Регина Новак
Тёмная печать

Пролог. Тень в лесу

Ночью зимний лес казался ещё более живым и злым, чем днём. В давние времена люди могли встретить различных лесных духов и злобную нечисть илма в этом лесу, как и во многих других местах королевства Хеймон. Однако уже прошло триста шестьдесят четыре года с тех пор, как три древних волшебника изгнали из Хеймона всех потусторонних существ обратно в их мир.

Это королевство, что расположено на краю Махтальского моря, соседствует ещё с одним королевством, откуда приехали двое торговцев, Маркус и Давид. Их путь в столицу Хеймона, Валоттар, пролегал через густой древний лес. Дорогу потихоньку заваливало снегом, что осложняло проезд для их телеги с ценными товарами – вином и пряностями. Несмотря на то, что в Валоттар вело несколько дорог, они неизменно выбирали именно эту, так как это был короткий, но не самый простой, путь.

– Маркус, давай поторапливай лошадей, кажется, скоро начнётся снегопад, тогда мы на всю ночь здесь застрянем. – сказал Давид.

Давид был коренастый темноволосый мужчина с грубыми чертами лица, серые глаза добавляли холод в его и без того не дружелюбный вид, однако по натуре он не был злым, только немного грубоватым. Его приятель Маркус, наоборот, был тихим и обладал мягкими чертами лица, а некогда каштановые волосы покрылись сединой, отчего он казался добродушным пожилым человеком.

– Хоп! – крикнул Маркус.

Он особо не любил использовать кнут, чтобы поторапливать лошадей, поэтому просто проговаривал команды голосом.

– А знаешь, в следующий раз с нами поедет мой старший сын, покажу ему и расскажу всё, что надо знать в нашем ремесле. – сказал Давид после того, как они немного проехали молча. – Скоро передам своё дело ему, а сам пойду на покой.

Маркус откашлялся, а затем спросил:

– Ты думаешь, Яков уже готов к таким сложным и долгим дорогам?

– Яшка-то? Конечно, он покрепче меня будет, я за двадцать один год, что мы катаемся по свету, успел так же, как и ты, состариться. Я, может, тоже хочу, как эти хеймоновцы, пить горячее вино со специями и наслаждаться зимними праздниками. Я, в конце концов, заслужил себе спокойную старость, – Давид сделал небольшую паузу, искоса поглядывая на приятеля. – Ты бы тоже мог оставить дело, если бы обзавёлся семьёй и наследником, которые бы позаботились о тебе, а теперь всё – трудись до самой смерти.

Маркус не стал ругаться с Давидом, как впрочем, всегда и делал в силу своего характера, поэтому дальше они продолжили путь молча.

Такие леса, как тот, через который лежал путь двух торговцев, обладали некой притягательной и умиротворяющей атмосферой, но в то же время они были способны легко напугать неопытных путешественников. У местных существовал культ поклонения деревьям, которые по их заверениям обладали душой и магической силой. Вдобавок существовали священные рощи, где запрещалось вырубать деревья, и, если какой-то человек нарушал этот запрет, его казнили по личному приказу короля Хеймона. Одна из известных священных рощ, роща Хийси, служила местом захоронения у древних жителей этого королевства. Маркус всегда радовался, что их путь пролегал далеко от того места, так как слышал, что там водился лесной дух, названный в честь самой рощи. Одни люди говорили, что дух Хийси приносит удачу охотникам, другие уверяли, что он может причинить путникам вред, если ему что-то в них не понравится. Маркус не верил, что вся нечисть была изгнана в другой мир, оттого оставался начеку в землях Хеймона.

Торговцы продолжали ехать молча, пока вдруг слева от них не послышался хруст ветки. Маркус и Давид резко повернули головы в ту сторону, откуда раздался звук. Маркус стал что-то шептать, прося о том, чтобы всякая нечисть не нападала на них.

– Да ладно тебе, это, скорее всего, заяц или ещё какой зверь. Уже столько лет здесь проезжаем, и ничего с нами до сих пор не случилось. – сказал Давид.

Успел он только договорить, как резко послышался громкий режущий слух звук – это уже не был хруст ветки. Телега остановилась, лошади стали громко ржать и шарахаться. Давид быстро спрыгнул с телеги и начал громко ругаться на бедных животных. Маркус застыл, всё ещё сидя на телеге и держа поводья в руках, хотя это было довольно сложно из-за неспокойных лошадей.

– Что ты такой хныря, Маркус? – крикнул Давид своему приятелю, на лице которого застыл ужас.

Давид продолжил:

– Давай слезай, нужно успокоить лошадей, иначе… – он уже не смог завершить свою фразу.

На миг Маркус, несмотря на довольно тусклое освещение от двух их фонарей, смог увидеть её. Это была тень, чем-то напоминающая фигуру человека. Маркус не мог поверить своим глазам, он видел тень с очертаниями человека, на месте глаз у которой горело два красных огонька. Она была такой быстрой, что определить, что же это было на самом деле, оказалось не так легко. Тень с лёгкостью подняла Давида в воздух, мгновенье спустя он лежал на земле перед лошадьми, его лицо было в глубоких царапинах, а сам Давид не шевелился. Маркус спрыгнул с телеги, стараясь аккуратно обойти лошадей, чтобы те его не ударили копытами. Он приблизился к приятелю, но тот уже не дышал, Маркус застыл от страха.

Спустя несколько секунд торговец собрался силами и медленно без всяких резких движений подошёл к лошадям. Он начал быстро отсоединять вожжи от телеги. Первая лошадь, освободившись от телеги, мигом поскакала прочь, чуть не столкнув торговца наземь. Тогда он крепче сжал поводья второй лошади и начал также быстро освобождать и её. Как только лошадь почувствовала, что больше не привязана к телеге, она мигом ринулась прочь. Она протащила мужчину по заснеженной дороге, пока тот наконец не отпустил поводья. Снег попал Маркусу за шиворот, всё его лицо было в липком снегу, тогда он с трудом поднялся на колени, затем на ноги и побежал что есть духу подальше от телеги и тела Давида.

Торговец бежал так быстро и так долго, как мог. Спустя время мужчина брёл по тёмному лесу, его сердце продолжало колотиться в груди. Он бежал, казалось, несколько часов, преследуемый тенью. Маркус, едва перебирая ногами, надеялся увидеть огни столицы, но они так и не появлялись, поэтому он заставил себя идти дальше. Постепенно к мужчине пришло осознание, что он столкнулся с илма – духом, способным поглотить саму его душу. Он не был до конца в этом уверен, но это первое что пришло ему в голову. Когда торговец наконец увидел белый замок, начало светать, и единственное, в чём он точно был уверен так это то, что этой ночью ему удалось избежать смерти.

Глава 1. Киран

Снег шёл уже третий день подряд, покрывая крупными хлопьями маленькую деревушку Коласта белым одеялом. Молодой деревенский лекарь по имени Киран Янисен смотрел из окна во двор, представляя, какой долгий и сложный день ему предстоит. Сегодня он отправится в Валоттар и встретится с тётушкой, которую он давно не видел.

Если многие жители королевства любили зиму, то на юношу это время года навевало грустные воспоминания. Пока жители Хеймона с нетерпением ждали главный зимний праздник – Колмейскую ночь, юноша старался занять себя чем-то, чтобы не думать о плохом. Именно за несколько дней до этого праздника пять лет назад, когда Кирану было шестнадцать лет, семья Янисенов в одночасье стала изгоем среди высшего общества из-за гнева королевы. В былые времена его семья могла себе позволить позвать иностранную актерскую труппу, которая развлекала их весь вечер и всю ночь своими выступлениями. В канун Колмейской ночи жители Валоттара повально шли в театры города, где традиционно разыгрывались спектакли по мотивам народных сказок, приуроченных к этому замечательному празднику. Хеймонцы очень любили этот праздник, поэтому у них было много сказок и легенд, посвященных Колмейской ночи. Все благородные семьи, чьё происхождение шло от первых трех волшебников-основателей Хеймона, в том числе и семья Янисенов, приглашали артистов в свои огромные имения и смотрели спектакли, исполняющиеся только для них. В то время как простые люди могли почувствовать единство во время празднования Колмейской ночи, аристократы закрывались от общего веселья, празднуя по-своему. У высшего общества всегда было всё иначе, например, для своих детей аристократы предпочитали иностранные имена, избегая традиционных хе́ймонских имён. Тем самым они лишний раз хотели показать отличия между благородными семьями и простыми людьми.

Сегодня Кирану предстояло добраться от своей деревни до столицы. После конфискации имущества у его семьи, Кирану пришлось оставить учебу в Академии и у тетушки Элизабет, у которой он занимался дополнительно, и перебраться из столицы в маленькую деревушку Коласта, что стояла на опушке леса. Его мать с отцом были высланы королевским постановлением в дальнюю северную часть королевства из-за обвинений в измене короне. Киран не верил в эти обвинения, так как знал, что его родители всегда были верны королю и королеве. К сожалению, юноша и кто-либо из его семьи не знал, куда именно отправили его родителей. Он и его дядя Энтони старались выяснить настоящую причину, из-за которой королева Хи́льма сделала это с его родителями, но ничего не вышло.

Благодаря своим знаниям и остаткам магии Киран стал целителем в деревне, где жили простые жители, не обладающие магическими силами. Королева, прямой потомок хранителя, оставила на его запястье зачарованную отметку в виде змеиной головы, лишив его тем самым магии.

Однако для того, чтобы быть лекарем, не нужно было обладать магией, достаточно было его знаний. Также он продолжал учиться делать различные отвары, использовать травы и другие материалы в своём деле. Юноша не стал избавляться от своих учебников по магии, поэтому перечитывал и их в надежде когда-нибудь вернуть себе силы. Однажды один житель его деревушки спросил, почему Киран не хочет стать предсказателем, так как этому может научиться кто угодно.

Даже в мире, где существовала магия, находились такие люди, которые обманом убеждали других, что они научились использовать магию, родившись при этом обычным человеком, а не волшебником. Например, были распространены предсказатели, которые за звонкую монету предсказывали будущее человека. Конечно, настоящие волшебники не могли видеть будущее, никто не мог. Единственное, что на самом деле предсказывали настоящие волшебники, так это природные явления, так как магия в их стране была неразрывно связана с природой. Многие жители, которые не обладали магией, совсем не знали, как она работает, и с легкостью верили обманщикам.

Магия имела свои законы и всегда требовала цену: даже если совсем немного используешь магию, то больше обычного чувствуешь усталость или голод, или всё сразу. Совсем по-другому было, когда маг начинал проговаривать серьезные заклинания, например, заклинание дождя в засушливый сезон – тогда волшебник после такого мог слечь на всю неделю с жаром, бывали случаи и похуже.

Киран мигом вынул своё сознание из плохих мыслей.

– Всё, я пошел, буду дома завтра – произнес Киран своей сове Пушинке, натягивая свою любимую и единственную коричневую вязаную шапку себе на голову.

Сова в этот момент выглядела недовольной – ещё бы, ведь у нее сейчас должен быть дневной сон, а её беспокоят какими-то разговорами.

Черная прядь волос ни в какую не хотела оставаться под шапкой. Кирану был двадцать один год, а одевался и вел он себя больше как пожилой человек. Он жил в деревне недалеко от столицы, однако даже такая близость к городу не могла повлиять на то, что выглядел он больше как местный деревенский мудрец, а не как некогда столичный молодой человек, который родился в благородной семье. В этот день было не холодно, но Киран знал, что ближе к вечеру всё равно похолодает, поэтому решил одеться потеплее. Он надел все свои теплые вещи, какие у него были: темно-зеленый вязаный свитер с высоким воротником, серые шерстяные свободные брюки, потертые черные сапоги на тонкой подошве и его вечный серый плащ с капюшоном. Юноша вышел из дома. Снег забавно скрипел при каждом его шаге.

– Киран, неужели так рано поедешь в город? – спросила пожилая женщина в белом платочке и серой шубе и валенках, когда он только закрыл калитку своего забора.

– Да, баб Мань, дел много, надо всё успеть – ответил он.

Пожилая женщина шла мимо дома Кирана с пустыми ведрами до коровника, чтобы на столе у её мужа и двух внуков на завтрак было парное молоко. Зимой приходилось собирать всех коров в деревне в один утепленный отремонтированный коровник, чтобы те не замерзли, так как коровники большинства жителей не выдерживали такой холод.

– Уже все травы закончились? – продолжала расспрашивать баб Маня.

– Не все, но отваров пришлось сделать много, нынче многие болели, поэтому пора пополнить запасы. – сказал Киран.

– Только постарайся долго не задерживаться, нынче в лесу неспокойно, а ночью лучше вообще нос не высовывать из дому. – предупредила баб Маня.

– Я завтра днем вернусь, ночевать в городе останусь. – Киран, помахав ей рукой, быстро повернулся к телеге Микко, который на рассвете каждый день отбывал в столицу с рыбой, которую местные рыбаки отлавливали для продажи в Валоттаре.

Вдоль дороги от его деревни до Валоттара лежали камни из спящего вулкана, расположенного на юге королевства. Камни были зачарованы семьдесят лет назад королевским волшебником Элокуу, родившимся в этой деревушке. Камни всегда были горячими для того, чтобы дорога не покрывалась снегом. Такая магия была сильной, так как имела очень долгий эффект. Элокуу, зачаровавший эти камни, смог перенять силу, исходящую из вулкана и перенести её в камни. Несмотря на то, что волшебника уже давно не стало, магия в камнях всё ещё сохранялась, так как шла от вулкана, а не от самого волшебника, в этом случае он был проводником силы, а не её источником.

Телега Микко въехала в лес. Сосны, стоявшие вплотную друг с другом, были очень высокими, но тонкими. Кирану нравился этот лес: он не был страшным, несмотря на рассказы местных жителей про духов или илма, которые могли вселиться в человека и поработить его своей воле.

Иногда лес сменялся то полями, то скалами, как раз они сейчас проезжали мимо одной такой скалы. Она была черной и очень большой, снег, покрывший её поверхность, придавал контраст данной картине. Каждый раз проезжая мимо неё, Киран чувствовал магию, исходящую из сердца скалы. Хотя это было нормально, так как многие природные элементы обладали магическим следом, который использовали волшебники в качестве подзарядки своих собственных сил.

***

Спустя два часа Киран подъезжал к главным воротам белого города Валоттар, столице Хеймона. Дворец и стены города были построены из белого мрамора, из-за чего зимой казалось будто он сделан из снега. Однако город нельзя было назвать холодным и неуютным в это время года, так как в городе не скупились на украшения: везде стояли живые ели, выращенные при помощи магии перед праздниками королевскими волшебниками. Помимо елок, город украшало огромное количество огоньков (тоже подготовленными королевскими волшебниками), а также стеклянными фонарями, которые можно было увидеть висящими почти у каждой двери в городе. Фонари зажигались ближе к вечеру самими жителями.

Город делился на две части: дворец находился в самом сердце города и был окружен так называемым ближнем городом, здания внутри которого были такими же белокаменными, как и дворец с городской стеной. Эти здания были поместьями благородных семей. В основном члены благородных семей были потомками трех великих волшебников: примерно каждая вторая благородная семья являлась их потомками. В высшем обществе стали появляться представители так называемой «новой знати», которые получили свой титул не по наследству, а за выслугу перед королевством. Для многих благородных семей это был серьезный удар, так как среди «новой знати» были и те, кто не обладал магией, а для Хеймона это был скорее показатель низкого происхождения. Очень многие люди, обладавшие магией, шли на королевскую службу в качестве волшебников, военных, чиновников, преподавателей в Академиях и во многие другие хорошие места. В то время как члены благородных семей могли также становиться королевскими волшебниками, военными или даже советниками при дворе короля, и всегда они были в приоритете при устройстве на службу. При этом многие благородные господа предпочитали вообще ничего не делать, так как у них были поместья, земли, хозяйства и много чего другого, что позволяло им просто наслаждаться жизнью, участвуя в бесконечных балах, скачках и в других увеселительных мероприятиях.

Ближний город и дальний город не разделялись забором, но по зданиям и благоустройству улиц становилось сразу понятно, где заканчивалась одна часть столицы и начиналась другая. Термины «ближний» и «дальний» город использовали сами жители Валоттара, это не были официальные обозначения данных частей города, но они уже давно укрепились в лексике местных жителей.

Киран поблагодарил Микко, вручил ему три медяка и спрыгнул с телеги, поспешив в лавку травника, так как ему сегодня предстояло выполнить ещё одно дело.

Юноша быстро оказался на главной площади, которая была самым старым местом в городе.

Два столетия назад, когда начали строить замок, строители решили построить его подальше от этой площади, ведь уже в то время там стояли разные деревянные постройки, которые по мнению правителя того времени не подходили под общий ансамбль королевского дворца и других каменных сооружений.

Киран подошел к зеленому деревянному домику, его главным украшением были белые резные наличники на окнах и над дверью. Все деревянные дома в столице имели различные наличники на стенах, окнах и над дверьми, так как местные верили, что наличники уберегают от сглаза, а также добавляют уникальности для каждого дома. Наличники на доме травника имели форму растений, что было неудивительно.

–Вейкко, здравствуй, я надеюсь, у тебя еще что-то осталось для меня? – войдя в лавку, спросил Киран.

– Киран, утро доброе, ты так рано, я только открыл лавку. Хм, дай мне подумать. – произнес травник.

Вейкко ловко насыпал по отдельным мешочкам розмарин, шиповник и мяту, которые Киран обычно сам не выращивал, так как те просто быстрее заканчивались, и проще было их просто купить. Травник замялся и немного погодя достал из под ящика еще один мешочек и, не сказав ни слова, быстро всучил его ему. Затем Вейкко произнес:

– Нынче не только в лесу не спокойно, в городе в последнее время стало больше людей короля Магнуса. Если само Его величество прибыло к нам из королевства Талвен, значит, наш король всё же решился выдать свою дочь замуж за принца Видмара.

– Давно пора, уже все в королевстве начали гадать, когда это произойдёт – усмехнувшись, сказал Киран.

– Ты прав, Киран, но не за принца Видмара, для нас всех это была новость, ведь раньше мы воевали с их королевством. – чуть понизив голос сказал Вейкко, хотя в лавке были только они двое.

– Иногда так решают государственные конфликты. – сказал Киран.

– Да, я иногда забываю, что ты один из них, Киран. – произнёс Вейкко.

– Был одним из них. – напомнил травнику Киран, расплатился и вышел из лавки травника.

Кирану предстоял тяжелый день, ведь сегодня он собирался встретиться с тётушкой Элизабет, которую не видел почти пять лет. Киран быстрым шагом направился в ближний город, где находилось поместье тётушки.

На самом деле госпожа Де Мартен была тетей его мамы, её братьев и сестер, но Киран тоже называл ее тётей, а она была не против такого обращения к ней. Когда их семью выгнали из высшего общества, тётушка была одной из немногих из нашего рода, кого не предали анафеме в королевском дворе. Правда тётушка уже давно не была одной из нас, так как после свадьбы она поменяла не только фамилию, но также стала одной из самых влиятельных фигур при королевском дворе. Однако одно исключение всё же было – это он сам: с детства он считался способным волшебником, поэтому, когда ему исполнилось семь, его отдали в ученики к Элизабет. После школы Киран приходил к тётушке в поместье, и та учила его не только заклинаниям, но и тому, как вести себя в высшем обществе. Длилось это недолго, после конфискации их семейного имущества Кирану пришлось покинуть Академию. После такого позорного изгнания из высшего общества семья Кирана стала не только бедной, но и лишилась права колдовать, поэтому Элизабет была вынуждена перестать преподавать ему, иначе это бы было нарушение приказа королевы.

Вчера, на его столе появилось письмо, на нём стояла печать с гербом семьи Де Марте́н, тетушкиного герба. Письмо содержало обычное приглашение на обед в поместье тётушки. Киран сразу понял, что что-то случилось, так как Элизабет никогда не была гостеприимной и за все пять лет никогда не звала его к себе в гости. Киран стоял у входной двери шикарного поместья, но не решался постучать. Киран волновался, пять лет он не видел её, а тут вдруг пригласила на обед. Всё же его привычное любопытство взяло верх над волнением, он схватился за дверное кольцо и постучал им по двери три раза.

Юноша постарался избавиться от плохих мыслей, ведь тётушка не могла ему причинить вреда, на это он по крайне мере надеялся.

Глава 2. Элизабет Де Мартен

Она никогда не жалела о том, что её молодость прошла. Наоборот, она наслаждалась заслуженным отдыхом среди роскоши в свои семьдесят два года. В таком возрасте её мало что могло расстроить, кроме, возможно, одного. В своё время она не решилась заступиться перед королевой за своих родственников и теперь жалела об этом. Однако дух Элизабет Де Мартен невозможно было сломить, ведь не просто так она стала одной из самых влиятельных волшебников в королевстве да и к тому же советницей короля.

– Мэг, принеси ещё немного зёрен. – даже дома голос госпожи Де Мартен оставался властным.

– Да, сейчас, госпожа. – ответила служанка.

Как правило, семьи без магических способностей давали своим детям традиционные хеймонские имена, однако были и те, кто повторял за аристократами, и называл своих детей иноземными именами. Считалось, что люди с необычными иноземными именами добьются в жизни большего, чем остальные. Все слуги Элизабет Де Мартен имели не хеймонские имена, что лишний раз подчёркивало её высокое положение в обществе.

Элизабет стояла в любимом месте её поместья – оранжерее. Здесь она часто читала книги, дремала или кормила домашних птиц, когда ей не нужно было выполнять свои обязанности как хозяйки поместья или советницы короля.

У пожилой волшебницы не было детей, а после смерти её мужа Лиама, она нашла утешение в заботе о своих птицах, коих у неё было около полусотни.

Её грациозная осанка, острые черты лица и высоко поднятый подбородок сразу выдавали в ней аристократку. Служанки заплетали её серебристые длинные волосы в высокие прически, которые часто украшали красивыми заколками с рубинами или изумрудами. Изумруды особенно подчеркивали её зеленые глаза, которые за столько лет не утратили блеск, делавший её взгляд моложе и даже опаснее.

– Тётушка.

Женщина сразу узнала голос молодого человека, который однако она не слышала уже несколько лет. В оранжерею неуверенно вошёл щуплый темноволосый юноша.

“Как же он исхудал. Наверное, не может себе позволить хорошую сытную еду”.

– Киран, здравствуй, мой мальчик! Как же я рада тебя видеть. – Элизабет улыбнулась родственнику.

– Тётушка, – Киран выпрямился, – я уже давно не мальчик. Хотел бы сказать, что тоже рад тебя видеть, но… – он сделал паузу, затем продолжил холодным тоном. – Я же знаю, что ты меня сюда не на обед пригласила. Скажи, зачем позвала, и я сразу уйду, как получу ответ.

Госпожа Де Мартен сразу изобразила безразличие на своем лице, как она часто делала в высшем обществе, или когда что-то шло не так, как она того желает.

– Твой дядя приходил, он попросил меня отправить тебе письмо с приглашением в столицу, ты же знаешь, у него нет магии, чтобы он мог его тебе отправить при помощи кадоннутской свечи.

– Странно слышать, что ты ему сделала такое одолжение. А к чему такая секретность, и что дяде нужно от меня? – спросил Киран.

– Не хочу упоминать его в своих письмах, их могут перехватить, зная репутацию Энтони, я решила, что он снова ввязался во что-то нехорошее. – ответила тётушка. – А что по поводу тебя, что ж, ты сказал, что уже не мальчик, вот он, видимо, решил втянуть тебя в одну из своих авантюр. – Женщина приподняла тонкую правую бровь. – Я лишь надеюсь на твоё благоразумие, Киран.

– Угу, – кивнул юноша. – А где мне его найти?

– Он сейчас у своего старого друга Вернана – такого же безнадёжного картежника, как и твой дядя.

– Надеюсь, мне не придётся разбираться с теми, кому он снова проиграл в карты.

Элизабет улыбнулась только одними губами, а затем с такой же натянутой улыбкой ответила родственнику:

– Даже трое великих волшебников, будь они сейчас живы, не смогли бы уберечь Энтони от тех бед, в которые он сам попадает.

– Тогда я пошёл, спасибо, тётушка. – неуверенно произнёс Киран и начал было уже поворачиваться к выходу, как тут же Элизабет сказала ему вслед:

– Как решишь с ним свои дела, приходи сюда, не нужно возвращаться домой так поздно. Да и нам с тобой есть о чём поговорить, мы столько лет не виделись. – её голос был необычайно нежным, такой она бывала очень редко и то, только с самыми близкими людьми.

Киран не стал ей отвечать, быстро развернулся, вышел из поместья и направился в таверну «Кроличий остров» за своим дядей.

Глава 3. Тони

Он не спал всю ночь: встреча с Элизабет, теткой его невестки, была не самым приятным делом. Тони хотел просто вдоволь напиться и отключиться, но вместо этого он выпил одну кружку медовухи и просидел за столом всю ночь, размышляя о своих проблемах.

Полное имя Тони было Энтони, но он просил всех звать его Тони. Он был младшим братом Оливера, отца Кирана, хотя разница в возрасте у братьев была всего в три года. Он с нетерпением ждал своего племянника, чтобы сообщить ему важную новость.

Тони попросил комнату у своего давнего друга Вернана, у которого была своя таверна «Кроличий остров». Однажды друг рассказывал ему, что во время очередного плавания в море они с командой заплыли очень далеко на необитаемый остров, где водилась целая армия кроликов. Вернана так впечатлила это зрелище, что он назвал в честь острова свою таверну. Тогда его друг и вся команда остались живы, потому как пополнили свои запасы кроличьим мясом и собрали кроликов в клетки про запас. Тони всегда вспоминал с улыбкой рассказ друга про тот остров с кроликами.

Его друг любил выпивать в тавернах Валоттара вместе с Тони, когда не плавал в море. Тони было известно, что Вернан промышлял контрабандой, но не считал зазорной их дружбу. Тони всю свою жизнь был белой вороной в семье: он не обладал магией, что являлось позором среди семей, которые корнями восходили к трём великим волшебникам. Мужчина жил за счет своего сельского имения, которое получил в наследство от брата его матери. Его дядя поставил условие, чтобы Тони взял его фамилию Барлоу, если тот хотел получить имение. Старик не имел своих собственных детей, поэтому перед смертью сделал Тони своим законным наследником.

Тони часто ездил загород, чтобы узнать, нет ли каких проблем у наемных работников, которые заботились о его хозяйстве. У Тони был управляющий, но он сам старался быть вовлеченным во все дела его имения.

Тони было сорок пять лет, у него были короткие каштановые волосы, карие глаза, нос-картошка. Несмотря на его простую внешность, улыбка у Тони была очень красивой, когда он улыбался, его глаза светились, придавая его лицу более мягкие и теплые черты.

В этот вечер он проклинал себя за то, что всё-таки отправился к этой карге Элизабет, но ему нужно было срочно связаться со своим племянником Кираном, а почтовым станциям он не доверял, поэтому карга оставалась единственным верным способом связи. Жаль, что Вернан не колдует, хотя этот пройдоха тот ещё болтун, особенно если выпьет несколько кружек медовухи.

Просидев всю ночь, Тони уснул под утро, но уже ближе к полудню он услышал стук в дверь.

– Да, Вернан. – Тони догадался по стуку, что это был его друг.

– Тони, к тебе явился твой племянник. – приоткрыв дверь, сказал Вернан.

– Спасибо. – сказал Тони.

Тони услышал тихие шаги Кирана. Его племянник вошел в комнату, которая стала временным убежищем Тони.

Киран осмотрел небольшую невзрачную комнату, в которой остановился его дядя. Небольшая кровать, тумба у её изголовья, стол у окна и стул – вся мебель в комнате была сделана из темного дерева. На столе стояла уже потухшая лампа, листок с пером и чернила, Киран заметил, что на листке что-то написано. Его дядя медленно встал с кровати и подошел к племяннику, взяв его за плечи.

– Киран! – воскликнул Тони. – Как же я рад тебя видеть. Ты прости меня за то, что заставил тебя идти к этой карге, но это, к моему сожалению, был единственный шанс…

– Здравствуй, дядя. Нынче Вернан не так щедр на хорошую комнату. – Киран оглядел комнату, затем посмотрел на Тони. – О чем ты, что за шанс?

– Ты же знаешь, перед Колмейской ночью много людей съезжается в столицу. У него с трудом нашлась даже такая комната: одного драчуна пришлось выставить на улицу, пока он всех гостей не распугал. Но я сейчас не хочу это обсуждать. Киран, мы должны поговорить с королевой. – ответил Тони.

Дядя всё ещё держал Кирана за плечи, тогда юноша кивнул на кровать.

– Дядя, присядь, пожалуйста. – попросил Киран, в то время как сам сел на стул, придвинув его ближе к кровати.

Киран явно был в недоумении от странных слов дяди.

– Дядя, ты в своём уме? – уже вслух спросил Киран.

– Нет, Киран, ой, что я говорю, то есть да, я в своём уме. Я кое-что … нашёл у одного королевского волшебника. – Тони неуверенно произнёс слово «нашёл».

– Нашёл или украл? – Киран подозрительно посмотрел на дядю.

– Ну, скажем так, я взял это у балбеса, который обыграл меня в карты нечестным путём. Я хоть и не колдую, но знаю некоторые магические приёмы, они разве что только самых далёких от магии людей смогут обмануть, но не меня. Я всего лишь хотел получить свои деньги обратно, этот дуралей напился, а я забрал его мешок с деньгами, но обнаружил там это…

Под подушкой, на которой спал Энтони, оказался светло-коричневый льняной мешок. Мужчина достал его оттуда, затем запустил свою руку в него и вытащил оттуда небольшую черную печать. Такими печатями часто пользовались королевские волшебники, чтобы можно было поставить её на разных официальных документах.

Но эта печать…Она была иной: обычные печати изготавливались из серебра или золота, а эта была сделана из чёрного камня. На печатях волшебников на службе у короны был изображен официальный символ Хеймона: круглая печать символизировала луну, на ней была изображена еловая ветка с тремя звёздами вместо шишек. Три звезды традиционно в их королевстве считались обозначением трёх волшебников-основателей Хеймона. Но эта чёрная печать была квадратной, а в середине была изображена голова змеи с высунутым языком. Из уроков Элизабет Киран смутно припоминал, что эта печать была очень похожа на символ тёмного волшебника, с которым боролись три великих волшебника.

– Ты веришь, что эта печать принадлежит тому королевскому волшебнику? – спросил Киран дядю.

– Да, мы должны предупредить Её Величество. Это нехороший знак, если волшебники что-то затевают, нужно незамедлительно предупредить об этом королевскую семью. Видимо, эти колдуны забыли уроки прошлого и не помнят, почему не они правят Хеймоном. – сказал Тони.

– Если ты думаешь, что королева нас поблагодарит за это, восстановит репутацию моей семьи и вернёт мне моих родителей, то ты ошибаешься. – сердито произнёс Киран, чего Тони не ожидал от своего племянника.

– Киран, мне больно видеть тебя таким, лишённым надежды и желания к жизни…лучшей жизни. За все эти пять лет я так и не смог выяснить, что тогда произошло между твоей мамой и королевой. Но эта печать, она послужит весомым аргументом для нас, так мы покажем Её Величеству свою преданность. У нас всё ещё есть связи при дворе, мы сможем показать эту печать королеве. – Тони говорил без пауз между предложениями, так как был очень взволнован.

Юноша посмотрел на печать, а затем произнёс:

– Ты прав, дядя, я уже давно перестал надеятся на что-то хорошее, да и живу я без цели и счастья. – юноша сделал паузу, задумался, а затем неуверенно, будто боясь спугнуть удачу, которая пришла к им с дядей, сказал. – Возможно, нам стоит хотя бы попробовать, ведь, если ничего не пробовать, то ничего не изменится, а так мы хотя бы будем знать, что мы сделали всё, что было в наших силах, а вдруг и вовсе у нас получится добиться расположения королевы.

Мужчина заулыбался, услышав слова племянника, резко вскочил на ноги и пританцовывая начал собирать свои вещи.

– Поспешим, Киран. Нам ещё необходимо подготовиться, ведь мы пойдём с тобой на королевский бал. – сверкая азартным блеском в глазах, торжественно произнёс Энтони.

Глава 4. Эмилия

В королевском дворце нынче было очень тесно, несмотря на его огромные размеры. Уже совсем скоро придворные замка и королевская семья будут праздновать самый главный зимний праздник – Колмейскую ночь. Принцесса Эмилия обычно воспринимала всю эту предпраздничную суматоху ни как что-то волнительное, а скорее как что-то, чего она очень хотела бы избежать.

Эмилии совсем недавно исполнилось двадцать лет, и её вовсю готовили к замужеству на принце северных земель. Своенравный характер принцессы плохо сочетался с ролью покорной королевы-жены, однако чувство долга перед королевством было сильнее её желаний. Девушка понимала, что должна будет смиренно принять новость королевы-матери перед всем двором о свадьбе принцессы Эмилии и принца Видмара во время празднования Колмейской ночи.

Всё утро принцесса училась сражаться на настоящих мечах, несмотря на то, что на владела магией, ей легко давались обычные способы борьбы. Эмилия смогла уговорить одного из самых опытных воинов королевства Анрэ Кавалли обучить её воинскому мастерству, поэтому она часто проводила своё утро не за прогулкой по улице, а тренируясь на мечах.

Принцессе очень нравился костюм, который она надевала на свои тренировки, так как её чёрные волнистые волосы отлично сочетались с ним. Костюм был весьма простого кроя, но сделан из богатых тканей: бархатная черная туника до середины бедер с незатейливой золотой вышивкой на верхней части туники с левой и правой стороны; у туники были длинные рукава; на тонкой талии принцессы находился черный кожаный ремень. Также на Эмилии были чёрные кожаные брюки и грубые ботинки на шнурках.

Окружающие всегда подчеркивали её серые глаза, утончённый нос и пухлые губы, без преуменьшения говоря ей, какая она красивая. Однако она старалась лишний раз подчеркнуть тот факт, что она умеет пользоваться оружием и магией и не прочь это доказать.

После тренировки принцесса всегда была очень бодра и приступала к различным делам, но перед праздником ей пришлось отложить их на потом, так как приготовления к Колмейской ночи и последующей после неё свадьбе отнимали много сил и времени. Сейчас принцесса направлялась прямиком в свои покои, чтобы примерить платье, которое ей выбрала королева для предстоящего праздника.

– Интересно, что на этот раз заготовили королевские организаторы. – сказала служанка София.

– Я думаю, что прошлогодний опус с горящим гобеленом уже никто не переплюнет. – ответила Эмилия.

– Ох, принцесса, будьте осторожны, а то кто знает, учли ли организаторы свои ошибки. – безэмоционально проговорила служанка.

Её служанка, наверное, считалась красавицей среди других служанок: длинные белые волосы, голубые глаза и квадратная челюсть. Почему-то многими людьми такой типаж девушек считался красивым, но Эмилия не видела ничего особенного во внешности служанки. Даже более того, такие девушки, как София всегда считали себя красавицами и обладали завышенной самооценкой. Иногда Эмилии казалось, что София делает одолжение, что прислуживает ей – настолько она неохотно выполняла поручения принцессы. Сначала Эмилия хотела поменять её на другую служанку, но потом поняла, что неприятная, но глупая София будет лучше другой, более смышленой служанки. Ещё София была очень ленивой, поэтому Эмилия научилась использовать лень и пренебрежительное отношение к своим обязанностям служанки в свою пользу.

– Ой, принцесса, вы будете самой красивой на балу, как и всегда. – прощебетала София, завязывая шнурки корсета на Эмилии.

Эмилия промолчала, её уже начинала раздражать постоянная лесть служанки. Принцесса привыкла к комплиментам со стороны окружающих, так как любой человек пытался завоевать её хорошее расположение, но некоторые делали это умело, а другие делали это неестественно, как София.

После примерки платья Эмилия освободилась от служанки и направилась в сопровождении двух фрейлин, Эммы и Марго, а также двух стражников к своему младшему брату Генри.

Генри был озорной мальчишка тринадцати лет, он обладал такими же красивыми черными густыми волосами и серыми глазами, как и его сестра. Несмотря на праздничную суматоху во дворце, отец настоял, чтобы занятия Генри сегодня не отменяли. Эмилия и её свита вошли в залу, где проходили занятия Генри, и села на диванчик, чтобы послушать истории от учителя Рийго. Фрейлины сели на стулья по обе стороны принцессы, стражники стояли за Эмилией. Эмма и Марго начали сразу вышивать, так как им не особо было интересно слушать истории старого волшебника.

Рийго был известным волшебником, преподававшим историю Хеймона в Королевской академии, раз в неделю он приходил во дворец, чтобы учить Генри истории. К принцу приходили учителя-волшебники из Королевской академии, так как она находилась под покровительством короля и являлась одной из самых лучших волшебных академий. Рассказы преподавателя были очень интересными, поэтому Эмилия напросилась в вольные слушатели к Рийго.

– Принц Генри, я же давал вам задание к моему сегодняшнему приходу, почему вы не прочли историю про трёх великих волшебников? – приподняв одну бровь, спросил Рийго.

– Но учитель, вы же знаете, я плохо воспринимаю текст, я хочу послушать вас, мне так интереснее, ну пожалуйста. – протянув второй слог последнего слова, ответил принц.

Рийго приподнял свою густую седую бровь, от чего его лицо стало смешным. Обычно волшебники носили традиционный наряд, о́хабень: кафтан длиною до самого пола, рукава тоже доходили до пола и имели прорези для рук посередине. Рийго носил бордовый шёлковый о́хабень, а спереди на левой стороне груди была пришита золотыми нитями эмблема Королевской академии – единственное украшение его одеяния. Символом Академии был сокол, поэтому на охабенях её волшебников вышивали соколиную голову и три звезды над ней. В каждой академии были свои цвета и символы, по которым можно было понять из какой академии тот или иной волшебник. Красный цвет принадлежал королевской семье, и никто не имел права носить его, поэтому для Королевской академии выбрали бордовый цвет, как разновидность красного. В Хеймоне были строгие иерархические порядки, ещё сто лет назад за ношение красного могли казнить, сейчас наказания были не столь строгими. Эмилия всегда считала такое разграничение по цветам правильным, так как у каждого сословия должны быть различия, и простой человек, не владеющей магией, не мог быть на одном уровне с волшебником или представителем знати. Некоторым аристократам, кто по родословной был очень близок к королевской семье, тоже разрешалось носить красное.

– Эх, хорошо, но вы как будущий король обязаны знать историю своего королевства, поэтому будьте так снисходительны и прочтите её потом. – волшебник сдался.

Тогда Рийго начал рассказывать историю про трёх волшебников голосом типичного старца-рассказчика, что очень нравилось Эмилии:

– Вот уже триста шестьдесят пятый год идёт, как мы живём в безопасности. В давние времена на землях нашего нынешнего государства сосуществовали бок обок три племени. Тогда каждый житель этих племён обладал магией, не так как сейчас, когда магия – это скорее привилегия, коей обладают либо потомки великих волшебников и первого хранителя, либо редкие счастливчики, вроде меня. – погладив себя по длинной бороде, довольно произнёс Рийго. Он продолжил:

– В давние времена наш мир был населён не только людьми, но и духами и всякой нечестью. В большинстве своём духи не трогали людей, если те держались подальше, но были и злые духи, которые охотились на людей.

Самыми мерзкими и опасными среди них были илма. Илма использовали людей по-своему: они вселялись в людей и черпали из них силы, как паразиты, тем самым они становились сильнее и могли контролировать человека, если им это было нужно. Иногда люди добровольно принимали условия илма в обмен на сильную магию, но у большинства людей не было выбора, илма обманом или силой завладевали телами и душами людей. И вот однажды люди трёх племн в отчаянии решили провести один сложный и древний ритуал: они выбрали по одному сильному волшебнику от каждого племени, взяли большой чёрный камень оникс в качестве проводника силы и проговорили заклинание на старинном изречении, чтобы передать свои силы трём избранникам. Роукку, Янис и Виймо, получив силу своих соплеменников, смогли прогнать всю нечисть в иной мир, где им и место. Большая часть жителей лишилась магических сил, поэтому, чтобы выжить в этом суровом мире, три великих волшебника предложили объединить племена. Несмотря на победу над илма, для людей оставалось множество опасностей. Они создали Хеймон, а после того, как все трое волшебников умерли или, как поговаривают, просто исчезли, первый хранитель стал главой государства. Все три волшебника перед тем, как уйти в мир иной, передали первому хранителю свои силы и знания. Вы с принцессой как потомки первого хранителя это и так должны знать, да, мой принц?

– А почему они это сделали, у хранителя до этого были магические силы или нет? – спросил мальчик.

Рийго посмотрел на принца таким недоумевающим взглядом «Да ты и так должен это знать», но вместо этого он сказал:

– Волшебники хотели сохранить между собой баланс, они боялись, что эта сила сможет повлиять на них, настроить их друг против друга, поэтому они выбрали ещё одного волшебника, честного и доброго, которому они могли доверить такую ответственность. Они заключили с хранителем магический договор, с тех пор правят королевством только потомки хранителя, но делают они это с учетом мнения нынешних волшебников. И да, мой принц, магией он тоже обладал. В ритуале приняли участие не все жители племён, этот ритуал необходимо выполнять добровольно, иначе ничего не сработает. Первый хранитель на тот момент был ребёнком, видимо, поэтому он и не принимал участие в ритуале.

Эмилия не смогла удержаться и спросила:

– Учитель, а как же четвертый волшебник, вы почему-то забыли про него?

Фрейлины Эмма и Марго переглянулись, оторвавшись от вышивания. Принцесса часто интересовалась историей противостояния трёх великих волшебников и тёмного волшебника, пожелавшего поработить предков хеймонцев.

– О нём редко говорят, потому что боятся его или хотят забыть о нём, но я только что хотел рассказать о нём, раз это часть нашей истории. – сказал Рийго.

Волшебник продолжил:

– Многие илма подчинялись одному волшебнику, он использовал их, вселяя в людей – так он и стал одной из причин, по которой нашим предкам пришлось отдать свою силу Роукку, Янису и Виймо. В истории его иногда называют четвёртым или тёмным волшебником, а звали его Алваар. После изгнания нечисти в другой мир и победы над Алвааром, все три волшебника основали Хеймон, оставив после себя спокойствие и безопасность в нашем королевстве.

Вот и всё мои принц и принцесса, у нас в Академии тоже вовсю идет подготовка к празднику, поэтому сегодня я вынужден уйти пораньше.

– О, нет, теперь придется всё это читать, мне больше вас хочется послушать.– с недовольством проговорил Генри.

– Принц, но у вас же такая начитанная сестра, я полагаю, она вам тоже сможет интересно рассказывать историю нашего королевства. – сказал учитель.

– Боюсь, я не такой хороший рассказчик как вы, Рийго, но я прослежу, чтобы он прочитал весь текст. – покосив взгляд на младшего брата, произнесла Эмилия.

– Вот и хорошо, а я вернусь только на следующей неделе. Принц, попрошу вас всё же читать книги. Король правит не только мечом, но и умом. Хотя лучше бы всегда умом правил, но это возможно только в детских сказках. – сказал волшебник.

Рийго подошёл к окну и распахнул его, взмахнув правой рукой, он мигом обернулся в сокола и вылетел из окна.

Глава 5. Тони

Киран и его дядя вышли из таверны «Кроличий остров» и направились прямиком к портному, у которого они надеялись найти уже готовые костюмы для бала. Тони не взял с собой никакого парадного костюма, а Киран вообще не имел такового, так как вырос из своего подросткового, а новый уже не видел смысла заказывать.

Они вышли на набережную и пошли вдоль неё, наслаждаясь морозным, но солнечным утром. Лавка портного располагалась в ближнем городе, ведь его постоянными покупателями были представители высшего общества. Тони надеялся, что Малек, так звали портного, по старой дружбе подберёт им что-то из своих запасов – обычно перед праздниками было сложно найти себе что-то приличное из одежды, но Малек всегда старался один-два костюма оставлять на всякий случай. Опыт научил портного, что в самый канун какого-либо праздника к нему явится несколько запоздалых покупателей и начнёт выпрашивать его подобрать им что-то приличное, Тони, как правило, был одним из таких покупателей. Дядя Кирана не любил торжества и всегда чувствовал себя лишним в высшем обществе, где почти все имели магические силы и не забывали ему об этом напомнить. Обычно Тони тянул до последнего с подготовкой, пока Оливер, его старший брат, не уговаривал его пойти на торжество, так как их статус не позволял им изолироваться от такой же знати, как и они – связи имели не меньшую силу, чем магия, особенно, когда это касалось бюрократических вопросов.

– Дядя, я тебя всё ещё не могу до конца понять, ты, видимо, думаешь, что нас просто так впустят во дворец на бал и пропустят к королеве. – усмехнулся Киран.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.