту чудо-пушку австро-венгров точно нужно уничтожить, чтобы больше не хреначили, куда им вздумается. И у меня уже есть план, как это сделать.

Вернувшись в усадьбу, я первым делом отправился в горячий душ, чтобы смыть с себя пыль и грязь. Синяки и ссадины, хоть и были местами весьма неприятными, но в целом не сильно меня беспокоили. Затем, переодевшись в чистую одежду, спустился вниз, где меня уже ждала Анастасия.

– Теодор, я так переживала! – бросилась она ко мне и крепко обняла. – Когда я увидела по новостям, что здание, в котором ты находился, разрушено, чуть с ума не сошла!

– Всё хорошо, Настя, – успокоил её, гладя по волосам. – Я же обещал, что вернусь.

Мы провели остаток дня вместе, обсуждая последние события. Анастасия была в шоке от того, что произошло, но в то же время восхищалась нашим мужеством и решительностью.

Утром, за завтраком, мы смотрели новости. Сообщали о масштабах вторжения Теней, о погибших и раненых. Чудом удалось избежать катастрофы, но я понимал, что это только начало.

– Нужно придумать, как обезопасить все наши дома и постройки, чтобы защитить людей от Теней, – сказал я, задумчиво размешивая сливки в кофе. – Есть пара интересных мыслей на этот счёт.

После завтрака я отправился в офис своей строительной фирмы «Созидатель». Ганс, как всегда, был на своём месте, погружённый в работу.

– Ганс, нам нужно срочно усилить защиту усадьбы и всех наших объектов, – сказал я, входя в его кабинет. – И у меня есть идея. Нам нужно построить стену вокруг всех моих земель. Высокую и прочную, способную выдержать любую атаку. Теперь никто, даже издалека, не должен понимать, что да как тут у нас происходит. Скорее всего, я стану ещё более лакомой добычей, ведь иметь свои работающие производства во время войны – это выгодно.

Ганс внимательно выслушал меня и кивнул.

– Я понимаю, Теодор. Это разумное решение. Мы начнём работу немедленно.

Затем я заехал в свою торговую лавку и проведал Семёна Семёновича.

– Ну, как тут у вас дела? – спросил я.

– Вчера весь город был в панике, – рассказал он. – Я закрыл лавку и никуда не выходил.

– Правильно сделал, – похвалил его. – Эта лавка – одно из самых безопасных мест в городе.

Я взял необходимые запасы и направился в казармы, где меня уже ждал гвардеец Дмитрий Макаров – опытный диверсант, которого я решил привлечь к выполнению нового особо важного задания.

– Дима, – сказал я, – у меня для тебя есть работёнка. Как ты смотришь на то, чтобы уничтожить вундервафлю австро-венгров – «Молот Тора»?

На лице Макарова не дрогнул ни один мускул.

– Я готов, господин Вавилонский! Когда выдвигаться?

Увидев его решительность, я рассмеялся:

– Ну, чем быстрее, тем лучше.

И начал объяснять ему детали своей задумки.

Глава 6

Где-то в горах Австро-Венгрии

Дмитрий Макаров, или просто «Дима», как его называли все в гвардии, старался идти бесшумно, ступая по влажной земле с осторожностью опытного охотника. Уже второй час он вел Теодора Вавилонского и полковника Скалу по заросшей лесной тропе, пролегающей через территорию, кишащую австро-венгерскими патрулями.

Лес вокруг был густым и темным, лучи заходящего солнца едва пробивались сквозь плотные кроны деревьев, отбрасывая причудливые тени на заросшую травой тропинку. Ветерок шелестел листьями, смешиваясь с далеким шумом реки, к которой они как раз и направлялись.

По пути Дима невольно любовался своей новой механической рукой, с гордостью сжимая и разжимая металлический кулак. Теодор Вавилонский не только спас его от унылого существования в нищете, но и подарил ему новую жизнь. После того, как он лишился руки, то думал, что его карьера военного закончена. Но Вавилонский оказался не только сильным магом, но и талантливым изобретателем. Механическая рука, которую он создал для мужчины, была настоящим произведением искусства, сочетанием магии и технологий.

Поначалу Дмитрий нервничал, опасаясь, что эта «железка» окажется неудобной, или будет выдавать его с головой, привлекая ненужное внимание. Однако опасения оказались напрасны. Теодор, сам того не подозревая, сотворил настоящее чудо. Рука работала не хуже, а местами даже лучше настоящей.

Изготовленная из легкого, но прочного сплава, рука была покрыта тонким слоем нефрита, который придавал ей необычный зеленоватый оттенок. Сложные механизмы, спрятанные под нефритовой оболочкой, позволяли ей двигаться с удивительной точностью и плавностью. Дима, например, обнаружил, что может без особых усилий открывать любые консервные банки, закручивать тугие гайки, да и в рукопашном бою эта рука стала настоящим оружием – одним ударом кулака он мог пробить стену или проломить голову особо наглому противнику. Он уже привык к руке, и теперь она стала неотъемлемой частью его самого.

Но самым забавным открытием стало то, что он теперь мог чесать спину в тех местах, куда раньше не дотягивался. Дмитрий даже подумывал о том, чтобы попросить Теодора сделать ему вторую такую же руку, но решил пока повременить с этой затеей.

Макаров, хоть и недавно поступил на службу к Вавилонскому, уже успел оценить его нестандартные методы. Первое задание – проникнуть на границу с Австро-Венгрией, взорвать завод и активировать этих странных монстров – големов – он выполнил безукоризненно.

Но сейчас… ему предстояло провести их к «Молоту Тора» – исполинскому орудию, о котором ходили легенды. И зачем господину понадобилось идти туда лично? Неужели нельзя было отправить его одного или с небольшой группой?

«Не моё дело задавать вопросы», – одёрнул себя Макаров. Его задача – доставить их до цели живыми и невредимыми, и он собирался выполнить свои обязанности в лучшем виде.

Теодор Вавилонский, несмотря на свою внешнюю мягкость и дружелюбие, внушал уважение и… страх. Дмитрий чувствовал, что под этой маской спокойствия скрывается сила, способная сокрушить любого, кто встанет у него на пути. Этот худощавый парень с проницательным взглядом, больше похожий на студента, чем на главу могущественного Рода, поначалу не внушал особого доверия. Но, когда Вавилонский начал говорить, Макаров почувствовал нечто необычное. Сила и уверенность исходили от него, словно невидимые волны распространялись вокруг.

«Платит Вавилонский намного лучше, чем в регулярной армии. Да и отношение совершенно другое. Здесь тебя ценят, а не считают пушечным мясом. Главное, не облажаться», – думал Дмитрий, осторожно пробираясь сквозь густой лес, и стараясь не шуметь.

Тропа петляла между вековых елей, сквозь густой подлесок. Полковнику Скале, с его комплекцией, приходилось буквально продираться сквозь кусты.

– Твою ж мать! – выругался Скала, с трудом выбираясь из зарослей кустарника, которые вцепились в его бронежилет с упорством голодного клеща. – Дима, ты уверен, что мы идём правильно? Эта река больше похожа на горный поток, чем на спокойную водную преграду, которую можно перейти вброд.

Макаров, с сомнением глядя на бурлящую воду, кивнул:

– Похоже, последние дожди сделали её полноводнее, чем обычно. Придётся искать другое место для переправы.

Переход вброд, который он запланировал, оказался невозможным. Река вздулась, вода поднялась, бурлила, с шумом ударяясь о камни.

Теодор Вавилонский подошёл ближе, внимательно изучил реку, зачем-то окунул руку в воду и усмехнулся:

– Холодная, – улыбнулся он. – Но в обход мы не пойдём. У меня есть идея получше.

* * *

Лес потихоньку начал редеть, уступая место каменистым склонам, поросшими редкими кустарниками. Вскоре мы вышли к бурному горному потоку, который с грохотом прокладывал себе путь среди валунов. Вода была мутной от недавних дождей, а её рев эхом разносился по долине, грозя смыть любого, кто рискнет её пересечь.

«Какая мелочь», – подумал я, глядя на бушующий поток. Неужели они забыли, кто я такой? Магия Земли бурлила в моих жилах, готовая вырваться наружу. Я усмехнулся, представляя, как легко и просто могу переправить нас.

Сосредоточившись, я направил поток энергии в землю у берега. Камни вокруг зашевелились, поднимаясь из воды и выстраиваясь в арочный мостик, перекинувшийся через речку – прочный, широкий, с перилами – такой, чтобы даже Скала со своей богатырской комплекцией мог пройти по нему без опасений.

– Готово! – сказал я, обращаясь к своим спутникам. – Можем идти дальше.

Скала, покачав головой, хмыкнул.

– У тебя всегда есть козырь в рукаве, Теодор, – сказал он, переходя мост вслед за мной.

Мы перешли по мосту, оставляя позади бушующий поток. Дима Макаров, как и полагается опытному разведчику, шел впереди, внимательно осматривая местность. Я шел следом, наслаждаясь тишиной леса и размышляя о нашей команде.

«Да, отличный у нас получился отряд, – подумал я. – Дима – настоящий профи, отлично ориентируется в этой глуши, знает все лазейки и тропы. Скала – это сила, опытный боец, готовый прикрыть в любой ситуации. А я… пока лишь в роли туриста», – усмехнулся я про себя.

Впрочем, назвать себя совсем уж бесполезным, я не мог. Моя роль в этой операции пока сводилась к тому, чтобы преодолевать препятствия, находить транспорт и отключать магией всякие датчики.

Кстати, о транспорте. Дважды по пути нам попадались военные автомобили, брошенные на обочине, – видимо их владельцы отправились в патрулирование территорий. Отпереть замки для меня не составляло труда, но вот завести эти машины без Бориса оказалось сложной задачей, которая заняла чуть больше времени, чем планировалось. Представляю лица тех военных, которые вернутся и не найдут своих машин. Интересно, что они подумают?

Ночь спустилась на горы, окутывая все вокруг плотной тьмой. Только звезды, мерцающие на небе, да луна, изредка выглядывавшая из-за облаков, освещали наш путь. Мы двигались медленно и осторожно, стараясь не шуметь, чтобы не привлечь внимание австро-венгерских патрулей.

– До базы осталось не больше километра, – прошептал Макаров, сверяясь с картой на своем телефоне. – Она расположена на вершине вон той горы.

Я прищурился, пытаясь разглядеть очертания горы в темноте. На ее склонах едва заметно мерцали огоньки – сигнальные огни и прожектора, охранявшие подступы к базе.

До этого момента мы имели лишь общее представление о том, с чем нам предстоит столкнуться. Но сейчас, когда цель была уже близка, напряжение нарастало с каждой минутой. Макаров отправился на разведку, а мы со Скалой укрылись в густых зарослях кустарника, ожидая его возвращения.

– Ну, что там? – спросил я, когда Дима вернулся.

– Там полный набор, – тихо ответил он. – Территория базы окружена минным полем, на подступах – колючая проволока под напряжением, а на вершине горы – несколько пулеметных гнезд. И всё это грамотно замаскировано. Там не пройти незамеченным.

До этого мы лишь в общих чертах представляли себе, с чем придется столкнуться. Но теперь, когда Дима описал всю систему обороны базы, стало понятно, что впереди – настоящая крепость.

Скала мрачно хмыкнул.

– Неплохо они тут окопались, – пробормотал он. – Похоже, придется попотеть.

– Не волнуйся, дядя Кирь, – успокоил его. – Ночью у нас есть преимущество. Темнота – мой союзник.

Я активировал Дар, и мы двинулись вперёд, используя все доступные средства маскировки. С помощью магии я гасил свет на вышках и отключал датчики движения, разрывая контакты в электрических цепях, создавая слепые зоны для патрулей. Дима, как опытный диверсант, знал, где лучше пройти, чтобы не попасть в поле зрения камер наблюдения. Скала, бесшумно ступая по земле, прикрывал нас с тыла.

Вскоре мы добрались до подножия скалы, на вершине которой виднелись очертания базы. Я выпустил с десяток своих големов-змей – маленьких, но быстрых и ловких созданий, которые были идеальны для разведки. Они, словно живые тени, скользнули вперед, бесшумно пробираясь сквозь кусты и камни.

– Здесь наверх не подняться, слишком крутой склон, – прошептал Макаров. – Нужно обходить гору и выходить на дорогу. Но там впереди, – он указал пальцем вперед, – минное поле, а за ним охраняемое КПП. Там не меньше десятка солдат.

– Отлично, – ответил я. – Значит, пришло время для небольшого отвлекающего маневра.

Я сосредоточился и направил поток энергии в землю. В нескольких сотнях метров от КПП, прямо посреди минного поля, из земли начали подниматься земляные големы. Их было не меньше пятидесяти. Размером с футбольный мяч, маленькие, неуклюжие, но сильные существа, способные выдержать несколько прямых попаданий из пулемета.

«В атаку!» – скомандовал я мысленно, и големы, словно стадо больших разъяренных ёжиков, покатились в сторону КПП.

Раздались взрывы, загорелись сигнальные ракеты, прохладный ночной воздух наполнился криками и ругательствами.

– А теперь – наш выход, – сказал я своим спутникам.

И, используя магию, начал создавать ступени, которые вели прямо на вершину горы. Камни, послушно подчиняясь моей воле, поднимались из земли, формируя удобную лестницу, по которой мы могли подняться наверх. За нами ступени рассыпались, словно песок, не оставляя после себя ни малейшего следа.

Грохот взрывов, доносившийся снизу, заглушал все остальные звуки. Австрийцы, столкнувшись с вероломным нападением, явно начали паниковать.

Подъем на вершину горы был стремительным и бесшумным. Скала, несмотря на свои габариты, ловко перепрыгивал с одной каменной ступени на другую, не издавая ни единого звука. Дима Макаров, как и полагается опытному разведчику, двигался словно призрак, сливаясь с окружающей тьмой. Я же контролировал магией каждый шаг и следил за тем, чтобы ступени не обрушились раньше времени под нашим весом. Камни, подчиняясь моей воле, плавно поднимались из земли, формируя идеальные ступени. Это был своего рода танец, гармоничное взаимодействие моей энергии и стихии.

Когда мы достигли вершины, перед нами предстала высокая каменная стена, ограждающая базу от посторонних глаз. Пробраться через нее обычным способом было невозможно.

– Что будем делать? – шепотом спросил Скала, кивнув на неприступную с виду стену.

– Ну, нам необязательно пользоваться парадным входом, – усмехнулся я, протягивая руку к стене.

Камень под моей ладонью легонько завибрировал, как от легкого землетрясения. Через мгновение в стене образовался проход – широкий, ровный, словно вырезанный гигантским ножом.

Мы проскользнули в этот проход и оказались на территории базы.

Я активировал свое магическое зрение, «сканируя» территорию, чтобы получить более полную картину происходящего. База была хорошо укреплена – высокие бетонные стены, несколько пулеметных гнезд, сторожевые вышки с прожекторами. В ангарах – бронетехника, грузовики с боеприпасами, несколько пушек. На открытой площадке – два танка, готовые к бою.

– Кажется, они заметно нервничают, – прошептал Макаров, указывая на группу солдат, курящих у входа в один из ангаров. – Похоже, наша диверсия даёт о себе знать.

– Это они ещё не знают, что вечеринка уже в самом разгаре, но они просто этого не видят, – хмыкнул я. – Пора устроить им настоящее веселье. Я выведу из строя всю технику, а вы займитесь бойцами.

– Дима, погнали! – моментально откликнулся Скала и, вскинув «Винторез», пошёл вперёд.

Бой был стремительным и жестоким. Австро-венгры, застигнутые врасплох, не успели оказать организованного сопротивления. Мои гвардейцы буквально материализовались из темноты, нанося точные удары.

Скала, будто медведь, ворвавшийся в улей, ринулся в гущу сражения. Его винтовка с глушителем работала безостановочно, с глухими хлопками выплёвывая свинец во все стороны. И прерывался он лишь на то, чтобы огромными кулаками с хрустом ломать противникам кости, разбрасывая австро-венгров во все стороны.

Дима, используя свою новую механическую руку, действовал не менее эффективно – он подкрадывался сзади, бил точно и безжалостно, выбивая противников из строя.

Я, не вмешиваясь в рукопашную схватку, сосредоточился на том, чтобы отключить все орудия, систему сигнализации и заблокировать каналы связи. Моя магия бесшумно скользнула по проводам и электронным устройствам, погружая базу в информационный вакуум.

Нашей целью был захват техники, а не бессмысленное убийство солдат. Используя Дар, я закрывал ворота ангаров, блокировал двери казарм, создавал ловушки, обрушивая на австрийцев каменные глыбы, дезориентируя их внезапно возникающими стенами.

Австрийцы, растерявшись, метались по базе, не понимая, что происходит. Одни пытались организовать сопротивление, другие, поддавшись панике, бежали, надеясь скрыться в лесу.

Спустя десять минут бой стих. База, ещё недавно гудевшая от голосов и шума техники, погрузилась в неестественную тишину. Большая часть австро-венгерских солдат, услышав взрывы на минном поле, спустилась вниз к КПП, чтобы разобраться с «нападением». Те же, кто остался наверху, были либо обезврежены, либо заперты в казармах и ангарах.

Чтобы окончательно заблокировать вход на военную базу, я снова активировал защитно-турельный комплекс, который отключил ещё до нашего вторжения. Теперь никто не смог бы подняться на гору, так что база стала для оставшихся внизу австрийцев неприступной крепостью.

– Отлично, – обратился я к Скале и Макарову, – а теперь можно заняться главным делом.

Мы направились к «Молоту Тора» – исполинскому орудию, которое было нашей главной целью. Пушка, установленная на массивной железнодорожной платформе, представляла собой внушительное зрелище.

Огромный ствол – его длина составляла не меньше тридцати метров, с внушительным диаметром – больше походил на трубу какого-нибудь завода, чем на артиллерийское орудие, и сейчас был направлен в сторону Лихтенштейна. Он был изготовлен из прочного сплава металлов и весь покрыт сложной системой рун и магических символов, которые, судя по всему, усиливали его мощность и точность.

Всё орудие располагалось на подвижной платформе, способной вращаться на триста шестьдесят градусов, что позволяло наносить удары по целям в любом направлении. Сложные механизмы, гидравлические приводы, системы наведения – всё это было покрыто толстым слоем брони, защищавшей орудие от вражеского огня.

Скала, с нескрываемым восхищением, обошел пушку, осматривая её со всех сторон.

– Вот это зверюга! Настоящая машина смерти, мать её за ногу! – присвистнул он. – Чтобы разобраться, как шмальнуть из этой махины, понадобится не меньше недели. Тут столько всяких рычагов, кнопок, вентилей.

Я протянул руку к холодному металлу и активировал Дар. Поток энергии скользнул по поверхности орудия, проникая вглубь, считывая информацию, заложенную в саму его структуру. Передо мной, словно на экране, промелькнули образы – инженеры, создавшие этот шедевр военной мысли, солдаты, обучавшиеся использованию «Молота Тора», первые испытания…

Через некоторое время я открыл глаза. Теперь я знал об этой махине всё, как свои пять пальцев, – её технические характеристики, способы применения, секретные коды активации.

Скала вопросительно посмотрел на меня:

– Теодор, ты что-то понял?

– Пушка заряжена, – сказал я, отступая назад. – Но направление нам нужно поменять.

И, сосредоточившись, направил поток энергии на гидравлический механизм. С глухим скрежетом огромная платформа «Молота Тора» начала медленно поворачиваться, нацелив свой ствол в нужную мне сторону.

Когда пушка была готова к выстрелу, Скала подошёл к системе запуска.

– Ну, куда влупим? – спросил он, потирая руки. – Есть пара идей. Например, штаб-квартира австрийцев в Инсбруке. Говорят, там сейчас собралась вся их военная верхушка.

– Нет, дядя Кирь, Инсбрук трогать не будем. Первый выстрел, – сказал я, указывая на точку на карте, где находился главный артиллерийская батарея Австро-Венгрии на этом участке фронта, – отправим в так называемое «Гнездо Шершней», которые обстреливали Вадуц. Пусть узнают, каково это – быть под прицелом.

Скале явно понравилась эта идея.

– А второй? – спросил он с усмешкой.

Я перевел взгляд на другую точку на карте, где был обозначен княжеский дворец в Вадуце.

– Второй выстрел, – произнес я, и на моем лице появилась холодная улыбка, – будет приветственным подарком для князя Роберта Бобшильда.

Скала, услышав название второй цели, удивлённо приподнял брови, но промолчал. Он привык доверять моим решениям.

– Готовься, дядь Кирь, – сказал я, приводя систему активации орудия в действие. – Сейчас будет жарко.

– Ладно, эх, была не была! – кивнул Скала, устроившись за пультом управления и вбивая нужные координаты. – В конце концов, я за любой кипиш, кроме голодовки.

Когда всё было готово, я скомандовал:

– Огонь!

И Скала нажал на кнопку спуска.

Оглушительный грохот «Молота Тора» разнесся по долине, сотрясая землю под ногами.

Первый снаряд, окутанный красноватым сиянием, вылетел из ствола пушки и устремился в ночное небо, оставляя за собой длинный огненный шлейф.

Княжество Лихтенштейн, город Вадуц

Княжеский дворец

Князю Роберту Бобшильду сегодня не спалось. Бессонница, словно хищная птица, кружила над ним, терзая его мысли о Вавилонском, о проклятом контракте, об армии, о тех, кто предал его.

В конце концов, князь решил развеяться. Он накинул халат, взял бутылку дорогого французского вина и, прихватив с собой помощника – молодого парня с сонным лицом и мешками под глазами, вышел на улицу.

– Ваше Сиятельство, куда мы в такой час? – спросил тот, зевая. – Утром вам нужно встретиться с чиновником из Империи.

– Мне нужно немного прогуляться, – отмахнулся князь, – подышать свежим воздухом.

Князь вышел в сад. Ночной Вадуц, освещенный луной и редкими фонарями, казался тихим и безмятежным.

Бобшильд вдохнул свежий воздух, пытаясь успокоить нервы, но в груди всё равно сидело тревожное предчувствие. Он сделал глоток вина, но оно не приносило облегчения. Его мысли вертелись вокруг одного – как избавиться от Вавилонского?

Помощник плёлся следом, еле поспевая за князем. Он пытался держаться бодро, но сон брал своё. Его веки тяжелели, и он, то и дело, спотыкался, рискуя растянуться на газоне.

– Да проснись ты уже, – сказал ему князь, и тот через силу сдержал очередной зевок, пытаясь не заснуть на ходу. – Как там обстановка в городе?

– Все спокойно, Ваше Сиятельство, – сонно ответил помощник, потирая глаза. – Тенеборцы справились с вторжением, город под контролем. Говорят, Вавилонский тоже отличился. Его люди зачистили несколько объектов.

– Да, да, – махнул рукой князь, не желая слышать о «подвигах» своего врага. – Надеюсь, скоро этот Вавилонский сдохнет…

Бобшильд остановился у фонтана, в центре которого стояла мраморная статуя богини любви. В лунном свете статуя казалась ещё более холодной и безжизненной, чем обычно.

– А может, зря мы его подставляем, Ваше Сиятельство? – нерешительно произнёс помощник. – Он, и правда, хорошую защиту на границе делает. Может, и от чудо-пушки «Молот Тора» австро-венгров найдет защиту…

Князь резко повернулся к своему помощнику. Его глаза блеснули от гнева.

– Херня всё это! – раздражённо отрезал он. – Этот «Молот Тора» не угрожает нам. Одного моего слова хватит, и звонка, чтобы нанести…

В следующий момент ночное небо озарил огромный огненный шар. И буквально через секунду тишину разорвал оглушительный грохот. Земля задрожала под ногами, словно началось землетрясение.

Ударная волна отбросила князя и помощника на несколько метров. Они рухнули на траву, оглушённые и ошеломлённые. Вино разлилось по земле, смешиваясь с пылью и обломками.

Когда грохот стих, князь поднялся, ошарашенно глядя на то, что произошло. Левое крыло его резиденции было разнесено в клочья. Там, где ещё недавно были спальни, гостиные, библиотека – теперь зияла огромная дыра, из которой вырывались языки пламени и клубы чёрного дыма. Его гордость, символ его власти, был разрушен в одно мгновение.

– Ваше Сиятельство, вы живы? – прошептал помощник, его голос дрожал от страха. – Что… что произошло?

– …удар, – договорил князь слово, которое начал перед взрывом.

Он снова посмотрел на руины своего дворца, и на его лице отразилась вся гамма эмоций – страх, гнев, недоумение, и даже… нечто похожее на восхищение. Затем он повернулся к своему помощнику, который всё ещё лежал на земле, схватившись за голову.

– Вставай, идиот! – заорал князь. – И принеси мне ещё вина. Много вина… Эта ночь будет очень долгой.

Глава 7

Княжество Лихтенштейн, город Вадуц

Княжеский дворец

Роберт Бобшильд проснулся с головной болью, которая раскалывала его череп на части. Пересохшее горло саднило, а во рту стоял отвратительный привкус вина. Вчерашняя ночь, с её кошмарными событиями, казалась ему теперь лишь дурным сном, плодом воспалённого алкоголем воображения.

– Привидится же такое… – с горькой усмешкой пробормотал князь, с трудом поднимаясь с кровати. – Нужно срочно опохмелиться!

Но стоило ему сделать несколько шагов, как острая боль пронзила его правую ногу. Он споткнулся, схватившись за спинку кресла, и задрал штанину пижамы, недоуменно разглядывая разодранную коленку.

Так что, значит, он действительно шмякнулся после взрыва? Или упал, когда был уже не слишком трезвым?

Поморщившись от доставляющей дискомфорт ноющей боли, князь доковылял до окна и распахнул тяжёлые шторы. Яркие солнечные лучи бесцеремонно ворвались внутрь, разгоняя царивший в спальне полумрак, и князь зажмурился, привыкая к яркому свету. Через несколько секунд он медленно открыл глаза и… буквально затрясся от гнева.

Окна в спальню были выбиты, и сейчас предстали перед ним пустыми провалами. Всё левое крыло его резиденции было полностью разрушено. Его любимая массажная, отделанная редким римским мрамором, с подогреваемыми полами и бассейном с минеральной водой, превратилась в груду обломков. Исчезла бильярдная с антикварным столом из красного дерева, привезенным из самого Английского Королевства. Нет больше картинной галереи, где он хранил свою коллекцию шедевров фламандской живописи. Повсюду, где ещё вчера были роскошные спальни, гостиные, библиотека с коллекцией старинных книг – теперь зияла огромная чёрная дыра.

«Так значит, это не сон… Это реально произошло?!» – с ужасом осознал князь.

Вчерашний шок и большое количество выпитого вина не позволили ему до конца осознать масштаб катастрофы. Сейчас же, трезвым взглядом, он оценил весь ужас произошедшего.

От одной мысли, что он мог погибнуть под этими обломками, князя бросило в холодный пот.

«Чёртов „Молот Тора“! Как они могли?! – лихорадочно размышлял Бобшильд. – Ведь была договорённость! Я же сделал всё, как они просили! Сорвал контракт с Вавилонским, подставил его, позволил им уничтожить эту чёртову многоэтажку! Чем я заслужил такой удар?!»

Князь, дрожащими руками, схватил телефон и начал лихорадочно набирать номер. Один за другим, он звонил своим «партнёрам», тем, кто контролировал «Молот Тора», но на другом конце провода была лишь тишина. Никто не брал трубку.

«Они что, бросили меня?! – с нарастающей паникой подумал князь. – Предали, как только я стал им не нужен?!»

Он снова выглянул в окно и посмотрел на разрушенные стены своей резиденции. Да, архитекторы постарались на славу – толстые каменные стены, глубокие подвалы, но… против «Молота Тора» всё это было бесполезно.

Отчаяние захлестнуло князя. Он чувствовал себя загнанным в угол зверем, которому некуда бежать. Страх, холодный и липкий, парализовал его волю. Что, если это был не последний удар? Что, если следующий снаряд прилетит не в крыло дворца, а прямо в его спальню?

Теперь князь, лишившись покровительства, чувствовал себя, как голый на морозе.

«Нет, я не сдамся, – с яростью подумал князь. – Нужно действовать. Нужно срочно найти защиту. Иначе этот „Молот“ может ударить снова. Но где найти такую защиту? Кто сможет противостоять такому оружию?»

И тут в его голове снова всплыл образ Теодора Вавилонского – молодого, дерзкого аристократа, который не только выжил после удара «Молотом Тора», но и построил на границе с Австро-Венгрией настоящую крепость.

Да, Вавилонский, которого он ещё вчера считал разменной пешкой в своей игре, теперь казался ему единственным шансом на спасение.

Князь вспомнил о том, как легко Вавилонский отделался от ядовитого газа, и с содроганием подумал: «А что, если он обладает не только какой-нибудь сильной магией, но и способностью видеть сквозь стены, читать мысли, управлять людьми?»

Эта мысль пронзила его сознание, словно молния. Чем больше он думал о Вавилонском, тем более мифическим для него представлялся этот персонаж.

«Пожалуй, стоит нанять его. Пусть укрепит дворец, создаст защитные барьеры, – лихорадочно размышлял Бобшильд. – Деньги – не проблема. Он получит всё, что захочет. Лишь бы защитил меня, лишь бы спас мою жизнь.»

Он уже представлял себе, как строительная фирма Вавилонского возводит вокруг дворца неприступные стены, как его гвардейцы в сияющих доспехах несут круглосуточную вахту, защищая его, великого князя Лихтенштейнского Роберта Бобшильда.

«Да, – твердо решил он, – нужно немедленно связаться с Вавилонским! Сейчас не время для гордости. Моя жизнь важнее любых денег и амбиций».

Превозмогая боль в ноге, он похромал к бару. Ему срочно нужна была новая доза алкоголя, чтобы успокоить нервы и хоть как-то прояснить мысли.

Австро-Венгрия

Артиллерийская батарея «Гнездо Шершней»

Разрушенная артиллерийская батарея «Гнездо Шершней» представлял собой жуткое зрелище.

Там, где еще недавно располагался передовой артиллерийский штаб, гордо возвышались антенны связи и склады с боеприпасами, и стояли мощные орудия, теперь зияла огромная воронка, усеянная обломками бетона и покореженного металла.

Бетонные бункеры, ещё вчера внушающие уважение своей надежностью, были превращены в груду обломков. Искореженные остовы орудий, валяющиеся повсюду, напоминали скелеты гигантских чудовищ, сражённых чудовищной силой. Воздух был тяжёлым от едкого запаха гари и пыли.

Йозеф Вардис, старший военный прокурор Австро-Венгрии, со сжатыми губами осматривал место катастрофы. Его лицо, обычно спокойное и бесстрастное, сейчас было искажено гримасой гнева. За свою долгую карьеру он повидал немало смертей, но масштабы этой трагедии потрясли его до глубины души.

Список погибших был длинным и ужасающим: двадцать четыре старших лейтенанта, двенадцать майоров, пять полковников, генерал-лейтенант… Цвет австро-венгерской артиллерии был уничтожен одним ударом. Но самое страшное заключалось даже не в количестве жертв, а в том, что Йозеф Вардис до сих пор не мог понять, кто и, главное, как это сделал.

Йозеф прекрасно понимал – этот удар был не просто случайностью. Это была демонстрация силы, дерзкий вызов, брошенный кем-то, кто обладал невероятной дерзостью, граничащей с безумием.

«Как, черт возьми, такое возможно?!» – лихорадочно размышлял прокурор, с трудом пробираясь сквозь завалы. – «Кто посмел и, главное, как он сумел воспользоваться „Молотом Тора“?»

Да, там, на самой военной базе всё ещё продолжалась какая-то неразбериха с поимкой диверсантов. Но их арест был делом времени. Когда боевые действия прекратятся, Йозеф лично отправится туда, чтобы допросить пленных. Ведь главным вопросом было найти изменника со стороны Австро-Венгрии, который и позволил диверсантам воспользоваться их оружием.

Дело в том, что система управления «Молотом Тора» была разработана лучшими инженерами Австро-Венгрии. Сложные комбинации кодов, многоуровневая система идентификации, блокировка при несанкционированном доступе – всё было предусмотрено до мелочей.

Внезапно Йозефу вспомнился случай, произошедший несколько лет назад. Тогда, во время учений, группа Одарённых офицеров, пытаясь похвастаться своими способностями, решили взломать систему управления «Молота Тора». Но вместо того, чтобы получить доступ к секретным кодам, они лишь заблокировали орудие, и специалистам пришлось потратить несколько дней, чтобы восстановить его работоспособность.

Вардис, опытный дознаватель, привыкший иметь дело с самыми запутанными преступлениями, не мог найти логического объяснения.

«Молот Тора» – это не просто орудие. Это – символ мощи Австро-Венгрии, чудо инженерной мысли, окутанное ореолом секретности. Каждый, кто имел доступ к управлению этим оружием, проходил тщательную проверку и многоуровневую систему идентификации. Система безопасности была разработана лучшими умами Прусской Империи по заказу молодой Республики, и считалась абсолютно надёжной.

И всё же… кто-то сумел не только проникнуть на базу, где находился «Молот Тора», но и взять его под контроль, направив смертоносный удар против самой Австро-Венгрии.

Йозеф Вардис чувствовал, как по спине стекают капельки холодного пота. Это было не просто военное преступление. Это был удар в самое сердце Австро-Венгерской Республики, вызов, брошенный её могуществу.

Президент лично позвонил ему, требуя немедленных результатов.

– Найдите предателя! – требовал Президент. – Я хочу, чтобы он поплатился за это!

Йозеф Вардис знал – на кону стоит не только его карьера, но и судьба всей Австро-Венгрии. Ведь если кто-то смог так легко получить доступ к их секретному оружию, то это означало, что их армия уязвима. Что любой враг, обладающий достаточными ресурсами и знаниями, может нанести им подобный удар.

Незамедлительно начались аресты, допросы, пытки. Под подозрение попали все, кто имел хоть какое-то отношение к «Молоту Тора». Высокопоставленные офицеры, инженеры, техники, солдаты охраны – все они были подвергнуты допросам и проверкам на лояльность.

Инженер Густав Краузе, один из главных конструкторов «Молота Тора», был арестован прямо на рабочем месте. Его обвинили в том, что он намеренно создал в системе управления орудия «лазейку», которая позволила противнику взять его под контроль.

Полковник Хорст Фридрих, комендант базы, где находился «Молот Тора», был арестован прямо во время завтрака в ресторане. Его обвинили в преступной халатности, допустившей проникновение вражеских агентов на базу.

Майор Герхард Шульц, командир артиллерийского расчёта, отвечавшего за «Молот Тора», был схвачен прямо на базе отдыха, где пребывал в коротком отпуске. Его обвинили в том, что он продал секретные коды активации орудия вражеским шпионам.

Вардис, ослеплённый жаждой найти виновных, не гнушался никакими методами. Всех арестованных тут же подвергли жестоким допросам, пытаясь выбить из них признания. Но никто из них не признал своей вины.

Император, разгневанный случившимся, требовал немедленных результатов. Началась настоящая охота на ведьм.

Йозеф Вардис, понимая, что его карьера, а, возможно, и жизнь, висят на волоске, прилагал все усилия, чтобы найти хоть какую-то зацепку, которая позволила бы ему выйти на след настоящих виновников.

Но пока все его старания были тщетны.

* * *

Мы выстрелили второй раз, наблюдая, как снаряд, окутанный красноватым сиянием, устремляется в ночное небо. Радость от успешного выполнения миссии переполняла меня.

«Молот Тора» – эта легендарная машина смерти, о которой ходили невероятные слухи, теперь была в наших руках. Ощущение было невероятное – словно мы украли у богов их секретное оружие.

Говорили, что он способен достать до чуть ли не до любой точки Европы, что его невозможно украсть или скопировать. Но с помощью моей магии изучить устройство и выстрелить из него оказалось проще простого. Все эти байки о его неуязвимости и невероятной защите оказались всего-навсего пшиком перед истинной силой Архитектора.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.