Екатерина Русанова
Тот день

Глава 1

В тот день я получила тройку по геометрии. Моя учительница математики миссис Адамс, как всегда, с досадой посмотрела на меня, про себя говоря: «Опять, Джинни. Опять ты не учила формулы».

В свое оправдание могу сказать, что я неплохо преуспеваю по другим предметам. У меня никогда не выходит плохих отметок по семестрам, да и в году тоже. Но в случае с геометрией – все иначе. Такой, казалось бы, пустяк может уничтожить хорошее настроение, сровняв его с землей, окончательно испортив весь оставшийся день.

–Если ты не возьмешься за голову и не напишешь грядущую контрольную работу хотя бы на четыре, то не жди поблажек, Джинни.-сказала миссис Адамс тоном настоящего изверга и продолжила оглашать результаты остальных.

Я посмотрела в окно с надеждой, что большой метеорит сейчас упадет на нашу школу, в этот класс, раздавив тем самым миссис Адамс. Когда дело доходит до моей успеваемости, меня, как будто кто-то подменяет, и я становлюсь очень…раздражительной. Может, поэтому со мной никто не общается? Этот факт задевает намного сильнее, чем тройка по геометрии. Ведь, если рядом были бы настоящие друзья, которые могли бы даже в трудную минуту заставить меня улыбаться, может, тогда мне было бы все равно на оценку, да и не только на нее…

Дверь кабинета слабо скрипнула. Пока математичка что-то объясняла у доски, повернувшись к ней лицом, в класс незаметно пробрался Томас. Этот парень никогда не отличался особой пунктуальностью, поэтому опоздания в его исполнении – это не то, чему стоило удивляться.

–Томас!-окликнула того миссис Адамс, все еще глядя на доску, и Томас замер в крадущейся позе, выругавшись без слов.-Открой учебник на странице 293, прочти параграф, а потом выйди к доске и расскажи, что нового узнал.-учительница вдруг повернулась, нацепив пугающую улыбку во всю ширь.

Миссис Адамс было невозможно провести. Каким бы тихим ты не был бы, она все равно услышит тебя. Поэтому, когда дверь предательски скрипнула, она уже знала, что это вошел Томас.

–Будет сделано!-парень послал ей воздушный поцелуй, вызвав этим смех одноклассников.

Он всегда был весел и всегда находился в центре внимания. Возможно, именно без него наш класс не имел бы никакой изюминки. Томас осмотрел положение вокруг, ведя поиски свободного места. Так вышло, что их было несколько, под конец учебного года многие взяли привычку «болеть». Но парень подсел ко мне, бросив рюкзак около ног. Несколько минут я чувствовала себя немного неловко. Томас открыл книгу, быстро нашел нужную страницу и пальцами начал мгновенно спускаться по предложениям.

«Что он делает?»

Вдруг его внимание обратилось на меня, и мне пришлось тут же отвести взгляд в сторону.

–Привет, Джинни.-Томас прилег на парту, чтобы лучше разглядеть мое лицо.

–Привет, Томас.

–Почему хмурая на этот раз?-подмигнул он.

Ему было смешно, в то время как мне – нет.

–Тебе разве не надо подготавливаться?-я надеялась, что моя раздражительность заставит его отстать от меня.

–Я уже давно подготовился.

–Томас!-окликнула его математичка так, что ее бюст подпрыгнул.-Ты уже готов? Тогда чего же не выходишь к доске?

Класс снова залился хохотом. Я смотрела на парня, изумляясь одновременно и его привлекательности, и типичному для всех выпендрежников характеру.

«Неужто все симпатичные парни такие?…»-я подперла подбородок ладонью, с интересом ожидая дальнейшего развития событий.

Томас двигался по направлению к доске под смех и гул по обе стороны, будто он гладиатор, храбро идущий навстречу льву. Признаюсь, я сама пребываю в каком-то восторге от его личности. Томас действительно та еще находка.

–Ну, весельчак,-обратилась к нему математичка.-Мы все тебя слушаем.

Томас заулыбался, как ребенок, когда учительница назвала его «весельчаком». Конечно же, это вызвало всеобщее хихиканье со стороны девушек, каждая из которых представляла себя и классного заводилу в виде пары. Жаль их расстраивать, но лично я не припомню, чтобы у Томаса были хоть какие-то отношения на территории школы. Хотя, может, я просто не замечала этого?

–Значит так,-начал парень и взял мел.-Я узнал, что эта фигура называется «Призма», а эта, «Конус»!-он начертил несколько сложных фигур, играя на публику.-У «Призмы» и «Конуса» есть парочка формул, которые, к вашему сожалению, нужно запомнить.

–Миссис Адамс, кажется, вы нам больше не нужны.-заявил Тод – не мало знаменитый в классе парень, играющий в школьной футбольной команде, чьи слова никогда не держались за зубами.

–Короче,-продолжал Томас, водя мелом по доске.-Сейчас я начерчу призму…Прямоугольную…Вот…Вроде прямоугольная…

–Томас, кажется, ты спутал прямоугольник с квадратом.-смеясь, вставила Агнес.

Парень недовольно на нее покосился и принялся исправлять чертеж, чтобы тот, наконец, стал похож на этот проклятый прямоугольник. Стирая мел до основания, вызывая истерику у одноклассников, Томас продолжал бороться с призмой и, когда у него все-таки получился более или менее нормальный чертеж, Тод, смеявшийся громче всех, захлопал в ладоши:

–Браво! Пикассо!

Томас не растерялся и согнулся в реверансе. Все снова загоготали.

–Так, все, хватит. Томас, ты превращаешь урок в балаган.-устало проговорила учительница.-Сядь уже на место и никого не трогай. Особенно меня.

–Попробую, Миссис Адамс, но ничего обещать не могу.-он развел руками в стороны, виновато улыбнувшись.

Без конца поправляя волосы, Томас шел обратно. Приближаясь к нашей парте, он странно взглянул на меня.

–Ну, привет, еще раз.-шепотом произнес Томас, когда сел.-Ты, кстати, мне должна.

–Ничего я тебе не должна.-моя интонация была более, чем убедительная, и в придачу озлобленная, однако парень успешно проигнорировал и это, продолжив в том же духе:

–Ну как же, я только что сделал твой день лучше.

–Он и без тебя был нормальным.-соврала я, делая вид, будто слушаю теорию сегодняшнего урока.

–Минуточку, позволь мне побыть твоим персональным психологом.-Томас проверил, чем занимается Миссис Адамс, и только затем разлегся на парте, подперев голову рукой.-Расскажи мне все, что тебя тревожит, дорогая.-сказал он голосом старого мудреца.

–Томас, отстань. Ты мешаешь.

–Ой, да брось! Я только что мастерски рассказал тему сегодняшнего урока.

–Ага, «мастерски».

–Это неважно.-выставил он свой указательный палец чуть ли не перед моим лицом.-Зато как артистично!

Я ничего не ответила ему, уткнулась в свою тетрадь, начав записывать все, что пропустила из-за бессмысленного диалога со звездой сцены. Однако и он перестал донимать меня, как только понял, что я не из тех девушек, с которыми можно проговорить весь урок, наблюдая, как те постепенно влюбляются в его эго. Но недолго мы молчали, в голову Миссис Адамс пришла идея окончательно добить меня объявлением:

–Разделитесь по парам и решите два варианта задач. Если возникнут вопросы, постарайтесь ответить на них самостоятельно, но, если вдруг уж совсем не будет получаться, подойдете ко мне.-Миссис Адамс посмотрела на настенные часы, при этом сверяясь со своими – ручными.-У вас целых двадцать минут на выполнение работы. Примите к сведению, что эти задания встретятся в контрольной.

Мне редко удавалось работать с кем-то в паре, ведь, кому охота нести обязанность за человека, в голове которого одни опилки? По крайней мере, именно так я постоянно себя успокаивала, потому что все мы знаем, в чем заключалась настоящая причина. Поэтому моей парой всегда была Миссис Адамс, которая, как я подозреваю, каждый раз рвала на себе волосы, когда я в очередной раз ничего не понимала. Но от того, что Томас сам ничего особо не смыслил в том, что изучает, на душе становилось чуточку легче.

–Ну, Джинни, теперь мне понадобится весь твой разум, чтобы понять, как это решать.-он говорил это, смотря на номера упражнений, давя геркулесовой силой большим пальцем в висок.

–Давай…попробуем?-я не спешила сознаваться, что сама ничего не знаю. Мне не хотелось краснеть за себя же.-Здесь определенно нужны те формулы, которые ты писал на доске…Я сейчас попытаюсь решить…

Томас глядел прямо на записи, которые делала моя дрожащая рука. Я остановилась ровно тогда, когда закончила переписывать данные задачи, поняв, что на этом мои знания заканчиваются.

–Что-то не так?-спросил Томас, озадачившись паузой.

–Я не знаю, что делать дальше.-виновата посмотрела на соседа, в ответ на что тот рассмеялся. Миссис Адамс пришлось сделать ему очередное замечание.-Что ты смеешься?-не сдержалась я и улыбнулась. Все-таки у Томаса был заразительный смех.

–«Не знаю, что делать дальше».-повторил он и засмеялся снова, но уже тише, уставившись перед собой.-Ладно, благо не все потеряно. Есть все-таки мозги в этом классе, и сейчас они сидят во-он за тем столом.-он взглядом указал на математичку, которая разбиралась с такой же проблемой с нашим одноклассником.-Я сейчас подойду узнать, что да как, а ты пока займись ответственным делом.

–Каким?

–Ничего не деланьем.

Я закатила глаза, однако все же улыбнулась, не устояв перед обаянием парня. Томас встряхнул головой, таким образом убрав челку, которая легла ему на глаза, и пошел к Миссис Адамс. Поглощенный неведомо чем он даже не заметил, как весь класс странно поглядывал на него.

Вернувшись, весельчак подсел ко мне чересчур довольный. Он вертел тетрадью так, словно то была не просто бумага в обложке, а целый драгоценный камень, продав который можно стать самым богатым человеком на Земле. Но это было всего лишь решение задачи, получив которое Томас уже считал себя чуть ли не самим властителем мира.

–У меня есть ответы.-кусая нижнюю губу, произнес он, явно думая, что на меня это произведет впечатление, но я просто всколыхнула брови.-Так, я что-то не понял, а где: «О, Томас! Мой спаситель! Что бы я делала без тебя?».-проговорил парень, имитируя женский голос.

–…Обойдешься обычным «спасибо».-мои нахмурившиеся брови и чуть приподнятые уголки губ так и говорили: «Парень, на что ты надеешься?».

Я забрала тетрадь из рук Томаса, как раз в тот момент, когда он хотел дернуть рукой и спрятать ее за спину. Его дурачество забавляло, но мне было необходимо сосредоточиться…

С горем пополам, но нам все же удалось решить одно задание. И это даже не самое сложное! Меня трясло от одной только мысли, что же меня ждет на контрольной, ведь, чтобы получить отметку выше среднего, требовалось решить хотя бы пару тройку заданий, что для меня уже являлось непосильной задачей. А вот Томаса, похоже, вообще ничего не волновало. Не уверена, что ему вообще есть какое-то дело до итоговой аттестации.

Он был полезен только в одном – приносить подсказки учительницы по решению задач. В остальном приходилось думать самой, но я не жалуюсь. Томас неплохо справился с тем, чтобы развеселить меня, поэтому я позволила ему заняться куда более важным и ответственным делом – ничего не деланьем.

Тот день закончился, на удивление, приятно. Урок геометрии никогда еще не приносил столько позитива. Несмотря на то, что на оставшихся занятиях я и Томас больше не сидели вместе, я все равно мысленно говорила ему спасибо за то, что пришел тогда на урок и сел со мной; за то, что вызвал у меня улыбку; за то, что он просто был.

Глава 2

Многие бегут от чужих проблем, потому что либо сами от них недавно избавились, либо считают, что каждый должен научиться справляться с трудностями самостоятельно, чтобы понять значение слова «жизнь». А тем, кому не суждено преодолеть препятствия на пути, приходиться врезаться в них и беспомощно падать на землю в надежде, что их кто-нибудь да поднимет.

Я как можно тише старалась открывать дверь нашей небольшой квартиры – не хотела, чтобы Гейл услышал нас. Обшарпанными тонкие стены со старыми обоями, на которых образовались разводы, и до невозможности скрипучий пол угнетали сразу на входе. Раздев Джоела и повесив его темно-синюю курточку на крючок рядом со своей, я, подталкивая брата вперед, незаметно проскочила с ним по коридору в нашу комнату. Джоел, быстро переодевшись в домашний костюмчик, в котором он не редко засыпал, начал возиться с игрушками, что были разбросаны в специальном для того уголке. Я же положила рюкзак на стул и подошла к зеркалу, устало посмотрев на свое отражение.

Бывают дни, когда я смотрю на себя и удивляюсь своей привлекательности: эти темно-коричневые волосы с прямым пробором, удлиненная челка, которая заканчивается у скул, завиваясь на концах; это худое лицо, украшением которого являются большие серые глаза, брови дуга, а уши…Что ж, с ушами мне повезло куда меньше – оттопырены, из-за них я почти никогда не убираю волосы в хвост. Временами, когда я не так лестно отзываюсь о себе, мне хочется отвернуться или вообще выбросить это зеркало в окно. Сразу находится куча причин, чтобы себя возненавидеть, будь то лишний килограмм, кричащий «привет» с боков, или прыщ на носу. И сегодня был как раз именно тот день.

Прошло немало времени с тех пор, как мы с Томасом сидели вместе на геометрии. Несколько долгих дней без улыбок и ни к чему не обязывающих разговоров. После того урока я начала смотреть на парня иначе. Если раньше он казался мне самовлюбленным эгоистом, то сейчас – беззаботным мальчишкой.

А еще я заметила, что стала слишком часто думать о нем. Так часто, что стоит Томасу пройти мимо меня в школе, мне сразу хочется надеяться, что он хотя бы поздоровается. Но сколько уже прошло дней, а Томас все также холоден по отношению ко мне. По видимости было глупо полагать, что такой парень, заводила всего класса, может когда-нибудь стать моим другом.

Сухой кашель на кухне отвлек меня, и мне вновь пришлось вернуться к своим делам, а точнее к домашней работе, которую приходилось делать, совершенно не имея на то желания. Но что-то не давало мне сосредоточиться, и я даже догадывалась, кто именно был тому виной.

Сделав музыку в наушниках громче, я старалась заглушить мысли о Томасе. Однако это было так же бессмысленно, как и пытаться учить эти вездесущие формулы по геометрии.

–Джинни!-Джоел подошел ко мне, пока я сидела за рабочим столом, и крепко обхватил за ногу.

–Ну что, наигрался?

Усадив братишку бочком на колени, я все никак не могла перестать умиляться его заманчивому внешнему виду: светлые волосы, ближе к цвету блонд, которые с возрастом, к сожалению, потемнеют; детские пухлые щечки, курносый носик и всегда смеющиеся светлые глаза.

–Не-ет!-просмеялся он, пытаясь закрыться от щекочущих его рук.-Я не могу найти свою машинку-у.

–А где в последний раз ты с ней играл? В садике не мог оставить?

–Нет! Она где-то здесь!-нахмурился Джоел, и я снова заставила его смеяться, пощекотав шею.-Джинни-и! Переста-ань!

Отпустив мальчугана, я переоделась, аккуратно повесив вещи обратно в шкаф, в то время как Джоел отправился на поиски своей драгоценной пожарной машинки.

Пока я тщетно пыталась найти хоть какую-нибудь подсказку для решения домашней работы, которая, по моим предположениям, осталась в тетради Томаса, поймала себя на мысли, что завидую своему младшему брату. Ему не приходиться выносить всю ту тяжесть жизни, что накапливается день за днем. Ведь, кто, если не я, отводит и забирает его из детсада! Кто, если не я, готовит ему завтраки, обеды и ужины, потому как больше некому! Кто умывает, одевает, укладывает его спать? Все эти обязанности лежат на одной мне, потому что нам просто не посчастливилось родиться в другой семье, где дети – это не бремя, а радость. Но мы уже привыкли. Привыкли не получать помощь, а сами оказывать ее себе.

За дверью что-то очень тяжелое рухнуло на пол вместе с посудой. Разбившееся стекло было отчетливо слышно вместе с нескончаемой бранью Гейла:

–Собака! Паскуда! Тебя что, мать не учила убирать за собой?!

Услышав это, я осознала: машинка нашлась. Хватило каких-то считанных секунд, чтобы я немедленно выбежала из комнаты и прибыла на место происшествия. На кухне рыдал Джоел, держась за большие мужские руки, которые сильно сжимали его волосы. Запах пролитого алкоголя витал в воздухе.

–Смотри, что ты наделал! Смотри же, щенок, смотри!

Гейл все тряс его над стеклом и затем, когда ему надоело, грубо отпустил. Мальчик упал, приземлившись ладонями прямо на осколки.

–Джоел!-крикнула я, сумев превозмочь оцепенение.

Он сел, схватился за руку, посмотрев на которую начал рыдать еще сильнее. Я мигом подскочила к нему, приготовившись вот-вот поднять и увести от разъяренного Гейла.

–Что он тебе сделал!

Мои крики вместе с плачем мальчика настолько сильно сотрясали воздух, что Гейл, не выдержав этого, замахнулся на нас, чтобы все прекратить. В тот момент я успела завизжать лишь: «Нет!» перед тем, как его огромная ладонь прошлась по моему лицу. Джоел зарыдал еще громче, меня же сковал шок.

Гейл, брезгливо посмотрев на нас, потер руку и направился к пожарной игрушечной машинке, на которую ранее ему довелось наступить. Он пнул ее со всей силы, и та, отлетев прямо в стену, разлетелась на несколько деталей.

–Сопляка своего забери! И чтоб я больше вас не видел!

Джоел висел у меня не шее, продолжая реветь прямо над ухом, а я лишь слышала странный шум, который заглушал все вокруг, кроме колкой боли в щеке. Среди разбитой на полу посуды, виднелись капли крови.

Игнорируя ор Гейла, я отодвинула от себя дрожащего Джоела и быстро осмотрела его руки, затем ладони. В одной из них достаточно глубоко засело стеклышко. Внутри меня в миг что-то вскипело. Одолевала такая злоба, что, казалось, мои внутренности скоро сварятся и превратятся в жаркое.

Я встала и толкнула Гейла, на секунду заставив его заткнуться.

–Надеюсь, когда-нибудь настанет тот день, когда ты попадешь в ад. Я буду молиться за это.

Гейл застыл и оставался в таком положении до тех пор, пока я не взяла с кухни все, что требовалось, чтобы обработать рану Джоела.

–Да-да! Забирай его и вали!-раздалось мне в спину.

Я увела ребенка и зашла с ним в тесную ванну, где смогла, наконец, достать стекло пинцетом, тщательно обработать ранку. Пока я занималась оказанием первой помощи, никак не могла заставить себя посмотреть Джоелу в глаза. Ощутив силу Гейла на себе, я не могла даже представить, что случилось бы с его миловидным и невинным личиком, если б я не приняла тогда удар на себя. Что было бы, дав я ударить того, кого люблю больше всех на свете…

–Ну, посмотри на себя.-я старалась говорить шепотом, но голос то и дело подрагивал.-Ты настоящий боец. Вот, скоро все заживет, и следа даже не останется…А жаль…девчонки так любят парней со шрамами.

–Джинни,-мальчик вытирал нос тыльной стороной маленькой ручки.-Тебе больно?…Не плачь, Джинни, не плачь…

–Нет-нет, что ты.-вовремя не позволила брату снова заплакать.-Я никогда не плачу.

Он прислонил свою забинтованную ладошку к моей горячей и покрасневшей щеке. Я прикусила изнутри губу, чтобы остановить поток слез, который уже струился рекой. Джоел обнял меня за шею, и тогда я обхватила его и крепко прижала к себе.

Мы стояли так долго, заключая друг друга в объятья, пока я окончательно все не выплакала. Услышав протяжный храп на кухне, я, наконец, отвела Джоела в нашу с ним комнату и уложила в постель, понимая, что это единственное лекарство от инцидента. Но он все никак не засыпал, и мне пришлось прилечь рядом и немного подождать, когда же его атакует сон. Сон, в котором у нас нормальная семья: любящая и заботливая мама вместо той, что вечно не ставит своих детей превыше взаимоотношений с пьяницей; где есть настоящий и сильный папа, которого так не хватает…

Как только Джоел уснул, я продолжила делать домашнюю работу, не выполнить которую не позволяла совесть, даже если за окном уже давно воцарилась глубокая ночь. Думать о Томасе сил тоже не осталось. Я только и грезила, как побыстрее добраться до кровати и, превозмогая пульсирующую боль в щеке, встретить прекрасный сон. Такой же, как у Джоела.

Закончив со всем, я упала на кровать, подперла поудобнее подушку и закрыла слипающиеся глаза. Но не успела я насладиться этой манящей темнотой, как меня разбудил поставленный на шесть утра будильник и серый свет за окном.

Глава 3

Самая не любимая часть всего дня – отводить Джоела в детсад. Все потому, что за это времени происходит сразу две ужасные вещи: долгое прощание и осознание, что тебе все же придется пойти в школу. Вдобавок ко всему, на щеке остался достаточно заметный синяк, до которого до сих пор было больно дотрагиваться. Я не могла просто ждать, пока он сойдет, ведь остаться в квартире одной с Гейлом – уже само по себе звучало, как ужасная идея.

Я шла в сторону школы, глазами провожая убегающего к воспитательнице мальчишку в темно-синей курточке. Джоел вел себя так, словно вчера ничего не случилось. Это меня радовало. Несмотря на то, что в нашей семье не все так гладко, Джоелу, на удивление, удается сохранять решимость. Глядя на всегда смеющегося братишку, мне самой не хочется падать духом. Хотя, порой, замечая, как за остальными детьми приходят их любящие родители, которые затем возвращаются с ними домой, держась за руки, где-то внутри меня просыпалась зависть и желание иметь нечто подобное.

Остановившись у входа на школьный двор в виде арки, я задумалась перед тем, как сделать еще шаг. Мне не хотелось идти сегодня в школу, не хотелось прятать свое лицо и тем самым привлекать к себе ненужное внимание. Конечно, я знала и четко понимала, что обучение – это пропуск в будущее, в лучшую жизнь, однако я не рвалась терпеть эти взгляды и шепот вокруг себя. Что стоит мне прогулять?

Я пошла дальше. Это был первый раз, когда я решилась на такое. Меня должна была терзать совесть за не типичный для примерного ученика поступок, но иногда требуется пойти на подобную жертву, чтобы самой не стать ею.

Услышав отдаленно, как прозвенел звонок на первый урок, я продолжила идти в быстром темпе. Еще бы чуть-чуть и я прошла бы пешеходный переход, дошла бы до остановки, села бы в автобус и уехала. Куда-нибудь. Но неожиданно для себя я вдруг увидела его: Томас шел, слушая музыку в наушниках, устремив взгляд вниз, на дорогу. Его руки были убраны в карманы, а плечи приподняты. Он вдруг взглянул на меня, когда я пыталась незаметно проскочить мимо.

–Джинни?-недоумевающе спросил Томас, неторопливо вытаскивая левый наушник из уха.-Привет…-парень мельком пробежался глазами по мне.-Это так странно видеть тебя вне школы.

Я не знала, что отвечать. Просто стояла, загораживая синяк прядью волос.

–Так, ну, ты в курсе, что школа в другой стороне?

–Я…-сомнения потихоньку начали овладевать мной, я еще раз обернулась на здание школы.-Да какая тебе разница!

Мне вдруг сделалось настолько неловко, что единственное правильное решение, которое тогда возникло в моей голове – пойти дальше, сделав вид, будто ничего не произошло.

–Эй!-повысил голос Томас, вовремя ухватив меня за кисть и потянув на себя. Из-за этого мои волосы откинулись назад, продемонстрировав оставленный след.

На секунду мы замерли. Я была в ступоре, пока Томас удивленно рассматривал принявшую удар щеку. Он все еще держал меня, вовсе не замечая этого. Эти секунды я глядела на него испуганно, невольно подмечая какие-то маленькие детали в его внешности, которые на первый взгляд и не бросятся в глаза как, например, маленький шрам, расположенный ближе к концу его верхней губы. Шрам был тонкий, еле заметный.

–Мне пора.-бросила я, пытаясь высвободиться из его хватки. Это, кстати, оказалось проще, чем я…надеялась?

Он ничего не сказал, и я суетливо развернулась, собираясь уходить, придерживаясь первоначального плана.

–Школа все еще в другой стороне.-холодно бросил Томас, и, когда я решилась повернуться к нему, парень уже двигался прямиком туда.

Я очень боялась, что меня будут обсуждать. Если моя нога переступит порог школы, это в мгновение ока станет неизбежным. Люди всегда говорили и говорят о ком угодно и когда угодно, но о таких, как я, болтают, еще чаще. Ведь, что отличает одиночку от всех остальных? Одиночка не находится в толпе, она не масса, поэтому и интерес к ней выше.

С одной стороны, прогуляв школу, у меня не будет проблем с посторонним вниманием, с другой – учителя, узнав, что меня нет на занятиях, поспешат звонить моей матери, чего я определенно не желала. К тому же, я не смогла бы долго находиться в городе, мне с трудом хватает карманных денег на школьный обед. В итоге, поразмыслив, выбор стал предельно очевиден.

Я успела на первый урок, который просидела, закрыв больную щеку ладонью. Но так не всегда было удобно, особенно, если учитель вдруг надумывал читать лекцию. Для этого приходилось все же освобождать вторую руку, чтобы тетрадь во время записей никуда не съезжала. Тогда-то кто-то, «отличающийся особым умом», заметил это и породил первую сплетню.

Сначала обсуждения не заходили дальше вопросов: «Что это с ее щекой?», «Как она получила такой синяк?». Но вскоре разговоры начали распространяться по классу, как болезнь, заражающая человека воздушно-капельным путем. А когда началось время обеда, всеобщее внимание стало чересчур пристальным, из-за чего я уже и не знала, куда прятаться от нависших надо мной взглядов. Пускай я и держала щеку закрытой при помощи пряди, это никак не остановило процесс, который в простонародье называется «фантазия». Все, кому не лень, придумали возможный исход событий, который и повлек за собой этот синяк. Но я уверена, что ни одна из их выдумок не схожа с реальностью, с тем, что действительно произошло. И, если честно, меня на тот момент меня успокаивал лишь один факт – Томас не был в числе тех, кто распространял сплетни. По крайней мере, я в это слабо, но верила.

Парень сидел вместе со своими друзьями недалеко от меня, веселя их всевозможными шутками. Я давно сбилась со счета, сколько раз за то время посмотрела на него, что не скажешь о счете с его стороны, который не превышал и нуля. А что мне еще было делать? Сидя одной, перед собой видя исключительно поднос с едой, которая нужна была лишь для отвода глаз, чтобы люди не думали, что и мне и впрямь нечем заняться, я боролась с дискомфортом от одиночества!

Добравшись до кабинета литературы, я села в конце класса, надеялась, что ко мне никого не подсядет. Несколько одноклассников подошли к моей парте, нависнув надо мной, как стервятники, глазея своими высокомерными взглядами. Все они без исключения никогда не отличались особой приветливостью по отношению ко мне, поэтому я была изрядно встревожена их появлением. Впрочем, как только те открыли свои рты, стала понятна причина, зачем они вообще пришли:

–Привет, Джинни.-заговорила белокурая Агнес, которая запомнилась мне лишь тем, что вечно глядела на Томаса каким-то вожделенным взглядом.-Как проходит твой день?-она многозначительно пересеклась глазами со своими друзьями, которые старались не смеяться.

–Нормально.-рука, которой я закрывалась, буквально спасала меня.

–Ты ведь не против, если мы посидим с тобой? Тебе же наверняка одной скучно.

«Как это мило с твоей стороны, Агнес, что ты заметила это только сейчас».-подумала я, растягивая время ответа, но не успела я сказать и слова, как они тут же все расселись по местам.

Я понимала, что под этими поддельно милыми чертами лиц прячутся настоящие морды ядовитых змей. Пускай их камуфляж и был идеален, однако он все же имел распространенный для всех пресмыкающихся изъян – отсутствие искренности.

–Простите, ребята, но я работаю одна.

–Ой, да перестань, Джи.-Тод подсел ко мне слишком близко и обнял за плечо, сильно прижимая к себе.-Мы ведь одноклассники! Мы должны больше времени проводить вместе, разве нет, Агнес?

Девушка хихикнула, закивав вместе с подругой. Мне же ничуть не понравилось, как Тод сократил мое имя, и я резко отодвинула от себя лже-друга, уже собираясь сказать пару ласковых, как вдруг:

–Это мое место.-сказал Томас, холодный тон которого не изменился с нашей встречи. Тод хотел что-то добавить, да вот лицо Томаса заставило его пересмотреть свои намерения.-Мне надо еще раз повторить или и так все предельно ясно?

–Хорошо-хорошо.-поднял руки Тод, освобождая стул и в то же время передразнивая Томаса за его спиной на потеху девчонкам.

–Чего так злиться, Томас?-перед тем, как уйти, спросила Агнес, легким движением руки откинув волосы с плеч.

–Я сегодня не в духе.

Тот факт, что Томас уже был рядом, меня успокаивал. Уж лучше он и его безалаберное отношение к учебе, чем гадюки вне мешка. Почти тут же прозвенел звонок, и в класс вошла Мисс Яо – учительница литературы, которая, быстро шагая к своему рабочему месту, вдруг спросила:

–Кто-нибудь уже прочел книгу «Ямы» Луиса Сашара?

–Это же из списка «рекомендуемой литературы».-зная строгий нрав Мисс Яо, кто-то все равно осмелился сказать это после пол минуты тишины.

–Я это знаю прекрасно. Но, как вы помните, в начале учебного года я предупреждала, что возьму что-то из этого списка и включу в нашу программу. Так что? Кто-нибудь прочел «Ямы» или мне начать всем ставить неуд?

Прежде чем поднять руку, я хотела убедиться, что не я одна сделаю это. И когда все, даже те, кто, я уверена, и в руках ни разу не держал эту книгу, стали подымать руки в порядке домино, наши с Томасом стали заключительными.

–Что ж, уже чувствую, как кто-то меня обманывает.-Мисс Яо вроде никого не упрекнула, но ее слова четко дали понять, что не прочесть это произведение было нельзя.-Тогда начнем с сюжета. Кто может пересказать его нам?

Никто не проявил желания, поэтому случилось то, чего избежать было крайне тяжело – Мисс Яо принялась глазами бродить по рядам, ища этого несчастного, которому предстоит отвечать.

–Джинни, почему бы тебе этого не сделать?

Внутри меня все аж вздрогнуло. Если бы я тогда поднялась с места и начала рассказывать содержание книги, все бы увидели то безобразие, что оставил Гейл на моем лице. Тогда меня точно ждал бы серьезный разговор, если не с учителем, то с директором. Проблемы бы окружили меня со всех фронтов, не успев я даже объявить, что сдаюсь. Но на мое счастье всего этого не произошло, и я была вынуждена благодарить только одного человека.

–Эта история…Э-э, про парня по имени Стэнли, у которого якобы была проклята семья. Как-то раз он нашел пантовые кроссовки какого-то спортсмена, но полицейскому было виднее, нашел он их или все же украл…Короче, Стэнли не повезло, и его отправили в лагерь для…этих, как их?-Томас защелкал пальцами, пытаясь вспомнить правильное название.

–Проблемных детей.-шепотом добавила я.

–В лагерь для проблемных детей, да. Там Стэнли рыл ямы…

–Копал.-поправила Мисс Яо, и все засмеялись.

–Ну, копал. Разницы нет.-отмахнулся парень, фыркнув, как будто это не он дурак, а все вокруг.-Так вот, копал-копал, а его надсмотрщица пока делала вид, что перевоспитывает детей, на самом деле искала кл…

–Достаточно, Томас. Я просила, конечно, Джинни пересказать нам, но…ладно.-учительница осеклась, и я поняла, что она захочет переговорить со мной после урока.-Надеюсь, эта интрига станет весомым поводом, чтобы взяться и прочесть это неоднозначное произведение для тех, кто не брал вообще его в руки. Так, ну а мы, возвращаясь к теме сегодняшнего урока…

Я посмотрела на Томаса, который, глядя мне прямо в глаза, ухмылялся, приподняв брови. Видимо, он и сам удивился произошедшей ситуации.

–Спасибо.-шепнула я.

–Ты мне должна, Джинни.

Я не до конца была уверена, стоит ли мне доверять этому парню. Все потому, что нас ничего не связывало, кроме школы. С чего бы мне тогда рассказывать о своей проблемной жизни человеку, с которым свел меня случай?

Когда прозвенел звонок, Мисс Яо присела на свой рабочий стол, объявила домашнее задание и принялась прощаться с каждым из учеников, которые, двигаясь в сторону выхода, проходили мимо нее. Я же складывала тетрадки и убирала пенал обратно в рюкзак, когда учительница, дождавшись момента, пока в классе останется ни души, совершенно ожидаемо, обратилась ко мне:

–Джинни, не могла бы ты задержаться?

Томас, который уже почти вышел из кабинета, вдруг остановился и посмотрел сначала на меня, а потом на Мисс Яо. Я взглянула на парня, и тот жестом объяснил, что будет ждать за дверью. Хотя, если честно, мне не хотелось, чтобы он все-таки оставлял меня наедине с учительницей. Где-то внутри я все больше убеждалась – без Томаса мне не справиться совсем.

–Джинни,-Мисс Яо скрестила руки на груди, еле сдерживая себя, чтобы в упор не смотреть на мой синяк.-Позволь узнать, у тебя все в порядке дома?

–Да, все хорошо.

–Угу. «Хорошо», значит.-учительница уставилась вниз, переступив с одной ноги на другую. Затем, немного помолчав, снова взглянула на меня.-А как ты тогда объяснишь мне появление на твоем лице этого?

–Заснула неудачно. Я вчера увлеклась домашней работой, рухнула лицом на стол, а когда проснулась – в зеркале уже увидела это.

Мисс Яо пристально смотрела на меня. Так и ждала моей чистосердечной.

–Да…Все хорошо. Честно.

Учительница сделала глубокий вдох.

–Раз так, тогда, не буду задерживать тебя.

Она повернулась к рабочему месту, взяла некоторые бумаги и начала их ровнять, подбивая о стол. В этот очень удачный момент я решила ускользнуть. Томас, как и говорил, ждал меня около кабинета, однако я его заметила только после того, как он неожиданно положил свою руку мне на плечо.

–Я вообще-то тут.-сказал парень, разворачивая меня к себе.-Как будем решать вопрос погашения долга?

Посторонний шум заглушал наш с ним разговор: болтовня людей, хлопанье шкафчиков, шаги, шуршание рюкзаков и шелест тетрадной бумаги.

–Почему сразу «долг»? Тебя, кстати, никто не просил мне помогать.

–В прошлый раз ты так и не ответила мне, почему была не в духе, а теперь молчишь насчет этого.-парень указал на мою щеку.-Ты должна мне рассказать.

Я как будто разговаривала со стенкой.

–Повторюсь: я ничего тебе не должна. И с чего вдруг в тебе резко проснулся ко мне нездоровый интерес?

–Какая же ты все-таки зануда!-парень тряхнул рукой, чтобы часы на его руке скатились ближе к запястью, а затем второй он вдруг начал загибать пальцы.-Не надо делать меня не пойми кем – это раз. Все всегда интересовались тобой, потому что ты необычная, а необычные люди притягивают – это уже два. Вдобавок, я просто хочу помочь – три!

–С каких это пор я необычная?!

На этот раз Томас взялся руками за лицо и протяжно простонал.

–С тех самых пор, как осталась одна, полагаю…

Слова ударили по воображаемому гонку, разбудив воспоминания, что тут же проснулись и вышли на зов. Я ясно помнила, как первый раз пришла в класс после отъезда моей единственной подруги в другой город и как все смотрели на меня, будто я была не человек, а какой-то экспонат. Тогда я села за последнюю парту, окинув взглядом опустевшее рядом место, а когда отвела взгляд – прошло три года.

–Ладно, не хочешь – не говори. У нас еще найдется время для откровений, я прав?

Парень заметил, что я никак не реагирую на его слова, и, закрыв глаза, на выдохе спросил:

–Ты вероятно девушка не из робкого десятка. Поэтому предложу всего один раз – хочешь стать друзьями? Официально.

Томас протянул руку, при этом задрав брови так, будто это не он предлагал мне дружбу, а они. Но его предложение все еще требовало ответа, а я требовала от себя смелости, чтобы довериться человеку, которого вроде знаю давно, но по-настоящему открыла для себя только сейчас.

Однако что-то мне по-прежнему мешало ответить, и было то чужие мысли, что не держались в головах своих хозяев. На меня смотрели абсолютно все, кто находился в коридоре. Кто-то даже указывал пальцем. Тогда я вновь почувствовала себя животным в зоопарке.

«Что происходит?»

Я видела, как «болезнь» все-таки атаковала людей, и они превратились в инфицированных монстров, готовых растерзать меня, если не когтями, то взглядами.

На запах жареного явился Тод. Гордо выпятив вперед бычью грудь, он поправил свою спортивную куртку, чтобы та так же, как и он, была в центре внимания. У меня внутри все сжалось, мышцы напряглись так, что еще чуть-чуть и у меня случилась бы судорога. Я пыталась успокоить себя осознанием, какой Тод идиот, ничего не представляющий из себя хулиган, который полагается больше на собственную силу и деньги родителей, чем на здравый ум, и все же тревоги это не отбавляло.

–Перед вами, дамы и господа, бесспорное доказательство того, что хорошим оценкам не всегда удается скрыть тайную жизнь «примерных учеников».-Тод держал в руке смартфон, которым махал перед собравшимися учениками.

Толпе поступили сообщения на мобильные телефоны, и они тут же стали что-то читать, затем охать и ахать, снова смотреть на меня и…смеяться. Томасу тоже пришло сообщение, он открыл посмотреть и вдруг неожиданно замер.

–Что там?

Парень не стал ничего показывать или разъяснять. По движениям его пальцев, я поняла, что он удалил улику. Я решила проверить свои сообщения, но там ничего не было.

–Томас!-рассержено произнесла я.-Что там было?! Мне ничего не приходило!

–Еще бы…

В этот момент парень сам на себя не был похож. В полной ярости сжимая свой смартфон, он быстрым движениям подошел к Тоду и толкнул того прямо в выпятившую грудь.

–Совсем что ли, Томас?-ноздри у Тода раздулись, как у быка перед красной тряпкой, но стоило ему заметить меня через плечо Томаса, он вдруг успокоился.-Заступаешься, да?

Меня одолевало ужасное любопытство. Хотелось понять, что происходит и почему все смотрят на меня. Дело в моем синяке, я чувствовала это, но одними догадками обойтись было невозможно, поэтому я подошла к девушке, стоявшей ближе всех остальных ко мне, и попросила у нее мобильник. Она прыснула от смеха мне в лицо и, так и не дав телефон в руки, просто повернула ко мне экран.

Последующие несколько секунд я стояла, как вкопанная. Передо мной сразу возник выбор: раствориться или продолжать бессмысленное существование. Очень странное ощущение, но что может еще ощутить человек, которого буквально окунули в помои? Неудивительно, что мне ничего не пришло, ведь тот, кто это сделал, рассчитывал на мое неведенье. Преступник с помощью рассылки отправил отредактированные фото, на которых меня изобразили голой рядом с несколькими мужчинами в непотребных для публичности позах. Как только прикол был оценен, другие переслали своим друзьям, а те, в свою очередь, своим. Механизм завелся, и его уже нельзя было взять под контроль.

–Тод, мать твою!-голос Томаса вернул меня из прострации.-Удали фотографии!

Но Тод его не послушал. Он продолжил брызгать грязью в разные стороны, а Агнес, стоящая рядышком, которую я все это время не замечала, неотрывно глядела на Томаса. Конечно, это было не единственное, что я так отчетливо запомнила, пока мои глаза окончательно не залились слезами. Видела и запомнила так же, как учителя разгоняли учеников, как Мисс Яо пыталась достучаться до меня и выведать, кто начал весь этот беспредел, и как Томас ударил Тода. Его кулак четко попал тому меж глаз, отчего Тод пошатнулся, схватившись двумя руками за нос, из которого уже вовсю текла кровь. Все было, как в голливудских блокбастерах – в замедленной съемке. Толпу начали разгонять учителя, и Томас, воспользовавшись моментом, дабы самому не попасть в кабинет директора, тряся рукой, наносившей удар, подбежал ко мне и начал уводить…куда-то…

Чем дальше мы шли, тем больше голосов оставалось позади: «Это ж надо так облажаться», «В тихом омуте черти водятся», «Может, она и мне даст?» и прочее пряталось за моей спиной, царапая ее, словно кошка дверь. Я, не сопротивляясь, шла за Томасом, шла и ревела, хотя, казалось, что вовсе не делаю этого. Как же мне хотелось исчезнуть, чтобы земля провалилась у меня под ногами, и я упала в темную яму, где бы отсиделась, переждала весь этот наступивший конец света.

Томас вывел меня из школы через черный вход. Пока он пинал землю где-то в сторонке, я пыталась успокоиться, расставить мысли обратно по полочкам. Однако этот пазл оказался куда сложнее, чем я предполагала. И чем дольше я капалась в нем, тем больше убеждалась, что не смогу больше воспроизвести прежней картинки.

–Вставай.-подал руку Томас.-Нечего просто так сидеть.

Он стоял надо мной, все еще обеспокоенный моим состоянием. Я подняла на него свои красные от слез глаза.

–Ты знал.-процедила я, все еще сидя на тротуаре около черного хода, куда обычно выходили покурить.-Вы с Тодом заодно, да?! А я-то уже подумала, что ты нормальный…А ты мерзкий, подлый и…как все!

Все, что только поступало мне в голову, сразу бросалось мне на язык, а от него – рикошетило прямо в парня.

–Джинни, нет!-он присел на корточки, чтобы наши взгляды были на одном уровне.-Я ни с кем не «заодно», я пытался их остановить, ты сама видела!

–Я уже не знаю, что видела!

–Фотографии сделал Тод. Да, я знал о них,-я снова залилась слезами, уткнувшись лбом в колени, а Томас ускорил речь.-Знал! И ничего не делал, потому что я не думал, что оно все так…

–А оно все так, Томас! Все так!

Он хотел было положить руки мне на колени, чтобы успокоить, но я вильнула ими в сторону, не дав ему сделать этого.

–Ну, что ты от меня хочешь?! Хочешь, я поговорю с Тодом? Только скажи, и я врежу ему еще раз! Джинни, да я готов сломать ему челюсть!

–Не нужно.-вытерла нос рукавом.-Просто…За что…Почему я…

Я подумала о Джоеле, о том, как он сейчас играет в машинки, строя из себя самого лучшего в мире пожарника или полицейского. Вспоминая, как легко ему удалось пережить вчерашний день и как наутро он проснулся с улыбкой на лице, я лишний раз удивилась стойкости своего младшего брата. Кажется, в мире нет мальчика морально сильнее, чем Джоел. Обычно это старшие всегда подают пример для подражания, но порой встречаются и исключения. Таким исключением стал для меня мой шестилетний брат.

–Я не думал, что Тод…Если честно…Я не думал, что…

–Ладно. Хватит этих оправданий.-вытирая слезы, я поднялась, и Томас подскочил вместе со мной.-Тод всегда был идиотом, а я всегда ненавидела это место. Хочешь быть мне другом – тогда придется стать изгоем.

Глава 4

Никогда еще не было такого, чтобы я шла с кем-то забирать Джоела из детсада. Чувство совершенно новое и…приятное. Мама большую часть времени работала, а, если вдруг у нее выдавался выходной…Впрочем, говоря кратко, ей было все равно на нас.

Когда родился мой брат Джоел, она пыталась заботиться о нем, но это быстро прошло, как только появился Гейл. Я не помню, какой она была до ухода отца. Если честно, я вообще мало, что помню. Однако могу сказать точно: в детстве я много улыбалась.

–Можно узнать, куда именно мы направляемся?

–Мы идем по делам. Такой ответ тебя устроит?

–В тебе слишком много загадки.-сказал Томас, почесывая макушку.

–Кстати, раз такое дело…

Томас, с дичайшим желанием узнать, о чем же я, тихоня из его класса, хочу от него, повернулся ко мне лицом, идя спиной вперед, рискуя врезаться в фонарный столб.

–Ты видел мой синяк.-серьезно начала я, давая парню понять, чтобы и он отнесся к этому подобающе.-Так, почему же сказал мне идти в школу?

Он снова развернулся, чтобы пойти, как нормальный человек.

–Существует гипотеза, что, если не знать свой страх в лицо, он рано или поздно сам найдет тебя, и это окажется куда страшнее, чем наоборот.-на секунду воцарилась тишина. Но лишь на секунду.-Ну, что ты улыбаешься? Я вообще-то серьезные вещи говорю!

–Так непривычно слышать от тебя что-то в таком духе.

–Согласен.-снова молчание, но в этот раз оно было обосновано.-Джинни, по поводу произошедшего…

–Тод все равно бы выложил те фотографии.

–И все же мне жаль, что этого не удалось избежать. Извини.-он любопытно потянулся убрать прядь волос с моего лица, но это было настолько неожиданно и чересчур фамильярно, что я ударила его по руке.-…Надо подумать, что делать с этой…«ягодой».-оскорбившись, сказал он.

–Не надо меня так трогать. Трогай так Агнес или еще кого. Но не меня.

–Причем тут Агнес?

–Она, ну, влюблена в тебя по уши. Разве ты…

–Осторожно!

Томас вовремя схватил меня за куртку и потянул на себя. Машина, не собиравшаяся до этого даже притормозить, промчалась чуть ли не у самых моих ног.

–Урод! Тут вообще-то пешеходный! А ты бы лучше вперед смотрела!-парень на секунду повысил голос, но мой испуганный взгляд заставил его успокоиться.-С тобой все в порядке? Тебе не успели проехаться по ногам?

–Я в порядке. Спасибо.

–Ах, да.-Томас только сейчас отпустил меня.-Извини, «тронул».

Мы не возвращались к разговору о наших одноклассников после того, как меня чуть ли не сбила машина, предпочли словам молчание. Но Томасу вскоре сделалось скучно, и он принялся дурачиться, чем пытался заразить и меня. Со стороны могло показаться, что я иду в детский сад не за Джоелом, а чтобы, наоборот, отвести туда Томаса. Но, как я уже успела заметить, Томас умеет быть серьезным только тогда, когда наступает для того нужное время, а пока этого не произошло, он будет валять дурака.

–Это же детский сад.-Томас остановился с видом полного негодования.

–Да.

–Решила перевестись? А ведь, если подумать, тебя еще могут взять.

–Кто бы говорил.

–Ладно, зачем мы тут?

Парнишка в темно-синей курточке, до этого играющий вместе с остальными детьми на горке, увидев меня, подбежал к металлическому забору:

–Джинни!

Джоел вцепился в прутья, обхватив их маленькими пальчиками.

–Привет, герой. Готов идти?

–Готов!

–Ну, тогда беги за рюкзаком, пойдем гулять. Только предупреди, что я пришла за тобой.

Джоел тут же кивнул и побежал к старшим, что пристально наблюдали за ним все это время где-то в стороне.

–Так, мы пришли за твоим братом?

–Да.-сказала я, вовсе не собираясь знать его мнения на этот счет.

–А я вот единственный ребенок в семье. Хотя, знаешь, очень хотел бы себе старшего брата. Это, наверное, так круто, когда есть на кого положиться. Джоелу очень повезло с тобой.

Вскоре прибежал Джоел весь красный и вспотевший. Неудивительно, но встретившись с Томасом, он вдруг вцепился мне в штанину, не думая отходить. К незнакомцам Джоел относился крайне боязливо. Однако стоит ему привыкнуть и понять, какой человек на самом деле, он вдруг захочет видеть его чуть ли не каждый день.

Я догадывалась, что скоро так и произойдет, потому что сам Томас был из числа тех людей, которые располагают к себе абсолютно любого. Но Джоел и тем более я были чересчур осторожными, поэтому даже такому открытому человеку, как Томас, следовало запастись терпением, чтобы завоевать наше доверие.

–Джоел, поздоровайся с Томасом.

–Привет, я Томас.-парень, широко улыбаясь, присел на корточки. Мальчик кивнул.-Приятно познакомиться.

Он протянул Джоелу свою большую руку. Джоел, недолго думая, неуверенно пожал ее перебинтованной ручкой.

–О-о-х, вы только поглядите! Какая крепкая хватка! Пацан, аккуратней, а то руку мне сломаешь!

Томас начался кривляться, будто его руку и впрямь сдавил призер армреслинга, и Джоел вдруг обнажил свои еще молочные зубки, хохоча. Томас засмеялся, и внезапно снизу глянул на меня, наблюдающую за ним.

–Ну, мы, наверное, пойдем…-покраснев, решилась сказать я.

–Уже домой?

Томас поднялся.

–Вообще мы сначала хотели сходить в парк.

–А с вами можно?

Джоел и я переглянулись. Братишка закивал, держа меня за руку, мысленно умоляя разрешить новому приятелю пойти с нами.

–Если у тебя нет…каких-то других дел, то…

–Отлично!

Когда же мы двинулись в сторону парка, Джоел, то и дело, мельком поглядывал на Томаса. Ему было крайне любопытно, откуда он вообще такой интересный взялся в жизни его сестры. Джоел привык видеть меня всегда одну: сидя в комнате, провожая его в детсад или, наоборот, встречая из него. А теперь к нашей маленькой стае решил примкнуть еще один волк, и раз этому волку приглянулись такие одиночки, значит, он тоже был по-своему одинок.

До парка, к моему же счастью, добрались быстро. Если по пути мне вечно приходилось успокаивать мальчиков, чтобы те не подначивали друг друга на всякие шалости, то уже там я дала им заслуженную волю. Почувствовав это, они полностью посвятили себя игре в догонялки, правда, почти все время догонять приходилось Томасу, так как Джоел вряд ли бы смог за ним угнаться, если бы Томас время от времени не поддавался ему. Я же, сидя на скамейке и наблюдала, как Томас поднимает мальчишку вверх, в шутку заставляя того признать, что тот проиграл; как Джоел, смеясь, кричал в ответ, что никогда не сделает этого; и как мальчик упал, испачкав коленки, а Томас подошел и что-то ему сказал, и уже через мгновение они вновь резвились.

«Интересно…Вел бы себя Томас так же, будь он отцом?»

Я тут же замотала головой, прогоняя эти мысли.

–Ш-ш-ш! Говорит капитан космического корабля Томас Стэйтер! Прием. Как слышите?

Поначалу я ничего не поняла, но потом до меня дошло – парень обращался ко мне.

–Ш-ш-ш…-неуверенно изобразила я звуки рации, еле сдерживая смех.-Слышу отчетливо, капитан! Что случилось?

Томас, стоя напротив меня, с Джоелом на своей шее, придерживая того за ножку, говорил в сжатый кулак. Парень пытался имитировать голос взрослого.

–Не время для смеха, Хьюстон! На Землю движется огромный астероид! Прием.

–Боже! Что прикажите делать, капитан?! У вас остались боевые снаряды?! Прием.

–Боевых снарядов нет. Они все закончились, когда я – капитан Томас Стэйтер, защищался от нападения пришельцев.-на этом месте я, улыбаясь, закатила глаза.-Но у меня есть план получше: сейчас к вам прилетит мой помощник – рядовой Джоел! Он заберет вас с Земли и доставит сюда, на мой корабль. Как поняли? Прием.

–Я жду, капитан! Пришлите помощь, как можно скорее!-мне было ужасно смешно, но я старалась не подавать виду. Пускай Джоел сам хохотал, что-то в нем так и говорило, что для него это серьезно.

–Рядовой Джоел, вы готовы?

–Готов!-звонким детским голосом отозвался тот.

Томас взял мальчика так, что, казалось, он повис в невесомости. Быстрыми шагами парень двинулся ко мне, а Джоел, представляя, что лечит, вытянул руки и растопырил пальцы.

–Я лечу тебя спасать, Джинни!

Джоел, все еще якобы вися в воздухе, обнял меня за шею. В ту секунду я посмотрела на Томаса, который пытался не показывать, как ему тяжело. У него это, кстати, плохо получалось. За те секунды, которые мы потратили, смотря друг на друга, нам удалось поговорить о многом, не используя при этом никаких слов. Я в который раз сказала ему спасибо, а он мне – «Ты мне должна».

–Ну, все, Джоел, дай Томасу передохнуть.

Мальчишка опустился на землю, и я посадила его рядом на скамейку. Туда же подсел и Томас.

–Я хочу на горку!

В том направление, куда указывал палец Джоела, действительно была горка, но она находилась очень далеко, чтобы я просто так позволила брату поиграть там. Поэтому, собрав вещи и Томаса в придачу, мы двинулись ближе к площадке. Около нее тоже стояли скамейки, на которых мы с «капитаном» и расположились, пока Джоел, у которого еще оставалось сил вагон и маленькая тележка, лазил по разноцветным трубам вместе с другими ребятами. Его разбушевавшаяся фантазия позволила ему почувствовать себя кем-то большим, чем просто ребенком из проблемной семьи.

–Джинни,-начал вдруг Томас.-Ты бы полетела на марс?

–Да.-совершенно спокойно ответила я, грустно уставившись перед собой.

–Даже, если на долгое время придется попрощаться с родными?

–Мой ответ все такой же – да.-холодно сказала я.-Но если бы и взяла кого-то, то Джоела.

Между нами нависла тишина, которую разбавляли шум листвы, что развивалась от ветра, и возгласы детей с игровой площадки.

–Почему ты так быстро ответила?-все-таки спросил Томас.-Неужели раньше уже задавалась подобным вопросом?

–Просто, когда человеку хочется начать жизнь заново, подходят любые варианты. И, думаю, марс – идеально для этого место.

Я повернулась к Томасу. Он сидел, занеся правую руку за спинку скамейки, явно готовясь что-то сказать. Однако все не решался. Видимо, он догадывался, что именно я могла бы ему ответить, догадывался, что я могу свести все его вопросы на нет, и он, как всегда, останется ни с чем. И это, действительно, случилось бы, спроси он что-нибудь обо мне или моей семье в любой другой день. Но сегодня, проникшись его внимательностью к Джоелу…я была готова платить по долгам.

–Я тебе должна, ты говорил. Так, вот, я готова. Давай покончим с этим, чтобы я больше не чувствовала себя обязанной тебе.

Парень хлопнул в ладоши и хорошенько потер их.

–Но, прежде чем ты начнешь, хочу предупредить, что ты можешь задать мне лишь два вопроса. Поэтому хорошенько подумай…

–Эй! Почему только два?

–Потому что я должна тебе ровно два раза. Столько, сколько раз ты произнес эту фразу.

–Логично.-парень расстроено причмокнул.-Ну, тогда начнем наш допрос, Джинни Мейси.-Томас более расслаблено разлегся на скамейке, при этом сделав довольную мину.-И первый мой вопрос: почему ты ни с кем не общаешься?

–Этот вопрос изначально нужно было задать нашим одноклассникам. Но, если отвечать за себя, то я пыталась стать другом для многих…Причина, по которой у меня так и не получилось – мне никто не пригрел запасного места. Следующий.

–Нет. Так нечестно! Ты сказала, что у меня всего лишь два вопроса, значит, сделай ответы на них развернутыми.

–Ладно-ладно.-я успокоила его движением руки.-Хочешь всей истории – пожалуйста! У меня была лучшая подруга с начальной школы, с который мы прошли огонь воду и что-то там еще…Тогда казалось, что наша с ней дружба на века, но, как выяснилось, все хорошее рано или поздно заканчивается и не в лучшем ключе…-я выдохнула. Мне с самого начала требовалось это сделать.-Может, это все же была моя вина…кому же захочется общаться и уж тем более дружить с человеком, у которого что не день, то ужасное настроение…из-за чего с ним просто-напросто становится…скучно…

Было неприятно это вспоминать, и Томас, к счастью, не собирался дальше выпытывать информацию. Он просто выпрямился и как можно серьезней посмотрел на меня:

–Я тебе вот что скажу: если эта «твоя лучшая подруга», действительно, дорожила теми отношениями с тобой, она должна была поднимать тебе настроение. В твоем случае каждый день. Но, знаешь, откровенно говоря, мало осталось таких людей, которые реально могут оказать помощь. Это, как дар, понимаешь? Не каждому он дан. Просто ты сдружилась с неправильным человеком, вот и все.

–А у тебя есть этот…«дар»?-спросила я, не подавая виду, что надеюсь на определенный ответ.

–Я сам не знаю, какой из меня друг. Но, думаю, ты сама мне об этом потом расскажешь.

Я слабо улыбнулась. В тот момент я вновь поверила в идеальную дружбу, пускай это и было очень наивно.

–Второй вопрос, Томас.-только после моих слов парень вдруг очнулся и, как мне показалось, смущенно закашлял.

–Ах, да. Второй вопрос, второй вопрос…-он взглянул наверх, затем еще-куда, пытаясь вспомнить, каков был этот «второй вопрос». Затем, когда его, наконец, осенило, выдал:

–Расскажи, что произошло?

–Ты о чем?

–Не притворяйся, что не понимаешь, о чем я. Джоелу, я заметил, тоже досталось?

–Это уже третий вопрос…

–Да плевать! Очевидно, что это взаимосвязано!

–Ну, хорошо-хорошо…-я немного потупила взгляд.-С-с чего бы начать…С нами живет мамин…Даже не знаю, как его корректней назвать, особенно после того, что он сделал…В общем, мой отчим – Гейл…Он безработный, часто пьет…Да, что уж тут – он напивается каждый день до беспамятства. А Джоел просто попал не в тот момент, а еще эта машинка…

–Что еще за машинка?

–Пожарная. Он оставил ее на кухне. Гейл наступил на нее и…Я прибежала, когда он уже хотел его ударить…В тот момент я не могла заставить себя пошевелиться…боялась…я побоялась, что и мне достанется…

Слезы полились без разрешения, и голос дрожал каждый раз, когда я пыталась вновь заговорить.

–Я ринулась его спасать только тогда…когда…-тело сотрясалось от моих беззвучных рыданий. Мне было ужасно стыдно перед Томасом за проявление чувств.-Только тогда, когда он сидел среди осколков…сжимая свою маленькую ручку…

С приближением конца истории, мой голос становился тише. Томас сел поближе и обнял меня за плечо, а я продолжала – долг еще не был уплачен.

–Я держала Джоела, кричала изо всех сил на Гейла…И он вдруг занес руку…Я понимала, что кому-то из нас точно влетит, и мне не хотелось, чтобы этим «кем-то» стал Джоел…Я не хотела этого…!

Томас крепче сжал мое плечо.

–Не продолжай. Достаточно подробностей.

Он больше не говорил, а я уткнулась ему в куртку и начала выплакивать все то, что не успела за тот день. Томас не останавливал и не торопил, он просто ждал и про себя извинялся, до чего довело меня его любопытство. И в ответ на его мнимую поддержку, я сказала, сначала про себя, а потом все-таки вслух:

–Я тебе снова должна.

Парень грустно улыбнулся.

–Капитан Томас!-крикнул Джоел, выныривая из горки. Парень сразу же отпустил меня.-Сюда!

–Иду, рядовой!

Только Томас начал подходить к площадке, как Джоел мигом побежал ему навстречу.

–Хочу летать!

Мальчишка прыгнул, и парню удалось его тут же поймать, завертев одновременно в воздухе. Джоел тянул свои ручки к небу. Тянул их изо всех сил, будто там было что-то поистине очаровательное. Может, то была новая пожарная машинка, а, может, новая жизнь…

Глава 5

Почти всю дорогу домой нас сопровождал Томас, на шее которого очень уверенно сидел Джоел. Глядя на то, как мальчик улыбается, держась за лицо парня, я осознала, насколько хорошо Томас влияет на него. Джоелу сразу становилось веселее рядом с ним, чего я сама никогда не могла добиться. Возможно, все потому, что на мне вечно висели обязанности, лишнее напоминание о которых уничтожало всякое проявление хорошего настроения. Смешно, но из-за этого я поначалу приревновала брата к Томасу. Ведь теперь все его внимание было сфокусировано именно на этом парне, которого он по факту увидел впервые. Но даже если так, это быстро прошло, буквально после того, как волк окончательно был принят в нашу стаю.

–Думаю, дальше мы сами.-сказала я, когда мы почти подошли к нужному району.

–Ты уверена, что не хочешь, чтобы я проводил вас до конца?-Томас взял сидящего на его плечах Джоела подмышки, поднял, и аккуратно поставил на землю.

–Уверена.

–Ладно. Тогда до скорого.

Джоел подошел к Томасу и крепко обнял его за ногу в знак протеста его уходу. Томас же потеребил того за волосы и крепко пожал ему руку на прощание.

–Рядовой, это что за унылый вид?!-все еще не выходил из роли Томас.

Джоел ничего не ответил. Это меня насторожило.

–Приглядывай за сестрой, парень.-он еще раз прошелся по волосом мальчишки и, ненадолго задержав на мне взгляд, двинулся в сторону, откуда мы ранее пришли.

Я смотрела Томасу вслед, и все никак не решалась сдвинуться с места. Что-то в глубине меня заставляло крикнуть: «Подожди! Не уходи…Я не хочу возвращаться туда», но, чем дальше он становился, тем тише этот голос звучал.

Я посмотрела на экран телефона, на нем светилась новая иконка в контактной книжке, неопределенный номер, который принадлежал Томасу.

«Дай свой телефон».-сказал Томас, сидя со мной на скамейке в парке.

«Зачем?»

«Господи, Джинни, чтобы связаться с инопланетянами! Для чего же еще мне нужен твой телефон?»

«Хорошо-хорошо, я поняла».

«Спасибо, что хоть это не надо объяснять. Теперь у тебя есть мой мобильный. Звони, если что».

Из воспоминания вытянул меня Джоел. Он спросил, когда Томас снова придет, и пойдем ли мы все вместе на ту площадку еще раз. В ответ прозвучало молчание, и я скорее повела младшего брата в сторону дома. Дома, который никогда не являлся мне таковым. Джоел шел не спеша, шаркая ногами и постоянно оборачиваясь назад.

Когда мы вошли в квартиру, на удивление, в воздухе не летал запах алкоголя и чипсов, что обычно входило в рацион Гейла, однако потом, увидев старые потертые туфли, все мгновенно стало понятно.

–Джоел?-раздался голос с кухни.

–Мама!-крикнул мальчик и, быстро стряхнув с себя синюю курточку, не удосужившись ее даже повесить, помчался скорее к ней.

Подняв одежду брата и повесив ее на крючок, я, не спеша, принялась разуваться, все растягивая момент встречи с матерью. Сегодня она не должна была явиться так рано.

Против своей воли я вошла на кухню и увидела Джоела, сидящего на колене усталой и рассерженной мамы. Она отречено уставилась на меня, в то время как Гейл лениво прислонял губы к горлышку бутылки пива перед телевизором. Оно порой проливалось на его грязно-серую майку.

–Мне сегодня звонили из школы.-сказала мама, выпятив вперед губы.-И знаешь, что мне сказали?-она уставилась на меня так, словно это я, кто должна была вести разговор.-Не догадываешься? Совсем?

–Мама! Мы сегодня гуляли в парке!-начал Джоел, и мое сердце ушло в пятки.-Я вел космический корабль, а Томас помогал мне!

–Что еще за Томас?-вопрос относился не сколько к Джоелу, а ко мне.

Синяки под глазами матери сделались еще больше, а жидкие пряди волос, обрамляющие ее треугольное лицо, углубили взгляд. Прежде чем вновь продолжить мама не очень-то аккуратно спустила с колен младшего брата и чуть толкнула его в спину, попросив таким образом уйти в свою комнату.

–Значит, вон оно что.-пресно произнесла мать после того, как Джоел скрылся из виду.-Мне звонят из школы, срывают посреди рабочего дня и говорят, что ты не только прогуляла уроки, но еще и пришла в школу, цитирую: «с подозрительным синяком». А ты в это время обжимаешься со всякими парнями в парках! Так вот у меня к тебе вопрос, Джинни: тебя что, совсем не волнует, что меня могут лишить родительских прав?! Хочешь, чтобы вы все оказались на улице?! Ты ведь этого добиваешься?! Подальше от ненавистной мамочки!

–То есть ты хочешь сказать, что это абсолютно нормально?!-я яростно указала пальцем на отпечаток ладони на моем лице.-Это, по-твоему, нормально?!

–Плевать я хотела, нормально или нет!-мать встала со стула, да так резко, что я от неожиданности попятилась назад.-Если есть – значит, было за что!

Гейл внезапно рыгнул, и не прошло пары секунд, как он снова прислонил к губам пиво.

–Гейл, боже.-упрекнула мама своего любовника.-Хотя бы ты…не изводи меня.-каждый раз, когда она обращалась к нему, ее голос переставал быть таким резким и громким. Даже ее замечание в его сторону ощущалось больше как комплимент, нежели замечание.

–Ты свихнулась окончательно, да?! Тебя в конец не заботит, что этот твой боров ударил меня? Не заботит, что он готов был ударить и Джоела? У него теперь останется шрам на ладони!

Вместо ответа я получила лишь очередной презренный взгляд. Было сразу заметно, как мама долго и тяжело пережевывает сказанные мною слова. Она не раз глянула на Гейла, и он на нее тоже. У одной во взгляде читалось: «Ты сделал что?», у другого – «Ну, ты ведь знаешь, как оно бывает…». Их немой диалог быстро кончился, и мать снова уставилась на меня, но теперь в ее глазах читалась всемирная ненависть.

–Перестань быть такой эгоисткой! Нет, вы только поглядите! Лишь бы обвинить других в своих промахах! И тебе не стыдно?!-она посмотрела на меня сузив глаза, словно никак не могла разглядеть черты моего лица.-Будь моя воля, я бы вернулась на семнадцать лет назад, чтобы с полной не дать тебе вовсе родиться.

Что-то во мне умерло тогда.

–К-как у тебя вообще мог повернуться язык сказать такое…Как ты вообще можешь так относиться ко мне – своей дочери?-я хотела кричать, долго и протяжно, пока все стаканы и рюмки Гейла не полопаются к чертовой матери. Но голос, видимо, пребывал в том же шоке, что и я, поэтому я и говорила тихо.-А, знаешь, ты мне не мать. Никогда ей не была и никогда не будешь.

–Рада, что наши чувства взаимны. Тогда тебя здесь больше ничего не держит, можешь хоть сейчас забирать свои пожитки и проваливать.-Гейл, довольно причмокнув, постучал себя по животу. Он не пытался вмешиваться, единственное, что по истине его волновало – сколько пива осталось в бутылке.-Ну, чего ты здесь делаешь? Давай, выметайся! Возьми пример с твоего козла-отца и сделай это без лишних слов!

Мама забрала у Гейла бутылку и одним залпом осушила все до дна. Гейл недовольно пробурчал: «Эй, иди и возьми себе сама!», затем она убрала темные грязные волосы в хвост, явив острые скулы, и подошла к холодильнику за чем-то покрепче. На этой ноте я вышла из кухни. Помню, как мне хотелось, чтобы коридор казался гораздо длиннее, и я имела больше времени, чтобы правильно расставить приоритеты. Но желание выбежать тогда из квартиры и больше никогда в ней не появляться превозмогало все остальное.

Под оглушающий шум: скрип пола, помехи в телевизоре, соседские разборки, которые заканчивались безудержным сексом в конце, я беззвучно рыдала. Но, подойдя к нашей с Джоелом комнате, заставила себя успокоиться, по крайней мере, на время пребывания в квартире. Войдя, я застала Джоела, сидящего на кровати. Парнишка сидел и глядел на меня, сжимая игрушечного тигренка в руках. Мне показалось, он слышал наш с мамой разговор, но его выражение лица так и говорило, что он мало чего понял.

–Джоел, слезь с кровати и переоденься.

Он даже не дернулся, что само по себе было странным, просто продолжал глядеть на меня, словно фарфоровая кукла на витрине магазина.

–Джоел, слезь-с-кровати.-даже мой изменившийся голос не мог подействовать на брата.-Джоел!-уже прикрикнула я, взяв его грубо за руку, спуская со спального места.

Брат заплакал в знак протеста. Он брыкался, пытаясь высвободиться из моей хватки. Одержимая поскорее покинуть это место, я все же отпустила его, и тот, обидчиво потирая запястье, уселся на пол, окружив себя игрушками.

–Джоел…что происходит?

Но мальчик молчал, словно меня вовсе не было в комнате. Я почувствовала, как последняя надежда, что здесь еще остались те, кто меня любят, угасла. Огонек в фитильке погас и вряд ли зажжется вновь. Я в мольбе опустилась к нему, слезы так и просились наружу, но Джоела, будто подменили, он не обращал на меня внимания. Даже когда я дотронулась до него, он обижено одернул плечо. Моя рука, оставшаяся в невесомости, сжалась в кулак. Пожалуй, это означало лишь одно – меня здесь больше ничего не держит.

Когда я уходила, стоя в дверях комнаты, Джоел так и не посмотрел на меня.

Глава 6

–Алло?

–Томас?

–Да?…Джинни, это ты? Что-то случилось?

–Томас…-голос задрожал.-Томас, можно я…Можно мне переночевать у тебя сегодня?-прозрачные слезы оставляли разводы на лице, глаза чуть покраснели, сделавшись еще невиннее.

–Ты что, плачешь? Где ты?

Я зажала рукой телефон, чтобы собеседник на другом конце провода не услышал мои всхлипывания. Беззвучное рыдание подкашивало ноги.

–Алло?! Джинни?! Джинни, я спрашиваю, где ты?!

Набрав побольше воздуха, на выдохе произнесла:

–Так могу или как?…

–Я скину адрес. Сможешь добраться сама?

–Да.-солгала я.

Было прохладно, солнце уже почти скрылось за горизонтом, но небо по-прежнему оставалось светлым. Судьба явно решила посмеяться надо мной, ибо только ей известно, что именно в это время суток, я еще сильнее ощущаю себя одинокой. Ведь ночь – время не только телесных воссоединений, но и душевных. Время, когда не находишь оправданий даже самым безобидным словам и поступкам.

Я не помню, как дошла до остановки, как приехал автобус и как села в него. Мое тело не принадлежало мне в тот момент, мы с ним буквально были по ту сторону баррикад. Разум летал где-то далеко-далеко, в черном небе, усыпанном миллиардами звезд, где не существует понятия времени, где нет никого, кроме меня и бесконечности, заготовившей экскурсию по этому измерению на столетия вперед. Тело же выполняло менее красивые функции: платило за проезд, искало место, куда можно упасть мешком картошки и больше не вставать, по крайней мере, пока в этом не появится нужды.

Разум, все еще паря во вселенской темноте, периодически освещал ее воспоминаниями, которые я никогда б не возродила у себя в подсознании. Эпизоды прошлого появлялись один за другим на черном фоне, словно кто-то позади меня включил прожектор, и теперь, куда ни взгляни, я видела на старой кинопленке себя.

На некоторых эпизодах фигурировал мой отец, всегда казавшийся мне настоящим красавцем. Он не был атлетически сложен, но и не был распущен. И пускай в многочисленных его ссорах с мамой, она часто упрекала его в слабости, синяки под глазами на мужском лице для меня всегда были показателем настоящей силы. Но я была ребенком, ничего не понимала в жизни, поэтому, если в детских глазах отражалось наливное яблоко, то в реальности оно было прогнившим. Так и случилось с синяками под глазами моего отца, на самом деле демонстрирующих дикую усталость и невыносимое угнетение от окружения.

Пролетая мимо его лица в крупном плане, я ненадолго позволила взгляду задержаться: темно шоколадные волосы с еле заметными проседями на висах, – он был старше мамы, что каждый раз становились поводом для сплетен в нашем районе, – и эти завораживающие меня серые глаза, в которые случайно попала зеленая краска, не удержавшаяся на кисточки. Он улыбался, и улыбка его была широкой, даже если он не обнажал зубы.

Вдруг я перестала лететь, вместо этого повисла в невесомости. Не прошло и минуты, как передо мной включился новый отрывок, и я поняла, что сейчас, возможно, случится что-то ужасное.

–Брук, успокойся!

–Успокоиться?!-кричала в ответ мама.-Нам придется переехать! И кто опять будет всем заниматься? Я?!

Они стояли по двум разным сторонам обеденного стола, оба держались за края.

–Что ты разоралась!-отец интенсивно тер свое лицо, пытаясь самому не взорваться.-Я не могу ничего сделать, можешь ты это понять или нет!? Ты ничего не смыслишь в таких делах, иди, получи образование сначала!

–Это ты мне об образовании говоришь! Да кто мне сказал, когда я беременной ходила: «Брук, брось институт!», «Брук, я обеспечу тебя и ребенка!», «Вы не будете нуждаться ни в чем, Брук!»!

–Ты у меня вот тут сидишь.-процедил отец, указывая двумя пальцами-розетками на горло.

Мама кинула в того счета, а затем стала кидать все, что только попадалось под руку: полотенца, тарелки, стаканы.

–Провались ты пропадом, Шон Мейси!-очередная посуда полетела в сторону мужчины.-Провались ты! Твои обещания! Твоя чертова работа! Уходи! Проваливай!

Предметы летели все с большей ненавистью и разбивались о стены или о пол на кусочки. Под этот звон я вдруг начала падать вниз, в пугающую бездну темноты, оставляя наверху прошлое, которое вновь похороню в дебрях подсознания.

Автобус резко затормозил, и я проснулась. Посмотрев в окна правого ряда, я разглядела название нужной мне остановки и тут же рванула с места, чтобы успеть выпрыгнуть из транспорта, пока тот снова не начал ход.

На минуту мне показалось, что я не туда приехала. По двум сторонам главной улицы воздвигались шикарные дома. Их фасады сравнимы с президентским «Белым домом», настолько дорого они выглядели. Посмотрев на один лишь газон, можно было спокойно заверить, что каждая травинка подстрижена идеально под надлежащий размер. Я все-таки еще раз решила проверить адрес, но, на мое удивление, он был верным. Все еще неуверенными шагами я двинулась дальше, завороженно разглядывая каждый коттедж.

Я дошла до дома с каменной облицовкой. На втором этаже, у одной из комнат имелось окно прямо в кровле крыши. Оно было открыто, и из него, вывалившись наполовину, выглядывал Томас. Он что-то говорил, но я не понимала. Я развела руки, а затем, указав на свое ухо, попыталась ему объяснить, что ничего не слышу. Томас, все еще наполовину свисая, ударил себя по лбу. Оперившись одной рукой о крышу, другой достал телефон из заднего кармана.

«К двери!»-пришло от него сообщение.

Не медлив ни секунды, я трусцой побежала ко входу. Томасу потребовалось меньше пяти минут, чтобы спуститься и открыть мне дверь. Оказавшись внутри, мы, словно воры, крались по лестнице. Я старалась наступать туда же, куда ступала нога парня, дабы не вызвать предательский скрип ступенек. Уже в его комнате, когда Томас запер дверь спальни, он посмотрел на меня с укором:

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.