Анна Ви
Два чудовища

I

Лин лежала на старом небольшом диванчике в своей крохотной комнатке, слушая шум осеннего дождя. Из небольшого квадратного окна лился тусклый дневной свет, а по мутному стеклу барабанили дождевые капли. Осень взялась за свои права в этом году стремительно: не успел закончиться летний период, как в первый же день осеннего занялась мощная гроза, и уже неделю не прекращался противный дождь с пронизывающим ветром. Лутовчане не успели убрать с полей поздние овощи. Кто-то пытался собирать тыкву, но утопал по колено в грязи, плевался и бросал это занятие. Лин было всего пятнадцать, но за свою жизнь она повидала столько горя, что выглядела на все двадцать пять, а её каштановые волосы уже пробивались сединой. В комнатке было одно крохотное зеркальце, в которое она каждое утро высматривала «предателей» – седые волосы – и дёргала их.

Она запустила руку под подушку и достала небольшой портрет в рамке: на неё с любовью смотрели мать и отец, весёлые и молодые, такие живые! Бережно провела пальцем по деревянной резьбе и предалась воспоминаниям: вот мать готовит завтрак в их большом трехэтажном доме, а отец вышел кормить лошадей. Ему днём ехать на ярмарку в Лут, продавать фрукты – лето выдалось замечательным, и излишков много. А Лин всего восемь, она ходит с куклами в обнимку и думает об окружающем мире хорошо, любит всех вокруг!

Потекли слёзы. С тех времён остались одни воспоминания и трехэтажный дом, который, однако, давно Лин не принадлежал.

Вдруг во входную дверь постучали. Она прислушалась к звукам снаружи. Кого это ещё принесло в такую погоду? По лестнице спускался её второй отец – Вилькун. Она терпеть не могла этого человека, даже несмотря на то, что он был родным братом её любимого отца. Но отца больше нет, и матери нет. И теперь ей приходится жизнь с чужими людьми, называть их своими родителями, в реальности пребывая в статусе дешёвой прислуги, а не дочери.

Входная дверь открылась, послышались голоса, кто-то шумно вошёл.

– Лин, быстро сюда! – услышала она голос Вилькуна.

Надев тапочки и выскочив из комнаты, она пробежала кухню и вышла в парадную: у двери стоял усатый представитель королевского ополчения, с которого ручьями стекала на пол вода, а большие сапоги его были до самых своих бортиков в грязи.

– Возьми тряпку и вытри господину обувь, а плащ развесь у камина, и вытри тут полы, да побыстрее! – скомандовал Вилькун, который и сам выстроился по струнке перед господином из королевского ополчения.

– Не желаете чаю, а может молока с мёдом, или яблочного сидра? – мило и заискивающе спросила у гостя её вторая мать – Варисса. Её Лин любила не больше, чем Вилькуна. Но та хотя бы не била.

Лин уже бежала назад с тряпкой и ведром. Упав перед гостем на колени, она принялась отмывать с его сапог грязь. Тот на неё посмотрел сверху вниз и даже не удостоил и словом.

– Яблочным сидром я бы с удовольствием угостился, госпожа, – вальяжно поведал он, проведя пальцем по длинным усам. – От такого никогда не отказываюсь, даже будучи на службе!

Лин уже закончила с обувью и постелила перед гостем выжатую тряпку. Тот встал на неё и вытер подошвы сапог.

– Шевелись уже, – прикрикнул Вилькун, – возьми плащ у господина!

Лин схватила плащ, слегка встряхнула и понесла в служебную комнату. Там развесила перед камином на специальную сушилку. В служебной комнате спали конюх и кухарка под одним одеялом. Она постаралась не смотреть на них, слегка покраснев. Когда же вернулась в парадную с ведром чистой воды, дорогой гость, оказывается, уже прошёл в гостиную.

Лин протёрла от следов пол, проверила чистоту, проведя пальцем по поверхности и пристально на него посмотрев – вторая мать поднимет её на смех, если на полу останутся хотя бы какие-то разводы. Грязную воду из ведра выплеснула на улицу, прополоскав тряпку, развесила ту сушиться. Наконец, покончив с «грязным» делом, она тихонько подкралась к дверям гостиной, села, свернувшись калачиком, и прислушалась к голосам.

– Какой вкусный сидр, давно такого не пил! – раздалось из-за двери.

– Муж сам его делает, – ответила довольно Варисса. – Так, что Вы говорите, королевский указ такой? Очень странный указ, уж простите мою подозрительность, всё-таки я её мать, хоть и не родная, но забочусь о ней как о своей единственной дочери!

Лин вся сжалась – речь велась именно о ней!

– Да, всех, оставшихся без родных родителей, собрать во дворце и срочно принять на королевскую службу в связи с непредвиденными обстоятельствами.

– А что, простите, за непредвиденные обстоятельства? Это как-то связано с тем драконом, которого… – начал было Вилькун.

– Именно с ним, – оборвал представитель ополчения. – Именно с ним, чёрт бы его побрал, этого дракона!

В Луте иногда видели драконов, залетающих так далеко от гор, где они, собственно, и живут, но это было весьма редко. А уж ловить их – было совсем немыслимое событие. Драконы, как известно, предпочитали скорее убивать себя, чем быть пойманными и содержаться в позорном плену. А на прошлой неделе по всему городу прошёл слух, что якобы королевские войска каким-то образом поймали раненого дракона, и ночью перевезли того на сорока волах в подземелье замка.

– По ходатайству королевского мага – Его Святейшества господина Морре, был вызван специалист по драконам из города Приволье Предгорного района Королевства. Когда же он прибыл на днях и осмотрел существо, то приказал срочно собрать всех сирот во дворце и назначить их на службу, – продолжал разъяснения важный деловитый голос. – Как оказалось, драконы этого вида не едят детей и не сжигают своим пламенем, поэтому только их и можно запускать к существу в клетку. А дел в клетке много, скажу я Вам! Его Святейшество изучает дракона для науки и боевого применения, что пойдет нам всем, безусловно, на пользу. Посему, – зашуршала бумага, – сами понимаете всю ситуацию.

Наступила тишина. Видимо, читали указ.

– Хм, как-то я даже не знаю, уважаемый, – фальшиво прозвучал голос Вилькуна, а Лин аж дёрнулась. – Ведь мы так любим свою дочурку, и отправлять её на службу в такое опасное место, где её может съесть дракон?…

– Я Вас пре-крас-но понимаю! – отчеканил голос ополченца. – Дело очень опасное, поэтому Король распорядился всю заработанную за службу плату в пересчёте на год вперёд выплатить опекунам сразу, в случае чего, чтобы вы понимали, вы не остались совсем ни с чем… ну вы меня понимаете, – звякнул мешочек с монетами. Лин в ужасе прилипла ухом к двери.

Мешочек – по звуку довольно внушительный – перекочевал в руки Вилькуну.

– Ну что, мы подписываем рабочий контракт со следующей недели? – спросил застенчиво голос.

– Подписываем, разумеется, подписываем, сейчас же! – Варисса. – Лин у меня девочка очень сильная, смышлёная, она справится с любой задачей, даже с самой сложной, какую ей ни поручи! Даже с драконом справится! Тем более, такое благородное для Королевства дело!

Тут уж Лин не выдержала, оторвалась от двери, тихонько на цыпочках отошла подальше, а затем пробежала через кухню и закрылась в комнатке, хлопнув дверью. Её всю трясло от ужаса: продали во дворец, в котором итак творилось чёрти что, судя по сплетням – там вечно пропадали люди, дети… так ещё и этот дракон! Вдруг он ударит её своим хвостом и размажет по стенке? Если бы отец был жив, он бы никогда не допустил такого! Никогда!

Накрывшись с головой одеялом, она попыталась уснуть.

Если нет родителей – ты не нужен никому. Страшная правда этой жизни.

Во сне ей снова и снова снился тот жуткий день, когда родители вместе уехали на ярмарку и больше не вернулись. А она осталась дома с прислугой, было ей десять. Вот она ждёт и ждёт, уже вечер, потом ночь. Известий нет. Все вокруг бегают, куда-то ездят на лошадях, суматоха, поиски. На следующий день королевский страж в дверях сообщает – на родителей напала банда разбойников. Нашли тела. Похороны, одиночество… Брат отца и его жена заселяются в дом, и у Лин начинается тяжёлая взрослая жизнь. Побои, оскорбления, изнуряющий труд, унижения. Первые седые волосы. Синяки и ушибы, страх. И так уже целых пять лет.

– Лин, просыпайся! – мягкий голос Вариссы из-за двери. – Иди-ка сюда, на кухню, надо поговорить. Она проснулась, вся помятая, пригладила волосы, и вышла поспешно из комнатки. Варисса посмотрела на неё оценивающим взглядом. На кухне уже сидел Вилькун, задумчиво перелистывая записной блокнот.

– Вчера мы подписали рабочий контракт за тебя, через неделю ты заступаешь на службу к Королю. Это очень почётное дело, понимаешь ли. Работа во дворце – это привилегия! Не каждый удостаивается такого случая! Тебе очень повезло!

– Да, мама, – понурив голову, отвечала она как положено отвечать послушной дочери.

– Так вот. Эту неделю ты хорошо поработаешь дома, чтобы после твоего отъезда здесь всё блестело и сияло!

– Да, мама.

– Сейчас мы с твоим отцом уезжаем на рынок, вечером вернёмся. А тебе вот список дел, которые надо будет переделать сегодня. А с обратной стороны – что надо переделать за оставшуюся неделю, – исписанный листок из блокнота перекочевал на стол.

– Да, мама.

– Поехали, хватит разговоров, – отрезал Вилькун, резко встав. Было видно, что его бесила вся эта женская болтовня. – Нам много чего надо купить сегодня.

Они вышли из кухни, Лин осталась одна. Перечитав список дел три раза, глаза её полезли на лоб. Здесь на месяц работы, не меньше: от закрутки на зиму тыкв и прочих овощей, до починки покосившегося забора у коз. Брызнули слёзы. А если она всё не сделает, что указано – за каждый пункт получит ремнём с пряжкой по спине. Так всегда было. И боль будет донимать её месяцы, не давая возможности нормально спать.

Быстро схватив остатки завтрака, она принялась за работу: целый день драила посуду, котелки скребла от жира, кастрюли, чайники тёрла от накипи. Кожа рук от воды сморщились, пальцы не слушались. Плечи и спина ныли. Затем перебрала в погребе целый чан картофеля, моркови и лука, выбрав испорченные овощи. Выбравшись из тёмного холодного погреба лишь к вечеру, она услышала, как её вторые родители вернулись, и не одни: дом наполнился весёлыми голосами. Они обсуждали предстоящую вечеринку и купленное на рынке сегодня. На какие деньги всё это куплено – не сложно догадаться.

– Лин, приготовь чай, быстро! – закричала из гостиной Варисса.

Бросив овощи, она побежала на кухню и поставила большой красивый чайник для гостей на огонь. Собрала сервиз, приготовила сахарницу.

Выйдя с сервизом в одной руке и урчащим чайником в другой, она увидела в парадной целую кучу новых вещей: шуба, изысканная мебель, картины, большой новый самовар, бутылки с дорогим вином, вешалка с платьями и шляпами, новое нарядное седло. Всё это стояло там и как будто бы смеялось ей в лицо. Из гостиной вышла Варисса, проследила за взглядом дочери, но, однако, даже не покраснела. Взяла из её рук чайник и сервиз.

– Иди, делай свою работу, я сама подам чай гостям, – поспешно ушла она обратно. А Лин всё стояла и смотрела на эту кучу вещей. Внутри всё яростно кипело.

Однако нахлынувшая ярость растворилась в последующие три дня. Количество работы, которой её загрузили вторые родители, буквально превратило девочку в ходячую усталость. Весь список работ она, естественно, не осилила и уже была готова принимать наказание. Однако родители так увлеклись новым, свалившимся на них внезапно богатством, что уже мало обращали на дочурку внимание. Потому в последний день пребывания в родном доме, рано утром она собрала свои немногочисленные вещи в сумку. Не считая одежды и запасной обуви, самое бесценное её имущество состояло из: картинки в рамке с настоящими родителями, милой расчёски с ручкой в виде головы лошади, подаренной когда-то родной мамой, и маленьким золотым колечком, подаренным на десятилетие родным папой.

С худой сумкой она вышла в парадную, где уже стоял тот самый королевский ополченец. Никто её провожать не вышел.

– Добро пожаловать на службу Королю, уважаемая Линетта Файеръярд! – отчеканил солдат. – Карета подана! Прошу!

Было ужасно больно, что никто не вышел проводить. Никому она уже не нужна и что с ней станет – никому не интересно.

Снаружи всё мелко и противно моросило. Она оглянулась ещё раз на дом, где прошло её детство, плавно переросшее в рабство… и прошла к карете. Ополченец помог взобраться на сидение, сел тут же рядом и захлопнул дверцу. Карета тронулась.

– Как замучил этот проклятый дождь! – выпалил он, вытирая лицо платком.

Лин вдруг расплакалась.

– Эй, ничего, не переживай. Если ты девка смышлёная, то справишься во дворце. Смышлёные там не только выживают, но и со временем занимают серьёзные посты! К тому же, я так понимаю, жизнь у тебя и тут не сладкая. Так что чего переживать уж…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.