Ивона Куш
Ты из прошлого

ПРОЛОГ

Погода в этот день была солнечная. Я сидела на шатком мостике и болтала ногами. Яркий свет лез в глаза, и я постоянно щурилась. Даже поля шляпки не помогали спрятаться от солнца. Было ужасно жарко. Хоть бы ветерок какой подул.

– Чего сидишь? – спросили у меня.

Обернулась и сразу нашла взглядом друга. Сашка хмурился и явно был чем-то недоволен.

– А что еще делать? – в свою очередь поинтересовалась у него. – Ничего не хочется. Даже тенек не спасает.

– Друзья на речку зовут. Чего в этом пруду чахнуть. Погнали с нами? На великах быстрее будет.

– На речку? – от его предложения сердце в груди застучало быстрее. Он на самом деле зовет меня туда? Вместе со своими друзьями, о которых я только слышала, но никогда не видела. Потому что, по мнению Сашки, я была еще слишком маленькая. Хотя мне было уже двенадцать. Он всего лишь на два года меня старше, а уже строил из себя взрослого.

– Сонька, ну ты чего, глухая что ли? – тяжело вздохнув, спросили у меня. – Не заставляй повторять. Так ты идешь или нет?

От такого предложения не отказываются, поэтому я, закивав головой, глупо заулыбалась, уже представляя себе, как останусь с ним наедине и… признаюсь. Осмелюсь и все-таки скажу, что он мне нравится. Ведь в этом нет ничего такого, верно? Думаю, я ему тоже нравилась. Так чего стесняться или сомневаться?

– Поторапливайся. Встречаемся через пять минут на кривой дороге. Надеюсь, еще не забыла, где она находится?

Конечно, нет. Но на ней можно было шею свернуть. Настолько она была неровной и вся в колдобинах. Но ведь Сашка будет рядом. Присмотрит за мной, чтобы я не упала.

Вскочив на ноги, помчалась домой, переодеваться. Все-таки ехать на велосипеде в коротком платье было не очень удобно. Поэтому решила переодеться в футболку и шорты. Заодно предупрежу маму, что поеду с Сашей на речку. Она ему доверяла, поэтому не станет возражать. Скажет только свое коронное…

– Будьте осторожны, – вздохнула она, когда я сообщила ей, что поеду с другом купаться. – Пусть путь и не долгий, но мало ли. Пока еще вы дети и мы за вас отвечаем.

– Мам, да что может случиться? – улыбаясь, спросила я. – Речка не глубокая совсем. От одного берега до другого можно пешком дойти.

– Не глупи, Сонечка, – покачав головой, пробормотала мама. Она стояла возле кухонного стола и вытирала о старое полотенце руки. Кажется, сегодня на ужин у нас будет тушеное мясо с овощами. – Нужно всегда быть осторожной и внимательной. Что-то мне немного тревожно.

– Мам, тебе всегда тревожно, – продолжая улыбаться, как последняя идиотка, сказала я. – Ладно, мне пора. Иначе Сашка без меня уедет.

Я выскочила из дома и побежала к старому сараю, за велосипедом. И пусть он был не такой дорогой и новый, как у Сашки, зато неубиваемый. Да, дребезжал на дороге, трясся, словно предупреждал, что вот-вот развалится. Но ведь так и не развалился!

Успела в последнюю минуту. Мчала на полной скорости, до сбившегося дыхания. Снова стало жарко. Уже хотелось сбросить с себя одежду, оставшись в одном купальнике, и прыгнуть в воду.

Сашка был явно недоволен тем, что ему пришлось меня ждать. Выговаривать же мне ничего не стал. Скользнул напряженным взглядом и, надавив ногой на педаль велосипеда, помчался в сторону речки. Я за ним, словно хвостик. Не хотелось отставать. Не то чтобы я боялась потеряться. Просто не хотелось терять Сашу из виду.

Так, время от времени обгоняя друг друга, мы и добрались до речки. И я наконец-то увидела друзей Саши. Они не очень-то были рады тому, что он приехал с «соплей». Именно так назвал меня один из мальчишек, морща нос. Из-за этого он стал походить на ворчливую сову.

– Я думал, мы порыбачим и покупаемся. А получается, что придется за ребенком следить, – проворчал он, когда я подошла ближе, чтобы поздороваться. Велик бросила неподалеку.

– Пусть потусит, – махнув рукой, сказал Сашка. – Чего ей одной в поселке тухнуть.

– Будто там дел никаких нет, – а это проговорил уже другой парень.

Их имен я не знала, представляться никто не торопился. Я же сразу назвала свое имя, чтобы у них не было соблазна называть меня Соплей или Малявкой.

Примерно час мальчишки делали вид, что увлечены рыбалкой. Рыба в это время обычно не клевала, поэтому они тратили время попусту. Я сидела рядом с ними прямо на траве и ждала, когда же мне будет позволено искупаться. А то, если полезу в воду впереди всех, начнут возмущаться, что я им тут всю рыбу распугиваю, поэтому и клева нет.

И вот настал тот момент, когда Сашка, встав с земли, стал раздеваться. Остальные последовали его примеру. Я, само собой, тоже. Ждала этого с того самого момента, как он предложил мне поехать на речку. Было так жарко, что с одежды уже можно было пот выжимать.

– Ну что, Санек, наперегонки, до того берега? – предложил парень, назвавший меня Соплей. Кивнув головой, он тем самым показал Саше, где этот самый берег находится. Будто друг об этом не знал. – Кто проиграет, сдает три сотки на пиво.

– А почему бы и нет? – хмыкнул Саша и ступил в воду. – Соня, от берега далеко не отплывай. Если с тобой что случится, твоя мать мне голову свернет.

– Ничего не случится, – проворчала я. Почему он считает меня ребенком? Я умела плавать и довольно неплохо.

Остальные двое парней отошли в сторону и стали собирать костер. Заметила у одного в рюкзаке пару упаковок с сосисками. Значит, голодными мы не останемся. Стало немного досадно из-за того, что я сама не додумалась что-нибудь с собой взять.

Стала осторожно заходить в нагретую солнцем воду. Странно, но мне почему-то перехотелось купаться. Казалось, что как только я полностью войду в воду, что-то произойдет. Но я не прислушалась к своему внутреннему я. Отмахнулась от него, и все-таки поплыла, ловко рассекая воду руками. Плавать я на самом деле умела. Поэтому не боялась.

Посмотрела вперед и увидела вдалеке две светлые макушки. Это Сашка со своим другом плыли в сторону дальнего берега. Я слышала их ругань. Они о чем-то спорили. И это несмотря на то, что из-за этого легко могло сбиться дыхание.

– Не заплывай далеко, Сопля! – услышала голос с берега.

Обернулась и показала парням язык. Я знала, что нельзя далеко заплывать. Могли и не предупреждать. Лучше бы занимались своим костром и не трогали меня. Жара стояла такая, что вылезать из воды не хотелось. Просидела бы в ней до самого позднего вечера. Да мама начнет искать, беспокоиться. Поэтому я ловила момент и наслаждалась водой, которая постепенно становилась прохладнее.

Сашка доплыл до дальнего берега первым. Я услышала недовольный крик его товарища, который обвинял друга в том, что тот сжульничал. Как бы он мог проделать это в воде, не знаю. Судя по всему, кое-кто просто не любил проигрывать.

Потом случилось то, о чем я впоследствии буду жалеть. Все-таки заплыла дальше, чем планировала, и меня стало тянуть в сторону течение. Попыталась выбраться, но ничего не получалось. Сил не хватало. Меня несло так быстро, будто я совсем ничего не весила.

– Помогите! – закричала перепугано.

А потом увидела, как Сашка, плывет в мою сторону. Только если в начале своего заплыва сил в нем было много, сейчас он тоже уже успел выдохнуться. Но, несмотря на это, плыл ко мне.

Слишком самонадеянно было с моей стороны пренебрегать его предупреждением. Сейчас я расплачивалась за свои глупость и невнимательность.

Саша почти доплыл до меня, когда сам внезапно стал тонуть. Сначала я не поняла, что происходит, но когда его голова погрузилась в воду, запаниковала еще больше. Собрала последние силы в кулак и рванула к нему. Кажется, даже смогла ухватить друга за руку, перед тем, как и меня поглотила вода.

Что случилось потом, я не помнила. В какой-то момент мозг просто отключился. То ли я была без сознания, то ли это такая защитная реакция, не знаю. Но только спустя несколько дней, уже находясь в больнице, я узнала, что Сашки больше нет. Мама сама сообщила мне об этом. Просто сказала, что его так и не нашли. А родители его уехали из поселка на следующий же день, после случившегося. Поэтому узнать что-нибудь у них не получится.

Я была разбита. Казалось, что из груди вырвали сердце, сжали его со всей силы, а потом запихнули обратно. И теперь оно, израненное и раздавленное, еле бьется. Я начала корить в случившемся себя. Потому что прекрасно понимала, кто виноват. Это из-за моей глупости Сашки больше не было рядом. Это из-за меня его не стало.

Понадобилось много времени для того, чтобы я смогла прийти в относительную норму. Залечить рану, которая продолжала кровоточить, не мог даже опытный психолог. Меня мучили по ночам кошмары. А из головы все никак не могли исчезнуть воспоминания, связанные с нашей последней встречей. С последним моим прикосновением к Сашке там, уже под водой, когда я схватилась за его руку, будто это могло спасти нас от гибели.

Саши не было в живых. Но и я чувствовала себя словно зомби. Мама переживала, возила меня в город, бегала по врачам. И только спустя много лет я смогла прийти в себя и реже думать о случившемся. Хотя и продолжала испытывать чувство вины. Поэтому о полном выздоровлении не могло быть и речи.

Друзья Саши со мной не общались. А если мы где и пересекались, то делали вид, что не знают меня. По сути, так оно и было. Ведь навряд ли они запомнили мое имя. Кто я для них? Сопля и Мелочь. А после того, как Сашка утонул, еще и убийца. Я слышала это ужасное слово, которое некоторые бросали мне в спину. Каково было мне, двенадцатилетней девчонке слышать подобное в свой адрес? Ужасно, мерзко, больно… И, разумеется, это усугубляло мое депрессивное состояние, из которого я никак не могла выбраться.

Время шло, и эта ужасная история стала выветриваться из голов тех, кто любил приложить острым словцом тех, кто им не нравится. Сколько раз так прикладывали меня? Сбилась со счета. Потом интерес ко мне пропал. Мы росли, взрослели и уже более холодно относились к окружающим. Так вот холодно стали относиться и ко мне. Больше не кидая в спину обвинения, зато прожигая взглядом.

В какой-то момент маме надоело видеть, в каком я состоянии после такого молчаливого столкновения с просто прохожими, которые и понятия не имели, что творилось у меня в душе. Мы собрали свои вещи и уехали из поселка, надеясь, что в городе нам все-таки будет лучше.

И там на самом деле было легче. Я будто впервые за долгое время смогла вдохнуть полной грудью. Пусть и вдох этот отзывался болью. Деваться мне от нее было некуда. Сколько бы ни прошло времени, она всегда будет со мной. Надеялась лишь, что смогу с ней жить. Воспоминания бы еще вытравить из головы. Может тогда и кошмары бы перестали мучить, подбрасывая яркие и жуткие картинки почти каждую ночь.

Глава 1

Мне не хотелось обратно. Но дела, связанные с работой, перенести было невозможно. И начальство заупрямилось, не желая отправлять другого сотрудника. Поэтому сейчас я собирала свои вещи, запихивая их в большой дорожный чемодан, и ругала Михаила Владимировича всеми известными мне нецензурными словами. Конечно же, он не знал о моем прошлом. Поэтому и не догадывался, насколько тяжело мне будет вернуться. Мать уговаривала остаться, однако, я не могла бросить работу. Нужно было на что-то жить. Если уволюсь, то черт знает на сколько времени застряну, как безработная. Потому что в большом городе работу было найти ничем не легче, чем в маленьком. Везде одинаковые проблемы.

– Я знаю, насколько тебе тяжело туда возвращаться, – проговорила мама, следя за тем, как я собираю вещи. – И что, Михаил Владимирович заупрямился? Неужели нет никого, кто мог бы справиться с этим лучше тебя?

– Говорит… – выдохнула я, застегивая молнию на чемодане. Это всегда было тяжелой задачей, вещей у меня было не мало. – Лучше меня сотрудника нет. И отказаться я никак не могу. Иначе, вылечу с работы.

– Понимаю, – напряженно сказала мама, хмурясь. Все это ей не нравилось. Впрочем, как и мне самой. – Просто меня беспокоит, что для этого надо возвращаться туда, куда не очень-то хочется. И почему они решили расширить свое производство именно там?

– Поселок расположен неподалеку. За столько лет вблизи открылось несколько филиалов. И наше руководство решило, чем черт не шутит. Место неплохое. Экологию бы не загубили. Иначе местные начнут протесты устраивать.

– Я бы тоже на их месте негодовала.

– Ты думаешь, мне это все нравится? – немного нервно проговорила.

Вещи были собраны. Осталось только переодеться, проверить еще раз документы и отправляться в путь. В место, в которое я надеялась больше никогда не вернуться. Мне будет там плохо и тяжело. Хуже станет, если я увижу кого-нибудь из прошлого. И меня узнают… Я словно преступник, решивший, после отсидки, вернуться домой. И все кругом знают, кто я и что совершила.

Мама спорить не стала. Просто продолжила наблюдать за мной. Она волновалось. И ее можно было понять. Самой будто иголки под кожу вогнали. Я боялась столкнуться с прошлым. Боялась снова увидеть ненавидящие взгляды. И тех людей, которых, я думала, оставила в прошлом навсегда. Как и воспоминания, что периодически все-таки не давали мне покоя. Особенно по ночам, когда я была больше всего уязвима.

Я всегда боялась высоты. Поэтому билет на самолет даже не рассматривала, предпочтя поезд. Пусть он и привезет меня на место позже, зато безопаснее. Да и у меня будет больше времени на то, чтобы подготовиться к встрече, которая была назначена в первый же день моего прибытия на место.

Было раннее утро. Когда вышла из подъезда, сразу заметила одиноко стоящее неподалеку такси. Меня уже ждали. По недовольному лицу водителя было сразу ясно, что он не очень доволен столь ранним заказом. Я и сама не отказалась бы поспать лишний час. Только начальник был непреклонен и сказал отправляться на место как можно скорее, чтобы разобрать текучку и приступить к полноценной работе. А там меня уже должны будут сменить другие сотрудники компании, которых должны были уже подобрать.

Уже через двадцать минут я стояла на платформе и показывала проводнице свой билет. Она тоже была чем-то недовольна. Хмурилась, проверяя мои документы и нервно покусывала ярко накрашенные алым губы. В глазах была заметна усталость. Поэтому я ее не торопила, а ждала, когда же мне, наконец, вернуть документы.

– Проходите, – произнесла она, возвращая мне билет. – Ваше место с правой стороны от входа.

– Спасибо, – поблагодарила женщину и, покрепче ухватив за ручку свой чемодан, подошла к подножке, чтобы ступить на нее. Хорошо, что на этот раз я предпочла каблукам удобные кеды. Сельская местность не подразумевает романтические прогулки на шпильках. Там даже на более-менее устойчивом каблуке можно ногу подвернуть.

Поставив свой чемодан в начале вагона, в месте для багажа, упала в кресло неподалеку, откинулась на спинку и прикрыла глаза. У меня было время… Но хватит ли его? Сердце все так же бешено стучало в груди, не давая покоя. А в голову лезли жуткие мысли. И воспоминания, которые никак не удавалось запихнуть куда подальше. Я жить нормально не могла. Пусть боль и притупилась, она никуда не ушла. И время от времени грызла изнутри.

Отвернулась от окна. Солнце уже просыпалось и ярко светило прямо в глаза. Пока еще не грело, но вот-вот собиралось это сделать. Если бы сейчас было лето, я бы уже плавилась. А так испытывала лишь легкий дискомфорт.

Поезд дернулся и стал медленно набирать скорость. Я почти не слышала стука колес. Вставила в уши наушники и включила на плеере любимую подборку музыки. Мне никогда не нравился шум города. И сейчас я хотела отгородиться от разнообразия звуков приятной музыкой. Она должна была расслабить меня и успокоить.

Не знаю, как там с расслаблением, но вот снотворным эффектом она обладала хорошим. Минут через пять я задремала. А проснулась лишь когда электронный голос объявил, что мы прибыли к нужной станции. К слову сказать, народу в вагоне было не так чтобы много. Поэтому толкучки на выходе не произошло.

Я плохо помнила, как выглядела станция, когда я покидала эти места. Меня тогда мало что вообще волновало и интересовало. Хотелось сбежать, забыть… К сожалению, стереть себе память было невозможно. Особенно ту часть воспоминаний, которые продолжали волновать и пугать.

Меня должна была ждать машина. Но у станции никого не оказалось. Точнее, стояло всего несколько автомобилей. Жигули, которые, кажется, в последний раз были на ходу лет сорок назад и старенькая иномарка. На бампере «красовался» какой-то слегка проржавевший кружок, по которому сложно было понять, что это за марка автомобиля такая.

Достала телефон и попыталась вызвонить начальника. Но тот, как назло, не отвечал. Хотя время было уже вполне себе рабочее. Странно…

И что теперь делать? Вероятно, за мной вообще никто не приедет, а я тут топчусь и чего-то ожидаю. Еще немного и вернусь на станцию, возьму билет в обратную сторону и поеду домой. И плевать, если меня после такого фокуса уволят.

Пока обдумывала все это, добрела до автобусной остановки.

Идти пешком до поселка было довольно далеко. Поэтому я осталась стоять и ждать автобуса. Желания глотать пыль не было. Не хотелось тратить время на незапланированные прогулки вдоль дороги. Тем более, это было не совсем безопасно.

Я настолько глубоко погрузилась в свои мысли, что не сразу заметила остановившуюся прямо напротив машину. Нет, это были не те загубленные временем жигули. И не неизвестная мне иномарка. Вполне себе приличная машина. Для сельской-то местности. Хотя, кажется, сельская она только у станции. Я видела в отдалении многоэтажки, которых раньше не было. Тут, видимо, решили построить целый жилой комплекс. Почему бы и нет? Станция относительно недалеко, до города добраться можно.

– Ты чего тут в одиночестве и так рано стоишь? – спросил у меня водитель, вылезая из машины.

Он ухватился одной рукой за дверцу, а ладонью второй держался за крышу. Будто боялся упасть.

– А что такого? – не очень-то доброжелательно спросила я.

Никаких знакомств заводить здесь я не собиралась. Просто хотела отработать обговоренные заранее дни. Успеть на встречу, которая была запланирована на вот прямо сейчас и вернуться домой.

– Автобуса часа два ждать будешь, – хмыкнул молодой человек.

Он был довольно симпатичным. Русые волосы, не короткие, но и не особо длинные, светлые глаза, широкие плечи… В общем, таких много. Взгляду особо не за что было зацепиться. Симпатичных и в городе было предостаточно. Видела и красивее.

Наверное, у меня просто-напросто аллергия на мужчин. Мне с ними всегда было трудно. Разговор не клеился, интересов общих не было. Про то, чтобы перейти с кем-нибудь на более серьезную ступень общения не могло быть и речи.

– Ты чего такая вредная? – спросили у меня, улыбаясь. – Садись, подвезу.

– Откажусь от вашего предложения, – сухо проговорила, отворачиваясь и делая вид, что меня очень интересует что-то, что находится слева от меня. Там, где-то далеко. – Не стоит себя утруждать.

– Ну, сама смотри, – не стал настаивать незнакомец. – Если что, я тебя предупредил. Скажем так, по-дружески. Потом не срывай свою злость на водителе автобуса.

Говорить в ответ ничего не стала. Меня и не собирались слушать. Сели в машину и поехали дальше, поднимая в воздух небольшое облачко пыли. Хоть бы дождь небольшой пошел. А то я, пока стою и жду автобус, наглотаюсь ее столько, что потом дышать нормально не смогу.

Шло время, на остановке, помимо меня, ожидали автобуса еще двое. Судя по слегка помятому виду и старой одежде, мужчины никуда не торопились. И вообще, недавно проснулись в ближайших кустах и вдруг решили, что пора трогаться в сторону дома.

Ноги устали, а терпение мое было на пределе. Какой был смысл облагораживать часть поселка, не озаботившись при этом решением транспортного вопроса. Тут что, один автобус на всю область? Раньше, вроде как, таких проблем не возникало.

И вот стояла я, слушала не очень связный разговор товарищей по несчастью, медленно закипала… Потом мне таки соизволили позвонить и уточнить, где это я застряла. Девушка довольно милым голоском (будто с ребенком разговаривала) стала выспрашивать, все ли у меня нормально. Нормально у меня, впрочем, ничего не было. Что я и не думала скрывать.

Мне было интересно узнать, куда запропастилась машина, которая должна была забрать меня от станции. Как оказалось, приезжать за мной сюда никто не собирался. Потому что подумали, что я полечу на самолете, чтобы не тратить время на трясучку в вагоне поезда. Сейчас меня как раз ждали возле аэропорта. До которого, стоит отметить, примерно минут сорок пути.

– То есть, никто и не подумал уточнить этот вопрос у руководства? – я старалась говорить спокойно. Кто же виноват, что получалось это из рук вон плохо.

– Видимо, произошла путаница, – еще более противным голоском заговорили со мной. – Но ничего страшного. Если автобус не приедет к моменту, когда машина доедет до станции, то вас заберут и привезут на место встречи.

Я тут уже столько стою, что первое, что я хочу сделать по приезде – это поесть. Потом помыться, переодеться, просмотреть еще раз документы, и только после этого идти на встречу. Поэтому я не очень понимала, о чем мне тут толкуют.

Вот ведь, черт… Надо было не ломаться и таки поехать с тем парнем. Авось бы повезло не нарваться на какого-нибудь психа, которых обычно по весне столько на улицу выбегает, что страшно становится.

Все-таки решившись, направилась по дороге в сторону поселка. Надо было скинуть дома вещи и бежать на встречу.

Интересно, а как там сейчас? Дома… Я не была там с того самого дня, как мы окончательно переехали. Я бежала отсюда, бросив все: немногочисленных друзей, учебу, привычный мир. Что ждет меня за стенами родного дома сейчас? Как только я открою входную дверь и переступлю порог. Знала лишь, что дом еще стоит. И выглядит вполне себе ничего. Насколько можно применить это слово к месту, в котором годами никто не появлялся.

Спасибо соседке, маминой старой подруге, присматривала за ним. Не так чтобы у нас разгуливали мародеры, но мало ли.

Ноги начали уставать уже на полпути. Дорога здесь по-прежнему была не очень. И на ней вполне можно было свернуть себе шею. Я шла вдоль обочины, внимательно смотря себе под ноги и время от времени поглядывая на машины, проезжающие мимо. Может, попробовать поймать попутку? С другой стороны, к тому парню я в машину не села. А сейчас буду сама же себе противоречить. Вот что со мной сделала усталость.

На полпути до дома у моего чемодана отвалилось одно колесико. Пришлось останавливаться и искать его. Что было довольно затруднительно, потому что отлетело оно в высокую траву. В которую я и полезла, оставив чемодан прямо на обочине. Тащить его за собой было бы верхом безумия.

Склонившись над травой, пошла искать пропажу. Под ногами хрустели тонкие ветки и сухая трава. В лицо дул легкий ветерок, слышался близкий стрекот кузнечика.

Я словно провалилась в прошлое, угодив в черную воронку. Воспоминания снова нахлынули, только на этот раз с удвоенной силой.

В тот день Сашка повел меня к полю. Ему было скучно, и он решил прогуляться. Позвал меня, а я, само собой, не могла отказаться. Находиться рядом с ним было волнительно. И как должна была поступить влюбленная девчонка? Я бы пошла за ним и в сильную грозу. Она, впрочем, настигла нас позже, когда мы уже бродили по полю в поисках диковинных насекомых. Собирали их в банку с широким горлышком и шли дальше, высматривая в траве очередного кузнечика или паука. Что потом с ними делать, знал только Сашка. А делиться со мной секретами он не собирался. Улыбался время от времени, будто задумал каверзу. А признаваться, в чем дело, не хотел.

И вот мы собрали довольно много насекомых. Они точно были недовольны столь тесному соседству друг с другом.

– И что ты будешь с ними делать? – не знаю, в который уже раз, поинтересовалась я у друга.

– Попробую ловить на них рыбу, – пожав плечами, все-таки ответили мне.

В этом не было ничего странного или удивительно. Поэтому стало непонятно, зачем надо было сначала это скрывать. Получается, он сказал первое, что пришло ему в голову. На самом же деле, он задумал что-то другое. Просто пытается обмануть меня. Судя по всему, я надоела ему со своими расспросами.

А на следующий день я узнала от соседки, что Сашка запустил насекомых в дом парня, который часто задирал его в школе. Видимо, другу надоело терпеть подобное отношение, и он решил отомстить. С одной стороны, я могла его понять. С другой – осуждала. Всегда считала, что надо уметь договариваться. И если Саша не мог объяснить тому парню, что подобным образом поступать не следует, значит, сам виноват.

Так я думала раньше, пока не нырнула с головой в мир бизнеса. Тут простыми словами ничего не объяснишь. Да даже если и попытаешься, никто не станет тебя слушать. Ты либо работаешь, либо идешь и ищешь другое место. Потому что, если сам не уйдешь, не оправдав ожиданий руководства, легко вылетишь за малейший проступок.

Я вынырнула из воспоминаний, будто из холодной воды. Вдохнула глубоко воздух раз, потом второй, пытаясь вернуть себе чувство реальности. Помогало плохо. Сделала шаг вперед и наступила на что-то твердое. Не удержав равновесия, стала падать в траву. Взмахнула руками, словно была хотя бы слабая надежда за что-нибудь ухватиться. Но хвататься было не за что. Поэтому я таки упала, сильно ударившись правым коленом. И, кажется, порвала себе джинсы…

Встав на карачки, начала медленно подниматься. И зацепилась взглядом за злосчастное колесико, на которое, кажется, и наступила. Просто замечательно… причиной моей травмы стало колесо от чемодана.

Посмотрела на ноги, и стало еще более паршиво на душе. Джинсы я все-таки порвала. Но это полбеды. Еще и колено разодрать умудрилась. И как до дома добираться? Знала бы, чем все закончится, не раздумывая бы села в машину того незнакомца. Это я думала, что идти по дороге будет безопаснее. Дура… И как меня еще с работы не погнали?

Подняв с земли колесико, обернулась, ища взглядом чемодан и… И обнаружила его валяющимся на дороге. А мои вещи, которые я тщательно в него утрамбовывала, лежащими рядом, на земле. Благо, вывалиться успело не все. Но вот то, что вывалилось…

И, как назло, мимо проезжала уже знакомая машина. Только направлялась она теперь в другую сторону. Видимо, водитель заметил, в каком я плачевном состоянии. Притормозил с противоположной стороны дороги и вышел из автомобиля. Я же стала поспешно собирать разбросанные вокруг меня вещи.

– Ты удивительная, – сказал незнакомец, подходя ближе. Он поднял что-то белое с земли и стал внимательно рассматривать свою находку. Ей, к моему стыду, оказалась сорочка. Короткая, шелковая, с тонким кружевом на лифе. – И вкус у тебя ничего такой…

– Отдай! – выдохнула я, чувствуя, как щеки начинают гореть от смущения.

– Да ладно тебе, – пожав плечами, проговорили в ответ.

Я ухватилась пальцами за шелковую сорочку и потянула ее на себя. Раздался характерный для рвущейся ткани треск. Нет, ну он издевается…

– Ты что делаешь?! – воскликнула, во все глаза смотря на нахала. – Отпусти!

– Ладно, – ухмыльнувшись, проговорили в ответ и таки отпустили несчастную порванную сорочку. Еще и руки приподняли в примирительном жесте. – Не кипятись.

– Я что, чайник, чтобы кипятиться? – проворчала, шустро запихивая вещи в чемодан. И что теперь делать? Молния разъехалась в стороны и ее никак не застегнуть. А идти еще полпути. Я же так все по дороге растеряю.

– Ну, немного похожа, – продолжил издеваться незнакомец. – Кстати, меня Александр зовут. А тебя как?

Говоря это, он присел на корточки рядом со мной и тоже стал запихивать вещи в чемодан. Никто его о помощи не просил, поэтому я продолжала злиться. Так и хотелось сказать ему пару ласковых. Еще и имя у него было… будоражащим ненужные воспоминания.

– Так тебя подвезти? Или продолжишь упрямиться? – укладывая в чемодан косметичку, что валялась прямо у его ног, поинтересовался Александр.

– Ты ехал в другую сторону, – заметила я. – Так что нам точно не по пути.

– Да ладно, – улыбнувшись, отмахнулся от моих слов молодой человек. На вид, кстати, ему было примерно столько же, сколько и мне. Хотя, если бы он вдруг отрастил бороду, то выглядеть бы стал взрослее. И ему, наверное, пошла бы борода…

Мотнула головой, возвращая себе ясность ума. А то начала тут о всяких глупостях думать.

Когда все вещи, которые валялись на дороге, снова оказались в чемодане, я выпрямилась и стала осматриваться по сторонам. Машин поблизости не наблюдалось. Не считая той, владельцем которой был Александр.

– Я не кусаюсь, честно, – продолжая улыбаться, проговорил он. – Да и как ты потащишь чемодан?

– Никак, – пожав плечами, сказала в ответ. Он был прав. Тут нечего было возразить. Даже если сильно хотелось. – Поэтому, я рискну поехать с тобой.

– Ну, надо же, – протянул мой новый знакомый. С которым, впрочем, я изначально не горела желанием знакомиться. – Какая честь.

– Издеваешься? – прищурившись, поинтересовалась. – Или ты всегда такой?

– Всегда, – подтвердил мои опасения Александр. – Кстати, перед тем, как сядешь в мою машину, хотя бы представься. Потому что получается, что я непонятно кого везу.

– Спасибо за сравнение с не пойми кем, – проворчала я, но все-таки посчитала нужным представиться. Он снова был прав, не очень воспитанно с моей стороны оставаться инкогнито. Он свое имя назвал, а я забыла о простейших правилах приличия.

– София, – назвала свое имя.

Когда произносила его, на Александра не смотрела. Сейчас меня больше заботил чемодан, который надо было как-то осторожно доволочь до машины, при этом не потеряв по дороге что-нибудь из элементов одежды. Совсем паршиво будет, если это окажутся предметы нижнего белья. И если кто узнает…

Снова мотнула головой. Да что со мной происходит?

– Соня, значит, – сразу сократил мое имя Саша. Что ж, первым начал.

– Да, но…

– Так и буду к тебе обращаться, – не дав мне договорить, сказал молодой человек. – Давай чемодан, дотащу. А ты иди к машине.

Я бы возразила, только вот сомневалась, что смогу доволочь свою ношу до автомобиля. Чемодан был не маленький. Еще и без колеса, которое я, из-за всей этой суеты, кажется, запихнула в его недра.

Вскоре мы уже ехали в сторону поселка. И чем ближе подъезжали, тем все сильнее я убеждалась в том, что поселок и в самом деле разросся до размеров небольшого городка. Это было непривычно и странно. Потому что в моей памяти все осталось другим. И сейчас я словно попала в незнакомое место.

Раньше вдоль дороги стояли деревянные домики, максимум в два этажа. Теперь же вполне себе современные дома. Не такие высотки, как в городе, но все же. Магазинов стало больше. Как и машин.

– Ты была здесь когда-нибудь? – поинтересовались у меня.

– Бывала, – уклончиво ответила. Не хватало еще с ним откровенничать.

– Куда тебя везти?

– На Климовскую улицу, – решила ограничиться только частью информации. – Там сама доберусь.

– Да ладно тебе. Я вполне в состоянии довезти тебя прямо к дому.

– Это ни к чему.

Я настороженно посмотрела на Сашу. Было в нем что-то… подозрительное. Он внимательно следил за дорогой, не превышал скорость. И вообще выглядел сосредоточенным и задумчивым. Пусть голос его и казался беззаботным.

– Ты что, думаешь, я маньяк какой? – легко догадался, о чем я тут сижу и думаю, Саша.

– Как ты мог такое подумать? – сделала вид, что искренне удивилась.

И когда я успела перейти с ним на «ты»? Мы знакомы всего минут тридцать, а уже так свободно разговариваем. И ведь не факт, что еще когда-нибудь увидимся.

– Да у тебя на лице все написано, – бросив на меня быстрый взгляд, сказал Александр. – Ты плохо скрываешь свои эмоции.

– А ты человек в маске что ли?

Я отвернулась от него и снова посмотрела в окно. Любоваться местными красотами всяко интереснее, чем смотреть на лицо этого парня. Еще немного и он начнет меня раздражать. А ведь я должна была испытывать к нему благодарность.

– Можно сказать и так, – не стал спорить Саша.

Я снова посмотрела на него. Только теперь с явным интересом. Что-то в нем показалось мне знакомым. То ли интонация голоса, то ли поведение… Словно… мы уже были знакомы до этой случайной встречи. Хотя это невозможно. Я знала только одного Сашку. И он давно умер.

Я всячески старалась избежать ненужных разговоров. Но мой новый знакомый оказался ужасно болтливым. Точнее будет сказать – любопытным. Почему-то его заинтересовала улица, на которую мне нужно было как можно скорее попасть. Я в свою очередь старалась отмалчиваться. Или отвечать короткими фразами, не вдаваясь в подробности.

– Можешь остановить здесь, – сказала, когда увидела смутно знакомую улочку. И забор… Высокий, с облупившейся местами зеленой краской. – Я дойду отсюда. Ты, наверное, торопишься. Не хочу тебя задерживать.

– А ты хочешь поскорее от меня избавиться, – резко сменив тон разговора, заметил Саша. – Что-то скрываешь?

Медленно повернула в его сторону голову, прекращая гипнотизировать зеленый забор. Я не ослышалась? И вообще, это тот же молодой человек, который был настолько любезен, что решил помочь девушке, оказавшейся в беде? Или это уже совсем незнакомый персонаж, легко сыгранный талантливым актером. Иначе с чего вдруг черты его лица стали более резкими, а взгляд – колючим.

– Просто не собираюсь откровенничать с малознакомым человеком, – и ведь не слукавила, когда говорила все это.

– Ну, как хочешь, – ухмыльнулся Александр и таки притормозил неподалеку от забора, на который я продолжала посматривать. Смотрела бы куда угодно, лишь бы не видеть водителя. Уже начала жалеть, что вообще согласилась сесть к нему в машину. Знала же, что не все так просто.

Выскочила из иномарки, дождалась, пока мне достанут несчастный чемодан, и заторопилась вдоль забора. Не забыв при этом распрощаться со своим новым знакомым. Надеюсь, навсегда.

Поскорее бы скрыться от его колючего взгляда. Кожей чувствовала, что меня будто препарируют. От этого было еще больше не по себе.

Молния на чемодане вот-вот норовила снова разъехаться в разные стороны. Колесико так и не было приделано, поэтому пришлось тащить свой багаж в руках. Так что мое «заторопилась» больше было похоже на смешную и медлительную походку уточки.

Только я скрылась за забором, как услышала характерный треск и звук таки разъезжающейся в разные стороны молнии. Черт… Словно на мою голову посыпались проклятия, как только я оказалась в этом злосчастном поселке.

Руки уже болели от напряжения. Хотела аккуратно поставить чемодан, но не получилось. Он буквально выпал из рук. И, как следствие, мои вещи снова оказались на земле. Правда, не в таком количестве, как до этого. Но вот то, что снова на ней оказалось…

В общем, сорочку, которая когда-то была дорогой и красивой, все-таки придется выбросить. Потому как я замучаюсь ее сначала зашивать, а потом стирать. Ткань поехала в разные стороны и на ней появились затяжки.

Молния постоянно заедала. Но, с горем пополам, мне удалось снова закрыть чемодан. И опять, вразвалочку, брести дальше. Пусть высокие дома и построили совсем недалеко отсюда, но вот дорогами пока еще не занялись. И на этих узких и кривых тропках легко можно было сломать себе ноги.

Как назло еще и телефон зазвонил. Но так как руки у меня были заняты, ответить на звонок я не могла. Если прибавить к этому огромное нежелание возвращаться в дом, где прошло все мое детство и юность… Чувствовала я себя паршиво.

Я увидела его сквозь просветы между листьями деревьев. Как и тогда, давно, в детстве, дом выглядел заброшенным. Мама любила растения и засадила в свое время ими весь участок и близлежащую территорию. И что-то, судя по всему, прижилось здесь на многие годы. И теперь пройти нормально к калитке было невозможно. Все вокруг было заросшим.

– Кто там шуршит? – прозвучал хрипловатый голос.

Обернулась и увидела мамину старую подругу. Она до сих пор жила здесь, в соседнем доме. И сейчас мы встретились на тропинке, спустя… черт знает сколько лет.

– Здравствуйте, тетя Маша, – поприветствовала я женщину, улыбаясь. – Узнали меня?

Она прищурилась, будто у нее были серьезные проблемы со зрением. Хотя я, со слов матери, знала, что никакими проблемами со зрением эта женщина никогда не страдала.

– Ну, так, – передернув худыми плечами, проговорила тетя Маша. – Припоминаю. Не думала, что вообще тебя еще хотя бы раз увижу. Вот и удивилась, когда твоя мама позвонила и сказала, что ты едешь. И чтобы я проследила за тобой. Мало ли что.

– А зачем за мной следить? – напряженно переспросила. Не понравились мне ее последние слова. Уж слишком жутковато они прозвучали. – Я вроде уже не ребенок.

Чемодан снова норовил упасть и разбросать мои вещи по земле. Поэтому я аккуратно поставила его перед собой. Ничего… я уже у дома. Если что и случится, то кроме тети Маши этого увидеть никто не должен. Ну, я надеюсь…

– А кто вас, молодежь, знает? – фыркнула соседка, еще больше щурясь. – Наделаете глупостей, а взрослым потом расхлебывать. А нам, старикам, лишний раз нервничать нельзя.

– О чем вы?

Почему она говорит загадками? Думает, я могу прочитать ее мысли? Или заранее знаю, о чем она сейчас будет говорить? Глупости какие…

– Потом как-нибудь поговорим, – ушла от ответа тетя Маша. – Ключи от дома у тебя есть?

– Да, – кивнув, сказала. А сама стала вспоминать, куда их запихнула. Они, как и почти все, что я взяла с собой, лежали в чемодане, спрятанные в боковом кармашке, приспособленном для документов и, собственно, ключей.

– Ну, тогда добро пожаловать домой, – ухмыльнувшись, проговорила женщина. – Обустраивайся. Я, в силу возраста, за участком ухаживать не могла. Сама разберешься, если время найдешь.

Посмотрела в сторону участка и нервно выдохнула. Разбираться тут… это же пару недель убить точно. А у меня встреча. И нужно как можно скорее на нее попасть. Правда, непонятно, как я буду до нее добираться. И ждет ли меня вообще кто-нибудь. Или, как в случае с машиной, которая должна была встретить меня у станции, кто-то что-то не так понял.

– Спасибо, – поблагодарила женщину. Правда, не очень-то понимала, за что. Но надо было что-то сказать.

– Да ладно, – поморщившись, проговорила тетя Маша. – Пойду я, – она махнула рукой в сторону своего дома. – А то у меня там сериал начинается. Некогда мне.

Помнится, сериалы всегда были ее страстью. Могла целыми днями из дома не выходить, если по телевизору начинали крутить какой-нибудь из ее любимых мелодрам.

Соседка отвернулась и пошла по тропинке к небольшому одноэтажному дому, который так же был частично скрыт густой листвой деревьев. Я же стала прикидывать, смогу ли без приключений добраться до крыльца. Или мой чемодан снова решит вывалить все свое содержимое прямо в траву.

Не знаю, в какой именно момент мысли резко перескочили с чемодана на Александра. Но они таки перескочили. И как я не старалась, не могла выбросить образ нового знакомого из головы. Почему-то он не давал мне покоя. Нет, я не испытывала к нему особой симпатии. Мне, скорее всего, просто было любопытно. Почему именно он повстречался на моем пути? И с чего вдруг прицепился. Сомневалась я, что помочь он мне решил просто потому, что ему вдруг стало меня жалко. Но что я ему сделала? Мы не виделись до этого дня ни разу. Я бы запомнила, если бы мне на пути повстречалась такая двуличная язва.

Калитка не сразу поддалась, но все-таки, со скрипом, открылась. Дальше уже было немного проще. Тропинка, ведущая к крыльцу, была не такой заросшей, как все вокруг. Поэтому до двери я все-таки добралась. Потом еще пару минут потратила на то, чтобы найти ключ. И еще примерно полминуты, чтобы открыть замок, который успел слегка проржаветь. Поэтому и проворачивался с трудом.

Войдя внутрь, сразу же осмотрелась по сторонам. Пыли и грязи тут скопилось достаточно. Что было не удивительно. Сколько лет мы сюда не приезжали? Подумывали даже продать дом. Но в последний момент мама передумала. А я не стала настаивать.

Бросив чемодан, первым делом пошла проверять, как обстоят дела с водой в ванной комнате. И чуть было сердце из груди не выпрыгнуло, когда кран затрясся так, будто из него не вода должна была политься, а какой-нибудь монстр пытался выбраться.

Вода таки потекла. Примерно через минуту жутковатых звуков и трясучки. Так что я, больше не теряя времени, стала готовиться к водным процедурам. Сейчас приведу себя в порядок, и уже после этого позвоню сотруднику производства и обговорю время встречи. После всех моих приключений, попробуют только возмутиться. Я столько времени убила, чтобы добраться до дома. Подождут еще немного.

Вода была еле теплая, поэтому надолго я в ванной не пробыла. Потом переоделась в чистые вещи, которые каким-то чудом не вывалились сегодня из чемодана, убрала волосы в высокий хвост… И таки схватилась за телефон. Который, по закону подлости, был почти разряжен.

Договорившись о встрече, стала собираться на выход. По-хорошему, нужно было что-нибудь перекусить, так как я давно ничего не ела. Несмотря на это, решила, что еще успею утолить голод, когда разделаюсь со всеми делами, которые висят на мне невидимым грузом с самого утра.

Выйдя из дома, уже по знакомой тропинке, направилась в сторону автобусной остановки. Искать здесь такси было занятием бесполезным. С маршрутом я ознакомилась по навигатору, поэтому уже знала, что на дорогу я потрачу примерно минут сорок. Это если автобус прибудет вовремя. И первый, и второй…

В самом поселке дело с транспортом обстояло получше, поэтому идти до места встречи пешком не пришлось. К моей досаде, со вторым автобусом получилось не так гладко, как с первым. Да и потом, от остановки пришлось еще бежать, чтобы не опоздать. Кстати, пора перестать называть это место поселком. За столько лет тут отстроили самый настоящий городок.

В итоге, в небольшой ресторанчик, в котором решено было встретиться и обговорить дальнейшее сотрудничество я не входила, а вбегала. Хорошо еще, что я была не на шпильках, а предпочла удобные туфли на низком и устойчивом каблуке.

Моим собеседником оказался пожилой мужчина с залысиной на голове. Одет он был слишком тепло для поздней весны: серый деловой костюм из плотной ткани, ботинки… Еще и галстуком себя слегка придушил.

Он сидел за дальним столиком и делал вид, что его очень интересует газета, которую он читает. Но, увидев меня, она уже не так сильно его интересовала. А я поняла, что никакого сотрудничества у нас не получится. Потому что взгляд мужчины сразу стал сальным, противным и… В общем, от него снова хотелось помыться. И плевать, что вода из крана течет чуть теплая.

Сбавив скорость, я нехотя пошла в его сторону. Деваться все равно некуда.

– А-а-а, – протянул мужчина, вставая из-за стола и протягивая мне руку, – вы пришли. А я уж было подумал, что испугались.

Если это у него шутки такие, то было не смешно. Вот ни капельки.

Пожимать пухлую руку желания не возникало. Как и подходить к этому человеку. Ноги сами несли мое тело на встречу с коллегой. Кажется, если мне не изменяет память, его звали Петр Емельянович.

– Добрый день, София Николаевна, – поприветствовал меня мужчина, растягивая губы в еще более неприятной улыбке.

– Добрый, – выдавила из себя, все-таки протягивая руку для рукопожатия. Кажется, в сумочке, которую я с собой взяла, лежали антибактериальные салфетки. – Петр Емельянович, если я не ошибаюсь? – решила на всякий случай уточнить.

– Да, – сделал вид, что обрадовался моей догадливости новый знакомый. Уж слишком много их за один день. – Очень рад знакомству, – говоря это, он дергал мою руку, словно намеревался ее оторвать. Я же делала вид, что все нормально. Даже получилось улыбнуться. И, вроде как, не очень-то и кровожадно. – Присаживайтесь, дорогуша. И закажите чего-нибудь. Иначе я закажу за вас.

Еще чего не хватало. Если я буду есть то, что закажешь ты, то рискую в скором времени выглядеть точно так же. То есть, напоминать самой себе шарик на тонких ножках. Впрочем, может, в моем случае, они будут и не тонкими.

– Благодарю, – усаживаясь на стул напротив Петра Емельяновича, пробормотала. – Вы очень внимательны.

– Я всегда внимателен к красивым девушкам, – заметил мужчина. И снова скользнул по мне плотоядным взглядом.

– Но мы встретились не для того, чтобы тратить время на еду, – решила обратить внимание своего собеседника на столь важный, как мне казалось, факт. – Надо решить ряд вопросов, связанных с нашим предприятием. Руководство ждет отчет. А мне пока нечего им предоставить. Для этого мне нужно все осмотреть и провести анализ рисков. Дабы избежать в дальнейшем неприятных ситуаций.

– Сразу заметна деловая хватка, – решили похвалить меня. Во взгляде же мужчины промелькнуло разочарование. Он, судя по всему, и в самом деле думал, что я примчалась сюда, чтобы приятно провести время в компании сомнительной личности. – Но разве можно обсуждать подобные вопросы на голодный желудок? – поинтересовались у меня.

Пожевав губами, он опустил взгляд на свою тарелку, которая уже почти опустела. Кажется, я умудрилась нарушить его планы. Что ж, ничего страшного. Возможно он, разочаровавшись в своем компаньоне, все-таки отпустит меня с миром. И я пойду работать дальше. Возможно, на производстве найдутся сотрудники более компетентные и подкованные в вопросах, которые нужно обсудить.

Чтобы хоть чем-то занять руки, которые слегка дрожали, потому что я, чего уж скрывать, нервничала, решила заказать себе кофе. И уже спустя пару минут крутила белоснежную чашечку в руках.

Из Петра Емельяновича ничего нельзя было вытрясти. Он и в самом деле не знал, что следует говорить. Как дослужился до высокой должности – загадка. Поэтому я все-таки решила для себя, что не лишним будет наведаться на само производство и уже на месте во всем разбираться. Потому что мне нечего было сказать начальству. Кроме того, что отдел кадров работает из рук вон плохо, раз принимает на работу столь некомпетентных сотрудников.

– Сонечка, ну что же вы такая хмурая? – поинтересовался у меня мужчина, снова изучая взглядом. – Все решим, все замечания учтем. Никто из нас не хочет терять работу.

Это он так жирно сейчас намекнул на то, что боится, что его погонят с насиженного места? Что вполне может произойти, если я смогу доказать, что его опыта и знаний не хватает для того, чтобы занимать столь высокую должность. И этого человека поставили руководить производством… Да он плавает во всем, что касается работы.

– Я надеюсь, что вы прислушаетесь к моим замечаниям. Если они возникнут, – предупредила.

– Какие замечания, Сонечка? – Он на самом деле удивился или сделал вид, притворившись глуховатым на оба уха? – У нас все идеально. Вот приедете завтра на производство и все своими глазами увидите. Сотрудники у нас, что надо. Отбирали в основном из местных. Чтобы всем было удобно до работы добираться. Поэтому люди заинтересованы в том, чтобы удержаться на своих местах.

Вот завтра я на это все и посмотрю…

– В таком случае, разговор можно считать оконченным, – сказала и допила одном глотком оставшейся кофе. – Завтра утром я прибуду на производство и все осмотрю. Переговорю с сотрудниками и уже потом составлю отчет. Руководство предупредило, чтобы я не тратила на него много времени. Поэтому надеюсь, что у вас на самом деле все хорошо. И никаких замечаний не будет.

– Не сомневайтесь, Сонечка, – противно улыбаясь, снова залебезил Петр Емельянович.

Он потянулся ко мне рукой, чтобы, видимо, поймать мои пальцы, которые удерживали чашку, но я вовремя отдернула руку. И что он себе позволяет?

– Держите дистанцию, – предупредила. Надоело делать вид, что я ничего не замечаю и не понимаю. – Иначе вы надолго на своем месте не удержитесь.

Мужчина изменился в лице. Взгляд стал колючим, а на щеках появились красные пятна. Кажется, я смогла заставить его нервничать. Что ж, это даже хорошо. Есть надежда, что мои слова таки дошли до него. И он понял, чем ему грозят подобные вольности.

– Всего хорошего, – это сказала, уже вставая из-за стола.

Поправила на плече ремешок сумочки, повернулась в сторону выхода, и чуть было не налетела на уже знакомого мне парня. А он тут что делает?

Я остановилась и во все глаза уставилась на Александра. Он же точно не удивился нашей очередной встрече. Будто знал, что мы снова столкнемся.

– Петр Емельянович? Не ожидал с вами здесь столкнуться, – сказал он, смотря будто сквозь меня.

– Да, зашел вот… провести время в приятной компании, – хмыкнул мужчина, довольно потирая живот. Судя по всему, сюда он прибыл гораздо раньше меня. И успел загрузить в себя достаточно еды, чтобы выглядеть вполне себе довольным жизнью.

– А компания, я так понимаю, стоит сейчас прямо передо мной? – легко догадался Саша. Впрочем, тут и догадываться не надо было.

– Разумеется, – кивнул Петр Емельянович. – Я всегда умел подбирать себе правильную компанию. Кстати, Сонечка, подвезти вас до дома? А то вы, скорее всего, своим ходом. А я на машине.

Вот чего не надо, того не надо. Чую, ничем хорошим это не закончится. Оставаться наедине с этим извращенцем я не собиралась.

Снова посмотрела на Александра, затем перевела взгляд на Петра Емельяновича, который продолжал противно улыбаться. Неужели думал, что я не откажусь?

– Нет, спасибо, сама доберусь, – сухо проговорила и, обойдя Александра, таки пошла на выход. Хотелось поскорее от них скрыться.

– Что же вы, Соня, – полетело мне вслед от Александра, – бежите от нас, словно от огня.

В его голосе слышался ничем не прикрытый сарказм. Издевался… Почему? Что я ему сделала? Видимся всего третий раз в жизни. И все, к сожалению, в один день.