Юрий Леон
ТриАда

Перед изложением

Некоторые авторы считают, и не без основания, что в процессе написания есть две крайности:

«Автор полагает, что читатель по уровню знаний и восприятия равен ему самому или более компетентен. Тогда пишущий боится как-то упростить текст, совершить неадекватную замену или потерять тонкие оттенки, флёр языка, на котором излагается оригинал. Или полагает, что читатель – ну ничегошеньки не понимает в существе предмета и в языке изложения. И тогда пишущий боится любой неясности, из-за которой его могут упрекнуть в незнании основ и терминологии или отсутствии трудолюбия и глубокого погружения в тему».

Однако, переживания желающих себя увековечить, в отличие от нежелающих, и смешны и напрасны. Пожалуй классик уже изящно ответил за всю пишущую братию:

«…Кто б ни был ты, о мой читатель…

Прости. Чего бы ты за мной

Здесь ни искал…,

Для развлеченья, для мечты,

Для сердца, для журнальных сшибок…

Иль грамматических ошибок,

Дай бог, чтоб в этой книжке ты

Хотя крупицу мог найти…»

Но, прочитав этот коллаж из заключительных строк «Евгения Онегина», всё же не бросайтесь рьяно на поиски астрономических, философских, грамматических и иных – религиозных или логических ошибок в рукописи. Смысл изложения в ином.

«Ноус» сеет и аккуратно внедряет в мозги новые, общие и правильные, если не истинные, идеи – полезные и не опасные для развития дозревающей цивилизации слепого знания. Чем и обогащает разум многих, незаслуженно обвинённых в нелюбви к человечеству. Например, просветленным философам и святым от религий – мизантропия вовсе не присуща и не свойственна, но им, в процессе познания, становится многое известно из явного и тайного, а «великие знания рождают великие печали». Им не до оптимизма, когда они скорбят по когда-то свободным в полетах мысли, но ныне остандартизованным и одомашненным «хомо-каплунам» и «хомо-наседкам», понимая всю порочность целевой информации выдувания мозгов – надоевшей экранизацией первичных инстинктов и поэтизацией замаранных рефлексов пошлости. Потому, в высоком знании своём, они призывают погрязшие народы к очищению (церковники называют это покаянием), что и порождает в отстранённых умах здоровый скепсис о высоком назначении выращенной человеческой рассады. И полное недоумение от неуёмной гордыни за человечество, собранное на «птичьем дворе» Млечного Пути, в бараках земного курятника – всего лишь для ощипа и подачи к столу вышестоящего звена планетарной пищевой цепочки.

Подобно тому и на этих страницах, не причисляя себя, но интуитивно разделяя невесёлый сарказм и скептические взгляды, не обошлось без сатиры на измененное «цивилизационными ценностями» сознание и бытовое применение чувственных токов, скрывающих настоящее нутро под красочной маской вселенской любви и отношений психологического комфорта. Многие пространства вокруг нафаршированы искаженными понятиями, напичканными, вперемежку с научными знаниями, неполными околонаучными оккультно-теософскими теориями и измышлениями. Однако любое стремление к познанию зазеркалья всё же надо приветствовать. Иначе теряется смысл существования любопытствующего разума и высоких муз.

Логические пирамидальные построения и линейные выводы, когда «из одной точки А вышел поезд в точку Б» – существует лишь в нашем умении непозволительно мыслить в стиле оксюморона противоположностей. Потому изложение науки, искусства и самой жизни, в которой не смешиваются взгляды и не существует компромисса на взаимоисключающие понятия, не может не быть воинствующим и категорически ограниченным и огранённым. Согласно изложению избранных интеллектуалов, есть и другие миры – без конфликтов двойственного сопоставления и отрицания, с более сложной картиной мира, системой мышления и техникой познания. Где-то на просторах космоса водятся и «дикоплеменные» сущности и иные «верховноцивилизованные» особи. Где, и у которых, всё не так однозначно и присутствует масса неполяризованных оттенков восприятия и оценки явлений. И посылы иных размышлений не имеют категоричного и однобокого толкования.

Одно и то же явление или процесс можно бесконечно изучать – и всегда найдёшь что-то новое, ещё не увиденное и никем не описанное. Например, можно рассматривать с разных ракурсов и в разном освещении, крутить, заглядывая то справа, то слева, то сверху на украшенную розочками поцелуев женскую фигурность, её бюст или жляпку. Или искать никем не открытую интимную сокровенность под кружевным бельём, где в бархатных складках нежных тканей рискуешь найти диаметрально противоположные признаки, с характерными чертами, функциями и формами поросшей годами мохнатой истины, взаимоисключающие сделанные выводы при первом разглядывании до того.

Пробираясь в потемках наугад по лабиринтам сакральных и скрытых знаний – видятся иногда лишь тени, смутные очертания, фантомы предмета интереса, и, по возможности, зёрна исследования. Потому могут закрасться, и конечно закрадываются, неточности и ошибки – и в описании неких процессов, и в изучении зеркальной сути систем и явлений. Некоторые ссылаются на то, будто кто-то, сидящий в их голове, говорил и подсказывал, когда не надо заходить за черту размышлений в познании. Будто их рука сама «тянулась к перу» и писала автотекст из неосознанных, складывающихся как бы сами собой, фраз. Возможно и так. Ведь иные размышления, зарисовки и пометки многолетней давности, казалось бы сумасшедшие и вовсе бредовые – очевидно подтверждаются цитатами, выводами и исследованиями других, интересующихся темой и старающихся вникнуть в суть перевёрнутого мира. Поначалу, открывая и расшифровывая тексты, может показаться, как и мне, что это бред, окуренных дымами.

Иногда, подходя ближе, смысл и выводы обозначенного умышленно искажались. Были оставлены нетронутыми, для дальнейших размышлений, неподтвержденные гипотезы; позволены вольные переводы символов в смыслы для гладкости и связности изложения; рассыпан по страницам футуристический калейдоскоп имён одной и той же сущности. Часто оставлены без комментариев фантастические по сути, или, казалось бы, иррациональные мысли и фантастические теории; противоречивые толкования и неоднозначного смысла построение фраз.

Иногда, и довольно часто «иногда», так получалось вовсе не специально, а из-за неполноты специфических знаний и познаний закрытых герметических мистерий. Массив правдивой информации о которых – невелик, или вовсе бывал недоступен осознанию и рассуждению.

Однако дОлжно соотносить целесообразность восприятия теорий, текстов и мнений о рассматриваемом, всё-таки, не так примитивно, как мы видим и подразумеваем. Всё гораздо сложнее и объемней, чем может объять и уразуметь наш мозг – этот несовершенный механизм познания. Что афористично сформулировано А. Толстым, А. Аммосовым и братьями Жемчужниковыми в вечной, перелетающей из века в век, фразе: «Невозможно объять необъятное». Посланные знания о мирах пришли к нам, возможно, из миров многомерных, потому размыты в понимании нашего кандидного, неразвитого ума. А Истина, где-то «out there», как было неоднократно уже говорено.

Потому не должны удивлять противоречивые суждения и выводы разных людей, казалось бы об одном и том же предмете или объекте рассмотрения, использовавших те или иные, но разные методы, сочетания и приемы. Над чем-то можно откровенно улыбаться, над другим недоумевать, а иные выводы убеждают и заставляют задуматься. Разнообразие реакций определяется либо требованиями эмоционального и умственного неприятия, либо ложным чувством интеллектуального превосходства. Логика тем «антуража и стаффажа» картины земной жизни может показаться вовсе непонятной. Иногда темы кажутся шедевральными, а зачастую завиральными, как и конкретные мозговые блуждания и представления иных мыслителей о космической архитектуре, или их фантазийные полёты над природой мира чувств.

В этом «астро-сюжетном» около-художественном издании не ищите «художественных ценностей». Здесь их нет. Скорее, это то место для автора – «где собака порылась». Где излагается личный взгляд со спорными подходами и «загогулистыми» взглядами на явления, факты, показатели и факторы насыщенной домыслами культуры зазеркалья, весьма далёких от индивидов, не интересующихся темой оккультных ценностей иррационализма.

Разлитые по страницам краски аллегорий и аналогий, чертежи суждений и архитектурные конструкции миров, конечно, так же далеки от истины, как предположения, взгляды и интерпретации древних источников. Или «рисунки мозга» и «мистические прозрения» современных исследователей закулисья. Потому, ко всем изложениям и выводам рукописи следует относиться с изрядной долей иронии. Но, всё же, Мир познаваем.

А чтобы разбавить мистерию тайн непознанного «мистериями» наблюдений, до мурашек по коже близких в нашей обыденной жизни лёгких развлечений – в рукопись внесена некоторая часть размышлений из первых книг.

Книга 1 № 1136

«Когда вверху не названо небо, а суша внизу была безымянна…»

Энума Элиш

«Игорный дом»

Игровой зал заведения был оформлен мебелью красного дерева и богатым изысканным декором бежевых тонов. Нежные оттенки создавали резкий контраст с пугающе кровавыми тяжелыми портьерами на тёмных окнах с изображениями паучих, прядущих нити судеб. Покровы свисали до пола, закрывая золотые потоки денег и роковой азарт от внешнего мира. По полу распластались синие велюровые ковры, а потолок из венецианского стекла, смальты и витражей был выложен и расписан сценами страшного суда. Светились и поблескивали аквариумы с экзотическими, порой устрашающе хищными обитателями подводного мира неземных океанов и морей, заполненные ядовито-зелёной водой. Низко нависающие над столами тяжёлые люстры изливали из хрустальных бутонов ласкающий кожу нектар мягкого освещения. Посреди зала высился причудливой формы, разноцветно мерцающий бар, в виде манекена женских полуоткрытых губ, причмокивая всасывающих мутную белесую жидкость из огромного футуристического бокала. Что-то красное густо разливалось по искрящемуся хрусталю и это «что-то» было совсем не похоже ни на обычную выпивку, ни на экзотические коктейли, которыми были уставлены столы с угощениями, покрытые багровыми скатертями. И, вообще, хотя место трапезной было выдержано в давящих красно-черных тонах, но еда была очень изысканной, закуска – легкой и разнообразной. Звёздное казино давно славится своим непревзойденным сервисом, комфортом и удобством для посетителей. Гостям было удобно перехватить что-то с фуршетного стола и продолжить игру. Ведь это главенствующие составляющие качественного азарта и отдыха. Между игральными столами прохаживался высокомерно поглядывающий, узколицый и длиннобородый хозяин заведения, он же крупье, неспешно обходя стулья с овальными спинками. Ореховые кресла с резными подлокотниками с вензелем Тёмного, скрытые в полуосвещённых зонах отдыха гармонично вписывались в дорогое зелёное сукно массивных столов для покера, преферанса, бриджа и блек-джека. По зелёной поверхности были разбросаны карты, деньги и игровые фишки – символ вечности игры и незыблемости закона обмана, денег и искуса рулетки и карточных игр. По залу сновали бледные, как призраки, гарсоны, и, «дыша духами и туманами», порхали очаровательные и грациозные стриптиз-девочки, словно закупленные на вечер из Мулен-Руж – на все согласные и ждущие «этого всего» в интимной полутьме у гладкого пилона. Пространство небольшого подиума, окружённое мягкими диванами для двигательных откровений женских тел, приглашающие манило посетителей расслабиться и развлечься.

В интерьере казино не было ничего лишнего. Все было предельно продумано, дорого, изысканно и функционально. Конечно, хозяину пришлось немало потрудиться, чтобы создать антураж и нужное настроение праздника довольства и сытого успеха – после сокрушительного банкротства желаний.

Богато поблескивающая, разношёрстная играющая публика собиралась за столами. Иным мужчинам непременно был нужен смокинг или строгий костюм, бабочка и белая рубашка. Другие, словно сошедшие с экранов таблоидов из гангстерского мирка времен первого Джеймса Бонда, ограниченные, правда, правилами и богемным стилем вращающегося вокруг маскарада. Немногие присутствовавшие дамы, инкрустированные дорогими украшениями, щеголяли в элегантных туфлях и вечерних платьях из туго перевитых шелков и изящных кружев. Никаких вульгарных нарядов – только строгость и элегантность.

В качестве дополнительного реквизита публика, правда, не забывала прихватить с собой пачки фальшивых денег, револьверы, мундштуки для сигар, шляпки с вуалью, пушистые боа и пышные перья.

За одним из удалённых круглых столов разгорались жаркие, нешуточные страсти. Игроки бросали кости, беседовали «за жизнь», спорили, иногда ссорились. В кругу собиралась семёрка игроков из циников и идеалистов, мизантропов и филантропов со специфическими внешностями, атрибутами одежды и характерами. Некоторые были дружественны, другие друг другу, очевидно, несколько враждебны в орбитах затянувшихся споров и давних противоречий.

Возле знака сидел бледный брюнет в черной шляпе со впалыми щеками и большим ртом, похоже страдающий ревматизмом. Он был костляв, высокого роста и закутан в плащ черного цвета. Второй – плотного телосложения со свежего оттенка кожей, большими веселыми глазами и мощным затылком сел справа. Он часто вытирал пот со лба и был одет в дорогой, пурпурного цвета клубный костюм с синим галстуком. Рядом – хромой мужчина в красной пиратской балаклаве, крепкий сложением, с высоким лбом, горбатым носом и сильно выдающимся подбородком, похожим на пятку. Поросший рыжей щетиной, он с головы до пят был обвешен театральным оружием, которое весело и устрашающе бренчало при широких и резких движениях.

Слева сел пышнобородый, солнечной наружности кудрявый блондин, широкоплечий с одутловатыми щеками. Он сразу располагал к себе. В его внешности сквозило благородство, а влажный взгляд выражал то мягкость характера, то крайнюю строгость. Он был одет оригинально, но изящно, везде на одежде, где только кинешь взгляд, посверкивали лучистые драгоценности и украшения.

С ним вместе присела в облаке великолепного парфюма со вкусом одетая в яркие цвета медноволосая дама небольшого росточка, томно мурлыкая, словно наигрывала на флейте игривую мелодию. Своими большими веселыми глазами была похожа на человека с затылком. Её сумасшедше красиво сложенное тело с прозрачной кожей, изящно двигалось под платьем, что возбуждало желание посмотреть на неё еще и еще раз, что мужчины незаметно и делали. Она нежно манила, как Афродита, только что обсохшая и одетая в «платье короля» после океанской чувственной пены.

Далее держась за руки сидели юноша и девушка. Юноша в крылатой бейсболке еще с чем-то детским во внешности при пропорциональном сложении, и симпатичным, слегка желтоватым лицом отличался темной вьющейся шевелюрой, высоким лбом, беспокойным, словно ртуть, но проницательным взором. Было видно, что он веселого нрава и любит шутки.

Девушка же была тонконога и высока ростом, с тонкими, белыми, словно серебряными, волосами, странной выпуклой худобой и прозрачными, зеленовато-голубыми глазами на матового цвета дряблом лице, как бы прилепленного к круглой голове. Толстыми красивыми губами она выдувала звонко лопающиеся пузыри фиолетового «бубль-гама».

Человек в плаще в разговоре был желчен, иногда циничен, недоверчив к аргументам собеседников и отличался независимостью суждений. Он создавал впечатление, что «папа у Васи силен в математике». Второй был приветлив, вел разговор чистым звонким голосом и отличался в беседе живым темпераментом. «Пират Роджер»» легко бросался в спор и так же легко воспламенялся, как огненный крепкий ямайский ром. Блондин неожиданно отличался изяществом речи и чистотой голоса. Красотка же была снисходительна, темпераментна и приветлива, а юноша в сандалиях выделялся в разговоре тихим мягким голосом, сметливостью мышления и изобретательностью аргументов. Он или специально, или по молодости, или не знанию правил – иногда лукавил в игре. И искупал провинность на побегушках к бару – как истинный посланник за «амброзией и хмельным нектаром для богов». В общем, частенько игроки симпатизировали и подыгрывали друг другу, или против кого-то совместно «дружили». Девушка в разговоре искала поддержку других и иногда лениво и меланхолично включалась в беседу. Особенно оживленно, когда шла речь о чем-либо мистическом и фантастическом.

«»

За столом царило весёлое безразличие к тому, кто выиграл, а кто проиграл. Чаще фартило медноволосой красавице и тонконогой девушке. Первая выглядела при выигрыше, как достойная подательница материнского благополучия, помогающая рождению и воспитанию детей. Возможно, полномочия ее распространялись когда-то на те области, которые впоследствии ей пришлось уступить солнечно-лунным богам. Вторая жила желанием дать своим фишкам, как путникам в ночи, легкую дорогу, и помочь покинутым возлюбленным. Она виртуозно предугадывала жизнь и дальнейшее следование фигурки на игровом поле – согласно правилам игры с кубиками, полю кармы брошенных костей и выбору дальнейшей судьбы. Каждый карточный дом – весёлая забава, потеха и сиятельный юмор знаменитых игроков над фигурками на доске, перемещаемых по круглой сцене согласно суммарным числам нулей, единиц, двоек и троек из набора вращающихся кубиков. Всего по числу мажоров.

Игроки казино играют до безвременья, словно бессмертные, но фишек не становится меньше. Игроки ведут своих, забирают свой цвет, выкорчевывают мутных, замаранных, погрязших и черных, не вписавшихся в отмеренное время и маршруты предписанных ходов.

Так в планетарной игре человеческая фишка имеет право выбора реинкарнации и уходит на очередной круг воплощения и кружится по полю продолжения игры, пока не погибнет в темном, или не возвеличится в ряду избранных призовых мест. Попавшую в самый светлый квадрат ставят на золотые полки и почётные музейные места в Великом казино. Выпавшие из игры «светлые» дальше на этом поле не играют.

Земное столоверченье порождает полярные силы и распределяет «по сусекам» забубённые судьбы. Редкие из них под действием центростремительной силы выходят на светлые зоны. Центробежные энергии сбрасывают великое множество непроходных фигурок с поверхности стола и они падали и падают на пол, заворачивая свои орбиты в роковую спираль пробуждений в очередные «дни сурка». Или сваливают павших в отстой темного треугольника обнуления для долгого ожидания своего часа с бесчисленными пропусками поступательных ходов. Отыгранные фишки с непоправимым изъяном выбрасывают на полную переработку, начиная с первых неосмысленных ходов одноклеточных организмов. А прошедшие все клетки кругового маршрута и не вставшие в «золотые депо» – вновь окунались в водовороты «тараканьих бегов» непросветленной карточной жизни.

Игроки за круглым столом делали ставки, проигрывали и иногда выигрывали, приводя фигурки в последний дом – к финишной ленточке марафона и к выигрышу игрока по завершению очередного кона. Важно было то, что в финале – тот заветный дом для фишки оборачивался очередным проигрышем. Вообще, сама фишка всегда проигрывает, когда планеты бросают кубики на свой выигрыш. И, в который раз, «лаборатория казино» превращается для неё в просторное помещение родовой палаты. Алхимики игры – в хирургов, а ангелы светлых квадратов – в сестёр милосердия.

«Покинутый мир»

Он висел в отблеске млечного пути и легкой дымке смога над вечерним городом. Это была захолустная периферия галактики с её «семью чудесами света»: храмом центральной площади, сверкающим золотым куполом и видимым, пожалуй, на самой окраине, как оранжевый апельсин. Но всё же, ему казались почему-то знакомыми; и 1 Торговый центр с этажами искусств и развлечений; и 2 красивый и модный салон пластики и хирургии тела, включающий рабилитационный комплекс, поликлинику и морг; и 3 голубой купол старого цирка, окруженный лунным садом и утопающий в зелени – уже четырежды восстанавливаемый после пожаров; и далее, в недалеке, ладно скроенный 4 спорткомплекс, где разгорается не по-детски борьба за медали в тяжелых нагрузках, за терпение и тренировки в общем баталии тел и воли; затем 5 торжественное здание городской администрации, как памятник архитектуры и иерархии власти; и, наконец, 6 здание городского суда и прокуратуры с подвальной тюрьмой, Вот и все «достопримечательные достопримечательности» и чудеса «сайтсинов» маленького городка, огороженные ожерельем из тонко напиленных и ломанных бетонных блоков древней городской стены. Все компактно, строго, многолико и многофункционально.

Центральная круглая площадь и панорама расходящихся к окраинам лучей городских улиц виделись парящему в воздухе, узлом неба, который «как брус на кораблях скреплял небесный свод с землёй».

«»

Природа земли была торжественна и, по-осеннему, недвижна в медвяной, бронзовеющей поре сожженной солнцем и тихо увядающей зелени. Лишь на тонких ветвях белых берёз и увитых тёмной корой каштанов и клёнов издалека трепетали, то ли золотые монетки, то ли остроконечные пятилучевые звёзды. Словно стайки рыбёшек, виляя хвостиками, листья поблескивали на сильном ветру сверкающей медноцветной чешуёй, переливаясь из чувственных красок радуги осени в белое сияние зимнего бессмертия.

За окнами городской оркестр натужно бился круглыми звуками литавр в неказистый декор вокзала, в серые взволнованные ряды запруженных перронов, и в длинные хвосты убывающих переполненных поездов. Звуки марша, провожающего народ в далёкий путь, перелетали через площадь, перекатывались через кладбищенскую ограду и с трудом одолевали забор скорой и медицинской помощи не очень-то нуждающемуся в ней, населению. «Прощание Славянки» и по названию и по заложенной в музыку идее проводов славных родом соло-ванов – владык солнца, гордых солнцепоклонников, – было созвучно сакральной ментальности русов, и также оживлённым ожиданиям скорого прибытия свежих гробов из «груза 200» кладбищенскими рабочими.

На слух, однако, мелодия была излишне нарядна по исполнению, впрыскивая тяжкую аэрозоль бравурно-мажорных нот ничем не подкрепленных надежд отбывающих, в потревоженную вокзальную пыль и в лукавую ауру последнего «прости, если сможешь», остающихся на перроне женщин.

Но все истинные страсти активно кипели и бурлили за забором, за обветшавшими квадратными стенами городской больницы. Именно её жизнь мне и интересна. Внутри медучреждения, в пропитанных тлением нездоровых тел палатах, атмосфера была «как всегда», хотя могла быть «хотелось, как лучше». В едкую госпитальную смесь, замутненную приливающими и опадающими волнами звуков и обрывками голосов, откуда-то с потолка лился напряженный жужжащий гуд ламп накаливания. Шла рутинная текучка клиники – повседневное веретено личного горя и несчастий. Такая вот не парадная работа учеников Гиппократа. По коридорам, в циклоидном темпе, похожем на цоканье копыт упряжённого катафалка, зловеще позвякивали вращающиеся колёса больничных колясок. Каждый раз клацающий звук беспощадно рубил на секунды нити очередной уходящей жизни, скупо вплетённые небесными мойрами в человеческую пряжу земных скитаний. Старые стены хирургического блока гулко отражали этот назойливо заунывный, железно-барабанный метроном смерти, и ритмично плещущиеся пятна коридорных теней, словно омрак ее машущих крыльев падали на бледные покровы уходящего. Теплящаяся в теле жизнь, в общем, ничем не была примечательна и в быту не выделялась среди других таких же – ни убеждениями, ни привычками. Среди коллег за простоту взглядов и жизненное позиционирование на справедливость, тот, покрытый ныне казенными простынями, прослыл странным, вольтеровским «кандидом» или баховским «ливингстоном». Он не обращал на это внимание, не задумываясь над заложенным смыслом, но книжные имена прочно за ним закрепились. Впрочем, такими книжными эпитетами можно «наградить» душу каждого человека, можно сказать, невесть откуда слетевшую и, беспечно странствуя по мирам, в конце концов, вляпавшуюся по самое «дальше некуда» в рутину земной жизни.

Но, по справедливости, и в больнице не всё было столь печально. В противоположном её крыле обессиленные родами, но счастливые матери прижимали к груди малышей, которые своим криком заявляли протест окружающему миру и одновременно прославляли первые минуты светлого дня предназначения, пискляво оплакивая и воспевая свою новую и такую разную будущую судьбу.

Между тем, недвижность жизненных процессов временами отключала лежащего «странника по мирам» и от действительности, и от осмысления происходящего. Он не мог вспомнить где и кто он на самом деле. И это было ему, в общем-то, безразлично. Приходя в себя, он видел, как монотонно струился свет сиреневых софитов. Сквозь тягучую звуковую муть, в колеблющемся разорванном настоящем, как бы вплывало и проявлялось над ним озабоченное лицо, закрытое бактерицидной маской.

С потерями сознания из сердца тонкими струйками утекал сок жизни, и с ним иссякало желание бороться за былую упругость и силу тела. Одеревеневшие мышцы лица заострили черты в неподвижно-монументальный бледный горельеф. В амплитуде колебаний света и круговращении разворачивающейся панорамы событий, в голове воцарялся интеллектуальный хаос пульсирующей иррациональности. Редкие мысли в пугающем круговороте срывались с орбит и улетали в прелую бурую пустоту небытия, не цепляясь, как раньше, разноцветными картинками и веселыми мартышками за ветки сознания.

Изредка, трудно и медленно выплывая из вязких глубин, он отстраненно наблюдал операционную палату в обилии света, деловой молчаливости и аптечных пузырьков, поблескивавшую намытым кафелем, заставленную приборами, ампулами, штативами и очень остро чувствовал едкий запах лекарств.

В потоке прожекторов взгляд фиксировал склоненную фигуру хирурга, будто светящуюся собственным светом в рефракторном ореоле люминесцентных ламп. Под шапочкой врача, холодно поблескивало зеркальце, похоже на специфическую звезду в сказочном лбу «царевны-лебедь».

Пронзительные волны замутнённой ясности длились не дольше мгновений. Огни размытой акварели затухающей реальности тускнели. В чистой зеркальной поверхности рампы слабеющим взором он ещё видел белые одежды и покровы стола. Но ощущение присутствия чувственно сужалось. Вначале до рамки неглубокой перспективы, потом до круга, потом до точки, которая внезапно полыхнула вспышкой ясного золотистого света. Шум стих. Слова замёрзли в сознании и не доносили, и не несли информации. Светлые очертания белых одежд волнами расплылись и померкли вовсе. Затем наступило тягостное безмолвие мрака.

Над входом операционного бокса отстраненно, одиноко и ярко алела лампа, маяком зовущая из больничного антуража в монотонно гудящий, тягучий и черный проем. Скручиваясь в воронку безвременья, стремительный полет погрузил его в сознание непрерывности, и утопил в мрачной турбине длинного вращающегося коридора. Все, что осталось от тела и памяти прошлого, неумолимо окружила высоковольтно-жужжащая липкая полутьма.

В левом крыле клиники в операционной палате густела печаль утраты. На столе хирурга лежало мертвое, лишенное жизненных токов и божественного света бледное облачение «странника» – его тело, отказанное небесами в личном бессмертии.

«»

Казалось, аспекты его сознания рассыпались на параллельно летящие искры – расщепились на несвязные элементы распознающих и сортирующих энергий. Восставший разум изменил стройной логике. Из закоулков интеллекта ушло понимание сути и формы, размылись чёткие границы и уровни места и важности объектов, явлений и событий. Исчезла их взаимосвязь и оценка, решавшая задачи «быть или не быть» им в его жизни. Потерялись различения: «явь – неявь» и сканирующая идентификация собственного «Я». С пропажей понимания роли явлений, ограниченности пространства, места и времени, – осели в серую пыль осознающие энергии разумения. Вместе с ними осыпались и энергии причинно-следственных связей, и привычное умение формулирования мысли.

Туманные образы вдруг рассеялись и открылся вид на город с небес, с высоты птичьего полета. Рядом с ним, разноцветным облачком порхала стайка мотыльков «эго», тоже освободившихся от коконов тел. И, кто из них с натугой, кто почти невесомо, они уносились восходящим потоком к зданию суда и даже на другой край, за стену города. Но то была лишь серая моль человеческой жизни. Свежим дуновением сильный порыв ветра понес и его, как воздушный китайский фонарик, мимо величественного здания прокуратуры и суда, за которым высоким белоснежным шпилем возвышалась резиденция мэра и городской администрации, мимо окон старого цирка.

«Внезапно их понесло оттуда вверх в разные стороны, выбросив к местам, где им суждено было встретить судьбу, и они рассыпались по небу, как звезды», вращаясь и раскачиваясь над материей Земли, словно на свешивающихся с неба нитях небесной карусели, медленно вливаясь в кольцевой маршрут вне яви материализации, в свет перевоплощения зодиакальных созвездий.

Глубоко внизу мелькнули разрушенные, когда-то величественные купола древнего, великого города междуречья. Где в чадящем свете нефтяных факелов среди золота и серебра языческой вакханалии на штукатурке дворца был начертан приговор царственному отступнику – «мене, текел, фарес». Слова, написанные на стене во время пира, вавилонскому царю. Так была подведена черта под планом его человеческой жизни. Таинственной рукой была определена Минья – подсчитана степень «числа» жизни или её свойства, роковые место и роль; взвешена Ткила или «мера» – карма человеческих намерений, преобладающие эмоции любви или ненависти; навечно разделена Приса – разложен «вес» поступков по чашам Фемиды и зачитано «досье судьбы» – озвучена социальная значимость добрых дел и статуса порождённого зла и накоплений подлости.

Во дворце праздника нечестивой жизни был объявлен небесный приговор качеству свершений, физике поступков и цене умыслам человека.

В ту же ночь приговор был приведён в исполнение. Баал-да-Зар был убит, а его владения отданы другому властителю.

Несложными способами темуры и нотарикона, т.е. «лёгким движением руки» «мене, текел, фарес» превращается сперва в метефа(б), затем в Баф(е)мет тамплиеров. Что равно по смыслу прочтения и значению – «разделена суть твоя и отдана судьям, ты взвешен и найден пустым (никчёмным), и времени твоему положен конец». Не об этом ли говорит каждому это имя идола, вершителя человеческих судеб у храмовников?

«»

Странник растворился во вращающейся амальгаме звёздных зеркал и отражений гибаона. Мир ожил, принимая облики и формы. В карусельном калейдоскопе полированных стен рождался то один, то другой необычный образ. И, вглядываясь, в каждом виденье он видел что-то родственное, даже родное. Себя самого он находил в зеркале синих кристаллов, проявляясь в потустороннем пространстве мерцающим туманом, странствующим по вселенной. В перламутровых переливах нежных колокольчиков второго – присутствовало нечто от таинственных отражений звёздной Ниоты, богини Фреи и «розовопёрстой Эос» в жарком ожерелье мерцающих миров. В третьем, уловимо изменчивом, нескромно потряхивая свалявшимися кудлями меха отражалось смешное животное. Оно нетерпеливо поскрипывало копытцами, словно пружинами раздолбанной кровати, или шарнирами проржавевшего флюгера, гордо выставляя на обозрение кривую «welcome» под крашеным хвостом.

Несколько поодаль, у десятой грани гибаона, стояла Десс – красивая женщина в длинном синем голубом плаще. Она тонко касалась руки переливающейся перламутровыми оттенками Ниоты-Ситораи, и тогда одежда её меняла цвет на золотой, и держала на верёвочном поводке козу Фагафинаретану, – то томное животное со свалянной шёрсткой под вечно задранным подолом. Тогда её плащ окрашивался в хмельной цвет возбуждающего напитка. Остро сверкнув улыбкой, женщина жестом пригласила их к выходу и Странник синим облаком выплыл в чёрное зеркало вод. За ним, в тот же чёрный проём, из утробы гроба излился перламутровый плащ Ситораи, и, как из шляпы фокусника, выпрыгнула коза нескромных удовольствий. Они вышли в необъятное пространство галактики и рассыпались в вакууме проторождений.

Страннику казалось, что в повторяющемся калейдоскопе этих немногочисленных образов скрыт намек на триединство творений, где два элемента спаяны третьим. Как Энергия соединяет Дух и Материю – так человеческие чувства объединяют разум и тело, так эмоции сливают воедино мысль и волевое действие. Промежуточное звено слияния знатоки и любители объяснять необъяснимое называют астральным, а крайние – ментальным и физическим планами.

Появление рядом синей сущности из гибаона с материнской теплотой во взгляде он объяснил раздвоением сознания. В его понимании произошло разделение на дуализм, на дихотомию объектности и субъективности – на его тело и гения его судьбы. Он вспомнил, что такова первоначальная идея о непорочном зачатии, где объективная сторона обозначается как «Великая Супруга, наполняющая все пространство», подразумевая под этим космическую субстанцию материи. На эту девственную материю похотливо воздействует субъективный элемент, обозначаемый как Божественное Самосознание. Ну а Великое Дуновение или Святой Дух, производит необходимые движения и оплодотворение в Великой Супруге.

При нарушении этапности или отсутствии хотя бы одного из элементов процесса, рано или поздно разрушается все здание выстраиваемых умозаключений, парадигм и теорий творения. В этом случае складывающиеся «интимные» отношения познающего человеческого мышления и вечных законов бытия порочны и недолговечны.

Так образно сложилась последовательная цепь из элементов, как космических, так и человеческих образов, связей и событий: «Великая супруга» назначается объектом «великого делания» – энергетизатором «великого делания» является Идея о воздействии на «супругу» – Божественное Самосознание выступает воздействующим субъектом, гиперкосмическим модификатором и модулятором самого процесса. Затем «Великое Дуновение» вдувает в «Великую супругу» Дух Святой – инструмент, исполняющий божественную Волю «великого действия» и, наконец, результат «великого делания» – являет мирам рождение новых Форм. Например форм, глотающих дым ядовитой земной атмосферы сквозь фиолетовый песок вихрей раскалённого звездного неба.

«»

Мысли «о вечном» материальны. Они кружились и словно оплетали призрачное тело странника, и стягивали тяжёлые змеиные кольца, замуровывая его в глухой саркофаг, оснащенный информирующей камерой глаза в надетом на мозг коконе незримого шлема. При этом сам он ничего не видел, будто координацией движений управлял уже не он, а некий оператор с помощью команд с инопланетарного пульта «умного дома». Он же, подчиняясь чужой воле, в своей невесомости поднялся над твердью. Ощущения от полета превосходили все ожидания. Он пребывал в виртуальности, но был способен действовать, переживать и осмысливать иную иррациональную реальность – то, к чему в обычной земной жизни прийти даже аскетически очень сложно, почти невозможно.

Десс

Д'Эспаньят термином «гиперкосмический бог» объясняет некоторые процессы квантовой физики, которые еще не могут быть описаны категориями науки на ее текущем уровне развития. Можно лишь предположить протопластические формулы формообразования, изменения и циклов, как наложение и отношение: в первом случае предельности трехмерного мира к объемам форм, определяя их количество и параметры, во втором – протоэнергии к элементам и занимаемому уровню иерархии, оформляя их встроенность в мир и их структуры, в третьем – относительной вечности к формо-цикло-временам, нарезая по тем лекалам отрезки жизней.

В числитель вносятся первичные параметры и элементы небесного человека, в знаменателе оказываются его производные количества – элементы и вторичные формы, определяя отведённую часть мироздания и ёмкость, расчётные границы жизни (в нашем случае жизни в трёх измерениях). Обратная интерполяция определяет насыщенность космическими силами, качественные характеристики – «число, меру и вес» энергетических форм.

По теории присутствие гиперкосмического Бога, этого Начала или Независимой Реальности будет вечным и недосягаемым в познании, как бы близко человек не подбирался к разгадкам мироздания. Фактически, французский физик с одной стороны провозглашает бесконечность научного процесса, а с другой – указывает на его тщетность.

Конкретная наука связана с материализацией «газообразного» идеала разума и затвердевшей мыслеформы в квантовой теории единого цифрового сознания. Сформированный план, архитектура мысли этого третьего агрегатного состояния разума и создают, в конце концов, реальное равновесие между парами противоположностей. Это означает гармонию пар в долгом взаимодействии. Она указывает на волю к самовыражению в совершенной пропорции, как жизни духа, так и возможностей материи.

Странник

«Плюрализм мнений никогда не может дать представление об окончательной истине. Это всего лишь форма нашего самовыражения для постижения деталей».

Да, каждая теория двойственна и несовершенна. Формальная наука лишь безмозглый истукан, нумен без сути, осколок истинных Знаний. Человеку свойственно обезьянничание, он создает роботов, как клонов, производных собственного нумена, хотя сам является производной нумена Креатора. Чем дальше от Истины, тем ученое изложение искаженней, вычурней и запутанней. Понимание «…по образу и подобию» – не предполагает сущностного подобия. Это скорее означает подобие структурное. Концептуальное, троичное строение и человека, и Креатора. По его поручению в садах и кущах райской лаборатории был создан первый человек, в божественную суть которого «сиятельный вредитель», ставший эгрегором эолийского месяца Порнопиона, подмешал жар животной души. И тогда космическая зима устала сопротивляться мелодиям жизни горячих энергий тысячи пылающих солнц и, взаимно разъявшись недрами, стекала липким, скользким лубрикантом тела, разоблаченного от паутины снега – в его сакральные недра, расслабившись в теплых объятьях жаждущих огней. И все весенние гимны порождения жадно сливались с активным началом звездной природы, и происходящее от того круговращательное движение производило вокруг безумные мировые вихри.

«»

Женщина в синем вывела Странника из призрачного футляра тела. И новый увиденный мир, и он сам были совсем иными, но триалог его сознания и нео-возможность осмысления были еще спутаны и свивались в дымах догматов восприятия из прошедшей жизни. Он полностью ещё не освоился в непривычных законах пространства, энергий и материи – в иных основах движений, ощущений, в небесных вибрациях и волнах, необычных для пластичных временных форм.

То ускоряясь, – он летел в необъятном пространстве шаровой молнией, то, замедляясь, – плыл неким сгустком искрящейся оранжевой энергии во вселенском просторе, погрузившись в созерцание. Человеку свойственно, что всё, не втискивающееся в отпущенные ему небом бурдюки разумения и осознания, он, не раздумывая, судорожно клеймит непонятой «белибердой» и бессмысленной заумью. Сейчас же в Страннике звенели вечевые колокола высоких сфер, разрушающие в его подсознании земные догмы приобретенного опыта и знаний.

Странник

Философ древнего синтоизма с океанских островов, там, где восходит солнце, несколько изменяя китайскую Книгу Перемен, так толкует плерому Вселенной: «Четырехугольник – это изображение формы, образ молчаливо-недвижного [духа]; круг – это образ разливающейся и живо-движущейся [материи]. Космос – это только форма и материя. Небесный Путь – абсолютно-истинный и неощутимый. Поэтому в середине пишу слово «истина»: т.е. истина – это Небесный Путь. В нем спонтанно существуют ступени: импульс, развитие, оформление, стойкость. Они называются четырьмя атрибутами неба. Четыре атрибута – собственно единая форма, непротяженный дух. Однако с того момента, когда началась космогония и стали существовать образы и тела, все нашло свое место. Дерево заняло место на востоке; дух материи дерева – импульс, и его помещаем слева. Огонь занял место на юге; дух материи огня – развитие, и его помещаем впереди. Металл занял место на западе; дух материи металла – оформление, и его помещаем справа. Вода заняла место на севере; дух материи воды – стойкость, и ее помещаем сзади. Форма импульса возбуждает материю дерева; она разливается и рождается все: это – весна. Форма развития возбуждает материю огня; она разливается и все растет: это – лето. Форма определения возбуждает материю металла; она разливается и все собирается, как урожай: это – осень. Форма стойкости возбуждает материю воды; она разливается и все сохраняется: это – зима. Земля заняла место в центре. Дух материи земли – это истина. Но акциденция земли стоит в соответствии со всеми временами года, поэтому помещаем ее на [всех] четырех углах. Порядок взаимного порождения [этих элементов] – дерево, огонь, земля, металл, вода. Поскольку огонь является матерью земли, постольку земля достигает высшей точки своего развития в юго-западном углу». Но я бы переставил местами сущностные значения круга и четырёхугольника Кумадзавы.

Десс

Точка вмещает весь мир и абсолютную непрерывность и абстракцию единства. Об этом говорили еще древние школы Платона, Сократа, Пифагора, приравнивая эйдос, единицу и точку, имеющие одну суть под иными символами. Разделяясь на две точки, мир рождает полярность и абсолютная абстракция неполна ни в одной из них. Треугольник – уже совмещает, гармонизирует возникшие противоположности, но от этого мир становится еще более сложным и раздробленным. Теперь он дискретен и конкретен. Квадрат, его четыре угла – это совмещенные основаниями два треугольника гексаграммы, с их шестью вершинами. Две диагонали из вершин квадрата, т.н. «андреевский крест», делит ещё на четыре треугольника тело квадрата, получая в сумме восемь треугольников. Каждая из вершин квадрата противник по стороне другой. Каждая из них является гармонизатором (имеет общие качества) в треугольниках, полученных одиночными диагоналями. Точка пересечения обеих диагоналей это центр гармонии противоположных вершин квадрата земной жизни. Возможно, это та самая суть порождения всех вещей и паутина мировой абстракции, жизни, скрывающаяся за печатью тайны опасной карты «Шин». Нет ли противоположности в самих мажорах Таро, и что можно противопоставить для нейтрализации их полярного влияния? Всего мы насчитаем одиннадцать пар. Умножив на их сумму в парах мажоров, равную двадцати трём, получим «двести пятьдесят три», или совершенное число. «»

«»

Скользя по вибрирующим лучам, как по гитарным струнам космического оркестра, Странник летел по бесконечному бездонному океану, осыпаемый спасительными брызгами звездной пыли, продуваемый солнечными ветрами и горячим дыханием вселенной. Мириады единиц в небесном полете соединялись, вспыхивая и аннигилируясь, чтобы породить энергию, время и жизнедвижение. Вхождение во внутреннюю область потоков и сопутствующие ему трансформации, дают возможность придать созданию форм, как явлению, постоянство: число – число дней, приданные свойства и время жизни, меру – качество разума, внешний вид и размеры, и вес – количество атрибутов и место в иерархии явлений.

В неведомых глубинах звездных туманностей, где пламенели огни божественных строителей жизни, однотонные энергии принимали вычурные очертания творческих иерархий и, касаясь пенного слоя космического потока, обретали различные цветовые качества.

Летящего в пространстве обжигала и прошивала насквозь солнечная энергия – эта выплескиваемая в наш мир переработанная в плазму, переплавленная ткань антимира, затянутая с другого полюса в черный зев космических дыр плаща вселенной. Плазменный огненно-оранжевый глаз солнца – то самое библейское Слово, ставшее плотью и оккультным огнем разума. Его воля и могущество, иногда строгая и жестокая власть – связана с валентностью желания притянутых планет, вращающихся электронами на солнечных орбитах. Жажда достижения, желание или способность идти вперёд, или даже просто коснуться желаемого – является основой всякого чувства отзывчивости, и основной причиной прогресса или эволюционного движения. Незатухающие и настойчивые аккорды желаний обращаются в устремления и, наконец, в волю – в духовную цель и твёрдое намерение.

Странник

В жарком переплетении спиралей млечных путей и щупальцев созвездий, миры обмениваются ставшими бесполезными, отработанными и переработанными ими продуктами. Из нашего мира по влажным черным присоскам затягиваются в звездную плавильню миллионы смертных левой тропы – на очищение их «эго» огнем. И на том берегу иной жизни их горящие души, должно быть, сияют таким же фестивальным солнцем, как наше, только каким-то иным, может быть синим или багровым светом.

Десс

По идее, планеты должны разбегаться от светила, а не притягиваться в его пожирающее жерло, т.к. оно – испускающий источник солнечного ветра, а не втягивающая всепоглощающая воронка космического урагана, в центре которой, в ее стержневой пустоте, возможно, и вовсе отсутствует время, и тогда космическая пустота становится прибежищем Вечности.

Странник

Если и черные дыры и солнца вселенной затягивают вещества и планеты, значит существует обратный, пульсирующий ток неизвестной энергии, большей силы чем разгоняющее дуновение, отталкивающий поток солнечного ветра. Эта возможная грань – магнитная прослойка между мирами, которая насыщается и перемалывает в своих вселенских жерновах, перековывает формы в космической огненной кузне Вулкана материалы, поглощенные черными и огненными пастями провалов. Преобразует в энергию, создаваемую, порождаемую и изрыгаемую иными солнцами в иные миры.

Наше солнце – сияющая и излучающая мандала, задрапированная адаптированной тонкой праматерией к восприятию и порождению форм образующим импульсом. Светило как титаническая линза фокусирует свою энергию и изливает свои влияния на «верноподданных», зажигая посейдоновый эфир центрального духовного солнца, и приводя в общий системный ритм свое урановое сердце. Но и оно, по прогнозам астрономов, со временем поглотит свои планеты и обратится в звезду чёрного карлика. И в человеческой жизни действие энергий внутреннего скрытого солнца создаёт мощное влияние на душу и звездное тело личности, когда, на успешой стадии развития, человек пробуждает и поднимает из мрачных недр муладхары силу и могущество дракона огня. Его озарённая раскрытием сознания воля, могущество или мудрая власть, дарует душе лазурь воздушного океана Любви. Ее мудрость – это космический разум, свет эйдосического плана, своим лучом активизирующий светлые душевные намерения.

Десс

Общая песня складывается на нотоносце галактики из нанесенных на нем знаков планет. Несущая нота каждой звучит согласно уровню и высоте орбиты, если взять за ординар плоскость зодиакального круга солнца. Так же, как горные высоты на земле привязаны и измеряются относительно уровня моря.

Странник

Подобно неустойчивому состоянию вещества, холодный поток реки беспощадного времени находится в вечном зыбком полупереходе из одного агрегатного состояния в другое. Несомненно, время обладает текучестью и в жаркие периоды горячих событий наций и народов ускоряет весенний бег, как бы расплавляясь в иное агрегатное состояние, изменяет свой темп и даже иногда закипает, испаряя сроки жизней «солдат революции». Значит ли это, что есть планы пространства и сферы существования энергий и материи, находящиеся под действием земных или иных законов, где время может пребывать вовсе в газообразной субстанции, в момент поглощая, подобно Сатурну, всё – даже ещё только народившееся, или оно может быть замороженным в вечность в криокамерах ледяного царства Снежной королевы космоса?

Десс

Время выступает крутящим моментом силы, который закручивает вокруг мысли-желания цифровой код кубических граней, звездный и физический образы будущего, притянутые как луны на свои орбиты к центральному телу и точке вращения. Форма мысли напоминает «трехматрёшковое» строение. Внешняя, широкая оболочка создает скорлупу, как точку опоры для пятилучевого познания и материализации. Срединная эмоциональная, чувственная объединяет земную опору знаний с путеводным звездным лучом мудрости. Аналоговая, осознающая подобие – тонкая и центральная, имеет протяженность от точки опоры до центра интеллектуальной классификации, сортировки и принятия решений.

Более сложно формостроение рассматривать, как этакий бублик или некий трехконтурный двигатель: внешний бублик, воронка статора – физическая оболочка; средний – астральный ротор; внутренний первопричинный – не имеющая формы «система проводов», скрученная воедино нить из верхнего потока космической энергии, влитая в ядро ноосферы.

Странник

В чертежах высокого «архитектурного бюро» форма жизни, подобная земной, аксонометрично объемна. В горизонтальной проекции имеет форму трёх этажей троичных цветов, трилистников, а в вертикальной – концентрическую форму круга, диаметр которого на разных орбитах и уровнях различен, и является производной от силы желания жить, и качества пробужденной жизни или миссии тройственной жизнеформы.

Этот колосок славы новой подлунной жизни, – девятилепестковый цветок космической геометрии, проектируется на электро-лучевую силу ума, на явь и неявь, на физическое и бесплотное оформление. И всё должно соответствовать идеоактивному ограничению накопленного в прошлом кармического наказания и права. Т.е. предписанному роком форматированию уровня и горизонта чувств, разумения и силы желаний очередного телесного воплощения.

Десс

Чем сильнее жажда жить, тем твёрже игла желания, тем тоньше диаметр и более остро слита воля в упорной точке, – во взаимном единстве великой тройственности. Чем больше диаметр – тем размытей границы и неустойчивее (флуктуативней) место приложения силы, тем меньше взаимное притяжение троицы, тем неустойчивее и слабее жизненная энергия формы. Чем более материально желание воплощения в мире изменчивости и скоротечности бытия, тем ниже нота жизни – уровень качества жизнеформы. Чем духовнее великая тройственность – тем выше качество и высота тона, постоянней и длительней время жизни «эго».

Некими «посланниками» космоса предлагается к осмыслению, что земные формы жизни и подобные ей являют собой константу Лудольфа, и именно поэтому возможны материальные воплощения в пределах формулы Виета для приближения числа «π» к жизни окружности и диаметра.

Странник

Рождение разумной физической формы имеет массу противоречивых теорий. Когда, например, духовные потоки света в пространстве, в туннелях вселенной, пронзают и начинают свой бег по внешнему контуру «адронного коллайдера» недвижной материи, вызывая в ней некую индукцию разумения. На пограничном с материей слое, как бы, возникают «силы трения» контактирующих с ней ментальных частиц, тормозящие скорость космических «электронов» и принуждающие к взвихриванию потока, оставляя в периферии материи какое-то количество осознающих элементов субстанции света. Рождение физической формы можно проследить и по аналогии с ходовой частью космической повозки. Когда ступица колеса – это недвижный разум, духовный столб света внутри пространства с броуновским движением частиц аморфной материи. Внутри крутящегося колеса безмозглой жизни. Которая конденсируется, подобно мотылькам, вращающимся вокруг света свечи и начинает липнуть и притягиваться её светом и духовными силами, пробуждая к циклам осмысленной жизни. Так же, как в первом допущении, на пограничном с материей слое возникают «силы трения» между ней и частицами Света, тормозящие её собственную скорость, побуждая к упорядоченному вращению по устойчивым орбитам (для падших ангелов по циклам реинкарнаций и искупления). Духовный ток «засевает» в материю ядра клубочков атома творческих элементов разума. При этом, вероятно, прямое соприкосновение губительно и для Света и для Тьмы, поэтому во всем необходимо сумеречное переходное состояние. Таким образом вокруг этих «заноз» творческих единиц формируется «воспаленное», неустойчивое и упорядоченное орбитальное пространство вихревых форм, отграничивающее субстанцию от покоя чистого разума и материи. Пространство одухотворённых форм творческих единиц, которое является производной, или порожденным ими полудуховным, полуматериальным миром.

Эта субстанция определяется как звездная материя, сотканная из планетарных энергий, или «живая вода» души человеческой, которая имеет скорость вращения ещё ниже, чем уже сниженная угловая скорость творческой единицы. За собой звездные потоки затягивают в круговорот жизни часть материи, адаптированной к состоянию, уровню и качеству (числу, мере и весу) творческой единицы, и формирующей «скорлупу» и каркас жизни воплощенной, оторванной от Отца – космической осознающей системы. Так воплощенная человеческая жизнь и протекает в болезненно-воспаленном мире зла, который можно определить, как преддверие адских областей, если не сам Ад. Скорость вращения материи, образующей физическую оболочку, ещё и ещё ниже. Она и является мостом в океан безумной и бесчувственной материи, построенный под знаком 3,14, и является рабочей спецовкой, адекватным костюмом, в котором человек живёт в пределах наложенных ограничений.

Десс

По мнению некоторых космоаналитиков «число «Пи» является первопричиной существования вашей Вселенной. Бесконечная «Пи-несоизмеримость» эфирного пространства приводит к нарушению Великого Покоя, космической гармонии – к поляризации пространства, к образованию первичных электромагнитных элементарных пространств, из которых, при рождении последующих суперпозиций, образуются зарядово – устойчивые элементарные частицы, частицы материи».

Странник

Мы живём под влиянием Брахмы в седьмой клетке шахматных тайн под обстрелом космических стрел линейного отрезка жизнедвижения в природном воплощении. Мы вращаемся в круговоротах Вишну на пятнадцатой клетке, уворачиваясь от бумерангов жизни возвращающихся по колесу рождений, стараясь не преступать порога природных зависимостей. Мы, умирая, как бы улетаем в неизвестность, и возвращаемся вновь силой Шивы, оседлав на двадцать первом шахматном квадратике жизнь и циклы полёта его колеблющейся стрелы, совершая от воплощения к воплощению лягушачьи прыжки к источнику.

Десс

Цвет активного интеллекта, жёлтый синтез ума и любви, выражает себя через душевность и достигает в ней полной силы, так как скрытое в человеке солнце – это мудрость. Она считается воплощающим в себе оба аспекта ментального принципа, выражением конкретного и абстрактного ума. Низший или конкретный ум инстинктов и эмоций раскрывается в первом плексусе, абстрактный интуитивный ум и чистый разум вербального общения, начинают раскрываться в центре солнечного сплетения.

Странник

Привитый стиль поведения и усвоенная речь, как агенты активного разума, являются катализаторами химической активности аспекта высокой любовной мудрости и энергии либидо, которые двутронно управляют планетой человеческой личности. Зимняя звезда Вифлеема проводит влияние и волю сердца, снабжая динамичным и предприимчивым материализованным духом, который позволяет вести к завершению циклов вращения колеса рока. Именно «ангел рождённый», пришёл в гефсиманском саду и сплавил индивидуальную волю Аватара с волей Креатора. Это было не только откровением. С точки зрения символического учения Он пришёл «создать хрупкую нить, которая связала и соединила тремя лучами в человеке вершину божественного мира со святым градом любви». Мост был надёжно утверждён, тем самым сделав Его способным довести до завершения свою миссию.

Десс

Идеализм и преданность, доверчивость и надежность личности соответствует звездам эмоций и форме психического тела. Ритуально сплетаясь, горящие сыны и дочери желания несут в сердца и конфликт, и гармонию любви, исполняя магический танец весенней свежести рождений под чувственным слиянием влаги морской волны и переливающегося в индиго эфира алой энергии материи.

В космической реке этих трех притоков, в песчаных россыпях звезд миллиардами лет разворачивалась древняя мистерия. Слепые жизни «школы магнетического отклика, выпускники мучительной устремленности» безвозвратно пропадали в пасти «крокодила египтской пустыни», который пожрал бессмертное тело Осириса. И каждый раз, по преданиям, Земля либо увеличивалась в диаметре, либо меняла скорость вращения, изменяя полюса и токи центростремительных сил кристаллизующего триангулятора осознающего центра, который представляет и форматы животного мира, и влияет, формирует, как физический – так и умственный рост человека. Так в процессе длительной деятельности демиурга планеты, им создавались на Земле и карлики и гиганты, «хомо эректусы» и «хомо сапиенсы». Его продвинутые ученики, «выбирающие между полярными противоположностями», символизируют знак свободы человеческой воли, данный в пользование небом.

«Космические пастбища»

Земля искрит и опустошается при соприкосновении ее отрицательного заряда с положительными знаками человека и небес. Происходит перманентное «короткое замыкание», с рождением особого вида потоковой энергии, возможно потока времени. Человек саморазряжается на поверхность Земли, стареет, отдавая перерабатываемые им энергии пространства, времени и материи. Экспериментально это подтверждается в длительных космических полетах, когда для астронавта время как бы замедляется. Один из русских братьев близнецов, по прибытию после длительного полета и выглядел, и по физическим функциям тела был моложе, чем его двойник. Стало очевидным, что без соединения с контрполюсом, человеческая батарейка не опустошается, просто не разряжается, сохраняя заряд жизненной силы.

Десс

Все сущее излучает энергию, иссякая к концу срока жизни. Молодая Земля была астральным сгустком, туманностью, но отдавая энергию, усыхая жизненными соками, она уплотнилась до твердого материального плана. Возможно, процесс не закончен и дальше вашу твердь ждет распад, или ядерный взрыв, вспышка сверхновой звездой, дотла спаляющей горизонты солнечной ойкумены. «Макара погрузится в ил космической реки и не возвратит творческую плоть египетского бога».

Возможно, в процессе взаимодействия, оплодотворения творческим импульсом, темная формообразующая материя наделяется разумом, а по окончании жизненного вихря, осветленной вливается в свои истоки, в закрома пространства. Может это и есть великая цель Креатора – одухотворение и оживление безмозглой зомби-материи?

Странник

По аналогии с египетским религиозным преданием об Осирисе и Изиде, можно сделать вывод, парадоксальный и плохо вписывающийся в рамки теологий и национальных религий, что Материя – это мёртвый к высокому чувству сострадания, – по звериному одичавший мужской элемент (да простит меня Осирис за такую параллель), а облагораживающая и оживляющая его к любви субстанция Света и Разума – это женский элемент человеческой цивилизации и разумного творчества – богиня Изида.

Согласно шумерским таблицам можно сделать и предположение, что в незапамятные времена огромный сгусток материи в ином мегаизмерении, в антикосмосе, был затянут в воронку и выплеснут круговоротом огромного протуберанца в наше плотное измерение из жерла плавильной печи – нашего солнца, разбрызгавшись, как от удара, на капли планет при погружении в холодную астроматерию нашей темной части вселенной. Как результат, произошла смена гидратного состояния вещества. Энергия пространства перешла в хаотическое состояние материи и времени. Как шумерский бог, будучи «во гневе», или древняя планета Мардук в неустойчивом своём вращении, столкнулся и разнес в клочья планету Тиамат, так и египетский Сет расчленил по легенде Осириса, а его, недостающий Изиде творческий элемент, был перемещен с орбиты Тиамат, ныне пояса астероидов, – на иную планетарную орбиту. И это, возможно, наша Земля.

Десс

Слоеная оболочка атмосферы – это и кожа Земли, и ее аурическая защита. Земля, по мнению астрологов, не входит в священные планеты системы. Тогда, похоже, она какой-то древний рудимент, аппендицит, ненужные гланды Человека Космоса, на которых размножаются вредоносные бактерии земной жизни. Если мировая гармония поддерживается в холоде вакуума геометрически нефигурируемого космоса температурой абсолютного нуля = -273 градуса, то конкретно геометрическая суть числа Пи и более высокая температура комфортной и пригодной для сохранения жизни на нашей планете – показатели воспалительного процесса с неконтролируемым развитием земной природы и бурным размножением аэробных микробов человечества, жадно пожирающих время, пространство, материю и космические энергии. Потому профилактика космического здоровья планеты жестким солнечным излучением и метеоритными дождями неизбежна, и даже операция удаления планетарной жизни водой, потопом, сменой полюсов или огнем атомной войны возможна.

Странник

Роли планет и их природы распределены ещё с рождения солнечной системы. Тогда же началась подготовка к вторжению в царства и построение земного тела эгрегора нашей планеты. Так закрутилось колесо гендерного различения, формирования адских миров и райских сфер. Первой была создана структура «рупы» – каменного тела Зара или минерального мира с одномерным, точечным состоянием сознания элементов, его клеток. Затем, очевидно, сформировалась целая сеть внутреннего взаимодействия между мириадами чувствительных окончаний его «тела», технико-технологическая система жизне-энерго-обеспечения. Этакий передаточный механизм его «дживы», или информационное поле растительного мира, подчиняющегося линейному закону состояния сознания и линейному же измерению. Важным промежуточным результатом стало формирование двухмерного пространства «кама-манаса» эгрегора планеты – эмоционального информационного поля, обладающего реакцией и функциональной способностью животного мира.

Десс

Только вот Демиургу Земли, как прототипу фаллического элемента и приапического центра в планетарном круге, разума досталось меньше других. Да и зачем нужен ум для примитивной функции трения органов при возвратно-поступательном движении? Зеленая природа и воздушные потоки в сочетании ласковых прикосновений динамичного ветра и так возбуждает к трепету листвы и рождению плодов. Мужская сила приносит пыльцу для древнего таинства и таящаяся в воздухе связующая углекислота оплодотворяет и дает листве наслаждение жизнью и преобразованную энергию либидо ветра. Флора – этот безглазый фантом, задрапированная в женские одежды, – пахнет жизнью, женским дуальным кислородом жизни, отдавая его в пространство, в царство мужского ветра и атмосферы. Смена времен года лишь агрегатная трансформация природных отношений: весенний сексуальный призыв легких предварительных ласк переходит в летний, изнывающий и изнуряющий зноем, извергающий на землю энергию гроз, настойчивый контакт, и, наконец, в осенние роды и отдых роженицы на белых зимних простынях.

Весенние ревнивые и безжалостные ураганы отрицания, ломающие и вырывающие из жизни живую, ещё зеленую, но несогласную с требованием солнечного фотосинтеза флору, летние страстные согласные порывы, заставляющие природу оргазмировать, оплодотворяющие и наполняющие её соками, и неизбежная осень, извергающая семена и плоды, роняющая на землю «запретные яблоки» для воспроизводства всё новых и новых жизней. – всё сливается в пульсации жизни, в едином движении, в одном постоянно меняющемся и, всё же, неизменном мире.

Солнце возбуждает инстинкт оплодотворения, выпускает щупальца либидо к, питающей зеленые поля, атмосфере. Оно является принципом соединения, ковалентного желания и для заповедных светлых рощ друидов, и, для темной силой наполненных, таёжных чащоб. А ветер, несущий в себе основу жизни и передающий, внедряющий её суть в тело флоры, и сама она – сливаются потоками и порождают нескончаемые циклы жизни.

Странник

С дыханием своим Земля отдает энергию в пространство. Каждый цикл её дыхания – это долгая индийская манвантара. С каждой эрой Земля становится суше, холодней, теряет свет, стихает и грустнеет ее песня. И с каждым новым «человечеством», зарождающаяся жизнь прорастает качественно новой. Возможно, кремниевые накопители разума и информации, «материнские платы» думающих и самообразующихся драгоценных кристаллов – это новые сады земной жизни и цветы новых рас будущего.

«»

Луна своим бледным отраженным светом скрывала от Странника золотые воды звезд, сиреневые и красные зарницы скрученной в туман энергии «драконов внутренней силы» вселенной, непознаваемые технологии их космического творчества жизни и форм. Многое в этой фантасмагории форм и красок казалось ему неясным и ошибочным, собранным из очень ограниченных запасов его знаний. И восприятие было настолько правильным, насколько возможно было осознать аналогию и тождественность явлений и процессов при данных обстоятельствах. Это одна из мистерий, открываемых, как пишут знающие, – «вне инкарнации». Как и временный аспект слепоты и неактивности пяти энергий, которые достигли освобождения, но активность которых откроется лишь в другом мировом цикле.

Космические пустыни и пастбища принимали потоки энергии и впитывали приходящие к ним брызги лучевых энергий. Ареалы многих источников жизни смешивались, сплавлялись с аурой звезд и, преобразованные и «таинственно очищенные», в конечном итоге вспыхивали небесными софитами, освещая путь небожителям на комфортные и плодородные поля нашей солнечной системы.

Зеркальные блики вращающегося калейдоскопа пространства, лучи сочетающихся китайских фонариков созвездий, вплетались вместе с мажором Земли в гармонию звучания общего оркестра. И сама солнечная система встраивала энергию священных планет в симметрию алмазной россыпи большого космического дома, вращая священные миры.

Первый поворот драгоценных камней в зеркалах звездной туманности выстраивал геометрию их кодов и шифров. Обозначилась орбита кружения планетарного священного тела Звёздного человека, украсившего сияющую голову созвездия Плеяд стократным жаром космического разума.

Второй поворот встроенных в калейдоскоп бриллиантов звёзд – и проявилась космическая гармония Солнца. Для солнечной системы фиксированным аспектом и Творцом, является «ось мира» – Большая Медведица, а точнее Полярная звезда, через которую передается влияние и энергия высшего Принципа или постоянного аспекта Неизвестного Духа, который является управляющим законом системного существования.

Третий поворот цветных камней – и на Земле выстроена симметрия Демиурга планеты. Для него центром и осью вращения, законом, божеством является Солнечная система в различных ипостасях высшего разума.

Четвертый поворот кусочков цветного стекла формирует прекрасные неповторимые сочетания: Царства природы и стихии – неразумные Титаны, боги Природы, над которыми пытается властвовать Человек

Десс

Для эгрегора Человечества богом является «свет души», мудрость ноосферы, шестое чувство интуиции.

Для троичного человека высшим принципом является мыслящая единица, формирующая структуру звездного и физического тела.

Над животным царством, которое формируется из двух аспектов: звездного элемента и физического тела, воцаряются примитивные демоны «пищевой цепочки», дубликаты похоти и злобы.

Царство минералов контролирует божественный закон магнетизма, притяжения и сцепления, закон бессознательного отбора, валентной фиксации и кристаллообразования.

Странник

Для минерального царства, если его рассматривать как крошечно сознающим, вода должна почитаться божеством. Т.к. может быть явленной в этом царстве в ее кристаллическом, твердом состоянии – т.е. быть подобной горным породам и камням, а может вдруг исчезнуть, испарившись под лучами солнца. Это необъяснимо для понимания в микросознании минерального мира, как и для человека – явление чуда «дематериализации» высших сущностей. Для уровня «сознания» и понимания минералов, песок в пустыне – это мертвые тела индивидуалистов-«отступников», отрицающих закон сцепления и поклоняющихся другому, внешнему богу и закону – жестокому солнцу и свету «вырезанных сердец».

Всё зафиксированное и неизменное не становится божественным в планах миров. По мере сгущения Дух на каждом уровне, на последующем этапе инволюции дифференцируется, отправляя в нижние сферы для царствования наиболее адекватный уровню плотности материализации мира аспект, оставаясь «на небесах». Т.о. на высших этапах остается и контролирует монохромный цвет нижнего уровня, тот «синтезирующий», белый луч аспекта Духа, который является управляющим, божественным и неподдающимся пониманию для более низкой, примитивной части производных и систем царственного правления. Это несколько не стыкуется с утверждением клириков, что божество неделимо и не подвержено дальнейшей дифференциации.

Десс

Свет сам по себе не дает тени. Для этого нужна некая преграда, более тяжелая фракция. Даже сгущение, концентрация самого света вдали от Источника до инфра может быть породителем тени. Видимый материальный мир создан склонившимся над ним Демиургом солнца, – объективным солнечным светом, на которого изливается, и за которым сияет невидимый нами свет истинного Высшего Солнца. Материя лишь тень Истины – однородная, но более плотная субстанция, чем изначальная первичная прародительница всех вещей.

Странник

Душа божественная в человеке – сам Творец, частица его света. Душа человеческая – тень этого света, а животная душа – тень тени. Дьявола не существует. Это лишь третья производная, тень помыслов человека, движений души человеческой. И чем мысли материальнее, чем их движения грубее, тяжелее, искаженнее, – тем сильней и гуще становится зверь-дракон. Человек сам сотворил и оживил Дьявола, и не надо путать его с Люцифером. Его низкий эгрегор теперь хочет получить точку опоры в твёрдом и жёстком мире – своё материализованное тело, чтобы стать богоподобным и творить чёрными мыслями и руками нечистого человека свой мир. Пока только руками человека, но он трудится над своим созданием, патологизируя и извращая души. Желание породить себе подобных, тысячелетние эксперименты с «вавилонскими блудницами» – женщинами «с низкой социальной ответственностью» всё же не приводят его к успеху. Каждый лунный цикл без участия Света, носителем которого по космической логике является мужчина, женщина порождает и отторгает нечистую кровь и сгустки неосвящённой материи.

Десс

Чем выше в жизненной прослойке находится мир (минералы, растения, животные, человек и выше) – тем он более «кристаллизуется» по единому «образу и подобию», тем меньше различий и мировых форм. Искра творения единообразна и четырехстихийна для всего живого, ограничена и рассыпана по различиям лишь форматом разумения, выбором сапрофитного или паразитирующего образа жизни и разнообразными формами проявления эмоций.

Пирамида творений, видов, классов, подвидов приходит к своей вершине в четырех-много-треугольных «структурах». По Платону – в типовых кристаллических решетках и связях: воды, огня, земли и воздуха. Из космического эфира, вод возрождения, электры света и цвета, обретает контуры феноменолизация форм материи планеты. И частота её диверсификации, проявлений её собственных колебаний и космических вибраций высшего, за последние времена существенно изменилась и выросла. Высший вид планетарной эволюции, творчества, в природе растения ли, минерала, животного или человека – это эталонный кристалл стандарта, алмаз сертификата качества, золота идентификации и специализации различных форм жизни.

«Тайная комната»

Вкрадчивый шёпот мелодично пропел знакомое имя. Он его не помнил, запутавшись в лабиринтах и подвалах подсознания, но словно очнулся.

Скудное освещение единственной свечи пульсировало в канделябре на настенном выступе каменной ниши эркера, в котором, на постаменте верещагинского «апофеоза войны», картинно и по-хозяйски гордо утвердился белый скелет с отточенной секирой под тяжёлой накидкой и в латах из грубой черной кожи. Бархатные, лилово-сизые блики дрожащего света то поднимались вверх, то опадали вниз, образуя причудливые полосы, ленты, вращающиеся круги и пятна тени. В потёмках выделялись накрест сложенные кости с иероглифом девиза «Memento mori». Множество полированных пластин серебра отражали и тысячекратно повторяли, мультиплицировали слабый свет одинокой свечи, что позволяло, хотя бы навскидку, оценить общий антураж и разглядеть убранство помещения.

Все здесь дышало древностью и неизвестностью происхождения: курительницы, стеклянные шары, свитки, золотые макеты зиккуратов и пирамид. Вокруг по столам и столешницам были расставлены колбы и реторты, наполненные разноцветной жидкостью, и пустые, почерневшие от времени склянки.

На покрытых кое-где паутиной и сухой плесенью каменных стеновых блоках и толстых дубовых полках, висели и лежали линейки, угольники, циркули, секстанты. У высокого стрельчатого окна, забранного причудливой готической решеткой, на треноге стоял астрограф, направленный пушечным жерлом познания и галактического покорения в густой фиолет незнакомого звездного неба. Две колонны красная и синяя уходили в высоту сводчатого потолка. В далёком его центре переливалось и сияло, неведомой рукой нарисованное, светило, вокруг которого неровным светом пространства создавалась видимость горстки вращающихся планет.

На периферийном фоне лунного света выступала из дымки свечения, словно материализованная из лиловато-голубых вихрей, властная мужская фигура, облаченная в светлую ауру золотисто-белого сияния. Черты его лица ускользали от типового отождествления и не впечатывались в память. Выделялись лишь золотая перевязь в оправе магических знаков из треугольников, звезд и символов планет, охватывающая высокий лоб, и жреческий хитон с золотым поясом. Высокий незнакомец больше походил на некую таинственную сущность, вышедшую из звездных глубин, и не производил материального впечатления, хотя и выглядел глубоко реально. Казалось, очерчена лишь его зыбкая аура, но воображение гармонично дополняло её зрелищами ментальных токов и физики парящего тела.

Его правая рука в белой перчатке сжимала изумрудный жезл, левая пальцами почти касалась поверхности квадратного стола.

Перед фигурой на пожелтевшей карте неба, скатертью покрывавшей белый стол, стояла резная шкатулка, в которой искрились и поблескивали золотые монеты, и хрустальный бокал, наполненный, как казалось, то ли волшебным эфиром, то ли драгоценной праной. На третьем плане за ним, в волнах фиолетового свечения, лежало золотое перо и меч с крестообразной рукоятью. Весь этот винтажный набор факира-куртуази отражался в почерневшей от времени амальгаме старинного овального зеркала. Окладом которого служило резное дерево, обвитое зелеными изогнутыми вставками из змеевика, с изображением крылатого египетского ока над ним.

«Совершенный человек Да Винчи», в дымчатой атмосфере, пропахшей запахом алхимической серы, окутанный испарениями солей в тускло переливающихся живым блеском мерцающих бликах меркурия, внимательно наблюдал кипящую в колбах и ретортах алхимию взаимодействия дымящихся жидкостей.

В общих чертах вся эта комнатная конфигурация галактического, мирового межзвездного пространства напоминала школьную химическую лабораторию и, в то же время, какую-то властную замкнутую систему, одаренную процессами всевластья и силы внутренних изменений.

Внимание отвлекали три маленькие обезьянки за прозрачным пологом в самом дальнем темном углу комнаты с механическим клавесином у облупленной старенькой шарманки. Мартышки при колесе Фортуны и карточек судьбы, заполненных формулами предсказаний, с забавно висящими на оттопыренных ушах колпаками звездочетов молча сидели на коробке кукольного театра и рассеяно следили за манипуляциями своего воспитателя, хозяина и дрессировщика. Раз за разом одна из них доставала из резного сундука фигурки, вторая обезьянка раскрашивала их, наклеивала подходящие карточки и вешала на ниточки игрушечной сцены, третья – тут же снимала «тряпошный народец» с карусели, стирала с них краски и бросала их в тот же сундучок. В совместной своей работе «администраторы судьбы» наводили порядок в подведомственном им театральном коробке, и, как им вероятно казалось, занимались усовершенствованием механизма вращения звезд, нарисованных на потолке и на их дурацких колпаках, и с важностью следили за россыпью и перемещениями выданных кукольных карт. Так же вместе, ритмично раскачиваясь, они увлекались созерцанием аттракциона верчения по незамысловатой и неизменно обманной схемы круга: «выбирай, сокрушайся и уходи», лотерейные билеты на который обезьянки хмуро крутили в своих теплых мохнатых лапках. Изредка круг останавливался и тогда «судьбоносицы» бунтовали, обрывали серебряные нити, гасили огни игрушечной рампы и негодующе поглядывали на фигурку многозначительно безмолвного божка, сидящего верхом на колесе шарманки.

На переносице хозяина всей этой кутерьмы и лабораторного антуража поблескивали круглые очки «восток-запад» в виде восьмерки. Сквозь кварцевые стекла глаза не были видны, но за кожей лба, потаёнными отделами мозга Странник чувствовал силу пронизывающего взгляда, магическую мощь креативного знания, расшифровывающую причинность его эмоций и поступков. Вообще в этой «лаборатории чудес», с ним происходили странные события, будоражащие и расширяющие границы сознания. Особенно, когда взгляд незнакомца погружался в гроты его затопленного «эго», сканировал и всматривался в мыслящую муть, считывая застрявшие в ней недоумение и тревогу.

Казалось, этот абсолютный человек всё понимает, и видит события и настоящего, и прошлого, и будущего. Еще раз, сквозь очки «вечности», чародей пытливо вгляделся в глаза. Неприятный холодок несанкционированного вторжения чужого разума пронизал область призрачного сердца.

Послышался скрип костей и голос «Апофеоза войны» изрёк несколько ядовитых мыслей:

1. «Ничто не вечно». После перехода к этапу смерти все системы, и атомов, и одноклеточных, и хомо-сапиенсов распадаются на элементы, которые возвращаются к истокам и вливаются частями в материальную основу и в энергии пространства.

2. В унитарной деятельности в рутинном быте, полном кровавых драм, страданий, потерь и несбывшихся желаний различаются великие качели Духа и Материи, небесной Матери и Креатора, который постановил и признает три элемента вселенной: это Архетип, Человек и Природа, – и человеческую тройственность в форме двух частей, спаянных третьей в ленту Мёбиуса из составных элементов: духа; души; и физического тела. Умирая, происходит расщепление «молекулы цикла» на составляющие, с обратным винтом ленты жизни и высвобождением связующей энергии. В лаборатории космической химии молекула может состоять из значительного количества элементов. Энергия Креатора выходит из материнского плена, душа покидает отслужившее тело и возвращается к истоку. Можно предположить, что человек изначально и органически триален.

3. Отражение мира происходит в трех зеркалах похожих на грани калейдоскопа, а не дуально или параллельно зеркально. Это заблуждение привело к иным трактовкам инволюционно-эволюционного развития.

4. Смерть, как все явно или неявно сущее, имеет и начало и конец. Смерть была порождена Формой и Временем, она живет долго, но стареет, где-то не успевает, и не выполняет свою функцию в полной мере. Достижения науки и медицины вырывают из ее лап многие жизни, продляя их век. Конечно, до бессмертия далеко, но то, что выиграна борьба на некоторых этапах – несомненно. Из Библии смерть Смерти наступит для отмеченных, которые станут бессмертными «в царстве Его» после Апокалипсиса. После хаоса поляризации окончательного деления клетки человечества на Свет и Тьму – она останется с Тьмой. «Ты уже стара, смерть!».

5. Она, как бланшировщица на космическом рыбзаводе заходящей эры, отрезает негодное от годного для приготовления качественных консервов или свежей заливной рыбы. Далее космическая рать через «игольное ушко» сортирует поступившую на суд «продукцию». Из негодного готовит барбекю для прислуги на обжигающей решетке сфер горящей кухонной плиты вселенной, и непрерывно подает к высокому небесному столу или холодец или жаркое.

В сознании Странника нагромождались и другие насмешливые и начитанные внутренним репродуктором мысли. Они казались пропитаны сарказмом познанного, были весьма странными, и их было многовато для скорого осмысления.

В комнате повсюду лежали книги. Некоторые под слоем вековой пыли, некоторые недавно читаные. Судя по кожаным запонам, пожелтевшим срезам страниц и убранству обложек фолиантов, рукописи были не то что древними, но очень древними, похоже написанные ещё в добиблейские времена, до сотворения миров.

Он что-то пытался понять в иррациональности своего пребывания в этой тайной комнате и найти в этом нагромождении поистине космического хаоса какой-то предмет в котором спрятана отгадка происходящего.

Обводя взглядом лабораторию, Странник заметил кобальтового золота книгу то ли преданий, то ли наставлений или стихов древнего текста, то ли кодекса праоснов давно вымершей, выгоревшей на капищах старых богов цивилизации.

Он открыл первую страницу. На ней лепились друг к другу иероглифы, зашифровнные в клинопись и непонятные буквы. При прикосновении незнакомые символы, подчиняясь необъяснимой гармонии, внезапно облеклись в смысловую форму, наполнились содержанием и кубиками сложились в непонятный текст, который, правда, прочитался сам собой: «Нижнее сложено как верхнее, а верхнее аналогично нижнему для проникновения в чудеса единого».

Алхимик, «заведующий» этой странной лабораторией, будто зная что-то наперед, закрыл волшебную книгу и, не отрываясь от созерцания, произнес продолжение: «Et sicut omnes res fuerunt ab uno, meditatione unius, sic omnes res natae fuerunt ab hac una re, adaptation».

«И подобно тому, как все объекты возникли от единого начала, посредством единого же, так и все вещи произошли от общей вещи методом приспособления», – понял он.

И тут же, бессмысленными оплывающими и ненужными образами растворились и ушли в небытие аналогии, оценки, формы, образы и предметы. Легкие наполнились мутившей разум кисло-сладкой смесью. Поплыли звуки и запахи. Обстановка ритуальной церемонии изменилась. В лаборатории потемнело.

Последнее, что Странник подумал, – ритуал завершился или реакция пошла непредсказуемо, не по правилам, и лабораторный опыт провально вышел из повиновения и управления. А, может, закралась, и кем-то совершена преднамеренная ошибка. Промелькнула даже полная сарказма расхожая фраза: «Факир был пьян и фокус не удался».

«У парадного подъезда»

Далеко внизу часы на главной башне гулко отмерили время. Дверь перед ним со скрипом отворилась, его вынес тёплый ветер из парадной в объятия туманного серебристого утра.

Он вышел легкой, словно невесомой походкой, из покоев на широкие ступени замка в тихий рассеянный свет. Ласкала глаз синева неба и весело щекотала зрение зелень далёкого города в глубокой низкой долине, лежащей у подножия гор. Она не проглядывалась сквозь сизую дымку, но ясно воображалась в колышущемся мареве, в разорванной влажной вате проткнутой остроконечными крышами модных особняков и серыми куполами башенных построек.

Странник оглядел себя. На нем была мерцающая серым жемчугом одежда, а в теле чувствовалась небывалая и малообъяснимая легкость. В привычное мышление возвращалась странная органолептика чувств, дающих, всё же, возможность критического общения с необычным миром. Дифференцировались ароматы растений, запахи времен года и горного воздуха, примитивные различия, тонкие телесные прикосновения, оттенки теней и красок. Вновь пробудились слух и зрение, видоизмененные и иррациональные.

«Имеющий глаза да увидит, имеющий уши да услышит». Древний замок, из которого он вышел, своей ступенчатой архитектурой высился особняком на небольшом каменистом плато, лишенном растительности. В перевернутом треугольнике гексаэдра башенных часов вершину утверждал знак славы, две других уравновешивали ее коронами добродетели и премудрости. В восходящем треугольнике циферблата вершину венчала вера. Другие – надежда и любовь, – были поддерживающим её основанием.

Поодаль от башни времени, как бы на первой ступени, звучанием одной ноты возвышались два бастиона. Затем ввысь остроконечно устремлялся к голосу неба шпиль основной башни. Далее архитектура спадала на прежний уровень в каскад каменных стен и бойниц до уровня тяжелой многоступенчатой мраморной лестницы, ступени и перила которой были украшены врезанными вставками в виде понятных глазу геометрических фигур, непонятных символов OIHAHOU и неразличимых для отождествления петроглифов.

«»

Он остановился у развилки петляющих горных дорог. Над ним в серебристых искажениях космических лучей, в струйках утреннего вечного тумана угадывались пирамидальные оппозиты горных вершин. Они высились, будто человеческие судьбы, на камнях которых громоздились желания и идеи, взращивались и воскрешались формы и рождались жизни, как интервалы рабочих перерывов и отпусков смерти, которая эоны веков назад была выпущена на волю.

Его вновь ласково позвали голоса.

Из тумана выплыло бледное сверкающее облако, разделившееся затем на два женских силуэта. Фигуры женщин были красивы и очень похожи.

– Я пришла попрощаться – сказала фигура со строгим видом в золотистом ореоле, – Я сопровождала и охраняла тебя в этом мире, но ты слышал колокол, и я должна оставить тебя. Ты часто отклонял и не слышал мои послания, не понимал подаваемые знаки, и мне не раз приходилось наставлять тебя на избранную колею. Ну вот. Прости.

Золотыми искрами она растворилась в светлой дымке. Он благодарно припомнил поворотные вехи и фарватер глубоководной жизни, на который он вышел не сразу, блуждая по мелким илистым протокам и старицам. Это она ставила, и зажигала ему бакены на опасные мели и стремнину, ориентируясь по которым надо было проходить реку жизни.

Вторая фигура смущенно улыбалась сиреневым ликом.

– Привет. Я Десс. Мы уже знакомы. Я выводила тебя из гроба и скорлупы тела. Не говорю тебе здравствуй – это о прошлой одежде и об ином пространстве, где мой образ прозрачен и невидим. Там мое присутствие рассыпано по мирам, истончаясь телом и переливами оттенков. И не каждому выпадает светлый туман моего перехода.

Я прихожу ежесекундно, и днем, и ночью. Бываю темной и страшной. Мои клоны не воспринимаются в чувственном спектре отростков вашей скорлупы. Но я бываю посредницей в трансформации не только плана смерти, но и плана жизни. Ведь женщина осуществляет для ребёнка переход от смерти в утробной жизни к жизни в земной атмосфере. В природе исчезает одно, и тут же вновь возрождается в форме другого. Это непрерывно возрождающееся начало – энергия Протея, сохраняющее свое количественное значение, несмотря на разнообразие принимаемых форм. Я связана с идеей завершённости и возрождения. Звёздный Архетип совсем не умирает и, следовательно, является непрерывно возрожденным.

Улыбнулась.

Я в вашем осознании и проходящих ощущениях и потому невидима, но каждый чувствует меня рядом. Вместе с Хранителями я тенью веду вас, приближаюсь и сопровождаю на вокзал отчуждения ежечасно, многими тысячами. Я иногда с нетерпением, иногда с сожалением, задуваю ваши свечи и гашу огни ваших сердец. Я вас жду, и вы все приходите ко мне. На петле дорог и тебе предстоит вспомнить сделанный тобой выбор.

«»

Он огляделся. Вниз вела местами асфальтированная, широкая и накатанная дорога, мощёная потрескавшимися фигурными позвонками брусчатки и до блеска отполированными затылками булыжников. У ног, окруженный крепостными стенами, под куполами храмов искусств лежал великий город. Город соблазна, пропитанный пряными искушениями и страстями, он виднелся сквозь клочья тумана, поражая кубизмом архитектуры и эклектикой форм. Изыски искусства и развалины древности окружали и подавляли своими размерами современные строения из стекла и бетона. Далеко внизу чувствовалось биенье жизни, буйство огней, красок и мелодий. И в этот омут удовольствий уже спускалась веселая хмельная ватага в ярких одеждах. В низине бушевало веселье с гнилостным привкусом китча.

Путь наверх к высокогорному приюту, напротив, был тернист и извилист. Поросшее непроходимым лесом подножье гор, а дальше – беспощадно острые фиолетовые грани безжизненных скал. Вершины гранитных колоссов, далёких от цветущих полян мирских радостей, терялись в белых флагах снежных ветров. На высоте царил пагубный для житейской городской суеты, и для теплых, залитых светом склонов, суровый аскетизм флоры и фауны. Странника до нутра пробирал холод высокомерного, высокого молчания ледяных утесов.

В сухой листве воспоминаний прожитого, накопленного опыта и познания он отыскал это место на распутье, эти горы перед выбором жребия соблазнов и стремления. Тогда, давно, он будто завис над пропастью сомнений. Его неискушенная воля колебалась. Душу влекло на вершину, но пышно курчавившаяся растительностью низменность рождала любопытство и тягу познать неведомое, всего лишь спустившись вниз по склону, покрытому травой и цветами, по которому вьется удобная дорога. Легкий путь притягивал душу сильнее, чем скалистая местность и суровый подъем на голые скалы по еле заметной каменистой тропе. Отрекшись, отказавшись от красот высоты орлиного полета, в тот раз он выбрал общий путь и спустился со всеми в цветущую долину в сопровождении обольстительной, ищущей буйства чувств и безумства женщины с распущенными медными волосами, с красивыми, но неправильными чертами лица. Одета она была в пестрый наряд цыганки, в юбку уличной танцовщицы, в которой преобладали буроватый и зеленые тона. Женщина будоражила мысли своей видимой доступностью и притягивала возбужденные взгляды стрелой глубокого проема грудного выреза. Она откидывалась назад, оголяя высокую упругую грудь, и фривольным жестом приглашала опуститься с ней в низину.

А на скалистой тропинке молча стояла одинокая девушка в строгом закрытом золотистом платье, с печальными чертами красивого лица.

Тогда лишь единицы выбрали путь над пропастью к высокогорному приюту со скромной целомудренно и строго одетой проводницей, и, неуверенно шагая по трудной тропе, упрямо и целеустремленно двинулись к горной вершине.

И сейчас, как в музее под открытым небом, он стоял на перекрестке двух дорог, созерцая контрастную черно-белую картину дилеммы добра и зла, истинного и также ложного, временного и вечного, ежеминутно предоставляющего выбор в человеческой жизни.

Он смотрел на прозрачное небо. В прохладных слоях горного воздуха было много воздуха и перспективы. Над ущельем парил орел и ему показалось – это тень Гения с нацеленной в копошащуюся под ним низину разящей огненной стрелой.

Странник

Планетарная чувственность природы поет, трубит и манит погрузиться в чувственное очарование миров. Пощупать, попробовать прикоснуться и вторгнуться в астральную и физическую твердь природы и женского тела, окунуться в ее стихии – в огонь эмоций, эфир мыслей, в океан желаний, упасть в розовые долины ее плоти.

Внизу яростно и страстно жжет город-континент Миалбе, а в горных, хоть и сверкающих в солнечных лучах, вершинах – лишь скупая, выхолощенная растительность чувств, лишь эфемерность жизненных реалий в ледяной высокой отстраненности.

Десс

К вершине стремятся экстатическим путем. Этот тезис красиво иллюстрируется самим видом перспективы, открывающейся перед твоим ищущим взором картиной дихотомии выбора. Выбор свободный, но душевная твердь напоминает, что волю к выбору пути на вершины гор интерпретирует и передает высший импульс. Карающую стрелу внутренней справедливости в сторону низменных пороков направляет гений, подобно орлу, парящему в облаках.

Путеводную звезду каждый может разыскать в своем сердце, стоит лишь сплавить воедино знания о плате и особенностях характера возможных путей предоставленного выбора, справедливой морали и ценностей, определяющих право и качество свободы.

Несмотря на опыт и прожитое, неосмысленного тобой еще много. Ты все еще склонен к ошибкам выбора. И, хотя время молодости – необходимый элемент своевременности, но именно ты – капитан, рулевой и управляющий своей судьбы. Ты -субъект, принимающий решения и долженствующий применить власть и данное право человеческой свободы. Если ты выберешь путь наверх, то на вершину тебя проводит эта строго одетая, добродетельная и скромная девушка, приглашающая на тропу познаний, правую от распутья.

Прогуляться по усыпанной китайскими фонариками левой тропе, в сытые проказы городских свальных будней, тебя настойчиво зовет царица танца, императрица нижнего мира – роскошно обрядившаяся, эротичная и манящая запахом своей влажной доступности и порока. Эту красавицу, завораживающую гипнотической внешностью, но простую повадками и вульгарную своими непристойными движениями, – ты встретишь внизу, и она поведёт тебя по дороге в душную лощину.

«»

Он остановился в дисгармонии чувств, и неловкой позе растерянности. При правильности выбора дороги на очередном жизненном перепутье, или при весенней распутице эмоций, – гармония души, как дед Мазай для зайцев, служит спасителем, а иногда и наградой тем, кто вообще имеет желание спастись, стремится выбирать правильную дорогу, и осуществляет это стремление.

Сейчас же внутреннюю гармонию вело мимо нот. Камертоны мыслей, их строгую равномерность и параллельность в восприимчивости, сменили нелепые звуки воспоминаний и слепые запахи желания. Неуловимая пыльца афродизиаков парной активности щекотала его оголенные нервы.

Десс

Внутренняя гармония – это аналогия, пусть и грубая, с замыканием цепи внутренних полюсов «Адам – Ева», которая включается элементом согласия крайних терминов. Если соединяющая полярности нить накаливания нужного сплава – то загорается свет. Когда в человеке преобладает жизнь страстей, или сильна работа нечистого воображения, можно лишь отметить животное в человеке, как самое деятельное начало.

В плане жизни природы аналогии ассоциируются с представлением о среде, в которой они проявляются, которой они связываются или которой они разделяются.

Человек, хорошо понимающий, как нужно действовать, но не облеченный инструментальной властью в размерах своего понимания и компетенции, будет негармоничным и несчастным в любой области. И обратно, если вы одарены реализационной властью, но недостаточно осведомлены или не умеете ориентироваться в какой-либо области, вы опять-таки не можете быть в душевной гармонии.

Засмеялась.

Остается рассмотреть вопрос о видимом показателе систематического влечения. Вообще говоря, законы природы – это карма Вселенной. В определенном подплане вашего бытия также имеется определенная порция кармического рабства, сдобренная равновесной порцией свободы выбора между эволютивным взлетом к вершинам и инволютивным спуском в потное жерло вулкана страстей. Со временем и печальностью приобретенного опыта красивость аналогии с «огнедышащей лавой любви» заменяется многими на сравнение с фонтанирующей жижей жизненного «оппозита» из недр прорвавшейся трубы на ответственном участке своего жилищно-коммунального хозяйства.

Поклоняясь одной безмолвной силе, суровой силе Отца или милосердной силе Матери, вы нарушаете гармонию мира, его равновесие. Все находится в вечном и верховном единстве, и избранием частного личного Бога разрушается, кренится на одну из сторон мировой порядок. Крен корабля под названием вселенная, или планетарная жизнь – опасен и при критических углах может просто затонуть в звездном океане. Небесное семейство в своей тройственности непротиворечиво и непротивопоставимо. Мировой треугольник, число жизни, мировое яйцо – оно есть целое и неделимое. Динамический элемент, порожденный спящими силами – их сын, как разряд между двумя полюсами, полными накопленной порождающей силы и потенциальной энергии. Связь, искра, «энергетическая дуга», солнечно-голубой мост, соединившая их – кинетическая подвижная и очевидная энергия их любви, порождающая свет. Она цвет всех миров и живое, оживляющее тепло. Для каждого мира свой цвет этой радуги. Для минералов, растений, животных – свое высокоразумное понимание и стремление, в зависимости от уровня сознания. Поэтому и цвет, и качество ведущей энергии живицы разнятся. Невидимые силы порождают в каждом из миров своих «сынов». Они развиваются до следующей ступени, когда открывшиеся им иные высокие силы, порождают новый тернер, нового «сына», – но уже с иным сочетанием триады, с иным качеством материи. Третий элемент каббаллического Имени – Сын, на ином уровне становится Отцом, – первым элементом другого уровня мироздания и сочетается для порождения нового аватара с материей иного качества. Переход плода от утробной жизни к жизни в земной атмосфере осуществляет женщина. Потому фигура женщины, рассматривается в качестве посредницы по трансформации плана космической жизни.

«»

Не осознавая кармы выбора, Странник глядел вниз на белые домики и тенистые беседки, на веселье баров и клубов, на обилие ресторанов. Там веселятся друзья с кружками пенного пива, приглашая к нескромным забавам с доступными девочками, встречают улыбки прозрачно одетых и дарящих радость, женщин. Там, внизу – помпезные праздничные фейерверки, тусовки, жаркие знакомства и, ни к чему не обязывающая, частенько вовсе пустая болтовня, бессмысленное щебетанье многочисленных, вольно пришедших и по случаю избранных подруг.

На улицах и площадях люди уединяются, индивидуализируются или, искусственно соединившись в городские группы, живут коллективной жизнью. И это несмотря на то, что люди различны и не совпадают не только по физическим данным, но и по цвету души. В ком-то горит синий, в ком-то красный огонёк. Когда человек занят творческим трудом, можно сказать, что ум и душа в нем деятельнее, нежели тело.

Десс улыбнулась.

Разум человека – неумелый игрок и несовершенный инструмент для выбора масти жизни и дорожной карты своей судьбы. Ошибка дорого стоит, так как из воздушной чистоты горных вершин и розовых запахов грез он попадает в зловонную реальность затрапезного быта. Ты в сомнении. Тогда бросим жребий. Выбери один из двух треугольников.

Она повернулась и ударила ими. Золотого звука он не услышал, а серебряные волны так завораживающе и зазывно зазвенели.

Поедем. Ты выбрал нижний город.

«Петля познания»

Монотонно и заунывно завыл мотор чёрного ландо, выбрасывая темные вихри в безмерное пространство. Под колёсами экипажа тускло и угрожающе поблескивали черепа, скрипели трущиеся, как железо о стекло, пожелтевшие кости, – этот последний оплот физических тел, связующий их со звездным фантомом личности, щедро разбросанные и впаянные в липкий лубрикант асфальта. Эти разрушенные каркасы мышеловок душ, провожали его пустыми глазницами, разевали рты и хрипло хохотали: «Ты не будешь иметь полной свободы, у тебя останется маленькая земная забота. Ты имел право выбора и магически оперировал с телесной материей роскошных дам и податливыми основами дешевых и порочных эмоций. Ты не мгновенно перейдешь от планов настоящей жизни в плоскость запределья. Ты познаешь сидящую рядом Смерть. Ее экипаж высадит тебя у стен станции перехода, на полустанке бардо. И дашь имя станции – Страшный Суд, и переживешь ужас возвращения».

Эта мрачная какофония сложенных крест на крест останков, черепов и квадратов костей, спаянных на дороге в единый хоровой кошмар душных сновидений, долго не затихала в пыльных вихрях улетающего экипажа. Злобный хор издревле служил последним сопровождением, вызовом и напоминанием о возврате матери-природе украденных у нее и вмерщвлённых на время в человеческое тело элементов коагулирующих духов земли и утончающих духов земного огня.

Десс

В день разговения душ я побывала на рок-опере прошлого. Было забавно увидеть облысевших хиппи в париках и в винтажных клешах. Был уже вечер и полное погружение в атмосферу нигилизма, марихуаны, свободной любви и рок-н-ролла. Потом я полетела к тебе, а полеты над вечерним городом, особенно в праздники – замечательное удовольствие. Ночной город весь в сияющих огнях. К праздникам каждый дом украшают гирляндами, хозяева стараются внести творческий изыск в оформление своих домов, Мне нравится бывать в городах под рождество, когда идет снег, крупные хлопья бросаются на стекла автомобилей и разбиваются на струйки.

Я люблю сравнивать города, напоминающие мне Вавилон, в них есть ритм, совпадающий с ритмом моей работы. Не люблю сонные города, мне больше по душе биение пульса мегаполиса, спешащего куда-то в неведомое. Странно, что многие считают, что скука – неотъемлемая и непреодолимая часть мирской жизни.

Странник

Любопытный космический оксюморон холодного пренебрежения к человеческим слезам и стенаниям, и слов, полных чувственных наблюдений. Приятно читать ваши мысли, но, в отличие от Вас, мне больше по душе ночные, предрассветные города. В тайном настое ночи или в розовеющем тумане гулкие улицы пробуждающегося полиса подчеркнуто медлительны и сексуальны. Ночной город весьма поэтичен и только кажется сонным. Мне нравятся и звезды южных городов, и столичный Петербург во всех его проявлениях: и в его фасадных видах, и в скрытых от взоров нескромных ракурсах, и в любом его погодном настроении. Энергия существа скрыта отнюдь не в суете, а в нерастраченном потенциале. Тьма, как затаившийся хищник, готовый к действию в любой момент, а спешащие в неведомое люди-рыбки – как зазевавшийся в океане тишины турист для ее еженощной трапезы. Если хотите своего рода обряд «жертвоприношения», в котором одинокий ночной прохожий – и адепт культа, и его непосредственный участник.

Десс

Ах, какое признание в любви к царственному городу! Не всякая женщина слышала такое изысканное выражение чувств… Кстати, сонные города – я имела в виду не время, а застойность жизни в некоторых городах, такое ощущение, что жизнь в них сонная и однообразная от рождения до моего прихода. Пробуждающийся город – да, это волнующее зрелище. Я дважды в Питере приходила за одной и той же женщиной, первый раз она много бродила пешком по улицам, конечно, ходила по музеям, а уезжала настолько уставшая от впечатлений, что мне показалось, что я ей нужна, что она исчерпала в этом городе весь свой жизненный запас эмоций… но, второй раз она уже осторожнее впитывала город, не так стремительно, как в первый раз.

Как хорошо и интересно ты перелицовываешь мои мысли. Мне это нравится!

Твоя созерцательность привнесла нотки мудрого спокойствия, очень гармонирующего с ранней осенью. Когда величественно высокие деревья в алом и золотом цвете роняют листья, падающие мимо окон. Холмы, почти забывшие людей, когда-то населявших эти места, обездвижены томлением и сном. Грациозно вышагивают элегантные олени в светло-коричневых шубках и белым подхвостьем, а жирные сурки с трудом уносят раскормленные за лето телеса от колес мчащихся машин.

Человек – пограничный слой настоящего между Будущим и Прошлым. Он соединяет, адаптирует и перерабатывает грядущее в прошлое, оставляя за собой право на разрешенное познание. Как трактует арамейский алфавит, именно в этом «назначение и суть микрокосма человека».

Материальный мир и человечество – это конденсат великого дыхания Пространства, возникающий при соприкосновении тепла Великого дыхания и холода неодушевленной еще Материи.

Каждой малой сущности придается своя тонкая форма и вращающимся веретеном, стрелой она отправляется в назначенное царство. Направляется по кармической «разнарядке» в определенную для набора нужных познаний и научения планетарную школу. Здесь, в «интернате», вдалеке от Родителей, суть облачается в фирменные плотные одежды, и садится за парту. За учебу вначале в первом простейшем минеральном классе.

«Живые микробы» камней, живущие в минеральном царстве – кристаллизуются и растут по мере взросления земли. Они зародители планетарной жизни и они же – жизнедающие и жизнедеятельные элементы минерального царства и выполняют в нем, роль внутренних органов и анатомических систем. Благородные минералы, алмазы, сапфиры, рубины – это живые кристаллы, выделенная из общей среды ее суть, с особой степенью сознания. Они живые, обладающие разумом минеральные организмы, и влияние их на владельцев неоднозначное. Яхонты здоровья души, тела, произрождения, сердца, солнечного сплетения, органов отработанной энергии – имеют разную частоту, свою амплитуду и модуляцию камня, влияя на физику и физиологию человека.

Минеральному миру, царству камней миллиарды лет, старше этого мира только мир звезд, звездная пыль небес. Воздействие зависит от их изначальной формы, способов и инструментов физического воздействия, чистоты состояния мыслей, эмоций обработчика камня и формы его огранки. Но, в любом случае, на изменения формы благородные минералы чаще вибрируют негодованием за нарушение их покоя и ауры. Их вибрация может разрушить и судьбу, и даже человеческую сущность. Поэтому зрелые яхонты чаще приносят беду, нежели удачу. Они гораздо старше по рождению на земле и обладают незримой силой, способной вторгаться и менять не только ауру человека, но и цвет его судьбы, менять влияющие энергии космоса и искажать начертанное в потоках звезд.

Земля, как наиболее безопасная по своим характеристикам и расположению, наименее затратная по реализации космического супер-проекта, и комфортная по качеству и климату планета, определена и выполняет функцию космического роддома. А «живые камни», как носители идеи, самостоятельно добывают питание внедренной извне внутренней сущности. Отсюда запрет богов на убийство и самоубийство. Человеческое существо не имеет права убивать привитый божественный зародыш. Однако «носители» далеки от совершенства. И как ни пытаются боги законами, поощрениями, наказаниями и запретами облагородить человеческое существо, в кювезах космического роддома много брака и не все гусеницы превращаются в бабочек. Для этого была реально осуществлена система контроля носителей в виде очищающей процедуры Геенны огненной и адских монстров, сдирающих мясо и кожу с живой, но, сопротивлявшейся воле и закону несовершенной души. Кроме того, работает метод кармической реинкарнации, если очевидно, что местная процедура контроля и очищения не приносит желаемого результата.

«»

Над их несущимся экипажем нависали и вращались обручи орбит, вызывая, подобно музыкальной шкатулке, звуки космических сфер. Космические шестеренки планет, солнечных систем и галактик всё так же вращаются бессмертной первоэнергией, отсчитывая мегатонны лет вечности, перфорируя бесконечность расстояний парсеками «верстовых» столбов межпланетного пространства, сжимая, стирая в пыль и изгибая трубы бесконечных заводов и матриц безразмерной, формирующейся материи.

Десс

Мириады солнц – это маленькие реактивные двигатели вселенной, закручивающие ее спираль и придающие энергию движения в бесконечности. Пожирая первоматерию, эти черные дыры иного мира всасывают ее на другом мировом континууме невидимого пространства, где царствует вечный холод и мрак «антиматерии», перерабатывают, сжигают и выбрасывают в видимый спектр, как горячий огненный шлейф, струи отработанных газов турбины звездного агрегата. Видимое солнце – лишь раскаленное сопло разгонного двигателя. Планеты – капли инверсированного газа, коагулированного в водяные брызги льдинок в холоде эонов, закрученные в спин спутным следом космического крыла. И как тает в небе динамичный след реактивного самолета, так и материализованная живая энергия планет, проживая свой недолгий (по бессмертным космическим меркам) век, – рассыпается, растворяется в пространстве и времени, проходя перерождение и переход в иное агрегатное состояние энергии и потенции. Переходит в состояние потенциального бытия, или жизненного небытия, – в эзотерическую пралайю ресурсной неподвижности.

Странник

Твои слова пропитаны истинно человеческой любовью к жизни, природе и насыщены несомненным поэтическим даром. Получать радость от чувственных нюансов, и, казалось бы, неприметных проявлений и тонких игр разума может натура с бесспорной божественной одаренностью. Когда-то египтяне и человека считали божьим творением, имеющим космическое предназначение. По окончании земной жизни они надеялись пройти врата прекрасного Запада и пережить в странствии по запредельному миру многочисленные испытания, которые должны привести их к Богу после смерти тела.

Десс

Вы именно потому должны умирать, что когда-то захотели найти точку материальной опоры и стать творцами, как Создатель, и это непреложная истина почти математического характера. Неумолимые последствия наперед избранного падения привели к формообразованию тел и часам чисто астральной жизни души в ее временных этапах между инкарнациями.

О необходимости разложения ваших тел насмешливым образом напоминает именно то, что в чужих телах не успело разложиться, но что, несомненно, также осуждено на разложение и выветривание. Завершенная картина моей работы обратилась бы в картину новой жизни, а недоделанная подчеркивает лишь тот переход, который вы именуете смертью.

И чего стоят судьбы ваших королей «жезлов, кубков, мечей и динариев»? Достойны ли земные призы за гонки по горизонтали к полюсам пожирающего или закаляющего душу огня власти, очищающего или разъедающего душу водопада влажной потоковой чувственности женщин, эфирного сияния святости или скандальных нечистот эфемерного воздуха славы, земного кубизма нищеты и тлена или благородного блеска золота – богатой щедрости небес? Ведь высокую власть человеку дарует Отец, Мать – любовь, Сын – щедрость, славу и поклонение. А вечный противник, антипод, демон денег и нищеты, интриг и подлости подмешивает в вашу жизнь бациллы социального ничтожества и жадности, яд порока, отраву женской ревности и зависти мужчин.

Не надо заносчивости. Человечество – лишь бактериальная флора в переваривающей кислой среде планеты, а сами планеты – фекалинки в желудке Организма. Это, вероятно, дает возможность говорить об идентичности жизни и живых существ на планетах одного типа, предназначенных для жизнеобеспечения Сущности, по аналогии с перевариванием жиров, белков и углеводов разными бактериями в человеческом организме. Солнце взращивает питательную среду, а черные дыры ее впитывают в распределительные системы и клетки Организма. Лучевая энергия черных дыр питает Вечную и Великую Сущность, так же, как энергия жиров, белков и углеводов обогащает энергией и питает человеческие органы и тело. Образовавшиеся воронки выводят из системы, притягивая к себе готовые и неусвоенные еще частицы космической «пищи» для дальнейшей температурной обработки, потребления и выброса остатков из «тела» Сущности. Этими частицами являются все элементы материальной вселенной, заключающие в себе биологическую жизнь. И эту биологическую еду подготавливают эгрегоры планет. Они очищают и обрабатывают молодые элементы, не так давно появившиеся и предназначенные стать «чистой пищей» Организма. Весь материальный мир – не более чем питательная среда космической Сущности.

Самоликвидация жизни в самой идее материального порождения, в том числе рождения человечества. Самоликвидация – это вирусы времени-смерти, заложенные в каждую форму на уровне «иецир» или Кроноса. На высших уровнях этих вирусов нет. Некоторые ваши нации, разрушающие великие цивилизации, подобны компьютерным вирусам – они примитивны и бесполезны. Единственная их цель – разрушить сложные системы культур и опустить их на уровень приматов. Подтверждение этому можно найти в общих чертах судьбы Шумера, Египта, Греции и Рима, Древней Руси.

В каждом воплощении вы проходите смертельный рафтинг судьбы и жизни. Три каскада водопада времён. Время, отведенное телу, время цикла путеводной звезды и емкости единицы сознания. Первое течет линейно, как поток информации, событий жизни личности, отсчитываемые колесом времени запущенного звездного механизма. Колесо судьбы, цикл звезды, запускается импульсом и непрерывным вневременным потоком высшей энергии разума. Она бессмертна, как и неоднократно заряжающийся в планетарной энергосфере «аккумулятор сознания». Их можно выразить и как трехуровневую пирамиду времени, и как три формы движения: скачкообразное (вибрация в плоскости), прямолинейное (инерция) и цикличное криволинейное (трехмерное вращение) двух видов: дискретное и непрерывное.

Хранитель иногда выходит из времени тела, когда наступает сбой, в его смертные моменты, и наблюдает за дальнейшим развитием события. Фотокамера событий останавливается и зависает на кадре «дежавю» из прошлых жизней. Время замедляется или вовсе останавливается, по версии участника. Т.е. входит в состояние паузы и период ожидания перехода или в бессмертное состояние смерти, или возврата в линейное время тела, что диктуется потолком неисполненного в предначертанной судьбе. И если ты слышишь: «Тебе еще рано…», – то душа возвращается в линию времени, и станок, печатающий картины её жизни и отмечающий исполнение начертанного, продолжает свой ход.

«»

В холодной пустоте неподвижно висели звезды, безразлично взирая сквозь увеличительное стекло вечности и на хаос бессознательной жизни, и на иллюзорно выстроенный мировой порядок. Мимо странника проплывали звездные знаки, указывающие направление движения судеб, эмоций, векторы развития форм и базовых уровней сознания – так сказать, «методички» и матрицы различий животного человека, лежащие в основе всей системы зодиакальных вычислений и информационных систем.

Его окружали фотонные поля неизменности, но возбуждённые ожидания утяжеляли гравитацию мысли. Над ним звенела струна скорого будущего, с нарастающей неизбежностью разрывая на квантовые сочетания разноцветные отзвуки и волны былого в кристаллах привязанностей. Перед ним, в гранях рассыпающихся фотонных кубиков прожитого, мелькали мифы и артефакты, опавшей листвой кружились иррациональные феномены, и проносились на космических ветрах фантастические атрибуты звездных явлений.

Где-то там, в неведомой глубине закатной осенней дымки млечного пути затерялся и его дом, – опустевшая скорлупа тела и беспорядочно израсходованные ресурсы созидающего потенциала.

Странник созерцал несметное количество пустых образов, мёртвых частиц и сочетаний, легко соскальзывавших с гладкой поверхности официальных научных теорий строения мира. Интересных, заманчивых для познания тем проникновения в тайны левитации, телепортации мысли или переселения душ, но, по сути, непонятых кичливыми учёными с их самыми обычными, далёкими от разумения истины и тайн, человеческими мозгами. Их некомпетентность и сегодня пугает неосознанными, и потому непредсказуемыми последствиями слепого вторжения, например, в энергии «нелокального квантового спутывания квазичастиц», соответствующих «гипотетическим бозонным полям взаимодействия». На время стоило бы оставить «обезьянам с гранатами» строительство и эксплуатацию адронного коллайдера – этой новой «вавилонской башни», уже однажды разрушившей мир сознания. Оставить в покое лучевые оттенки «частицы бога», и не вольтижировать на неграмотных «объяснялках», придуманных этими «цирковыми учёными».

За медленным вращением планет, угадывалась похожая работа типографских ротаторов, штампующих стандарты людских психотипов, стратосы физического развития и разумения. Звездные программы, по умолчанию встроенные в восходящие жизни, воздействуют на судьбы людей, как катализатор, активно влияющий на синергию «эго» и личности. Планетарный редуктор, либо повышает передаточное число их качества, работая на жизненный «респект» и процветание, либо снижает скорость и энергию вращения, провоцируя потерю возможностей, и, тем самым, скривляя орбиту жизненного полета личности.

Странник

Человек ежедневно выполняет роль Креатора, выступая в роли причины. Создает ли он духовные или реальные материальные ценности, либо реальные эмоциональные сдвиги во внешней или внутренней среде, – он сообщает созданным им явлениям определенный срок жизни. Человек – творец времени в собственном и окружающем его мире вещей и эмоций. Время жизнеформы измеряется не часами и минутами, а силой воли, концентрацией желания ее создателя на реализации и владении материализованной идеей. Ничто не вечно. Смерть вещей, к которым с некоторой оговоркой можно отнести и человека, может быть реальной или условной. К условной можно отнести охлаждение внимания к жизнеформе, потерю необходимости, надобности в ней, изоляцию нестандартной, вышедшей из моды, но еще продолжающую существовать от желания тех, в которых назрела ее общественная потребность на данный момент. Однако в реальности, с каждым часом концентрация желания слабеет. Появляются новые идеоформы, прошлые идеи устаревают, силы взвихрившие материю слабеют и ураган желаний разрушается, возвращая кванты астральных и физических ресурсов в арсенал космической материи. А воплотившуюся идею – в поток вечной ноосферы для совершенствования идеи, шлифовки оселком приобретенного ею опыта, дальнейшей пространственно-лучевой модификации и обновления для последующего воплощения.

Уже открыты волны гравитации. В терминологию вписан гипотетический квант гравитационного поля – гравитон. Хотя, до сих пор по научной традиции, «квантом действия» часто называют постоянную Планка, но не удивительно и логично, если в дальнейшем будут открыты кванты мыслительных процессов или порции энергии времени. Где тогда в протеизме человеческой жизни найдет себе применение милосердная Десс?

Древние считали, что земной, органический тип времени кончается за пределами ожерелья астероидов. И вполне возможно, что за ним существуют и другие, различные классы и виды пространственно-временной энергии покоя и времени. До орбиты пояса пространственно-временная частота замедляется в видимый и интегрирующий цвета белый свет космической энергии. Соотношение элементов орбиты пояса астероидов равно и является тем самым числом. Т.е. силой вращения или линзой преломления первичной – на три известные нам составляющие.

На «энергию-время» жизни, которая невидима и всепроникающа, как гамма-лучи. Это жизнеизлучение, или видимый нами как черный, свет, разрезает по своим лекалам пространство-материю.

На «энергию-пространство» жизни – примерно, как бета-частицы ультрафиолета астрала, которая, частично проникая сквозь, частично застревая в материи, придает «нарезанным» частям трехмерную форму.

На «энергию-материи» инфра-красной жизни, которая, как тяжелые и плотные альфа-частицы, насыщая потоком «живой воды» нагревают материю, дают тепло и оживляют форму.

Квантовые волны, временные спирали, мировые планетарные циклы – время дискретно, как и световой поток. Предположим, что вращаясь, внешний поток времени начинает затягивать в квантовую воронку гармоничные друг другу, подпавшие под закон «притяжения» элементарные частицы жизни, все ускоряя и делая теснее их взаимосвязь. В самом сердце «вертушки» вихревой поток пустеет, освобождается от материи и времени, а на внутреннем контуре кольцо расправляется, растет в диаметре, тяжелеет, увеличивает размах окружность взаимодействия со средой (свои возможности ковалентной связи с иными частицами жизни). Кольцо увеличивает амплитуду, снижая частоту, но увеличивая угловую скорость вращения по оси «временной частицы». Вторичные циклические обороты, проходящие сквозь и по оси «кванта», формирующие полый шарик времени, закручиваются вихревым кольцом на выходе из жизненного цикла и возвращаются к исходной точке. К точке воспоминаний прошлого. Справедливо, что время течет неравномерно и останавливается при ускорении жизненных реакций. Так пилот сверхзвукового самолета переходит в новое времясчисление, уже включая на взлетной полосе форсажные камеры, придавая ускорение капсуле и реакциям тела, инстинктов и эмоций. На непривычной скорости потока информации – органы чувств практически не обрабатываются мозгом, его интеллектуальной сферой, и переходят на установочный, природный режим работы разума напрямую с необработанными чувствами и считывающими элементами изменений жизнеобеспечения.

Не подвластны времени кубики разума, атомы или «лунные зодчие» здания жизни. Подвластны лишь их взаимодействия и зависимости, чувства и сложные формы, склеенные валентностью притяжения закона «фохата».

Так и в человеческой жизни. «Любовь бывает долгою, но жизнь еще длинней». Сущность стареет гораздо медленнее его чувств, которые подвержены колебаниям, изменениям, разрушению и угасанию, переходу в прошлое измерение, в пространство воспоминаний. Химически сложно сочлененные – они распадаются под действием времени, ослабевают ковалентные связи взаимного «либидо», но сами элементы таблицы, составляющие органику – не исчезают. Они возвращаются к первичным связям и состояниям, как элементарные частицы возвращаются в круговорот кипящего океана хаоса первоматерии при разложении и завершении жизненного цикла, – как тонких, так и грубых материальных форм. Для созидающих кубиков мироздания, базовых элементарных частиц, наше время и не время вовсе – лишь тысячные доли их времени, в котором они проживают свою жизнь. Везде, где существует притяжение или принуждение к связи и протекает процесс формостроения – есть время. Только своё Время. У формы атома – одно, у человеческой формы – другое, у небесного Человека – третье.

Десс

Греко-римский Хронос-Сатурн – планета формостроитель, выписывающая «по накладной со вселенского склада» необходимые и вполне определенные самой идеей воплощения ресурсы реализации. Он распределитель сил и средств, и является хранителем и породителем жизненной оболочки и времени в вашем его понимании. Энергия Сатурна – это «мертвая вода» древнерусских сказаний, животная душа в человеке. А живая вода – это первичная энергия желания Творца о воплощении «в камне» самой идеи творения. И чем сильнее желание, точечней, детальнее или конкретней его фиксация; чем масштабней и, главное, динамичней закрученный вихрь желания рождения, – тем жизнеспособней и длительнее срок жизни воплощенного феномена. Уровни формостроительства миров давно очеловечены и одинаково антропологически обозначены в древних космогониях Руси, Шумера, Индии, Египта, индейцев Киче и религиозной философии других народов.

Время – это смертельные кольца змея познания, удушающего Древо жизни. Это астральный вихрь, обвивающий стебель Лотоса, – солнцеворот-свастика, коловорот звезды Вершины Мира. Это Кронос, порождающий формы, но затем пожирающий своих детей – ревнивый породитель, беспощадно месящий их на Голгофе испытаний и исправлений его же ошибок.

Время – производная причинно-следственных связей. На уровне формообразования идея, являющаяся причиной, точкой фиксации, архимедовой опорой – веретеном закручивает вокруг себя спиральный вихрь энергии. Мысль планирует, организует, проводит этап реализации, облачаясь в материальные одежды, и, наконец, контролирует результат: «…И сказал тогда Бог: хорошо!». Идея даёт детальное представление об архитектуре будущего явления, вихрь желания затягивает, аккумулирует в необходимых объемах подходящие энергии и материю. Изготовлением и проявлением феномена в миру экономики «купи-продай» занимаются специфические трудовые ресурсы космоса, используя привычные навыки и знания, сам труд, средства и его предметы. Затраты и прибыль, окунувшейся в костный мир идеи, учитываются по возвращении видоизмененных ресурсов на «историческую родину». Учитывается «рентабельность» переработанного в космический «мед» «нектара» земной жизни с убытком или прибытком от воплощения.

Воздействие времени характеризуется скоростью протекания изменений в объекте или явлении. Для разных состояний сознания, формирующих тела и формы по разному течет и время.

В каждой секунде – Вечность, в каждом атоме – Беспредельность, в каждой форме – Энергия. В каждой субстанции – Разумение.

Со светом звезд летит к вам ваше будущее, то, которое для его источника является прошлым. В беспредельности все существует здесь и сейчас. Для человека это прошлое, настоящее и будущее, для Вечности же – сущее.

Турбулентность энергии приводит к векторизации потока и импульсу скорости в неподвижной субстанции, – росту температуры поверхности веретена за счет создавшихся сил трения в хаосе частиц. А также к ликвидации сил сцепления с внешней средой, и росту внутренних центростремительных сил притяжения к сформированному ядру, с последующим отрывом возбужденной, горячей «крошечки» ноосферы в форме элементарного вихря единичной жизни.

Божественная душа одевается в свет, он вливается в человеческую душу, та зачехляется в одежду души животной, тело которой и есть тело человека. Дезинтеграция – процесс обратный.

Странник

«Скажите, что такое красота…». Великий Мастер мнёт ментальную форму судеб из космической глины и лепит «кувшины» тел и сосуды «эго», весьма далекие от задуманного и желаемого, патологии которых должны исцелить или выправить до идеала сами же облаченные формы в процессе испытания жизнью. Его функция понятна. Гончар – он лепит кукол из предоставленного лучистого материала и оставляет их в плавильной печи планетарной мастерской доводя до состояния и качества, близкого к совершенству.

Воплощение в тела – лишь результат выраженного желания бессмертных капель света осознания последствий падения, похоже, как привязанный бечевкой времени и эмоций воздушный змей не поднимается выше допустимого в руках у причинности. Нас, кукол жизни, сопровождает почетный эскорт: палач и крест судьбы – человеческие чувства и любовь – эта гремящая консервная банка на хвосте нашкодившего кота и отпущенное время жизни и сомнительных удовольствий – как прищепка на собачьих яйцах. Ведь причина того, что «Аннушка уже разлила масло!» существует с момента нашего рождения. И в конце ждёт разрушительница иллюзий – милосердная Смерть, которая терпеливо ждет осени сбора ягод падшего человечества и приговора Нимезиды – куда отправить пересортицу собранного урожая.

Тео-философская доктрина, которой стоит удостоить внимание, заключается в концепции «гиперкосмического бога» – незримого царства вне пространства и времени, которое, несмотря на свою нематериальность, может быть постигнуто краем человеческого разума. При этом познание не абсолютно, и за пределами научных горизонтов всегда будет оставаться следующий «завуалированный мир», в который этот Бог Жизни вдыхает иной жар эмоций, дарует тепло иного тела, и воспламеняет огонь иного разума.

И куклы обреченно и с трепетом ждут следующей посевной и осени востребования и обжига в ином пространстве, или их расставляют на «музейной полке» космических шедевров, или ссыпают в сундуки космического хлама разноцветов и утерянного качества тонкой материи при разрушении форм падших.

«Здесь, под небом чужим, я как гость нежеланный…»

Десс

Преодолевшие ужас смерти, «куклы» умирают героями, быстро и блистательно. А чем больше страх за неправедно содеянное, чем больше трепет и избегание, – тем ужасней и изощрённей придумывается и предлагается конец цикла, неизбежная расплата. И прячась от меня в хилом теле, я прихожу к таким страшными мученьями и кошмарными виденьями овощевидного ума. Но поступки связаны со свободой выбора и преобладанием в жизненном кредо развития людей или мертвой, или их живой души. В этом мой принцип выбора реквизита при выходе «на сцену» – неразрывно связан или с началом просветления, или с утолщением порочных и темных коагуляций, и, следовательно, связан цепью причинностей.

Вы обрисовываете меня односторонне, частично, но, безусловно, аналитически законченно – в виде оперирующего секирой скелета в осенний период сбора урожая. Но обращаю внимание на символику. Скелет – это то, что вы считаете наименее изменяемым в вашем теле; это, так сказать, производная от твердости формы. Это почти вечный твердый каркас, на который наращиваются остальные элементы вашего тленного тела.

Соглашусь, что осень человеческой жизни, время жатвы – не лучшее время для бурного оптимизма. Но, для неоступившихся, в ней есть та неукротимая прелесть, которую так чутко понимали русские поэты. И Пушкин: «Унылая пора, очей очарованье…», и Тютчев: «Есть в осени первоначальной короткая, но дивная пора…», и Есенин: «О, возраст осени, ты мне дороже юности и лета…», – в своих стихах передают глубину непередаваемой силы любви и прелести поры опадающей листвы. Осень… Именно она открывает мне вселенную тонких чувственных оттенков ваших эмоциональных переживаний. За грустью приходит радость. И это неизбежно, как и сама смена времен года. Весна нового пробуждения еще не скоро, но пусть сердца уже сейчас озарятся новыми радостями и светлыми улыбками.

Странник

Я разделяю тот взгляд, что великая тайна жизни, которая, конечно же, и является тем глобальным и секретным знанием, состоит в том, что наше обычное ощущение «я» – это иллюзия или, по крайней мере – временная роль. То, о чем сказано много слов, что завуалировано в народных сказках, что описано в простеньких по форме изложениях и признанных шедеврах. Я не безосновательно считаю, что сборник пьес Шекспира, так же, как одна из самых знаменитых книг раннего итальянского Ренессанса – Декамерон Джованни Боккаччо, – лишь перелицованные рассказы и комедии более ранней эпохи. Но то балаганное развлекалово, над чем смеялись в 13 веке, в век романтизма стали великими трагедиями. Можно рассматривать «Короля Лир» – как лживые остывшие чувства внешнего. И сошедший со страниц другой трагедии – Лаэрт обращается к своему внутреннему Я, вскормленному беспечной обманной средой отношения к миру, в котором отвержена сердечность, соль человеческой души. Место действия, где царствует гордыня и самость – лишь продолжение офелиево-гамлетовской трагедии половой привязанности. Любви жадной до ощущений, животной, не окрашенной настоящими чувствами. А «Отелло» – как начало трагедии любви высшей, когда осознанные и окрепшие удовольствия желаний и, как следствие – победная поступь темных сил тела и сексуальных эмоций в сознании – душат Дездемону, «вечно скорбящую» истинную Любовь. Кульминацией же серии этих интимных комедий является опус о жизни половых клеток в печальном романтизме полового акта – «Ромео и Джульетта».

В «Гамлете» – где местом событий или полем битвы высокой любви и низменных страстей выбран замок Эльсинор (эль – солнце, син – луна, хор – круг, цикл), т.е. – обычный цикл земной жизни, которую все мы проживаем под властью и в доме «солнечно-лунного Бога». Замок воздвигнут в королевстве датском – на полуострове, как характеристика обособленности личной жизни и индивидуального царства эмоций, мыслей и тела. Центральная фигура, Гамлет – это предсмертное безумие побежденной телом первой, чистой и истинной Любви женщины, ослепшей и проткнутой движениями низких удовольствий. Ее душа безумна и бесплодна без божественной любви в сердце. Лаэрт (Lie) – «ложь» – представлен, как любовь примитивная и обманная – это разнообразные плотские утехи. Он любимый молодой царедворец Клавдия – этих туч ненасытных желаний, обманщика, заслонившего духовный свет, убив ядом чувственных удовольствий и сладких речей любовников высшие чистые и невинные стремления женщины. Прагматизм девушки склоняется к обольщению деньгами и чудными физическими ощущениями. Клавдий воцарился, соединившись с меркантильной и похотливой личностью – рожденной в сексе и царствующей ныне над ее мыслями, эмоциями и телом.

Первый выход грешной души из тела – когда Гамлет отправляется на суд и «вечную жизнь» к родственнику Клавдия, в сопровождении его преданных слуг-убийц, спутников и свидетелей женского неуемного секса – Гильдстерна, что переводится как «Золотистый зад», и Розенкранца – как «Розовая «щель». И можно догадаться, что Туманный Альбион, это отнюдь не райский сад. Развязка же наступает в каменных покоях замка. Пораженное в поединке отравленным оружием укоренившейся лжи, Горячее Сердце перестает биться. Облака рассеиваются, и душа восходит на высокую башню, чтобы уплыть в Белый Туман уже навсегда.

А тем временем смерть – или мировая судьба окончания циклов – в доспехах Фортинбрасса (непрерывная ткань и река судеб) с великим своим воинством непрерывными нитями жизни, потоком течет в другие места и земли, где ей предстоит сражаться за освобождение душ для их последующего суда.

Приписывать знание великих истин перу мелкого английского торговца Шакспера – так же нелепо, как принимать за истину эгоцентрическую теорию Птолемея. Просветленный разум – Шейк(ен)-спир(ит) – скорее псевдоним – и может читаться, как «смятенный» или «потрясенный» дух.

Десс

Могу признаться – я очень любила литературу различных, особенно поздних эпох. Для меня она была, как и для многих из вас, символом посвящения и просвещения, мучительного прозрения и освобождения духа. Конечно, я не мечтала о том, что, когда-нибудь и я буду садиться в красивую машину и мчаться по дорогам под любимую музыку, как это делали герои кино и написанных вами романов… Все это воплотилось в человечестве на самом деле. Но я увидела также, что нет рая на Земле… Есть разобщенность людей. Индивидуализм – отнюдь не лучшая форма сосуществования людей, и высокая востребованность психиатров здесь – это именно плод исторической разобщенности.

Законы природы не оперируют категориями прощения или жалости. Есть знание о возможности гибели предыдущей расы из-за прогрессирующей деградации межличностных отношений в примитивную логику знакомств, нарушений установок морали и этических принципов. Правое полушарие перестало доминировать в психической деятельности этого народа и утратило возможность генерировать мощные потоки созидательной энергии вне зависимости от расстояния, а «третий глаз» или интуитивное провидение перестал обеспечивать получение информации о будущем.

Странник

По мнению Д. Джейнса, американского психолога, нашими непосредственными предшественниками были люди, которые не обладали известным нам сознанием и были похожи на автоматы. Их действия и поступки направлялись галлюцинациями, внутренними образами существ, которых они принимали за богов. В них преобладал «двухкамерный разум», состоящий из галлюцинаторных видений сверхъестественных существ, их повелений, и направленного собственным сознанием действия. Описания жизни атлантов позволили высказать мысль о том, что они представляли «право-полушарную цивилизацию», где интуиция была способом познания.

Десс

Если современного человека отождествить с микрокосмом, т.е. рассматривать как замкнутую систему, то выбор слова, свобода интимного действия и повелительно-приглашающие жесты – характеризуются, как проявление наружу ваших эмоций реализации. Еще яснее это значение характеризуется гендерным разделением и фаллической склонностью вашего мира. Начертание самих этих символов: «штепселя» и «розетки» гендеров – еще более символизирует ваше проявление и животные склонности в социальной среде.

Мозг атлантов, считается, мог создавать особые резонансные эффекты с тонкоматериальными мирами, что приводило к получению мощных источников созидательной энергии. С помощью неведомой вам энергии психических процессов они могли создавать материальные ценности. Образы мистических повелителей возникали в правом полушарии, отсюда исходили приказания, которые формировали их поведение.

Эту расу отличала искренность и доверчивость. Благо каждого в их обществе не могло противопоставляться благу всех. Искусство этого народа не содержало страха смерти, кары богов. Общение происходило путем передачи образов, и язык отсутствовал.

Странник

В интонации слов, как между строк, читается грусть. Но, наверное, любые испытания посылаются или для понимания чего-то запредельного, недоступного для осознания на данный момент бытия, или для того, чтобы мы становились сильнее. «Каждый выбирает для себя: женщину, религию, дорогу…». И выбор не всегда верен. Этим частично объясняются и наши извилистые пути к свету совершенства, и наша изменчивая судьба.

По Лобачевскому спиральное приближение планет к солнцу меняет их местами. Земля в год приближается к температурной ярости жара и ослепительному свету солнца на 30 метров. Марс – на 80-150. Земля становится на место Венеры, на которой ранее процветала ныне земная жизнь, и которая ушла к светилу, Марс в будущем будет Землей, приобретая присущие характеристики и условия жизни. Точно так же и природа спиралевидно приближается, вращаясь в водовороте страстей и жизней, притягиваемая Создателем, чтобы растворить просветленных в своей сущности. От минералов, растений, животных – к человечеству. И далее – в высший мир, открывая все новые способности и обретая иные возможности развития и слияния.

Десс

Грусть иногда приятна, в ней есть глубина, и она окрашивает окружающий мир чем-то жемчужно-серым. Я лишь опция, неизбежное звено космической технологии, выполняющее навсегда определенную функцию, прикованное к цепи времени и конечных событий. А я так люблю жизнь. Я всегда больше любила и люблю минуты душевного подъема, когда все нипочем, когда мир сверкает всеми цветами радуги. И это я называю настроением воина. Минуты, когда мне хочется взбунтоваться, сбросить цепи рабства, уйти с орбиты сборщика урожая, пусть и облегчающего страдания, но обильно омытый горем и слезами людей.

Мое настроение воина – это всегда путь к иной новизне, не к новым потерям и расставаниям приговоренных и уходящих с земли, из материи, а к новым ментальным находкам и звездным встречам.

Чем я живу? Я очень люблю чувствовать жизнь во всех ее прекрасных проявлениях – люблю бывать, неважно где, гулять по улицам Нью-Йорка, Дели или Парижа, или по лесным дорогам российского пригорода. В это время я чувствую себя юной и не обремененной ничем. Люблю ваши умные дискуссии по любимым темам, люблю наслаждаться удачно сформулированной мыслью или грациозно выраженным чувством. Мои любимые жизненные герои – те из вас, кто предан своей мечте. Я люблю читать их книги и биографии. Могу иногда целый день наслаждаться и играть услышанной фразой, такой например, как «настроение воина». Люблю приходить в белом, так, чтобы достойные могли чувствовать тот светлый жар, который во мне, когда я вывожу их из немощных и обездвиженных тел.

Человечество – вольфрамовая нить накаливания или инертный газ, проводящий и соединяющий две электрические огненные силы и возжигающая свет в ночи. Судьба – это лишь оттенки перехода души от рождения в Матери-материи, к смерти в ней и рождению в духе-Отце. Это изменчивый или видоизменяемый динамический аспект двух неизменных статических основ: материи и духа. «Плюс» символически соответствует положительному полюсу, то есть тому началу, которое считается экспансивным, мужским. «Минус» будет означать аттрактивный, притягивающий женский полюс. Они, в соединении под общим знаком, порождают средний, нейтральный знак. Синтетический термин обратно разлагается на исходные «плюс» и «минус» в процессе анализа системных характеристик и граней явления. Полутень никто не запрещает рассматривать как темное пространство, отчасти освещенное источником света, или частично затемненное пространство залитое светом.

Эволюция миров, если рассматривать однобоко и примитивно, это восходящий процесс расширения сознания и очищение, утончение вовлеченной материи. Нисходящая петля инволюции Высшего закончена много лет назад. Почти заканчивается и эволютивный этап «дарвиновского» развития от низших форм жизни к высшей. На очередном витке спирали диалектики природные элементы стремятся к совершенству: кристаллы стремятся к структуре алмазной грани, пирамиду металлов венчает золото, животное обретает человечность. Выполняется двуединая задача, когда каждая мыслящая или ментальная единица облекается в форму, а каждая материальная частица обретает сознание.

План развития и реализации задач Креатора, манипулирующего пространством, материей, временем и энергией Духа, представляет собой инволютивно-эволютивную цепь, – бусы эонов, гирлянду событий рождения рас. Из океана бесформенных единиц энергий дифференцированного Сознания по окончанию цикла превращений имеем океан форм дифференцированных частиц разумной, наделенной сознанием материи.

Процесс завершается интеграцией всего в первоначальное состояние через посмертный распад с выделением некоей осмысленной, «идеоактивной» энергии души, которая непонятна, но жизненно необходима Абсолюту.

«»

Надвигалась ночь. Было ветрено, и шел дождь. Экипаж спустился по наклонной с пустынного холма к высоким стенам разом потемневшего города. Внизу подгорье уже не напоминало то, залитое солнцем, тихое место с белогузыми оленихами и игривыми рыжими белочками, которое виделось в начале пути.

Странник

В ущелье усиливается ветер. Это дует ветер перемен. Я люблю бури и ураганы больше, чем просто ветер. Я осваивал жизнь и периодически устраивал себе такие бури, чтобы было не скучно жить.

Десс

Я тоже люблю все, что связано с бурями, с переменами… Насчет ветра перемен – хочу дождаться торнадо, живущего за стенами города, я еще никогда его не видела в полной силе, хотя говорят, что этот торнадо лучше не видеть…

Странник

Очень интересные постижения ощущений, о которых знал раньше лишь по фильмам и книгам. В настоящем вы добры и человечны. Жаль, что истинный ваш образ растворится в моей памяти. Я тоже жду изменяющих и уносящих в другой мир энергий.

Десс

Мы на месте. Благодарю, и рада была общению. Пора ненадолго расстаться. Мне будет тебя не хватать, как не хватает иногда чего-то теплого в холодный моросяще-дождливый день… Буду ждать твоего возвращения, как только сможешь снова общаться со мной. За сожалением, что не буду иметь какое-то время возможности общаться и чувствовать таких вас, я увидела и снова поняла, что у меня с вашим миром много общего. Мы скоро встретимся.

Сегодня я приглашена на интересное торжество в Нижний город, куда отправляешься и ты. Будет много известных персон с вашей и с нашей стороны. Радует то, что половина проявила горячее желание к пожизненному сотрудничеству, даже упомянули о необходимости смены эстетики и этики общения, и устаревшего лексикона времен битвы богов и троянской войны в речах. Мне давно интересна эта тема и теперь вижу, что многие мои масс-медийные идеи становятся актуальны. Я была практически счастлива – многие высказанные Им вещи были музыкой для моих ушей.

С искренним уважением.

«»

На холмах межгорья Странник так и не дождался торнадо, тот пришел глубокой ночью в город, и сквозь розовые мегалиты городских стен он лишь услышал грозовой грохот дождя и дикое завывание ветра. Но то самое пугающее затишье, которое наступает перед разрушительным ураганом, он успел ощутить.

Книга 2 № 2212710

«Суждено тебе до Страшного Суда

висеть между небом и землей …».

П.П. Гулак-Артемовский «Твардовский».

«Душам нужны вожди»

О ходе и результате битвы богов и титанов (одного из самых известных событий истории мифов) столько сказано в монографиях и книгах, в панегириках и поэмах, что, с одной стороны, – практически нечего добавить, но с другой – почти невозможно отделить выдумки разных эпох от того, что произошло на самом деле. Вполне возможно, что устойчивые в сознании и общепринятые мифы являются сильно искаженной версией реальности. Ясно лишь одно – в рассматриваемом сражении победа была одержана и на космических просторах до времени пробуждения остались лежать светлые герои великого сражения, будущие прототипы русских воинов Осляби и Пересвета. Ведь полубоги и первые герои смертного человечества тоже принимали участие в великой битве.

Странник

При внимательном рассмотрении небесное побоище оказывается состоящим сплошь из одних лишь «темных» пятен. Битва Богов была сильно приукрашена «небесными» летописцами в покрытых пылью времени сочинениях и перефразах, что позволило предположить, что под рекой времени и власти подразумевался не современный синонимом слова «река», а совсем иная река – источник вечной жизни, небесный Танаис – река рождений. В русском эпосе – это река С(а)мородина, и описываемое время битвы – есть переход человечества через смертельные опасности эры тёмной Кали Юги, или мрачный Калинов мост, – место, на котором русский богатырь бился в тяжёлой схватке с трёхглавым змеем и победил. «Ядовитая слизь из отрубленной и еще клацающей клыками последней головы, с черных перепон крылатого извивающегося ящера, истекала в пространство. Отбросив сверкающий щит и наступив на пятнистое, мутножелтое и хрипло дышащее брюхо, Креатор, скальпелем стали рассёк кожистый панцирь длинной грудины змея. В приступе последней ярости дрогнули его мощные, когтистые трехпалые лапы и смертельные шипы верхнего плавника. Бешено бьющийся скользкий хвост сметал в межпланетную пропасть наваленные вокруг обглоданные кости и выбеленные экваториальным жаром и кислотными дождями черепа побеждённых и совращенных им людей. Кровавый сумрак опустился на безжизненные горные кряжи тёмного солнца и на неприступные пустынные голые скалы цвета красной охры. Воронье и падальщики пронзительно визжали над краем обрыва смертельной сечи. Разящие молнии, словно небесные мечи разрубали мрачный звёздный занавес, проецируя драматургию боя на полотно небес».

Из русских сказаний и легенд нам более понятна картина поля брани над которым взвиваются малиновые знамёна и свистят стрелы. Вздыблены гривы взмыленных и мчащихся огромными прыжками на непримиримых противников коней, а копья нацелены в черные сердца врагов. Звучат победные крики и скрежетание зубовное, стоны и молитвы. Мертвые тела, упокоившиеся в седом ковыле, отрубленные головы, шлемы и шишаки, до оперенья вошедшие в земную твердь стрелы, сабли и изломанные древки копий, рассыпанные и катящиеся по окровавленной степной траве. Битва, где над полем стелется взвихренная красная парча конских попон и плащи веселых в безумстве боя, пьяных от крови бородатых и юных всадников, сверкающими синевой глаз и тусклым булатом мечей. Где мелькают полированные наконечники копий и золотые хоругви, серебряные сбруи и пустые, разрубленные седла оскаленных лошадей. Где слышен свист стрел, ногаек и ветров под низкими тучами обезумевшего мира. Где человеческое море рассыпается на групповые и одиночные смертельные поединки гладиаторов бранной сечи, победителей, соли земли и гордости рода, воинов-аскетов, мастеров берсерков с вмятыми в тела пластинами нагрудников и поручей, облачённые в потемневшую чешую кольчуг.

Нам привычна праздничная картина салюта золотых искр кованой, злой, жаждущей жертвы стали и красного жемчуга крови на дне океана безумного движения жизни туда, откуда нет скорого возврата в подлунный мир. Такая привычная картина обильного «застолья» и веселья стервятников на кровавом пиру ярости и вечной гибели в апофеозе войны.

Десс

Возможно, так было и в космосе, но в схватке Светлого и Темного богов нет победного исхода ни для одного из них. Может быть очищено лишь одно из полей вечной битвы, вплоть до полного изгнания того или другого. Возможны и варианты исключения, вытеснения или уничтожения на определенном плане. Хотя уничтожения по факту не происходит, энергия тьмы сгущается и переходит на другой уровень жизненного плана. Или избираются варианты диффузии – например, компенсирующего включения в мини-макс «света и тьмы», порождающее серый полусвет-полумрак, в котором и доживает свои жизни падшее человечество. Темный спускается в нижние планы до самого конца, в пределы вязкой и даже твердой фракции – в плотную и полную суггестацию своей вотчины – в материю тьмы подземного мира.

Странник

Но кто бы не сражался на этом поле брани за светлые солнечные земли, где бы они на самом деле ни находились, сражение олимпийцев является главным военным эпизодом космических войн и переломным моментом, сменившим эпоху зловещих жертвоприношений князю земли, унизительной дани минотавру Аида жизнями лучших из лучших, прервавших эпоху бесконечных открываний для человечества кровавых «ящиков Пандоры» любопытной, разбойной нежитью. Несмотря на иносказательность описания, спустя тысячи лет после окончания войны, во многом определился вектор развития земных событий. С той эпохи побед началось возрождение религии единобожия, духовный подъем и изменение психологии героических предков наших цивилизаций.

Десс

Душам нужны вожди! Концентрирующий энергию нации завоеватель, при равных народах и экономических условиях, харизматичней иного слабого и безвольного вождя. Если правители даются свыше, – это совсем не значит, что их распределяют по народам небеса. Это значит, что Князь Земли выбрал для правления сугубо в собственных целях очередного жестокого тирана и сладкоголосого обещателя. Так, когда-то, и на небесных полях битвы безвременья сияющий Даат, славный вождь, привлек на свой светлый жар безсмертные, неразумные, вожделеющие души Протопласта. Поманил соблазнами, как мотыльков на горение свечи, чтобы спалить их крылья в огне тщеславия и гордыни иллюзорного материального всемогущества. И они, обезкрыленные, пали с небес на земляной глобус, – в «предбанник» пламенеющей над ними в бездушном космосе пред-исподней. Он одержал тактическое преимущество, рассыпал на золотые граны человека звезд, основал свое царство, но искренне заблуждался в окончательной и бесповоротной своей победе. Его битва была проиграна, а приговор и наказание последовали неминуемо и незамедлительно. И наложенную дань он платит сполна в каждом человеке во искупление кармы предательства.

В результате, согласно приговору богов, эгрегор Белиала горсточками пепла рассеян по тюрьмам вселенной, и миллиарды отступников и падших стоят в циркулирующей очереди горячей «кухни» третьей планеты для «панировки», дальнейшего обжига и очищения. Проходит этап адаптации и изменения. Каждая сверкающая частица его низвергнутого в прах, но бессмертного творящего тела, состоящего из звездной материи, завернута в глазурь млечного пути и заключена в огненную среду кислородосодержащей земной атмосферы. Найдет ли древняя Исида креативную часть Тиамат-Осириса – тот важнейший творческий элемент, брошенный Нибиру-Сетом в космический Нил – в орбиту движения солнечной системы, «проглоченный» нильским ящером Себеком? Или, разорванный северным Фенриром он скрыт, и мирно перерабатывается в галактическом желудке. Или жарится на адской сковороде нашей планеты, для пожрания и восполнения сил, жестокой энергии и творческой мощи тёмным Победителем? Тогда феномен человечества легко рассматривается и как результат системного сбоя, как результат небесной вражды, и как отходы жизнедеятельности Организма. И как дань во искупление, и как перевариваемая, разумная, но исторически биосмертная масса творения.

Странник

Война Богов и Титанов, битва разума со стихийными, природными инстинктами красочно описана в древнем мифе о точке бифуркации системного развития, нижней, поворотной точке выбранной инволюции.

Эта точка – рубеж невозврата в ноосферу, в высокоосознанную жизнь, выпадение из плана развития вселенной. Распад на элементарные частицы в бездне небытия или превращение космических цветов в строительный материал вечности. «Быть или не быть..?». В сути вопроса – или распыление разума Планировщика, разрушение окаменелых искр сознания серебряного треугольника, или возвращение к вершине золотого, к Источнику, к точке невозврата в материальный мир – туда, где позволено сознанию независимо самоэволюционировать, с постепенным отказом от вериг физических оболочек.

Десс

На высшем уровне управления пространством, временем и энергиями сошлись на том, что живой и вечной тюрьмой бессмертному, восставшему против Воли и её могущества будет тело. Бессмертный ген скрестили с геном или кенгуру- или горилло- образного, медведе- или вепре- подобного, либо иного тотемного животного, выведя новый сорт полубожественной, однозначно живой, но полуразумной природы прямоходящего. Бессмертный бог, как птица Феникс, бесчисленные тысячелетия умирает и восстает вновь в бесконечно сменяющих друг друга людских поколениях, в плотной и ядовитой земной среде. Он будет освобожден, и выйдет из тюрьмы духа с последним ударом сердца последнего человека, выдохом последней цивилизации, сразу после полного истребления населения – с прекращением продолжения человеческого рода. Распятое на ионофаллическом кресте, на древнем символе материального мира, – человечество, его очередная раса, из раза в раз погибает. Судя по безумным потокам пролитой крови в нескончаемых, братоубийственных войнах, с вашей постиндустриальной цивилизацией это также произойдет довольно скоро.

Странник

Так или иначе комплекс, именуемый нами человеческой цивилизацией, как и единица человеческой личности, являются в жизнь лишь в роли приговорённых гостей.

Для незамутненного эмоциями и правильного понимания предлагается это осознать и смириться. Сжиться или с представлением о необходимости ограничительной жертвы отречения, за которой нельзя продолжать сгущение иллюзорностей, или с осознанием предельности физического мира, который, при нашем падении в порождение, непременно доведет до той стены или дна, от которого нужно оттолкнуться, чтобы начать прохождение миров в обратном направлении.

Над нашей жизнью в ее многообразии, над всей природой довлеет закон теннисного шарика, отскакивающего от глубины падения. Для всех воплощений этот уровень един, но в пути достижения дна, «чемпионского» отскока к свету и возвышения, каждая личность проходит свой путь с разной скоростью и разной форой при старте и на финише, если взять за финишную ленту поверхность дна. Не возникает ли мысль, что чем тяжелее сгусток, чем больше он нашпигован и намок нечистотами мыслей и мерзостью поступков, тем выше скорость падения, тем сильнее будет удар и тем ниже будет отскок или вовсе расползание и погружение в донный ил?

Десс

Триада кабаллической «антанты», блистательный триумвират победы, славы и самокрасования – была соблазнительней и сильней теплой женственной и всепрощающей мудрости. Но эта «поломка астролябии», ошибка в штурманском расчете Креатора, – отодвинула реализацию и достижение конечной цели, исказив план полета его пронзающего Слова по космическим «трассам». Нарушился механизм планетарных пищевых цепочек. Питание оснащенными разумом душами, получившими разумение смысла жизни и практику «великого делания», не особо поощряется космическим сенатом циклопических богов. Как продукты диетического питания, им рекомендуются «халяльные», непорочные и неразумные тушки девственно светлых, не отягощённых разумом и вегетариански наивных, «кошерных» душ.

Однако, согласно древним источникам эзотерики, десятки миллиардов, отнюдь не наивных ангельских чинов, поддались искушению и участвовали в небесном «револве».

Они последовали за Денницей на битву, проиграли и были осуждены на искупление через чистку их ангельских мозгов и погружение в преддверие ада. Картина распятого Мессии, похоже, и есть истинный символ завершения падения эгрегора Даат в царство материи. Если проще и понятнее – это очищение предавшего небесный трон, через деревенское позорное «валяние в смоле и перьях», т.е. воплощение в скорлупе тел и горение в кислороде земной атмосферы.

В другом аспекте Великий распят не только в, но и самим человечеством, которое представляет собой обратный крест, к которому прикован уже сам лучезарный Гений. Вручив ему и всем вам вожжи из пяти органов чувств, Креатор учит укрощать лошадиные силы, влекущие тарантасы ваших гордынь. Когда мудрость начнет управлять безрассудством чувств, т.е. когда гурджиевский взнузданный эмоциями седок поменяется местами с восседающей на нем, и управляющей этим «марлезонским балетом» майданутой «кобылой», – тогда и наступит духовное освобождение.

Странник

На наших «кислородных рудниках», на Земле, для падших – с изощренным юмором продуман механизм ротации и «отпусков», и даже применяется «заместительная терапия». Отработавшие свою жизненную норму, или раньше времени подвергшиеся износу скорлупы тел сбрасываются, и взбрыкнувшие некогда сущности отправляются на временный покой. Данность тяжкого прихода в неустроенную земную жизнь из райских садов одних, и тяжкого, зачастую сизифова труда других на крутых склонах восхождения (или в горизонтах стремления продвинутого «эго», на пути к этим самым райским кущам) приводит их к встрече на колесе «сепаратора» достоинств – на едином берегу духовного совершенствования. В конце концов, обреченные на горение, измученные и опустошенные кругами ада, отвергнувшие предательство, спесь и жадность животной жизни, души возвращаются в свою небесную обитель. Так библейские блудные сыны возвращаются в дом Отца своего.

Десс

Ген предательства изживается, но очень долго продолжает жить в каждом. И выжигается из предавших и раскаявшихся, идущих наугад часто вслепую на свет и освобождение, за многие тысячи и тысячи земных воплощений. Умершие меняются местами с воплощающимися. То ли в платоновском «Критии», то ли в «Тимее» широкая небесная лестница всегда заполнена нисходящими в небытие и восходящими на время. Небо, оказывается, тоже не резиновое. Места на нем не резервируются и, как видно, строго ограничены. «Режиссер» и труппа небесного театра – это константные величины, а вот «зрители» занимают свои места лишь на время и «согласно купленным билетам». Смерть, как и жизнь – это временное состояние, привал, лишь небольшая передышка на дальнем пути перехода к золотой чистоте самородка. Состояние долгой и трудной работы очищения от злобы и жадности, от зависти и гордыни насестов земного курятника.

Странник

Видимый нами мир – это вывернутый наизнанку Бог, внутри которого сверкает божественная пустота, огненная плазма живого Пространства. Оно и есть единица Креатора, неделимая и простая, вывернутого к плероме своей же сущности многообразием материи творений и дискретностью Времен в потоке их существования. Его встречаешь во всем, в каждой клетке, каждом атоме, в каждой планете и во всех вселенных. Его Пространственное величие, его сущность безмерно коммуникатирует через динамичную и чувствующую материю, вырастающую из Него на необъятной и необъяснимо непознаваемой загадочной поверхности космических полей. Через «усики» чувственной жизни, касаясь и осязая, Он познает сам себя, распятый на кресте материи. Как зерно, как бутон раскрывает и представляет миру скрученную, скрытую спираль энергии жизни, оставаясь затем незримым, пустым, изогнутым в шар пространством, основой, отдавшей себя в жертву внешнему проявлению – на которой буйно прорастают коралловые острова псевдовечной жизни примитивных полипов.

«Падение сфер»

Странник стоял у зубчатых стен города в лощине межгорья, укрытой прозрачной кисеёй ночного тумана. Сгущался мрак. В круг, подле него, в зеленом и алом свечении стремительного вихря, водили хоровод светящиеся огни эльфов, материализуясь в образы разноцветной играющейся мошкары. Покружившись, фантомы растворялись в россыпи звезд. Влажный воздух наполняли поднимающиеся из-за стены странные, гортанно-напевные звуки «стихов горящих, не духовных». Доносящийся крикливо причудливый и разудало веселый темп мелодий певцов-сказителей, странствующих «каликов перехожих» и шаманских песен, порой становился быстрее, порой обрывался и ладом своим напоминал ритуальные стародавние обряды ночей цветущего папоротника.

На панелях высоких ворот завращались причудливые круги и знаки. Створки медленно распахнулись, приглашая его войти. Из холодной ночной тьмы он шагнул на тёплую брусчатку города. В самой цитадели белый камень тротуаров, брусчатка улиц и площадей были залиты ярким неоновым светом. На центральной городской площади разудало гуляла шумная ярмарка, похожая на вавилонское столпотворение народов, их архитектурных искусств, национальных костюмов и мелодий.

Картина буйного празднества начиналась сразу возле городских ворот, где дородная рогатая дама заливала в котел жидкость «нетерпения» из бездонного, безразмерного кувшина. Она варила вечное зелье для своих, умелых и опытных в этом деле, похожих и телом и повадками подруг, находящихся в полуобморочном состоянии трепетного ожидания. Истекающие от сладкого предвкушения они прилетели для новых легких знакомств на светлых крыльях сиреневых бабочек, которые в брызгах и испарениях кипящей похоти тут же обернулись темной стаей галдящих ворон.

На сцене летнего театра полуголые, длинноногие и элегантные красотки с чувством изгибались и принимали изящные интимные позы, кружась на лазерной карусели зодиака. Длинные волосы блондинок, огненных «каштанок» и черные локоны брюнеток скользкими змеями перепутывались в двенадцати секторах мифических животных.

Общительные красавицы в тончайшем сари, опоясанные по бедрам букетами дурман-травы, с видимым удовольствием потягивались на оседланных ими «героях-любовниках». Красотки с блудливым смехом натягивали на мужчин, охмелевше возбужденных и крепко ими стреноженных, рогатые маски боровов. На тех, одураченных, которые с готовностью окунулись под юбки матриархальной зависимости.

А совсем рядом пухленькая, улыбчивая ведьмочка с веником из пёстрых змеиных хвостов ящерок, покачивая лепестками подсолнухов на повлажневших местах, летала над площадью верхом на огненном осле, упакованном в черный смокинг. Зелёная телом, она затем ловко оседлала тучного хряка, испуганно поглядывающего своими поросячьими глазками на товарищей по несчастью, таких же как он, преображенных в свиней собутыльников. По истощению либидо, отмерянного им жизнью, сей «транспорт» подавался на заклание застольным издевкам нечисти под пиршественный хохот всеобщего посрамления.

Над бурлящей кипенью эмоций, в дымах ярмарочных костров невидимо вздымалась тень богини ночного неба, которая полноправно царила над знойным городом, истертым полинявшими чувствами и облаками соблазнов, как старые семейные трусы и изношенное постельное бельё. Здесь Лилит почиталась богиней красоты, любви и веселья, владычицей неба и звезд. Она – сияющая «мать жизни» и плодородия, затмевающая остальных богинь своим величием и превосходством. Ее называли «золотой», и сусальная плоть Лилит сияла ярче других золотых слитков плоти богов. Поражал красотой древний храм, посвященный только ей, в котором всё, до мельчайших деталей, напоминал вошедшим о том, что они находятся в доме покровительницы телесной близости и обрядов гендерного сочетания. Лилит символизировала «женский сияющий приоритет» – то узкое пространство цилиндра «внутреннего сгорания», в котором двигался Победитель. Её изогнутые рога чёрной небесной коровы, подбрюшье которой усеяно звездами, удерживали «солнечный диск полового сплетения», постоянно путешествующий по земле любви, и всегда возвращающийся в сердца женщин, как в святилища, где ему отводилось особое место.

Воспламеняющая чувства, Лилит приходила к жителям в разных ипостасях. Ее называли госпожой «ночной слизи», богиней загробного мира и богиней древа Познания. Ее называли «госпожой неба», госпожой хмеля, танцев и перламутрового камня. Легко меняющий цвета от прикосновений и нескромных взглядов дымчатый минерал очень ценился женщинами, как индикатор мужских желаний. Носить его значило носить пламенную богиню в сердце.

Городскую площадь окружали кроваво-красные кровли бутафорских зданий. Развевались шелковые флаги, блистали парчовым шитьем штандарты, сверкали позолотой гербы и гремели гимны. Плавились в жарких огненных лучах гибкие изогнутые крыши пагод, зеркальные купола храмов, цилиндры синагог и маковки соборов, стрельчатые конусы кирх и шпили церквей. Люд всех сословий и географий, оставив земные дела и заботы, катался и визжал, крутясь на карусели, качался на качелях, пил и просто пьяно шалел от радужных красок женских нарядов, дымов нефтяных факелов, горящих костров, и запаха жареного мяса.

Отовсюду гремела фееричная музыка, будоражущая и услаждающая слух, будто богиня города – «госпожа возбуждения», потряхивала над толпой своей чёрной чувственной погремушкой. Из дворов и подворотен утробно подвывали собаки, взлетали сизые голуби и яркие воздушные шары. Офени на улицах предлагали стеклянные бусы, банты и подвязки, простенькие серьги и бирюзовые перстеньки. Шуты-скоморохи, цирковые зазывалы, приглашали на представление в тряпошные палатки балаганов. Возле, бойко шла торговля сочным барбекю, сахарными пряниками, медовыми яблоками. Вокруг блестели разрумяненные, разгоряченные забавами и пустым весельем сальные лица, губы, растянутые в бессмысленных улыбках, и рты, изрыгающие беспечный смех.

Ярмарка и полупьяный люд утопали в цветной мишуре мельтешащего рынка. Народ ждал зрелищ и рвался в круговорот безудержного буйного веселья.

– «Золотая расцвела! Чёрным золотом расцвела! Сияющая вся в цвету! Для тебя небо и звезды бьют в барабаны, солнце и луна восхваляют тебя, боги чествуют тебя, богини поют гимны. Как ты прекрасна! Для тебя поет вся земля, для тебя танцует все живое. Все земли и все народы прославляют тебя и в ночной тьме и в полуденных небесах до самого горизонта. Золотая расцвела! Золотая расцвела, сияющая вся в цвету!».

Лилит, мировая матка, воплощающая всемирное лоно, была одной из семейства царственного Эдема. Эта богиня принадлежит первичному женскому началу. Луна и звезды, высеченные на нефритовой чаше фонтана площади и на гладком мраморе Великого столба в ее центре, ясно указывали на культ секса и материнства, указывали на его продуктивность и наводили на мысль о божественной парности природы.

Влюбленные девушки и женщины, томящиеся в любовных муках обращались к ней. И, судя по всему, Лилит с удовольствием внимала женским шашням и исполняла, уходящую корнями в глубокую древность, свою роль мировой сводницы. В первую очередь она считалась богиней плодородия и жизни, какой бы эта жизнь ни была. Ведь жизнью наделяются не только живые, но и мертвые…

«»

Мозг Странника словно плавился в шумах праздника, в копоти и гари угольных мангалов, в резком свете кварцевых ламп искусственного освещения. Мысли не могли сосредоточиться от круговорота безостановочных впечатлений.

В воздухе витал и впивался в ноздри дурман соблазна – этого перламутрового солнца звездных влечений, синтеза телесных проявлений и индивидуальной жизни всеприемлющего лона, – нежного женского колечка, розовой жемчужины, просверленной Змием, и всё Добро и всё Зло в себе содержащей.

Извращенные сущности нетрадиционных утех, разгоряченные площадным зноем мяли друг друга и пошлепывали по ягодицам. Ждущие простых удовольствий развращенные экспериментаторы, пощипывали пышных, невысокой социальной ответственности, женщин, падких на проникающий призыв, поглаживая их места, весьма близкие к влажнеющему «лону стремления». Сами женщины призывно покачивали бёдрами для желающих развлечься, выгибали спины и, раздвигая «щель зарождения», задевали прохожих двусмысленными фразами, касались оголенными плечами и выпуклостями, заводили непристойные речи с назойливыми предложениями интимных развлечений и специфически «сладких» услуг.

Странник увидел мелькнувший в толпе, в некотором отдалении, знакомый силуэт Десс и поспешил к ней.

Десс

Враг рода человеческого внушил лукавую мысль, что через любовь, через наслаждение уже здесь, на земле, может сбыться то, что живет в вашей душе, как предвкушение неземного блаженства и порождает неизбывную страстную тоску, связывающую с небесами. Без устали стремясь от прекрасной женщины к прекраснейшей, вы неизменно надеетесь найти воплощение своего идеала.

Странник

Песня космических сфер и ноты чувственных струн звенят и вибрируют в воздухе, в наших сакральных энергиях и звездных телах. Эта песня нескончаема и вечна, только мы ее не слышим по ограниченным возможностям наших примитивных органов восприятия. На эти волшебные, завораживающие и магнетические звуки, в упаковке из пряных слов и нескромных прикосновений, отзываются лишь внутренние струны души. Женские «эбонитовые чаши» по-разному «поют», когда мы проводим по ним и электризуем своими отвердевшими «стержнями». Только мы и этого не слышим.

Мы можем почувствовать родство, когда нежный камертон ответными звуками вплетает свои ноты в музыкальные шкатулки наших энергий. Только тогда свободная «валентность» находит и образует неразрывные встречные связи с женщиной, звучащей в глубоком резонансе с нашими сакральными вибрациями. Потому – хвала женщине!

Фокус лишь в том, что мы более конкретны и фиксированы, чем карамельное, расплёсканное по вершкам вставленных «кремовых палочек» и разлитое по пьяным стаканам, мягкое и теплое либидо женщины. Мы чаще похожи на кварц, настроенный под одну единственную приемо-передающую частоту, а женщины владеют совершенно иными диапазонами инструментальных качеств.

Хвала женщине! Ее чувственный инструмент – это реостат сексуальных токов, частот, модуляций, амплитуд и гармоник, способный изменять в ней сенситивные силы и настраиваться под любого, владеющего ее телом. Этот энергетический «ползунок» может остановиться в движении и даже зафиксировать в пользу какого-либо партнера женское материалистическое разумение, что «это – то, что нужно». Может разумение и выхолощенное от чувств, но весьма пригодное для ее полного житейского комфорта. Правда, даже при самом легком разочаровании ее лакмусовая бумажка кисло зацветает, и женский индикатор благ и реостат желаний сей же момент отправляется по волнам адюльтера в очередной поиск и соскальзывает на энергетическую частоту другого, материально или физиологически более значимого и подходящего для нее альфа- или омега- экземпляра для дальнейшего изучения житейской азбуки.

Десс

Всё в природе омывается любовью и сексом. И эта, разбавленная простенькими эмоциями кинематика процесса, всего-навсего, падшая в материю, загрубевшая и пришедшая в движение потенциальная энергия платонической любви, или точка опоры в волшебном ларце вечно обновляющегося мира. Так сказать, «уставший мармелад и сладкая вата наслаждений».

В ряде древних святилищ нередко встречаются капители и колонны с четырьмя выразительными ликами священных. Каждый лик изображает тайну уникальной власти и один из аспектов человеческой сущности. Утверждается, что тот, кто владеет четырьмя животными атрибутами этого сфинкса, тот владеет магнетизмом повелительных эмоций, глаголами абсолютного сближения и манипулирует инстинктами природы, как орудиями выполнения своих хотений. У того не может быть неудач, ибо он не может захотеть чего-либо противоречащего этим законам, чего-либо выходящего за границы метафизической, звездной или физической закономерности.

Как упомянутый в Библии Змий материального потока, соблазненный красотой и могуществом невинных душ Эдема, обольстивший их познать добро и зло физической близости, так и легендарный литературный персонаж, отличаясь дерзким бесстрашием, презрением к общепринятой морали, сластолюбием и бессердечием, – известный Дон Жуан, всегда выходил победителем, обольщал приглянувшихся женщин: и одиноких вдов, и девиц, и замужних дам. И, хотя он часто навлекал на них позор и приносил горе, – его личность вибрирует точно в унисон с аккордами жизни. И он всемогущ, т.к. абсолютно «всехотящ» на волне природы, на волне утвержденного свыше восходящего мирового тока.

Алхимия горения, жара высоких температур и физика сверхдавления владыки земного ядра, солнечной жизни и внешнего времени – иногда соединяет несоединимое, иногда меняет, иногда полностью разрушает и перестраивает кристаллическую решетку зодиакального влияния, трансформируя планетарные энергии, звездные гороскопы в души людей. Не совсем природные технологии, как бы превращают графит в алмаз, а тяжёлый и тёмный свинец человеческого эгоизма в сверкающее золото любящей души.

Странник

У каждого человека есть огромное желание провести свой праздник жизни ярко и эмоционально. И, без сомнения, интимная «вечеринка» – это как раз то, что кажется нам единственно главным или весьма критически нужным, пока мы в силе. На свете очень много людей, которые не перестают любить этот «жанр», и связанную с ним грубую культуру интимного общения. На этом празднике органного дуэта появляется возможность с головой окунуться в развязную атмосферу инстинктивных удовольствий, и навеселиться «до упаду» за короткий срок, отпущенный судьбой и смертью.

Десс

Но стоит остерегаться химии реальных и эмоционально-ментальных клинических смертей и индивидуально трудных судеб. Иногда химия благодарных сердец оживляет, дарует вторую жизнь и судьбу. Но чаще иссушает обманом, растлевает или вовсе сжигает внутреннюю сущность, искривляя путь и не давая ничего взамен, кроме телесного утешения. И в этом кипящем танце «свадебных» игрищ первых брачных ночей важно не улетать в фантазии «вечной» любви тела. Не забывать в своей весенней безмозглой пляске о необходимости искать одной «мозговой» ногой – опорной точки на земле, а хотя бы краешком души – опоры на небесах. И тогда не страшно остаться одному, стать самим собой в речах и поступках, и, потому, не о чем будет жалеть и нечего скрывать. Не надо будет стыдиться заблуждений и за неисполнимо обещанное в горячке желаний, потому что всё обещанное будет сделано. Этого не произойдет, т.к. все тебе будет ясно, а в тебе все будет завершено и выполнимо. Тогда, как пишут «просветленные», ты увидишь звездного змея ядовитых искушений безопасным для тебя – или нежно обвивающим, или валяющимся зеленым гадючьим овалом у твоих ног, и, «углубившись в воспоминания, проанализируешь влияние Четырех Священных в процессе твоей жизни и эволюции».

Тех женщин, которые обладают зачатками веры и располагают, хотя бы незначительными религиозными знаниями не удивляет, что по ту сторону зеркала человеческой жизни существуют, как возвышенное, так и низменное развитие разума вселенной: от могущественных «архангелов» до «демонических стихийных духов».

Странник

Как тут не вспомнить забавный диалог:

– Вы женаты?

– Разведен.

– И как вас развели?

– Ну, как сказать,… В общем… оставили только трусы и тапочки.

Десс

В религиозных философиях, древних космогониях и великих книгах говорится о том, что творение мира не заключалось только в сотворении человека – что имел место этап порождения и развития жизни различных иерархий разумных, но бестелесных или «астральных» существ, сотканных из качественно различных энергий. Предполагается, что паутина «низких» энергий или низкие сущности – обладают большей властью над женщиной, чем любой, избранный ею мужчина. Но они беспощадно ограничены Креатором в сфере их деятельности, иначе эти силы разодрали бы в клочья, «как тузик грелку», все великое и светлое, что излучается аурой многих, просветленных настоящей любовью женщин.

Но все же эти энергии царствуют, а, точнее, контролируют и руководят примитивными силами природы. И самыми главными из них – сексуальной восприимчивостью и интимной чувственностью женщины.

«»

Тем временем, радостное мельтешение на танцплощадке, напоминало и было похоже на предновогоднее предвкушение укромного домашнего празднества. Установленная у входа и по окружности танцпола мебель, стены, драпировка, обои, декорации – все было выдержано в едином стиле. «Катайся, качайся и крутись» – вот общий девиз развлечения на танцевальной вечеринке этого города познания.

Магически переливаясь серебром и золотом, перемещались в глубоком бархате неба созвездия и планеты, порождая живые, но причудливо зыбкие символические формы. Геометрические фигуры, пылая квадратами и крыльями трапеций; синими и желто-зелеными пирамидами, конусами, рассыпались затем во тьме сиреневыми и малиновыми шарами и молниями, точками и искрами, лазоревыми и алыми лентами.

А с погасшего запада, затмевая яркие звезды и обесцвечивая феерию красок, уже надвигалось бледное свечение огромного, в полнеба, черного куба, подкрадывавшегося к городу своим мертвенным светом, спрятавшись за клочьями тумана у подножья гор.

На перекрестках прилегающих улиц застыли скульптурные головы четырех элементов конструкции феерического звездного балета, древнейшие наименования которых – Воздух, Вода, Земля, Огонь. Справа площадь украшали гордая орлиная голова и голова льва; слева – голова быка и лицо ангела. Взоры квартернера Священных были обращены к центру. Эти четыре элемента и составляют в своих многообразных лего-сочетаниях и толкованиях то, что мы именуем Царством Природы.

На постаментах бледных монументальных фигур были видны высеченные девизы: oser, savoir, se taire, vouloir – «знать, хотеть, уметь, молчать». Как утверждают – необходимые качества для проходящих коридорами «дворца изобилия» или колледжа «силовых единиц», где с годами, от воплощения к воплощению, человечество овладевает «четырьмя видами силы» и при конструктивной магической работе, продвинутые ученики начинают именоваться «сеятелями».

На столбах, украшенных гирляндами в форме музыкальных инструментов – гитар или саксофонов, солнечных очков и нот; на фуршетных столах, к которым можно подойти в перерывах и перехватить легкую закуску, запив ее коктейлем или мартини; на стенах площадных зданий – были развешены виниловые пластинки, плакаты современных или когда-то модных и известных страннику исполнителей. Тут и там были разложены муляжи и настоящие, и картонные театральные реквизиты. Все было оформлено в яркие и сочные эротические краски в тренде стиляжных времен. Ближе к центру танцпола фиолетовый, салатовый, розовый, жёлтый и оранжевый цвета ожидаемо сливались и интегрировались в бело-золотой гамме.

Танцевальный круг на площади для трущихся задами – постепенно заполнялся напыщенной, разновозрастной публикой, в ярких винтажных нарядах на вихляющихся телах для участия в самом главном развлечении праздника. На вечерние танцы стекались костюмированные в пестро-полосатые рубашки и пиджаки старики, подтягивалась и драчливая молодежь в белых костюмах, усыпанных гирляндами микроскопических лампочек, с брюками «а ля-морской клеш», в шляпах и с «коками» в стиле легендарного музыканта. Девушки и потешные старушки в стильных платьях с узким верхом и пышным низом, с длинными перчатками на руках и лаковых туфлях на высоком квадратном каблуке. Сочетания цветов в одеждах вислозадой старушечьей рати, вероятно для создания потерянного в облаках маразма образа шаловливой молодушки, нередко были совсем безумными. Яркие носочки, косынки и шарфики из шифона поверх дряблой кожи, и много-много крупных нелепых украшений. Вызывали снисходительные усмешки их коротенькие платьица, во всевозможных цветочных узорах и в горошек всех калибров, едва накинутые на, и чуть прикрывающие «апельсиновые корки» татуированного целлюлита. И это всё и вся с восторженным ревом, как на плясках в сельском клубе, приветствовалось разгоряченным шабашем толпы.

Танцплощадка была оформлена сияющими искусственными изумрудами и ложным золотом. Сквозь распахнутый эллипс киноварных врат была видна танцующая женская фигурка, в тонких позах погибающей, сгорающей от ревности Одиллии, своей тенью так похожая на звездную богиню города. Она исступленно вила кружева танца в центре голубого пламени, осыпаемая серебряными блёстками света, сплетая изысканную хореографию в торжествующие петли змеиного коварства любви.

Девушка была совсем обнажена и русые кудри разметались вдоль стройного тела. Заключенная в сияющее кольцо софитов, она обессилено-радостно плыла, едва касаясь земли. Лицо ее излучало светлое торжество слияния геометрий тел и размеров, «познающих метафизические истины зодиака, и уже не нуждающихся в идиомах и поэтическом восторге».

Странник

Поэтической словесной мишурой не обманешь вкусившего, снявшего и отбросившего покровы с женского тела – того, кто в её гендерные разъятия с наслаждением погрузился. Это познание самого простого в естестве собственного и женского тела осознается, как высшее из доступных нашей ментальности проявлений природности.

«»

Руки девушки сжимали два горящих факела, и в отблесках окружающего пламени она была подобна демону Лилит, прародительнице Еве в огненных объятьях искусителя. Она экстазировала в танце телесных радостей, отверженная от ликов священных животных. Казалось, повторяя драму Эдема, она овладела тайной удовольствий и с явным желанием флиртовала с областью «низких» чувств изумрудного Змия, плотно обвивавшим ее фигуру. Змей стиснул круг, склещил хвост в пасти и замкнул кольцо своих объятий, коварно склеив одурманивающей слизью высокие стремления женской души, разменяв духовный труд сердца на плотский жар сплетения и оттеснив во внутренний предел её высокие помыслы.

Десс

Исстари змея, взявшая в пасть конец хвоста – символизирует и андрогинат, и разделение полов на два полюса единого целого. Причем женщине, ее органу, отдана голова змия с распахнутой пастью. Конец каждого витка жизни, символизирующего мировую эволюцию, вложен в «рот-ктеис», что порождает в женщине начало следующего цикла развития. Древние поклонялись Змию, Нагу, считая его сверхмудрым, т.к. были благодарны за познание принципов рождения Жизни и «вкушения мёда любви».

Странник

Электромагнитная волна, крохотные кванты – короткие пульсирующие отрезки света, имеют графическую форму тригонометрической функции – извивающейся змеёй синусоиды. Потому понятно поклонение древних сверкающему Змию-Дракону, так как лучезарный Люцифер по сути, воспринимается и тождествен волновой породе видимого света.

Десс

Мудрость, символом которой является дракон, становится Злом, низким коварством при ее глубокой заземлённости. Т.е. великий Дракон теряет крылья и становится хитрым Змием, который получает в земное управление лишь секс, пагубные мысли, человеческие тела и разовые эмоции.

Этот Змий, «ouroboros» древнего символизма, окружает жаркую пляску жизни ровным непреступаемым овалом. Он ведет себя гармонично женской воле, при компенсирующих дарах и отдаче во власть его желаниям – на голову его легко опирается нога девушки. Но в эзотерическом толковании, это андрогинная фигура, которая, владея формирующей энергетической средой, одной ногой, будто дьявольской стрелой, будто фаллосом упирается в овальное жерло, – в отверстие женского круга, вызывая к бессмертью дракона сексуальных эмоций. Это тайное и вечное действие берет начало из размышляющего, оценивающего центра, простирается на весь эмоциональный «хаб» личности и берет опорную точку для пуска «отравленной стрелы» в банальных движениях, шаблонных физических реализациях общего жизненного плана – и Лилит, и Искусителя. Стрела впущена в лоно, и с этого момента обеспечено ее победоносное движение под правильным прицелом, в прямолинейном полете к цели, по назначенному роком направлению.

«»

Голая, привлекательная формами и броская внешностью «императрица безумия и страсти», была по-цыгански украшена лишь монисто и изумрудными браслетами-змейками на запястьях и щиколотках. В огненном шоу, в центре танцпола она исступленно предлагала себя.

Она продолжала беззаветно кружиться в счастливом танце простых эмоций, без мыслей, без сердца, без духовного труда, без связи с высшим, когда над круглым колодцем площади, над танцем радости животной жизни послышались громовые раскаты и шелестящий звук змеиного шипенья летящей стрелы. Вдали слышался нарастающий грохот, липкая серая паутина затянула простор, заполнила собой все небо, и над городом воспарил огромный осьминог. Восстал повелитель животной энергии над божественным разумом – тёмным дымом клубящийся двенадцатиглазый паук победы лживого слова над благородным поступком. Ненасытный кракен валентности тел и либидо – вперяющий щупальца якорей в женское дно.

Стрела вонзилась в брусчатку и над беснующейся, стенающей, орущей и кувыркающейся толпой сверкающим шаром кадуцея вспыхнуло искусственное солнце.

«»

В наступившей тишине из столба дыма проявилась и реализовалась астральная фигура. Владыка Даат – Змей искуситель, победитель вселенной, сплетенный в шестиугольную петлю, реализатор Задуманного и Завершенного, который и пал на землю.

Как ужасный и великий Абраксас на огненном коне, с горящим синим огнём между рогами, он появился на распущенных крыльях летучей мыши.

«Он великолепен подобно льву во мгновение, когда тот повергает ниц свою жертву. Он прекрасен, как день весны.

Да он сам великий Пан, что значит Все, и он же малость. Он и Приап.

Он есть монстр преисподней, полип (многоногий), тысячерукий, воскрыленный, змий извивистый, неистовство само.

Он же Гермес и Афродита низшего начала.

Он есть святое совокупление.

Он есть любовь и ее умерщвление.

Его познать – недуг.

Ему молиться – смерть». – Так описывает его Василид Александpийский.

По мановению его руки появилась золотая тронная колесница, на которую взошёл Он, а все приближенные – и мертвая неявь, и живучая нечисть, упали ниц, восславляя его победу над тайной вечной жизни, его умение пользоваться скрытым для других знанием бессмертия. Пали пред ним, воспевая хвалу и вознося триумф повелителю земных миров и сфер.

Ритуальная конка, богато украшенная, как небесная колесница Гермеса, зазвенела по выпуклым булыжникам площади. Под золотой рамой вращались колёса, окованные золотыми гвоздями, ободья которых – вихревые образования, служившие Ему для круговращения судеб, реинкарнаций и человеческих жизней. В Книге Иезекииля подсказано содержание. «А ободья – высоки и страшны были они; ободья их у всех четырех вокруг полны были глаз».

Кубическую повозку везли два контрастного окраса полузверя: левый черный, правый – белый, несущие девиз монументальных площадных фигур – oser, se taire, savoir, vouloir… Эти запряжённые звери, то ли грифоны, то ли сфинксы, принадлежали к касте высших обитателей, превосходящих властью и подчас помогающих человеку своим протекторатом.

Крылатые хомоанимусы заинтересованно смотрели друг на друга, но дружно тянули квадратную вагонетку по поверхности глобуса площади в разные стороны. Как известные персонажи басни И. Крылова, в которых «согласья нет», они символизировали пару звездных сил «великого падения» – полюсов главного природного творчества всеобщего «астрального вихря» – закрученного противодействия, явно намекающего на сочетания сил притяжения и отталкивания мужского и женского начал в единой упряжи мировой жизни.

Победитель въехал на площадь в сияющих доспехах, похожий на шекспировского драматического героя. Смотреть на начищенные до зеркальной поверхности наручи и латы было больно для глаз.

В красочный квадратный фронтон колесницы был вчеканен двойной символ «йодхевы» – кадуцей в виде крылатого солнечного диска древнего египетского Бога Солнца, значения и объяснения которого различны.

Странник

В египетском символизме монументальная вертикаль лингама и обвивающие спирали оппозитных энергий орнамента, не имеют оси вращения, такой как в меркурианском жезле. Они проводят неукрощенную, неупорядоченную энергию с горизонтальных полюсов, с крыльев Бога – к центральному голубому солнцу, символу бесплотного и божественного непорочного зачатия и порождения.

В жезле Гермеса крылатые венерианские змейки, трущиеся и обжимающие спазмическими кольцами золотой шпиль Марса, также не имеют точки опоры, но есть притягивающий и объединяющий центр вертикального устремления их желаний доступа к человеческим энергиям. Три с половиной витка по меркурианскому жезлу, как и по вертикали позвоночного столба закручивают и змеи Гермеса, и тройная огненная сила буддизма – «змеиная» сила кундалини. По соленоиду позвоночника пульсируют высокие идеации, оживляющие энергетические центры человека, последовательно продуцируя в нас – в «биороботах» и анималобогах, токи жизни. В нас вибрируют вселенские переменные потоки ментальной энергии, приливы и отливы космического океана ноосферы, оживляющие наши эмоции и тела, по мнению некоторых уфологов, искусственно созданные «богами». В крови плещутся главные энергетические реки плоти. Божественным серпантином трепещут в нас вплетенные ленты жизни: «розовое мулине» иды, «сиреневые цветы» пингалы и ало-золотой «рудра-жезл» сушумны – с сияющим солнечным шаром-диском, символизирующим светлый, каким, как-бы, должен быть по задумке создателей, разум «хомо-сапиенса».

Десс

У Князя земли кадуцей не несет такую высокую миссию, как для жрецов Греции, Рима и посвященных Египта. В его геральдике металлический жезл – намагниченный столб, карусель вращения женских тайных мыслей и низких эмоций, символ гипнотизирующей силы мужской эрекции, полового слияния и естественного размножения природы, – его «жезл» достигает лишь до пупа.

«»

Нависающий лазоревый шатёр открытого, без окон, экипажа походил на балдахин с золотыми пентаграммами, укрепленный на четырех столбах. Со стороны белого сфинкса – золотой и красный столб, с другой стороны серебряный и лиловый.

В кубической колеснице под усеянным золотыми блёстками потолком между столбами стоял Великий Соблазнитель, – знаток сокровенных тайн проникновения, практик-разрушитель и вечный обманщик – Победитель мира, празднующий свой триумф. Он явился, увенчанный семиконечной золотой короной, окованный панцирем Знания и Победы, одетый в бронежилет с оберегами – охранными пентаграммами, обозначающими правильность мысли и логики, правильное эмоциональное насыщение желания и безошибочность в реализациях физического плана. На правом плече Победителя красовался белый полукруг утончающей реализации восходящей Луны, на чешуйчатом левом – убывающий зазубренный серп, как звездная способность Даат силой мускулов, армий и кровавых революций порождать тёмную власть над земными формами.

Странник

Серпентум – изогнутый, извивающийся змей – эзотерический символ ущербной Луны. За период каждого лунного месяца спутница Земли петляет, вяжет на небе синусоиду из ненастоящего света в вакууме пространства. Из ранней она становится полной, затем – ущербной. Извиваясь своим брюхом то вправо, то влево по координатам небесного свода, мёртвый спутник как бы «ползет» по тригонометрии абсолютного холода. Должно быть отсюда берут истоки поклонения Луне как змеевидной Лилит, или самому Змию, который является и управителем женщины, подчиняя ее физиологические циклы изменениям Луны. Легенда об Искусителе также может быть связана с космической ночью разума – с омороком чувств, когда совращённая чувственным временем суток любопытная Ева возлегла под него.

Десс

В правой руке Победителя сверкает жезл Гермеса, украшенный глобусом, на который опирается куб, поддерживающий трехгранную равностороннюю пирамиду с всевидящим зелёным оком. Тем самым настаивая, что его «дух» доминирует над «формой», а для последней земной шар служит материальной опорой. В левой, бритвенным лезвием вниз, остро сверкает «Дин Гир», Меч Победы – очень важный смысловой атрибут. Это и оружие войны, физического уничтожения, и убедительное остротой мысли, образное слово в битвах на научных диспутах и в победах на эмоциональных полях поэзии и чувственной капитуляции.

«»

«Справедливый Повелитель» стоял в ярком освещении лучей рампы, переходящих в нереальный радужно-полосатый свет – в зеленых, лиловых и красных, а затем в серебристых, желтовато-зеленых и синих оттенках. За Правителем, стоя на подножке экипажа в расшитой звездами ленинской кепке-клоше, украшенной бубенчиками, потешал и потешался над народом картавый обманщик. Он по-разному выглядел, менял человеческие формы, насмешливо кланялся и иногда представал в обличии чёрной вороны, кому-то мерещился в образе кота, кому-то в образе смазливой девицы или чёрта.

Повозку Победителя окружали учители солдат школ разрушителей. Они шли, одетые в красные одеяния, и без устали катили по земле и несли орудия пыток и смерти – гильотины, дыбы, окровавленные палицы, мечи и топоры. Над ними, перемешивая муку из костей покойников с жертвенной кровью, извивалась и шипела «мать» американских племён и трущоб – Тонанцин, сестра Лилит – Богиня-змея ацтекского пантеона, древняя повелительница первых людей и покровительница падших женщин.

Безумствующие дикие шакалы, летучие мыши и жабы, ползучие гады и черные собаки визжащей, рыкающей, вопящей бесплотной толпой завершали этот парад низких и падших – эту, замораживающую в жилах кровь, жуткую кавалькаду земных испытаний, страшных мучений и смерти.

Все в шествии было четко и определенно. Рука дающего и карающего Владыки Нижнего Мира, дамокловым мечом распростерлась над толпой, как знак космической казни или приказ падшим принести в жертву себя или совершить убийство во имя Его. Те из неприкаянных, кто только появился в Нижнем Городе, впервые увидели тень Белиала, своего повелителя, и притихши стояли на площади взволнованные и бледные лицом в тягостном трепещущем ожидании зрелища соединения с жуткими демонами.

«»

Красавица остановилась в танце. Она стояла в стороне ото всех – молодая и с виду девственная, а над ней искрился и сверкал призрак Лилит. Юная обращенная знала о предстоящем, и уже жаждала подарить победителю свое тело. Пусть и при всей нечисти, собравшейся на площади. Потому, глянув на чеканку фронтона колесницы, она ответила Повелителю ласковой улыбкой, затаившейся в похотливом разрезе упругих губ, и сумасшедшим блеском влажных глаз. Показалось, что они знакомы, и познакомились не здесь и не сейчас – на площади, а давным-давно в буйных кущах первозданных небесных садов.

Он свысока и снисходительно кивнул ей.

– Не будет тебе покоя, женщина! Ещё на небесах, в темных зарослях Эдема я воткнул в тебя сладкое жало, наполнил и отравил тебя жгучим ядом нетерпения, чтобы твое тело и мысли пребывали только в моей власти! Страшной стрелой Приапа, стрелой испепеляющей тоски, тоски желания, устремившейся в самое глубокое в тебе и в самое сердце, я ожёг твое тело первой тайной страстью. Пронзенная болью неутоленной восхитительной любви, ты каждую ночь будешь вечно приползать ко мне, в моё полное распоряжение. Приползать безвольная, с пересохшим ртом, полностью моя, на все согласная и покорная!

Десс

Побеждающие женскую волю слова и порожденные желания нистекают щекочущей влагой в набухшие бутоны женских губ, раздвигаемые силой железного органа мужского тела. Прирученное либидо открывает скрытый смысл и символизм женской фразы «… никому его не отдам». Сердцем, пронзенным стрелой Амура, раскрываются лепестки новой жизни и потенциал новых поколений. Им увязываются воедино и потоки высокой любви, и хаотично неприкаянные, броуновские движения низкой похоти. Беспринципные возможности совокупления и бессмысленная раздача золота любви «случайному прохожему, на кого мое желание упадет», порой не работают – бессмысленность капитулирует и капитализируется в опыт внутренним несогласием. Мужской напор, ориентированной на конечную цель, обладает способностью подчинять, но лишь при условии материализации женских чаяний. Линейная мужская воля пронзает её «восточную» культуру соблазнов и сомнений на уровне осознания, что трепетно ожидаемое уже свершилось, и «принц» рядом. Тогда влюблённое сердце и «вологодские кружева» интимных фантазий, и жаркий чувственный отклик и покорённое тело, живо соглашаются на связь и симпатию, смиряясь с твердым требованием мужчины быть для него, по-жизни, эмоционально валентной.

Странник

Да, женщины часто подпитываются из звездной бездны чёрной энергией Денницы. Отяжелённая темной и тяжелой фракцией, первозданная чистота отношений бросается жертвой в закопченную топку нижнего «котла желаний», в омут «дань-тяня». Но согревает он и освещает лишь полумрак небольшого и пахучего пространства для притяжения «самца» – мрак её «влагохранилища» или мужской «земли обетованной». Огонь отрицательной энергии «кочегарки» тела, – этот злой огонь трения греет лишь жадную утробу женщины. И эта «голубая лагуна» массовых заплывов, отменно вкусив, уже не «просит мщения» за каплю крови на простынях, выписывающих девочке билет из мира воздуха и цветов, из мира флоры, в положение фаунической особи. На этой капле она въезжает в мир жидкостей и жёстких эмоций особо приглашённой, почётной гостьей и главной звеньевой, вставляясь в цепочку царства животных отношений. Забывая первичное, зачастую, отвращение, женщина начинает сама стремиться и быстро научается получать безумное удовольствие от процесса. Не забывая при этом насылать проклятья на головы мужчин за «использование и осквернение» ее тела, за «загубленную молодость» и за тяготы вынашивания детей весёлой ночи. Часто у тех женщин, кто своим холодным выбором «молочных рек и кисельных берегов» обильного финансового будущего в постельных объятьях кого-то, не сужденного судьбой, бросает в жабу своей жадности дарованное благо с суженым небесами, – рождаются в наказание больные дети. Если это случается после клятвопреступления, после предательства «любвидогроба» – дети получают серьёзные болезни и уродства в наследство от брезгующих предначертанным, от гулящих за богатством их меркантильных матерей.

Десс

Женщина изначально носит в себе семя Ящера, которое в период плодоношения прививается будущему ребенку. И процесс его перехода во внешнюю жизнь, со всеми страхами и переживаниями воплощающейся души, происходит в кромешной и липкой темноте «мариинской впадины» женского чрева. Змей-искуситель дарует свой образ будущему младенцу в нижних позвонках. Передает облик по праву первого, впечатавший его навечно в женскую суть Евы, соблазненной им еще до проникновения в нее Адама. Из поколения в поколение проявляется эффект высшей небесной телегонии. И в женской матрице воспроизводства, на ее «типографском станке», на ее передовице на всю жизнь отпечатывается заглавными буквами генетический образ Того – первого, кто познал и оплодотворил женщину, даже если попавшее семя не проросло и половой акт не разрешился беременностью.

Современные приборы дают возможность наблюдать, как Землеустроитель участвует в развитии зародыша. Формирование плода дает возможность видеть, что на первых неделях у него изначально присутствуют характерные признаки ящероподобного существа, маскирующиеся потом под форму человеческого тела.

Странник

Можно ли говорить, что женское «лоно» является некоторой лабораторией, где божественные способности секвестируются до пяти несовершенных органов человеческих чувств? А операционные возможности мозга урезаются до нескольких процентов КПД его работоспособности, и ограничиваются представлением о мире лишь в трехмерном пространстве с ничтожным восприятием диапазона космических вибраций? Возможно ли рождение новой, очищенной от семени змея, расы людей, если оплодотворенные клетки будут взращиваться в непорочных светлых залах и прозрачных пробирках генетических лабораторий? Эти и иные подобные вопросы зависают в пространстве.

Жизнь полна примитивных фаллических символов древних капищ и смыслов из сочинений Набокова, Мопассана, Валье Инклана или со страниц Толкиена. Где адепт, надевая кольцо Евы на «палец», попадает в услужение тёмной стихии Саурона – Победителя, научившего и засеявшего её «поле» ещё в зарослях Эдема, погрузив в цветущую девственность зерно желания фаллической прелести, всюду заметное и находимое оком первого «пахаря». Он видит опасность чистоты Духа и собирает на войну армию своих подданных, павших в совращение и отвратившихся от закона Креатора. А воины высокого просвещения поднимаются против князя размножения, против рабства и зла инстинктов натуры. Но освободятся они от гнёта, только расплавив кольцо «вулкана страстей» влагалищной чувственности – в лаве очистительного ада.

«»

Люциус хлопнул в ладоши, и повозка превратилась в царское ложе. Именно на нём лишится королева изящных форм и зажигательного танца своей ментальной девственности и природной невинности. Мессир отдал приказание привести королеву, и летающий баран, поросший голубоватым руном, в глазах которого светилось явное любопытство и предвкушение, поставил обнаженную девушку в «позу познания» на возвышении жертвенника. Излучая торжество своего права первого, Люциус грубо и победно погрузился в царицу бала на глазах у присутствующих. Стоит отметить, что многие женские особи, находящиеся при этом, откровенно ей завидовали. При этом женские взгляды были полны как зависти, так и ненависти к «счастливице».

Десс

Технология произрождения себе подобных передается от формы к форме посредством слияния освящённых желаний обеих полов. Причем, в этом единстве желаний слияние, не как процесс, а как явление, должно быть аналогично сущности Творца. Однако низкие желания породили в вас андрогинное и ленивое к развитию существо, которое со временем и по собственной воле заменило на технические «прибамбасы» и техногенные изыски, отпущенные небесами зерна природных способностей – врожденные способности человека к ясновидению, телекинезу или интуитивному предвидению. И, вместо черпания истинных знаний из космических истоков – из ноосферы, ленивец обильно кормит свой «оцивилизованный», размягченный и оплывший мозг информационным мусором – «биг-маками» и «хот-догами» самодельных статей интернета и тысячекратно пережеванными отходами «аналитических» теле-радио и иных передач.

Мужская сущность сконцентрирована на неусыпном желании созидания, а женская – на пробуждении энергий ото сна и порождении. От сплетения и сочетания сил их желаний зависит здоровье (в основном от женщины) и родовые признаки (в основном от мужчины) младенца. Синергия слияния физических и душевных качеств может быть, как положительной, и тогда сочетание сил будет гармоничным и долговременным, так и отрицательной – т.е. несочетаемой, патологичной и несовместимой в рождённом ребёнке.

Странник

Если нами видится четкая форма – не важен смысл речей. Перед нами гарцует желанная и не объезженная нами кобылица, смачная, ещё не взятая «на зуб» «конфетка». Фантазии полушария логики лишь хватает, чтобы создать необходимые условия для решения данной задачи, чтобы перевести чувственное состояние женщины «из пункта А в пункт Б».

Мы лишь малоэмоциональные индикаторы результата неоднократного процесса. Женщины же живут процессом неоднократного результата. И это вне нашей логики. Мы видящие. Они слышащие. Мы любим глазами эстетики интеллекта. Они слышат ушами эстетики эмоций. Бывает они любят от скуки или по простой физиологической необходимости. Жадно желающая женщина, глядя в глаза входящему в неё партнёру, скорее всего и не видит реальный образ, он не важен, ей всегда нужно дополнить его фантазиями. Закрывая глаза, – образ мужчины становится расплывчат и приобретает космическую загадочность. И его уже не существует, даже если он двигается в ней. Потому экземплярам противоположного женскому пола достаточно быть лишь чуть краше обезьяны и обладать магнетизмом голоса.

Десс

Слова, слова – слова. В словах желания, завёрнутых определённым смыслом основного намерения, и в тонизирующей вибрации женского ожидания – гипнотически звучит волшебная дудочка индийского факира. Её мелодия питает внутреннее животное и оно влажно чавкает и телом и мыслями. Особенно активно – при нарисованной словами картинке «тучных коров» ожидаемых благ и светлых перспектив. Слова в обёртке цветных обещаний – незаметно ведут женщину к постели по розовым лепесткам сладких грёз, в облаке очарования гипноза и магнетизма либидо. Наваждение пульсирует, пока не задует порывистый ветер реального положения, сдувающий словесный туман, и она не обнаружит себя на продавленном матрасе уже обнажённой, ритмично двигающейся и насыщающейся сексом.

Странник

Женское тело и чувственность относится с сексу, как к дозам алкоголя. Некоторым по нраву состояние приятного опьянения от ощущений долгого удовольствия, без ожидания выносящего мозг оргазма, а в некоторых случаях, – и неприятие безбашенного финала. Иным нужны большие ударные дозы, сносящие голову до потери памяти и собственного осознания где они, с кем они и что с ними происходит. Эти «счастливицы» – настоящие сексуальные алкоголики, легко кончающие с разумом бытия и обстоятельствами места и времени, лишь бы напиться плотью до телесной одури и чувственной одеревенелости. Эмоции первых контролирует разум в допустимых им пределах. И это не значит, что они асексуальны. Они пьют ощущения, как дорогое вино, как играющее радостью праздника искрящееся шампанское, для получения тонкого удовольствия от изящества и эстетики секса в полном осознании происходящего – с кем, где и когда. Вторых разум вовсе не контролирует. Его присутствие беспощадно топят в сладких, медовых потоках чувственности. Они упиваются сексом с любым бродягой и обпиваются им. Их затягивают на дно оргазма зыбучие пески расплавленного в чувственности Эго. Моментальные расставания с телом имеют для сексуальных женщин последствия, иногда схожие с тяжёлым похмельем или наркотической зависимостью. Женщины, обладающие отрицательным соотношением сил в противостоянии эмоций и разума, готовы отдаться любому и завалиться в постель с любым, вдоволь утоляющим их жажду, опоившим их сексом до полусмерти и похмеляющим вновь и вновь ударной дозой оргазма.

Десс

Вибрация или цветность совокупных сил притягивает соответствующую энергию космоса, которая играет не последнюю роль в судьбе рождения. Согласно мифам австралийских племен в оплодотворении женщины участвует и некто третий – незримый ими Змей-радуга, придавая человеку соответствующие притянутому лучу – яркость ума, цвет чувств и качество тела. После появления на свет, продолжительность жизни новорожденной сущности зависит только от наработанной кармы и силы её собственного желания жить.

Странник

Сочетания энергий складываются в почти математические уравнения. В простые и сложные уравнения взаимности «да» или взаимности «нет». Космические символы преображаются в многоразрядные числа физики тел, в десятичные разряды эмоций и в единицы чистого сознания. При приближении к высотам гармонии, в процессе эгоического очищения одноразрядные цифры очищенного разума коронуют слияние с Единицей на вершине золотой космической пирамиды.

А, вообще, мимо, и в нас самих, проносятся и кружатся с немыслимой скоростью астероидные пояса альфа-и бета-осколков никчёмных знаний, прошлой любви и неоцененной жертвенности – оторванные вихрями разочарований лепестки оболочек наших наивных эго, изъязвлённых потоками всепроникающей силы взаимных обид и упреков. Разъятые для объятий сердца расстреливаются жесткими лучами враждебной энергии бывшего взаимного притяжения, И мы все участвуем и омываемся, барахтаемся в этих замутненных потоках и бытовых «отходах» былых чувств и осточертевших отношений.

Десс

В критических условиях и пропорциях «давления и температуры» в массе вещества удаётся ускорить реакцию распада и сбросить с орбиты остатки заплесневевшего, отработанного и бесполезного жизненного балласта. Обычно ускорение и освобождение от него приходит с выстрелом в сердце «пучком электронов» новых чувств и интересов. В результате такого «обстрела» в глубинах вспыхивают разряды «короткого замыкания», разносящие в пух и прах известные и наскучившие уже и время, и пространство, и материю связи, выделяя разрушительную энергию распада. Изменение ментальных основ или падение на эмоциональное ядро паутины возбужденной мысли и горячего желания уйти с устойчивой при жизни орбиты, – стирает многолетнюю пыль ожидания с разума «эго». Вызывая этим разрушение бессмертных, некогда, для человека понятий и жизненных принципов, с выплеском на орбиту гамма-энергии нового кредо новой ментальности. Что очень схоже с пламенем «тысячи солнц» в «извечной тьме беспредельности». Возникает двойная операция исхода жизненной энергии и гибели прошлой любви и прошлой жизни, как в жизни осыпавшегося и вспыхнувшего атома, так и в жизни возрожденного человека. Однако в зарослях и складках новой «пересечённой местности» скрывается много подлых и хитрых «стрелков» и, соответствнно, изнывающей от безделья и неудовлетворённости, глупой женской дичи, желающей всадить себе в задницу заряд новых ощущений. Стоит лишь какому-либо проходимцу «с ружьем» подобраться поближе, понять «кудахтанье» дамы (либо иного неудачника) о несбывшихся желаниях, и их когда-то кудрявые, но со временем «полысевшие» эгоические мечты. Затем он приоткрывает прикормленной клиентуре завесу иного – «светлого и богатого» будущего, или пребывания ее в ином качестве и оформлении. Тут же ему стоит показать на мгновенье пьяняще красивую жизнь «прямо здесь и сейчас», заказав, для примера, по-простому и для простушек, феерический вечер на зарубежной веранде у теплых волн ласкового южного моря под стрелами сверкающего звездами неба, щекочаще-покалывающими подбритые низы ее интимных зон. Конечно не обойтись и без вкрадчивого убеждения, что человек, в данном случае женщина, достоин этой фантастически приятной жизни в жарких объятьях фортуны, и что эта жизнь может состояться и длиться вечно, если сокрушить стоящие на пути преграды. И без промедления, тут же, указать врага – того, кто мешает, кто является главной преградой для достижения, маячущей перед охреневшими от восторга глазками, «морковки для осла» и «забить заряд» обещаний. Обычно, поднатужившись по-утру, она с утренней колбаской выжимает из тела и принимает мысль, что врагом является, и незамедлительно назначается тот, кто ближе всех к тушке ума и тела убедительно ощипанной «дичи», будь то реальная личность, близкие люди или государственный строй. Так одурачивают «шановних панов» для бытового, мягко говоря, непотребства – для предательства своих близких и родных. Так вербуется «пехота» смерти – фанатики и адепты преступлений против человечности. Так соблазняют женщин.

Странник

Взаимная карусель либидо «не возникает из ничего и не исчезает бесследно». Возможно, она возникает в автоколебаниях «кристаллической решетки» человеческих систем, как нарастающая энтропия существующего эмоционального поля изнутри, или как следствие импорта чувственного магнетизма извне. Возможно тогда резонанс чувственности приводит к разрушению заизвестковавшихся интимных связей, засахаренных со временем отношений и демонтажу «строительных лесов» привычного состояния сознания – для того, чтобы создать новые структуры нового качества и новые траектории эмоционального развития.

Мужская альфа-программа сочетающегося либидо, программа носителя кода, скачивается и открывается женской буквой Великого имени арамейского алфавита – операционной системой «хе». И отправляется в печать, или не открывается к «печати» на ее внутреннем устройстве. В зависимости от знания входа и ключа к ее открытию, совместимая «эмоциональная» система женщины готовит к реализации вводимую в неё программу, и переводит первичные символы во вторичные производные при завершении загрузки в женский «3D принтер». Вводятся и загружаются сила и возможности тел для различных вариантов сочетания сознания и действий: или с яростным желанием, волей, или с холодным, безэмоциональным разумом. Хорошо сочетаются сила с яростью, и сила с осознанием. Чувственное желание и здравый смысл, или разумная воля и неотягощенная оценкой происходящего мудрость природы – в таких ситуациях равно значимы, но не сочетаемы. На выходе – порождение младенческой судьбы в ментальном теле ярости или холодного расчета с условиями его жизни в рамках возможностей среды, и ограничений, накопленных кармой. Той судьбы, которая сызнова программирует разные «вау», как третичные фаллоимитаторы «йода», или вторичные «секонд-хе» – аранипринтеры, вновь и бесконечно сочетающиеся в дальнейшем для формирования новых программ и судеб, открывающихся в мир и реализующихся в природном трёхмерном формате материи.

Эффекты слияния можно рассматривать, как результаты преодоления пороговых барьеров обособленной жизни, используя резонанс чувственности и когерентность либидо. Или как результат включения механизма положительной обратной связи, взаимовозбуждения, ускоряющего вход и преобразующего инерцию линейного движения в парный качающийся ритм с совместным возвратно-поступательным усилием.

Десс

Публика и актеры, зал и сцена. Наполняющие зал, ложи, партер, ярусы, галерку, бельэтаж и все оставшиеся театральные «ёмкости» зрители и актирующие особи, – не связаны между собой во время спектакля. Они рядом, но пребывают в ином эмоциональном измерении. Отношения складываются и рассыпаются в приставках и междометиях динамики лицедействующего на сцене шута, и статикой наблюдения – от пассивного, вначале, присутствия глазеющей и офигевающей от перфоманса публики. Но уже в игре развязываются затянутые узлы эмоций и завязываются незримые нити между отдельными «игроками» и отдельными «любителями театра». То есть, зарождаются некие взаимосвязи с первыми тайными потоками интереса «из-под ресниц», а затем – публичными и явными знаками внимания. Причем отношения между вошедшими в случайное соприкосновение партнерами складываются по-разному. По-разному и структурно, и функционально, и технологически. В данном случае и жизненная сцена активности, и ожидающий действа зал – часто меняются местами. Привлекший внимание кого-то из «зрителей» актер – становится вовлеченным в совместную игру с лично отмеченной им, с раскрывшимися навстречу эмоциями, заинтересовавшуюся им особью. В нём или в ней – в той, «глазеющей из толпы» и обоюдно заинтересованной. Т.е. каждый становится и сопереживающим наблюдателем, и соучастником флешмоба зарождающихся отношений, и, в дальнейшем, непосредственно действующими лицами «маленьких трагедий» из жизни командоров, донкарлосов и лаур. Трагедий недолгих лет жизней, отмерянных судьбой. Трагедий, как мужчин, так и, в особенности, женщин.

«Ты молода… и будешь молода

Еще лет пять иль шесть. Вокруг тебя

Еще лет шесть они толпиться будут, … Но когда

Пора пройдет, когда твои глаза

Впадут и веки, сморщась, почернеют…

И будут называть тебя старухой,

Тогда – что скажешь ты?» – Так вопрошал героиню из «Маленьких трагедий» Пушкин.

Странник

В поэмах, сказках и побасенках иногда заключается глубокий жизненный смысл, как, например, в баснях И. Крылова, из которых порой выуживается понимание, что каждая душа проходит в своей жизни два опыта «посвящения» – не только «светлое», но и «тёмное», чтобы в дальнейшем распознавать и – или отторгать, или следовать полученным ощущениям, и поклонятся чему-то одному. Чтобы двигаться либо под влиянием сил перманентного «ракообразия», либо под влиянием небесных сил «лебединого» полета, или сил «возрождения» в потоках живой воды любви и незапятнанных эмоций. Различимы фракции «светлого» секса и потоки секса «вязкого», что дает в сочетании и совместно с природными склонностями и уровнем материальности – или «белое», или «чёрное» посвящение в ее дальнейшем пути по миру «сексуальностремительных» сил. Чистое – способствует эволюционному восхождению в область раскрытия сознания и достижения эмоционального и психического совершенства. Мутное посвящение в совокупление сил, завлекает «эго» в область материального и оплодотворяет сознание тяготением к кандидным, «органолептическим» ощущениям тела, мешая реализации женской (да и мужской) судьбы и ее эволюции.

Аналогия жизни женщины, принявшей «мутное посвящение», явно представлена в драматическом произведении В. Шекспира – как бы трагедии «Гамлет», который видится со стороны, как пересказ более древней комедии от народа.

«»

Десс

Я знала, что мы встретимся. Не правда ли, сегодня женщина была востребована и была этому рада. Она играла на выигрыш в рулетку адюльтера с Самим. У неё хорошо получилось, и она была временами просто счастлива в чувственном полете. Это и моя игра, и я всегда наслаждаюсь, участвуя в игровом действии, в восхитительном спектакле перехода женщин в микросмерть оргазма. Все больше и больше ценю это чувство, которое мне дарят женщины, за бесконечность совершенствования.

А смерть любви, как и всякая смерть – представляет собой уникальную возможность пробудить к последующему познанию своего подлинного «Я», своего внутреннего «зверя», который представляет на великом космическом ложе микроскопическую вселенную каждого из вас. И ваши «вселенные» вечно находятся под влиянием основного инстинкта – природного закона «притяжения» друг к другу или «отталкивания».

И подобно тому, как «друзья актеров идут за сцену для того, чтобы поблагодарить их за хорошее представление, друзья «умирающего» должны собраться для того, чтобы помочь ему выйти из своей смертной роли». Им «следует отдать ему должное за участие в представлении и, даже более того, отметить событие вином и танцами или с помощью каких-то других ритуалов, которые «умирающий» выбирает по своему вкусу». Это великое пробуждение к новой любви и к новой жизни.

Земная богиня Гея была силой познана братьями олимпийцами. Если судить по количеству катастроф, павших на головы смертных, населявших Землю, – то раз пять или шесть. Каждый подход к ее телу сопровождался уничтожением потомства от предыдущего Бога. Так поступают некоторые виды животных. Вожаки встают во главе прайда или стаи для воспроизводства на свет своего потомства. Но воцарившиеся вожди племен и вожаки обезьяньих стай, в свое время, также низвергаются в прах более сильными и молодыми претендентами на трон и гарем, который наполнен или покорными, или любопытными, или безразличными к тому, кто конкретно их имеет и от кого они несут потомство, самками. И тогда обветшавших, плешивых старых львов унижают и раздирают на потроха и сухожилия даже гиены.

Что же было в космической судьбе притяжений и брачных игр и сочетаний Геи? Кто был ее первым и кто последующими? От кого она породила водный мир, мир земноводных пресмыкающихся и «грунтовых» динозавров? Можно представить, что летящие кометы апокалипсиса, как приближающееся неотвратимое соитие, вызывают любовный трепет земной жизни в томлении и предвкушении будущего. Космическая твердь небесных болидов, как вторгающийся фаллос, несущий революционный хаос и катастрофы в женской душе и теле Богини. Летящий во влагу морских лагун «ужас» – это посланец, космическое приглашение к интимному танцу, это вязкие стрелы Эроса! Это молния Фохата, вызывающая электро-магнитный спазм, встречный импульс разъятой материи. Это супер спермоматериал, оплодотворяющий в очередной раз планету и вызывающий удовлетворённый стон, и усталый облегчающий «ох» матушки Земли. Само взамодействие и влияние планет говорит о непрерывном развитии и изменении их роли и места в космической иерархии. Зарождается новая жизнь, новые биовиды, вспыхивают разумом грани новых цивилизаций, которые, как и подобает любящей матери, любовно пестует Гея в процессе умственной «доводки» – эволютивного, дарвиновского цикла их взросления.

Все есть мысль. Так ли сильна телегония, вливание в женщину и ее опечатывание «сургучом» чужака, или «клеймение тавром» первого? Да, наверно, но при условии, что близость была сердечной. А если нет – то начинается борьба между ментальным девичьим образом «героя», чемпиона ее фантазий и грез, окрашенным ее чувственным желанием и трепетным влечением, и между материей жидкости, реально оплодотворяющей ее чрево. Когда образ влившегося генома рода не вписывается в золотую раму картины женского идола – происходит искажение, приспособление вошедшего (при сильном оттиске первообраза) и придание ребенку черт идеала «по первой «фотографии». Но возможно и внешнее уродство, порочность развития и несчастья порожденной судьбы при неверно избранном идеале первой «женской мечты», или более сильной днк-печати вошедшей энергии. Если зачатие происходит, когда женщина в любви, то прежние образы мужчин стираются и ребенок рождается «по образу и подобию» на ней сейчас лежащего и глубоко её нутро познающего.

Странник

Телего́ния – опровергаемая биологическая концепция, утверждавшая, что спаривание с предшествующими, а, особенно, с самым первым сексуальным партнёром – существенно сказывается на наследственных признаках потомства женщины, рождённого в результате спаривания с последующими. С позиций науки данное представление —заблуждение, которое не основывается на экспериментальных исследованиях и не совместимо с известными механизмами наследственности.

Однако, как объяснить из опыта прошлого право первой ночи и то, что нередко, при сексуальных контактах белых людей с местными племенными женщинами далеких стран и островов – те переставали рожать или рождали детей, не дающих потомства, как помесь коня и ослицы. Возможно от такой «коновязи» исчезали и вырождались и разные виды проточеловеков. Их забирала Великая Мать за ненадобностью, как гонят с арены эволюции цивилизацию, отработавшую свой номер вселенского клоуна. Но тогда, возможно, и следует вывод, что ранние типы принадлежали к разным генетически несовместимым или независимым видам, как группы крови, и они не могли воспроизводиться в сочетании и при слиянии. Для продолжения рода, жизни клана или стойбища они добровольно отдавали своих женщин неочеловеку, возможно обладавшему «первой группой» спермоматериала. Согласно Вечным Книгам такое происходило и ранее, при контактах богов с «дщерями человеческими». По женской линии – мы «гологузые» приматы. По мужской – великие боги. Это доказывается и тем, что генотип женщин не менялся 200 тысяч лет и имеет, по мнению учёных, общую прародительницу негроидного типа. А в геном первочеловека, согласно анализу информации из древних писаний шумеров, был вживлен божественный элемент приговоренного первобога-бунтаря, известного под греческим именем Промета.

Но вернемся к телегонии (производное от «теле» – далеко и «гони» – рождение) – к науке, которая утверждает, что на потомство женской особи влияют все ее предыдущие половые партнеры. И особенно – первый мужчина. Именно он, а не будущий отец ребенка, закладывает генофонд потомства каждой женщины, вне зависимости от того, когда и от кого она будет рожать своих детей. Он, нарушивший девственность, становится как бы генным отцом всех будущих детей женщины.

Естественно, что в настоящее время у этой теории бесчисленное множество противников. Но заводчики элитных голубей знают, – если непородный голубь «потоптал» породистую голубку, – eё сразу убивают, потому что в её жизни, даже при самом «элитном» супруге, у нее будут всегда нечистопородные птенцы.

Когда начали проводиться на территории Союза международные фестивали, стали фиксироваться факты, когда русские девушки рожали от своих белых, генетически здоровых, – от СВОИХ мужей – детей «ни в мать, ни в отца, а в черна молодца». Практикующая медицина считает, что причиной появления этих детей была генетическая мутация хромосомной цепочки и годы назад происшедшая внебрачная связь стала виной дальнейших семейных трагедий.

Во все времена в тайных адюльтерах «прививались» чужие «черенки», и рожались одичавшие саженцы – «дички» в благородных садах, и прорастали семена беспородных «огурцов» на ухоженных «огородных грядках». Женщины отдают себя в животную, примитивную жизнь и привносят в технологию порождения своего потомства ещё и интеллектуальные и иные ограничения плода. В избранном ими образе сексуальной жизни и генетических искажениях отражаются женские лики смерти для творческой и разумной жизни ребенка, рождаемого, в общем-то, на благо.

Что тут скрывать, вечные «девочки банного массажа» или «добрачные женщины», особенно из числа многочисленных проституток, «диких» или организованных «эскорт-услугами», и сегодня часто дарят своим «законным» скрытые плоды, без разбора интенсивных, добрачных половых связей – юных наркоманов, токсикоманов, детей инфицированных СПИДом и вирусом «зика», гомосексуалистов, умственно неполноценных, или психически больных бесноватых потомков.

Десс

Конечно, полем битвы цивилизаций являются жаркие звездные потоки из тех, которые бурлят и бушуют в земном теле женщины. Женщина, объемлющая интеллектуальную сушу, холод разума и горящие чувственные воды – земля обетованная для творца, мастерская для скульптора или художника – кем бы он ни был: академиком или недоучкой, приматом или избранным просветленным.

Женщина питается чувствами – это ее основной рацион и избранное блюдо радости. Только вкушаемые эмоции, как и пища, могут быть нечистыми, дурно пахнущими, тухлыми, животными. Светлые эмоции без примеси горя и злобы, трепета, страха и ужаса – навеваются «луговой душицей» небесной. Низменные связаны в основном с телом, с пороками недоразвитой или омертвелой души и с жижей грязных мыслей, или – с обыкновенной примитивностью сознания. Питающиеся подспудно гнусными эмоциями эпатажа и скандалов, вкусом чужой крови, грязью ненависти и презрения к другим, часто и к себе желают такого же животного отношения – насилия, унижающего страха, телесной боли и душевного угнетения. И, ощущая свой страх физических унижений над телом, и вдыхая ноздрями запах мужского полового превосходства при близости акта, они ведут себя так, чтобы мужчина зверел, набрасывался и насиловал, насиловал, и насиловал ее неоднократно. Потом она может говорить, что ей вовсе и не хотелось, это при слабом-то подобии самой имитации сопротивления. Но об обратном ещё говорят и помогающее входу раздвигание ног, и провоцирующие восторженно-чувственные движения в момент происходящего с ней казуса интимного «конфуза» и мужского «издевательства». На самом деле – это именно та желанная энергия, то блюдо жизни, которое и было заказано женщиной. Этот огонь возжигается «для себя любимой», для ненасытного ее пещерного нутра. Он порождает мутные и зловещие мысли, проклятия по адресам, нечистотные, болезненные и обидные эмоции. Однако на низшем уровне «скорлупы» – на уровне женской попки он, для таких женщин, предпочтителен и очень хорош. Мужской огонь греет её и мнет, он жарит и натирает, он заставляет подчиняться – и грубо и страстно, по-животному, ею пользуется. При этом либидо партнеров переплетаются и вампирами впиваются в тонкие тела, высасывая жизнь души, но не одаривая друг друга созидающей энергией.

Странник

Иссушенное пустыней любовных утех сердце женщины, как изломанный шедевр Гварнери без струн, скрипка Амати, растоптанная ее внутренним животным. С верхних этажей света, с заоблачных вибраций, эмоции стекают под её выбритый оазис бикини. При частом интимном употреблении сердечные струны начинают фальшивить, грубеть. Потёртость тела и огрубление чувственности испепеляют и, со временем, трансформируют ультра-любовь в инфра-эмоции. Когда на «чудо-инструменте» поиграли «все ребята», все, кроме увечно больных, очень брезгливых и совсем ленивых – чарующая гармония женского сердца разрушается.

Утратившая индивидуальность, покинутая мастером мелодий и звуков – небесным Паганини, нежная «скрипка» каким-то непостижимым черным колдовством, чудовищным древним камланьем растягивается до уродливых и немыслимо мятых размеров. А после издревле известных, последовательных превращений, когда, в результате интенсивного познания собственной сексуальности, женщине «вместо маленькой гитары, … возвратили контрабас», ее чувственность опускается в «подвал» эмоций – в пустосердечную область утех, в сферу ощущений тела и потребностей материальных благ.

И, когда-то высокая сцена искреннего искусства интимной жизни женщины – превращается в раздолбанные подмостки клуба «сельской потребительской кооперации», на которые, с пьяным амбрэ влажного чавкания, покрякивая и постанывая, вылазит со своей, давно не мытой, «концертной программой» – деревенский «оркестр», полный балаганной какофонии звуков из отхожих «музыкальных» мест.

Это хорошо известное многим мужчинам «женское трио» в похмельном составе из трехструнной трактирной балалайки с подтанцовками растянутого сфинктера контрабаса и бубенцами гланд «глубокого минета».

Десс

Поговорим о полях Мессмера. Животный магнетизм на этих, непаханых разумом полях, противостоит человеческому интеллектуальному формизму и символизму. Глаза и уши, дальнее зрение и тонкий слух – высшие органы чувств пятого поколения цивилизаций. Правом же на первородство обладают первенцы в поднятии целины чувственных потенций, возбуждении различий в напластовании эмоций – запахи и тактильность, или обоняние в сочетании с вкусовым и телесным осязанием, ощущением внешних прикосновений кожей и внутренних – слизистой.

Интеллектуальное зрение, эстетическое наслаждение от космической красоты символов и неизведанного творчества в потоке мысле-словесного формостроения, и удовольствие созерцания земной красоты в превосходных, идеальных формах и симметрии – отнесем к платонизму и эстетству, которые не подозревают о наличии, но и не отрицают полностью животной страсти и половой чувственности.

Иное происходит при настойчивом желании обладания, которое пробуждается независимо от красоты женского тела и ее умственного уровня. Владеющие от природы «лучами жизни», запахом продолжения рода, теми полями мессмера, о которых идет речь; владеющие нечеловеческой зажигающей электро-сексапильностью рода «казановы», или истекающим током откровенной доступности «вавилонской блудницы» – совсем не обязательно, а чаще они и не имеют в убийственном арсенале либидо – ни особой красоты, ни особого интеллекта. Как же работает и ловит в свои сети эта невидимая, умопомрачающая в прямом смысле электро-магнитная «паутина»? Электро-химической дистанционной реакцией обоняния? В зависимости от частоты вибрации, цвета эмоций, скорости или ритма тела, амплитуды и громкости звучания и модуляции мелодии излучаемых волн?

Как щупальцами спрута первородный древний инстинкт присасывает и вынимает нутро из человека, часто на горе или на посмешище окружения, оставляя его на виду, – безвольным и беззащитным перед искусным манипулятором или манипуляторшей. Если эстетизм интеллекта и созерцания ласкает, мирно поглаживает натуру, природу личности, как мягкие светлые волны теплого моря, то магнетизм чаще беспощаден к пожираемым жертвам. Это горный оползень, чувственная жижа грязевой сели, разрушительный ураган эмоций, воздевающий до ментальных уровней, до мыслительных небес астральную вязь, сушь ревности и чувственную муть, лежавшие до этого на илистом дне извилистого русла сексуальной реки. Это безжалостная буря природных титанических сил, сметающая все на своем пути. Завернутая темными, тяжелыми силами спираль внутренней космической системы, ввергающая в воронку сексуального водоворота все внутренние органы, с центром в нижней части пораженной сущности. Вспененная энергия либидо смешивает границы понимания и разума с извечным, но абсолютно мутным содержанием влечения. Приговорённый теряет цели, путается в задачах и понимании объектности, субъектности и, вообще, – реальности происходящего процесса. Он эстетически и социально слепнет, интеллектуально глохнет и превращается в пустое тело, в глиняный горшок для поклажи и исполнения чужих желаний – в истукана, в Голема, управляемого и направляемого чужой волей.

Странник

Иногда женщины, и довольно большое их количество, пытаются в поругание не сложившейся интимной судьбы, забыть «любимого» и «вышибить клин – клином».

Получается очень интересное положение вещей: первый клин не вышибается, а другой уже вставлен. И в такой позиции, в женских местах для «клиновышибания», одновременно может толпиться и толкаться целый палисадник из этих «клиньев», штакетников и прочих атрибутов «оград» и «заборов» от непрошенных воспоминаний. И вот женщина, с «полной задницей огурцов», растерянная, потерявшаяся и растерзанная грубыми мужланскими, колом стоящими органами – протаптывает свою новую грядку по этой самой гнилой «огуречной» судьбе, и забивает в себя все новые и новые «клинья-огурцы», что делает женщину в глазах, не пойманного ещё на «клиновбивании» и потому ухмыляющегося женского сообщества, – по-просту «доступной шлюшкой», и переводит ее в более низкий социальный разряд.

Но этот печальный случай никак не относится к иному типажу. Как написала красивая и честная в признании дама: «Ну что я могу с собой поделать? Да, я вседоступна, ведь я так люблю секс! Я не пользуюсь кнопкой допустимого временного ограничения приятных фрикций. Удовольствие – это не пустой сайт виртуалий и не зубная щетка после минета, а реальные знакомства спаянные в точке моих предельных эмоций коротким замыканием. В постели я не диктую и не настаиваю – «это можно со мной и на мне играть, а это не играть». И я вовсе не против, чтобы в моменты чтения моих «книжек», мужчины заворачивали в некоторые их смыслы и «страницы» своих бывалых и отнюдь не дохлых «котов» и «хот-догов».

Если раньше дамочки в сумочках носили обязательные атрибуты интимной случайности – презервативы и зубные щетки, то ныне, оцивилизованные современной «моралью», кладут «на всякий случай» – влажные салфетки, бутылочку воды и жевательные резинки. Особо окрашенные «коралловым» оттенком отношений таскали в заспинных чехлах теннисные ракетки, как отличительный признак лесбиянок, воспетых «зеленеющей от кунилингуса Сафо». И часто очень трудно распознать в ясных, правдивых глазах, в «чертовски привлекательных», ухоженных и стройных женщинах – покрытое недолговечной чешуей содержанки «от-купюр», бесполезное для гармонии жизни, лживое, жадное и бессердечное сексуальное «чудище». Для которых существуют некоторые синонимы социальной идентификации. Самые скромные из них это: шалава, давалка, шлюха, потаскуха, проститутка и далее, погружаясь уже в область непечатных выражений. И в их жизни такие понятия, как знакомство и ухаживание, знаки внимания и соблазнение, флирт и обольщение – словесно деградируют до циничных понятий практики секса – съем, пикап, фак, траханье, е.ля.

Десс

«Евать» – буквально делать из охваченной пылом желания Евы, т.е. из райского аморфного существа – земную, опытную в любви и жаждущую греха женщину. В отличие от ненормативной лексики, – так будет более точно характеризоваться процесс вхождения в женщину. Этот термин возможно закрепился в лексиконе расы гермафродитов, когда, глядя на весёлую свальную жизнь развивающейся рядом гендерно разделённой цивилизации, маскулинные добытчики «хаинисты», поляризовавшись, стали пользоваться силой и «опускать» изнеженных или более выраженных в первичных половых женских признаках и слабых физически «домашних «овулисток». И отвели именно им роль и функцию деторождения, ныне присущую женщине. Цивилизация гермафродитов, по возможному замыслу «завлаба», должны были самооплодотворяться, жить уединенной жизнью и выполнять задачи для достижения божественной цели расового развития и достижения сознания «будды» с помощью медитации и концентрации. Речь им была совершенно не нужным атрибутом, т к. не было необходимости общаться между собой, что, скорее всего, и привело к быстрому закату и смерти этой цивилизации. Возможно задумка и в том, что искусственно созданные двуполые «рабы», – нужные на время, для выполнения какой-то работы, оставлялись покидающими землю «богами» для безболезненного и естественного, по выходу отмеренного времени, умирания. Лемурианцы или атланты были из другой лаборатории и уже гендерно разделённые, вкусили запретного плода и напропалую познавали сакральную радость любви, или удовольствие от секса, как взаимного парного притяжения со всей живой природой. За что и были приговорены Творцом. А наказание за нарушение Законов обособленности, гендерной однополярности или человеческой парности подтверждает, что половинчатая особь, нарушившая планы всевышнего, – это поломанная, нелюбимая и ненужная «игрушка» Креатора, подготовленная к дальнейшему естественному уничтожению.

Странник

Черное семя Люцифера тоже дано человеческой цивилизации на вечную жизнь в её потомстве – для вырождения через секс. Хотя Каин и Адам имеют одинаковую суть и оба трактуются как «красный» или «красная глина», а созвучность имён Ева и Авель (или Овал-эль), вовсе не нуждаются в комментарии, всё же, кажется, это другая песня, это совсем разные истории двух параллельных цивилизаций из разных лабораторий небесных генетиков. В Библии, как помнится, взращено родовое древо человечества лишь от Адама и Евы. Но всё ли детально и правильно трактует этот канонический, не раз правленый текст Книги? Или в апокрифах есть иная версия родословной, – той первичной земной жизни до человечества, в которой одна из ветвей была отдана этим «лабораторным ошибкам» – непринятым богом для развития, и им же сокрушённым гермафродитам?

Десс

Ева – первая Овал-эль или фаллическая богиня Ктеис (эль – по арамейски «бог») из перешедших в ранг Еваных. Отовулированная праматерь, кинутая первым умельцем и пылким любовником высокого космического статуса, сброшенная затем за измену и павшая с небес на землю женой «райского дурачка», садовода-колхозника Адама, – Ева была наверняка очень раздосадована результатом – и пониженным социальным статусом и, вовсе не удовлетворявшим её неумелым интимом с «сексуальным ничто» после изгнания из Рая. Здесь может идти речь и о телах земных женщин – современных «богинь овала», которые вечно и всячески мстят мужчинам за их «осквернение». Даже «если он не первый – то всегда второй», осквернивший её «неземную чистоту». Тайна познания «добра и зла» вашей расой кроется в открытии, в первую очередь, чувственного пакета влечений, «потребительской корзины» половых отношений, подставленную к необходимому наполнению для развития вашей цивилизации и продолжения вечной жизни в потомстве. При дальнейшем погружении в тему параллельных царств и последовательно сменяемых цивилизаций – плерома секса, и корни начала и продолжения жизни вязнут в лабораторных поисках и ошибках Создателя, в илистой бездне инстинктов космического колодца.

Странник

Гордые рождением, еще белые и пушистые крольчихи, ещё необъезженные горьким опытом и грубым разумением своего места и принадлежности кобылицы чувств, превращаются с годами в понурых и усталых, плетущихся «мелкой рысцою» лошадок у гроба когда-то привлекательной внешности и бурливой сексуальности. И лишь «вызывают смех у людей» своими приглашающими к интиму, намазанными и раскрашенными яркими красками и помадами, загадочными выражениями лиц. Они вызывают смех особенно у молодых, которые не преминут, всё же, ради жестокой забавы над старенькой, поизношенной ветрами измен, эмосферой этих красоток, вставить им меж копыт, под облезлые хвосты, колючий ствол репейника, увешанный парой небритых фиолетовых шаров, – чтобы позабавиться самим и пригласить друзей посмотреть на ягодично-чувственную дрыготню в усохшем лесу гениталий уже одрябшей садово-дачной «кочерыжки».

Яркая, неподобающая возрасту одежда, постыдно вызывающая косметика, хихикающее жеманство, навязчивое поведение престарелых блохастых «львиц» – смешны и презираемы. Глупо и презренно выглядят размалеванные рты, выщипанные брови и усики гормонального сдвига, лоснящаяся как масляный блин оплывшая и обвислая кожа. Пытаясь сохранить интимную стоимость влажного «клумбария» вяленого тела и безвозвратно ушедшее очарование молодости, наступает время смешного и унизительного для женщины жизненного интимного этапа целлюлитной доступности.

Но, вспоминая мудрого Хайяма, можно слегка перефразировать и его строки: «Уж лучше голодать, чем что попало есть. Быть лучше одному, чем трахать, что попало!».

Десс

Сексуальная функция женщины характеризуются «трудоемкостью», которая определяется в часах, проведенных под партнером; технологией полового акта, и включает действия, основанные на принятии нестандартных решений, а также сложностью способов ее интимных «трудов» и ее совместимостью в постели. Способы её труда имеют три уровня: низкий, средний и высокий. Для низкого уровня женского контакта характерно анпроникновение с преобладанием и использованием технически осмысленных приемов секса; на среднем, клиторно-вагинальном уровне, – в женщине преобладает мыслительный процесс логических выводов и умозаключений о достижении оргазма; высокий уровень характеризуется оралсексом с преобладанием творчества в женской натуре, а удовлетворение от секса – соотношением полученного удовольствия к затраченным усилиям.

Странник

Женщина стремится к просвещению либо через низ, либо через верхние центры. Продырявленная пустота и первый сквозняк в просверленном женском cteis в дальнейшем постоянно ищет закупорки и наполнения. Потому при соитии возникает желанное ощущение, что мужчина заполняет все ее мозговые емкости и эмоциональные пространства. Девственница закрыта снизу, и путь к ее управляющему центру лежит через интуицию и ум, через верхние чакры. Познавшая свою природу – управляется иными центрами. Великим менеджером развития наших женщин является сердце. Оно пробуждает связки сердце-ктеис или разум-сердце. Уровень сердца управляет и окрашивает эмоциями и высокое просветление, и неощутимые мысли, и инстинкты – первичные и не поэтичные чувственные ощущения тела.

Женщина, если она жива умом и наделена мудрым анализом, имеет право уйти или остаться с мужчиной, ею же, возможно, ошибочно выбранным. Женщина, если она «вращабельна», имеет склонность особого выбора, как подцепленное в свальной бане и безразличное к случайному обладателю лобковое насекомое, – блоха кровопивица, перепрыгивающая с опустошенных синих яиц на чужие, полные корма, тугие розовые гениталии. Ну и, если только женщина не подобрана на улице, она не может вести себя индифферентно, как вещь. Тогда, как вещь, она бесчувственна и права выбора не имеет. Главное, чтобы ее выбирали, натирали, она была ухожена и стояла в поставленной позе, или лежала в перинных «перьях и пухах» на инкрустированном золотом канопе в уютном гнёздышке. Такую вещь можно купить, подарить, заложить в ломбард или обменять у старьевщика, отдать в «хорошие руки», в благотворительность или, наконец, просто выбросить на панель. Для вещи «фиолетово», кто ее хозяин. На полке ли она стоит для фарфорового украшения, либо в плюшевой постели гладкой и безропотной, переходящей из рук в руки, куклой. Вещи все равно, кто ставит ее в нужную позу: вновь приобретший владелец или, все тот же, более ранний хозяин, или опять очередной. Такие говорящие «трусы», надувные «куклы» пачками и «по гривеннику за пучок» продаются на блошиных рынках ношеных «вещей» – на городских панелях и возле трасс, и в кулуарах «полусвета». И не только. Они как бы пересчитывают ежегодную инфляцию отчислений за, и заработанные блага от эксплуатации отдельного женского «инвентаря», и постепенно переносят возрастную стоимость тела на стоимость своих неприхотливых услуг. Норма такой амортизации похожа на экономический показатель отношения суммы годового износа станков «предприятия» к их оценочной стоимости.

Десс

Молодые востребованные женщины имеют возможность списывать на издержки будуара в первые годы «эксплуатации» тела – до половины заработанной суммы и стоимости, чтобы в старости отдыхать, не напрягая ягодицы. Кроме того, ускоренная «амортизация» тела позволяет им обновлять гардероб; умножать состояние, образование и благополучие; следить за внешностью и состоянием активно работающих «основных производственных фондов»; накопить достаточные средства для пластики стареющего лица и тела и для хорошего морального самочувствия, – а это уже не мало. А также – уменьшить в дальнейшем физический износ снижением активности части сексуального «инвентаря». Т.е. поддерживать и «предметы» и «средства труда» и сам «труд» на высоком эмоционально-техническом и медицинском уровне.

Кроме тела амортизируется и рационально расходуется, возобновляется и наполняется эмоциональная сфера – эти «нематериальные активы» амортизации. И это очень важно, поскольку только использование достижений пластической хирургии придает уверенность в востребованности, даёт возможность конкурировать среди товарок, сохранить привлекательность и иметь с этого прибыль и даже сверхприбыль.

Инвестиции в одежду, во внешность и т.д. – имеет для женщины очень важное значение. В первую очередь они должны использоваться для воспроизведения утерянной с годами политики знакомств и обновленной технологии секса.

Природная сексуальная мощность и пропускная способность женского интимного «оборудования», зависит от её природных данных, соответствующих уровню эмпатии в адюльтере и органной пропорциональности, в сопряженности её отдельных «производственных площадей» и вводимых в неё агрегатов. Зависит от симпатии к этим, предложенным на пробу, мужским «шанцевым инструментам» и другому, попутно задействованному в нелегком кроватном труде «садовому арсеналу». А также – от высоты эмоционального интеллекта женщины при интимкооперации; от трудоемкости поз, сменности, продолжительности «рабочего времени» и непрерывности «труда»; от разнообразия интимной специализации, и т.п.. В общем, всё зависит от затрат сил и средств для достижения желаемого эмоционального эффекта и, очень возможно, от солидного материального бонуса.

Странник

Почему-то приходит на ум теория и закон о прибавочной стоимости и, в этой же связи, на тысячи ладов и не раз перепетая сказка об, еще дико не осведомленной и, потому, очень, до запредельной глупости, наивной «девочке-оленёнке». Она в незапамятные (ну и в нынешние, не буду лукавить) времена жила и до сих пор проживает в собственном, в дремучем, как бы, неведении о «злобном коварстве» мужчин. Это та самая, маленькая лошадка-«лань», из будущих «шлянь» и «шлядей», ежедневно пополняющих шоссейную или богемную «когорту» жадных и искушенных в сексуальных премудростях «коз», которая однажды, – в раннее прекрасное утро ее безоблачной (до времени) жизни, радостно отозвалась и отважилась на «сердечно-генитальный» зов. Но зов оказался охотничьим манком, и она была сражена «в самое сердце» «жестоким и беспощадным» белокурым или чернявым кентавром. Одним из тех, которые, как таксисты на собственных «конях», «забесплатно» катают юных, да иногда и престарелых прелестниц домашнего валежника. Светлая душа ее покинула от горя прекрасное тельце. А бездушное молодое тело – это просто красивая форма без содержания с несколькими рабочими отверстиями. Пока тельце свежее, полное жизненных соков и полнокровное, – его наперегонки, и с видимой охотцей, драили в плюшевых углах кроватей своими загаженными ёршиками сантехники женских труб и канализаций. Ею целыми стаями потчевались и гиены подчинения и шакалы секса, помногу и подолгу заваливавшие вверх копытцами ее, уже отнюдь не наивную тушку, на продавленные и покрытые влажными пятнами матрасы. Это гламурно и финансово развлекало бездушную мелкорогатую скотинку, забавляло ее и ей это даже нравилось: ведь голод, в том числе сексуальный, – не тетка. Но время тоже – не мать родная. Охладевшая с годами к интиму на пленере и к разовому сексу в неуютных гостиничных номерах, тушка все чаще стала заглядываться на пролетавших мимо нее, а чаще, летевших к ее подругам, – одомашненных «птиц». Она, позарившись то на журавля в небе, то на синицу под окном, стала настойчиво приглашать их в дом. В результате на ее помятую, «общепитовскую» плоть стали садиться и, без лишних слов, приступать к скромной трапезе перелетные падальщики – черные предвестники скорого конца ее любовным утехам. «Пернатые» вечные странники додалбивали то малое, что еще осталось от прежней упругой юности, вили временные гнезда и затем улетали «в дальние края». В конце концов, от драной бессердечной тушки остались лишь разбросанные по краям постели высохшие мослы для дворовых «кабыздохов», еще желающих согнуть их в коленях. Да еще «большие и малые» тазы, давно изрядно потёртые надежно спрятанными «скелетами в шкафах», и единственно оставшимися с ней догнивать ее век – диванными «паразитами»-альфонсами. А желать и полировать такие «мощи» могут либо большие любители помоек и падали, либо, не знающие как выглядят настоящие «лани», или век их не видевшие, юные эсквайры – охотники до «приключений» со слабым медицинским и социальным зрением.

Смолоду этакие лани-крольчихи с восторгом вплетались в собачьи свадьбы с толпящимися вокруг них кобелями с «хот-догами» наперевес, чтобы, по-простому, этих крольчих поиметь. А после сорока лет – слышно лишь визгливое подвывание обиженной невниманием к своей похоти шелудивой самки, и тявканье на ставшие вдруг ненавистными, первичные половые признаки самцов, на несгибаемую износостойкость их «державы, скипетра и мохнатых «фаберже».

Десс

Хотя всякого рода легенды, доказательства и факты об отличии женского видения мира, их исторической мудрости, дара предвидения и интуиции были известны уже многие-многие тысячи лет – со времен гендерного разделения человечества на «каинистов» и «авелисток», – все же, о реальном знании женской философии, знании их врожденной системы ценностей, истоков их сексуального влечения и следствий их натурной телесной практики нельзя говорить до сих пор. Вот уже несколько десятилетий знания о сексе развиваются по двум различным направлениям. С одной стороны, секс – стал предметом мужской академической науки. Однако научный подход простирается, как бы на все, но его применение – адаптируется к каждому отдельному случаю. С другой стороны – он стал чем-то вроде мировой женской религии, хотя открыто и не развился в зарегистрированную церковную организацию. В мужском понимании содержание и сам факт секса весьма трудно сравнивать с тем, что представляет собой секс для женщины – в силу такого состояния женского ума, которого мужчина, как никогда не знал ранее, так не знает и сейчас. Женский секс все в большей степени освобождался от традиций, нравственных норм и правил. А отсутствие формата социальных ценностей, привело к отсутствию знаний самоанализа, самокритики и нравственного «стыда», – что обострило внутренний моральный конфликт в женщине и отяготило ее жизнь ещё ой какими житейскими проблемами.

Странник

Женщине осталось довольствоваться самооправданием, искусственно укороченной памятью для забытья позорных связей и нечестивых поступков, и зыбкой верой в самоотпущение грехов. И делать выбор, глядя в зеркало самоуважения и задав себе простой вопрос: кто она в этой жизни и в глазах ее окружения – высоко ценимая, дорогая, арабская жеребица в руках одного владельца, или обшарпанный кузов общественного транспорта, раздолбанный на жизненных ухабах и выбоинах, – вагонное место, разово оплачиваемое разовыми же пассажирами? Эдакая общая «маршрутка», ремонтируемая на списание, на которой всенепременно и посменно тренируется весь «автопарк». Под днище и капот которой регулярно залезают, чтобы проверить «развал-схождение» ее колес, ход поршней или впуск и выпуск смеси.

Десс

Вспоминаю китайскую мудрость: «А коли человек превратный пользуется верным средством, то и верное средство действует превратно», – смысл которой справедлив и для достижения вершин иррациональной чувственной свободы посредством «технического» или «экономического» секса, свального, лесбийского или мастурбационного оргазма. Результат может быть обратным и, в перспективе, весьма негативным для здоровья. Выделяются ведущие и ведомые особи в локальных интимных единениях.

Главными, ведущими в этой не органической химии наспех сколоченных пар и коллективов подгнивших электро-магнетических валентностей обычно выступают сексуально агрессивные, душевно неустойчивые «газообразные» личности, вылупившиеся из искусственных экспериментов, – кардинально этим отличаясь от физики и органики естественных, природных натяжений, притяжений и соединений.

Атомарная таблица химии кровных связей, любви, дружбы и других чувственных, телесно-душевных привязанностей и интимно-личностных отношений, состоит, как и менделеевская, – из системно расставленных, но по-разному воздействующих друг на друга, основных элементов. Электронные орбиты первоэлементов либидо, свободные валентности взаимного притяжения легко размыкаются или органично связываются. Иногда, и довольно часто «иногда», они порождают и катализируют побочные реакции, вступая без необходимости во вторичные для их жизни связи с иными «элементами», и попадая из-за этого во всевозможные истории и бытовые драмы. Иные, после этого, – выпадают в молчаливый домашний осадок, иные меняют свое, природой данное вино радости – на уксус для приправы к постельному блюду, иные – превращаются в едкие кислоты, в агрессивную семейную желчь, разъедая друг друга ржавчиной вечного неудовольствия, убивая, тем самым, и собственные судьбы, и обесцвечивая окружающую их жизнь,

Все, что связано с парным адюльтером – природно, и все способы достижения перехода от трений и фрикций в «опаляющую страсть» в таких отношениях – приемлемы и оправданы, т.к. эмоции концентрированы в единой точке, на одном партнере, и не размываются. Эмоции, в этом случае, лежат на одной ладони, а не растекаются, как зловонная слизь между пальцев в случае однополых забав или женских забав с многочисленными партнерами. При этой захлебывающейся, свальной вязке «земляных червей», в хлюпающем трении отданных в распоряжение липкой толпе ее загаженных от нещадной «эксплуатации» отверстий, – происходит ненаправленный выброс и дисперсия женской сексуальной энергии в эмоциональной пустоте.

В лесбийских играх поток ее сексуальной энергии также не завершается соединением – он отталкивается от подобной энергии другой, спаривающейся с ней женщины, т.к. одинаковые знаки и энергии взаимно не притягиваются, отражаются друг от друга и разрушаются во взаимной аннигиляции. Их сталкивающиеся энергии не способны создать гармонию противоположных чувств и приводят, по Фрейду, при взаимном уничтожении – к различного вида психическим расстройствам, умственным и даже физическим заболеваниям.

Мастурбация же дает ложное ощущение освобождения, но выплеск энергии, как «крышкой гроба», закрыт в ограниченном пространстве внутренних ощущений изолированной личности, и не достигает своей цели – растворения в бессознательном, с помощью слияния с горячей силой и живой энергией фаллического проводника.

И психическое и физическое здоровье женщины катастрофически зависит от природной сущности избранного ею секса, уровня естественности путей достижения, степени материальности ее мыслей и вещности эмоций удовольствия, которые наполняют женщину в процессе. Метод – лишь способ достижения, но, достигая цели, женское либидо, её сущность, растворяется либо в светлых, либо в темных водах экстаза. Какой и с кем она входит в глубины океана чувств, такой она и выходит из оргазма.

Странник

Сравнивая древние веды разных народов невольно приходишь к мысли, что надчеловеческие существа, скорее всего, были дуальны. Первичную дуальность составляли лишь туманообразное тело неживотного происхождения и разум. Это были сущности лишенные троичности – третьего, чисто человеческого, аспекта жизни – эмоций и интимных чувствований. Другие дочеловеческие существа также являли собой дуализм, но иного рода. У них были реальные тела, с податливой на ощупь плотью, и яркие животные эмоции и чувствования. Это были сущности, лишенные первого, божественного, аспекта жизни – разума и осознания происходящего. Однако «наши» боги, как их живописуют и мифы Греции, и африканская Библия, и месопотамская Энума Элиш, и мексиканский Пополь Вух, и индийские и древнеславянские Веды и т.д. – были разумны, телесны и очень эмоциональны и, к тому же, весьма гневливы. Кроме того – «наши боги» обитали на земле и они не брезговали полакомиться шашлыками Астрахасиса – этого шумерского Ноя, и с удовольствием занимались сексуальными играми (что было им строго запрещено) с пасущимися на зелёных лугах безмозглыми человекообразными «козами». В летописях они зовутся «дщерями человеческими».

Десс

Откуда же взялся третий элемент, необходимый для построения разумной цивилизации?

Странник

Во-первых, предполагаю, что мужики человеческие и в те времена были умны и отговаривали «коз» от божественного блуда, хотя сами бывало блудили с подвыпившими «богинями». Во-вторых, «боги» и «дщери» были генносочетаемы, и дщери, неописуемо гордые от их сексуальной востребованности на божеском рынке невест, радостно повизгивая: «И меня! И меня!», – нарожали кучу бойких и смышленых мальцов-полубогов. И, наконец, в-третьих – сексуальный беспредел подпитывался отнюдь не аннунаками, а дурью в пустых головах дщерей, которые выстроились и уже толкались, а возможно и таскали друг дружку за волосы в очереди за смышлёными мальчишками и девчонками цвета индиго. В такой кошмарной, выходящей из под управления ситуации, Верховным Советом «богов» было решено их образумить. Были сделаны прививки генных модификаций и женщины «на конце концов» были наделены разумом, правда, разместившимся в женском организме не только в их изящных головках, а где и куда попало. Однако, не все древние дамы успели в «женскую консультацию» и, потому, интеллекта на всех не хватило. Для приведения женского разума в порядок и в наказание первому, но безсмертному богоотступнику – Верховный скрестил с ними, скорее даже распял его разум на кресте их материи. И, тем самым, дал приговоренному к перманентной смерти – старейшему Титану, заключенному в наших генах, – относительно вечную жизнь. Когда-то Титан поднял восстание против «семьи», узурпировавшей верховную разумную власть, в том числе из-за унизительного запрета, не позволявшего гонять по полям и валять по кустам симпатичных человеческих «коз» без дальнейших обязательств. Таким образом получилось, что наша кровь и есть та огненная река преисподней, в которую ввержен нетленный разум – суть Великого Отступника и первого революционера. А «заглушка» преисподней или ада, – решетка для невыхода из плена и вечная гибель его души – лишь человеческое смертное тело. Разум его закован в наших генах, душа – горит в нашей крови, а тело его рассыпано в атмосфере, распято в минералах, растительном и животном царствах – т.е. во всех проявления естества Природы.

Десс

Земные «боги» – элита эры разумного человека, нашедшая не так давно «порошок бессмертия» и ограничившая разум оставшихся миллиардов смертных. Однако, оболваненные люди-животные были бесполезны для службы и прислуживания этим самозванным «богам». Нужна была власть не над стадом, а над зазикованной, но всё же что-то разумеющей толпой. Власть над стадом животных не доставляла радости, ну кроме секса с «дщерями» и, тем более, не давали удобств и желанного комфорта. Приходилось «богам» учиться всё делать самим. И в «мемуарах» о древней жизни пишется о том, что «боги» сами копали лопатами, били кайлом и землю и камень, что привело к бунту «усталых лопат». Что было дальше и что вас ждет в недалёком будущем с подрастанием новой порции «элит» – смотри выше.

Тонкая субстанция бывших, не похожих на вас, далеких-предалеких небесных предков всё ещё работает, окружает, и участвует в жизнях и существовании вашей расы – расы «человека, как бы, разумного». Возможно, когда-то, первые надчеловеческие расы формировали для вас органы чувств, и сейчас питают ваши разум, чувства и тела необходимыми жизненными элементами – Огнем, Водой, Воздухом и Землей. В их физическом выражении вы вдыхаете первичную субстанцию одной, пьёте субстанцию другой, поддерживаете жизнь, тепло и разумение – с помощью наработок третьей расы и т.д..

По сакральным источникам, также густеет плотью и небесное человечество, его расы, которые обозначим по мере суггестации.

1 раса – истинные боги, обладающие божественной сутью бесполые духи света. Ад-и – имя первой расы. Люциус был низвергнут с небес в ад с его воинством, а быть ввергнутым в ад – значит пройти все круги человеческих рождений, круги материализации.

2 раса – оделась в астральные тела. Проходя эмоциональную специализацию, приобрела цветовые оттенки человеческих уже душ.

3 раса – третий покров интеллекта дал дар различения, биполые поняли дуальности: свет – тьма, добро – зло и т.д.

4 раса – получила в дар телесные ощущения, чувства, развился сердечный центр. Раса, кроме личного, обрела душу, как ангела-хранителя, взрастила мудрость-интеллект и пробудила чувства в сердце.

Странник

Современная наша раса, по мнению исследователей наших предшественников, – это раса неуклюжих, заторможенных и малодуховных уродов. Какой же дар богов получила она? А ведь пятая раса считается поворотной перед восхождением прощёного человечества вновь на свой Олимп. Возможно о дарах небесных богов помалкивают земные твари – «элита» хомо-сапиенсов, которая всё же получила и вечную жизнь, и сверхчеловеческие способности? Я не вижу «подарков» для остальных, временно живущих на Земле. Здесь всё понятно и я не теряюсь в пустых догадках – почему так?

Десс

Выделяются лидеры в глобальных социально-экономических системах. В кипящей четырехэлементной атмосфере жизни человека идет органическая, сложная химия формирования, образования или трансформации социума и общественно значимых соединений. Как солярная энергия участвует в фотосинтезе растений, – так и неизвестная разумная и мрачная сила синтезирует цивилизации, многообразие национальных традиций, культур и деловых отношений, выделяя собственный «кислород» деградации, от которого ржавеют и задыхаются в ядовитой среде нежные души, иссушаются и до времени сгорают любовью наполненные сердца. Лучшие места под этим жестоким «солнцем» занимают сорняки. Но и здесь множество вариантов.

Странник

Итак «ад» – это сооружения из и зона особого режима тотемных животных, несущих генетический код земных «богов». Это наши тела, которым неизбывно присуще животное начало и животная душа. А «геенна огненная» – потоки алой горячей крови в наших аортах и венах. Наказание «грешников» на Страшном Суде, отступивших от Закона, означает расчленение человеческой сущности и «эго», аналогично участи приговорённого Титана, на элементарные частицы, – собственно, на гены, выдернув из нашего набора те несколько звеньев, отличающих нас от обезьян, собак, лягушек, тараканов, и другой, достойной подражания и уважения, живности. И вот мы уже вновь, во всей, не облагороженной интеллектом красе, представители животного мира?

Десс

И таких множество на улицах земных городов. История падения и наказания ваших предков, однако, заслуживает более земной интерпретации.

Выйдя из формообразующего «гимнастического» зала «ацилут» и освежившись в астральных водах «бериа», что соответствует содержанию одной из архитектурных построек Каббаллы, Наг пригласил Еву на променад по пышным зарослям Эдема с коварной, но филантропичной мыслью об оказании посильной помощи в познании необученной Евой эмоционального пробуждения и формирования её чувственной «души». В саду было полно экзотических деревьев. Они прошли краснеющую плодами яблоню, даже не взглянув, и свернули на укромную полянку, где росло женское персиковое дерево, а рядом банановая пальма, богатая мужскими плодами. Здесь они и прилегли в задушевной беседе. Ева сомневалась и сопротивлялась аргументам змия, но тот был велеречив, настойчив и пафосен. Он соблазнительно доказал, что отказ от наложенного запрета и нарушение закона сферы приведет Еву к восприятию оргазмической энергии внешнего космоса. А сорванный банановый плод, согнутая лоза и треснутая мякоть персика – это лишь элементы творчества и новые орбиты её ковалентной связи, её солнечной ионической души и тела с другой приапозоидной звездной системой. На какой-то минуте, не дослушав, она лишь выгнулась, чтобы дотянуться до банана, а хвостатый искуситель уже наслаждался её источающей аромат «мякотью», что очень понравилось бывшей девушке уже женщине. И Наг показал и научил Еву что, куда и как двигаться, чтобы делать себе хорошо. Но, как все будущие женщины, она не удержалась и похвасталась своим восторгом, и тут же потребовала от Адама делать с ней то же самое. Увидя такой разврат на пленере, Садовник осерчал. Адам потупившись молчал, а Ева тут же сдала своего первого сожителя. Это было второе предупреждение и конец сладкой жизни Змия в райских кущах. После первого предупреждения искуситель, проделавший не так давно под тем же деревом и то же самое с Лилит, был прощён. Неутомимая и жаждущая продолжения Лилит – тут же познакомилась и сошлась на этой почве с Адамом, но совсем не воодушевилась его способностями после прочувствованного удовольствия с Нагом. Впрочем, как и Ева. Наглый искуситель был низвергнут и сослан с обеими сожительницами и доверчивым дурачком на поселение. Потому что все женщины Эдема принадлежат Садовнику! В результате «увольнения» ответственного за держащие миры вертикали и поддерживающие их горизонтальные связи – был разрушен с отеческой заботой выстроенный Садовником космический шалаш-сфероид и повелась мимо нот музыка окружающей вселенной. Закон суров, но несправедлив. Рухнула динамика эволюции и график восхождения в многомерный мир солнечной системы, зафальшивила музыка природных явлений, луны, географических мест и земных континентов, музыка истории и характера народов, сплелись в хаос событий иные даты, легенды и герои.

Изменился и состав обитателей рая, функции и структура системы космических миров. Из-за проблем с освободившейся должностью ограничителя сфер сгруппировались внутренние «протобоги» космического ядра и «электробоги» внешней оболочки, сформировав, тем самым, механизм валентного взаимодействия. По крайней мере, по мадам Блаватской и А. Бейли, назревает дуэт систем и послано приглашение к созданию «ячейки космического сообщества» из двух, источающих огни космоса атомов – вашего солнца и, возможно, с одной из звезд системы Плеяд, связав совместно служебные судьбы звёзд «щупальцами» огненных либидо.

Но всё это в тумане весьма далёкого будущего, а пока Евой и Лилит была заселена и образована граница ойкумены Макоши. Изменена судьба Адама и вброшена первая монета в прорезь копилки кармы человечества. Понижен в статусе Амур высоких планов, – теперь он ответственный за и формирующий конкретное низовое влечение. Запущена циркулярная пила «пояса Нага», разделяющая эмосистему на внутренние (низшие) и внешние (высшие) чувства. Снизилось значение и орбита валентных связей плотской уже любви, со значительным выбросом тёмной космической энергии. Страшная сила слова «да» поселилась в животной любви детей Адама. Так возникло чувство инстинктивной привязанности к женщине, к детям, к наркотикам удовольствий.

«Victoria vs Справедливость»

За вуалью тумана городской площади открылось лоно пушистой зеленой лужайки, обрамлённое белыми стволами светлой и высокой берёзовой рощи. Место манило всеприемлющим природным уютом, проникновенной свежестью вечного стремления к конечной цели зарождения энергий. Здесь все дышало идеей служения эволюции низшего мира и завершенностью цикла спасения. Над рощей плескался блистательно чистый голубой парус неба.

Оказавшись на мшистой поляне, присутствующие увидели виселицу, на которой был подвешен и перевернуто распят человек с застывшим выражением мученической жертвы. Руки были связаны за спиной, а его кудри размётаны и переходили в светлые струи, которые, ожерельями падая на зеленую траву, рассыпались золотыми крестами лучей по сырой земле.

Странник

Распятый Адам-Кадмон очевидно представляет законченность процесса духовного падения, инволюции, и Земле перетекают теперь его космические ресурсы?

Десс

Он прибыл и распят, как посланник высшего начала для очищения и возрождения материи, для порождения разума поступков в низшем, и добродетелей в падших. В таинственной жертве заключена идея законченности, – геометрия саламандры Платона. Огненный треугольник и фигура «двенадцатой тайны» – инструменты физического плана и символы органической жизни на земле. До космических похорон в тёмный круг ярмарочной площади железная рука Победителя вписала знак распятья троицы, затвердив, казалось бы, неизбежность обладания им подлунным миром. Распятие любви, веры и надежды означает принесение в жертву принципов Завета, жертву человеческого милосердия и справедливости.

«»

Указав на виселицу с поверженным великаном небес, хриплым громовым голосом Победитель прорычал: «Вы – мои рабы. Вы выбрали свободу земной радости, отказавшись от Его законов и засилья приспешников разума. Я займу сияющий солнечный трон и трон земли, и буду править вами вечно. Я говорю об этом, чтобы указать мои владенья, как удел ваших страданий и жертвоприношений. И ваши жертвы неизменно постоянны и связаны моей властью. Властью над воздухом, которым вы, слепленные из праха, дышите, над огнем, которой вас согревает и над водой – звездной сутью вашей нелепой жизни, которую вы не бережете и насыщаетесь ядом. Вода вашей жизни, кипящая в огнях страстей, будет испаряться мною в ничто, подобно воздуху.

Я казнил Его, прибил ржавыми гвоздями смерти, опрокинул и вырвал когтями золотой треугольник души Мессии. Мной распята космическая гармония и повержены законы небес».

Странник

Плутарх, которому были близки философские воззрения платоников и восточных мудрецов, говорит в туманных выражениях о мистической троице. В ней, по его мнению, олицетворены разум, материя и космос. Они представляют собой идеальный треугольник, пропорции которого воплощают в себе божественную тайну: катет, равный четырем частям, соответствует женскому принципу зачатия; высота, равная трем частям, – мужскому порождающему принципу; а гипотенуза, равная пяти частям, – плоду их союза.

Десс

Любой треугольник, построенный по этим пропорциям, – священный символ, наделенный магической силой; и сами эти три числа – тройка, четверка и пятерка – являются носителями сверхъестественных энергий. Египтяне и философы пифагорейской школы придавали мудрости чисел огромное значение. История любых чисел и геометрических фигур, появляющихся на чертежах магических кругов и на талисманах в более поздние времена, восходит к этой древней нумерологии.

Число двенадцать символизирует жертву человека Человечеству, Природе или Божеству, которая, опять-таки по книгам эзотериков, может быть принесена лишь в космическом морге Земли, на кладбище земных реализаций. Пригвожденный на эоны лет к рулетке Зодиака отраженный треугольник, или опрокинутый Протопласт, щедрой рукой жертвующего высыпал к воплощению миллиарды рухнувших в подвал астрала душ, дав импульс к инволюции ноосферы небес, поэтапному сужению сознания, загустеванию и одухотворению материи.

Считается, что с этого началось поэтапное преображение мира и падение Даат.

На первом этапе включились центростремительные силы вихря дифференциации. Произошло центрирование информации с образованием главного полюса притяжения «по образу и подобию» и формирование единицы сознания или ментального плана солнечной системы.

На втором – заработали горизонтальные магнитные полюса внутрисистемного разделения информационных и формирования двумерных ментально-астральных полей в образе двоичного Зарницы, цель которого – физическое воплощение и присвоение качеств Творца.

На третьем началась вертикальная поляризация, – падение Белиала, «Прекрасного бога» шестой сефиры, Белла-Эля. И формирование им трехмерного информационного поля человека – царства, составленного из бутафорских гирлянд эгоических самомнений и красочных «китайских фонариков» удовольствий. Произошла дифференциация сознания Зара (этого циркового факира Эдема) с формированием ментально-астрально-эгоической троичности его прототела – огненных змеек Меркурия или квантовых сгустков разумной светящейся материи в звезде из двух треугольников, впаянных в человеческую сущность.

Четвёртый – изгнание из Рая. «Падение» Евы и Адама. Формирование первичного, образного, соблазненного в дальнейшем цветастой мишурой телесного творчества, человеческого сознания. Различение тактильных ощущений. Осязания – как первичного. Развитие осознания «свой-чужой», сравнения и оценки «добра» в себе и «зла» в другом. Формирование индивидуального информационного поля, буравчика, червя чувственности, пожирающего разум, и эгоическо-животноэгоической двоичности личности и человеческого сознания.

До падения естественным занятием человека была космическая алхимия превращения «свинца – в благородное золото», его земного праха – в звёздный мир, его внутреннего животного – в бога. И это «великое делание» огранки самобытного алмаза в бртллиант души, выполнялось им без усилий.

Странник

Что ожидало низвергнутых в преисподнюю земной жизни на реабилитацию? Тюрьма человека не исправляет и лучше не делает. Потеря Луча, отсутствие различения «хорошо-плохо» – привело к дальнейшему огрублению, примитивизации и конкретизации чувств и системы ценностей. Их поляризация – к сужению информационного поля и «игр» разума до рамок законов выживания и формирования основных инструментов жизненной информации – инстинктов.

В дальнейшем всю эту братию – «шведскую семью» патриархов земли (Адама, Еву, Нага и Лилит) ожидала жизнь по животным законам, свальный секс, стирание божественных черт и отличий. И, как результат, смертный приговор – великий потоп, очищающий землю от потомства отступников.

«Лингам и иони»

Занавес светлой рощи раздвинулся. Сильный порыв ветра сдул праздничные картинки, рисунки, веселые плакаты и цветные флажки. Стало тихо, мрачно и холодно. В темное небо взметнулись багровые языки чадящих костров. Обнаженная «царица» вновь легла на безжизненную стылость каменного склепа. Каштановые пряди волос рассыпались по похоронному мрамору ротонды. Ее живот возвышался своеобразным престолом, вокруг которого развернулся таинственный ритуал падших. Нечисть остервенело рубила тело повешенного посланника на множество. Разрубленные куски жгли и развеивали пепел над толпой прибывших на площадь. Вырванный Золотой треугольник с колдовством и визгом заклинаний возложили на гениталии девушки, залитые черной жижей. Затем в её влажном овале, в окровавленном круге был совершен древний, мрачный и кощунственный обряд…

Литаврами и фанфарами прогремела победа лингама, князя лжи и жала соблазна. Победа словоблудия в борьбе с истиной. Торжество виртуальности, пустой вербализации чувств – над жизнью, наполненной реальными действиями. Радужный хор Победителя взревел во славу совращения к сладкому удовольствию, и убеждения к падению в патоку искушений. Так было в прошлом – так продолжится и в будущем. А пока – глубокий укус и погружение соблазна слов в сердце, в печень, в самые глубины низа расставленно лежащей, – принесли Нагу настоящее. Направленная стрела вибрирующей энергии вонзилась в судорожно обмякшее тело женщины. Ее дрожащий стон вознесся над ярмаркой. Золотая нить уроборосса браслетом упала на гранитный куб постамента, женщина дрогнула и затихла.

Восстав, Победитель объявил о начале «великой хвалы» тёплым недрам женщины, всех и вся принимающим, и поклонению утехам Черной Мессы, представлявшей собой похотливую пародию на освящённую любовь. Распростертая рука Ужасного пригласила к умопомрачительному вечному танцу энергии чувств и тел, чтобы всем, в кольце городской площади, слиться «в химической реакции единства жидкостей». Начался безумный пир и оргия.

Все участники площадного флеш-моба, наблюдавшие за Чёрной Мессой, начали дико кричать, богохульно двигаться, хватать друг друга и трястись, что быстро ввело их в экстаз. Возбужденные, они встали в круг ритуального танца возле виселицы и жертвенного огня. Лица у них вывернулись наружу и приняли отталкивающие образы демонов и ведьм. Все эти движения сопровождались разнузданной музыкой. К эротическим пляскам неудержимо присоединились и горожане.

Площадь предалась возлияниям. Началась пьянка, после которой все начали бесстыдно спариваться и беспорядочно меняться партнерами. Точно, как в описаниях шабаша: «гульбище визжало в плотском соитии, в которое вступают ведьмы с нечистыми духами, при совершенном погашении огней». На площади ликовало «великое прельщение и падение, на женское и девическое шатание блудное воззрение, такоже женам мужатым беззаконное осквернение и девам растление».

Десс

На «ведьминых горах», как повествуют гримуары, особенно приветствуется кровосмешение. Которое однозначно неприродно и противоестественно, т.к. переводит жизнь на животную ступень развития – в стайную обособленность животного мира. Но в народе до сих пор верят в то, что, непрощаемые небесами, но наиболее талантливые земляные ведьмы и колдуны рождаются от союза матери с сыном или дочери с отцом. Духовное, «платоническое» родство при этом непоправимо искажается интимными отношениями. Секс опускает духовность на более низкий уровень – в глубины эмоций «эдипового комплекса», заволакивая прозрачность разума и разрушая психику.

«»

Пляски и свальный секс трущихся тел сменяли друг друга и продолжались долгое время, пока у всех участников не наступила слабость и изнеможение, пока у всех собравшихся не начало мутиться сознание. Были и короткие перерывы между оргиями, и тогда участники хвалы «Победителю женских недр» – подкреплялись вином с кровью, а женские особи ели сваренное в кипятке мясо тех, своих бывших «спарринг-партнёров», обращенных ими в бессловесных животных.

Закончился «бал» групповым порно-содомическим совокуплением под перевёрнутым крестом.

На все это со своего трона с нескрываемым презрением смотрел Победитель.

Под раскаты грома демонический шабаш набирал силу, превращаясь в штормовой ветер. Визгливо зафальшивила Земля и кристаллы гор сокрушились от рёва Гекаты. Затрепетали далёкие полярные огни и пламена Марса. Потускнели всегда яркие волны Венеры. От рёва бури слились в какофонию звуки и цвета земных катаклизмов, сейсмограммы катастроф и извержений вулканов, цунами и землетрясений. Разладились воздушные струны и умолкла нежная флейта Эола. Мёртвая зыбь покрыла воды царства Посейдона. Удары барабанов, визг скрипки – всё слилось в единый гомон нечисти. Достигнув пика, мелодия спала. Потрясенное небо медленно серело, предвещая скорый рассвет.

Только тогда Тёмный прекратил празднество.

Ужасный владыка запада и всемогущий разрушитель повернулся лицом ко вновь обращенной и покорной пастве, к своим преданным адептам и, воздев руки к ещё тёмным небесам, произнёс магического ритма формулу. Толпившиеся на площади слышали лишь непонятные церемониальные слова, произносимые на неизвестном языке и странные, нечленораздельные призывные звуки.

Раздался клёкот огромного огненного петуха. Налетевший вихрь приподнял над площадью участников игрищ и они исчезли с глаз, вылетев через дыры в фальшивых декорациях города. Зло незримо растворилось в воздухе. После этого все исчезло и с площади, словно никакого бала и не было никогда на этом месте. Гроза прошла, ярмарка опустела, вихрь существ растворился в первых лучах, оставив после себя лишь яркие жемчужины росы.

«»

Странник

Символично, что знак завершительной фазы земной жизни увенчан нисходящим треугольником с перевернутым крестом. Это знак конца пути для всех темных отраженных инкарнаций. Знак начала, следовательно, зеркально подобен алхимическому символу огня или серы. Эзотерики считают, что если была бы возможность поставить посредине жизни бессмертие, а не смерть – тогда крест получил бы значение интегральной схемы порядка трех планов и границ законов Вселенной. Поистине спутанная картина для медитации и просветления.

Десс

Нелегко найти также интерпретацию распятия и жертв, которые каждый должен принести, но разыскивать эту интерпретацию вам настойчиво предлагается. Мощный, благородный жизненный размах человека, бескорыстного помощника, аскета или жертвующего мецената, сделавшего себя сам, приобретшего самолично права и желающего их использовать – это как бы новый человек, богатый мудростью жизни.

«»

Странник подошёл и подал руку бледной, лежавшей недвижно с открытыми счастливыми глазами, постепенно выплывавшей из глубин женского счастья, царице быта и мирового бала. Посвящённая в новую реальность, скорее даже – познавшая надреальность, встрепенувшись, она поднялась потрясённая с холодного ложа. Площадной овал медленно менял формы, трансформируясь в нереальный картонно-пластиковый сюрреализм мира Рэя Бредбери. Покрыв утренний свет туманной сенью и теменью, пошёл крупный мягкий снег, падая на серые тени площади, на порваные декорации, на длинные ресницы царицы бала. Загадочно и беззвучно замерцали сполохи северного сиянья.

Императрица мира

Я ждала, что Вы подойдёте. Я сразу заметила Вас, но была занята. Этот спектакль для вновь прибывших. Я играю свою роль на площади Нижнего города со времён прабабушки Евы – улыбнулась – только в разных женских образах и телах, и я их всех помню. Сегодня было не скучно. В этом теле я очень любила путешествия и хотела жить в месте, где всё собрано воедино. Всё то, что я люблю – горы, море, прекрасная природа, красивые машины и красивые дома, и рядом солнечные пляжи тёплых морей. Моё любимое место – крошечная страна в Альпах, где нет ни одной тюрьмы и ни одного завода, и где живут несколько десятков тысяч местных и к ним приезжают ежегодно по десять миллионов туристов. Там еще есть Всемирный банный центр!

Я в детстве прочла в каком-то журнале про эту маленькую страну и все хотела ее посмотреть, и мы ехали однажды по дорогам Пиренеи, и вдруг – табличка с указателем! Я подумала: Но у меня же нет визы… Но никто ее и не спросил, мы спокойно пересекли границу, это была просто незаметная даже полоса на дороге между двумя странами и ни одного пограничника! Однако становится зябко.

Странник

Вы истинный гурман жизненных эмоций, а Ваши вызывающие улыбку невинные шалости с поездкой, говорят, о приятном сердцу искателя приключений, светлом и искреннем авантюризме. Спасибо. Вы радуете меня своим отношением ко всему, что Вас окружает. И тем, что полны позитива и готовы делиться этим с окружающими, и тем, что будущее видится Вами в работе на благо. У меня давно сложилось уважительное отношение к «капитанам» своей жизни. Надеюсь Вам не скучно и комфортно.

Императрица мира

Здесь, в Нижнем городе мы переходим в иную реальность. Но когда мы вернёмся, мы обязательно найдём друг друга. Пусть мы будем жить в разных странах, но мне отрадно думать, что когда-то, в новой жизни именно Вы, проснувшись утром, найдете мое письмо, и оно согреет Ваш день улыбкой и радостью. Спасибо. А Ваши письма будут согревать меня там, на чужбине. Это слово вполне отражает эмоциональную составляющую жизни на другой стороне.

До связи! Я наблюдала за Вами. Мне понравился Ваш стиль… Я сама люблю белые одежды. Вообще, белый – мой любимый цвет. Позже, в ином измерении у нас могут быть и личностные отношения, если вновь установится человеческое взаимопонимание…

«»

Императрица мира, безумных страстей и танца жизни с лёгким порывом ветра вслед Победителю исчезла в снежных сумерках. «Себя Маргарита видеть не могла, но она хорошо видела, как изменился мастер. Волосы его белели теперь при луне и сзади собирались в косу, и она летела по ветру. Когда ветер отдувал плащ от ног мастера, Маргарита видела на ботфортах его то потухающие, то загорающиеся звездочки шпор. Подобно юноше-демону, мастер летел, не сводя глаз с луны, но улыбался ей, как будто знакомой хорошо и любимой. И, наконец, Воланд летел тоже в своем настоящем обличье. Маргарита не могла бы сказать, из чего сделан повод его коня, и думала, что возможно, что это лунные цепочки и самый конь – только глыба мрака, и грива этого коня – туча, а шпоры всадника – белые пятна звезд».

Оставшиеся души собирались по группам для дальнейшего следования их внетелесной судьбы. Согласно направлению они занимали клетки игрового поля и одевались, точно теплым пледом, белыми хлопьями снегопада. Они мирно вели беседы, обмениваясь меж собой новостями и делясь своим опытом былого.

Это были разные жизни – разные по развитости и взглядам души. Их было много, и каждая условно имела свой цвет, свой колокольчик, собственную мелодию или ноту звучания.

Среди толпы виднелись гирлянды и синих, мудро проживших, и недоразвитых душ, цвета зеленого луга. Лукавые ядовито-зеленые чередовались с, не дающими света, черными и злобными. Мерцали фантазийно фиолетовые и разноцветные дебильно-глупые. Пламенели гневно-порывистые красные и доверчивые желтые одуванчики. Вспыхивали аскетичные серебристые и жадные до разврата мутно-коричневые. Поблёскивали рутинные, без особенностей – серые, и ярко горящие – творческие сиреневые; болотной мутью бурели низменные и сверкали золотом возвышенные сущности.

Полный разрыв с лучом мудрости, примитивный материализм лишь себе на благо, реализация каждой шкурной мысли – приводит к падению в воронку «черного угла», в одномерное пространство, в адские сферы самости и к угасанию внутреннего света. Это то, что нам прописывает для жизни на земле наша дикая животная природа.

Приглядевшись к толпе, можно было заметить разницу и в построении аурических форм. Вид их вблизи был не то чтобы нечеловеческий, но каждую сущность окружал цветной туман из пережитого опыта и жизненных историй. Обладающий истинным зрением, говорят, может увидеть этот взращенный мир прошлого и мерцающий мир будущего – или на витке оперативного простора плана бытия, или на других стратегических горизонтах развития.

Было несколько и до срока ушедших, которым было рано бродить по нижнему городу, и которые были возвращены для доработки к прежней жизни. Они растворились в зябком пространстве, как туманные облака. Между группами одиноко бродили, зависшие между мирами, неприкаянные и растерянные «бледные всадники» комы, рассказывавшие и о солнечных вершинах, и о черной яме преисподней, куда их пока не взяли и не возьмут вновь до времени перехода.

Десс

Можно задаться вопросом и о перечне падших в телесное воплощение, и о некоторых привилегиях по мере их падения и изоляции в царства Белиала, в кубе планетарного круга времен. И если первых мириады, то привилегий не так много.

Первую привилегию, данную человеку по завету Архетипа, можно отметить и закрепить вертикальной творческой линией – мужской вертикалью, плотной тенью ложащейся на горизонтальную принимающую женскую полосу, особенность которой можно обозначить характерной леностью человека. Динамику движению к высшему освобождению придаёт стремление и усвоенная традиция духовного, эмоционального творчества или физического творения. Роль тормоза, косной, оплодотворяемой черты – играет стремление человека оставаться таким жизненным «балластом», какой он есть. Но в любом можно найти и элемент жертвования собственной ленью, некоторой частью энергии и плоти для приобретения видимой активности. Это обычно при вынужденной от природы работе над некоторым эмоциональным и интеллектуальным развитием покорённого или пестуемого «прайда». Торжество фаллизма – это символ свободы и своеобразная характеристика физического плана, как плана выбора, победы и жертвы.

Как дар, и как привилегию, присущую исключительно человеку, можно отметить и традицию эмоционального общения – чувственно насыщенную и осмысленную речь.

Странник

Бриллиантовую россыпь собирает Сеятель и разбрасывает по вселенной в своих воплощениях эгрегорами светил и планет. Вид жизненной энергии, форму и образ самой жизни – воплощенные «искры Света», или души, не выбирают, а получают соответственно состоянию и уровню развитости их сознания. По Платону это возможно лишь на конечном этапе человеческих кругов жизни. Когда сознание проходит стадию формообразования и особенности технологии личного разумения – оно «кристаллизуется» в индивидуальную структуру мышления. Особенности менталитета, а затем и системы чувствований, оценки, и механизма руководства к действию человек получает в зависимости от чистоты разума, веры и твердости воли. Очевидно, чем устойчивее и светлее жизненные принципы – тем прозрачнее и светлей его душа, помыслы и дела, и преданней сердце. Из одинаковых атомов составлен и прах и алмаз. Просветленный разум – редкий бриллиант, ограненный верой и волей, тяготеет к единству не с телесным, а с горним и стремится к укрощению низменных желаний. Человечество, все мы, конечно же далеки от совершенства. Мутное, изменчивое большинство – как горы праха и угольной пыли, предназначенные для огненной жертвы и неисчислимой переплавке в горниле солнечного Молоха – лишь пластическая масса, приговоренная к вечному распятию на колесе «самсары».

Десс

Голубая среда кислотной смеси, разъела и разъяла на молекулы небесные формы Человека Звёзд, павшего с вершины миров в нижний мир земного обитания. Где все и всё перемешалось в болотную грязь, превратив космическую гармонию – в какофоническую взвесь; богоподобие справедливого владыки – в низменный эгоизм правителей; а непознаваемую истину – во множество личных правд. Это результат тяжелого осадка, оставшегося на дне миров, после неизбежного искажения вселенского основания – принципов построения жизни космических систем и архитектур.

Во многих примерах проявлений, жизнь исходит из среднего бессознательного истока рациональности и разлагает его на определенные полюсы разума – от уровня неразумных или слабо осознающих существ (в силу развития и особенностей их воспринимающих органов) – до «высоко разумеющего» человечества. Интегрирующие и интегрированные в жизнь первоосновы, или парабола эволюции в своей нижней максиме, перегибе, возвращаются к истокам, вновь рассыпая на элементы этот осадок, сложившийся образ конгломерата сил, участников временного синтеза – энергии духа, пространства и материи. На непознаваемых горизонтах космоса происходит обратный процесс возрождения Человека небес, – анализ и расчленение созданного на Земле. И, «музЫку алгеброй разъяв», являет к жизни в иных измерениях невидимых предков земной, а возможно и вселенской жизни – наших космических породителей. Вероятно в этом смысл всех каббалистических, магических и герметических поисков и учений, эзотерических течений и циклов посвящений, которые характеризуются туманными терминами оккультных наук.

«Мистический Крест»

Декорации полярной ночи с железным грохотом упали и в душном, пыльном смоге вырисовался огромный остов металлического каркаса, накрытый гигантским куполом шапито, расшитого египетскими символами, картинами и иероглифами, за которым скрывался фасад вполне современного железнодорожного вокзала. Клетки площади пришли в движение и конвеерными лентами механического транспортёра странствующие жители и гости города были поданы к подножию сооружения. Окунувшись в чувственный фон многоцветной, радужной сферы цирка, прибывшие были приглашены черным церемонимейстером на сцену, чтобы недоигранные при жизни роли доиграть здесь на цирковой арене вольтижерами и гимнастами, наездниками и клоунами, фокусниками и укротителями, дрессированными животными и на всё согласными девушками кабаре-канкана.

Несколько ниже центра сферического купола были видны музыкальные ступени подиума и искрящийся огнями, прожекторами и софитами, заполняющийся новоиспечёнными актёрами идеальный круг арены. Ярусами алмазных диадем на сцену концентрическими кругами наплывали ряды зрительного зала. Центральную часть цирка занимал чудовищный скелет аттракциона Обозрения. Заслышав металлический скрежет вагонов Колеса, разношерстная публика из свиты Победителя стала рассаживаться в зрительном зале, а некоторые кнутами и плетьми загоняли упирающихся лицедеев на арену. Главный вход омывался серыми струями фонтана, разливавшимися по арене беспенно-волнующимся морем. Ритмично поднимались и опускались занавеси, впуская в «сценическую жизнь» железной оси все новых и новых участников круговращения.

Медленно и неумолимо обезьяна с татуировками, символизирующими Солнце и Луну вертела лопасти колеса фортуны. Она гортанно и громко прославляла высоких богов, безжалостно сдирала с приговоренных маскарадные костюмы и напяливала на голых одинаковые собачьи маски. Затем поднимала к вершине мира во владения Анубиса тех, кто отработал свой номер. И они уносились с золотыми перьями в руках на чёртовом колесе вверх под купол цирка. Колесо своим вращением увлекало их человеческие фигуры с собачьими головами, а в водяную глубь арены из падающих сверху вагонов, один за другим, выскальзывали ящеры с оскаленными человеческими лицами.

«»

Десс

Египтянам известно описание Суда Осириса, на котором Анубис взвешивал сердца падших на Весах истины. На левой чаше весов помещалось сердце умершего, на правой – перо богини Маат, которое символизировало истину. Сама мельница смерти одних влечет вверх, другим облегчает падение. Стремящиеся вверх сохраняют на плечах собачью голову своего прежнего несовершенного состояния, следы былой животной импульсивности, былого невежества и дурных инстинктов. Павшие с высоты, вооруженные пагубной животной системой первенства и самости, ещё хранят следы былого величия высшего интеллекта, неожиданно обладая человеческой головой, сохранив остатки благородства, справедливости, верности. Что на поприще темных и низких комбинаций земных рептилоидов мало применимо к этим началам.

Цирковое колесо имеет несколько визуализаций, из которых наиболее типично представление о, так называемой, Мировой Мельнице, перемалывающей элементы одних жизней для возвращения других. В беличьем колесе равнодушной космической шарманки – время нелинейно и дискретно. Оно, как бы, раскручивается по конус-спирали, раскрываясь подобно цветку. Конец цикла знаменует полное развитие и прикосновение лепестков к коробочке бутона, возвращая колесо времени в точку начала. Но качели мира не останавливаются в своём ходе. Они – то все уравнивают, то возносят один край в ущерб другому. Их амплитуда всегда беспощадна, строго закономерна и… жалко-иллюзорна, подобно миру, в котором они действуют. «Так выглядит форма времени и жизни» – сказал Шарманщик.

Странник

На пожелтевших от времени рисунках можно видеть, что слева, то же колесо, увлекает вниз туловище ящера, – это спускается вниз сам Победитель в теле черно-красного Тифона, чудовища с искаженным злобою человеческим лицом. В этом одеянии темной ауры Змей как на пыточной дыбе, на роторе воплощений опускается в мутную жидкость кислотных дождей и голубых струй кислородно-азотной смеси, в сферу земного горения, в преддверие Преисподней. В лапе он держит обращенный вниз трезубец – символ поклоняющихся ему народов, изумрудно-зеленый хвост обвивает обод колеса. Над ним, на площадке, недвижно восседает крылатый сфинкс, вооруженный мечом. Длинный нож он держит лезвием вверх – знак стража, а не палача. Человеческий лик сфинкса спокоен и строг.

«»

Зал волнами наполнялся то шумом арены и воплями актёров, то смехом свистящей и гудящей толпы монстров, моментами стихающими до мертвой тишины.

Вся эта какофония звука и света, движений и эмоций зависла над пропастью арены, в бездне которой посверкивало разлившееся кроваво-свинцовое озеро жизненного перехода. Колесо самсары, русская рулетка, уже запущенная энергией коловорота.

В самой середине, где волны образовали полукруглую впадину, подымался иероглиф планеты радужного Меркурия – «указательный палец», напряженный золотой стержень, обвитый, как кадуцей, желающий погружения в рождение, двумя его спутницами – серебристыми змейками высоких и низких эмоций. К середине и диаметру было прикреплено колесо Девы, – древней богини Изиды, и вписан вращающийся шестигранный знак Макрокосма с тиснением Числа.

Десс

Согласно египетским философам: «Меркурий должен всегда быть вблизи Изиды, как ее министр, ибо без Меркурия ни Изида, ни Осирис ничего не могут совершить в великой работе». А на «кадуцее» вертится весь мир порождения. Для иллюстрации падения божественной природы в зарождение, египетскую богиню иногда изображают скачущей на обезьяне – обезьяньи боги всегда были фаллическими и в Египте, и в Индии, «хотя Киноцефал, на самом деле, был скорее герметическим, нежели религиозным символом».

Странник

С очень грубой прикидкой к аналогии, сфинкс, по функции, очень напоминает спермогенетика в научной лаборатории женского чрева. Он так же беспристрастен к «материалу» и принимает семена киноцефалов в верхней точке – точке женских эмоций, совершённого цикла оплодотворения. Он без колебаний отсекает «мечом», как ему кажется выработанное, уже ненужное для новой жизни человека и достаёт из тайника пробирку специй с семенем Искусителя. С семенем, которое, как говорилось выше, ещё со дня совращения Евы поселилось и плещется во влагохранилище каждой из ее дочерей. Затем подмешивает и сливает его с судьбой нового из рождающихся приговорённых. Эта прививка, как пропуск на вход и плата за выход с проходной фабрики смерти. И, выписав и запечатав нисходящим путёвку в реальный мир, «работник небесной кухни» низвергает их на землю змеями мудрости.

Десс

Мельница превращений, или сепаратор Судьбы, построена и освящена Высшим. Нечто беспощадно влекущее перемалывает вас с явным проблеском связи с Небом, притом связи методической. С Архетипом и высокими ноо-энергиями вы связаны тем, что обыкновенно называют «Небесным Заветом». В строках и страницах этого Завета формируются и реализуются когнитивные принципы жизни, принципы познания мира.

Странник

В природной же жизни мы имеем дело с беспристрастным вращением крыльев «мировой мельницы», – этой небесной «ложкой», размешивающей крупицы «эго». С беспощадным «колесом фортуны», которое все мелет, все ассимилирует, все приспособляет, приподнимая или вознося вверх одно, опуская или сбрасывая вниз другое. И, как и всякое затягивающее в свою воронку круговое движенье в стакане, оно никого и ничего не оставляет неподвижным, стационарным, кроме своей оси, центра стремления, который даёт нам возможность существования в иллюзии, именуемой философами «материя».

Десс

Просветленные намекают, что в астральном колесе скрыто вращение энергий, доступное лишь наблюдению человека, изощрившегося одновременно в метафизических аналогиях и в этическом герметизме. Этот круговорот определяет гигантский комплекс переходов, превращений, порождений – комплекс тонких проявлений, глубоких знаний, открываемый священными книгами и понятый при прочтении. И только тогда Зар умирает и высвобождается закованное в школьные догмы и роковую судьбу сознание. Выстраданный опыт и приобретённая мудрость формируют новое свободное знание, связанное с высшим путем мудрой и жертвенной любви.

«»

Декорации вновь изменились. Теперь оставшиеся толпились на посадочном терминале горной трассы, который, скорее, напоминал здание морга или больничного комплекса, чем небесную гавань. В здании было еще солнечно, но быстро темнело. Гигантские скрипящие вагоны-фуникулеры, ещё более масштабные, чем в цирке «чертова колеса», медленно подходили к терминалу для посадки пассажиров, прибывающих нескончаемой толпой. Подходившие и взлетающие «вагоны» выглядели фирменно и необычно. Необычным было и обслуживание. На верхнем ярусе «аэровокзала» в костюме зелёного ящера весело встречал прибывающих красноглазый бес. Из верхних поездов выходили дети в сопровождении Хранителей. На нижнем, в форменном мундире смотрителя предгорного курорта всех встречала ласково улыбающаяся красотка – «царица мира и жизни». Личный гений провожал каждого, отбывающего в пропасть неизвестности. В проводниках улетающих вагонов состояли на службе молчаливые демоны. В самом конце «взлётной полосы» виднелся заиндевевший, забрызганный грязью и нечистотами «столыпинский» вагон для проклятых. Дрожащие, искаженные пороками тени шли на посадку по живому коридору из растерзанных ими жертв.

Вот уже старинный колокол прозвонил и над нижней платформой разнесся жуткий рёв реактивных, как показалось, двигателей.

Прозрачные люди садились в фуникулёры до станций или зон, указанных в билетах. Перед посадочной платформой обезьянки из лаборатории Великого алхимика, крутили свою шарманку и под звуки марша Шопена выдавали каждому убывающему в иные миры, каждому проходящему в вагон, одну из цыганских карт, – как билет со скрытым смыслом отправления, его поездки и места назначения.

Поглотив в темные недра, и захлопнув за прибывшими огненные двери, вагоны стрелой, с железным грохотом и визгом, кубарем устремлялись в мрачную и взвихренную заоблачную высь.

«»

Экспресс агрегатного перехода в своем движении «чертова колеса» змеей опоясал потемневшую площадь, будто кусая свой хвост, и скрылся в золотистой туманной кисее. Вагон вошел в странный вертикальный тоннель с подъемами и падениями, возникающими токами спирали индуктивности тревожных чувств неизвестности, безвременья и невесомости.

Сверкавшая на посадочном поле хрустальная морось, насыщенная брильянтовым светом и солнечной жизнью, – за окном словно остекленела и помертвела. Воздушный океан погрузился в сумрак и вагоны окутала холодная пелена ночи.

«»

Воздушный океан не напрасно так назван. Как губительные океанские волны, мертвая зыбь или ласковый штиль порождаются и вздымаются ветрами, движением атмосферы и природных явлений, – так и огромные массы воздуха волнуются, сдвигаются, перемешиваются и бросаются то вверх, то вниз, порождая высокие или низкие давления ртутного столба. Заатмосферный океан, океан абсолютного холода – своим течением омывает необъятные космические дали и управляет потоками сияющих энергий звезд, взрывами сверхновых, планетарными воронками системного вращения, солярными протуберанцами и порожденными ими солнечными ветрами.

Книга 3 № 216

«И сказал змей жене – нет, не умрёте…»

«Пузырёк ментальности»

Десс поддерживала в сознании Ниоты мысль, что в своем пути цивилизация, как и эволюционирующий человек, проходит три этапа. Первичной, окаменелой неразумности или неразбуженного сознания, – состояния, похожего на «в том гробу моя невеста», когда качество неразумной материи «спящей царевны» символизируется не окультивированной, не поднятой ещё целиной. Вторично-подвижного, размороженного или «жидкого» её состояния (а чувственная среда сравнима с водой) – и это подобно пробуждению мыслительного процесса и инстинктов. Правда, еще не облагороженных моралью, т.е. неспособных к осознанию последствий собственных действий: «хорошо» это или «плохо». И третьего состояния «броуновского движения» разогретых мыслей, состояния эфирности цивилизации. Т. е. достигнутой высоты помыслов, привитых и взращенных гениями её культуры, – то газообразное состояние разума (а ментальная среда сравнима с воздухом, эфиром), в котором цивилизация, как и обычный, заурядно мыслящий «Хомо Сапиенс», обретает блага сознания и различения этих самых категорий «добра и зла». Ведь «древо познания» – это не надкушенное яблоко, а качественный иной уровень осознания происходящих процессов. И обретая орбиту мысли Десс – Ниота входила в солнечную область понимания.

Ниота

Здесь можно добавить четвёртый этап преобразования яркого логичного мышления цветущего человека, нации или цивилизации в переходную к немощи стадию маразма. Когда забываются традиции, путаются гендерные признаки и функции, и им срочно требуются памперсы, когда воины маразма видят себя в зеркале при полном вооружении. Однако мне интересны не маразматики от политики, а точки плавления или перехода из состояния минерально-растительного мира – этого эмоционально ледяного «варварства», в состояние сознания ментального кипения, т.е. переход в чувственное осознание мира людей.

Десс

Переход из одного энергетического обитания в другое, теоретически, должен сопровождаться функциональным изменением среды, накалом конфронтации процессов и элементов, изменением структуры и прочности внутренних связей введённой рамочной конструкции. При свободном расширении сознания, т.е. с изменением ментальности и законов внутри сообщества – это приводит к ре-или-э-волюционному переформатированию связей с резким снижением социального давления, что полагает переход от гегемонии и тирании всевластия – к демократическим принципам отношений «стулонаследников» с нижестоящим сообществом. Или, по-простому, – к нормальным ценностям человеческой этики и общественной справедливости.

Пузырек ментальности зарождается в самой глубине мрачных инстинктов и первобытных эмоций на промежуточных уровнях процессов познания. По мере прохождения этих состояний и выхода из темноты тысячелетий к «светлой» поверхности, – окультивированное цивилизацией осознание нюансов окружающего и внутреннего миров растет, утончаются и ваши повадки, и внешность, и ваши привычки.

Принципиально возникновение и развитие цивилизаций, как и вообще социальных процессов, идет по трем различным сценариям:

–возрождаясь из одной пространственно-временной точки, они развиваются в своем пути с разными скоростями,

–возникая из разных точек, они развиваются с одинаковой скоростью,

–возрождаясь из разных точек они и развиваются с разными скоростями.

Это справедливо и к развитию личностей. Цивилизация достигает пика развития, когда, как бы, «радужным мыльным пузырем» плеяда мировых гениев вскипает на поверхности стержневой нации или расы. Чем выше этот «купол» цивильной креативности, – тем тоньше переливчатая во мнениях и ограничивающая пленка человеческих заблуждений и социальных законов. Тем прозрачней и видимей истинный мир, суть окружающий. Тем понятней и ближе космические законы и жизнь, с которой сливается личность или сформированная зрелая цивилизация, когда разрушается преграда, и индивидуальный разум или разум коллективный вливаются в подобную им истинную субстанцию, в тело «ноосферы» – в звездную космическую среду.

Великий Архитектор строит мир. Для реализации любой идеи необходимы план, исполнители и ресурсы, к которым можно отнести и строительные ресурсы Человечества. Необходима материальная инфраструктура, разветвленная система потоковых коммуникаций. И все это подчинено единой Воле, во исполнение непознаваемого Замысла. Идет созидание Идеи. Что же сооружают, и для кого возводят мировые каменщики и космические мастера всё это на вашей «стройплощадке»? Какова идея и конечная цель Творения? Но что бы это ни было, известно, что по завершению работ строительный мусор и отработанные ресурсы вывозят на свалку.

Ниота

Складывается впечатление, что человечество явилось результатом слияния двух ветвей развития – двух «прививок» или попыток генетического опыта. Согласно шумерским повествованиям на глиняных плакетках, обозначенных, как древняя Библия или «Энума Элиш», при бунте подчинённых богов один из верховных – Энлиль потребовал казни участников. Советом высших богов ему было отказано в массовой казни, но не сказано, что это за казнь и какова была дальнейшая судьба революционеров. Неизвестна и судьба зачинщика и лидера восстания богов – одного из бывших высших в божественной иерархии «прибывших со звёзд», по какой-то причине или провинности попавшего на рудники с другими – низшими богами. Не из этого ли божественного генетического «материала» были созданы люди? «..Бери из самого сердца, из центра» – фраза другого, соперничающего с Энлилем, верховного бога Энки, обращенная к «акушерке» человечества Нинхурсаг. По данному писанию – праматери людей при их сотворении. Из сути осужденного на вечную смерть титана-творца, – создали человека, творящего лишь отраженным, завернутым в плоть светом. Так, Древний был разлит по группе первой крови, распят на гениталиях человечества, осужденный на вечные круги перерождения, оставаясь, при этом, бессмертным.

Десс

Под разными именами скрывающийся Гений человеческих судеб, их бед и радостей, – будь то Прометей, Люциус, Змей Эдема и т.д., дав познания человеку, нарушил ход естественного развития. По замыслу Высшего человек должен был получить эти знания, пройдя естественным путем эволюции до определённого круга, вернее до точки начала восхождения разума от материи к духу, состояния сознания от тела к душе. Тогда, в середине развития приведённой к жизни расы, «чистый» человек познал бы некую «тайную науку», что не искажало бы весь ход развития земного эгрегора и очередного человечества. Таким образом, Люциус (выберем на время это имя) нарушил высшие принципы гармонии и симметричного развития Мира, привел в движение маятник кармы и закрутил веретено пространства. Как сахарную вату, космический ротор стал разрывать куски астрального тумана в различные формы и, тем самым, разбудил великую Смерть. Т.к., всякий раз, получив тайные знания беспредельной власти преждевременно, не обладая ни мудростью, ни высокой духовностью, человек употреблял их во зло, – для удовлетворения низменных своих потребностей, порождая войны, колдовство черной магии, ненависть и вражду. Тем самым, вынудив «стоящего над» – создать искусственные, можно сказать, тепличные лабораторные условия для ускоренного развития духовности в человеке, основав мировые религии, искусство, культуру и саму цивилизацию. Одновременно отрезав его от владения сверхестественным сознанием и звёздными качествами.

Ниота

После божественной лоботомии отцами-генетиками и их усилиями – нынешняя, измененная сознанием раса, перестала понимать вообще, или весьма искаженно, учения и «школьные» знания прошлого. Потому, с испугу вероятно, «творцами-вирусологами» были написаны и вырублены на скрижалях жизненные заповеди, и передавались по поколениям, ограничивающие когнитив неписаные нормы и правила, для одебиленных ими «адамов и ев», чтобы они окончательно не превратились в скотов. Как и раньше в наших национальных психушках, сидящие по обособленным религиозным и культурным палатам люди, со сморщенным мозгом, – когда-то не могли разобраться в обычной информации из нынешних школьных учебников или книг, так и сегодня – нам не доступны для понимания, очевидные когда-то, планетарные формулы и космические законы. Некие, как-бы, пытаются хранить древние истинные знания, но в их узко собственническом, выгодном понимании и перелицовке молитвенных текстов, великих слов и имён – получается не очень. Дайте олигофренам, а их в сумасшедшем доме большинство, на хранение источник знаний, вписанных, хотя бы в учебник алгебры класса школы. Любопытный от природы, человек (в данном случае олигофрен) станет рассматривать и, как-бы изучать, непонятные «скрижали» математических формул, закономерностей связей, процессов решений и результатов. В конце концов, вероятно, он придет к выводу, что всё, изложенное в учебнике, – неверно, так как ему всё это непонятно. И смело приступит к «исправлению» сути содержания. Можно лишь представить, что он там наисправляет, как «объяснит» и какими нарисует, по его пониманию, «правильные» знаки, цифры и символы, оставив в целости лишь переплёт и титульный лист. На этом примере, по крайней мере очевидно, как нас потчуют собственными «переводами» великой зодиакальной истины эти «знатоки», – ученые палаты №6 и «хранители» сакральных знаний в своем прокаженном заземленном понимании. Бывают редкие проблески бывшей славы осознания и разумения лишь у шизоидов. Тогда мы говорим о божественной гениальности, о золотой пыльце вселенской ноосферы, о «поцелуе» Бога. Но, на самом деле, это лишь малая толика просочившихся, прорвавшихся сквозь омертвелый разум, – затихшие волны общих знаний наших предков, обычных для прошлого человечества. Тех сакральных знаний – которых мы не только не помним, но и не поймем, даже если нам «с барского плеча» будет вновь открыта истина. Т.к. даже «просветлённые» мозги – лишь редкие отблески былого ментального величия и могущества. Да и те – маниакально больны и преследуемы медицинским проклятьем из прошлого. Мы не принимаем информацию уже на 90-85% от работы нашего мозга, и не понимаем истинно окружающий нас мир.

Десс

Постичь его суть можно, как говорят великие книги, – в пустоте мыслей, отсутствии чувств и двигательной активности. Тайные знания хранятся в самом сокровенном уголке жизни разума, и овладеть ими можно, только проникнув за занавес чувственных желаний, развернув обертку эмоций.

Считается, что истинный Бог, Атман, бесплотен и абсолютен в своей сущностной простоте. Он единичен и неделим, как мельчайшая частица мироздания, вбирающая в себя весь космос, все галактики и вселенные, и одновременно включенная в любые более сложные существа и создания.

Ниота

Не является ли, в таком случае, «атом» производной от А-Тма, вселенского Атмана – той первочастицей и невидимым «альфа-самцом» и породителем видимого света и материального мира? Ведь он живет во всем в природе, и в каждом из нас.

А земными богами из плоти мы называем, возможно, лишь ту часть «взбитых сливок» или общественного верхнего крема на глобальном социально-экономическом пироге, из перемешанного ими теста наций и народов. Ту часть «болезнетворной» мировой элиты, которая решила опустить своих сограждан и подняться над ними ещё выше с помощью неких биологических манипуляций, чтобы властвовать над поражёнными проказой глупости и лени – убогими, никчемными и культурно извращенными народами нынешней цивилизации – народами белой расы ариев. Оставив себе право на власть, на неусеченный, незамутненный разум и вечное царствование с помощью антидотов или прививок от, ими же созданного, древнего вируса типа ЗИКА или от амёб менингоэнцефалита, пожирающих мозг. Дынеголовые и сейчас объясняют ущербным круглоголовым, как строить свой муравейник, на какое количество штук размножаться, и куда не стоит совать свое любопытство, объявляя решившихся на бунт – политическими врагами цивилизации или сумасшедшими прожектёрами, стоящими вне фундаментальных законов, как учреждённой ими же церкви, так и уголовного кодекса.

Десс

Две жизненно влияющих энергии на «избушку» человечества, две подпорки, две «курьи ножки», – это те, пресловутые два древа эдемского сада. Под неусыпным вниманием Креатора взращивается Древо Знаний, а нервный Даат, как тень, пасётся возле и холит плоды тайных знаний постижения на Древе Вечной Жизни. Под кроной ветвей этого божественного дерева бессмертия и безвременья он наполняет корзину – по всей видимости, плодами вечной жизни для райской кухни. Древо Знаний олицетворяет различный инструментарий ритуальной жизни человечества, древо связей и родословных ваших семей и фамилий. В апокрифах и на некоторых живописных полотнах ствол древа по форме напоминает «янскую башню», а его ветви оканчиваются плодами, напоминающими женскую «беседку удовольствий». Это и был «божественный» дар жадного до власти Белиала, подарок людям лишь тени подобия вечной жизни – дар продолжения рода. И этим продолжением не поленились воспользоваться и молодые самцы, сладкоречивые маньяки Эдема: «…сыны Божии увидели дочерей человеческих, что они (глупы, неразборчивы и) красивы, и брали [их] себе в жены, какую кто избрал…»

Ниота

Но существует и много легенд о похищении, рожденными от земных женщин полулюдьми, – небесных дев, богинь, что являлось причиной битв и на земле, и на Небесах. Может быть, обладающие великой силой колдуны атлантической расы, как их описывают, захотели подняться до небес обратным совокуплением? Магически вызывая и материализуя дух богини, они пытались вступить с ней в брачную связь, чтобы потомство Левой тропы стало «богамирожденными» или полубогами, что давало им вечную жизнь? Не служило ли это посягательство на небесный Престол причиной уничтожения предыдущей расы и низвержения на Землю их полубожественных, астральных порождений и ангелов, ставших материальной опорой и демонами магических действий, помогавших в этом и атлантам, и нынешним тайным сообществам, заключив с ними своеобразный союз, договор, вызывая к себе Высшие Женские Силы в обмен на признание Люциуса «богом богов»?

Десс

Древние повитухи по-серьёзному утверждали, что по запаху новорожденного они легко могли определить не только расу, национальность, но и его звезды, типологию судьбы, характер и будущие склонности ребенка.

Ниота

Всевозможные парфюмерные «отдушки», дезодоранты – придуманы мимикрирующейся, нечеловеческой «люциферной» расой, весьма неприятно пахнущей, чтобы на время скрыть свою вонь и войти в сожительство с другими расами и нациями. Именно на время, т.к. выведенные особи полурасы-полукровки будут ровно обонять друг друга, не отторгая. Эта живучая нация чужаков, проституирует в прямом смысле и мыслями, и сердцем, и телом. Им надо как можно больше энергии земной крови – энергии денег. На одну ночь немытые мажутся благовониями, чтобы не отпугнуть их заказавших, получают блага за предоставленное удовольствие, а затем отвратительно зазывают и заманивают других. Их женщины ложатся под любого, заводя многодетные семьи, чтобы потом, в «ночь длинных ножей», свергнуть господство земных коренных рас с тверди и воцариться. Им надо денег. Так поступают и уличные с низкой социальной ответственностью. Только цели у последних пониже, помельче.

Возможно у них появится соблазн сослаться на праматерь, – «слабую на передок» красавицу Еву, которая не смогла соблюсти даже единственный завет чистоты, что привело к «грехопадению во блуд». Нарисовавшийся перед Евой, неизвестно откуда взявшийся Змей, поставил под сомнение строгий запрет Господа. Это история о нарушении божественных указаний, о лжи, о коварном, хотя и правдивом, змее, о наказании и изгнании в сферу земных законов.

Далее по тексту в интерпретации – «примитивный рабочий» первой семейной пары тотчас же переложил вину на женщину, которая, в свою очередь, обвинила змея. Разгневавшись, Бог проклял и змея, и людей, и, подвернувшуюся под горячую руку, соучастницу соблазна – ехидно хихикающую Лилит. Затем последовал довольно неожиданный поворот в сценарии: «сделал Господь Бог Адаму и жене его одежды кожаные, и одел их». Возможно ли, что они вовсе не имели плотных тел, пока не пали на земную твердь?

Десс

Интересна игра слов, заключенная в имени первой женщины. Ева – не только трактуется, как «дева из ребра», но также Ева – это «дева жизни».

«И сказал Господь Бог: вот, Адам стал как один из Нас, зная добро и зло; и теперь как бы не простер он руки своей, и не взял также от (ветвей) дерева жизни, и не вкусил, и не стал жить вечно»

Свидетельством схожести и достоверности обособленных древних текстов – и два дерева, дерево познания и дерево жизни, которые росли также в обители шумерского бога Ану. В более древних, чем Библия, месопотамских текстах также именно змеевидный Энки даровал «знания», или мудрость, животному существу Адапе:

«Он умудрил его разум, он открыл ему образ миров, Мудрость дал он ему, вечной жизни он ему не дал.»

Статус человека по отношению к богам, до обретения, немногим отличался от статуса домашних животных. Боги просто усовершенствовали одно из, приспособив его к своим нуждам. Может быть, отсутствие «знания» означало, что новое существо жило, разумело, питалось и занималось точно так же, как животные, а иногда и с животными?

Ниота

Все великие книги говорят о законах, запретах, заветах или заповедях божиих. В чем их смысл? Нарушение их, возможно, приводит к возмущениям, нарушению ламинарного или планомерного течения, хода космического развития и судьбы человечества. Условием решения задачи эволюции являются некоторые ограничения, которые не позволяют ни возврата на предыдущую ступень развития, ни зацикливания на настоящем уровне.

Десс

Человек перестал быть бессловесным рабом и превратился в самостоятельную личность, причем произошло это – как свидетельствует Книга Бытия – не по желанию самого человека, а вследствие наказания, наложенного на него Богом. И всё бы ничего, если бы плоды древа были сладкими и спелыми, но они оказались незрелыми и кислыми, – как последующая земная жизнь падших. Рано их стала рвать и грызть Ева. Будь они сладкими, может и жизнь земная на вкус была бы иной.

Нарушение причинно-следственных связей, перевод на обратную функцию «следствие-причина» работает как машина времени – машина обратного отсчета и формирования динамической модели возврата к «исходному пункту». Что приводит к значительному искажению картины планируемого будущего и внесению коррективов и затрат дополнительной энергии, времени и средств для его достижения. Принцип и призыв «не отвечай злом на зло» – как раз служит таким ограничителем. «Не убий» – ограничивает и дает решение задачи эволюции, формируя статическую модель, в которой важен каждый элемент, выведенный Творцом на «сцену жизни». Вероятно, по отношению к человеку у Него далеко идущие планы, т.к. данное ограничение в расстановке фигур – также экономит «средства и время».

Ниота

Но это лишь подтверждает гипотезу, что времени у человека для плавного естественного, дарвиновского развития просто нет. И мы не знаем, что нас ждет впереди. Ограничения, впрочем, относятся не к природному, физическому развитию тела человека. Возможно оно с точки зрения Природы и совершенно, т.к. человек вводится в игру сложением энергий даатической системы, как эффект синергии слившихся сефир, и как Венец творения. А эмерджентная функция системы творения должна, по идее, вести к росту разумному, – к космическому подъему и духовному развитию человека. В чем план творчества – мы не познаём, но любое вмешательство в план Креатора со стороны человека наказуем. Подобные ограничения можно встретить при решении целевых задач выбора или распределения, построении связных графов, эйлеровых цепей или в теории игр. Но так ли непознаваем план космической гармонии? Даже обратносимметричная матрица, может использоваться, как модель приведения к гармонии, оптимизации отношений и значений полярных понятий: добра и зла, любви и ненависти.

Многие источники говорят о примачеловеке первоцивилизации, как о создании бесполом. Здесь, например, Е. Блаватская ведёт разговор и о «колонии» лунных богов-питрисов или «питарисов», отвечающих за формирование плоти и животную сущность человека. А ещё туманно намекает о до-расовых «чхайя» или т.н. «потомрожденных», заполонивших, блуждающих, толпящихся и тусующихся по мировым горизонтам и планам – о бестелесных формах, способных к искусству материализации «тонкого астрала» из мысли, и волшебному клонированию подобных себе без магии овуляции.

Десс

Возможно, этот генетический опыт по каким-то причинам не устроил Создателя – первые рабы не спаривались, не были пригодны к физическому труду, не давали потомства, были нежизнеспособны и вымирали, хотя и были, судя по древним текстам, долгожителями. Но что такое долгая, долгая жизнь под взглядом Вечности? О первом лабораторном разделении гермафродитов по гендерному признаку и дефлорации говорится в легенде о Каине (койн – зерно, семя, связанное с оплодотворением), и Авеле (процесс овуляции клетки). Причем, по тексту писания – здесь убийство не очевидно, как утверждается в Библии, т.к. по смыслу изложения не Бог, а «…земля взывает к отмщению» за пролитую кровь. За этот акт – а не за погубленную жизнь.

Аллегории таких «убийств» могут трактоваться, как на уровне физиологии – поляризация в расе гермафродитов, когда одна особь, осознав свою половую ориентацию, отказалась удовлетворять какую-либо гендерную свою суть – одну из приданных опций. Так и на уровне высших субстанций, когда животная душа, – платоновский зверь в человеке, подчинила себе высшую сущность, отстранив её от управления человеческой душой. В древнегреческой космогонии Зевс сокрушил производительную мощь Кроноса, порождавшего неразумных титанов, которые не разумели двойственности, возможно, вовсе были бесполыми, но зато вечными, и не имели познания о добре и зле, т.е. представления «что такое «хорошо» и что такое «плохо»». По Библии младший сын также оскопил своего отца – Ноя. Аналогия, но уже социально-экономического «убийства» прослеживается в истории борьбы и обмана за первородство и обладания властью и наследством сынов Исаака – Исава и Иакова. Подобные истории встречаются и в шекспировских пьесах.

Ниота

Интересно, почему именно Земля не хотела этого события? И главное, нет продолжения и последующего развития данного действия. То, что история заканчивается «убийством» лишь литературная аллегория – интерпретация драматургии первого полового контакта с обычным для женской физиологии кровоизлиянием. Наступила «смерть» одиночной, обособленной, безликой и бесчувственной жизни недолюдей, впавших в содомию червей и пресмыкающихся, и прекративших эволюционировать. Андрогины разделились по первичным половым признакам на планах энергий Ацилут и «министра НКВД» Бериа. И не очень известно, кто же был инициатором интима? Складывается впечатление, не лишённое фантазийности, что и в этой расе андрогинов – поорудовал, вечно виноватый и охочий до секса бессмертный, бесстыдный и похотливый Змий. И, «вкусив от древа», матриархат начинался с грубо материалистичной и практичной Оваль, которая была первична в желании и инициативе. Она умерила в Каине творческую прыть, насвистывая волшебной дудочкой словоблудия и, оставшись дома и сославшись на головную боль, отослала его работать на общее благо. Про совместно нажитых детей ничего не говориться. Высочайшей ценностью монорасы андрогината была способность к авторепродуктивной функции, которая могла быть навсегда «завязана» чужим семенем. Возможно, они не давали потомства от сожительства. Скорее всего опыт был неудачным и эти лабораторные образцы были списаны с поверхности за ненадобностью.

Десс

Это событие дало начало новому эксперименту Богов – созданию гендерно разделённой, дуальной расы. Тяготение к обществу иного пола, влечение к спариванию давало расе преимущества перед предыдущими. В социально-демографической сфере – к разделению по половому признаку и деторождению вначале, а затем – в социально-экономическом аспекте привело к первобытной кооперации людей, разделению «постельного» труда и сексуальных функций, и специализации по видам деятельности. А также, к почти вечному во времени самовоспроизводству. Т.е. синергией гендерного слияния со знаком «плюс» было положено начало социализации, организации общества, формированию первичной системы ценностей и культуры отношений, и началу самой цивилизации. Но со временем накопилась и отрицательная синергия ошибок «воспроизводящей системы» цивилизационного развития.

Если рассматривать материализацию чувств и отношений в их развитии, как преобразователь входов одного типа энергии в выходы иного типа, то синергия ошибок – это сбой в работе, нарушение закона или ламинарности потокового процесса. Это возникшая несинхронность входа и выхода. Нелинейность потока преобразующей энергии «падших сефирот» – это результат осложнения действия не только огрубевших душ, но и материализации стимулов для запуска процесса отношений между ними. Это не алгебраическое сочетание пар противоположностей, а эмоциональное преобразование входного сигнала либидо в выходной. Источники синергии – не только в проявлении множественных корреляций поведения и уступок, но и в проявлении многих других взаимодействий между соединяющимися парами.

Для синергии сердечных сил и человеческих энергий подходит это описание, но для временных этапов, синергии эволюционных процессов, для ускорения и управления общемировым развитием, как показывает опыт истории, необходимо воздействовать на народы иначе. Для распада «ядра» закостенелых форм, для создания новых отношений, ускорения работы мозга, как в ядерной физике – необходимо воздействие «выстреливаемым пучком направленных электронов». Возможно, в виде войн, пандемий, мировых катаклизмов и технологических прорывов.

В своё время работа над лазерами подвигла Г. Хакена к созданию концепции синергизма. Источниками синергии могут быть коллапсы звезд, ядерные взрывы, социальные и научно-технические революции, экономические «чуда», появление продуктов, коренным образом меняющих мир, возникновение и гибель цивилизаций, великие распады и объединения, трансформации и превращения в политике, религиях, в социальных движениях, в кристаллизации или «сверхтекучести и сверхпроводимости» любви …

«В лабиринтах ночи»

В прозрачных водах вечности застыла Луна. Одинокий глаз богини ночи желтел за окнами летящего экспресса, как укор делам темным и тайным, как символ мудрости и глупости, и ее вселенского противостояния с Солнцем.

Десс

Луна – ночной фонарь, освещающий черный ход «заднего двора» любви, спутница райского полета и провокатор греховного падения. Ночь – темный иудейский понедельник нашей жизни, пришпиленный блестящей кнопкой разорванного овала буквы на черных Небесах. Поэзия викингов красиво и с нескрываемой обречённостью воспевает высоту и бездну неотвратимого шага в вибрации серебряных, полных эроса, лунных струй: «Ночь палящая, наша воля – лишь воск в твоих жарких руках. Наша верность – тростинка в дыхании твоем…» (Сёдерберг).

Ниота

Мы поклоняемся Антихристу, кладбищенской погибели, хоронителю разума. Мы коленопреклонённы богине тлена, колдунье душевной смерти, убийце Ангела-хранителя. Венера, Афродита, Люцифер, Ловец душ, Любовь – ее имена. Она лукава, жестокосердна и коварна. Она убивает не тело, она отнимает саму суть – душу, её жизненные силы, сокрушая смысл и основы Веры. «Ночь палящая» её пособница. Она царствует на Земле, расставляет силки, манит в капкан изнуряющей страсти и губит неминуемой разлукой свою наивную сестру Надежду. «…Любовь и Разлука не ходят одна без другой…». Сердца бьются, как мухи в ожидании неминуемого, опутанные липкой паутиной изъязвляющих обманных чувств.

Смерть, которая дана нам в понимание и которой мы страшимся – только она по-настоящему милосердна. Она разрушает лишь оболочку, забирает животную жизнь, оставляя не тронутой жизнь вечную. Она – богиня воинов, достойная жертвоприношений, жертвенности и поклонения. Правда, война тоже проявление любви – но любви особого рода.

Да, эмоции естественны, но это жадные пауки, ядовитые змеи, незаметно подкрадывающиеся, жалящие и победоносно высасывающие сердца, оставляя лишь пустую скорлупу, бродячую серую тень, – тела, лишённые света.

Десс

Глядя на одинокое, продырявленное звёздами небо, люди вымаливают любовь и прощенье у зеркального Солнца тёмных небес. Заклеймённые реинкарнацией и вечным воспроизводством себе подобных, прикованные цепями страстей земляные мытари не в силах совладать с тёмной силой влечения. И отпетые негодяи, и «возвышенные души», и почтенные социальные «праведники» регулярно возвращаются на скользкие круги и, не без удовольствия и ревностно, исполняют животный ритуал «супружеских обязанностей». «Все и вся» прилежно следуют закону, манящему к «блуду» и склоняющему к предательству – закону луны, вместо того, чтобы «…понедельники взять и отменить!».

Ниота

Селену обычно изображали в блестящих одеждах, в образе излучающей свет крылатой женщины. Она главенствует над ночными небесами, передвигаясь по ним в своей колеснице. Эсхил в своих произведениях называет Селену дочерью Гелиоса и сестрой богини зари Эос.

«Ночь сменяла уходящую на покой белолицую богиню Дня. На радость природе, из-за горизонта на фиолетовые небеса неторопливо влекли величественную колесницу богини Луны крылатые белые кони, в сияющих полумесяцем плюмажах. Селена восходила на царство в длинном одеянии цвета серебра и шафрана с лунным серпом на белом лбу и золотым венцом на голове. При её появлении море, охваченное беспокойством, с шумом катило волны на влажный берег. И не было на земле смертного, не испытавшего с появлением Селены неясного томления и сакральной грусти. Тьма окутала все кругом. Вокруг колесницы богини Ночи толпятся юные фрейлины богини Зари – сверкающие звезды, и льют на землю свой неверный, мерцающий свет. Много их, они усеяли все ночное темное небо».

Другой древний миф красочно рассказывает о любви Селены к прекрасному юноше, погруженному в непробудный сон.

«Медленно едет по небу в своей колеснице, запряженной черными конями, богиня ночи Ньюкта. Вот легкое зарево показалось на востоке. Разгорается оно все сильнее и сильнее. Это восходит на небо Селена. Круторогие быки медленно везут ее колесницу по небу. Спокойно, величественно едет она по небу в своей длинной белой одежде с серпом луны на головном уборе. Мирный серебристый свет струится от колесницы и озаряет спящую землю. Объехав небесный свод, богиня Луна спустится в глубокий грот. Там лежит погруженный в дремоту Эндимион. И целую ночь она может проводить рядом со своим возлюбленным».

Десс

По другой версии, однажды, случайно бросив свои лучи под свод пещеры, «увидела Селена прекрасного Эндимиона и, пораженная его красотой, потеряла покой. С тех пор в часы, когда ее не видно из-за туч, богиня, остановив колесницу, спускалась в грот, нежно склонялась над спящим красавцем, целовала смежившиеся очи и произносила слова любви. Слышит их Эндимион, но, зачарованный Гипносом, не в силах приподнять век и ответить на ласки. Поэтому всегда тоскует Селена, и ее тоска порождает среди всего живого такую же тоску и грусть. И печален свет ее, который льет она на землю ночью».

«»

Дорога пролегала в пустынной ночной полумгле. Гул полета и прочерки искрящегося трения создавали вращающиеся вокруг и пролетающие мимо вагонов фуникулёра разноцветные вихри бесчувственной материи и лишенной разума и формы неприкаянной плоти. Их было бесчисленное множество в окружающем, как бы одухотворённом лишь энергиями летящих, пространстве.

Ниота

Представляется, что оживающая плоть или материализованная энергия – это втянутые в «круг интересов» и зону притяжения Начала – духовные частицы (назовите их эйдосами или ангелами, или душами – суть одна), оторвавшиеся от ламинарного потока нематериальных жизней. Мириады «эго», уплотнившихся и падших искрами в материю. Тело здесь можно рассматривать, как неизбежное зло воплощения, точку опоры и начала физической жизни.

Десс

Столбовой постулат учения Пифагора в том, что существует постоянный принцип единства, скрытый под формами, изменениями и другими феноменами Вселенной – или атомарное строение веществ и тел, или цифровое моделирование, как современная основа программирования процессов.

Материя миров динамична и рассматривается эзотерикой, как порождение энергий физического и астрального атомов, двигающихся по орбите, задаваемой ментальной единицей. Соответственно время, этот небесный Сатурн – выступает в роли производной от кинетической энергии. Орбита единицы задана состоянием сознания миров. Т.к. потолок индивидуального сознания существует в пределах вида, – соответственно в мирах существует допустимый диапазон плотности или удаленности орбит атомов от ментального ядра. Чем дальше – тем разобщенней элементы, мало их взаимное влияние, несовершенней сущность, тусклее её свет и яркость квантов сознания. Вспышка разума «сверхновой», переход на более высокий уровень эволюции, и на другой уровень сознания, – сопровождается «бомбардировкой» ядра, слиянием атомов и ментальной единицы «эго». Исчезновением, точнее, интеграцией астральной и физической оболочек. Синергия времён возможна и зависит от скоростей взаимовращения – линейной и радиальной. Возможно, радиальная постоянна, т.к. радиальная скорость – основная, базовая характеристика миров, вида времени и состояния сознания. Для мира людей вихрь сознания задаётся Победителем, или ОИЕАЕОУ, или Богом бури, или т.д., – имён у явления и этой сущности много. Для других миров его песня вращения совсем иная. А различия линейных скоростей, в пределах одного мира, зависит от удаленности от центра и изменения орбит. Чем больше расстояние от центра, от одной орбиты атома до другой – тем выше скорость на окружности, тем более материальна и животно-эмоциональна по своим воззрениям и поступкам сущность. Т.к. малы силы гравитации, притяжения разума, – не чувствуется еще в теле и чувствах тепла и влияния центра ментальности. Предполагается утрата единства и концентрации мыслей, осознанности эмоций и дел сущности. Сверхудалённый физический или астральный атом при определенных условиях может быть даже утерян центром. Более сильное притяжение безоболочковых ментальных сущностей – демонов и лярв соблазнов, может сорвать их с орбиты и переподчинить другому центру. Так могут материализоваться фантомы зла. При этом, весьма возможно, что произойдет замещение эго, с дальнейшим распадом личности. Оставшаяся без атома, дуада будет являться фантомом до завершения отведенного срока жизни – или полного иссякания энергии физического, или света астрального атома, или силы притяжения центра.

Ниота

Из этого имеем право подтвердить давно сделанный вывод: материя, или «зло» – сильнО и обладает животным магнетизмом и притягательностью. Но, одновременно, она является и формообразующим принципом и основой жизни реальной вселенной. Насколько диаметр орбит близок к центру – настолько и сущность духовно освещена и высоко развита.

Десс

Причем ментальный элемент нужно рассматривать, как планету со своими спутниками: ум – как свойство «широты прилавка» накопленной информации, интеллект – как свойство анализа, разделения и складирования информации по ее качеству, полноте и важности, разумение – как свойство понимания сути вещей по анализу полученной информации. Интуиция, – как высшая форма разумения, возможна при сильной взаимосвязи, скорее даже слиянии, астрального и ментального элементов творения.

Ниота

При естественной «смерти» жизнь распадается на элементы, которые возвращаются к системообразующим истокам: два элемента – вливаются в энергии Пространства, один – в материальную основу. Форма жизни и принадлежность к мирам и классам зависит от состояния сознания и степени понимания сути вещей. Каждая единица имеет свою классификацию по основополагающему признаку: преобладания ума, интеллекта или разумения и интуиции. Но это уже другая эра.

При успешном стремлении вырваться, вынырнуть из омута «зла» и вернуться в чистые потоки духовного развития, происходит поглощение атомарных орбит и насыщение сущности энергией света вплоть до мельчайшей корпускулы материи. Так состояние нирваны при медитации достигается йогами ослаблением связующих и принуждающих сил – до полного освобождения от мыслей и эмоций, с результатом выхода в первичное Пространство. На внешней орбите «реальности» остается лишь недвижная форматированная плоть или «глиняная» форма, лишённая огня. «Матрёшка» раскрылась и явила на свет серебряный и золотой вкладыши – те истинные оживляющие энергии, которые приводят к активности тела. Так рождаются звезды и Сыны Света – святые сущности – т.к. именно энергии разума и сердца являются оживляющим принципом, дифференцирующими элементами и классификаторами мирового устройства материи.

При инволюции элементов и орбит первоначальных позиций, при слабом противодействии или полном согласии с подчиняющей их силой материальности – происходит охлаждение внутренней «звезды». Она, как бы остывает до состояния чёрного «карлика» и зло получает разум и чувства, лишенные Света. Будучи чёрным, по определению, оно остаётся разумным и поглощающе активным. Зло переходит в качественно другое сущностное состояние и, т.к. тёмные планеты чувств и разума стали самостоятельно закручивать вихри жизни – получает возможность формировать «живых мертвецов» – разнообразные мрачные и жуткие телесные воплощения, тварей без души и внутреннего Света.

Десс

«Неизвестным разумом» в Послании от 1927 года «об условиях зарождения жизни» утверждается, что пассивный или «мягкий» гендерный полюс способен зародить и материализовать потенциально сущую во вселенной жизнь – при условии особого математического отношения окружности женского «триангулятора» к размеру. В приписываемом инопланетянам обращении к человечеству, эти условия рождения разумной жизни определяются известным со времен Архимеда отношением окружности и диаметра, т.е. как Число Пи = 3,14159265359….и т.д.. Так ли это? Стоит ли верить «неизвестному разуму» и, вообще, проверяемо ли на верность это утверждение?

Голландец Лудольф ван Цейлен, затративший десять лет на вычисление Числа Пи, довёл его до «n»-угольника, где «n» = 60·2²⁹. В сочинении «Об окружности», свои результаты, уставший от осточертевших расчётов Лудольф, закончил словами: «У кого есть охота, пусть идёт дальше». Он же завещал, чтобы найденные им знаки, «необходимые и достаточные» для зарождения разумной жизни во вселенной, были высечены на его надгробном камне.

Ниота

Система зодиакальных созвездий или Небесный человек – оказывает влияние на всё сущее в подлунном мире. Интересна структура «небесного человека», представленная в Каббале, согласно которой созвездия, накладываясь на контур человека, (наверно потому что мы – образ и подобие его) формируют и руководят определенными потоками, энергиями, частями и органами человека. Интересно, в этой связи, определение созвездия Плеяд, как руководящего созвездия для праведно мыслящей Руси, что определяет место и роль России, как ведущей Судьбы и неумолимой Справедливости в жизни человечества.

Десс

По философии «дао» человек удивительно прост по строению: ядро – ментальная единица, вокруг которой вращаются два атома: астральный и физический. Из-за невероятной скорости их вращения, по сравнению со скоростью человеческой двигательной, чувственной реакции и осознания, – и создается иллюзия плотного физического тела. Как, впрочем, и остальные сущности и миры творения. Скорость вращения настолько велика, что создается иллюзия абриса, очертания до состояния осязания. В нашем случае – это физический контур и плотное тело человека.

Скорость вращения атомов, прохождения ими всего пути – того же внутреннего круга, по «человеческому» Зодиаку за одну секунду в теле, легко рассчитать по аналогичному отношению «года Брахмы» или года жизни Небесного человека, к количеству секунд в году – по аналогии и подобию года жизни человека. День и ночь Брахмы содержат 8.640.000.000 лет; 360 дней и ночей составляют год Брахмы или 3.110.400.000.000 лет. Т.к. Брахма имеет жизненный цикл равный = 100 его годам, то для упрощения расчётов примем, что и человек живет 100 лет. При условном допущении, что год Брахмы равен году жизни человека, переводя на наше счисление скорость вращения формообразующих частиц – получаем примерно 40000 оборотов в секунду в пересчёте на годы жизни Небесного Человека. Что придаёт упругость и твердость контуру и физическим телам. Ведь даже сильный удар клинка не перерубит струю воды в несколько атмосфер, хотя она такая мягкая и податливая на ощупь в состоянии покоя. А порывы урагана, этого свитого в плотные жгуты сумасшедшей скорости неосязаемого, вроде бы, воздуха, рушат металлические постройки, вздымают машины и рассыпают каменные здания.

Ниота

Подслушанные сакральные знания и подгляданные «прислугой» ритуалы истинно Знающих, превращались в их устах и дальнейших пересказах глупцами и профанами в сказки, байки и просто в обычную глупость. Иерофанты уходили из жизни реально, или в монастыри, или скиты, скрываясь от оцивилизовываемого ими же общества. А древние знания о переходе поглощенной энергии черных дыр (или адской тьмы) в 8000 градусный жар пекла солнечных светил на другой стороне зеркала мира вселенной распадались на дихотомию веры в приземленные религиозные картины ада и рая, и, в практически необходимые, научные знания об устройстве вселенной и солнечной системы. Вражда науки и религии и сегодня скрыто ведётся, а ранее битва была явной и беспощадной. Примером тому идиоты от католической церкви, со-сжегшие Николу Коперника за «ересь». Они лишь заученно повторяли, не осознавая смысла о том, что звезды – «дырочки в своде небесного мироздания», сквозь которые до нас действительно достигается свет иного мира, т.е. выхлоп переработанной энергии черными дырами трансцендентных миров. Так же из нашего мира «черными» притягиваются и поглощаются подходящие по тяжелому жизненному ритму, низкой духовной вибрации сущности, чтобы пройдя их чистилище давать тепло, свет и жизнь достойным – но в ином запределье. И рай и ад – они вплетены в ткань вселенной, они вокруг нас и в самой нашей жизни: в нашей внутренней и окружающей нас природе, в мыслях, наших словах и поступках. Вне мира человека нет ни Света ни Тени. В самом человеке гнездится и ангел и зверь, руководящие поступками человека. И если человека по поручению Всевышнего создал Тёмный Феб космоса, то Дьявол – это чисто человеческое земное создание. Вне человечества этого явления не существует. Вот так человек стал «творцом» и кормильцем, – и внутреннего Бога, и внутреннего Дьявола.

Десс

Упоминавшийся японский философ Кумадзава Бандзан (1619—1692) создал даже целую теорию о космическом проявлении четырех качеств как небесного, так и человеческого творчества, постулируя, что невозможен пропуск ни одного из этих звеньев. «Четыре качества», если их понимать в духе Кумадзавы, представляют собой развитие творческого акта «неиссякающей сокровищницы» – абсолютной формы, которая сама результат творчества неба и земли, демонов и духов. В сунской философии эти термины так и понимались: 1) импульс, необходимый для того, чтобы творческий акт сущего устремился к проявлению в меоне; 2) проницание в меон и развитие сущего; 3) оформление и идентификация сущего меоном и 4) затвердение, фиксация и стойкость уже сотворенного.

В зафиксированной им реальности проявилось понимание о структуре космоса и назначении Человека. О его душе и о его теле. О магнетическом фохате – этой всесоединяющей энергии космоса. О созидающей энергии любви, о преобразующей энергии катарсиса, оргазма и экстаза, и о смерти – как экстатическом состоянии освобождения. Этим обреталась вера в жизнь после выполненного предначертанного роком, и отпущенного времени, когда душа входила в иное Пространство и облекалась в иную Материю.

Ниота

Возвысились религии и облагородилось поклонение этим энергиям. Сформулировалось понимание о «бинере» человечества – гендерном разделении, об энергетическом преображении человека, и возникающих потоках и вихрях энергии в период поляризации.

Космическое трение, турбулентность, создающая вихревые потоки разнонаправленного вектора, приводит к торможению поступательного движения Изначального Света, его сгущению и, в грубой аналогии, к осаждению части его сияния в виде тусклой оматериализованной тени. Происходит дифференциация Единицы, разделение его на фракции типа «моно – дуальность», «дух- материя», «свет – тень». Материализация, сама материя – это вязкое дно, предел и цель достижения светового излучения разума, теряющего в пространстве динамику и подпадающего под процесс торможения с переходом в статическое состояние. Хотя, было бы правильней выразить этот умозрительный процесс не в терминах сопромата или «теории машин и механизмов», а в терминах школьной физики, показывающей на примерах – как и когда потенциальная энергия переходит в кинетическую и наоборот.

Десс

Древние считали, что при формировании вида физической материи какого-либо из миров мироздания, – одновременно формируется соответствующий класс времени и «нарезаются» индивидуальные ленты или нити жизни. Материя, удерживающаяся в интегральном и элементарном единстве Энергией притяжения – формирует и являет собой Пространство. Если есть Пространство, значит оно в себе что-то заключает. Все, что оно заключает в себе, является Энергией и Материей. Следовательно, они тождественны, неразрывны, первичны и не существуют по отдельности. Существуют различные виды пространства и различные виды материи, также как и времени. Первичные не имеют формы и количественного измерения и они порождают все сущее. Чем измерить Пространство и Материю в их первичном проявлении, если это качественные категории? Может бинером концентрации энергии Воли-Могущества? Статичное Пространство, скорее всего, производная от потенциально сознательной энергии первичности – Разума, как первопричины осознающей жизни и её развития. Отрезы материи и её формы – производная Пространства. Но без материальных форм, имеющих начало и законченность – нет времени. Получается, что Время – производная Материи. Оно нелинейно и не имеет ни прошлого, ни настоящего, ни будущего, – но приобретает цикличность при строении форм, как и три уровня преображения энергии в вашем понимании. Материя в виде туманных фантомов, астральных мыслеформ, сам «астрал» – это вторичная сепарация Света, «закутанная» в первичную материю, и заключённая в первичное пространство. Принципиально троичность человека: «разум или дух – эмоции или душа – инстинкты или тело» – мало чем отличается от трёх видов агрегатного состояния или существования субстанции: «пар – вода – лед».

Ниота

Стоячая вода быстро загнивает, порождая илистые отложения, и превращается, со временем, в густую взвесь мутного болота. Но именно в этом, насыщенном атомарным разумом и элементами «супе», рождается органическая жизнь. Ожившую материю, пусть даже в таком заплесневелом виде, можно считать венцом творения. Она – ящер, поглотивший свою порцию застывшего, остановленного в разбеге света. Она окаменевший, покрытый листвой или шерстью, или уже образумившийся рубеж возврата к Источнику, который меняет качество с электрического излучения на магнетическое притяжение, и из сияния сверхновой звезды «перелицовывается» в поглощающую ипостась черной дыры астрала.

Десс

Предшествующие вам все «семейства» каинитов или атлантов, как представляется, умели, кто во что горазд, – словом, заклинанием или ритуалом воздействовать на Высшего. Могли постоянно будить и будоражить его дух. Впрочем ему вскорости надоели беззакония этих големов и недоумков «лабораторных ошибок», – их вечный шум, нечистоты, взывания и топот. В «Энума Элиш» излагается эпизод о том, как Ведущий бог, ещё задолго до потопа уже хотел извести тех людей, заморив их голодом, что привело «прошлых» даже к каннибализму. Пятой арийской расе он оставил сокровищницу магии открытой – но лишь для хранителей знаний, закрыв доступ к сакральным таинствам всем остальным.

Ниота

Явным символом астральной немощи нашей расы являются ритуалы «крещения» – звездой ли шестигранной, полумесяцем ли, или крестом. Тем самым, пришпиливая почти намертво, до самой смерти индивидов, их астральные тела к физическим. Чтобы аурические фантомы, как при предыдущих опытах, где каждый мог и знал, как властвовать над элементалями, призраками, и даже над Ведущим – не бродили по иным мирам. По писаниям предыдущие расы были совсем «оголтелые», т.е. совсем, или гораздо менее телесными в физическом исполнении, но вполне материальными по своим «шаловливым» инстинктам и желаниям, и, главное, знавшими Имя Его.

«И дальше проникали они по пути созерцания и тайного познания. Круга, который они очерчивали вокруг себя, ряда звуков, которые они произносили в известной последовательности, движения руки – было уже достаточно, чтобы связать их душу со всем мирозданием, раздвинуть все законы пространства и времени. И без преград созерцать бесконечные сцепления причин и следствий – с их возникновения до отдаленнейших граней будущего».

В современной расе египетская магия, например, принципиально отличалась от месопотамской. Правда, халдеи знали, что у их верховного бога есть имя. Но оно было им неизвестно, а потому произнести его было невозможно, хотя к этому божеству и обращались в минуту великой опасности. Это имя само по себе было отдельной личностью, ипостасью божества. Оно существовало независимо от бога и имело собственную власть над другими богами, духами и над всей природой. Узнать его не могли даже посвященные жрецы. А следовательно, его нельзя было ни к чему принудить.

«И сам я придерживаюсь того мнения, – говорит Плутарх, – что когда пифагорейцы присвоили имена некоторых богов отдельным числам, то этим они подразумевали что-то увиденное основателем их школы в египетских храмах, или какие-то церемонии, проводившиеся в них, или какие-то символы, увиденные там». В чем именно состоит тайна этих чисел, Плутарх не сообщает – либо из нежелания обнародовать сокровенное знание, либо по собственному неведению. Тем не менее, он настойчиво повторяет, что все элементы египетской религии следует понимать аллегорически. «Операция Церемониальной Магии тайного сообщества, по сути – своего рода применение медиумом болевого приема, принуждающего к исполнению его приказа или просьбы астральную сущность, которая при иных условиях, быть может, легко бы победила оператора».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.