Джосс Вуд
Два шага навстречу любви

Crossing Two Little Lines

Copyright © 2022 by Joss Wood

«Два шага навстречу любви» © «Центрполиграф», 2024

© Перевод и издание на русском языке, «Центрполиграф», 2024

* * *

Глава 1

– Будь добр, прекрати являться ко мне без предупреждения!

Джейми Бэколл-Меткалф покачала головой, глядя на брата, который сидел за столиком у нее на кухне, пил ее кофе и смотрел в экран ее планшета. Грег, старше всего на одиннадцать месяцев, был одет в шорты, кроссовки и не слишком свежую футболку. Вспотевшие волосы потемнели.

– Я дала тебе ключ для экстренных случаев, а не для того, чтобы ты пользовался моей квартирой как местом отдыха во время пробежек, – напомнила ему Джейми, стараясь не повышать голоса.

Оба они прекрасно понимали: она упрекает его потому, что считает, что так надо, а вовсе не потому, что ей хочется, чтобы он перестал к ней заходить. Брата она обожала. Он и его жена Чарлин были ее лучшими друзьями.

Посмотрев на его грязную футболку, она вздохнула:

– А ты не мог бы сначала заходить домой, принимать душ и только потом вламываться ко мне? – Она потянулась за кофейной чашкой.

Грег, не глядя, похлопал ладонью по столешнице в поисках своей чашки. Он по-прежнему не сводил взгляда с планшета.

– Чарлин любит, когда я чистый и свежий. Такой у нее пунктик.

– Кстати, у меня такой же, – напомнила Джейми, подходя к нему и глядя в экран через его плечо. – Что тебя так заинтересовало?

Грег поднял палец, прося ее подождать. Джейми отпила кофе и позволила себе полюбоваться фото какого-то красавца тридцати с чем-то лет. Квадратная челюсть, прямой нос, чувственные губы, каштановые волосы с натуральными светлыми прядями… Щетина – не слишком густая. Но больше всего ее привлекли его глаза. Они были ярко-синие, цвета крыльев бабочки морфо. И, как у бабочки, ярко-синие радужки были окружены черными кольцами. Если и фигура у него под стать лицу, его можно снимать в рекламе. Кто он такой и как с ним можно связаться? Обаятельных, мужественных красавцев, которые умеют выглядеть одновременно изысканными и спортивными, найти нелегко!

Грег отодвинул планшет и удобнее развалился на стуле, проведя ладонью по своим темно-каштановым волосам, таким же, как у сестры. Джейми села с ним рядом и кивнула на потемневший экран:

– Итак, что там?

«И кто тот парень?»

Джейми не сразу сообразила, почему так разволновалась. Ну и дела! Значит, она все-таки не иссохшая оболочка женщины. Приятно сознавать…

– Я читал статью о Роуэне Купере.

Грег говорил так, словно сестра должна была знать, кто такой Роуэн Купер.

– Кто он? – Джейми пожала плечами.

Грег закатил глаза:

– «Купер констракшн»! Он построил новую больницу!

– Грегори, ты архитектор и знаешь строителей. У меня рекламное агентство, помнишь? Кстати, я была бы не против, если бы Купер снялся у меня в рекламе… А почему про него написали? – спросила Джейми.

Грег долил себе кофе.

– Недавно он задержался на стройплощадке и шел к своей машине, как вдруг увидел, как какие-то отморозки напали на студента. Их было трое против одного, студент скорчился на земле, а они били его ногами. Купер вмешался и в одиночку уложил всех троих грабителей… Позже выяснилось, что парень, на которого они напали, – сын губернатора. Теперь Купера восхваляют, как героя.

Картина прояснилась. Губернатор Карстен был близким другом ее родителей; ему принадлежала та самая газета, в которой написали про подвиг Купера. Купер спас ему жизнь. У тех отморозков были ножи, и они собирались пустить их в ход.

«Хорошо, что он там оказался», – подумала Джейми. Грег прислонился к столешнице и посмотрел на нее, прищурившись:

– Сменим тему! Как поживаешь, Джеймс Джессами?

Джейми нахмурилась, как всегда, когда брат называл ее полным именем. О чем только думали их родители? Хорошо, что в семье ее называли просто Джейми.

– Хорошо, Грегори Майкл Генри.

Она прекрасно понимала, что братец имеет в виду, так как лицо у него сделалось озабоченным. Через месяц будет пять лет, как умер ее муж, и все родственники в такое время чаще проверяют, как она себя чувствует. Ей хотелось признаться, что годовщины смерти Кейдена по-прежнему тягостны. Не проходило ни одного дня, чтобы она не думала о Кейдене и не проживала заново тот несчастный случай. Сейчас она чувствовала себя такой же виноватой, как и пять лет назад. Вина не накрывала ее волнами, она присутствовала в ее жизни постоянно. Из-за нее машина перевернулась, из-за нее умер Кейден…

– Я в полном порядке, братишка, – солгала она.

– Ничего подобного.

Конечно, она не в порядке. Но можно же притвориться…

Роуэн Купер допил виски и ссутулился. Жаль, что нельзя снять смокинг и развязать галстук. Пока его компаньон занудно рассказывал о своих проблемах, Роуэн отвернул манжету и как бы невзначай посмотрел на часы «Патек Филипп акванавт», расточительство, которое он недавно себе позволил. Он с трудом удержался от вздоха облегчения. Почти одиннадцать; скоро можно будет уйти со скучного благотворительного ужина, одной из устроительниц которого была жена губернатора.

Он сделал солидный взнос, хотя и не мог вспомнить, на что именно. На борьбу с детским раком?

На бездомных? Надо внимательнее слушать… а лучше не ходить на такие мероприятия, наводящие тоску.

«Лучше второй вариант…»

Роуэн попрощался со своим собеседником и зашагал к выходу; несколько раз с ним пытались заговорить, но он извинялся и качал головой. Не так давно он был всего лишь одним из многих. Владелец строительной компании, хоть и богач, он не вхож в избранные круги мэрилендского общества. После того как он спас сына губернатора, глава города пригласил его на ужин в свой особняк, затем потоком полились приглашения на разные приемы и ужины в лучших домах штата.

Совсем неплохо для мальчишки из Уэст-Гарфилд-Парк, криминального района Чикаго.

Он не дурак, знает правила игры. Знакомства с людьми, которые принимают решения, очень важны. Они упрощают жизнь…

Роуэн вышел из бального зала, с трудом удерживаясь от того, чтобы не распустить галстук, и направился к лифтам в дальнем конце коридора. Время не потрачено впустую. Он узнал о земельном участке на окраине города, который собирались отвести под застройку, узнал и о том, что вскоре планируют построить новый корпус завода по производству пластика. Его интересовали и участок, и завод; сегодня он побеседовал с нужными людьми. Неплохой результат для одного вечера. Конечно, у всего есть плюсы и минусы. Пришлось вежливо отказываться от приглашений на ужин, предложений выпить, провести вместе ночь…

Он нажал кнопку вызова лифта, потер затылок и вздохнул, услышав, что его окликает по имени женский голос.

Шона… как ее там? Они несколько раз встретились, но, когда она намекнула, что ему пора познакомиться с ее родными, он поспешно ретировался.

Он не из тех, кто знакомится с родителями. Способен отвечать лишь за свою компанию – «Купер констракшн». Работа – его единственная любовь.

– Шона… – Роуэн поморщился, когда она встала на цыпочки и расцеловала его в обе щеки. Потом шутливо хлопнула по груди:

– Как я рада, что мы встретились! Я тебя целую вечность не видела… Ты что, сменил номер телефона? Я тебе оставила кучу сообщений.

Роуэн пытался придумать, как отделаться от нее, не ранив ее чувства, когда вдруг почувствовал у себя на спине незнакомую руку. Круто развернувшись, он увидел перед собой брюнетку с глазами цвета черной вишни, одетую в облегающее серебристое платье, расшитое бисером. Вокруг нее витал легкий и манящий аромат духов. Незнакомка взяла его за руку и прижалась головой к его плечу.

Сердце екнуло у него в груди. Странно! Раньше с ним такого не случалось.

– Вот ты где! Прости, мне нужно было поговорить с Терри. Он передает тебе привет, – сказала она, запрокидывая лицо и с улыбкой глядя на него.

Роуэн не сразу сообразил, что Терри зовут губернатора.

Безупречная кожа, огромные глаза, женственная фигура… она настоящая красавица!

Незнакомка на миг нахмурилась и повернулась к Шоне – та совсем растерялась.

– Шона, как у тебя дела? Как твои родители?

Шона открыла было рот, но красавица ее опередила:

– Пожалуйста, передай им от меня привет. А сейчас нам пора. – Она хлопнула ладонью по закрывающейся двери лифта и потянула Роуэна за рукав:

– Детка, у меня на льду стоит бутылка «Моэт», а в холодильнике есть взбитые сливки и клубника.

Клубника и сливки? Шампанское? Да, он без труда представил, как покрывает ее кожу сливками, а потом слизывает их. Окунает клубнику в шампанское и кормит ее, а она раздвигает свои чувственные губы…

– Да, конечно! – отозвался он.

Роуэн позволил ей затащить себя в кабину лифта и оглянулся. Шона не сводила с них взгляда. Ее нижняя губа дрожала. Он славился своей жесткостью, и все же при виде ее лица сердце у него сжалось. Он уже собирался что-то сказать, но красавица крепче сжала ему руку:

– Не вздумай! Она притворяется.

Что ж, тогда…

Дверцы лифта закрылись, и Роуэн провел свободной рукой по волосам. Ему показалось, будто он очутился в странном новом мире.

Прекрасном, но странном.

О чем она только думала, когда пыталась спасти очень высокого и очень горячего Роуэна Купера?

Нужно ли было его спасать? Может, он хотел увезти Шону к себе, а она нарушила его планы. Джейми переминалась с ноги на ногу, но не отстранялась – его рука была такой теплой!

Она подняла голову, заглянула в его бездонные синие глаза и вздохнула. Его лицо оставалось совершенно непроницаемым. Джейми представить себе не могла, что творится у него в голове, но ей показалось, что уголки его губ дернулись в намеке на улыбку.

Что ж, по крайней мере, он на нее не злится.

Джейми посмотрела на их соединенные руки:

– Теперь можешь меня отпустить.

– Извини. – Он проследил за ее взглядом и немедленно выпустил ее.

– Не за что извиняться. Ведь я сама затащила тебя сюда, – ответила Джейми и состроила гримаску. – Или я все поняла неправильно и тебя не нужно было спасать?

Наконец его суровый рот расплылся в улыбке.

– Меня никогда не нужно спасать, но спасибо за то, что попыталась.

Она склонила голову набок. Он говорил правду. Выглядел он сильным и властным. Судя по его умным глазам, нет такого положения, из которого он не способен выбраться сам.

Откровенно говоря, Джейми почувствовала себя дурой. Она бросилась к нему на помощь, но может быть, напрасно?

– Извини, если испортила тебе вечер.

– Не испортила. Я направлялся домой, – ответил он, ухитрившись ничего не сказать о ситуации.

Почему рядом с ним она сама не своя? Джейми постоянно встречалась с красивыми мужчинами – и на работе, и на таких вот благотворительных приемах, которые время от времени посещала, – но ни с кем еще ей не становилось жарко в таких местах, которые уже давно не ощущали жара.

Она сразу узнала его, вспомнив статью, которую читал Грег полтора месяца назад. В жизни он выглядел еще лучше, чем на фото; из-за того, что не могла отвести от него взгляда, она невольно подмечала, как меняется выражение его лица – от внимательного до унылого и скучающего. Вот почему от нее не укрылось, что рядом с Шоной ему было не по себе.

Не слишком ли много она думает о нем? Джейми захотелось выйти из лифта и оказаться как можно дальше от непроницаемого Роуэна Купера. Она так привыкла к своему кокону, сотканному из чувства вины и горя! После того что случилось с Кейденом, ей безопаснее держать дистанцию и ни с кем не сближаться.

И все же она заглянула Роуэну в глаза, и…

Бабах!

Она чувствовала, словно вокруг них летают искры, и с ней такое произошло впервые. Внутренний голос призывал обвить руки вокруг его сильной, загорелой шеи и попробовать губы на вкус. Она не могла прожить больше ни секунды, не узнав, в самом ли деле он так опасен, как та подозревала…

Его взгляд тоже переместился на ее губы. Джейми почувствовала – скорее почувствовала, а не услышала, – как он вздыхает; его глаза потемнели, стали темно-синими. Она невольно задержала дыхание, когда он склонился к… панели у нее за спиной.

– Насколько я понимаю, тебе в фойе? – вежливо осведомился Роуэн.

Проклятие! Она воображала страстный поцелуй, а ему не терпится отделаться от нее.

«Ну просто класс, Джейми! Фантазия у тебя разыгралась не на шутку…»

– На подземную парковку, – ответила она, чувствуя, как краснеет, и ненавидя себя за это.

– Странно! – Роуэн посмотрел на панель с кнопками и сдвинул брови.

– Что?

– Мы поднимаемся, а не спускаемся. И цифры скачут.

Пол кабины дернулся; лифт ненадолго замер и снова пополз вверх. Роуэн нажала кнопку следующего этажа.

– Лучше остановиться и пересесть в другой лифт.

– Хорошо, – согласилась Джейми.

Лифт снова начал спускаться.

– Восьмой, седьмой, шестой, пятый… – считала Джейми.

Она ждала, пока лифт остановится и выпустит их. Кабина снова дернулась и остановилась.

– Черт, – пробормотал Роуэн.

Он развернулся к Джейми и пожал плечами:

– Возможно, придется провести здесь какое-то время. Скорее всего, проблема со всеми лифтами… и к нам доберутся не сразу.

Просто потрясающе!

Глава 2

Роуэн закончил разговаривать по телефону и поморщился. Убрав смартфон в карман брюк, он встретился взглядом с красавицей:

– Так я и думал – все лифты вышли из строя. Вначале из здания выведут стариков и детей. Боюсь, нас будут спасать в последнюю очередь.

К его удивлению, она лишь пожала плечами, а потом согнула правую ногу в колене.

– Если уж придется провести здесь какое-то время, сначала избавлюсь от орудий пытки.

Роуэн прекрасно ее понимал. Он снял смокинг, распустил узел на галстуке и расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Наконец-то можно дышать! Вывернув смокинг наизнанку, он бросил его на пол кабины.

– Не стоит пачкать такое красивое платье. Похоже, стирать его очень трудно, так что садись на мой смокинг.

Она наградила его благодарным взглядом, проведя ладонью по расшитому бисером корсажу.

– Спасибо! Да, стирать его настоящая морока, но дело того стоит. Мне не следовало надевать его, но каждые несколько лет я достаю платье, снова влюбляюсь и надеваю – просто не могу устоять.

Она села на смокинг, прислонилась к стене кабины и вытянула ноги. Он заметил у нее на лодыжке крошечную татуировку в виде шмеля; ногти на ногах были покрыты перламутрово-розовым лаком.

Роуэн опустился на пол с ней рядом, сохраняя между ними приличное расстояние.

Еще раз заглянув в ее необыкновенные глаза, он понял, что нельзя про себя весь вечер называть ее просто Красавица.

– Я не расслышал, как тебя зовут.

– Джейми Бэколл-Меткалф.

Джейми… это имя ей шло. Он с озадаченным видом посмотрел на ее платье:

– Прости, я не понял, почему тебе не следовало надевать это платье. Ты что, его украла? Взяла поносить без спросу?

Роуэн сам удивлялся своим словам; он редко так много говорил, и никогда – с посторонними. Правда, посторонними для него были большинство людей.

Ее смех оказался на удивление низким и очень сексуальным.

– Нет, я не украла его и не взяла поносить, – ответила она, разглаживая ткань на своих стройных бедрах. – Просто его сшили в двадцатых годах прошлого века… ему около ста лет.

– В самом деле? – Роуэн повернулся к ней и заглянул в глаза. Платье выглядело так, словно его сшили вчера.

Она кивнула и вздохнула:

– Обожаю старую одежду, винтажные украшения, двадцатые и тридцатые годы прошлого века. Сегодня я едва не опрокинула на себя бокал с красным вином. Поэтому я решила, что пора уходить.

Роуэн заметил искру в ее глазах и понял, что она сказала правду… но не всю.

– Что еще произошло сегодня?

Ее поразительные глаза расширились, затем прищурились.

– Откуда ты знаешь, что сегодня произошло что-то еще?

Он мог бы сказать ей: за шесть лет, проведенных в приемных семьях, он научился считывать мимику и жесты. Его не раз спасала способность замечать малейшие перемены в чьих-то глазах, плечах и положении губ. Но объяснять он ничего не стал. Никто не знал и никогда не узнает о его прошлом.

Она машинально покручивала толстое золотое кольцо на безымянном пальце правой руки. На левой руке, слава богу, колец не было. Отчего-то не хотелось, чтобы у нее оказался муж, жених или спутник жизни, который ждет ее дома.

Почему? Вот бы знать…

– Так что еще произошло сегодня? – повторил он.

Джейми положила руки на колени и прислонилась затылком к стене. Потом развернулась к нему и поморщилась:

– Я была с родителями и бабушкой, один тип, который сидел за нашим столиком, пригласил меня поужинать с ним. Я старалась изящно отказаться от приглашения, но родственники давили, чтобы я согласилась. Поэтому я опрокинула бокал с вином, чтобы был повод уйти… – Она вздохнула. – Я все время твержу родным, что мне и одной неплохо, но они считают, что пора снова сесть в седло.

Он нахмурился. Какое еще седло?

– Что, прости?

Джейми посмотрела на свои руки:

– Я долго ни с кем не встречалась, а они хотят, чтобы я снова ходила на свидания. – Она досадливо вздохнула. – И это правда только отчасти. Родные хотят, чтобы я встречалась, вышла замуж, родила ребенка, потому что я – единственная надежда на сохранение династии.

Роуэн поморщился. Он никогда не ощущал на себе давления семьи, но, судя по ее словам, ничего забавного в этом не было.

– Неужели передача фамильных генов настолько важна? Или у тебя есть редкая генетическая особенность, которая нужна миру?

Она расхохоталась, и у него сдавило горло, внизу живота стало тепло. Когда он в последний раз смешил женщину? Много лет назад? Никогда?

– К сожалению, ничего из того, что ты сказал. Ты слышал о Бэколлах?

Конечно. О Бэколлах слышали все жители Аннаполиса. Владельцы медиаимперии; кроме того, они занимались высокими технологиями. Так называемые «старые деньги». В жилах Бэколлов течет самая голубая кровь из всех благородных семей Мэриленда.

– Конечно, я слышал о Бэколлах, но, когда ты назвала свою фамилию, первым мне пришел в голову Грег Бэколл. Он невероятный архитектор, который специализируется на проектировании экологичных зданий.

Ее глаза зажглись радостью.

– Грег мой брат. Да, он просто чудо, но иногда бывает настоящей занозой в заднице.

Джейми ласково улыбнулась, и Роуэн немного позавидовал. Как бы ему хотелось, чтобы у него были брат или сестра! Более того, ему бы хотелось заботливых и любящих родителей. Но семья для него давно стала чем-то несбыточным. Люди имели обыкновение его бросать. Ему суждено прожить жизнь в одиночестве.

– Разве твой брат не может продолжить династию? – спросил он.

– Хотя Грег женат, они с женой не хотят детей. Поэтому я – последняя надежда для мамы и бабушки. Обе они одержимы мыслью о младенце, над которым можно ворковать, – ответила она.

Следующий его вопрос вырвался сам собой. Любопытство прожигало дыру у него в голове.

– Два вопроса… Почему дома тебя не ждет мистер Джейми? И… ты хочешь детей?

Роуэн заметил, как сверкнули ее глаза, увидел, как она сжала зубы.

– Долго рассказывать… нет, я тоже не хочу детей.

Вот теперь она лжет. Он склонил голову набок:

– Правда?

Джейми кивнула:

– Да. Дети меня не интересуют.

Заметив, как она упорно не смотрит ему в глаза, он понял: она кривит душой.

Сам он терпеть не мог, когда кто-то слишком настырно лез в его жизнь, поэтому решил не давить на нее. Ее тело – ее дело. И разочарование ее матери и бабушки.

– Как же я проголодалась! – заметила Джейми, тяжело вздохнув. Как будто в подтверждение ее слов, у нее забурчало в животе.

Роуэн широко улыбнулся, заметив, как она покраснела.

Джейми согнула ноги в коленях и уперлась в них локтями.

– Отвлеки меня, Купер!

Их взгляды встретились, и его потянуло к ней. Ее глаза горели желанием. Дыхание у нее участилось, плечи напряглись. Он не мог не заметить румянца у нее на щеках и пульсации жилки на шее. Еще одна подсказка: отвердели соски под крошечными бисеринками на корсаже платья. Ее так же влекло к нему, как его – к ней.

Достаточно чуть наклониться, и он зацелует ее до бесчувствия… И как же ему этого хотелось! Он нисколько не сомневался в том, что она не станет возражать. Если они реагируют друг на друга так, как ему кажется – словно вот-вот расплавятся, – возможно, дело зашло слишком далеко, что неразумно. Особенно в кабине лифта…

Поэтому он решил поискать нейтральную тему.

– Откуда ты меня знаешь? – Он тут же сообразил и нахмурился: – Проклятая статья!

– Да, – кивнула Джейми. – Я посещаю всякие благотворительные приемы с детства, но раньше никогда тебя на них не видела. Насколько я понимаю, твоя популярность – следствие благодарности губернатора?

– Точно!

– И ты здесь, потому что знакомство с влиятельными людьми поможет тебе в работе.

Джейми покосилась на его часы. Роуэн понимал: ей любопытно, зачем ему чья-то помощь, раз он может себе позволить самые дорогие часы в мире. Интересно, понимает ли она, что дело вовсе не в деньгах?

Понимает ли, что приглашение на подобные приемы подобно вступлению в эксклюзивный клуб? Для человека вроде него, который не родился с серебряной ложкой во рту, приглашения такого рода не существовали – до случайной встречи с сыном губернатора.

Более крупные и более выгодные и престижные контракты раньше тоже были вне пределов его досягаемости.

– Иногда дело не в том, что ты знаешь, а в том, кого ты знаешь, – ответил он. – Я много работаю, и я не дурак, но иногда этого недостаточно. – Развивать тему ему не хотелось. Он и так слишком много болтает.

– Я поняла. Папу очень злят сливки Аннаполиса. Он говорит, что местные избранные предпочитают вести дела с некомпетентными, бездарными лентяями только потому, что с ними вместе учились в дорогих частных школах или играли в поло.

– По-моему, мне бы понравился твой отец.

– Возможно, – кивнула Джейми. – Несмотря на то что он – пятое поколение тех, кто возглавляет «Бэколл медиа», трудно встретить более скромного человека. Снобов он на дух не переносит. Мама тоже женщина простая, но вот бабушка!.. – Джейми в отчаянии вскинула руки вверх. – Мягко говоря, ее можно назвать вдовствующей графиней Кроули из Аннаполиса.

– Кем?!

– Ты не смотрел сериал «Аббатство Даунтон»? – Она покачала головой.

– Я вообще не включаю телевизор, – ответил Роуэн, словно оправдываясь.

– Никогда?

– Время от времени смотрю матчи… и новости.

– Как же ты расслабляешься, отдыхаешь? – осведомилась она.

Он никогда не отдыхал.

– Занимаюсь на тренажерах, иногда читаю. – Правда, он не мог вспомнить, когда в последний раз читал удовольствия ради… – В основном я работаю.

Судя по выражению ее лица, Роуэн показался ей очень скучным. И она недалека от истины. Поняв, что нужно снова сменить тему, он спросил:

– А тебе нравится бывать на этих приемах?

– Не очень. – Она наморщила нос. – Но от меня ждут, что я покажусь. Не хочу хвастать, но мои родные – люди влиятельные, а я – то, что называют «выгодная партия». Хорошая, обеспеченная семья… да и выгляжу я сравнительно неплохо.

Если «сравнительно неплохо» – эвфемизм для «потрясающая красавица», что ж, так тому и быть.

– Но я не наивна и понимаю: большинство мужчин, которые приглашают меня куда-то, больше интересуются фамильным состоянием и связями, чем мной.

Он подумал, что она недооценивает свою притягательность, но вполне понимал ход ее рассуждений. Сам он никогда не знал, почему его осаждают женщины – потому, что он богач или потому, что его лицо часто мелькает на первых полосах.

Никто не знал, какой он на самом деле. Главным образом, потому, что он никому не позволял узнать себя лучше.

Роуэн держал всех на расстоянии, а если на него давили, признавал, что не развит эмоционально. Можно ли винить его за то, что он такой? С самого детства, стоило ему к кому-то привязаться – к социальным работникам, к учителям, к друзьям или к приемным родителям, – их у него так или иначе забирали.

Защищаясь, он никогда не поощрял разговоры на личные темы… до последних минут. С Джейми он разоткровенничался, но только потому, что они застряли в лифте. Молчать было бы странно. Он неразговорчив и необщителен, но он не псих… наверное.

– Жаль, что нельзя повесить на себя вывеску «Снята с продажи». Мне хочется остаться одной. Я не стремлюсь ходить на свидания, вступать в отношения или становиться половинкой пары.

Ух ты! Смелое заявление. А поскольку говорила она искренне, он ей поверил. Она ни в чем не пыталась его убедить. Перед ним женщина, которая ценит свою свободу и свое одиночество.

Джейми ткнула его локтем в бок:

– Готова поспорить, у тебя тоже от женщин отбоя нет! Даже здесь, даже сегодня!

Роуэн не любил хвастать, поэтому просто пожал плечами.

Джейми улыбнулась и снова ткнула его локтем в бок:

– Да-да, не отпирайся!

Он и не отпирался.

После молчания, на удивление уютного, Джейми заговорила снова, криво улыбнувшись:

– Вот, пожалуйста, мы застряли в лифте, заплатив кучу денег за билет на благотворительный ужин. Мы пили дорогое шампанское, ели дорогие закуски…

– Еды было совсем немного, – уточнил Роуэн.

Она кивнула:

– И все же еда была изысканной. А теперь мы жалуемся на то, что многие мечтают встречаться с нами. По-моему, мы просто нытики! Такие проблемы, как у нас, свойственны лишь одному проценту богатых людей.

Да, так и есть. Но он поднялся из бедности, понимал, что значит ничего не иметь, не есть день или два, выкручиваться, чтобы заплатить за жилье.

– Я тебя понимаю, но богатство не защищает от одиночества, от проблем, от чувств, а в твоем случае – еще и от назойливых родственников.

Их взгляды встретились. От Роуэна не укрылось, как ее глаза темнеют от желания. Сердце у него забилось чаще, когда на ее губах заиграла неподдельная улыбка.

– Очень глубокое суждение, Купер.

– Я на самом деле очень глубокий.

– Правда? – прошептала она, переводя взгляд с его губ на глаза и обратно.

– Да. А еще я очень хочу тебя поцеловать.

Джейми полуобернулась к нему и закинула руку ему на шею, притягивая его к себе.

– Так целуй!

Роуэн не стал медлить. Он накрыл ее губы своими, пробуя их на вкус. Какие они нежные! Он погладил ее по щеке, слегка склонив ей голову, куснул ее пухлую нижнюю губу и провел подушечкой пальца по высокой скуле. Изнывая от желания, провел по ее губам языком, и она приоткрыла рот, впуская его.

Несколько минут они обменивались неспешными, ленивыми поцелуями; она зарылась пальцами в его волосы, он притягивал ее к себе. Дальнейшему мешало их положение. Роуэну хотелось, чтобы ее груди упирались ему в грудь, чтобы она чувствовала его возбуждение… Не думая, он обхватил ее за талию и рывком посадил к себе на колени… Затрещала материя, и он вздрогнул.

– Черт! Что с твоим платьем? – испугался Роуэн.

Джейми опустила голову и ахнула, заметив в вырезе длинную прореху.

– Ничего себе!

– Ох, прости меня!

Она пожала плечами; казалось, ей все равно.

– Порвалось по шву. Не сомневаюсь, его можно зашить. – Она положила руку ему на щеку и провела пальцем по нижней губе. – На чем мы остановились? По-моему, вот на этом… – Джейми снова прильнула к нему.

У Роуэна закружилась голова; он прижал Джейми к себе, собираясь взять все, что она предлагала.

Он наслаждался ее ароматом, вкусом, радовался ощущению ее стройного тела в своих объятиях. Хрупкая, сексуальная – и такая женственная. Он взял в руку ее грудь и вздохнул, когда она выгнула спину, чтобы ему было удобнее.

Да, Джейми его хочет. Голова у него пошла кругом…

Не отрываясь от ее губ, Роуэн подразнил пальцем ее сосок.

– Ребята, бригада уже идет к вам. Скоро вас вытащат. Спасибо за терпение!

Услышав голос в динамике, Роуэн поморщился. Он вспомнил, что в наши дни почти во всех лифтах есть камеры, которые передают изображение в комнату охраны. Да, кто-то сейчас наслаждается зрелищем!

Роуэн отпрянул от девушки, ударился головой о стенку кабины и выругался – как он надеялся, неразборчиво. Он похлопал Джейми по бедру и осторожно снял с себя, а затем встал. Протянув руку, помог встать и ей. Платье оказалось порвано сильнее, чем ему казалось.

Он смутился.

– Прости за платье. Уж лучше бы ты пролила на него красное вино!

Джейми поморщилась:

– Хорошо, что я знаю по-настоящему хорошую портниху.

– Я заплачу за ремонт, – предложил Роуэн, наклоняясь за смокингом. Достал из кармана бумажник, в котором лежали кредитные карты и брелок от машины. Сунув то и другое в карманы брюк, он накинул смокинг Джейми на плечи. – Вот, надень.

Джейми продела руки в рукава; его смокинг доходил ей до середины бедра. Она взмахнула руками; полы смокинга взлетели вверх. Он осторожно закатал ей рукава.

Джейми изумленно смотрела на него:

– У тебя неплохо получается! Видимо, ты хороший руководитель.

Да, он на это надеялся. «Когда за тобой некому присмотреть, ты берешь дело в свои руки и сам заботишься о себе. А потом заботишься о тех, кто младше и меньше тебя». В этом он разбирался – он так жил.

– Ребята, мы идем, – произнес голос с другой стороны кабины.

Роуэн подобрал с пола туфли и сумку Джейми и прошептал ей на ухо:

– Ничего забавнее в лифте у меня не было – ни разу.

Джейми наградила его лучезарной улыбкой:

– У меня тоже. – Она положила руку ему на плечо и сжала. – Спасибо, что не испортил дело приглашением поужинать и не спросил, увидимся ли мы еще раз.

Он как раз собирался спросить именно это… Проклятие!

– Зато мы целовались, – напомнил он. – И очевидно, что нас тянет друг к другу.

– Да, и поцелуй был фантастический, но… – Она пожала плечами.

– Тебя это не интересует?

Джейми покачала головой.

– О, нет! Интересует! Готова ли я? Нет.

Роуэн услышал грусть в ее голосе и задумался. Почему такая печаль у нее в глазах?

– Ты когда-нибудь будешь готова? – спросил он. Хотя понятия не имел, почему спрашивает. Ему самому не нужны отношения – ни с ней, ни с кем-то еще.

– Наверное, нет, – ответила Джейми.

Она снова сжала ему плечо и, привстав, поцеловала в уголок рта. Потом дверцы лифта разъехались в стороны, и они увидели улыбающиеся лица спасателей. Их кабина находилась по меньшей мере на два фута ниже коридора.

Младший из двух спасателей широко улыбнулся Джейми и протянул к ней руки:

– Хватайтесь, и я вас вытащу.

– Я сам, – сухо ответил Роуэн.

Стоя рядом с Джейми, он обхватил ее за талию и без труда приподнял. Скоро она уже стояла в коридоре. Он передал ей сумку и туфли, а потом подтянулся сам.

– Спасибо, ребята! – сказала Джейми спасателям.

Роуэн придержал ее за локоть, пока она надевала туфли, потом проводил до двери, выходящей на лестницу. Вниз спускалась целая вереница людей; они двигались осторожно, бочком.

– Похоже, родители застряли в другой кабине! – воскликнула Джейми, указывая на высокого безупречно одетого мужчину и его красивую жену, которая немного напоминала Джейми. – Я пойду к ним.

Их совместное времяпровождение закончилось. Роуэн быстро пожал ей руку:

– Если я когда-нибудь снова застряну в лифте, надеюсь, это будет с тобой.

Она наградила его еще одной ослепительной улыбкой и кивнула:

– Да, Купер, застрять с тобой приятно.

Потом она – и его смокинг – ушли из его жизни.

Глава 3

Две недели спустя Джейми вошла в приемную «Купер констракшн», красивого, модного офиса в многоэтажном здании в центре Аннаполиса, и огляделась, рассматривая шикарные диваны и произведения современного искусства на стенах. За гранитной столешницей ресепшен стоял настоящий качок – бритый, в дорогом костюме, с наушником рации в ухе. Он поднял палец, прося ее подождать. Джейми кивнула и подошла к широкому окну, выходящему на оживленную улицу внизу.

Пакет из химчистки, в котором лежал смокинг Роуэна, она положила на спинку стула. Посмотрела на часы. Без десяти шесть. Ей не следует здесь находиться. У нее куча работы, а вечером родители ждут ее к ужину.

Родные постоянно следили за ее состоянием, тревожились за нее. Не тяготит ли ее одиночество?

Как она справляется?

Джейми любила покойного мужа, несмотря на то что у них были проблемы. Да, она по-прежнему чувствовала себя виноватой; так будет всегда. Но она вовсе не страдает. К сожалению, мама и бабушка считают, что ей станет легче только в новых отношениях.

Не бывать этому!

Если они узнают, что она целовалась с Роуэном, то наверняка разволнуются. В глубине души ей хотелось с ними поделиться. Однако будет лучше сохранить поцелуй в секрете. Он стал полной неожиданностью, а еще… чудесным и восхитительным.

В его объятиях Джейми испытала небывалые ощущения. Он излучал жар; она наслаждалась его мужским ароматом, смешанным с ароматом дорогого одеколона. Радовалась его великолепной фигуре и чувственным губам. Она могла бы целовать его тысячу лет! Мир вокруг застыл, остались лишь они вдвоем. Тот мир был наполнен яркими красками, острыми ощущениями… жаром.

Громкий звонок телефона вернул Джейми в настоящее, и она покачала головой. Что она собиралась сделать? Ах да.

Она собиралась отправить маме эсэмэску.

«Сегодня не получится. Простите». Через десять секунд она получила ответ: «Жду тебя к восьми. Ни минутой позже. Люблю тебя!» Ох… Мама отличалась упорством.

Джейми пролистала входящие сообщения и увидела два приглашения на благотворительные мероприятия. Она вздохнула. Родители будут разочарованы, если та не появится на частном пляжном пикнике у Гордонов – изысканной вечеринке «для своих» человек на сто, и на вечере по случаю тридцатилетия свадьбы Джексонов. Бэколлы, Гордоны и Джексоны дружили на протяжении нескольких поколений.

Она ходила в те же школы, что и их дети. Ее ждут, и, если она придет, как обычно, одна, у нее за спиной, как обычно, будут кудахтать: «Бедняжка Джейми! Она так и не оправилась, знаете ли… У нее никого не было с тех пор, как умер Кейден…»

Она сомневалась, что у нее кто-то появится.

Джейми приложила ладонь к стеклу, без труда представив себе лицо Кейдена, его зеленые глаза, рыжевато-золотистую щетину на щеках и подбородке. Он был весельчаком… Она надеялась, что их дети унаследуют его темно-рыжие волосы.

Их дети… Дети, которых у них никогда не будет.

Именно из-за того, что у них не было детей, они поссорились, когда ехали отдыхать на выходные. Джейми уже не помнила, как началась ссора, зато помнила, что кричала, чтобы он прекратил повторять одно и то же. Кейден в ответ тоже повысил голос и невольно повернулся к ней. Не вписался в поворот, и машину занесло на скользкой дороге…

Она прекрасно помнила скрежет металла и запах крови. Когда мир вокруг перестал вращаться, она не сводила взгляда с лица Кейдена. До конца жизни она запомнит его хриплое дыхание. Потом свет в его глазах погас, и он ушел…

– Джейми!

Она круто развернулась, приложив руку к груди, и увидела, что в нескольких шагах от нее с озадаченным видом стоит Роуэн. Чувство вины, печаль и грусть померкли, когда она заметила вопросительное выражение его лица. Ему удалось вернуть ее в настоящее.

– Привет, – с трудом выговорила она.

– Привет, – ответил он, хмурясь. – Я несколько раз окликал тебя, но ты как будто отключилась.

Джейми прикусила губу. Всякий раз, начиная вспоминать, она как будто открывает банку с червями. Уходит в прошлое, вспоминает те ужасные часы на пустой дороге, когда молилась, плакала, звала на помощь, умоляла его о прощении.

– Прости. – Джейми натянуто улыбнулась. Оглядевшись, заметила, что за стойкой никого нет, а свет приглушен. – Ух ты, как быстро все разошлись!

– Ты стоишь здесь довольно давно, минут десять, – заметил Роуэн.

Так долго? Она и раньше забывала о времени, но никогда так надолго.

– Мне очень жаль. На работе много дел, голова лопается.

Он удивленно поднял брови. Судя по выражению его лица, он не поверил ее импровизированному ответу. Роуэн был одет в брюки чинос и темно-синюю рубашку с закатанными рукавами. Коричневый кожаный пояс сочетался по цвету с туфлями. Выглядел так же хорошо, как в смокинге. Откровенно говоря, Купер выглядел бы потрясающе даже в мешке из-под картошки. Если она когда-нибудь увидит его голым, может сразу же взорваться.

– Рад тебя видеть, но почему ты здесь?

Джейми поспешно собралась с мыслями. Есть какая-то причина, почему она пришла, ведь так? Что за причина? Взгляд ее упал на пакет из химчистки, и она жестом показала на него:

– Я привезла твой смокинг. Отдавала его в чистку.

– Спасибо, – ответил Роуэн. – Очень тебе признателен. Кстати, удалось тебе зашить платье? Я обещал заплатить за ремонт.

Она поморщилась и покачала головой:

– К сожалению, нет. Портниха сказала, что ткань порвалась в плохом месте и ее уже не залатаешь.

– Мне очень жаль. Я знаю, как ты любишь то платье.

Она пожала плечами:

– Сама виновата, не надо было его надевать. – Джейми завела руки за спину; ладони коснулись стекла. – Мне у тебя нравится. Очень красиво.

– Что ты ожидала увидеть? – с улыбкой спросил Роуэн. – Вагончик на стройплощадке со старыми столами?

Ну да, что-то в таком роде. Хотя… вряд ли она ему признается. Джейми кивнула в сторону углового кабинета за стеклянными перегородками:

– Твой?

– Угу. Раз уж пришла, может, выпьешь? – предложил Роуэн.

Ей очень хотелось выпить. Она собиралась поступить разумно, отдать ему смокинг и уйти. Но уходить не хотелось. Джейми была не прочь выпить, еще немного посмотреть на него и… ну да, еще раз его поцеловать. А может, и не только поцеловать… как пойдет. Она понимала, что играет с огнем, но надеялась отступить раньше, чем обожжется.

Ее сердце заключено в витрину из стали и льда. Оно непроницаемо. Она может справиться с легким флиртом, может быть, даже с интрижкой на одну ночь с очень сексуальным Роуэном Купером.

Она пережила настоящий ад. Несколько язычков пламени не оставят на ней шрамов.

Джейми одной рукой взяла пакет, а другой закинула сумку на плечо.

– Конечно!

Следом за Роуэном она прошла в кабинет за стеклянными перегородками.

Раньше его не было в кабинете – иначе она заметила бы, как он сидит за широким, заваленным бумагами столом; справа от него открывался невероятный вид на центр Аннаполиса. На пороге Роуэн посторонился и жестом пригласил ее в свое святилище. У стены – низкий диван, в противоположном углу – стол для заседаний. Но главное место в кабинете занимал вид на город. Джейми, как завороженная, направилась к угловым панорамным окнам. Сгущались сумерки; в домах зажигались огни. Какое волшебное время суток!

– Роуэн, у тебя потрясающий вид, – хрипловато произнесла она.

– Да, вид у меня очень живописный.

Что-то в его голосе заставило ее развернуться, и она сразу же заметила, что он не смотрит ни на здания, ни на порт. Он смотрел на нее. Их взгляды встретились. Он улыбнулся, посмотрел на нее в упор. Рассмотрел волосы, забранные в высокий хвост, смелое колье на шее. Оглядел белую шелковую блузку, заправленную в практичные широкие черные брюки. Уголки его губ приподнялись, когда он заметил ее ногти на ногах, покрытые ярко-красным лаком. Роуэн ненадолго задержался на них, и внизу живота у нее запульсировало.

От его пытливого взгляда закружилась голова. Джейми поспешила отвести глаза и оглядела кабинет. Стеклянные стены стали непроницаемыми; она больше не видела приемную.

– Ты ведь не случайно затемнил перегородки? – спросила Джейми.

Сердце у нее билось все чаще. Она не боялась находиться с ним наедине – нисколько не боялась. Наоборот, ей стало страшно, что он не поцелует ее и не притронется к ней. Может быть, поэтому она и пришла.

Ей хотелось очутиться в его объятиях, почувствовать его губы, слегка поцарапать ему спину, ягодицы… Впервые за пять лет она почувствовала себя живой женщиной, у которой есть желания и потребности.

– Кто-то еще работает допоздна, я подумал, что уединение не помешает.

– Для чего? – спросила Джейми.

Роуэн быстро пересек разделявшее их пространство и встал так близко, что она чувствовала идущий от него жар, вдыхала аромат его одеколона. Ее блузка касалась его рубашки. Он наклонил голову, и их губы оказались совсем рядом.

– Вот для чего… – прошептал он. – Джейми, позволь поцеловать тебя снова!

Конечно, она позволит, разве не для этого она пришла – чтобы снова пережить волшебство в его объятиях?

– Я уж думала, ты никогда не попросишь, – прошептала Джейми, придвигаясь ближе к нему.

Перед тем как их губы встретились, она заметила его улыбку. Роуэн действовал молниеносно, и его уверенность ужасно заводила ее. Джейми схватилась за его рубашку, чтобы не упасть.

Она хотела его – никого в жизни она так сильно не хотела. Хотела, чтобы он был голым, на диване, на полу, на столе, чтобы их тела купались в огнях Аннаполиса…

Джейми испугалась. Почему рядом с Роуэном, которого почти не знает, она так не похожа на себя? Она не жаловала приключения на одну ночь. Она придирчиво выбирала любовников, а потом быстро остывала.

А потом встретила Кейдена и вышла за него замуж. Тогда она была молодой и горячей, не такой, как сейчас.

Но уйти от Роуэна она не могла. Ей очень хочется заняться с ним любовью. Пусть даже у него в кабинете, во вторник, июльским вечером.

Роуэн намотал ее волосы на кулак и, осторожно запрокинув ей голову, заглянул ей в лицо.

– Хочу посмотреть на тебя без одежды.

Он выражался очень прямо и откровенно, что ей в нем нравилось; она знала, что они находятся на одной волне. Джейми провела ладонью по его груди – сверху вниз, к бедру.

– Я тоже представляла тебя голым.

– Ты думала обо мне? – Он изобразил удивление.

Да, думала – и слишком много.

– Только в жарких ночных фантазиях, – уточнила она.

Роуэн поцеловал ее в нос, потом в уголок губ.

– Приятно слышать. Я тоже о тебе думал. Но представлял тебя в жарких дневных фантазиях, которые запрещено показывать детям.

Никакой романтики! Внутренний голос поспешил напомнить: речь идет только о сексе и больше ни о чем. Она коснулась его щеки кончиками пальцев. Ей нравилось, как колется его щетина.

– Хочешь куда-нибудь пойти? – спросила она.

– Если мы куда-нибудь пойдем, я увижу тебя без одежды?

Может, выждать, поиграть? Нет, ей совсем не хотелось играть в игры. Он парень прямой; она тоже умеет быть прямой.

– Вполне вероятно.

Роуэн наградил Джейми широкой пиратской улыбкой, от которой она радостно затрепетала.

– Отлично! – сказал он, беря ее за руку, потянул ее в угол своего кабинета и открыл дверь от пола до потолка, за которой скрывался лифт.

Роуэн втолкнул ее внутрь, зашел следом в тесное пространство и нажал единственную кнопку на панели. Они тут же начали подниматься.

Через двадцать секунд дверцы лифта разъехались в стороны, и Роуэн посторонился, пропуская Джейми в свой просторный пентхаус. Она огляделась и замерла от изумления при виде огромных окон, из которых открывались еще более захватывающие виды на центр города и гавань. Она увидела высококлассную итальянскую мебель, пол из натурального дерева и небольшую, но суперсовременную кухню.

Роуэн сжал ее руку и повел по коридору. Они прошли мимо одной спальни, потом еще двух. Наконец очутились в угловой комнате, центральное место в которой занимала огромная кровать. Из комнаты можно было выйти в отдельный садик на крыше; она увидела большую гидромассажную ванну.

Джейми живо представила, как приятно сидеть там теплым летним вечером – или, наоборот, зимой, под снегом, – нежиться в теплой воде и любоваться видами.

Роуэн погладил ее по лицу. Она посмотрела на него.

– Эй, ты где?

В самом деле, где она? Чего она хочет?

Хочет его, хотя и совершенно не готова… Много лет Грег и Чарлин уговаривали ее вернуться к жизни. Они уверяли: она еще слишком молода, чтобы прятаться, приносить себя в жертву на алтарь сожаления и горя. Вплоть до того субботнего вечера у нее не было ни сил, ни желания, но Роуэн пробудил ее либидо, которое пять лет пребывало в коматозном состоянии.

Вот почему она проехала через весь город к нему на работу, вот почему воспользовалась предлогом и поспешила его увидеть. Потому что рядом с ним она ожила. Такого с ней не было уже много лет. Даже чувство вины рядом с ним отходило на второй план.

Роуэн не ждет от нее чего-то сверхъестественного, ему нужно только ее тело. Какая свобода – жить моментом и не беспокоиться о завтрашнем дне, о следующей неделе, о следующем годе!

– У тебя огромная квартира.

– Потом устрою тебе экскурсию, – пообещал он. – А сейчас я хочу исследовать тебя.

У другого подобные слова звучали бы пошло, как заранее отрепетированная реплика, но она прочла в его взгляде искреннее восхищение и медленно кивнула. Закрыла глаза, глубоко вздохнула и почувствовала, как он опускает руки и делает шаг назад.

Его жест успокоил Джейми. Она поняла: если ей понадобится, он остановится.

– Если ты не захочешь, можем перейти в гостиную и выпить, или снова спуститься в кабинет. Без вопросов.

Он славный, никаких сомнений. Джейми покачала головой, шагнула к нему и положила ладонь ему на грудь, туда, где сердце.

– Я давным-давно этого не делала, но…

– Что «но»?

– Я тебя хочу, понял? Просто не знаю, как тебе сказать.

Уголки его губ приподнялись.

– Ты только что это сказала.

От его улыбки у нее перехватило дыхание; когда их губы встретились, он еще улыбался. Потом слегка отстранился и прошептал:

– Джейми, я так хочу тебя!

Она обняла его за шею и прильнула к нему, наслаждаясь его мускулистым телом, которое как будто дополняло ее. Она отдалась поцелую, потрясенная голодным выражением в его глазах.

– О таком я и не мечтал, – пробормотал Роуэн, гладя ее по щеке и запрокидывая ей голову. Его глаза цвета ночного моря горели от страсти. – Можно раздеть тебя, отнести в постель?

– Да. Пожалуйста, – не колеблясь ответила Джейми.

Роуэн вздохнул с облегчением. Она тоже вздохнула, когда он притянул к себе ее бедра. Она почувствовала его эрекцию. Он обхватил ее грудь, слегка надавил пальцем на сосок. Он почти ничего еще не сделал, только целовал, а у нее уже намокли трусики.

Если он в скором времени снова ее не поцелует, она умрет от досады! Джейми привстала на цыпочки и впилась губами в его губы.

Джейми себя не узнавала. До брака и даже с Кейденом она ждала, что первый шаг сделают мужчины – поцелуют ее, будут проявлять инициативу. Она послушно следовала за партнерами.

Но не сегодня.

Рядом с Роуэном стала безрассудной, уверенной в себе. И властной.

Роуэн крепко обнимал ее и позволял себя целовать. Заметив, что он не размыкает губ и не целует ее в ответ, Джейми попробовала отстраниться. Роуэн резко прошептал: «Нет!» – и переместил руку от груди к ее затылку, чтобы удержать ее на месте.

– Мне очень нравится, – признался он. – Твои губы… просто рай.

Потом Роуэн начал целовать ее, страстно и опьяняюще, и Джейми потеряла голову.

Вот почему она здесь! Она хочет Роуэна. Хотя они познакомились совсем недавно, казалось, будто знают друг друга целую вечность. Он ласкал ее, целовал, заводил… Заставлял изнывать от желания. Она буквально горела.

Джейми выдернула его рубашку из брюк и погладила горячую кожу. Роуэн одобрительно вздохнул; когда ее ладони коснулись его великолепных ягодиц, она злилась, потому что его плоть и ее пальцы разделяла одежда.

Роуэн поцеловал ее в уголок рта, провел губами по подбородку, по шее. Одновременно он не спеша раздевал ее. Оставшись в бюстгальтере и трусиках, она поняла: давно уже ни один мужчина не заставлял ее чувствовать себя такой прекрасной и восхитительной!

Как же, оказывается, она истосковалась по мужским объятиям!.. По жару и силе, по пламенному слиянию инь и ян. Ей нужно было трогать его, узнавать его… Она провела подушечкой пальца по твердому пенису, от основания до кончика, и улыбнулась, услышав, как Роуэн тихо выругался.

Ей нужно было больше. Джейми расстегнула его брюки и высвободила мощный член. Удерживая его обеими руками, она выгнулась, потому что Роуэн покусывал и целовал нежную кожу у нее на шее.

Он мягко развернул ее и попросил упереться ладонями в стену. Она ахнула, когда его губы прошлись по всем позвонкам на спине, и не заметила, как бюстгальтер полетел на пол. Прижавшись к ней сзади и обхватив груди ладонями, Роуэн принялся ласкать ее соски, пока они не отвердели.

– Я хочу тебя, – прошептал он.

Роуэн спустил с нее трусики; она не успела смутиться от того, что осталась голой, в то время как он еще одет. Его пальцы скользнули между ее ног и с безжалостной точностью нашли нужное место. Джейми была уже близка – она понимала, что не сможет долго сдерживаться, – и застонала.

Он ввел в нее палец, потом другой, лаская и возбуждая, и Джейми устремилась ввысь… раскачиваясь, пошатываясь, отчаянно стремясь к пику наслаждения…

Роуэн убрал руку и развернул Джейми к себе лицом. Его глаза, горящие желанием, смотрели на нее, пока он раздевался. Полностью обнаженный – он оказался еще более мускулистым, чем она ожидала, – Роуэн закинул ее ногу себе на бедро. Она застонала, когда его возбужденный член коснулся ее разгоряченной плоти.

Слегка подталкивая, Роуэн вел ее к своей громадной постели. Он уложил ее, лег сверху, но внутрь еще не проникал.

Он прижался лбом к ее лбу:

– Как это ни чудесно, но нам понадобится презерватив. Дай мне еще минуту!

– Так долго я не выдержу!

Роуэн сжал ее бедра и слегка приподнял. Какой он горячий!

Он непроизвольно пошатнулся и вошел в нее, так и не надев презерватив. Джейми закрыла глаза. Как прекрасно!

Спустя какое-то время Роуэн вышел из нее, достал из ящика тумбочки упаковку презервативов, не сводя с Джейми взгляда, вскрыл упаковку…

Очень приятно, когда мужчина пожирает тебя взглядом!

Он смотрел на нее сверху вниз, и его синие глаза не давали ей пошевелиться. Джейми наблюдала как завороженная, как Роуэн надевает презерватив и медленно ложится на нее.

– Не могу дождаться, когда окажусь в тебе.

Джейми погладила его подбородок.

– Никто не просит тебя ждать, – заметила она.

Он проверил рукой, готова ли она, еще немного подразнил, а потом буквально ворвался в нее.

И она превратилась в огромный бенгальский огонь; жар разжег у нее под кожей множество фейерверков. Роуэн подложил ладонь под ее ягодицы, чуть приподнял и проник на всю глубину; фейерверки превратились в огненную бурю.

Никогда в жизни она не испытывала такого прекрасного, яркого и сильного оргазма. Как только он утих, ей захотелось еще.

А потом еще…

Секс с Роуэном, решила она, наблюдая, как перед глазами пляшут разноцветные звезды, вызывает привыкание.

Из-за этого могут возникнуть проблемы.

Она и забыла, каким хорошим может быть секс.

Джейми лежала ничком на широкой постели Роуэна, свесив одну руку. Кончики пальцев касались холодного деревянного пола. Она не могла двигаться, не могла думать… Более того, ей с трудом удавалось дышать.

И все по вине Роуэна. Он выворачивал ее душу наизнанку, и ей это очень нравилось. Каждый поцелуй, каждое прикосновение его руки дарили ее телу и душе новые ощущения, новый смысл. Она была бы не против третьего – или четвертого раунда, как только придет в себя, заправится водой и энергией.

Джейми зевнула и закрыла глаза. Обняла подушку и подтянула колени к животу. Она подремлет. Совсем немножко…

Кто-то осторожно похлопал ее по ягодицам, накрытым простыней.

– Проваливай! – простонала она и услышала низкий смех Роуэна.

Он склонился над ней и поцеловал в шею.

– Вижу, ты любишь поспать, – заметил он, прижавшись губами к ее уху.

Джейми не стала говорить, что последние несколько лет не засыпает без снотворного. Из-за того, что терпеть не могла принимать лекарства, в среднем она спала не больше трех часов за ночь.

Призраки прошлого, особенно призрак Кейдена, навещали ее между полуночью и четырьмя часами и требовали, чтобы она заново пережила события той страшной поездки, которая изменила ее жизнь.

Иногда она так и делала, иногда нет – предпочитала читать, работать или смотреть кино. Как бы там ни было, сна ей регулярно не хватало.

Она перевернулась на спину. Роуэн, заметила она, надел спортивные штаны и футболку. Рукава туго обтягивали бицепсы. Не приходилось сомневаться: Роуэн Купер в прекрасной форме.

Широкие плечи, плоский живот, великолепная задница и длинные спортивные ноги… М-м-м…

– Если и дальше будешь смотреть на меня таким жадным взглядом, я… – Он прищурился, не договорив.

– Ты – что? – Голос Джейми звучал более сексуально, чем она рассчитывала.

– Вернусь к тебе в постель, – нехотя признался он с сокрушенным видом.

Она уже собиралась спросить, неужели это так плохо. Ей хотелось немного подразнить его, но она заметила настороженное выражение в его глазах. Она не винила его за подобные чувства. Их сближение было стремительным, они словно ехали на «американских горках». Наверное, лучше ненадолго отдалиться друг от друга, как физически, так и эмоционально.

Их связывает только физиология: несколько часов удовольствия, ничего серьезного. Джейми села и укрылась простыней.

– Мы занимались любовью дважды, но я уже давно так не…

– Вот именно. – Он кивнул, погладил ее бедро через простыню и встал.

Что ж, ладно. Все правильно. Она опустила голову, немного смутившись. Он так хорошо ее понимает!

Роуэн протянул ей футболку:

– Я откупорил бутылку вина. Хочешь бокал?

Она посмотрела на него, склонив голову набок.

Может, он просто проявляет вежливость? Стоит ли ей соглашаться? Что, если она согласится, а он не хочет, чтобы она осталась? Как положено вести себя в таких случаях? Почему никто не дает рекомендаций для такого рода встреч?

– Джейми, речь идет всего лишь о бокале вина, а не о предложении переехать жить ко мне, – криво улыбнувшись, пояснил Роуэн.

Она пожала плечами и почувствовала, как горит лицо.

– Я не знаю, как себя вести. По-моему, мне сейчас лучше уйти.

– Почему?

– Не уверена, что ты хочешь, чтобы я осталась. Может, ты просто проявляешь вежливость, – призналась Джейми.

– Я никогда не проявляю вежливость. Кого угодно спроси. Я попросил тебя остаться, потому что хочу, чтобы ты выпила со мной бокал вина. И если через час мы еще сможем выносить друг друга, то закажем пиццу. А если после того нам будет еще приятно в обществе друг друга, я попрошу тебя вернуться со мной в постель. А потом я заставлю тебя кричать… снова.

– Я не кричала, – возразила Джейми. Кейден всегда говорил, что она невероятно молчалива во время секса. – Я не кричу, не стону, не хнычу.

– Поверь мне, ты все это делала, – улыбнулся Роуэн перед тем, как выйти из комнаты.

Джейми упала на подушку и закрыла лицо руками.

У них обычный секс на одну ночь, и ей понравилось. Она почувствовала себя раскованной и кричала от удовольствия. Она исследовала великолепное тело Роуэна зубами и языком; всего после двух коротких бесед она позволила ему войти в себя. С ним она забыла о чувстве вины и горе. Она сама себя не узнавала… вряд ли ее узнал бы кто-то другой.

Может быть, именно поэтому ей так хорошо.

Глава 4

Услышав ее шаги в гостиной, Роуэн налил себе красного вина и сел в шезлонг рядом с маленьким, но глубоким бассейном, в который можно окунуться. Редкий случай – он чувствовал себя расслабленно.

Секс в начале вечера – просто бомба!

Краем глаза он следил, как Джейми вышла в его «садик» на крыше. Услышал, как она ахнула, и понял почему: с крыши открывался фантастический вид на центр Аннаполиса и реку Спа-Крик. Он любил свою просторную квартиру. Иногда ему не верилось, что он, парнишка из самого опасного чикагского пригорода, который рос без надзора, воровал машины, кочевал из одной приемной семьи в другую, теперь владеет несколькими зданиями на Восточном побережье, в том числе этим.

Роуэн наблюдал за Джейми. Она подошла к прозрачной перегородке, нагнулась… Футболка задралась, позволив ему мельком увидеть ее трусики. Конечно, она надела трусики; он не мог представить, чтобы она разгуливала голышом, особенно на улице.

Джейми притворялась искушенной, но он подозревал: под ухоженной внешностью таится женщина с неизведанными глубинами. Хотя она не производила впечатления хрупкой и надломленной, было ясно: она тоже борется со своими демонами.

Как и все…

– Твоя квартира – просто фантастика, – сказала Джейми, разворачиваясь к нему лицом.

– Спасибо. Мне тоже нравится. – Роуэн взял ее бокал и подошел к ней. Жестом указал на бассейн: – Хочешь окунуться? Вода теплая.

– Голышом? – спросила Джейми, и в ее глазах мелькнуло потрясение.

Роуэн постучал босой ногой по прозрачным панелям:

– С улицы ничего не видно, панели с той стороны непрозрачные. И сверху никто не заглянет… разве что птицы или пилоты вертолетов.

– Смешно, – ответила Джейми, отпив вина. – Спасибо, но я воздержусь.

Роуэн снова сел на двухместный шезлонг и похлопал по сиденью рядом с собой. Помявшись минуту, она села с ним рядом, одернув на себе футболку. Потом вздохнула, откинулась на спинку и прижалась к нему узким плечом.

– Очень красиво!

– Да.

Прошло несколько минут, и Роуэн повернулся к ней – уж не заснула ли Джейми снова? Он улыбнулся, когда увидел, что она запрокинула голову и смотрит на звезды на ночном небе. Она выглядела расслабленной и довольной, и он рад был видеть ее такой.

– Почему ты сегодня пришла? Я не рассчитывал снова тебя увидеть.

– Привезла твой смокинг. Я отдавала его в чистку.

– Очень заботливо с твоей стороны, но мы оба знаем, что проще отправить смокинг с курьером… Так что повторяю вопрос. Почему, Джейми? Кстати, Джейми – твое полное или уменьшительное имя?

– Мое полное имя – Джеймс Джессами, но Грег сократил его до Джейми.

– Можно называть тебя Джиджи? – спросил Роуэн и улыбнулся, заметив ее раздражение.

– Нет, если хочешь остаться в живых.

Он снова улыбнулся и вернулся к теме, которая его интересовала.

– Итак, чем вызван твой внезапный визит?

– Ты как собака, которая вцепилась в кость, – буркнула Джейми.

– Да, так про меня говорят, – ответил Роуэн.

Он совсем не обиделся. Благодаря своему упорству он получил первую работу и продолжал двигаться вперед даже после того, как потерял деньги на первом самостоятельном проекте. Характер помог ему создать свою компанию, несмотря на многочисленные кризисы с наличностью, ненадежных поставщиков и жуликов, которые выдавали себя за инвесторов.

Джейми поставила бокал на столик рядом с собой и зажала сцепленные руки между коленями.

– Не скрою, смокинг был всего лишь предлогом для того, чтобы тебя увидеть. Зачем? Сама не знаю, ведь к постоянным отношениям я не стремлюсь.

То же самое она говорила в лифте. Тогда, как и сейчас, она задела его любопытство. Он знал, почему сам не заинтересован в долгих отношениях – для него любовь и привязанность невозможны. В конце концов тебя обязательно подведут, бросят… Он дал себе слово, что больше не допустит разочарования. Но что-то в Джейми наводило на мысли о замужестве и детях; ему показалось, что она должна хорошо себя чувствовать в постоянных отношениях.

В его жизни было много женщин; он умел их читать. Он сразу угадывал жадность, прилипчивость, потребность в постоянных заверениях в любви. Джейми лучше всего чувствовать себя половинкой целого.

Она сидела, сдвинув брови, и Роуэн понял: либо она не хочет отвечать, либо не может. Поэтому он заговорил о другом:

– Раньше, внизу, ты как будто отключилась. О чем ты тогда думала?

– Хм… У меня есть один клиент, который то и дело приглашает меня на свидания. Страшно назойливый.

Роуэн ей не поверил. Она выглядела слишком печальной и слишком потерянной для того, чтобы думать о каком-то придурке, с которым не хочет встречаться.

– А еще я думала о маме и ее стремлении найти мне мужа… ах ты, дьявол!

Глаза ее расширились, и она схватила его за руку и развернула часами к себе. Увидев, который час, снова выругалась.

– У меня крупные неприятности!

– В чем дело? – спросил Роуэн.

– Я не пришла на ужин к родителям! – буркнула Джейми, вскакивая. – Где моя сумка? Мне нужен телефон. Через полчаса они начнут обзванивать больницы и морги.

Не слишком ли бурная реакция? Ей около тридцати лет, плюс-минус, она взрослая женщина.

– Твой телефон внизу, у меня в кабинете.

Она снова выругалась и вскочила.

– Можно за ним сбегать?

– Можно, но, если ты знаешь номер своих предков, можешь воспользоваться моим телефоном. – Он взял свой телефон с бокового столика и протянул ей.

Джейми с благодарностью посмотрела на него:

– Спасибо! Да, конечно, я знаю их номер. – Она набрала его, и он услышал гудки. Потом на том конце линии послышался громкий голос:

– Что с тобой? Ты ранена? Ты опоздала на полтора часа!

Джейми пощипала себя за переносицу.

– Прости, мама. Я была… я сейчас… у меня разрядился телефон. – Не умеет она лгать! – А еще меня задержали на работе, – добавила она.

На том конце линии снова послышались вопли.

Он слышал ее ответные реплики.

– Мама, извини, что напугала тебя… нет, не приеду… у меня был трудный день… Потом поговорим. – Ее мать еще не собиралась заканчивать разговор. – Ужин? Может, на той неделе… Мама, мне пора. Нет, я не смотрела «Холостяка». Мне надо идти. Целую!

Нажав отбой, Джейми вернула Роуэну телефон:

– Спасибо. Мама всегда волнуется, когда не знает, где я.

– Я так и понял, – ответил Роуэн, протягивая ей бокал. – Пей!

Джейми отпила несколько глотков и села на край шезлонга, закинув ногу на ногу.

– С чего такая паника? – спросил Роуэн, когда она выпила еще несколько глотков. – Ты взрослая женщина и вполне можешь позаботиться о себе сама.

– Да, так и есть, но для их беспокойства есть причина, и причина веская. – Она покачала головой. – Нет, сегодня мы об этом говорить не будем.

Он заметил ее упрямое выражение, то, как она вскинула подбородок, и понял, что настаивать бессмысленно. Лучше отступить и вернуться к разговору, когда она даст ему такую возможность.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.