# Янтарь рассеивает тьму. Асдэм

Люцида Аквила

Асдэм – город, который никогда не спит. Место, где живут твари, сводящие смертных с ума. Но демонам он дарит вечный праздник. А правит городом сильнейший из них. Именно его жаждут призвать к ответу заклинатели.

Достигнув точки невозврата, Люциан со спутниками прибывают в Замок Сладострастия. Последний шаг на пути в царство мрака. Там, как утверждает Морион, главу клана Луны ожидает сам владыка демонов. Но переступив порог тайного зала, Люциан не может поверить своим глазам, видя знакомый облик. Перед ним не кто иной, как юноша из снов, только с черными, как смоль, волосами и бездонными глазами.

Морион, Кай, Владыка Асдэма – могут ли они быть одним человеком?

Демон ждал этой встречи шесть лет. Он уговаривает гостя задержаться на две недели, чтобы завершить цикл воспоминаний и узнать правду. Однако в Асдэме возможно все, и даже враги могут стать союзниками…

© Люцида Аквила, 2024

© Оформление. ООО «Издательство „Эксмо“», 2024

## Глава 42. Откровенный разговор. Часть первая


Перед Люцианом стоял Кай, который был одновременно похож и не похож на себя. Отличным оказалось многое: начиная с цвета зачесанных назад волос и заканчивая телосложением. Этот демон с мертвенно-бледной кожей и более острыми чертами лица был выше и шире, имел полностью черные глаза, казалось, без зрачков. От Кая у него сохранились контур и форма губ, разрез глаз, форма подбородка и носа. В ухе поблескивала черная серьга в виде стрелы. Владыка Луны узнал эту стрелу: ее на озере Ши правитель Асдэма держал в руке. Видимо, она являлась его божественным оружием.

«Я что, встретил брата темного принца? – Люциан умел скрывать эмоции, но сейчас сделать этого не получалось, потому выражение лица у него было растерянное. Он не понимал, что происходит: сначала Морион с ликом Кая, а теперь демон, похожий на Кая. – Хорошо хоть моя мать не выглядела как Кай».

Шесть лет назад у озера Ши владыка Луны видел лишь темный силуэт градоправителя и поэтому не мог предположить, что им был Кай. Или не был?


«Морион, Кай, этот демон… Могут ли они быть одним человеком?» – Эта мысль претендовала на истину, но в то же время казалась совершенно абсурдной. С одной стороны, кто еще, кроме Кая, мог быть настолько похож на него, а с другой – от этого существа веяло энергетикой, не принадлежавшей темному принцу, и дело тут не в перерождении.

– О чем думаешь? – Демон выпустил в сторону Люциана густой дым. Он отошел назад и вальяжно опустился на мягкую софу, вытянув руку вдоль спинки. Его алого цвета халат с широкими рукавами был распахнут, демонстрируя крепкий обнаженный торс, перекрытый широким поясом, что поддерживал черные штаны. Хозяин замка восседал на софе, как король на троне.

Люциан не стал ходить кругами и спросил прямо:

– Человеком, который привел меня в этот город, был ты?

– Да.

Люциан опешил.

– Но… как? Мы ведь проверили Мориона на демоническую суть. Даже если ты владеешь техникой смены внешности, этого недостаточно, чтобы всех обмануть.

– Я не менял внешность; это было мое человеческое воплощение, которое я обретаю при запечатывании сил, неужели не догадался? – Демон склонил голову к плечу и посмотрел на собеседника как на наивное дитя. Он досадливо прищелкнул языком. – Я ведь оставил так много подсказок. Вспомни, шесть лет назад я уже говорил, что не могу скрывать ауру, а недавно признался, что мои духовные силы запечатаны.

Люциан нахмурился. Как он должен был связать воедино эти два факта, между которыми лежали целых шесть лет? Да и к тому же… откуда взяться подозрениям, если такое перевоплощение невозможно? Могущественный демон являлся магической сущностью, так как же он мог запечатать свою магию? Разве в таком случае он не запечатает сам себя? Не исчезнет? Не окажется в ловушке?

Более того… «Неужели ты все-таки Кай?» – Но эту мысль владыка Луны не стал озвучивать вслух.

– Но так ведь нельзя, – в конце концов пробормотал он. – Могущественный демон, как ты, не должен иметь подобных способностей.

– И кто же нарек меня могущественным?

На лице Люциана отразилось непонимание.

– Просто похож. – Кай небрежно пожал плечами.

– Что это значит?

– А ты не понимаешь? – Демон внимательно посмотрел на Люциана. – То-очно… Ты ведь не осведомлен об Асдэме и клане Ночи. То есть и обо мне не слышал? Но ты определенно догадываешься, с кем сейчас говоришь и кем я был раньше, верно?

Люциан немного подумал. Вопрос звучал двусмысленно, поэтому он только кивнул.

– Хм… – Градоправитель наклонился вперед, словно это могло приблизить его к собеседнику. – Тогда начнем с простого. Откуда ты, собственно, знаешь про меня?

– Ты рассказал.

– Я?

– Морион сказал, что принадлежал к клану Ночи и обучался там, а раз ты Морион, значит, все сходится. Я читал о клане Ночи и могу предположить, что ты – темный принц. – Люциан бесхитростно оперировал правдой.

Демон некоторое время смотрел на него, а потом рассмеялся.

В своих снах владыка Луны уже слышал смех темного принца, но этот был другим. Кай смеялся либо мягко, только подле Элеоноры, либо сухо и сдержанно, а градоправитель делал это низко и бархатно… откровенно. От его смеха хотелось скрыться под сотнями слоев одежд; он был словно шершавый язык тигра, что лениво слизывал мясо с костей, оголяя всего тебя.

В один момент смех оборвался, а демон и вовсе исчез. Люциан замер, выискивая его взглядом. Когда градоправитель возник перед ним и выдохнул в лицо дым, владыка Луны чуть не вздрогнул от испуга. Он отступил на несколько шагов, чтобы не закашляться, и уперся поясницей в край стоящей у стены тумбы.

Демон равнодушно шагнул ближе, встал почти вплотную и поставил руки по обеим сторонам от Люциана, загоняя в ловушку. Он склонился к нему и прошептал:

– Не думал, что владыка Луны способен лукавить.

У Люциана от чужих слов по спине пробежали мурашки.

– Так глупо – пытаться обмануть кого-то вроде меня. Думаешь, я не замечал твоих попыток выведать истину? Ты знал, кто я, еще до того, как я представился тебе в Валар. Если не хочешь играть честно, я тоже перестану следовать правилам. Твои друзья в моем городе: двое из них пытаются отыскать замок, а третий – в лапах моего приятеля, и мне ничего не стоит убить их. Так что? Продолжишь распускать лисьи хвосты или поговорим откровенно?

Кай стоял слишком близко. Люциан отклонился, пытаясь увеличить дистанцию между ними, но демон подался вперед и снова загнал его в угол. Владыка Луны почувствовал безжизненное дыхание на своем лице и аромат чужой кожи, угрожающий и холодный.

– Не мог бы этот демон для начала отойти? Иначе я не уверен, что сумею внятно поведать о чем-либо, – вежливо попросил Люциан, когда наручи на запястьях начали нагреваться, чтобы обратиться в меч.

– Отчего же? Я что-то делаю не так?

– Да, вжимаешь меня в стену.

С губ градоправителя сорвался смешок.

– А что, теснота мешает твоему рту открываться?

Люциан ответил взглядом, в котором было все и ничего одновременно. Сомнений не осталось: этот демон и вправду был Морионом; кроме него, никто не умел так искусно обращать все в свою пользу. «Поверить не могу, что он может быть еще и Каем…» Однако исходившая от градоправителя сила отличалась от энергетики принца из снов, и это заставляло Люциана сомневаться в их единоличности. Он не знал, сильно ли меняется человек, когда превращается в демона, но темный принц, в сравнении с правителем Асдэма, явно был лишь жалкой букашкой, недостойной прилипнуть даже к подошве его сапога.

Происходящее совершенно не укладывалось в голове Люциана.

Раздавшийся откуда-то со стороны голос отвлек его:

– Ой, а что у вас здесь происходит? Мы не вовремя?

Люциан обернулся и увидел, что занавесь отодвинулась, и в комнату вошли двое юношей. Один из них был обладателем длинных алых волос и носил пеструю желтую рубашку, заправленную за широкий пояс бордовых штанов, а вторым оказался Эриас. Страж сразу нашел взглядом своего владыку, а после и демона с лицом Мориона. Ну, или кого-то похожего на Мориона…

– Ты-ы… – злобно прошипел Эриас. – Отойди от него! – Он тут же материализовал серебряные мечи.

Красноволосый юноша рядом с ним хохотнул и поспешно отступил в сторону.

– Могу убить его прямо сейчас, если ты все мне не расскажешь, – прошептал градоправитель Люциану на ухо, словно Эриаса здесь не было.

– Ты не станешь никого убивать, – почему-то тоже шепотом ответил Люциан.

– Не стану? – голос закрался в ухо и заставил кровь обжечь затылок. – За минувшие годы я стал очень кровожаден, а твой страж раздражает меня не первый день.

Люциан медленно выдохнул, позволив дыханию коснуться чужой шеи, и взял паузу для раздумий. У него не было причин сомневаться в серьезности угроз: темный принц и в прошлой-то жизни не был добрым мальчиком, а в нынешней вообще стал тварью, которая невесть на что способна. К тому же с Эриасом они и правда были на ножах.

Люциан не хотел рассказывать о своих снах, пока не дойдет до их логического завершения и не поймет, что его связывает с Элеонорой, но выбора не было: раз демон прицепился, нужно решать все сейчас. «И как он только догадался?.. – сокрушенно подумал он. – Неужели у меня на лице написано, что я что-то скрываю?»

– Хорошо… я расскажу тебе.

Довольно хмыкнув, градоправитель отступил назад, и Эриас тут же заслонил владыку Луны собой. Люциан едва ли не застонал от того, что сегодня все норовили его прижать.

– Зачем ты притащил этого парня в мой дом? – небрежно бросил Кай, подходя к красноволосому юноше, который уже завалился на софу, закинув ноги на подлокотник.

– А? Он стоял как неприкаянный у входа, вот я его и подобрал.

– А ты не подумал, что он не просто так у входа стоял? Например, из-за того, что его не пускали.

– Ну а я впустил. – Красноволосый отобрал у Кая курительную трубку.

Тот сложил руки на груди, многозначительно помолчал, а затем хмыкнул:

– Напомни-ка, почему ты еще жив?

– Потому что я твой лучший в мире друг и ты без меня как без рук?

– Это набор слов или я должен к ним прислушаться? – Градоправитель обернулся и, посмотрев на Люциана с Эриасом, спросил: – Так и будешь заслонять владыку Луны своей тушкой? Думаешь, это спасет ему жизнь, если я решу ее присвоить?

– По крайней мере, так у меня будет шанс помешать тебе, – холодно ответил страж.

– Все в порядке. – Люциан похлопал его по плечу, осторожно отодвигая от себя. – Убери клинки, никто не собирается проливать кровь.

– Как я могу? – обернувшись, прошипел Эриас. – Ты разве не видишь? Он похож на того бессмертного, а значит, это он привел нас сюда! Он – тот самый владыка демонов, владеющий техникой смены ликов!

– Я не владыка демонов, – сухо поправил градоправитель.

– Так я тебе и поверил!

Люциан вышел из-за чужой спины:

– Это правда. Он не владыка демонов.

– Что? – Эриас сразу прислушался. – А кто тогда?

Не зная, как ответить на этот вопрос, Люциан выжидающе посмотрел на Кая.

– Я владыка тьмы.

– Владыка тьмы? – Эриас скривился, глядя на градоправителя. – И чем это отличается от владыки демонов?

– Вторым словом.

Красноволосый юноша подавился дымом из-за смеха.

Эриас скривил губы и обернулся на Люциана.

– Мы должны уйти.

Демон фыркнул.

– Он никуда не пойдет, пока все мне не расскажет.

– Что он может тебе рассказать?

– Не твоего ума дело.

– Моего, потому что я обязан его защищать.

– Да? И как же ты защитишь его от меня? – Голос градоправителя походил на рык.

Эриас тут же принял угрожающую боевую стойку.

– Хочешь проверить?

– Эриас! – не выдержал Люциан. – Довольно. Ты, может быть, и мой страж, но также подданный. Убери мечи и прекрати дерзить. Сейчас мы в замке владыки тьмы, так что не злоупотребляй чужим гостеприимством и… – он настороженно взглянул на Кая, – терпением.

Эриас открыл рот, шокированный тем, что его осадили. Опаснейшая демоническая тварь угрожала забрать его владыку, а виноват был страж, который просто пытался защитить? Как подчиненному, ему ничего не оставалось, кроме повиновения, но он последовал приказу со скрипом.

Люциан выдохнул, утомившись от беготни, споров и потрясений. Еще и надышался дымом с неизвестным составом, а потому сейчас чувствовал себя совсем расклеившимся.

– Где мы можем поговорить? – обратился он к демону.

Тот кивнул и направился к дверям.

– Следуй за мной.

– Люци́й… – жалобно шепнул Эриас, перехватывая его запястье.

– Оставайся здесь, – велел Люциан и высвободился из хватки.

Страж проводил владыку Луны взглядом потерянного щенка.

– Э-эй… – прозвучал голос красноволосого. – Киай не убьет его, он же не самоубийца. – Он сел и похлопал по месту рядом с собой. – Лучше отдохни и поболтай со мной, этому богу нужна компания.

Эриас зыркнул на него.

– Хватит говорить, что ты бог.

Красноволосый скуксился:

– Но ведь это чистая правда!

Эриас чуть не сплюнул от раздражения.


Бамбуковые двери закрылись сами собой, когда правитель Асдэма и Люциан покинули комнату. Демон провел гостя через сад к другому крылу здания и поднялся на веранду, где отворил еще одну бамбуковую дверь.

«И откуда взялись эти двери?» Люциан не мог вспомнить хотя бы одну из них, когда подходил к замку. Он видел лишь центральный вход, сад, располагавшийся далеко за забором, но сейчас ему казалось, будто здание переехало… и в целом изменилось.

Они вошли в скромную и уютную чайную комнату, озаренную приглушенным светом. Стены были украшены затейливыми узорами, на тумбочке тлели палочки благовоний, а справа от двери находилась этажерка с нескольким сервизами.

Кай указал на напольные подушки возле небольшого столика.

– Присаживайся.

На столе, за которым расположились владыка Луны и владыка тьмы, уже были расставлены чайник, две чаши и сладкие закуски на блюде.

– Можешь пить и есть, все, что находится здесь, – безвредно.

– Позволь мне, – произнес Люциан и потянулся к чайнику.

Кай кивнул, разрешая разлить напиток – ароматный и согревающий, с запахом корицы и мандарина.

– Итак, начнем там, где остановились. – Он взял предложенную пиалу. – Откуда ты про меня знаешь?


## Глава 43. Откровенный разговор. Часть вторая


«Откуда ты про меня знаешь?»

Вопрос поразил Люциана как клинок.

Владыка Луны оцепенел. Он годами умалчивал о своих снах, а теперь был вынужден открыться, причем тому, кому доверял меньше всего, – демону, которого несколько лет назад встретил на озере Ши и чье человеческое воплощение оказалось копией Кая.

Раньше Люциан не задумывался об этом. Но сейчас, стоило ему соотнести даты, он понял, что сны появились как раз после встречи на озере. Мог ли демон приложить к ним руку? Вдруг именно поэтому он желал выяснить, что знает Люциан?

Что он должен был ответить? Не обречет ли себя на смерть, если поведает правду?

Люциан сидел на мягкой подушке, сжав пальцами колени. Он опустил голову, чувствуя на себе пронзительный взгляд беспросветно-черных глаз и понимая, что соврать владыке тьмы не удастся. Казалось, это осознавали даже безмозглые светлячки, порхавшие под потолком и рассеивающие тьму, что исходила от демона.

– Я знаю о тебе из снов, – с трудом выдавил Люциан, ощущая, как слова царапают горло.

Кай встрепенулся:

– Из каких снов?

– О твоей дружбе с… Элеонорой.

Демон замер с видом, как будто услышал что-то нехорошее. Его и так бледная кожа сейчас совсем утратила цвет.

«Он… ужаснулся?»

– Ты видишь сны… от лица Элеоноры? – Вопрос звучал мрачно.

Люциан заметил в черноте чужих глаз оттенок недоверия. «Неужели он не знал?» – Эта мысль вынудила его и расслабиться и напрячься одновременно. Если демон непричастен к сновидениям, то что же тогда вызывало их?

Владыка Луны сделал маленький глоток чая, чтобы оросить пустыню своего горла, и заговорил смелее:

– Я вижу мир от лица Элеоноры, но при этом не являюсь ею. Я всего лишь зритель, как на театральном представлении.

Кай выпрямился и поставил ладони на колени скрещенных ног.

– И до какого момента ты досмотрел «представление»?

– Вы только что прибыли в клан Ночи.

Кай задумался. Густые брови нависали над веками, взгляд сосредоточенно сверлил чашу – что-то в его реакции настораживало Люциана. Ему показалось, что новость о его связи с Элеонорой – последнее, что собеседник надеялся услышать.

– Любопытно… – протянул Кай. – Я подозревал, что ты что-то знаешь, но не думал, что сны тому причина. – Он поднял взгляд на Люциана. – Давно ты их видишь?

– С момента нашей встречи на озере Ши. Если честно, я думал, что это ты наслал их, но судя по твоей реакции…

– Я непричастен. – Демон вскинул руки. – Признаюсь: я много раз пытался наслать на тебя различные сны, однако ни разу не пробился в твой разум. Теперь догадываюсь почему…

– Почему?

– Из-за снов про Элеонору.

– Но ведь демоница Баобай смогла затащить меня в демонический сон. Почему у тебя не вышло?

– Демоница Баобай проникла в твой сон через душу, намереваясь поглотить, а моя техника воздействует только на разум, но у тебя он заперт. Грубо говоря, она вошла в дом через окно и хозяйничала там, а я же пытался вывести тебя через дверь, которая не открывается. Предполагаю, когда сны про Элеонору закончатся, все вернется в норму.

– Может, мне не стоит ждать окончания этих снов? Ты вполне способен рассказать, чем завершилась ваша история. Вдруг это ускорит процесс.

– Не ускорит.

– Откуда знаешь?

– Чувствую.

Люциан свел брови. Ответ не удовлетворил его.

– Послушай, – демон подался вперед, – не стоит хмуриться, скоро все раскроется. Раз в твоих снах мы уже в клане Ночи, то до развязки осталось недолго. Погости у меня пару недель, этого вполне хватит, чтобы завершить цикл воспоминаний.

Люциан удивился.

– Погостить пару недель? Зачем так усложнять?

– Я, наоборот, упрощаю. – Владыка тьмы оскалился в улыбке. – Нам в любом случае нужно пообщаться, чтобы узнать, почему ты видишь сны. Это все неспроста, и так не должно быть. Думаю, из них ты понял, что Кай родился необычным заклинателем, а все, кто был связан с ним, сыграли огромную роль в построении мира. Ты тоже причастен – связан с его линией судьбы. Когда досмотришь сны, мы сможем во всем разобраться.

– Я могу досмотреть их в своем клане, мне незачем здесь оставаться.

– Хорошо, вот только твоих людей я не отпущу. Мне требуется гарантия, что ты вернешься и поболтаешь со мной.

Люциан обратил на демона горящие желтым пламенем глаза и спокойно, но с глубоким укором ответил:

– Ты не утомился угрожать мне, как те темные маги, ранее отравившие нас?

Градоправитель, казалось, даже не обратил внимания на его замечание. Он поставил локоть на столик, небрежно подперев ладонью щеку, и промурлыкал:

– Сердечно извиняюсь, но без угроз дражайший владыка Луны не останется рядом, а я так скучал все это время. Если помнишь, я когда-то пригласил тебя в гости, разве не нужно воспользоваться гостеприимством? Некрасиво пытаться сбежать в первый же день. Две недели… три… – Демон небрежно хмыкнул, – не такой большой срок, правда? Давай заключим сделку, а я взамен отпущу твоих друзей на все четыре стороны. Могу даже попросить кого-нибудь присмотреть за ними.

– Сделку?

– Не бойся, я не очерню твою душу, как это делают демоны.

Люциан поджал губы и поднял пиалу с чаем. Он сделал медленный глоток, чтобы дать себя время на размышления.

Предложение остаться в Асдэме не было столь уж абсурдным. Хотя Люциан не доверял этому демону – и в какой-то мере даже остерегался, – он все же должен был выяснить причину появления снов и познакомиться с Несуществующим городом, чтобы оценить степень его опасности.

В течение шести лет Люциан будто сходил с ума, днем живя своей жизнью, а ночью – чужой. Он долгие годы наблюдал за Каем; видел его и веселым, и злым, рос вместе с ним и Элеонорой, шел рука об руку. Люциан и подумать не мог, что однажды встретит темного принца вживую, и вот это произошло. Напротив него сидел вовсе не Морион, а Кай – настоящий, не притворяющийся кем-то другим, не меняющий имени. Такой, какой есть… каким стал. Люциану было тяжело в это поверить, потому что в демоне ничего не осталось от юноши, которого он знал из снов. Но кем еще тот мог быть, раз они обсуждали его прошлое?

– Как ты обратился в могущественного демона, я тоже узнаю из снов?

– Я уже говорил, что не могущественный. И да, об этом ты тоже узнаешь, потому мне нет смысла рассказывать.

– И о том, как твой клан стал Асдэмом?

– М-м… А вот в этом я не уверен. Если ты видишь сны от лица Элеоноры, вряд ли она успела обо всем разузнать.

– Тогда об этом ты расскажешь сейчас? – с нажимом произнес Люциан.

Кай немного помолчал, а потом кивнул.

– Адепты моего клана были отравлены кровью могущественного демона.

Люциан нахмурился.

– Но у могущественных демонов нет крови.

– Это был не простой могущественный, а связанный с богами. Одним словом, помесь и того и другого, поэтому в его жилах течет кровь. Этого полукровку мы называем «владыкой демонов».

– И с ним ты дружил в юности, – вспомнил Люциан. – Но я не припомню в твоем кругу демона.

Кай улыбнулся, не собираясь отвечать.

Люциан вздохнул. «Ну точно Морион…»

– Расскажи, как он стал таким? Это ведь невозможно. Тьма и свет не существуют в единстве.

– Верно. Я сам не знаю, как так получилось. И он не знает. – Кай зашуршал одеждами, устраиваясь поудобнее, потому что речь обещала быть длинной. – В любом случае, все идет от корней: чтобы стать могущественным, нужно родиться человеком, чтобы стать богом – тоже. Для достижения божественного статуса надо быть чистым душой и благородным, а для демонического – желать отомстить, не боясь линчевать себя. Владыка демонов второго не желал и должен был вознестись. После смерти его обязали принять божественную суть, но он отказался, решил, что ради спасения мира станет демоном – у них ведь нет строгих ограничений, как у богов. – Кай усмехнулся. – Всевышние высмеяли его нереализуемую цель и оставили наивное дитя. Они знали, что дух с божественной сутью, отвергнув собственное начало, исчезнет, поэтому молча ушли и больше за ним не следили. Вот почему никому не известно, как он запечатал свою суть и обратился во тьму, однако ясно одно: владыка демонов переродился в нечто среднее. Его, кстати, потом настигли и убили – разрушили божественное ядро, которое даровало ему жизнь. А лишенный ядра бог погибает. Даже если он помесь с демоном – по крайней мере так убийцы думали и поэтому сосуд жизненной силы трогать не стали, но… – Кай театрально вздохнул: – Увы и ах… Темная суть владыки демонов оказалась сильнее и поборола божественное начало, что позволило ему возродиться и отомстить.

– Хочешь сказать, его жизнь хранилась и в ядре бога, и в сосуде жизненной силы, который до сих пор существует?

– Только в сосуде жизненной силы, – ответил Кай, покачав головой. – Ядро бога – это нечто другое. У богов ведь нет душ, только ядра, уничтожив которые убьешь и бога, поскольку в этом случае высвобождается светлая энергия. Она рассеивается и уничтожает бессмертное тело вместе с сознанием – бог исчезает без права на перерождение. Однако у владыки демонов бессмертное тело соткано из тьмы. Она должна была распасться из-за слияния со светом, но вместо этого поглотила его, что, по сути своей, невозможно, ведь губительная реакция от соприкосновения таких сил необратима. – Кай сделал глоток чая и продолжил: – Все это наводит на мысль, что он родился похожим на фаула – заклинателем, способным владеть и тьмой, и светом. Но будь это так, мы бы знали.

Люциан хмурился, пытаясь переварить новую информацию. Раньше он не слышал настолько запутанных историй с перерождением, и поэтому во все это верилось с трудом.

– И после возрождения он отомстил, уничтожив твой клан? Но при чем здесь клан Ночи, если владыку демонов убили боги?

– Смерть от рук богов и истребление клана никак не связаны. Клан был его давней целью. При жизни владыка демонов являлся адептом Ночи, которого изгнали и вынудили скитаться без имени, титула и даже меча. А мой отец, последний владыка Ночи, и вовсе пытался его убить. Поэтому у него имелось целых две причины уничтожить клан. Будучи человеком, он обиды не таил, но, став демоном, – начал. С богами, я уверен, тоже поквитается. Позже.

– Но почему человек, которому суждено было стать богом, опустился до такого? Разве изначально не ты назвал его чистым душой и благородным?

– Этот глупец поддался внушению Мо́рока[1], который надавил на старые раны и склонил на сторону тьмы.

– Откуда ты знаешь? – Люциан с подозрением посмотрел на Кая. – Обычно о прошлом могущественных или том, как они стали злыми, ничего не известно. Неужели владыка демонов рассказал тебе, пока вы были друзьями?

Кай рассмеялся.

– Люциан, ты сама невинность. Мне никто не рассказывал, я узнал эти подробности, когда сожрал Морока. Этот демон существовал в мире грез и гулял по чужим подсознаниям – неисчерпаемый кладезь информации.

Люциан распахнул глаза.

– Да-а, – увидев его реакцию, протянул градоправитель. – Ты же помнишь печать, в которой оказался, вырвавшись из сна демоницы Баобай? Эту печать создал я, когда ловил Морока. Ритуал «демон пожирает демона» позволяет забирать чужие воспоминания.

– Ты ведь говорил, что не являешься могущественным, как же ты тогда провел этот ритуал? Только демон может сожрать демона.

– Как видишь, не только. – Кай улыбнулся, видимо, не собираясь вдаваться в подробности.

Люциан мог настоять, упереться рогом и выведать информацию, но не стал – не любил проявлять напористость, если можно обойтись и без этого. Там, где течет вода, появляется ручей – со временем успех придет сам, стоило лишь подождать. Если верить словам Кая, сны закончатся через две недели, и за это время Люций найдет ответы.

– Твои перчатки. – Он кивнул на чужие руки. – За шесть лет я так и не узнал, почему ты носишь их. Предполагаю, во снах мне об этом не поведают.

– Не узнал? По-моему, Эленор много раз объясняли, почему ее принц носил перчатки.

– Сомневаюсь, что твои руки остались изуродованными даже после обращения во… владыку тьмы. К тому же ты снимал их при мне.

Кай расплылся в кошачьей улыбке; на его лице читалось лукавое выражение, будто говорившее: «Владыка Луны такой внимательный». Он вытянул руку ладонью вверх, а затем перчатка растаяла словно дым, оголяя бледную кожу.

– По правде говоря, ты узнаешь о моих руках из снов, но раз тебе так интересно, могу показать и сейчас. Прикоснись.

– Зачем?

– Чтобы я объяснил наглядно.

Люциан посмотрел на демона с нескрываемым недоверием, но не смог придумать причины для отказа и сделал, как велено. Он неуверенно коснулся пальцами чужой ладони. Кай обхватил его теплую руку, аккуратно сжал и спросил:

– Что ты чувствуешь, когда я касаюсь тебя?

– Холод и тьму.

– А теперь смотри. – Он кивнул на вторую руку, свободную от перчатки, а затем ткнул кончиком пальца в стенку пустой чайной чаши. Посуда в то же мгновение обратилась в пыль, растворилась, словно ее здесь не было вовсе. – Я это не контролирую и поэтому должен носить магический аксессуар.

Люциан не смог скрыть удивления. Он ахнул, глядя на руку, которая сжимала его пальцы и не причиняла вреда.

– Но почему я не пострадал, если ты это не контролируешь?

– Об этом нам поведают твои сны. – Кай начал рисовать большим пальцем круги на чужой ладони. Нахмурившись, Люциан попытался высвободиться, но демон лишь крепче сжал его руку и добавил: – Дай насладиться. Я целую жизнь ни к чему не мог прикоснуться. Не мог почувствовать тепло чужой кожи, мягкость кроличьей шубки, шершавость каменных стен. С твоей стороны было бы жестоко отбирать у меня этот момент.

– Не лукавь. Пока бродил по миру в ином воплощении, ты сполна потрогал все, что тебя окружало. Перчаток-то на тебе не было.

– Это другое. В человеческом теле мои пальцы почти лишены чувствительности – это связано с блокировкой большого количества магии в них. Действительно ощутить то, что меня окружает, я могу лишь в истинном облике.

Люциан хмурился, не зная, верить чужим словам или нет. Если демон говорил искренне, то спорить с ним все равно что отказаться помочь безногому перейти дорогу. Каким человеком ты будешь, если пройдешь мимо?

Он неохотно перестал сопротивляться. Поднял свободной рукой чашу со стола и поднес ее к губам, собираясь допить чай и отвлечься. Люциан старался сохранять невозмутимый вид, но получалось с трудом: демон напротив как завороженный смотрел на их руки глазами, полнившимися чернотой беспросветной бездны. Он выглядел как человек, который впервые вышел на волю после того, как провел всю жизнь взаперти, а мир узнавал лишь через окно.

«Возможно, про потерю чувствительности он не соврал», – подумал Люциан, даже не представляя, как реагировать на чужую тоску. Решив не мучить себя размышлениями, он опустил чашу на блюдце и вернулся к насущному:

– Ладно… я согласен на сделку и останусь в Асдэме. Но сначала позволь увидеть моих ребят.

Кай усмехнулся, быстро поменявшись в лице.

– Хорошо, их как раз выпроваживают из города, но они упорно сопротивляются. – Он выпустил чужую ладонь. – Я провожу тебя. Повидаешься, а после заключим договор. – Демон встал.

Люциан кивнул, незаметно встряхнув рукой, и тоже поднялся с подушек.

– Подойди-ка. – Кай распахнул объятия.

– Это еще зачем? – Люций настороженно посмотрел на него.

– Я перенесу нас на площадь, не предлагаешь же ты идти пешком? Асдэм огромен, мы и за час не доберемся, даже если решим пробежаться по крышам.

– И ради этого обязательно обниматься?

– Тогда я смогу контролировать ситуацию, иначе есть риск, что ты обратишься в перетертую свеклу.

Люциан немного подумал и сказал:

– Это ни к чему. – Он порылся в поясном мешочке. – У меня есть браслет-телепорт. Асдэм не настолько большой, я не затрачу много духовных сил, если воспользуюсь перемещением. Мои друзья сейчас на той же площади, с которой мы начали путь?

– Да.

– Отлично. – Люциан с равнодушным видом закрепил браслет поверх серебряного наруча. – Увидимся там. – С этими словами он перенаправил духовные силы в деревянное украшение и растворился в густом тумане.


Оказавшись на площади, Люциан увидел, как десяток демонов пытаются выгнать его товарищей за пределы горы. На ближайшей крыше сидел красноволосый юноша из замка Кая и наблюдал за развернувшимся представлением, периодически закидывая в рот какие-то орехи.

Демоны вели себя как-то несерьезно: они скакали вокруг Эриаса, Абрама и Сетха, тыкали в их сторону небольшими ножиками, когтистыми пальцами или хвостами с длинной иглой на конце. Их тела не были полностью человеческими: у кого-то имелась шерсть, у кого-то уши, хвосты, копытца, змеиная шкура, – но очертания людской фигуры сохранялись даже со звериными дополнениями, при этом каждый демон выглядел по-своему привлекательно в откровенных одеждах, оголяющих то плечи, то ноги, то грудь (мужскую).

Люциан обернулся в поисках Кая. Темный принц за ним либо не последовал вовсе, либо его хваленое перемещение работало медленнее, чем браслет-телепорт. «Нет… – владыка Луны тут же опроверг эту теорию. – Учитывая, как он исчез и возник передо мной ранее, его способность к перемещению в пространстве поразительно быстра… А зная его характер, он просто где-то наблюдает, прямо как его красноволосый друг».

Люциан невольно вернул внимание к незнакомцу на крыше. Он пригляделся к его ауре, пытаясь понять, был ли тот демоном или нет, но натолкнулся на барьер, скрывающий сущность. «Странно», – промелькнуло у него в голове, однако он больше не мог тратить время на бездействие. Владыка Луны быстро оставил идею выяснить сущность красноволосого юноши и направился к друзьям.

Абрам заметил его раньше остальных:

– Люциан!

– А ты еще кто? – рогатый демон обернулся и смерил Люциана взглядом.

Владыка Луны поприветствовал их, поклонившись, и мягко попросил:

– Не могли бы вы отпустить моих товарищей? Знаю, вас просили выпроводить их, но без меня они не уйдут. Позвольте нам поговорить и все уладить.

Услышав столь вежливую и почтительную речь, демоны обомлели и как один вылупились на Люциана.

Одна демоница хохотнула. Она тут же оставила неугодных заклинателей и шагнула в сторону владыки Луны.

– Ого-го, давненько я не встречала таких хорошеньких мальчиков, еще и воспитанных!

Женщина была высокой и стройной. Ее тело прикрывала мягкая персиковая ткань длинного платья, которая казалась почти прозрачной, хотя на груди и бедрах не просвечивала. Волосы насыщенного шоколадного оттенка были собраны в высокую прическу, обнажая тонкую шею и заостренные уши, в которых поблескивали серьги с золотистыми топазами. У нее были острые когти вместо ногтей, а во рту торчали угрожающие клыки.

Люциан неловко улыбнулся уголками губ, не зная, как выкрутиться из возникшей ситуации, пока незнакомая женщина, с хищным взором и провокационно покачивая бедрами, шла к нему навстречу. И хотя она была демоницей, отчасти оставалась человеком, обладала разумом и не была одержима убийствами, а потому направить в ее сторону меч Люциан посчитал невежливым…

Он начал отступать, не позволяя ей приблизиться.

– Прошу простить, к несчастью, у меня нет времени на беседы.

– Беседы? Я не собиралась с тобой беседовать. – Демоница хихикнула, продолжая наступать. – Я планирую схватить тебя и отнести в кровать. Такого мужчину нельзя упускать! – Она осклабилась и рванула в сторону намеченной жертвы. В спину ей тут же полетел меч, брошенный Эриасом. Понимая, что сама демоница не успеет вовремя среагировать, Люциан уже приготовился к брызгам крови, но нет…

Черный туман остановил оружие. Кай возник из воздуха и схватил лезвие голой рукой, отчего металл начал стремительно разрушаться.

– Нападать на моих подопечных… – прорычал он, воззрившись на Эриаса, – недопустимо! – Демон с немыслимой скоростью бросился к стражу: исчез и возник прямо перед его лицом, схватил за горло и яростно швырнул в ближайший дом.

Эриас влетел спиной в стену, оставив глубокую вмятину где-то посередине первого этажа, и его тело рухнуло на землю как тряпичная кукла. После такого удара даже духовные силы не смогли бы защитить его позвоночник от перелома.

Внутри у Люциана все похолодело. Он сорвался с места и побежал к другу, на ходу заметив, что Абрам и Сетх обнажили мечи перед Каем. Красноволосый незнакомец, выбросив орехи, спрыгнул с крыши, чтобы помешать владыке тьмы убить оставшихся заклинателей.

Жители города завопили, восхваляя своего правителя.


## Глава 44. Откровенный разговор. Часть третья


Люциан упал на колени и положил ладонь на спину Эриаса, чтобы передать ему духовные силы и исцелить. Он не стал переворачивать друга – так и оставил лежать лицом вниз, не желая навредить еще сильнее. Эриас хоть и находился в сознании, но говорить не мог. Он лишь тяжело дышал и давился собственной кровью.

– Потерпи, – прошептал Люциан. – Я помогу, скоро станет легче.

К несчастью, сколько бы духовных сил он ни передал, полностью излечить друга не мог. Магия ускоряла регенерацию, но имелись пределы ее возможностей. Даже если духовных сил будет передано с лихвой, скорость выздоровления зависела от тяжести повреждений, и в случае Эриаса исцеление займет не меньше недели.

Люциан беспокойно обернулся на товарищей и увидел, как красноволосый усердно пытался что-то втолковать Каю, уперев ладони ему в грудь.

Владыка Луны прислушался.

– Убьешь их, и тебя точно похоронят еще на две сотни лет! Одумайся.

– Отойди, – прорычал темный принц, через чужое плечо глядя на Абрама и Сетха. – Их друг хотел навредить моим демонам. Никто не смеет вредить моим демонам!

– Понимаю, но ты ведь знаешь этого стража, он ради своего владыки на все пойдет. Разве ты на его месте не метнул бы меч? Знаю, что метнул, так что прояви терпение. Эти двое ничего непростительного не сделали, убивать их не за что. Оставь.

Кай скривился.

Судя по выражению лиц, Абрам и Сетх пребывали в шоке от происходящего. Люциан предположил, что больше всего их поразил демон, ужасно похожий на Мориона.

Владыка Луны отвернулся и снова посмотрел на Эриаса. Тот, видимо, почуяв неладное, сплюнул кровь и хрипло произнес:

– Я в порядке. Угомони этого чокнутого, пока он не убил наших друзей.

Медлить было нельзя, и поэтому, как бы ни беспокоился за стража, Люциан кивнул и поднялся с земли.

Почувствовав его приближение, Кай обернулся.

– За столетия так и не смог совладать с буйным нравом? – Владыка Луны шел в его сторону, с трудом сдерживая негодование. От развязывания битвы его удерживало понимание того, что темный принц спасал свой народ от врага, а не накинулся просто так. К тому же он мог уничтожить их всех по щелчку пальцев.

Кай ухмыльнулся в ответ. Он небрежно склонил голову набок и глянул на Эриаса через чужое плечо.

– Как там друг владыки Луны? Видимо, жив, раз ты идешь ко мне, не обнажив меч.

– А ты хочешь видеть меня с мечом?

– Не особо, биться с тобой никогда не входило в мои планы.

– Тебе придется изменить планы, если снова навредишь моим людям.

– Ну не злись. – Градоправитель оскалился в улыбке. – Это было справедливо. Он чуть не ранил моего подопечного, и ты это знаешь.

– Но ведь не ранил! – Люциан скрипнул зубами. Он прекрасно понимал мотивы Кая, как и то, что удар меча не навредил бы демонам так же, как людям. Зачем было мстить подобным образом – швыряя человека в стену? А если бы он его убил?

В споре не было правых. Люциан признавал, что Эриас совершил ошибку… как и Кай. Они оба встали на защиту своих интересов, но если у стража не имелось других вариантов, то у темного принца их было сполна, но он по привычке выбрал самый жестокий.

Кай повернулся к Люциану, полностью сосредоточившись на нем. Его красноволосый товарищ, – которого владыка Луны причислил то ли к советнику, то ли к демоническому поводку, и поэтому опасений насчет его действий не испытывал, – под шумок отступил к Абраму с Сетхом, чтобы что-то им объяснить.

Градоправитель устало выдохнул:

– Чего ты хочешь? Я не буду извиняться. По справедливости, мне стоило бы метнуть в Эриаса меч, но от такого он точно бы помер, так что мои действия демонстрируют, насколько я был мягок.

– Ты лишил его возможности ходить в ближайшие семь дней, это сложно назвать мягкостью.

– Почему же? При другом исходе я бы лишил его жизни на ближайшую вечность. – Они стояли близко к друг к другу, так что темный принц всей своей высокой фигурой нависал над Люцианом. Говорил с ним, чуть наклонившись, словно сюсюкался с младшим братом.

Владыка Луны отчего-то страстно захотел отдавить ему ногу. Он злился на демона за жестокость, но в то же время не мог избавиться от ощущения, что для Кая… это вполне нормально. Подобно тому, как невежда ест руками, демон разбирался с проблемами при помощи убийств. Иного способа он не знал, а потому и ожидать чего-то другого было бессмысленно.

– Ладно, бларг с ним. – Градоправитель выпрямился. – Ты хотел поговорить с друзьями, так говори. Хочу быстрее развидеть их.

Люциан опешил: и от смены тона, и от требования.

– Ты все еще желаешь их прогнать? Эриас не может уйти!

Кай хмыкнул и подозвал одного из демонов:

– Подай воду исцеления этому трупу. – Он небрежно махнул рукой в сторону стража.

– Да, г-градоправитель. – Подчиненный поспешил к заклинателю.

Люциан обернулся, посмотрев на то, как демон в серых одеждах с пушистыми ушами на макушке остановился подле Эриаса и попытался влить ему в рот серебряную жидкость. Страж стиснул зубы и мотнул головой, сопротивляясь из последних сил.

– Твой пес мгновенно выздоровеет, если выпьет. Стоит указать ему на это. – Голос Кая коснулся его ушей, и Люциан вздрогнул – он даже не заметил, в какой момент демон оказался за спиной. В своем истинном воплощении Кай был намного шире в плечах и сейчас ощущался как огромная стена, к которой, если честно, хотелось устало прислониться, а не решать очередные проблемы.

«Это какой-то кошмар», – подумал Люциан, но тут внезапно осознал, что, несмотря на чужие поступки, его гнев уже стих.

– Эриас, выпей, – приказал он, спешно отходя от Кая. – Тебе станет легче.

Услышав слова своего владыки, страж потратил на раздумья десять секунд, а после открыл рот и позволил напоить себя то ли противоядием, то ли отравой.

Ждать пришлось недолго: уже через минуту Эриас смог сесть, а через две – встать. Он потрясенно уставился на Люциана, не веря, что такое возможно.

Люциан мысленно выдохнул и почувствовал, что с его плеч будто бы свалилась груда камней. Ему хотелось осесть на землю и отдышаться, но времени не было.

– Вам нужно уходить, – строго потребовал он.

Кай был опасен, Люциан знал это вот уже шесть лет. Темный принц, может быть, и изменился за годы жизни, но менее угрожающим не стал – скорее наоборот, – и поэтому Люций должен был как можно скорее вывести товарищей из города ради их же блага.

– Нам?! – Эриас ахнул. – А ты?

– Я остаюсь. На пару недель. А после вернусь в мир живых.

– Что? Ты с ума сошел?! Что значит ты остаешься?

– Мы не ослышались? – в унисон заговорили Абрам и Сетх, которые подошли как раз вовремя.

– Люциан, что происходит? Это что, владыка демонов? – почти шепотом спросил Абрам, издалека косясь на Кая.

– Нет. Владыка демонов – другой могущественный, которого здесь нет, а это владыка тьмы.

– Весело, – выдохнул Сетх, сдувая со лба черную челку, хотя в его голосе не было ни намека на смех. – У нас две могущественные проблемы. Это Морион, да?

Люциан кивнул.

– Как такое возможно? Мы ведь его проверяли.

– Не могу объяснить, все довольно сложно, – сухо ответил Люциан. Он почувствовал, как разболелась голова, да и силы совсем иссякли: телепортация – дело энергозатратное, к тому же еще пришлось лечить Эриаса.

– Почему ты просишь нас уйти, а сам хочешь остаться? – Абрам сложил руки на груди и, чуть опустив подбородок, исподлобья посмотрел на владыку Луны. Короткие, жемчужного цвета пряди упали ему на лоб.

– Я должен кое-что выяснить.

– Но зачем прогонять нас? Мы можем выяснить и вчетвером.

– Владыка тьмы хочет, чтобы вы ушли, я хочу, чтобы вы ушли. В этом городе опасно. Здесь большая концентрация темной ци, бесчисленное количество демонов с неведомыми способностями и ловушки, которые могут запереть вас здесь навечно. Я не могу подвергать своих людей такой опасности.

– А себя можешь? – Эриас сжал кулаки, хмурясь.

– Я в безопасности.

Страж требовательно посмотрел на Люциана, ожидая пояснения к этой излишне самоуверенной фразе.

– Послушайте. – Люциан устало потер переносицу. – Прозвучит странно, но мы с владыкой тьмы знакомы очень давно. Я хорошо его знаю и могу сказать, что он не заинтересован в моей смерти. Мне надо кое-что выяснить, и он любезно согласился помочь. В обмен за его услугу я задержусь здесь.

– Знакомы очень давно? – повторил Эриас. – Если шесть лет назад ты встретил этого демона, это вовсе не значит «давно знакомы». Вы тогда просто обменялись несколькими фразами, а не стали друзьями. Люциан, ты хоть понимаешь, что, доверяя обещаниям тьмы, можешь стать жертвой собственной наивности?

– Он ничего мне не обещал, и мы правда давно знакомы. Озеро Ши не единственное место, где мы встречались.

– Что? – хором воскликнули Абрам, Сетх и Эриас.

– Как это понимать? – с подозрением уточнил страж.

– Я знал его, еще когда он не был демоном… В общей сложности, я знаком с ним уже шесть лет.

Эриас не поверил.

– Ты не можешь быть знаком с ним шесть лет! Я подле тебя почти с яслей, и не забыл бы его рожу даже через тысячу лет насыщенной жизни!

– Ох, просто поверьте мне, – с мольбой произнес Люциан. – Если начну все объяснять, беседа затянется, а у нас нет столько времени.

– Ну да, этот владыка тьмы тебе уже затылок продырявил, – тихо подметил Абрам, глядя за спину Люциана. – И где вообще у него глаза? Черные дыры какие-то…

Люциан отчетливо чувствовал демоническое внимание и потому передернул плечами и поспешил продолжить:

– Я вам все расскажу сразу после того, как выберусь отсюда.

– Ты ведь понимаешь, что даже если нас выгонят из Асдэма, то мы без тебя все равно никуда не уедем? – серьезно спросил Сетх.

– Останемся у края барьера и будем ждать, – согласно кивнул Абрам.

– Я не против. Только не пропадите там.

Эриас уставился на товарищей:

– Вы серьезно собираетесь его оставить?

– Ну да, – отозвался Абрам. – Тот красноволосый заверил, что с Люциана ни один волосок не упадет. Звучало убедительно.

– И ты ему поверил?! – вспыхнул Эриас. – Да он врет, как дышит!

– Мы не почувствовали лжи. – Сетх недоуменно пожал плечами. – По-моему, этот человек весьма разумен, да и демоном не является – что уже хорошо.

– Я вообще разглядел внутри него свет. Думаю, он заклинатель и на нашей стороне.

– Вы шутите? – потрясенно прошептал Эриас. Ему казалось, что он единственный избежал промывки мозгов, в то время как остальных околдовали.

– Успокойся. – Люциан положил ладонь на плечо стража. – Я постараюсь по возможности отправлять вам вести, но ничего не обещаю: владыка тьмы довольно… капризен.

– Я все слышу, – раздался издали голос Кая, спокойный, но не менее громкий. – Заканчивайте, а то прощание затянулось. Люциан… я хочу домой, – свою фразу он закончил капризно.

Владыка Луны обернулся, собираясь выпросить еще минуту, и увидел, что градоправителя облепили демоны. Они терлись об него как ласковые котята. Слетались как стаи бабочек на ароматный цветок. Люциан понял, что просьба вернуться вовсе не прихоть – Каю и правда тяжело находиться в собственном городе. Казалось, местное население желало затащить в свою постель не только странников, но и собственного правителя.

– Я вас провожу, – произнес красноволосый незнакомец, подойдя ближе.

Люциан проницательным взглядом осмотрел его, раздумывая, можно ли этому человеку поручить своих людей, однако Абрам и Сетх явно были готовы вверить себя незнакомцу в яркой рубашке и с обилием золотых украшений. Они подхватили Эриаса под руки и одновременно сказали:

– Пойдемте уже, пока опять кого-то не угробили.

Сетх обернулся:

– И, Люциан… Мы уходим только потому, что верим, что ты не пострадаешь. – Он кинул взгляд в сторону Кая. – Пусть твой «давний друг» постарается не нарушать уговор.

– Киай будет послушным, – заверил красноволосый, похлопав Сетха по плечу. – Я за него ручаюсь, а владыке Луны пора идти. Еще увидимся. – Он помахал Люциану.

Владыка Луны кивнул.

– До встречи.

Он не сразу сдвинулся с места: какое-то время постоял, глядя в спину отдаляющихся товарищей. Эриас несколько раз обеспокоенно обернулся на него, взглядом умоляя быть осторожным. Сетх шел впереди всех и о чем-то разговаривал с красноволосым, словно с давним другом, а Абрам замыкал процессию, старательно приглаживая растрепавшиеся жемчужные волосы.

Насмотревшись, Люциан вздохнул и развернулся к темному принцу.

– Наконец-то. – Кай отодвинул от себя девчушку лет пятнадцати на вид, которая обнимала его за пояс и терлась щекой о бок. – Люциан, и ты еще смеешь злиться на меня? Посмотри, что я вытерпел, чтобы дать тебе возможность наговориться.

Владыка Луны воззрился на демона, который в очередной раз не преминул выкрутить ситуацию в свою пользу, выставив себя героем. Каю повезло, что Люциан был отходчив и после исцеления Эриаса расхотел ругаться.

– Ты же говорил Элеоноре, что родители тебя любили, так откуда такая жажда признания? – спросил он, когда демон освободился от надоедливых сородичей и они направились к замку.

– Я просто ужасно самовлюбленный.

– Да? А я думал, ты вырос из этого за две сотни лет.

Кай хохотнул.

– Думаешь, я прожил двести лет?

– Ну да. Я всего не знаю, но подозреваю: ты стал тем, кем являешься сейчас, в тот момент, когда исчез твой клан, а это случилось около двух сотен лет назад.

– Если клан исчез тогда, это не значит, что я продолжал жить все это время. С учетом двадцати лет прошлой жизни, мне сейчас где-то сорок.

Вскинув брови, Люциан посмотрел на принца.

– Так ты владыка тьмы только последние двадцать лет?

– Да.

Люций нахмурился. Он не стал спрашивать, почему Кай так долго перерождался, потому что могущественному демону, на которого он якобы был «похож», для перерождения могли понадобиться сотни, а то и больше лет.

– Кто тогда правил Асдэмом, если тебя не было столько времени?

– Тот, кто обратил мой клан в демоническое пристанище.

– Владыка демонов? Значит… возродившись, ты его прогнал?

– Да.

– А теперь ищешь, чтобы убить? Но почему ты не сделал этого тогда? Что-то пошло не так?

– Да.

Люциан кивнул. Уточнять, что произошло, он не собирался – решил, что после возрождения Кай был слаб и поэтому проиграл.

Огибая проходящих мимо демонов и людей, они пересекли узкий переулок и вышли на широкую улицу, которая постепенно уходила вверх. Над головами тысяч жителей горели парящие в воздухе бумажные фонари и магические световые сферы, словно спустившиеся с небес звезды. Двери многочисленных заведений были распахнуты, и на улицу вырывались громкие голоса, грохот и хохот. Люциан и градоправитель шли рядом, не обращая внимания на прохожих, которые бросали на них заинтересованные взгляды.

– Что за снадобье ты велел дать Эриасу, от которого он тут же поправился? – Этот вопрос волновал Люциана, потому что он никогда раньше не встречал подобных зелий. Они имели огромную ценность и могли спасти заклинателей во время ожесточенных битв.

– Вода исцеления из лазарета в Призрачном городе.

– Призрачный город? Но как это возможно, он ведь в мире мертвых – за границей, которую не перешагнуть даже бессмертному заклинателю?

– Это не касается асдэмских демонов: мы можем попасть туда, – рожденные вне города демоны на такое не способны. Ты ведь не забыл, что Асдэм – это своего рода черный рынок? Здесь есть все, о чем только можно мечтать, а значит, и те, кто может это все достать. Позже проведу для тебя экскурсию, ну раз уж ты согласился остаться.

Люциан не видел причин отказываться. Ему предстояло провести в этом городе две недели, и стоило выведать все, что можно.

Он резко отступил в сторону, пропуская демоницу, которая надвигалась на него как корабль на риф – быстро и уверенно, – и случайно прижался плечом к плечу Кая. Неловко извинившись, владыка Луны поспешил отстраниться. Демон ничего не сказал, однако обернулся, проводив дерзкую жительницу предостерегающим взглядом.

Люциан продолжил беседу, привлекая внимание темного принца:

– Раз уж я остаюсь, расскажи мне, как себя вести. Ты говорил, что здесь нельзя есть, а потом угостил меня чаем и сладостям и, значит ли это, что не вся пища опасна?

– Только та, что даю я. Когда кто-то из демонов предложит – ни в коем случае не пробуй, даже если возьмутся угрожать. – Кай взглянул на Люциана. – От некоторых отрав, что есть в Асдэме, сами боги не смогут излечить, а если ты умрешь, мне придется всех переубивать, чтобы смягчить горечь утраты. Владыка Луны ведь не желает, чтобы я обагрил руки кровью?

Люциан посмотрел на него, не поверив ни единому слову. Он фыркнул:

– Твои манипуляции прозрачны, как песок на дне чистого озера. В этот раз я прислушаюсь к тебе, но прошу не рассчитывать на то, что я всегда буду поступать по-твоему.

– Правда? – усмехнулся Кай. – Но пока ты делал все, как я хочу.

– Потому что наши желания совпадали. Может, и не полностью, но я гибок и могу подстроиться. Если наши взгляды разойдутся, ты достигнешь цели только через мой труп.

– Надо же… – протянул Кай. – Я-то думал, за шесть лет сновидений ты перенял мягкость Элеоноры, но владыка Луны такой вредный, что хочется разозлиться.

– Ну так злись, только перчатки не снимай и на людей не кидайся.

Кай выдержал короткую паузу, косясь на Люциана, а затем расхохотался.

Владыка Луны проигнорировал его реакцию и невозмутимо продолжил:

– Твои подопечные… Какими способностями они обладают? Расскажешь, чтобы я знал, чего опасаться?

– Конечно. – Кай все еще посмеивался. – Демонов здесь много, и способности у всех разные, но не превосходят навыки привычных тебе сошек. Единственное, они не могут переселяться в чужие тела, потому что имеют свои собственные.

– Чем они питаются? Душами?

– Могут, конечно, но это невыгодно: если сожрать душу, то человек сразу умрет, а у нас здесь людей ценят. Демоны Асдэма питаются в основном жизненной силой, чтобы поддерживать здоровье. Людская энергия делится на мужскую и женскую. Некоторые мои подопечные способны черпать ее только из женщин, некоторые – из мужчин, а кому-то и вовсе нет разницы.

– И как они поглощают эту энергию?

Кай с насмешкой посмотрел на владыку Луны.

– Ты видел, когда пришел в мой дом.

Немного подумав, Люциан вспомнил полную разврата и похоти комнату.

– Только так?

– Ну не только, объятия и поцелуи тоже могут помочь… Как аперитив. – Кай хохотнул.

– И что потом? После того как энергию поглотят, человек умрет?

– Если поглотить всю – да, но если по чуть-чуть, позволяя смертному восстанавливать утраченное, тот проживет до старости. Неглубокой, но старости. Некоторые люди годами ошиваются в Асдэме, а другие даже семьи с местными демонами строят, так что у нас вполне мирно.

– Семьи? – Люциан огляделся по сторонам, словно хотел найти на широкой улице, где, на первый взгляд, сновали лишь совершеннолетние, маленьких детей. – Хочешь сказать, твои демоны способны порождать себе подобных?

– Не-ет. – Кай махнул рукой. – Они хоть и бессмертны, но все до единого мертвы, а потому и продолжать род не могут. Однако у нас много вечных детей – из тех, кто был обращен еще в малолетстве, так что взрослым есть о ком позаботиться. Молодняк постоянно кочует из одной семьи в другую, потому что ни один родитель не согласен играть эту роль вечно. Каждый в Асдэме успеет побыть семьянином, стоит только подождать.

Люциан поразился легкости, с которой Кай рассказывал о настолько печальных вещах. «Владыка демонов даже детей не пожалел и обратил в тварей… мерзавец». От этих мыслей он нахмурился.

– Почему у тебя такое лицо? – Кай с усмешкой подошел ближе, пытаясь уклониться от проходящей мимо компании полуобнаженных демонов. – Беспокоишься о тех, кто стали демонами? Не стоит. Демоническое мышление отличается от людского, ты должен был это заметить. За две сотни лет от прошлых личностей ничего не осталось, поэтому сейчас бывшие адепты клана Ночи живут вполне счастливо. Владыке Луны не нужно думать об этом.

Люциан выдохнул, но не из-за того, что слова темного принца убедили его. А потому что не было смысла копить негативные мысли – все уже случилось, всех уже обратили. Он все равно никому не сможет помочь.

Люциан запрокинул голову, устремив взгляд в темное небо, на котором из-за яркого света городских огней не было видно звезд. Он выдохнул теплое дыхание в мир, населенный холодными тварями, а затем вернул внимание к Каю и продолжил расспрос:

– Значит, ты… питаешься тем же способом, что и все демоны в Асдэме?

С губ темного принца сорвался смешок.

– А владыка Луны хотел бы, чтобы я питался именно так?

– Что? – Люциан не понял, почему ему задали подобный вопрос.

– Ничего, – Кай отмахнулся. – Я не питаюсь таким способом, я другой.

– Тогда чем ты питаешься?

– Узнаешь во снах.

Люциан с трудом удержался, чтобы не закатить глаза: эти отговорки начинали его раздражать.

– Почему демоны к тебе липнут? – Он обернулся на небольшую группу, которая уже долгое время следовала за ними, явно питая интерес не к нему, а к его собеседнику. – Они настолько любят своего градоправителя?

– Им нравится энергия, которая от меня исходит, – ответил Кай, даже не обернувшись на подданных. – Можешь ее не боятся. Пусть моей тьмы много, она будет защищать тебя от воздействия ци Асдэма, а потому не трать собственные силы на оборону – ты и так слаб.

– Ты прав. – Люциан снова почувствовал усталость, о которой успел забыть во время разговора. – Благодарю за заботу. – Он немного ослабил духовный барьер, оказавшись под защитой Кая, и спросил: – Твой красноволосый друг… кто он? Мне не удалось с ним познакомиться.

– О-о… – протянул Кай так, будто ему напомнили о чем-то, что действовало на нервы. – Кстати о моем красноволосом друге, – он серьезно посмотрел на Люциана, – не говори с ним и не слушай его. Это убережет тебя от нежелательных приключений. Хаски коварен, ему не стоит доверять.

– Хаски? Его назвали в честь Бога Обмана?

– Это он и есть.

– Что? – Глаза Люциана стали как позолоченные блюдца. – Ты подшучиваешь надо мной.

– Вовсе нет. В Асдэме живут не только демоны, но и боги.

Люциан открыл было рот, но не смог вымолвить и слова. «Боги? Я видел самого Бога Обмана? Доверил ему товарищей? Стоит ли мне начинать беспокоиться или слово „бог“ гарантирует, что Хаски будет вести себя в рамках приличий?»

– Но как боги могут выжить в месте, наводненном тьмой?

– У них есть способы защитить себя. – Кай небрежно пожал плечами. – Когда я изгнал владыку демонов, боги явились сами, и раз им охота здесь находиться, пусть остаются.

– И вы ладите?

– Да, я лажу со всеми богами, кроме своих дядь.

– Дядь? Твои дяди стали богами? – Брови Люциана поползли вверх. – Кто? Прошлый владыка Луны? Он тоже здесь?

Кай с любопытством посмотрел на него.

– А ты, как я погляжу, в восторге от названого старшего дяди? Элеонора его всю жизнь боялась, а ты хочешь, чтобы он был жив? – Демон фыркнул. – Нет уж, избавь меня от этого. Старший дядя, к счастью, восседает в Безгрешном городе – вместе с моими матерью и отцом делит бремя правления миром мертвых. Богами стали первый и второй названые младшие дяди.

Люциан навострил уши.

– Твои мать и отец правят миром мертвых в Безгрешном городе? – Безгрешный город был последней ступенью перед перерождением души, до которого доходили немногие. – Неужели их души дослужились до столь высоких чинов?

– Никто не дослуживался. Мать и отец просто пришли, поставили мир мертвых на колени и объявили себя властелинами.

После нескольких минут размышлений Люциан буркнул:

– Ну да… это на них похоже…

– Ты не удивлен? – Кай скользнул взглядом по собеседнику. – Ах, ну конечно, твои сны многое поведали о моей жизни и семье, а вот я про тебя почти ничего не знаю… – Он прищелкнул языком. – Немного нечестно, не думаешь? Надо наверстать упущенное, пока мы здесь.

Его последние слова прозвучали скорее как угроза, а не пожелание.


## Глава 45. Воспоминания прошлых лет. Часть первая


В замке Сладострастия Кай узнал, на какую сторону города Люциан хочет любоваться из окон, и выделил подходящую комнату. Войдя в гостевые покои, владыка Луны спросил:

– Почему твой замок снаружи кажется меньше, чем внутри? Как ты довел пространственную магию до уровня здания?

– Легко. Когда обладаешь достаточным количеством сил, можно довести пространственную магию и до уровня города. Ты разве не заметил, что Асдэм непомерно велик для места, в котором находится?

– Это ты наложил заклятия или владыка демонов?

– Владыка демонов, а я их просто поддерживаю. Он хоть и мерзавец, но на самом деле неплохо похозяйничал в плане инфраструктуры и защиты города. Можно сказать, я пришел на все готовое.

– Странный он… – Люциан подошел к окну, чтобы посмотреть на Асдэм, – этот владыка демонов. Ты говорил, что он делал все из мести, но после того, как обратил весь клан в себе подобных, он никого не убил, – наоборот, сберег.

– Так это же такая сладкая месть, – насмешливо протянул Кай, стоя в дверях. – Клан Ночи был не самым порядочным кланом: у нас существовала привычка заводить гаремы, и адепты к чему только не прибегали в постельных утехах ради развлечения темных душ. Владыка демонов обратил учеников клана демонами, которые могут жить только благодаря соитиям, это ли не издевка?

Люциан распахнул глаза и подумал: «Если знать нюансы, все напоминает тонкую, но весьма неприятную шутку».

– Ты тоже в прошлой жизни содержал гарем? – Он сам не понял, для чего задал этот вопрос.

Кай проигнорировал и не ответил.

– Нам нужно заключить сделку, – напомнил он и сделал шаг вперед.

Люциан хмыкнул, не отрывая взгляда от живописного и яркого пейзажа. Поскольку замок Сладострастия располагался на холме, из окон открывался обширный вид на город. Над разноцветными крышами парили алые бумажные фонари и лунные магические сферы, вдали, чтобы было не слышно, даже взрывались салюты. Сотни маленьких человеческих и демонических фигур сливались в единый разноцветный поток реки, разливавшейся по широким улицам.

Люциан выдохнул и обернулся.

– Что я должен делать?

Кай раскрыл ладонь.

– Дай руку.

Люциан медлил. Сделка с демоном была не простым соглашением, после нее на человеке оставался след проклятья, который не стереть и не спрятать. Хотя Кай сказал, что уговор не очернит его душу, заиметь на теле символическую печать не хотелось.

Заметив чужую нерешительность, Кай многозначительно пошевелил пальцами. Люциан свел брови к переносице и нехотя подчинился, вложив ладонь в протянутую руку. Кай коснулся губами тыльной стороны его ладони.

Люциан обомлел. Черные глаза смотрели в его собственные, пока холодные уста морозили кожу… и саму душу. Этот поступок… Люциан почувствовал, как тело пронзило тонкими иглами, словно Кай вцепился зубами в каждую клеточку. Этот ритуал оказался весьма болезненным, но Люциан не мог его избежать. Он свидетельствовал обо всем: о договоре, власти, жажде, подчинении – как будто владыка Луны в один миг стал чужой собственностью, но при этом не продал душу, не получил метку на теле.

– Готово. – Градоправитель отстранился. – Две недели ты в моем распоряжении, а потом свободен.

Люциан потер большим пальцем замерзшую ладонь.

– А нельзя было договориться на словах? – проворчал он.

– Метку можно поставить только через поцелуй, радуйся, что я не полез к лицу, – хохотнул Кай, но, поймав угрожающий взгляд, с театральным испугом добавил: – Ох, думаю, мне пора оставить достопочтенного гостя, иначе кто-то в этой комнате пострадает. Ложись спать и восстанавливай силы. Я загляну завтра. – С этими словами он растворился в черном тумане.

«Сбежал!»

Люциан вспыхнул от негодования. Он еще десять минут разглядывал синячок на ладони, не в силах избавиться от ощущения подвластности чужой воле. Демоническая метка будто кричала: «Мой», – и это казалось унизительным.

Пытаясь унять возмущение, Люциан бегло осмотрел просторные покои, в которых имелось все необходимое для комфортного проживания. В углу стояла кровать с балдахином из полупрозрачной вуали, на деревянном полу лежал мягкий ковер, у стены располагался небольшой шкаф, а по центру комнаты – чайный столик с разложенными вокруг него подушками. Здесь также была ширма для переодевания, зеркало, кресло и небольшая книжная полка. За внутренней дверью – смежная умывальня, которая по размерам не уступала спальне.

Люциан хоть и чувствовал себя усталым, но перед сном решил все-таки омыться, а не завалиться как есть. Он осмотрелся в умывальной комнате, где отыскал душистые соли и благовония. Их было в достатке, потому Люциан подумал: «А владыка тьмы гостеприимен». Он все еще был рассержен из-за того, что оказался приручен на две недели, и поэтому вылил в воду все имеющиеся здесь средства, хотя обычно пользоваться чужим не стремился.

В спальню владыка Луны вернулся в таком же мрачном настроении: купание расслабило его тело, но не разум. Люциан отпустил историю с меткой, след которой уже исчез, однако не мог перестать обдумывать события безумного дня. Ему стоило бы погрузиться в глубокую медитацию, чтобы найти покой, но не успел он коснуться кровати, как почти сразу уснул.


Утренние лучи солнца освещали просторную спальню, отделанную в темных тонах. Элеонора стояла перед высоким зеркалом и приводила себя в благопристойный вид перед завтраком. Люциан не знал, сколько они с Каем не виделись после приезда в клан Ночи, но предполагал, что недолго.

Вскоре пришел темный принц, чтобы позвать подругу на трапезу, но они говорили вот уже десять минут и, казалось, никуда не спешили. Кай сидел на застеленной кровати и просто наблюдал за сборами Элеоноры. Облаченный во все черное, он напоминал огромную тень, и лишь снежные волосы выбивались из образа.

– Я думала, твои родители пригласили меня сюда, чтобы закончить беседу, начатую еще в клане Луны, но вместо этого я живу здесь вторые сутки как обычный адепт. Мне даже позволили посещать ваши тренировки! – сказала Элеонора с удивлением и восторгом, ведь в клане Ночи никто не обучался, кроме самих адептов Ночи.

– Родители поговорят с нами позже. Они даже на мои вопросы не отвечают, и неясно: они не имеют ответов вовсе или не уверены, можно ли их озвучить.

– Но о чем-то ты уже знаешь, ведь так? – Элеонора посмотрела на принца через отражение в зеркале, продолжая заплетать косы. – Скажи мне, что о нас знаешь ты, но не знаю я.

Кай поджал губы.

– Ладно, – выдохнул он. – У меня есть догадки о том, что значат выбранные нами морион и янтарь, но я не могу тебе сказать. Эта тайна принадлежит не только мне, родители приложили много усилий, чтобы сохранить ее, и я не могу их предать.

Элеонора обернулась, одарив принца недовольным взглядом. Как несправедливо! Они были связаны, тайна Кая теперь касалась и ее, но он молчит? Она понимала, что он не хотел предавать доверие родителей, но по отношению к ней это было жестоко. Элеонора чувствовала себя пешкой в чужих руках: повиновалась, позволяла водить себя за нос, пока другие знали что-то важное и умалчивали.

Кай не был глупцом и догадался, как тяжело любимой находиться в неведении, – он и сам на дух не переносил, когда близкие что-то утаивали. Поэтому он поднялся с кровати и подошел к Элеоноре, чтобы помочь ей повязать серебряную ленту на вторую косу и заодно извиниться.

– Прости, – тихо произнес он, перевязывая бант. – Я правда хочу рассказать, но позволь это сделать моим родителям. Они смогут объяснить все так, чтобы не напугать тебя.

– Что должно напугать меня?

– Я.

Элеонора не стала задавать следующий вопрос и вместо этого выжидающе посмотрела на Кая. Однако он не собирался ничего пояснять и просто молчал.

Люциан мысленно закатил глаза. «Вот эту черту – нежелание отвечать – в темном принце не изменили даже годы».

– Я не понимаю, – прошептала Элеонора, и Люциан молча кивнул в знак согласия.

– Я тоже иногда не понимаю себя, – усмехнулся Кай и медленно поцеловал ее в щеку. Элеонора почувствовала, как к лицу прилила кровь, а от шеи, устремившись прямо к пояснице, пробежали приятные мурашки. – Давай не будем говорить об этом, чтобы не омрачать день. Аудиенция пройдет в ближайшее время, а пока позволь отвести тебя на завтрак, – закончил он и отступил.

– Нам можно ходить вместе? Разве это не привлечет лишнее внимание? – Элеонора вышла из комнаты следом за ним.

– Нет. Учитывая происходящее, мой интерес к тебе вполне обоснован. Нам как-никак объявили о мистической связи, должен же я узнать ту, с кем связан?

Элеонора не стала спорить. Она следовала за Каем по коридору со светло-бежевыми стенами; он был достаточно широким, чтобы идти бок о бок с темным принцем, но она не спешила сближаться.

– Так, значит, тебе позволили жить здесь как обычной адептке? – спросил Кай, спускаясь по лестнице из красного дерева. – И как? Посещаешь занятия или только тренировки?

– И то и другое.

– Нравится?

– М-м… Тренировки да, но занятия – скука. Я-то считала, что в клане Неба к ученикам относятся строго, а у вас тут все еще хуже. Мы как будто на службе, а не на уроках: спину не сгибать, кисть держать в правой руке, смотреть только в лист или на учителя, с соседями не шептаться, на переменах зал не покидать, не гулять по нему и не бегать, беседы вести тихо, никого не беспокоить и еще много-много всего. Мне практически сразу выдали книгу с правилами твоего клана, я ее полночи читала… Кажется, даже твои соклановцы не читали, только я…

Кай хохотнул.

– Конечно, не читали. Они выучили ее от корки до корки еще до того, как научились читать. По нам не скажешь, ведь в других кланах мы ведем себя своевольно, но в резиденции адепты неукоснительно соблюдают правила – за нарушение последует наказание. Даже я могу понести ответственность, поэтому веду себя послушно.

– Ты? – удивленно спросила Элеонора, ведь Кай ради желаемого мог нарушить все правила мира, не моргнув глазом.

– Да. Мои наказания всегда выносит отец, поэтому лучше не ошибаться.

– Он сильно бьет?

– Что? – не понял Кай. – А-а… Ну, если только по самооценке и самолюбию. Отец никогда не бил меня, если мы не на тренировке. Когда нужно наказать, он проводит назидательную беседу, после которой я чувствую себя лужей грязи, а это куда хуже побоев…

Элеонора усмехнулась, а Люциан начал медленно проникаться уважением к тамошнему владыке Ночи. Он со стороны наблюдал за отношениями Кая и отца, и те казались ему весьма теплыми. Владыка Ночи мог приструнить сына без применения физической силы – это было достойно похвалы, ведь его отпрыск никого не слушал. Чем злее относились к Каю, тем больше он веселился, однако родители знали к нему подход: не нарушали личных границ, не ограничивали без объяснений, оставались сильнее и умнее, – этим они завоевали его уважение, что помогало поддерживать мирные отношения. «Нужно присмотреться, может быть, удастся понять тактику его отца. Раз я заперт в Асдэме на целых две недели, то не помешало бы научиться совладать с темным принцем».

Кай привел Элеонору в просторную и светлую столовую, где на столе уже были расставлены чай, сладкие булочки с бобовой пастой и пшенная каша с грибами. В помещение сквозь открытые окна проникали утренняя прохлада и шепот листвы. Оттенки бежевого и древесно-коричневого навевали чувство покоя и равновесия.

– Названый дядя, ты будешь завтракать с нами?

Кай замер в дверях, с недоумением глядя на расположившегося за длинным столом старика. Он был одет в белый, как цветы яблони, халат с широкими рукавами, а его седые волосы были собраны у висков и закреплены нефритовой заколкой.

– Да, твои родители, между прочим, уже поели. Если бы ты пошевелился, то успел бы застать их.

Элеонора забыла, как дышать.

– Родители хотели провести совместную трапезу? – с подозрением уточнил Кай.

– Да, они чувствуют вину за то, что притащили Элеонору в чужой клан без должных пояснений, и хотели продемонстрировать жест доброй воли. Надеюсь, ты здесь не страдаешь? – спросил старик у Эленор.

– Н-нет… все хорошо… Простите, что задержала темного принца, я не знала, что владыка и владычица Ночи желали провести совместную трапезу. Обязательно принесу им извинения при встрече.

Названый дядя снисходительно улыбнулся.

– Не стоит, они не злопамятны. И это им стоит извиняться. – Он взмахнул рукой, подзывая их к себе. – Ну же, чего застыли на пороге? Проходите к столу.

Кай предостерегающе посмотрел на Элеонору, взглядом пытаясь передать сообщение: «Ни о чем с ним не говори». Когда они вдвоем заняли места напротив, названый дядя снова обратился к девушке:

– Я слышал, ты уже посещала тренировки и занятия. Как тебе в клане? Адепты не докучают?

– Нет, все хорошо.

– Правда? – Он усмехнулся. – А до меня дошли слухи, что ты едва не оказалась втянута в драку, да и в классе к тебе относятся недружелюбно из-за того, что ты светлый маг и попала сюда по неизвестным причинам.

У Элеоноры каша встала в горле. После слов названого дяди Кай бросил на нее такой тяжелый взгляд, что она забыла, как дышать.

«Можно ли это счесть за неосознанную месть? Он не рассказал ей свою правду, а она не поделилась своей».

– Э-эм… – неуверенно протянула Элеонора. – Я не привыкла заострять внимание на плохом. – Она неловко рассмеялась. – Я понимаю их недовольство и вполне могу его вытерпеть.

– Дядя, почему ты мне не рассказал? – процедил Кай.

– А должен был? Я не ваш третий друг-сплетник, да и ты ей не настолько близок, чтобы так волноваться, – скорее спросил, чем утвердил названый дядя; в его скрипучем, старческом голосе звучало лукавство. – Девочка справляется самостоятельно, я поинтересовался просто на случай, если нужна поддержка.

– Все в порядке, благодарю, – отозвалась Элеонора.

Названый дядя расплылся в улыбке, но в его взгляде, устремленном на Кая, читалось подозрение. Принц с хмурым видом уткнулся в тарелку и молча продолжил есть.

– Могу я спросить, к какому клану вы принадлежите? – Этот вопрос давно мучил Элеонору, но задать его не было возможности. – Пусть я не вижу вашей ауры за скрывающим барьером, но чувствую, что вы не темный маг.

Старик удивленно вздернул бровь.

– Чувствуешь?

– Да. В вас много света. Ты ведь тоже это чувствуешь? – Элеонора посмотрела на Кая.

Темный принц прищуренными глазами глянул на дядю, но, явно ничего не ощутив, странно покосился на Элеонору.

Старик хлопнул в ладоши.

– Прелестно! Ты можешь чувствовать мою силу, даже когда она скрыта. Удивительное совпадение, учитывая случившееся с вами двумя. Скажи мне, а в нашу прошлую встречу ты это тоже заметила?

– Нет. – Элеонора нахмурилась, мысленно перебирая события прошлого. До этого момента она не могла разобрать, какие силы скрывает старец, а сейчас у нее словно открылся третий глаз. Задумавшись, она вдруг поняла, что вся магия мира с недавних пор ощущалась как-то иначе.

– Интересно, – протянул названый дядя. – Позволишь мне после трапезы проверить твой пульс?

Элеонора не знала, почему ее об этом просят, но кивнула, не найдя причин для отказа.

Кай посмотрел на дядю.

– Могу я понаблюдать?

– А ты усидишь целый час в тишине, не беспокоя нас? – недоверчиво спросил старик.

– Конечно, можете мне верить.

Закончив трапезу, они перешли в гостиную, где названый дядя взял запястье Элеоноры и стал прислушиваться к потокам магии в ее теле. Тест позволял оценить уровень духовных сил заклинателя и его здоровье, выявить скрытые болезни, проблемы, искажение ци и многое другое – это была полноценная проверка души и тела, на основе которой делался общий вывод о состоянии человека.

Элеонора лежала на софе, уставившись в потолок и погрузившись в глубокие раздумья. Кай читал книгу поодаль, а названый дядя сидел рядом. Он прикрыл глаза, чтобы лучше сосредоточиться на деле, и даже пропустил через девушку часть своей магии, которая оказалась поразительно чистой и светлой.

«Как он стал названым дядей принца? – недоумевала Элеонора. – Светлый маг, затесавшийся в компанию темных… комфортно ли ему здесь? Откуда он? Клановые одежды не носит, значит, вольный заклинатель? А может быть, даже бессмертный? Так мастерски скрывать душу способны только бессмертные…»

– Я закончил.

Названый дядя убрал пальцы с чужого запястья. После часового лежания в одной позе рука Элеоноры затекла, и потому она пошевелила холодными пальцами.

– Вы что-нибудь расскажете мне?

– Твои настоящие силы начали пробуждаться и возросли. Думаю, с каждым днем ты будешь чувствовать мир все лучше, возможно, даже поймешь Кая.

– Настоящие силы? Пойму Кая?

– Да, – протянул названый дядя и обернулся к племяннику. – Он у нас особенный мальчик, – сказал он со смешком. – Кстати об особенностях, твой пульс я тоже хочу прощупать.

– Мой? – Кай вскинул брови. – Я не хочу. Это еще час здесь сидеть.

– Ну, никто не заставлял тебя быть здесь, пока я изучаю Элеонору. – Старик пожал плечами и медленно приблизился к Каю. – Будь послушным племянником.

С вымученным вздохом принц закатал рукав.

– Но зачем? Ты и так обо мне все знаешь, какой толк в этой проверке?

– Мне интересно, что скрывается у тебя внутри и изменилось ли оно. Хочу сравнить ваши с Элеонорой духовные потоки, а поскольку вы можете оказаться янтарем и морионом, то они должны быть похожи.

– Как светлый и темный потоки ци могут быть похожи?

– Если они части целого, то довольно легко. – Названый дядя взял запястье Кая. – Элеонора, можешь идти. Если почувствуешь прилив сил, не удивляйся и никому не рассказывай, кроме нас. Хорошо?

– Ладно… – неуверенно отозвалась та. Элеонора бы хотела узнать больше подробностей, но была не вправе требовать этого. Возможно, будь она менее воспитанной и более своевольной, то настояла бы, но вместо этого покорилась.

Смиренно вздохнув, она попрощалась и уже собралась направиться на занятия, как названый дядя внезапно сказал:

– Хотя, если хочешь, можешь остаться. С ним, – уточнил он.

Элеонора растерялась. Кай застыл, словно статуя.

– Я… не хочу…

– Не пытайся обмануть меня. – Старик махнул на Элеонору рукой. – Как бы вы ни пытались скрываться, я о вас все знаю, у меня глаза даже на стенах.

На мгновение воцарилась гробовая тишина.

– Дядя, о чем это ты? – пробурчал Кай.

– О вашей любви, конечно.

Принц резко дернул рукой, но чужие пальцы удержали его запястье.

– Разве я позволял отстраняться? – Старик нахмурился. – Не нервничай, я не осуждаю. Твои родители не знают, и даже старший дядя пока ничего не разведал, так что можешь быть спокоен.

– Вы следили… – процедил Кай.

– Конечно, я вечно за всеми слежу, ты знаешь.

Будь темный принц чайником, то он бы точно закипел с диким свистом – настолько выглядел недовольным.

– А младшие дяди знают?

– Нет, они нечасто с тобой встречаются, откуда им знать?

Кай скрипнул зубами, сетуя на свою неосмотрительность.

Элеонора хоть и удивилась, но такого гнева не испытывала – напротив, почувствовала облегчение от того, что им не стали запрещать общаться. Судя по тому, что названый дядя никому не рассказал, он и впрямь не возражал.

Она не пыталась объясниться или добавить что-то еще, а просто выполнила указание названого дяди. Элеонора аккуратно взяла с полки книгу и, присев за стол, раскрыла ее.

Темный принц какое-то время сверлил старика угрожающим взглядом, но, ощущая близость Элеоноры, вскоре расслабился. Рядом с ней Кай всегда быстрее успокаивался в любой, даже самой неприятной ситуации.

Оставшееся время они провели в безмятежной тишине.

– Так и думал, – выдохнул названый дядя, отпустив запястье Кая. Он отстранился, задумчиво потер пальцами подбородок и пробормотал: – Интересно, почему сейчас… Хм… – Старик посмотрел на ребят, которые ждали пояснений. – Сколько вам лет?

– Девятнадцать.

– Но скоро будет двадцать, – добавила Элеонора. – Мне уже в этом месяце.

Кай удивленно посмотрел на нее:

– Правда? Мне вроде тоже.

Заклинатели редко праздновали дни рождения, поскольку не считали это чем-то важным, а многие и вовсе не помнили даты. Ни Элеонора, ни Кай за годы дружбы взросление не отмечали.

– Двадцать? – пробурчал названый дядя себе под нос. – Двадцать, двадцать… Что-то такое было, когда ты… М-м… – Вдруг он ахнул и вскочил на ноги. – Мне надо поговорить с твоим отцом! Память меня совсем подводит.

Кай не успел даже вставить слово, как названый дядя оставил их – испарился так быстро, словно оседлал ветер.

– При чем здесь наш возраст? – спросила Элеонора, глядя на захлопнувшуюся дверь.

– Не знаю. – Кай замолчал, а через несколько минут раздумий обернулся на Элеонору: – У тебя нет воспоминаний, связанных с числом двадцать?

# Примечания

1

Демон ранга «сошка», древнейший из демонов-снов, который был близок к владыке демонов и оказался поглощен владыкой тьмы. Путешествовал по миру грез, где овладевал сознаниями спящих, ввиду чего много знал и много видел, со многими общался. – Здесь и далее прим. автора.