Лия Ван
Любовь без правил

Глава 1

– Ненавижу тебя! – вырвалось из уст девушки. – Ненавижу!

– Ты меня бесишь! – почти кричал парень, оскорбляя новоиспеченную сестренку. – Больше не суйся в мою комнату! Своей, что ли, мало?

– Индюк ты общипанный! – сдерживая очередной всплеск эмоций, выдала в ответ Матвеева и ушла в свою спальню, хлопнув дверью.

Оказавшись в гордом одиночестве и переполняемая злобой, она спустилась вниз по стеночке и обняла себя за плечи. Пусть снаружи Ксюша и казалась непоколебимой, постоянно показывая характер, но в душе была очень ранимой.

В начале января все формальности с удочерением наконец-то закончились, и Ксения обрела родителей. Честно говоря, шансов на это в ее семнадцать лет было немного – обычно брали малышей, и лучше сразу из роддома. Но Леонид Васильевич уже после первой встречи с Ксенией заявил, что именно о такой дочери всю жизнь и мечтал, и она тоже отказываться не стала. Такой шанс не каждому выпадал. Сам он приехать за ней, к сожалению, не смог, попросив водителя передать, что его вызвали на работу по очень срочным делам.

Ксения прекрасно знала, что у мужчины свой бизнес и компания, в которой работает и его жена – Елизавета Александровна, потому они часто бывают на конференциях, в командировках и различных поездках. За эти несколько месяцев она многое узнала о нем. Исключением не стало то, что у него есть сын – Максим. Ему восемнадцать, и он учится в выпускном классе. Умный и прилежный парень со своими тараканами в голове, спортсмен и просто хороший человек, с которым, со слов Леонида Васильевича, Ксения обязательно поладит, но как же он ошибался.

Переступив порог нового дома, даже, можно сказать, особняка, девушка поняла, что успела продрогнуть и замерзнуть из-за сильной метели и жуткого холода за окном, потому первым делом чихнула, чем вызвала недовольный смешок молодого парня, что стоял недалеко, опершись на дверной косяк, едва ли оказавшись в прихожей. Вот и братец.

– Извините, – тихо бросила она, переводя осторожный взгляд на Елизавету Александровну, рассматривая ее.

Женщина выглядела так, словно только что явилась откуда-то из Ниццы – настолько ее летняя, южная внешность не вязалась с январским днем. Кроме того, все в ней буквально кричало о больших деньгах – и слишком гладкая, покрытая ровным загаром кожа, и неброский макияж, подчеркивающий большие глаза и белизну зубов, и прическа, с которой хоть на обложку глянцевого журнала сниматься.

Ксения смутилась, уставилась в пол, изучая носки своих черных зимних ботинок, тяжелых, неудобных и неубиваемых. Им явно было не место на здешнем светлом паркете, да и ей, скорее всего, тоже.

Отметив для себя детали внешности мачехи, она перевела взгляд на парня. Значит, вот он какой, сводный брат Максим. Леонид Васильевич уверял, что его сын будет прямо-таки счастлив с ней познакомиться, но теперь, глядя на хмуро сведенные брови и сжатые губы, Ксения понимала, что приемный отец, мягко говоря, несколько преувеличил.

Вряд ли у них получится стать друзьями, увы. Высокий темноволосый парень смотрел на нее, скрестив на груди руки и прислонившись к дверному косяку в позе утомленной славой рок-звезды. Черная футболка подчеркивала широкие плечи, волосы были растрепаны так, словно парень только что проснулся или вышел от стилиста – и смотрел он на Ксению, как на забежавшую в дом блохастую дворняжку. Пришлось собраться и ответить ему не менее любезным взглядом, в котором было и обещание выбить зубы, и по яйцам съездить, если только попробует лезть.

– Здравствуй, Ксения, – прервала тишину женщина, подходя к Ксении ближе. – Я Елизавета Александровна. Жена Леонида Васильевича, хотя, ты, наверное, об этом и так знаешь. Мы наслышаны о тебе, – говорила она. – Надеюсь, что найдем с тобой общий язык.

– Я тоже на это надеюсь, Елизавета Александровна.

– Просто Лиза, хорошо? Ни к чему нам вся эта официальность. Мы же теперь одна семья, как-никак, – тепло улыбнулась женщина, оборачиваясь в сторону парня. – Максимка… Не хочешь представиться?

Парнишка вздохнул и ленивым шагом подошел ближе, оставляя приличную дистанцию, явно не желая контактировать с девчонкой.

– Максим, – произнес он уж очень нехотя, а после обратился к женщине. – Все? Я свободен?

– Ксения, – пробормотала она, но ее проигнорировали.

Он уж было развернулся и готов был смыться, но женщина будто силой мысли заставила остановиться. Что произошло Ксения и понять не успела, а там уже и дверь позади скрипнула.

– Ксюша, ты приехала, наконец-то, – нарушил тишину Леонид, обнимая дочь. – Прости, что лично не смог забрать тебя.

– Ничего страшного, – улыбнулась русоволосая, обнимая мужчину и улыбаясь. – Спасибо тебе, я так рада.

– Не благодари. Вы уже познакомились, как я погляжу. Давай-ка мы посмотрим на твою комнату? – предложил Леонид, игнорируя еле слышное фырчание со стороны сына.

– Мы с Максимкой пока что на стол накроем. Спускайтесь к ужину через десять минут, – бросила им вслед Елизавета, переведя взгляд на Максима. – Будь немного вежливее. Хорошо? – тихо произнесла женщина, и было очевидно, что недовольна выходкой сына.

– С какой радости я должен хорошо к ней относиться? Она – никто. Отец притащил какую-то нищебродку из детского дома, а я должен считать ее сестрой? – намеренно выпалил парень. Специально, чтобы девчонка услышала и поняла, что не нужен этот приемыш в доме.

– Я не прошу тебя считать ее своей сестрой, а просто принять в семью и быть вежливым. Не разочаровывай ни меня, ни отца. Мы тебя воспитали хорошим человеком, как мне кажется. Твой отец говорил этой девушке только хорошее о тебе, не выставляй его полным идиотом перед ней.

Парень промолчал, расставляя четыре тарелки на стол, рассматривая столовые приборы, и пыхтя, словно паровоз, пытаясь не взорваться от злости. Он будет к ней хорошо относиться. Но только через свой труп.

Глава 2

В тот вечер ничто не предвещало неприятностей. Максим честно сделал домашку и собирался отправиться к своему лучшему другу – Денису. У него квартира в городе, а не коттедж в поселке, как у семьи Матвеева, да и родители Дементьева не так часто бывают дома. Так что – свобода и никакого родительского контроля, а что еще надо, когда подростки в выпускном классе, и совместный поход в кино на мультики, конечно, мило, но и сигарета иногда не помешает, впрочем, как и веселье с девушками. Именно так оба друга и думали.

Накинув куртку, спеша отправиться на очередную тусовку, Максим уже собирался открыть дверь, как вдруг его позвали.

– Максимка, подожди, – мама парнишки сбежала вслед за ним по лестнице, звонко стуча по ступенькам каблуками домашних туфель. – Мы с папой хотим с тобой поговорить.

Первая мысль, что посетила подростка, была пугающей, ведь он подумал, что родители спалили его, узнав про их развлечения, пусть и не такие частые, как хотелось бы. Но улыбка на лице Елизаветы смягчила ситуацию, хоть и она не вселяла уверенности, но немного полегчало, ведь выражение ее лица не предвещало никаких нотаций, но и хорошего не сулило.

– А, ладно, – кивнул Максим, доставая телефон и шагая вслед за мамой в гостиную. Написать сообщение «Хьюстон, у нас проблемы!» он успел по пути, и у его лучшего друга, как он надеялся, должно было хватить мозгов не перезванивать в такой момент. В гостиной Леонид разжигал камин. Он вообще обожает живой огонь, потому камин был запланирован еще при зарисовке эскизов дома. Мол, семейный очаг и все такое. Эту историю, а также все подробности планирования и строительства Максим слышал, наверное, миллион раз. А с чертежами дома играл в детстве. Помнится, мужчина, дабы развлечь ребенка, еще нарисовал на них потайной ход из кухни в кладовку, и мальчишка долго простукивал все стены, прежде чем его отец сознался в отсутствии тайника.

Шторы не были задернуты, и за окнами темнело. Неприлично ранний январский вечер, который не могли исправить ни фонари, ни фары машины Дементьева, который все еще дожидался друга, постукивая пальцами о руль. Телефон в кармане снова завибрировал, но Максим не стал читать.

– Раньше сядем – раньше выйдем, – процитировал Матвеев младший.

Женщина села на диван, мужчина же, убедившись, что камин больше не нуждается в его внимании, устроился рядом с ней. Кажется, оба как-то странно переглядывались и нервничали, что только создавало напряженную обстановку. Максим плюхнулся в кресло, не стоять же, как памятник на площади или декабрист на казни!

– Милый, скоро в семье будет на одного человека больше, – сообщила Елизавета, как-то странно улыбнувшись, переводя взор на мужа. – Мы рассчитываем на твою поддержку.

– Ага, как будто у меня есть выбор! Конечно, поддержу, куда деваться… уже.

«Вообще думать о том, что твои родители все еще занимаются сексом, всегда странно. Это как-то не солидно для них, что ли, и сколько бы в фильмах не показывали престарелых влюбленных за тридцать, я эту мысль в голове до сих пор уложить не могу», – пронеслось в его голове. И чуть позже понял, что молчит уже около минуты. – Мама! Это же чудесная новость! – парень постарался изобразить такой же энтузиазм, как в тот момент, когда ему самому предложили выбрать себе подарок на восемнадцатилетие. Что он попросил? «Феррари», и скоро его пригонят. Эта мысль помогла добавить достоверности улыбке подростка, который явно не ждал такого поворота совсем. – И когда ждем прибавления? К лету поди?

– Почему к лету? – удивилась Елизавета.

– Ну, – парень окинул ее выразительным взглядом. – Потому что, если б раньше, наверное, я бы и сам догадался? Вы хотите мальчика или девочку?

Елизавета внезапно побледнела, не зная, что ответить. И тогда стало понятно, что Максим подумал совсем о другом.

– Максим, мы с мамой хотели сказать тебе о том, что решили взять девочку из детского дома, – прояснил Леонид наконец.

– Из детского дома? – удивился Максим, хмурясь. – Это как? То есть почему?

– Максим, мы с твоей мамой уже давно побывали в одном месте и видели одну девочку, она очень милая и хорошая, потому и приняли решение, что хотим удочерить ее. Надеюсь, что против ты не будешь.

– Я не против, – коротко отрезал сын, – Меня Дэн ждет, до скорого, – и затем вышел из дома.

В голове крутилось тысячу мыслей. И Максим даже не знал, что лучше, будь мама беременна, и ему после пришлось возиться с их ребенком, или все же приемыш из детского дома? Да какая к черту разница!? Он в любом случае обязан поставить им ультиматум, что нянькаться с ребенком, откуда бы его не притащили, не намерен. У него свои заботы – тренировки, выпускной класс и экзамены, девушке еще нужно время уделять. Повезет еще, если не выпрут из команды. Он уже из-за дополнительных занятий три тренировки подряд пропустил!

Дементьев все еще ждал лучшего друга в машине, уже начав думать о том, что того похоронили под полом заживо.

– Жесть, я думал тебя там по стенке раскатали, – произнес он, когда Матвеев сел на сиденье рядом.

– Да лучше бы уж так и было. Предки на старости лет умом тронулись. На благотворительность, кажись, потянуло.

Углубляться в подробности Матвеев не стал, лишь лениво махнул рукой и добавил, что потом расскажет как-нибудь. Дэн же его не расспрашивал, и они поехали к коттеджу за городом, который арендовала Беспалова – девушка Максима.

– Ты уверен вообще, что нам нужна эта тусовка? Я думал, мы просто порубимся в приставку и выпьем чего-нибудь, – спросил Дэн, когда они выехали на трассу.

– После такого мне никакая приставка не поможет.

Подъехав к коттеджу, где уже во всю шла вечеринка, а гости веселились, парни сразу же направились внутрь дома. Дэн спешил встретиться с остальными, а Максим заказать чего покрепче у бармена. Но второму преградила путь хозяйка вечера.

– Я думала, ты не приедешь, – Лера растянула губы в улыбке.

И, по правде говоря, Максиму стало тошно от этих слов. Лерка – его девушка. Она прекрасна во всем: красивая, популярная, под стать ему. В постели просто огонь, даже слов не подобрать, чтобы описать восхищение. Пожалуй, у нее единственный минус – она по уши влюблена в него. А вот он в нее – нет.

– Да просто дома проблемы.

– Хочешь поделиться?

– Мелочи, забей, – холодно ответил Матвеев, а у самого внутри будто печенка сжалась. И все от мысли, что придется нянькаться с девчонкой. – Хочешь чего-нибудь?

– Можно сразу тебя? – девушка притянула парня к себе в объятия и поцеловала так, словно готова была съесть на месте.

Следующее утро началось не то что плохо, а просто адски. После бурной вечеринки с кучей алкоголя и крепких объятий Валерии, голова просто трещала. И отоспаться как следует было не суждено.

– Максим, спускайся, – в дверь постучали, и послышался голос матери.

Он даже вспомнить не смог, как оказался дома и в своей кровати. Обычно он просыпался где угодно, но не дома. Убрав телефон, в котором залипал последние две минуты, на тумбу, Максим лениво поднялся и сразу же пошел в ванную. Приведя себя в порядок, если это вообще было возможным, спустился по лестнице. В прихожей скрипнула дверь. И он увидел то, чего не ожидал увидеть в принципе.

Ему потребовалась минута, чтобы осознать тот факт, что новоиспеченная сестренка – это не девочка лет пяти, даже не десяти, а сразу шестнадцати, а то и семнадцати. Он ждал маленькую девочку, а не девушку того же, что и он, возраста. Из мыслей парнишку вывел ее чих, потому он не смог сдержать смешка.

«Какое убожество», – пронеслось в его голове. Но озвучивать он не стал. Иначе мать голову открутит и закрутит обратно. И без этого паршиво.

– Извините, – тихо промямлила Ксения, кажется, так ее звали. Она стояла на месте и изучала взглядом сначала Елизавету, а затем и Максима.

– Здравствуй, Ксения, – заговорила женщина первой, подходя к девушке. – Я Елизавета Александровна. Жена Леонида Васильевича, хотя, ты, наверное, об этом и так знаешь. Мы наслышаны о тебе, – говорила она. – Надеюсь, что мы найдем с тобой общий язык.

– Я тоже на это надеюсь, Елизавета Александровна.

– Просто Лиза, хорошо? Ни к чему нам вся эта официальность. Мы же теперь одна семья, как-никак, – тепло улыбнулась мама Максима, оборачиваясь в его сторону и всем своим видом намекая на то, чтобы сын подошел ближе. – Максимка. Не хочешь подойти?

Вскинув бровь, парень медленно подошел ближе и нехотя представился, понимая, что с ней хлопот не оберешься однозначно.

«Господи! За что мне это? Наверняка Третьяков из параллельной снова обратился к Куропаткиной за порчей или еще какой-то фигней. Идиоты», – подумал парень, а вслух сказал: – Максим. Все? Я свободен?

Девчонка промямлила свое имя то ли из вежливости, то ли в попытке привлечь внимание, но парень ее проигнорировал. Он развернулся и направился к лестнице, но Елизавета будто специально ударила каблуком по полу. И Максим вынужден был остановиться. Он тяжело вздохнул и развернулся, теперь уже изучая сестренку-тире-дворняжку.

«Ну что же, девчонка как девчонка. Что называется, видали и пострашнее. Глаза вроде зеленые, ресницы мокрые после снега в лицо, щеки горят, длинные волосы выбились из-под шапки, фигуру под курткой не разглядеть. И чего это моих родителей потянуло на такую благотворительность?» – думал парень.

Повисла пауза. Подростки смотрели друг на друга, изучая взглядом, пока позади не скрипнула дверь и не появился отец семейства, которого, конечно же, новоприбывшая обняла.

Глава 3

Проснувшись довольно рано, Ксения первым делом отправилась в ванную комнату, чтобы привести себя в порядок. После водных процедур, она застряла перед зеркалом, смотря на свое лицо и понимая, что с такой внешностью, как у нее, хорошего ждать от новых одноклассников в новой школе ничего не стоит, хотя по своей природе она очень даже симпатичная девица. Но братец явно не оценил.

Елизавета Александровна, новоиспеченная мачеха, казалась на первый взгляд доброй женщиной, но после того, как они остались наедине, девушка ощутила в ее словах нотки недовольства, а взгляд вовсе был каким-то холодным. Но, скорее всего, им обеим нужно было время. Елизавета помогла Ксении освоиться, рассказав о том, где расположена школа и что она из себя представляет. Девушка искренне надеялась, что все будет хорошо и ее там примут, но даже при этих мыслях считала, что нужно выглядеть приемлемо, ведь все начинается с внешности. Оставив в покое свое лицо, на которое Ксюша нанесла легкий макияж в виде блеска для губ и румян на щеки, она стала переодеваться в новенькую школьную форму.

Белоснежная блузка с рукавами три четверти, темно-синий пиджак, галстук того же цвета, юбка немного выше колена и капроновые колготки. Образ дополняли туфли на не очень высоком каблуке, хотя главное здесь было то, что на них можно было устоять, но все же девушка больше предпочитала кеды и брюки. Но в этой школе такая форма: парни в брюках, девушки в юбках. Закончив со сборами в школу, юная, теперь Матвеева, осторожно открыла дверь, опасаясь столкнуться с новоиспеченным братом, ведь еще с первой встречи он дал понять, что ненавидит ее, но, видимо, встреча была неизбежна. Конечно, под одной крышей живут, как не встретиться-то…

– Я крайне удивлен тому, что ты все же посмела высунуться из своей комнаты, – услышала девушка его голос, замерев на месте, не смея даже сделать шаг вперед или назад, хотя вернуться в свою комнату было бы разумнее, наверное, но и слабину давать нельзя, как думала она. – Чего молчишь, сестренка?

Набрав в легкие больше воздуха, Ксения обернулась к нему и улыбнулась, словно ничего не произошло, намереваясь далее показать, что она девочка с характером и может дать ему отпор.

– Мне, по-твоему, в комнате запереться и торчать там до старости нужно? И тебе доброе утро, братец, – произнесла девушка, видя то, как его лицо искажается, а в глазах играют огоньки злости и ярости. – Как спалось? Снова не с той ноги встал? С тобой такое, наверное, часто. Ничего-ничего, бывают и хорошие полосы в жизни.

– Спалось бы прекрасно, если бы в соседней комнате было пусто, как обычно. Но папочка решил, что им нужна дочь. С возрастом промахнулись, судя по всему.

– Тебя смущает тот факт, что теперь ты не единственный любимчик в семье, или то, что мне семнадцать? Я, конечно, не напрашивалась в этот дом и к твоим родителям в дочери, мне и там хорошо жилось, но раз уж выпала такая возможность, почему бы и нет? А твой папочка, – ткнула она ему в грудь. – Сам выбрал меня в любимицы. Теряете репутацию и статус, Максим Леонидович, – Ксения встала на носочки и прошептала ему на ухо. – Еще рано давать слабину.

– Бесишь, – фыркнул парень и, намеренно задев плечо девушки, спустился вниз, не желая продолжать диалог.

Это ее маленькая победа.

Улыбнувшись, девушка поправила пиджак, потянув за полы вниз, и спустилась к семье, которая уже сидела за столом, начав трапезу несколько минут назад.

– Доброе утро, Ксения, – произнесла Елизавета Александровна, тепло улыбнувшись. – Как спалось?

– Доброе утро, все прекрасно, спасибо, а Вам как? – поинтересовалась девушка в ответ, замечая усмешку брата. – Что такое, братик? Я сказала что-то смешное? – практически фыркнула она, но благо никто не заметил.

– Нет-нет, сестренка. Вспомнил одну шутку, – бросил он в ответ, приступая к завтраку, наблюдая, как она села напротив него.

После общей семейной трапезы, Леонид Васильевич отвез подростков в школу, попросив парня помочь девушке обустроиться, найти кабинет директора и так далее.

– Хорошо, пап, помогу.

После того как машина остановилась, Максим покинул автомобиль и затем открыл дверь со стороны девушки, тем самым создавая вид «хорошего» сына, который заботится о своей сестре. Ксения натянула улыбку и схватила его за руку, которую он протянул, да так, будто собирается сломать. А затем вышла из машины.

– Хорошего дня, – произнес Леонид Васильевич, тут же надавив на газ, и скрывшись за поворотом, уехал по своим делам.

– Помогать я тебе не намерен. Сама разбирайся, – фыркнул сводный братец, резко оборачиваясь и хватая сестренку за руку, больно сжимая кисть. – И не вздумай говорить кому-то, что мы сводные. Я тебя не знаю, ты меня – тоже. Проболтаешься – испорчу твою жизнь, так, что уже через неделю захочешь вернуться туда, откуда и приковыляла. Ясно?

– Повторю, я не горела желанием ввязываться в твою семейку. И отпусти, мне больно.

– Я все сказал, Ксения, – бросил он, отпуская руку и идя в сторону школы, но внезапно остановился. – Кабинет директора на первом этаже. Прямо по коридору, третья дверь справа.

Вскинув бровь, девушка еще больше удивилась тому, что он все же решил ей помочь. Пожав плечами, она поправила рюкзак на плече, глубоко вздохнула и отправилась по пятам за Максимом, которого встретили у порога довольно дружелюбно. Девушки, стоявшие в округе, весело завизжали, буквально кидаясь на парня, хотя и тот против ничего не имел. Мимо новенькой пролетела девушка, которая тут же повисла на Максиме и едва не сбила с ног, втягивая его в поцелуй. Скорчившись в гримасе, которая четко и ясно передавала все отвращение от увиденного, девушка направилась внутрь школы. Следуя указаниям, которые Ксения получила от Максима, она прошла по коридору, где и нашла кабинет директора.

Процесс приема и прочие формальности не заставили ждать. Девушка познакомилась ближе с директором, узнала, кто классный руководитель, и получила расписание. Книги уже получил Леонид, потому бегать в библиотеку не нужно было. По пути в кабинет, Виктория Владимировна – классный руководитель, рассказала немного об одноклассниках. С ее слов, там все были одуванчиками, но что-то мало в это верилось.

– Доброе утро, класс, – произнесла женщина, когда они оказались в кабинете. – Это Ксения – ваша одноклассница, – представила она новенькую, но, кажется, ребята, с которыми той предстояло учиться, даже не обратили на нее внимание. Матвеева никак не отреагировала на это и заняла свободное место за последней партой.

– Виктория Владимировна! Простите за опоздание! Можно войти? – в дверях появилась девушка. Получив кивок на свои слова, она быстро прошмыгнула в класс и села рядом с Ксенией. – Новенькая?

– Да. Ксюша.

– Я Женя, – бросила она в ответ, доставая принадлежности и протягивая руку для рукопожатия.

– Впервые у нас?

– Да, первый день, говорят, самый сложный, – Ксюша едва улыбнулась, пропуская мысль, что Женя, в отличие от других, кажется более дружелюбной.

На протяжении всего урока химии Женя рассказывала о себе. Уже на перерыве, после урока математики, новые, вроде как, подруги, смогли спокойно поговорить, идя в столовую.

– Ну, мама умерла, когда мне было шесть лет. Этот день я помню смутно, но знаю, что она просто не вернулась домой, – повествовала Ксюша. – А отца у меня не было никогда. По рассказам мамы знаю, что она была его любовницей, вроде как. Когда папа узнал, что мама забеременела мной, его и след простыл.

– Какой безответственный, – фыркнула Евгения. – Кто же так поступает-то, а?

– Сейчас я живу с Леонидом Васильевичем, он меня удочерил и все такое. Но давай не будем об этом, этого всего мне и до… – не успела она договорить, как мимо нее пролетела девушка, едва не сбивая с ног. – Черт, – прошипела Матвеева. – Ее учат смотреть под ноги? Второй раз за день.

– Второй?

– Да, чуть не убила, когда я поднималась по лестнице в школу.

– Знаешь, когда речь идет о Матвееве… Вы, кстати, однофамильцы, и поэтому наша Лерочка теряет голову, – улыбнулась Женя, кивая в сторону сводного брата Ксюши. – Максим учится в 11 «А» классе, а Лера в «Б». Я все еще удивлена, как так вышло, что они встречаются уже два месяца, ведь Матвеев не из тех, кто задерживается в отношениях.

– То есть, этот Матвеев – главный бабник? – предположила Ксения.

– В точку.

– А Валерия?

– А Валерия давно сохнет по нему, об этом вся школа знает, но теперь и ты в курсе. Может быть, Максим из жалости, а может, и тоже влюблен, хотя вряд ли. Да и не наше это дело, Ксень, не наше.

Глава 4

Первый учебный день в новой школе прошел вполне неплохо, потому девушка была довольна. Ксюша познакомилась с некоторыми одноклассниками, но все же подружиться удалось только с Женей. Она показалась доброй, милой и забавной. Попрощавшись с Женей, Матвеева накинула пальто, рюкзак на спину и вышла из школы.

– Хоть бы шапку надела, – услышала она знакомый голос и тяжело вздохнула, наблюдая, как брат проходит мимо.

– С каких это пор сам Матвеев Максим проявляет беспокойство по отношению к незнакомке? – проворчала девушка, надевая шапку, ведь отчасти он был прав, холодно все же. – Может быть, подождешь меня? Если ты, конечно, не забыл, что я не знаю город.

– Не маленькая, сама дойдешь до дома, – бросил он ей в ответ, а девушка лишь ускорила шаг, нагоняя его, но оставаясь идти позади. – Почему ты жила в детском доме? – поинтересовался Максим. – Не удивляйся. Просто хочу знать хоть что-то о тебе. Под одной крышей живем все-таки.

– Моя мама умерла, когда мне было шесть лет, а отец бросил ее, узнав, что она забеременела. Вот и все, – пожав плечами, ответила та. – Почему ты ненавидишь меня?

– Кто сказал, что ненавижу? Просто не привык к тому, что в доме на одного человека больше. Вот и все.

– Если бы не эта неприязнь или что-то в этом роде с твоей стороны, как думаешь, мы могли бы подружиться? – невзначай бросила Ксения, не замечая, как его настроение резко меняется.

– Нет, – ответил он и ускорил шаг в сторону автобусной остановки. Оставшиеся минут пять новоиспеченные брат и сестра, пусть и сводные, провели молча. – 898 автобус. Он бывает здесь каждые пятнадцать минут, потому не пропустишь. Ехать с пересадками придется, – затем коротко описал он путь и номера других автобусов, на которые нужно было перебираться, прежде чем к остановке подъехала черная машина, в которую он запрыгнул и уехал.

Девушка проводила машину взглядом и поняла, что внутри образовалась пустота и одиночество. Даже в детском доме не было так грустно, как здесь. Там у нее были и друзья, и те, кто искренне ненавидел, но при этом они поддерживали связь, общались, а здесь… Среди всех знакомых людей у нее только Женька. По крайней мере, только с ней она нашла общий язык, Максим ненавидит, а родителям и дела нет. Работа вечно будет на первом месте. Как только подъехал нужный автобус, Ксения села в него. Заняла место у окна, продолжая думать о прежней жизни, понимая, что скучает по всему тому, что было ранее, хотя представляла жизнь вне детского дома иной. Это были лишь глупые мечты? Возможно. Провалившись в думы, она совсем и не заметила, как уснула, но проснувшись, уже не знала, где едет и сколько времени прошло, потому стала смотреть по сторонам. Можно было спросить, где сейчас она и какая остановка, но смелости не хватило. Достав телефон, Ксения открыла список контактов, чтобы набрать номер Леонида.

– Абонент находится вне зоны действия сети, перезвоните позднее или оставьте сообщение, – взгляд упал на номер сводного брата, который был записан отцом.

Набрав в легкие воздуха, да побольше, она набрала его номер, но в ответ слышались длинные гудки, заставляя томиться в ожидании. И на удивление, парень решил ответить. Хотя лучше бы этого не делал.

– Я занят! – произнес он довольно холодно и грубо, сбросив вызов, не дав и слова вставить. Надеяться на него нет смысла, потому девушка вышла на следующей же остановке, оглядываясь по сторонам, понимая, что либо проехала нужную, либо вышла рано, так как в округе были незнакомые места, а люди словно вымерли. Здесь с отцом они утром точно не проезжали.

Топнув ногой, девушка посмотрела вверх, не зная, что делать. Интернета не было, подключить не успела из-за занятости Елизаветы Александровны, которая обещала всем этим заняться и помочь «дочери», но увы, на нее надеяться тоже смысла не было.

Просидев на остановке около десяти минут, надеясь, что Леонид перезвонит, Ксения решила изучить местность и спросить у местных что-либо, если, конечно, найдутся такие. Может, они подскажут, как добраться до дома. Может быть, повезет. Но увы. И там не подвернулась удача.

То ли судьба издевалась, и девушка забрела очень далеко, то ли в этой местности обитают туристы, которые ничего не знают. Достав телефон, она вновь набрала номер отца и услышала тот же голос, который снова сказал, что телефон мужчины выключен. Звонить мачехе она не хотела, ибо та с самого начала дала понять, что помощи ждать от нее правда не стоит, даже в настройке интернета, а уж добраться до дома…

– Ну и семейка, конечно. Отец вырубил телефон, мать воображает из себя айсберг, а брат вообще отбитый бабник с завышенным самомнением, – пробубнила Ксения себе под нос. – У Максима приступ радости будет, когда узнает, что я потерялась, а Лизка наверняка сделает вид, что волнуется, но ликовать больше сына будет.

Позвонить Максиму снова? Чтобы опять услышать этот грубый голос с одышкой, полностью подтверждающий то, что он проводит время с одной из своих пассий? Нет смысла и желания. Новоиспеченный папочка перезванивать не спешил, а на телефоне стремительно садилась зарядка, добираясь уже до пяти процентов, потому Ксении оставалось молиться и ждать чудес, пока гаджет окончательно не сдох.

Убрав телефон в карман куртки, которая уже перестала греть в полной мере, Ксения направилась прямо по улице. Может быть, так она найдет хоть кого-то местного и выйдет на более оживленную улицу? Наверняка там безопаснее.

– Извините, вы не знаете как…

– Отстань, нет у меня денег.

Попытки узнать дорогу не увенчались успехом. Если пару минут назад люди хотя бы отвечали банальное «не знаю», то здесь ее только и посылали. И каждый раз все грубее.

– Если в этот раз не получится дозвониться, то я пропала, – прошептала девушка, чувствуя, как в горле образовывается ком и уже хочется плакать от безысходности. Она снова достала телефон и включила его. Показывало, что сохранилось всего два процента. Не успела Ксения и куда-либо нажать, как вдруг на дисплее показалось «Максим». Внутри все перевернулось и захотелось разрыдаться от счастья, что, возможно, ему есть до нее дело.

– Максим, – произнесла она дрожащим голосом, отвечая на вызов.

– Мать твою, ты где шляешься? Время видела? – грубо выдал он. Лучше уж так, чем ничего.

– Я проехала остановку.

– Ты серьезно? Я же тебе на пальцах все объяснил. Как ты умудрилась? – возмущался парень. – Ладно, где ты?

– Не знаю. Кажется, Витебская улица. Плохо видно.

– Что есть поблизости? Зайди в какой-нибудь магаз и жди там, я приеду.

– Тут есть мак.

– Вот и иди туда. И не уходи, – бросил Максим и сбросил. А после телефон окончательно сдох. Попытки включить снова были бесполезны.

Перейти дорогу труда не составило. Пусть это и не центр города, светофоры работали тут исправно, потому все прошло как по маслу. Ксения дошла до Макдональдса и осталась ждать у двери, переминаясь с одной ноги на другую, чувствуя, как пальцы начинают неметь от холода. Кажется, что под ночь становится все холоднее. И теперь ни теплая обувь, ни курточка не спасают совсем.

Снова достав телефон, девушка попыталась реанимировать его. А вдруг Максим не сможет ее найти? А вдруг он пошутил? Даже неизвестно какой из вариантов хуже. Но если второй, то это будет очень жестоко. Пока в голове метались самые ужасные мысли, Ксения и не заметила, как из магазина рядом вышли несколько мужчин, а один остановился в паре метрах от нее. От одного его присутствия уже становилось некомфортно. И тут он заговорил:

– Чего такая красотка делает тут одна?

Матвеева упорно молчала. Мама в глубоком детстве, да и в детском доме учили, что говорить с незнакомцами не следует. Ради собственной безопасности.

– Какая тихая. Мне такие нравятся, – на его лице образовалась улыбка, которая повергла в ужас.

– Я жду, – ответила она, стараясь не выдать своего страха.

– Кого же? Может быть, подбросить тебя? Жалко, если такая красавица продрогнет, – произнес незнакомец, касаясь руки девушки.

– Не трогайте меня, пожалуйста, – Ксения поспешила одернуть свою руку, чувствуя, как по щеке медленно бежит слеза. Еще немного, и она точно разревется тут.

– Ну-ну, чего ты сразу плачешь? Я тебя не обижу, правда-правда, – притворно ласково говорил мужчина.

Ксения увидела, как на дороге позади остановилась машина. И сердце подпрыгнуло, когда она допустила мысль, что это Максим. Но из автомобиля вышел незнакомый мужчина. Можно ведь было бы ринуться в бега, бросив все, но шансы очень малы. Ноги уже онемели от холода, да и с физрой она не дружила еще с начальной школы.

Мужчина снова коснулся запястья девушки, а после поднял ладонь к щеке, что-то говоря, пытаясь ее завлечь и убедить. Кажется, он не спешил предпринимать каких-либо действий, так как из мака и магазинов рядом выходили люди.

– Я же сказала вам – не трогайте меня! – прошипела Ксения, сведя брови. И он убрал руки в ту же секунду, а позади она наконец увидела знакомый силуэт, который шагал к ним. И улыбнулась.

Глава 5

Наконец-то уроки закончились. Кажется, Максим ждал этого вечность, а время шло смертельно долго. Хотелось забить на все это и помчаться уже в автосалон, чтобы забрать свою ласточку, которую пригнали утром, но предки голову открутят, если узнают о прогуле. В отличие от Дэна, за которым не было такого тотального контроля, он вынужден был слушаться и ходить на учебу.

«Подъезжаю», – написал Дэн. Схватив куртку и на ходу накинув ее, Максим вышел из школы. По пути пришлось перекинуться парой слов с сестричкой, которая выглядела так жалко, рассказывая о смерти матери, что даже тронула какую-то частичку его души в самой глубине.

Запрыгнув в машину друга, Матвеев пристегнул ремень безопасности, замечая, что взгляд друга устремлен на девчонку.

– Чего там высматриваешь?

– Она с тобой шла. Вы знакомы? – поинтересовался он. Еще не хватало, чтобы Дэн увлекся этой замухрышкой. Даже врагу такую пассию не пожелаешь, а лучшему другу тем более.

– Да дорогу просто спросила. Погнали? – отмахнулся Матвеев.

Дэн кивнул на его вопрос и надавил на газ, и парни поехали в автосалон. На свой восемнадцатый день рождения, который прошел за неделю до приезда любимой сестренки, родители Максиму сообщили, что совсем скоро пригонят его машину. О своей тачке он мечтал давно! Наверное, с тех пор, как получил права в шестнадцать.

Переговорив со знакомым своего отца, который заранее предупредил его, что Максим приедет, осталось лишь дождаться. Меньше, чем через полминуты, работник салона пригнал к нему с Денисом ласточку – Феррари темно-красного оттенка, что привлекла внимание лучшего друга в одно мгновенье, вызвав улыбку и огонек в глазах. Получив ключи и поблагодарив мужчину, Макс открыл дверь и уселся в машину. Дэн проделал тоже самое с другой стороны.

– Чувак, это круто, – произнес он, похлопав Матвеева по плечу.

Еще раз проверив все документы, выслушав рекомендации о том, как стоит бережно относиться к машине, как ею управлять и прочие вещи, Максим наконец забрал ее и сам мог направиться куда пожелает. Держа путь домой, он услышал звонок телефона в кармане. На дисплее высветилось имя его девушки – Валерии.

«Бедная девчонка, наивно думает, что я влюблен в нее и поэтому готов на все. Если бы не ее репутация, то Беспалова бы точно не стала моей девушкой. К тому же просто прекрасна в постели. Хотя обычно я предпочитаю разных красоток в комплекте, одна на каждый день, но последние месяцы жизни изменились, потому ее пока что достаточно, ведь она умеет удивлять».

– Да, Лер, – произнес парень. – Как дела?

– Котенок, ты сильно занят? – поинтересовалась Валерия.

– Для тебя я всегда свободен, что-то хотела?

– Да, хочу увидеть тебя. Я жутко соскучилась.

– Мы виделись сегодня в школе, Лер, – усмехнулся Максим.

– Ты же знаешь, что я не об этом, – то ли игриво, то ли ласково ответила она. Макс в этот момент представил, что она сидит за своим столиком, набитого кучей косметики и прочих женских штучек, наматывая на указательный палец прядь волос. – Приедешь?

– Минут через десять буду, жди, – ответил Матвеев и сбросил вызов, предвкушая прекрасный вечер в ее компании, размышляя о том, что она приготовила сегодня.

Подъехав к дому своей девушки, парень аккуратно припарковал новую машину и вышел из нее. Затем достал телефон и посмотрел на время. Четыре часа дня. Убрав телефон обратно в карман брюк, он заметил, что дверь дома Леры открыта. И на пороге стоит она. Ей настолько не терпится, что уже и встречает его?

– Милый, – протянула Валерия, обнимая Максима за шею. – Наконец-то ты приехал. Я уже и перестала надеяться на то, что мы увидимся с тобой сегодня, – говорила она.

– Я же сказал, что буду через десять минут, – ответил ей парень, обнимая за талию.

– Даже десять минут – вечность без тебя, – улыбнулась Лера, а затем поцеловала парня. Схватив его за ворот куртки, потянула на себя и умыкнула за собой в дом.

Ответив на поцелуй, он прикрыл глаза и приподнял девушку за талию, позволяя ей обвить его торс ножками. Перед глазами возник взгляд сводной сестры, повергнув парня в шок. И почему в такой момент он о ней вспомнил? Открыв глаза, постаравшись тут же отбросить посторонние мысли, парень отстранился от девушки, направляясь с ней же на руках в ее спальню. Будучи в комнате, Матвеев стал стягивать с Беспаловой платье, не желая церемониться и тянуть с главным. Ловко расстегнув застежку бюстгальтера, сдернул его и выкинул куда-то в сторону. Посмотрев в глаза Валерии, он заметил в них искорку преданности, любви и нежности, которые она ожидала от него в ответ. Наивная. Он ведь ее даже не любит.

Стянув с нее последнюю деталь одежды, парень бросил ее куда-то в сторону, чувствуя, что руки девушки проникли под его футболку, обжигая разгоряченную кожу. Главное – не слишком спешить. Примкнув к ее губам, он оставил там несколько поцелуев, и, спустившись к тонкой шее, сделал несколько засосов. Проведя рукой по ее животу, скользнул ниже, поглаживая самую чувствительную часть, тем самым вызывая стон и понимая, что ей это нравится, но она хочет большего, потому требует ускориться, и перейти к самому главному для них обоих.

Широко улыбнувшись, довольно неожиданно и резко Максим ввел в нее пальцы, вызывая очередной стон, заставляя прогнуться в спине, почувствовав, как она впилась ногтями в его плечи. Избавляясь от одежды постепенно и не спеша, ублажая Валерию, парень добрался до самого главного момента, наконец овладевая ею полностью, продолжал слушать ее сладкие стоны, стремительно ускоряя темп своих движений.

Всю идиллию прерывает звонок его телефона, который он все же решил проигнорировать, не желая отрываться от сего занятия. Но звонивший не собирался сдаваться, не сбрасывая.

– Ответь уже, – произнесла Лера, томно вздыхая под ним и прижимая ближе к себе.

Прервавшись буквально на полминуты, он дотянулся до телефона и ответил на звонок.

– Я занят! – прорычал Максим, тут же сбрасывая и продолжая отдаваться страсти со своей девушкой на протяжении неопределенного количества времени, которое растянулось, казалось бы, на целую вечность для… Влюбленных?

Отстранившись от Валерии, он лег рядом, пытаясь восстановить сбившееся дыхание. Валерия практически сразу уснула, видимо устав. Прикрыв глаза на мгновение, он вспомнил, что ему звонила Ксения. Просто так бы она звонить не стала, зная, что у них не самые лучшие отношения. Взяв свой телефон, лежавший на полу, парень разблокировал его, стал листать сообщения от друзей и через минут пять добрался до звонков. Не особо-то и хотелось бы говорить с ней, да и голос вообще слышать, но мало ли… Максим подумал о том, что он еще не скатился до ублюдка, который бросает семью в беде: будь это родители или даже она сама. Внезапно он вспомнил, что родители предупредили об отъезде за город. Что-то, связанное с работой. Может быть, у сводной сестры нет ключей, и она сидит у дома?

      Он в спешке набрал ее номер, но приветствовал его автоответчик, оповещая о том, что телефон сестры вовсе выключен. Укрыв Леру одеялом, парень собрал вещи, оделся и по-быстрому слинял. Сев в машину, Максим завел двигатель и направился в сторону дома.

      Заехав во двор, он не заметил включенного света, ведь уже спустились сумерки. Выйдя из машины, подошел к дому, запертая дверь дала понять, что Ксении нет. Тогда внутри парня начала разгораться злость от мысли, что девчонка умудрилась потеряться. И это после того, как он объяснил ей, практически на пальцах, как ехать домой. Сорвавшись с места, Максим рванул к машине и запрыгнул в нее. Двигатель новенькой машины заглох, видимо, не желая помогать в поисках сводной сестры. Матвеев ударил по рулю и попытался снова завести машину.

Как только она завелась, парень тут же тронулся с места, думая о том, где можно найти эту девчонку, но в голову ничего дельного не приходило. Где она сейчас? Почему ее телефон выключен? Что стряслось? Все ли хорошо? Именно эти мысли крутились в его голове.

Подъехав к остановке, где сводная сестра фактически должна была выйти, чтобы потом пойти домой, он остановился. Достал телефон и снова набрал ее номер. Гаджет Ксении снова послал Максима к черту, продолжая твердить о том, что он выключен. Продолжая ездить кругами по знакомой местности, парень ждал сообщения, понимая, что переживает за девчонку немного больше, чем за то, что его накажут родители.

Медленно объезжая места в округе, он правда не знал, что ему делать. Неужели придется обратиться в полицию и заявить о пропаже сводной сестры? Предки тогда точно голову ему открутят и дома запрут. И больше никаких тусовок, только зубрежка. Но его спасением стало сообщение, пришедшее на телефон, которое сообщало, что Ксения появилась в сети. И он тут же набрал ее номер.

– Максим, – послышалось на той стороне. Кажется, ее голос дрожал. Макс не смог толком разобрать.

– Мать твою, ты где шляешься? Время видела? – едва ли не кричал парень. Уж очень сильно он переживал за свою голову.

– Я проехала остановку.

– Ты серьезно? Я же тебе на пальцах все объяснил. Как ты умудрилась? – возмутился Матвеев, не понимая, что с этой девчонкой не так и как она сумела проехать. В следующий раз карту ей нарисует. Нет, будет забирать лично и отвозить до дома. Плевать на репутацию. – Ладно, где ты?

– Не знаю. Кажется, Витебская улица. Плохо видно.

– Что есть поблизости? Зайди в какой-нибудь магаз и жди там, я приеду.

– Тут есть мак.

– Вот и иди туда. И не уходи, – постарался спокойно ответить парень, а после сбросил вызов. – Витебская, это где вообще? Окраина города, что ли?

Витебская улица? Где это? Максим этого явно не знал, потому обратился к навигатору на телефоне, забив данные и после направившись в путь, совершенно не понимая, как сводную сестру занесло в противоположную сторону от их дома. Путь занял примерно час.

      Набирать номер Ксении Максим не стал, зная, что ее телефон разрядился, но надеясь, что она не такая глупая, чтобы уходить куда-либо. Выехав на Витебскую улицу, он притормозил, сбавив скорость до минимальной, смотря по сторонам, и вскоре заметив вывеску местной забегаловки, в которой, как оказалось, народу было довольно много. Рядом с заведением, прямо под фонарным столбом стояла и сама девушка.

      Светлое пальто, шапка с пушистым шариком наверху и небольшого размера рюкзак в правой руке. Переминаясь с ноги на ногу, она достала из кармана верхней одежды телефон, видимо, пытаясь его включить, но увы. Смотря в окно машины, он наблюдал, внезапно ловя себя на мысли, что рад найти девушку и убедиться в том, что с ней все хорошо.

Усмехнувшись своим мыслям, Максим вытащил ключ зажигания и хотел было выйти из машины, как вдруг увидел, что к Ксении подошел какой-то мужчина, лицо которого невозможно было увидеть, так как он стоял спиной.

– Интересно, – прокомментировал Матвеев увиденное вслух, но дальнейшее уже заставило покинуть автомобиль и направиться к ней, ведь тот в открытую начать приставать к девушке, изначально касаясь руки, а затем щеки, но тут же убирая ладони, видимо, по просьбе Ксении. Увидев сводного брата за спиной мужчины, она едва заметно улыбнулась, и только сейчас парень увидел, что она плачет, всеми силами пытаясь освободиться от цепких рук.

– Не помешаю? – поинтересовался Максим, на самом деле не желая знать ответа. – Сумку давай, – добавил он, забирая рюкзак и освобождая Ксению. – И давай в машину дуй. Красная.

Проводив сестру взглядом до машины, парень перевел взгляд на мужчину.

– Еще раз увижу рядом с ней – ты труп, – произнес он и пошел следом за девушкой.

Ксения полминуты смотрела на новенькую машинку, а затем коснулась ручки задней двери. Да только Максим опередил ее.

– Вперед садись, – открыв заднюю, он поставил сумку и после уже сам направился на водительское. Заведя машину, он посмотрел на девушку, сжимающую руки в кулаки. То ли она настолько жалко выглядела, что даже ругать перехотелось, то ли в нем проснулось милосердие.

Глава 6

– Вот скажи мне, как тебя занесло в другую сторону от нашего дома? Я же четко и ясно, черт побери, пересказал тебе дорогу вплоть до маршрута автобуса, – прорычал Максим, сжимая правой рукой руль, останавливаясь на светофоре. – В следующий раз карту тебе нарисую, раз у тебя память такая отвратительная.

– Прости, – прошептала девушка. В этот момент она действительно чувствовала себя виноватой. Ослушалась сводного брата, заблудилась и заставила бросить все дела, чтобы он приехал за ней в другую часть города. Она даже не знала, как далеко уехала.

– Родителей нет дома. Забота о тебе, чтобы ты не померла где-нибудь и не пропала, все это на мне, – а затем внутри будто взорвалась бомба замедленного действия, и он прокричал: – Черт! Да я же чуть с ума не сошел, пока номер твой набирал.

– Ты волновался? – осторожно спросила Ксения, не веря услышанному.

– Конечно, я еще слишком молод, чтобы меня закопал отец. Не уберег его приемыша, – ответил парень, заезжая во двор.

Братишка очень злился. Потому, когда Ксюша попыталась забрать свой рюкзак, он отнял его. И широким шагом метнулся в дом. Ей пришлось бежать за ним! На лестнице она едва не свалилась кубарем вниз, но все же нагнала его. Максим открыл дверь ее комнаты, бросил сумку на кровать и дождался, когда она войдет. И после вышел, захлопнув дверь. И тогда-то Ксюша поняла, что высовываться из комнаты опасно. Во время чтения Уильяма Шекспира Ксюше захотелось чего-нибудь перекусить, поэтому она все же решила выйти из комнаты и спуститься на кухню за бутербродом. И пока Максим не видел, быстренько вернулась в комнату, из которой больше и не выходила.

Утро оказалось, конечно, не самым добрым из всех возможных, но вполне нормальным. По крайней мере, вчера ее не убили в подворотне, а сводный брат все-таки нашел. И даже признался, что волновался. За свою шкуру. Родителей весь следующий день не было, как и самого Максима. Днем воскресенья он собрался и ушел, ничего не сказав, потому девушка осталась в гордом одиночестве до вечера.

Несмотря на все это, перед сном Ксения долго еще размышляла о том, что с ней приключилось, и ей показалось даже, что они в самом деле могли бы найти общий язык – дружить. Именно эти мысли подтолкнули ее к тому, чтобы сунуться к нему в комнату, дабы поговорить, и через считанные секунды вылететь вместе с Максимом. Разъяренным сводным братом. Он тут же выставил ее и выпалил что-то про личное пространство. Ну, надо же, вот хамло! Она к нему с добрыми намерениями и предложением попробовать найти общий язык, а он вон какой!

– Ненавижу тебя! – закричала девушка и топнула ногой. – Ненавижу!

– Ты меня бесишь! – почти кричал парень, оскорбляя новоиспеченную сестренку. – Больше не суйся в мою комнату! Своей, что ли, мало?

– Индюк ты общипанный! – прокричала в ответ девушка и ушла в свою спальню, хлопнув дверью.

Оказавшись в гордом одиночестве и переполняемая злобой, она спустилась вниз по стеночке и обняла себя за плечи. Пусть снаружи она и казалась непоколебимой, постоянно показывала характер, но в душе была очень ранимой.

– Надо просто смириться. Найти с ним общий язык – нереально.

На следующий день, после водных процедур, стоя перед зеркалом, Ксения еще долго вспоминала прошедший вечер и думала о сводном брате. По какой-то загадочной причине ей очень хотелось найти с ним общий язык, но на контакт он все еще не хотел идти. Насильно, конечно, мил не будешь.

– Ты сегодня какая-то другая, – прервала тишину Женя, когда они сидели на перерыве в столовой. – В субботу ты просто не могла остановить поток своих историй, а сегодня молчишь с самого утра, все нормально?

– Просто думаю о всяком. Представляешь, проехала остановку и потерялась.

– Потерялась? Ну ты даешь, Ксень. Как ты так проехала-то?

– Просто думала о всяком: то детдом и прошлая жизнь, то прошедший день. Все так завертелось.

– О чем же ты таком думала, что не уследила за дорогой? – спросила Женька. – Может быть, о парне? – она забавно заиграла бровями, заставив подругу улыбнуться. Несмотря на ситуацию, та пыталась ее приободрить и поднять настроение.

– Знаешь, как-то стало грустно от мысли, что у меня нет близких людей. Мама давно умерла, отцу не было до меня дела никогда. Даже если он и знает о моем существовании, ему все равно, а приемные родители… Кажется, у них совсем нет времени на меня. По правде говоря, я скучаю по детскому дому.

– Каково это – жить в таком месте, а, Ксюш? – спросила Женя, откусывая кусочек пирожка с картошкой.

– Когда попадаешь туда, сначала очень сложно и трудно адаптироваться, – начала рассказывать Матвеева. – А затем, когда находишь поддержку в людях, с которыми у тебя похожая ситуация, просто нет родителей, становится проще, но даже несмотря на это, находятся и те, кто ненавидит тебя.

– Там были те, с кем ты не ладила? – удивилась рыжеволосая. – Я читала кучу историй, что там одни издевательства, но не думала, что это правда. Вы же как в одной лодке. Должны поддерживать друг друга.

– Давай сменим тему? – предложила Ксюша, цепляясь взглядом за вошедших в столовую сводного брата и Валерию. Они так мило ворковали, что даже передернуло.

– Запала, что ли? – вдруг спросила Колесникова, вскинув бровь. – Ты так на него смотришь.

– Просто наблюдаю. Не каждый день индюков таких встретишь.

Девушки продолжали говорить о том, о сем, пока их разговор не прервали незнакомые, на первый взгляд новенькой, люди. К их столику подошла небольшая компания ребят. Изначально в голову Ксении пришла мысль, что они друзья ее сводного брата. Потому она бросила взгляд в его сторону, а он лишь наблюдал, пока Лера что-то рассказывала.

– Вот и наша сиротка, – произнес светловолосый парень, расплываясь в довольной улыбке. – Как жилось там, в детском доме? А?

– Ну-ну, Андрей, будь мягче, а то еще расплачется и побежит к папочке с мамочкой, – вступила в этот диалог незнакомка.

– Если вам так хочется узнать, как там живется, почему бы не сходить туда? – фыркнула Женя. – Шли бы вы дальше.

– Защитница сироток нашлась, – фыркнул тот же парень.

– Слушай, – начала Женя, вставая из-за стола и вплотную подходя к Андрею. – Синицин, у тебя язык, как погляжу, длинный. Укоротить давно пора.

– Чего ты разнервничалась? Твоя подружка еще и немая, что ли?

– Что тут происходит? – в поле зрения ребят появился Матвеев, решив внести свою лепту. – Синицин, дорогу загородил. Не хочешь отойти в сторону или тебя подвинуть?

– Сори, проходи, – парень отошел в сторону и пропустил Матвеева, а после повернулся к Колесниковой.

– И не устраивай перепалку тут с… – Матвеев посмотрел на Женю и затем на сводную сестру, – Со всякими. Трата времени, – добавил он и направился к своему столу.

Синицин промолчал и окинул недовольным взглядом рыжую. Будто повиновался и, не став продолжать перепалку, ушел.

– Максим, он хороший парень сам по себе, но со своими заскоками. Он зачем-то подкалывает других, обижает, но другим не позволяет, – пояснила одноклассница, ставя все точки над i.

– Как странно устроен человек: сам он может кого угодно унижать и оскорблять, но стоит его задеть хоть словом – смертельная обида, – процитировала Ксения, а когда Женя удивленно вскинула бровь, добавила, – Лермонтов.

– А, понятно.

За следующие несколько дней Ксения успела наладить отношения с некоторыми одноклассниками. Среди них был Воронцов Стас. Он относился к ней очень даже хорошо, не скрывая дружеской симпатии, которая, скорее всего, совсем скоро перерастет во что-то большее, как казалось самой девушке. Ребята постоянно проводили время вместе, общаясь и бродя по коридорам на переменах дружной компанией, обедая вместе в столовой. Им было весело. Они даже отдельный чат во «Вконтакте» создали, чтобы быть всегда на связи.

На единственный выходной день Ксения не планировала ничего особенного, пока в субботу после занятий в школе к ней не заглянула Елизавета Александровна, конечно же, спросив разрешения на это и получив его.

– В последнее время мы с Леонидом так заняты были, что и как-то тебе времени уделять не выходило.

– Ничего страшного, я все понимаю. Да и вы не обязаны. То, что вы предоставили для меня крышу над головой – уже прекрасно, за что и благодарю.

– Я понимаю, что с самого начала у нас с тобой отношения не завязались, потому хочу загладить вину, если позволишь, конечно. С самой первой встречи я, так скажем, не была рада твоему появлению в доме, но это все скорее всего на нервной почве.

– Не каждая способна принять в семью чужого ребенка, а вы смогли. Это даже вызывает восхищение Вами, как личностью, – произнесла Ксения, улыбнувшись.

– Я просто не особо понимала с какой целью Леонид решил удочерить тебя, но теперь он мне все объяснил. Я не смогла исполнить его желание и подарить дочь. Только на Максимку сил и здоровья хватило.

– Может быть, еще не все потеряно?

– У нас есть ты, Ксюшенька, – ласково обратилась она к новоиспеченной дочери. – Я пришла к тебе по особой причине. Что у тебя с гардеробом, милая?

Девушка пожала плечами, не особо понимая к чему ведет диалог «мама».

– Предлагаю пройтись по магазинам, – заявила она. – Сегодня же.

Ксения с Елизаветой Александровной отправились в город. Они побывали в разных магазинах, начиная от торговых центров с бутиками одежды и до косметики. Падчерица не красилась практически, но мачеха и об этом позаботилась, сводив к своему визажисту, которая порекомендовала ей варианты косметики.

После посещения визажиста, они поехали в салон красоты, где долго не пробыли. Елизавета решила уделить внимание своим волосам, а Ксения осталась ее ждать, хоть женщина и упорно уговаривала внести изменения в прическу приемной дочери, но увы. Девушку все устраивало в своем внешнем виде.

Ближе к вечеру, оставив все пакеты с покупками в машине, Ксения с Елизаветой Александровной отправились в кино. Хорошо проведя время за просмотром комедии и поеданием попкорна, вернулись домой ближе к одиннадцати, бурно обсуждая фильм, уже планируя посмотреть вторую часть, когда она выйдет. С Елизаветой, которую называть мачехой, язык теперь не поворачивался, Ксюша нашла общий язык, что очень ее радовало. Но даже после этого они успели на поздний ужин к Леониду и Максиму, прежде вернувшись в комнату девушки, где стали разбирать обновки.

– Дамы, вы что-то засиделись. Ужин стынет. Максим уже ждет внизу, – решил прервать посиделки жены и дочери Леонид.

– Вы идите, – произнесла Ксения. – Я подойду через пару минут.

Девушка никак не могла сказать своим новым родителям, что у нее с их сыном отношения не заладились. Это их расстроит и разозлит, а проблемы с этим парнем ей явно не нужны, потому лучше будет, если она вовсе не будет с ним пересекаться.

– Что-то случилось? – поинтересовался Леонид Васильевич.

– На самом деле просто нет аппетита. Попкорном перебила, наверное. Домашку сделаю и спать лягу.

– Как скажешь. Не сиди над книгами долго. День был насыщенный, лучше отдыхай как следует.

Минут через десять, когда Ксюша забила на домашку и легла под одеяло, послышались шаги за дверью ее комнаты. Тишина. Затем скрип. Кто-то постоял в дверях примерно две минуты, а затем ушел. Практически сразу стало ясно, что это был сводный брат. Заглянувший осторожно закрыл дверь за собой, а затем скрылся в своей комнате.

За отношения с дочерью решил взяться и Леонид Васильевич, потому в воскресенье утром Ксюша вынуждена была уделить время спорту. Как оказалось, в свободное время, когда Леонид еще был молод, любил кататься на роликах. Ролики все еще остаются его страстью, потому ближе к обеду они приехали в какое-то уютное заведение. Кафе, совмещенное с роллер-парком. Или что-то в этом роде. В одном крыле стояли столики, сцена, видимо, для тех, кто предпочитал просто послушать музыку, а в другой части сам каток, где тоже было достаточно народу. Люди развлекались, как могли. Кто-то только учился кататься, как и сама Ксения, а другие вовсе являлись профессионалами, выделывая разные трюки и даже предлагая Леониду и его дочери помощь.

После нескольких часов развлечения, они успели сыграть в боулинг, а затем девушка напросилась в книжный магазин, ссылаясь на то, что не может жить без книг. И это чистая правда. После переезда из детского дома, она поймала себя на том, что теперь может позволить разнообразие книг, ведь в детском доме их было мало. Те она зачитала до дыр. Купив парочку детективов, что-то из романтики и мистики, Ксюша поблагодарила продавца. Отличный комплект, особенно, если среди них есть истории про Дракулу и вампиров, как же без этого.

Глава 7

Прошло несколько дней. Ксения, к счастью, больше не терялась, видимо, выучила дорогу до дома. Подвозить ее Максим не собирался, но каждый раз, возвращаясь домой и заезжая в гараж, просто молился, чтобы сводная сестра не потерялась снова. Казалось, зайдет сейчас в дом, а там никого, и через час то же самое, и через три. И тогда снова – звонить на телефон, который выключен или вне зоны доступа, колесить по городу, искать.

Словом, зря тратить свое время, которого и так вечно не хватает. Тут со своей девушкой толком встретиться некогда – не хватало еще снова вечер на сестру убить. Выходные были насыщенными и очень интересными. С Валерией Максим снова встретился в субботу вечером. И они сходили в кино.

По правде говоря, до этого фильма Максим считал, что Лера несколько умнее. Но теперь сидел рядом с ней в зале, смотрел на экран, где главная героиня уже минут пятнадцать рыдала в шоколадное мороженое, потому что ее не понимал папаша. Или кем ей приходился тот мужик? Следить за сюжетом Максиму надоело. Фильм, который выбрала Лера, был весьма скучным.

Сидя в зале, наблюдая, как его девушка смотрит на экран, он отпустил ее руку и переместил ладонь на колено, нежно поглаживая и чувствуя, как ее кожа покрывается мурашками, а сама Валерия тяжело вздыхает, прекрасно понимая намеки Максима. Схватив девушку за руку, парень поднял ее с места и повел в ближайший туалет. Да, гигиена и безопасность, конечно, прежде всего, но когда ждать сил нет, пойдешь и на такое. У Беспаловой дома родители, а у него – сводная сестра. Где еще им уединяться теперь? Заперев дверь шваброй, которая стояла в углу, парень прижал девушку к стене, после обернул к себе спиной, не желая церемониться и скорее получить свое. Быстро расстегнув ширинку своих брюк, он поднял юбочку, которая и без того была короткой, и овладел Валерией, не отпуская ее достаточно продолжительное время, доставляя удовольствие прежде всего себе. Продолжая ускоренно двигаться, едва не сгорая от наплыва удовлетворения, парень всем своим телом почувствовал, как его девушка содрогнулась и громко застонала, даже не стесняясь того, что их могут услышать, затем обмякая и расслабляясь, упала в объятия любимого ею человека.

Им понадобилось минут пятнадцать, чтобы прийти в себя и привести в порядок. Лера пыталась вернуть волосам укладку, снова красила губы яркой помадой и восхищалась результатом, любуясь собой в зеркале. Все-таки с самооценкой у нее было все даже слишком хорошо. Эти мысли заставили Максима улыбнуться. Вернувшись в зал и сев на места под ворчания людей позади, они продолжили смотреть фильм, словно ничего не произошло.

– Максим, – прошептала она уже в зале. – Ты сегодня был бесподобен. Никогда не видела тебя таким.

В воскресенье парень все же смог отделаться от своей девушки и пригласить лучшего друга к себе домой, чтобы они вместе оценили новую видеоигру.

Дэн – его лучший друг, которого он, конечно же, не посвящал в тайны семьи, а точнее в то, что у него с недавних пор появилась сестра. Его молитвы не были услышаны, потому что Леонид и Ксения вернулись раньше, чем друг успел уехать.

– Спасибо, что уделил мне время, – произнесла Ксения, находясь у своей комнаты и разговаривая с отцом.

– Макс, кто это там? – удивился Денис. – Ты не говорил, что у тебя в гостях родственники.

– Да… Она и не родственница вроде как, – пожал Максим плечами, не успевая остановить его, идя за ним. – Дэн, тормозни.

Парни пронаблюдали картину, как девушка уже скрылась за дверью, Леонид тоже ушел, а лучший друг Максима остался ни с чем. Матвеев просто не хотел делиться с лучшим другом о том, что у него дома живет сиротка, да и вообще кому-то говорить – страшно. Боялся, что его засмеют.

– Расскажешь?

– Предки взяли из детского дома девочку немного младше нас. Свою сделать не получилось, ну и вот, – отчеканил Максим. – Не смотри на меня так. Ты бы видел ее. Не говори никому только, что вот такая история у меня дома.

– Почему ты не рассказал мне раньше? – допытывался Денис, возвращаясь в комнату. – Оберегаешь свою сестренку, да?

– Родители так думают, а на самом деле, она сама по себе бродит по школе. Мне все равно, – ответил Матвеев, плюхнувшись на свою кровать, понимая через пару секунд, что раскрыл главную тайну. – Черт, да она учится с нами в одной школе.

В этот момент в дверь постучали. Максим успел подловить себя на мысли, что часто молится, но это был всего лишь отец, который пригласил его на обед, не забыв и про сестру.

– Почему не хочешь обедать? – возмутился Леонид так, что даже парни услышали, прервав свой разговор. – Вчера ты отказалась ужинать, сегодня обедать, в чем дело?

– Похоже, твоя сводная еще та штучка, – усмехнулся Денис. – Любит капризничать?

– Не знаю. Раньше такого не было, – пожал Макс плечами. – По крайней мере, раньше мы все вместе и завтракали, и обедали. Да и меня это не касается. Еще раунд?

– Давай.

Все разговоры отошли на второй план, и они продолжили рубиться в приставку, даже забыв об обеде. На секунду другую их отвлек громкий хлопок дверью комнаты напротив. С полки от этого даже учебник по алгебре свалился в комнате парня.

Ближе к вечеру, когда Денис ушел, Максим остался один, решив заняться домашним заданием. Однако ему пришлось отложить ручку, когда приоткрылась дверь и заглянули родители. Вдвоем они приходят к нему только по сверх важным разговорам. На них лица не было и уже тогда ему стало не по себе.

«Надеюсь, что они не хотят ошарашить меня информацией, что мать залетела или им нужен третий отпрыск», – подумал парень.

– Максимка, у нас к тебе очень серьезный разговор, – начала мама. – Отвлекись, пожалуйста. Это на пару минут, милый. – Максим тяжело вздохнул и отложил ручку, оборачиваясь к ним. – Хотим поговорить про твою сестру.

– Она мне не сестра, – проворчал парень.

– Пусть и так, но это важно, – настоял отец на разговоре, тогда-то парнишка закрыл тетрадь, переключая полностью свое внимание на них.

– Что случилось на этот раз?

– Вы же учитесь в одной школе. Ты всегда рядом и видишь, что там происходит, может быть, скажешь, что с ней? – волновалась Елизавета, и Макс это видел по ее глазам, но все еще не понимал, что случилось с их девочкой. – Она в последнее время сама не своя. Отказывается есть, ничего не рассказывает.

– Откуда мне знать? – Матвеев младший закинул ногу на другую. – Мы с ней в разных классах. К тому же не настолько близки, чтобы она со мной откровенничала.

– А зря, – папа сел на кровать сына, мама осталась стоять рядом. Выглядели они так, что парень действительно почувствовал себя виноватым в чем-то.

– Ксения теперь не чужой для нас человек, и для тебя будет отличным опытом поучиться заботиться о ком-то.

Максиму хотелось сказать прямо: «я не выбирал эту Ксенечку себе в родственницы, и нужна мне она примерно так же, как рак четвертой стадии. Мы отлично жили без нее и продолжали бы отлично жить, но нет, родителям приспичило поиграть в полную семью. Дочки им, видите ли, не хватало!».

– Ладно, я попробую уделять ей больше внимания, – сдался парень вслух, конечно же, делая это, чтобы его оставили в покое. – Но вообще-то, мама, ты могла бы и сама с ней поговорить. Женские разговорчики и все такое, нам, мужчинам, не понять!

Мама улыбнулась.

– Ты прав, милый. Я еще не чувствую себя достаточно уверенно в роли мамы для этой девочки, понимаешь? Я тоже боюсь ошибиться и что-то сказать не так, чем-то ее обидеть.

Понимал он одно – сейчас они сидят, вместе, как раньше, и могут разговаривать обо всем на свете, пускай даже и о четвертой лишней.

– Не попробуешь – не узнаешь, – кивнул глава семейства. – И все-таки, Максим, мы надеемся на тебя. Вы ровесники, вам проще сойтись. Понимаешь, Ксения росла без родителей и вряд ли привыкла доверять взрослым. А ты ближе к ней по возрасту.

Парень закатил глаза, но деваться было ему некуда. Кажется, придется играть в старшего брата и заодно психолога для сиротки.

Отделавшись от допроса родителей, Максим продолжил свои дела, но из головы не выходил разговор о девчонке, потому он решил, что стоит обсудить этот вопрос с ней лично, но уже завтра.

Проснувшись утром, он долго смотрел в потолок. И пытался представить сегодняшний разговор. Как начать-то? А если девчонка подумает, что он правда хочет с ней подружиться? Максим в самом деле планировал за завтраком, когда они останутся одни, попробовать с ней поговорить. Но пришлось есть омлет в одиночку. Место напротив пустовало. К счастью, а может и к сожалению, когда уже фактически нужно было выходить из дома, Ксюша так и не вышла. Но разговор был неизбежен, потому он, тяжело вздохнув, скинул рюкзак на пол в прихожей и поплелся к ней.

Она там не умерла, случайно? Раньше Матвеев бы улыбнулся этой мысли, довольно закатил глаза и пошел дальше, но сейчас, после разговора с родителями, посчитал нужным побеседовать с сестрой. С этой мыслью он поднялся к ней в комнату. Постучал, но ответа не последовало, потому пришлось войти без разрешения. На кровати лежала она в позе а-ля гусеница, закутанная в одеяло.

– Эй, ты решила прогулять занятия, что ли? – возмутился он, проходя в комнату. – Мне, конечно, глубоко плевать на все, что связано с тобой, но предкам – нет.

Сестренка, по всей видимости, решила игнорировать брата, потому пришлось подойти ближе, чтобы убедиться в том, что она вообще в постели. Обойдя кровать, заметил ее бледное лицо, полузакрытые глаза и то, как тяжело она дышит. Черт, помереть все-таки решила. Присев на край кровати, вскинул бровь.

– Я, конечно, не врач, но видок у тебя отвратный. Может быть, скорую вызвать?

– Уходи, – прошептала она, вздрогнув. – Все нормально.

– Я вижу, что все нормально. Но даже труп в морге выглядит живее.

Беспокоить родителей не хотелось. Тем более у них важное совещание, потому пришлось заняться всем самому, вплоть до вызова скорой помощи, которая приехала благо быстро.

– Вы кем ей приходитесь? – спросил мужчина, делая какие-то записи в своем блокноте.

– Брат. Она в норме?

– Простуда и температура. Пару дней отдыха, минимум переживаний и все будет хорошо. Оставлю список лекарств.

Глава 8

Доктор ушел минут через десять, оставив Максиму впечатляющий список лекарств и предписаний, которые одними названиями обещали поднять на ноги любого больного. Призвания стать братом милосердия Максим в себе не чувствовал, но разговор с отцом не шел из головы. Может, он был и прав. Наверное, Максиму действительно не хватало опыта в том, чтобы отвечать за кого-то, и уж точно ничего страшного не случится, если он пару дней поиграет в старшего брата для нежеланной родственницы. Максим проводил доктора и вернулся к Ксении.

– Что ж, – вздохнул он, смотря на сестру. – Будем тебя лечить тогда. Родители не должны знать, что ты заболела, иначе примчатся на крыльях ветра.

Девушка вместо ответа отвернулась к стене, натягивая одеяло на голову.

– Ну и правильно, отдыхай, – дружелюбно заметил Максим, не давая себе разозлиться. Он тут, значит, готов проявлять доброту и заботу, а она, словно специально, с настроения сбивает! – Я сейчас приготовлю чай и в аптечке покопаюсь, может быть, что-то из этого списка там и найдется. А ты не засыпай, все равно вернусь через пятнадцать минут и разбужу.

– Не обязательно, – еле слышно выдохнула Ксения, не оборачиваясь. Максим даже не был уверен, что ему не почудился этот ответ.

– В общем, я скоро, – пообещал он, и почти бегом спустился на первый этаж, в кухню.

Когда сам Максим болел, мама делала ему чай с медом и лимоном, так что рецепт он знал. Через считанные минуты чайник уже шумел, закипая, ярко-желтый лимон ждал своей очереди на разделочной доске, а сам Максим рылся в аптечке, сверяя названия препаратов. К тому времени, когда вода нагрелась, он пришел к выводу, что результат два из десяти – как-то несерьезно, и за остальными придется все-таки ехать после школы. Хотя до школы ли тут, если Ксению только кинь без присмотра, а она гляди того и помрет в своей комнате?! Нет, школу из планов на день, определенно, приходилось вычеркнуть, тем более, на первый урок Максим все равно опоздал. А то уже и на второй.

Не давая себе задуматься, Максим быстро набрал номер Дениса и, как он надеялся, убедительно сообщил, что приболел сам. Внезапно вот подскочила температура и лучше он отлежится дома сегодня, чем придет на занятия, и завтра будет отлеживаться уже весь класс. Собственно, так Денис и должен был передать преподавателям, главное, чтобы и сам поверил, ну, а Максим мог с чистой совестью возвращаться к своим обязанностям лучшего в мире старшего брата. Чай получился мутноватый из-за меда, но на вкус – Максим проверил! – был в точности как делала мама. Белая кружка на подносе выглядела как-то сиротливо, и Максим добавил к ней пару печенек с кусочками шоколада. Может, Ксения и не захочет есть, но вот лично он со своей стороны сделал все, что мог. И потом, все девчонки любят сладкое. Чувствуя себя почти что Флоренс Найтингейл¹, разве что без чепца и корсета, Максим отправился в комнату Ксении, которая так и лежала в постели, теперь уже всхлипывая. И что у нее случилось на этот раз?

– Давай, гусеница, поднимайся. Нужно выпить чаю, чтобы полегчало, – произнес Максим, ставя поднос на столик, и присел на краешек кровати. – Эй… – он помедлил перед тем, как назвать девушку по имени, но «нищебродка» или «детдомовка» сейчас точно были некстати. – Ксения?

Сводная сестра только сильнее укуталась, словно пыталась окончательно спрятаться, и Максиму вспомнился тот их разговор, где он довольно грубо обращался с ней, кричал. А Ксения потом не ужинала, не обедала с ними за общим столом, только из-за того, что не хотела пересекаться? Скорее всего.

– Как же сложно с тобой, – Максим глянул в окно, за которым маячило утро – или что там его заменяет в январе? По правде говоря, низкое серое небо больше напоминало не о рассвете, а об апокалипсисе. – Ты в курсе, что я из-за тебя прогуливаю учебу?

Ксения мотнула головой и подвинулась вместе с подушкой к изголовью кровати, пытаясь сесть так, чтобы при этом не вылезать из-под одеяла. Вряд ли это было так уж легко, так что Максим ей даже посочувствовал. И что там, сегодня он просто обязан был помочь девчонке.

– Погоди, – вздохнул он, поправляя ей подушку и помогая удобнее расположиться.

Ксения посмотрела на него, нахмурилась озадаченно и недоверчиво.

– Почему ты остался и помогаешь мне? Ты же ненавидишь меня, – вдруг спросила она.

Максим в очередной раз напомнил себе о терпении и постарался ответить максимально дружелюбно:

– Слушай, я не говорил, что ненавижу тебя. Давай проясним ситуацию? Ты – сиротка из детского дома, которая свалилась мне на голову, все перевернула тут и изменила жизнь моих родителей, как и мою тоже. Это не ненависть, а просто неприязнь. Это две разные вещи, понимаешь?

Увы, совсем дружелюбно не получилось, настоящие чувства все равно прорывались, так что Максим поспешил сменить тему. Благо одна такая была под рукой в прямом смысле.

– Пей, – он взял чашку и сунул сводной сестре под нос.

– Я не хочу.

– Это не просьба, Ксения. Приказ. Давай уже, пей. Я не собираюсь тут нянчиться с тобой. У тебя два дня на поправку, потом я вернусь на учебу, и будешь сама лечиться, как хочешь.

– Когда приедут родители? – спросила она, аккуратно взяв чашку. Только бы не касаться его рук.

– Я не знаю, ничего не сказали, – ответил он, наблюдая, как она осторожно делает маленькие глотки чая, незаметно для себя улыбаясь. – Что тебя так смешит?

– Ничего. Просто… Чай вкусный, – ответила она, тут же стерев улыбку с лица.

– Улыбайся чаще, тебе так идет, – вдруг произнес Максим, сам не понимая, что на него нашло. Ксении шла улыбка – это факт, но зачем он сказал ей это? Он сделал комплимент девушке? Только не это.

– Это комплимент?

– Это просто комментарий. Не обольщайся, – быстро нашелся с ответом парень.

День прошел достаточно быстро, с учетом того, что Максим практически постоянно был рядом с сестренкой, которая отчаянно не хотела с ним говорить. Совсем. И это при том, что он приносил ей таблетки, готовил чай и даже разогрел суп, который пациентка отказалась пробовать!

Отчасти Максим боялся, что ей станет плохо, потому и держался рядом, а вернулся в свою комнату, только когда сводная сестра заснула. Тем временем просто мерзкая погода на улице перешла в настоящую метель. Ветер мел хлопья снега в окно, за которым мерзко скрипело какое-то дерево, раскачиваясь, именно оно и разбудило Максима ночью. Делать было нечего, а сон как рукой сняло, потому он решил выйти на кухню, чтобы выпить воды.

Несмотря на бушующую за окном метель, парень каким-то чудом услышал подозрительные звуки из соседней комнаты и подошел к двери, теперь отчетливо понимая, что это громкие всхлипы сводной сестренки. Показалось, может быть? Нет. Со слухом у Максима проблем никогда и не было, вроде как. Нахмурившись, он открыл дверь и медленным шагом прошел в комнату сиротки, осторожно садясь на край ее кровати, все еще держа полный стакан воды, до которого и дотронуться не успел.

– Эй, ты чего хнычешь? – спросил парень, наблюдая, как она оборачивается.

У Ксении был такой измученный вид, слезы продолжали бежать по щекам, что даже сердце Максима сжалось от жалости к ней. Чего ее так напугало? Что ее мучает? Да, Матвеев, может быть, самый хладнокровный человек, которого она когда-либо встречала, но он просто не мог пройти мимо нее, видя все это.

– Что-то болит? – решил уточнить он.

– Все в полном порядке, – прошептала Ксения, поворачиваясь на другой бок, а затем принимая сидячее положение. – Я вспомнила маму. В тот день, когда она не вернулась, была такая же жуткая погода. Теперь каждый раз, когда начинается метель и ветер, я вспоминаю о ней, – вдруг произнесла она, решив поделиться переживаниями.

– Мне жаль, Ксюша, – выдавил из себя Максим, опуская голову вниз и отводя взгляд, ловя себя на мысли, что он не сможет понять ее.

Он не способен понять ее чувства, мысли, ведь у него есть и были родители. У него было прекрасное детство, чему Максим искренне рад, а у этой девчонки не было ничего. Не было родителей, а детство прошло в детском доме, в обществе, наверное, ужасных детей, которые могли и презирать ее, так же как и он делал это с первого дня ее пребывания здесь. Сам того не понимая, парень сделал ей больно много раз, даже толком не узнав ее.

– Извини. Я тут со своими проблемами свалилась тебе на голову. Забудь все то, что я рассказала, пожалуйста, – прервала она тишину.

– Засыпай, – произнес Максим и поднялся с кровати, уходя в свою комнату, уже проклиная за то, что дал слабину и начал жалеть. Черт возьми!

Два дня пропусков школы не предвещали ничего хорошего, как думала Ксения. Потому, когда озноб и температура отступили, оставив лишь слабую боль в горле и кашель, она решила вернуться к учебе. Хотя Елизавета и Леонид были против, девушка смогла их убедить.

И теперь, собравшись с силами, она переоделась в школьную форму, от которой, честно говоря, успела отвыкнуть. Хотя это волновало ее не так сильно, как сводный брат. В тот вечер, когда еще в доме не было родителей, он оказался таким необычайно ласковым, заботливым, словно между ними не было никаких разногласий, а после не заходил к Ксюше вовсе. Может быть, из-за того, что родители вернулись? Да, она так и подумала, но при очередном столкновении в доме, когда Максим вернулся со школы, он будто стал прежним. Но теперь в его взгляде она видела не ненависть или неприязнь, а простое безразличие.

«Ему просто нужно было время свыкнуться с моим присутствием», – подумала тогда девушка.

Однако даже несмотря на это, Ксения все равно чувствовала дискомфорт, когда приходилось с ним находиться в одной комнате. Она не знала, как себя вести с Максимом. Выйдя из комнаты, девушка замерла у лестницы. Глубокий вдох.

– Доброе утро, – тихо произнесла Ксения, спустившись на кухню и сев за стол.

– Доброе утро, милая, – произнесли одновременно Леонид Васильевич и Елизавета Александровна. Это даже немного развеселило родителей и саму девушку. Но стоило ей перевести взгляд на брата, как улыбка в ту же секунду испарилась.

Он был таким задумчивым. Смотрел куда-то сквозь стол, думал о чем-то своем и витал в облаках.

«Забавно. Я всегда мечтала обрести семью: родителей, старшего брата или сестру. А теперь, когда у меня это есть, счастливой я себя совсем не чувствую», – думала Ксения, ковыряя вилкой свой завтрак.

– Милая, все хорошо? – спросил Леонид.

– Что-то аппетита нет, кажется, – тихо ответила девушка, чувствуя, что глаза слезятся.

– Ты плачешь, что ли? Что стряслось? – забеспокоился глава семейства.

– Это от лекарств.

Леонид и Елизавета правда пытались быть хорошими родителями: заботились о ней, кормили, одевали, давали все то, что она хотела. Но почему-то и этого было мало. Возможно, Ксения не чувствовала родительскую любовь, которую дарила родная мать?

– Я лучше пойду. Если проголодаюсь, поем в школе. Хорошего дня, – бросила Ксения, вставая из-за стола, направляясь в прихожую и попутно накидывая пальто.

Глава 9

С утра голова гудела так, будто он снова тусил на вечеринке до утра с Дэном, играя в «правда или действие», а потом весело проводя время с Леркой. Но нет. Последние несколько дней он только и занимался тем, что ухаживал за сестренкой.

И вчерашним вечером Дементьев обрадовал новостью, что сегодня состоится важная контрольная по геометрии. И будет присутствовать какая-то комиссия из шишек школы. Пришлось вместо заслуженного отдыха просидеть за учебниками до пяти утра.

Пока в голове проецировались формулы, которые могут быть на сегодняшней работе, Максим пытался не вырубиться и не плюхнуться лицом в омлет. Так паршиво ему не было даже после вечеринки на день рождения, когда он напился в стельку.

– Сынок, – услышал он голос мамы. – Максим?

– М? – мозг будто продолжал загружаться, но что-то нужно было ответить. Потому он просто посмотрел на женщину.

– Ты какой-то молчаливый сегодня. Все в порядке? – спросил Леонид, делая глоток кофе.

– Не выспался. Сегодня тест по геометрии, поздно лег.

– Ты не разговаривал с Ксюшей? – спросила осторожно женщина. Ну вот, опять. Его снова просят играться в старшего брата для этой сиротки. Кажется, что больше он не вынесет этой пытки. Хотя, честно признать, после той слезливой истории о том, как в метель не вернулась мать, мнение о сводной сестре изменилось в другую сторону.

Если раньше он испытывал к ней неприязнь и считал лишней, то теперь скорее испытывал жалость. А потом ему просто стало все равно. Ну есть и есть. Не мешает же она ему жить? Просто иногда приходится контактировать.

– Нет. Она ж болела все это время. О чем с ней поговоришь? – отмахнулся Максим. Но это была чистая правда. И без того убитую горем и болезнью сводную сестру нагружать не хотелось. Помрет еще. И что делать тогда?

После плотного завтрака и крепкого кофе проснуться наполовину все же удалось. Но формулы по-прежнему лезли в голову. И мозг готов был взорваться. Так еще и Дэн что-то над ухом жужжал, что врезать хотелось. Почему-то все раздражало.

– Макс, ты меня слушаешь?

– Чего тебе? – Максим усилием воли заставил себя отвести взгляд от Ксюши. Та болтала с какой-то девчонкой, видимо, из своего класса, и совершенно не обращала внимания на окружающих. Ее, видимо, все устраивало, а вот Максима – нет. Мало того, что дома от нее одни неприятности, так еще и в школе вечно на глаза лезет! Злость, которая после разговора с родителями ушла, снова стала возвращаться.

– Это сводная, что ли, твоя? – поинтересовался Дэн, заметив, куда смотрит Матвеев. – Симпатичная, почему она тебе не нравится?

– Чувак, ты вообще в своем уме? Как я могу… Как она может мне нравиться? Эта сиротка! Пришла в мой дом! Привлекла внимание родителей! Забрала у меня все! – рычал Максим, стиснув руки в кулаки.

– Остынь. Что она тебе сделала? Вчера все было хорошо, и ты говорил, что ваши отношения более-менее наладились, кажется, – недоумевал Денис.

– Сегодня снова предки прицепились. Просят поговорить. Типа она какая-то скрытная. Я не понимаю, что они нашли в ней такого, что… Они пылинки с нее сдувают, Дэн. Что-то мне подсказывает, что она не просто сиротка.

– А кто она тогда? Подменыш фейри? Супершпион под прикрытием? – округлил глаза Дэн. – А может быть, вообще дочка боливийского диктатора, которая скрывается от ФБР?

– Кажется, кто-то смотрит слишком много фильмов! – фыркнул в ответ Максим. – Но вообще версии интересные.

– Мне кажется, что ты просто ревнуешь. Непривычно, что внимание все достается ей. Смирись, она же девчонка. Да и младших всегда лелеют. Главное, не влюбись, как в тех сопливых романах, – друг с усмешкой похлопал его по плечу.

До того, как Дэн выдал свои сумбурные соображения, Максим и не задумывался, что со стороны это все действительно выглядит странно. Ладно, всякие там звезды Голливуда вечно берут в свои семьи приемных детей: то темнокожих, то вообще китайцев. Этим самым звездам по должности положено заниматься благотворительностью и делать глупости. Но вот самая обычная и нормальная семья Матвеевых – им-то с какой радости брать из детского дома практически взрослую девчонку?

– Может, ты и прав, – уже более задумчиво протянул Максим, глядя вслед Ксении, которая, так его и не заметив, уходила с подружкой на очередной урок. – Если родители взяли ее не просто так и не на пустом месте хотят, чтобы я к ней хорошо относился, то… Чего я не знаю о собственной семье?

– И о девчонке тоже! Пошли, на алгебру опоздаем, – Дэн потянул Максима к нужному кабинету. – Слушай, хочешь, я попробую с ней подружиться, втереться в доверие, все разузнать? Всегда мечтал побыть агентом под прикрытием.

– Мечтай дальше! – Максиму почему-то не понравилась эта идея. – Я с ней живу, мне и удобнее. А ты… ну, попробуй, что ли, с ее подружкой поладить.

Когда есть деньги и связи, то можно найти нужное и требуемое запросто, особенно, если твой отец – влиятельный человек в сфере бизнеса.

Леонид Васильевич и вправду влиятельный, потому, воспользовавшись его статусом и положением, Максим нашел человека, который и поможет с решением его проблемы, а точнее – поиском нужной информации. Переговорив с Денисом, Матвеев окончательно убедился, что прошлое его новоиспеченной сестренки не такое уж и простое. Он подбросил своего лучшему другу идею нанять детектива. Изначально им обоим это казалось абсурдным делом, но в течении следующего вечера Макс все не мог выбросить мысли из головы, что здесь есть какая-то загвоздка. Ведь и правда, зачем обеспеченной и влиятельной семье, которая вполне способна иметь детей, удочерять какую-то сиротку, еще и взрослую?

На следующее утро Максим попросил прощение у Ксении за свои прошлые выходки, когда она только-только приехала. И даже поведал родителям, как они ругались. А после пообещал, что попытается приложить все усилия, чтобы начать считать ее своей сестрой. Родители поверили, а вот Ксения не особо. Потому пришлось переступить через себя и даже протянуть руку. Для перемирия, так сказать. И тогда девчонка поплыла и даже бросилась с объятиями.

И он не сдержался, прошептав ей на ухо:

– Наивная. Помни, что это лишь глупый спектакль для родителей, сиротка, – он отчетливо увидел в ее глазах непонимание и отчаяние, потому поспешил добавить: – Да шучу я, не парься. Привыкай, таких будет много.

Кажется, он поспешил с первым, так как ему нужны были хорошие отношения с девчонкой, чтобы выведать информацию о ее прошлом. Потому надо было переступить через свою гордость и неприязнь.

– Максим! – недовольно прорычала Ксения, и побежала следом за ним.

Схватив свою куртку и рюкзак, парень на скорости света мчался к автомобилю, чтобы не пересекаться больше с ней. Но стоило ему открыть дверь машины, как позади снова послышался ее голосок.

Глубоко вздохнув и набрав в легкие больше воздуха, он обернулся и увидел, как она бежала к нему навстречу, волоча за собой красного оттенка рюкзак. Максим вскинул бровь в удивлении, как бы спрашивая, что ей от него понадобилось на этот раз?

– Я хотела попросить тебя, – мямлила она почти себе под нос, чем раздражала еще больше. – Если, конечно, ты не сильно занят и не спешишь…

Парню так и хотелось гаркнуть, что он просто не хочет с ней иметь ничего общего, но на то были причины. Во-первых, в дверях позади нее появились родители, а во-вторых, он должен играть роль примерного братца, как для них, так и для этой сиротки.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Флоренс Найтингейл – создательница самостоятельной сестринской профессии, первая исследовательница и основоположница современного сестринского дела, совершила переворот в общественном сознании и во взглядах на роль и место медицинской сестры в охране здоровья общества.

Вернуться