# Магия белых ночей

Мария Вельская, Вероника Ева, Яна Смородина, Екатерина Каблукова, Мария Лунёва, Кира РАЙТ, Эля Рин, Елена Олеговна Романова, Марго Генер, Татьяна Серганова, Алекс Найт, Лидия Сергеевна Миленина

В Петербурге найдется место и приключениям, и романтике, и волшебству. И не важно кто вы – гостья из провинции, обладающая уникальным даром, студентка, исследующая старую Ротонду или колдунья девятнадцатого века, у Петербурга для каждой припасен свой уникальный дар. И каждая сможет встретить здесь свою любовь.

Петербургский эксклюзив


© Вельская М., текст, 2024

© Генер М., текст, 2024

© Ева В., текст, 2024

© Каблукова Е., текст, 2024

© Лунева М., текст, 2024

© Миленина Л., текст, 2024

© Найт А., текст, 2024

© Райт К., текст, 2024

© Рин Э., текст, 2024

© Романова Е., текст, 2024

© Серганова Т, текст. 2024

© Смородина Я., текст, 2024

© Оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2024

## Серганова Татьяна. Светлячок. Каникулы в Питере

Увидеть Питер и задохнуться от счастья.

Правда, изначально фраза, ставшая крылатой, звучала не так: увидеть Париж и умереть.

Но где я, Наташа Журавлёва, и где Париж? Тут надо радоваться хотя бы тому, что удалось скопить денег и вырваться в город мечты как раз на новогодние праздники.

Северная столица встретила меня морозом в двадцать градусов, пасмурным небом с тяжёлыми тучами, которые, казалось, нависали над самой головой, и ветром, что сбил с ног, стоило только выйти из здания Московского вокзала.

Но всё это меня мало беспокоило. Будь тут метель, я бы всё равно продолжала радоваться как ребёнок.

Поездка в метро оказалась не такой страшной. Я пару раз посещала Москву, поэтому примерно представляла, чего стоит ожидать. По «красной» ветке доехала до Технологического института, пересела на «синюю» и добралась до станции «Электросила», которая имела необычную круглую форму и скошенные стены, словно стремящиеся обнять каждого пассажира.

Пятнадцать минут пешком, с трудом таща чемодан по сугробам, и вот я уже перед четырёхэтажным зданием гостиницы, где ещё в конце ноября забронировала себе крохотный номер. Пусть всего две звезды, но главное, что от метро недалеко и цены демократичные. Ещё рядом располагался Московский рынок, где можно купить что-нибудь съестное или перекусить в кафетерии.

Завтра я собиралась заглянуть на Большую Конюшенную, попробовать знаменитых пышек (главное, не забыть, что это не пончики!) и бочковой кофе со сгущёнкой. Меня даже не пугали длинные очереди.

Изначально всё шло, как я и планировала. Заселилась в номер, приняла лёгкий душ, смывая с себя многочасовой путь в плацкарте, и переоделась в тёплые джинсы и голубой свитер, который отлично оттенял цвет моих глаз. Светлые волосы высушила и причесала, собрала в хвост на затылке. Немного подкрасила ресницы и нанесла бальзам, чтобы на этом ветру не обветрились губы.

Уже собралась уходить, когда заметила, как что-то блеснуло на полу. Нагнувшись, подняла цепочку с золотым кулоном в виде замочка, на обратной стороне которого была изображена закорючка, значения которой я не помнила.

Этот кулон принадлежал мне – бабушка подарила на двенадцатый день рождения и велела никогда не снимать. Я и не снимала, поскольку он мне очень нравился. Но не в этот раз. Внимательно осмотрев цепочку, обнаружила, что замок сломался и повесить кулон на шею не получится. Пожала плечами и бросила его в сумку, решив дома починить цепочку. А потом схватила куртку с шапкой и поспешила прочь из номера.

Сытно пообедав в небольшой пельменной на рынке, счастливая и довольная, отправилась покорять Северную столицу. Но сначала надо было свериться с планами.

Я вновь открыла приложение в телефоне и принялась изучать карту метро, размышляя, где же лучше выйти – на «Невском» или раньше?

«Нет, лучше выйти на «Сенной площади». Пусть потом придётся идти дольше, но зато и увижу больше».

Прикинула ещё раз свой маршрут и возможности.

Очень хотелось посетить знаменитое Семимостье – место, где сходились два канала и открывался прекрасный вид на семь мостов и пять храмов. Собственно, от метро там совсем недалеко, достаточно лишь свернуть не направо, а налево и прогуляться немного по Садовой улице. Говорят, стоя на этом мосту, нужно загадать желание и оно непременно сбудется. Я ещё не знала, что хотела бы загадать, но это было и неважно.

Посещение достопримечательностей пришлось временно отложить. Уже на выходе я внезапно осознала, что из-за спешки оставила шапку в пельменной и неплохо бы вернуться за ней.

Ну а дальше… дальше события начали развиваться совсем не по плану.

Войдя в зал многолюдного кафе, я направилась к столику, но оцепенела, обнаружив, что мою пропажу уже нашли. Шапку внимательно рассматривали два парня в чёрных кожаных куртках. Оба высокие и накачанные. По таким сразу видно, что ходят в спортзал не только девчонок клеить.

Я собралась подойти ближе и заявить права на свою вещь. Им-то зачем пёстрая женская шапка? Но внезапно один из парней, тот, что светлее, поднес её к своему лицу и жадно вдохнул. Мне даже на миг показалось, что его светлые радужки слегка засияли, а воздух вокруг будто покрылся лёгкой рябью.

В следующее мгновение второй попытался эту самую шапку вырвать из рук первого. А буквально пару секунд спустя на моих глазах два качка были в шаге от драки. И из-за чего? Из-за обычной шапки!

Мне что-то резко она разонравилась. Да и желание общаться с этими извращенцами отпало. Медленно развернувшись, я покинула кафе.

«Ничего страшного, у меня на куртке капюшон есть. А шапку… шапку я себе новую куплю, питерскую! И буду потом ходить дома всем на зависть», – думала я, быстро шагая к выходу из рынка.

Так и поступила. Выскочила на улицу, поддерживая капюшон, чтобы не слетел от очередного резкого порыва ветра, перебежала через дорогу, и вот он – вход в метро. Внутри довольно быстро отогрелась и стала ждать поезда, стараясь не вспоминать странных типов с моей шапкой в руках. Мало ли извращенцев в нашем мире.

Поезд прибыл довольно быстро. Зайдя в полупустой вагон, я стянула с головы капюшон и осмотрелась. Неожиданно взгляд зацепился за знакомую парочку.

Они были здесь. Те неадекватные парни в кожаных куртках. Светлый продолжал сжимать в руке мою шапку, а тёмный тяжело дышал. И оба странно таращились на меня, медленно приближаясь с другого конца вагона.

Но как такое возможно? Они ведь не могли так быстро меня нагнать! Хотя, получается, как-то это сделали и теперь шли на меня. В любом случае ничего хорошего это не предвещало. Вряд ли они горели желанием вернуть шапку, скорее уж забрать что-нибудь ещё.

От паники, которая охватила всё тело, и какой-то непривычной скованности даже вдохнуть не получилось. Следовало бы закричать, предпринять что-нибудь, но я не могла. Ничего не могла. Даже пошевелиться было невозможно. Меня словно опутали ледяные оковы.

– Осторожно, двери закрываются. Следующая станция…

Какая именно станция будет следующей, я не узнала. Внезапно на меня кто-то налетел сбоку, силой вытолкнул на перрон и сам выпрыгнул следом. В ту же секунду двери закрылись, а поезд тронулся, увозя подозрительных типов, которые не успели выскочить.

– Эй… ты жива? – раздался рядом приятный мужской голос, и меня поддержали под локоть, помогая устоять на ногах.

Проводив взглядом последний вагон, я повернулась и увидела симпатичного брюнета с тёмно-карими, почти чёрными глазами в обрамлении пушистых ресниц. У парня был немного искривленный нос, будто его не раз ломали, и волевой подбородок. Из выреза распахнутого на груди тёмно-серого пуховика виднелся молочного цвета свитер.

Паника и непонятные оковы исчезли. Я вновь почувствовала себя способной распоряжаться собственным телом, могла двигаться и разговаривать, чем и воспользовалась.

– В-в-вы, – испуганно прохрипела, медленно отступая, – в-в-в-вытолкнули меня из вагона.

Незнакомец не выглядел накачанным и мощным, как та безумная парочка, но от него тоже веяло опасностью и еще… не знаю, как это описать. Но стоило заглянуть в его чёрные глаза, как внутри всё сжалось от неясного предчувствия. Бабуля называла это чуйкой и велела всегда её слушать. Вот только сейчас я никак не могла определиться, чего хочу больше: с криками «Спасите-помогите!» сбежать или остаться рядом с этим странным брюнетом.

– Ага. И спас тебе жизнь. Ты откуда такая светящаяся взялась? Да ещё без защиты? – внимательно осматривая меня, огрызнулся незнакомец. Чем дольше он меня изучал, тем сильнее хмурился.

– Чего? – растерялась я.

– Та-а-а-ак, – многозначительно протянул он.

А потом быстро оглядел платформу, после чего схватил за локоть и утянул на противоположные пути.

– Эй… пустите.

Я попыталась сопротивляться, но парень оказался слишком силён. Схватил меня за шкирку, как котёнка, и потащил дальше. Проходящие мимо люди как будто ничего не замечали. Никто не попытался помешать незнакомцу.

– Я буду кричать.

Мы оба понимали, что не буду. Хотела бы, сразу подняла крик и уж точно не стала бы предупреждать о своих намерениях.

– Я тебе жизнь спасаю, Светлячок, так что прекращай упираться и пошли, пока банда Клыка не вернулась. Одному против двоих старших будет сложно, – сообщил парень, продолжая озираться по сторонам, словно искал что-то или кого-то.

– Кого? – прошептала я, внезапно ощутив себя героиней старого сериала «Бандитский Петербург».

Тут как раз подъехал следующий электропоезд, мы зашли в вагон и застыли друг напротив друга.

– Того. Свалилась на мою голову.

Поезд тронулся, а мы так и продолжили стоять.

– Слушайте, – прошептала я спустя какое-то время, – у меня нет денег. И богатых родственников тоже нет. Я ничем не примечательная девушка. Опустите меня, а? Я никому ничего не скажу. Правда.

– Ну и куда ты пойдешь? – снисходительно поинтересовался парень. – Не пройдет и пяти минут, как клыкастые найдут тебя и утащат с собой.

– Куда утащат? Зачем? Я же ничего не сделала.

Незнакомец вновь нахмурился.

– Ты откуда такая приехала?

– Из Воронежа.

На его губах тут же заиграла насмешливая улыбка.

– Оно и заметно.

Парень вновь покачал головой и достал из кармана телефон. Быстро набрал номер и приложил трубку к уху. На том конце ответили почти сразу. Слов разобрать мне не удалось, но голос вроде звучал мужской.

– В Купчино через пятнадцать минут. И не опаздывай, – быстрый взгляд в мою сторону. – Я тут на Светлячка нарвался… Ага. Она ещё и нейтральная… Не шучу… её клыкастые засекли, лишь чудом выхватил… Угу. Жду.

Мне всё сильнее не нравилось происходящее. И парень этот непонятный, который меня какой-то букашкой называет и эти… с клыками. Хотя почему с клыками?

Не придумав ничего лучше, я принялась аккуратно, бочком продвигаться в сторону двери. Состав как раз начал сбавлять скорость, объявили следующую станцию – «Парк Победы».

– Не советую, – убирая телефон в карман, спокойно проговорил парень и вновь поймал мой взгляд. – Без меня ты и десяти минут не продержишься.

– Я ничего не сделала, – повторила упрямо. – А эти ваши… клыки… я на них в полицию пожалуюсь.

Прозвучало совсем жалко и неуверенно.

– Не дойдёшь. – Неожиданно в его ладони вспыхнул крохотный белый огонёк с голубыми разводами. Завис между нами и засиял ещё ярче. – Ну так что, Светлячок? Ты уходишь или остаёшься?

Я молчала, не в силах оторвать взгляд от этого… чуда.

– Осторожно, двери закрываются. Следующая станция «Московская».

Я осталась. Не могла не остаться.

– Почему больше никто не видит? – спросила я, кивнув на других пассажиров.

– Заглушку поставил. Тебя они тоже не видят, так что можешь кричать, всё равно не услышат.

– Хм…

А я ведь только начала ему доверять.

– Не бойся. Я за Светлячками не охочусь, – снисходительно обронил он.

– Вообще-то я Наташа, – буркнула я.

Это странное прозвище жутко нервировало. Было в нём что-то тревожное.

Ответом мне стала ехидная улыбка и странный взгляд, от которого мурашки по телу побежали.

Внезапно всё изменилось. Мы продолжали ехать по тоннелю, но свет в нашем вагоне вдруг померк, став тусклым и невыразительным. Следом потянуло холодом и… сырой землёй. Неприятный запах, пугающий.

– Что это? – испуганно прошептала я, принимаясь вертеть головой.

– Встань за спину, – велел резко помрачневший парень. – Надо же… душнил вызвали.

– Кого?

– Молчи и не дёргайся, – процедил он, не сводя глаз с противоположного конца вагона.

Я вновь покосилась на пассажиров, но они ничего не замечали. А потом… прямо в двери появилась тёмная воронка, которая постепенно увеличивалась в размерах. Неизвестно откуда подул ветер, причём тоже необычный. Он бил в лицо, трепал волосы, завывал в ушах, но… на остальных пассажиров он не действовал.

А потом из этой воронки вылетело первое… даже не знаю, как это назвать. Нечто среднее между дементором и полусгнившим трупом. Распахнув пасть и вытянув вперёд свои длинные костлявые пальцы, существо бросилось на нас.

Клянусь, от страха я едва не грохнулась в обморок. Да и кто не грохнулся бы, если бы вдруг ожил их самый худший кошмар. Прислонившись спиной к стенке вагона, я замерла в ожидании неминуемой катастрофы.

А мой спаситель неожиданно взмахнул руками, что-то прошептал, и в его ладонях материализовался самый настоящий меч. Только светящийся. Как по мне, пистолет или автомат был бы эффективнее, но и на том спасибо. Тем более парень явно умел обращаться с этой штукой.

Взмахнул раз, второй, и у диковинной твари, которую он назвал душнилой, отлетела голова и беззвучно покатилась по полу. Прямо к моим ногам. Я едва не потеряла сознание во второй раз. Обед настойчиво запросился наружу. Зажмурившись, я сглотнула противный ком в горле. Постояла так секунды три и открыла глаза.

Душнил вокруг парня обнаружилось уже пять. И один из них почти добрался до меня. Но мой спаситель умудрился как-то извернуться и отрубить его костлявую руку.

– Мамочка, – прошептала я, медленно сползая на пол, и прикрыла голову руками.

Нет. Я больше не желала этого видеть!

Ветер вокруг продолжал свистеть, вагон и я сама пропахли сырой землей, а от звуков борьбы волоски по всему телу вставали дыбом.

– Светлячок! Ну же… – донеслось сквозь грохот пульса, – Наташка! На выход!

Обращение по имени заставило меня встрепенуться и вскинуть голову. Перепачканный чем-то чёрным и склизким парень протянул мне руку.

– Бегом! Времени у нас мало.

Воронка осталась на месте, но жуткие существа из неё больше не лезли.

Кивнув, я схватила его за руку и быстро поднялась.

«Купчино» была конечной станцией, так что спешить особо не требовалось. Продолжая держаться за руки, мы бросились прочь. Я с трудом поспевала за этим… а ведь так и не узнала, как его зовут.

На улице мне осмотреться не дали. Я лишь успела отметить про себя большое пространство, множество высотных новостроек, а дальше кольцо автострады. Да, это был явно не исторический центр Питера с его великой историей.

У самых ступенек стояла старая подержанная иномарка грязно-серого цвета. Именно внутрь её меня и запихнули.

– Надо же, – присвистнул симпатичный паренёк с водянисто-голубыми глазами, – и правда Светлячок! Везёт тебе, Арт, на сюрпризы. Ой, ты чего, на душнил нарвался, что ли?

– А ты думал, Клыки отдадут её просто так? – огрызнулся тот, кого назвали Артом, устраиваясь на переднем сиденье.

– Но вызывать душнил средь белого дня… это даже для них перебор, – выруливая на дорогу, заметил парень и направил машину прочь из города.

– Нейтрального Светлячка да ещё с таким даром днём с огнём не сыщешь, – буркнул Арт, откидывая голову назад и опуская веки.

– И что делать?

– Совет в полночь. У нас есть восемь часов, чтобы укрыть её.

Как же надоело, что меня воспринимают только как светящуюся букашку! А потому я села на заднем сиденье ровно посередине и потребовала:

– Может, вы наконец-то объясните, что происходит? Кто такие Клыки? Зачем они отправили этих душнил? И что такое вообще Светлячок?

– Не что, а кто, – продолжая сидеть с закрытыми глазами, отозвался Арт.

– Слушай, а для нейтральной она довольно неплохо справляется, – хмыкнул водитель. – В обморок не падает и истерику не закатывает. Ты что, ударил её чем?

Я подозрительно покосилась на парня, который почему-то становился всё бледнее. Да и под глазами у него залегли некрасивые круги.

– Не трогал я её, – устало проговорил он. – Ты Миху предупредил?

– Ага. Столько всего выслушал! Так что на радушный приём не рассчитывай. У него и так проблем выше крыши после того, как его сделали охранником… ну, ты в курсе.

– В курсе. Нам самое главное, что он даст убежище до совета.

Покинув черту города, мы свернули на неприметную, занесённую снегом дорогу и проехали по ней ещё минут двадцать. Я забилась в угол, обняв себя руками, и вспоминала сегодняшний день. Странных типов, завладевших моей шапкой. Арта и его огонёк на ладони, а потом и световой меч. А также жутких тварей, которых послали за мной.

«Светлячок… что же я за зверь такой, раз всем нужна?»

Машина завернула за угол, и мы оказались в каком-то посёлке. Попетляли по узким улочкам ещё минут десять и остановились у одного из скрытых за вековыми соснами домов. Он был деревянный с симпатичным крылечком и резными окошками. Двухэтажный, добротный и какой-то тёплый, что ли. Наверное, опять сработала та самая чуйка, потому что мне захотелось оказаться внутри. Я откуда-то знала, что там меня не обидят.

– Давай, Светлячок, выбирайся, – открывая мне дверь, произнёс паренёк с голубыми глазами. – Прибыли.

– Наташа. Наташа Журавлёва, – представилась я.

– А я Макс, – широко улыбнулся он. – Пошли, Наташа Журавлёва.

– Меньше любезностей, – проворчал Арт, первым шагая по расчищенной от снега дорожке. – Скоро стемнеет. И так задержались.

Я двинулась следом, уставившись в спину своему спасителю. Сама не понимала, что именно, но что-то мне в нём не нравилось. Вроде Арт не превратился в зло, которого стоит бояться и бежать от него, сверкая пятками, но что-то в парне точно изменилось.

В дверь стучать не пришлось, она распахнулась, едва мы поднялись на крыльцо. В проёме застыл самый настоящий гигант: высокий и широкоплечий. И пусть он напоминал шкаф, однако страха всё равно не вызывал. У него были коротко стриженные тёмные волосы и внимательные карие глаза, которые в темноте слегка светились жёлтым.

– Заходите. Нечего холод в дом пускать, – проговорил он густым баритоном после того, как окинул беглым взглядом нашу компанию.

Через двадцать минут мы сидели в просторной гостиной. Пили ароматный чай с лесными ягодами и угощались бутербродами. Впрочем, угощался в основном Макс. Уж он точно не собирался стесняться, поглощая один бутерброд за другим.

Я пила чай, а Арт… он выглядел ещё более мрачным и загадочным. Я только сейчас сумела хорошенько его рассмотреть, и увиденное мне нравилось. Эх, если бы мы познакомились при других обстоятельствах и я не знала того, что знала сейчас!

– Сюда Клыки не сунутся. Так что ждите, – прогудел хозяин. – Совет созван, будем решать, что с ней делать.

– А нельзя ли меня вернуть домой? – тихо поинтересовалась я.

– Приезжая? – сразу догадался он.

– Воронеж.

– Странно, и как это тебя местные не прихватили. Воронежские иные очень сильные, – задумчиво протянул хозяин дома.

– К-кто?

– Такие, как мы, – пояснил Арт, откинувшись на спинку стула. – Тот, кто видит магию и способен ей пользоваться. А ещё разные существа.

– Какие существа?

– Как Влад, – прожевав очередной бутерброд, ответил Макс.

– Какой Влад? – ещё сильнее растерялась я.

– Я Влад, – представился мужчина с добрыми карими глазами.

– А… как же Миша?

– Миха, – поправил он, в мимолётной улыбке слегка приподняв уголки губ. – Это кличка. Я медведь.

– Какой медведь?

– Оборотень он, – подсказал Арт. – Как и Макс.

– А ты? – Я повернулась к нему, с нетерпением ожидая ответа.

– Он охотник, – сообщил Влад. – Охотник за нарушителями закона о нейтралитете.

– А я? Кто я такая?

– А ты самый желанный приз для иных, – сухо обронил Арт. – Светлячок с неограниченным запасом энергии. Как батарейка для всех и каждого. Вас с подросткового возраста замыкают на одном, чтобы другие не лезли. А ты вот избежала этого. Интересно как?

– Ничего не теряла в Питере? – спросил Влад.

– Нет. Только шапку. Но её нашли эти ваши… Клыки.

– Дело не в шапке. Амулет, может, какой, кулон?

В голове словно щёлкнуло.

– Бабушкин кулон. Я его с двенадцати лет носила, не снимая. А сегодня цепочка порвалась. И я… бросила в сумку.

Я резко вскочила, схватила сумку и сразу же вернулась за стол, на ходу пытаясь найти кулон. Он лежал в кармашке, где я его и оставила несколько часов назад.

– Вот.

Положив кулон на ладонь, протянула Арту и Владу. Кто первый возьмёт. Однако ни один из них не изъявил желания. Мои новые знакомые мрачно его рассматривали, не делая попыток коснуться.

– Ничего себе! Вот это мастерство! – присвистнул Макс. – Да тут высший уровень силы. Аж в глазах рябит от энергии.

– А вот и ответ, – кивнул медведь, изучая мой кулон. – Говоришь, бабка подарила? Сильная иная, если сумела создать такое и укрыть твой дар.

– То есть… этого теперь не изменить? – упавшим голосом поинтересовалась я, убирая кулон в карман джинсов. – И что теперь? К кому меня привяжут? Что может решить этот ваш совет? Отдать меня этим Клыкам или не стоит?

С каждым произнесённым словом мой голос звучал всё резче. Похоже, подкралась истерика. Впрочем, это неудивительно, учитывая, что мне пришлось сегодня пережить. На глаза навернулись слёзы, и я быстро вытерла их, однако жалобный всхлип сдержать не удалось.

– Никто им тебя не отдаст, – отрезал Арт.

– Правда? И кто помешает?

– Я.

Вроде и сказал негромко, но… не знаю, как остальных, а меня впечатлило. Воздух в комнате едва заметно завибрировал. Лампочки в люстре мигнули и снова загорелись.

– Уверен? – откидываясь на спинку кресла, спросил Влад, как-то странно отреагировав на заявление друга.

– А похоже, что я шучу? – спокойно отозвался Арт и едва заметно поморщился.

Как будто его что-то беспокоило.

Я аккуратно поставила кружку с остывшим чаем на стол между нами и, подавшись вперёд, внимательно всмотрелась в своего спасителя. Буквально пару мгновений спустя в районе его груди обнаружила тёмное пятно.

– Ты ранен.

Парень вздрогнул.

– Тебя что, душнилы зацепили? И ты молчал?! – возмутился Макс, отстраняясь от друга, словно от прокажённого.

– И ты притащил это в мой дом? – прорычал Влад. – Зная, кто у меня под охраной?

– Слегка зацепило. Ничего страшного, – отмахнулся Арт.

– Показывай, – скомандовал медведь.

Бросив быстрый взгляд в мою сторону, парень сухо проговорил:

– Не здесь. И не при ней.

Слегка помедлив, медведь снова выдал новую команду:

– Пошли.

Они вдвоём скрылись за соседней дверью, оставив нас с Максом наедине.

– Зря Арт так, – заметил он, вновь потянувшись к бутербродам. – Душнилы те ещё гадости. Если зацепят, просто так не отвяжутся. Вот Влад и бесится.

Прожевав кусок, Макс произнёс нечто странное:

– Зря Арт от твоей помощи отказался.

– Почему? – спросила я, продолжая крутить по столу кружку с остывшим чаем.

– Ты же Светлячок.

– Ты не забыл, что о функциях Светлячка мне до сих пор мало что известно.

– Ну да-а-а-а, – протянул Макс.

Он сидел с расслабленным видом и лёгкой улыбкой на лице, только светло-голубые глаза смотрели пристально и оценивающе. И от этого взгляда у меня по спине пробежали неприятные мурашки.

– Арт ведь из-за тебя пострадал, – продолжил он.

– Я его об этом не просила.

– А охотников и не надо просить. Это их обязанности и право… он мог пройти мимо… но не прошёл. Вытащил тебя из-под носа Клыков… на их же территории. Притащил сюда, зная, как рискует. А теперь мучается от тёмной магии душнил.

Я покосилась на закрытую дверь, за которой скрылись мужчины, и после небольшой паузы поинтересовалась:

– И что я могу сделать?

– Поделиться светом. Добровольно. В этом вся фишка. Если Светлячок делится силой добровольно, то это не больно и усваивается легче и быстрее.

– Тогда почему Арт промолчал?

Макс пожал плечами.

– Не любит просить. В этом весь Арт. Добрый самаритянин, который рискует собой и ничего не требует взамен. Но помогать ему или нет, решай сама.

– Угу.

Влад вернулся из комнаты минут через десять. Один.

Следующий час прошёл сложно. Макс демонстративно меня игнорировал. Включив телевизор, смотрел какой-то американский боевик. Влад то и дело куда-то уходил и спустя несколько минут возвращался. Я предполагала, к семье, которую прятал от нас… ну или проверял того, кто находился под его охраной. Я даже боялась представить, кто или что это может быть.

Я тоже пыталась смотреть телевизор, но кровавое месиво и брутальные качки с базукой наперевес как-то не вдохновляли. Встав, подошла к шкафу с книгами. Чего здесь только не было: детективы, классика и даже парочка женских романов.

Взяв наугад книгу, я вернулась в кресло. Однако сосредоточиться на чтении не получалось. Взгляд то и дело возвращался к двери, за которой остался Арт. Я прислушивалась, надеясь хоть что-нибудь услышать. Переживала, что он испытывает боль. Эта неопределённость нервировала и раздражала. Как и всеобщее молчание.

Стоило Владу в очередной раз уйти, как я тут же поднялась, положила книгу на стол и решительно направилась к двери. Макс меня не остановил, вообще даже не прокомментировал никак мои действия. Хотя я спиной чувствовала его одобряющий взгляд.

Стучать не стала. Просто распахнула дверь и вошла в помещение.

В небольшой гостевой спальне обнаружились стол, шкаф и с виду неудобный диван, на котором полулежал обнажённый по пояс Арт. Бинты на его животе насквозь пропитались кровью и какой-то чёрной гадостью.

– Вон!

Арт явно не собирался церемониться и проявлять вежливость. Насилу оторвав взгляд от повязки, я встретилась со злым взглядом чёрных глаз.

– Ты ранен.

Закрыв дверь, я прислонилась к ней спиной и застыла.

– Тебя это не касается.

Парень слегка приподнялся на подушках.

«Бледное лицо, красные пятна на щеках, нездоровый блеск, тёмные круги под глазами и упрямо сжатые губы… да у него лихорадка!»

– Тебя ранили из-за меня.

– Слушай, Светлячок, иди отсюда, – прорычал он.

– Меня зовут Наташа. – Совершенно не испугавшись его тона, я оттолкнулась от двери. – И я хочу тебе помочь.

– Мне не нужна помощь. Тем более от тебя.

Всё равно не обидно.

– Врёшь. – Я села на краешек дивана, который оказался слишком мал для двоих, и сложила руки на коленях. – Макс сказал, что я могу помочь.

– Максу стоило заняться своими делами, а не болтать ерунду.

– Я хочу поделиться с тобой светом. Только не знаю как…

– Нет!

– Но я хочу…

– Ты даже не представляешь, что собираешься сделать!

– Помочь тебе!

– А за последствия кто будет отвечать? – процедил он, вновь подаваясь вперёд. – Думаешь, поделилась светом и всё, жизнь прекрасна? А о том, что после такого твой дар уже не закупорить и скрыть его не получится, ты не думала?

Я дрогнула. Но всего лишь на мгновение.

– А ты хочешь сказать, что сейчас это возможно? Скрыть мой дар? Думаешь, я так наивна, что поверю в это? Ваши Клыки не отступят, как и совет. Я ведь Светлячок, нейтральный и весьма аппетитный. Такую каждый захочет в свою коллекцию.

– Я же говорил, что не позволю…

– Тогда позволь помочь тебе, – упрямо повторила я, протягивая ему руку. – Не хочу оставаться в долгу.

Арт скривился и резко выпалил:

– Ты мне ничего не должна, поняла?

– Какой же ты упрямый! – рассердилась я. – Просто невыносимо упрямый! Твердолобый! И самовлюблённый!

– Что? – опешил он от такой характеристики.

– То! – Я схватила его за руку и скомандовала: – Ну-ка, прими мой свет!

Ничего не произошло. Абсолютно. Я растерянно застыла. Арт же… он взял и победно усмехнулся, а потом ехидно заявил:

– Не вышло!

А это он зря. Я так перенервничала, разозлилась и устала от всего этого, что сейчас просто не готова была отступать. Мне требовалась победа хоть в чём-то. Пусть маленькая, но победа.

– Может, контакт недостаточно близкий? – ехидно поинтересовался Арт, и этой фразой лишь добавил мне решимости.

«Ах так! Будет тебе контакт! Близкий!»

Я подалась вперёд, обхватила руками его лицо и прижалась губами к его губам, успев на крохотное мгновение заметить, как удивлённо расширились глаза Арта.

Сначала происходящее я не назвала бы и поцелуем. Просто касание губ. Странное, неловкое, по ощущениям немного чужое. Хотя не неприятное, скорее наоборот. Губы у Арта оказались неожиданно тёплыми и нежными. В них удивительным образом сочеталась мягкость и твёрдость.

Он вздрогнул и слегка приоткрыл губы, делая короткий вдох, а потом вдруг стиснул меня в объятиях и ответил на поцелуй.

Мир вокруг меня взорвался, рассыпаясь на части. И дело не только в эмоциях и чувствах, которые огнём вспыхнули внутри… я сама будто загорелась, как самый настоящий Светлячок, расплавилась в мужских руках. Перед глазами одна за другой начали мелькать картинки жизни… нет, не моей. Того, кто так бережно, но в то же время требовательно стискивал меня в объятиях. Кто целовал так… как никто и никогда в моей жизни.

Я видела маленького черноглазого мальчика в окружении семьи, а потом… одного, когда проснулась сила иного и от него отказались все. Видела студента в странной академии, очень серьёзного, сосредоточенного. Он снова был один. Слишком умный и упрямый. Изгой. Он раз за разом практиковался в магии, создавая удивительные вещи. Видела молодого мужчину, который стал охотником, ревностно чтившим закон и правила.

А потом… потом я увидела себя… огромные голубые глаза, в которых плескался страх, бледное лицо и светлые волосы, которые выбились из хвоста, добавляя невинности, делая меня беспомощной. И ощутила нежность… страх… злость и невероятно сильное желание защитить, спасти, не дать в обиду.

Я с трудом вырывалась из чужих воспоминаний. Словно выныривала на поверхность огромного чёрного омута, который всё никак не желал выпускать меня на свободу.

А потом всё прекратилось. Очнувшись, я обнаружила, что мы всё так же крепко обнимаем друг друга. Лицо Арта находилось в паре сантиметров от моего, а вокруг нас… вокруг нас сиял свет, такой мягкий, тёплый и родной. Он медленно затухал, сливаясь с сумраком комнаты.

Я осторожно убрала руки и отстранилась, с трудом удержавшись, чтобы не коснуться пальцами своих опухших от поцелуев губ, которые сейчас горели огнём.

«Как такое возможно? Всего один поцелуй, а я… я готова хоть сейчас к продолжению. Вот только это неправильно! Так не должно быть! Я же… мы же совсем друг друга не знаем».

– Ты не должна была этого делать, – хрипло произнёс Арт.

Я заскользила взглядом по сильному обнажённому торсу, затем ниже, к рельефным мускулам с самыми настоящими кубиками пресса и остановилась на повязке с красно-чёрными разводами.

– Помогло? – облизав губы, спросила я.

Подняв глаза, успела заметить голод в глубине чёрного омута. Такой яркий, такой настоящий, что слегка закружилась голова. Оказывается, продолжения желала не только я.

– Тебе лучше уйти.

– Сначала я хочу убедиться, что получилось.

Арт едва слышно выругался, подцепил повязку и резко рванул на себя, отрывая её от кожи. Наверняка было больно, но он даже не поморщился. Отшвырнул её на журнальный столик и застыл.

На теле ещё остались разводы, но рана исчезла.

Не удержавшись, подалась вперёд и коснулась кожи. Как будто опасалась, что это мне приснилось. Вдруг рана ещё есть, и я не справилась.

Арт шумно вдохнул и поймал моё запястье, останавливая исследования.

– Не надо.

– Прости.

Вырвав руку, я вскочила с дивана и отступила. Щёки полыхали от смущения, и я неловко принялась убирать волосы с лица.

«Боже, что он обо мне подумает? Чокнутая девица, которая сама бросается на мужиков, целуется и лапает! Стыд-то какой! Может… может, сказать ему, что я не такая. Что никогда не целовалась раньше, чем на третьем свидании? И вообще…»

– Спасибо, – прервал Арт мои мысленные терзания.

Он поднялся и подхватил футболку, которая лежала на соседнем кресле. Несколько секунд изучал дырку на животе с подпалёнными краями и красно-чёрными разводами. Потом бросил её на пол и направился к шкафу.

– Я… я была рада помочь.

Я стояла, убрав руки за спину и покачиваясь с пятки на носок.

Арт достал из шкафа чёрную футболку со сверкающим черепом.

– Разве тебе можно такое носить? – удивилась я, взглянув в чёрные провалы глазниц арт-объекта.

– Это просто футболка, – пожал он плечами.

Мы застыли друг напротив друга. Очевидно, следовало что-то сказать, но я не находила слов. И Арт молчал, внимательно за мной наблюдая и не делая попыток уйти.

– Что ты видела? – внезапно спросил он.

– Немного… тебя и себя, – призналась я тихо.

Упоминать о том, что не только видела, но и чувствовала его эмоции, я не стала. Наверное, он и сам об этом знал.

– Прости, мне не стоило тебя целовать. Я обычно так не делаю, – поспешно произнесла я. – Ты не подумай, я не…

– Не думаю, – возразил Арт. – И знаю, что ты не ветреная и на шею первому попавшемуся не вешаешься. Честно говоря, я польщён.

– Что? – выдохнула я, растерявшись от его обаятельной улыбки.

– Ничего, – он покачал головой и рассеянно потёр затылок. – Будем надеяться, что всплеск силы не засекут и всё можно будет вернуть.

– Да.

Мы снова застыли друг напротив друга. Тишина окружила нас, усиливая эмоции и запретные желания, от которых всё сильнее колотилось сердце и вспыхнули румянцем щёки.

«Да что же это такое!» – с досадой подумала я.

– Думаю, нам пора.

Арт обошёл меня и первым покинул комнату.

Я сделала глубокий вдох и последовала за ним, очень надеясь, что никто не догадается о том, как мне удалось вылечить Арта. И не станет задавать вопросы, поскольку я сама не поняла, как всё произошло. Я до сих пор ощущала свет в теле и вокруг себя. Как будто внутри меня жило маленькое солнышко, которое до этого было скрыто за тучами, а сейчас начало ярко сиять.

Пока мы занимались… спасением, Влад с Максом успели накрыть на стол: мясо жареное, ещё раз мясо, на этот раз запечённое, и мясо с овощами. В углу нашлось немного места для салата из огурцов и помидоров. М-да, сразу видно, что в этом доме обитали большие прожорливые хищники.

Вопросов никто не задавал, многозначительно не смотрел и не ухмылялся. Появление и излечение Арта парни восприняли легко и спокойно. Их больше интересовал ужин, чем Светлячок, который в первый раз призвал силу.

Сирена сработала, когда мы приступили к аппетитной шарлотке с румяной карамельной корочкой.

– Всем оставаться на месте! – велел Влад, выбегая прочь из гостиной.

Вернулся он быстро: мрачный, я бы даже сказала злой, бледный и напряжённый.

– Клыки. Двадцать штук.

– Это же нападение на старейшину, – взвился Макс. – Совсем ополоумели?

– На кону сильный Светлячок, так что неудивительно, – мрачно заметил Арт. – Надо звать на помощь.

В следующую секунду дом вздрогнул от мощного удара. От неожиданности я свалилась на пол. Я опасалась, что сейчас стены не выдержат, и на нас сверху рухнет потолок, однако всё осталось на местах, даже вазы с полок не посыпались. По стенам прокатилась лёгкая рябь, но они устояли. Похоже, это была какая-то защита.

Далее последовал ещё один удар и ещё. От грохота слегка заложило уши. Прижав к ним ладони, я зажмурилась и попробовала успокоиться.

«Когда же это всё кончится?»

Мгновение спустя меня схватили за плечи, рывком подняли на ноги и потащили прочь из вздрагивающей от ударов гостиной. Открыв глаза, я увидела Арта. Он вёл меня куда-то, кажется, в глубь дома, чтобы хоть как-то защитить.

– Защита долго не продержится, – сообщил выбежавший за нами Макс.

– А помощь будет здесь минимум через полчаса, – мрачно добавил Влад, разминая руки.

Неужели решил обратиться? Прямо сейчас.

– Придется сражаться, – кивнул Арт. – Врукопашную.

– Ага. Нас трое, а их два десятка. Хороший бой получится, а главное, быстрый, – съязвил Макс. – Сам понимаешь, полчаса мы не выстоим.

– И что ты предлагаешь? – огрызнулся Арт. – Отдать её?

Я сжалась от одной только мысли, что попаду в руки к этим… Клыкам.

– Успокоились, – рыкнул Влад. – Ещё не всё потеряно.

«Нет. Это конец. Они правы, им не выстоять. И всё из-за меня. Господи, и чего мне дома-то не сиделось, а?»

Я тихо рассмеялась, вызвав странный взгляд со стороны Арта. Видимо, он подумал, будто меня вновь накрывает истерика.

– Знаешь, есть такая фраза: «Увидеть Париж и умереть». Я, приехав сюда, думала: «Увидеть Питер и задохнуться от счастья». На самом деле всё не так. Совсем не так. – Я горько улыбнулась. – Увидеть Питер и умереть…

– Ты не умрешь, – отрезал Арт и повернулся к медведю. – Влад, дай ключи.

«Он что, решил всё-таки отдать меня? Вот так сразу? Для этого ему нужны ключи?»

Медведь обернулся и смерил его таким взглядом, что даже мне захотелось тут же провалиться сквозь землю.

– Сдурел?

– Это наш шанс.

– Я не пущу тебя к ней.

– Надо.

– Забыл, кто она?

– Помню. И ты помнишь. А ещё понимаешь, что это шанс.

Они застыли друг напротив друга и устроили битву взглядов. От очередного взрыва пол под нами дрогнул и пошёл волнами. Арту удалось выиграть в этом коротком противостоянии. Влад выругался и достал из кармана ключ. Большой и очень старый. Настолько, что медь покрылась зелёными пятнами.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

– Я тоже.

Арт схватил ключ, а потом меня и потащил по коридору. Мы остановились, лишь оказавшись у каменной стены.

– И что дальше?

– Подожди. Дай мне свой кулон.

Я послушно достала цепочку из кармана. Арт схватил её и что-то быстро пробормотал, а потом сжал её в кулаке и почти сразу вернул мне.

– Надевай и больше не снимай. Теперь цепочка точно никогда не сломается, а кулон и дальше будет оберегать тебя от иных.

– Спасибо, – прошептала я, надевая цепочку на шею.

Арт развернулся к стене и постучал по красным кирпичам. Совсем как Хагрид в «Гарри Поттере». И те тоже начали разъезжаться в разные стороны, открывая проход вниз.

– Куда мы идём? К кому? – спросила я.

Вдруг парень собрался скормить меня тому чудищу, которое охраняет Влад.

– К ведьме.

Едва не споткнувшись на первой же ступеньке, я сильнее уцепилась за руку Арта.

– К кому? Ведьме? Они существуют? Настоящие?

Хотя чему я удивлялась? Как выяснилось, оборотни существуют, душнилы тоже, почему не существовать ведьме.

– Настоящие. И этой пошла уже третья сотня.

– Ого. Разве столько живут?

– Она живёт. И знаешь почему? – поинтересовался Арт, продолжая утаскивать меня вниз по бесконечной лестнице. – Оплату за свои услуги она берёт годами.

– Это как? – не поняла я.

– Вот, скажем, тебе предначертано прожить восемьдесят пять лет. Но тебе надоела твоя бедность, ты жаждешь славы и успеха. Чем больше хочешь, тем больше отдаёшь. Лет двадцать, например. И до восьмидесяти пяти ты не доживаешь, умираешь в шестьдесят пять. Богатой и счастливой.

– Боже… – прошептала я. – И ты хочешь заключить с ней сделку? С ума сошёл?

– Я обещал тебе, что ты не достанешься Клыкам, а своё слово я держу.

– Это просто слова.

– Нет, я… ты не понимаешь… это не просто обещание. Я дал клятву. И исполню её.

– Зачем это тебе? – тихо поинтересовалась я спустя пару минут. – Я ведь тебе никто.

Арт молчал так долго, что я думала, не ответит.

– Ты жила нормальной жизнью и будешь жить дальше. Ты не заслужила… этого всего.

– Спасибо.

Лестница закончилась неожиданно. Раз, и мы оказались на небольшой площадке перед одной-единственной дверью.

– Подожди! – Я схватила Арта за руку.

– У нас нет времени ждать. Пойми, Макс и Влад долго их не удержат. Сейчас каждая секунда на счету.

– Да, но… я не хочу, чтобы ты рисковал собой.

Парень замер, недоверчиво на меня взглянув.

– Это моя работа, Светлячок.

– Не ври, – я покачала головой, продолжая удерживать его, – не говори мне про работу. Я же знаю, что это не так. Ты не должен отдавать этой ведьме годы своей жизни.

– Это моё решение, – упрямо повторил он.

– Но это нечестно.

– Честно. И так надо. Не переживай, Светлячок, совсем скоро ты забудешь обо всём.

– И о тебе? – прошептала я.

Арт кивнул.

– И обо мне. Так будет правильно.

– Но… – вновь попыталась возразить я.

– Зато я о тебе не забуду, – неожиданно признался он, заставив сердце в груди болезненно сжаться.

Как же я хотела сказать то же самое. Что не смогу его забыть, что не хочу его забывать. Но это невозможно.

Арт развернулся и достал ключ, который быстро засунул в замок. Трижды повернул и толкнул тяжёлую створку.

– Надо же, сам Арт явился просить о помощи, – проскрежетала тьма неприятным голосом.

Из мрака к нам шагнула старуха. Сгорбленная, с клоками седых волос и безумным блеском в белых глазах. Очевидно, годы она себе добыла, а вот про молодость и красоту как-то запамятовала.

– Явился. Ты поможешь?

– Расценки знаешь? – оскалилась старуха.

– Да.

– Пятнадцать.

Я вздрогнула. Пятнадцать лет жизни… его жизни из-за меня. Я не могла этого допустить!

– Семь! – шагнула вперёд. – Семь с него и семь с меня.

– Наташка! – прошипел Арт и попытался вернуть меня на место.

Но я упрямо мотнула головой и уставилась прямо на ведьму. Та усмехнулась и кивнула.

– Хорошо.

– Нет! Мои пятнадцать лет.

– Сделка заключена!

Ведьма ринулась вперёд и цепко схватила меня за руку. Так сильно, что длинный коготь на большом пальце порвал кожу у меня на запястье и из ранки брызнула кровь. Тело накрыло такой болью, словно меня клеймили раскалённым железом.

Вскрикнув, я резко зажмурилась и провалилась в темноту.

* * *

Просыпалась я медленно. Сладко потянулась, зевнула и только потом открыла глаза, уставившись в незнакомый потолок. Моргнула пару раз и только потом вспомнила.

Я наконец-то попала в Питер! Приехала, заселилась в гостиницу и приняла душ. Так устала, что прилегла на минутку и, по всей видимости, уснула.

Сев в кровати, потянулась к телефону. Часы показывали три часа дня. Ох, хорошо же я отдохнула! А ведь так и не пообедала. Следовало быстро собираться и бежать. Я ведь хотела столько сегодня сделать, столько посмотреть.

Надела джинсы, голубой свитер, волосы причесала и завязала в хвост. Встала, посмотрела в зеркало и… застыла. Ощущение дежавю стукнуло куда-то в грудь.

Странно.

Рука неосознанно скользнула вверх и нащупала бабушкин кулон сквозь ткань свитера. На месте. Всё нормально. Почему это важно, я не понимала, просто чувствовала.

Изучив своё отражение, я подкрасила ресницы, губы, взяла тёплые вещи и выскочила в коридор. Пообедать решила в пельменной, которая располагалась внутри Московского рынка.

Ела быстро, торопясь быстрее отправиться на поиски приключений. Встала из-за столика и уже собралась идти, как внезапно замерла.

«Шапка!»

Медленно обернулась, но на диванчике её не оказалось. Похлопала себя по карманам. Искомое обнаружилось в левом.

«Странно. Что со мной такое? Не выспалась или, наоборот, переспала?»

Надев шапку, направилась к выходу и едва не налетела на двух громил в чёрном, которые как раз заходили в кафе.

– Осторожнее, – бросил тот, что светлее.

Вновь ёкнуло сердце и захотелось бежать. Как можно быстрее и как можно дальше отсюда и от этих странных качков. Бабуля всегда говорила, что своей чуйке надо верить, и я поспешила прочь.

До станции метро добралась без происшествий. Дождалась поезд и села в вагон. Схватившись за поручень, обратила внимание на платформу. Взгляд зацепился за парня. Он стоял чуть в стороне от остальных. Распахнутый на груди серый пуховик, светлый вязаный свитер с горлом, на голове шапка, а глаза… я почему-то не сомневалась, что они чёрные, как сама ночь. Парень просто стоял и смотрел на меня.

И снова это странное ощущение. Захотелось броситься вперёд, выскочить из вагона и подойти к нему. Так сильно, что стало больно. Но я упрямо оставалась на месте.

Двери медленно закрылись, и поезд тронулся. А незнакомый парень продолжал стоять и смотреть мне вслед.

«Да что же это такое?!»

Судорожно вздохнув, я прикрыла веки и попыталась успокоиться.

Сначала хотела выйти на Сенной площади, но в последний момент передумала, решив проехать до Невского проспекта. Сейчас темнеет рано, так что лучше сократить программу.

Очутившись на проспекте, невольно затаила дыхание, когда взгляд упёрся в Казанский собор. Я ведь до этого видела его только на картинках. Но они не могли передать его монументальность и красоту. Полукруглая колоннада из девяноста шести колонн, а в центре находился храм. Перед ним с правой стороны от выхода на постаменте располагалась яркая ёлка. Наверное, поздно вечером, когда загораются гирлянды и огоньки, здесь очень красиво.

Постояв минут пять, я медленно двинулась вперёд, не отрывая глаз от невероятной красоты круглой крыши и золотого шпиля. Именно в этот момент суровое питерское небо словно сжалилось надо мной, тучи слегка рассеялись и луч солнца попал прямо на шпиль.

– Красиво, – прошептала едва слышно и шмыгнула носом.

Шагнула вперёд и едва не упала, поскользнувшись на тротуаре. И свалилась бы позорно у прекрасного собора, если бы меня вовремя не поймали.

– Осторожнее, – насмешливо произнёс приятный мужской голос.

– Простите… я…

Чёрные глаза. Такие чёрные, что в них почти не видно зрачков. И улыбка, от которой внутри всё сжимается от какого-то странного чувства дежавю.

– Залюбовалась красотой, – подсказал он, помогая мне принять вертикальное положение. – Понимаю. Собор построен в одна тысяча восемьсот одиннадцатом году архитектором Андреем Воронихиным в стиле русского классицизма для хранения чудотворной иконы Божией Матери Казанской. Кстати, я Артём.

– Наташа, – представилась я, удивлённая его неожиданным напором.

– Очень приятно, Наташа, – кивнул Артём, продолжая держать меня за плечи. – Знаешь, а за собором на канале Грибоедова находится известный Банковский мост с его золотыми грифонами. Их ещё называют крылатыми львами. Тут совсем недалеко.

– Правда?

– Да. А ещё говорят: «Увидеть Питер и задохнуться от…»

Он замолчал, продолжая прожигать меня чёрными глазами.

– Счастья, – шёпотом закончила я фразу.

«Но никто так не говорит. То есть… это только я так говорю!» – спохватилась я, и тут меня будто по голове кто-то стукнул. Воспоминания… чужие… нет, мои… мои, но те, которые случились и не случились, замелькали в голове.

– Арт… – выдохнула потрясённо. – Арт…

– Артём, – улыбнулся он. – Тебе гид по Питеру не нужен?

– Арт… Артём, но как же?

– Семь на семь, Наташ.

– И ничего не случилось? – всё ещё боясь поверить, спросила я.

– Нет. И не случится. Они не найдут тебя. Я это обещаю, – мгновенно посерьёзнев, ответил Артём.

И я поверила. Он всегда выполнял свои обещания.

– Так тебе нужен гид?

– Нужен… Ты мне очень нужен, – прошептала я, закидывая руки ему на шею и потянувшись к смеющимся губам.

## Вероника Ева. Леший в разноцветных кедах

Говорят, что в Ротонде, спрятанной в парадной на Гороховой, исполняются желания. Я не особо верила во всю эту эзотерику, но решила попробовать. Чем чёрт не шутит? Чертей там, кстати, не оказалось, а вот один очень нахальный и ужасно любопытный леший все-таки нашёлся. И он даже готов исполнить мое самое заветное желание в обмен на маленькую услугу! Что я теряю? Всего лишь безобидная прогулка по ночному Питеру с настоящим лешим, который прячется от людей в четвёртом измерении, живёт в парадной с Ротондой и выглядит, как фанат группы «Король и Шут» в разноцветных кедах и с венком на голове. Что может пойти не так?

1

Шесть сообщений. Не прочитано. Один исходящий. Без ответа.

Я здесь, чтобы их не стало семь.

Я здесь, потому что должна испробовать все способы. Даже самые глупые.

Летнее припекающее солнце не стало помехой для холодного ветра, снова растрепавшего волосы. Обычное дело для Питера. Пришлось пожертвовать один из карандашей, закрепив им небрежный пучок на голове. Остальные мне ещё понадобятся.

Сколько я здесь уже? Час? Два? Сколько можно тянуть время?

Грифель снова бегло пробежался по плотному листу скетчбука. Мне нравился вид, который я обнаружила, проходя по Семёновскому мосту. Настолько, что мне пришлось остановиться, чтобы перенести набросок на бумагу. Друг за другом в перспективу уходили дома, так похожие друг на друга и одновременно настолько разные, особенные. Медленно таял закат. Солнце неспешно падало за горизонт, окрашивая Фонтанку в розовые оттенки. Красиво. А у меня с собой даже не было красок, только грифельные карандаши. И ещё один зелёный. Как он вообще здесь оказался?

Что ж, зелёный, так зелёный. Задумчиво покрутив карандаш в руках, я начала рисовать деревья рваными условными штрихами. Но не далеко на горизонте, как это было на самом деле. А прямо на крышах домов. Я улыбнулась, подарив домам небрежные пушистые шапки. Почему бы и нет? Кто вообще решил, что деревья должны расти из земли? Вот бы…

Так, что-то меня снова начало заносить куда-то не туда. Что я вообще здесь делаю? Долго ещё ты собираешься оттягивать момент своей наивной глупости, Ангелина? Зашла и вышла, никто ведь не узнает! А вдруг? Говорят же, много чего говорят. А на войне все средства хороши. Даже такие бредовые.

Собравшись с духом, я сгребла скетчбук и карандаши в рюкзак, безуспешно пытаясь стереть следы грифеля с руки. И наконец, спустя два часа, перешла дорогу и очутилась на Гороховой. Именно сюда мне посоветовала прийти подруга. Она была помешана на всей этой эзотерике и паранормальном. Я – нет. Но кто его знает? У меня была мечта. И мне очень хотелось, чтобы она исполнилась. Поэтому сегодня мой путь лежал к Ротонде. К месту, которое называли и центром мироздания, и временным порталом, и масонским центром. Но, что самое важное – по словам подруги, там исполнялись желания.

Передать бы привет всем тем, кто говорил, что я странная. Вот конкретно сейчас я бы с ними согласилась. Но только сейчас, а так – никакая я не странная! Просто… задумчивая. И ещё немного рассеянная. С кем не бывает?

Кинув взгляд на свои белые кроссовки, с досадой отметила, что на мне снова каким-то образом оказались носки разного цвета. Опять! Вот вечно со мной так, сглазили, что ли?

Попасть в саму Ротонду оказалось не так просто, как я думала. Пришлось ждать под дверью совсем неприметного входа в парадную, пока оттуда не вышла экскурсионная группа. Стараясь не привлекать к себе внимание экскурсовода, я в самый последний момент подставила ногу, не давая двери закрыться. И проскользнула внутрь. Идеальное преступление.

Не думала, что это место произведёт на меня такой эффект. По коже прошёл холодок. Здесь было тихо и прохладно. Шаги отскакивали от выкрашенных в белый и светло-зелёный цвета стен эхом. Здесь пахло пылью и влагой. Не знаю, в чём именно было дело, но здесь чувствовалась долгая и непростая история.

У меня перехватило дыхание, когда я подняла голову, рассматривая могучие колонны, уходящие высоко вверх. Они словно устроили тайное собрание, собравшись в центре округлой парадной, перешёптываясь между собой, охраняя мистические силы, которые здесь обитают. Или сдерживая их внутри. По обе стороны вдоль стен поднимались винтовые лестницы. Причем одна из них вела в тупик. У меня даже мурашки по спине прошлись от этого места. Наверное, я заранее сама себя накрутила. Это просто парадная. Волшебная, которая исполняет желания. Этим и стоит заняться. А после поскорее уходить.

Пройдя в самый центр круга из колонн – где, если верить интернету, и находился тот самый портал в другое измерение или ещё куда-то, – собравшись с мыслями, я взглянула вверх, на идеальной формы купол с люстрой по центру, и прикрыла глаза, загадывая своё желание. Возможно, этого будет достаточно, но лучше перестраховаться.

Не без опаски и как можно бесшумнее поднявшись по винтовой лестнице, я на ходу достала из рюкзака скетчбук и первый попавшийся карандаш. Он оказался зелёным – единственным цветным среди десятка грифельных. Буду считать это хорошим знаком. Добравшись до тупика короткой лестницы, которая уходила влево, я быстро пробежалась взглядом по стене, где друг на дружке висели десятки листов бумаги с чужими желаниями. Думаю, никто не будет против, если я добавлю сюда ещё одно.