# Тени

Марина Монтерей

Когда один из членов экипажа подвержен безумию, кто сможет спасти остальных? Чем опасен так называемый "белый шум?"

Киру предстоит выяснить, что за тайну хранит туманное море.

На палубе было шумно: кто-то громко кричал, всюду слышались звонкие и быстрые шаги в направлении кормы. Кир застыл в дверях каюты, сонно озираясь по сторонам. Мозг прошила игла резкого беспокойства, и он схватил за рукав пробегающего мимо парня:

– Что происходит?

– Марк! – выкрикнул мужчина и помчался дальше.

Кир недовольно вскинул брови и проводил взглядом убегающего. Марк с самого начала экспедиции доставлял всем неприятности, и капитан поначалу даже отказывался брать его на судно, но в последний момент всё же передумал. Теперь же, судя по масштабу проблемы, ему придётся довольствоваться чем-то большим, чем выговор и ночные дежурства.

Мужчина услышал тяжёлый звук вытаскиваемой на корму спасательной шлюпки и с интересом двинулся к плотному кольцу людей, столпившихся у края корабля. Растолкав нескольких человек, он увидел бледного, еле живого Марка, болезненно скрючившегося на краю резиновой лодки. Парень тяжело дышал, откашливал морскую воду и невидящими глазами смотрел вокруг.

– Что здесь произошло? – он обратился к высокому черноволосому матросу, что стоял у самого края и активно жестикулировал тем, кто поднимал лодку.

– Выбросился в открытое море! – старался перекричать он ветер.

– Что? Зачем?

– А мне почём знать! – раздражённо пропыхтел моряк. – Сами спросите его! И пожалуйтесь, куда надобно, мне на судне не нужны душевнобольные.

Душевнобольные?

Кир нахмурился и снова оглядел еле дышащего Марка. На нём почти не было одежды – лишь лёгкие штаны, прилипшие мёртвым грузом к телу. Этот факт казался куда страннее того, что ему сейчас сообщил регулировщик. Даже самые опытные моряки никогда не позволяли себе разгуливать раздетыми по судну, тем более в октябре, который в здешних водах славился ледяными ветрами. Какая могла быть причина для того, чтобы раздеться?

С самого первого дня Марк казался ему странным: говорил всегда невпопад, глупо и нелепо шутил, а ещё как-то нервно оборачивался непременно через левое плечо. Но мало ли какие бывают люди, думал Кир. У всех свои странности. До сего момента его выходки были лишь раздражающими помехами, однако, теперь дело принимало серьёзный оборот.

Вперёд вышла широкоплечая крепкая женщина с короткими светлыми волосами. На плече у неё висела большая сумка с медикаментами, и она быстрым и уверенным движением склонилась над парнем. Молча, не произнося ни единого слова, она стала проводить известные только ей одной манипуляции, чтобы удостовериться в стабильном состоянии Марка.

Кир перехватил её тревожный взгляд, когда она кивком головы скомандовала унести больного с палубы. Все в напряжении застыли у мокрой шлюпки, стих даже отдалённый шёпот – мужчины ждали, что она вот-вот заговорит, но женщина продолжала хмуро всматриваться в морской горизонт.

– Что глаза вылупили?! Всем вернуться к работе! – взревел сзади капитан, который только сейчас вышел к столпотворению. – Вы! Сюда быстро! – он с яростью сверкнул глазами на Кира и женщину-медика.

«Хорошо, что Марка уже унесли, – пронеслось в голове Кира. – Он бы явно не стал с ним церемониться», – мрачно заключил он.

Кир поднялся в каюту капитана и выжидающе уставился на женщину, ища в ней хоть каплю поддержки – всё-таки она знала о происходящем больше него.

– Ну и? Кто-нибудь объяснит мне, какого чёрта здесь происходит? – буркнул капитан, наполняя низкий стакан водкой.

– Я ничего не видел. Только подоспел, когда его уже вытащили.

– Прекрасно, – ядовито произнёс усатый мужчина, складывая руки на груди. – А вы, мадам, чем порадуете?

Женщина спокойно глядела на капитана, развалившегося в кресле. Какая ирония: единственная баба на корабле была единственным человеком, кто не боялся этого чудовища.

– Нам нужно причалить к ближайшему городу. – коротко произнесла она наконец.

– Нам, сука, что нужно?! – капитан опрокинул в себя содержимое стакана и громко стукнул им по столу.

– Я говорю, что нужно причалить к ближайшему городу.

– Ох, сука…

Он громко выдохнул и подошёл к маленькому круглому оконцу.

– Я не стану менять курс из-за этого маленького ублюдка, пусть у него хоть кишки в узел завяжутся или что там у него. – небрежно бросил он через плечо.

– Но…

– Я сказал, что мы не станем никуда поворачивать! – завопил он. – Эта конченная экспедиция у меня уже вот здесь сидит! – горизонтальным движением пальца он резко пересёк себе горло. – Мы доберёмся вовремя, заберём ваших фанатиков с острова, и я наконец-то избавляюсь от вас!

Кир не успел даже ничего вставить в разговор, а капитан уже оттеснил их к выходу и в следующую секунду с проклятиями захлопнул за ними дверь своей каюты.

– Знаешь, как добраться до рации? Нам нужно сообщить.

– Сообщить что? – непонимающе спросил Кир.

– Что у нас на борту психически нестабильный субъект.

Кир вскинул на женщину глаза. Да, Марк был редкостной занозой в заднице, но называть человека субъектом было как-то слишком. На мгновение ему показалось, что эта женщина вообще всех людей воспринимает исключительно так.

– Нам нужно в радиорубку. Это там. – они двинулись к носу корабля. – А что именно с Марком?

– Не знаю. Я не психиатр.

Она замолчала, а потом, уже тише добавила:

– Он бредит.

Слова эти прозвучали как-то особенно жутко. Не перечесть, сколько раз Кир слышал это выражение в своей жизни, но никогда прежде ему не приходилось сталкиваться с тем, чтобы оно было употреблено в своём прямом значении.

– Это может быть опасно для всех нас. – серьёзно произнесла женщина. – Нужно быть настороже. Ты знаком с ним?

– Немного.

– Тогда поможешь мне поговорить с ним.

– Но я…

– Да чёрт возьми! Я не знаю никого на этой чёртовой посудине! – вдруг вскричала она и остановилась, уставившись на изумлённого Кира. – Если этот полоумный набросится на меня, лучше бы, чтобы кто-нибудь был рядом. А то если вы здесь станете подыхать, некому будет вас спасать. – мрачно подытожила она.

Кир с ужасом поглядел на неё. Теперь в его сознании она встала на одну ступеньку с капитаном, но деваться ему было и правда некуда.

– А он что, может наброситься? – скептически спросил Кир. В его сознании никак не хотел рисоваться образ буйного неуправляемого Марка. Он мог представить кого угодно из команды с такими замашками, даже самого себя, но только не безобидного Марка.