Ольга Никулина
Скромник

Сашка отсидел за изнасилование. Красивый, высокий, молодой он возвращался с зоны на общественном транспорте. На его лице, словно приклеенная, застыла обреченная, жалкая улыбка. Парень видел, как девушки бросают на него заинтересованные взгляды, но прекрасно понимал, что это все напрасно. Если б они знали, кто он, то не смотрели бы так. Униженный, опущенный, раздавленный… Ему многое пришлось вынести в тюрьме, много непролитых слез скопилось в его груди. Он ждал освобождения, как спасения от кошмара, и, наконец, это спасение произошло. За воротами зоны его встретило солнце и голубое небо, птичий гомон, зелень листвы и свежесть воздуха. В затравленном взгляде парня появилась надежда. Несколько часов на поезде, потом поездка в трамвае, еще полчаса в пригородном автобусе, и вот он в своем поселке.

Сашка шел мимо знакомых с детства домов, магазинов, и губы его криво, заискивающе улыбались. Зеленели тополя, звонко чирикали воробьи, и парень вместе с радостью чувствовал страх. Его тело привыкло к побоям, душа к унижениям. Недостоинство отражалось во всем его облике – в робком взгляде, в жалкой усмешке, в нерешительной походке. Его красота и молодость заставляли прохожих, особенно девушек, задерживать на нем взгляд, но парень внутренне сжимался от этих взглядов, как от ударов, понимая, что его внешность всего лишь оболочка, под которой скрывается кровавое месиво души. Он был почти сломан тюрьмой и сам удивлялся, что все-таки выжил там, не наложил на себя руки, не опустился окончательно. Мысли о свободе – именно они помогли ему выдержать все.

Он прошел мимо школы, свернул в сторону почты. Его длинные худые руки и ноги торчали из рукавов и штанин – за годы тюрьмы он сильно подрос, и его одежда стала ему мала.

Мачеха была дома. Полная, некрасивая женщина с усталыми грустными глазами встретила его сдержанно. Она изучающе смотрела на пасынка, не зная, чего от него ожидать. За то время, что он провел на зоне, она отдохнула, жизнь семьи вошла в спокойное русло. Ее собственный сын недавно женился на хорошей девушке и ушел на съемную квартиру. Скоро у них родится ребенок. Это такая радость! Сашкин приход был совсем некстати.

Сашка прекрасно видел, что ему не рады, и старые обиды всколыхнулись, поднялись со дна его души, однако он не собирался скандалить и качать права, как прежде. Тюрьма научила его униженному молчаливому терпению.

Зайдя в ванную, он разделся догола и в большом зеркале над раковиной окинул взглядом свое худое, жилистое, хорошо сложенное тело. Презираемое тело… Опущенное, оскверненное, лишенное достоинство тело… На зоне он так и не привык к своей униженности, не смирился с ней. В его душе был протест, но, боясь новых унижений и побоев, выказывать его он никогда не пытался. Вот до тюрьмы Сашка протестовал. Правда, он не понимал, что протестует, он просто считал себя психически неуравновешенным. Мачеху оскорблял, осыпая ее нецензурной бранью, с отцом скандалил, учителей ни во что не ставил, срывал уроки, девчонок лапал. Его друзья были такими же как он: без моральных принципов, склонные к выпивке и приему наркотиков, зацикленные на сексе. Впрочем, он всегда чувствовал, что дружки психологически сильнее его. Спокойные и уверенные, они как будто имели в себе какую-то опору, и Сашке нравилось, что они такие. Возле них он сам обретал моральную твердь, чувствовал себя значимым.

Парень лег в наполненную горячей водой ванную и, расслабившись, уставился в потолок. Не хотелось ему сюда возвращаться. Близкие после его осуждения совсем отвернулись от него. Никто из них ни разу не навестил его на зоне. Вот если б мать была жива! Если б она все детство была с ним, то вся его жизнь сложилась бы по-другому! Это она во всем виновата! Сука! От злости, бессилия и боли из его глаз потекли слезы, а привыкшие к затравленной улыбке губы плаксиво, словно у ребенка скривились. Зачем она его оставила? Почему так поступила? Знакомое отчаяние сдавило ему горло. Он снова чувствовал себя шестилетним мальчиком среди чужих, нелюбящих его взрослых. Мама! Мама! Где ты?! Защити! Но мать не придет. Никто не придет… Сука! Как она могла?!!

На Сашку накатила такая волна отчаяния, что он со стоном погрузился под воду и замер там на несколько мгновений. Смерть… Она бы сейчас освободила его. Мать тоже хотела освобождения, но почему она так поступила с ним?! Он вынырнул из воды, и, вытаращив глаза, глотнул порцию воздуха. Как сейчас он помнил тот день во всех подробностях. Это было воскресенье, и мама была дома. Набегавшись с друзьями, он вернулся домой голодный и усталый.

– Мама-а! Ма-ам! – крикнул он с порога. – Я пришел!

Дома было тихо. Непривычно тихо. Сашка зашел на кухню – никого. Где же мама? Она разве забыла про обед? Открыв холодильник, он увидел толстые сардельки и прямо грязными руками оторвал одну из них от общей связки. Жуя и чавкая, он вышел в коридор, заглянул в зал и так и замер. Мать, словно расслабленная безвольная кукла, висела на привязанной к люстре веревке. Ее лицо было багровым, язык страшно вывалился изо рта, глаза выпучились… Сашка даже сначала не узнал свою красавицу-маму, подумав, что это кто-то другой. Но на висевшей женщине был мамин халат, и это были ее руки и ноги, ее светлые волосы… Сарделька выпала из его рук, душу охватило неведомое до того времени кошмарное чувство ужаса. Словно пригвожденный он смотрел на искаженные смертью черты матери и никак не мог оторваться от этого зрелища. Наверное, у него был шок. Он не плакал, не звал мать, не кричал. Он просто стоял и смотрел, не до конца понимая, что произошло. Нет, он не был глупым и в свои шесть лет знал, что все люди и животные умирают. Недавно с друзьями они на улице видели кишащий червями труп дохлой кошки. Но мама же не может умереть! Его душа просто не могла вместить такой катастрофы. Он знал, что это она висит мертвая, вполне понимал это, и все же ждал, что мама сейчас придет, успокоит, накормит… Но мамы не было. Не было и все. Вместо мамы висело это похожее на нее чудовище.

Трясясь всем телом, он забился в коридоре в уголок под вешалкой и до вечера просидел там, тихо подвывая от ужаса. Он знал, что мать не придет, и все же ждал ее прихода. А когда вечером с работы вернулся отец, мальчишка очень разочаровался, что это именно он, а не мама.

До ночи в их квартире сновала милиция, ходили какие-то люди. Сашку никто не трогал, никто не обращал на него внимание. Голодный, морально опустошенный, он сидел под вешалкой с одеждой, тихо постанывая от слабости и горя. Отец вспомнил о нем только ночью, когда чужие люди покинули их квартиру. Мужчина даже не догадался, что ребенка надо покормить. Он просто приказал Сашке идти спать. Сашка не пошел. Спать его всегда укладывала мама. Она сначала умывала его, мыла ему ноги, заставляла надеть пижамку, а потом обязательно читала какую-нибудь сказку. Это был целый ритуал. Мама то и дело прижимала его к себе, целовала его то в нос, то в щеку, и при этом неустанно повторяла, что он самый красивый, самый умный, самый любимый мальчик на свете…

– Ты что, не слышишь? Иди спать, – отцу было не до ребенка. Он был придавлен случившимся, чувство вины душило его. Да, это он во всем виноват. Маша узнала о его связи на стороне, о его сыне от другой женщины…

– Саша, иди! Иди спать! Иди в детскую! – снова приказал мужчина, но Сашка не тронулся с места. В его душе поднялась волна протеста и возмущения. Мама! Его укладывать спать должна мама! Где она? Сашка не мог представить себе жизнь без матери. Он всегда побаивался отца, держащегося с ним отстраненно, но теперь они остались вдвоем один на один.

– Ты почему не слушаешься?! – отцу невыносимо было смотреть на съежившегося ребенка, взгляд которого был копией взгляда погибшей Маши. Он схватил мальчишку за руку, потащил его в детскую. Сашка отчаянно заорал, упираясь ногами в пол, протестуя против смерти мамы, против непонимающего его жесткого отца, против собственного голода. Он впал в настоящую истерику, верещал, как резанный, и отец, не выдержав, больно отшлепал его… В ту ночь Сашка впервые спал неумытый, без сказки на ночь, одетый в уличную одежду, голодный, заплаканный. С того дня он часто истерил. Отец, появившаяся в их доме мачеха со своим противным сынком, воспитатели в садике, потом учителя в школе, казалось, все они ополчились на него. Никто из них не пытался утешить его, приласкать, поговорить. Они заставляли его выполнять их команды, хватали, волокли куда-то за руку, приказывали делать несусветные вещи. Злые, непонимающие, чужие… Они не любили его, считали плохим. Сашка протестовал своими истериками против них всех и отчаянно тосковал по матери. Обозленный, несчастный, он во всех взрослых видел врагов и делал все им наперекор. Ему казалось, что они мучают его придирками, заставляют делать что-то непонятное и глупое. Его друзьями становились такие же неуправляемые, протестующие мальчишки. Со второго класса он очень сдружился с одноклассником Мишкой, потерявшим в то время спившуюся мать. Несчастная умерла от цирроза печени, а Мишкин отец, недолго думая, привел в дом другую женщину, имеющую своего собственного сына. Все было так же, как и у Сашки. Мальчишки просто не могли не быть друзьями. Подобное тянется к подобному. Часть их душ была разрушена, а оставшаяся часть пребывала в хаосе, и везде, где они появлялись, они привносили этот хаос в окружающую обстановку. Но Сашка был всегда морально слабее Мишки. В его глазах, как будто застыл плач. Нет, он не плакал, но бездонная несчастность в его взгляде была видна невооруженным взглядом. Однако его никто не жалел, и никто почему-то не замечал его физической красоты, унаследованной им от матери. Сам Сашка вполне понимал, что он красив, однако был не рад этому. В его душе с каждым годом росли возмущение и ненависть к матери, не справившейся со стрессом и оставившей его на произвол судьбы. Ему не хотелось быть похожим на эту слабую, эгоистичную женщину, бросившую его на произвол судьбы. Временами он тосковал по ней, отчаянно хотел ее присутствия, но это отчаяние сменялось снова и снова невыносимой злобой и желанием уничтожить в своей душе ее родной, но мучающий его образ.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.