Елена Фольтерн
Я знаю, когда ты умрешь

Сентябрьская ночь в эти выходные вышла довольно скучной, как и каждая ночь в нашем небольшом городе. Я сидела после выезда в дежурной части и читала какой-то потрепанный журнал, который нашла в рабочей тумбочке. Дежурный¹ Иванов сидел за телефоном и принимал звонки. Опер² Саня лениво ковырялся в своем телефоне. Дежурный водитель³ слонялся по коридору. С последним мы практически одновременно бросили взгляд на часы – было около часа ночи.

Освещение в дежурной части было тусклым, создающим странную игру теней на стендах, оклеенных объявлениями и графиками дежурств. На стене висели деревянные полки с тяжелыми номенклатурными делами. На одном из столов стояла чашка с остывшим, ароматным кофе – он пах на всю дежурку⁴. Это Иванов налил себе ароматный напиток, но у него, как и во всяком городском отделе, совершенно не было времени на то, чтобы просто вздохнуть, не говоря о том, чтобы сесть и спокойно трапезничать.

Пряный запах перемешивался с сильным ароматом дезинфекторов, которыми недавно помыли пол. В углу находился старый металлический сейф, выкрашенный в противный синий цвет. Над сейфом висел вставленный в раму портрет начальника (создавалось впечатление, что тот бдит за нами с фотографии даже ночью). У входа располагалась карта района – потрепанная, помятая, но по-прежнему актуальная. Завершали эту картину вращающиеся стулья, стоящие в разных позах по комнате, один из которых, худенький и скрипучий, был моим сегодняшним пристанищем.

Старший оперативный дежурный принимал очередной вызов от бабки, у которой под окном слишком громко мяукали кошки. Пока он матерился, мы с водителем подтрунивали над ним.

– Ну что там, старший оперативный дежурный Иванов? – ехидно спросил водитель, улыбаясь во весь рот.

– Да опять бабка с кошками! – ответил он, сквозь зубы пытаясь закончить разговор с заявителем. – Ну да, бабушка, понимаю, понимаю… Да, приедем, разберемся…

– Да какой разберемся? – не выдержала я. – Сколько можно этих кошек разгонять?

– Надоело уже, – поддакнул водитель, скрестив руки на груди. – Может, подселим ей соседку с самой шумной кошкой на районе? Пусть научатся договариваться.

Дежурный, наконец, надавил на кнопку отбоя и с раздражением вздохнул:

– Знаете, иногда я всерьез думаю, что эти старушки специально развлекать нас вызывают…

– А ты думал, за что нам такие зарплаты платят? – в шутку заметил водитель.

– Да уж, развеселили… – сказала я, вновь погрузившись в чтение.

Тишина снова окутала помещение, прерываемая лишь редкими звуками капель дождя по крыше и шумом машин со стороны улицы. Однако продлилась она недолго.

Раздался очередной телефонный звонок. Дежурный, коротко взглянув на мигающий огонек телефона, поднял трубку.

– Дежурная часть, слушаю вас! – его спокойный голос прозвучал уверенно и ясно.

На другом конце провода царила тишина. Он прислушался, но ответа не последовало. Дежурный еще раз повторил:

– Дежурная часть, чем могу помочь?

Наконец, из трубки раздался тихий и смущенный женский голос:

– Помогите… Пожалуйста…

Дежурный напрягся, повернулся к своему напарнику и указал ему на телефонную трубку. Тот понимающе кивнул.

– Как Вас зовут? Где Вы находитесь? – говорить нужно было спокойно, чтобы не спугнуть собеседника.

– Я… Я не знаю… Мне страшно…

Мне пришло в голову перебрать свои документы в папке, лежащей передо мной, дабы убедиться в достаточном количестве бланков. Чувствовала, что пахнет выездом. Дежурный через несколько секунд положил трубку.

– Кажется, наш разговор прервался, – растерянно сказал он, – но городские оперативники определили адрес, который привязан к номеру телефона звонившего. Нужно проехать вот сюда и посмотреть, что там. Номер телефона я тоже на всякий случай записал.

– Известны какие-то персональные данные? – я встала из-за стола и накинула куртку. – Фамилия, имя?

– Пока нет, – буркнул он, – опер Саша поедет с тобой. Думаю, вдвоем на месте разберетесь.

Я кивнула.

Мы с опером и водителем взяли папки и принадлежности и вышли на улицу. Осенняя ночь была холодной, от прохлады воздуха я поежилась. Саша застегнул куртку под горло и недовольно покачал головой, словно всем своим видом говоря, что предпочитает провести эту ночь в более теплом и радушном месте.

Мы сели в полицейскую газель и отправились на обозначенный дежурным адрес. Улицы пустовали, лишь редкие машины тихо шуршали шинами по асфальту. В служебной машине царила напряженная тишина, нарушаемая лишь тихими звуками какой-то радиопередачи, сопением водителя и редкими фразами от Саши. Последний говорил с кем-то по телефону.

– Как думаешь, что там может быть? – прервал он телефонный разговор, чтобы задать мне этот вопрос.

Я пожала плечами:

– Кто его знает. «Анонимы» сейчас часто звонят, и, как правило, оставляют ложные сообщения. Многие из них при проверке не подтверждаются, и мы вынуждены списывать их в номенклатурное дело. Ну а куда ты денешь какое-нибудь сообщение типа «Привидения отобрали у меня телефон» или «Инопланетяне управляют моим разумом2?

– Может, это какой-нибудь хулиган? – предположил Саша, нервно постукивая пальцами по сиденью. – Помнишь, как в прошлый раз? Аноним сообщил, что нашел бомбу, а это оказался просто заброшенный чемодан с мусором.

Я кивнула, вспомнив тот случай. Тогда мы тоже мчались на вызов на всех порах, включив мигалки, с немыслимой скоростью. Еще чуть-чуть – и нашу команду можно было выставлять для участия в «Формуле-1». Адреналин во время поездки настолько зашкаливал, что нашему эксперту стало плохо. Однако, добравшись до места, мы только разочарованно вздохнули, когда узнали, что сообщение было ложным. Сейчас ситуация была похожей, однако что-то не давало мне покоя.

Наконец мы добрались до нужного дома. Водитель не пошел с нами: он растянулся на сиденье и включил смешные видео на своем телефоне, всем своим видом показывая, что не пойдет с нами. Подъездная дверь была распахнута настежь. В самом подъезде было тихо, тусклый свет лампочки едва освещал ступеньки. Мы с Сашей медленно поднимались к квартире, указанной в сообщении, стараясь не споткнуться.

– Вроде бы обычная квартира, – прошептал он, готовя табельное оружие, когда мы приблизились к искомой двери. Я пощупала рукой свой пистолет, который был в кобуре, но доставать его не стала.

Саша негромко постучал в дверь. В ответ – лишь тишина.

Мы подождали.

Снова постучали.

За дверью послышались шаги, но никто не торопился нам открывать. Мы удивленно переглянулись, и я снова постучалась со словами «Откройте, полиция!». Прошло еще несколько долгих секунд, прежде чем дверь, наконец, неуверенно приоткрылась.

– Кто там? – послышался дрожащий женский голос.

– Полиция! – строго ответил Саша. – Вы звонили?

– Да, я звонила… Тут… что-то странное…

Дверь открылась шире, и перед нами предстала женщина славянской внешности, на вид 30-35 лет, испуганная и взволнованная⁵. Она была одета в белое платье, а темные волосы аккуратно убраны в пучок. Выражение ее лица было усталым, а кожу под глазами украшали огромные, синие круги. В руках она держала сотовый телефон, то теребя его, то прижимая к груди. Она мельком взглянула на нас, а затем, чуть поколебавшись, распахнула дверь шире и жестом пригласила войти. Мы аккуратно вошли, осматриваясь и не разуваясь.

– Так что у вас случилось? – спросил Саша, внимательно оглядывая обстановку.

– Там, в той комнате, – дрожащей рукой указала женщина. Мы направились по указанному ей направлению, готовясь к любой неожиданности.

Дверь комнаты была приоткрыта. Саша первым вошел внутрь, а за ним и я. Наши глаза встретились с пустым креслом, перевернутым столом и разбитыми рамками с фотографиями, валяющимися на полу. Но не это поразило нас – на стене, большими красными буквами, была написана фраза: «Я знаю, как ты умрешь».

Мурашки пробежали по спине.

– Что за чертовщина? – пробормотал Саша, но в ответ услышал лишь тяжелое дыхание перепуганной женщины.

В воздухе повисла напряженная тишина.

– Они следят за мной… – тихо сказала она.

– Кто «они»? – спросила я, пристально глядя на женщину.

Ее руки дрожали, она всматривалась в окно, будто ожидая нападения.

– Я не знаю, – прошептала она. – Они всегда рядом, всегда видят, что я делаю. Я не могу избавиться от ощущения, что за мной постоянно следят…

Мы переглянулись с Сашей, пытаясь понять: она шутит или сумасшедшая?

– Мы отвезем вас в отдел, вы будете в безопасности, – сказала я, стараясь говорить максимально успокаивающим тоном.

Женщина растерянно кивнула, соглашаясь. Мы подождали, пока она соберет свои вещи, и повели ее к машине. Я села на переднее сиденье газели, а Саша с женщиной – сзади. Водитель попытался, было дело, расспросить нас о том, что произошло, но я прижала палец к губам – не хотела говорить о том, что женщина, возможно, немного сошла с ума, в ее присутствии. Он все понял и кивнул.

Поездка обратно поначалу проходила в почти полной тишине, лишь несколько раз женщина перебрасывалась фразами с Сашей. Однако затем он, видимо, втерся к ней в доверие, и она стала рассказывать ему о своих подозрениях. Из ее истории я поняла, что ее зовут Мария, ей 35 лет, и она точно не знает, кто и почему за ней следит. Все началось с того, что она обнаружила странные письма в своем ящике.

– И когда вы получили первое письмо? – спросил Саша, не сводя глаз с собеседницы.

– Примерно месяц назад, – ответила женщина, нахмурившись, словно вспоминая детали. – Я сначала подумала, что это какая-то ошибка.

– Что там было написано? – продолжал опер, пытаясь восстановить цепочку событий.

– Ничего конкретного, – пожала плечами она. – Просто несколько строк, вроде: «Я знаю, что во что ты сегодня одета2. Потом я получала письма с фразами 2Я знаю, что ты ела на завтрак», «Я знаю, какую телепередачу ты смотрела» и тому подобное. Я сохранила все письма, потому что фразы были написаны на тетрадных листах обычной ручкой. Подумала, что, возможно, по почерку можно будет что-то сделать…

Она достала ворох писем из сумки и отдала их Саше, а Саша передал их мне. Я подумала, разглядывая письма «Это уже что-то, с почерком можно работать».

– Почему вы говорите «они», ведь письма адресованы от первого лица? – спросила я, перебирая листки один за другим.

– Мне кажется, они написаны разной рукой… И иногда возле дома я видела незнакомых мне людей, которые стояли и пялились мне в окно. Сначала это был мужчина в черном пальто и шляпе, потом женщина в серой куртке… Потом еще кто-то, в плаще, я не смогла определить пол по силуэту…

Опер нахмурился, явно обдумывая услышанное.

– Вы кому-нибудь рассказывали об этом? – неожиданно спросил он.

– Нет, – быстро отозвалась женщина и немного смутилась. – То есть, да… нет… я не была уверена, что это стоит внимания.

– А когда вы начали подозревать, что за вами следят? – допытывался Саша.

– Спустя пару недель после первого письма, – она вздохнула. – я начала замечать одну и ту же машину рядом с моим домом. Она парковалась на той же улице, но водителя я никогда не видела. А потом рядом с домом появлялись эти люди.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Сотрудник полиции, принимающий звонки от граждан

Вернуться

2

Опер (разг.) – оперативный уполномоченный. Оперативные сотрудники занимаются раскрытием и расследованием преступлений

Вернуться

3

Водитель полицейской машины

Вернуться

4

Дежурка (разг.) – сокращенное наименование помещения дежурной части отдела полиции

Вернуться

5

Традиционное описание внешности в рамках полицейских ориентировок

Вернуться