Арсений Алмазов
"Принуждение" к правопорядку. Книга вторая. Упорядочение хаоса

«Принуждение» к правопорядку. Книга вторая. Упорядочение хаоса

Произведение является выдумкой автора от начала и до конца, не имеет ничего общего с реальностью. Все факты, имена, характеры, организации, события, происшествия, названия, персонажи и их мысли, диалоги, места происходящего являются плодом авторского воображения и используются в художественных целях. Возможные совпадения с действительными событиями или личностями, живыми или умершими, совершенно случайны.

Глава 1. Демонстративное (?) убийство

Все складывается не так уж и плохо! Больше того, чувствуешь себя – как «прынц» в ванне с шампанским! А что, вполне! Фирма процветает, несмотря на очередной общемировой экономический кризис!.. В качестве подтверждения – роскошный «корпоратив» с обильным столом и популярными артистами…

А вот и «центровая»    сегодняшнего вечера – наша Леночка Станиславовна Семкина, сорока лет с хвостиком бизнесвумен, шеф в юбке! Дама, как говорят, цветет и пахнет, даже благоухает! Как-то похорошела за последнее время – вполне возможно, по причине недавнего замужества! То, что она «главная» среди присутствующих, почему-то сразу бросается в глаза, хотя и в настоящий момент она всего лишь самозабвенно танцует, загадочно и немного озорно улыбаясь!

Когда «самая главная» в фирме в цвету и ароматах, смело можно делать вывод и о состоянии этой самой фирмы – все в полном ажуре!.. Между тем, совсем недавно все было совсем по-другому… Всего лишь каких-то три года назад Елена Станиславовна Семкина всерьез думала – все, труба, конец бизнесу! И это – как минимум!

Икру тогда метала Елена, можно сказать, «Прекрасная», как лососиха на нересте! По-настоящему собиралась уже когти рвать за кордон… И была бы в тот момент права, между прочим! Причины    «для эвакуации» из родной Москвы в безопасное заграничное пространство были очень серьезные: собственная «шкура», как и «шкуры» ближайших сподвижников, тогда могли и не уцелеть, надо было их спасать, а для спасения, как известно, лучший вариант – исчезнуть куда-нибудь подальше, испариться…

Еще бы! Долгов    у компании «Эванс плюс» выше крыши, Группа компаний «Мебельная епархия», которая, безо всякого сомнения, с криминальным уклоном, основной      конкурент по бизнесу, давит по всем направлениям, иногда и по самым неожиданным. Ни тебе продаж мебели, ни тебе поставок комплектующих – везде «крючки», и особенно в государственных бюрократических структурах!    Невесть откуда, то там то здесь, воровство и вандализм! Раньше такого не было. Даже в отчаянии хотела ему, Рафаэлю Фаруховичу Сафарову, своему заместителю по безопасности, полномочия передавать, чтобы потихоньку исчезнуть под его прикрытием. Перейти, так сказать, на нелегальное положение. Заманчивее всего было переехать – в какую-нибудь дружественную страну, «раствориться» в общемировом пространстве.

Отказался тогда Рафаэль от повышения в должности, этого почетного подарка, да и начальницу, Елену Станиславовну, отговорил от панических действий, да еще с отсутствием «возможности возврата» к статусу кво! Слава богу, нашел тогда для нее аргументы. А позже и нашел способы по сохранению «Эванса плюс» и отражению нападок конкурентов с широко известной «в узких кругах» репутацией, хотя и у самого бооольшие сомнения были, что положение улучшится!.. Риск существовал, и Сафаров его принял. Осознанно или неосознанно, это неважно. Главное, что риск оправдался.

Рафаэль тогда поступил, как дальновидный мудрец, хоть и находясь в экстремальной обстановке. Можно сказать, это и не интуиция у него сработала (глупая интуиция – наоборот, шептала: «Воспользуйся моментом, прими предложение… Заработаешь деньжат и слиняешь!»). Нееет, в тот момент дал о себе знать инстинкт самосохранения:    «На кой тебе, парень, брать на себя чужие проблемы в виде долгов компании и реальной перспективы, что не исключено, летального исхода…»

Впоследствии оказалось, что сделал и хорошо, и правильно во всех отношениях: и «не захапал производственные мощности компании, хоть и с небольшими долгами, воспользовавшись временными трудностями», и себя не стал подвергать неоправданному риску (логично, если рискует именно тот, у кого главный интерес, собственность), и Елену Станиславовну выручил, не пошел на поводу ее капризов и женской слабости! Вот и сам теперь «в шоколаде», не говоря уже о ней, главнокомандующей мебельной микроимперией, пусть и с ограниченной, как написано в уставных документах, ответственностью… Еще бы! Родной мебельный комбинат процветает!.. Теперь ООО «Эванс плюс»    – лидер среди производителей мебели! Да и у них, «развитых капиталистов» за кордоном – все чаще появляются партии мебельных изделий с маркой «Эванса…»! Если не дорожки, то уже протоптанные тропинки к ним, избалованным цивилизацией, – точно, имеются. Причем с каждым месяцем их больше и больше!

Шутка ли сказать, чистая прибыль у «Эванса…» – самая высокая среди компаний, производящих мебель, а темпы роста дохода от экспорта аж в два раза выше темпов роста доходов от внутреннего рынка! А это уже серьезные экономические показатели, хотя и специфические, но которые означают, что «Эванс…» на подъеме и начал по-немногу ориентироваться и на заграничного покупателя с его толстым валютным кошельком!

Пару-тройку лет назад о таких успехах и подумать было смешно – столько было и государственно-бюрократических, и производственных, и криминальных крючков, в основном благодаря своеобразному конкуренту – Группе компаний «Мебельная епархия». Почему своеобразному?.. Да потому что не столько производством и реализацией своей конкурентной продукции давил, сколько криминальные палки в колеса честным труженикам «Эванса…» ставил!.. «…епархия» стремилась побеждать по всем параметрам, а цель у нее всегда оправдывала средства. В честной конкуренции побеждать не судьба, зато пакостить  – ну, мастера!

Впрочем, сейчас, спустя время, все это – уже частность, прошлое… Если сегодня спросить у руководителей «Эванса…», насколько было тяжко противостоять «…епархии», то они уверенно ответят – козни «…епархии» – это детали, мелочи, которых на пути любой компании навалом… Но про себя подумают, как круто, что удалось и это преодолеть среди прочих так называемых мелочей! Результат очевиден – процветание компании «Эванс плюс» и первое место в стране по экономическим показателям в своей нише среди конкурентов-мебельщиков…

В ближайшее время по негласной, оперативной, так сказать, информации из «элитных кругов», ожидается серьезное вливание в помощь бизнесу «Эванса…» государственных средств в счет программы поддержки малого и среднего бизнеса, хотя уже сейчас хочется верить, что бизнес «Эванса…» уже даже не средний, а немного крупнее. В Правительстве лежат документы «Эванса…», ожидают поддержки. И это вдохновляет!

Продвинутый человек российского менталитета, посвященный в детали происходящего, если как следует подумает, без сомнения, отнесет предстоящее «вливание» в «Эванс…» целиком к заслугам нового мужа Елены Станиславовны. Когда судьба благоволит кому-либо, она посылает удачу. А что интересно, удача редко приходит одна, сама по себе, она обязательно позовет с собой «подружек»!.. Не так давно судьба улыбнулась Семкиной… И вот, уже ее подружка «на подхвате», несет удачу в бизнес!

А произошел этот поворот судьбы Семкиной и ее компании довольно просто. Решила как-то Елена Станиславовна как следует отдохнуть. Почему бы и нет?    Владелица преуспевающей фирмы может себе это позволить! Елена Станиславовна и позволила: слетала на Кавказ, в один из газпромовских санаториев. Солидной даме – солидный отдых, а Газпрому, надо полагать, в вопросах отдыха членов корпорации можно доверять.      Говорят, что дороговато, правда, для такого класса отдыха, по сравнению с заграничными аналогами, но, как впоследствии оказалось, затраты Семкиной «окупились с лихвой». Да и, правду сказать, Елене Станиславовне неохота была возиться с визой и другими документами,    чтобы поехать и отдохнуть за границу, а хотелось более-менее фешенебельного отдыха при минимальной бюрократической возне.

Там, в санатории, ей и повезло:    нашла себе пятидесятисемилетнего, но вполне еще моложавого Ивана Васильевича Еремина – разведенного несколько лет назад и отдыхавшего там же Первого заместителя Председателя Правительства. Иван Васильевич в какой-то момент пришел к выводу, что ему самому крупно повезло, так как неожиданно встретил    на своем пути молодую вдову Елену Станиславовну вполне себе Прекрасную и для своего возраста, и вообще! Уже состоявшуюся в жизни, но, что немаловажно, чертовски привлекательную женщину, сильную, умную и интеллигентную, под стать себе, любимому и такому успешному, с весьма и весьма полезными для жизни связями в разных структурах российской власти!

Отсюда, из этой случайной встречи, предположительно, и вытекает невесть откуда взявшаяся помощь государства малому и среднему бизнесу,    которая загадочным образом непосредственно должна коснуться в недалеком будущем флагмана мебельной промышленности России ООО «Эванса плюс», производящего пусть и определенного свойства мебели, для фешенебельных дач и загородных домиков. Хотя, конечно, она годится и для обычных городских квартир, но на любителя.

Да-а, когда царица удачи помогает, сколько их, этих приятных «мелочей» возникает по жизни… Впрочем, мелочь ли эта судьбоносная встреча гендиректорши «Эванса…» и «правительственной лапы» в санатории?    Может и мелочь, но, как говаривал небезызвестный Владимир Ильич, тогда это мелочь, которая может иметь решающее значение! По крайней мере, для развития и процветания бизнеса Семкиной. А любовь любовью, одно другому не мешает.

Немало аналогичных «мелочей» возникло и в других сферах жизни Сафарова. Взять, для примера, того же Гаврилыча!

Уже полгода не беспокоит Рафаэля шеф по линии ФСБ, не дает никаких заданий! Это уже «мелочь» покрупнее! И, опять-таки, приятно, поскольку меньше проблем и забот. Правда, без него, Гаврилыча, жизнь как-то скучнеет, становится пресной!

Несколько раз Сафаров выполнил спецзадания Ивлева, и ни разу не оплошал. Шеф оставался доволен. Пару раз нужно было «прикинуться шлангом», придраться и отметелить вполне конкретных субъектов, один из которых оказался довольно крепким парнем, видимо, занимался в свое время. Второй, правда, был хиленьким очкариком. Чем-то не угодили конторе, Рафаэль не вникал. Надо значит надо. Другой раз нужно было отнять сумку у субъекта и передать ее другому. Получилось, даже бить не пришлось обладателя сумки, цыкнул на него, этого и хватило. Но в основном – более простые вещи. Торчать, например, в установленном месте, фотографировать появившихся субъектов незаметно для окружающих, комментировать то, что видел, и отправлять фото, кому сказано. В общем, ничего сложного. Были и другие задания, и всегда шеф оставался доволен, и не скрывал этого…

А так, в жизненной рабочей текучке даже регулярные тренировки по рукопашному бою для Рафаэля Сафарова разогнать скукоту не помогают… в них тоже, если вдуматься, – сплошная скучная рутина, одно и то же! Даже своими многолетними однообразием и регулярностью в какой-то степени работу напоминают… Только привычка к систематическим двигательным нагрузкам, да заложенное в подсознании стремление к совершенствованию навыков единоборца не позволяют оставить занятия по рукопашному…

По наблюдениям Сафарова, многие единоборцы, достигшие высоких результатов, прекращают занятия, почти совсем прекращают! Становятся ленивыми и прожорливыми, как следствие – заплывшими и пузатыми, некоторые вовлекаются в алкогольную или какую-либо иную зависимость… Бывает, трудоголиками становятся! И это хорошо! А в спорте – к чему теперь стремиться? Все в нем и так достигнуто: черный пояс какого-либо, немаленького дана, присутствует, положение в обществе – тоже, что гораздо важнее и для самооценки, и вообще, для морального и материального удовлетворения!.. Одно здесь оказывает влияние на другое.

Но кое-что спорт дает еще. Существует в природе одно любопытное вещество, без которого некоторые люди жить не могут – адреналин! Рафаэль Сафаров не специалист в области химико-физиологических процессов в организме, но по личному опыту или, возможно, по своей природе отлично знает, что адреналин в крови бывает ох как нужен!..    Но!    При условии, если «впрыскивается» тебе в кровь не слишком часто, иначе    его действие уже противоположно требуемому – возникает стресс, тягучий и давящий…

Сафаров в последние годы, правда, уже начал немного менять отношение к экстриму. Повзрослел, что ли… Так что, если подойти к «адреналиновой тематике» уже с позиции обывателя, не ищущего приключений, очень даже хорошо, что Гаврилыч, как источник постоянного адреналина, не беспокоит… пока еще у Рафаэля адреналин от предыдущих мероприятий в крови не кончился. Пусть себе получка его фсбэшной конторы регулярно капает на счет Сафарова в коммерческом банке, это хорошо!    Важно, что совесть из-за этого пока не мучает ни формального начальника по линии спецслужбы – Гаврилыча, ни, тем более, – самого Рафаэля! А с какого это перепуга она вдруг мучить начнет? Из родного государства, как известно, простому честному не склонного к воровству смертному, к которым еще совсем недавно причислял себя и Сафаров, денежек просто так не получишь, если ты не «крученый» бизнесмен, – на миллион рублей, потраченных на далекие от обывателя государственные интересы или, предположим, выброшенных на ветер, может, копейку отстегнет. А в этом случае, стало быть, раз оно платит Сафарову, значит, так надо! Когда Рафаэль понадобится государству, оно и возместит свое… Это государственных небожителей, которые еще при жизни в рай попали ни с того ни с сего за государственный счет, пусть совесть мучает за «неправильные» денежки… Неправильные с точки зрения какого-либо «неправильного» обывателя, любопытствующего сунуть нос не в свои дела!.. Впрочем, это если, конечно, у них, этих небожителей, такая штука как совесть в наличии…

Но, впрочем, сейчас для Рафаэля, в отличие от его друзей и подчиненных, Васильева с Перевозкиным, эта сумма, ежемесячно капающая на счет в банке по контракту с ФСБ, теперь уже особой роли не играет: и без нее хватает  штатной получки заместителя гендиректора по безопасности теперь уже преуспевающей компании «Эванс плюс»… Вот если бы ее, эту подпитку государственного регулятора – вершителя человеческих судеб, раньше получать, в дополнение к получке первой московской профессии, грузчика!.. Рафаэль не забывал, каким чудом или благодаря какому стечению обстоятельств он как бы поднялся с должности грузчика до заместителя генерального директора по безопасности ООО «Эванс плюс».    Жилось бы тогда грузчику Сафарову с окладом нештатного сотрудника спецслужбы намного веселее! Неважно, пусть и пошел Рафаэль на эту непростую работу преимущественно ради тренировок – физической подготовки, так сказать, а не исключительно ради хлеба насущного. Что касается непосредственно «хлеба», можно было обойтись и без московских доходов, остался бы спокойно дома, в родном городе, родители еще бы немножко потерпели великовозрастного нахлебника, пока сынок нашел бы более-менее приличную работу в своей Пензе, или поучился в каком-либо ВУЗе средней паршивости, предположим, чтобы пойти потом на стабильную работу по специальности, но Рафаэль этого не хотел… Мебельные деньги грузчика были вполне осмысленные,    по сравнению с заработками родного города, а платят только за то, что ты в должности грузчика ежедневно тренируешься – это хорошо, в общем-то, совмещаешь «приятное с полезным». Перспективы, надо признать, при такой работе туманные.

В настоящий момент, в момент празднования дня рождения общества «Эванс плюс», кажется,  кое-какие жизненные результаты Рафаэлем получены.    Правда, если подходить к ним формально, то нельзя сказать, что достигнут потолок во всех сферах жизни, интересующих Сафарова… том же рукопашном бое, к примеру, всегда есть к чему стремиться, всегда есть пути совершенствования! Рафаэль занимался разными видами единоборств и везде показывал хорошие результаты. Но чемпионом города Пензы, в котором родился, жил и тренировался, не стал… Не столько потому что не сложилось, не смог, а потому что не стремился к чемпионству, хотя и частенько участвовал в соревнованиях. Зато уж тренировочные «спарринги» всегда держал под контролем, чувствовал ключевые моменты, когда можно ударить противника в болевую или, скажем, в жизненно важную точку, после чего в боевых условиях он точно свалится и, соответственно, капитулирует. И при этом не подставиться! Еще суметь надо!   Когда требовалось в тренировочном процессе, обозначал такой поражающий удар. Почти всегда получалось… Рафаэль был силен и быстр, чувствовал в себе уверенность и, как правило, чувствовал превосходство над соперником. Но, может, это и к лучшему, что основой для Сафарова остается не результат, который нужно достигнуть любой ценой, а процесс, в котором ты всегда стремишься к результату, пусть и недостижимому!.. Впрочем, иногда и результат бывает нужен – да,    его надо уметь выбирать в качестве цели и стремиться к нему. Важно не делать трагедии из факта, что результат в этот раз пока не достигнут. Интересно, что спустя непродолжительный промежуток времени этот результат может показаться никчемным. Так что, думал Сафаров, не зацикливаясь ни на каких результатах, если проскочил мимо, нужно просто выбрать себе другую локальную цель и попросту стремиться теперь уже к ней. Рафаэль на это был вполне способен, в этом и его отличие от тех же пресловутых всего достигших толстяков-каратистов с черными поясами высоких данов, с которыми он волей-неволей себя время от времени сравнивал: жизнь не кончается при достижении или не достижении мелких побед.

Так произошло, что по рекомендации Ивлева Сафаров вместе с Васильевым и Перевозкиным поступили, а затем и закончили годовые курсы при академии ФСБ. Это были курсы, которые при их окончании и при заключении контракта дают право называться штатными сотрудниками или даже, в зависимости от должности, более красиво – оперативниками ФСБ… Правда, пережиток социализма сработал, офицерского звания никому не дали – по формальным признакам не дотянули, мол, в связи с отсутствием высшего и среднего специального образования. Ничего не поделать, формальность, которую принято соблюдать. Конечно,    офицеры, у которых за      плечами академия ФСБ России, после подобных курсов профессионалами Сафарова и компанию называть не станут. Но это для Рафаэля и не обязательно: профессионализм – понятие относительное. Бывает, что    и любители переходят в разряд профессионалов, выполняют порученную работу лучше профессионалов. А бывает, что и так называемые профессионалы спецслужб, «прошедшие» в свое время годы «коридоров» в обычных гражданских институтах или военных училищах, становятся лидерами по службе благодаря связям и стечению обстоятельств. Уровень крупного руководителя слабенький, а кого это волнует? И ничего, нормально, рабочие процессы конторы (так в среде фсбэшников принято называть ФСБ) идут, так или иначе.

А на курсах, на которые попали Сафаров, Перевозкин и Васильев, учили, что называется, «только необходимому» в предстоящей оперативной работе, а не как принято в обычном военном училище или Академии ФСБ – учат всему, включая тем знаниям, умениям и навыкам, которые нужны разве что генералу. А ведь мало кто становится генералом ФСБ…

Эти курсы – «новое веяние» времени, под которое они и попали благодаря Гаврилычу и новым веяниям. Об этом ребята узнали уже в академии от преподавателей, такого раньше не было: оперативника привыкли готовить сразу после общеобразовательной школы в Академии ФСБ, когда его можно и идеологически, и профессионально довести до нужного уровня!  Рафаэль со товарищи учились контактировать с людьми, но специальными методами.   Проведение допросов, нанесение человеку нужного ущерба, вплоть до лишения жизни, в том числе элементы рукопашного боя с использованием различного оружия и различных предметов, принципы морального давления на человека, которое следует осуществлять для достижения оперативных целей. Было довольно напряженно, но очень интересно! Многие вопросы для ребят перестали представлять собой «терра инкогнита». Методические приемы, изучаемые на занятиях, как оказывается, применимы и в обычной жизни, в общении с людьми.

Случай изменить свои судьбы, сделать жизнь намного интереснее и насыщеннее представился, и Рафаэль с товарищами им воспользовались, ступили на стезю сотрудничества с лучшей спецслужбой в мире уже в довольно зрелом возрасте. Сыграли свою роль и романтические представления о мужской работе ради Отечества, да еще с приличным заработком. Теперь ребята были уверены, что нашли    то, о чем можно было только мечтать.

…Эх, классный все-таки мужик Гаврилыч! Здорово помог Сафарову в свое время – в период, говоря публичным языком, экономического спада в России и криминального давления на компанию «Эванс плюс»… Если бы не поддержка профессионалов Гаврилыча, а точнее сказать – головорезов, которые знают, как обращаться с «преступным элементом общества», караулить бы Рафаэлю Фаруховичу глину где-нибудь, в лучшем случае – на каком-нибудь не престижном Мытищинском кладбище… по статусу свежепреставленный до Ваганьковского бы, конечно, не дотянул! А в худшем, или в наиболее вероятном варианте, – лежал бы в колодце, c перерезанным горлом… а то, может, на свалочке… Ну да ладно, не стоит о грустном… тем более, в такой важный праздник, корпоратив, день рождения «Эванса…»!

За все то, что доброго делал и делает Гаврилыч, ему многое можно простить, не говоря уже про пустяковые чудачества… Взял вот, заставил теперь себя этим самым Гаврилычем называть вместо обычного и всем привычного Леонида Павловича по фамилии Ивлев, как раньше!.. И по телефону, и в очной беседе, и даже в мыслях! Это с учетом будущих оперативных задач.

Оперативный псевдоним, понимаете ли, к которому надо привыкнуть. Правда, директорши компании, Елены Станиславовны, например, хорошей знакомой Ивлева, эта «фишка» не касается – Леонид Павлович и не подумал требовать от нее к себе такого обращения!.. Да и с чего? Она же не на оперативном задании! Тем более, не оперативник, не на службе в ФСБ, хотя и «дружественный элемент» по отношению к конторе, как ребята привыкли называть это могущественное ведомство, ФСБ! Ничего не попишешь, приказ Ивлева!.. Чем-то похоже на длительный квэст, эти игры в шпионов! Ничего не поделаешь, придется привыкнуть к новому! Когда человека идентифицируешь с каким-то именем, оно уже само на язык просится! Но придется теперь к другому привыкать, к «Гаврилычу»… На самом деле Ивлев не должен был отдавать такой приказ, но он разбирался в человеческой психологии и ему не нравились промахи, поэтому он вне оперативной задачи поставил задачу команде из трех участников во главе с Сафаровым пользоваться оперативными псевдонимами, преследуя две задачи, во-первых, чтобы ребята привыкли к ним, пользовались «на автомате», а во-вторых, самому понаблюдать, будут или не будут осечки в этом вопросе.

Ничего, думал Рафаэль, специальная служба наверняка знает, что делает. Все-таки не шарашка, а одно из самых наикрутейших управлений ФСБ России! Со своими, возможно, многими годами отработанными правилами!   …Управление экономической безопасности. Фигурирует это управление во всех бумагах, которые Сафаров видел, как k-тое. Так в конторе принято, «шифровться», даже когда с первого взгляда и не понятно, зачем. В том числе это касается и правила общения оперативникам по псевдонимам в ситуациях, когда прикажут…

Есть у «конторы», которую «в моменте» для Сафарова представляет Ивлев, Гаврилыч, плюсы, помимо хорошего денежного довольствия, главный из которых – опять-таки, тот, что она выручает и поддерживает своих подопечных в опасности, как говорится, всеми имеющимися силами и средствами. Если считает нужным, правда. Сафаров это испытал на себе, когда нужна была критическая информация о конкретных персоналиях, или когда была реальная угроза жизни и здоровью… Правда, Рафаэль подозревал, что в этом не столько заслуга конторы, сколько самого Гаврилыча – молодец он в этом плане, даже иногда действует буквально на грани закона, не боится рисковать ради своих кадров…

Вот и правильно, ради таких парней, как Сафаров с товарищами нельзя рисковать!.. Между прочим, в определенных компетентных узких кругах присутствует такое мнение, что исключительно законными методами закоренелых преступников невозможно обезвредить, иногда можно и даже нужно и нарушить установленные законодательством правила. Подчистить, правда, потом придется.

Как оказывается, если к концепции «нечисто» законных методов подходить со знанием дела, с опытом, риск будет – минимальный… Правда, есть одно «но»! Это – при том условии, что действуют профессионалы!.. Тогда все при выполнении спецоперации, связанной с некоторым нарушением законодательства происходит быстро и без следов. Спецслужбы всего мира никогда не ориентируются на строгое исполнение законов при выполнении заданий в любой стране. Тогда эти задания называют «специальными». А уж тем более – если задание выполняется в своем отечестве.

Предметы, изучаемые на курсах конторы, пришлись по душе Сафарову. К такой работе и тянется Рафаэль – прямо сказать, татарско-русский характер нашел «свое» – экстрима, приключений и риска. Тем более когда все это в практическом исполнении хорошо вознаграждаются.

Кстати, о благополучии! Сафаров поискал глазами главный источник своего материального благополучия – Елену Станиславовну. Разумеется, нашел… Надо же, начальница – какая раскованная женщина,     «колбасится» вовсю! Настолько самозабвенно, и не скажешь со стороны, что это глава преуспевающей фирмы. То ли на самом деле – отрывается от души, то ли – это она просто притворяется,    умышленно включила артистические способности для подъема корпоративного духа!

И до чего же умная женщина – Елена Станиславовна! Как здорово умеет разумно и рационально организовать рабочий процесс… Ну, например, не требует постоянного присутствия на работе, в отличие от большинства работодателей  – понимает: главное – не наличие работника на рабочем месте, соответствующем штатной единице, а чтобы дело делалось! Каким образом делается – не столь важно, главное результат… Даже на фсбэшные курсы продолжительностью почти в год – и то, отпустила Сафарова и иже с ним без проблем, оставила работать в «Эвансе плюс», разрешила «совместительство»…

И, по большому счету, не прогадала. Здесь-то, в работе на мебельном предприятии, хитро скрывается еще одно преимущество неофициального сотрудничества с «конторой»! В срочных справках по персоналу или контрагентам «Эванса…» «контора» прилично помогает! Хоть и неофициально. Гаврилыч никогда не отказывает! Тем самым экономит для Рафаэля огромное количество времени, денег и вообще, трудовых и людских ресурсов!.. Таким образом, Семкина от «конторы» свое получает! А может, Елена только делает вид, что не вникает в работу службы безопасности, все равно догадывается! Но сидит, управляет фирмой и наблюдает, как мудрый большой брат в юбке, точнее, большая сестра, и вмешивается только в исключительных ситуациях!

Почти насильственно уводя себя от лишних раздумий, Сафаров решил пропустить рюмашку вискарика и активно присоединиться к веселью.

Тем более что большинство в администрации «Эванса плюс», уже к этому времени дошедшее до хорошего градуса веселости, это девки, причем симпатичные!    Как-то так сложилось!.. Жена, конечно, «это –    святое»! Но куда она денется, сидит дома и будет ждать Рафаэля вместе с Дамиром, маленьким сыном, а тут девчонки «Эванса…» – что надо!

Подбирала их лично гендиректор Елена Станиславовна,    она отлично разбирается и в профессиональных качествах, и в женской психологии. Может, учитывала, что – вообще, женщины подисциплинированнее и постарательнее мужчин будут, хотя, по правде говоря, инициативы, изобретательности и смелости им иногда и не хватает… впрочем, возможно, они в рутинной работе и не нужны, даже навредить могут! Здесь важны четкая производственная дисциплина и профессионализм.

Кроме того, сегодня годовщина ООО «Эванс плюс», а в такой знаменательный день ему, Рафаэлю Фаруховичу Сафарову, как одному из руководителей фирмы, положено веселиться, да и другим в этом пример подавать!

Рафаэль поднял рюмку и для привлечения внимания слегка постучал по ней ножом.

– Дамы и господа, прошу вашего внимания! Сегодня день рождения «Эванса…»! Не все знают, что ему пришлось совсем недавно пережить… Елена Станиславовна не даст соврать – здесь было все: и жесткая конкуренция, и даже борьба с криминалом! Были у нас и взлеты и падения. Наша общая заслуга в том, что мы чего-то достигли. Сейчас, кажется, все самое сложное позади… Есть надежда, что нас ждет спокойная жизнь и стабильность!..

Сафаров рассчитывал и дальше «завернуть» поумнее да подлиннее, минут хотя бы на десять, но в процессе провозглашения тоста передумал. Оно и к лучшему, ведь он никогда не чувствовал в себе таланта тамады! В школе хотя и был твердым троечником, но тупостью и отсутствием способности говорить не отличался, напротив, ответы у доски всегда были кратки и логичны. А при его теперешнем служебном положении слишком умные речи не нужны – и так бы все, кому положено, уважительно смотрели ему в рот, даже если бы он и глупость сказал бы, наверное. Про себя бы подумали бы, конечно, какой дурак, но вслух ничего    бы не сказали. И перед начальством, то есть перед Еленой Станиславовной Семкиной «показывать себя» сейчас уже нет никакой необходимости, это уже проделывал неоднократно в разных ситуациях и особенно – в период «общего кризиса» компании, когда приходилось отбиваться от    козней конкурентов с сомнительной, мягко говоря, репутацией!

К тому же Сафаров старался не попадать в дурацкие ситуации (когда долго говоришь, нет-нет, да и промелькнет какое-нибудь не очень умное словцо) – не было случая выставлять себя на людях остолопом, не стоит и начинать! Поэтому витиевато начатую речь с идеей развития закруглил, позаимствовав незамысловатую концовку тоста у легендарного генерала из любимого народом фильма:

– Ну-у, за стабильность, за «Эванс плюс»!

– Плюс за удачу! – добавила Елена Станиславовна.

Оригинальный, к тому же совсем не длинный тост возымел успех, лег на контекст предыдущих. Народу не нравятся долгие речи. Так что тост заместителя гендиректора по безопасности Сафарова никаких отрицательных эмоций не добавил, многие выпили, зашевелились и повеселели.

Немного погодя, Рафаэль повернулся к Васильеву Сереге – своему старому другу, а    теперь еще и дважды подчиненному (по двум работам – «Эвансу…» и конторе):

– Ну, давай!

Серега уговаривать себя не заставил:

– Давай! Будем здоровы!

Опрокинули.

«Эх, все-таки, надо    будет как-нибудь на досуге пару-тройку тостиков поумнее да подлиннее придумать и выучить, с вкраплениями цитат из Чехова или, чего уж там, самого Льва Николаевича!.. Для солидности!» – подумал Сафаров, впрочем, подсознание его имело на этот счет свое мнение, состоящее в том, что заниматься этим он вряд ли будет. Для любого, неважно, маленького или большого дела нужно «созреть», в том числе и для тостов на разных торжественных мероприятих. А в Рафаэле, кажется, нет артистической косточки с творческим началом, без которой здесь никак не обойтись… так зачем же себя насиловать!

Танцующие на корпоративе были хорошо «разогреты» и выпендривались в танце, как хотели,    с выкрутасами. Рафаэль с веселым гиканьем влился в колышащуюся человеческую массу.

Перед улыбающейся физиономией Сафарова, старательно изображающего танец в стиле диско    (а может, и рок-н-ролла, он и сам не знал),    мелькали разгоряченные девчачьи лица, а также ноги, руки, животы и другие трепыхающиеся принадлежности.

Воспроизводя по памяти экзерцисы из школьных дискотек и прихватив директорскую симпатичную секретаршу – блондинистую Татьяну – за извивающуюся талию, Рафаэль непринужденно и весело болтал с ней о всякой всячине, главным образом    о происходящем вокруг.

Кажется, даже слегка увлекся и, несмотря на отличную физическую подготовку, почувствовал, что сейчас начнет потеть, причем преимущественно спиртным. Почувствовал: надо сделать перерывчик в танцевальных экзерсисах, сходить покурить!

Еще немного подвигавшись в быстром танце, Сафаров вернулся на место… Между прочим, в подборе этого веселого танцующего персонала он тоже принимал участие, пусть и не прямое, но весьма существенное! Как-никак лицо, ответственное за безопасность фирмы, просто обязано проверять поступающих на работу лиц на благонадежность, что он и делал с присущей ему манерой доводить дела до конца – проверял всеми возможными способами  подлинность представляемых кандидатами документов, а также их личных качеств, на сколько это возможно. Разумеется, основной для Рафаэля, а иногда и единственный среди этих способов – поиск по обширной фсбэшной базе данных и проверка по его каналам.

Да и по «своим» базам данных, точнее – корпоративным (в том числе нелегальным, закупленным по дешевке в определенных, известных «широкому кругу ограниченных лиц») тоже не мешает прошвырнуться – вдруг какая-нибудь пакость по кандидату на работу выскочит! На самотек это дело нельзя пускать.

Подошел к Сергею Васильеву:

– Пошли, курнем, Серега?

Васильев кивнул. Он относился к совершенно не танцующей категории населения, может быть, по причине многочисленных ранений, полученных в Чечне, а может, по складу характера. Поэтому на корпоративе слегка скучал, поэтому был рад возможности смены занятия. А то все анекдоты и интересные жизненные истории ближайшему окружению по столу уже перерассказал и выслушал уже известные аналогичные. Не все ж сиднем сидеть, да пищу с алкоголем поглощать!

Васильев немного досадовал, что отсутствовал их с Рафаэлем общий армейский друг, так же, как и он, «дважды» подчиненный Сафарова, – Димон Перевозкин. Отказался, сославшись на занятость… Наврал, конечно. Не любит просто такие мероприятия. А без него не то чтобы скушновато, а чего-то не хватает. Раф – тоже друг, но они сейчас как-то больше в другой плоскости общаются – служебно-производственной, к тому же он теперь начальник, а с Димком как-то проще – можно и о наболевшем, и пошутить… пусть иногда и плосковато, он не обидится, точно.

Курительное помещение – фойе перед туалетами была полупустой, хотя зал в ресторане был полон. Впрочем, курить разрешалось и в зале, и многие этим с удовольствием пользовались, но часть публики выходила подымить сюда, для смены декораций.

В углу фойе стояли две дамы – подруги, похоже. Одна была, как говорят, «не первой свежести», точнее, молодости. Одета она была в элегантный черный костюм, симпатичная для своего возраста, отметил Рафаэль, с тонкими чертами лица. Вторая – существенно моложе и выглядела круче. Невысокого роста, но стройная, ладная и какая-то кругленькая. Правильные черты лица. Оставляет чувство, что свежа и красива, несмотря на толстый слой косметики. Одета в фиолетовую юбку и в такого же цвета парик. Оригинально. А наряди ее в русском стиле – и будет выглядеть русской красавицей. Но и так стильно и прикольно, ей идет!

Подруги докурили и не спеша зацокали в дамскую комнату. Рафаэль с Сергеем обсуждали предстоящую поездку на лосиную охоту в Максатиху, что в Тверской области. Там обитает знакомый Перевозкина егерь, который организовывал ребятам становившуюся уже традиционной охоту. Сафаров находил, что это весьма расслабляет: чувствуешь себя после охоты отдохнувшим.    Хотя поначалу лосиная охота ему и казалась    дурацким занятием: стоишь «на номере» в одиночестве без дела, скучаешь, потом    где-то в стороне, на другом номере: бабах!.. и – всех зовут разделывать мясо, а затем и отмечать удаччную охоту, пьянствовать, другими словами! А в чем же непосредственно охота? Где она?.. Но раз за разом участвовал, все больше вникал в особенности, начало больше и больше нравиться, особенно прикольно, когда на тебя лось выходит! Адреналин!.. Но главное здесь – психологически отдыхаешь без какого-либо физического сверхнапряжения, после охоты на работу как будто после отпуска выходишь, хотя всего-то два-три дня проходит… Правда, животное немного жалко, но, может, для этого оно и рождается, чтобы стать добычей человека, такова его доля. Да и не нами охота придумана!..

Неожиданно из дамской комнаты раздался дикий визг – звали на помощь. Не отреагировать на него было невозможно, такой он был резкий и страшный, – оба приятеля бросились к его источнику, в дамский туалет. Возле кабинки, из которой показывались чем-то знакомые Рафаэлю дамские ноги, не в силах двинуться, стояли те самые дамы из курительной комнаты. Одна из них тупо молчала, неестественно вцепившись в дверь кабинки, вторая, помоложе, монотонно наклоняясь то ли от избытка эмоций, то ли от позывов тошноты, издавала    истерические вопли.

В кабинке полулежала-полусидела Инна Яковлевна Золотарюк, финансовый директор компании «Эванс плюс», рот окрашивала кровавая струйка. Из широкой раны с левой стороны груди, пульсируя, вытекала кровь. Нож лежал здесь же, в кровавой луже.

Глава 2. На повестке дня Правительства

За два года до убийства Инны Яковлевны Золотарюк

Премьер-министр открыл совещание как обычно, ничем не обозначая какого-либо беспокойства, несмотря на весьма сложную финансово-экономическую ситуацию в стране, несмотря на высокую цену на нефть.    Выступил со вступительным словом, в котором объяснил сложность работы Правительства в условиях надвигающегося серьезного общемирового кризиса, влияющего на внутреннюю экономику страны специфическим образом. Выразил некоторое недовольство работой конкретных высокопоставленных должностных лиц. Для присутствующих, обладающих некоторыми аналитическими способностями и простой наблюдательностью, было ясно, что в областях, управляемых упомянутыми Премьером личностями, в ближайшее время, может, в течение месяца-двух будут проводиться серьезные кадровые перестановки… В общем, все – как обычно.

Однако предстоящие кадровые изменения, которые и на самом деле планировались,    не касались областей деятельности государства, курируемых Первым заместителем Председателя Правительства Иваном Васильевичем Ереминым, которому на этом совещании предстояло предложить ряд точечных мер, связанных с антикризисными финансовыми вливаниями в малый и средний бизнес.

Иван Васильевич к совещанию у Председателя Правительства был готов на все сто. На высоком уровне он должен будет доказать и докажет необходимость и возможность серьезной поддержки конкретных отраслей промышленности и, возможно, некоторых передовых компаний. Главное – то, что в результате таких вливаний, по предварительным оценкам, последует существенное улучшение экономических показателей в стране.

Одно из вливаний должно быть направлено на поддержку отечественного производителя – деньги предполагалось выделить на конкретные проекты наиболее продвинутым компаниям. Отрасли производства хоть и имели значение, но лишь «постольку-поскольку». Чисто теоретически обосновать можно поддержку любой отрасли, главное, чтобы обосновывались и озвучивались передовые технологии. Например, сложные технологии мебельной промышленности по разным направлениям (нишам). Ведь народу нужна отечественная мебель! Важны и другие отрасли промышленности, занятые малым и средним бизнесом, в частности, цифровые технологии, на них тоже следует выделить деньги. Направления и пропорции должно определить Правительство.

В данном случае – это не обычный тендер, который «Эванс плюс» несколько лет назад выиграл и уже освоил.    Те несколько десятков «лимонов» зеленых, полученных победителем тендера от государства и частного банка для развития бизнеса, рассосались и освоились так быстро, что сейчас можно о них и не вспоминать. Хотя, конечно, теперь было на что посмотреть. Современный офис, продвинутые работники, налаженное высокотехнологичное производство, филиалы предприятия по стране. И, разумеется, «отблагодарить» правильных пацанов, которые к выигрышу «Элвисом…» тендера руку приложили – это тоже бюджетные затраты. Причем мероприятие по обеспечению и осуществлению «благодарности» – не самоцель, а необходимость. Иначе толку от этого вливания не будет, дело где-нибудь, да затормозится, это точно. Во вселенной должно быть равновесие, его нужно поддерживать, иногда искусственно!

В этот раз Иван Васильевич затеял крупную игру. Статус молодожена,    несмотря на солидный возраст, обязывал… Обидно, что Премьер дал на доклад всего десять минут. Ну, плюс на обсуждение еще минут семь – десять уйдет. Еще на то, на се – три минуты. Итого – максимум за двадцать пять минут должен быть решен вопрос возможного будущего благосостояния народа, пусть и в отдельно        взятой жизненно важной сфере, в отдельном направлении мебельной промышленности а заодно – в области, не подлежащей обсуждению, а именно, благосостояния и процветания его, Ивана Васильевича… Да что там – процветание! Одной такой операцией, если можно так выразиться, можно сделать себе жизнь… да и не только себе, но и своему окружению на многие годы!.. Хорошо, если еще подобные возможности в будущем будут судьбой предоставлены, а если нет?.. Ситуацию упускать нельзя ни в коем случае,    это было бы неправильно.

Иван Васильевич втайне рассчитывал, что вследствие принятого сегодня решения, пусть и не напрямую в карман, а через жену, он лично будет получать где-то порядка двадцати процентов дохода    Группы компаний «Эванс плюс»… Группа компаний, именно так. Пусть в настоящий момент никакой такой группы «Эванс…» пока не существует, вместо нее – общество, которое пока «не хочет и не будет ни за что отвечать», то есть оно как бы «с ограниченной ответственностью». Группа компаний – дело недалекого будущего, Еремин уже строил в голове планы. «Группа компаний» и звучит солиднее, и рисков меньше, если разделить ответственность в обществах, которые так или иначе будут влиять на мебельную промышленность, ее инфраструктуру и на функционирование ООО «Эванс плюс».

После правительственного решения, разумеется, нужного и единственно верного (как-никак, предварительная оргработа по обработке товарищей Иваном Васильевичем была проведена колоссальная, что должно дать положительные результаты), это общество разрастется до группы компаний, и здесь будет кстати правительственное решение об оказании финансовой поддержки компаний… в интересах государства, разумеется! Разработка списка компаний, которым необходимо «вливание», уже дело техники. Главное – это сегодняшнее решение Правительства по интересующему Еремина вопросу.

…Обсуждался седьмой вопрос повестки дня. Следующим на очереди был восьмой, Ивана Васильевича, который хотя и держал перед глазами текст доклада, уже в пятнадцатый раз бубнил про себя доклад, каждый раз находя все новые и новые, более весомые и убедительные, аргументы.

Несмотря на очередной общемировой финансовый кризис, который, как водится, в значительной степени отражался на нашей стране, Председатель Правительства был в отличном настроении. Еремин прекрасно    за два года изучил своего непосредственного начальника и теперь это мог легко определить – по уголкам рта, которые тот опускал во время уточняющих реплик – этакая гримаса солидности, как будто обозначающая напряженную мысль, а на самом деле – имеющая целью скрыть, «запереть мышцами лица» довольную улыбку, просящуюся прорваться наружу. Приподнятое настроение Премьера Ивану Васильевичу – только на руку!

– Следующий вопрос повестки дня, – объявил Премьер-министр, – выделение средств из внебюджетного фонда на поддержку малого и среднего бизнеса.    Докладывает Первый заместитель… Иван Василич, прошу вас.

Премьер поверх очков с обычным интересом смотрел на своего первого заместителя. Иван Васильевич солидно кивнул, поднялся. Премьер в очередной раз отметил про себя, что уж чего-чего, а солидности и умения качественно преподносить информацию Василичу не занимать. Любой мало-мальски значимый вопрос, а иногда и абсолютно незначимый, приобретал в глазах окружающих серьезный вес, когда им занимался Еремин!      Вопрос обрастал серьезными аргументами и фактами, логически обоснованными причинно-следственными связями и резюме, против которых глупо было бы что-либо возражать… Василич мог говорить кратко, мог говорить развернуто, но всегда убедительно, красиво, весомо и впечатляюще. Это было искусством, которым Еремин владел в совершенстве и которое так ценил Председатель Правительства.

То, что    его первый зам недавно женился на весьма респектабельной и вполне привлекательной элегантной даме, генеральной директорше какой-то мебельной компании, кажется, «Эванс плюс», серьезно прибавляло ему веса, делая Ивана Васильевича продвинутым не только в профессии, но и в личной жизни. Это ясно говорило о том, что крупный чиновник не ушел с головой в профессию, оторвавшись от жизни, как это иногда бывает с некоторыми людьми его ранга, а живет подобно простым смертным, сообразно с реально существующими вещами – вот, нашел себе подругу жизни, успешную и весьма симпатичную женщину.

И в этот раз Премьер поймал себя на том, что    концентрировал свое внимание даже не на содержании доклада, как он старался делать всегда, а на форме и логике подачи Ереминым материала, выводов по ним, – можно сказать, любовался риторическим мастерством своего первого зама. В тот момент, когда Премьер усилием воли заставил себя обратиться к содержанию доклада, он уже заканчивался, так что понимать было уже нечего. До главы Правительства дошло, что содержание доклада он безответственно прослушал.

– Спасибо, Иван Василич, – Премьер, сняв очки, оглядел присутствующих, пытаясь на основе их реакции «родить» решение по рассматриваемому вопросу. Опыт показывал, что даже и в этом случае оно будет не менее верным, чем если принято на основании содержания анализируемой информации.

По каменным физиономиям заседающих было ясно, что они хотя и не в восторге, но возражений по существу не    последует. Тем не менее, соблюсти формальности никогда не помешает. Премьер изрек, вновь одевая очки и обводя присутствующих проницательным    взглядом:

– Какие есть соображения? Прошу высказываться.

Председатель Правительства не удивился, увидев рассеянно поднятую руку с казенной шариковой авторучкой. Это был министр экономики и социального развития. Геннадий Федорович Соскобов никогда не пользовался модными среди коллег элитными дорогими авторучками, хотя, конечно, этот шик мог себе позволить. Однако позволить – это не значит пользоваться такой возможностью. Он не увлекался модничаньем, коллекционируя дорогие часы, ручки и тому подобное. Геннадий Федорович был выходцем из простой семьи, достаток в ней появился далеко не сразу, и поэтому Соскобов считал неправильным тратить деньги на вещи, без которых прекрасно можно обойтись. Такого принципа он всегда старался придерживаться, хотя иногда и не получалось.    Положение    обязывало-таки покупать всякую дорогую дрянь, чтобы выглядеть сообразно занимаемому положению, чтобы не отличаться от большинства.

Геннадий Федорович выступал всегда, когда дело касалось экономики страны, высказывал свое мнение, которое, как правило, совпадало с генеральной линией. А поскольку подавляющее большинство вопросов касается экономики напрямую, а все остальные – косвенно, то слово Соскобов просил слова по привычке, традиционно. Все уже привыкли к этому и относились терпимо, тем более что министр никогда не злоупотреблял временем коллег. Премьер, указав на него ладонью, предложил:

– Пожалуйста, Геннадий Федорович, прошу вас!

– Спасибо… Иван Васильевич, безусловно, прав в отношении необходимости поддержки малого и среднего бизнеса. Это действительно – требование времени, к тому же ряд мероприятий уже спланирован Правительством. Прав, за исключением, с моей точки зрения, одного обстоятельства. В условиях проявляющихся кризисных явлений в мировой экономике я считал бы целесообразным имеющиеся внебюджетные средства сосредоточить на завершении строительства социальных и инфраструктурных объектов. Есть опасность, что в будущем году бюджет на эти цели придется урезать. Таковы тенденции нашей экономики. А для поддержки    таких, в    настоящих условиях малозначащих отраслей промышленности, мне кажется, Ивану Васильевичу нужно было бы более тщательно подойти к поиску и обоснованию источников финансирования…

Геннадий Федорович говорил монотонно и политкорректно, но было ясно, что он категорически против необоснованного выделения каких бы то ни было средств для поддержки конкретных направлений, пусть они и самые перспективные. Рынок сам должен себя регулировать, считал Соскобов. Премьер в вопросах здравого смысла безоговорочно доверял Геннадию Федоровичу, более того, делал ставку в социальном развитии страны на его личную концепцию, поскольку интуитивно считал ее наиболее верной. Поэтому дальнейшие разговоры относительно источников финансирования проекта Еремина были для него практически бессмысленными. Преждевременными. На это нужны большие деньги, которых в настоящий момент в бюджете нет. Если бы они появились сверх бюджета, другое дело.

Решение напрашивалось. Придержав в себе на время симпатию к своему первому заму, председательствующий бесстрастно произнес:

– Иван Василич, не могу не согласиться с Геннадием Федоровичем. Я вас прошу проработать финансовый аспект предложенных действий по оздоровлению малого и среднего бизнеса. Другими словами, нужно как следует поискать источник финансирования. Внебюдженые средства оставим в резерве. Месяц на проработку достаточно будет? – Председатель Правительства вопросительно поднял брови, глядя поверх очков в глаза Еремину.

Тот невозмутимо кивнул, хотя внутри начинало подниматься бесполезные в этой ситуации злость и возмущение… Проект, что называется, «зарезан», а «проработка финансового вопроса» – это лишь для проформы. Ну что же, сам виноват, не смог вовремя найти подходы к этому педанту Соскобову, черт бы его побрал! Что называется, не доработал! Чеши теперь репу, что делать, откуда бабки брать на, казалось бы, стоящее во всех отношениях дело.

Глава 3.    Конъюнктура алмазодобычи

За полтора года до убийства Инны Яковлевны Золотарюк

Ивану Васильевичу Еремину очень нравились выгоды, которые ему предоставляла государственная служба в интересах отечества. Еще надо умудриться освоить то, что полагается ему и его семье на законных основаниях!

Одно из существенных преимуществ «слуг народа» по сравнению с представителями самого народа, заключается в здравоохранении. Когда ты «трудишься» в номенклатуре, меньше риска заболеть чем-нибудь неизлечимым. Система профилактики и раннего предупреждения опасных болезней здесь на высшем уровне. К тому же вся мировая медицина вне зависимости от ее стоимости стоит на страже драгоценного здоровья российского крупного чиновника и иже с ним. В «закромах страны» предусмотрены на это соответствующие расходы – как на профилактику, так и на то, если, не дай бог, кто-нибудь «из своих», из родных, заболеет!

Как-то пришлось Еремину грыжу брюшной полости вырезать. Решил как-то повысить свой уровень физической подготовки, но не рассчитал заложенного в организме потенциала и спустя пару месяцев интенсивных занятий заработал грыжу. Для операции предпочел немцев. В процессе – понял, что не ошибся выбором. Все сделали, как следует. Умеют же, чертовы арийцы! То ли было на ком потренироваться, иронично рассуждал Иван Васильевич,    то ли на самом деле такая аккуратная нация?.. Все до мелочей предусмотрели! Правда, счет за операцию и сопутствующее медобслуживание был немаленький! Ничего, родное государство оплатит, в бюджете предусмотрены затраты на такое лечение «слуг народа». Тем не менее, молодцы. Пользу принесли, большое им спасибо!..

Другое преимущество бытия в номенклатуре – быт налажен лучше, чем даже у господ времен царизма. Спасибо советским функционерам – в свое время постарались, организовали, а нынешние правители улучшили и развили: тут тебе и дачи, и машины, причем с проездом безо всяких пробок, и пайки, и подарки, и энтертейнмент, и решение многочисленными помощниками всевозможных бытовых проблем… Всего не перечислишь. Оказывается, все у нас есть, на хорошем уровне, причем не только тебе хватает, но и помощникам из простых смертных, то есть тем, кто все это обеспечивает! После перестройки все в этом плане только улучшилось: финансирование в таких вопросах не принято ограничивать.

Но увы, без недостатков ничего не бывает! В том числе – и в работе слуги народа. Как, например, сегодня. Перед тобой стопка бумаг с полметра толщиной, и на каждой надо резолюцию поставить. Любим мы, черт побери, бумаготворчество! В документах, которых надо и свое ценное мнение отразить, и мнение Правительства – Премьер делегировал, так сказать, свои права, халтурить нельзя… Тут хочешь – не хочешь, а читать надо, несмотря на то, что секретариат тебе и так и сяк все расскажет, и разжует, и наизнанку, если надо, каждую бумажку вывернет. Ничего не поделаешь, здесь нужно лично самому Ивану Васильевичу напрягаться, в таком ответственном деле лучше дважды не перепоручать…

А как же! Во-первых, когда несколько раз прочитаешь документ, содержание откладывается на века, профессиональная привычка. А содержание документа, как известно, отражает суть происходящих событий.

Во-вторых, как показывает практика, часто надо иметь свое личное мнение, а не мнение секретариата. Мало ли, кого и зачем они там протежируют или чего и почему лоббируют… хоть и свои люди, специально отобранные…

В-третьих, после личного прочтения в высококомпетентном чиновничьем мозгу Ивана Васильевича формируется единственно правильное решение по документу, обусловленное сутью и, что интересно, формулировками документа, даже если они и отражают эмоции составителя. А иногда даже именно формулировки имеют решающее значение, когда речь идет, например, о чьей-нибудь посторонней экспертизе правильности принятого решения… В общем, работа с документом – это искусство.

Поэтому Еремин не слишком часто прибегал к помощи помощника-секретаря, который бы комментировал документы, представленные для подписи. Иван Васильевич внимательно просматривал отраслевые отчеты налоговой инспекции, вникая в основные цифры… Стоп! Что это такое? То ли память подводит, то ли совсем рядом происходит нечто весьма любопытное, возможно, с криминальным следом. Если в советское время ежегодная добыча алмазодобывающей промышленности исчислялась тремя и более миллиардами «зеленых американских рублей» в год, то сейчас, согласно отчету налоговой инспекции, судя по налогам, добыча отрасли теперь почти вдвое меньше. Даже если закрыть глаза на сомнительность законности приватизации, перераспределившей государственные предприятия алмазодобычи в карманы специально отобранных «очкастых частных собственников», все равно, налицо снижение объемов более чем вдвое. А по достоверным, хотя и косвенным, сведениям Еремина –  объем алмазодобычи за последние годы – напротив, должен был существенно    возрасти.

…Полгода назад Иван Васильевич исключительно по долгу службы, а не по велению души, так как не чувствовал в себе охотничьей косточки, был в Якутске на медвежьей охоте, и там ему, в относительно тесном кругу – собралась компания в русской бане – встретился представитель фирмы среднего пошиба, занимающейся алмазодобычей. Ну, язык у того – точно, без костей! Только и делал, что болтал – хвалился, как у них, да и у него лично, хорошо. Заодно и проинформировал, что производство по сравнению с его бытностью в социализме увеличилась на треть. Еремин развивать этот контакт не стал – рискованный какой-то субъект, – но информацию об объемах производства алмазодобывающей промышленности к сведению принял. Интересные факты и нюансы Иван Васильевич любил запоминать. На всякий случай. Он не исключал, правда, что сведения могли быть и не вполне достоверными…

А сейчас во время работы с документами внезапно возникшие подозрения, да и собственно свою память, надо было проверить – вдруг его дезинформировали, или он сам что-нибудь не так понял, перепутал! Иван Васильевич набрал номер помощника, проверенного в течение долгих лет и в различных рабочих ситуациях человека. Спокойно, без фанатизма попросил навести справки. Но сказал так, что помощник понял (как-никак, не первый год работы вместе!), что информация нужна в кратчайшие сроки, точная и всеобъемлющая.

Через пять дней у Еремина на столе лежала папка, документы в которой полностью подтверждали его подозрения. Иван Васильевич даже в какой-то степени за себя порадовался, убедившись в очередной раз в правильной избирательности и остроте своей памяти и сообразительности.

Второй звонок по этому делу Еремин сделал заместителю директора ФСБ России Вячеславу Владимировичу Панкратову. Несмотря на специфическую особенность их служебных взаимоотношений (ФСБ подчиняется напрямую Президенту, так что Еремин де юре не должен приказывать), Панкратов к просьбе Ивана Васильевича отнесся с предельным вниманием. Еремин находится на подъеме карьеры, с хорошими перспективами, так что лучше с ним поддерживать качественные и доброжелательные рабочие отношения.

Вячеслав Владимирович обладал одним неординарным свойством, именно благодаря которому ему было суждено продвинуться так высоко, тогда как ничего не предвещало удачи в карьере. Выдающихся способностей, а также так называемого блата у него не было. Были здравый смысл, аккуратность и последовательность в достижении целей. После довольно успешной оперативной работы в ФСБ Панкратов «бросил якорь» в «штабе конторы» – в скопище чиновников в погонах, из года в год ведущих рутинную работу, без которой никуда не денешься в любом ведомстве. Панкратов был назначен начальником одного из управлений Центрального аппарата ФСБ – начальником, которым (глядя правде в глаза) и намеревался уволиться по достижению предельного возраста пребывания на службе в ФСБ России. Время от времени на подобных должностях приходится принимать решения, по которым становятся видны результаты работы, а в этом Панкратову не было равных. Он обладал такой развитой профессиональной интуицией, что буквально на ходу, что называется, на глазах у начальства принимал решения, которые впоследствии казались единственно верными, хотя и были в    момент их принятия далеко не очевидными и даже сомнительными. Его заметили будущие власть имущие.

Когда у власть имущих статус «будущие» поменялся на «настоящие», точнее, действующие, о Панкратове вспомнили, и он с должности начальника управления был назначен на должность заместителя директора ФСБ.   Серьезный служебный рост, если учесть, что никаких родственников или друзей у Панкратова в структурах власти не наблюдалось.

Способность на ходу принимать разумные решения оценил и Иван Васильевич, поначалу находящийся в довольно дискомфортном состоянии при разговоре с Панкратовым. Неудобство положения заключалось в том, что Еремину пришлось обращаться с просьбой в «дружественное ведомство» не по приказу сверху, как это принято во властных структурах, а как бы по собственной инициативе, что могло потом и «боком выйти». Хотя, конечно, формальный повод был – это указание Премьера на совещании «поискать деньги». Поэтому, прежде чем позвонить Панкратову, Иван Васильевич с полминуты сосредоточенно смотрел телефон спецсвязи, проговаривая про себя то, как он будет формулировать свою просьбу, затем решительно набрал номер:

– Добрый день, Вячеслав Владимирович. Еремин, – следуя служебному этикету, Иван Васильевич представился, хотя Панкратов наверняка и так по голосу понял, кто говорит. – К сожалению, экономическая ситуация вынуждает напрячь ваше ведомство.    Причем условия диктуют необходимость обеспечить строгую конфиденциальность, а при обращении в МВД или прокуратуру она будет нарушена, однозначно. Кроме того, есть сомнения, что они справятся, очень уж специфическая задача…

Собираясь мыслями, Еремин сделал паузу, которой воспользовался заместитель директора ФСБ, чтобы ответить, хотя еще и не представлял, о чем будет идти речь:

– Да, Иван Васильевич. Излагайте задачу. Мы, разумеется, задействуем необходимые ресурсы для ее решения. Со своей стороны обещаю, что в любом случае, даже если возникнут сложности технического свойства, я лично проработаю вопросы, в решении которых в настоящий момент заинтересовано Правительство.

Еремин был доволен, что удалось сделать паузу, а заодно и выслушать заверения Панкратова в готовности со всей ответственностью отнестись к поручению:

– Здесь дело даже не только в заинтересованности Правительства, а в крупном воровстве государственного масштаба. Дело в том, что в результате чьей-то предположительно преступной деятельности государство недополучает ежегодно многие миллионы долларов. Именно валюты. Есть мнение в необходимости в срочного расследования имеющихся у нас макроэкономических фактов. Речь идет об алмазодобывающей промышленности.

– Судя по всему, такое расследование является прерогативой нашего ведомства, думаю, это хлеб управления экономической безопасности. После начальной проработки вопроса, я думаю, на это нам понадобится недели две, в назначенное вами время к вам прибудет начальник нашего k-того управления полковник Ивлев Леонид Павлович, не возражаете? – Традиционно грамотное и логичное решение у Панкратова не заржавело.

Ивлев был на хорошем счету у заместителя директора ФСБ. Панкратов не сомневался в его способностях решения сложных и нетривиальных задач. Заместитель директора ФСБ спинным мозгом чувствовал, что это дело перспективное, больше того, судьбоносное,    и спускать его на тормозах противопоказано – себе будет дороже! Как-никак репутация Еремина в структурах власти ценилась достаточно высоко, не воспринимать всерьез его просьбу нельзя.

– Какие могут быть возражения? – с готовностью отвечал Еремин. – Пусть приезжает, только надо, чтобы предварительно позвонил, чтобы накладок не было.

– Договорились.

 Иван Васильевич был доволен результатами общения с Панкратовым. Вполне возможно, в конце концов удастся добыть денежки для реализации задуманного мебельного проекта, хотя это и не абсолютно бескровный вариант. Где вращаются большие деньги, там есть и люди, которые, точно, не захотят ничего менять, – ох, как не захотят поделиться!.. Но придется! Еремин не боялся конфликтов, даже если, предположим, просматривается вероятность собственного летального исхода в процессе их разрешения. На пути к вершинам власти он уже давно принял для себя решение: чему быть, того не миновать, а чтобы избегать нежелательных последствий, просто надо более внимательно и профессионально относиться к тому, чем занимаешься, принимать меры для предотвращения возможных угроз, внутренних и внешних. И будь что будет!

Скажем, взять эту крупную утечку алмазных финансов, этот явный криминал в добыче алмазов. Если этим заниматься предметно и всерьез, будут риски, в том числе и для своей собственной драгоценной жизни. А что делать, если фигурируют большие деньги, на которые кто-то лапу наложил, не спросив ни у кого разрешения! А кто другой займется их возвратом, если не мы?..

И конечно, без ФСБ России в этом щекотливом вопросе не обойтись. Что у нас может быть надежнее конторы? Кто еще качественнее и профессиональнее сможет решить жизненно важные в экономическом отношении вопросы? Еремин был уверен в правильности своих действий, необходимо вывести на чистую воду воров государственного масштаба.

Глава 4. Найден предполагаемый источник для реанимации программы поддержки малого и среднего бизнеса

За год до убийства Инны Яковлевны Золотарюк

Иван Васильевич Еремин с широкой добродушной улыбкой встречал на пороге своего рабочего кабинета начальника управления ФСБ полковника Ивлева Леонида Павловича.

Ивлев для мужчины своих пятидесяти с небольшим производил приятное впечатление. Крепкий, хорошо сложенный, несколько склонный к возрастной прибавке веса, хотя этот процесс    в нем происходил вполне пропорционально. «Привес» наблюдался лишь в нетонкой талии, да еще в щеках, но щеки не были дряблыми, а квадратный торс даже немного прибавлял мужественности. Похоже, заметил Еремин, обладатель такой фигуры в молодости был нечужд тренировкам по борьбе. Несколько выдающийся нос с небольшой горбинкой, быстрые веселые карие глаза, сочетание    легкого загара со здоровым румянцем располагали к общению как, в первую очередь, женщин, так и мужчин. Глядя на Ивлева, можно было сказать, что он следит на своей физической формой, лишь в последнее время немного снизил усилия и повысил калорийность питания. На самом деле не снижал, у Леонида Павловича просто как не было, так и нет времени. Он даже не очень-то часто ходил в спортзал, хотя и положено туда ходить по приказу Директора ФСБ аж два раза в неделю. При этом Ивлев всегда отправлялся домой не раньше девяти вечера,    да и выходные частенько торчал на службе.

Для Еремина такой жест гостеприимства, как перемещение к двери кабинета при приеме посетителя не слишком высокого ранга по служебному вопросу не характерен. Особенно когда принимать приходится по сотне человек в день. Причем все посетители – ответственные работники. Если кто и в погонах, то – не ниже генеральских, как правило. Обычно Иван Васильевич важно восседал на своем эргономичном кресле, которое, наверное, и на трон не променял бы. Даже вставал, чтобы поздороваться, не всегда. Но сегодня – другой случай, особый.

Прием, на который попал полковник Ивлев, был для Еремина    исключительной ситуацией, требовалось расположить к себе посетителя. По большому счету, думал Иван Васильевич, это и в его личных интересах, все же хотя успехов в работе, и думать о рангах здесь не пристало… Конечно, Еремин предпочел бы, чтобы на месте Ивлева был Панкратов, но тот посчитал, что было бы политически неграмотно проявлять излишнюю активность и самостоятельность, без санкции прямого начальства участвовать лично в совещании по недостаточно значительным вопросам… Но ничего, Иван Васильевич ради интересов дела – не гордый, готов и полковнику показать уважение.

Леонид Павлович Ивлев тщательно готовился к приему в Правительстве, но на инструктаже непосредственно перед приемом Еремина получил от Панкратова ценные указания, которые заключались в том, что «Еремину можно давать только сведения общего характера».

Это вполне устраивало и Леонида Павловича, и самого Еремина на этом этапе. Ясной картины крупного воровства не просматривалось даже с позиции руководства ФСБ, было только понятно, что по сведениям, требующим проверки, страна недополучает в бюджет серьезные деньги, плюс за этот короткий срок было получено много сведений частного характера, которые можно было бы использовать в оперативных разработках, но смысла обсуждать это на уровне Первого заместителя Председателя Правительства не имело.

Проведя Ивлева в просторный кабинет, Иван Васильевич, как радушный хозяин, энергично отставил тяжелый стул от своего огромного рабочего стола, широким жестом предложил присесть:

– Прошу, Леонид Павлович! Чай? Кофе?.. Или, может, покрепче чего-нибудь? – Иван Васильевич, не скрывая улыбки, похожей на голливудскую, уже демонстративно, так, чтобы Ивлев видел, рассматривал содержимое своего бара – одного из отделений здоровенного шкафа, занимающего пол-стены. – Вот, коньяк есть неплохой, «Арагви», настоящий, по спецзаказу, семь условных звездочек… другие напитки, все первоклассные, конечно. Гораздо лучше магазинных, поверьте! Рюмашку, может, для расширения сосудов?

Леонид Павлович не хотел ни чая, ни кофе, а алкоголь он почти вообще не употреблял, даже на поздравлениях сотрудников с днями рождения. Но из уважения к Еремину, занимающему высокое служебное положение, как бы принимая гостеприимство хозяина кабинета и изображая кроткую служебную благодарность,    пожал плечами, заулыбался и проворковал, показывая двумя пальцами желаемую дозу алкоголя:

– Ну, разве немножко…

Иван Васильевич налил довольно щедрую порцию коньяку, в большую пузатую рюмку, поставил перед Ивлевым. Себе наливать не стал, сделал несколько красноречивых жестов, показывая, что ситуация не позволяет.

Ивлев понимающе кивнул, глотнул немного, аккуратно разложил перед собой листы бумаги, сделал серьезное лицо:

– Иван Васильевич,    ситуация в алмазодобывающей промышленности следующая. Основные разработки, практически,    находятся в двух руках – двух компаниях, организационно-правовая основа обеих – открытые акционерные общества. Обе образованы по результатам приватизации. Одна из них – небольшая – сколько сырья добывала до перестройки, столько и сейчас добывает, сколько было доходов, столько приблизительно и сейчас, ничего не изменилось. В общем, платит налоги, как положено. Интерес заслуживает вторая компания, ОАО «Даймонд кампани». По полученным нами сведениям, месторождения, которые они разрабатывают, не иссякли, ресурсоемкость их осталось прежней, объемы производства абсолютно не изменились, мы это проверили, однако, официальные данные по добыче и налогам говорят другое – а именно, то, что производство за последние три года снизилось в два с половиной раза. Продажи сырья снизились в пять раз. Считаю, по этой компании целесообразно провести комплекс работ… я имею в виду проведение глубокого анализа производственно-финансовой деятельности, специфических работ по нашему направлению… можно будет выяснить уровень добычи и обработки алмазов, сопоставить его с уровнями доходов от продаж и стоимостью сырья, хранящегося в компании.

Иван Васильевич, поигрывая классически остро заточенным красным карандашом, задумчиво проговорил, как бы разговаривая со своими мыслями, но так, чтобы Ивлев слышал:

– Стало быть, основная масса доходов от продаж сырья в «Даймонд кампани» лежит в тени?.. По оценке наших экономистов, можно увеличить поступления в бюджет в виде налогов в районе миллиарда в год… Правильные расчеты?

Леонид Павлович кивал при каждой фразе визави, на вопрос по налогам охотно ответил, как будто его ждал с самого начала:

– Возможно. Надо все проверить и предметно посчитать. И, чтобы такие деньги дополнительно получать, возможно, придется еще поработать над реструктуризацией производства.

– Хорошо. Есть ли какие-либо выкладки, которые вы можете мне оставить?

– Да, конечно, – Ивлев передал Первому заму лист бумаги, заполненный на три четверти текстом шрифтом Times New Roman размера 14 пт. Большие начальники не любят много читать, боятся запутаться, но совсем без шпаргалки их оставлять было бы невежливо, об этом Леонид Павлович, бывалый кабинетный работник, хорошо знал и постарался не отступать от «чиновничьего этикета».

– Спасибо, – Иван Васильевич деловито принял листок, пробежался по нему глазами, удовлетворенно поднялся. Теоретически – он был готов ради налаживания нужного контакта с перспективным полковником ФСБ хоть час с ним просидеть, душевно поговорить о способах экономического подъема страны или просто «за жизнь». Но время не позволяло, да и в этой ситуации Ивлев еще не так может подобное отношение к своей персоне истолковать: проявлять слишком большую заинтересованность в общении с полковником было бы неправильно.    Так что, состоявшегося разговора для налаживания делового контакта на сегодня будет достаточно.

– Ну, на посошок? – Еремин изобразил желание долить недопитую полковником рюмку.

– Не…, спасибо. Я вот это допью, – Ивлев приподнял рюмку, допил вторую половину порции: показывать большому человеку свою приверженность к здоровому образу жизни полковник не считал нужным. Поднялся.

Коллеги, дружелюбно обменявшись информацией о дальнейших способах контактов, дойдя до двери, пожали друг другу руки.

Теперь у Ивана Васильевича была вся нужная информация относительно возможного источника финансирования важного для страны и, что также немаловажно, для него лично, проекта поддержки малого и среднего бизнеса. Пусть сумма и относительно небольшая, пусть речь идет только об определенной нише в мебельной промышленности, не это главное. Здесь важно обозначить заботу государства и правительства о такой важной сфере жизни общества, как малый и средний бизнес, рассуждал первый зампред, а заодно и разоблачить преступную деятельность, воровство в особо крупном размере зарвавшихся лиц. Для общества это важно. После контрольного анализа всех имеющихся данных Еремин набрал номер секретариата Правительства и попросил спланировать встречу с Премьером, толково объяснив, по какому вопросу. Одновременно отправил соответствующую бумажку, положенную по делопроизводству. Конечно, можно было Премьеру и напрямую позвонить, с которым они в хороших неформальных отношениях, но Ивану Васильевичу не хотелось лишний раз беспокоить начальство при обычной, плановой задаче. Пусть дело идет в неспешном порядке, без суеты. Секретариат спланирует совещание, на котором Иван Васильевич должен будет доложить, где взять деньги для финансирования проекта поддержки малого и среднего бизнеса, а решением совещания нужно будет либо утвердить этот проект, либо отвергнуть.

***

Через несколько дней в назначенное время Еремин принимал участие на заседании Правительства. Небольшая деталь немного придавала пикантности: заседание проводилось хотя по количеству присутствующих и в сокращенном составе, но формально было «расширенным», так как присутствовал еще и заместитель директора ФСБ Панкратов, по просьбе Премьера ввиду важности и осведомленности в специфике рассматриваемого вопроса. Руководил совещанием Премьер-министр.

Помимо ключевых игроков в рассматриваемом на заседании вопросе Еремина Ивана Васильевича,    Панкратова Вячеслава Владимировича, самого Премьера, на заседании присутствовали министр экономики и социального развития Соскобов Геннадий Федорович и еще несколько помощников министров.

Еремин изложил Правительству два сильно отличающихся друг от друга варианта реструктуризации алмазодобывающей промышленности, как бы на выбор.

Первый вариант заключался в возможности значительного увеличения дохода в российский бюджет путем расприватизации сектора алмазодобычи, формально принадлежащего ОАО «Даймонд кампани». Расприватизация целесообразна ввиду значительных нарушений, если не говорить – преступлений в процессе приватизации алмазодобычи, последствием которой явилось значительное снижение прибылей, а также текущего существенного нарушения налогового законодательства юридическими лицами – владельцами отрасли. Раскрывая возможности финансирования поддержки малого и среднего бизнеса в мебельной промышленности, Еремин указал на алмазодобывающую отрасль, на цифрах показал объемы добычи сырья, сравнил их с показателями по хранению и продажам. Показательно сравнил их с уровнями до приватизации. О том, что налицо хищения в особо крупном размере, речи не шло. Однако было ясно, что оставлять ситуацию как есть, неправильно. Грабеж страны в такой важной сфере, как добыча драгоценных камней, необходимо остановить. Злоупотребления следует пресечь. Да, похоже, кто-то из заинтересованных лиц пострадает, возможно, «сядет». Потерявших чувство меры в вопросах законности и справедливости алмазных капиталистов следует остановить. Без определенных «разборок» в определенных кругах, видимо, не обойдется.

Второй вариант выглядел не таким «кровавым», но все же предусматривал «выкручивание рук» экономистам и, в первую очередь, руководству «Даймонд кампани». У них тоже, возможно, придется кого-то посадить за злоупотребления и мошенничество в особо крупном размере, предположим. Результатом будет постепенное, но значительное увеличение налоговых поступлений, что в количественном выражении все же значительно меньше по сравнению с первым, более решительным вариантом.      Иван Васильевич доложил, что и этот второй, не столь жесткий по отношению к владельцам бизнеса и государственным чиновникам вариант приемлем, хотя и не в полной мере сможет покрыть все необходимые расходы, связанные с расчетами по поддержке малого и среднего бизнеса в целом, в данном случае, определенной ниши в мебельной промышленности.

В конце доклада Еремин аккуратно резюмировал, что предлагает первый вариант, хотя считает, что в случае принятия и второго тот сыграет свою положительную роль, хотя и не столь эффективно, денег будет меньше.

Премьер-министр – осторожный человек, но конъюнктура подсказывала, что общество ждет от Правительства кардинальных мер по улучшению экономической ситуации в стране. Кроме того, в воздухе витает мнение, что «слишком много развелось всяких богатеев, разжившихся на народном богатстве, которых пора к ногтю». Надо же хоть иногда учитывать народные пожелания!

Премьер поправил на носу очки, громко прочистил горло, не забыв за это извиниться, с серьезным лицом произнес:

– Иван Васильевич, спасибо за ясный и четкий доклад. Безусловно, мы не можем допустить разбазаривания добра страны… Вячеслав Владимирович, скажите, пожалуйста, какова ваша оценка возможности ликвидации частного капитала в «Даймонд кампани», то есть реализации первого варианта? Насколько серьезны последствия для общественного мнения, не изменит ли это бизнес-климат?

Как и следовало ожидать, у Панкратова уже было в наличии сформированное предложение. Головной мозг Вячеслава Владимировича действовал как компьютер, настроенный на выработку единственно верного решения на основе исходной информации – выкладок справки Ивлева, умозаключений Еремина и настроения Премьера:

– Предварительная оценка показывает, что первый вариант, подразумевающий жесткие действия в отношении противозаконных действий «Даймонд кампани», вполне реализуем. Подчеркиваю, что эта оценка лишь предварительная, тщательной детальной проработки всех рисков не было. Определенные всплески будут, но под контролем нашего ведомства, конечно, к каким-либо отрицательным последствиям не приведут. Точнее, серьезно выраженных отрицательных социальных, общественных, экономических и международных последствий не ожидаются.

Премьер кивнул. Он знал, что о формальной «тщательной проработке вопроса» уважаемым ведомством придется предлагать Президенту, согласно подчиненности ФСБ России, но хоть какое-то сегодняшнее решение, которое в конечном приведет к успеху, должно состояться, а для этого надо заручиться поддержкой максимального количества должностных лиц высокого ранга, присутствующих на совещании.

Премьер-министр повернулся к Соскобову и вопросительно поднял бровь:

– Геннадий Федорович, как считаете?

Министр экономики и соцразвития Соскобов в    душе всегда был сторонником кардинальных мер, в том числе и благодаря своей личной устойчивой позиции во власти. Наверное, в нем скрывался исследователь-экспериментатор макроуровня, который не боится принимать жесткие меры по одному ему известным причинам. Сделать бы что-нибудь этакое, глобальное, в чубайсовском стиле и посмотреть, что получится!.. Не боясь последствий. К тому же – Геннадий Федорович всегда ратует за справедливость, что и сыграло роль в свое время при его назначении на эту должность. Пожав плечами, показывая, что здесь «двух мнений быть не может», решительно заявил:

– Разумеется, я за возврат активов государству. Правда, высказываю свою точку зрения только на основе имеющейся у меня лично информации… Подчеркну еще раз, я не настаиваю, а только высказываю свое мнение в поддержку первого варианта, предложенного Иваном Васильевичем. Все же    полагаю, что моя точка зрения не изменится и после более тщательного анализа ситуации.

Премьер-министр кивнул, всем видом показывая готовность провозгласить решение, однако же, по традиции обратился ко всем присутствующим:

– Товарищи, прошу высказываться… Имеются ли замечания, предложения, возражения?.. Нет?..    Ну что же, мое предварительное решение будет следующим. Первое. Обратиться к Президенту Российской Федерации с просьбой о решении по детальной проработке плана, условно говоря,    расприватизации ОАО  «Даймонд кампани»; проработку плана поручить Федеральной службе безопасности России. Второе. Руководителем этих работ, а также лицом, представляющим в ФСБ Правительство по этому направлению назначить    Первого заместителя Председателя Правительства Еремина Ивана Васильевича. Третье. Реализацию плана расприватизации, учитывая криминальный след приватизации, начать – после проработки вопроса ФСБ России, то есть после выявления и разоблачения криминальных схем и соответствующих персоналий. Четвертое. Всем присутствующим обеспечить строгую конфиденциальность содержания и решения настоящего совещания… Какие есть вопросы? Замечания? Возражения?.. Нет. Принимается… После оформления протокола всех присутствующих прошу зайти в секретариат, расписаться. Рассылаться по участникам протокол не будет из соображений секретности. Когда он будет готов, вам сообщат.

Иван Васильевич был непроницаем. Но только внешне. Внутренне он ликовал: хорошо и радостно на душе, когда задумки исполняются!

Теперь инициировать выделение конкретных денег для поддержки конкретной компании, а именно ООО «Эванс плюс», было делом техники.

Глава 5.    «Главный по мафии» «за колючкой»

За полгода   до убийства Инны Яковлевны Золотарюк

Александр Александрович Воротов проснулся, немного полежал, разлепил глаза и потянулся. Организм был уже не в состоянии спать, зудел от пересыпа. И к тому же Маринка возится, что-то делает у плиты – шуршит и шуршит, распугивает жиденькие остатки сна… Занимается какими-то пустяками «домашними», если подобный термин уместен в этих стенах отбывания наказания за преступление… Стенах колонии общего режима № 1387, что в Мордовии. Комната «для длительных свиданий» была оборудована в административном здании –    «штабе», как его называли сначала зеки, по привычке всему придумывать специфические названия.

Во время отбытия срока сон для Сан Саныча – на вес золота, он ведь и срок сокращает, если вдуматься! Установленные распорядком ФСИНа нормы и правила Сан Саныча не касаются. Несмотря на временное приятное общество Мариночки-Марины Пановой, в настоящий момент исполняющей обязанности «любовницы, невесты и жены», как сформулировал в своей песенке Шуфутинский. Хотя она по факту и не жена.

Как говорится, чем больше спишь, тем быстрее время щелкает – зек спит, а срок идет! Мотать осталось всего-навсего четыре месяца без нескольких дней –   квартал с хвостиком, другими словами, а чем меньше остается, тем медленнее идет время!

Строго говоря, через квартал наступит только половина срока отсидки «главного» по организованной преступной группировке, действующей под эгидой «Мебельной епархии», Сан Саныча. Но для Сан Саныча эта «половина срока» означает его полное окончание, если не считать небольшой временной «хвостик». Воротов абсолютно точно знал, что ровно через квартал и одну неделю, плюс-минус несколько дней, если учитывать «абсолютную погрешность», он будет пересекать носом плоскость ворот колонии из внутренней стороны во внешнюю, что на свободе, с дешевеньким чемоданчиком в руках. Дешевеньким не потому, что нет денег  – напротив, этого добра у Сан Саныча, «как грязи»: Воротов просто ценитель различных приколов, а в последнее время подобный чемоданчик – это был писк тюремной моды. Прикольно!.. А во внутреннем кармане простенького пиджака будет лежать бумажка об условно-досрочном освобождении за примерное поведение…

Сомневаться Сан Санычу не приходится: все схвачено, за все заплачено. И не только заплачено, но и популярно разъяснено определенным должностным лицам о последствиях нежелательного результата – отказа в условно-досрочном освобождении. Причем разъясняли специально обученные в свое время Воротовым люди. «Специально обученные люди» рисковали, в определенной степени, не без этого. Все-таки ребята из ФСИНа тоже не лыком шиты!  Но все обошлось, сработали безукоризненно, не придерешься, и без последствий для себя.   В общем – ничего особенного, многие из «больших» людей, вступающих в конфликт с законом, так делают… из тех, кто может себе позволить такую роскошь, разумеется!

Сан Саныч не был вором в законе и не стремился к такому счастью: власти и уважения во всех кругах, в которых  он крутился, ему и так хватало. Он был осужден за «обеспечение» деятельности своей фирмы, находящейся за гранью закона существенно дальше, чем это принято в даже в наше время и в нашем обществе. Несмотря на отсутствие «генеральского» криминального звания, пользовался не меньшим авторитетом и среди категории так называемой «черной масти». Авторитетом, заслуженным природным незаурядным умением общаться и устраивать дела. Как говорится, заслужил потом и кровью!.. Кровью, в основном не своей, конечно, хотя риск пострадать, так или иначе, был и остается в таких делах всегда…

Как позже понял Сан Саныч, уважения «за колючкой» достичь было не труднее, чем на воле. Самое главное здесь, конечно, – это умение быстро и красиво    принимать    верные решения в разных ситуациях. Уж чего-чего, а это Сан Саныч умел, – не один и не два зека сломали свои жизни о характер Воротова за время его относительно непродолжительной отсидки. Впрочем,  Сан Саныча за это нельзя было упрекнуть, все было «по закону», сами напросились.

Текущий срок для Воротова был первым, хотя шлейф, выражаясь полицейским слэнгом, противоправной деятельности      за ним тянулся длиннющий. Воротов был своего рода криминальным талантом, поэтому долго не попадался. Да и сел, в общем-то, за «пустячок», на который и внимания не обращал. Если бы обратил, не сел бы.

Способности Сан Саныча проявлялись в нескольких направлениях, точнее, он был вполне квалифицированным, разносторонним и прокачанным преступником. Во-первых, был предприимчивым, – всегда знал «откуда» и «каким образом» «вытащить бабло» наиболее «справедливым, по правильным понятиям» способом. Во-вторых, запугать Сан Саныча чем-либо было невозможно, – на самом деле, он умел подкрепить свои слова убедительными действиями, которые быстро отбивали охоту у недоброжелателей, особенно претендентов на «лакомый кусочек» за счет интересов Сан Саныча, или просто стремящихся поразвлечься и укрепить за счет него свое «я». В-третьих, обмануть, скажем, Воротова было настолько трудно, что почти невозможно. Наконец, в-четвертых, Сан Саныч обладал способностью быстро принимать неординарные и правильные (с точки зрения достижения результата и руководствуясь принципом «цель оправдывает средства»), решения в самых сложных ситуациях и, что самое главное – претворять эти решения в жизнь. Риски, связанные с компетентными органами правопорядка, он старался минимизировать. То, что в результате действий Воротова могли пострадать другие – ничего страшного, сами виноваты, так как сами вовремя о себе не позаботились. Да и фортуна, как правило, находится на стороне «правильных пацанов». По резюмирующей, «окончательной» философии Сан Саныча мир делится на тех, кто живет и тех, кто для них живет. В какую категорию попасть, дело каждого.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.